Аннотация: Анализ характерных черт земного подросткового и раннемолодежного стихописания на примере сборника, изданного в бумаге. За счет автора, конечно. Автора не называю, ибо не хочу ее рекламировать :) Опубликовано в ЖЖ-сообществе "Новастра" (http://community.livejournal.com/novastra/).
Нижеследующая статья - это попытка описать тематические и поэтические черты поэзии молодых авторов, пишущих на русском языке (что и как пишут молодые на других языках, автору, увы, неизвестно, т.к. в печатном виде эти произведения не попадаются). Цель статьи - сориентировать читателя, незнакомого с этим феноменом, в эстетических категориях этого рода творчества.
В поэтических опытах большинства молодых землян (из числа тех, кто пишет постоянно и таким образом накапливает большой объём текстов) присутствует несколько общих черт, хорошо известных критикам и опытным читателям. Поэтому сборник или подборка молодого автора нередко отличаются с первого взгляда именно по присутствию этих черт. Исследуемый в качестве статистического материала сборник подтверждает это правило. Сборник можно определить как лирический (такая жанровая специфика в целом типична). Более чем наполовину книгу наполняют стихи о любви, по большей части написанные в характерной юношеской манере. Все без исключения чувства имеют космический масштаб и описываются в терминах стихийных, вселенских явлений:
Я пела? Я пела, как ветер на горных равнинах. Взлетела? О да, я взлетела на солнечных крыльях. Светилась? Зажгла своё сердце серебряным светом. Влюбилась? Нет. Я полюбила - и помню об этом.
Отношения и рассуждения о них представлены жёсткими контрастами, нередко с погружением в область философских абстракций:
Ты - Дьявол во плоти. Я - Ангел из огня...
* * *
Словом "любовь" не играй, То для многих священное слово; В нём есть отзвук от мира иного... Словом "любовь" не играй.
Развивая эту тему, не удаётся обойти и характерные штампы:
Любовь - это строчки стихов, Написанных ночью в бреду, Любовь - это шорох листов, Пророчащих чью-то беду...
Постоянное свойство штампованно-патетического стиля - неясность смысла или двусмысленность: так, природа "листов, пророчащих чью-то беду" остаётся не вполне ясной.
Другая излюбленная тема в поэзии молодых авторов - самоощущение поэта и его сложные, загадочные отношения с окружающим миром. Отношения эти обычно развиваются не по традиционному для русской словесности маршруту "поэт и толпа", а по принципу "поэт и обычные люди", которые радикально отличаются от толпы тем, что они не порочны, не пассивны, не агрессивны - они просто не такие, как лирический герой. Они именно обычные. Но уже одно это составляет их вину.
Далека я? Извините! Я не так уж далека! Только руку протяните - Вам строка и вам строка!
Вы осколки звонкой рифмы, Каждой фразы глубина! Вы - моих сюжетов мифы, Вам - звезда моя дана...
* * *
...Ну что же, не надо петь! Ну что же, не верьте сами! Я буду на вас глядеть, Порхая под небесами.
Тема поэта и его сложной поэтической судьбы также оформляется привычными штампами - поэт крылат, он летает над обычным, приземлённым миром, он пишет по ночам, разговаривает со звёздами, внутри него живёт огонь и пр., и пр.
Ещё одна непременная тема, удивительно характерная для современных землян, - это тема собственной исключительности по признаку принадлежности не к людям, а к высшим или иномировым, трансцендентым или мифологическим существам.
...Для крыльев моих так губителен свет! Скажи... остальные... Неужто их нет? Ответь мне, прошу тебя: чья же я дочь? Живу-то я днём, а люблю я лишь ночь... ....................... Твой символ, запомни, не осень, а дождь, Металл - серебро, покровитель - дракон. Способность летать даровал тебе он. Пока ты - подросток, и крылья слабы. И вот мой совет: не летай, не люби...
Иногда встречается и описание такого существа в третьем лице:
...Пусть её жребий - святой и таинственный - Станет подвластен напеву! Ей среди нас быть одной и единственной Девой, Драконицей-Девой!
(не очень понятный "напев", управляющий "жребием", - типичная неясность в образах и логических связях).
Вариация этой темы - связь земной девушки (лирической героини) со сверхъестественным существом-мужчиной (популярный в средние века и в романтическую эпоху мотив европейского искусства):
...Обречена - стою, Пышут лучи в лицо... - "Демону отдаю Я серебра кольцо" -
Это твои слова? - Сорван голос: - Мои. - Женщина, ты неправа: К демону нет любви!..
В исследуемом сборнике значительное место занимают стихи, в которых лирическая героиня имеет более-менее конкретную привязку к ролевому образу, действующему в воображаемой, но четко сформулированной вторичной реальности.
...Ждёшь чего-то беззаветно, Но чего - не знаешь, нет... О Чарон! Ты - ночи этой Очарованный рассвет!
Загадочная Чарон (по контексту всего стихотворения ясно, что это женщина) читателю в общем случае незнакома, поэтому полностью увидеть в стихотворении вложенный автором смысл может только тот, кому известен "вторичный" контекст. Аналогичен случай с Драконицей-Девой (цитату см. выше).
...Я давно уже меча В руки не брала, Моя давно уж не звучит Голос в зеркалах, Не пишу печальных саг Я уже давно, Ну а то, что ты мне враг... Правда ли оно?
* * *
День пролетел, словно крыльями был наделён, Оземь стучал мой резной посошок... Разве должна я быть странницей на перекрёстке времён? Ох, непривычен девчонке дорожный мешок! Где-то, когда-то себе я построила Дом, А отыскать - не могу, да и скучно одной было б в нём...
В последнем стихотворении присутствует и игра формы - это анаграмма, приём, любимый автором. Анаграммами в её стихах зашифровываются чаще всего имена, символические слова.
Одна из основных творческих задач молодого автора - стремление передать бурю эмоций, живущих в нём. Как правило, в результате рождаются бессвязные стихи, где практически неуловима основная мысль, образы немотивированы и расплывчаты, и - главное - основная задача не выполнена, поскольку бессвязность практически не передаёт нужного эмоционального настроя.
...Лучше эту боль сразу... В Лету. И забыть тихо, - Помолчал. Конец фразы: Всё равно мне жизнь - лихо...
* * *
...А ответы - на страницах Не открытых сердцем слов, В совершенных чьи-то лицах, В вереницах чьих-то снов... (это всё стихотворение целиком, а не отрывок)
* * *
...Пылью каскадной, солнечной, Нынешний век затку, И, провожая полночи, Вечность отдам цветку... (а вот это - отрывок, последняя строфа)
* * *
...И меня пробирало ознобом, Закрывала истома зрачки... Я пыталась смеяться - но стоном Обернулся мой смех... Об особом Я всегда размышляла... почти.
* * *
...Она будет с тобой Или не будет с тобой - Тёмно-светлая... Ты ей бог, а она для тебя - Ясно-звёздная, Ненужная, бесхозная... Что ж, Останется в памяти всё ж...
В последнем приведённом отрывке (тоже окончание довольно длинного стихотворения) бессвязность усилена странными образованиями вроде "тёмно-светлая", очень характерными для индивидуального стиля автора и для стилистики юношеской поэзии в целом.
Не касаясь нескольких любимых тем данного автора, упомянем ещё один признак юношеской поэзии - невольное подражательство. По характерным оборотам, построению строки, образам, синтаксису можно даже с некоторой уверенностью установить, кого из поэтов молодой автор читал больше всего. Как правило (для русскоязычных авторов), это поэты Серебряного века, преимущественно Ахматова, Цветаева и Блок. У автора исследуемого сборника отчётливо заметны смешанные ахматовско-цветаевские влияния:
О любви я писать не приучена, Хотя спрашивали - много раз, Но сейчас я смертельно измучена Взглядом серых спокойных глаз...
* * *
Мне. Ну много ли надо? Дыханье Твоё у щеки - награда. Слова, что нужна, - Привет вешний, Молчанье у огня - Знак безутешный...
* * *
Я живая... Как я посмела?! Я всегда выживала - знай. А ещё я многих жалела, А ещё предсказанья пела, Да прощаться науку успела Перенять у осенних стай.
Своеобразным посторонним влиянием на юношескую поэзию можно считать и штампы, на которых во многом основана организация стиха. Штампы существуют на всех уровнях - от лексики до тематики. В приведённых выше цитатах читатель уже имел случай обнаружить некоторые штампованные конструкции. Приведём ещё несколько показательных примеров.
...Последний вздох прошелестел несмело, Глаз голубых померк манящий свет... Звезда погасла, сердце не согрело! Средь холодов такого сердца нет...
* * *
Как забыть о том, что было сказано? Как черту обратно перейти? Как закончить всё, какими фразами? Где начало нового пути?..
* * *
Весною снег растает И побегут ручьи, И солнца золотые Рассыплются лучи, Хрустали птичьих трелей Разбудят город наш, Зимою околдован, он спит...
В качестве заключения заметим, что очень удачные стихотворения резко выделяются на фоне остального наполнения сборника тем, что нарушают все или почти все названные выше закономерности.
...если человек не плачет, это значит, что он не умеет смеяться... ...мне было с ним трудно общаться, и ждали нас неудачи... (за исключением изобилия многоточий стихотворение нам представляется удачным и интересным)
Из следующего стихотворения процитируем лишь вторую строфу, удачную после бессвязной первой:
Если вокруг всё давно отцвело, Если дожди свой закончили век, Если покинуло сердце тепло - То почему же не выпал снег?..
Ещё одно стихотворение, испытывая терпение читателей, приведём полностью:
...Пожалуй, впервые я слёзы сдержала И в грудь загнала обиду. Я только лишь руки к сердцу прижала, И то - только для виду.
Я знала, что плакать - совсем бесполезно, И даже опасно плакать... Я просто ушла (немного помпезно...) На улицу, в дождь и слякоть. (одно из несомненных достоинств этого стихотворения в том, что оно оканчивается не вялым многоточием, а решительной точкой).