Лиманов А. Ю.: другие произведения.

Юношеская литература

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Юношеская литература
  
  Песня звучит всегда. Даже в старости, когда наслаждение колышется бархатным покрывалом, баюкая душу и согревая дыхание, даже тогда песня живет. Но в юности... о, как горит она, выжигая легкие, расплавляя ум!...
  Юношеский рассудок неотделим от плоти. Вожделение, стыд, беспричинная ярость - порывы души и тела мгновенны и охватывают весь организм разом, вдруг. Куда влечет песня жизни? Ха-ха-ха! Жалкие юнцы, падающие звезды. Никуда она не влечет, она просто сжигает пелену мира, заслоняющую переливчатый огонь реальности от взора. Но молодость не успевает всмотреться, да и не хочет. Она просто бросается в него, как котенок прыгает на ветер, играющий травой, как щука хватает тень пескаря.
  
  Очень хочется прикоснуться к настоящей, чужой и осязаемой вещи. И с восторгом почувствовать, как этим прикосновением она становится твоей. Но самое жгучее желание - поймать, удержать то мгновение, когда эта вещь действительно существует, живет.
  Вот, этот кованый нож, с ребристой костяной рукоятью, с чуть шершавыми, мягкими вмятинами на лезвии, как будто не молот, а крепкие пальцы нежно выглаживали его, вот он напрягся и замер, скользнув в темную щель каменной кладки. Одно усилие - и с легким раздраженным звяканьем он сломался, обнажив хрупкую, колючую сердцевину.
  Вот бритва рассекает кожу, вспарывает холст, прорезает границу - в эти секунды ветер иного, скрытого за оболочкой, холодным жаром пронизывает все существо и чудится, что жизнь есть. Что ты обладаешь ею.
  
  В юности все вещи кажутся плотными и целостными, их упругие оболочки представляются осязаемыми и настоящими; на, возьми, разрушь их, овладей ими - и вдохнешь мгновенно освободившуюся радость бытия. Поэтому нет страха и нет смерти, а ускользающий призрак реальности оставляет после себя не боль утраты, но только новое вожделение.
  
  Большинство произведений литературы, культуры вообще - юношеские. Даже если их создает зрелый человек, они - прежде всего - разрушительны. Толстой уморил красавца Болконского, Достоевский загнал умницу Раскольникова в каторгу, Тургенев выпихнул симпатягу Рудина на баррикады, Пушкин... н-да, тоже мало кого пожалел. Стендаль, Гессе, Заболоцкий, Фриш, Стейнбек - список можно длить до бесконечности. Эта разрушительность не в том, конечно, что главный герой завершает свое литературное существование огорчительным образом, нет. Ее суть в преобладающей акцентировке намерений, оценок, в сознательности и интеллектуальном присутствии автора и его нравственной, жизненной позиции. Шекспир, несмотря на юность своей эпохи, гораздо взрослее невзлюбившего его псевдо-старца Толстого. Шекспировские герои амбивалентны по отношению к собственным страстям, их поступки не оценочны, но исполнены самостоятельной жизненностью, позволяющей интерпретировать их каждому следующему поколению по-своему.
  Да, руководствуясь этим критерием, можно сказать, что формальная вершина зрелости - акын. Исландские саги, заведомо отказывающие происходящему в понимании. Но их кажущаяся взрослость есть одновременно и младенчество, поскольку отсутствие личностных присутствий в тексте есть результат не преодоления этой фазы, а еще лишь незнание о ее существовании.
  
  Знать о личностном мало, и мало его понять, преодолеть. Личностное надобно еще и отечески простить, не без усмешки, разумеется. Смех молодости - заразительный, едкий, радостно независимый от объекта и мысли. И осмеивающий самое смысл объекта. Ведь его не жаль, была б нужда - еще найдется. Зрелость улыбается над жестом, не отвергая его, но восхищаясь - который раз - удивительно детской способности мира создавать "неведомых зверушек", в которых и этот несовершенный жест уместен, и живет.
  
  Трудно совместить внимательный разбор душевных движений и красоту художественного жеста. Достоевскому с Толстым, по крайней мере, это не удалось. Попытки подробно выговорить вслух то, что составляет вязь случайных волн эмоции, требуют не только искренности, чуткости и памятливости; для того, чтобы это сделалось высокой литературой необходимо сильнейшее творческое напряжение, позволяющее удерживать в рамках единого, унитарного акта восприятия весь создаваемый художником мир. Мало кто способен на это. В сущности, практически никто. Оттого крупные формы, не укрепленные стерженем приключения - хоть любовного, хоть героического (а есть ли меж ними разница?...) - разваливаются на части, десятки раз начинаясь заново.
  
  Белому тоже не удалось. Нет, "внимательный разбор" его столь совершенен и окончателен, что даже и его бы не надо. Это ведь не душевные уже движения, это величайшая развращенность умствования вокруг собственной и самой лишь себе конгениальной эмоции. Пятигорский говорит (впрочем, и про Кафку, бугаевского сверстника и соратника), что "это уже ад". Почти, Алексан Моисеич, почти так. Не ад, но мытарства. Муки инфантильного духа, не возжелавшего труда над собой.
  
  Лесков - взрослый писатель. Его зрелость не в принятии и оправдании мира, а во внимательности к нему. Эта внимательность мастерового, ремесленника, рукодела, она лишена понимания и "обнажения сокрытого". Она просто и честно равна миру, впрочем, "со всей нашей почтительностью".
  
  Мы часто покупаемся на вполне соблазнительную внешнюю мудрую зрелость буддийской, вообще - восточной модели мировосприятия. Да, по сравнению с нашей евроамериканской моделью, сформированной преимущественно "людьми Книги", ее преимущество в степени лояльности к проявлениям мироздания неоспоримо, но это совершенно не та лояльность, которую мы можем отождествить с истинной взрослостью, зрелостью. Ибо что за цена такой мудрости, которая не хранит внутри себя в равных долях безумие любви и ненависти, торжество всепрощения и недоумения, череду признаний и отторжений?
  Да, как говорил великий проповедник яростного, но неосуществленного европейского устремления к зрелости Фридрих Ницше, "трудно быть судьей и мстителем собственного "я"", но еще сложнее сохранять внутри этого состояния и собственное "я", и его защитника, и его антогониста. И благожелательность к равноправному, но враждебному существованию всего этого же, только принадлежащего не "собственному" и не "я".
  
  Юношеская литература - это сокровенная суть литературы вообще. Ведь она есть вместо смерти, она знакома с Ней и только что сидела за одним столом. Взрослая литература - это слова вольноотпущенника, это проповедь после воскрешения, во время короткого отпуска "для отдыха от дел и осмысления пережитого". Взрослый человек уже был мертв, и теперь не имеет сил и возможностей бояться и врать. Он просто есть, потому, что его нет, не было еще миг назад, и не будет совсем вскоре.
   Тепло ль тебе, девица? Тепло ль тебе, милая?...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"