Левин Эдвард Борухович: другие произведения.

02-02 Не в деньгах, а в их количестве

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ПОВТОРНО. Продолжение 2 глава романа Не в деньгах, а в их количестве


Глава 2. Апрель.

10

  
   Россия.
  
   Игорь Тихонов и Валерий Скрыльник были ровесниками, обоим по 42 года. В советские времена жизнь у них складывалась вполне успешно. Блестящий офицер и перспективный спортсмен познакомились после женитьбы на двоюродных сёстрах и дружили более двадцати лет. Проблемы начались, когда перестройка перешла в фазу перестрелки - новой России ни полковник, ни боксёр оказались не нужны.
   Первым в криминал пришёл Валерий, через два года подтянул за собой родственника. Игорь ладил и с ворами, и с милицией, которая воспринимала его, скорее как своего, чем - противника. Пришёл он не один, а с группой сослуживцев. Благодаря богатому жизненному опыту, воле, незаурядному интеллекту и организаторским способностям, через год стал бригадиром одной из наиболее мощных, богатых и боеспособных группировок города. Несмотря на большие заслуги перед "чёрным делом", Валерий исполнял в бригаде Игоря функции заместителя.
   Тихонов - бывший полковник Советской и Российской армий. Командир полка был невысокого роста, в прекрасной спортивной форме, одет всегда в модный, индивидуального пошива костюм, при галстуке. Обувь он также предпочитал шить на заказ, на очень высоком каблуке, из кожи крокодила. В окружении "братвы", одетой в китайские спортивные костюмы, Красный Полковник производил на окружающих неизгладимое впечатление.
   Многих он раздражал, но поскольку имел самую боеспособную "бригаду", соблюдал, как устав караульной службы, все правила и понятия, "чёрные" его не только терпели, но и уважали. Через шесть лет Тихонов полностью ушёл от чисто бандитских наездов на коммерсантов, начал оказывать им полезные услуги. Это резко повысило доходность и снизило риск его деятельности. Игорь первым в российской глубинке понял, какие перспективы имеет работа с землёй и недвижимостью, стал перестраивать работу "бригады" в данном направлении. Очень хороший доход давало сотрудничество с группой Вишневецкого. Они вместе проводили прекрасно спланированные акции. Не меньшую пользу приносила совместная деятельность с адвокатом Бернштейном, без него и его связей наладить работу по недвижимости было бы немыслимо. Из-за этих изменений в деятельности "бригады" и начался раскол.
   Валерий - мастер спорта по боксу в тяжёлом весе, ростом два метра пять сантиметров, одевался по бандитской моде в китайский спортивный костюм "Адидас", который превращал его в подобие живой горы. После того, как расстался со спортом, ушёл в рэкетиры и примкнул к ворам. Скрыльник - уроженец рабочего пригородного посёлка, с детства был тесно связан со шпаной. Ненадолго разошёлся с ней, уйдя в спорт, но в трудное время вернулся к друзьям детства и юности, был принят ими, стал полностью своим, хотя и не имел "ходок" в тюрьму, как большинство из его приятелей.
  

11

  
   5 апреля, Россия.
  
   - Игорь, разговор есть, у парней есть вопросы, - Валерий возвышался над столом Игоря, как скала.
   - О чём базар? - интересовался Тихонов.
   - Игорь, я тебя предупреждал. Коллективу не нравится, что ты всё под себя гребёшь. Требуют объяснений, - сказал Скрыльник.
   - Валера, мне некогда, поговори, успокой бойцов сам, - предложил Тихонов.
   - Игорь, ты не понял, парни ждут тебя в спортзале или придут к тебе сюда. Я прикрывал тебя, сколько мог, но ты ничего не желаешь слышать, - предупредил Валерий.
   - Ты спелся с этими... - сделал вывод Игорь.
   - Я ни с кем не спелся, пока всё можно решить миром, но ты должен выслушать, что думает коллектив, ответить на вопросы, объяснить, как дальше жить будем, - пояснил Скрыльник.
   - И кто мне предъяву озвучит? - уточнил Тихонов.
   - Бригада решила, что я, - ответил боксер.
   - Ну, дружбан, нечего сказать. "Я не спелся, я с тобой", - передразнил Валеру Тихонов. - А претензии ты же и предъявляешь!
   - Ты очень хочешь, чтобы вместо меня были Гриша Маленький или Рыбак? Могу уступить им место, они очень этого хотят, - предостерег друга Валерий.
   - Ты, так ты. Где Андрей с парнями, он вернулся? - интересовался Тихонов.
   - Нет, как уехали с утра, так и не возвращались. Я их сам о "сходе" и "времянке" предупредил, - ответил Скрыльник.
   - И на том спасибо. Иди, я через пять минут буду, подберу бумаги, - сказал Игорь.
  
   Валерий кивнул и вышел.
   "Как паршиво и не вовремя всё", - думал он. Бунт в "бригаде" зрел давно. Причина, как всегда, деньги, и большие деньги. За последний год группировка материально окрепла. Скрыльник понимал, что Тихонов поступает правильно, перестраивая работу бригады. Осознавал, что требование дележа имущества - несправедливое и несвоевременное. Но пойти против друзей детства Валерий не мог. Для выживания в новых условиях требовались мозги, а не крепкие кулаки. В игре участвовали нотариусы, риэлторы, адвокаты, чиновники. С ними бывший армейский полковник прекрасно находил общий язык.
   На этом этапе развития толпа "братков" была нужна только для престижа среди других "бригадиров". Андрей, старший лейтенант из роты разведки того же полка, где служил Игорь, и четверо его профессионалов, в качестве силового прикрытия, стоили, как остальные два десятка боевиков. Их всех уволили из вооружённых сил в один день, за многократное, жестокое обращение с военнопленными и гражданским населением в "горячих" точках, где они послужили в изобилии. Последним местом их работы на государство был Дагестан. Бывшие лейтенанты и прапорщики под руководством своего командира легко перестроились сначала на рэкет и воровство, а затем - на более интеллектуальную работу.
   Остальные бойцы - "ветераны бригады" - прикрывали операции, фактически, не принимая в них участия. По идее, от них надо было избавляться. Игорь надеялся, что "братки" сами разойдутся по другим "бригадам". Но парни перед уходом решили честно, как им казалось, всё поделить. Да и Красный Полковник их сильно раздражал.
   На Игоря были оформлены двадцать квартир, три особняка в центре города, ещё дореволюционной постройки, по 3-4 этажа каждый, десяток сельских домов, шесть современных коттеджей в пригороде.
  
   - Игорь! - Валерий начал с сути вопроса. - "Бригада" интересуется, где "бабки", что наработали за последние полгода. Почему всё оформлено на тебя и твою жену, а парни голодают?
   - Ну, голодных я здесь не видел и не вижу, - спокойно ответил Тихонов.
   - Игорь, ты понимаешь, о чём я говорю, - настаивал Скрыльник.
   - Понимаю, понимаю, а то, как же! "Бабок" захотели, а вы их заработали? - недоумевал Красный Полковник.
   - Мы не кони, чтоб работать! - Гриша Маленький, самый наглый и инициативный в "бригаде", был в авторитете. За ним числились две "ходки" за грабежи и какая-то тёмная история по "малолетке".
   - Ну, ты-то у нас не переработаешься. Это верно. Да, кстати, ты снял в прошлом месяце "бабло" с трёх коммерсов, а малую долю на общее дело "отстегнуть" - забыл. Это я за тебя "общак" грел. Не пора ли и тебе отчитаться? Давай, коли все собрались! - потребовал Тихонов.
   - Вопрос не о Грише, а о тебе. Ты с "темы" не съезжай! Кому положено, тот и спросит, не твоего ума дело! - резко прервал Игоря Рыбак, второй авторитет в "бригаде".
   - Это что ты там лепишь? Рыбачёк, ты что, "рамсы" попутал? Это я могу и обязан и с тебя, и с Гриши, и с вас всех спрашивать. Для того и поставлен старшим. Я-то за себя отвечу, а от вас обоих крысами воняет! - выразился Красный Полковник.
   По рядам "братвы" прошёл возмущённый шепоток. Они пришли "рвать" "бригадира", а отнюдь не отчитываться перед ним, тем более что в его словах было много правды.
   Долю смелости "браткам" добавляло и отсутствие на "сходе" людей Игоря. Пять его цепных псов - армейских разведчиков во главе с лейтенантом Андреем Дымом - на "сходе" отсутствовали. В случае силового столкновения, эта пятёрка, с Игорем во главе, стоила их всех вместе взятых.
   - Это ты, "красный", нам, "чёрным", "крысовую" подвести хочешь? - возмущался один из бандитов.
   - Мою масть не ты, сявка, а воры определяют, ну а насчёт "Крысовой", верно, её вам обоим я и подведу, - угрожал Тихонов.
   - Игорь, ты прав, вопрос о греве есть, и ставить его надо. Но давай по порядку. Объяснишь всё "братве", поговорим о других делах, их много, грев в том числе, - Валерий попытался без накала страстей вернуть дискуссию в запланированное русло.
   - Хорошо, поговорим, - согласился Красный Полковник. - Да, всё оформлено на меня, так как только я буду решать, когда выгодно и разумно начинать продажу недвижимости, и не допущу здесь самовольства. Деньги с продаж получат только те, кто работал на "темах", как с рэкета, машин и прочего. Нравится вам или нет, принцип один, кто не работает - тот не ест!
   - То есть, всё заберут ты, Валера и твои парни. А нам что? - Рыбак пришел в ярость. "Бригадира" испугать не удалось, а угроза "крысовой" - весьма реальна и опасна. И подвести её и ему, и Грише ничего не стоит.
   - С тебя, Рыбак, штраф причитается. Из-за твоей тупости мы шестикомнатную коммуналку в центре города потеряли, - укорял Красный Полковник. - Из-за тебя, Гриша, - коттедж. Серёга Молчун, а на тебе два дома под расселение. Толян магазин на Горького "просахатил". Вы и ваши звенья были в "теме", вы сами принесли "бригаде" убытки, не хотели думать, не желали учиться ни чему новому.
   - Мы, получается, дураки, а ты умный! - Гриша Маленький потерял над собой контроль.
   - Не можешь работать головой, работай кулаками, так вы и на это не годитесь! Гриша, а ты забыл, как три коммерса с битами гоняли тебя по всему городу? Да такого позора ни одна бригада не знает. Эта троица с бейсбольными битами отделала шестерых лбов-рэкетиров, сами чуть под суд не попали за превышение норм самообороны, по всему центру прогнали. Три сломанных руки, шесть рёбер, два сотрясения мозга, и откуда там мозги-то взялись? Мелкие синяки, выбитые зубы и ссадины не в счёт - это у нас. У них один разбитый нос. Всухую разделали! Потом я же ваши "тачки" с трудом у них назад получил - боевым трофеем объявили. Так за что тебе деньги платить? Гнать тебя в ближайший совхоз трактористом, только там тебе и твоим героям место. Колхозники хреновы! - выразился Тихонов.
   - "Братва", да он смеётся над нами! "Бригада" требует отчёт за наши "бабки". По всем правилам и понятиям имеем право! - возмущались бандиты.
   - Я здесь "бригады" не вижу. Где Дым и его парни? Разговор касается и их напрямую. Где все молодые? В "бригаде" больше сорока человек, а здесь - двадцать. Куда остальные делись, как раз те, кто имеет право с меня спросить, те, кто деньги приносит? Будут все в сборе, дам отчёт до копейки, а пока, извините, рылом не вышли, - Игорь говорил спокойно и очень жёстко, он совершенно не боялся толпы.
   - Ну, ты, гад, ещё и смеёшься! - психовал Гриша Маленький.
   - Да какой тут смех! Тут плакать надо! Тебе сидеть в запертом толчке и кричать изнутри - "За-ня-я-я-я-то-о!". Вы же все только с засранцев в гальюне и крестьян-лохов в поземном переходе шапки срывать способны. Мелочь по карманам в школьной раздевалке тырить. Вы все были в деле и в доле, а теперь "обделались" жидко-жидко и долю потеряли, - сказал Игорь.
   "Братки" пришли в ярость, тем более, все обвинения, что бросал им в лицо Тихонов, были очень неприятной правдой. В любую секунду, подай один из лидеров мятежа сигнал, толпа бросилась бы на Красного Полковника и разорвала его.
   Валерий не знал, как быть.
   "Если не делать ничего, Игоря убьют. Дальше подъедет Дым и положит "братву", может и не всех, но большинство", - думал он. Скрыльник также считал, что Тихонов должен отдать треть или половину от недвижимости "бригаде", которая затем разделится на две части.
   - А я, Игорь, - спокойно спросил Валерий, - тоже, по-твоему, засранец и нахлебник? Так, приживалка из милости?
   - Если ты сними, то - да, - ответил "бригадир".
   - Друзей дерьмом называть не следует. Даже в шутку, - предупредил боксер.
   - А я и не шучу, - сказал полковник.
   "Бригада" замерла в изумлении. Такое откровенное оскорбление, без риска потерять лицо, Валерий спустить никак не мог. Только его авторитет и сила сдерживала "братков" от того, чтобы не броситься на Тихонова. Скрыльник стоял напротив Игоря и чуть левее. Мастер спорта в тяжёлом весе нанёс удар с места, не переходя в стойку, и нокаутировал Игоря, как минимум, на полчаса, одновременно спасая ему жизнь и наказывая за то, что тот вынудил его выбирать между родственными чувствами и друзьями детства, довёл ситуацию до конфликта, когда всё можно было решить миром. Боксер так и не понял, специально Игорь провоцировал такое развитие событий, или его понесло, и он не контролировал себя.
   - Пошли, этот козёл еще полчаса проваляется. Завтра пойдём к Алексу, пусть по справедливости и понятиям рассудит, - сказал Валерий. Его авторитет после такого удара стал бесспорным.
  

12

  
   7 апреля. Россия.
  
   Через два дня Алекс постановил: группировка разделяется на две части. "Бригадиром" той, в которую вошли 24 "ветерана", стал Валера Боксер. Ей достался старый офис, а также треть недвижимости, записанной на Игоря. После сверки документов и долгих споров, эту треть определили в один миллион пятьсот тысяч долларов. В течение двух недель, Игорь должен передать или деньги, можно рублями, или переоформить на Валеру Боксера и его людей жильё - на аналогичную сумму.
   У Тихонова остался новый офис, группа Дыма и человек десять молодых, грамотных ребят, скорее менеджеров риэлторских контор, чем откровенных бандитов. За ним же оставалось и семьдесят процентов недвижимости.
   Нельзя сказать, что стороны остались довольны, но возражать и спорить никто не стал. Игорь и Валерий публично пожали друг другу руки и поклялись "зарыть топор войны".
  
   Артём более недели не появлялся у Тихонова, уезжал к родителям жены. Когда вернулся, очень изумился. Валерия и "ветеранов" в "бригаде" не было, офис более не походил на бандитскую "малину", а выглядел, как обыкновенная контора, с клерками в костюмах и галстуках, а также охраной на входе. Игорь и Дым, также переодетый в костюм из спортивного "Адидаса", ездили по городу, собирали деньги. От ребят Дыма узнал подробности ссоры - слишком рано произошло открытое столкновение, по всем прогнозам, нарыв должен был лопнуть не ранее, чем через месяц. Кроме того, Тихонов вёл себя очень странно. Артем просидел в конторе до вечера, но так его и не дождался.
   Только на третий день после возращения Артем застал Красного Полковника.
   - Ты уже в курсе, что у нас произошло? - спросил тот при встрече.
   - Да, объяснили. Что теперь делать будем? - поинтересовался Артем.
   - Врагов урывать будем и деньги делать. Прости, убегаю, дня через три освобожусь немного, сядем, поговорим. Ты мне будешь нужен, - заверил Тихонов.
   Артём срочно связался с Дорошенко, запросил срочную встречу. На конспиративной квартире пересказал Петру всё, что узнал о событиях в бригаде.
   - Ну и прекрасно. Тебя не было в городе, когда всё произошло. Значит, ты не при чём. Это первое. Второе, не упусти момент, когда Тихонов начнёт мстить. Скорее всего, именно об этом он и хочет с тобой переговорить. Разбираться с бригадой будет одновременно с расчетом. Надо обязательно точно узнать день передачи денег, - распорядился Дорошенко.
   Вскоре, Артём точно выяснил назначенную дату. В течение дня агент сбрасывал сообщения куратору, требуя встречи. Ответа не было. До момента расчета оставалось двое суток. Вечером, нарушая инструкцию, позвонил в отдел. Ни Волкова, ни Дорошенко не оказалось в городе. Дежурный сотрудник обещал связаться с ними и передать, что Длинный просит встречи.
   В этот момент полковник Волков находился в двух тысячах километров от столицы области, в соседнем регионе. По приказу начальника управления он руководил операцией по поимке четырёх дезертиров, ушедших с оружием в тайгу из расположения воинской части и убивших перед этим 6 человек. Дорошенко командовал одной из групп преследования. При таких обстоятельствах вернуться в город, хотя бы на час, и выйти на связь с Длинным они не могли.
  

13

  
   10 апреля, Россия.
  
   Через тридцать три дня после выхода из тюрьмы, Вишневецкий разрешил главную проблему, финансовую. Банк открыл кредит на шестьдесят тысяч долларов в рублёвом эквиваленте, сроком на девять месяцев, на неопределенные потребительские нужды. С учётом того, что удалось занять у знакомых, должно хватить на полгода скромной жизни, вытащить под залог коллег из тюрьмы.
   Оплатив вперёд на пять месяцев проценты за кредит, Евгений расслабился. До начала сентября никто его не побеспокоит, а что будет осенью, он решит в конце лета.
  
   Вторая серьезная задача, стоящая перед Вишневецким - закрыть ещё два уголовных дела, выделенных из основного материала по инициативе следователя. Она решилась довольно легко.
   Можно представить такую ситуацию. Сидит в отделе следователь, молодая женщина, у неё 20-25 дел, у половины сроки на пределе. Опера настолько перегружены, что не успевают отрабатывать даже самый минимум, без которого ничего не прекратишь, и дела в суд не отправишь. И тут, к ней прилетает материал из соседней области. Подозреваемые лица уже находятся в тюрьме, потерпевшие отсутствуют, заявленного убытка нет и вещественных доказательств. Зато есть признаки преступления. Для допроса надо ехать сначала в соседний регион, а потом - в противоположную сторону, в Иркутск. У всех фигурантов, как минимум, по два адвоката, и защитники все видные, именитые. С местными было бы проще - всегда можно созвониться, согласовать встречу. А что делать с адвокатами в тех городах, где сидят фигуранты? Все на выезде или на другом процессе, где сроки полгода как согласованы, не говоря уже о том, что фигуранты по делу не горят желанием разговаривать по новым эпизодам. Свидетели в Москве, на Камчатке, в Сочи, да и помнят ли что, ещё вопрос. Захотят ли сотрудничать со следствием? И с квалификацией, и составом вопросов больше, чем ответов.
  
  
   Со следователями по выделенным эпизодам Вишневецкий встречался в СИЗО. Сильно облегчил им жизнь, согласившись побеседовать без адвокатов. Первый - парень-практикант на преддипломной практике. Сразу в изолятор пошёл, чай принёс, сигареты. Очень обрадовался, что не надо согласовывать встречи с защитниками. Перед отъездом он получил наказ от начальника отделения, писать только то, что выгодно фигурантам, чтобы отдел не получил очередной "висяк"*(18),. Если у обвиняемых от длительного сидения "сорвало планку", или от скуки они начали "колоться", прерывать допрос и скачками домой. Такое бывает на 3-4 году пребывания в тюрьме, когда ещё десятка впереди, начинают сидельцы "колоться" на что угодно, чтобы по стране покататься за казенный счёт. Всё равно приятней, чем лес валить или рукавицы шить.
   Вишневецкий каяться не стал. Совместными усилиями они написали страниц на пятнадцать протокол допроса подозреваемого Вишневецкого о его полной невиновности и отсутствии события преступления. С этим молодой человек, с большим облегчением и удовольствием, отбыл в отдел "досиживать" практику.
  
   В отделе долго не могли вспомнить, у кого материал. Евгений с трудом выяснил, дело приостановлено и переслано в город Сочи, по месту, якобы, имевшей место подготовки преступления неустановленными лицами. Коллеги из Сочи звонили три месяца назад, когда получили подарок, ругались очень, они провели допрос двух свидетелей, которые ничего, естественно, не помнили и помнить не хотели. Дело прекратили за отсутствием события преступления.
  

14

  
   13 апреля, Россия.
  
   Второй эпизод, к сожалению, сам собой не рассосался. В Зареченском отделе практиканта на момент получения этого эпизода не было, и материал попал к обычному следователю. Следователь начала исполнять свою работу, по мере сил, добросовестно.
   С Анной Ивановной Вишневецкий также познакомился в СИЗО. Встреча прошла в том же стиле, что и с практикантом. И протокол хороший под диктовку написали, и дело было ей даром не нужно, но она оказалась старше практиканта, умнее, с большим опытом. И перед тем, как ехать на допрос, зашла к следователю, наслушалась такого, что к откровениям Евгения отнеслась с большим недоверием. Вернувшись, добросовестно вызвала повестками и допросила всех свидетелей. Потребовала на таможне документы и материалы из Москвы. И оказалась в тупике. Признаки преступления на лицо, основания у коллег для выделения дела в отдельное производство бесспорны, а потерпевших нет. Хуже того, в роли потерпевшей стороны выступает компания, в которой работают фигуранты по делу, и которым эта фирма и принадлежит. Признаки мошенничества просматриваются как раз в действиях свидетелей обвинения. Совершенно не понятно, зачем всё это надо было делать и фигурантам, и свидетелям, которые, вроде бы, обманули обвиняемых. И почему фигуранты-потерпевшие не пишут заявление на обидчиков или надеятся выйти на свободу и решить проблему бандитскими методами? Возможно и так. Под формальным предлогом, что не получены все ответы на запросы, дело Анна приостановила.
   Визит Вишневецкого Анну Ивановну удивил. Обычно её клиенты не ходят к следователям по доброй воле. Исходя из того, что ей наговорил Тургенев - следователь по основному делу, - мол, сидеть господину Вишневецкому и сидеть, и ранее, чем через 10 лет воли не видать! Пользуясь случаем, она сняла дополнительные показания по невыясненным при первом допросе обстоятельствам.
   - Господин Вишневецкий, что делать будем? Судя по всему, вам надо на деятелей из компании "Аум" заявление писать, к ответу их призывать. Кстати, вы на свободе уже месяц, а живы ли они? - поинтересовалась Анна.
   - Анна Ивановна, ну за кого вы меня держите? Надеюсь, они живы и здоровы, и впредь им того же желаю. Долгих им лет! - ответил Евгений.
   - Странно, но я вам почему-то верю. Ну, а с заявлением как? - спросила она.
   - Да не будет ни заявления, ни разборок, стороны довольны друг другом, - объяснил Евгений.
   - Вы не похожи на того, кто прощает врагов, - с сомнением в глазах сказала Анна.
   - Ну, так-то врагов, а это не враги и не друзья, попутчики. Мы ещё и работать вместе будем, - улыбнулся Вишневецкий.
   - Я всё равно так и не могу понять, зачем вам надо было всё это устраивать, ещё и деньги "Ауму" платить? Они же, по сути, вас обманули, - недоумевала Анна.
   - Я кого-то обманул, меня обманули, баланс в природе сохранён, энтропия*(19)
   не увеличилась - и это важнее всего! - ответил Евгений.
   На том и расстались, через неделю дело прекратили из-за отсутствия состава преступления. Можно сказать, отделались лёгким испугом. Работа с "Аум" была хорошо подготовленной акцией по прикрытию совершенно другой операции, которую Тургенев чуял, но не раскрутил до конца - времени не хватило. Передал коллегам, а они на прикрытии и остановились.
  

15

  
   14 апреля, Россия.
  
   Теперь самым важным, кроме освобождения коллег из тюрьмы, стало восстановление работоспособного коллектива. Задача не из простых. На первый взгляд всё элементарно: нужны кадры, есть деньги на зарплату, известно, что хочешь от людей - давай объявление и начинай отбиваться колом от желающих работать. По стране ходят непроверенные слухи о повальной безработице.
   Но в России всё не так просто. Желающие работать есть, но почему-то девяносто процентов соискателей полагают, что факт присутствия в конторе - уже есть основание, чтобы им платили зарплату, а то, что они при этом делали или не делали, значения не имеет. Вторая головная боль - выпускники вузов. Наслушавшись бреда, который несут бывшие преподаватели политэкономии социализма и научного коммунизма, в одночасье превратившиеся в специалистов по рекламе, политике, международной экономике, молодые выпускники с замысловатыми профессиями полагают, что выданный им диплом о высшем образовании хоть чего-то стоит. По совершенно разным специальностям, эти бумажки, под названием "диплом", могут вызвать только смех и жалость к обладателям такой макулатуры. Желания им платить они не вызывают вовсе.
  
   Вишневецкому нужно, как минимум, три человека. Хороший переводчик китайского языка, хороший помощник по работе с клиентами и юрист, любой, чтобы понимал термины, был в состоянии готовить документы и систематизировать дела. Все они должны быть одновременно неглупыми и слепыми, не видеть ничего лишнего. Но это сложно.
   Юрист нашёлся быстро, Фёдор Липкий, выпускник нынешнего года, ему осталось сдать один государственный экзамен и приступить к защите дипломной работы. Амбиций море, опыта и знаний ноль. Рассортировать документы, составить их опись, выяснить чего не хватает в деле, сможет, а пока большего и не нужно.
  
  

16

  
   16 апреля, Россия.
  
   С дельным помощником по работе с клиентами получилось еще лучше. В поисках работы к Вишневецкому зашел Сергей Седых, он в самом конце перестройки и начале перестрелки начала 90-х годов работал в компании. Дельный парень! Потом скопил денег и решил завести собственный торговый бизнес. Открыл, несколько лет неплохо работал, а дальше "погорел" на рисе, торговлю свернул и стал искать, где можно перебиться с полгодика. Лучшего помощника не найти. Все причуды Вишневецкого знает и терпит.
   Сергей объяснил Евгению, как "влетел", и почему к концу года надеется встать на ноги. Он пять лет работал в долях с компанией "Рис Амура" по закупу риса в КНР. Рис в Китае - стратегический продукт, и его движение, хранение, продажу, цену контролирует государство. Как ему, государству, кажется, очень серьезно. Наши земляки нашли пару "дырок" в законодательстве Китая, вспомнили времена потребкооперации эпохи 20-х годов и развитого социализма, применили старые методы и приёмы работы. Начали совершенно законно скупать рис у крестьян параллельно с государством, и спокойно баржами переправлять через Амур в Россию. Рис брали у производителя по тысяче юаней за тонну, плюс обработка, транспорт, хранение, перевозка, пошлина и НДС. В итоге, рис в два с половиной раза возрастал в цене, и стоил оптом примерно 400 долларов за тонну. Уходил влёт! Таких, как Сергей, с "Рисом Амура" работало ещё человек пятнадцать, рассказывал Седых.
   Евгений улыбнулся - методы работы потребительской кооперации, по которым орудовал в Китае "Рис Амура", были ему хорошо известны, их разработал ещё дедушка, профессор Вишневецкий, когда состоял при Госплане СССР. Потом его, естественно, расстреляли в 1937-м. Семье повезло - только выселили на Дальний Восток.
  
   - Мы вкладывали тысяч по двадцать и получали свою долю, - рассказывал Сергей. - Каждый сам продавал её мелким оптом и розницу в своих контейнерах, а когда не хватало, брал ещё по льготной цене у "Риса Амура". Кроме риса он торговал и прочей бакалеей, но рис давал основной доход. В этом году, как всегда вложились в дело, завезли рис, четыре с половиной тысячи тонн. Всё честно разделили, начали торговать. У меня с Сибирью контакты хорошие наметились. Тут, представляешь, кто-то морем, то ли из Индии, то ли из Вьетнама, завёз во Владивосток десять тысяч тонн. Как выяснилось, сроки хранения на пределе, по бартеру взяли. И начал этот деятель демпинговать, перебил нам цену на двадцать долларов за тонну, с учётом дороги до Сибири. Все клиенты перешли к нему, продажи упали, но мы договорились и решили цену не снижать - много лет вместе работали, друг другу доверяли. Два месяца простояли, деятель половину риса разогнал, вложенные средства, очевидно, вернул и начал потихоньку цену поднимать. И у нас продажи пошли чуть-чуть. И тут, представляешь, ещё один козел с рисом, да ещё китайским, свеженьким, ему ещё лежать и лежать, вылез, да сразу шестьдесят долларов с нашей цены снял. Мы при двадцати чуть ко дну не пошли, а тут сразу шестьдесят! Петля, продаж ноль. Он, гад этот, договора долгосрочные по такой цене заключать начал, на год, на два. Если с ним подписываешь договор и сразу берёшь не менее тонны, он по этой цене два года обязуется торговать. Если я буду также, или, чтоб его перебить, мне надо на семьдесят спускаться, а это меньше себестоимости, я разорюсь. Так он ещё больше давит, договора на гречку и пшено заключать начал, а сейчас, говорят, на макароны и на муку. И ведь продаёт, и продаёт, и никого не кидает. Оптовики к нему с предоплатой в очередь встали. Вот я и распустил людей, торговлю закрыл и решил, пережду до осени, за лето съедят всю халяву, а там и откроюсь.
   - Товар-то у него откуда? - поинтересовался Евгений.
   - Черт его знает, говорят, на бирже покупает, оттого и дёшево. Но очень обидно! - ответил Сергей.
   - Ладно, не бери в голову, долго так работать невозможно. Ты прав, скорее всего, это какое-то мошенничество, и к осени мужик, собрав деньги, свалит. Если раньше его за яйца не подвесят. Давай, Сергей, приступай, работу знаешь! - распорядился Вишневецкий.
  
   Переводчика взяли первого, который пришёл. Других не было. Начинался летний сезон, и вся переводческая братия ринулась к туристам. В этот период только на откатах магазинов можно заработать за полгода тысяч десять долларов, и вторые полгода - жить в своё удовольствие, ничего не делая. Само собой, не всем везло, и работа тяжёлая, грязная, но зато с деньгами.
   Вячеслав Стрельников, высокий худощавый молодой человек, языком владел сносно, хотел работать в нормальной компании, а не поставлять пьяным китайским туристам русских проституток. Он недавно женился, и молодая жена сильно возражала против его активного сотрудничества с игорным бизнесом и публичными домами при обслуживании китайцев.
  

17

  
   21. апреля, Россия.
  
   Спустя две недели, Андрей Дым, ставший замом Игоря после раскола "бригады", позвонил Валере.
   - Валер, это я, Дым, - обратился к нему он.
   - Да, Андрюха, слышу, как дела? - ответил Валерий.
   - Да какие у нас теперь дела? Дела у вас, а у нас - суета. Я что звоню, шеф сказал, что все деньги, как договаривались, собраны. Последние подвезут завтра к восьми вечера. Приезжай с тремя-четырьмя парнями к 18:00, - сказал Дым.
   - Парни-то зачем? Сколько лет знакомы, сколько водки выпито! Друзьями были. Я от Игоря подлости не жду - недоумевал Валерий.
   - Да нет, Валера, прошла любовь, завяли помидоры, - ответил Дым. - Игорь требует, чтобы обязательно были Гриша Маленький и Рыбак, ну и кого сам посчитаешь нужным. Они на Игоря наезжали больше всех, интригу устроили, вот пусть и приедут, "бабки" сами своими руками посчитают, убедятся, что "куклы" нет. Шеф хочет вопрос раз и навсегда решить. Да и деньги большие, а лихих парней в нашем городе, ой как много. Всем спокойнее будет.
   - Ну ладно, но думаю, это он зря. Зачем к 18:00, если вся сумма будет в 20:00? К восьми и подъедем, - сказал Валерий.
   - Ну да, и до утра считать будем, каждую бумажку на свет глядеть. Пораньше приедете, что готово - пересчитаете, обнюхаете. Там почти всё, как раз часа три считать, - ответил Дым.
   - Слушай, Андрей, по старой дружбе, у вас всё без подлости? - интересовался Валерий.
   - Ты, Валера, не беспокойся, Игорь от Алекса человека стребовал - Сову, чтоб за порядком следил. Бернштейна позвал, независимым наблюдателем будет, - ответил бандит.
   - Ох, не нравится мне эта суета. Ладно, буду с парнями к шести, - обещал Валерий.
  
  
  

18

  
   22.апреля, Россия.
  
   К шести вечера в офисе бригады Игоря собрались Петр, по кличке Сова, личный представитель "смотрящего" вора в законе Алекса, с ним Виктор Ствол - бродяга, ближайший друг и советник Совы, Сёма Бернштейн, Игорь, Андрей Дым и Артём Длинный, который числился в розыске по делу Вишневецкого и отсиживался в бригаде у Игоря.
   По требованию Совы Игорь отослал четверых бойцов Дыма в соседний город, от греха подальше, почти за четыреста километров. Сова приехал с запасом, к 17:00, переговорить с Игорем с глазу на глаз. Его удивило, зачем Красный Полковник отослал людей так далеко. Можно было и километров за сто, вполне достаточно. Да и как проверить, где они на самом деле?
   - Что проще, позвонить в гостиницу, где они находятся, и поговорить, - посоветовал Игорь. - Сове идея понравилась, не поленился, сам позвонил и переговорил с каждым. Проверил, что люди приехали, куда приказано. Это его полностью успокоило - четыреста километров ночью на любом джипе быстрее, чем за четыре часа не преодолеешь. При учёте российского бездорожья, прошедших накануне дождей и грунтовой разбитой дороги между городами, реально на дорогу надо затратить, как минимум, часов шесть.
   Петру очень не нравилась ситуация. В бригаде интрига, раскол, развод. Словно барышники, коммерсы какие-то, ещё больше не нравилось, что интригу затеяли не офицеры и спортсмены, а "братва". Это, с его точки зрения, совсем плохо, и в будущем сулило ворам массу проблем. Офицеры держались правил и традиций.
   Сразу упадут доходы. Всё то, что передал мятежникам Игорь, не могло дать больших денег. Коммерсанты сразу же откажутся платить, уйдут под другие "крыши". Многие сотрудничали именно с Игорем, зная, что он бывший полковник со связями и у бандитов, и у силовиков. Он мог оказать помощь. Валерий для них никто, и работать с ним не захотят. Надавить не чем, чисто силовой вариант не пройдёт - эпоха изменилась. Пока люди Валерия не проедят сорванный куш, ждать от них реальной деятельности бесполезно. Тихонов, "похудев" на полтора миллиона "зеленью" и потеряв семьдесят пять процентов бойцов, тоже ослаб. Всем ясно, его доходы в ближайшее время снизятся, как минимум, раза в три. Один убыток и только!
   Сова был зол на Валерия, понимая, что тот не удержит "братву". Он был зол на Игоря, который, видя, что ситуация выходит из-под контроля, не обратился к "смотрящему". За два часа он, Петр Сова, угомонил бы болтунов, всем инициаторам подвёл бы "гадский поступок" за "интриганство", пожурил бы Валеру, что поддался на провокацию и пошел на поводу у "ветеранов" "бригады". Всё, и проблем бы не было!
   В 18:15 приехал Валерий со своими парнями. Четверо, как и договаривались, две "шестёрки" и инициаторы мятежа - Гриша Маленький и Рыбак.
  
   Не мог знать Сова, что именно в этом городе, в четырехстах тридцати километрах от областной столицы развёрнут один из вертолётных полков дивизии, в которой служил Игорь. Командир полка - боевой друг Тихонова, прошедший с ним по четырем "горячим" точкам, в которых оба воевали и прикрывали друг друга до последнего патрона и от противника, и от начальства. На практике это означало, что боевикам Игоря для возращения в столицу области надо, максимум, два часа, и столько же, чтобы вернуться назад в расположение части после исполнения поставленной боевой задачи. Людям Дыма, которых командир полка лично знал по Сумгаиту, Чечне и Ошской долине, он дал в помощь четверых своих сверхсрочников, кому перед увольнением, в связи с предстоящим расформированием полка, срочно требовались деньги. По боевой подготовке эти ребята не уступали группе Дыма.
   Для успокоения совести участников всё предстоящее было подано под следующим "соусом": на наших боевых друзей наехали бандиты, а милиционеры, сволочи продажные, ничего не делают. Бандитов надо мочить, своим помочь, ну и, само собой, хорошо заработать. Кто поверил, кто нет - вопрос второй. Версия всех удовлетворила и совесть успокоила.
   Итогом комбинации было то, у что Игоря к 20:00 в соседних дворах стояли четыре автомобиля, из них - два армейских УАЗика с восемью профессиональными террористами, или антитеррористами, как кому нравится! Все прекрасно вооружённые. В пригороде находился вертолёт, правда, без боекомплекта, который должен был вывезти исполнителей за четыреста тридцать километров, создав безупречное алиби.
  
   0x01 graphic
  
   Перед гостями на большой стол поставили дипломат с пятьюстами тысячами долларов и три коробки с рублями, в основном, в мелких купюрах.
   - Садитесь, считайте, проверяйте! Здесь миллион четыреста сорок тысяч долларов. Через час-полтора подвезут оставшиеся шестьдесят тысяч, и мы в расчете, - сказал Игорь.
   - Ты что, смеёшься? Пересчитывать рубли в мелких купюрах! Дай хоть машинку, что ли, у твоего бухгалтера есть, - Гриша Маленький представил объём работы и "скис". Вместо ресторана и хорошего застолья в честь удачи, сидеть и считать рубли до середины ночи ему не хотелось.
   - Что у меня есть, то моё. Самим машинку иметь надо, вы теперь взрослые, самостоятельные. Знал, сколько "бабок" будет, знал, что считать придётся? Прихватил бы свою! Трудись, считай, мозги тренируй, - сказал Тихонов.
   - Ну, Игорь, дай машинку, рубли-то мелкие, до утра сидеть будем, - попытался урезонить Игоря Сова.
   - И не проси, не дам, - отрезал Красный Полковник. - В десять рук за пару часов управитесь, проверенно. Нечего делать, чужое "крысят", и даже считать лень! Сами настаивали - две недели и ни часом больше, и согласны брать рублями. Бери! Я полтора "лимона" за две недели "накопытил", как - мои проблемы. Пусть хоть сейчас поработают. Больше таких денег за всю свою жизнь не увидят. На рэкете киоскеров и бабок с семечками не зажиреешь. На большое дело вы и не способны. С мужиков, испражняющихся в общественных гальюнах, шапки срывать - ваш уровень!
   - Игорь, угомонись, прошлый раз ты и так уже, чёрт знает, до чего договорился! - Сова попытался успокоить Тихонова.
   - Ладно, Сём. Сова, пошли ко мне, кое-что перетереть надо, - сказал Красный Полковник.
   Валерий и его сподвижники под контролем Артёма, Андрея и Ствола считали деньги.
   В 20:25 пришёл коммерсант Степан Степанович, владелец сети загородных кафе- магазинов "Пикник". Он бросил тоскливый взгляд на бандитов, пересчитывающих миллионы рублей, отдал Дыму газетный свёрток с шестью банковскими пачками долларовых соток, кивнул на прощание и молча вышел.
   - Валера, забирай, вот последние шестьдесят тысяч долларов! - Дым, даже не разворачивая сверток, передал его Валере.
   К 21:00 пересчёт закончили. Деньги сложили в пластиковые пакеты. Вышли Игорь, Сёма, Сова.
   - Посчитали? Всё правильно? Претензии есть? - спросил Игорь.
   - Нет, всё верно. Расчёт полный. Нет вопросов, - Валерию всё происходящее очень не нравилось.
   - Сова, Сёма, Ствол - слышали? Вопрос убит? - напоследок поинтересовался Красный Полковник.
   - Слышали и видели. Вопрос "разрулили", как говорится, больших успехов обоим бригадам на трудовом поприще, - за всех ответил Ствол.
   - Ну и ладненько, гостей прошу катиться, как можно быстрее, куда хотят, и на глаза мне попадаться как можно реже. Нейтральных наблюдателей, Андрея и Артёма, милости прошу в ресторан, столики накрыты, водка теплеет, - сказал с улыбкой Игорь.
  
   Валерий и его люди, помявшись минуту, отправились восвояси. Перед ними стояла проблема, куда везти деньги. Оставить в офисе нельзя, нести домой - тоже страшно.
   Скрыльник, знавший Тихонова почти двадцать лет, не верил, что всё кончится таким образом. Не тот Игорь человек, чтобы простить публичный нокаут. Будет месть быстрая, страшная, подлая, из-за угла. Красный Полковник не простит ничего, даже понимая, что публичный удар бывшего друга и родственника спас тогда ему жизнь. Если бы не этот удар боксёра-тяжеловеса, "вырубивший" его на полчаса, "братва" уничтожила бы Игоря в день "схода". Остаться битым в глазах своих сослуживцев, воров, новых "чистеньких" друзей и не отомстить он не мог.
   - Сделаем так, - начал Валерий. Он вместе с Рыбаком и Гришей Маленьким сидел в своем "сотом" джипе "Ленд Крузер". - У меня в "задке" спальник есть. Рыбак, доставай чехол от него, туда переложим деньги. В мешки натолкаем рыбацкого тряпья. Я с мешками поднимусь домой, если кто следит, решат, деньги у меня. Гриша и ты, сопровождаете меня до квартиры, изображаете охранников. Молодые стерегут машину. Затем отпускаешь ребят, отвозишь Гришу, а сам едешь домой, спальник с деньгами забираешь к себе.
   - Валера, ты не мудришь? Сова гарантировал, что Игорь всех людей убрал на два дня из города, - Рыбаку не хотелось сторожить и отвечать за полтора "лимона" "зелени".
   - Я не Дыма и его парней опасаюсь, их-то в городе нет. Да и не пойдут они против воров, самим дороже будет. Я про "маски-шоу" думаю, вломится ко мне ОМОН, и всё изымет. И получится, что и Игорь бабки отдал, и мы их не получили. Ему-то всё равно, у кого деньги, он их уже лишился. Главное, чтоб не нам достались. Я его хорошо знаю. Он вполне может такое устроить, - ответил спортсмен.
   - Ладно, тебе виднее, ты "бригадир", - сказал Рыбак.
  
   Зелёный неприметный армейский УАЗик, на который ни один уважающий себя "конкретный пацан" даже не посмотрит, неотрывно следовал за "Ленд Крузером и "Паджеро" "шестёрок". При изготовлении "куклы" наблюдатели зафиксировали возню в "Крузере" на просвете окон. Всё шло, как и рассчитал Тихонов. Вопрос оставался один, у кого - у Рыбака или Гриши - решили спрятать деньги. Засады ждали в парадных обоих домов, где они жили. Четвёртая пара должна была нейтрализовать "шестёрок".
   Подъехали к дому Валерия. Он вышел из машины, делая вид, что несёт тяжелый груз. Рыбак и Гриша изображали охранников, "охранников" сопровождать не позвали.
   - Боксёр дома, деньги остались в машине, "шестёрки" стерегут её на улице, - доложили из УАЗика. - Действуем по основному плану. Я остаюсь при нем, через 10-15 минут выйдет, пойдёт гулять с собакой.
   Гриша и Рыбак вышли из подъезда. Рыбак подошел к "Паджеро" "охранников".
   - Пацаны, все окей, свободны, завтра в 10:00 в офисе, - распорядился бандит.
   Джип медленно отъехал от дома босса. На первом же перекрёстке их остановил светящимся жезлом некто в камуфляже, с автоматом "Калашников" и в бронежилете.
   - Прошу выйти из машины, предъявить документы. В городе проводится операция "Перехват". За вечер угнано 3 машины вашего типа, - сказал неизвестный.
   С другой стороны подошёл второй сотрудник с погонами прапорщика, в бронежилете и с автоматом. Парни переглянулись, ругнулись и вышли из машины.
   - Лицом к машине, ноги на ширину плеч, руки на капот, - последовала чёткая команда.
   Пока молодые бандиты её выполняли, каждый их них получил по очень сильному, но не смертельному удару по голове. Умереть им предстояло в другом месте. Сковав обездвиженные тела наручниками, их затолкали на заднее сидение джипа. Задержавшие их люди разделились, один сел за руль джипа, а второй - в УАЗик. Через десять минут машины остановились на повороте на просёлочную дорогу, невдалеке от жилых массивов. Бойцы сменили обувь на кроссовки, сели в "Паджеро", съехали на пятьдесят метров с шоссе и остановились в редком лесу. Пересадили неподвижных бандитов на переднее сидение, запустили двигатель, сняли наручники, достали две девятимиллиметровые "Беретты", и, встав на расстоянии четырёх метров от "Паджеро", произвели по 8 выстрелов через дверцу и стёкла в обречённых парней. Остальные пули пошли в район бензобака. Один ушел к УАЗику, завёл его, переобулся, посигналил фарами партнёру. Тот бросил спичку в лужу бензина, вытекшую из бензобака, не ожидая результата, побежал к армейской машине, сел на заднее сидение, сменил обувь, запаковал кроссовки, свои и напарника, в плотный мешок, утяжелил его "отработавшими" стволами и парой кирпичей. На мосту машина остановилась. Боец вышел из неё, сбросил пакет в реку, убедившись, что он на дне, вернулся в УАЗик. Пока коллега избавлялся от компромата, водитель отправил сообщение: "Марина вернулась домой десять минут назад, у неё всё хорошо, не беспокойся". Это был сигнал для начала второго этапа акции. Пара N4 ушла прикрывать пару N 1. Валерий был самым серьёзным противником из всех, а брать его надо было тихо и быстро в самом центре города.
  
   Пятиэтажный жилой дом, метрах в двухстах от места "казни" людей Скрыльника в "Паджеро". У открытого окна стояла немолодая женщина и внимательно смотрела в ночь. Вдруг, она услышала тихие далёкие хлопки, затем - ночную темноту разорвал яркий огонь в лесопосадке, недалеко от её дома. Женщина вздохнула, перекрестилась, закрыла окно, шторы, подошла к телефону и набрала 02.
   В 21:34 на пульт дежурного по городу поступил вызов из района новостроек о том, что в лесопосадке - стрельба. Стреляли раз тридцать, а, может, и больше, сейчас там горит машина.
  
   0x01 graphic
  
   Гришу взяли прямо в подъезде, даже не дав подняться в квартиру. Пара ударов по голове его оглушила. Руки и ноги крест накрест в наручниках, рот обмотан скотчем. В таком виде он был уложен в багажник "Карины", машину отогнали к ресторану, где развлекался шеф, и поставили на стоянку. Ушло сообщение: " Номер четыре ждёт".
   Рыбак, хоть и был крепким мужчиной, с трудом поднял к себе на пятый этаж спальник с деньгами. Пока он отходил от быстрого подъема с грузом, искал ключи, открывал дверь, с шестого этажа к нему молнией метнулась тень. Он так ничего и не понял. Мощный толчок в спину, и он влетает в собственную квартиру, мешок за ним. На него наваливается некто, слегка душит, а далее, лёгкие захлёстывает удушливая вонь какой-то химии.
  
   Валера Боксер, придя домой, переоделся, схватил кусок колбасы, мгновенно проглотил её, налил чая, выпил.
   - Как получилось, взяли деньги? - Светлана с беспокойством смотрела на мужа. Двоюродная сестра жены Игоря, она была сильно обеспокоена всем происходящим и очень болезненно воспринимала конфликт в семье.
   - Да, взяли, вроде всё нормально. Деньги спрятали у Рыбака, не захотелось сюда везти, - ответил бандит.
   - Это правильно, сюда не надо. Как Игорь? - поинтересовалась супруга.
   - Очень зол, но держит себя в руках. Против воров он не пойдёт, - заверил спортсмен.
   - Эх, Валера, не принесут эти деньги нам счастья. Да и деньги-то, по совести, его, сам говорил, - сказала Светлана.
   - Как тебе объяснить, ну не мог я против всей "братвы" идти, я с ними огонь и воду прошёл, с двенадцати лет вместе. Игорь себя вёл, как дурак, всех против себя восстановил. Да не нужны мне эти деньги! - эмоционально говорил бандит.
   - А с Игорем ты уж двадцать лет вместе, - констатировала жена.
   - Ладно. Что сделано, назад не воротишь. Поздно уже, пойду с Трезором погуляю, - ответил Валерий. Трезор, помесь спаниеля и кого-то из шнауцеров, с радостью запрыгал вокруг хозяина.
  
   Скрыльник спокойно стоял рядом с газоном и смотрел, как Трезор "делает свои дела". Он ничего не боялся. "Бригадир", под которым два десятка бойцов и приличный золотой запас, мастер спорта по боксу в тяжёлом весе. Чего ему бояться? На душе мерзко и противно, ну да ладно, не первый раз и не последний. Переживём, всё перемелется.
   Навстречу Валерию шёл армейский патруль, обычное дело в пограничном городе, набитом военными. Что-то необычное было в патруле, но что именно, сознание не успело уловить. Старший наряда поравнялся с боксером - лейтенант, на рукаве красная повязка с надписью "Патруль", за ним двое бойцов в полевой форме с автоматами. К обочине в метре от них припарковался старый "Ниссан", окошко открылось, и водитель обратился к командиру патруля:
   - Командир, будь добр, подскажи...
   Внимание бандита сосредоточилось на начавшемся разговоре старшего наряда и водителя, и он упустил из виду, что делают бойцы патруля. Удар прикладом в солнечное сплетение вернул его к действительности, удар второго приклада по затылку - погрузил в забытье. Последняя мысль была: "...все-таки Светка права, не может Игорь всё это так оставить". Валеру Боксера профессионально сковали, замотали рот скотчем и загрузили в багажник "Ниссана". Машину отогнали к ресторану и оставили на стоянке. В эфир ушел сигнал: "Первый готов и ждёт".
   Участники акции через 25 минут, в 23:35, были на стоянке вертолёта, который уже прогревал двигатель. В 01:43 четверо из них в штатском, изображая сильно пьяных, в сопровождении пары местных проституток, слонявшихся вокруг гостиницы, с шумом, гомоном, топотом, проследовали в свои номера. Вторая четверка осталась в расположение части, в которой, по странному стечению обстоятельств, они сегодня находились на дежурстве.
  
   В 21:30 Игорь, Ствол, Сова, Артём и Андрей засели в ресторане. Сёма, сославшись на какой-то православный пост, когда нельзя пить, есть мясо и пользовать проституток, что само собой подразумевалось после посещения ресторана, бросил компанию. Никто особенно не расстроился. Артём, Андрей и Игорь относились к категории людей умеренно пьющих, а Сова и Ствол были невероятно азартны по части выпивки, которой было море. Первым ушёл Андрей Дым. Через полчаса, в 23:10, Артём. Ещё через час Игорь, заплатив за ужин, загрузил обоих наблюдателей в свой джип и отвёз их к Сове. Сдав оба "тела" боевой подруге Петра "под роспись", Игорь отправился на северо-западную окраину города.
  

19

  
   Россия.
   Все правительства России, начиная с конца 19 века, когда город попал в зону восстания боксёров Китая *(20), занимались укреплением подступов к столице региона. В результате, за сотню лет в пригородных районах была создана система укреплений, уходивших в отдельных местах под землю на глубину до пятидесяти метров. Строили при
  
  
   0x01 graphic
  
   императоре и при Сталине до войны, строили при Джугашвили же после войны, закрываясь от возможных ядерных ударов. При Хрущёве укрепления разоружали и бросали, при Брежневе начали восстанавливать и строить новые. Через десять лет после Горбачева из большинства мест, где располагались укрепления, вывели воинские части. О том, что в прошлом это были грозные военные объекты, напоминали только одинокие столбы с колючкой, торчащие в пригородных лесах, в тех местах, где ранее проходил охраняемый периметр.
   Отдельные штольни без обслуживания затопило, некоторые завалило, кое-что на верхних ярусах использовалось МЧС и предприимчивыми коммерсантами под склады. В нижние ярусы, ниже десяти метров, иногда лазали диггеры, там было совершенно пусто, а диггеров на весь город - человек пять. Поэтому встретить живого человека в этих местах было практически невозможно. Крыс да мокриц много, а людей нет. Более того, военные лет двадцать назад надумали уничтожать старые боеприпасы в штольнях среднего яруса. И вполне успешно делали это много лет. Ну, а результат тот, что местами проходы в нижние этажи оказались полностью завалены разрушенными взрывами строительными конструкциями.
   У криминальных элементов города существовала серьезная проблема - куда девать трупы, когда человек должен исчезнуть бесследно. Если тело можно бросить в сгоревшей машине, вопросов нет, пригородный лесопарк к услугам всех желающих. Но вот так, чтобы с концами, это трудно. Самый простой вариант - река. Но она пограничная, и с двух сторон под постоянным контролем. Зарывать плохо, копателей всегда можно расколоть, и они покажут место. Сжигать тоже хлопотно, и запах еще тот.
   Года четыре назад, когда стоял вопрос о необходимости ликвидации одного слишком осведомленного коммерсанта, Вишневецкий рассказал Игорю про систему укреплений, где можно спрятать так, что никто никогда не найдёт ни то что одного человека, а целый батальон. Тогда Игорь не поверил партнёру, знал, что Евгений терпеть не мог силовых вариантов решения проблем.
  

20

  
   Ночь с 22 на 23 апреля, Россия.
  
   На небольшой поляне стояли "Нисан Лаурель" и "Карина" с Андреем и Артёмом. Оба в полевом камуфляже.
   - Доставай, - распорядился один.
   - Которого? - уточнил другой.
   - Начнём с мелкого, - последовал ответ.
   Из багажника извлекли Гришу Маленького, положили на землю.
   - Ну, как мои денежки, в жилу пошли? - спросил Тихонов.
   Гриша, что-то мычал, мотая головой. Игорь достал тяжёлые бутсы, заменил на них свои крокодиловые туфли на очень высокой платформе, снял костюм, надел привычный камуфляж. После этого критически осмотрел лежащего перед ним человека.
   - Мальчики, вы погуляйте с полчаса, у меня с этим "телом" личный разговор будет, - попросил Красный Полковник.
   Когда помощники отошли, он развязал пленника и начал его методично бить ногами. Раздробил коленные чашечки, переломал руки, разбил половые органы, легкие, печень, скорее всего, порвал селезёнку. Когда через 15-20 минут до Андрея и Артёма перестали доноситься тупые хлюпающие удары и хрипы с подвыванием, они вернулись. Шеф сидел на переднем сидении машины и пил водку из горлышка. Гриша, вернее, то, что от него осталось, слабо дёргался, оттуда, где был рот, обильно шла кровавая пена.
   - Артём, останься, подежурь, от греха подальше. Принесёт ещё кого нечистый, - распорядился Игорь.
   Тихонов спрыгнул с капота, с Дымом открыли пятую дверь джипа, достали из него четыре двадцатилитровые стеклянные бутыли с какой-то жидкостью и пять бумажных мешков.
   - Что в них? - спросил Артём, кивая на бутыли.
   - Вода, только вода. Как в песне "Губит людей не пиво, губит людей вода", ну и жадность, само собой. Андрюша, пока мы таскаем, раздень бойца и в этот мешочек сложи все, что на нём было, - отдал распоряжение Игорь.
   Тихонов с Дымом взяли по две бутыли с водой, ушли куда-то, через десять минут вернулись и в две ходки перетаскали мешки. Подошли к голому, слабо подёргивающемуся телу, подняли за руки, за ноги и унесли в кусты. Когда минут через пять снова вернулись, Тихонов сказал Артёму Длинному:
   - Давай второго. Слушай, Артём, помоги мне, с ним мы как братья были, на сёстрах женаты, я могу, но очень тяжело будет. Ты его сразу, чтоб не мучился, и без внешних травм.
   - Сделаю, - ответил Артем.
   Открыли багажник, достали Валеру Боксера, он уже пришёл в себя и прекрасно понимал, что его ждёт. Сняли скотч со рта. Он молча смотрел на Игоря.
   - Ну что, брат, прощай, что ли, семью не забывай, не чужие люди, ведь, - сказал Красный Полковник.
   - Прощай, брат, о семье позабочусь... - обреченно ответил бандит.
   Артём внезапно нанёс Валерию удар по горлу. Второй удар - куда-то в основание черепа. Боксер дёрнулся и затих. Тело раздели и уже втроем понесли в кусты. Метрах в пятидесяти от поляны, в лесу, прямо в земле зияли две дыры, диаметром по сто десять сантиметров и глубиной по сорок пять - пятьдесят метров соответственно - шахты вентиляции нижних уровней укреплённого района. Подошли к дальнему отверстию. Голое тело бандита полетело вниз головой в черный провал. Игорь раздал резиновые перчатки, помощники брали по одному мешку, вспарывали их, из мешков тонкой струйкой ссыпали в провалы белый порошок. На Гришу высыпали два мешка, на Валерия - три. В мешках была негашеная известь. Затем, не раскрывая, сбросили бутыли с водой. Где-то на двадцати - тридцати метрах бутыли, падая, разбились о стены. Вода вступила в реакцию с негашеной известью. Ещё через пару минут из вентиляционных шахт пахнуло химией.
  
   0x01 graphic
  
   - Ну что, пойдём, друзей помянем, - сказал один из участников разборок.
   На поляне трое сняли камуфляж и обувь, в которой убивали "братков", бросили в мешок рядом с одеждой, снятой с трупов. Мешок положили на кровавое пятно, где Игорь забил ногами Гришу Маленького. Облили всё бензином и подожгли. Пока горели последние улики, пустили бутылку водки по кругу. Пили молча. К двум часам ночи все трое были уже дома.
  

21

  
   23 апреля. Россия.
  
   Рыбак пришёл в себя к десяти утра. Жуткая головная боль, страшный сушняк, тошнота, понос и смутные воспоминания о том, как попал домой. В прихожей валялся пустой чехол от спальника. Его вид и отсутствие в нём денег вызвали панику. Что деньги украли, он понял сразу, почему не убили - было непонятно. Впрочем, зачем убивать, лишний грех брать на душу! Бандит ведь даже не видел не то, что лиц нападавших, даже контуров тел не заметил. Его не били, накачали какой-то химией и всё. Остальное - с ним сделают друзья. Рыбак представил, как через час входит в офис и рассказывает "бригаде", как у него украли деньги. Ему никто не поверит.
   На столе лежала пачка анальгина, фталазол, 1,5-литровая бутылка минеральной воды. Там же были три пачки долларов в сотенных купюрах, пара пачек рублей, ключи от джипа Валерия и билет на поезд, отходящий через два часа в Иркутск. Кто-то очень хорошо знал о его самочувствии утром и позаботился о нём. Для чего? Всё элементарно, как дважды два. Если он хочет жить, он должен бежать, и ему оставили "щель", в которую он может выскочить. Это означало признать свою вину, сняв с крючка настоящего похитителя.
   Понятно, что за всем стоит Тихонов, бывший "бригадир". Его, Рыбака, ждёт, вероятно, судьба "крысы", которую кинули подельники.
   Раздался телефонный звонок. Рыбак машинально взял трубку:
   - Слушаю.
   - Ну, как, дорогой мой, проспался? Головка "ва-ва", во рту "ка-ка"? Голубчик, а что ты в этом городе ещё делаешь? Тебе на поезд давно пара, а то опоздаешь, - неизвестный мужской голос был спокойный, чуть насмешливый. Определитель номера не сработал, забив дисплей бессмысленным набором цифр. - Если ты мазохист, тогда оставайся. На пятом часу допроса всё равно всё признаешь.
   - Ты кто? - с волнением в голосе спросил бандит.
   - Да какая тебе разница, тот, кто тебе из своих тридцать "штук" "отстегнул". Я ж ведь мог и не оставлять ничего, и вывернуть твой тайник в подоконнике. Гуманист я! - сказал неизвестный.
   - Ну, ты, гад, заботливый! - ответил Рыбак.
   - Ты не сволочись, а послушай меня внимательно. Первое, ваших вчерашних "шестёрок" расстреляли в лесопосадке и спалили в машине. Менты, если хорошо поработают, найдут там пару зацепок, чтоб задать тебе несколько неприятных вопросов. Будут плохо искать, нам и подсказать недолго, а можем и не подсказывать. Второе, Валера с Гришей куда-то исчезли, как я думаю, с концами, наверное, деньги взяли и сбежали. Но что их найдут в ближайшие полвека, сомневаюсь. У тебя джип Валеры, а следы его протектора рядом со сгоревшей машинкой шестёрок, - пояснил неизвестный.
   - Что Валера украл деньги, бросил семью и сбежал, никто не поверит, - сказал Рыбак.
   - Ну, ты гений, конечно не поверят. Значит, ты Валеру и "шестёрок" завалил, с Гришей или сам, решать тебе, и деньги "скрысил". Всем хорошо, и ментам, и ворам, и "братве", будет на ком пар выпустить. "Браткам" всё равно, грохнул, не грохнул, украл или проспал. Главное, их денег нет, остальное чепуха. Представь, ты пришел, рассказал правду, мою тридцатку сдал. Начал говорить, что не при делах, менты с уликами появляются. Плохо! - говорил неизвестный.
   - Все на Игоря грешить будут! - надеялся Рыбак.
   - У него алиби, когда вы друг дружку мочили, он с Совой и Стволом был, и его Андрей и Артём там же, а бойцы в пятистах километрах от города сидели. Сова сам проверял. Если два таких авторитета говорят - были с нами, ни на секунду не отходили, предъявы не будет.
   - Так что делать? - спросил Рыбак.
   - То, про что я тебе уже полчаса говорю. Беги, спасайся, вольное дитя, больше не будет случая! - в трубке раздались гудки, абонент разорвал связь.
   Рыбак очень длинно, грязно и витиевато выругался. Постоял с минуту и бросился к тайнику. Достал деньги, документы, ствол. В сумку побросал кое-что из одежды. Взглянул на часы, до отхода поезда 45 минут. Успевает!
   Выскочил на улицу, рядом с подъездом стоял джип Валерия. Нет, на поезд нельзя, на машине до Читы. Там можно и на поезд, на проходящий, или самолёт.
  

22

  
   23 апреля. Россия.
  
   Заседание "круглого" стола бизнеса и власти. Тема - "Международная торговля и решение проблем неплатежей на международном уровне". Заседание продолжалось почти четыре часа с перерывом на кофе. На мероприятие, которое проходило в библиотеке, Вишневецкий пришёл с Бернштейном. Тон задавал Виктор Викторович Смехов - "специалист по разрешению кризисных ситуаций", именно так было написано в его визитке, а ниже мелким шрифтом - "юрист". Мужчина среднего роста, ближе к сорока, склонный к полноте, правильные черты слегка обрюзгшего лица с оспинками на щеках, в дорогом костюме и стоптанных ботинках, и с шикарным крокодиловым портфелем. О таком портфеле Евгений мечтал всегда.
   Когда организаторы мероприятия знакомили участников, Виктор Викторович был представлен как выдающийся юрист, почти как господин Вишневецкий, да к тому же еще и автор нескольких поэтических сборников (это вызвало у Евгения лёгкую ревность: два в одном - новое слово в представлении и "раскрутке" самого себя). Так как Вишневецкий не считал себя выдающимся юристом, сравнение вызвало у него только смех, но портфель и поэтические сборники - это сильно! Стихи он не жаловал, но, с другой стороны, сотворить пару поэтических книжек и издать их - это красиво с точки зрения обывателя. Совсем не то, что написать пару книг по праву. Стихи - это талант, духовность, а право - ремесло. Книги Вишневецкого дали деньги, пусть и небольшие, а стихи провинциального поэта - только для души. Но самое любопытное - это реакция окружающих. Виктор Викторович Смехов попал в центр внимания. Все слушали его, как загипнотизированные, а он вещал, обещая всем все решить, вернуть и утрясти. Демонстрировал огромный портфель, извлекая из него какие-то бумаги, как доказательство своего могущества, махал ими, не давая посмотреть близко. За четыре часа заседания он получил, как минимум, десяток клиентов. Это уже серьёзно. Стихи, библиотека, портфель, обещания манны небесной по сходной цене действовали на серьёзных "битых" бизнесменов, а многих Евгений знал лично, как куча свежего навоза на мух.
   Вишневецкий думал: "Похоже, пока сидел, мир переменился, или я совсем отупел. Клиенты Смехова - люди серьезные. За деньги, которые он из них вытрясет и ничего не сделает, его убьют".
   С проблемами некоторых присутствующих он был знаком не понаслышке, эти проблемы он сам же им и создал. Другие приходили к нему советоваться, как разрешить неприятную ситуацию. О болячках третьих Евгений слышал - город-то маленький, не Москва.
   В перерыве на бизнес-кофе, когда Виктор Викторович Смехов снимал "сливки", по праву принадлежавшие Бернштейну и Вишневецкому, Самуил, привыкший отвечать за свои слова и очень болезненно относившийся к любым проколам в работе, чести семьи, марке фирмы, пыхтел и искренне возмущался. Переживший несколько неприятных разборок с бандитами, когда не смог выполнить свои обязательства, он стал крайне обязателен в работе.
   - Я прекрасно знаю, что ты, Женя, мошенник, но ты так "раздеваешь" людей, что доказать ничего нельзя и даже заподозрить тебя в чём-либо невозможно. Но это же, - Бернштейн указал на Смехова, - самоубийство. Через месяц этого человека порвут и правильно сделают.
   - Сема, не кокетничай, не я - мошенник, а мы - мошенники. К сожалению, менты нашего брата закрывают без проблем, когда точно уверены, кто автор комбинации, а дальше колют наше окружение, пока кто-то не поплывёт. Далее, наступает твоя очередь вытаскивать друзей из параши, и небескорыстно, на себе проверил, - сказал Евгений.
   - Ладно, не бухти, знал бы ты, сколько я беру с других, - ответил Бернштейн.
   - Знаю, всё, что у них есть, - отрезал Вишневецкий.
   - Тоже мне, альтруист нашёлся! Тебе слабо всё забрать, а мне - сами несут. Но все, в настоящий момент происходящее - полный маразм. Вон Виктор Борисович стоит рядом с этим проходимцем, бумаги суёт, три дня назад на приёме у моей дочки Леры был, договор уже заключили, а сегодня он этому деятелю наше дело тулит. Смотри, смотри, даже папка та же, наша фирменная, голубенькая, - сказал Бернштейн.
   - Это что, Чередниченко, я и не узнал его сразу. Он на чём влетел? - поинтересовался Евгений.
   - Поставка рыбы в Китай, его на всю партию и "раздели". Лера говорила - миллион триста "зелёных", - объяснил Самуил.
   - Перспектива есть? - уточнил Вишневецкий.
   - Не знаю, надо хорошо посмотреть, я хотел, чтобы Лера сначала договор заключила, аванс взяла, а потом уже с тобой посоветоваться, - сказал Бернштейн.
   - Копии материалов остались? - спросил Евгений.
   - Нет-нет, ты посмотри, Канн лезет, наверняка с бумагами по твою душу по прошлому году, - ответил Самуил.
   - Не по мою, а по наши души. Ну и зря он это затеял, у него всего тысяч тридцать "зеленью" взяли. Я это к убыточным акциям относил. Плюнул бы и забыл. А этот парень его ещё раз на десятку опустит, - сказал Вишневецкий.
   - Так ведь обидно, - уныло отреагировал Бернштейн.
   - Ну, так бумаги-то остались по рыбке? - заинтересовался Евгений.
   - Завтра кто-нибудь из сотрудников к тебе материалы забросит. Ты что задумал? - встречным вопросом ответил Самуил.
   - Да ничего особенного. Пусть собирает всех до кучи, снимет с них "бабки", немножко прокутит? - сказал Вишневецкий.
   - А если всё? - спросил Бернштейн.
   - Тогда плохо, может сбежать. Мы ему "левого" клиента подгоним, если понадобится. Клиент пообещает аванс в пятьсот тысяч "зелёных" за возврат десяти миллионов, и пятнадцать процентов от возращенных сумм, документы даст. Платёж через 40 суток. У меня в архиве один "тухляк" пару лет валяется. От такого куска не бегают, будет, как миленький, сидеть и ждать манны небесной, как эти лохи от него. На два месяца задержится, - объяснил Евгений.
   - Вроде не тупой, а всё равно не понял, а нам какой с этого навар? - недоумевал Самуил.
   - Что парень коллега, и, при том, малограмотный, ты согласен, сделать ничего не сможет. Поэт, одним словом, - ответил Вишневецкий.
   - Судя по тому, что он нёс, бесспорно, - согласился с Евгением Самуил.
   - Во втором отделении - наш выход. Нам надо вдолбить ослу в голову мысль, что только мы - есть величайшие специалисты в этом деле. И только мы сможем выполнить поставленные задачи. Он-то сам знает, что ничего не умеет. Окажется между двух огней - пятьсот тысяч аванса на подходе или тысяч пятьдесят-восемьдесят, что он сегодня имеет. Половина клиентов съедет, проспавшись и отойдя от гипноза шикарного портфеля. Кроме того, должна появиться надежда, выполнить заказы реально. Ему надо грамотно протянуть пару месяцев и, если мы вдолбим в его голову, что круче нас никого нет, что можно с нашей помощью авансы отработать, вернув долги от китайцев, он сам к нам с денежками прибежит. Что-то проест, но большую часть - принесёт. Будет ждать великий куш. Мы договорчик хороший составим и график платежей. Деньги он нам отдаст, но недостаточное количество, и сроки промухает. Денег, естественно, не хватит. Нанял он нас, копейки бросил, остальное - "скрысил". Ну и побежит по России-матушке. А мы белые и пушистые, - комментировал Вишневецкий.
   - В принципе, неплохо, должно получиться. Детали вылизать надо, у парня-то пройдет, а вот мужики городские совсем не без головы, могут и претензию групповую соорудить. Как насчёт того, чтобы реально выполнить заказ? - уточнил Бернштейн.
   - Пока отдыхал, появилась у меня парочка идей. Теоретически, вернуть можно, но это будет стоить пятьсот "штук", а то и более. И сработать надо очень грамотно, тонко. Китайцы - торговцы от Бога, их "разводить" - не наших лесорубов и соеводов кидать. Вероятен срыв, план работы - чисто теоретический. И тогда предъява такая будет - не вывезешь. А если сказать правду, что вероятность успеха 50 на 50, никто не пойдёт, - ответил Евгений.
   - Ладно, давай так, втягиваем лоха, делаем прокладку, а дальше - по ситуации, - предложил Евгений.
   - Попробуем, но денег не хватит на нормальную работу. Ладно, пошли, наша очередь народу мозги пудрить, - улыбнулся Самуил.
   Вторая часть дискуссии прошла в академическом стиле. Заведующий кафедрой гражданского права областного университета минут 20 читал тезисы своего очередного опуса, подготовленного к печати. Общественность очень высоко оценила бурными и продолжительными аплодисментами окончание леции. Лектор извинился, сославшись на занятость, тут же исчез, а вместе с ним два десятка его студентов, отбывавших "добровольно-принудительную повинность".
   От милиции были двое - начальник и заместитель начальника городского Управления по борьбе с экономическими преступлениями, бывшего ОБХСС *(21). Шеф молчал. Его заместитель зачитал сводку по раскрываемости. Евгений так и не смог привыкнуть к новым милицейским названиям, ГАИ она и есть ГАИ, ОБХСС - есть ОБХСС, а всё остальное - от лукавого. Представитель областного МИДа рассказал о важности российско-китайской дружбы.
   Вишневецкий и Бернштейн уложились, каждый в пять минут. Рассказали с живыми примерами, не всегда даже виртуальными, о выдающихся успехах в сфере борьбы с китайскими мошенниками. Бернштейн в своём выступлении сделал акцент на способы возврата долгов. Он утверждал, китайских аферистов надо содержать в СИЗО. Запирать их в тайге в контейнерах неэффективно и непродуктивно. Мысль, в принципе, разумная, но для областных предпринимателей несколько новая и непривычная. Приводил конкретные примеры, как неделька-другая на нарах помогала решить проблему. Милицейские чины отнеслись к инициативе неоднозначно. С одной стороны, всё так. Но китайцев миллиарда полтора, да в России на всех тюрем не хватит! Сегодня своих сажать некуда.
   Евгений же делал упор на работу на сопредельной территории, призывал к активному сотрудничеству органы милиции и особенно ОБХСС, взявшись за руки и забыв взаимные обиды, дружными колонами двинуться в Китай и начать наводить там порядок. Представители внутренних органов встретили выступление с очень большим интересом.
   Комизм ситуации был в том, что Вишневецкого и его ребят задерживали милицейская бригада из соседнего региона. Но, в связи с обилием у подозреваемых оружия и высокой профессиональной подготовки в плане обороны и нападения у ряда членов трудового коллектива, местные милиционеры страховали соседей. Именно подчиненные полковников, сидевших за одним столом с Вишневецким.
   - Господин Вишневецкий, да я вас сразу и не узнал, скинули килограмм 30, лет на 10 помолодели, давно домой вернулись? На каком "курорте" худели? Мы, я так понял, нынче коллегами стали, - начальник городского управления, молчавший уже почти три часа и откровенно скучавший, решил прояснить обстановку.
   - Степан Игоревич, вы так говорите, будто я не через вас "путёвку" получал, всё вашими молитвами! - ответил Евгений. Они знали друг друга давно, учились в одном институте. Правда, когда Вишневецкий поступал, Степан оканчивал аспирантуру. При встречах здоровались, ничего личного, только работа. Да и мужик вполне приличный!
   - Ну, а насчёт Китая, когда поедем? - зам решил поддержать шутку начальника. Бывшие одноклассники с пятого по десятый классы, Вишневецкий и Перелетов в юности постоянно соперничали. В то же время, при случае помогали друг другу, если помощь не требовала значительных усилий.
   - Я думаю, не раньше, чем недели через три-четыре. Документы подготовить надо. Вас, господа, завизировать, у меня-то годичная виза пока не кончилась, а с вами - сложнее. Мы попросим Самуила Владимировича завтра кого-нибудь к вам подогнать за паспортами, а то, вы ж помните, у меня с людьми сейчас туго, - ответил Евгений.
   - Конечно, Степан, я завтра подошлю к Евгению документы по спорам с Китаем, ну и к вам заскочим, - Самуил и Степан между собой со студенчества на "ты". Евгений раньше тоже был на "ты", но сейчас приходится соблюдать дистанцию. Бернштейн не за судом, не под следствием, уважаемый адвокат.
   - Лады, коль не шутите, давно "комбэй" *(22) не кричал с коллегами из поднебесной. Куда едем, в Хэйхэ? Нет, Володька, - Степан повернулся к заму-Владимиру Перелетову (детская кличка Пропеллер) - ты глянь, что простое областное СИЗО с человеком делает. Полгода - и почти коллега, а то и здороваться перестал при встречах.
   - Да нет, в Хэйхэ ничего не решить, надо в Харбин, решать на провинциальном уровне. Там же и суд второй инстанции, и судебное исполнение. Это сначала, а ещё через месяц в Пекин ехать придётся, - ответил Вишневецкий, игнорируя подлый выпад.
   - Будешь в районе управления, заскакивай, потолкуем, - предложил Евгению Степан.
   Говорили тихо, но три пары ушей ловили каждый издаваемый собеседниками звук. Первая - уши Виктора Викторовича Смехова. Выступления местных специалистов нагнали на него смертельную тоску. Разговоры же с милицейскими чинами уверили его в том, что исполнение заказов возможно, и добраться до больших денег, учитывая суммы долга, а не грошовые авансы, реально. Осталось только решить, как это сделать.
   Две других пары ушей принадлежали женщинам. Они были совершенно разные, но работали в паре. Лидировала Аврора Вениаминовна - формы, как у красоток с картин Рубенса, рост сто восемьдесят, раскраска на лице в стиле индейцев Сиу на тропе войны с бледнолицыми, лет тридцати, одета во что-то невероятно яркое, пышное, подчеркивавшее грандиозность форм. Самуил, при его "итальянском" росте, глядя на такие достоинства, сразу потерял интерес к окружающему миру и впал в мечтательную прострацию. Напарница - Мария Александровна - полная противоположность Авроре - классическая "серая мышка", маленькая, не пользующаяся косметикой, очень аккуратная, во всём серо-чёрно-коричневом. Аврора, проучившись почти 10 лет, наконец, получила диплом юриста, вышла на большую дорогу добывания денег на ниве юриспруденции. Верная подруга Мария Александровна стала при ней секретарём, помощником, невидимкой на фоне блестящей примадонны.
   У обеих дам был исключительно сильный нюх на деньги. Почему-то Виктор Викторович Смехов энтузиазма у них не вызвал, а Вишневецкий с Бернштейном и парой милицейских полковников - заслужили глубокий и искренний интерес.
   На выходе из читального зала познакомились, обменялись визитками, Бернштейн уточнил, в какой коллегии адвокатов состоят дамы. Выяснив, что нигде не числятся, по причине нежелания "ветеранов" принимать новичков в своё сообщество, выразил неудовольствие косностью организации. Осматривая Аврору плотоядным взглядом, пригласил заходить к нему для обсуждения вопросов вступления в коллегию. Вишневецкий же заверил дам, что в случае обнаружения ими в городе и его окрестностях "обиженных" китайцами русских бизнесменов, их заслуги забыты не будут и их лично не обделят. Более того, позволят присутствовать в качестве ассистентов и поучиться работать. Дал совет сотрудничать со Смеховым, заказов у него много, может, и им что перепадёт с барского стола. Ведь в одиночку с таким объёмом работы не справиться.
   На улице их поджидал Смехов. Драповое пальто до пят, неплохой автомобиль "Краун-универсал" с персональным водителем. Один из помощников Виктора присутствовал, оказывается, в зале и добросовестно всё конспектировал, а сейчас сидел в машине, ожидая шефа. Это несколько удивляло. Получалось, что Смехов работает не в одиночку, а в составе группы. Это могло сильно осложнить процедуру "изъятия" у него денег.
   Виктор Викторович выразил огромный энтузиазм по поводу знакомства и надежды на сотрудничество. Высказал сожаление, что в этом городе он новичок и не имеет нужных связей среди силовиков, хотя в разные периоды он жил и работал здесь. Одобрил заинтересованность ближе познакомиться с новыми методами работы. Высокие договаривающиеся стороны решили, что после выходных он посетит офис на улице Горького для координации совместной деятельности.
  
   Вишневецкий и Бернштейн медленно шли по набережной в сторону офиса Самуила. Оба авантюриста так и не научились управлять машинами, вследствие патологической тупости при обращении с техникой.
   - Слушай, Жень, ты чего к Степану пристал? Ты же не хуже, чем я, его знаешь, не станет он тебя за поездку в Китай от твоих залётов отмазывать, - сказал адвокат.
   - Я и не прошу меня отмазывать, это ты делаешь. Ты сам предложил сработать реально, а без официальных лиц мы с тобой никто, и звать нас никак. Одно дело, если мы приедем в Харбин решать вопросы, как два частных лица, и совсем другое, как люди из свиты начальника городского управления милиции по борьбе с экономическими преступлениями. Любой вопрос будет рассматриваться всерьёз, сделают, не сделают - не знаю, но хотя бы попробуют, объяснят, как надо делать, мы же их правил не знаем. А вот если поедем публично в составе делегации, собранной для решения проблем, за которые взяли "бабки", ты представь, какое доверие, уважение, почёт. Вся милиция с наших рук "ест" и на проблемы наших клиентов работает, - пояснил Вишневецкий.
   - Наверное, ты прав, но у меня от китайской водки желудок болит, поезжай сам, а я, как всегда, здесь тебя прикрою, - ответил Бернштейн.
   - Со Степаном можно и мне, но думаю, он Перелетова подставит, сам не полезет. Вообще, слышал? Степана вот-вот на повышение передвинут. Вместо него Пропеллер остаётся. Но вот в Хэйхэ надо именно с тобой на пару дней проскочить, нам без статуса никуда, если хотим реально дело сделать, надо иметь соответствующую должность. Иначе как китайцам объяснить, почему мы в чужие проблемы лезем? - комментировал Евгений.
   - Статус - это хорошо, решай сам, надо - поедем, но без милиции. Россия и Уголовный кодекс - моя сфера, Китай - твоя, я там мало, что знаю, - сказал Самуил.
   - Да первый раз нам милиционеры и не нужны будут, так, примерка, но чиновника из администрации прихватить надо, чтобы представил, кому следует, а дальше я и сам справлюсь, - объяснил Вишневецкий.
   - Что ты, всё же, задумал? - удивился Бернштейн.
   - Мы создадим общественную палату, российско-китайскую, по разрешению экономических конфликтов при правительствах провинции Хэйлунцзян и нашей области. Берём соответствующего чиновника, едем в Хэйхэ, далее - в Харбин, со всеми знакомимся, меняемся визитками. Предварительно созваниваемся с китайцами и предупреждаем, что едем. В Китае делаем предложение, создать при правительстве орган, которому не надо платить, а он вернёт китайцам всё, что украли у них наши соотечественники. От такого никто не откажется. Пишем протоколы, ставим большие красные печати, пьём водку и едем домой. Я в статусе сопредседателя палаты с русской стороны, ты себе сам, что хочешь, то и придумаешь, но обязательно крутое. Затем чиновники подшивают протоколы к отчётам, рапортуют о проделанной работе. Мы совершенно законно выписываем себе официальные удостоверения. Сразу превращаемся в очень уважаемых людей при правительствах наших провинций, которые имеют право запрашивать, представлять интересы и вообще совать свой нос туда, куда их не звали, - подытожил Евгений.
   - Это ты когда придумать успел? Эх, твои мозги да на мирные бы цели! - с улыбкой выговорил Самуил.
  

23

  
   24. апреля. Россия.
  
   Утром следующего рабочего дня в офисе Вишневецкого появился Саша Маленький, помощник Смехова по особо важным вопросам. Лет около тридцати, невысокого роста, с сильно бегающими глазками, в которых затаился страх. Глаза бегали не оттого, что они ищут, где и что плохо лежит, а ждут, что сейчас прилетит, и надо вовремя закричать - "Только не ногами и не по голове!". Крепкий, спортивный, аккуратно одетый, и с постоянным испугом в глазах.
   Задач у Саши было три. Первая - спеть хвалебную оду свому шефу, взглянуть на аборигенов в домашней обстановке и подготовить почву для визита Смехова. С первой задачей он справился более или менее успешно. Со второй - тоже - приличный офис в центре города, шесть комнат, явно присутствует запах больших денег.
   Выполняя поставленные задачи, Саша Маленький невольно слил массу сведений о себе и шефе, на сбор которых у Вишневецкого ушла бы масса времени и сил. Сидят они в арендованном офисе на третьем этаже последней выжившей городской биржи. Чем она, эта самая биржа, занималась и за счёт чего жила, Евгений никак не мог понять. Его бывший коллега, Арон Моисеевич, её председатель, на все вопросы отвечал длинно, мутно и до предела неконкретно. Но он, его клерки и десяток брокерских компаний как-то ведь жили! Сам Арон Моисеевич отнюдь не бедствовал.
   Команда Смехова состояла из пяти человек: сам босс, Саша Маленький, Саша Большой, Эльдар и секретарша. Саша Большой - и водитель, и владелец автомобиля "Тойота Краун", и телохранитель в одном лице, единственный в команде коренной житель области. Эльдар - второй помощник Смехова, отставной офицер Амурской флотилии, родом с Кавказа. Секретарша приехала из села в зоне БАМа и осела в областном центре. Саша Маленький, в прошлом самостоятельный бизнесмен из Биробиджана, почему-то срочно покинул родной город. Периодически в офисе появлялся земляк Эльдара Рустам, выполнял разовые поручения. Рустам и Эльдар числились при бирже брокерами.
   У Смехова где-то в районе судостроительного завода живёт бывшая жена с ребёнком, а он сам снимает квартиру в новостройках и проживает с новой женой и маленьким сыном. Вот это Евгения удивило больше всего, - поехав на гастроли, брать с собой семью очень опрометчиво.
   "В нашем деле вовремя смыться - едва ли не главное, а с женой и ребёнком сделать это трудно. С другой стороны, "залётный" с семьёй вызывает больше доверия, если местные станут его проверять", - размышлял Вишневецкий.
   Группа сложилась месяц назад, до этого друг друга не знали, кроме Смехова возвратом долгов никто не занимался. Но зато Виктор Викторович - очень большой специалист в данном вопросе, как и в добыче денег. Помимо возврата долгов, они торгуют рисом. Смехов прибыл на Дальний Восток из центральной России проведать ребёнка. Наткнувшись на непаханое "поле чудес", решил здесь задержаться и поучить "деревню". Сейчас у них около 30 клиентов. Услышав это, Вишневецкий испытал шок и чувство неполноценности, за пару недель получить в чужом городе тридцать клиентов, плюс ещё, как минимум, десять завербованных на его глазах в библиотеке. Естественно, Евгений выразил жгучее желание сотрудничать, встретиться в любое удобное для гостя время. Господин Вишневецкий в этот момент был почти искренним. Встречу согласовали на следующий день, после обеда.
  
   После ухода Саши Маленького Вишневецкий позвонил Бернштейну и поделился информацией.
   - Не бери в голову, Женя, и не таких крутых перцев делали, лох, не лох, всё равно сделаем. Мы дома, а он в гостях, мы знаем, что он мошенник, а он о нас ничего не знает и держит за обычных диких аборигенов, в Китае ни разу не был, а для тебя Китай - дом родной. С нами наша милиция, которая нас бережёт, а на него Степан при встрече очень недоброжелательно смотрел, когда тот соловьём заливался. Я б не хотел, чтобы на меня так профессионально и пристально смотрел начальник городского ОБХСС, парень уже на заметке. Да с такими козырями любого сделаем! - успокоил Евгения товарищ.
   Второй звонок был Арону Моисеевчу на биржу.
   - Арон Моисеевич, Вишневецкий беспокоит, ни от чего важного не отрываю?
   - Рад слышать, для тебя всегда минутка найдётся, что-то давно не заглядываешь, - ответил собеседник.
   - Да так, в командировке почти восемь месяцев был, - объяснил Евгений.
   - И успешно? - интересовался Арон.
   - Начал плохо, но сейчас, вроде, всё пошло на лад. Я что звоню, у тебя офис арендовал некто Смехов, я с ним тут перехлестнулся по одной интересной теме, а что за человек понять не могу, - сказал Евгений.
   - Ну, есть такой. Только договор аренды не с ним, а с компанией "Сокол" из Биробиджана. Директор - Александр Владимирович Самусенко, - ответил собеседник.
   - Вот это сюрприз! Саша Маленький во главе всего, а отнюдь не Смехов, - поразился Арон.
   - На кого сняли, в принципе, не важно, а чем дышат? - поинтересовался Вишневецкий.
   - Да не знаю, в наши игры не играют, я со Смеховым поговорил, он в торговле - полный баран, такую чушь нёс, даже странно, как последние десять лет жил. Сам, вроде, из Казани. Человек шесть их там крутятся, - объяснил Арон.
   - Платят как? - спросил Евгений.
   - Как? Предоплата естественно, ежемесячно, наличными. Они три недели всего, пока нормально, - сказал Арон.
   Третий звонок Вите Стволу.
   - Привет, это я, узнал? - поздоровался с бандитом Вишневецкий.
   - Узнал, Директор, как не узнать. Слышал, ты "отдыхал", или как? - усмехнулся "браток".
   - Было дело, сорвался. Бернштейн вытащил. Второй месяц как дома, - ответил Вишневецкий.
   - Он-то хорош, но и денег берёт не хило! - сказал Ствол.
   - Через восемь месяцев всё отдашь, чтоб вырваться, - комментировал Евгений.
   - Так то с непривычки, чаще в командировки ездить надо и всё будет в шоколаде! - ответил авторитет.
   - Ну, спасибо, и тебе того же. Я вот про что, появился в городе катала залётный. Клички, вроде, нет, или кроется, лет под сорок, из Татарии, Смехов Виктор. Сел с "бригадой" на бирже у Арона и мой огород топчет. Поспрошай у ваших орлов, вдруг, кто го знает. "Красный" он, "Чёрный" или спортсмен? Представлялся вашим? "Непонятка" может выйти, - попросил Евгений.
   - Я не слышал, узнаю. Бывай, перезвоню, - обещал Ствол.
   На следующий день бандит перезвонил. Он сообщил Вишневецкому, что Смехов к "черным" не имел никакого отношения.
  

24

  
   25 апреля, Россия.
  
   Вишневецкий с нетерпением дожидался 15:00, когда должен был прийти Смехов, Евгению было очень интересно, каким образом можно такое количество клиентов заполучить за столь короткий срок, да еще и в чужом городе.
   В 15:20 Смехов прибыл. Саша Маленький заранее сообщил ему, что в офисе работают женщины. Виктор пришёл с гвоздиками, преподнёс каждой даме цветок, изрек незамысловатые четверостишья своего сочинения, затем попросил кофе и стал обшаривать весь офис, будто у себя дома, чем привёл хозяина в состояние тихого бешенства. У Евгения перед глазами уже стали отчётливо просматриваться "кровавые мальчики", ещё немного, и он плюнет на любопытство и спустит гостя с лестницы. Кофе Смехову не дали, его просто не было, вся контора пила чай. Виктор и на чай любезно согласился.
   Сели в кабинете Евгения, обменялись дежурными фразами о погоде и здоровье, о детях.
   - Виктор Викторович, - Вишневецкий решил играть открыто, - Саша сказал, что вы с работой не справляетесь, от клиентов отбоя нет. Откройте секрет, как это у вас получается?
   - Да нет никакого секрета. Дал в газете "Из рук в руки" объявление, что возвращаю долги, половина мне, остальное - кредитору. Вот они сами ко мне и прибежали.
   - Как насчёт предоплаты за услуги? - интересовался Евгений.
   - У кого как. Есть деньги - беру, нет - рассчитаюсь из суммы долга. Мне оборотных средств и доли хватит, - пояснил Виктор.
   У Вишневецкого голова пошла кругом. Он не до конца все понимал.
   - Пока нет, я на сборе заказов сижу, - продолжал Смехов, - по клиентам мотаюсь, мне бы очень хотелось, что бы вы взяли на себя сбор денег.
   Столь своевременных и приятных предложений Вишневецкому давно не делали.
   - Надеюсь, возврат долгов проходит без применения утюгов, паяльников, наручников, контейнеров и прочей экзотики? У нас город небольшой, все хорошо друг друга знают, милиция хоть и продажна, но своих в обиду не даёт, - сказал Евгений.
   - Ну что вы! Никакого насилия, только уговоры и объяснения контрагенту его же выгоды, - улыбнулся Виктор.
   - Это как? С помощью милиции? Или налоговиков натравливаете? - не скрывал своего интереса Вишневецкий.
   - Да нет у меня связей с вашей милицией! - ответил Смехов.
   - Но тогда как? Гипноз? - после того, что творилось в библиотеке во время прошлого заседания "круглого" стола, Евгений готов был поверить всему.
   - Да нет, - Виктора начала раздражать показная тупость хозяина офиса, - Вот компания "Изыскания 93" от вас метрах в пятистах находится, задолжала "Восток Стар" семьсот тысяч рублей. Долг признают. Я иду к ним и предлагаю: пятьдесят процентов они возвращают "Звезде", а остальные деньги мы делим пополам. И им хорошо, и мне хватит, и кредитор доволен. С ним у меня договор уже на этих условиях подписан.
   - Ну да, это всё правильно и красиво, но зачем "изыскатель" хоть копейку отдаст? Ведь тогда он теряет 75 процентов суммы, - уточнил Евгений.
   - Ах, да это совсем легко. Деньги не его? Не его. Отдавать надо? Надо. А в этом случае он не платит штрафных, и на четверть деньги у него остаются, - объяснил Виктор.
   - Ну, это я понял, но зачем он отдаст хоть копейку? - не унимался Вишневецкий.
   - Мы его убедим, что так лучше, - ответил Смехов.
   - Вы, может быть, и убедите, а вот мне слабо. К ним бандитов посылали? - спросил Евгений.
   - Да, не отдали, - пояснил Виктор.
   - Налоговики и менты наезжали? - интересовался Вишневецкий.
   - И те, и другие - три раза. Не отдают, - сказал Смехов.
   - В суд почему не пошли? - удивился Евгений.
   - Да там бумажек каких-то не хватает, - ответил Виктор.
   - Ну, тогда совсем не понял, зачем им хоть копейку отдавать, - недоумевал Вишневецкий.
   - Думаете, не отдадут? - сомневался Смехов.
   - Я бы не отдал. Нет, Виктор Викторович, нас эта часть работы не интересует. Вот по международным делам сотрудничать можно, если вы только не собираетесь действовать методами уговоров, - подытожил ход беседы Евгений.
   Вишневецкий ожидал услышать всё, что угодно, кроме тезиса - "пойду, поговорю, и мне вернут!".
   - Должен признать, в международных делах я работал с Республикой Корея и Японией. С Китаем знаком мало и плохо знаю специфику, буду рад сотрудничать, - заверил Смехов.
   Евгений открыл бутылку конька и прочитал на одном дыхании длинную, изобилующую специальными терминами лекцию. Суть свелась к следующему.
   - Первое, в Китае всё невероятно сложно и запутано, масса противоречий. Второе, мы всё можем, но дорого. Третье, есть два пути. Абсолютно законный, но длинный и дорогой - два-три года судиться в Пекине, или короткий: судиться в течение года, но это ещё дороже; и не совсем законный, - сказал Вишневецкий.
   Перспектива заниматься кропотливой работой три года у гостя энтузиазма не вызвала.
   - Сократить сроки можно, но тогда ещё дороже, месяца в три уложимся, - уточнил Евгений.
   - Во сколько оценивается термин дорого? - поинтересовался Виктор.
   Здесь Вишневецкий снова получил шанс блеснуть эрудицией. Он прочёл ещё одну лекцию о роли нюансов при разрешении хозяйственных споров:
   - Дела с ценой вопроса менее пятисот тысяч американских рублей мы к рассмотрению не принимаем. И решить такое дело стоит тысяч сто, ну и гонорар от двадцати процентов. А деньги вперёд! Лучше всего - дела от одного до трех миллионов. Издержки на процесс - всего в два раза выше, тысяч по двести - двести пятьдесят, зато гонорар приличный выходит.
   У гостя от озвученных цифр перехватило дыхание.
   - В Корее и Японии вопросы решать дешевле, - пытался торговаться Смехов.
   - Ну, эти страны маленькие, цивилизованные, капиталистические, а в Китае - дикий коммунизм восточного типа. И если у вас получится дешевле, мы с моим коллегой и другом будем рады поучиться у вас, - заверил Евгений.
   - Я исходил из расценок этих стран и запросил меньшие, чем нужно, авансы с клиентов, а теперь не знаю, как лучше поступить, - Виктор пребывал в легком замешательстве.
   - Первое, нужно познакомиться с материалами, отсечь мелочь, заниматься которой нет смысла. Второе, выкинуть материалы некредитоспособных соискателей утраченных денег. Третье, исключить тех, у кого не в порядке документы, например, есть фальшивые бумаги. С фальшивкой в Китае в тюрьму попасть недолго, - предупредил Вишневецкий.
   - Как определить, у кого есть деньги, а у кого их нет? - интересовался Виктор. - Я здесь чужой, никого не знаю.
   - Это самое простое, привозите материалы к нам. Мы с Сёмой, так и быть, на общественных началах поможем, отсортируем. Но далее все услуги только за оплату, - сказал Вишневецкий.
   Евгению было важно на первом этапе удалить тех, у кого в "крышах" ходили силовики и хорошие знакомые из бандитов. Тех, кто знал, на чём он делает деньги. Кроме того, нужно было реально представлять, с кем работаешь, и сколько с кого можно "выжать", а где рискнуть и работать без предоплаты.
   - А дальше что? - спросил Смехов.
   - После сортировки определим трудозатраты по каждому материалу, оценим перспективу, наметим тактику и стратегию, разработаем план исполнения работ, график платежей, согласуем, в какие сроки свободны наши друзья из силовиков, без них - никак. Разработаем очерёдность поездок и работ в Китае. Всё это нужно просчитать. Затем со сметой, обосновывающей все затраты, и с договором, где уточняются все силы, которые будем привлекать для исполнения, идёте к клиенту и берёте деньги, а ещё лучше, чтобы он деньги перечислял через банк, - пояснил Вишневецкий.
   - Да, банк - это серьезно, так лучше. А какие силы будем привлекать? - уточнил Смехов.
   - Первое, Коллегию адвокатов Бернштейнов. Без них мы не сможем подготовить документы к процессу и обеспечить получение необходимых решений в судах и прочих госорганах России. Второе, моё агентство, мы обеспечиваем легализацию документов, связь с силовиками и РФ, и Китая. Третье, Российско-китайскую межправительственную комиссию. Четвёртое, начальника городского ОБХСС, вы с ним уже знакомы, мы договорились с милицией, иначе нас не допустят до его друзей и коллег в Китае, и начальника экономической полиции и заместителя председателя суда провинции Хэйлунцзян. Один будет давить на своих воров, а второй - командовать судебными приставами, без них никак не обойтись. Ну, и, наконец, надо привлечь кого-нибудь из администрации провинции или торгово-промышленной палаты. Примерно так! - прокомментировал Евгений.
   - Да, я понимаю, но на них уйдёт весь аванс, - сказал Виктор.
   - Разумеется, и даже мало будет. Но зато и гонорары о-го-го! - воодушевился Вишневецкий.
   - Да! Я понимаю. Гонорары - хорошо. Ну, а как бы так сделать, чтобы деньги, которые китайцы нам вернут, сначала приходили к нам, ко мне на счёт, а я бы их отдавал клиентам. За вычетом гонорара. А то потом получи с них! - внёс предложение Смехов.
   "Молодец! Ну да, увидит кто те деньги и тебя, друг наш, когда они попадут к тебе на счёт! Всё-таки коллега", - подумал Евгений.
   - Думаю, вы правы, Виктор Викторович. Клиент нынче весьма жуликоватый пошёл. Это можно организовать, но вопрос не наш с Бернштейном, вы в контрактах с клиентами это оговорите, нам на основании этих договоренностей распоряжение выпишите, а мы и исполним, - заверил Вишневецкий.
   Вздох облегчения, Смехов понял, на каком этапе он сможет всех кинуть и уйти на пенсию с пятью-шестью миллионами долларов.
   - Примерно о каких суммах идёт речь? И сроки, - спросил он.
   - Не видя документов, говорить очень сложно, исполнение разных договоров иногда удаётся объединять, а порой - нет. Бывает, что документов, доказывающих вину ответчика, хватает, но чаще необходимо добывать такие доказательства. Это всё деньги и время. Например, у вас есть материал от Виктора Борисовича Чередниченко. Сумма долга - более миллиона долларов за неоплаченную рыбу в Даляне, восемьсот семьдесят тонн минтая и двести тридцать тонн сельди, - уточнил Евгений.
   - Откуда вы знаете? - Смехова трясло мелкой дрожью, в глазах паника и страх.
   - Виктор Викторович, да не пугайтесь так, всё элементарно, - уверял Вишневецкий. - Весь город знает, как и на какую сумму Виктор Борисович влетел. Люди пари заключают, что именно он будет продавать, дом или квартиру, или то и другое, чтобы убытки покрыть. На моих глазах, не далее, чем четыре дня назад, он передал вам папку в библиотеке. Других проблем с китайцами у него нет. Вот я и сделал вывод. Ну, так вот, для решения этой проблемы нужно двенадцать-четырнадцать месяцев и около двухсот тысяч долларов аванса.
   - Почему так много и так долго? - недоумевал Виктор.
   - Кинула Чередниченко компания "Ориент", Восток в переводе или "Дунфан", по-китайски. Её основной владелец и акционер - член парламента Китая, очень богатый человек с огромными связями. Бороться с ним тяжело. Через силовиков не надавишь, они к нему даже подойти боятся. Значит, придётся действовать по официальным каналам. Пошлину в суд Пекина платить необходимо, это шестьдесят пять тысяч долларов, и приставам в Харбине - два раза по тридцать тысяч. Вот уже сто двадцать тысяч "зеленых" в бюджет Китая улетели, а остальные за год по мелочам разойдутся, - пояснил Евгений.
   - Но вернуть-то можно? - уточнил Смехов.
   - Можно, и даже с неустойкой, если в бумагах всё чисто, и если Виктор Борисович говорит правду, а не задумал в сговоре на равных долях с китайцами кинуть рыбаков. Чередниченко - тот ещё гусь, а для "отмазки" вас нанял! Проверять надо, а это тоже деньги и время, - ответил Вишневецкий.
   - Если я долги с Сахалина и Приморья привезу, займётесь? - спросил Виктор.
   - Если дела чистые и при финансировании, почему бы и нет! - улыбнулся Евгений.
   - Ведь есть материалы, где нет хозяина. Ликвидирован, обанкротился. Надо на свои попробовать, - предложил Смехов.
   - Увы, Виктор Викторович, я не настолько, как вы, богат, и могу работать только на подряде. В нашем деле девиз - "Но деньги вперёд!", - иначе никак. Вам проще, - пустил Вишневецкий леща.
   Смехов засиял, расправил грудь, и с пафосом изрёк:
   - Господин Вишневецкий, завтра вам привезут все материалы, начинаем работать, финансирование я обеспечу!
   В голове у Евгения крутились слова из песни к кинофильму про Буратино:
   "Какое небо голубое,
   Мы - не сторонники разбоя,
   На дурака не нужен нож,
   Ему с три короба наврёшь,
   И делай с ним, что хошь!"
  

25

  
   Считается, что способов мошенничества бесконечно много, однако это не так. Их три.
   Первый: обещание златых гор в обмен на минимальные затраты и усилия. В данном случае именно этот минимум затрат и усилий присваивается аферистом. Например, знаменитые три карты или "напёрсточники". Дай сто рублей и будь внимателен. Всё. Хорошие профессионалы, разумеется, могут лоха и на квартиру с машиной "крутануть". Но суть одна. Если лох внимателен, у него есть чисто теоретический шанс обыграть ведущего. На этом и построена комбинация. Все знают, что перед ними обманщики, но надеются быть быстрее и внимательнее их. Сказка для маленьких детей!
   Второй, основной способ, сложнее. Нужно создать у жертвы впечатление, что всё идет по правилам, имеет место обычный бизнес с неплохой прибылью. Далее, изымается товар или деньги, иллюзия испаряется, и партнёры расходятся по углам ринга. Здесь ставки напорядок выше, чем в первом случае, но и затрат требуют несоизмеримо больше. Это, так называемый, "кидняк". Самое интересное, что цыганское гадание - тоже способ номер два. Что такое гадание? Обслуживание в сфере предоставления информационных услуг за разумную, с точки зрения потенциального потерпевшего, цену, из источника, которому он доверяет. А вот, во что это выливается, вопрос второй. Всё зависит от квалификации "разводящего" и степени тупости жертвы.
   Третий способ - комбинация двух первых в разных пропорциях.
   Несколько в стороне стоит карточное шулерство, это уже на грани искусства, если не имеется в виду работа пяти-шести человек против одной жертвы. Игра один против всех - вариации на тему "напёрсточников". Речь идёт о редчайших самородках, работающих в одиночку и выигрывающих, потому что они гениальные игроки, психологи и чуть-чуть шулера. Но это уже Божий дар!
   Мошенничество не терпит и не приемлет насилия, кроме случаев, достаточно редких, самообороны. Насилие и афёра - несовместимые между собой способы добывания денег. Отъем ценностей с применением насилия - это бандитизм. Бытует мнение, что мошенники - элита, а бандиты и грабители - тупые ребята. Нет. Это совершенно разные виды деятельности со своей спецификой. Разработать вооружённый налёт на банк и его успешно осуществить ничуть не легче, чем вскрыть аккредитив, не отгрузив товар и "опустив" банк на те же деньги. Интеллектуальные, организационные и финансовые затраты вполне соизмеримы, а методика и исполнение - совершенно разные. В одном случае действует хорошо организованная грубая сила, заставляющая подчиняться. Во втором, создана иллюзия, что ничего не происходит, в то же время, всё идёт вопреки установленным правилам. Адреналина хватает в обоих вариантах в избытке.
   Мошенничество в одиночку невозможно, это групповое занятие. Не важно, группа устойчивая или работает по принципам ВТК - временных трудовых коллективов. При этом часть членов группы иногда работает вслепую, даже не подозревая до самого последнего момента, что участвует в "кидняке". При хорошей организации дела, когда хватает времени свернуть акцию, они никогда и не узнают, в чём участвовали.
   Можно ли уберечься от мошенников? Да, но только в одном случае, когда у тебя ничего нет, и тебе, кроме цепей, нечего терять. Да и цепи можно изъять и сдать на металлолом. Никакие службы безопасности не могут остановить хорошо подготовленную, проработанную и направленную персонально акцию. При наличии достаточного изначального финансирования.
   Вообще, службы безопасности в российском варианте - это какой-то бред. Мало профессиональные службы обычно состоят из бывших сотрудников МВД и ФСБ, а то и бывших офицеров Советской Армии. Последние практически ничего не смыслят в экономике капитализма, они прожили и проработали всю жизнь в таких условиях, когда своих нынешних нанимателей брали за шиворот и "закрывали" лет на десять, а теперь должны организовать экономическую безопасность банка или крупной компании. Они пригодны только на то, чтобы "разрулить" наезд бывших коллег, организовать охрану периметра объекта, защитить охраняемое "тело" от хулиганов, помочь поднять тяжёлую сумку в квартиру. Всё!
   Если профессионалы решат ликвидировать кого-то, они его ликвидируют, доказано многократно на политиках всех мастей и стран. Защита от наезда бывших коллег возможна, если он организован по собственному почину и для личного обогащения. Когда же это делается по приказу сверху, и исполнение приказа контролируется, как положено, службу безопасности можно распускать для экономии средств. Они очень пригодятся для расчетов с адвокатами. Историю господина Ходорковского знают все.
   От наезда "бригады" отмороженных бандитов своими силами не отбиться, придётся привлекать силовиков. Если наехавшую бригаду "положили" сами, то это уже не служба безопасности, а такая же банда, но если с ними управилась милиция, то зачем нужна такая безопасность! Другое дело, милиция в России в подобные разборки вмешиваться не любит, так как считает, что отправлять в тюрьму надо обе стороны, но это вопрос отдельный.
   Рейдерские захваты, а фактически, захваты мошенническими методами мощных и жизнеспособных компаний полностью доказали, что и в сфере экономики службы безопасности в российском исполнении совершенно бесполезны.
   Создавая службу охраны, коммерсант стоит перед выбором. Или при компании содержать структуру, уничтожающих врагов физически, но тогда между такой компанией и бандой нет разницы, или платить сторожам, охраняющим периметр и "тело" первого лица от хулиганов. Ни на какую экономическую защиту рассчитывать ни в первом, ни во втором случае нельзя.
   Обычно руководство охранных подразделений компаний комплектуют из силовиков при "больших звёздах" на пенсии. Они имеют массу амбиций. На чисто бандитские методы работы не идут. Но и организовывать охрану периметра и патрульно-постовую службу, как требуют все предписания, нормативы и уставы, для них - не по рангу. Поэтому, вроде и службы есть, и толку нет.
   Если руководитель службы безопасности - нормальный, грамотный, инициативный человек, то самое позднее, года через три, максимум, четыре, он неизбежно предпримет попытку захвата компании, которую охраняет. В большинстве случаев захват проходит успешно. Слишком он много знает!
   Парадокс в том, что лучшей защитой от экономический преступлений, угрожающих компании извне, являются обычные штатные работники фирмы, добросовестно, аккуратно исполняющие все свои обязанности и должностные инструкции. Но от них, в свою очередь, исходит главная опасность мошеннических действий, направленных против фирмы изнутри, когда воруют свои. Чем выше профессиональный уровень персонала, тем тяжелее ограбить компанию снаружи и выше риск "домашнего" воровства. Рецепта соблюсти баланс интересов пока никто не изобрёл.
  
   Девять месяцев назад.
  
   Когда Вишневецкий попал в камеру, у него состоялся очень интересный разговор на эту тему с соседом по шконке.
   - Слушай, Директор, ты, вроде, коммерс, - сказал тот.
   - Ну, можно и так сказать, пока "объебон"*(23) не зачитали, я честный коммерсант, оклеветанный врагами-конкурентами, жертва милицейского произвола, - ответил Евгений.
   - Да нет, я по правде, по понятиям, - уточнил сокамерник.
   - Кто я по понятиям, тебе, как смотрящему за хатой, малява*(24) с воли была, - ответил Вишневецкий.
   - Да, была, я в курсах, но, по сути, у тебя люди, компании, магазины, ещё там что-то. Я понять хочу, - не унимался сосед.
   - А ты что, масть мне сменить хочешь? - спросил Евгений.
   - Да нет, Директор, я здесь за судом четвёртый год, и за следствием два. Перед этим полгода по стране поездил, а там червонец в Украине тянул. Ещё в "Совке" окрестили. Я ничего понять не могу, как там у вас. Вот ты - коммерс, я к вам в город приеду и к тебе человечка подгоню, и он на пальцах объяснит, сколько ты мне "отстёгивать" должен, и какие "головняки" у тебя будут. Как ты поступишь? - поинтересовался сокамерник.
   - Смотря, кто придёт. И по настроению, - спокойно объяснил Евгений.
   - Это как? - спросил сосед.
   - Платить, разумеется, и не подумаю. Скорее всего, позову двух парней, они твою "шестёрку" за город в лесок вывезут, и в течение двадцати минут всё, что человек знал и, о чём только догадывался, выяснят. Дальше, в зависимости от тупости человека, сдают его ментам, чтобы они уже с тобой разбирались. Это если хлопец был сообразительный. Ну, а если он совсем тупым будет, мои сотрудники сами поедут к тебе вопросы решать, и решат минут за пять, - ответил Директор.
   - Ну, а если мой человек ничего не скажет и не знает? - настаивал сокамерник.
   - Так им всего-то и нужно, где твоя нора и сколько вас, трое или шестеро. Всё, нам даже неинтересно, кто ты. Мы не милиция, чтоб дознаниями заниматься, - пояснил Евгений.
   - Весёлый ты мужик! Сколько нас, тебе для чего? Чтоб ментам сказать, сколько воронков подгонять? - ехидничал сосед.
   - Да ну, я ж не опер и не утка. От количества людей зависит, сколько надо гранат закинуть в квартиру для гарантированного поражения всех, - ответил Директор.
   - Почему-то я про "калаши" подумал, а ты сразу, мол, граната и всё. Тупость парня при чём? - спросил сокамерник.
   - Так нам лишняя суета тоже не нужна. Если парень толковый, сразу поймёт, что будет очень-очень больно, и поплывёт без членовредительства, его ментам сдать можно, а далее - их работа. Если упираться будет, его изувечат, и милиции уже не сдашь. Он из обвиняемого в терпилу*(25) превратится. Если изувечили, попался совсем тупой и молчал до одиннадцатого рывка, то только камень на шею, да в речку. А тебя зачищать самим придётся, - комментировал Директор.
   - Тебя послушать - все говорят, а если конкретный пацан, тогда как? Я никогда никого не сдам, хоть режь. Что такое одиннадцатый рывок? - поинтересовался сосед.
  
   0x01 graphic
  
   - Сдашь, Сергей, сдашь, и я сдам, и любой. Знаешь, есть такой остров в Индийском океане, Цейлон называется. Там живёт племя отморозков *(26), тамилами зовутся. Они уже лет пятьдесят ведут борьбу за независимость. Им в этом деле, понятно, СССР помогал, чем мог, и оружием, и людьми. У них уже все мужики кончились, из баб партизанские отряды формировали, - рассказывал Директор. - Кожа смуглая и роста небольшого, 160 сантиметров - у них за великана. Так вот, парни с юга Украины, Молдавии, кто невысокого роста, смуглые и крепкие, у них действительную службу проходили. Полгода учёбы, звание прапора, и в джунгли! Так они оттуда такие методы допроса привезли, что самим вспоминать страшно. Одиннадцатый рывок - это берёшь двенадцать взрывателей от гранаты, какая есть, но лучше, не очень мощная, шума меньше. Берёшь первый, привязываешь скотчем к хорошей палке, сантиметров пять в диаметре. Остальные десять штук приматываешь по одному к пальцам терпилы. Затем на палке демонстрируешь, что через пять минут будет сделано по очереди с пальцами его левой руки. Затем, с пальцами правой. Одиннадцатый взрыватель, ну ты догадался уже, для чего. Правильно, да и зачем он ему? Дрочить будет не чем и нечего. Ну, это для совсем тупых парней. Разумный человек колется на палке, тупым людям хватает одного - двух пальцев. А упёртые стоят до последнего, то есть, до мизинца правой руки. Но такого показывать уже никому нельзя. Не понимают люди юмора! Парни рассказывали, только один из их практики до одиннадцатого рывка дотянул. Да и то, они подозревают, что мужика по ошибке взяли, на самом деле он ничего не знал и сказать не мог. В этом деле спешить нельзя, сердце у человека может не выдержать, и помрёт до срока. Надо в раж не входить и внимательно следить за здоровьем пациента.
   - Да, Директор, а говорят, что я морда отмороженная, куда мне! - удивлялся сокамерник. - Хорош коммерс, да это же всё беспредел бандитский, полный копец! Да за это, знаешь что? Нет, ну так нельзя! Это не по понятиям. Ну, крутой ты, ну, стрелку набей, ну, поясни. А так же нельзя! Людей сразу не резать даже, а рвать, в прямом смысле. И гранатами "бригаду" без предъявы глушить.
   -Так я ж человек мирный, сам ни к кому не лезу, не тронь меня, и я не трону. Коли пришёл, получи по полной то, что твой человек мне обещал. Всё в пределах разумной самообороны. На своей шкуре попробуй, как оно, - подытожил Евгений.
  
  

26

  
   Россия.
  
   Компания "Аркада" принадлежала редчайшей стерве, Ольге Олеговне. Фамилии, как и мужей, она меняла по два раза в год, её нынешняя фамилия ни о чем не говорила. Тридцать пять лет, ноги от шеи, ни грамма лишнего веса, ни намёка на морщинку. Модно, безукоризненно одетая, топ-модель на заслуженном отдыхе, да и только! Но к модельному бизнесу она отношения не имела. Кандидат экономических наук, преподаватель вуза, всем сердцем приняла перестройку и окунулась в коммерцию. Весьма успешно, надо заметить. Была членом ротери-клуба *(27), женского движения в бизнесе.
   Ее фирма занимала весь третий этаж - десять больших комнат - в административном здании, расположенном в центре города. Здание строили под вычислительный центр (ВЦ) какого-то министерства, и в 1991 году начали завозить технику. Но когда СССР развалился, дом приватизировал завхоз, ВЦ был выселен.
   Завхоз попал в поле зрения Ольги. Некоторое время походил в её мужьях. Через год получил свободу, расставшись с 350 метрами площадей на третьем этаже и шестью боксами гаражей под зданием, используемых под склады. Надо отметить, что отделался лёгким испугом, попади он в ласковые коготки Ольги на пару лет позже, пришлось бы опять в управдомы подаваться, ушёл бы голым.
   Манера вести дела у неё была до предела подлая, построенная на ряде аксиом, выведенных ею же. Она считала, что платить по счетам дамы её уровня не должны. Если платить всё же приходится, то только она одна вправе решать, когда и в каком объёме следует это делать, и совершенно не важно, что там написано в контракте, мол, как захочу, так и будет. Да и девичья память не позволяла бизнес-леди отдавать долги, о которых она забывала, как и об отгрузке проданной продукции.
   Мир она делила на четыре части. Основная - это, разумеется, она сама, вторая часть - узкий круг друзей и соратников, служивших ей верой и правдой за не очень большие деньги, третья - люди, которые что-то заработали, или имели реальную власть (этих она относила к категории "пища"), и последняя часть - все остальное человечество, конченые идиоты и придурки, совершено лишняя деталь, мешающая широко шагать по жизни.
   Самый любимый, проверенный и гнусный приём в её арсенале был следующий.
   Трагикомедия в четырех актах.
   Акт первый. Перед началом очередных переговоров по крупной сделке Ольга писала заявление в милицию о том, что некие тёмные личности принуждают её заключить крупное невыгодное соглашение с компанией, с которой она в данный момент только ведет переговоры. Без имён, дат, деталей. Естественно, милиция не реагировала, но сигнал фиксировался. У Ольги оставался входящий номер заявления. На этом этапе она безукоризненно исполняла свои обязательства по договорам, с опережением платила, отгружала товары только высшего качества, с запасом на случайный брак.
   Акт второй. Её любовник организовывал из телефонов-автоматов, расположенных вокруг дома намеченной жертвы, звонки ей домой. Ольга заранее заботилась, чтобы кто-нибудь из знакомых находился в этот момент у неё в гостях. Знакомый становился свидетелем этих звонков и угроз. Якобы случайно, включалась громкая связь.
   Третий акт. Пишется заявление в милицию об угрозах, и здесь уже милицию заставляют поставить телефон на контроль, аудиозапись с угрозами Ольга обеспечивала сама. Возбуждалось дело по факту вымогательства неустановленными лицами у компании "Аркада" крупной суммы денег.
   Акт четвёртый. Ольга "кидала" очередного партнёра. Взбешённый такой наглостью и подлостью, он пытался выяснить, в чём дело. До наездов дойти, обычно не успевало. Бизнесмен сходу с неплохой доказательной базой попадал в объятия милиции.
   Ольга Олеговна, к тому же, продолжала преподавать в вузе, хотя и с минимальной нагрузкой. Ее трудовая книжка лежала в институте. И получалось, что наехали не на компанию, а на нищего преподавателя, и справку о доходах она приносила из института, с основного места работы. Мало жертвам Ольги не было. И когда её бывшие партнёры выбирались из СИЗО, желания ещё раз требовать с Ольги деньги ни у кого почему-то не возникало.
   Ничего оригинального, но Вишневецкий за то же самое сидел в тюрьме, и светил ему "червончик", а ей, вот уже который год, все безнаказанно сходило с рук.
   Своих мужей она отпускала на свободу, облегчив, по мере возможности, их состояние до предела. С нищими и малоимущими она дела не имела в принципе.
   Не боялась "кидать" и "чёрных", и "красных", и "мутных", вроде Евгения. Как говорится, имела всё, что шевелится. Три года назад Вишневецкий исполнял для неё один грязный заказ. Но она "кинула" и его.
  
   0x01 graphic
  
   При такой манере ведения дел, через десять лет в области и соседних регионах желающих с ней сотрудничать не осталось. Ей пришлось переключиться на Китай.
   Посмотрев материал, Вишневецкий испытал чувство наслаждения. "Кинуть" Ольгу почти на миллион долларов, нагло, тупо, без изысков - это здорово! Отправить в Россию вагон старых кроссовок и за них получить миллион долларов! Именно старых, поношенных кроссовок. Таких, что не продашь ни за какие деньги. Когда вагон вошёл в Россию, с Ольги получили оплату под обязательство отправить ещё четыре вагона. Пока вагон добирался от границы до "Аркады", отправитель кроссовок и деньги испарились.
  
   Декабрь прошлого года. Китай.
  
   Ольга Олеговна вышла на завод в Гуанчжоу, производивший для США и Европы фирменные кроссовки "Адидас". Товар настоящий, первоклассный, самых модных моделей, те, которые появятся в продаже в Европе и Америке только в мае, к началу летнего сезона. У неё товар будет уже в апреле, и в три раза дешевле, чем у европейцев. Продать часть в Москве, а восемьдесят процентов - транзитом на Европу, опередив фирменную поставку. Если директор завода Вэй Хуай окажется прав, и всё получится, они заработают до восемнадцати миллионов долларов, и вместе с тем, что у Ольги есть, можно будет, наконец, покинуть проклятую дыру на Дальнем Востоке и перебраться в Москву, начать делать большой бизнес.
   Летала она в российскую столицу одна, без мужа и любовника, даже технолога не взяла. Переводчика наняла в Харбине - пожилого китайца, знавшего русский язык в совершенстве, - по старой визитке, пролежавшей у неё лет десять. Переводчик и помог ей подобрать экспортно-импортную компанию "Новая Эра".
   Как она склонила заводчан продать ей сто тысяч пар фирменных кроссовок по внутрикитайской цене, знали двое - она и китайский директор фабрики. Да не просто продать, а отгрузить без предоплаты до Манчжурии, передать "Новой Эре" и получать оплату по мере пересечения вагонами границы. Маленький, полный, потный любитель острых блюд, он с трудом доставал ей до плеча. Было очень противно, когда китаец, рыгая смесью пива с чесноком, ползал по ней, как удав по дусту. Но, приходилось терпеть. Утешала лишь мысль о том, что с ним сделают его хозяева, за что подвесят и на каком суку, когда она забудет заплатить ему четыре миллиона долларов. За первую партию нужно рассчитаться аккуратно. Потом, как обычно, забрать груз и ничего не дать взамен. Главное, чтобы все пять вагонов ушли из Гуанчжоу и дошли до станции пограничного перехода.
   Ещё хуже было, когда через месяц директор Вэй Хуай прилетел в Россию в сопровождении дальнего родственника - переводчика, отлично знавшего русский. Директор фабрики хотел посмотреть, с кем имеет дело. Посмотрел, проникся симпатией, продолжили личное знакомство, ему ещё больше понравилось, познакомила с мужем, понравилось меньше.
   Пробыл неделю, утомил жутко, а накануне отъезда сделал предложение, от которого голова пошла кругом. Разумеется, не руки и сердца, хотя Ольга безошибочно чувствовала, что нравилась китайцу, по вечерам он даже есть чеснок перестал.
   - Оля, я богат по китайским меркам, но я - наёмный клерк у американцев, которые владеют фабрикой. Мне это надоело, - говорил гость из Поднебесной. - У меня есть все адреса и координаты покупателей моей продукции в Европе и Америке. Я знаю почти всех менеджеров оптовых фирм, скупающих нашу продукцию. Штаты далеко, а Европа - рядом с вами. Сам я не имею права продать ни одной пары обуви за границу. Американцы всё отслеживают очень внимательно, поэтому нам и нужна "Новая Эра", я не могу от тебя принять ни цента. У меня очень жесткий лимит по продажам внутри страны. Я свяжусь с моими друзьями в Европе. Они охотно перекупят у тебя эти сто тысяч пар, если ты отдашь их на пять процентов ниже цены моих хозяев. Это в три раза дороже, чем у вас. Как только они убедятся, что ты реально можешь поставлять мой товар в нужных количествах, отличного качества и дешевле, чем американцы, они затянут, а потом сорвут переговоры с моими хозяевами и подпишут контракты с тобой. Я же поставлю вторую и третью смены и удвою выпуск, завалю склады готовой продукцией, а хозяев - требованиями денег на кожу, супинаторы, пластики. Продажи упадут, тогда я попрошу утроить квоту на продажу продукции внутри Китая. Эти кроссовки пойдут к тебе по ценам внутреннего рынка.
   - Вэй, больше одного сезона это не будет продолжаться, - предупредила Ольга.
   - Как долго, не знаю, но сезон - точно. Или два, если получится. Ты понимаешь, что значит год? На разнице цен мы возьмём не менее сорока миллионов долларов, это чистая прибыль американцев, так они же ещё и налоги платят. Деньги пополам. С такими деньгами, совершенно законно заработанными, можно жить, где угодно и делать, что захочешь, - ответил китаец.
   Вэй Хуай слово сдержал. Ольга решила на этот раз не "кидать" партнёров, а действовать, как договорились, так работать намного выгодней и безопасней, чем с использованием традиционных методов ведения бизнеса в России.
  
   Четыре месяца назад. Китай.
  
   Харбинская экспортная компания "Новая Эра" из района Даоли взялась отправить без предоплаты груз в Россию, возвращённый НДС пришлось уступить. Жалко, но иначе никак. Любого другого щедрость посредника насторожила бы. Но Ольга обманула за последние десять лет такое количество людей, особенно мужчин, которые при виде её ног забывали остальное, что расслабилась, считая всех прочих глупцами, а себя - гениальной бизнес-леди.
   Вагоны грузились под присмотром её любовника, все, кроме первого, на который он не успел приехать. Погрузкой ведали работники "Новой Эры". Они получили на фабрике товар, перевезли на склад железной дороги и ждали команды для отгрузки. Приехав в Харбин, Виктор отправился в офис "Новой Эры", созвонился с Гуанчжоу и дал добро грузить вагон, планируя прибыть в Гуандун часов через шесть. Но в этот день билетов на самолёт, как сказали партнеры-китайцы, уже не было. Можно вылететь только на следующий день в 9:20 утра. В Гуанчжоу китайцы загрузили и отправили вагон строго по графику. На следующий день Виктор опоздал на самолёт и приехал не к обеду, а вечером, когда вагон уже ушёл под пломбой таможни. Загулял слегка в Харбине, проспал. Как нарочно, машина по дороге в аэропорт сломалась. Такси не было. Пришлось лететь не в 9.20 утра, а в 14.00.
   С опережением графика на три дня первый вагон пересёк границу. Но кто-то из китайцев напутал с документами, неправильно указал код товара в накладной, и вагон встал в Забайкальске, но уже на русской территории, как значилось в документах, с восемнадцатью тысячами пар кроссовок "Адидас". Четыре вагона, заполненных этими же кроссовками стояли в Манчжурии, готовые к выходу, как только пройдут первый вагон, а навстречу - первый платёж.
   Груз в России. За первый вагон и транспортные надо платить, четыре вагона на выходе. Ольга слетала в Манчжурию, проверила, что они с товаром, с тем самым, что отгрузил Виктор, стоят на станции. Всё в порядке! Первый - в таможенной зоне уже в России. Ольга забрала исправленные документы у китайцев, завезла их в Забайкальск, из-за колючей проволоки сверила номера вагона и отбыла домой. Через два дня вагон выпустили со станции, Ольга заплатила в КНР миллион долларов и стала ждать четыре оставшихся вагона. Изначально платить не планировала, но то, что предлагал Вэй Хуай, было столь соблазнительно, что она склонялась к возможности работать честно.
   Вагоны из Китая всё не выходили и не выходили, милые китайские друзья, несмотря на достигнутые договоренности, почему-то стали требовать оплату за оставшиеся четыре вагона. Директор начал звонить ей с фабрики, выяснять, где деньги за первый вагон, груз ушёл, а деньги поступили только за транспорт до России.
   Наконец, пришёл вагон. Оплата сертификата, НДС, ввозной пошлины, простоев на железной дороге обошлись ещё в четыреста тысяч. А в итоге, полный вагон старых кроссовок! Но количество сходилось - восемнадцать тысяч пар. И именно кроссовок, многие даже с лэйблом "Адидас". Всё без обмана! Совершенно непонятно, где исчез товар, в Гуанчжоу при загрузке, в Манчжурии при переходе границы, в России, пока вагон ждал исправленные документы, или в пути, пока шёл до станции назначения.
   Так жестоко с ней ещё никто не поступал. Верный Виктор был бит дома скалкой, на работе были уволены пять человек, которые первыми подвернулись под руку, два охранника, менеджер, уборщица и кадровик. Секретаршу спасло то, что тогда она была на почте. Члены остального коллектива затаились за столами, боясь издать хоть звук. Если вначале люди не понимали, что происходит, и полагали, что Ольга очередной раз разводится, то к обеду просочилась информация от декларантов - "нас "кинули" на полтора ляма!".
   Потеря не смертельна, хотя и очень болезненна, она три месяца, вытаскивала деньги из оборота и находилась в весьма сложном финансовом положении, деньги распылены, связаны, зависли. При вагоне кроссовок, за который Ольга могла выручить, как минимум, миллиона три долларов, все проблемы были бы мелочью, на которую не стоило и внимания обращать, но при наличии восемнадцати тысяч пар старой обуви, стоит задуматься о будущем.
   К кому обратиться? К властям? Нет, им на всё наплевать, милиция России на территории Китая ей - не помощник. Полиция КНР? Да ей-то какое дело до русской компании! Главное, кто кинул - завод или "Новая Эра"?
   "По идее, Вэй Хуай не должен, ну, а если он в сговоре с "Новой Эрой"? - ломала голову Ольга. Из последнего письма следует, что исчезли и вагоны в Манчжурии, якобы ушли к ней, но до неё не дошли. Даже квитанцию прислали.
   Нужен специалист по международным грязным делам. Есть один такой, но она и его "кинула", по традиции не заплатила за работу, сейчас и не обратишься. Есть адвокат Бернштейн, но когда Ольга пришла к нему осенью по пустячному делу, порекомендовал сначала оплатить счёт коллеги и друга Вишневецкого, открыто заявив, что в неоплаченной сумме и его "пятёрка" есть.
   Вообще, Евгения обижать она не хотела, и сердечный друг Виктор был против этого. Мол, Евгений - пройдоха, мошенник, но работу свою сделал первоклассно, обеспечил возврат денег. Дело было проигрышное на сто процентов, а ведь смог, хотя все говорили, сделать такое невозможно. Да и должна была немного, всего двадцать тысяч, остальные - выплатила в виде аванса и на издержки. Средства на это были. Шлея под хвост попала. Обычно за услуги нужным людям Ольга старалась всегда рассчитываться натурой. И деньги экономила, и для здоровья полезно, и нужного человека, особенно женатого, к себе привязывала. Ведь, если что, и к жене с претензиями на мужа прийти недолго.
   Хотела и в этом случае также проскочить, тем более, мужчина видный, красивый, обходительный, неглупый, хорошее образование, не нищий, в городе уважают и "чёрные", и "красные", даже самой интересно стало. Да не прошло, Евгений был верным мужем.
   "Я ему, козлу, что, замуж предлагаю? Так он по бабкам не вышел. Сравнил меня со своей грымзой. Да как грамотно съехал: в бани не ходит, дома душ есть, и сердце больное, париться не может. Видела я, как это больное сердце за час полтора литра коньячка под лимон выкушало, и хоть бы что! Да и меня глазами, как положено, раздевал. Тут, на тебе, отказ!" - размышляла Ольга. К такому она не привыкла, вот и озверела. Что теперь делать, не знала.
  
   Через три дня верная секретарша, с которой Ольга проработала более восьми лет с начала своей предпринимательской карьеры, принесла новость - в городе появился специалист из Москвы по международным делам, жутко крутой. Дал объявление в газете "Из рук в руки", что разрешает любые споры, а вчера на каком-то симпозиуме в областной библиотеке выступал. По телевизору говорили.
   - Так найди мне его, в библиотеку позвони. Пусть юрист Юра с ним свяжется, бумаги покажет, всё равно сам больше ни на что не годен, - ответила бизнес-леди.
   Таким образом к Смехову и попали документы из "Аркады".
  

27

  
   30 апреля. Россия.
  
   Виктор привёз материалы, которые у него были по России и Китаю. Всего, шестьдесят семь дел. Как он успел за три недели столько собрать, непонятно. Пока Евгений бегло просматривал папки, Смехов изучал кабинет Вишневецкого, сильно заскучал и спросил хозяина:
   - Посмотреть нормативные акты можно? И хорошо бы на русском языке.
   Евгений подумал раздражённо: "Ах ты, козёл, какие слова умные выучил. Ну, ладно, будут тебе акты".
   - О чём речь, - Вишневецкий встал из-за стола, вальяжной походкой подошёл к шкафу и небрежно достал первый том издания "Законы Китая", объёмом в 700 страниц очень мелкого шрифта.
   - Вам, Виктор Викторович, с авторской дарственной надписью или так, саму книгу? - спросил Евгений и злорадно подумал: "Это тебе не стишки кропать".
   - Лучше с авторской. Это ваша книга? - уточнил Смехов.
   - Да, моя. Было свободное время. Как подписать? Смехову или Виктору Викторовичу? - улыбнулся собеседник.
   - А можно так - "Дорогому коллеге Смехову Виктору Викторовичу в память о совместной плодотворной работе"? Дата и ваша подпись, - ухмыльнулся коллега.
   - Отчего нельзя? Всё можно! Писать - не из клиента бабки вышибать - Вишневецкий подумал: "Если ты нам "лимон" "зелени" принесёшь, я тебя в соавторы запишу".
   Смехов от одного только автографа "корифея" начал тихонько и ласково блеять.
   - Огромное спасибо, я непременно изучу все аспекты, - заверил Виктор.
   Евгений сделал дарственную надпись, отдал книгу Смехову и сказал:
   - У нас с коллегой тоже есть к вам просьба. Мы бы не хотели, чтобы ваши клиенты знали о нас. Например, с Ольгой Олеговной у нас с Бернштейном отвратительные отношения. В деле с тракторами на перепродаже документов замешано очень много мелких жуликов, и нам не хочется, чтобы нас с ними ассоциировали. Вы - человек со стороны, приехали-уехали, и о вас забыли, а нам надо сохранять лицо, мы местные. Савчуки по совсем другому делу - Сёмины противники в суде. И если его клиент узнает, что он на его оппонента работает, будет плохо. А с господином Чередниченко у меня отношения не сложились.
   - Да, я понимаю местные проблемы и противоречия. Я ничего не скажу клиентам о вашем участии в деле, если вы требуете. Для всех работаю я. Остальное их не касается, - заверил Виктор.
   Такой вариант Смехова устраивал полностью, наконец-то он сможет предстать перед богатыми и уважаемыми людьми как равный, очень нужный им человек.
   Только один раз, когда организовал областной конкурс красоты, Виктор в полной мере вкусил "наркотик" славы. Телевидение, спонсоры и родители девочек, пресса, областные чиновники всех рангов, красавицы, бесконтрольные деньги, довольно большие для начала 1990-х, и он - в центре всего. Правда, блаженство продолжалось только три недели. На двадцатый день начались скандалы с подкупом судей, вопросы, мол, куда делся призовой фонд, и как платим налоги. Словом, завистники всё опошлили и испортили. Сейчас Виктору светило быть в центре внимания несколько месяцев. Невидимки, коли такие скромные, пусть трудятся, нет у них в душе песни, всё бы деньги, да деньги. Смехов же - натура тонкая, поэтическая, на тлен никогда внимания не обращал. Брать тлен, а точнее деньги, брал, везде и сколько мог. И когда люди сами давали, и когда не давали. Но культа из них не делал.
  
   Из сорока двух материалов по России использовать можно только пять или шесть, да и то, не в плане получения денег и возврата долгов, а как лёгкий компромат, штрих в биографии некоторых вполне уважаемых людей. Из двадцати пяти по Китаю одиннадцать были, типа, я поехал на шоп-тур в Хэйхэ, выбрал товар, заплатил торговцу, как зовут, не знаю, кажется, Ваня, сидел в подземке, недалеко от второго входа. Отдал двенадцать тысяч долларов, а мне так ничего и не прислали. Расписка в получении денег есть, при ближайшем рассмотрении - квитанция из гостиницы, где, вроде, жил потерпевший. И минуло с тех пор уже три года. Ещё восемь материалов немного более разумных, но по десять-тридцать тысяч долларов каждый, в большинстве своём очень старых и без существующих хозяев.
   К остальным пяти стоило присмотреться внимательно. Три свеженьких, по полтора миллиона долларов. У всех хозяева - крепкие бизнесмены, убыток пережили, на ноги встали, горят боевым задором вернуть деньги и наказать обидчиков. Один пакет документов вызвал сомнения и подозрения - пострадала компания, тесно связанная с "чёрными", вернее созданная ими для отмывания денег. Ребятки свои вопросы решают сами, а если не решают, то, значит, не хотят этого. Чужих людей в свои дела пускать, а тем более платить им, не будут.
   Последний материал вызвал противоречивые чувства. Городской анекдот! Дело о промышленных тракторах. Его Евгений хорошо знал. Материал ходил по рукам уже несколько лет. Заняться им ему предлагали раз десять, если не более. Впрочем, если Смехов заплатит, можно и развлечься.
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"