Лихницкая Валерия: другие произведения.

Глава 05. Рейнгард

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:


Глава 5

  
   - А вот здесь у нас поселение орков. Сейчас, конечно, смотреть еще не на что, но когда строительство будет закончено, я просто потребую, чтобы вы нас снова навестили! Это будет очаровательная деревушка в натуральном орочьем стиле, с соблюдением всех традиционных канонов этого удивительного народца! Мы планируем сделать нечто вроде культурного уголка, это будет не просто деревня, а своеобразный музей-заповедник... Каждый гость нашего города сможет прикоснуться к самобытной культуре, многим доселе неизвестной, познакомиться с бытом орков, поиграть в традиционные игры, отведать блюда национальной кухни... Наконец, просто прогуляться по улочкам, наслаждаясь их незабываемым национальным колоритом! Ведь для нас орки всегда были закрытым народом, но сейчас мы готовы разрушить этот барьер, держащийся веками - представляете, какой это будет прорыв?!
   Серые братья заверили радушного хозяина, что представляют. Очень хорошо представляют. Ну, может, и не очень, но так, хотя бы в общих чертах...
   Это было их ошибкой. Третьей. Второй было согласие на экскурсию по городу, а первой - то, что они вообще решили приехать в этот клятый Рейнгард, будь он неладен!
   - Нет, господа, вы не представляете! - горячо возразил граф Вальдос, обрушивая на них новую волну безжалостного рейнгардского гостеприимства. - Боюсь, вы даже не можете этого себе представить! Я сам долгое время считал свою жизнь яркой и насыщенной, но после знакомства с этой невероятной культурой понял, что раньше не жил вообще! Вы не поверите, я даже подумываю над тем, чтобы оставить службу в Гильдии и уйти в шаманы!
   Один из "серых плащей" решительно шагнул вперед. Вальдос даже на пару мгновений растроганно замолчал, дав бедняге возможность собраться с силами перед таким поступком. Примерно такие чувства вызывает человек, шагнувший навстречу прорвавшейся плотине - все понимают, и он в том числе, что его поступок глуп, что у него нет никаких шансов выстоять, что он обречен. На него смотрят с жалостью и одновременно - с восхищением. Вальдос мысленно смахнул слезу и едва удержался от того, чтобы зааплодировать этому отчаянному пареньку.
   - Простите, граф, все это очень занимательно, - робкая попытка инквизитора настоять на своем выглядела очень трогательно, и Вальдос даже почти проникся к нему симпатией. - Но нам бы хотелось поговорить немного не об этом.
   - И я вас прекрасно понимаю! - расцвел повелитель Рейнгарда. - Разумеется, вы проделали такой долгий путь не для того, чтобы приобщиться к оркской культуре. И мне очень неловко, что я отрываю вас от дел. Но вы же сами знаете, человек, узревший чудо, не может держать его в себе - он должен им поделиться со всем миром, иначе он просто сгорит! Но, в самом деле, я же вас совсем замотал! - спохватился маг. - А вы еще и молчите! Видел бы мой покойный батюшка, как я гостей принимаю, наследства бы лишил и отправил бы скитаться, и это было бы совершенно справедливо! Не предложив ни отдохнуть с дороги, ни поесть, ни попить, ни помыться, сразу повел достопримечательностями хвастаться! Господа, я нижайше прошу у вас прощения и обязуюсь тут же все исправить! И не спорьте, иначе мой папенька поднимется из склепа, и никакие ваши доводы его не остановят, а мне очень дорог покой незабвенного родителя и любимого города тоже. Так что идемте. А за обедом я отвечу на все ваши вопросы, какие только у вас возникнут.
   Святые братья попытались возразить и в очередной раз потерпели поражение. Вальдос не сомневался, что они, конечно же, прошли совершенно нечеловеческую подготовку, что в стенах Ордена их учили противостоять любой силе, но... Все предусмотреть не может даже Великий Инквизитор - и сопротивляться радушным приемам их явно не учили. А зря. Да и что там говорить - будь они хоть трижды святыми, все равно они люди, а у каждого человека есть свои слабости. Почему-то об их человеческой сути очень часто забывают. И напрасно. Нужно об этом помнить всегда. И грамотно использовать.
   Когда распахнулись двери обеденного зала, впуская графа и его гостей, Вальдос понял, что повару просто необходимо выписать премиальные. Пока он таскал серых братьев по строительным площадкам Рейнгарда, повар готовил обед. Готовил, готовил и... приготовил пиршество, достойное самого короля. И, что самое удивительное, без всякой магии!
   Стол ломился от яств, поражая обилием, разнообразием и изысканностью блюд. Как у повара получилось приготовить все это за такой короткий срок, Вальдос понять не мог при всем богатстве своего воображения. Надо сказать, святые братья были в этом вопросе с ним солидарны. Они смотрели на стол с изумлением, к которому примешивался какой-то благоговейный ужас, Вальдосу их даже стало еще жальче - что их там, в Инквизиции, совсем не кормят, что ли?
   - Да, вот так вот мы трапезничаем, в нашей глубинке - развел руками Вальдос, нарушив повисшую паузу. - Ну что стоите, проходите, остынет же все!
   Святой брат в темно-сером плаще - видимо, самый святой из всех присутствующих братьев - пришел в себя самым первым и, пристально посмотрев магу в глаза, процедил сквозь зубы:
   - У меня складывается ощущение, что нас здесь ждали.
   - Ну разумеется! - расцвел гостеприимный хозяин, заметно озадачив непроницаемого инквизитора. - Мы всегда ждем гостей. И всегда им рады. Но еще раз попрошу вас поторопиться - наш повар, конечно, настоящий волшебник, не то что я, но остывшее жаркое значительно утрачивает свои вкусовые качества, так что вы рискуете не получить от трапезы должного удовольствия, а этого он мне никогда не простит.
   Оборона серых дрогнула и... сдалась на милость фаршированных рябчиков, запеченных карпов и прочих шедевров кулинарного искусства.
   Поначалу гости недоверчиво косились на все это великолепие, но Вальдос доверительно сообщил им, что все это можно есть, оно настоящее и не отравленное - повар очень трепетно относится к своим творениям и не разрешит портить свои блюда всякими ядами, пусть даже самыми дорогими. А потом еще предложил гордому обладателю серого плаща поесть с ним из одной тарелки. Это святых братьев просто добило - они все покраснели, как один, и принялись наперебой заверять мага, что ничего такого и не подозревали, и в подтверждение своих слов дружно заработали челюстями.
   Вальдос просиял и, произнеся цветастый тост о доверии, собственноручно разлил вино по бокалам, заявив, что желает скрепить дружбу кровью... лучших рейнгардских виноградников, не оставив инквизиторам ни единого шанса для маневров.
   И тут же совершил ретираду - во-первых, извинился за грубые деревенские шутки. Правда, что из всего сказанного было шуткой, а что нет, пояснять не стал, предоставив господам инквизиторам самостоятельно выбираться из бурлящего потока его словоблудия.
   А во-вторых - сообщил, что готов к разговору и с удовольствием им поведает... Впрочем, что поведает, он еще не знает, потому как не слышал вопросов, но обязательно - с удовольствием.
   Инквизиция в лице темно-серого плаща одобрила благородный поступок графа Рейнгарда и вежливо поинтересовалась, как давно он не был в столице. При слове "столица" завсегдатай балов, приемов и салонов мечтательно закатил глаза.
   - Давно, - тоскливо вздохнул маг. - Очень давно. По моему мироощущению - целую вечность. А что, - вдруг всполошился он, - желе к обеду уже не подают?! Или вино к птице сейчас принято другое?! Или белые с голубым скатерти вышли из моды?! О боги, неужели я здесь так одичал, что пропустил что-то важное?! Если так, нижайше прошу простить мою оплошность, но... Я уже просто чувствую себя невежественной деревенщиной, которая пытается произвести впечатление столичного модника, тряся побрякушками из дедушкиного сундука, - он вдруг опустил глаза на руки, унизанные фамильными перстнями, и засмущался еще больше, - ну или наряжаясь в изъеденный молью камзол...
   - Нет-нет, что вы, - поспешил успокоить расчувствовавшегося графа темный плащ, остальные же просто оторопело смотрели на графа, пытаясь понять причину его треволнений, - в искусстве гостеприимства вам нет равных. Но вы действительно кое-что пропустили.
   - О боги! Я так и знал! - сокрушенно возопил баловень света. - Стоило лишь ненадолго уехать из столицы, и тут же там случилось что-то важное и, скорее всего, непоправимое!
- Если вы считаете, что сапфиры или бриллианты вышли из моды, то могу вас успокоить, - ухмыльнулся инквизитор. - В свете все так же принято блистать, и модники носят все это как в виде крупных камней, так и в виде страз. Не знаю, затронет ли вас то, о чем я сообщу... Свадьба Его Величества отменилась или, как говорят, перенеслась на неопределенный срок.
   - Признаться, вы меня успокоили, - облегченно вздохнул Вальдос и тут же подскочил на месте. - Что?! Как это отменилась?! Боги, я ведь уже заказал портному... - он оборвал себя на полуслове и заговорил голосом, полным сострадания. - Надеюсь, ничего страшного не произошло? Я имею в виду - с Его Величеством, да продлит Всеблагая его дни, или с его прекрасной избранницей?!
   - Если верить имеющимся у меня сведением, с королем все в порядке, а его невеста временно удалилась в одно из дальних поместий Его Святейшества. О причинах переноса свадьбы не объявляли. Но в народе ходят разные слухи - кто-то говорит, что молодые повздорили, кто-то - что невесту сразил неведомый недуг, а кто-то полагает, что на нее было совершено покушение.
   - О боги! - в который раз возопил граф Рейнгард и, даже не пытаясь скрыть любопытство, спросил. - И кем же?
   - А вот это уже совсем неизвестно, - вздохнул инквизитор. - Вариантов много, но какой из них верный... Неужели вы ни о чем не слышали?
   Вальдос сокрушенно развел руками.
   - Вы даже не представляете, как я об этом сожалею!
   - О случившемся? Или о том, что ничего не слышали? - ухмыльнулся темно-серый, потешаясь над незадачливым светским хлыщом.
   - Не стану отрицать - и о том, и о другом, - честно признался Вальдос. - Ведь если бы я что-то слышал, то мог бы вам чем-нибудь помочь, оказаться полезным, а так...
   - А вы так хотите оказаться полезным? - прищурился инквизитор.
   - Ну разумеется! - Вальдос решительно вскочил с места. - В Академии я присягал Светлой Гильдии и своему королю, и мой долг как Светлого мага и законопослушного гражданина - служить Его Величеству. А вы, насколько понял, преследуете ту же цель... Или я что-то не так понял?
   - Ну что вы, граф, вы все поняли верно, - выпив пару бокалов вина, темно-серый заметно осмелел. - Мне вот непонятно другое - как эта новость не догнала вас по пути? По дороге из Эвенкара в Рейнгард столько постоялых дворов, неужели ни в одном из них вы не услышали о событии, о котором буквально кричит общественность?
   Вальдос ослепительно улыбнулся.
   - Общественность может кричать до хрипоты и надрываться, сколь ей будет угодно, - он поднял бокал, салютуя своим гостям, - но вам должно быть известно, что ни по каким дорогам я не ездил и, уж тем более, ни на каких постоялых дворах не останавливался. Вы же об этом хотели меня спросить, не так ли? - Он откинулся на спинку кресла и пригубил вина. - Господа, ваша подозрительность когда-нибудь вас погубит, - усмехнулся маг, - не всегда стоит предпринимать длительные маневры и выуживать нужные вам сведения, говоря намеками - иногда можно просто спросить. Я же сказал, что с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, к чему все эти игры? Итак, - продолжил он, не дожидаясь ответа инквизитора, - как я попал в Рейнгард. Предупреждаю, история будет длинная и слезливая, так что советую запастись провиантом и носовыми платками. Кто не склонен к сентиментальности, может просто есть. И пить. В любых количествах. Все готовы? А дело было так.
   И Вальдос поведал своим гостям красивую и почти правдивую историю о сбившемся с дороги страннике и прекрасной орчанке, похитившей его сердце. История действительно была очень красивая - в ней было все, для того, чтобы обеспечить безбедную старость графу Рейнгарду, если бы он решил бросить все на свете и пойти в менестрели. Если бы он рассказал это при дворе, то на второй день стал бы самой популярной личностью если не в мире, то хотя бы в столице - эта история бы звучала в каждом втором доме Эвенкара, молодежь переписывала бы слова, менестрели дрались за право положить их на музыку... В этой истории было все - страшные чудовища и старинные проклятия, древняя магия и смертельные поединки с вполне современными разбойниками, и, конечно же, всепобеждающая любовь.
   Не было в ней только темного эльфа и Шереилы. О них Вальдос не упомянул ни словом, ни звуком. Во всех поединках с чудовищами ему помогала лишь любовь к прекрасной орчанке, а перенесли их сюда духи предков, заглянув в сердце избранника дщери племени своего.
   Серые братья с явным изумлением слушали его рассказ, и Вальдос их прекрасно понимал - хочешь, верь, хочешь, не верь, но вот он сам, и вот они орки, а еще - деревня, в одночасье возникшая под Эвенкаром на том самом месте, где задолго до того так же внезапно исчезла. Причем, со следами спешных сборов в самой деревне и без единого орочьего или человеческого следа рядом с ней. И ко всему прочему - с печатью невероятно мощной магии. Вот и как понять, врет этот светский хлыщ или действительно так и было?
   - Занятная история, - протянул очнувшийся от глубоких размышлений темно-серый инквизитор. - Никогда не слышал, чтобы орки владели подобным видом магии.
   Губы графа Рейнгарда растянулись в снисходительной улыбке.
   - А они и не владели, - таким тоном, наверное, разговаривают с трудными подростками, которые неожиданно возомнили себя взрослыми и самостоятельными. - И не владеют. Более того, могу вас уверить, что орки ни о чем подобном даже не слышали, - добил их маг и тут же добавил, - до сих пор. А то, что произошло - это просто чудо. Видите, как все просто?
   - Да уж, куда проще, - ухмыльнулся инквизитор. - А теперь объясните мне, как в эту концепцию вписывается Шереила Фрам?
   - Простите? - не понял Вальдос. - А причем здесь Шереила?
   - Нам это тоже очень хотелось бы знать, - инквизитор едва не сиял от радости, предвкушая, как этот напыщенный индюк угодит в силки.
   - Ну что вы как дети, - поморщился Вальдос, - давайте еще в шарады поиграем. Говорю же, хотите спросить - спрашивайте. А вот эти загадки я не понимаю. А чем меньше я понимаю, тем меньше у нас с вами становится шансов на плодотворное и взаимовыгодное сотрудничество.
   - Взаимовыгодное? - переспросил инквизитор. - Я не ослышался?
   Вальдос приподнял бровь.
   - Простите, мне показалось, что я говорю достаточно внятно. К тому же даже моих скромных познаний об Инквизиции хватает на то, чтобы понять, что вы не смогли бы сделать карьеру в Ордене, будучи тугим на ухо. Да и акустика у меня в замке отличная.
   - Граф, на что вы намекаете? - инквизитор выглядел озадаченным - уже который раз за сегодня, и Вальдосу это нравилось.
   - Я ни на что не намекаю, я, в отличие от вас, всегда говорю прямо, - медовый голос придворного хлыща стал ледяным. - Цена вопроса?
   Если бы темно-серый в этот момент ел, то обязательно бы подавился. А так он просто уставился на молодого мага с таким ужасом, словно тот на его глазах превратился в гракха.
   Маг смотрел ему в прямо в глаза и ждал ответа. Игры закончились. Он больше не шутил, не смеялся, он ждал. Спокойно и холодно. И было в этом что-то жуткое.
   - Вы опять что-то не расслышали? - поинтересовался маг.
   - Даже не знаю, что вам сказать, - честно признался инквизитор. - Ваш вопрос прозвучал так неожиданно...
   - Хорошо, я вам помогу, - смилостивился граф. - Там, под Эвенкаром, я ее не встретил. Ни в деревне, ни в ее окрестностях. Когда проклятие упало, меня перенесло в Рейнгард - соответственно, по дороге сюда я ее тоже встретить не мог. В общем, мы с ней разминулись, - он сделал многозначительную паузу, взял бокал и откинулся на спинку кресла, созерцая, как солнечные лучи купаются в вине цвета молодого рубина. - В последний раз я видел ее очень давно - еще в Академии, и где она сейчас - не знаю. Но если она вам так нужна, я мог бы принять участие в поисках. Ну, разумеется, не просто так, а...
   - Граф, а вам не кажется, что говоря эти слова, вы производите впечатление не самого принципиального человека? - возмутился темно-серый.
   Вальдос медленно перевел взгляд на собеседника.
   - Господин Эриас, - впервые произнес имя собеседника граф Рейнгард, и инквизитору почему-то стало не по себе. - Во-первых, я произвожу хрусталь, сапфиры и алмазы, - чем, заметьте, регулярно снабжаю Корону, - а не какое-то там впечатление. Впечатление учатся производить лоботрясы, которые делать ничего более не умеют. Мне это без надобности. Во-вторых, что же касается моей беспринципности - я как-то не припомню, чтобы обо мне ходила слава самого принципиального человека - мне эти глупости никогда в вину не вменяли. Мы живем в довольно непростое время, а у меня город, который надо кормить. Так что бескорыстие - это, конечно, красиво, но не для меня - я слишком за многое отвечаю, чтобы отказываться от денег. И еще такой вопрос - что именно вас так покоробило? Какой из моих поступков показался вам... хм... более беспринципным - то, что я готов вам сдать студенческую подругу или то, что требую с вас за это денег?
   На этот раз темно-серый задумался надолго. Он пригубил вина, сосредоточенно пожевал сыр... с таким серьезным видом, что Вальдос едва удержался от смеха. Такое выражение лица при поедании сыра он видел лишь один раз - в Академии, у одного студента, который назвался экспертом по сырам и заключил пари на всю свою стипендию, что определит сорт, место, время, способ изготовления сыра и еще много чего - Вальдос уже не помнил, сколько там было параметров. Помнил только, что за систематическое обирание однокашников азартного сыроведа выгнали из Академии и... взяли на работу в молочную лавку. Причем, лавочнику непутевого студента порекомендовал Каравалорн - Темный Мастер всегда и везде мог найти компромисс. И не прогадал. Через два-три года паренек открыл один из самых дорогих сырных магазинов столицы, а еще спустя некоторое время стал ведущим столичным экспертом и удостоился высочайшей чести - ко двору поставляли только сыры, прошедшие его проверку. Теперь в столице вообще трудно найти сыр без его именной печати - горлицы, несущей в клюве веточку рябины, в знак памяти о том, что он учился на мага воздуха и земли. Только вот маг из него вряд ли бы вышел толковый, а сыровед получился такой, каких до него вообще не было. И все бы ничего, только непонятно - как все это мог предугадать Каравалорн?
   - Что-то не так? - поймав его взгляд, спросил инквизитор, неуютно поежившись.
   - Нет-нет, что вы, я все так же жду ответа.
   - Простите, граф, - смутился темно-серый. - Позвольте мне объяснить причину моей задумчивости?
   - Буду вам только благодарен, - в голосе молодого Рейнгарда зазвенели серебристые колокольчики - радушие хозяина было готово в любое мгновение вырваться наружу, залить все патокой и засыпать сахарной пудрой.
   - Вы противоречите самому себе. Сначала вы говорите о том, что мечтаете оказаться нам полезным, поскольку вы - законопослушный гражданин, и долг для вас превыше всего. А потом поднимаете вопрос о деньгах, жалуясь на неспокойное время и непомерные траты.
   - Ах, вот что вас беспокоит! - рассмеялся Вальдос. - Ну где же вы здесь увидели противоречие? Знаете, пока вы думали, я позволил себе прогуляться по дорогам своей студенческой юности - то есть углубиться в воспоминания - прошу простить мне эту маленькую бестактность, но все-таки вдали от столичной круговерти я становлюсь сентиментальным. И знаете, что я там нашел? Не поверите - как раз ответ на ваш вопрос. Я вспомнил очень отчетливо, как присягал на верность Гильдии и Короне. Но вот... простите, вашему Ордену я не присягал ни разу.
   Серые плащи повскакивали с мест, рискуя опрокинуть стол вместе со всеми яствами.
   - Господа, спокойнее! - Вальдос невозмутимо потягивал вино, приветливо улыбаясь и при этом не сводя цепкого взгляда с темно-серого инквизитора, словно приковав его к креслу - случайно или нет, но тот оказался единственным из всего отряда, оставшимся сидеть за столом. - Меня совершенно не радует перспектива быть погребенным под всем этим кулинарным великолепием - таких пышных похорон я, право, не достоин. Господин Эриас, не объясните, что так возмутило ваших верных соратников? Я сказал что-то крамольное?
   - Ну что вы, граф, - процедил инквизитор, постепенно доходя до точки кипения, - вы действительно не обязаны нам содействовать. Однако вы сказали, что, не доезжая до деревни, разминулись с госпожой Фрам. Значит ли это, что вы знали о ее местонахождении?
   - Ну конечно, знал, - раздраженно фыркнул Вальдос. - Более того, я ехал как раз за ней - у меня был приказ Архимагистра привезти ее в Эвенкар. Только к чему эти вопросы? Вы же сами это прекрасно знаете, иначе не приехали бы сюда, так ведь?
   - Скажем так, мы ехали сюда не только за этим, - уклончиво ответил Эриас, - Если у вас был приказ Архимагистра привезти Шереилу, то почему...
   - Почему я сейчас не кидаюсь ее искать? - перебил его Вальдос. - Все очень просто - я ведь уже сказал, я присягал Гильдии и Короне. Приказы Архимагистра не обсуждаются. Но если я делаю что-то по делам Гильдии, вовсе не значит, что я то же самое буду делать для всех. Что же здесь странного?
   Эриас знаком приказал остальным серым сесть по местам. Они сели и нахохлились, словно стая голубей на заборе.
   - А если я вам скажу, что Архимагистр Лотар отдал вам такой приказ по просьбе господина Архиепископа?
   Вальдос пожал плечами.
   - Я вам на это отвечу, что меня никогда не интересовали причины тех или иных приказов, а также - характер взаимоотношений моего Архимагистра с кем бы то ни было. Я еще раз повторюсь - я выполняю приказы своего Архимагистра и своего короля. При всем уважении к вашему ведомству, должен заметить, что Его Святейшество ни тем, ни другим не является, а уж вы - тем более. Так что мне непонятно, почему у вас вызывает удивление то, что я не кидаюсь выполнять ваши просьбы - причем, заметьте, устные просьбы, не подкрепленные никаким письменным обоснованием, заверенным печатью Его Величества или Светлейшего Лотара. К тому же, я, кажется, вполне ясно выразился, что вовсе не отказываюсь сотрудничать с вами. Ну да, не бесплатно, но что тут крамольного? Господин Эриас, ваша неискушенность в некоторых вопросах меня просто пугает, - Вальдос закинул ногу за ногу. - Вы же просто не даете гражданам никакой возможности поспособствовать делу Ордена!
   - Что?! - темно-серый, кажется, опешил от такой наглости.
   - Ну вот смотрите, - охотно пояснил Вальдос. - Допустим, человек приходит к вам, предлагает свои услуги в качестве информатора. Ну да, не бесплатно, однако, согласитесь, что всякий труд должен быть оплачен. А вы вместо того, чтобы воспользоваться его услугами, принимаетесь читать ему мораль. И таким образом теряете потенциального сотрудника. Мне импонирует ваша честность и порядочность, но... иногда не стоит забывать о цели, которую вы преследуете. Впрочем, это ваше дело, - снова отступил Вальдос, давая инквизитору возможность придти в себя, - и учить вас выполнять вашу работу я не собираюсь - во-первых, это нетактично, во-вторых, вас есть кому учить, а в-третьих - вы в этом не нуждаетесь, поскольку и так прекрасно с ней справляетесь, о чем свидетельствует цвет вашего плаща, - граф одарил Эриаса одной из своих самых доброжелательных улыбок. - Предлагаю поднять бокалы за солидарность, дружбу, взаимопонимание и... перейти к сладкому.
   - Простите, но...
   - Ой, это вы простите, - всплеснул руками Вальдос. - Не хотите сладкого - могу вам предложить второе горячее или закуски, у нас запланировано еще три или четыре смены блюд, я не помню точно. Просто вы так неохотно едите, вот я и испугался, что до сладкого дело не дойдет, и вы даже не попробуете наших десертов, а они просто изумительные! Но мы можем пойти на компромисс - я прикажу, чтобы подавали десерт, но закуски не убирали...
   - Вы во всем стараетесь найти компромисс, - скривился инквизитор.
   - А как же! - изумился Вальдос. - Знаете, если бы я жил в каком-нибудь монастыре, я тоже бы мог ни о чем не думать, кроме как о чистоте духовной. Потому что обо всем остальном за меня думали бы другие люди - казначей ордена, повар, комендант и прочие специально обученные люди. Но я не могу позволить себе такой роскоши - на мне висит такое количество обязанностей, я столько всего должен обдумывать каждый день, что на размышления о душе у меня уже не хватает ни сил, ни времени.
   - Вы страшный человек, граф Рейнгард, - протянул темно-серый.
   Вальдос округлил глаза и залился звонким беззаботным смехом.
   - О боги! - простонал он, не в силах остановиться. - Инквизиция считает меня страшным человеком! Это самый лучший анекдот, который я слышал за последние несколько лет, - он изящным движением извлек из кружевного манжета тончайший белоснежный платок и легко коснулся им глаз, утирая выступившие слезы. И тут же добавил совсем другим голосом, жестким и холодным, - надо бы своим должникам рассказать. Пусть посмеются.
   Инквизитор только вздохнул и покачал головой - этот светский хлыщ даже сам не понимал, насколько он ужасен. Удивительно, как под такой поистине совершенной внешностью может скрываться столько лжи, лицемерия и жестокости. Белокурый граф с глазами святого или младенца при ближайшем рассмотрении оказался жадной и лживой продажной тварью, не признающей никаких авторитетов и не останавливающейся ни перед чем для достижения своей цели. Причем, и цели-то у него мелкие - его интересуют ни идеи, ни люди, а... просто деньги. И это ведь еще можно было бы понять, если бы он бедствовал. Но ведь у него все есть - он сидит на приисках и вообще считается одним из самых богатых людей Эвенкара... Омерзительная личность.
   - Граф, - губы Эриаса скривились в презрительной ухмылке, - а если я спрошу вас о местонахождении Магистра Ариона, вы тоже будете уточнять цену вопроса?
   Вальдос приподнял бровь.
   - Простите, вероятно, я один не понимаю, о чем речь? Я был назначен распорядителем упомянутого господина?
   Инквизитор откинулся назад, не сводя пристального взгляда с лицемерного красавчика.
   - Когда вы его видели в последний раз, не припомните?
   Столичный повеса недоуменно пожал плечами.
   - Вот... прошу прощения, но действительно не припомню. В столице я веду довольно... гм... активный образ жизни - я часто бываю на балах, приемах, посещаю салоны, и практически каждый день мне приходится общаться с огромным количеством народа. Если бы я всех их запоминал, то сейчас не разговаривал бы с вами, а лечился бы у какого-нибудь ментата от расстройства мозговой деятельности.
   - То есть, вы не запоминаете никого, с кем общаетесь? - недоверчиво фыркнул Эриас.
   - По большей части да, - ничуть не смутился граф Рейнгард. - Исключение составляют те, с кем я общаюсь часто и плотно. И, разумеется - женщины. Но господин Арион не относится ни к какой из этих категорий. Тем более, что присутствовать на одном и том же балу и общаться - это разные вещи. А мы с господином Магистром не в тех отношениях, которые располагали бы к общению, - с видимой неохотой признался Вальдос. - А после того, как Светлейший отдал мне Солэр - бывший замок Магистра, мы вообще стараемся друг друга не замечать. И у нас это, надо сказать, довольно хорошо получается. А почему вы спрашиваете?
   Темно-серый приосанился и даже как-то стал выше ростом.
   - Магистр Арион, - заговорил Инквизитор таким голосом, каким обычно зачитывают приговоры, - разыскивается Святым Орденом для дальнейшего разбирательства его противозаконной деятельности, как то: неоднократное нападение на представителей Инквизиции, участие в запрещенных ритуалах совместно с черными магами, так же признанных вне закона. Магистр был лишен всех своих владений и отправлен в ссылку главой Гильдии. Но по некоторым сведениям, мятежника видели в разных местах. Его сопровождает вооруженный отряд светлых магов, к которому присоединилось несколько темных, среди которых - муж Шереилы Фрам.
   - Сногсшибательно! - Вальдос выглядел потрясенным до глубины души. - Так ненадолго отлучиться из столицы - и так много пропустить! Значит, Арион теперь мятежник? Ну и прекрасно, значит, совестью по поводу замка Солэр можно не мучиться. А с этими душевными переживаниями недолго бессонницу заработать, а это портит цвет лица.
   - Граф Рейнгард! - не выдержал темно-серый. - Прекратите паясничать!
   - Простите? - маг недоуменно приподнял другую бровь.
   - Бессонница - это единственное, что вас беспокоит в этой ситуации?!
   - Ну во-первых, - Вальдос провел руками по скатерти, разглаживая несуществующие складки, - бессонница меня не беспокоит. Во-вторых, я не понимаю, какой реакции вы от меня ждете - я что, должен рыдать, биться головой об пол, жевать салфетки и рвать на себе волосы на всех местах? Да, я удивлен событиями, развернувшимися во время моего отсутствия, но, простите, Арион мне не сват, не брат, не друг и не родственник, чтобы меня как-то беспокоила его судьба - это раз, а я - не глава Гильдии, чтобы отвечать за каждого Магистра - это два. Он ослушался Лотара? Что ж, сочувствую Лотару - старику, должно быть, обидно, что его воспитанник, повзрослев, пошел против своего учителя. Он напал на Инквизицию? Сочувствую Инквизиции - согласен, очень неприятно, когда на тебя нападают, особенно если это - вооруженный отряд, состоящий из разнокалиберных магов. Однако я не знаю подробностей этих конфликтов, и они мне, честно говоря, не очень интересны. То, что Арион бросает тень на Гильдию - ну да, хорошего в этом мало, но этот вопрос вне моей компетенции. И еще, господин Эриас, - голос Вальдоса становился все холодней с каждым словом, - ответьте мне на такой вопрос - какое вы имеете право делать мне замечания по поводу моего морального облика? Не хочу показаться неучтивым, но вы не у себя дома - это раз, и я не ваш подчиненный - это два. Вскакивать не надо и изображать оскорбленную невинность тоже - вы не девственница, а я не капрал, - серая стая дернулась, но с места не сорвалась, зато поднялся сам Вальдос - спокойно и небрежно, словно на великосветском приеме, он прошелся к кувшину с вином и разлил его по бокалам. - В общем, так, - подытожил он, вернувшись к столу, - что я могу на все это сказать. Ни по одному из этих дел на данный момент я никакой информации не имею. Но, - он обвел всех взглядом, - думаю, мы с вами могли бы сотрудничать - разумеется, в том случае, если вы отбросите свои предрассудки.
   Темно-серый хотел что-то спросить, но под ледяным взглядом мага Воды и Воздуха как-то сразу стушевался, и вопрос остался невысказанным. Вальдос не стал садиться в кресло и продолжал стоять, гордо возвышаясь над столом с яствами, словно полководец над картой, по крайней мере, у старшего инквизитора возникло именно такое ощущение.
   - Итак, по делу Шереилы - продолжил граф Рейнгард, - как я уже сказал, меня интересует цена вопроса. Я не требую от вас ответа сразу же, поскольку понимаю, что вам нужно будет обсудить это со своим руководством. Далее. После того, как мы с вами придем к единому мнению, мы приступим к обсуждению самого дела, и тогда я вам скажу точно, берусь я вам помогать или нет, и если да, назову окончательную цену. Ну сами понимаете, это зависит от того, что вам нужно - например, если от меня потребуется проинформировать вас о ее прибытии в город или о какой-нибудь случайной встрече, если таковая произойдет - это одни затраты, а если ее нужно будет выследить и привезти вам - совершенно другие.
   - А вы не хотите сразу узнать...
   - Нет, - перебил Вальдос, - не хочу. Меньше знаешь - крепче спишь. Мне почему-то кажется, что это не та информация, которая прибавит мне здоровья и душевного равновесия, так что чем позже я о ней узнаю, тем лучше. А что касается Ариона... - маг задумался, - то в этом вопросе мне нужно будет посоветоваться с моим Архимагистром, возможно, у него будут какие-либо особе указания. Если нет, я с радостью вам помогу. Правда, не обещаю каких-то активных действий - Арион не Шереила, у нас с ним пратически нет точек соприкосновения, таких, как общие знакомые, студенческие воспоминания, и главное - он не женщина. А вот информацию о нем собрать - это пожалуйста. Разумеется, после моих уточнений у Лотара и обсуждения цены. Если вас не устраивает такой расклад - простите, другого предложить не могу.
   В обеденной зале повисла тишина. В этой тишине было слышно, как ломается мировоззрение инквизитора. Вальдосу было жалко его до слез, но... что поделаешь, это жизнь. Светлые маги не обязательно добры, также как и эльфы не всегда учтивы, а орки - свирепы. Реалии мира не всегда совпадают с идеалами, с этим надо смириться. Инквизитор смиряться не хотел и напряженно думал. Бедолага... Вальдос, чувствуя себя полной скотиной, развенчивал миф за мифом, сложившиеся вокруг Гильдии Света.
   - Я догадываюсь, о чем вы сейчас думаете, - граф Рейнгард вложил в свою очередную лицемерную улыбку максимум сочувствия, на которое только был способен... вернее, какое только мог изобразить. - Вас потрясает отсутствие кристальных принципов у светлого мага? Должен вам открыть одну простую истину - Светлая и Темная гильдии отличаются лишь набором учебных дисциплин, к принципам, этике, морали, и прочей ерунде цвет гильдии не имеет никакого отношения.
   - Очень жаль. А между тем многие идут учиться на светлых магов именно под влиянием этой красивой сказки...
   - А на темных - под влиянием некрасивой? - усмехнулся Вальдос. - Да бросьте! На магов идут учиться те, у кого есть к этому способности. А для идеалистов, жаждущих изменить мир, есть Инквизиция. Ваш Орден прекрасно справляется со своей задачей, занимая ту самую культурную нишу, о которой вы говорите. Именно к вам идут те, кто хочет достичь совершенства и сделать мир чище. Или я что-то путаю?
   - Да нет, ничего, - стушевался темно-серый.
   - Дабы пощадить вашу психику, замечу, что, согласившись предоставить вам информацию, если таковая появится, о Шереиле Фрам и Магистре Арионе, я не нарушаю никаких принципов - Шереила относится к Темной Гильдии, коей я не присягал, а Арион - мятежник, и остановить его - долг каждого светлого мага. Так что зря вы так переживаете - совесть моя чиста, как слеза младенца.
   - Рад за вас, - пробурчал темно-серый, поднимаясь из-за стола. - Благодарим вас за оказанный прием. Думаю, мы все обсудили, так что не будем злоупотреблять вашим гостеприимством.
   - Ну что вы, мне не в тягость, - просиял Вальдос. - Но... Так уж и все?
   Эриас вспыхнул.
   - Мы будем рады получить от вас какую-либо информацию. О вознаграждении можете не беспокоиться - сумма, которую вы получите, вас более чем устроит, я бы даже сказал, порадует. Мы ценим вашу помощь и понимаем, какие траты бывают при застройке города. Мы умеем быть благодарными.
   - Я в этом никогда не сомневался, - на губах золотоволосого мерзавца играла такая искренняя улыбка, что по ним хотелось ударить чем-нибудь тяжелым и грязным, например, сапогом. Эту мысль инквизитора
   Вальдос прочел, даже не будучи ментатом, и улыбнулся еще искреннее. - Приятно осознавать, что в мире есть хоть одна организация, которой можно доверять. Буду рад помочь, - учтиво поклонился граф Рейнгард.
   Серая стая ответила на поклон и потянулась к выходу.
   - Да, еще один вопрос, - обернулся Эриас. - Нами был зафиксирован довольно сильный магический выброс недалеко от города.
   - В какой стороне, не уточните? - живо заинтересовался Вальдос. - Просто у нас идет строительство, и я периодически балуюсь разного рода заклинаниями - уж хочется поскорее все это доделать, сами понимаете. Но если это считается нарушением, я могу заплатить штраф... Простите, не знал, что...
   - Нет-нет-нет, - успокоил графа темно-серый, но по лицу его было видно, что он с удовольствием взял бы штраф - только чтобы проучить сребролюбца. - Никто не запрещает использовать светлую магию в мирных целях. Нас заинтересовало другое, - инквизитор приосанился, приготовившись наблюдать, как сейчас сникнет самодовольный граф Рейнгард. - Вы, насколько я помню, маг воды и воздуха?
   Вальдос распахнул свои небесно-голубые глаза, изумленно взмахнул ресницами и тут же потупил взор, покраснев, как школьница. Эриас даже немного растерялся, пытаясь понять, что в его словах могло вызвать такую реакцию графа, но переспрашивать не решился, дабы не спровоцировать новый приступ словоблудия у не в меру болтливого мага. Паузу он выдержал стоически, сконцентрировав внимание на том, чтобы пальцы правой руки не сжимались в кулак.
   - Мне, право же, очень лестно, что Святой Орден так живо интересуется моей биографией, - смущенно проворковал маг, - но я, признаться, этого не достоин... - Эриас едва не заскрипел зубами и уже был готов высказать все, что думает об этом мерзавце, но тот снова взмахнул ресницами и одарил инквизитора чистым и прямым взглядом честного и благородного человека. - Да, я имею честь быть магом Воды и Воздуха.
   Инквизитор даже не удивился тому, как легко соскользнуло с уст негодяя слово "честь", и едва удержался от того, чтобы съязвить по этому поводу.
   - Прекрасно, - сдержанно кивнул темно-серый. - Но, видите ли, проблема в том, что волна магической энергии проходила по земле. А еще точнее - под землей.
   - А, вы про шахту? - не задумавшись ни на мгновение, спросил Вальдос. - Да, было дело. У нас штольню затопило, пришлось повозиться. Слава богам, никто не пострадал - вода залила часть старой шахты, заброшенной, в которой уже давно не ведется никаких разработок - порода там истощилась еще при моем батюшке, но зарывать ее не стали, думали все, мало ли, может, еще что появится... Если вы сомневаетесь в моих словах, можем туда прогуляться, - предложил маг. - Или прокатиться, что после еды может и не полезнее, но приятнее. Это недалеко. У вас есть карта? Давайте покажу.
   Эриас, не сводя глаз с самоуверенного наглеца, одним движением выхватил карту из внутреннего кармана мантии и протянул ее магу.
   - Спасибо. Только не сжигайте меня взглядом, не растаю, - слова графа никак шли в разрез с его очаровательной улыбкой, и инквизитору уже в какой раз стало не по себе.
   - Мы сжигаем не взглядом, - не сдержался Эриас.
   Вальдос благодушно рассмеялся.
   - Не сомневаюсь. А что, вы собираетесь мне это продемонстрировать? - весело спросил он.
   - Пока нет.
   - Пока? - небесно-голубые глаза излучали такой свет, что Эриас даже не знал, что раздражает его больше - наглые слова самовлюбленного хама или невинный тон, которым они произносятся. В голосе графа не было ни намека на вызов, он говорил так, словно вел милую беседу в музыкальном салоне, о погоде или о еще каких-нибудь ничего не значащих мелочах.
   - Да, пока, - кивнул Эриас, уже понимая, что этот бой он проиграл. - Знаете ли, повода нет, - все же попытался съязвить инквизитор. - А без повода...
   - Не положено, понимаю, - участливо кивнул Вальдос. - Что ж, сочувствую. Итак, вот наша шахта, - ткнул он пальцем в карту, переходя на деловой тон. - Ну что, едем?
   Инквизитор какое-то время молча смотрел на карту, словно пытаясь найти в ней ответы на свои многочисленные вопросы, но потом все же оторвался от нее, глубоко вздохнул и покачал головой.
   - Думаю, в этом нет надобности. Вы указали абсолютно верно - магический выброс был именно там. Простите за то, что доставили вам беспокойство...
   - Ну что вы, господа, о каком беспокойстве вы говорите! - развел руками повелитель славного города Рейнгарда. - Напротив, мне было очень приятно с вами пообщаться. У вас такое тонкое чувство юмора, - маг просто светился от радости, и Эриас понял, что запутался окончательно. - Если я вас чем-то обидел, прошу меня простить, - поклонился Вальдос. - А также позвольте повторить приглашение - помните, о чем мы говорили? Как только мы закончим со строительством, будем рады вас видеть в числе почетных гостей.
   - Да, разумеется, это большая честь...
   - Учтите, я очень сильно обижусь, если вы не приедете...
   Дальше следовал долгий обмен любезностями. Когда инквизитор уже почти вырвался из цепких клещей вальдосовского гостеприимства, маг неожиданно предложил произвести обыск...
   - Ой, простите, я хотел сказать - осмотреть замок! - тут же поправился граф и потащил весь отряд по нескончаемым галереям и комнатам.
   Замок оказался большим. И красивым. И даже не просто замком, а настоящим музеем. А его хозяин - великолепным рассказчиком. С каждым портретом, с каждой комнатой, да что там - с каждым подсвечником, витражом и кажется, даже с каждой пылинкой, была связана своя история. Очень интересная и захватывающая. Через полтора часа экскурсии по замку инквизитор был готов просить пощады, а где-то на середине осмотра он сдался, понимая, что живым отсюда он просто не выберется.
   Хозяин очень опечалился, но все же разжал "клещи", взяв с многострадальных гостей клятвенное обещание непременно сюда вернуться, как только представится возможность, и продолжить осмотр. Однако радоваться было рано - повелитель Рейнгарда изъявил желание проводить гостей до городских ворот, так что настоящую свободу серые браться почувствовали, только выехав из города.
   Эриас был готов проклинать тот день, когда ему пришла в голову мысль вызваться добровольцем для этой поездки, и теперь мечтал только об одном - чтобы более никогда и нигде не встретить даже случайно этого напыщенного блондинистого мерзавца. Всю дорогу он думал о том, как несправедливо бывает мироздание - ну в самом деле, родиться в такой хорошей семье, обладать такой внешностью, иметь такой солидный доход, состоять в Светлой Гильдии магов, и при этом быть таким мелочным, подлым и во всех отношениях отвратительным типом. То, что он не имеет никакого отношения к Ариону и прочим мятежникам, было понятно с самого начала - он слишком дорожит своим городом, своими сокровищами и своим положением в обществе, чтобы впрягаться во всевозможные сомнительные авантюры. Ему есть что терять, и ничего из этого он терять не намерен. К тому же, человек с подобными принципами - вернее, с отсутствием таковых, просто не способен все бросить и пойти драться "за идею". Его идеал - это безбедная сытая жизнь, блистание в свете и ничего более. Все это он получает, будучи преданным слугой Лотара, и всех это вполне устраивает.
   Единственно, что не увязывается в эту историю, так это страстная любовь к орчанке... Хотя, почему бы и нет? Граф Рейнгард при всем прочем молод и безрассуден, почему бы ему не влюбиться? Ну, долго его любовь вряд ли продлится, и жениться на своей избраннице он не будет, но сейчас... Тем более, что любовь любовью, а выгоду он из этого уже поимел, и вскоре поимеет еще больше - сейчас он получил дешевую рабочую силу в виде орков, которые будут заниматься всеми стройками города, а также всей черной работой, и еще - гробиться в шахтах, при этом вознося хвалу до небес своему благодетелю. А он еще экскурсии сюда водить будет и всем "оркский быт" показывать, состригая со всех посетителей денег на новые наряды бело-голубого цвета. Эриаса даже передернуло. Перед глазами стояли невинно чистые глаза златокудрого графа, его радушная улыбка и... огромная галерея, которую он обещал дойти до конца. При одном воспоминании о проведенном визите Эриаса начинало колотить, как в лихорадке. Он несколько раз глубоко вздохнул, приходя в себя, и поклялся больше никогда в жизни ни под каким предлогом не переступать порог не то что самого замка, а вообще не подъезжать даже близко к городским воротам. Каким бы ни был прекрасным этот город, каким бы ни были изысканными его вина, кухня - вкусной, а гостиницы - роскошными, все, даже чистой воды алмазы, меркнет перед удушающим гостеприимством графа Вальдоса - человека, с которым Эриас пообещал себе вообще более никогда не встречаться. Вряд ли у него будет какая-то уникальная информация, которую нельзя будет получить из других источников. Последний раз обернувшись в сторону города, Эриас пришпорил коня. Отряд серых братьев последовал за ним.
  
  

***

  
   Вальдос сидел в кресле, скрестив ноги и совершенно не по-аристократически забросив их на стол. День еще не закончился, но он приказал задернуть шторы и зажечь свечи. Граф Рейнгард изволил чудить. И пить вино в своем кабинете. Из бутылки. Слуги взирали на своего хозяина с благоговейным трепетом и всем видом выражали готовность выполнить любую его прихоть, какой бы абсурдной она ни была. Вальдос это понимал и старался их не шокировать. Хотя очень хотелось.
   - Спиваешься?
   Вальдос закрыл глаза и сделал большой глоток. Открыл. Видение не прошло. В дверях действительно стояла Шереила. Граф Рейнгард молча кивнул.
   - Могу поделиться, - он опустил руку под стол и выудил оттуда еще одну бутылку.
   - О боги! Сколько их там у тебя?
   - Много, - признался Вальдос, - но недостаточно...
   - Да уж, - Шереила прошлась по кабинету, заглянула под стол, бросила взгляд на плотно закрытые шторы и присвистнула. - По какому поводу банкет?
   - От меня сбежала инквизиция...
   Глаза Шере превратились в два удивленных блюдца.
   - Инквизиция? Местная?
   Маг устало качнул головой.
   - Нет... Инспектирующая. Из Эвенкара.
   Шере открыла рот, но ничего не сказала, только вздохнула изумленно. Вальдос, не глядя на нее, откупорил бутылку и протянул ей. Она также молча взяла, сделала глоток, и только после этого дар речи к ней вернулся.
   - Рейнгард... Ты страшный человек!
   - Они тоже так сказали, - отрешенно кивнул повелитель славного города.
   Шере только развела руками и села на край стола, с восхищением глядя на того, кого всегда искренне считала раздолбаем.
   - Когда придешь в себя, расскажешь?
   Он кивнул.
   - Но не сейчас, - он снова припал к горлышку бутылки.
   Жена некроманта понимающе кивнула.
   - Может, Линару позвать? - предложила она.
   - Линару? - переспросил Вальдос. - Не, не надо... Завтра - возможно...
   - Тогда может, Лариуса? Он ментат, хорошо голову разгрузить может...
   - Шере, я не болен, - граф Рейнгард прикрыл глаза. - Я просто устал. Очень. И не хочу никого видеть. Извини.
   - А Урфис?
   - Что Урфис?
   - Ее ты тоже не хочешь видеть?
   - Шере, - Вальдос вздохнул так, как будто на нем пахали. - Видищь ли, Урфис - моя невеста. А за невестами полагается ухаживать. И вести себя при них крайне корректно. А я сейчас не в том состоянии...
   - Рейнгард, ты дурак, - вынесла вердикт Шереила.
   - Ты повторяешься.
   - И буду повторяться, пока ты не поумнеешь.
   - Шере, - простонал Вальдос, - я столько сегодня говорил, что... Не обижайся, но... оставь меня в покое на денек, а? Я завтра приду в себя и снова буду добрым, милым и готовым вступить с тобой в словесную пикировку. А сейчас...
   - Не переводи тему. Я не про себя, я про Урфис.
   - Шере, отстань, я прошу тебя.
   - Отстану. Только скажи, ты что, думаешь, что если она тебя увидит в таком состоянии, то откажется выходить за тебя замуж? Или что она потребует от тебя, чтобы ты ее развлекал и элегантно за ней ухаживал? Или...
   - Шере, я сейчас сам уйду.
   - Не уйдешь, ты уже достаточно выпил.
   Вальдос молча отвернулся.
   - Итак, если ты считаешь, что Урфис...
   - Что бы я ни считал, я не собираюсь с тобой ее обсуждать.
   - Это правильно. Но не сейчас. Ну ладно, не говори, кивни только. Ты действительно считаешь, что твоя невеста, увидев своего любимого в таком разбитом состоянии, не поспешит к нему на помощь, а начнет строить из себя гордую дщерь племени орков? То есть, по-твоему, она такая самовлюбленная равнодушная гадина или безумная ханжа? Не смотри на меня волком, но, своим поведением ты показываешь, что думаешь о ней именно так, этот вывод напрашивается сам собой.
   - А у тебя никакой вывод не напрашивается, как я о тебе думаю, показывая это своим поведением? Или я невнятно показываю?
   - Рейнгард, не психуй!
   - Шере, - Вальдос, не открывая глаз, потер руками виски, - я сегодня весь день провел в обществе Инквизиции. Мне кажется, я имею право после этого просто немного посидеть в своем кабинете. В тишине и спокойствии. Также я имею право делать в этом кабинете все, что мне заблагорассудится - даже если мне приспичит погрызть мебель или пожевать шторы, это никого, кроме меня не касается. В том числе, я имею право пить и психовать - столько, сколько захочу. И я буду это делать, независимо от того, что ты об этом думаешь. А теперь выйди, пожалуйста, из моего кабинета и скажи, чтобы сюда никого не пускали. Ни-ко-го. Еще раз извини, если обидел.
   Голос графа был ровным тихим, если не сказать - мертвым. Шереила, глубоко вздохнув, поставила бутылку и пошла к выходу. У самой двери она обернулась:
   - Если тебя интересует, я не обиделась.
   - Дико рад, - не меняя тона, проговорил Вальдос.
   - Я за Урфис, - сообщила она, и граф снова протяжно застонал, проклиная тот час, когда Шереила решила простить ему все прегрешения и стала считать его своим другом.
  
   Шереила ушла. Урфис не приходила. Вальдос пил.
   Вино в этом году удалось на славу - этот урожай затмил все предыдущие. Это отметили даже самые тонкие ценители, и красное рейнгардское стало просто "золотым". Вальдос пил самое дорогое в мире вино и думал над тем, как бездарно он тратит свои собственные деньги - вино его в очередной раз не брало, и ему оставалось наслаждаться его изысканным вкусом, о котором многие - не столь удачливые виноделы, могут только мечтать.
   Кстати, пора уже, что ли, заканчивать с вином и переходить на что-то более крепкое, на коньяк, например - ну сколько можно переводить продукт?! Вальдоса несколько порадовало то, что ему, наконец, пришла в голову здравая мысль, значит, все уже не так плохо, и повреждения, нанесенные его сознанию инквизицией, а затем - Шереилой, не столь значительны, а главное - поправимы. Ничего фатального. Хотя... в случае с Шереилой, нельзя ни от чего зарекаться.
   Вот, например, она пообещала привести Урфис. Ну зачем?! Чтобы, как она правильно сказала, невеста посмотрела и разочаровалась? И теперь Вальдос должен сидеть и думать, как вести себя, когда придет орчанка - и это в тот момент, когда ему ни о чем думать вообще не хочется. Даже о той, о которой думать хочется всегда.
   Но с другой стороны - а вдруг она не придет?! Гракх бы разорвал эту Шереилу, только душу растревожила, и теперь сиди и думай, чего больше хочешь, чтобы пришла Урфис, или чтобы не приходила... Или, вернее, чего больше боишься... Вальдос сбросил ноги со стола и пошел за коньяком.
   Постояв у буфета, он какое-то время раздумывал, брать бокалы или нет - все-таки вино он пил без каких бы то ни было приспособлений. Но если вино пить из бутылки - это еще куда ни шло, то коньяк... Но с другой стороны, если хочешь напиться, бокалы как-то отвлекают. Размышлял он, впрочем, недолго - меньше минуты, думая над тем, что победит - желание наплевать на все на свете или просто напиться или же врожденный аристократизм - вернее, воспитание, вбитое покойным батюшкой, мечтавшего вырастить идеал современного дворянства. Победило воспитание. Вальдос взял бутылку вместе с бокалом и уже повернулся к столу, как в дверь постучали.
   - Можно?
   Услышав этот низкий грудной голос, Вальдос почувствовал слабость в ногах - только не говорите, что вино, наконец, подействовало!
   Не дождавшись ответа, орчанка приоткрыла дверь.
   - Если тебя не затруднит, захвати второй бокал, пожалуйста, - проговорила она, глядя на неподвижную статую графа Рейнгарда у буфета.
   Вальдос кивнул.
   ­ - Ты сейчас смотришь на меня, как тогда, в лесу, - усмехнулась Урфис. - Когда ты принял меня за чудовище и решил, что я тебя съем.
   Маг вздрогнул и встрепенулся.
   - Нет, что ты, я не считаю тебя чудовищем... то есть...
   Орчанка рассмеялась.
   - Ты как всегда любезен, маг! - пророкотала она. - Сказать невесте, что не считаешь ее чудовищем - верх куртуазности. Шереила рассказывала, что ты при дворе невозможно популярен. И теперь я начинаю понимать, отчего по тебе сходят с ума все женщины столицы.
   Граф Рейнгард опустил глаза, чувствуя, как заливается краской.
   - Урфис, я...
   - Молчи, - перебила его орчанка. - Я не должна была говорить тебе колкости, зная, как ты устал. Прости, это очень нехорошо с моей стороны... но удержаться я не смогла. У тебя был такой смешной вид...
   Она подошла к нему совсем близко, пахнув на него ароматами шаманских трав, взяла из его рук коньяк, бокалы, поставила на стол, после чего вернулась и взяла его под руку.
   - Урфис...
   - Я знаю, ты в состоянии передвигаться. Есть много вещей, которые мужчина сам выполнить в состоянии, без помощи женщины. Но это не значит, что он должен это делать... Маг, по твоему цвету кожи я вижу, что из всего того, что могут самостоятельно сделать мужчины, первое, что пришло тебе в голову, это...
   - Урфис, умоляю тебя... - простонал Вальдос.
   - Прости, любимый, - орчанка неожиданно мягко улыбнулась и поцеловала его в губы. - Ты сейчас такой беззащитный, что мой инстинкт охотника не может оставаться в стороне. А теперь садись в кресло и не мешай мне работать.
   Прежде чем Вальдос что-либо понял, он уже сидел в кресле с бокалом коньяка в руке, а Урфис расставляла по комнате благовония, зажигала свечи - только не рейнгардские, а свои, шаманские, что-то напевая, непонятное, но завораживающее. Через несколько минут у мага возникло полное ощущение, что он в каком-то святилище наблюдает за свершением какого-то ритуала, причем, не просто наблюдает, а принимает в нем самое непосредственное участие.
   Не прекращая напевать, орчанка присела у его ног, разула и, совершенно незаметно скользнув к порогу, вернулась оттуда с... тазиком, полным воды! В тазу плавали разноцветные лепестки неизвестного Вальдосу растения, с дурманящим ароматом, и когда Урфис опустила туда его ступни, а потом начала их разминать, не прекращая своего волшебного пения, маг понял, что готов каждый день приглашать Инквизицию, только чтобы вот это повторялось... Потом она нежно обтирала ступни полотенцем и смазывала какими-то кремами, потом - о боги! - двинулась выше и, приказав не двигаться, избавила его от одежды...
  
   Что было дальше, показалось Вальдосу невероятным сном, хотя... как он и предполагал, гордая дщерь племени орков не допустила ничего такого, в чем могла бы обвинить ее общественная мораль. Ее пальцы прошли по всему его телу, от ступней до головы, исключив запрещенные места. Она разминала мышцы, ласкала кожу, втирала масла, посыпала травами, прикладывала камни и использовала еще множество своих шаманских штучек. От ее прикосновений Вальдос сходил с ума, но она его тут же его успокаивала, приговаривая: "Это не то, что тебе сейчас нужно". Вальдос в этом аспекте с ней не был согласен, но она предлагала взамен столько всего интересного и восхитительного, что он не спорил, боясь лишиться и этого. Как он оказался на диване, он не помнил - все происходящее у него слилось в один разноцветный туман, в котором он чувствовал себя на вершине блаженства. Уже засыпая, он получил еще один поцелуй своей невесты вместе с пожеланием спокойной ночи и понял, что со свадьбой затягивать больше нельзя.
   Но сказать ничего не успел - магия орков его победила, и он провалился в сон. Снились ему инквизиторы, бегающие по полу, как тараканы, такие же маленькие и изворотливые, и Урфис, изгоняющая их и прочую нечисть своими шаманскими благовониями и веником из каких-то культовых оркских растений. Инквизиторы смешно лопались и дохли, она их выметала веником, а потом приходила к нему, и они долго и сладко занимались любовью...
   Нет, все-таки свадьбу надо сыграть как можно скорее - прямо сейчас... или хотя бы утром. Да. Точно. Утром. На рассвете. Или раньше. В общем, сразу, как закончится сон... потому что прервать его на таком моменте было бы издевательством над самим собой, а также черной неблагодарностью по отношению к судьбе, которая дарит такие сладкие сновидения, с которыми не хочется расставаться.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

19

  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"