"Андрей не понимал одного: это плен сделал человека скотиной или это скотина попала в плен?"
ГРАНАТОВЫЙ СРЕЗ
- Ну, что там? Что? - взволнованно спросила Ирина Сергеевна, глядя на балкон. - Господи, Господи! Хоть бы живая, хоть бы живая!
Полынцев ошарашено смотрел в окно. Посреди комнаты в коротенькой ночной сорочке, склонив голову набок, стояла Светлана. Волосы ее были растрепаны, плечи опущены, тело неестественно вытянуто в струнку... Нет, о, Боже! Она не стояла. Она висела! Висела на длинной веревке, едва касаясь ногами пола. Сердце съежилось... Вот она беда, вот оно горе, которого ждал! Ведь знал, знал, что так будет, но не хотел верить, не хотел мириться! Наказала судьба. За что наказала?! Он с силой ударил локтем в стекло...
- Ой, мамочки! - испуганно вскрикнула Ирина Сергеевна. Что там, миленький, что!?
Он уже ничего не слышал, крошил стекла, как скорлупу, продираясь внутрь. Осколки резали руки, вонзались в лицо, падали за шиворот, но не чувствовал боли - гвоздил и швырял, ломал и выворачивал. Быстрей, быстрей! Вдруг - еще живая, вдруг - можно спасти. Голова понимала, что нельзя, но душа, но сердце... Быстрей! Еще быстрей!..
Заскочив в комнату, он подбежал к Светлане и, обняв ее за талию, крепко прижался к плечу... Какая же худенькая, какая хрупкая... Попробовал ослабить узел на шее, - не получилось. Бросился на кухню, нашел в столе нож, вернулся, одним махом срезал веревку. Безжизнен-ное тело мягко опустилось на руки. Легкая, Боже, какая легкая... и холодная...
Фокин взбежал на восьмой этаж, будто и не было предыдущих семи. Как убили?! За что?! Кто убил?! Преступник же пойман, откуда взялась эта сволочь?
Дверь в квартиру была нараспашку. Олег сразу прошел на кухню, где сидели Чупачупс, Тимохин (на днях вернувшийся из командировки) и эксперт-криминалист.
- Привет. Где Полынцев?
- Там, курит, - неопределенно указал Тимохин за окно.
Фокин прошел в комнату. Здесь колдовал над трупом судмедэксперт, рядом на стуле пи-сал протокол следователь прокуратуры.
- Привет, а где участковый?
- На балконе, - ответил тщедушный медик, разглядывая Светлану.
Она лежала на диване в голубой шелковой сорочке, и если б не чрезвычайно бледное ли-цо, не темная бороздка на шее и не свежая царапина на щеке, то можно было бы подумать, что девушка просто спит.
Олег вышел на балкон. Полынцев стоял, облокотившись на решетку, тупо глядя вниз.
- Что, брат, невесело?
Андрей молчал.
- И мне невесело. Прошляпили дивчину. Проспали. Места себе не нахожу. Откуда, откуда появился этот гад? Вроде, всех вычислили, всех упаковали. И тут на тебе - получи... До слез обидно. Такую девку не уберегли. Хоть бы Жукову какую или проститутку эту из 'Лотоса' - не так жалко было бы. А то вон ведь, красавицу... и душой, и телом... Моя вина, не надо было разрешать ей возвращаться, не надо. Только кто ж знал, что так все обернется. Пережива-ешь?.. Я тоже. Но обратно уж не воротишь. Теперь нужно гада этого выловить, чтоб так же на люстре подвесить и посмотреть, как дрыгаться будет, паскуда, - Олег обнял напарника за плечо. - Не грусти, найдем сволочь, отыграемся. Э, брат, да ты весь в крови... Где это тебя так? Чего молчишь? - он взглянул в лицо друга.
Полынцев плакал.
Глава 20
- Проспали девчонку, проворонили!!! - влетела в квартиру разъяренной львицей Лариса Михайловна. - Разогнать вас всех к чертовой матери! Разжаловать, отправить в соловки, на рудниках сгноить! Тунеядцы, остолопы, недоумки! Кто здесь главный?!
Игорь Витольдович оторвал взгляд от записной книжки.
- Вы!? - зловеще взрычала пенсионерка, интуитивно распознав в нем начальника. - Да я вас со свету сживу, я вам до конца жизни уснуть не позволю, вы у меня через неделю мерт-вым завидовать станете!
- Послушайте, гражданочка, - поперхнулся от угроз Журавлев. - Здесь вам, все-таки, не это самое...
- Что, не это самое?! - истерично взвизгнула Лариса Михайловна. - Это вы меня послу-шайте! Мне вас незачем - вы для меня никто! У вас нет морального права с людьми разговаривать! Вы должны Богу молиться, чтобы генерал, к которому я сегодня же пойду на прием, не выгнал вас завтра же!
Игорь Витольдович еще не успел отойти от мистических угроз, как появились вполне ре-альные. Генерал был крут и не любил, когда на сотрудников жаловались. Точнее, не любил сотрудников, на которых жаловались (неправильный был генерал).
- Почему не приехали сразу, когда я позвонила?! Почему целый час раскачаться не мог-ли?! В теплых креслах сидели?! Задницы свои грели, в то время, когда здесь девочку убива-ли?! Мерзавцы, толстокожие негодяи! Вам надо улицы мести, а не людей охранять! Где наш участковый, в какую пропасть вы его опять бросили?
- Там, - оторопело указал на комнату Игорь Витольдович.
Лариса Михайловна решительно направилась в зал. Тело Светланы уже было накрыто простыней. Проходя мимо, пенсионерка охнула и перекрестилась...
- Андрюша, Господи, что они с тобой сделали?! - вскрикнула она, завидев на балконе ок-ровавленного Полынцева. - Да когда же это кончится, Боже мой! Негодяи, какие негодяи, суют мальчишек в самое пекло. Гнать таких начальников взашей надо! - крикнула она в сто-рону кухни. - Пойдем к Ирине Сергеевне, золотце, пойдем, там отмоемся, перевяжемся, ус-покоимся немножко. Пошли...
После того, как шумная женщина увела участкового, Игорь Витольдович перевел дух и собрал на кухне оперативную планерку:
- Значит, так, - со значением посмотрел он на Тимохина. - Сейчас внимательно слушай, о чем будет докладывать Фокин, и сегодня же принимай у него дела.
- Понятно, - кивнул оперативник.
- Начинай, горе-сыщик...
- Оправдываться не собираюсь, - понуро сказал Олег. - Готов завтра же написать рапорт на увольнение... Андрюха тоже.
- Ох, как благородно, скажите, пожалуйста! - вскинул руки Чупачупс. - А мы тут должны разрыдаться от горя и пасть тебе на грудь - не покидай нас, дорогой коллега, останься. Так что ли думаешь?
- Ничего я не думаю. Смерть на моей совести, мне и отвечать. Это я разрешил ей домой вернуться.
- Всем нам придется отвечать, не переживай, никого не забудут. Но сейчас о другом раз-говор - как преступление раскрыть, где убийцу найти?
- Я не знаю, - вздохнул Фокин. - Все версии, которые у нас были, уже отработаны, а ре-зультат вон... в комнате лежит.
- Значит, не те версии отработаны. Значит, какую-то упустили. Давай вместе искать, ка-кую.
- Давайте, - кивнул Олег, вынимая из кармана сигареты. - Только лучше вы, а то у меня голова, как бетономешалка, крутится.
- Хорошо, - согласился Игорь Витольдович, тоже закуривая. - Значит, первыми у нас были пацанята-грабители. Так?
- Угу.
- На том этапе не могли проморгать? Может, их рук дело? Может, просто не дожали? Они ведь сейчас на свободе.
- Нет, - покачал головой Олег, сделав глубокую затяжку. - Не могли - кишка тонка. И по-том, если б они здесь побывали, то квартиру обнесли б до нитки - гопники, шпана, ворье.
- Вторым был чеченец. Он тем более не мог, - тут же ответил себе Журавлев. - Находится в Грозном и под присмотром - вычеркиваем. Третий - Батюшкин. Давно задержан - тоже вы-черкиваем. Четвертый - чеченский жених, как его...
- Гелани.
- Да, Гелани. Об этом и говорить нечего - раненный валяется. И пятые - супруги Жуковы. Признаюсь, был уверен, что они. Слишком уж много в этом семействе было причин, чтоб поквитаться с Берцовыми... но. - Игорь Витольдович встал из-за стола и принялся расхажи-вать по кухне.
- Но они сидят, а она лежит, - закончил фразу Фокин. - Значит, есть кто-то шестой...
- Железная логика, мистер Холмс!
- А, может - это бухгалтерша? Или, как его... Косенко, то есть Кривенко? Или проститутка из 'Лотоса'?
- Или кто-то из собровцев, - добавил Журавлев.
- Точно, и как я раньше не догадался?! - хлопнул себя по больной голове Олег. - Помогают нам, помогают - вот, мол, какие мы хорошие. А на самом деле от себя подозрения отводят. Взять, к примеру, того же Гусева: и Светлану знал, и Славку, вместе в командировках быва-ли. Мало ли что у них там могло произойти?
- Я понимаю твою логику, - кивнул Журавлев. - Каждый, кто не в клетке - потенциальный убийца. Предлагаешь работать методом исключения? Всех, кого Берцов знал, пересадить, авось, настоящий попадется.
- Меня в институте приятель учил так сочинения писать, - поделился воспоминаниями Тимохин между прочим хозяйничая в холодильнике (чтоб продукты не испортились). - Го-ворит, ставь запятые через каждые три пальца, какая-нибудь, да попадет. И что вы думаете - попадала...
![[]](/img/l/linchewskij_d_i/qwrwer/gs.jpg)