Лернер Ма. Н.: другие произведения.

Сепаратисты

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 5.43*18  Ваша оценка:

  
  Интерлю́дия
  
  Поздравляю вас, дорогие читатели! Теперь в мире существует не четыре, а пять Великих Держав!
  Три года два месяца и четыре дня шла война. Неизвестно осознали ли военные произошедшее, но благодаря корреспондентам нашей газеты подробно освещавшим события, уже можно сделать далеко идущие выводы.
  Столкнулись два государства, одно из которых по недавней переписи имеет население около 50 миллионов человек, включая протекторат и две колониальные территории, другое - свыше 800миллионов по приблизительным оценкам. По своим грандиозным масштабам - ширине театра военных действий и количеству войск - эта война не имеет аналогов.
  И кто победил? Мы знаем ответ. Почему? Интереснейший вопрос!
  Как не удивительно, победили не умение офицеров и не героизм солдат. Опыта крупных боевых действий в последние десятилетия не имелось ни у одной стороны. На интересных наблюдениях о новых тенденциях в деле убиения себе подобных в массовом количестве я непременно остановлюсь подробнее в следующей статье. Сейчас важнее иное.
  Войну выиграла Шиольская промышленность. Она создала мощный военно-морской и транспортный флот, обеспечила оружием, амуницией и связью армию. Отрыв в количестве продукции от соперника в королевстве превысил два и более раза. Если сравнить еще и на душу населения, нет слов. Это не просто комфортабельная жизнь. Мы присутствуем при открытии новой эры - войны с резко возросшим значением военной техники и экономического потенциала.
  'Известия Серкана'
  
  
  
  Глава 1. Демобилизация. 2695г от ПВХ
  
  
  Бум-бум-бум гудел барабан, перекрывая крики. Любой патран, вскакивающий с койки в казарме прекрасно знал мелодию. За подобные штучки недолго и под трибунал, в число военных она не входит и прямо запрещена. Очень простая и с детства знакомая дробь - общий сбор, тревога, к оружию. Во времена восстания Ангуса с барабанов началась резня.
   Взбудораженная, недоумевающая толпа солдат выплеснулась наружу и практически сразу растворилась в потоке своих товарищей, рвущемся мимо палаток к зданию караульной роты. Собственно на весь лагерь и было две казармы, для штабников и оружейной роты. Остальные размещались в стандартных брезентовых укрытиях на десяток человек. Все бы ничего, но три месяца в подвешенном состоянии, без ясности о будущем, а для пущего счастья начались дожди. Восемь с лишним тысяч человек давно на взводе и готовы вспыхнуть по любому поводу. Вот он и состоялся.
   Бум-бум-бум вторили первому уже не один барабан. Звуки были не слишком четкие, явно использовали нечто жестяное, но дробь все та же.
  Многие люди в толпе полуодеты, с недоумевающими лицами. Большинство вообще не понимает что происходит, но топают в общей компании. Впрочем, в недоумении люди долго не оставались. Прямо у дверей караульной роты лежит мертвый человек в солдатской форме. Даже не прикрыли, бросили на землю и смылись. Следствие не требуется - все кристально ясно. Следы побоев и кровь даже не прятали. Не первый раз являют свою власть караульщики, но такого раньше не случалось. Окончательно зарвались.
   - Справедливости! - орет чей-то голос и толпа взрывается.
   - Смерть убийцам!
   - Шиольцев на кол!
   - К оружию Кланы!
   - Злодеев к ответу!
   - Выдайте душегубов!
   Молоденький лейтенант у ступенек казармы что-то орет, про следствие, суд и виновность. Его не слушают. Там хоть король личной персоной начнет речи толкать, никто и не почешется. Слова ничего не значат, солдатское сборище жаждет крови и первые шеренги продолжают наступать. Лейтенант пытается вытащить револьвер. Его небрежно сметает многорукий и многоногий зверь. Сейчас не существует отдельных людей, все они в едином порыве, не думая над последствиями, действуют.
  Многоголовое чудовище непринужденно проходит по телу, превращая его в страшную кровавую массу и ломиться в дверь. Те, внутри, не совсем идиоты и поспешно заперли вход при виде жуткого зрелища гибели своего командира. Толпа, бессмысленно рыча, бьется о препятствие. Из окна выстрелили. Еще раз. Со вскриком упал человек.
  Может кого и способно напугать такое поведение, но не прошедших войну и понюхавших пороха солдат из пятой дивизии морской пехоты, прошедших не одно сражение и высадку под огнем противника. Далеко не все оружие отобрали при переводе. Многие имеют трофейные винтовки и револьверы.
  Звенят стекла от ответных выстрелов. В окна летят бутылки с горящим керосином и одна за другой несколько гранат. Дверь тоже выбили и врываются внутрь с победным криком. Хищник жаждет крови...
  Стен рывком сел на нарах и машинально выругался. Подумал и выдал длинную тираду со смаком, запихав в нее все известные ему фадзийские выражения. Мысленно сплюнул и попытался успокоиться. Извлек из портсигара последнюю сигарету и, закурив от зажигалки (и то и другое самоделки из оружейной мастерской, сделанные на заказ в подарок бывшими подчиненными и с красивой гравировкой), принялся пускать дым в зарешеченное окошко.
  Если бы это зависело от него, все эти замечательные сны он с удовольствием выкинул бы навсегда, как и кое-что другое, но сделать это не мог при всем желании. Что дается на роду, то дается навсегда и предки не спрашивают твоего желания.
  Наверное, в древности прошедший соответствующее обучение мог всерьез пугать своих соседей разными штучками и предсказаниями. Потом храмовники всех мастей долго целенаправленно выбивали такие роды. Ну да горы большие и чужакам подробности редко расскажут. Кое-кто умудрился выжить, хоть и без особых таинственных знаний. Так... Мелочи всякие.
  Когда королевское правительство при его деде обязало неизвестно из каких соображений всех патранов в течение года обзавестись фамилиями, большинство, не особо мудрствуя, называлось по профессии или местожительству. Портнов к примеру или Синендов от всем известного города, подчеркивая происхождение. Мы мол не забыли откуда род пошел.
  Случалось давали фамилию по отцу или матери. Брали имя и превращали в фамилию. Изредка попадались особо заковыристые вроде Буйнова. Наверное, предок выделялся жутко диким нравом. Потом обнаружилась масса случаев, когда родные оказывались под разными фамилиями, не согласовав заранее соответствующие записи. А было и наоборот, как в их деревне, где на двести человек четыре фамилии.
  Хвала Солнцу лично его в городе никогда не спрашивали с чего они вдруг Шамановы. Кривошеев звучит заметно хуже, а человек известный. Естественно не всем подряд, но в учебниках про электричество без изоляторов и трансформаторов Кривошеева никак. Он решил возможность передачи тока на дальние расстояния.
  Дома-то все и так прекрасно в курсе. А причина была и не слишком приятная. Хотя как посмотреть. Пока на костер не суют, а в нынешние просвещенные времена с этим обстоит нормально, в пыточную по одному подозрению волочь не станут - жить можно. Оно не у всех в роду проявлялось и исключительно по мужской линии, однако когда выяснилось в детстве про иные его способности, отец кое-чему научил. Особенно оглядке. Чем меньше знают окружающие об его умениях, тем лучше. Реклама совсем не к чему. Контролировать он как сейчас со сном не способен и по заказу ничего не выйдет.
   Вот что толку, что сны у него случаются вещие? Это сегодня была часть вторая, хотя хронологически первая должна быть. Вечно никакого порядка с этими дурными предсказаниями. Нет бы все подробненько, да с четкими подсказками. Это не делай, а тут соломки подстели. Нет. Ни разу так не повезло. Постоянно общая невразумительная картина без конкретной даты. Может завтра, а может и через год.
  Хорошо, что ученый, не впервой и выводы научен делать заранее. Выбора и не было. Сцена расстрела артиллерией взбунтовавшихся солдат ему крайне не понравилась. Привязка к местности четкая, тут не ошибешься. Знакомое место. И лица мелькали вполне узнаваемые. Уж своих подчиненных он ни с кем не спутает, да и вообще память цепкая и если пересекался где, редко забудет.
  А причина бунта не ясна. Вот теперь, почти через две недели и всплыла. Когда уже без надобности. Крутись! Предотвращай заранее неизвестно что. А то ведь и тебя осколком запросто. За компанию, хоть сорок раз лоялен. И дезертировать заранее, чтобы избежать бунта не станешь. Не так воспитан.
  Ха! Выкрутился. И никому ведь не объяснишь - все могло быть гораздо хуже. Десятки убитых, сотни раненых и сомнительные последствия. Этого никогда не было и уже точно не случится. Потому что он все чисто проделал. Почти, да не совсем. Не головой подумал - кровь взыграла. Ну да на полное счастье он с детства не рассчитывал. Давно доверчивость с наивностью испарилась. Хотя... гордиться особо нечем. Пойти добровольцем изрядная глупость и могла плохо закончиться. Пронесло.
  Опыт войны - страшное испытание, зато и на окружающий мир, на людей, на человеческие мотивы совсем по-другому смотришь. Не лишнее это. Полезно на будущее. Ему не требуются пророческие видения и так ясно - пригодится. Сохранять самообладание в критической ситуации, брать на себя ответственность, принимая решения самостоятельно, а не оглядываясь на начальство, выслушивать мнение нижестоящих, не отмахиваясь, даже если они в школе не учились. И беречь людей, притом, что иногда частью приходится жертвовать в интересах большинства. Ни в каком университете не дадут подобных знаний. Они добываются кровью. И не в переносном смысле. Реально.
  В дверях заскрежетал ключ и Стен поспешно выкинул загашенный окурок в окошко. Мастер-сержант Финли вошел и внутри камеры сразу стало не хватать места. Ему бы грузчиком трудиться, а не в военной полиции. Рост под два метра и плечи соответствующего размера. Мундир подобрать под эти габариты та еще работенка для каптерщика. Да и руки длиннющие и страшно мохнатые. Натуральная горилла еще и с мощными усами. Финли их старательно холил, лелеял и страшно гордился.
  - Собирайся, - приказал. - Посетитель явился.
  - Кто?
  Финли не отвечая, демонстративно втянул носом воздух и грустно закатил глаза, ничего не сказав. И так все ясно. Наглое нарушение условий содержаний. Собственно и спать было не положено днем, да и отобрать должны были при посадке имущество. Никакие сигареты и уж тем более зажигалки не разрешены. А взбредет в голову задержанному подпалить казенный тюфяк или стены?!
  - Спасибо, - искренне сказал Стен, поправляя измятую форму. Ремня не имелось - это все-таки забрали. Либерализм охранников имел определенные границы. - Отдохнул спокойно.
  Финли понял и с достоинством кивнул.
  - Разве ж мы без разуменья? Одно дело пакостники уголовные, другое выпимши кто и совсем иначе... хм... пострадавший за обчество. За товарищей.
  При всем своем пугающем виде мастер-сержант был не глуп и справедлив. К сидельцам относился не согласно должности и звания, а исключительно по совершенным делам. И происхождение с верой его ни капли не волновали. Если уж арестованному прилетали тумаки, так за дело и никогда из-за плохого настроения. Финли был пугающе уравновешен и жутко спокоен. Оно и к лучшему. Такой если двинет сгоряча, голова запросто оторвется и улетит очень далеко.
  Они остановились у двери в канцелярию и, получив разрешающий кивок, Стен нажал ручку. Финли остался снаружи. Не то охранять, не то из деликатности.
  Шагнув внутрь Стен поспешно содрал с головы фуражку и старательно выпучивая глаза, взревел:
  - Лейтенант Шаманов прибыл!
  Бригадный генерал Бакли невозмутимо кивнул с высоты своего почти двух локтевого роста и показал на стул.
  - Садись!
  Покачал головой, рассматривая человека, на которого возлагал серьезные надежды, чувствуя себя виноватым перед ним.
  Высокий темный шатен, что практически стандартно для патранов. Рыжие, брюнеты тоже попадались, но гораздо реже. Не особо мускулистый с виду, но жилистый и выносливый с широкими плечами и считающуюся признаком твердого характера квадратной челюстью.
  Способный. Он схватывал идеи на лету, не стесняясь спрашивать у компетентных людей и любую новинку моментально пускал в дело, нередко улучшая ее. При этом имел опыт работы руками, но и голова прекрасно соображала. Да и язык неплохо подвешен и ошарашивал не ожидающего неожиданно звучным басом, перекрывая любые крики и стрельбу. Мог выйти прекрасный офицер высокого ранга, однако, не в данном случае.
  Сам Юарт Бакли по общему мнению был очень странным типом. Вывести его из себя еще никому не удалось. При этом происходил он по материнской линии от вошедшего в анекдоты необузданностью нрава клана ухтаров и переехавшего из метрополии в Синенд лет сто назад подозрительного типа с большим облегчением отправленного родственниками в протекторат от вполне вероятной тюрьмы.
  Своих потомков предок наградил изрядной склонностью к авантюризму и нелюбовью к законам, помогшим им неплохо жить. Однако от засухи и падежа скота никто не гарантирован и отец Юарта разорился. До нищенства их семье было далеко, но общеобразовательная школа и работа клерка в конторе молодого человека абсолютно не устраивали.
  При первой возможности он поступил в военное училище, угодив в очередной тупик. Выше капитана ему ничего не светило, королевство Шиол натужно переварило захваченные ранее на юге Черного континента богатые территории и воевать в ближайшее время не стремилось, а уже появилась жена и двое детей. Он хотел делать карьеру, но толкаться локтями в приемных высокого начальства Бакли претило. И здесь очень удачно решили проявить характер желтозадые. Подумаешь, морских котиков с китами в чужих водах шиольские корабли били и контрабандой занимались. За три года на четыре звания вырос. И за дело.
  Пятая дивизия морской пехоты была сформирована практически с нуля и третий батальон, на который его назначили, всегда был лучше обучен, экипирован и действовал достаточно уверено даже на первых порах, не смотря на то, что две трети личного состава не имели опыта. Ничего не дается даром. Если бы в свое время не пошел двухлетний курс обучения в штабном колледже, так бы и остался капитаном в захолустном гарнизоне. А в сложный момент про перспективного вспомнили. До войны штабное училище было дозволено пройти разве что пол-десятку человек из каждого пехотного полка.
  Он был суровым и бесцеремонным по характеру, не пользовался любовью ни солдат, ни офицеров, однако сменить его на другого подчиненные вряд ли бы пожелали. Молниеносно вникал в суть проблемы, от организации до тактики. У него имелся ответ уже тогда, когда вопрос только возникал, а многие всё ещё мучительно обдумывали факты. Бакли выполнял свою работу с наименьшими потерями и хорошими результатами. Это видели не только нижестоящие, но и начальство. В конце концов, был назначен на должность начальника штаба корпуса морской пехоты и неплохо проявил себя, отвечая последний год за жизнедеятельность корпуса во всех его проявлениях.
  - Что ты натворил лейтенант-комендор Шаманов? - спросил Бакли. В обычно монотонном голосе отчетливо прозвучало негодование. Стен не особо удивился. Так подгадить по дружбе!
  Знакомы они были еще со времен формирования дивизии. Все его повышения в должности и награды шли через будущего генерала и при его активном участии. Стен точно знал о желании Бакли видеть его в гораздо более высоком чине. Не за красивые глаза или умение гладко говорить.
  К началу большой войны никто не сомневался в необходимости пулеметов. Колониальные войны малого масштаба дали определенный опыт. В теории батальон по новому уставу располагал двумя пулеметами. Орудия монтировались на колесных лафетах с передками. Если пулемет сопровождал конницу, использовалась упряжка из четырех лошадей.
  Практически, хотя от перегрева ствола удалось избавиться, заключив ствол в толстый кожух, внутрь которого заливалась вода, игравшая роль охладителя, военные остались недовольны. Пулемет из-за этого заметно потяжелел, зато мог теперь долго ввести стрельбу длинными очередями. Тяжелые станковые пулеметы не имели необходимой на поле боя быстроты перемещения и военное министерство крайне смущало бездарно расстреливаемое количество боеприпасов.
  На всю дивизию было выделено двадцать четыре пулемета 'Остин'. Два на батальон. Восемнадцать с лишним тысяч человек, пять с половиной тысяч лошадей, 76 артиллерийских орудий и всего 24 пулемета, с которыми мало кто умел обращаться.
  Солдаты не проходили специальной подготовки по обращению с ними. Офицер-пулемётчик полка и сержант пулемётного отделения были теми специалистами, которые обучали некоторых бойцов использованию полковых пушек. Именно так. Пулеметы и по весу и по огневой мощи в те времена относились к артиллерийским частям.
  По довоенному штату расчет одного пулемета - офицер и 12 военнослужащих сержантского и рядового состава. Особенно это забавно было вспоминать под конец, когда в каждой роте насчитывалось шесть, а число обслуживающих военнослужащих сократилось до трех на один ствол. Но в тот момент пулеметные команды были сборищем неумех.
  Когда среди новобранцев обнаружился человек не просто что-то там смутно понимающий, а обладающий опытом починки и практической стрельбы, способный для наглядности разрезать ствол дерева очередью и исправить перекос патрона, Бакли моментально назначил Стена мастер-комендором пулеметной команды. Для вчерашнего рядового высшая сержантская должность совсем не плохо.
  Офицер не прогадал. Материальная часть всегда находилась на высшем уровне, а во время высадки на остров Лахти пулеметная команда несколько часов удерживала плацдарм, прикрывая выгрузку с кораблей подразделений дивизии. Опыт удачного применения автоматического оружия был впечатляющий, как и трехмесячные бои в окружении годом позже. Без заранее выкопанных укрытий и созданного по предложению Шаманова пулеметного кулака отрезанный полк непременно бы уничтожили.
  Именно благодаря Бакли был создан Сводный отряд тяжелого вооружения под командованием Стена, включающим пулеметную роту (двадцать штук), две артиллерийских батареи, автобронированный отряд из трех пулеметных самодвижущихся машин, прикрытых листами металла, саперную роту и части обеспечения. Им придали собранные отовсюду грузовые, легковые машины разнообразного назначения, вроде санитарной или с легкой артустановкой, а также велосипеды для мобильности разведчиков.
  По результатам массированного применения автоматического оружия в боях и опыта отряда впоследствии сформировали роты пулеметчиков в составе полков. Неофициально Стен занимал пост Главнокомандующего Пулеметных Войск, что никак не отразилось ни на звании, ни жаловании. Зато давало широкую известность в Корпусе Морской пехоты и множество разнообразных знакомств во всех слоях военного общества, включая армейские и флотские.
  Можно сказать замечательная карьера, если бы он так навсегда и не застыл в звании лейтенант-комендора, командуя фактически усиленным батальоном по численности. И даже 'Военно-морской' и 'За боевые заслуги' ордена не утешали. К концу третьего года пулеметы использовались уже массово, но у истоков применения в новых условиях стоял Корпус, Бакли и лично он - Шаманов. Даже наставления соответствующие писал и по ним обучались. А результат?
  - Я пресек очень высокую вероятность мятежа, - без особого вызова сказал Стен. - Задержка с демобилизацией сильно ударила по дисциплине. Официально отбой объявлялся в 21:30. На деле же каждую ночь солдаты и офицеры шатались неизвестно где до самого утра. Однако это еще не причина избивать пойманных в самоволке до смерти. Это не просто нарушение любых инструкций, это прямой путь к большой крови. В караульной роте не имелось ни одного патрана и капитан Гриффин хорошо известен своими замечательными взглядами. Не первый случай, хотите фамилии трех умерших от побоев раньше назову?
  - Все это так, - кивнул генерал, - и именно поэтому ты поступил правильно. Он скривился. - До убийства пресловутого капитана Гриффина!
  - Я просто дал ему пистолет с одним патроном. Он предпочел честь позорному увольнению и трибуналу.
  Бакли неприятно хохотнул. Он сам писал в характеристике: 'лейтенант-комендор Шаманов всякий раз предпринимал своевременные действия и проявил себя как офицер с исключительно ценным качеством - принимать безошибочные решения'. Есть одна существенная разница. До сих пор он это делал в отношении вооруженного врага. Наводит на противнейшие мысли.
  - Ты это кому другому расскажи. Честь у этого... так называемого офицера. Он на фронте-то ни разу не был. Дважды больным сказался. Этот сержант, заявивший при свидетелях, что у него был приказ и капитан требовал бить дальше... Да под штыком еще не то скажут, а уж адвокатов бы хватило. Кто его отец знаешь? Большая шишка в министерстве торговли. Какой трибунал!!!! За все расплатились бы двое-трое рядовых из караульной роты. Все!
  Ну вот ты сам все и сказал, подумал Стен, слушая с внимательным лицом и почтительно кивая. Капитану все бы сошло с рук. А расплачиваться пришлось бы солдатам. В моем сне сотням. В реальности всего нескольким, но ведь Гриффин и в дальнейшем, чувствуя безнаказность, непременно бы продолжал издеваться над людьми. Не в армии, так на гражданке. Нет, ему самая дорога на суд Божий и пусть провалится в вечный Мрак. Надеюсь, за такого скота парочка грехов и мне спишется после смерти.
  - Он хоть и сволочь, но патологический трус и наверняка стреляться бы не стал. Все это знают! - генерал уже практически кричал.
  - Видимо все знали и про его садистские развлечения, - не удержавшись, пробормотал Стен.
  В пьесах это называется 'реплика в сторону'. Специально для публики и вроде не требует ответа собеседника. Но то в литературе. В жизни генералы не любят когда их перебивают. Правда Бакли в очередной раз продемонстрировал высокое самообладание и не взорвался. Замолчал и тяжко вздохнув, швырнул через стол в руки лейтенанту документы.
  - То есть суда не будет, - обнаружив, что отныне он абсолютно гражданский человек, подытожил Стен.
  Без особого удивления зафиксировал в бумагах сержантскую пенсию. Поскольку тянуть армейскую лямку в дальнейшем он не собирался, скаредное королевское правительство заочно поотрывало звездочки на погонах. В бумагах он оставался офицером запаса на случай еще одной войны, зато платить из государственного бюджета слишком много не требуется.
  Обычно у демобилизовавшихся слетали два звания. Сержантов данная практика касалась не всегда. Им все одно пенсии положены через пятнадцать лет доблестной службы, а кто раньше демобилизовался - шиш. Пусть гордятся полосками на погонах.
  Неплохая экономия для бюджета по нынешним временам - десятки тысяч людей получат намного меньше. На офицерскую пенсию Стен и не рассчитывал, а на сержантский прощальный подарок от королевства можно максимально неделю прилично выпить. Если самогон. Зато инвалидам армии звания не резали и пенсию платили полностью. Хвала Солнцу ему такой льготы не требовалось.
  - Решили грязь на общественное рассмотрение не выносить, - подытожил впечатление от бумаг.
  - Можешь высказаться на прощанье, - брюзгливо предложил генерал. - Больше ничего для тебя сделать не могу.
  - Почему бы и нет? Я всегда говорил правду в глаза начальству, за что и не пользовался любовью и в отчётах отражал факты, ничем их не приукрашивая. Или ты пытаешься угодить начальнику и непременно завалишь дело, подстраиваясь под его мнение, или прямо говоришь, как все на самом деле, не приукрашивая. Это часто не слишком приятно, зато полезно, если командир не дурак.
  - Большое спасибо. Уж в этом смысле ты не стеснялся, даже не будучи офицером. Неоднократно поступал вопреки прямым приказам, изображая неполучение указаний или вообще без всякого стеснения нарушал. Никакого пиетета, кто кроме тебя способен в лицо командиру полка заявить, что тот идиот?
  - Слушать правду выгодно, - убежденно заявил Стен. - Человек имеет правильную картину происходящего и это касается не только армейской жизни. Хотя реально не всегда приятно и выполнимо. Я все-таки не совсем сумасшедший лезть к генералам с нравоучениями.
  - Хм?
  - Высшее командование Корпуса наверняка не хотело серьезного разбора случившегося. Я хоть какой, но офицер. Рот не закроешь. А то еще начнутся речи и не очень приятные сравнения в положении двух основных народов проживающих в нашем замечательном королевстве.
  - Где ты видел народ на острове? - не выдержал Бакли. - Патраны народ?! Пять племен, почти полторы сотни кланов, из которых не меньше трети образовались не от коренного населения, а от пришлых, включая пиратов и самых разнообразных захватчиков.
  - Да! Три волны пришельцев с Шиола. Корабли, неоднократно пришедшие с севера, запада и востока. С материков и островов. В поисках удобных земель, спасаясь от холода и врагов. Сотни лет мы варились в одном котле, превращаясь в единый народ. Иногда пришельцы вторгались с целью захвата, случалось склоняли шею в надежде на новую жизнь. Тем не менее, мы давно все составляем одно общество. С общей культурой и кровным родством.
  - И без своего языка.
  - Ну не надо, да! Вы все-таки из Синенда. Это посторонним можно рассказывать. Всем местным прекрасно известно - первая волна переселенцев из Шиола пришла во время Мрака и Холода и практически полностью вырезала аборигенов, совсем немногих ассимилировали. От первоначальных жителей остались частично названия и десяток слов. Неудивительна близость нашего языка с современным шиольским. С трудом, но понять и сегодня можно. В горах еще сохранился крэльский. А в школах давненько учат язык метрополии, считая его эталонным.
  Он откровенно усмехнулся.
  - На самом деле это крэльский сохранился достаточно чистым и понимающие речь способны читать древние рукописи без особых затруднений. Конечно, языки развиваются и заимствуют слова из других, но в данном случае - это целенаправленная политика королевского правительства. Не мы утеряли язык, нас его лишили сознательно. Мы с самого начала были близки и по языку, и по крови, и по воспитанию с метрополией. На данном фоне дискриминация особенно обидна и вызывает резкий протест.
  Кто считает себя патраном - им и является. Вне зависимости от цвета волос, кожи или даже религии. Потому что это не выгодно. Патраны в стране второй сорт, но мы не исчезаем, а растем в численности. И королевское правительство об этом прекрасно знает и старается не дать подняться. Мы, люди острова Патра, второе столетие живем при явном и демонстративном неравноправии. Даже эмигрировать в метрополию запрещено. Набирают рабочих по контракту на определенный срок и живут они в скотских условиях. А кто недоволен и смеет возмущаться - высылка или каторга. Приходилось видеть, когда проходил практику на заводе в Литгоу.
  Я закончил Инженерный факультет университета в Синенде. Говорю на правильном шиольском и пошел на войну добровольцем. В надежде, между прочим, на полноценное гражданство. И даже при моем близком знакомстве с генералом, - он показал рукой на собеседника, - наградах и отсутствии любых нареканий по служебной линии (сплошные благодарности), я Шаманов из племени Бетинов, из Клана Чипоте. Неумытый горец не из офицерского королевского клуба. Мне в нем не место и отношение всегда будет предвзятым по одной единственной причине - происхождение. Заслуги побоку, всегда под подозрением в отсутствии восторженного образа мыслей. Прекрасно знаю про то, как минимум дважды зарезали повышение в штабе Корпуса. Звание старше лейтенанта, когда бывшие подчиненные уже в майорских погонах ходят, мне не положено, а вернуться в сержанты для продолжения службы после сокращения армии - извините. Придется начать с новой страницы.
  - И где?
  - Лучше всего в политике. Одна беда, прогрессисты разочаровали, популисты еще хуже. Хотя вина обеих партий в неисполнении обещаний не столь велика.
  - Злодеи с метрополии.
  - А что плохого в их идеях для королевства? Движение популистов ставило целью улучшение условий жизни всех. Прогрессисты хотели добиться равенства в политической системе. Они также надеялись добиться большей демократизации в экономической системе. Те, кто владеет природными ресурсами страны, говорили лидеры движения, должны поделиться частью своего богатства с теми, кому меньше повезло. С чего это наше богатство уходит в другие края? Это Шиол давит любые реформы, ставя нас на уровень колонии. А то вы не знаете! Они фактически вышли из доверия у простых людей. Пришло время появляться новым.
  - В националисты иди, - хмуро подсказал Бакли. - В пивных распинаться о величии патранов. Одна беда. Рано или поздно будет кровь. Никто не даст независимости острову. Ни одно правительство.
  - Кровь всегда бывает. Она вроде смазки в механизме движения вперед общества. Задача ее минимизировать. Для этого действовать необходимо постепенно. Никаких восстаний. Глава государства - король при внутреннем самоуправлении без подчинения во внутренней и внешней политике.
  - У тебя даже программа действий имеется? - брови генерала поползли в изумлении вверх.
  - Наброски, - сознался Стен. - Было время подумать и определиться. Три месяца в ожидании отправки домой. Да и тюрьма очень способствуют работе воображения.
  - Смотри, - предупредил Бакли, поднимаясь, - не хотелось бы встретиться в бою, когда Корпус бросят на подавление восстания. Почему-то всегда замечательные идеи приводят к восстаниям и массовым казням.
  - Мне тоже не хочется воевать со своими бывшими товарищами. Иногда приходится драться помимо желания. Гриффины слов не понимают.
  - Да! - вспомнил Бакли уже в дверях. Где этот самый Чипоте находится? Ведь должна быть у Клана земля?
  - Я горец не в шутку, - пожимая плечами, ответил Шаманов. - Срединный хребет. Не сильно широкая долина среди заросших лесами гор, куда нормальной дороги отроду не было. Там множество пещер, две небольших речки и совсем немного плодородной земли. Вечно живут впроголодь. Правда слегка охотятся, но это не для доходов, а для еды. Даже у немногих сохранившихся патранских аристократов не конфисковывали владения. За полной бесперспективностью на них разбогатеть. Места красивые и жутко бедные. Это на самом краю района Биронге и наши уходят работать на шахты добывать уголь, железную руду. Несколько десятков лиг в сторону и антрацита сколько угодно, а у нас сплошные камни под ногами. Вот и разбредаются потихоньку из родных мест. Еще на сталелитейные заводы Хоупа многие поступают. А что?
  - Чтобы знать, где тебя ловить, - очень серьезно ответил генерал. - Когда награду король за голову борца за независимость назначит.
  - Ха! Да поставить на перевале парочку пулеметов и дивизия не пройдет! - уже в закрытую дверь сообщил Стен. - Лучше нам действительно не встречаться в бою.
  
  
  
  Интерлю́дия
  
  Архипелаг Патра состоит из более двухсот больших и малых островов, большинство из которых необитаемо. Главный в архипелаге остров Патра вытянут с севера на юг почти на две тысячи лиг. Самое широкое место 914 лиги. Наиболее узкое - 652. Из-за большой длины суши климат меняются от субтропического на севере до прохладного умеренного на юге.
  Вдоль острова с севера на юг тянутся Скалистые горы. Более сорока вершин свыше 3000 локтей над уровнем моря. Еще 235 достигают 2200 локтей. Три взаимосвязанных хребта защищают восточное побережье от регулярно дующих сильных западных ветров. Отсюда и гораздо более плотное заселение восточных территорий. Тамошние равнины практически полностью заняты сельскохозяйственными угодьями.
  Патра изолирована от других островов и материков большими морскими расстояниями. До Шиола 1600 лиг. До островов Бандула 8700 лиг, материк Чаука 2300 лиг.
  Географический справочник.
  
  
  Глава 2. Возвращение домой. 2695г.
  
  
  Блэр тщательно изучил сухарь, по твердости превосходящий кирпич, стряхнул с него крошки, налипшие в кармане, и с довольным выражением откусил кусок. Зубы у Садова были замечательные. Крепкие и только слегка желтоватого цвета. При необходимости способные перекусить проволоку. Так он, во всяком случае, утверждал. Кусачки, тем не менее, не выбрасывал и прочий шанцевый инструмент, положенный саперу рачительно прибрал и вез домой. Даже пилу с ломом.
  Квартирмейстер в его обездоленной роте наверняка рыдал горькими слезами, обнаружив задним числом серьезную недостачу всевозможных инструментов и материальных ценностей. И это еще без учета ручных гранат. Их Блэр тоже не доверил хранить складу, а на недоуменные вопросы отмахивался.
  Пистолеты, револьверы, даже винтовки и всевозможные экзотические клинки в качестве трофеев тащили домой многие, но заявить о своей любви к рыбалке при помощи взрывов Садов додумался первым. Так или иначе, любое добро пригодится.
  Лайс покосился на него, в конце концов, продукты по старой дружбе у них были общие, однако требовать свою долю не стал. Не настолько он голодный. Когда-то первые солдатские навыки они получали вместе, затем дороги не сильно разошлись, оба остались в Сводном отряде, в различных подразделениях. Ничего удивительного. Лейтенант-комендор Шаманов старых товарищей, если они с руками и мозгами постоянно тащил за собой.
  Кому доверять ответственное дело, как не своим, давно и со всех сторон проверенным? А что Лайс Рудов угодил в морпехи не достигнув положенного для добровольцев возраста и среди сержантской компании был самым молодым, роли не играло. Подраться, он всегда был не прочь, от пуль не бегал, а с любой техникой умел обращаться. Требуется починить пулемет или двигатель любого вида, снять мину или помочь чем угодно - пожалуйста!
  Садов замечательно понял зырканье и с тяжким вздохом продолжил жевать. Обязательно ведь потом напомнит, что не предложил. За прошедшие годы невольно выучишь привычки товарища. В этом углу трюма собрались давно знакомые люди, привыкшие делиться хорошим и плохим. Не один раз в своем кругу решали серьезные проблемы без привлечения ответственных лиц. Мало ли командир - офицер. Хозяин в роте сержант. Без него ничего не происходит. И не должно происходить.
  В армии, морской пехоте и флоте Шиола так принято изначально. Офицер-аристократ купивший патент на звание обычно делами своего подразделения не утруждался. Он искренне полагал, что у него только один долг: во время боя вести своих людей против неприятеля и показывать им пример храбрости. Умение руководить войсковой частью, не входит в его обязанности. А смотреть за своими людьми, следить за их потребностями - это ему никогда и в голову не приходило.
  Для того и существовали сержанты, занимавшие промежуточное положение между рядовыми из которых они выбирались и офицерами. Те уходили и приходили, а сержанты продолжали тянуть лямку ответственности. С большой властью в отсутствии хозяина, с увеличенным по сравнению с нижними чинами жалованьем, нередко с огромным практическим опытом и часто не желающими знать другую жизнь. Этой они отдавали даже не годы, а десятки лет. Высшей должностью был сержант-майор в части. С ним считались и офицеры, а жалование получал наравне с первым лейтенантом.
  Новые времена настали больше четверти века назад, но общая схема вооруженных сил не изменилась. Просто теперь офицеры заканчивали училища и частенько много о себе понимали. Нет, там давали массу теоретических знаний от экономической географии до математики, но какое отношение эти сведения имели к практической жизни роты? Сержанты неизменно продолжали руководить. Когда явно, когда исподтишка. Очень многое зависело от командира подразделения и его готовности узнать не только теорию, но и практику армейской жизни.
  Война многое поменяла. Первоначальный контракт три года и только после этого рядовой имеет право претендовать на повышение. А достоин ли он, его решает совет сержантов, единственная инстанция, определяющая соответствие заслуг для получения нашивок на рукав и полосок на погоны. Мнение офицера никто не спрашивает. Конечно, реально в жизни случается всякое и иной раз на должность попадают отнюдь не замечательные во всех отношениях экземпляры, но в целом система работает очень давно и продуктивно.
   Четвертая и пятая дивизия морской пехоты набирались с пустого места и Шаманов не один прыгнул из рядовых не обученных сначала в мастер-сержанты, а потом и в офицеры. Правда больше из патранов никому звездочки не прилетели, да и основная масса имела не больше четырех классов школьного образования, но прецедент случился. А Стен, в отличие от многих других, старых товарищей не игнорировал. Не стесняясь, протаскивал на должности и пару раз, не церемонясь, потребовал от совета сержанта убрать не справляющихся с обязанностями. Дружба - дружбой, а служба - службой. Война не место для неумех, даже если они из твоего Клана или старые знакомые. За ошибки в бою платят кровью. Не только подчиненных, своей также вероятно.
  И сейчас в трюме присутствовал в своем сокращенном составе бывший совет сержантов Сводного отряда. Естественно не все. Часть уже отправилась раньше домой, Вулканов все еще находился в госпитале, троих отправили другим транспортом. Тем не менее, представители от всех подразделений присутствовали. Неофициальный круг собрался в последний раз на зов своего командира.
  - Что читаем? - бесцеремонно хапнув тоненькую брошюру, поинтересовался мастер-сержант Пастухов. Поморщился и торопливо вернул на койку Стена.
  Лайс глянул ему через плечо и прочитал для всех заголовок. Уж больно название занимательное: 'Экономика, цены и производство'. Таран Пастухов был замечательный разведчик и стрелок, вот только сложных материй не любил, именуя их всем скопом без различия мерехлюндиями. Что он подразумевал под этим словом, скорее всего и сам не подозревал. Все ему лично для приятной жизни ненужное. Вот если бы книжка была с картинками, а на рисунках голые бабы! Совсем другое дело!
  - Слайн дал, - объяснил Шаманов, имея в виду всем прекрасного знакомого капитана медицинской службы из госпиталя. - Занимательное чтение. Только активное участие государства в экономической жизни страны...
  - Ха, - подозрительно сказал уже бывший артиллерист Быстров. Он был страшно образован, семь классов и до армии трудился в лавке своего отца. Слово экономика понимал без перевода, как и вмешательство со стороны государства. - Опять налоги!
  - Наоборот, - с воодушевлением воскликнул еще находящийся под впечатлением прочитанного Стен. - Если растут доходы, растет и откладываемая на черный день сумма. Так?
  - Ну, да, - после паузы согласился Быстров. Вроде подвох отсутствует.
  - Получается, спрос уменьшается, - Стен пустил по кругу портсигар и все по очереди взяли, не чинясь по сигарете. В трюме и без них было накурено и воняло застарелым мужским потом, оружейной смазкой и это еще не самое худшее. Сейчас они ученые, всех подозрительных быстро отправили на палубу, а в первый раз, отправляясь с родного острова, от качки многих непривычных рвало прямо по месту отдыха. - Раз не требуется, заводы и фабрики (он намеренно старался упростить термины) уменьшается. Сокращение количества товаров и услуг...
   Садов слушал, открыв рот и наморщив лоб, пытаясь найти очередную гадость. Дураком он не был. Тупые сержантами не становятся. Нудные и придирчивые - да. Новомодные научные теории всегда приводили к проблемам.
  - ... ведёт к разорению мелких предпринимателей. Начинаются увольнения работников и количество имеющих деньги еще уменьшается. Так, Глен?
  Быстров согласно кивнул:
  - Безработица и нищета. И мы, торговцы, бесконечно в долг давать не можем. Товар покупать необходимо, а город словам не верит. Массовые увольнения это пропасть для мелких торговцев и фабрик. А если кризис затянется, как последний и крупным грозят проблемы.
  Стен прикинул надо ли объяснять про естественный процент безработицы и его необходимость и мысленно скривился. Очень актуально прозвучит. Они все как раз в свободном плаванье и если он работу непременно найдет, так или иначе, то далеко не каждый на этом корабле сможет. И это при том что первые наборы тщательно поверяли на физическое и умственное здоровье. Даже позднейшие пополнения морской пехоты по своим данным превосходили обычную пехтуру. Ни хлюпиков, ни откровенных дураков среди морпехов не случалось. Крепкие среднего роста парни, похожие один на другого телосложением и уровнем развития. В основной массе уроженцы сельской местности, привлеченные возможностью неплохо заработать, но попадались и жители городских трущоб.
   В мирное время оклад солдата и моряка рассчитывался исходя из стоимости пайка и жилья, которую среднестатистический рабочий получал в виде зарплаты. Крестьяне на Патре получали в год от 800 до 1500 'корон' на человека в семье. Средняя зарплата в 1100 'корон' рядовому (а нет на свете, не надеющихся получить повышение) манила очень многих. В военное подскочила еще на четыре сотни. Убьют? Так на роду написано. Удача отвернулась, кто ж виноват. Зато выживший привозил достаточно денег. Изначально они были обязаны подписать заявление, по которому соглашались направлять не менее 2/5 оклада за службу в действующей армии своей семье. Иногда и одиночки отправляли в банк по тому же принципу. Пригодится после ухода на дембель.
  - И где выход? - не столько ради ответа, сколько прервать затянувшуюся паузу спросил Лайс. Не требовалось особого ума, чтобы сообразить - замкнутый круг и речь идет не об абстракциях, а о происходящем сейчас. Война закончилась, спрос на многие виды продукции упал. Да еще наверняка жратву повезут из новообретенных земель. Рис там точно дешевле и его много. Как бы фермерам сильно весело не стало.
  - Общественные работы и бюджетное финансирование, - объяснил Шаманов.
  - Чего? - изумился Блэр.
  - Если государство закажет и оплатит серьезный заказ - это непременно приведет к дополнительному найму рабочей силы со стороны фирм получивших предложение. Безработные получат свое жалование за труд, смогут снова обращаться за покупками в магазины и повысятся заказы уже на другие товары. Ну как во время войны. Требовалось больше формы, оружия и еды. А это давало возможность людям заработать.
  - Мои даже при росте цен зарабатывали почти в два раза больше довоенного, - сообщил с гордостью единственный среди собравшихся профессиональный скотовод Киран Дубравин.
  Его семья выращивала овец и получала неплохой доход на разведении лошадей. Не конский завод, тем не менее, производители породистые и понимающим известны. С чего парня понесло в армию, многие не могли понять и подозревали разные нехорошие вещи. Ничего криминального за ним не числилось. Стен знал точно. Личные дела на большинство своих солдат, став офицером, он просматривал по должности. Про всех редко упомнишь, но ближайший контингент не знать глупо. Вот на Максе, Таране и Лайсе висело, недаром они на войну загремели. Впрочем, в официальную бумагу в канцелярии попадало, если уж до полиции дошло. Иногда все решалось без судов, но Киран явно не из таких.
  - И чего оно оплатит? Правительство. Новые шахты, когда на старых добыча не прекращена? А дополнительный уголь куда девать, в море? - скептически поинтересовался Быстров. - Если продать некому. Купить, допустим, государство купило, страсть сколько. За границей дешевле обойдется, а здешним и вовсе ни к чему. Своего хватает. Деньги-то не с неба свалились, опять налоги. Значит за мои 'короны' да купят бесполезный товар. Считай выбросили.
  - Почему уголь? - удивился Шаманов. - Нет. Можно ведь строить дороги, больницы, школы, новые ветки железной дороги, гидро или теплоэлектростанции.
  - Электричество - это хорошо, - глубокомысленно сообщил Таран.
  - Да мало ли! Открыть завод по производству грузовиков. И намного проще жить станет даже простому человеку. Легче перевозить грузы, ближе станет рынок и не потребуется перекупщик.
  Лайс скептически ухмыльнулся. Он имел собственный огромный опыт возни с данным видом транспорта в полевых условиях. Слишком дорогое удовольствие для нормальных людей и каждые сто лиг (ладно чуток позднее) обслуживание требуют. Это в лучшем случае. А то сломается посреди поля и не вытащишь.
  - А там потребуются заправки, ремонтные мастерские, опять же дороги, грузчики, водители, диспетчеры, производители масла, бензина, запчастей! Кто-то строит, кто-то работает. Больше автотранспорта - больше работы и людей занятых трудом.
  А вот с этим он готов согласиться. Лично для него - Лайса Рудова, вариант удачный. Всегда при деле.
  - Чем плохо? - риторически спросил Шаманов, уверенный в ответе.
  - Лет десять назад, - негромко сообщил Макс Геллер, - старый хозяин в нашем Клане помер.
  В компании он выделялся смуглотой кожи, никого из патранов не удивлявшей. Клан грухов, откуда он происходил, был один из двух оставшихся горских, ведущих свое происхождение от далеких аборигенов. Они давно смешались с остальными и культурно ассимилировались, однако члены клана заметно выделялись в толпе. Никакой курчавости на головах или приплюснутого носа с толстыми губами, как на Черном материке. Обычные лица при намного более темной коже.
  Когда-то на почве оскорблений цвета кожи грухи немало повоевали, перерезая глотки и проламывая тупые головы. Уже после восстания Ангуса их вытеснили в совсем уж паршивые высокогорные районы, где не слишком жирно жили до сих пор.
  За столетия прошедшие с Клановых войн давно уже никого не волновали подобные сложности кроме них самих. Грухи редко женились или приводили жен из других кланов, не считая родственного и не часто спускались в долины. Макс представлял из себя странное исключение. На удивление неплохо читал и писал, при полном отсутствии школы в его родных местах.
  Прирожденный стрелок, ставший неплохим пулеметчиком и сменившим 'Остин' на снайперскую винтовку, до армии вообще не держал в руках механизма сложнее молотка. Разве что старинное, стреляющее черным порохом ружье предка. В цель он попадал изумительно, маскироваться, стрелять из самых невероятных положений и скрытно передвигаться его обучать не требовалось. Снайперов многие недолюбливали, не по-солдатски это - убивать из-за угла. Максу всегда было наплевать на чужое мнение. Он и много старше большинства был. Набирали первоначально с 18 до 21 года и кроме Шаманова ему и ровесников в дивизии, среди нижних чинов практически не имелось. Все лет на пять младше.
  Почему он спустился со своих вершин вниз и завербовался в морскую пехоту, зачем так стремился подстрелить именно офицеров, Макс никогда не рассказывал. Он вообще о себе ничего никому не объяснял. На пытающихся лезть в душу смотрел с выражением: 'Исполняю обязанности справно, чего еще надо'? Так про него никто толком ничего не знал, кроме Шаманова, а тот не делился, но не изгой. Письма писал и получал из родной деревни несколько раз.
  - Приехал старший сын, - продолжил Макс, - он чуть ли не в университете образование поучил. Сказано было с издевкой. - На самом деле, где учился и чему нам не объясняли. Прогрессивных идей привез массу. И еще толстую книжечку под завлекательным названием 'Интенсификация сельскохозяйственного производства'.
  Слово 'Интенсификация' он произнес без запинки, в очередной раз руша напрочь образ медлительного и тупого горца.
  - Земля у нас не слишком плодородная и пригодные под посадки участки малы, нередко созданы собственными руками многих поколений в виде террас и урожай дают минимальный.
   - Не очень то вы и утруждаетесь, - заявил Блэр. - Я видел. С ленцой так, не напрягаясь.
   - Тоже правда, - не обиделся Макс. - А какой смысл? На продажу везти слишком далеко, на жизнь хватает. Вот и не особо усердствуют мужики. Овцы есть, козы имеются. Немного овощей будет. С голоду не помираем, но хозяйство реально натуральное. Практически ничего фабричного не имеется. Со стороны глянуть - нищета жуткая. А по мне так в трущобах городских хуже живут. У нас бездомных и совсем голодных не бывает. И детей без семьи не встретишь. Мы - Клан и своих не бросаем!
  - Никто и не сомневался, - заверил Глен Быстров, - но ты это к чему?
  - А! Отвлекся. Короче стал новый Вождь Клана учить нас правильно вести хозяйство. По науке. Система севооборота, расширение посевов при вырубке леса, глубокая вспашка. Все согласно книжным указаниям от ученых профессоров. Результат вышел паршивый. Пару лет урожай повышался, потом почву начало смывать, деревья-то повырубали и склоны нечему держать. Оползни. А продать ничего не продали. Поблизости наши продукты никому не сдались, а далеко везти еще та проблема. Выручка после всего совершенно не оправдала затрат. Пришлось... э... заменить Вождя.
  - Грохнули что ли? - заинтересовался Лайс.
  У патранов не существовало писаного внутрикланового кодекса, многие дела решались народным судом по обычаю. Крестьяне был вправе звать своего господина на суд за обиды и за притеснения и, если господин оказывался действительно виновным, истец освобождался от его власти. Телесное наказание и смертная казнь не допускались. Обычно. Иногда случалась инциденты.
  - Нет, конечно. Стандартная процедура изгнания. Мы ж не звери. Даже без поношения. Он плохого своему Клану не желал, а что вышло, то разница между теорией и практикой. Жизнь, так устроена, что, образование ума не дает. Неплохо еще собственными руками потрогать. Я это к использованию правильных советов по экономике из замечательной брошюры.
  - По дедовски жить? - с вызовом спросил Стен.
  - Ломать не строить. Идеи сначала желательно проверить. И лучше на соседнем Клане, - Макс усмехнулся, показывая замечательные зубы. - В худшем случае на отдельном хозяйстве. Если пойдет, людей упрашивать не придется.
  - Как долго вы сможете жить натуральным хозяйством? Вечно? Ты ведь видел другую жизнь. Неужели не хочется что-то изменить дома?
  - Ха! Желания и возможности две огромные разницы. У свакам случаю имаш право.
  - Чего? - изумился Таран.
  - Патран, - с непередаваемым презрением, процедил Макс. - Свой язык не знаешь!
  - Многие его знают? - возмутился Пастухов.
  - У нас, - подчеркнуто объяснил Макс, - в горах - все. Стыдоба своих корней не помнить. Вот командир знает.
   Шаманов кивнул. Особой его заслуги в этом не было. Так жизнь сложилась. Гораздо серьезнее удивлял Макс, по идее как раз должен был объясняться на шиольском, жутко коверкая слова, а он говорил не хуже остальных. Не чисто литературный - разговорный, однако вполне приглаженный и без обычного даже для городских примешивания крэльских слов. Не верил он в Геллерово немытое горство, хоть убей. А в деле по поводу образования указано шесть классов. Это выше обычного даже для равнины, но хоть убей - вранье. Образование записывали со слов и казалось бы, к чему обманывать? Хуже сопроводиловки из полиции уже некуда.
  - В 'любом случае ты всегда прав', - перевел Макс для не понявших. - Это я от чистого сердца. По серьезному мы не влипали за три года никогда из-за нашего командира. У него нюх на правильные действия.
  Про себя он подумал, что одного такого в жизни видеть приходилось. Полусумасшедшего отшельника в пещере, которого подкармливали всей деревней. Тот иногда выдавал советы и шли они всегда на пользу дела. Правда случалось не часто, но если уж скажет: 'делай или не делай то или иное', никто не сомневался. Знали - так будет лучше. Проверено.
  Вряд ли все действия Шаманов этим можно объяснить, скорее в большинстве случаев сработала практическая жилка, а в дальнейшем и опыт боевых действий, но подозрения у него имелись серьезные. В горах совсем по-другому относятся к старым знаниям, многое сохранили вопреки жрецам и нередко умеют определять полезность. Бывает ведь и обратное. Маги - они случается и во вред соседям употребляют умения. Лучше заранее быть готовым и потом не удивляться.
  - Поэтому внимательно слушаю предложение, - сказал Макс вслух. - Ты ж недаром нас позвал, а командир?
  - Хорошее слово 'предложение', - пробормотал Шаманов. - Значит так, - окончательно решившись, сказал, - пока шла война, королевское правительство контролировало железные дороги, флот, закупки продовольствия и взаимоотношения между рабочими и предпринимателями. Уже третий месяц госконтроль отменен. Газеты открыто пишут: многие заводы увольняют людей работающих на выпуске военной продукции. Цены серьезно выросли...
  - Ну ничего себе Мрак возьми, выросли, - взвился Глен. - Он достал из кармана измятое письмо и с неподдельным негодованием зачитал: До войны литр молока 9 сантимов, сегодня 15. Говядина поднялся в цене с 27 до 42, масло - с 32 до 61, десяток яиц - с 34 до 62 сантимов. Цена на обувь возросла в 4 раза. Даже рост зарплаты во время войны был меньше. И хозяева земель требуют у арендаторов больше платить. Причем сразу в два раза при падении спроса на продукты!
  - Вот именно, - подтвердил Стен. - Нас никто не ждет с распростертыми объятиями. Наоборот люди будут держаться за свои рабочие места руками и зубами.
  - Я на шахту не вернусь! - категорически заявил Пастухов. - Хватит, отработал в забое свое. Вы на добывающих уголек вблизи посмотреть пробовали? Я с восьми лет собирал уголь, просыпанный из тачки. А отец каждый день по десять часов трудился. К сорока годам у него легкие отказали, надышался угольной пылью. И за что? Шахтерам обязаны покупать товары только в магазинах своей фирмы. А там специально гниль, деваться-то некуда! Нет уж, кончено. Меня деньги в банке ждут.
  -Этих полторы-две тысячи, что у каждого отложены, если в семью уже не ушли, надолго не хватит, - пробурчал Лайс.
  Стен сделал паузу, переводя дыхание. Сама идея была достаточно хороша, но это со временем и начинать в одиночку он не мог. Требовалось убедить.
   - Сегодня на острове таких как мы за двести тысяч. Демобилизованных, растерянных. Ищущих за что зацепиться. Вот и надо от этого идти. Создать Лигу Ветеранов. Вместе мы сила!
  - И зачем это большинству? Уж в земле ковыряться возможность найдется. Мы же не будем каждому помогать поле обхаживать, - скептически отмахнулся Рудов.
  - Правильно! У Лиги должна быть цель, иначе все впустую! Понятная всем. Улучшить жизнь. По одиночке все бесполезно. Наша земля принадлежит все больше чужим шиольским ордам, не имеющим понятия о нуждах арендаторов и не желающих ничего о них знать. Большинство и не посещает свои владения. Повышение аренды неминуемо будет и это шанс заявить о себе. Важно потребовать установления определенного уровня 'справедливой' арендной платы, устойчивого срока арендного договора, разрешения свободной продажи земли. Земля должна принадлежать работающим на ней.
  - И что конкретно может сделать группа людей? - Блэр больше не жрал, а внимательно слушал. - Он-то как раз из такой семьи. Всю жизнь на грани. Голода на острове, охватывающем всю территорию, никто не помнил, но это не означает хорошего урожая во всех концах. Фермеры нередко еле сводили концы с концами, а многие не имея возможность платить лорду, уходили в города. К отнюдь не намазанной маслом жизни.
  - Если арендная плата будет повышена, а это обязательно случится в ближайшее время, убедить фермеров отказаться платить. Вот для того чтобы не согнали мы и должны присмотреть. На первый порах никакого насилия. Любой, согласившийся взять чужой участок должен стать изгоем. С ним не говорят, ему не продают, у него не покупают, к нему не нанимаются на работу и не оказывают помощь в любом виде. В Храме никто не встанет рядом и не отдаст в его семью дочь. Никакого общения!
  - Ха! А ведь может сработать. Тут и жандармы не помогут. Преступления нет.
  - Мне любопытно прозвучавшее 'на первых порах', - осведомился Дубравин. - Это к чему?
  - Лорды могут набрать собственных головорезов для запугивания. Они обязательно попробуют заставить правительство предпринять резкие действия. Рано или поздно кровь будет, - спокойно сказал Стен. - Я не хочу криминала и чем сильнее мы станем, тем больше шансов удержать стихию.
  - В каждой истории есть два участника и точка зрения у них может различается кардинально, - подхватил Макс. - Любой считает правым исключительно себя. А у нас ведь Патра. Может мы и выступаем вместе против чужаков, но грыземся по страшному. Религия, горцы с долинными жителями, фермеры со скотоводами, кланы, племена.
  - Только вместе мы можем добиться победы. Всем хорошо не будет никогда, - Стен поморщился, - хотя это лучше на площадях не говорить. Мне лично плевать на все вышеперечисленное и насколько это будет зависеть от меня, я буду соблюдать баланс интересов. Лига ветеранов обязательно включает всех. Потребности разных групп не всегда совпадают. Втянуть в борьбу каждого трудового человека. Не только земля, еще и профсоюзы. Просто это начало. Конкретное и всем понятное. И дальше не стоит отодвигать остальных. Ветераны - ядро. А Движение - общенациональное. Если необходимо будем сотрудничать и с прогрессистами, и с популистами, но только отдельной силой.
  - Партия? - не удивился Макс. - И где-то впереди маячит знакомый лозунг: 'Предоставления стране самоуправления и создания автономного парламента'.
  - Да! Шаг за шагом, вплоть до собственного управления. Это плохо?
  - Это сомнительно. Никогда нам не дадут свободу.
  - Невозможное всегда удаётся. Самое невероятное - это и есть самое верное решение. Я гарантирую: не завтра, не через год, возможно через кровь, но самоуправляемость мы получим при моей жизни! При одном условии - идти вместе.
  К сидевшим неуверенно приблизился незнакомый солдат. Форма на нем была не морпехов. В транспорте собрали для отправления домой не только пятую. Были еще из 29-й пехотной.
  На лице у него было написано: 'Разрешите обратиться', а в трех шагах в качестве группы поддержки торчало еще несколько с уважительно-вопросительными лицами. После Гриффина и тюрьмы к Шаманову стали относиться с нескрываемым почтением и показательной предупредительностью.
  Очень многие прекрасно поняли что произошло, а уж про капитана говорили практически в открытую. Никто не сомневался в убийстве зарвавшегося садиста. Официальную версию в расчет не брали. Всеми своими подвигами и наградами Стен не сумел себе сделать столь известного имени. Теперь его знали не только в морской пехоте и не одни офицеры.
  Армия и флот в стороне не остались. И одобряли не только патраны или простые шиольские солдаты. Многие офицеры считали происшедшее правильным. Честь выше всего. Гриффин себя откровенно замарал низкими поступками. Шаманов повел себя как благородный человек. Дал сохранить лицо родственникам и наказал виновного. Это заслуживало похвалы и поднимало над многими, задавая планку поведения. Пойти на деяние, прекрасно зная о негативных последствиях для карьеры, да и дальнейшей жизни, не всякий решится.
  - В чем дело? - спросил Стен доброжелательно. Слышать солдат все равно толком ничего не мог. Говорили они негромко, да и уловил что - какая разница? Он надеялся опереться на проверенных и заинтересованных сержантов в новом деле, но люди лишними не бывают.
  - Там, - помявшись, доложил незнакомец, - моряки курс новый прокладывают. Мы идем не в Натмук. Прямиком к Синенду. Вы б сходили, выяснили, что к чему. Чего это домой не везут.
  - Один Мрак, - поднимаясь, сказал Шаманов, - обязаны обеспечить бесплатный проезд до места принятия на службу. Не по морю, так по железной дороге. Ну пойдем, спросим.
  - Это удачно получилось, - дождавшись пока толпа во главе с бывшим офицером повалит наружу, веско уронил Лайс. Всем в трюме вдруг стало страшно интересно, куда направляется делегация. Минут пять назад никто о столь прозаичных вещах и не задумывался.
  - Зачем нам давление авторитета начальства? Сбор сержантов сам решит. Итак, я по любому пойду за Шамановым. Жены не имеется, детей тоже. Никто не ждет и жить мне негде. Идти в снова в сцепщики вагонов? В депо все места наверняка заняты. Спасибо, не хочется. Вот Таран назад в шахту горбатиться не желает и я схоже думал. Только куда деваться не знал. Тысяча в год зарплаты и пить без просыпа в выходные? Хочу чего поинтереснее. Стен предлагает цель в жизни. Выгорит или нет, Мрак его знает, но это хороший шанс. Ну? Кто как думает? Блэр?
  - Я с вами, - заявил Садов. - Правда у меня то жена с ребенком имеется, но нам же база нужна? - он ухмыльнулся. - Почему не с моей деревни начать? Уж я точно знаю, кто и чем дышит. Кому требуется слово сказать, а кого и придержать за штаны.
  - Макс?
  - Я съезжу домой на пару недель, а потом вернусь. Все одно надо ведь пощупать настроения, да и всем с родичами повидаться.
  - Таран?
  - Нет парни. Политика, сельское хозяйство, самоуправляемость... Все это, - он точно обозначил ругательствами, что думает. - У меня еще старые знакомства сохранились.
  - К Морио-стрелку пойдешь?
  - Осуждаешь?
  - С какой стати, - удивился Лайс. - Каждый выбирает свою дорогу. Мы столько убили за эти годы, что репутация страшного бандита, - он смачно плюнул на пол.
  Сержанты дружно рассмеялись. Сколько там, на бандите, может висеть покойников - пять, шесть, десять? Любой из них навалил гораздо больше. И в основном это были не беспомощные гражданские, а такие же военные готовые тебя убивать.
  - Он контролируют шлюх и игорные притоны, - серьезно сказал Таран. - С собачьих и лошадиных бегов зашибает немаленькие деньги. Наверняка бывалый человек подойдет.
  - Ага, - подтвердил Глен, - и пустит вперед в качестве мяса. Нет, если серьезно, то предпочтительнее создать свою банду, а от вашего Морио избавиться. В море, только привязать чего потяжелее, чтобы не всплыл. Ха! - он подумал, - мы бы смогли, только не мой это путь. Убивать за деньги? Нет! А вот за правильную идею - да.
  - Может это хуже? - зло спросил Таран. - За короля, за самоуправляемость, за независимость. Ты убиваешь, а потом опять остаешься ни с чем, и кто-то другой считает прибыль. За себя хоть честно. Я сделал - я отвечу. Не за принцип, а за возможность хорошо жить.
   - Ха и еще раз ха! Одно не отменяет другого. Не важно, Лайс прав - неизвестно как упадут кости. Удача вещь капризная, но это гораздо интереснее, чем сидеть в деревенской лавке и отвешивать три конфетки ребенку, тщательно пересчитывая медные сантимы из потной ладошки. Я пошел в добровольцы в надежде найти другую жизнь. Не такую, как у моего отца. Может, это было глупо, но вернуться назад даже сержантом и с двумя орденами? Исключительно похвастаться. Я хочу другой жизни! Рисковой.
   - А я нет, - отрезал Киран Дубравин. - Мне кровь уже поперек горла. Хочу в конюшню и не слышать больше никогда криков раненых лошадей, - его передернуло. - Людей не так жалко. Он хоть понимают, на что идут. А лошадь и возмутиться не может. Все! Пока меня не трогают, я просто развожу породистых скакунов и стригу овец.
  - А тронут? - вкрадчиво спросил Лайс.
  - Мы не арендаторы и ничего ужасного родичи не писали. Хорошие кони всегда нужны. Вы не думайте, если проблемы я всегда помогу, но лезть в эти политические дела... Без меня. Возьмете на себя слишком много и пойдете на каторгу. Без вины. Найдут причину. Земля - это власть. Кто ж ее добровольно отдаст?
  - Вот и решили, - подвел итог Рудов. Трое за Лигу, двое сами по себе. Без обид парни, выбор честный. Пути расходятся, но это не значит, что необходимо смотреть на товарища зверем. Патра большая, а человек с человеком бывает встретится. И никто нам не мешает, - провозгласил, извлекая из мешка бутылку без этикетки под общее оживление, - выпить с ветераном Сводного отряда за прошлое. Спорим, лет через двадцать война будет вспоминаться как замечательное время?
  - Мне вряд ли, - заверил Дубравин, в свою очередь, предъявляя дополнительную бутыль и два стакана.
  - Ерунда! Молодой, здоровый, почти не пострадавший. Сквозная дырка не в счет. Девки любили и здоровья навалом. И свобода! Никаких обязательств, за тебя командиры думают. Кормят, поят, одевают, а ты вечно недоволен. Мало, плохо и невкусно. Дома-то ту же кашу жрал без масла за ушами трещало. Если сравнить, ха! В пятьдесят держишься за поясницу прямо с утречка и жена пилит за отсутствие денег. А дети на твои указания потихоньку плюют и от рук отбились. Как мы, - подумав, добавил, - под общее ржание. А что? - он обвел всех взглядом. - Кто-то хочет похвастаться, что его родители радовались идее пойти добровольцем? То-то! - поднимая стакан, провозгласил, - чтоб наши дети не были хуже нас!
Оценка: 5.43*18  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Олав "Охота на инфанту "(Боевое фэнтези) А.Верт "Пекло 3"(Киберпанк) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Эванс "Дракон не отдаст свое сокровище"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) О.Иконникова "Принцесса на одну ночь"(Любовное фэнтези) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"