Лифантьева Евгения Ивановна: другие произведения.

Приключения юного демоника Испета Бескаравайного, послужившие причиной помещения оного в дом скорби

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Участник конкурса Колесо Миров 1. Гоблин, прости, запихать магию сюда не удалось. Порталы есть, аллюзии есть, а вот с магией не как-то не срослось. Поэтому прошу судей минусовать по паре баллов от их оценки – условия конкурса не соблюдены. 2. Пыталась поиграть с образом рассказчика. Что выросло – то выросло.


   В предварении труда моего хочу сказать, что далеко не все события, о которых вы имеете возможность здесь прочесть, записаны со слов свидетелей достаточно здравомыслящих, чтобы их суждения заслуживали полного доверия. Мне пришло перемешать признанные факты с сомнительными домыслами, без чего, однако, невозможно придать истории законченность и стройность.
   Начать же стоит, пожалуй, не с детских лет нашего героя, но со дня исчезновения Испета Бескаравайного, случившегося в первые дни спокойного неба. Пора эта, любимая всеми за возможность подниматься на поверхность планеты, не опасаясь внезапной ярости желтой звезды по имени Альф, еще более любима самыми юными нашими согражданами. Именно в эти дни получают они долгожданную свободу от занятий.
   Буйное светило смиренно мерцало над горизонтом, не выбрасывая в пространство протуберанцы мохнатые, словно потеки съедобной плесени ку-хэ. Улеглись и успокоились ураганы, сотрясающие горные отроги в пору, когда Альф бушует. Лишь одинокие вихри пролетали над поверхностью планеты, собирая красную пыль в подобия крошечных торнадо, круживших и плясавших на древних камнях.
   Испет Бескаравайный, поднявшись вместе со сверстниками своими на поверхность, отстал от шумной толпы юнцов, вознамерившихся заняться в соседнем кратере игрой у-вэ. Веселая беготня и толкотня, которые составляют суть этой игры, не прельщали нашего героя, с ранних лет отличавшегося некоторой меланхолией и склонностью к уединенным размышлениям.
   Странности характера юного Испета имели все же положительную сторону. Результатами его одиноких прогулок, как в уютных подземных тоннелях, так и на опасной поверхности планеты, становились великолепные песни, исполнявшиеся на праздниках. Не смотря на юные годы, Бескаравайный был уже зачислен в ряды Ордена одобренных певцов. Ему прочили большое будущее, и если бы ни события, о которых пойдет речь ниже, судьба его могла сложиться весьма счастливо. Ведь карьера одобренного певца сопровождается искренним уважением со стороны старших, готовых всегда поставить тебя в пример твоим сверстникам, не говоря уже о восторженной любви многочисленных поклонниц. Но что гадать о несбывшемся?
   Юный Испет, вместо того, чтобы вместе с товарищами спуститься в недалекий кратер, направился к развалинам электростанции, расположенным возле входа в тоннели. Он выбрал себе место, защищенное и от лучей Альфа, и от несильного, но упорно дувшего в тот день ветра, и на некоторое время впал в оцепенение, сопровождающее обычно у певцов процесс творения новых мелодий.
   Картина, представлявшаяся взору Испета, вполне соответствовала меланхолии звуков, рождавшихся в его душе.
   Древняя электростанция - известное сегодня место. Любой демоник, интересующийся историей гениального безумца, не преминет посетить его. Так что когда-то заброшенное и уединенное, в последние годы оно редко пустует. Портальный зал, построенный после тех событий, о которых пойдет речь, радует взгляд отточенной целесообразностью линий. Однако окрестности его по-прежнему остаются романтично красивыми.
   Разбросанные там и сям расколотые плиты магмолита, бесформенные куски вспененного кварца, оплавленный и частично сгоревший металл древних конструкций навевают мысли о бренности всего сущего, бессильного перед неумолимым жаром времени. Таков пейзаж сегодня, и таковым же он представал перед взорами Испета.
   В голове юного певца уже начали складываться строчки о "красной пыли, заметающей наши следы". Конечно, петь о красной пыли и о печальных торнадо в некотором роде штамп, но штамп, принятый среди одобренных певцов, разрешенный юным и не возбраняющийся старшим. Тем более что следующие образы были весьма свежи. Например, "острым блеском мерцает излом старой бронзы, хранящей под коркой ржи и бесформия память о пламенной юности". Какие точные наблюдения, какие верные слова!
   Пропев про себя эту строку, юный Испет открыл глаза и вдруг обнаружил, что он не одинок. Рядом с ним сидит некто, одновременно похожий и не похожий на демоника. Одежда незнакомца напоминала ту, что была в моде добрую сотню лет назад. Но еще удивительнее было лицо. Достаточно сказать, что многочисленные ложноножки, украшающие подбородок взрослых демоников, ложноножки, чья густота и плотность составляют гордость каждого уважающего себя мужчины, и чьи жалкие ростки юный Испет всячески лелеял, у этого необычного существа были удалены искусственно, причем каким-то варварским способом, после чего на коже остались безобразные обрубки.
   Одновременно внимание нашего героя привлекли странные звуки, смысл которых он первоначально не понял:
   - И ходют, и ходют, и топчут, и топчут, - произнес первый голос, напоминающий звучанием сверлильный станок.
   - И не сидится на месте им! Не сидится, не лежится, не стоится! Так и снують, так и снують! О, беспокойное племя! - откликнулся второй, несколько менее неприятный, но вызывавший такие же механические ассоциации, как и первый.
   Конечно, нельзя утверждать, что Испет услышал именно эти слова. Однако известно точно: портал, открывшийся в тот день, ведет в транспортный узел И-гор, принадлежащий механическим созданиям, давно отринувшим белковый принцип существования. Характеры у кибогомов весьма скверные, так что пользование транспортным узлом связано с некоторыми психологическими трудностями для путешественников. Но все это известно сегодня, а в тот момент Испет сквозь открывшийся портал видел лишь внутренность зала-распределителя, заполненного толпой разнообразных созданий, перемещающихся то в одну, то в другую сторону, и некого господина, расположившегося рядом с ним на камнях.
   Нельзя сказать, что интерьер зала поразил нашего героя. Видения, яркие, словно реальность, посещали его и ранее. А вот присутствие незнакомца встревожило.
   - Простите, а кто вы? - поинтересовался Испет.
   - Разрешите представиться: техник-крепежник Алонсо Сарвато, - поклонился странный визитер.
   - И что вы делаете тут? - снова задал вопрос юный певец, раздосадованный тем, что кто-то нарушил его уединение.
   - Понимаете ли, - начал господин Сарвато, - планетарная система вашей звезды после долгого перерыва снова вошла в зону, достижимую для транспортных порталов. Когда-то ваши сограждане активно сотрудничали с Межпланетным сообществом, но потом в результате трагического катаклизма связь с Демой была потеряна. Как я понимаю, за прошедшие тысячелетия у вас произошел некоторый регресс, но цивилизация все-таки выжила, - и Алонсо кивнул на развалины электростанции.
   Испет понял едва ли треть того, что говорил необычный господин. Однако уловил, что плачевное состояние древнего сооружения пришелец воспринимает как признак разрухи на планете. Слова пришельца задели чувство патриотизма, присущее каждому демонику, и Испет возразил:
   - Эти руины - показатель прогресса и достижений современно науки. Сегодня мы не нуждаемся в громоздких энергоустановках, обслуживание которых в периоды буйства Альфа связано с серьезным риском для жизни рабочих. Мы получаем энергию с помощью лишайников, специально выведенных на основе пьезокристаллов. Удары метеоритов и ураганного ветра превращаются в чистое электричество, которым снабжают наши подземные города. Распределенная же структура квазиживых существ дает им возможность регенерировать в случае каких-либо повреждений и развиваться, наращивая объемы производства без помощи демоников.
   Не стану утверждать, что Испет произнес именно это. Однако об основе нашей промышленности - пьезолишайниках - написано в учебниках для самых юных. И любой житель Демы, даже певец, способен рассказать о решении проблем энергоснабжения. Развитие науки, создание искусственных форм жизни, приспособленных к чередованию сезонов активности Альфа, являются предметом гордости каждого демоника.
   В ответ таинственный визитер только покачал головой, пробормотав:
   - Что ж, изолированные цивилизации порой находят интересные пути.
   Такой ход беседы не понравился Испету, и юный певец настойчиво переспросил:
   - А что здесь делаете конкретно вы, господин Алонсо? Любуетесь пейзажами?
   - Нет, конечно, - ответил техник. - Как вы видите, этот стихийный портал ведет на транспортный узел. Со стороны Демы вход расположен неподалеку от жилой зоны. Это очень удачно, так как позволяет быстро обустроить транспортный канал, сделав его удобным как для пассажиров, так и для торговли. Но для стабилизации портала нужны определенные затраты энергии и монтаж приемной конструкции. Пока это не сделано, я - крепежник, находясь здесь, фиксирую структуру с этой стороны.
   Именно этот момент можно считать важнейшим для всей последующей жизни юного поэта. С одной стороны, как любой демоник, он уважал разумные и осмысленные действия. Поведение Алонсо теперь было объяснено и, следовательно, понятно. К тому же мысль о разнообразии свойств живой природы не является для жителей Демы чем-то экзотичным. Если некто утверждает, что способность стабилизировать порталы является его физиологической особенностью, то этому вполне можно поверить. Мало ли какими свойствами могут обладать обитатели Вселенной и какие функции выполнять.
   Но, с другой стороны, Испет все же был певцом, то есть личностью возвышенной и обладающей буйной фантазией. Он представил себе работу Алонсо Сарвато, состоящую в том, чтобы первым идти в неизведанные миры и ждать там, пока следующие за ним рабочие смонтируют необходимые конструкции. Юный демоник попытался вообразить многообразие планет, на которых довелось побывать его новому знакомцу, и испытал искреннее восхищение.
   - Как бы я хотел увидеть хотя бы десятую часть того, что видели вы, Алонсо! - воскликнул он.
   Тут мне хотелось бы отвлечься ненадолго от истории Испета Бескаравайного и напомнить вам известную "Мечту о портале" - старинную балладу, созданную так давно, что память демоническая не сохранила имени автора. Текст был найден при раскопках Мезина и исполнен великим Лазрэтом Финилетовым в стиле "оп-и-и", в котором исполняются сегодня наиболее меланхоличные песни. Содержание баллады - жалоба певца на ограниченность рамок реальности и слабость природы демоников, не позволяющих унестись из привычных и надежных подземелий на просторы яростного неба. Образ портала в иные миры, во всем отличающиеся от реального, всегда считался поэтической аллегорией подлинного творчества. Слова "найти портал", повторяющиеся в этой балладе, стали расхожим выражением и означают сегодня "создать что-то кардинально новое и необычное".
   Теперь же оказалось, что древняя легенда имеет под собой почву не менее реальную, чем окружавшие демоника плиты магмолита. Осознание этого наполнило Испета Бескаравайного таким воодушевлением, что он совершил то, на что не отважится сегодня ни один здравомыслящий юноша. Конечно, жители Демы посещают дружественные миры, но путешествия эти доступны лишь тем, кто прошел специальную подготовку и делает это из чувства долга перед цивилизацией.
   - Скажите, а смогу ли я когда-нибудь попасть в ваш мир? - спросил он у техника-крепежника.
   - Какие проблемы! - рассмеялся тот. - Конечно, до установления официальных отношений с правительством Демы о пассажирских перевозках думать рано. Но мы - портальщики, а это значит, что можем несколько больше, чем те, кто пользуется нашим трудом и способностями. Ты, я смотрю, юноша смелый и любознательный...
   - Я - одобренный певец! - похвастался наш герой.
   Эти слова юного Испета весьма заинтересовали Алонсо Сарвато. В записках демоника, найденных среди вещей безумца уже после его смерти, можно найти мысль о том, что работа техников-крепежников на многих планетах связана не столько с романтикой, сколько со скукой и одиночеством. Если окружающий мир не угрожает жизни техника (причем, если верить этим запискам, мало что может представлять серьезную опасность для дэвилоида родом с Аспидона), то вся его работа - это скучное ожидание, чаще всего - в пустынной местности. Поэтому возможность познакомиться с культурой новой планеты обрадовала Алонсо, и довольно долгое время они провели в разговорах о поэзии.
   Алеф скрылся за горизонтом. Молодые демоники, натешившись будоражащим чувством опасности, которое испытывает каждый при взгляде на открытое небо, ушли домой. Об Испете никто не вспомнил. Все думали, что он давно вернулся в город. И камни, на которых сидели юный певец с техником-крепежником, и сам портал были скрыты от взоров поднимавшихся из кратера демоников уцелевшими полуразрушенными стенами. Тем более, что лишний раз оглядываться по сторонам, а особенно - вверх, не станет ни один из обитателей Демы. Потом, когда старейшины обратили внимание на исчезновение Испета, они подвергли каждого из юных сорванцов, покидавших в тот день тоннели, весьма тщательным расспросам. Однако вины в действиях сверстников певца не нашли - те поступали так, как должен поступать каждый здравомыслящий демоник.
   А картина, открывавшаяся взорам Испета, тем временем начала меняться. Сквозь портал, который, подобно миражу, висел в воздухе, прошло еще несколько существ, чье поведение говорило об их разумности, но внешность разительно отличалась от привычной для демоников. Не стану перегружать мое повествование описанием представителей иных рас. Сейчас, после подключения Демы к Вселенской инфосети, можно получить представление о какой угодно из цивилизаций Колеса. Конечно, это касается только планет, включенных в единую транспортную систему, и нескольких варварских или магических, населенных существами, слишком странными, чтобы быть способными пользоваться этой системой, но достаточно изученных. Однако появившиеся рабочие относились к самым многочисленным и распространенным расам нашего сектора: пара гуманоидов с Земной спицы, еще один дэвилоид, происходивший, как и Алонсо Сарвато, с одной из планет нашего радиуса, и крылатый сильфид, вызвавший у Испета чувство искреннего удивления. Однако все, услышанное за день, позволило ему спокойно отнестись и к идее летающего создания.
   Монтажники протащили сквозь тоннель силовые кабели, подключили к ним автоматические инструменты, и постепенно мираж оказался вставлен в раму из легких металлических конструкций. Алонсо, напряженно молчавший, пока рабочие и механизмы делали свое дело, с облегчением вздохнул и привалился к полуразрушенной стене. Помахав рукой одному из гуманоидов, он сказал:
   - Привет, Джон! Быстро вы управились!
   - А, делов-то! - усмехнулся подошедший гуманоид. - По старым картам да наработкам - проще простого.
   - Кстати, обрадую, - продолжил Алонсо. - Тут, на Деме, существует довольно мощная, хотя и своеобразная, промышленность. Предупреди об этом начальство, можно будет подключить вход к местной электросети.
   Техник-крепежник немного помолчал и добавил:
   - Давно не было таких приятных монтажей. Пока вы стабилизировали тоннель, я болтал вот с этим молодым господином о поэзии и путях развития цивилизаций.
   - Отлично! - Джон присел рядом с нашим героем. - А вы, юноша, - поэт?
   - Одобренный певец.
   - Романтик, - хохотнул гуманоид. - Слушай, Алонсо, небось, ты наболтал этому юноше, что можешь взять его с собой, чтобы поглядеть на иные миры? Знаю я таких поэтов, только об этом и мечтают.
   - А что такого? - возразил Алонсо. - У меня же с завтрашнего дня - отпуск. Куплю ему на И-горе гостевую визу и по техническим каналам, чтобы лишние глаза не мозолить - на Аркалию.
   - Это где? - удивился Джон.
   - Тоже мне гуманоид! На вашем радиусе, в полуадских мирах. Тамошние жители пошли по дороге космических войн, искренне считая, что человеческая жизнь (причем желательно не своя, а чужая) - лучшая плата за богатство. Ну, а Аркалия - планета, которой владеют те, кому довелось побывать в роли валюты.
   Тут снова нужно прервать повествование и подчеркнуть: если все, о чем шла речь выше, имеет хоть какие-то документальные подтверждения, то последующая часть рассказа базируется только на дневниках самого Испета и данных Вселенской инфосети. Последнее - достоверно, но не всегда понятно. Первое - чуть более понятно, чем материалы, предоставляемые в инфосеть, например, какими-нибудь сильфидами, но не настолько достоверно, чтобы считаться полноценным знанием. Испет Бескаравайный был безумцем. Мало того, он был певцом. Так что его суждения могут быть столь же далеки от истины, сколь искренни и непосредственны.
   Если же говорить конкретно, то я вложил в уста Алонсо Сарвато описание Аркалии, с которого начинаются дневники Испета. Эта часть записей безумного певца сделана в самом начале его путешествия, в первый же день пребывания на планете. То есть в тот момент он вряд ли мог иметь столь хоть какое-то представление о прошлом жителей курортного городка Эт, в котором они с Алонсо поселились. Следовательно, вполне разумно предположить, что данные эти получены юным демоником от кого-то. И этим "кем-то" с большой долей вероятности может быть его спутник и попечитель Алонсо Сарвато, который, собственно, и выбирал маршрут путешествий Испета.
   Подчеркиваю я это обстоятельство для того, чтобы избежать упреков в недостоверности моего повествования. Говорил ли Алонсо те слова, которые приведены выше, еще на Деме около входа в портал, или сказал их позже, в транспортном зале, и произнес ли он именно эти слова, а не нечто иное, имеющее сходный смысл... По большому счету, это не так уж и важно. Испет воспринял информацию об Аркалии именно так. И действовал в дальнейшем исходя из этих предпосылок. Так что в дальнейшем я постараюсь не отвлекать читателя уточнениями, откуда взяты те или иные данные или описания. Я использовал все доступные мне источники, однако их неполнота заставляла в некоторых случая домысливать события, выбирая версии, не противоречащие подтвержденным фактам.
   Итак, спустя малое время после завершения монтажа портального входа, Алонсо и Испет оказались в зале-накопителе транспортного узла И-гор. Надо сказать, что механик поспешил, чтобы избежать встречи с каким-то таинственным "начальством", которое обязательно начнет задавать лишние вопросы. Оставив юного демоника ожидать в одной из ниш, он исчез в толпе.
   Испет, обратив внимание на то, что проходящие мимо существа недовольно отступают, натыкаясь на вздыбленные пластины его внешней защиты, взглянул вверх. Увидев прочный потолок, он предположил, что здесь вряд ли существует радиационная или метеоритная опасность, и сложил экраны. После этого окружающие перестали обращать на него внимание.
   Вскоре Алонсо вернулся, и они, выбравшись из потока целенаправленно спешащих куда-то существ, нырнули в неприметную дверку, ведущую в помещения, в которых размещается технический персонал транспортного узла.
   Дальнейшее путешествие в записках Испета передано очень скупо. Видимо, усталость от множества новых впечатлений не дала ему детально запомнить маршрут. А вот Аркалии посвящено множество страниц.
   "Мы вышли из портальной станции, и безумие окружающего мира набросилось на меня, словно стая хищных моллюсков на несчастного, упавшего в зараженный ими водоем", - пишет он.
   Звезда, вокруг которой вращается Аркалия - такая же желтая, как и Альф. Однако она стабильна. Алонсо Сарвато пытался донести этот факт до сознания Испета еще по дороге, но юный демоник все равно ощутил леденящий ужас, оказавшись под открытым небом, украшенным пылающим в зените светилом. Несчастный певец вздыбил все броневые экраны, но, увидев гуляющих вокруг гуманоидов, у которых не было вообще никакой защиты, испытал недоумение.
   - Успокойся, - рассмеялся Алонсо. - Здесь солнце ласковое, словно котенок.
   - Я спокоен, - ответил Испет. - Я совершенно спокоен.
   Тут он увидел девушку, одетую по моде курортного городка. То есть, можно сказать, не одетую вообще, ведь полупрозрачные тряпочки, прикрывавшие лишь самые интимные места гуманоидки, нельзя было расценивать как что-то функциональное.
   - Тут что, одни самоубийцы? - поразился Испет. - Они все умрут в страшных мучениях!
   - Никто не умрет, - терпеливо повторил Алонсо. - Здешняя звезда стабильна, а атмосфера надежно защищает от ультрафиолета. Посмотри на деревья: они вряд ли склонны к самоубийству, но растут тут уже много лет!
   - Деревья? - переспросил демоник. - Это - деревья?
   Он с самого начала обратил внимание на прихотливые конструкции из темно-коричневого материала, беспорядочно облепленные какой-то зеленой массой.
   - Да. Это - деревья. Растения, такие же, как лишайники или водоросли. Только больше, - подтвердил Алонсо. - Растения - основа питания на гуманоидных планетах. Кстати, наш метаболизм схож, так что мы можем сейчас зайти в любой ресторанчик и поесть. Я лично порядком проголодался, ведь из-за тебя пришлось побыстрее удрать с И-гора.
   Они зашли в уличный ресторан. Ощутив над головой хоть ненадежную, сделанную из каких-то легких материалов, но все же крышу, Испет успокоился настолько, что смог обратить внимание на вкус принесенных официанткой блюд. Никогда раньше он не пробовал ничего подобного! Это несколько примирило его с действительностью.
   Начало записей Испета Бескаравайного отражает ту смесь ужаса и восхищения, которые он испытывал, пребывая на Аркалии. Постепенно он привык к необходимости почти постоянно находиться под открытым небом. Он даже осмелился снять всю интегрированную защиту, кроме экзоскелета, конечно, и искупаться в огромном естественно водоеме, называющимся "море".
   Подводный мир поразил его многообразием форм жизни. Окрестности отеля, в котором они поселились, - яркостью окраски растений. Оказалось, что местные гуманоиды модифицируют живые существа не только с практическими целями, но и ради красоты.
   Поэтическая сторона сущности Испета наслаждалась и пела, демоническая - тревожилась.
   Они много говорили с Алонсо об устройстве Колеса Миров. Классификация обитаемых вселенных, взятая из фольклора гуманоидов (а именно эта раса была первопроходцем в создании портальной сети) отражает благоприятность для разумных существ условий существования в тех или иных мирах. Юный певец пытался понять, почему планета, на которой они отдыхают, считается полуадской. Ведь с точки зрения любого демоника жизнь здесь настолько хороша, что ее можно считать раем.
   - Люди, как называют себя гумноиды, умудряются бороться не только с природой, но и сами с собой, - разъяснил Алонсо. - Если хочешь, сходим в зал галовидения, посмотришь на то, чем занимались наши хозяева еще несколько лет назад.
   Тот кусок дневника Испета, который посвящен просмотру военных хроник, трудно назвать понятным. Хотя в инфосети достаточно материалов о войнах на Земной спице, все же демоники относят эти данные к маловероятным. Посудите сами: какой смысл калечить целые планеты, уничтожая живых существ и растительность? Какой смысл создавать мощнейшие механизмы, имеющих лишь одну функцию - убийство?
   Испет смотрел хроники последней войны, в которой участвовали жители Аркалии, и поражался их неукротимой мощи и безумию. Они были способны создавать ад там, где раньше был рай. Такова уж природа этих существ.
   А Алонсо продолжал рассказывать:
   - Аркалия - особая планета. Ты слышал уже, что она формально входит в Федерацию, но, благодаря умной политике планетарного правительства умудряется сохранять частичную независимость. Объясняется это тем, что почти вся земля на Аркалии принадлежит военным-отставникам. И ни один из солдат Федерации не согласится отправиться на Аркалию с миссией "умиротворения", как местные гуманоиды называют обычно военный захват обитаемых миров. Ведь каждый знает: когда он выйдет в отставку, у него есть шанс получить здесь в аренду косок земли или начать какой-нибудь небольшой бизнес. Если, конечно, среди жителей Аркалии найдутся его бывшие сослуживцы, готовые подтвердить его порядочность и честность. Подозреваю, что все кончится тем, что планета начнет мигрировать в райском направлении, и нам придется перенастраивать ведущие сюда порталы.
   - Именно поэтому ты предпочитаешь отдыхать здесь? - догадался Испет.
   - Да, - усмехнулся Алонсо. - В райских мирах мы, дэвилоид, порой вызываем у аборигенов страх. А здесь, в мире войны, наша внешность мало тревожит окружающих. Они порой умудряются и себя изуродовать так, что становятся похожи на обитателей Демы или Аспидона.
   - А это где? - заинтересовался демоник.
   - Лучше тебе не знать. Дева мигрирует из адской зоны к райскому центру, с чем, собственно, и была связана потеря порталов на вашей планете. Трагическое стечение обстоятельств: планета начала движение, но одновременно произошел взрыв сверхновой. Исказились все координаты. Но вы, кажется, справились. А Аспидон - это ад. И моя родина.
   Некоторая часть дневника Испета не представляет интереса. Картины прогулок двух дэвилоидов по морскому побережью, записи разговоров с различными людьми, попытки передать вкус тех блюд, которыми они лакомились в ресторанах...
   Для истории интересны лишь два эпизода воспоминаний. Хотя именно они являются наиболее непонятными. Моя попытка передать события несовершенна, ибо я не всегда могу найти объяснение поступкам нашего героя. Нельзя оправдывать все безумием певца, но зачастую только такое толкование позволяет свидетелю событий или читателю дневника Испета сохранять ощущение рациональности мира.
   Первый из этих эпизодов - концерт, на котором дэвилоиды побывали во время трехдневного празднования очередной годовщины окончания войны.
   Музыка людей поразила Испета гневной мощью, сравнимой лишь с буйством Альфа на пике его активности. Юный демоник упоминает в своих записках песню про звезду по имени Солнце, такую же древнюю, как "Мечта о портале", написанную в одном из адских миров Земного колеса и сохранившуюся на протяжении столетий.
   Но на том концерте, впервые услышав грозную мелодию, Испет ощутил что-то, что, в конечном счете, стало причиной его безумия. К тому же как раз в тот момент в ночном небе начали взрываться огни фейерверка, который устраивался по поводу праздника. Что такое фейерверк? Честно слово, я не смогу объяснить это понятие, найдите в человеческих разделах инфосети галозаписи и посмотрите сами. Могу только сказать, что, увидев над головой полыхающее огнями небо, юный певец вдруг ощутил ужас. Его система поверхностной защиты осталась в отеле, а тело покрывали лишь особым образом сшитые куски ткани из растительных волокон, называемые "шорты" и "майка". Причем функциональной нагрузки они не несли никакой, Алонсо посоветовал надеть их лишь для того, чтобы не вступать в противоречие с этическими нормами жителей Аркалии. Ощущение собственных наготы и беззащитности в сочетании с пламенеющим небом - это было слишком даже для такого романтика, как Испет. Он потерял сознание и пришел в себя только в маленьком ресторанчике.
   Чтобы смягчить последствия обморока, Алонсо напоил юношу перебродившим соком местных ягод. Это возымело действие, но вовсе не то, на которое рассчитывал аспидонид. Испет начал действовать вроде бы и рационально, но преследуя совершенно безумные цели.
   После концерта юный певец встретился с музыкантами и предложил им выступить вместе. Люди согласились, ведь голос Испета отличался удивительной чистотой и силой. За следующее утро они отрепетировали "Мечту о портале" и несколько собственных баллад юного демоника, а вечером Испет уже пел на открытой площадке, и тысячи слушателей повторяли слова баллады: "Я взгляну в глаза обезумевших звезд, я найду портал, мой последний портал, тот портал, что ведет меня в небо". Именно эти слова, которые демоникам казались слишком надуманными, у обитателей Аркалии встретили такое понимание, что Испет моментально стал кумиром местных ценителей музыки.
   Это и дало толчок событиям, заставившим юного певца вернуться на Дему. Это, а так же то, что к Алонсо вдруг приехала женщина, которая считала портальщика мужем. Что думал по этому поводу сам Алонсо, юный демоник в своих записках не уточняет. Пишет лишь, что дэволэсса Марти эта была прекраснее всех женщин, которых он видел раньше. Темно-пурпурная кожа, усыпанная аккуратными треугольничками золотистых чешуек, огромные зеленые глаза... Дальше дневник Испета прерывается множеством набросков любовных песен. Но есть и короткие записи о тех или иных событиях.
   Продюсер музыкального коллектива, с которым выступал Испет, восхитился юным певцом и предложил ему контракт. Однако, начав оформлять документы, он обнаружил, что дэволоида Бескаравайного вроде бы и не существует, а мир, из которого тот прибыл, еще не заключил никаких официальных договоров с правительством Федерации. На беду нашего героя фактом запроса заинтересовались какие-то крючкотворы из метрополии. Если бы Алонсо занялся этим делом, то от неприятностей, может быть, и удалось бы избавиться. На Аркалии весьма снисходительно смотрят на некоторые нарушения федеральных законов. Но накануне того дня, когда в отель, где снимали комнаты дэвилоиды, пришел чиновник из местной администрации и потребовал отчета о происходящем, подруга Алонсо долго говорила с Испетом.
   - Он торчит тут, в полуадских мирах, только из-за тебя, - сказала Марти. - Если бы не ты, мне бы удалось уговорить его поехать к моим родителям. Он хороший, я верю... Хоть и считают, что аспидониды ценят свободу гораздо выше любви, но я сумею его переубедить...
   Женщина заплакала, а демоник был поэтом. Поэтому, когда аркалийский чиновник попытался вместе с Алонсо найти вариант полной натурализации юного певца на планете, Испет сам предложил отправить его на родину.
   - Когда-нибудь я вернусь и найду тебя, Алонсо Сарвато... Ведь портал на Деме действует, - сказал он. А ты постарайся сделать Марти счастливой.
   О возвращении Испета в его дневнике нет ни строчки, зато доподлинно известно о событиях на Деме после этого момента.
   Единственный концерт, данный Испетом на родине, считается ярчайшим примером гениального безумия или безумной гениальности. После него среди молодежи прокатилась эпидемия самоубийств. Юнцы поднимались на поверхность и смотрели на Альф, вошедший уже в фазу активности. В крупных городах прошли демонстрации, требующие от правительства скорейшего заключения договоров с Межпланетным сообществом. Жизнь на Деме изменилась, и изменения эти шли под звуки баллад юного певца.
   Испет Бескаравайный стал кумиром, идолом. Но его поведение вне сцены нельзя было признать разумным. Получив письмо из какого-то из райских миров, он вдруг сделался мрачен и нелюдим. Не проходило дня, чтобы он не употреблял дурманящий настой грибов Вук. Однажды певец, увидев господина, у которого ложноножки не росли из-за какой-то болезни, набросился на несчастного с кулаками.
   Видимо, потрясение, испытанное юным демоником во время путешествия, было столь велико, что он сам начал считать себя безумцем, что выразилось в его песнях. В одной из них он рассказывает о прекрасной деве, чья тело мягко, словно плоть съедобных улиток, а облик бесконечно совершенен. Безумный Испет поет о том, что созерцание прекрасной незнакомки вызывает желание упасть пред ней на колени и распластаться на песке, моля о едином ласковом слове. Или - наброситься на красавицу, вонзив в нежную кожу когти и жвала, так, чтобы стон страсти смешался со стоном боли, а последняя судорога оплодотворения совпала с последним вздохом прелестницы, которую больше никто не сможет коснуться ни взглядом, ни псевдоподией. Естественно, подобные фантазии не могут быть причислены к числу одобренных песен, и имя Испета Бескаравайного вычеркнуто из списков Ордена, что означает запрет исполнения его произведений в общественных местах, а сам он помещен в дом скорби.
   Однако среди несознательной молодежи песни Испета-Странника остаются чрезвычайно популярны. Ореол мученика, окружающий его имя, придает звучащим в них странным и мрачным образам особый шарм, заставляя искать в их мельтешении особый смысл, доступный лишь избранным.
   Благодаря интенсивному лечению Бескаравайный недолго творил в доме скорби. В последние годы жизни он представлял из себя совершенно бессмысленное, подобное лишайнику, существо, не способное ни осознать обращенную к нему речь, ни внятно ответить собеседнику. Так что когда подвижники-ученые, вычислившие формулу нерегулярных или "мерцающих" порталов, решили обрадовать первооткрывателя и предложить ему путешествие в один из дружественных миров, несчастный Испет никак не прореагировал на их визит.
   А песни Бескаравайного иногда можно услышать в дальних галереях, где юные демоники прячутся от старших, чтобы предаваться различным порокам, часто весьма невинным, но все же осуждаемым обществом...

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"