Лихницкая Валерия: другие произведения.

Хилер. Глава 14

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:


Глава 14

  
   - Доброе утро, Алекс!
   Утро добрым не бывает. В принципе.
   И даже не потому, что оно наступает четко тогда, когда ты всю ночь промучился бессонницей и только-только прикрыл глаза, как тебе уже раз! - и надо вставать.
   - Можете не вставать, только руку во-о-от сюда... Да, спасибо...
   И не потому, что когда у тебя после нескольких недель беспрерывной работы выдался, наконец, долгожданный выходной, и ты можешь позволить себе поспать подольше, кому-нибудь обязательно приспичит тебе позвонить. С утра. И спросить какую-нибудь Лену. Или Саманту. Или Хафизу, неважно! А потом в ответ на твой возмущенный рык проявить чудеса дедукции: "Ой, простите, я, наверное, ошибся номером!" - и торопливо бросить трубку, несмотря на то, что рык у тебя с утра, может, и не совсем человеческий и, возможно даже, звериный, но откусить ему голову по телефону ты все равно не сможешь. А так хотелось бы...
   - Ну-ну, не рычите, все хорошо... Сейчас еще чуть-чуть больно будет... Все. Можете спать дальше.
   А еще есть добрые соседи. Которые в этот самый долгожданный выходной решают, наконец, начать долгожданный ремонт в своей квартире. И, как правило, начать они его решают с раннего утра и с твоей стороны. Оповещая тебя об этом решении радостным сверлением в стену.
   - Звук может быть неприятный, но мне нужно замерить вам давление. Постарайтесь не обращать внимания.
   А еще бывает так, что тебе снится какой-то кошмар - что тебя предали друзья, бросила жена, тебя уволили с работы, взорвали твой дом, взломали счета, и вообще ты в плену у арабских террористов. Или у маньяка, так еще интереснее. И ты прямо во сне ждешь, когда же наступит утро, и можно будет проснуться... И утро наступает. И ты понимаешь, что все это нифига не сон...
   - Думаю, стоит его пристегнуть. Алекс, мы вас сейчас зафиксируем. Не беспокойтесь, это необходимо, чтобы вы случайно не сорвали датчики. Все хорошо.
   Или наоборот - снится что-то такое хорошее-прехорошее, как будто все у тебя зашибись, или что ты внезапно Бэтмен и у тебя есть бэт-мобиль и мотоцикл с прикольными колесами, а еще ты спас мир, женился на Женщине-кошке и она принесла тебе бэт-котят... Но ты просыпаешься, и понимаешь, что все это тебе приснилось, ты нифига не Бэтмен и даже не Робин, ты - среднестатистический лох, и у тебя нет ни бэт-мобиля, ни прикольного мотоцикла, ни женщины, ни даже кошки... только коты орут под окном...
   - Это датчики пищат. Алекс, мы не причиним вам вреда, это необходимо для вашего здоровья.
   В общем, есть много причин не любить утро. Хотя я понимаю, что утро может быть и добрым. У кого-нибудь. Чисто теоретически. Но не у меня. У меня обычно все именно так и бывает... ну кроме примера с маньяком и арабскими террористами - последнюю иллюстрацию я добавил исключительно для красного словца. Конечно, с работы меня никто не выгонял, счета не взламывали, жены не бросали... но вот насчет плена все же не знаю - то, где я сейчас нахожусь, как называется?
   - Не волнуйтесь, Алекс. Представьте, что вы в санатории...
   Я вдруг подумал, что, наверное, будет очень здорово сейчас открыть глаза и обнаружить себя в своем кабинете. Да ладно, можно даже в больничной палате. Даже в психиатрическом отделении. И рядом Нику с ее дружком - так и быть, путь сидят. Или Красовского, нетерпеливо намекающего на то, что у меня работы много, а я тут развалился... И Грэма... И окажется, что не было ни этого звонка, с которого все началось, ни блондинки с пистолетом, ни погони, ни перестрелки, ни допроса у модернизированной Инквизиции, ни... Ады. Потому что она - часть этого шпионского бреда. Потому что она слишком хороша, чтобы быть реальностью...
   Черт, я на это не согласен! Так, Алекс, давай-ка честно. Вот как на духу. Готов ли ты, Алекс Лето, пожертвовать своей (ну чего греха таить?) в общем-то благополучной жизнью ради того, чтобы остаться с Адой? И быть с ней в горе, радости и секретной лаборатории вовеки веков, пока смерть (твоя, разумеется) не разлучит вас?
   - Пульс повышается... Давление растет... Похоже, что все показатели нормализуются... Ничего не понимаю!
   Или наоборот. Готов ли ты пожертвовать рабой божией... то есть исчадием Ада по имени Ада, для того, чтобы остаться тем, кем ты был? То есть респектабельным врачом... ну или психованным отморозком... Хорошо, психованным отморозком, работающим врачом в респектабельной клинике.
   - Осторожнее, он просыпается...
   Не-не-не-не-не! Нифига подобного! Я еще не просыпаюсь, я еще сплю! Я еще не решил, где мне проснуться! Я еще не выбрал реальность, в которой хочу существовать...
   Я до боли прикусил губу и зажмурился, чтобы не открыть глаза раньше времени. Вот убейте, не знаю, почему я вбил себе в голову, что сейчас все зависит от моего решения... Все в моей власти. И где захочу, там и проснусь. Вот захочу сейчас проснуться в больнице, и...
   "Признайтесь, неужели вам не любопытно?"
   Черт, ну почему?! Почему мне всегда любопытно?! Я наверное и на этот свет вылез чисто из любопытства, посмотреть, что же там такое снаружи без меня происходит... Ну ведь можно же выбрать больницу и проснуться в родной и знакомой обстановке... А потом мучиться всю жизнь догадками, что же тут со мной могло произойти и от чего я отказался! Хотя точно известно, что ничего хорошего тут не предложат. Да и хрен с ним, с хорошим, но интересно же!
   И вообще - что, черт возьми, здесь происходит?!
   Я открыл глаза. Резко и до упора. В потолок. Тот даже, по-моему, испугался. Вздрогнул и пошатнулся. Но падать не стал. За что ему большое человеческое спасибо - а то прибил бы меня, к чертовой матери... Хотя это был бы выход... Даже удивительно, как один удар бревном в лобешник способствует просветлению - прочищает сознание, правит карму и отправляет в нирвану. Скоростным лифтом. И еще все проблемы устраняет. Хороший способ. Действенный. Жаль, что воспользоваться им можно только один раз. Ну, если ты, конечно, не трехголовый дракон...
   - Доброе утро, Алекс!
   - Ада?! - прохрипел я.
   - А вы кого ожидали увидеть?
   Я ничего не стал ей отвечать. Не смог. Меня накрыло волной эйфории, я захлебнулся восторгом, и... понял, что если я сейчас попытаюсь заговорить, то вместо слов из меня полезет только нечленораздельное мычание и щенячий писк, а позволить себе так выражаться при даме я не мог.
   Так, Алекс, уймись и сформулируй хотя бы для себя, чего это ты так обрадовался?
   Ах, ну да, приключения продолжаются! Я взаправду в Гестапо и меня пытают взаправдашние гестаповцы! Радость-то какая, вашу ж мать... Но... ведь радость, да. Вопреки здравому смыслу, меня прет. То есть это, надо полагать, мне нравится? Это, надо полагать, хорошо?! Ну да, конечно! Ада-то здесь... Господи, я влюбился в Аду... Нет, не так. Я влюбился в Аду! Я в Аду влюбился в Аду... Даже жалко, что я не поэт - такой шедевр можно было построить на этой игре слов, Шекспир бы обзавидовался...
   Господи, Алекс, каким же мусором у тебя голова забита! "Шекспир бы обзавидовался"... Проснуться в полной жопе и рассуждать о Шекспире - вот какой идиот еще на это способен?!
   - Алекс, с вами все в порядке?
   - Думаю, да, - попытался совладать с голосом я. Получилось вроде бы не слишком паскудно. - А чего это вы тут надо мной колдовали? Я даже решил на какой-то момент, что я в больнице...
   - Сильно расстроились, когда проснулись? - а то по мне незаметно было, как я "расстроился"! У-у-у, ведьма!
   - Да не особенно, - я постарался придать своему голосу как можно больше небрежности. - А что там за датчики пищали, и что вы мне кололи?
   - Все то, что обычно прописывают при неврозах, - мягко улыбнулась она. - У вас очень сильно упало давление, пульс, температура... Резкий упадок сил. Я поставила капельницу и... Алекс, не смотрите на меня так, Халка мы из вас не делали!
   - А Росомаху? - поинтересовался я. - А что, круто было бы - захожу я такой в операционную, подхожу к пациенту и - раз! - ножи из рук. И скальпеля не надо... Я был бы не против... - пожал я плечами и, заметив замешательство рыжей Шельмы, добавил, - Ада, я смотрю на вас ТАК, просто потому что мне нравится на вас смотреть. И так, и эдак. Вы красивая женщина, а я - сын художницы, у меня обострено чувство прекрасного.
   - Чувство прекрасного, - эхом повторила Ада. - Как вы себя чувствуете?
   - Спасибо, нормально. А вы мне устроите обзорную экскурсию по лаборатории?
   - Зачем? - она так здорово удивлялась, что я готов был нести полную околесицу, лишь бы она продолжала слушать и вот так красиво приподнимать бровь.
   - Ну как зачем? Ада, вы что, комиксы не читаете? Вот профессор Ксавьер сразу знакомил своих подопечных с помещением и друг с другом.
   - Алекс, вы опять? Это - не комикс!
   - Да ладно! - поморщился я. - Что вам от меня надо, мы с вами оба хорошо знаем... и еще несколько чуваков, которые наблюдают сейчас за нами через скрытые видеокамеры... Кстати, в связи с этим я хочу сделать заявление. Я тут пока спал, все обдумал, и кое-что решил. И даже готов это озвучить. Только сначала мне надо помыться и позавтракать - момент, все-таки, обещает быть судьбоносным, а выглядеть отвратительно в судьбоносный момент я не могу - мамочка мне этого не простит.
   - Мамочка?
   - Ада, ну тупите, я же только что сказал, что сын художницы. Вот вы мысленно в критический момент обращаетесь к Сатане, а я - к мамочке, это нормально.
   - Алекс, вы меня шокируете, - покачала головой Ада.
   - Теряете хватку, - щелкнул языком я.
   - Возможно... Просто я еще не научилась следить за ходом ваших мыслей.
   - Еще? Нравится мне ваш оптимизм!
   - Правая дверь - туалет, левая - душ, средняя - гардеробная. Приводите себя в порядок и выходите к завтраку. Помощь нужна?
   - Сейчас узнаю.
   Я глубоко вздохнул и осторожно сел. Получилось вполне сносно. Обрадовавшись, я свесил ноги и, придерживаясь за прикроватную тумбочку, поднялся. Это было уже сложнее - у меня сразу же вырубило слух и зрение, но через несколько секунд все вернулось на свои места. Голова почти не кружилась, ноги почти не дрожали. Иными словами, я был силен, бодр и адекватен. Почти.
   - А если я скажу, что нужна помощь, вы составите мне компанию? - поинтересовался я. - А я вам спинку потру... Нежно и ласково, я умею.
   - Нет, я пришлю вам санитаров.
   - Тогда не нужна, - тут же определился я.
   Ада прищурилась.
   - Уверены?
   - Абсолютно.
   - Ну хорошо, санитарку, - сжалилась Ада.
   - Красивую?
   - Да. И владеющую джиу-джитсу.
   - А это еще зачем? Она будет меня спасать от туалетных монстров? - догадался я.
   - У нас нет туалетных монстров.
   - Черт, ничего-то у вас нет... - моему разочарованию не было предела. - Ни Росомахи, ни Халка, ни туалетных монстров... Ну раз нет, тогда я сам как-нибудь справлюсь.
   - Но если вы плохо себя чувствуете...
   - Тогда я поскользнусь, сломаю себе что-нибудь полезное, а вы будете потом себя корить, что из-за своего глупого ханжества угробили такой ценный экземпляр, - со злорадным удовольствием подсказал я.
   Она приподняла бровь и шагнула ко мне.
   - Ну хорошо, тогда идемте, - легким движением руки она извлекла из кармана резиновые перчатки.
   - А вот теперь не надо - я не хочу, чтобы вы мыли меня из жалости.
   - Ну как хотите, - перчатки вернулись на место. - Жду вас к завтраку, - и вышла.
   Я проводил ее восхищенным взглядом. Боже, откуда берутся такие женщины?!
   Так, Алекс, спокойно. Тебе сейчас не о женщинах надо думать. А о том, как, черт возьми, выжить в этой ситуации... Хотя о женщинах, конечно, интереснее. Просто потому, что по второму вопросу у меня нет ни одной даже самой дохленькой версии.
   Значит - душ. И прочие водные процедуры.
   Кстати, насчет прочих, я погорячился - не знаю, с кем там договаривалась Ада насчет ванны, но - хреновый она переговорщик. Ванны тут не было. Хотя может, оно и к лучшему. Учитывая, что меня еще довольно сильно штормило, и передвигался я исключительно "по стеночке", со штурмом ванны я вряд ли бы справился. Но и так ничего получилось. В душевой кабине я не убился, несмотря на скользкий пол и головокружение, так что можно сказать, что день начался с побед.
   К тому же я там практически пришел в себя и уж точно проснулся - постояв минуты три под ледяной водой, я понял, что:
      -- она ледяная!
      -- я катастрофически туплю;
      -- неплохо бы отрегулировать температуру воды;
      -- я чертовски везучий - ведь мог бы сразу включить горячую, и тогда через три минуты стояния под кипятком - привет, мама, ты теперь Пикассо! (в том смысле, что портреты в стиле кубизма с меня можно было бы писать, не напрягая фантазии).
   И еще, самое главное - что тупка меня отпустила. Потому что я все это понял.
   Это меня порадовало, и я еще раз понял, что я идиот - в моей ситуации радоваться тому, что справился с душем - это не просто наивно, это даже уже не смешно. А ну и что. Мне нормально. А если кому не смешно - сдали билеты, встали и вышли. И попкорн свой заберите...
   Выйдя из душа, я увидел, что постель уже заправлена... Что, тут гномики, что ли, работают? Домовые эльфы? А на кресле лежит комплект одежды - сменное белье, футболка и джинсы. Интересная у них униформа, демократичная... и к тому же моего размера и очень удобная. Молодцы гномики, отлично поработали. Где этот Доби, которому я должен подарить носок? А, хотя нет, если я ему подарю носок - он исчезнет, и мне придется самому разгребать постоянно преследующий меня срач. Не скажу, что я сильно свинячу, просто на уборку у меня никогда не хватает ни времени, ни сил. Так что если на территории моего обитания не убирается специально обученный человек, то там царит, как красиво называла это моя мама, творческий беспорядок. Я это обычно называл по-другому, но ее версия мне больше нравится.
   Одеваясь, я нечаянно зацепился взглядом за стены. И - о боже мой! - обнаружил стройные ряды книжных полок. То есть, тут, стало быть, пытают интеллигентных людей? Сейчас же модно заботиться о правах человека, к маньякам-убийцам психологов в камеру присылать, сказки ему читать, картиночки с ним вместе вышивать крестиком, всяких там кошечек-собачек лобзиком выпиливать... Так и здесь - двадцать первый век на дворе, так что хоть каким бы ты не был концлагерем, вынь да положь, чтобы пленник после пыток мог отдохнуть в комфортной обстановке, и дабы ничто его отдыха не омрачало... Так что извольте соответствовать, а то мировое сообщество раз и назовет вас страной третьего мира из-за того, что у вас пленникам в пыточной Шекспира вслух не читают. Пытки пытками, а комфорт - прежде всего. Это не темное Средневековье, сейчас очень важно, чтобы желания пленника учитывались. А какие у него могут быть желания? Ну как это "какие"? Это же так естественно - просыпается пленник после разговора по душам с сотрудниками Инквизиции, Гестапо или Анненербе и о чем он сразу думает? Правильно. Он думает, "чего бы мне такого почитать?". Ну разумеется, ни "где я?", ни "кто я?", ни "какого черта тут вообще происходит?!" - эти вопросы ему в голову не приходят. А вот "как отразилось в творчестве Сальвадора Дали философия Поля Эллюара" - это да, этот вопрос для него вполне актуален и животрепещущ. И вообще, надо же узнать, как изменились тенденции мирового искусства, пока меня на дыбе растягивали!
   А может, наоборот - тут пытают книгами? Берут простого недалекого парня и читают ему Достоевского или Айрис Мёрдок до тех пор, пока у него мозги не начнут через уши вытекать, а вместе с ними - все явки и пароли, которые когда-то в эти уши попали. По недоразумению, конечно, потому что ну кто же простому недалекому парню их в здравом уме доверит? Или картины ему будут показывать и показывать, до умопомрачения, до дрожи в клеточных ядрах - ведь простые необразованные люди ненавидят великие произведения искусства, да... Это мне, кстати, в детстве пытался объяснить один мамин поклонник, приобретавший картины исключительно на аукционах. Что его заставляло тратить на и без того дорогие вещи астрономические суммы и покупать картину по цене самолета, я понять не мог, но он был убежден, что только так и нужно поступать с бесценными творениями великих мастеров. А еще он считал, что простые люди его ненавидят - разумеется, потому что не понимают в живописи. Вообще, в чем-то он был прав - его действительно мало кто любил. Только живопись к этому вряд ли имела отношения. Дядька просто был редкостным мудаком. Но думать, что во всем виновата его неразделенная любовь к искусству, ему, конечно же, было гораздо приятнее.
   Кстати, что, серьезно тут книги о живописи?! И не просто книги, а альбомы с репродукциями художников разных эпох... Спасибо, что картин по стенам не развесили - моя покалеченная психика вряд ли пережила бы такого резкого столкновения с прекрасным...
   - Приятного аппетита, сеньор Алекс! - как только я пересек порог спальни, в гостиную вплыла горничная со столиком на колесах. Я едва удержался от того, чтобы сделать шаг назад и посмотреть, уедет ли она обратно - а вдруг у нее встроенный датчик движения?
   Горничная лучезарно улыбалась, аромат ее аппетитных булочек сводил меня с ума... Булочек, в смысле - французских, которые лежали на столике... хотя ее натуральные булочки выглядели не менее аппетитно - ее роскошные формы так умело скрывались... вернее не скрывались под формой, что я даже не сразу решил, куда заглянуть мне хочется больше - в вырез ее блузки или под крышку основного блюда. Того, что на столе стояло, разумеется. А не того... да что, черт возьми, со мной сегодня такое?! Какая-то совершенно неуместная озабоченность! Это от стресса что ли? Или они меня все же чем-то накачали?
   Наверное, все-таки, накачали. Потому что вряд ли по секретной лаборатории будет разгуливать горничная с внешностью Мишель Мерсье, да еще и в порнокостюме. Так что одно из двух - либо меня жестко глючит, либо она - тоже робот. Как и все здешние обитатели. Как и Ада. Или Ада все же демон? Доктор, у меня возникли проблемы с Адоопределением...
   - Грасиас, синьорита, - не менее лучезарно улыбнулся я горничной, поймав себя на мысли, что меня просто надвое разрывает желание... прикоснуться к ней и сорвать крышку с блюда... Кстати, без всяких грязных намеков. Сорвать крышку с блюда - потому что я чертовски голоден. А прикоснуться - чтобы определить, робот она или нет. У меня крышка, может, и давно сорвана, но не до такой степени, чтобы бросаться на первую встречную горничную с лицом и фигурой порнобогини...
   "Синьорита" почему-то смущенно улыбнулась и мягко устранилась, оставив меня наедине с завтраком. И правильно. Какао, круассан и... о боже, омлет под крышкой! - это три кита, способные сейчас удержать на своих спинах мой хрупкий мир, вот-вот готовый разлететься вдребезги и уплыть, сверкая осколками, в просторы бесконечного космоса...
   Завтрак я смаковал долго, наслаждаясь его вкусом и запахом, а также ощущением сытости и тепла, разливающегося по телу. Надо же, ведь когда-то я глотал завтрак целиком, даже не успев понять, что же я такое проглотил... Каким же идиотом я был! Ну не факт, конечно, что я как-то резко поумнел за последнее время, но одно понял точно - стоит человека чего-то лишить, как он внезапно осознает ценность того, что потерял, хотя раньше мог разбрасываться этим направо и налево... Я прикрыл глаза и впал в нирвану. И, кажется, даже начал понимать Будду. Не вообще по жизни, а в тот момент, когда он хотел стать аскетом, но передумал. Это когда он стоял не помню уже сколько дней на берегу реки без еды и воды, довольствуясь каплями дождя и птичьим пометом, а потом понял, что крайности до добра не доводят, "вошел в реку Нирагьяна, которая раньше была полноводной, но сейчас обмелела, омыл свое тело и принял пищу". Понятно, что и река была так себе, и пища далека от той, которой он привык питаться во дворце, но на тот момент река для него была самой чистой, а пища - самой вкусной. Я, конечно, не Будда, но сейчас чувствовал себя таким просветленным, что хоть свечи от меня зажигай.
   - Алекс, у вас все в порядке?
   Моя просветленная душа, устремившаяся было к Солнцу, сорвалась с небес и устремилась к грешной Земле, с воем и стоном пронзая небесную твердь, рассыпаясь пыль и сгорая в плотных слоях атмосферы, а потом рухнула, подобно метеориту, выжгла вокруг все живое на десятки километров и разломила тектонический пласт, из которого полезли черти, облизываясь языками пламени и алчно позвякивая вилами. Добро пожаловать в Ад!
   - Ада, ну какого черта? - устало простонал я. - Я же сказал - после завтрака. После. А сейчас это "после" еще не наступило... - я открыл глаза. - Ладно, давайте, валяйте... Все равно же не дадите расслабиться...
   Ада, ничуть не смутившись, коротко кивнула и шагнула в сторону, пропуская своего спутника. О, это я так понимаю, и есть настоящий Торквемада? В смысле, главный Инквизитор? Импозантный мужчина неопределенных лет и неопределенной внешности. Из той породы людей, которые везде, и которых никто не видит. Разведчик? Выправка у него военная. Военный разведчик? Шаги неслышные. Господи, ниндзя, что ли?! Хотя с таким же успехом он может быть профессором философии, архитектором и дирижером симфонического оркестра. И вообще кем угодно. Но он - Инквизитор. И это по нему видно. Даже не видно, нет. Это чувствуется. Всеми фибрами... вернее, осколками моей разбитой вдребезги... нет, скорее, ошметками размазанной в невнятную суспензию души. Скажете, у меня паранойя? Черта с два! Тогда что я, по-вашему, здесь делаю?!
   - Я так понимаю, у нас по графику знакомство с родителями? - поинтересовался я, откидываясь на спинку кресла. - Здравствуйте, меня Алекс зовут. Меня вот девушка привезла, я ее питомец. Обои не деру, в тапки не гажу, мебель не грызу. В еде и быту неприхотлив.
   - Да, я уже понял, как нам с вами повезло, - дружелюбно улыбнулся Торквемада. - Как самочувствие?
   - Почти в норме, - честно ответил я. - Хотя конечно, это смотря что вы собираетесь со мной делать.
   Инквизитор улыбнулся еще дружелюбнее. От таких улыбок у людей обычно волосы на всех местах сначала встают дыбом, а потом седеют и выпадают. Но меня почему-то улыбка Торквемады не торкнула. Перебоялся, наверное. Или что-то они мне все же подмешали...
   - Пока вы не ответили на мой вопрос, - не давая ему открыть рот, затараторил я, - мне хотелось бы сделать заявление. - Торквемада приподнял бровь и многозначительно кивнул. Ага, запись пошла... - Насколько я понял, меня тут собрались изучать, а изучив, что вполне логично, использовать мои способности в достижении определенных целей. Так ведь? Ну вы же разумный человек, вы же не станете отпираться - это глупо и бессмысленно.
   Улыбка Торквемады стала заинтересованнее.
   - Продолжайте, - кивнул он.
   - Спасибо. Итак. Из того, что я проснулся не в кандалах и не в смирительной рубашке, я сделал вывод, что вам нужно, чтобы я сотрудничал с вами добровольно. Причем, не формально добровольно - этого вы могли бы добиться элементарным шантажом или иными способами принуждения, но нет, вам почему-то нужно, чтобы я это делал от чистого сердца. Ну, что вы это сделали по доброте душевной или из-за того, что испытываете ко мне какие-то там чувства, я исключаю. Но если вы взяли на себя труд (а вы наверняка взяли на себя этот труд) собрать обо мне хоть немного информации, то наверняка узнали, что я трудоголик, и если на меня не давить, то можно получить результат, превосходящий ожидания, - на бесстрастном лице Инквизитора не отразилось ничего. Даже обычного человеческого здорового любопытства. А вот это прокол, батенька, прокол. Потому что так не бывает. Человеку свойственно испытывать эмоции. Вот у Красовского всегда был заинтересованный вид, даже когда собеседник нес совершеннейшую ахинею. Он никогда не скрывал своих чувств. Вернее, не показывал нарочито, что скрывает. Но понять, что он чувствует на самом деле, что его из всего сказанного заботит, а что нет, и тем более, о чем он думает во время разговора, не удавалось никому. Красовский всегда был любимым тираном для своего народа и ради развлечения любил играть в демократию... И играл превосходно, всегда срывая банк. Не то что эти... - Короче. Я согласен с вами сотрудничать. Но при одном условии. Вернее, при двух. Первое и главное - знаете, есть такой старый принцип: когда тебя насилуют, постарайся расслабиться и получить удовольствие. Так вот. Я согласен оказывать вам содействие в ваших исследованиях, выполнять то, что от меня требуется, и даже проявлять инициативу. Но только в том случае, если вы со своей стороны гарантируете мне удовольствие. Пока вы его мне доставляете - насилуйте на здоровье. Но как только я перестаю чувствовать себя счастливым, сотрудничество прекращается.
   - Мне не очень нравится формулировка...
   - А мне - вид из окна, - указал я на глухую стену.
   - Это ваше второе условие?
   - Нет. Это иллюстрация того, что наличие или отсутствие кнопок "мне нравится" или "мне не нравится" имеет значение только в соцсетях, в жизни же это никого не волнует абсолютно. А мое второе условие - когда вы соберетесь меня использовать в своих целях, я должен знать - в каких.
   Торквемада покачал головой.
   - Вот этого я вам гарантировать не могу. Поскольку ваши способности еще нами не раскрыты, о целях говорить рано.
   - Логично, - принял его отговорку я. - Тогда вернемся к этому условию позже. Вам еще нужно что-то обсудить или вы готовы дать ответ?
   - Думаю, что готовы, - протянул Инквизитор. - Если то, что вы подразумеваете под понятием "удовольствие", не будет выходить за рамки наших возможностей и здравого смысла, то...считайте, что вы приняты на работу.
   - На работу? То есть, вы мне еще и зарплату платить будете?
   - Ну разумеется, - пожал плечами Инквизитор. - Мы же не рабовладельцы. На ваше имя заведен счет в банке, который будет регулярно пополняться...
   - На мое имя? У меня нет имени. То есть, теперь нет. После того, как я погиб в автокатастрофе.
   - Доктор Лето... - он так понимающе улыбался, что мне аж до боли в костяшках пальцев хотелось двинуть ему в челюсть. - Пусть вас не беспокоят такие мелочи. Чуть позже вы будете проинструктированы не предмет вашего нового счета в банке и доступа к нему. Поверьте, мы вас не обидим. Мы придерживаемся мнения, что нужно хорошо платить полезным людям. От этого они становятся еще полезнее.
   - Хороший подход, - одобрил я. - Мне нравится. Еще вопрос - можно мне перчатки? И какую-нибудь... менее открытую одежду, что ли. Нет, я не претендую на костюм Спайдермэна, конечно, но... я все же более комфортно себя чувствую, когда знаю, что случайное прикосновение не спровоцирует мое экстренное десантирование в иную реальность.
   - Как скажете. Какую одежду вы предпочитаете?
   - Такую, в которой обычно работаю... То есть, если мне выдадут медицинский халат и перчатки, этого будет достаточно. Да, и еще.... Скажите, от вас можно выйти в интернет?
   Вот тут Торквемада посмотрел на меня так, как будто я неожиданно залаял. Или замяукал. Или захрюкал. Или обгадил ему ботинок. Или... в общем, начал вести себя чуть менее адекватно, чем обычно.
   - Алекс... - заговорила вместо него Ада. Причем, было заметно, как она тщательно подбирает слова. Так тщательно, что пока подобрала только одно.
   - Да? - заинтересовался я. Мне было действительно любопытно, сможет ли она ответить на мой вопрос без мата.
   - Простите, вы отдаете себе отчет в том, что...
   - Что?
   - Что все считают вас погибшим?
   - Ну меня и до этого не особо здоровым считали...
   - А то, что это секретный объект?
   - Да ладно, я не буду заходить в соцсети и чекиниться, что я здесь был. И даже родственникам и знакомым писать не буду. Видите, какой я сознательный?
   - Но зачем вам...
   - Вы можете даже сесть рядом со мной и следить за всеми моими действиями, чтоб я не влез куда не надо.
   - А куда вам, простите, надо влезть?
   Понимая, что выгляжу в ее глазах сейчас полным идиотом, я глубоко вздохнул и бросился с головой в омут откровенности.
   - Мне нужно узнать, как дела у одной девушки. Мы с ней общались в интернете. Один раз. Она тогда пыталась покончить с собой, но я ее вроде бы отговорил... Я боюсь, что если я не выйду с ней на связь, она повторит попытку...
   Ада распахнула глаза, в которых ясно читался мой диагноз, и повернулась к Торквемаде - надо полагать, за подтверждением. Торквемада диагноз подтвердил - кивнул так значительно, что я даже почувствовал, как вместо перчаток на меня будут надевать смирительную рубашку.
   - Если это вас так сильно беспокоит, мы могли бы попытаться добыть для вас эту информацию, - неожиданно проявил сострадание Инквизитор. - Скажите нам, кто эта девушка, и мы попытаемся выяснить...
   - ...где она живет, после чего похитите и ее и будете присылать мне по фаланге ее пальца, если мой вклад в ваше дело не будет соответствовать вашим ожиданиям. Вы что, меня реально за идиота держите? Я сейчас начну обижаться.
   - Доктор Лето, - начал терять терпение Торквемада.
   - Кончилось Лето. Настала осень. И вселенную захватили Харконнены.
   - Простите? - не понял Инквизитор.
   - Прощаю, - ничего не стал объяснять я.
   - Это он намекает на "Дюну", Френка Херберта, - пришла ему на помощь Ада. - Лето Атрейдес и его потомки враждовал с кланом Харконненов...
   - Спасибо, - сдержанно кивнул ее суровый патрон.
   - Ну это очень краткий пересказ, там еще много чего интересного было! - возмутился я. - Еще был Лето Второй, который превратился в пустынного червя или еще какую-то божественную мерзость...
   - Доктор Лето, - с нажимом повторил мой пленитель, - давайте оставим эту дискуссию. Мой ответ - нет. В интернет выйти нельзя.
   - Ну нет, так нет, - пожал я плечами. - Но если с этой девочкой что-то случится, это будет на вашей совести.
   - Разумеется.
   - Ну тогда всё.
   - Что "всё"? - приподнял он бровь.
   - Всё, у меня больше нет вопросов, - пожал я плечами. - Давайте мне халат, перчатки, и загружайте работой.
   Торквемада-Харконнен поднял бровь еще выше. Да, тяжело нам с ним придется...
   - Отлично. Надеюсь, что мы сработаемся.
   А я-то как надеюсь... Потому что если НЕ сработаемся, то меня пустят на расходный материал. И эксперименты будут проводить уже совсем другого рода - не со мной, а надо мной. А я окажусь по ту сторону опыта. Когда они найдут еще какого-нибудь психа с невыясненными способностями, и ему нужно будет на ком-нибудь тренироваться. Потому что как бы сладко они не пели, выхода отсюда нет.
   Я представил себе несколько душе... вернее, телораздирающих картин с участием разного рода мутантов, оттачивающих на мне свои навыки, и меня замутило. Спокойно, Алекс, дыши глубже и уйми свою фантазию. Иначе этот старый маньяк решит, что я его боюсь. И тогда лучшее, что я смогу сделать - это тихо и мирно самоубиться в душевой кабине... Или еще где-нибудь... ну где этот гад, который проецировал мне в голову суицидальные идеи? И какого я его не послушался? Выпрыгнул бы из машины, и лежал бы сейчас в реанимации. Или в морге. Тихо и спокойно. И не мучился бы неизвестностью, думая-гадая, превратят ли меня тут в фантастическое чудовище или пустят на корм более удачливым соседям по кунсткамере.
   - Алекс, у вас все в порядке?
   - Ада, вы это для чего спросили? Паузу заполнить или тупо поржать?
   Ада поджала губы.
   - Конечно, у меня все в порядке! - Тихо, тихо, главное не заводиться! Вдох - выдох. И молчи, только молчи! - А что, что-то не так?
   Она чуть заметно качнула головой.
   - Тогда по рукам? - светло улыбнулся я и протянул руку Торквемаде.
   Вот теперь, кажется, замутило его. По крайней мере, побледнел он очень даже заметно. Хм, второй раз за разговор не удержать лицо - это уже слишком. Теряет форму. Или он не разведчик? Или он... боится меня еще сильнее, чем я его?
   Торквемада сдержанно улыбнулся. Он был просто уверен, что я собрался его убить, и даже весь разговор затеял вот для этой финальной фразы. Я даже пожалел, что я правда так не придумал. Сцена была бы красивая. Как в кино. Как жаль, что я не герой боевика! Как жаль, что я вообще не герой... А он - герой. И он не может не пожать мне руку, потому что так он обнаружит свой страх...
   - Я не буду вас убивать, - устало вздохнул я. - Во-первых, на это потребуется много сил, которых у меня нет, во-вторых - времени, а в-третьих - это не решит мои проблемы. Ну убил бы я вас, а дальше что? Дороги не знаю, оружия нет, всяких кодов доступа тоже... И что бы я делал? Взял бы в заложники Аду и бежал через вентиляцию? О, кстати да... - почесал я висок, - что-то мне это сразу в голову не пришло. У нее и оружие, и доступ должен быть... Я передумал, давайте руку!
   На лице у Торквемады сменилось столько противоречивых выражений, что я даже залюбовался. Он сделал какое-то неопределенное движение, но в это время, к его счастью, открылась дверь, впуская скафандр, надежно спрятавший в своих недрах громилу-охранника. В могучей руке он сжимал упаковку с тоненькими перчатками, да так крепко, что...
   - Вы ее задушите, - кивнул я ему вместо приветствия.
   - Кого? - спросил вместо него Торквемада.
   - Перчатку. Смотрите, как он ее держит. И как она понуро свисает...
   - Алекс, вы что, издеваетесь?! - У Харконенна, кажется, сдали нервы.
   - Не думаю, - внезапно вступилась за меня Ада. - У него просто образное мышление хорошее.
   Его взгляд очень красноречиво рассказал нам, что он, Торквемада, думает о моем мышлении, а также посоветовал, куда его следует засунуть и как это лучше всего сделать.
   - Надевайте, - коротко приказал он.
   - А халат?
   Робот протянул мне другой сверток, на который я, обеспокоенный сохранностью перчаток, не обратил никакого внимания. Я молча взял пакет, тут же его распаковал, облачился в халат, натянул перчатки и... почему-то почувствовал себя увереннее. Хотя странно, ведь в перчатках я безоружен...
   - А халат лучше всего сделать красным... - размышлял я вслух. - Тогда во время операции крови не будет видно... Хотя нет, красный - это Железный человек. Да и вообще пошло будет смотреться. Я же не Элвис - в красном костюме ходить...
   - У Элвиса был еще широкий пояс, - улыбнулась Ада. Харконнен, открывший было рот, чтобы что-то сказать, поспешно закрыл его, как только она подала голос.
   - И шипы, - кивнул я. - И наркотики... Кстати, где мои таблетки?
   - У меня, - спокойно ответила Ада.
   - А... А, ну да - мне их не дают в целях моей же безопасности, как я понимаю?
   - Именно.
   - По одной выдавать будете?
   - Буду.
   - Слушайте, даже Ника так себя не вела. И Красовский.
   - Тогда не буду.
   Я вздохнул.
   - Ладно, пошли.
   Мы пошли.
   Дорога была не такой уж долгой, но совершенно не запоминающейся. Белые стены, белые потолки, одинаковые коридоры, лампы на потолках...
   - А ничего у вас тут антураж... - невесело ухмыльнулся я. - Как в фильмах ужасов про больницы.
   - Вы боитесь больниц? - удивился Торквемада.
   - Да, я боюсь врачей, - ухмыльнулся я еще невеселее. - Меня в детстве покусал ветеринар, и теперь я по ночам вою на луну.
   - Я заметил, что вы даже не смотрите по сторонам.
   - У вас выдают призы за наблюдательность? Вы уже один заработали.
   - Алекс, прекратите ерничать.
   - Простите, меня не ознакомили со списком допустимых слов и выражений, которые я могу использовать при общении с вами.
   - Давайте остановимся, у него голова кружится, - снова пришла мне на помощь Ада.
   Торквемада и его трансформеры остановились. Судя по тому, как задергалась жилка на породистом лице главного Инквизитора, ему успокоительное понадобится еще раньше, чем мне.
   - А вы сами не могли об этом сказать? - он прошипел так вежливо, что мне, наверное, полагалось умереть от страха в луже собственных нечистот. Или посыпать голову пеплом... а потом полить ее бензином и поджечь...
   - Кстати... а где у вас можно курить?
   Он не ответил. Потому что материться при подчиненных недопустимо. Заругаться - потерять лицо. Хотя хочется даже не ругаться. Хочется легко и непринужденно свернуть шею одному "ценному экземпляру", так хочется, просто мочи нет. Аж руки чешутся. До кровяных мозолей...
   И самое паскудное, что "ценный экземпляр" об этом знает. И даже на руки смотрит сочувственно. На слегка подергивающуюся жилку. И почему-то на сонную артерию. Внимательно и вдумчиво. Так, что даже зрачки начинают расширяться и сужаться в такт пульсу...
   - Диагностируете? - чуть более непринужденно, чем это требовала ситуация, спросил он.
   Я покачал головой.
   - Я же не доктор Хаус, - спокойно проговорил я. - Моя работа заключается не в том, чтобы ставить диагноз.
   - А в чем? - он меня боится. Они все здесь меня боятся. Люди, которые прицепили мне к ногам браслет с электроимпульсом, чтобы при необходимости обездвижить меня одним нажатием кнопки на маленьком пультике, с которым они теперь не расстаются, они меня боятся. На мне нет наручников, и это нервирует их еще больше. Иллюзия моей свободы - всего лишь иллюзия, так как любое мое неверное движение легко пресечь нажатием одной-единственной кнопки, и они понимают это сознанием, но вот подсознание кричит о том, что надо бежать от меня как можно дальше. Была бы их воля, они бы надели на меня скафандр... а еще поместили бы в саркофаг и держали бы в зарытой комнате. Где-нибудь в бункере. Подземном. На необитаемом острове. В океане. Желательно, вообще на другой планете.
   Наблюдать за этим животным страхом было забавно. Но бестолково. Потому что мне это не давало ничего. Их страх не развязывал мне руки. Скорее, наоборот. Они перестраховывались, словно заполучили Бэтмена. Который с легкостью разнесет в пух и прах все их ловушки. У меня же таких навыков не было. Даже сотой их части.
   Открылась очередная дверь. Мы вошли внутрь.
   И началась работа...
  
  
  
  
  
  
  
  

1

  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"