Липатов Борис Михайлович: другие произведения.

Жестокая схватка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


  
   Оглавление
  
   1. Предательство
   2. Смертельная схватка
  
  
   Жестокость - одно из проявлений
   слабости человека.
  
  
  
   Борис Липатов
  
   " Жестокая Схватка "
  
  
   Все события и имена вымышлены.
   Любые совпадения с реальностью случайны.
  
  
  
  
  
  
  
   Сергей открыл глаза. Память возвратила притупившееся ощущение боли. Она сосредоточилась на одном образе - на лице женщины, которую он потерял.
   Две недели назад, Ирина попала в автомобильную катастрофу и погибла. Он потерял женщину, самого дорогого и любимого человека в то время, когда они должны были пожениться. Ирина умерла на операционном столе. Он любил ее и думал прожить с ней всю свою жизнь, но их счастье оказалось хрупко, как яичная скорлупа. И когда она умерла, он почувствовал, как скорлупа треснула, и его красочный мир стал черно-белым. Похороны были тяжелые. Петр, Максим и Ольга Сергеевна не отходили от него, но он не хотел никого видеть.
   Сергей просыпался каждую ночь и не мог больше уснуть. Он лежал и вспоминал о том неповторимом дне, когда судьба свела его с Ириной. Как познакомился с ней во время расследования убийства банкира Ильясова, как она все время находилась рядом с ним и прошла все испытания, связанные с этим расследованием.
   После похорон, Сергей перестал ходить на работу и старался не выходить из дома. Каждый день его навещали друзья - Петр, Максим и Ольга Сергеевна, но все было напрасно. Он никак не мог выйти из депрессии. Приезжал генерал и, посмотрев на него, махнул рукой.
   - Стыдно на тебя смотреть, - сказал он и уехал.
   Пошла третья неделя, а Сергей никак не мог справиться с потерей Ирины. Иногда он выходил из дома и бесцельно бродил по улицам. У него возникло чувство вины перед Ириной, за то, что он не смог ее уберечь. И от этого он страдал еще больше, понимая, что только работа сможет вернуть его к нормальной жизни.
   Он лежал, и из головы не шла Ирина. Скорлупа треснула, и ее не собрать. Чем скорее он займется работой, тем лучше будет для него. Он рассуждал трезво. Такое случается постоянно, говорил он себе. Те, кто строит планы, вдруг обнаруживают, что все пошло прахом, и их планы разлетаются вдребезги. Это случается каждый день, убеждал он себя. Сергей нашел женщину, которую страстно полюбил. Они мечтали о будущем, но вдруг случилось несчастье и ее не стало.
   Ему тридцать девять и он должен заново строить свою жизнь, опять браться за работу и работать как проклятый, и, может быть, потом ему встретиться женщина, похожая на Ирину. В глубине души он знал, что это просто глупость. Никто никогда не заменит ему Ирину.
   Сергей закрыл глаза. Какая-то всепоглощающая темнота плясала у него перед глазами. Он попал в какой-то замкнутый круг, из которого не мог вырваться. Он вспомнил слова Ольги Сергеевны:
   Сергей, перестань хандрить. Помнишь, когда убили моего мужа, я стала употреблять спиртное, думая, что это поможет мне забыться. Ты старался расшевелить, подбодрить меня и вернуть к нормальной жизни. А теперь я тебе говорю, твоими же словами - ты еще молод и у тебя вся жизнь впереди. Я понимаю, что ты очень сильно любил мою сестру, но бог забрал ее к себе. Я тоже страдаю не меньше тебя. Потерять в течение года мужа и сестру - это невозвратимая потеря. Хорошо, что у меня есть сын моего покойного мужа, который помогает мне чувствовать себя человеком. А у тебя есть работа, который ты предан. Принимайся за нее, а все остальное отойдет на второй план.
   Сергей попытался снова открыть глаза, но это потребовало слишком больших усилий, и он закрыл их опять. Свет померк в его глазах. Суть в том, что в последние две недели он опустился, как умственно, так и физически. Он стал терять интерес к вещам, из которых до сих пор складывалась его жизнь: к работе, друзьям и контактами с людьми. Его охватило состояние безразличия, очень хотелось спать. Но жизнь медленно возвращается, и вместе с ней тупая боль, которая то отступает, то вновь надвигается. Тело устало, покрылось мурашками и ослабло от неподвижности. Что-то заставляет его желать пустоты и мрака, но жизнь не позволяет возвращаться туда. У него ощущение полной раздробленности. Его кусочки собирались и складывались с большим трудом.
   Когда Сергей открыл глаза, откуда-то появился Петр и протянул ему сигареты:
   - Закуришь?
   Он отрицательно затряс головой.
   - Поднимайся, - сказал Петр. - Тебя хочет видеть генерал.
   - Пошел к черту, - ответил Сергей. Теперь он слышал его не потому, что хотел, а потому, что в нем осталось нечто способное еще протестовать.
   - Иди и приведи себя в порядок, а то тошно смотреть на тебя.
   Сергей медленно стал подниматься. Внутри него не осталось ничего, кроме ощущения подбитого и тонущего корабля.
   - Давай поторапливайся, а то я подниму тебя за шиворот.
   Ему даже удалось усмехнуться этим словам. Они, конечно, не пробудили в нем сил, но были достаточно полезными для него. Опять открылась рана и внутри образовалась огромная пустота.
   - Заткнись, - произнес Сергей шепотом и отправился в ванную. Когда он вошел и посмотрелся на себя в зеркало, то сам себе не понравился. Он почувствовал тошнотворный холодок в груди. Боже, на кого он стал похож. Его лицо было таким невыразительным и белым, как листок бумаги с прожженными, черными дырами на месте глаз.
   Он побрился и встал под душ. Струи воды обрушились на него. Он провел рукой по лицу и внезапно обнаружил, что тьма постепенно отступает. Когда он вышел из ванной, то увидел на столе стоит бутылка коньяка и дымится кофе. Сергей выпил рюмку и почувствовал, что коньяк оказал благоприятное влияние на его нервы, и ему захотелось есть.
   - Петр! - сказал Сергей бодрым голосом, - вынимай из холодильника все, что там есть и неси на стол.
   - Вот это совсем другое дело, а то хотел умереть голодной смертью, - улыбнулся Петр. - А кто будет ловить преступников?
   - Вечно ты ехидничаешь.
   Быстро перекусив, они направились в министерство. Когда друзья переступили порог кабинета, генерал, увидев Сергея, сказал:
   - Я понимаю, через какое испытание ты прошел. Разумеется, твоя ужасная потеря оставила след. Все это я могу понять и восхищаюсь твоей решимостью вернуться и продолжать работу. Теперь я твердо уверен, что ты готов к работе и поэтому выслушай меня. Убит у себя в квартире известный журналист Евдокимов. Поезжай туда и поговори с его вдовой. Может ей, что ни будь известно, хотя с ней уже беседовали. Только постарайся быть с ней поделикатнее, как ты умеешь.
   - Как беседовать с хорошенькой женщиной, то это всегда Сергей, а как возиться в мусоре, то это я, - улыбнулся Петр.
   - Ты лучше бы повысил раскрываемость преступлений, а не подкалывал меня, - весело произнес генерал, отпуская их.
   Когда они вошли в свой кабинет, то Сергей поинтересовался у Петра, что ему самому известно о журналисте.
   - Понимаешь, Сергей, ходят слухи, что он занимался самостоятельным расследованием продажи оружия чеченским боевикам и хотел узнать, кто за всем этим стоит.
   - Тогда, прежде чем ехать к вдове журналиста, ему необходимо встретиться с Мусой, который должен быть в курсе всех событий, связанных с Чечней, - подумал Сергей. Петр сварил кофе и приготовил бутерброды. Сергей взял бутерброд. Мысли его текли спокойно. Он медленно и добросовестно пережевывал каждый кусок.
   - Видно, что журналист что-то накопал и попал под пресс. Вечно эти журналисты лезут, куда попало, - продолжал думать Сергей. Его мозги стали медленно включаться. Да, у него интересная работа, и только она поможет ему выйти из этого состояния.
   Шелестов связался с Мусой и договорился с ним о встрече. Приехав в назначенное время в казино, он поднялся на второй этаж. Войдя в кабинет, он увидел столик, на котором стояли бутылка коньяка и ваза с фруктами. Муса поднялся и протянул ему руку:
   - Давно не видел тебя Сергей Петрович. Прими мои соболезнования в связи с внезапной гибелью Ирины. Извини, что я не смог появиться на ее похоронах. Давай помянем ее, чудесная была женщина.
   - Давай.
   Они помянули Ирину, и Сергей задал ему свой первый вопрос:
   - Что ты скажешь по поводу убийства Евдокимова?
   - Честно говоря, ничего. Я его вообще не знал и никогда о нем не слышал.
   - А что ты можешь сказать по поводу продажи оружия чеченским экстремистам? Ты уж извини, что я так напрямую спрашиваю.
   - Пойми меня правильно Сергей Петрович. У меня свой бизнес и я не хочу вступать в конфронтацию с органами, поэтому ничего конкретного сказать не могу. Знаю только одно, что приезжали люди Батаева, которые хотели закупить оружие для переправки, в Чечню, но с кем они встречались, мне не известно.
   Пока Сергей шел к выходу, то по дороге связался с вдовой журналиста и, представившись, попросил разрешения к ней приехать.
   - Приезжайте, - кратко ответила она.
   Поднявшись на третий этаж, Сергей нажал звонок. Дверь открылась, и он увидел в проеме свою "Ирину". Он закрыл глаза и подумал, что видит сон, и что стоит открыть их, то это видение исчезнет. Некоторое время Сергей не мог двинуться с места - стоял, словно парализованный. Потом по спине пробежал мороз и, чтобы унять дрожь, он так сжал руки, что у него побелели пальцы. Когда он более внимательно посмотрел на нее, то понял, что это не Ирина, а только похожая на нее женщина. На пороге стояла молодая женщина лет тридцати в домашнем халате. Гладко зачесанные волосы, отсутствие косметики и неряшливый наряд не могли, тем не менее, скрыть ее красоту.
   - Это я вам только что звонил, - сказал Сергей взволнованным голосом.
   - Проходите, - сказала она, отступая на шаг. - Кофе будете?
   - С удовольствием, - ответил он.
   Она налила кофе, села в кресло и закурила.
   Сергей отпил глоток и спросил у нее, что она думает по поводу убийства своего мужа.
   Она вздрогнула и застыла, испуганно глядя на него.
   - Понимаете, Сергей Петрович! - сказала она. - Я уже рассказывала работникам милиции, что утром в день убийства, поругалась с мужем и уехала к своей подруге. Возвратившись вечером, застала Михаила сидящим в кресле. Он был мертв. Я сразу вызвала милицию и больше мне сказать вам нечего. То, что касается врагов, то у Михаила их не было и не могло быть. Он был спокойным и уравновешенным человеком, преданным своей работе. По этому поводу мы с ним часто ругались. Знаю только, что в последнее время он стал раздражительным и нервным. Приходя, домой, занавешивал занавески и долго сидел, устремив свой взгляд в одну точку. Я спрашивала у него, что случилось, но он отмалчивался.
   - Может быть, ему кто-то звонил и угрожал? - спросил Сергей.
   - В моем присутствии ему звонили, только по делам и про угрозы я не слышала. Понимаете, в последнее время мы перестали понимать друг друга. Он стал возвращаться поздно домой, проходил в свой кабинет и пил. Зайдя однажды к нему в кабинет, я увидела на столе видеокассету и какие-то бумаги. Михаил, увидев меня, вздрогнул и убрал все в стол, затем стал кричать на меня, чтобы я без его разрешения не входила к нему и не совала свой нос в его дела. Я хлопнула дверью и ушла.
   - Да, - подумал Сергей, - видимо он узнал такое, что его сразу убрали. И во всем этом участвовал близкий ему человек, иначе он не открыл бы дверь. Надо связаться со Стасом, может тот сможет пролить свет на это убийство. Жалко, что он сразу не подключился к расследованию.
   - Спасибо Светлана, - сказал Сергей и посмотрел на нее. Они встретились взглядами, и по его телу пробежала дрожь, как от электрического тока. Интуитивно он почувствовал, что тоже произвел на нее впечатление.
   - Как она все-таки похожа на Ирину, - подумал он. Светлана одарила его ослепительной улыбкой, перед тем, как закрыть за ним дверь.
   Выходя из подъезда, он почувствовал усталость и поехал домой. Сергей был еще достаточно слаб, поэтому, вернувшись домой, сел в кресло, достал сигареты и закурил.
   - Надо с утра связаться со Стасом. Приезд эмиссаров Батаева не мог пройти незаметно для ФСБ. Муса наверняка знает что-то, но в то же время, ему не резон, после всех событий, связанных с поиском денег Ильясова, вновь подвергнуть свою жизнь риску. Евдокимов же наверняка напал на след людей, связанных с Батаевым. Интересно было бы взглянуть на эту видеокассету и бумаги покойного. Попробую завтра с утра съездить на телецентр и поговорить с сослуживцами журналиста.
   Впервые за три недели, он спокойно уснул, а утром, свежевыбритый и отдохнувший, поехал на телецентр. Приехав, он сразу направился в редакцию, где Евдокимов готовил свои передачи. Поднявшись на второй этаж, Сергей случайно столкнулся со своей знакомой Катей из Одинцова.
   - Сергей, - с радостью в голосе произнесла она, - что ты здесь делаешь?
   - Здравствуй Катя, - поздоровался он. - Ищу редакцию, где работал покойный Евдокимов.
   - Пойдем, провожу тебя. Кстати я там работаю.
   По дороге Сергей спросил у нее, что думают сотрудники, по поводу убийства Евдокимова и каким он был человеком.
   - Все мы были в шоке, когда узнали об убийстве Михаила. Он был кристально честным журналистом, преданный своей работе. Он никогда не шел ни на какие компромиссы и сделки с совестью. Сотрудники любили его, несмотря на тяжелый характер, хотя чтобы работать с ним и не ссориться, надо было обладать железными нервами и ангельским терпением. Он никогда не перед кем не заискивал и старался полностью раскрыть перед телезрителями накопившиеся в армии проблемы, связанные с войной в Чечне. Он был из породы правдоискателей. Ему не раз звонили и угрожали, но он не реагировал на это и искал все новые и новые материалы. В последней своей передаче он прямо заявил, что скоро назовет фамилии тех, кто за всем этим стоит. А как ты поживаешь, не женился еще? - спросила она, потупив свой взор.
   - Нет, не женился. И рассказал ей, как нелепо погибла Ирина.
   - Извини Сергей, что спросила.
   - Да ничего страшного. Сначала было тяжело. У меня было такое смертельное одиночество, как у мертвого, и оно мне сопутствовало все это время, но сейчас все позади.
   - Сергей! Хочешь, я к тебе приеду вечером, посидим, поговорим? - неожиданно спросила Катя, устремив на него взор.
   Сергей сразу понял, что означало слово " приеду ". Он остановился и внимательно посмотрел на нее. Она стояла и вся светилась.
   - А может быть это и к лучшему, - подумал он, вспомнив, как одному так тоскливо проводить вечера дома. Наконец он решился:
   - Хорошо, приезжай часам к восьми, вместе поужинаем.
   - Жди, приеду обязательно, - с радостью согласилась она.
   Войдя в редакцию, Сергей сразу направился в кабинет, к ведущему передачи, " Военная хроника ". Тот поднялся и пошел ему навстречу. Это был высокий, полный, физически крепкий мужчина лет тридцати пяти. Его белокурые волосы были зачесаны назад. Крупный рот с припухшими губами несколько оживлял его бледное лицо.
   - Чем обязан? - спросил он.
   Сергей знал, что в настоящее время Бубнов является ведущим программы " Военная хроника ", вместо погибшего Евдокимова.
   - Валентин Иванович! - сказал он. - Расскажите, над чем работал Евдокимов в последнее время.
   - Честно говоря, этого никто из сотрудников не знал. Все передачи практически готовил он один, так как не хотел раскрывать свои связи, боясь, что из-за него, могут пострадать сотрудники. Только могу сказать одно - он искал компромат на ряд деятелей, которые стоят за продажей оружия чеченским боевикам. Я не раз ему советовал, свернуть эту тему, так как она очень опасна, но он меня не слушал и шутил, что скоро вся страна узнает, " имена героев". В последние несколько дней Евдокимов был сам не свой. Он оставался в редакции один допоздна, и готовил передачу. Я предупреждал его, и вот результат.
   - А что вы можете сообщить о его жене?
   - Со Светой я редко встречался и мало о ней знаю.
   - Может, у вас остались какие-либо документы, дискеты, видеоматериалы?
   Сразу после убийства Михаила, сюда пожаловали сотрудники ФСБ и забрали все, что находилось в его столе. Я еще раз повторяю, что у него были свои информаторы, о которых никто из сотрудников не знал. Когда он готовил передачу, то мы все подробности, узнавали в последние часы перед ее выходом.
   - Если вы узнаете или вспомните, что ни будь новое, то позвоните, - сказал Сергей, протягивая визитку.
   Выйдя из телецентра, Сергей поехал в министерство и сразу направился к генералу.
   - Иван Григорьевич, - сказал он, - почему сотрудники ФСБ забрали все материалы покойного и ведут свое собственное расследование, будто убили министра.
   - Вот это нам и предстоит узнать. Мне кажется, что Евдокимов располагал важной информацией, и поэтому ФСБ подключилось к расследованию. Свяжись со Стасом, может он что-нибудь посоветует. Чутье мое подсказывает, что кто-то из верхушки ФСБ замазан в этом деле.
  
   Зайдя в свой кабинет, Сергей увидел сидящего за столом Петра, который напевал какой-то мотив.
   - Ты что такой веселый? - спросил он.
   - Да как же не радоваться, если ты выздоровел и принялся за работу.
   - А я разве болел?
   - Нет, не болел, а бездельничал. Рассказывай, что узнал?
   Сергей поведал о своем разговоре с Бубновым, опуская встречу с Катей. Затем добавил, что тот не понравился ему. Повторяет одно и тоже, как попугай, хотя я уверен, что Бубнов что-то скрывает.
   - Мне тоже кажется, что Евдокимов располагал информацией разорвавшейся бомбы, но где она хранится, мы не знаем, а возможно и никогда не узнаем.
   - Посмотрим, что скажет Стас, - сказал Сергей, набирая его номер. Тот оказался на месте, и они сразу договорились о встрече.
   Войдя в бар, Сергей увидел Стаса, сидящего за столом. На столе стояла бутылка водки и закуска.
   - Давай присоединяйся, - сказал он, разливая водку. - А что ты такой бледный?
   Сергей не стал ничего рассказывать о своем горе, а просто взял рюмку и выпил.
   - Поведай мне Стас, почему у вас возник такой интерес к убийству Евдокимова?
   - Сергей! Мне кажется, ты совсем помешался на работе. Дай мне сначала рюмку выпить и закусить, а потом задавай вопросы.
   - Извини Стас, но мне действительно интересно знать, почему вы заинтересовались этим делом.
   - Понимаешь, следствие по этому делу курирует мой непосредственный начальник, генерал Лукин и, зная наши с тобой дружеские отношения, меня не подпускает к этому делу на пушечный выстрел.
   - Вот так дела, сами себе вставляют палки в колеса, - улыбнулся Сергей и сообщил ему о своем разговоре с Мусой.
   Стас достал сигареты и закурил:
   - Я уверен, что Муса тебе не все рассказал. Попробуй, поговори с ним еще раз.
   - Я тоже это почувствовал. Возможно, он не хочет мне рассказывать правду, и поэтому молчит. Они выпили еще по рюмке, и Сергей поехал домой. По дороге он заехал в магазин и накупил всякой всячины. Приехав, он кое - как прибрался, приготовил ужин и стал ждать прихода Кати.
   Она немного опоздала, и они сели ужинать. Утолив голод и выпив по рюмке коньяка, они задымили.
   - Сергей! Что ты нового узнал от Бубнова? - спросила Катя.
   - Конкретно ничего, хотя я по его лицу видел, что он что-то скрывает.
   - Не верь ни одному его слову. Он хитрый, скользкий и сам себе на уме. Его у нас недолюбливают. Он прикидывался другом Михаила, а сам пытался выведать, кто его информатор.
   - Может ты, можешь сказать, что ни будь по этому поводу?
   - Да если бы я знала, то сразу тебе все рассказала. Налей рюмку, я хочу выпить.
   Сергей взял бутылку и наполнил рюмки. Она выпила и тихо сказала:
   - А я часто вспоминала о тебе, - и тяжело вздохнула. Катя сидела так близко к нему, что он ощущал мелкую дрожь ее ног. Задумчиво, уставившись в пространство, она молчала.
   Сергей, как-то бессознательно, положил руку на ее колено. Она вздрогнула, как под ударом электрического тока, и, взглянув на него, увидела, как он, как-то по особенному, на нее смотрит. Ее глаза загорелись, красивые крылья прямого носа затрепетали и сузились. Она издала тихий протяжный стон, и как будто против своей воли, как загипнотизированная, поднялась и стала раздеваться. Оба полушария ее грудей, отсвечивающие белизной, с маленькими и темными сосками, покачнулись и замерли, призывно выставленные ему навстречу. Сладостная истома подкосила ему ноги, и он чуть не упал. Конвульсии содрогнули его тело.
   Не сводя с него глаз, наполненных сладострастной влагой, она продолжала раздеваться, пока не сняла все. Затем она тихо вскликнула и, как будто пронзенная в самое сердце его взглядом, как подкошенная, упала на диван.
   - Иди ко мне, - прошептала она. - Я так долго ждала этого момента.
   Трудно передать словами всю гамму чувств и ощущений, которые создают единство и восторги полового удовлетворения.
   Нравственность и безнравственность развивались одновременно. И чем крепче нравственность, тем дороже безнравственность. Всякие тиски нравственности порождают все более сильные взрывы безнравственности. Люди достигли много, и только одно для них осталось тайной - их плоть.
   Есть две силы, правящие миром, - деньги и плоть, и если вы когда ни будь победите власть денег, то никогда не победите своей плоти, ибо в этом ваша жизнь.
   Утром, открыв глаза, Сергей увидел, как Катя вновь убирается в его квартире. Он закурил и погрузился в раздумье. Оставаясь наедине со своими мыслями, он понимал, что нынешнее счастье с Катей, построено на зыбких песках: подует горячий ветер, и все разлетится, как карточный домик. У него уже такое было с Ириной, которую он продолжал любить и по сей день.
   Увидев, что Сергей проснулся, Катя подошла к нему и присев, спросила:
   Сергей! Я тебе нравлюсь?
   - Думаю, что да. Ты мне очень нравишься. Это все, что могу тебе сейчас сказать.
   - Тогда хватит лежать. Поднимайся и приготовь кофе, а я пойду принимать ванну.
   Быстро позавтракав, они разъехались, договорившись вечером созвониться.
  
  
   Утром Бубнов проснулся в холодном поту, а сердце колотилось в груди, и он едва мог дышать. Он знал, что больше не заснет, и поэтому решил встать и выпить кофе.
   У него было две слабости: непреодолимая тяга к красивым женщинам и страсть к азартным играм, но ему редко везло. Глубоко порочный, аморальный, совершенно лишенный всякого представления о добре и зле, он жил только ради денег, которых ему всегда не хватало. Жажда денег возобладала над его остальными качествами. Его не любили на работе за его заносчивость и жадность, и он отвечал им тем же. Его ум, внешний вид и энергия пока обеспечивали ему место в редакции. Его друг, руководитель телепередачи " Военная хроника ", даже сделал его своим заместителем.
   Однажды, находясь на презентации какой-то книги, он явно скучал, не зная, что делать. Он решил уже уходить, когда увидел входящую женщину.
   Подвергались ли вы когда-нибудь удару электрического тока? Если подвергались, то тогда вы должны знать и помнить тот шок, который вы при этом испытывали. Встряску всего организма, которую нельзя контролировать, и от которой у вас перехватывает дыхание. Именно такое ощущение он испытал при виде этой женщины.
   Бросив на нее взгляд, он почувствовал, как по всему его телу пробежал электрический ток. Он подумал, что появление такой женщины окажет парализующее действие на всех мужчин.
   Она была высокого роста и казалась крепкой и стройной, как молодое деревце. Плечи округлые, груди волнующие, талия тонкая и ко всему узкие бедра и длинные ноги. Но самое большое впечатление произвели на него необыкновенные темно-зеленые глаза.
   На ней был узкий оранжевый свитер и черные брюки. Каштановые волосы были перетянуты оранжевой лентой. Все это Бубнов впитал в себя в первый же момент. Красивой ее назвать было нельзя. Рот был больше нормы и нос великоват для красавиц, но, тем не менее, она была соблазнительна и желанна, и Бубнову показалась красивее всех. Какое-то мгновение она молчала, потом ее красивые губы раскрылись в улыбке, обнажив ряд белых и ровных зубов.
   - Добрый вечер, - произнесла она. У нее был низкий, хриплый голос, такой же бесстрастный, как и глаза.
   Бубнов тоже улыбнулся и представился:
   - Валентин, журналист. Работаю на телевиденье.
   - О, как интересно, - проворковала она. - Лена, и протянула ему руку.
   Он машинально схватил ее и сказал:
   - Здесь не очень интересно. Может, поужинаем вместе?
   Ее глаза слегка расширились, как будто она была удивлена этим предложением:
   - Хорошо! Я согласна, а то по вашему лицу видно, что здесь делать нечего.
   После этих услышанных слов, он снова почувствовал, как в нем закипела кровь, и вспыхнуло желание. Он представил себе, как сжимает ее нежное тело в своих объятиях, и у него закружилась голова. Когда они вышли, она взяла его под руку. Он сразу почувствовал запах ее духов, каких именно он не знал, но запах ему понравился.
   - Куда едем? - спросил он, открывая дверцу своей девятки.
   - С вами, куда угодно, - произнесла она.
   Он повез ее в ресторан " Арагви ", где его хорошо знали. Всю дорогу он старался произвести на нее впечатление, рассказывая анекдоты.
   - Какой вы веселый, - сказала она, выходя из машины.
   Как только они вошли в ресторан, их сразу встретил метрдотель и провел к столику, где их ждал официант. Лена была одной из тех редких женщин, которые не тратят времени на меню. Бросив взгляд, она сразу же сделала заказ. Во время ужина он продолжал веселить ее. Они пили, ели и танцевали. После ужина она сказала:
   - Спасибо Валентин за прекрасный вечер. Как хорошо, что я послушалась вас и не осталась на презентации. Она достала сигареты и вынула одну. Бубнов поднялся, чтобы дать ей прикурить. Когда он нечаянно коснулся ее руки, словно ток пробежал по его телу, и им овладела жажда секса. Они вышли, и Бубнов поехал провожать ее. Он ехал и едва сдерживал желание - вытащить ее из машины и разложить прямо на грязной дороге.
   Когда он подвез ее к дому, Лена шепотом сказала:
   Сегодня такой приятный вечер и мне не хотелось бы с вами расставаться. Давайте поднимемся ко мне и выпьем кофе.
   Бубнов почувствовал, как учащенно забилось его сердце. Он метнул на нее восхищенный взгляд и сказал:
   - С удовольствием.
   Ее глаза расширились, и она рассмеялась. Лицо ее сразу преобразилось, как бы сбросив с себя уже ненужную маску. Теперь она была само очарование. Лена открыла дверь, и они вошли в большую комнату. На полу лежал ковер с длинным ворсом. Мебель была дорогая и сочеталась с обликом респектабельной женщины.
   - Проходи и располагайся, - произнесла она, - а я пойду, переоденусь.
   Бубнов достал из пакета бутылку шампанского и поставил на стол.
   Когда она вышла из соседней комнаты одетая в шелковый халат, Бубнов увидел под ним смутные очертания ее прекрасного тела, и от этого у него кровь за пульсировала в венах. Она подошла к бару и достала оттуда бокалы. Бубнов открыл шампанское и наполнил их:
   - Я хочу поднять бокал за прекрасную и таинственную незнакомку, свалившуюся с небес.
   Она посмотрела на него и отвела глаза. По ее губам скользнула улыбка, и ему показалось, что она поняла его.
   - А теперь расскажите мне о своей работе, - попросила Лена, отпивая глоток и закуривая. - Она должна быть очень интересной.
   Их взгляды встретились, и у него появилось чувство, что она на несколько лет старше его опытом. Ее глаза раздели его и ощупали тело. Ничего подобного он не испытывал раньше. Он реагировал на ее медленный изучающий взгляд, как реагировал бы каждый мужчина.
   Когда мужчина и женщина встречаются, происходит химическая реакция, которой еще никто не нашел объяснения. И как только он увидел ее, она сразу же стала желанной. Бывают моменты, когда мужчины, оставшись наедине с женщиной, теряют разум, и он его потерял. От одной только мысли, что она может принадлежать ему, у него перехватило дыхание и пересохло горло. Он наполнил свой бокал и залпом осушил, а затем стал рассказывать о своих журналистских успехах. Чем больше он расхваливал себя, тем нежнее, как ему казалось, она смотрела на него. Он уже понял, что Лена необычная женщина и желал ее, как никакую другую.
   - Давайте выпьем за вас, за одну из самых очаровательных женщин, которых я когда-то встречал, - предложил Бубнов, наполняя свой бокал.
   Она рассмеялась:
   - Таких слов я давно не слышала.
   - Вот и услышали.
   - Комплименты всегда приятно слушать.
   Бубнов набрался храбрости и продолжал:
   -Как только я вас увидел, вы с самого начала произвели на меня огромное впечатление и околдовали.
   Она кинула быстрый взгляд на него, ее ноздри сжались и глаза стали томными:
   - Да, такое бывает. Увидишь человека и сразу понимаешь, что судьба решена, и тут уже ничего не поделаешь.
   - Лена! - произнес он дрожащим голосом. - Я схожу с ума...
   - О дорогой, иди ко мне, - проговорила она почти беззвучно. - Я ужасная женщина. Мне так стыдно за себя, но в данный момент, когда я увидела тебя...
   Все преграды рухнули. Он подошел к ней и заключил ее в объятья, сперва, довольно сдержанно. Ее волосы щекотали ему лицо. Он сжал ее сильнее. Ее рот был твердым и сжатым, но вскоре губы приоткрылись. Она дрожала:
   - Не будем терять время, так как его и так мало. Ты хочешь любить меня?
   - Да, - хрипло ответил он.
   - В таком случае, бери меня и люби, и люби сильнее. Только помни, я очень серьезно отношусь ко всем сексуальным проявлениям, и считаю, что это самое величайшее блаженство, дарованной нам богом. Ты сможешь остаться со мной на ночь?
   Он смотрел на нее с открытым ртом и чувствовал, как кровь его застывает.
   - Конечно да, - ответил он, забывая про семью.
   Они вошли в спальню, и она стала быстро раздеваться. Он еле поспевал за ней. Когда он увидел ее тело, то остолбенел, очарованный ее чистотой и белизной. Она потянула его на себя, и он обнял ее. Она сразу обмякла и стала шумно и порывисто дышать. Движение ее тела становились все сильнее и размашистей, когда он овладевал ею. Они долго упивались сладостью любви, часто останавливались, чтобы отдохнуть, и, наконец, когда было уже невмочь, сдерживать рвущее наружу удовольствие, забились в объятиях друг друга, в экстазе.
   Наутро, проснувшись, Бубнов уже не мог представить свою жизнь, без этой женщины. Он повернулся и посмотрел на спящую Лену. В мягком свете начинающегося рассвета ее лицо было еще более красивым и молодым.
   - Вот это женщина, - подумал он и прошептал:
   - Лена...
   Она шевельнулась, что-то пробормотала, и ее рука коснулась его груди.
   - Ты еще спишь?
   Она открыла глаза и без всякого выражения посмотрела на него:
   - Да нет, только задремала.
   Он подсунул руку под нее и попытался крепко прижать ее к себе.
   - Подожди, - сказала она. - Теперь я полностью проснулась. Пойду, сварю кофе, а ты поднимайся.
   Когда они прощались, он сказал:
   - Сегодня восхитительный день. Ты первая женщина в моей жизни, которая так много значит для меня, - и протянул ей свою визитку. - Звони в любое время, для тебя я всегда свободен.
   Она посмотрела на него с улыбкой:
   - А как же твоя жена?
   - Понимаешь, Лена, - начал он, - моя жена в постели меня совершенно не удовлетворяет. Моя жена очень трудный человек. Это одна из тех женщин, которые ненавидят секс, поэтому через некоторое время после женитьбы, я стал ей изменять. В жизни мужчин есть только две вещи: деньги и женщины.
   Лена открыла дверь и произнесла:
   - Я тебе позвоню.
   Так в жизнь Бубнова вошла Лена. Она притягивала его с такой силой, с какой гигантский магнит, притягивает гвоздь.
  
  
   В то же утро, Муса сидел в своем кабинете и вспоминал вчерашний разговор с Абдулой, и от этого разговора у него на душе остался неприятный осадок.
   Как только Абдула появился в кабинете, то сразу заявил, чтобы Муса срочно достал денег на закупку оружия и помог с доставкой его в Чечню.
   - Абдула! - ответил Муса. - Ты наверное не в курсе, какая в настоящее время сложилась ситуация в Москве. Если раньше деньги текли рекой, и было много продажных чиновников, то сейчас положение резко изменилось и работать стало намного тяжелее. Тем более, что в связи с гибелью банкира Ильясова, мы понесли огромные потери. Перед своей гибелью, он всю нашу наличку перевел в Швейцарию, и мы ее потеряли. Даже Семаку не удалось добраться до своих денег.
   Абдула сидел и молча слушал его, не перебивая. Он прекрасно понимал, что Муса прав, но ему было необходимо достать любым путем деньги на закупку оружия, иначе контракт на это будет аннулирован и сделка не состоится.
   Кряжистый, коренастый с редкими волосами и маленькими хитрыми глазами, он не задумываясь, соглашался на выполнение самых трудных заданий.
   - Если это возможно, - говорил он, - то я это сделаю. Если же это невозможно, то можно попробовать это сделать. Поэтому он не отступал не перед какими трудностями. Он знал, что после смерти Хусейна и изгнания таллибов из Афганистана, ситуация резко изменилась в худшую сторону. Потоки денег резко уменьшились, поэтому ему было необходимо достать деньги любым путем.
   - Муса, ты постарайся и найди денег. Время поджимает, и продавец ждать не будет. Батаев на тебя очень надеется, - сказал он и посмотрел на него. Его глаза излучали холод и угрозу.
   Муса помнил, что Батаев помог ему однажды, и он считал себя его должником, но где достать тридцать миллионов долларов, он не знал. Муса знал Абдулу, как одного из самых непримиримых командиров, который ни перед чем не остановится, чтобы достать деньги.
   - Абдула, - наконец сказал он. - Ты стал еще более воинственным и слишком суетишься. Давай встретимся через пару деньков, может быть, я сумею тебе помочь, хотя гарантировать тебе, что-либо, не могу.
   - Хорошо, я приду через два дня в это же время, - произнес Абдула и вышел. Его лицо выражало скрытую ярость.
  
  
   Утром, приехав на работу, Сергей прошел в кабинет, сел в кресло, вытянул ноги и, достав сигареты, закурил.
   Он думал о преступлении, причем, об одном из наиболее тяжких, каким является убийство. Что же все-таки толкает человека на этот шаг. Я не имею здесь в виду мотивы. Мотивы можно понять. Человек убивает в порыве ярости, из страха, ревности или мести, наживы. Но меня интересует нечто более серьезное, чем мотивы преступления. Хочется понять, что стоит за этим последним шагом, сделав который, человек становится Убийцей. Но, сделав этот шаг, он становится врагом общества.
   Убийство - это, довольно, своеобразное дело. Его можно планировать очень тщательно, казаться себе очень умным и находчивым и, тем не менее, допустить ошибку. А одной ошибки окажется вполне достаточно, чтобы его раскрыть.
   Сергей сидел и искал эту ошибку, когда дверь открылась, и появился Петр.
   - Ты чего такой задумчивый? - спросил он.
   - Да вот сижу и думаю. Прошла неделя, а мы с тобой в расследовании не продвинулись ни на шаг. Поезжай к Светиной подруге и попробуй выяснить все, что она знает о взаимоотношениях покойного Евдокимова с женой. Если меня здесь не застанешь, то я буду у Ольги Сергеевне. Как только Петр уехал, он направился к генералу.
   Увидев его, Петров усмехнулся:
   - Как дела, выздоравливающий, новости есть?
   - Понимаете, Иван Григорьевич, зацепиться пока не за что, хотя подозрительным мне кажется Бубнов - ведущий телепередачи " Военная хроника ". Я разговаривал с ним и почувствовал, что он явно что-то скрывает. Еще мне не понятна позиция генерала Лукина, который отстранил от расследования Стаса.
   - Понимаешь Сергей, - начал Петров. - То, что Лукин не подключил к расследованию Стаса, совершенно ничего не означает. Он начальник и ему виднее, кто будет вести расследование. То, что касается Бубнова, постарайся про него сначала все выяснить, а только потом, еще раз поговорить.
  
  
   В это время Петр беседовал с подругой вдовы Евдокимова, Ниной.
   - Расскажите мне все, что знаете о взаимоотношениях Светланы с покойным мужем, - попросил он ее.
   - Евдокимов был известным журналистом и вел на телевидение передачу " Военная хроника ", - начала она. - Светлане, когда она выходила за него замуж, казалось, что она нашла свой идеал. Шло время, и она поняла, что ошиблась. Ей нравилась праздная жизнь - посещать вечеринки, банкеты, приемы, а Михаил все это не любил. На этой почве у них начались ссоры, скандалы, и они стали отдаляться друг от друга. У нее появились поклонники, и она стала поздно возвращаться домой. Она была из того типа женщин, от которых у любого мужчины захватывало дух. Все мужчины сходили с ума от ее фигуры и смотрели на нее, как будто она шла обнаженной. Она говорила, что любит, когда мужчины смотрят так на нее и возбуждаются ее телом. Я ей не раз говорила, чтобы она перестала вести себя вызывающе, но она только смеялась и не хотела даже прислушиваться к моим советам. Я пробовала разговаривать и с Михаилом, но тот только отмахивался от меня и говорил, что если Светлане нравится такая жизнь, пусть так и живет. В день убийства, Света приехала ко мне вся в слезах и рассказала, что Михаил хочет развестись с ней, и она не знает, что делать. Ее голос утратил независимую самоуверенность, и я заметила, что когда она говорила, то ее руки сжались в кулаки. Пока я слушала, ее лицо осунулось, и она сразу стала выглядеть лет на десять старше. Она очень переживала свою ссору с Михаилом. Я попыталась ее успокоить и говорила ей, что все образуется, и они помирятся. Так мы просидели весь день, а вечером она уехала. Да, чуть не забыла. В последнее время вокруг ее постоянно крутился мужчина - некто Валентин.
   - А как он выглядел? - спросил Петр.
   - Светловолосый высокого роста, немного полноват и с хитрыми маленькими глазками. Мне показалось, что он ходит вокруг Светланы и что-то вынюхивает. Скользкий и неприятный тип.
   Петр поблагодарил Нину за полученную информацию и сразу позвонил Сергею.
  
  
   Ближе к вечеру, взяв служебную машину, Сергей поехал к Ольге Сергеевне. Подъехав к дому и при парковав машину, он направился к дому. Дверь открыл Игорь и, увидев его, в добром здравии, очень обрадовался.
   - Сергей Петрович! Проходите, - сказал Игорь. - Сейчас будем ужинать.
   Он вошел в комнату и увидел Ольгу Сергеевну сидящую за столом.
   - Сергей, - промолвила она, - проходи и присаживайся. - Игорь, достань из бара бутылочку коньяка, мы с Сергеем выпьем за его выздоровление.
   Они выпили, и Сергей рассказал ей, что ведет расследование убийства журналиста Евдокимова.
   - Сергей! - сказала она, - вот Игорь хочет пойти по твоим стопам, и поступил учиться в Юридический институт.
   Молодец, - ответил он и посмотрел на Игоря с улыбкой.
   - Сергей Петрович! - сказал Игорь, - если вам будет нужен помощник то он в свободное от учебы время, готов ему помогать. И это будет полезно для него.
   - Поживем, увидим, - промолвил Сергей. - Возможно, ты пригодишься в ближайшее время.
  
  
   Бубнов, после выпитого кофе, продолжал свои воспоминания. После первой встречи с Леной, он хотел, чтобы та принадлежала только ему, и безумно страдал, что она ему не звонила. Прошло три дня, но она продолжала хранить молчание. Он все это время находился в воспоминаниях той, единственной и неповторимой ночи, проведенной с ней. Он находился в мрачном состоянии и не мог сосредоточиться на работе. Влечение к ней, превратилось для него в пытку. Он сидел на работе и настороженно прислушивался, но телефон молчал. Он надеялся, что Лена позвонит ему. На душе у него было скверно. Он страдал, как только мог страдать безнадежно влюбленный мужчина. Он сам уже хотел ехать к ней домой, и ждать хоть до утра, как зазвонил телефон. Он вздрогнул и поднял трубку.
   - Алло, - недовольным голосом спросил он, - кто говорит?
   - Это я, - услышал он ее голос, и от этого у него сердце заколотилось и внезапно перехватило дыхание.
   - Да...- единственное, что он мог произнести.
   - Я не потревожила тебя?
   - Нет, конечно.
   - Прекрасно! Я просто хочу сказать, что мы сегодня можем встретиться. Ты свободен?
   - Конечно, - ответил он радостным голосом.
   - Тогда приезжай ко мне вечером часам к восьми, я тебя буду ждать, - проворковала она нежным голосом.
   От этих слов, у него моментально улучшилось настроение, и он с нетерпением стал ждать назначенного времени. День тянулся медленно. Работа была ему неприятна, и он ловил себя на том, что все время посматривает на часы. Ровно в восемь он стоял у двери ее квартиры с большим букетом цветов.
   - Проходи, - сказала она, пропуская его вперед. Затем забрала у него цветы и пошла на кухню. Это была уже не та Лена, о которой он мечтал. Лицо у нее было, совершенно каменное.
   В кожаном кресле за столом сидел незнакомый ему мужчина и потягивал коньяк. Увидев входящего Бубнова, он поднялся и направился к нему навстречу.
   - Валентин Иванович, давайте знакомиться. Лукин Михаил Иванович, - произнес он и протянул руку.
   Это был высокий, широкоплечий мужчина лет пятидесяти с загорелым лицом. Многих поражала его самоуверенность и невозмутимость. Загорелое лицо приняло вид орла, и он улыбнулся ему хищной улыбкой.
   - Проходите, присаживайтесь, в ногах правды нет, - тихим голосом добавил он, - а ты Лена, приготовь нам ужин, а то Валентин Иванович наверняка голоден.
   Легкое движение воздуха свидетельствовало, что она вышла из комнаты.
   Бубнов продолжал стоять, не зная, что делать и чем ответить. Он уже догадался, с кем имеет дело, но пока не знал, что конкретно можно предпринять.
   - Что вам надо от меня? - наконец произнес он.
   - Да пока ничего, - проговорил Лукин, разливая коньяк. - Ваша задача будет состоять в том, чтобы присматривать за вашим другом и шефом Евдокимовым и постараться выявить людей, которые снабжают его информацией.
   - А что будет, если я откажусь от сотрудничества с вами? - на всякий случай спросил Бубнов.
   - Не откажитесь, - проговорил Лукин, и взгляд его стал суровым. - Понимаете, Валентин Иванович, большинство мужчин ведут двойную жизнь: явную и тайную. Общество судит о нас, о наших характерах только по фактам явной жизни. Однако, если мужчина допускает ошибку, и его тайные пороки становятся достоянием общества, его осуждают. И вместе с тем он остается тем же самым человеком, который совсем недавно пользовался благосклонностью общества. Но теперь его тайна раскрыта, и отношение к нему резко меняется.
   Многим мужчинам удается дурачить общество, и оно не знает их постыдных тайн, так как они держат их в секрете. Вы сами относитесь к этой категории людей. Надеюсь, вы поняли, что я хотел вам сказать.
   В комнату вошла Лена. Мгновение, она изучала Бубнова холодным взглядом, затем открыла сумочку, лежащую на диване, и вынула несколько фотографий. Затем она улыбнулась ему улыбкой ехидны и взяла рюмку.
   - Посмотри на эти фотографии, - сказала она с невозмутимым видом. - Ты хочешь, чтобы их увидели твоя жена и сослуживцы. Хорошенько посмотри и подумай. Холодность ее голоса и равнодушие в глазах показали ему, что он потерял ее, и внезапно им овладел страх и неуверенность. Он почувствовал себя уничтоженным. Бубнов вырвал фотографии из ее рук, рассмотрел их и побледнел.
   - Ну и сука ты, - вырвалось у него. Он безуспешно старался сдержать нервную дрожь.
   - Ты думаешь, что меня интересует, что ты думаешь обо мне? - проговорила она, сделав глоток. - Ты же, слабак, и побежишь за любой юбкой, которая тебя поманит.
   - Ты хочешь сказать, что это была твоя идея затащить меня в постель, - прошептал Бубнов.
   Лукин усмехнулся:
   - Да, это ее идея. Ты еще не знаешь, какая она умница.
   Бубнов сделал шаг вперед, чувствуя, как в нем растет желание ударить кулаком по морде Лукина.
   - Спокойно Малыш! - произнес Лукин, - Ты теперь не сможешь выкрутиться из неприятностей, в которые сам попал. Тебе следует хорошенько пошевелить мозгами и, поверь мне, тебе из этого дерьма не вылезти никогда. Возьми себя в руки, и давай лучше выпьем. Пойми, что достаточно показать эти фотографии, и твоя песенка спета. Евдокимов сразу выгонит тебя, и ты на своей карьере можешь поставить крест. Тебя уже никто не возьмет на работу.
   Бубнов схватил рюмку и выпил одним глотком. Затем, снова наполнив ее, и закрыл глаза:
   - В самом деле, что он умеет? Над этим он раньше никогда не задумывался. За последние несколько лет, он пытался найти для себя что-нибудь посущественнее, но ничего не находил. Поэтому он и работал на Евдокимова. От этих раздумий ему стало не по себе, и он воспылал ненавистью к Евдокимову.
   Вот так-то лучше, - сказал Лукин, - намного лучше. Лена одна из лучших моих работников и приносит пользы больше, чем многие другие. Я сам научил ее всем тонкостям этого ремесла и должен сказать, что она достигла невероятных успехов.
   Бубнов открыл глаза и бросил взгляд на Лену. От ее жесткого холодного лица, на котором выделялись бешенные глаза, у него перехватило дыхание. Это была смесь непроницаемости, бесчувственности и хитрости. Он был сражен и не мог вымолвить не единого слова. Он схватил бутылку, забыв, что перед ним стоит полная рюмка, и стал пить прямо из горла. Он стал понимать, как чувствует себя крыса, когда за ней закрывается дверца ловушки.
   - Валентин Иванович! Ты уж очень не переживай. Главное выйти на информаторов. А это тебе на расходы, - сказал Лукин, протягивая ему конверт.
   Бубнов принял конверт, ощутив пальцами скользящие купюры, невидимые, но уже доступные. Пачка в конверте была вроде толстая. И вот он, превозмогая муки совести и страх перед разоблачением, стал с этого дня работать на Лукина и сообщать ему о каждом шаге Евдокимова.
  
  
   Муса сидел в своем кабинете и ждал появление Абдулы. Он решил найти Султана, чтобы тот тоже присутствовал на встрече. Время было достаточно и он, набрав нужный номер, достал пачку сигарет и закурил. Наконец в трубке раздался мужской голос.
   - Султан! Это Муса.
   - Вот тебя только не хватало, - подумал Султан.
   - Послушай Муса, я сейчас очень занят. Перезвони через пару часов.
   Муса усмехнулся. Он знал, чем был занят Султан.
   - Бросай все дела и срочно приезжай на встречу с Абдулой. Муса услышал, как тот обругал его шепотом и зло усмехнулся.
   Султан бросил трубку на рычаг, разразившись проклятиями в адрес Мусы. Танюша была стройной блондинкой двадцати трех лет с красиво очерченным ртом и носом, овальным лицом и большими голубыми глазами. Он встретил ее в баре и был сражен голубыми глазами и узкими точенными ножками. Он угостил ее коктелем и спросил:
   - Может, проведем вместе вечер у меня. Таня рассмеялась, и он с удовольствием заметил, что она не смутилась. Они выпили, он расплатился и повез ее к себе на квартиру. Когда они вошли в квартиру, он крепко обнял ее, прижимая к себе, и в этот момент раздался телефонный звонок.
   - Извини Танюша, нам придется перенести встречу на завтра, если ты не будешь возражать, - сказал он, протягивая ей сто долларов. - До дома доберешься сама. Проводив ее, он вошел в ванную. Справа от душа у потолка был шкаф. Он открыл его и нащупал хитро спрятанную пружинку. После того, как он нажал на нее, створки задней стенки шкафчика раздвинулись. Пошарив рукой, он вытащил кожаную кобуру, в которой был небольшой пистолет. Сняв пиджак, он пристегнул кобуру ремнем к плечу и вновь натянул пиджак, с удовольствием отметив, что кобура незаметна под пиджаком. Он еще раз взглянул на себя в зеркало над умывальником и остался доволен своим видом, хотя выглядел немного старше своих тридцати пяти лет, так как на висках уже виднелись седые волосы. На него смотрел высокий и смуглый мужчина. У него было узкое лицо, глубоко посаженные темные глаза, плотно сжатый рот и мощный подбородок.
   Приехав в казино, он быстро поднялся на второй этаж и вошел в кабинет. Там уже находились Казбек и еще несколько человек. Муса с нетерпением ждал его и передал всем свой разговор с Абдулой.
   - Послушай Муса, - сказал Султан, - а не послать бы его на х... Тоже мне командир нашелся. Привык в лесу жить и командовать своими головорезами.
   - Остынь, - сказал Казбек. - Послать его, мы всегда сможем, но надо это сделать по-человечески, а иначе он не отстанет от нас.
   - Денег у нас нет, и в ближайшее время не предвидится, и вы это прекрасно знаете, - сказал Муса. - Я могу связаться с Семаком и попросить нам помочь, но я уверен, что у него таких денег не найдется, а Абдула требует тридцать миллионов баксов наличными.
   - Я его все же послал, а ты Муса, сам решай, произнес Султан. - Если будет гоношиться, то я с ним разберусь и не посмотрю, что он входит в ближайшее окружение Батаева.
   Ровно в семь вошел Абдула с двумя своими охранниками.
   - Абдула! - сказал Муса. - Пусть твои солдаты посидят в приемной, попьют чаю, а мы с тобой поговорим.
   Абдула махнул рукой и они вышли .
   - Ну что Муса, нашел деньги? - зло спросил Абдула.
   - Понимаешь Абдула, я бы с радостью тебе помог, но в настоящее время не могу. Милиончик, возможно полтора, еще могу наскрести, хотя придется обращаться за помощью к братве и, пожалуйста, не разговаривай со мной в таком тоне, не люблю.
   - Неважно, любишь ты или нет. Ты слишком зажирел и разнежился, когда твои братья погибают на войне, хотя самоуверенности у тебя не убавилось. Ты думаешь, что война - это игра. Взмахнул волшебной палочкой, и появилось оружие. Ты сидишь здесь, в роскошном кабинете, блаженствуешь, а другие за тебя воюют.
   - Послушай Абдула, - взорвался Султан, - скажи спасибо, что мы не только тебя принимаем, но и находим кое- какие деньги. Мы знаем, что они тебе необходимы, но подскажи, где их взять, и прекрати свои нравоучения.
   - Закрой хлебальник, - воскликнул Абдула.
   - Успокойся, - проговорил, вставая Казбек, - а то мы начнем стрелять друг в друга. Ты, наверное, забыл, что находишься в гостях, а не у себя дома.
   Султан, не отдавая отчета в своих действиях, резко вскочил и направился к Абдуле. Зрачки его глаз налились кровью.
   - Сидеть всем, - крикнул Абдула, выхватывая с молниеносной быстротой пистолет, - иначе всех положу.
   Муса весь позеленел от ярости и так сжал кулаки, что казалось, что из них брызнет кровь. Он выглядел сумасшедшим и был готов вогнать Абдулу в гроб. Его жуткий пустой взгляд пронизывал Абдулу насквозь. Такие лица бывают только у убийц, глаза дьявольски заблестели.
   - Убирайся и забери своих псов, а то я за себя не отвечаю. Ты совершил большую ошибку и не получишь ни копейки.
   Абдула понял, что своим поведением совершил роковую ошибку, и решил разрядить создавшееся положение. Он, сделав над собой усилие, улыбнулся и произнес:
   - Извини меня Муса, нервы не к черту.
   - Я все сказал Абдула. Султан проводи его.
   - Я ухожу, но мы еще встретимся, - жестко сказал на прощание Абдула.
  
  
   В то время, когда Сергей находился в гостях у Ольги Сергеевны, раздался звонок. Ему не хотелось доставать мобильник, зная, что как только он возьму его, то сразу придется, куда ни будь ехать.
   - Сергей! Тебе звонят, - произнесла Ольга Сергеевна.
   И ему пришлось отозваться.
   - Есть новости, - услышал он голос Петра, - но можешь узнать завтра.
   - Нет, - ответил он. - Подъезжай ко мне часа через полтора, поговорим.
   - Ольга! - произнес Сергей. - Извини, но придется ехать, такая у меня работа.
   - Понимаю, - ответила она, - только больше не хандри, жизнь продолжается. И знаешь что, возьми себе одну из машин. Или мерседес моего покойного мужа, или мой БМВ. Тебе в настоящее время машина необходима, а мне и одной хватит.
   - Спасибо Ольга, я на днях заеду и возьму на время БМВ. С этими словами он поехал домой.
  
  
   Маша проснулась среди ночи. В последнее время ей не спалось. Она вспоминала свою последнюю встречу с Евдокимовым, которого очень любила.
   За день до своей гибели, он позвонил ей и попросил встретиться. Она ему ответила, чтобы он заехал к ней вечером домой. Когда она открыла дверь, он изумленно посмотрел на нее и застыл на месте.
   Ее темно-каштановые волосы, стриженные коротко, почти как у мальчика, были зачесаны назад. Черты ее лица казались несколько неправильными - такими их делали широкие скулы. Глаза были большие, синие, чуть раскосые, как у восточных женщин.
   - Ты что застыл, словно статуя, проходи, - произнесла она, закрывая дверь и направляясь в комнату. - Сейчас будем ужинать. Что будешь пить? - Она улыбнулась, и ее глаза метнули на него восхищенный взгляд. Она всегда испытывала легкое сердцебиение при виде этого лица, этих ясных глаз и решительного подбородка.
   - Водку, - ответил Михаил, усаживаясь за стол.
   Она налила ему водки, а себе бокал вина.
   Маша! - сказал он. - Если бы ты только знала, как я рад нашей встрече.
   - Честно говоря, я тоже рада, - сказала Маша, отпивая глоток вина. - Скажи, ты счастлив в своей семейной жизни?
   Михаил вздохнул и задумался. Он вспомнил, как встретил Светлану на каком-то банкете и сразу влюбился в нее. Она показалась ему самой восхитительной женщиной из всех, каких он когда-то встречал. Совершенное воплощение идеальных представлений о женщине. Они поженились через неделю после первой встречи. Их первая брачная ночь могла бы послужить ему предостережением. Никакой страсти. Она лишь терпеливо ему отдавалась. Он надеялся, что со временем, сумеет разгорячить ее, если проявит достаточно терпения, но это ему не удалось. Позже он понял, что ее единственная страсть - шмотки, гулянки, банкеты, презентации. Сначала он был настолько от нее без ума, что ему приходилось терпеть и везде сопровождать ее. Но, как только он сказал ей, что это все ему надоело и мешает его работе, начались ссоры, и она стала везде появляться одна. Однажды, он сказал ей, что ему не нравится ее поведение, что она стала приходить поздно домой и не совсем трезвой.
   - Знаешь, Михаил, - ответила она. - Я много натерпелась от тебя и не позволю меня поучать. Ты все время отдаешь своей чертовой работе, будь она проклята, и только для меня у тебя нет никогда времени. Она вдруг побелела, и ее глаза сверкнули:
   - Ты сам во всем виноват, и если тебя это не устраивает, можешь убираться к черту.
   Светлана горько разочаровала его. Она брала все и ничего не давала взамен. Он любил ее достаточно сильно, но восстал против ее безрассудства, эгоизма и постоянных претензий. Жизненный опыт открыл ему глаза. Он проклинал себя за то, что уговорил Светлану выйти за него замуж. Его любовь к ней была горькой, потому что он знал, что эта любовь ему ничего хорошего не принесет.
   Она направилась к двери, а его охватила страшная ярость, такая, какой он не испытывал никогда. Он вскочил и схватил ее за руку в тот момент, когда она бралась рукой за дверную ручку. Он так ударил по лицу, что ее отбросило к стене, колени у нее подогнулись, и она сползла на пол. Яростным рывком он поставил ее на ноги и швырнул в кресло. Она упала на сиденье, едва дыша, прижав руку к красной пылающей щеке, и со жгучим ненавидящим лицом уставилась на него.
   - Как я тебя ненавижу, ты сделал мне больно. Подожди, тебе это дорого обойдется. Ты еще пожалеешь об этом.
   Он молча смотрел на нее. Она выглядела нелепо и глупо, как капризный, избалованный ребенок, впавший в истерику. Затем она вдруг расплакалась. Она сползла с кресла, подбежала к нему, упала на колени и обняла его за талию.
   - Только не разводись со мной. Я исправлюсь, и без тебя никуда больше ходить не буду. Какая же я дура, что так вела себя по отношению к тебе. Прости меня.
   Он испытывал к ней сочувствие и только. Еще вчера ее объятия могли пробудить в нем желания, теперь же они ничего для него не значили.
   - Света, - сказал он, - прошу тебя, успокойся.
   Она подняла распухшее, залитое слезами лицо, и отпустила его.
   - Михаил, - услышал он, - ты меня ненавидишь, правда? Наверное, я это заслужила. - Она подавила рыдание. - Обещаю тебе, если ты останешься со мной, то я буду тебе хорошей женой.
   - Замолчи, - ответил он, - Сядь в кресло, я принесу тебе выпить.
   Она поднялась, ее колени продолжали дрожать.
   - Боже! - произнесла она сквозь слезы, - ты словно каменный. И упала в кресло.
   Он подошел к бару, достал коньяк и налил ей рюмку.
   - На, выпей, а мне надо работать.
   Она выпила и поставила рюмку на стол.
   - Я знаю, ты меня ненавидишь, - произнесла она, немного успокоившись. - Хочешь вернуться к своей девке. Уж я это точно знаю. Ее губы сжались в тонкую линию, и он впервые, со времени их первой встречи, заметил, что она совсем не так красива, как ему это казалось. Он подумал, что когда двое любят, между ними зарождается нечто совершенно невосполнимое. Это нечто драгоценное, но хрупкое, невероятно хрупкое.
   После услышанных слов, в нем вдруг все погасло и он, наконец, понял, что ему с ней больше жить нельзя. Надо разводиться. Он подался вперед и заглянул ей в глаза.
   - Если ты сейчас же не замолчишь, то я тебя опять тресну.
   - Только посмей, - взвизгнула она. - Я буду так орать, что сюда сбежится вся милиция.
   Он был ею сыт по горло. Это становилось невыносимо. Ему необходимо было побыть одному и спокойно все обдумать. Он прошел в свой кабинет и закрылся на ключ, а рано утром вышел из дома, сел в машину и поехал к себе на работу.
   Вспоминая сейчас этот разговор, Михаил сказал:
   - Понимаешь, Маша, грыземся как собаки с утра до вечера. Она совсем не понимает меня. Для нее жизнь - это сплошной праздник, а для меня главное в жизни - это работа. Когда я познакомился с ней, то был уверен, что у нас будет все замечательно. С начало все шло хорошо, а затем, как будто в нее вселился черт. Пошли пьянки, гулянки. Если бы было возможно повернуть время вспять? Вот увидел тебя и понял, что все время продолжал любить только тебя. На меня в то время, как будто нашло какое-то наваждение, а теперь я знаю, что обманул сам себя. Я решил развестись со своей женой и начать новую жизнь с тобой.
   Она встала из-за стола и прошлась по комнате. У нее была такая фигура, что он невольно залюбовался ею.
   - Я знала Михаил, что у вас не сложится жизнь, так как у нее на уме были всегда деньги, шмотки и развлечения, поэтому продолжала любить и ждать тебя. Понимаешь, - продолжала она, - ты, как и большинство мужчин всегда предпочитаете распутниц, заставляя порядочных женщин страдать, и это происходит потому, что приличные женщины слишком скучны. Мужчинам тяжелее сдерживать свои инстинкты, чем женщинам, и поэтому мужчины бегут к распутницам. Но вместе с тем, они нужны им на короткий период времени. Сегодня мужчина с ней, а завтра уходит и бросает ее. Мужчины не в состоянии сдерживать свои инстинкты. Если мужчины сбились с правильного пути, они, как неразборчивые щенки, бегут за первой встречной. Мужчины предпочитают распутных женщин, чтобы удовлетворить свое тщеславие. Эти женщины весьма привлекательны и испорчены одновременно. Мужчины любят, когда их встречают в обществе таких женщин. Друзья начинают им завидовать. Распутницы, как правило, глупы. Мозги им ни к чему. Достаточно, хорошенького лица, красивой фигуры и длинных ног и готовность отдаться. Ты, как раз, и принадлежишь к этому числу. Мне больно смотреть, когда шлюхи обводят вашего брата вокруг пальца. Мужчин интересует только внешний вид, наряды и тело. Если у женщины нет хорошенькой мордашки, ей никуда не пробиться. Это просто отвратительно. Мужчины не терпят, когда женщины знают больше, чем они. Это еще один шанс для шлюх. Они ленивы по характеру и у них нет времени ни на что, кроме распутства. Единственная тема их разговора - они сами, их туалеты, их неприятности и их внешний вид. Мужчинам это нравится, в обществе таких женщин они себя чувствуют на высоте. А этим женщинам мужчины нужны только для того, чтобы весело провести время и вытянуть из них как можно больше денег. Ты уж извини меня, но твоя жена как раз подходит к этой категории женщин.
   - Да это я понял, и извиняться не надо. Ты лучше мне скажи, неужели у тебя в течение года никого не было?
   - Нет, - просто сказала она.
   Кровь ударила ему в голову и он, поднявшись, подошел и обнял ее. Не владея собой, он стал покрывать ее лицо поцелуями, и она сразу сникла, опустившись в бессилии на диван.
   - Подожди, - прошептала она, - я разденусь.
   Быстро раздевшись, они направились в спальню. Она легла, и их губы слились в долгом страстном поцелуе. Она прижалась к нему грудью и сказала:
   - Как долго мне пришлось ждать этого момента.
   Михаил ласкал ее бедра и гладкую атласную спину, напряженно вытянув тело.
   - Маша, любимая моя, - вырвалось у него. И он овладел ею.
   Наслаждение было продолжительным и сильным. Наконец они замерли оба в сладкой истоме, без движения, без звука, упиваясь выпитой чашей наслаждения.
   Утром, она проснулась от беспокойного сна. Она открыла глаза и сощурилась от яркого солнечного света, ворвавшегося в комнату. Маша повернула голову и посмотрела на спящего, рядом с ней Михаила.
   Как бы почувствовав, что кто-то наблюдает за ним, он пошевельнулся во сне, вынул руку из-под одеяла и, обняв ее, снова притянул к себе.
   Полежав немного, она высвободилась из его объятий, встала и пошла, готовить завтрак. Пока она варила кофе и готовила бутерброды, Михаил проснулся, и тихонько подкравшись, обнял ее.
   - Машенька, дорогая моя, - произнес он, - если ты не против, я перееду к тебе.
   - Решай сам, - тихо прошептала она. - Я тебя люблю, и буду ждать.
   После завтрака, когда он уходил, то протянул ей папку и сказал:
   - Здесь очень важные документы. Убери их.
   - Хорошо, - ответила она и положила в письменный стол.
   Он уехал, а она задумалась. Ее мысли и воспоминания текли рекой, заливая ее радостным ощущением жизни, которая теперь представлялась ей сплошным праздничным фейерверком.
  
  
   Сергей ехал домой и думал, какая же замечательная женщина Ольга Сергеевна. Потеряла мужа, сестру, а все равно не ожесточилась и стала для Игоря второй матерью. Игорь тоже молодец, после трагической смерти матери не уединился и нашел в себе силы остаться человеком, пошел учиться, чтобы бороться со злом. Надо помочь ему и поручить какое либо дело, связанное с его учебой. Пусть рядом со мной и Петром набирается опыту и знаний.
   Приехав, домой, Сергей первым делом пошел на кухню, достал из холодильника початую бутылку коньяка, наделал бутербродов и стал ждать Петра, зная его страсть к еде.
   Как только тот появился, он разлил коньяк по рюмкам и они выпили. Затем Петр с жадностью набросился на бутерброды, говоря как всегда, что с утра не ел. После того, как все было съедено, Петр достал сигареты и закурил.
   - Давай рассказывай, что нового узнал.
   И Петр поведал ему свою беседу с Ниной. Пока Сергей слушал рассказ Петра, у него мелькнула мысль, что он знает этого мужчину. Как же он похож на Бубнова? Но почему тот говорил ему, что плохо знает Светлану. Надо будет еще раз встретиться с ней и выяснить. Воспоминание о ней взволновало его. Петр, словно отгадав его мысли, наполнил рюмки и добавил:
   - Тебе Сергей, как специалисту по женским сердцам, надо еще раз встретиться с вдовой Евдокимова, а я пройдусь по соседям и потолкаюсь во дворе. Не может быть, чтобы никто ничего не видел и не слышал. После того случая, связанного со смертью Ильясова, я не допущу больше оплошности.
   - Хватит Петр херню пороть и бить себя в грудь. Никто из нас тогда не допустил ни одной ошибки. Просто мне повезло больше. Теперь послушай меня. Помнишь Игоря, который был водителем Ильясова. Теперь он живет у Ольге Сергеевне, которая стала для него второй матерью. Я хочу поручить ему следить за Бубновым, который мне очень не нравится. Игорь в настоящее время учится в Юридическом институте и мечтает пойти по нашим стопам.
   - Как поживает Ольга Сергеевна?
   - Нормально. Теперь, когда с ней живет Игорь, у нее появился стимул к жизни, и она отдает ему всю свою любовь. Кстати, она презентовала мне свою машину и я теперь при колесах.
   - Вот это здорово. Не будешь больше клянчить служебную машину. Давай по последней и я поеду домой, а ты отдыхай и набирайся сил.
   Как только Петр уехал, Сергей прилег на диван и включил телевизор. Диктор сообщал о последних событиях в Чечне:
   Вновь обстрелена колонна российских солдат, имеются жертвы.
   - Да, подумал он, - кому-то очень выгодно продолжение войны в Чечне. У Евдокимова видимо появилась информация, компрометирующая кого-то из высокопоставленных чиновников, который за всем этим стоит. Поэтому его сразу убрали. Но он сделаю все, чтобы добраться до этих выродков, но сначала надо взяться за Бубнова, который явно что-то знает и скрывает от следствия. Надо попросить Катю, чтобы присмотрела за Бубновым на работе, и постаралась выяснить все его связи. При упоминании Кати у него кольнуло сердце и захотелось ее увидеть.
  
   За месяц до убийства Евдокимова, генерал Лукин сидел в большом кожаном кресле у себя в кабинете и прокручивал в голове все возможные последствия, которые могут возникнуть в результате разглашения секретного соглашения о продаже оружия чеченским боевикам. Картина складывалась не завидная. Ему уже намекнули сверху и предупредили о, плачевных для него последствий, если у Евдокимова появятся доказательства, и он представит их в своей передаче, кто за всем этим стоит.
   - Блефует или нет? - задал он себе вопрос. - Что делать? Он встал из-за стола и стал ходить по кабинету, затем достал пачку сигарет и закурил. Подойдя к телефону, он набрал номер:
   - Лена, - произнес он суровым голосом, - через час жду тебя на квартире.
   Когда он появился, Лена уже ждала его.
   - Тебе надо срочно встретиться с Бубновым, - сказал он ей. - Разыграй сцену и скажи, что любишь его по-прежнему. Он человек мягкий, как глина, и из него можно слепить что угодно, поэтому он тебе поверит. Скажешь ему, чтобы он стал ухаживать за женой Евдокимова. Пусть сопровождает ее на банкеты, презентации и не жалеет на нее денег. Наверняка Евдокимов делится с ней и посвящает в свои рабочие дела и поэтому, она должна знать, где он хранит документы.
  
  
   Как только Бубнов услышал голос Лены, вся злость на нее сразу прошла. Хотя у него на душе и оставался неприятный осадок после той встречи, на которой решилась его судьба, и он стал работать на Лукина, но Лена все это время продолжала его волновать. Он думал, как наивный ребенок, что это Лукин заставил его работать на себя. Поэтому он с радостью согласился встретиться с ней, как только услышал, что она ждет его вечером у себя.
   Как только он вошел, она сразу прижалась к нему и поцеловала. У него по телу пробежала легкая дрожь, и он был готов следовать за ней куда угодно.
   - Валентин! - проворковала она. - Ты меня прости за мое хамское поведение, но так было необходимо вести себя, иначе Лукин мог заподозрить, что я влюблена в тебя.
   Он достал платок и протер лоб.
   - Сегодня чудесный день, - сказал он взволнованным голосом. Ты первая женщина в моей жизни, которая так много значит для меня.
   Она погладила его по лицу:
   - А ты, первый мужчина, который что-то значит для меня. Как глупо ждать, если два человека любят друг друга. Любовь - это лучший способ узнать друг друга получше.
   В этот момент, ему следовало бы бежать изо всех ног из этой квартиры, но, услышав такое, он не сделал ничего. Волна желания погасила красный предупредительный огонек, заметавший в его голове, и он направился к ней, как марионетка, без воли, без мыслей об опасности, охваченный лишь желанием быстрее получить то, что она ему обещала.
   Совершенно голая, под прозрачным белоснежным халатом, она, казалось, была готова для любви. Схватив его за руку, она потянула его в спальню.
   Когда они достигли, максимум удовольствия, она испустила дикий крик. Они заснули, как это делают всегда удовлетворенные любовники. Через какое-то время они проснулись
   - Ты замечательный любовник, - пробормотала она.
   - А ты, великолепна.
   - Не двигайся, лежи так, - прошептала она.
   Он лежал расслабленный, и все еще парил в этом эротическом сне. В сексуальном отношении она была самой привлекательной женщиной, которых Бубнов знал раньше. Он посмотрел на нее. Она лежала голая, закрыв глаза.
   Понимаешь, Валентин! - проговорила она, открывая глаза. - Чтобы нам и дальше так встречаться и любить друг друга, тебе необходимо будет выполнить поручение Лукина. Оно состоит в том, что ты должен будешь ухаживать за женой Евдокимова и везде ее сопровождать. Может быть, тебе удастся, узнать, где Евдокимов хранит документы и кто его информатор.
   Бубнов наблюдал за ней и слушал ее. Откуда вдруг у него возникло это неприятное чувство к ней? Наверное, это от того, что Лена снова, совершенно изменилась. Она совсем не была похожа на ту, стонущую от наслаждения женщину, лежащую в его объятиях всего три часа назад. Теперь она превратилась в холодную, расчетливую женщину. Его мысли метались во все стороны. Он сделал над собой усилие, чтобы собраться с мыслями.
   - Как он все-таки, не осторожен, - думал он. Совершенно опустошенный сексуально, он считал, что она представляет собой угрозу для его семьи и карьеры, но сделать с собой ничего не мог. Ни одна женщина не возбуждала его так, как она. Он тяжело вздохнул, понимая, что веревка вокруг его шеи еще больше затягивается, но отказать ей, он не смог. С этого дня он готов был выполнять все ее приказы, лишь бы она позволяла ему любить себя.
   Она лежала на спине обнаженная, сжав длинные ноги, рассыпав каштановые волосы по подушке, с легкой полуоткрытой улыбкой и смотрела на него.
   - Ты согласен? - спросила она.
   - Конечно, согласен, я все сделаю для тебя.
   - Иди ко мне, - просто сказала она.
   Их любовь была яростной, но это была не любовь, а похоть. Елена была неотразима.
   Утром он проснулся. Некоторое время он лежал неподвижно, совершенно опустошенный. Затем взял себя в руки, повернул голову, но Лены рядом не было. На столе он увидел конверт и записку:
   - Постарайся, как можно скорее, выяснить все то, о чем я тебе просила. В конверте деньги на твои расходы. Не забудь захлопнуть дверь.
   Твоя Лена.
   Вне себя от гнева, Бубнов уставился в потолок. Больше всего злило, что она видела его насквозь и чувствовала, как много значит для него. И она действительно много значила, хотя он не хотел признаваться себе в этом. Она волновала его, казалась ему непонятной и таинственной, и в тоже время, он не хотел делить ее ни с кем. И вместе с тем он сознавал, что на него нашло какое-то сумасшедшее. Возможно, что если бы она поощряла его ухаживания, все было иначе, но именно ее намеренное безразличие заставляло его страстно желать ее. Это было уже не просто сексуальное влечение. Он хотел разрушить стену, которую она воздвигла между ними. Он хотел, чтобы она его любила.
  
  
   Утром, прямо из дома, Сергей позвонил Светлане и попросил разрешения к ней заехать.
   - Приезжайте, если надо.
   Она открыла дверь, и иронически взглянув на него, пригласила войти. Светлана была восхитительна в белом платье. Недаром все мужики обращали на нее внимание.
   - Да, - подумал он, - она похожа на Ирину, но только в общих чертах.
   - Что вы хотите узнать на этот раз? - спросила она, приглашая его в комнату.
   - Скажите, вы знакомы с Бубновым, и в каких вы с ним находитесь отношениях? - ответил он вопросом на вопрос.
   - Валентин в последнее время пытался за мной ухаживать, дарил подарки, но мне он не нравился, - сказала она. - Все пытался выяснить, с кем в последнее время встречался Михаил и работает ли он по вечерам дома. Я ему отвечала, что меня совершенно не интересует его работа, а тем более, с кем он встречается. Правда я рассказала Бубнову про один случай. Однажды, войдя в кабинет, я увидела работающего с какими-то бумагами Михаила. Он заорал на меня и сразу выгнал.
   Сергей слушал ее и думал, что его вчерашняя мысль была верна. Теперь можно встретиться с Бубновым, и задать несколько вопросов.
   - Не хотите выпить со мной, - вдруг спросила она.
   Сергей, извинившись, отказался.
   - А я выпью, - сказала она, с укором глядя на него. Чувствовалось, что она не привыкла к отказам. - Воспоминания о Михаиле терзают мою душу.
   Сергей стоял не шелохнувшись. Она подошла к нему и положила свои руки ему на плечи:
   - Вы мне сразу понравились, еще с первого раза.
   Сергей медленно снял ее руки и сказал, что ему пора уходить.
   Возмущенная таким обращением она застыла как статуя. Затем отшатнулась, будто ее ударили, и он услышал ее прерывистое дыхание, вырывающееся сквозь крепко сжатые губы. Неожиданная ненависть, застывшая в ее глазах, заставила его содрогнуться.
   - Как я вас ненавижу, - воскликнула она вне себя. Чтобы вашей ноги здесь больше не было.
   Сергей подошел к ней, крепко прижал к себе и поцеловал. Потом отступил и посмотрел на нее.
   - От ненависти до любви один шаг, - сказал он.
   Она поднесла свою руку к губам и тоже взглянула на него. Гнев исчез из ее глаз. Они смотрели друг на друга.
   - Вы всегда так делаете? - поинтересовалась она, вытирая губы.
   Сергей все еще ощущал ее тело и не мог вымолвить ни единого слова. Когда он заговорил, его голос звучал хрипло:
   -Сам не знаю, как это случилось и что на меня нашло, но я бы с удовольствием это повторил.
   - Посмотрим, - сказала она серьезно, - а пока Сергей Петрович, извините меня за хамское поведение. После смерти Михаила на меня что-то находит, и я сама не понимаю, что говорю.
   - Ничего страшного, всякое бывает в жизни. Вам необходимо успокоиться и отдохнуть. У меня такое было, после гибели невесты. Кстати, вы очень похожи на нее.
   Она проводила его до двери и сказала:
   - Если что звоните, буду очень рада.
   Приехав на работу, Сергей позвонил Кате.
   - Легок на помине, - сказала она, - я сама хотела тебе позвонить, чтобы увидеться с тобой.
   - Приезжай, вечером я буду дома.
   - Это для кого ты будешь дома? - спросил Петр, вваливаясь в кабинет.
   - Катя должна заехать, надо с ней поговорить.
   - Знаю, я эти разговоры, - с улыбкой сказал Петр, но, почувствовав, что Сергей может взорваться, добавил:
   - Шучу, шучу.
   - Так-то лучше, - произнес Сергей. - Пошли к старику, надо с ним посоветоваться.
   - Как он? - спросил Петр у Даши, открывая дверь приемной.
   - С утра сам не свой. Все спрашивает о вас и злится, что не может найти, - ответила Даша.
   - Иди вперед, - прошептал Петр, - тебя он не тронет.
   Увидев входящего Сергея, генерал грозно спросил:
   - А где твой дружок?
   - Я здесь, мой генерал, - ответил Петр.
   - Заходите, заходите, - произнес он, - я с вами сейчас так поговорю, что вы свою мать забудете.
   - А что случилось Иван Григорьевич? - спросил Сергей.
   - Что случилось, что случилось. Кожемякин немедленно требует тебя Сергей вместе со мной на ковер.
   - Иван Григорьевич, - продолжил Сергей, - к чему такая спешка.
   - Не знаю Сергей, не знаю, - сказал генерал, набирая номер:
   - Михаил Сергеевич, Шадрин. Шелестов объявился. Сейчас будем.
   - Пошли Сергей, он нас ждет, - промолвил Шадрин, опуская трубку. - А ты Петр, сиди и жди нас.
   Кожемякин сразу принял их. У него был грозный вид, как у орла, набрасывающегося на добычу. Он сразу перешел к делу:
   - Объясни мне Шелестов, что происходит. На тебя жалуются, что ты запугиваешь людей и тем самым мешаешь проведению мероприятий по расследованию убийства журналиста Евдокимова.
   - Извините, господин генерал-полковник, но я не понимаю, о чем конкретно идет речь?
   Не притворяйся Шелестов, ты все прекрасно знаешь. Мне звонили из ФСБ и намекнули, что ты им мешаешь раскрывать преступление. Я тебя не раз предупреждал, что с ними нельзя ссориться.
   - Теперь Сергей понял, откуда ветер дует, и сказал:
   - То, что вам сказали, Михаил Семенович, абсолютная чепуха. Теперь я понимаю, что речь идет о ведущем программы " Военная хроника " Бубнове, с которым я встречался всего один раз. При этом никакого давления на него не оказывал.
   - И что я с тобой должен делать? - спросил Кожемякин сам у себя и посмотрел на Петрова.
   - Грубо работают наши соседи, Михаил Семенович, - произнес тот. - Я знаю Шелестова уже много лет, и никто никогда не жаловался, что он грубо разговаривает или запугивает свидетелей.
   - Делайте со мной, что хотите, но раз моя честь задета, то я сделаю все возможное и невозможное, чтобы раскрыть это убийство, - произнес Сергей.
   - Я тебя понимаю и верю, что ты все делал правильно, но пойми и меня, ссорится с Лукиным нам нельзя. Поступим так. Пусть Шелестов продолжает расследование на свой страх и риск, а в случае осложнений, мы его прикроем. Но чтобы факты, добытые им, были железные, иначе мы все загремим под фанфары.
   Ты, Иван Григорьевич, возьми это дело под особый контроль, а ты Шелестов - семь раз отмерь, а только затем, отрежь. Свободны.
   Пошли ко мне, - сказал Шадрин, как только они вышли из кабинета - а то Петр заждался.
   Войдя в кабинет, генерал сразу достал сигареты и закурил:
   - Петр, доставай коньяк и рюмки. С вами ребята, я инфаркт точно заработаю.
   - С величайшим удовольствием, - сказал Петр, разливая коньяк.
   Они выпили, и Шадрин злобно проговорил:
   - Давайте выкладывайте все, что знаете, и только попробуйте, утаить что-то от меня. Ситуация складывается серьезная.
   - Иван Григорьевич! - сказал Петр. - Мы с Сергеем честны, как правда.
   - Перестань кривляться и давайте по существу.
   Пришлось рассказать ему все.
   - Да, - медленно произнес он, - картина для нас, незавидная. Ты прав Сергей, Бубнов очень подозрителен. Но раз его так опекает Лукин, значит, он представляет интерес для него. Как я понимаю, вызвать его к нам нельзя, поднимется шум, поэтому тебе Сергей придется с ним встретиться на нейтральной почве и поговорить по душам. Этому тебя учить не надо, а ты Петр походи вокруг дома, где проживал Евдокимов, может и нароешь, что ни будь.
   - Да я сам хотел вечером пройтись по соседям и погулять во дворе, - ответил Петр.
  
  
   Бубнов закурил и продолжал свои воспоминания. Обещание, данное Лене, он стал претворять на следующий день. Зайдя утром в кабинет Евдокимова, Бубнов поинтересовался, как поживает Светлана.
   - Не знаю, - грустно ответил Михаил. - Я ее в последнее время редко вижу. Она возвращается со своих гулянок поздно, а когда я ухожу на работу, она еще спит. Что делать, не знаю? Сегодня она предложила мне пойти в Дом Кино на презентацию фильма, а ты знаешь, как я к этому отношусь. Она стала орать, как резанная, и мы опять разругались.
   Бубнов узнал все что хотел и вечером, с большим букетом цветов, стоял у входа в Дом Кино и ждал появления Светланы.
   - Валентин! - удивленно произнесла она. - Ты кого-то ждешь?
   - Тебя, - ответил он, вручая ей цветы. - Раз Михаил сегодня занят на работе, то я с удовольствием поухаживаю за тобой, чтобы тебе не было скучно.
   - Спасибо тебе Валентин за заботу, но я никогда не скучаю, - ответила она, принимая цветы. - Знакомься - это Нина, - и указала на стоящую рядом женщину.
   Валентин прикусил губу, подумав про себя, что сегодня он вряд ли сможет поговорить с ней наедине. Тогда он решил пригласить ее в ресторан, чтобы иметь возможность с ней пообщаться.
   - Светлана, - сказал он, - я слышал, что этот фильм нудный и не интересный, поэтому предлагаю всем нам пойти в ресторан.
- Как вы хотите, - проговорила Нина, - а я пойду смотреть фильм.
   - Иди, смотри, - сказала Светлана, - но после фильма обязательно зайди за мной.
   Валентин взял ее под руку, и они направились в ресторан. Весь вечер он старался произвести на нее впечатление, ухаживал, как мог, не забывая подливать коньяк в ее рюмку. После выпитого, у Светланы развязался язык, и она поведала ему о своем одиночестве в семейной жизни.
   - Михаил совсем не понимает меня, - делилась она с ним. - Он никуда со мной не ходит и вечно твердит, что для гулянок у него нет времени. Вечерами сидит в своем кабинете и работает с какими-то бумагами Что делать, сама не знаю.
   - Света, - сказал Валентин, - он даже меня не подпускает к своим документам и готовит передачу один. Вот если бы я знал его источники информации, то постарался помочь ему, и у него появилась бы масса свободное время, чтобы проводить его с тобой.
   Но она ничего конкретного сообщить ему не смогла.
   Он продолжал с ней встречаться, пытаясь, что-то выведать. Водил ее по ресторанам, делал дорогие подарки, но ничего конкретного ему узнать не удавалось.
   За несколько дней до убийства Евдокимова, она сообщила ему, что Михаил, стал вечерами работать допоздна, и не пускает ее в свой кабинет.
   Бубнов сразу понял, раз Михаил вечерами не выходит из своего кабинета, а до выхода очередной передачи осталось несколько дней, то у него наверняка появился компромат на высокопоставленных чиновников, чьи имена он хотел обнародовать.
   - Надо срочно связаться с Лукиным и сообщить ему, - подумал он.
  
  
   Узнав от Бубнова эту новость, Лукин сразу вызвал на явочную квартиру своего ликвидатора - Антона. Никто, кроме Лукина, не знал его подлинной фамилии и имени. Он воевал в Чечне и по документам погиб. В настоящее время это был Федоров Николай Сергеевич.
   Лукин уже полчаса дожидался его и курил одну сигарету за другой. Его безжалостное лицо было сковано тяжелой думой:
   - Неужели у Евдокимова появились нужные ему документы. Необходимо их изъять и заставить его, выдать информатора. Затем намекнуть, чтобы он больше не совал свой нос в чужие дела, а иначе все закончится для него плачевно.
   Когда Антон появился и сел в кресло, Лукин поднял на него глаза. Его всегда удивляла внешность Антона, которая могла ввести в заблуждение любого человека. Он знал его как жестокого убийцу, который, не раздумывая, раздавит любого человека, словно муху, действующего молниеносно, и как отличного стрелка. Внешне же он выглядел неуклюжим и безобидным. Его возраст трудно было определить. Ему можно было дать тридцать и все пятьдесят. Это был неуклюжий мужчина с белым лицом, а глаза - пуговки сидели в глубоких глазницах. Он был высокого роста и худой.
   После долгой паузы Лукин, наконец, сказал:
   - Завтра с утра пойдешь по этому адресу. Заберешь, у живущего там журналиста, все имеющие у него документы и заставишь сказать, кто является его информатором. Дальше скажешь, что если он не прекратит свои расследования, то это будет означать для него смерть. Вечером свяжись с этим человеком и возьми его с собой. На его голос Евдокимов откроет дверь. Вот возьми, - и протянул ему визитку Бубнова.
   Антон слушал Лукина и восхищался им, и все его приказы выполнял беспрекословно и фанатично.
   Раздался звонок и Лукин направился открывать дверь.
   - А теперь познакомишься с Олегом. Он поколдует над твоей внешностью так, что родная мать не узнает.
   Олег тем временем раскрыл свой чемоданчик и вынул из него какие-то коробки и флаконы, ножницы, расческу и полотенце.
   - Садись вот сюда, - сказал он.
   Антон сел на стул, и Олег стал щелкать ножницами. Затем он повел его в ванную и выкрасил его волосы перекисью. Антон уже потерял счет времени, когда Олег оторвался от него и удовлетворенно хмыкнул:
   - Ну а теперь посмотрись в зеркало.
   Антон подошел и взглянул. На него смотрел светловолосый мужчина. Даже линии лица были искусно изменены. Кожа стала загорелой. Превращение было настолько полным, что Антон едва верил, что смотрит на себя.
   - Переночуешь здесь, и не забудь позвонить Бубнову, - сказал Лукин и вышел вместе с Олегом из квартиры.
  
  
  
   Бубнов вспоминал, как вечером ему позвонили, и незнакомый голос приказал ему быть около дома Евдокимова к десяти часам утра.
   - Хорошо, - ответил он дрожащим голосом. Бубнов не спал всю ночь, и когда, пришло время, выйти из дома, выпил пару рюмок коньяка, чтобы предать себе смелости. Теперь алкоголь поддерживал его, однако сознание опасности не покидало его.
   Когда Бубнов подъехал к дому Евдокимова и увидел Антона, то сразу содрогнулся. Он понял, как далеко зашел, и обратного пути для него не будет.
   - Пошли, - сказал ему Антон, - его жена только что уехала и он в квартире один.
   Евдокимов собирался уже выходить, когда раздался звонок в дверь.
   - Кого там черти носят? - спросил он.
   - Это Бубнов, открывай.
   Евдокимов открыл дверь и увидел улыбающегося Бубнова. Рядом с ним стоял незнакомый ему мужчина.
   - А это кто? - спросил он, переводя взгляд на незнакомца.
   - Этот человек хочет с тобой поговорить. - Бубнов больше не улыбался. Вся его уверенность исчезла, и его лицо выражало испуг.
   - Проходите, - произнес Евдокимов, закрывая дверь и направляясь в свой кабинет. - И о чем будет разговор?
   - Дело в том, Михаил Борисович, - спокойно произнес Антон, - что есть люди, которым не понравилось, как вы в своей передаче намекнули о том, что можете представить список людей, которые снабжают оружием чеченских экстремистов.
   - А мне плевать на то, что кому-то это не нравится, - огрызнулся Евдокимов. - И давайте на этом закончим наш разговор. А ты Бубнов, с сегодняшнего дня больше не работаешь.
   - Закрой свою пасть и слушай, что я тебе скажу, - озлобился Антон и толкнул его в кресло.
   Евдокимов на минуту застыл с дергающим лицом и лихорадочно горящими глазами. От этого жестокого холодного взгляда у него перехватило дыхание.
   - Слушай и вникай, - продолжал Антон. - Ты прекращаешь в своей передаче упоминать о Чечне, называешь мне информатора, который передал тебе список, и отдаешь его мне, а Бубнов продолжает свою трудовую деятельность у тебя.
   Евдокимов стал постепенно приходить в себя.
   - Никакого списка у меня нет, а об остальном, пусть вам расскажет Бубнов, - с издевкой произнес Евдокимов - это, во-первых.
   - Я ничего не знаю, - проскулил Бубнов. - Ты меня никогда не посвящал в свои дела.
   - И правильно делал. Ты же шакал и питаешься падалью, а иначе все бы давно продал. Ты думаешь, что я не знаю про твои похождения. Вся редакция говорит об этом, и как только тебе не стыдно перед женой. Она у тебя прекрасная женщина и меня всегда удивляло, как она только живет с такой скотиной. Теперь послушайте меня внимательно. Конкретного информатора у меня никогда не было. Просто есть честные люди, которые выступают против войны в Чечне и делают все возможное, чтобы разоблачить ту кучку людей, которая наживается за счет гибели российских солдат - это во вторых. И в третьих - я всегда боролся со злом, буду бороться и дальше. А теперь уходите, - добавил он, поднимаясь с кресла и направляясь к письменному столу.
   - Нет, мы еще не закончили разговор, - прошипел сквозь зубы Антон. Рот его непроизвольно дернулся - это был единственный признак гнева, который смог уловить Бубнов. Он стоял и думал, что все для него потеряно.
   - Нет, разговор закончен, - сказал Евдокимов, выдвигая ящик и доставая из него пистолет. - Вы сами на это напросились.
   Он только успел повернуться, как раздался щелчок и он, получив пулю в лоб, упал в кресло. Антон действовал мгновенно и безошибочно.
   Ты что наделал? - закричал Бубнов не своим голосом.
   Молчи дурак, ты что хотел, чтобы он перещелкал нас. Чтобы сохранить жизнь себе, иногда приходится убивать. Давай скорей забирай все имеющие у него документы и уходим.
   Бубнов достал из стола все, что там лежало, затем закрыл его. Антон протер полотенцем ящики письменного стола, до которых дотрагивался Бубнов, и они вышли, закрыв за собой дверь.
  
  
   Как только они вернулись в кабинет, Сергей сказал, что надо съездить к Ольге Сергеевне. Заберем машину и попросим Игоря последить за Бубновым.
   - Хорошо! - ответил Петр. - Берем служебную машину и едем, а на обратной дороге я заеду и поговорю с соседями покойного журналиста.
   Сергей позвонил Ольге Сергеевне и предупредил, что они с Петром скоро заедут.
   Она ждала их и сразу повела в столовую, где был накрыт стол.
   - Давайте обедать, - проговорила она. - Петр, достань из бара коньяк и рюмки.
   - Я пить не буду, - сказал Сергей. - У меня еще неотложные дела.
   - А я с удовольствием, - сказал Петр, наполняя рюмки.
   - Алкоголик, - улыбнулся Сергей.
   - Чья бы корова мычала, - ответил Петр, опрокидывая рюмку.
   Сергей сидел и вспоминал тот день, когда познакомился здесь с Ириной, и на душе у него стало грустно. Он помрачнел, и это сразу заметила Ольга Сергеевна. Она встала, подошла к столику, стоящему у окна, и взяла лежащую на нем папку.
   - Сергей! - сказала она. - Вот тебе доверенность на машину и считай ее своей. Ирина одобрила бы мой поступок.
   Он тяжело вздохнул, взял папку и сказал:
   - Спасибо Ольга, ты меня очень выручила. А где Игорь? Хочу поручить ему одно дельце.
   - Должен скоро быть, - ответила она. - Кофе будешь?
   - Будет, - ответил за него Петр, наполняя рюмку.
   Пока они разговаривали, появился Игорь.
   Давай Игорь, - сказал Сергей, - быстро обедай и мы с тобой должны успеть на телецентр. По дороге я тебе все объясню.
   Игорь понимающе наклонил голову.
   Попрощавшись с Ольгой Сергеевной, Сергей с Игорем направились на телецентр, а Петр поехал к дому покойного Евдокимова.
   - Сейчас я покажу одного человека, за которым ты будешь ездить, куда бы он, не направился. Только постарайся, чтобы он тебя не заметил. Утром встречаемся у министерства.
   Как только Бубнов вышел из телецентра и направился к своей машине, Сергей указал на него, и, выйдя из машины, стал поджидать Катю.
   - Ой, - удивилась она, подходя к нему. - Ты как попал сюда?
   - Вот решил встретить тебя, чтобы по дороге не украли,- улыбнулся он
   Она рассмеялась и поцеловала его в щечку:
   - Я так рада, ты не представляешь.
   Сергей поймал машину, и они направились к нему.
  
  
   В это время, заместитель председателя бюджетного комитета Госдумы Шейко сидел у себя в кабинете в огромном кожаном кресле и дымил. На столе стояла большая хрустальная пепельница, полная окурков. Прошло более полугода с ранее описанных событий, когда Ирина, которую он очень любил, отвергла его и стала встречаться с полковником МВД Шелестовым, доставившего ему немало хлопот. Он хотел избавиться от него с помощью Семака, но у того ничего не получилось. Он тяжело вздохнул, поднялся и направился к бару. Достав бутылку коньяка, он сделал несколько глотков. После выпитого, он ударился в воспоминания, как ему было хорошо, когда рядом находилась Ирина, и ее одно присутствие вдохновляло его. И вдруг все это закончилось в один миг. Появился проклятый мент и увел ее. Он продолжал любить Ирину. Его любовь была чем-то, чего он ранее никогда не испытывал, и она действовала на него с огромной силой. Но он трезво понимал, что это чувство не станет взаимным. Любовь добавила депутату еще больше горечи, так как он знал и понимал, что это лишь мимолетный сон, в котором воображение играет главную роль. В его голове возникали живые сцены того, что они могли быть вместе, если бы не было Шелестова, делающего все его мечты невозможными. Чтобы преодолеть свое одиночество и свою неуверенность в себе, он углубился в работу, которая поглотила его целиком.
   Как только он узнал о несчастном случае с Ириной, то сразу позвонил ее сестре, Ольге Сергеевне, но та не стала с ним разговаривать. После этого, он еще больше возненавидел Шелестова. Он затушил сигарету и сразу закурил новую. Приближаются выборы, а он толком не знает, включат ли его кандидатуру на выборы, по списку партии, или ему придется избираться как одномандатник, а денег, на предвыборную компанию, у него нет и взять не у кого, после убийства банкира Ильясова.
   - Что делать? - думал он и в это время раздался телефонный звонок.
- Иван, - услышал он знакомый голос Семака. - Давненько мы с тобой не встречались. Зазнался совсем, что перестал звонить.
   - Да ты что, - произнес Шейко взволнованным голосом.
   - Ладно, прощаю. Приглашаю тебя вечером в баньку. Попаримся, развеемся и заодно поговорим.
   - С удовольствием приеду, а то совсем заработался, - ответил депутат.
  
  
   В это время Петр подъехал к дому, в котором проживал покойный Евдокимов. При парковав машину, он направился к подъезду, где на скамейке сидели несколько пожилых женщин и разговаривали. Он решил послушать местные сплетни и, присев на краешек скамейки, закурил. При виде незнакомца, они сначала прервали разговор, а затем, заметив, что тот не обращает на них внимание, продолжили. Одна из женщин попросила у него сигарету. Он угостил ее и дал прикурить. Петр сидел, курил и слушал, пока не услышал то, ради чего приехал.
   - Жалко журналиста, - проговорила одна из них. - Хороший был мужчина. Всегда здоровался с нами и денег давал в долг, когда не попросишь. Не то, что его жена, лахудра, которая после своих гулянок приезжала ночью и не давала мне спокойно спать. Я думаю, что кто-то из ее хахалей и убил мужа. Ты Шура, сидела в тот день на скамейке и должна была видеть всех, кто входил в подъезд.
   - Ты же знаешь, Зина, - ответила Шура, - мимо меня прошло несколько человек, а к кому они направлялись, сказать не могу. Вот только помню одного, который несколько раз подвозил его жену к дому. С ним был еще один неприятный тип. Когда они входили в подъезд, он так на меня посмотрел, что у меня по всему телу побежали мурашки.
   Тут в разговор вмешался Петр.
   - Шура, - произнес он, - а вы случайно не вспомните, как выглядел мужчина, который провожал жену покойного Евдокимова.
   А вы кто такой, чтобы спрашивать меня? - грозно произнесла Шура.
   Петр достал документы и представился.
   - Такой молодой и уже полковник, - произнесла Зина. - Давай Шура, рассказывай ему все, как на духу.
   - Вы уж извините, что я так грубо обошлась с вами, - сказала Шура. - Тот, кто провожал ее, высокий, полный и у него светлые волосы зачесанные назад. На вид ему около сорока. А вот второй, такой худой, тоже светловолосый с загоревшим лицом и маленькими злыми глазами.
   - А в какое время они входили в подъезд? - спросил Петр.
   - Утром, часов в одиннадцать, - ответила Шура.
   Петр поблагодарил Шуру и, попрощавшись со всеми, направился к машине.
  
  
   По дороге домой Сергей зашел в магазин и накупил полную сумку продуктов.
   - Что так много? - улыбнулась Катя.
   - Я же не могу каждый день ходить по магазинам, - серьезно ответил он. - Петр может заехать, а он любитель поесть.
   И Катя поняла, что Сергей думает о чем-то своем, и просидела всю дорогу молча.
   Как только они вошли в квартиру, Сергей отнес сумку на кухню и попросил Катю приготовить ужин.
   Может тебе будет не удобно, когда приедет Петр, а я буду у тебя? - спросила Катя.
   - Ничего страшного, мы же взрослые люди. И кроме того я ему сказал, что ты заедешь ко мне. улыбнулся он.
   Пока Катя готовила, Сергей сел в кресло и предался размышлениям:
   - Почему Бубнов оказался в центре событий, и из-за чего его прикрывает ФСБ? Видимо он оказал Лукину неоценимую помощь и сдал Евдокимова. Он еще продолжал думать, как появилась Катя, везя перед собой столик с едой.
   Не успели они сесть за стол, как раздался звонок в дверь.
   - Я же тебе говорил, что Петр, предчувствуя хорошую еду, обязательно заявится, - сказал Сергей, направляясь открывать дверь.
   - Не помешал, - спросил Петр. - А как хорошо пахнет у вас, прямо слюнки текут.
   Не успел, - съехидничал Сергей. - Пошли, так и быть накормлю.
   - А рюмочку нальешь? - спросил он, - а то на сухую, и есть, не захочется.
   - А рюмочки хватит? - в тон ему спросил Сергей.
   - Нет, не хватит.
   Катя, услышав их разговор, рассмеялась.
   Сергей пошел на кухню, открыл морозильник и, достав бутылку водки, поставил на стол.
   - Давай рассказывай, а то по твоему тону и лицу видно, что ты приехал с хорошими новостями.
   - Понимаешь, Катя, - сказал Петр, пропуская его слова, - так всегда. Привези, отвези, разузнай, а он, как большой начальник сидит и ждет, когда я принесу все на блюдечке. Это же невоспитанный мужлан, и как ты можешь его выносить? Не успел я появиться, как он сразу набросился на меня. Даже в русских сказках баба яга сначала накормит, напоит, а затем и спрашивает. Я с голоду могу умереть и тогда вы, господин полковник, новостей не дождетесь.
   -Хватит молоть чепуху, теперь Катя, ты понимаешь, с кем мне приходится работать, - сказал Сергей, разливая водку.
   - За что выпьем? - спросил Петр у Кати.
   - А тебе все равно за что, лишь бы махнуть.
   - Не верь ему Катя, он так всегда говорит про меня, - ответил Петр.
   - Ладно, давай выпьем, а то тебя не остановить, - произнес Сергей.
   После ужина, Катя пошла мыть посуду, а Петр рассказал ему все, что разузнал.
   - А этот тип, который несколько раз провожал Светлану, очень смахивает на Бубнова, но меня в данный момент больше всего интересует второй, - промолвил Сергей.
   - Пора тебе приниматься за Бубнова, он наверняка много знает, раз его так оберегает Лукин. Прижми его, как ты умеешь, и тогда мы все узнаем.
   - Прижать можно, но ты понимаешь, что произойдет, если об этом узнает Лукин и позвонит нашему старику или еще хуже, Кожемякину.
   В это время вошла Катя, взяла сигарету и закурила.
   - Я случайно услышала ваш разговор о Бубнове. Сергей, после твоего разговора с ним, он как-то весь переменился - начал на работе выпивать, стал нервным и вздрагивать от каждого звонка. Когда Петр обрисовал неизвестного мужчину, то получился точный портрет Бубнова.
   - Завтра я с ним постараюсь встретиться и поговорить. Или грудь в крестах, или голова в кустах, - произнес Сергей.
   Уже поздно, - сказал Петр, - надо домой ехать к своей любимой, а то опять начнет ворчать.
   Как только Петр уехал, Катя вышла на балкон подышать воздухом и облокотилась на перила. Сергей посмотрел на нее, и его начал волновать контур ее фигуры и особенно вид стройных длинных ног. Он тихо подошел к ней и, обняв ее сзади, почувствовал под руками мякоть ее трепещущих грудей. Она наклонилась к нему, и он поцеловал ее в шею. От этого поцелуя все в ней затрепетало и, повернувшись в его объятиях, она протянула ему навстречу свои губы. Он поднял ее на руки и понес на кровать.
   - Какая восхитительная ночь для любви, - мягко сказала она.
   Они бросились на кровать и их тела слились. Она обняла его своими горячими руками и, шепча слова любви, целовала его губы, обдавая жаром порывистого дыхания. Она совершала своим телом плавные волнообразные движения, прижимаясь к нему то животом, то грудью. Невыносимое наслаждение обрушилось на него горячей волной, и утопило, в жгучем, бес удержанном водовороте удовольствия.
  
  
   Вечером Шейко направился на встречу с Семаком в баню. Он решил отдохнуть и развеяться, но сначала поговорить с ним и решить вопрос с деньгами на предвыборную компанию. Как только он появился в бане, его сразу провели в зал, где за столом восседал Семак. На столе стояли бутылки, и на тарелках лежала гора бутербродов.
   - Проходи Иван, раздевайся и присоединяйся ко мне. Сейчас выпьем по рюмочке и поговорим, а то скоро к нам присоединяться девочки.
   Пока Шейко раздевался, Семак наполнил рюмки:
   - Давай Ваня, выпьем за нашу встречу, и чтобы у нас было все, а нам за это не было ничего. Семаку понравилась его шутка, и он рассмеялся.
   Шейко опрокинул рюмку и, взяв бутерброд с икрой, стал жевать.
   - Рассказывай Ваня, что стряслось, а то по твоему лицу видно, что тебя что-то гложет.
   - Понимаешь Семак, скоро выборы, а я до сих пор не знаю, включат меня в партийный список или нет. А это очень важно для меня. Иначе мне придется идти на выборы, как одномандатнику, но денег у меня, на избирательную компанию, нет. Ты в свое время обещал мне помочь.
   - Помочь я тебе постараюсь, хотя ты прекрасно знаешь, что после смерти Ильясова, мы с Мусой потеряли большие деньги. Хорошо, что тогда все закончилось благополучно для меня, хотя мог загреметь под фанфары.
   Да, - тихо произнес Шейко, - Шелестов попил у нас кровинушки. Если бы я только мог, то задушил его своими собственными руками. Этот проклятый мент расстроил всю мою личную жизнь. Одному богу известно, сколько я выстрадал, глядя на Иринино увлечение Шелестовым. Я молчал, так как верил, что она вернется ко мне. Терпел, потому что боялся ее потерять. Воспоминание об этом сразу отразилось на нем. В его глазах появилась ненависть ко всему миру. И в первую очередь к Шелестову.
   - Это точно, - произнес Семак. - Я знаю о гибели Ирины. А сколько моих хлопцев погибло из-за него. Но хватит говорить о плохом. Давай выпьем еще по рюмке и пойдем в парную. Юрик, зови девочек. Пусть с нами выпьют, а затем мы все пойдем париться, а то депутат совсем захандрил.
   Не успели они выпить, как дверь открылась, и в зал впорхнули пять девочек, одна краше другой.
   - Выбирай любую, - торжественно произнес Семак, обращаясь к депутату.
   Шейко покраснел и поспешно выпил:
   - Хватит меня подкалывать, я сам разберусь.
   - Юрик, - сказал Семак, - налей девочкам, пусть с нами выпьют и в парную.
   Они дружно выпили и Семак, поднимаясь со стула, негромко сказал:
   Пошли...
   Девочки, как по команде, поднялись и направились за ним. Шейко замыкал шествие.
   Как только Шейко вошел в парную и опустился на полку, к нему сразу подсела девушка лет двадцати. Она привлекла его внимание еще тогда, когда он сидел за столом.
   На нее трудно было не обратить внимание. Она была красива собой. Черные волнистые волосы опускались до самых плеч. Высокая грудь с нежно-розовыми сосками, поджатый живот, втянутый зад, худощавое лицо с большими голубыми глазами, матовая кожа и стройные длинные ноги. Она была так хороша собой, что когда она оказалась рядом с ним, у него перехватило дыхание, и он совсем потерял голову.
   - Оля, - нежно пропела она и положила свою горячую руку на его колено. От этого прикосновения по его телу пробежал электрический ток. И чтобы хоть как-то скрыть свое смущение, он отвернулся.
   Семак заметив это, рассмеялся:
   - Оленька, растопи сердце депутата, пусть хорошенько расслабится.
   - Я не вчера родилась, - ответила она и пристально посмотрела на Шейко своими большими волнующими глазами.
   - Пошли, - резко сказала она, беря депутата за руку. - Вы не будете разочарованы.
   Быстро приняв душ, она повела его в небольшую комнату, в которой стоял большой кожаный диван. Она постелила на него свежую простынку и присела.
   Шейко давно не попадал в такую ситуацию, поэтому он стоял и мялся, не зная, что делать.
   - Иди ко мне, - улыбнулась она.
   Он посмотрел на нее и сделал шаг. Запрокинув голову, она, не отрываясь, смотрела на него, и в ее глазах появилось манящее выражение. У него перехватило дыхание. Вдруг она притянула его к себе и впилась в его рот жадным поцелуем. Глаза же ее выражали истому и страсть. Он жадно стиснул ее в объятиях. Ему не раз в жизни приходилось целовать женщин, но о таком поцелуе можно было только мечтать. Она словно растворилась в нем. Этот поцелуй стал для него как откровенье. Тонкий и острый запах дышал у его ноздрей. Ее тело изгибалось как лук. Его язык плавал в блаженстве и содрогался от радости, которой у него давно не было. Ее мягкая рука ласково спрашивая, пробежала по его телу и от этого прикосновения его член стал твердеть. Наслаждение было мгновенно как молния и бесконечно как вечность.
   Ее руки сжимали его шею, впиваясь ногтями в его руки и не было места, которое не чувствовало бы их прикосновения. То, что она проделывала с ним, не входило ни в какие сравнения с тем, что у него было, когда-либо, с другими женщинами. Ясно было, что в этой комнате для них, помимо их страсти, их взаимного влечения, их поцелуев и ласк, ничего не существовало.
   Он забыл про время и когда очнулся, то почувствовал, что она смотрит на него и улыбается. Изможденный до предела, он продолжал лежать на диване не в силах пошевелиться, а она спрыгнув на пол, свежая и бодрая, как ни в чем не бывало, накинула на себя простынку.
   - Давай поднимайся, - сказала она. - Пошли, а то нас там все заждались, да и тебе необходимо отдохнуть, а затем мы с тобой можем опять заняться любовью мой пупсик.
   Шейко еле поднялся и поплелся за ней. Когда Семак увидел входящего депутата, он не смог сдержать свой смех.
   - Ваня, дорогой, что с тобой произошло, как будто каток проехал по тебе. Посмотрись в зеркало, на кого ты стал похож.
   - Отстань Семак, не до тебя, - еле промолвил Шейко, беря бутылку коньяка и делая подряд несколько глотков.
   - Ну, как тебе Оленька, - продолжал подкалывать его Семак и посмотрел на нее.
   - Такой женщины у меня никогда не было, - ответил Шейко все еще дрожащим голосом.
   Оленька рассмеялась и присела рядом с ним.
   А если хочешь, возьми Леночку. Она у тебя сразу поднимет.
   Шейко тяжело вздохнул, взял сигарету и закурил:
   - Нет уж, я лучше буду с Оленькой, - и поцеловал ее в щечку.
   Отдыхай, отдыхай, - с улыбкой произнес Семак. - Если хочешь с Оленькой, то будь, по-твоему.
   Баня продолжалась всю ночь.
  
  
   После работы, Бубнов решил поехать домой к Лене и поговорить. Весь день он просидел в своем кабинете, не зная чем заняться. В последние дни, после убийства Евдокимова, у него так расшатались нервы, что он стал выпивать даже на работе. Ему стало тошно. Он отбросил бумаги, лежащие перед ним на столе и шатаясь подошел к бару, открыл его и достав бутылку коньяка, сделал глоток. Затем поставил обратно. Бубнов знал, что губит себя, но ему было уже все равно. У него наступила апатия. Полное равнодушие ко всему. Даже к собственной судьбе. Великолепное состояние, когда человеку на все наплевать. Дни текли, как капли воды из не завернутого крана. Он знал, что от судьбы не уйти, а его уже предрешена. Он закрыл глаза, голова кружилась, тошнота подкатывала к горлу. В голове у него все перемешалось. Он был переполнен сдерживаемым бешенством и страхом. Лишиться положения, которое он уже считал незыблемым, он не мог. Все это наносило ужасный удар по его самолюбию, Лицо его задрожало, он широко раскрыл глаза и тяжело опустился в кресло. Дышал он прерывисто, со свистом. Он находился в подавленном состоянии.
   - Надо ехать, - решил он и, выйдя на улицу, сел в свою машину. По дороге он купил букет цветов и бутылку французского коньяка.
   Лена открыла дверь. На нее было страшно смотреть. Яркий свет делал ее совсем серой.
   - Что тебе надо? - глухим голосом спросила она. - Я не хочу тебя видеть. Уходи.
   Бубнов остановился от неожиданности, увидев ее в таком состоянии.
   - Я проезжал мимо и решил увидеть тебя. Но объясни, в конце концов, что с тобой происходит? - спросил он, протягивая ей цветы.
   Она продолжала стоять у двери. Глаза ее сверкали, ноздри побелели.
   - Как ты мог без моего разрешения появиться здесь? Убирайся, - повысив голос, проговорила она, не замечая цветов.
   Бубнов положил цветы на рядом стоящий столик, затем подошел к ней, и его руки легли ей на плечи.
   - Успокойся Лена, - умолял он. - Не сердись на меня. Так не может больше продолжаться, - продолжал он, тряся ее так сильно, что ее голова откинулась назад.
   - Оставь меня в покое, - простонала она. Колени ее подогнулись, и он был вынужден помочь ей удержаться на ногах.
   - Убирайся, - снова повторила она и, посмотрев на него, отвернулась.
   Бубнову стало не по себе от ее безразличного холодного взгляда. Она смотрела на него, как на постороннего. Он оттолкнул ее и прошел в комнату. Она последовала за ним. Он открыл коньяк и наполнил рюмки:
   - Я люблю тебя Лена и хочу жить с тобой. Ты мне нужна сейчас даже больше, чем раньше, и я сделаю для тебя все на свете, только не сердись, - сказал он, опрокидывая рюмку.
   Она шагнула к нему. Лицо ее исказила неистовая ярость.
   - Сумасшедший идиот, - прошептала она. На губах у нее выступила пена.
   Он попытался взять ее за руку, но она резко отшатнулась от него.
   - Выпей и приди в себя, - сказал он хриплым голосом. Затем взял бутылку и сделал несколько глотков. Сбылись его самые худшие опасения. Лена не желала его больше видеть. Он сделал еще одну попытку приблизиться к ней.
   - Не приближайся ко мне. - У нее невольно вырвался предостерегающейся жест, но потом она взяла себя в руки, хотя глаза ее пылали от ярости. - Неужели ты думаешь, что я стану тратить время на такого подонка, как ты? Убирайся, и не смей являться сюда. Мне противно смотреть на тебя, толстокожее животное. Ты не можешь понять, что здесь лишний.
   Он отпрянул назад, его словно обдало холодом. Она молча окинула его взглядом и с презрением плюнула на пол. Он почувствовал себя страшно опустошенным. Его мозг отказывался соображать. Он стоял посередине комнаты, не способный пошевельнуться. Он любил эту женщину, но теперь в нем не осталось ни капли любви. Он видел перед собой безумного, чужого человека.
   - Не буду докучать тебя, - произнес он дрожащим голосом и направился к выходу.
  
  
   Как только Сергей указал Игорю на Бубнова, когда тот выходил из телецентра и садился в машину, он сразу поехал вслед за ним. Игорь видел, что Бубнов подъехал к дому N 2 по Комсомольскому проспекту и, выйдя из машины, вошел в подъезд дома. Он быстро выскочил из БМВ и побежал вслед за ним, боясь упустить из вида. Он вбежал в подъезд в тот момент, когда Бубнов поднялся на второй этаж и нажал звонок. Дверь открыла женщина, и он вошел в квартиру. Игорь поднялся на второй этаж и запомнил номер квартиры, в которую вошел Бубнов. Затем спустился, вышел из дома и сел в машину. Он решил дождаться выхода Бубнова. Прошло часа два, прежде чем тот появился из подъезда и направился к машине.
   "Что могло произойти с ним за такой короткий промежуток времени, - подумал Игорь. - Он стал похож на приведение".
   Проводив его до дома и увидев, что Бубнов поставил свою машину на стоянку, Игорь решил, что тот приехал к себе домой. Прождав его больше часа и решив, что Бубнов сегодня больше никуда не поедет, Игорь уехал.
  
  
   Утром, подъехав к министерству и увидев Игоря, сидящего в машине, Сергей направился к нему. Игорь вылез из машины и протянул ему ключи.
   - Как дела? - спросил Сергей.
   И Игорь, подробно рассказав про свои вчерашние похождения, протянул лист бумаги, на котором были указаны адреса.
   - Молодец, - похвалил Сергей. - Поезжай на учебу, а ближе к вечеру, можешь понадобиться. Я позвоню или заеду к Ольге Сергеевне.
   Поднявшись к себе в кабинет, он увидел сидящего за столом Петра.
   - Приготовь кофе, - попросил Сергей и рассказал ему все, что только что сообщил ему Игорь. - На эту женщину следует обратить внимание. Чует мое сердце, что она играет не последнюю роль в жизни Бубнова.
   - Мне кажется, ты прав, - ответил Петр. - Необходимо приставить к ней наружку, пусть поводят ее. Он разлил кофе и достал печенье.
   - Вот этим ты займись, а мне пора приниматься за Бубнова. Пошли к старику, надо поставить его в известность, а иначе он начнет пыхтеть на нас.
   Войдя в приемную, мы увидели Дашу, читающую книгу.
   - Как настроение, - спросил у нее Петр.
   - Да вот, изучаю право, скоро экзамен.
   - Ты у нас такая умная, - пошутил Сергей, - что экзамены для тебя это, как прогулка по парку.
   - Сейчас для вас начнется прогулка, - тихо сказала она. - Иван Григорьевич сегодня явно не в духе и просил его не беспокоить, но вас он примет непременно. Идите.
   Друзья переглянулись и тихо открыли дверь.
   Петров сидел за столом и изучал документы, лежащие перед ним. По выражению его лица понять что-либо было невозможно. Он всегда выглядел одинаково спокойно. Он поднял голову и сделал жест рукой, приглашая их войти.
   - Присаживайтесь, - холодно сказал он. - Что скажите?
   - Похвастаться пока нечем, - сказал Петр, - но есть кое-какие прикидки.
   - Какие еще прикидки? - грозно взревел Петров.
   Сергей поднялся, достал сигареты и закурил:
   - Понимаете, Иван Григорьевич, чем больше я думаю об этом деле, тем более подозрителен мне Бубнов. Необходимо мне с ним поговорить и выяснить, где он находился во время убийства Евдокимова. По словам бабы Шуры, он очень похож на одного из двух мужчин, входящих в подъезд Евдокимова в день его убийства. Даже время совпадает.
   - Какая еще баба Шура? - прошипел генерал.
   И Петр поведал ему свою беседу с соседями покойного Евдокимова.
   - Но это уже что-то, - голос его стал меняться. - Необходимо срочно показать Бубнова этой бабе Шуре. Если она подтвердит наши подозрения, то тогда Сергей, берись за этого Бубнова и вытряси все из него, что он знает и, не дай бог, если он и на этот раз соскочит с крючка. Ведь ты помнишь наш разговор с Кожемякиным. Тогда никто не поверит какой-то бабе Шуре.
   - Да чуть не забыл, - сказал Сергей, мигая Петру, и стал рассказывать генералу о посещении Бубновым незнакомой им женщины. Надо подключать наружку и все узнать о ней.
   - Хорошо, я согласен, - ответил Петров спокойным голосом. - Умеете работать, когда захотите, сукины дети. Идите и добывайте неопровержимые доказательства вины Бубнова. И чтобы через день они были у меня.
   - Ну, как прошла прогулка к генералу? - съехидничала Даша, когда они вышли из кабинета.
   - Все хорошо, - сказал Петр бодрым голосом. - Удалось выйти живыми.
   - Даша улыбнулась и сказала:
   - Я рада за вас. Не обращайте внимание на мой тон, волнуюсь перед экзаменом.
  
  
   Оленька открыла глаза, зажмурилась от яркого солнца, светившего сквозь коричневые шторы, промурлыкала спросонья и, перевернувшись на другой бок, увидела спящего рядом депутата. Она откинула одеяло и пошла в ванную. Там она приняла душ и стала энергично растираться полотенцем. Затем оглядела себя в зеркало и провела рукой по своим длинным. гладким бедрам, изучая свое тело задумчивыми прищуренными глазами и пожав плечами вышла из ванной.
   Пока она принимала душ, Шейко проснулся. Голова его раскалывалась, и он смутно помнил, как его доставили домой. Он услышал плеск воды, доносившейся из ванной, и решил подняться, но оторвать голову от подушки не смог.
   Дверь открылась, и он увидел на пороге Оленьку. Человеческая память была бессильна запечатлеть ее облик: эти чувственные изгибы тела, эти бездонные глаза и длинные волнистые черные волосы, рассыпанные по плечам. Он открыл рот и хотел что-то сказать, но не смог вымолвить ни одного слова.
   - Какая у вас удобная постель, - услышал он нежный голос. - Как я хорошо выспалась, - и, подойдя к депутату, поцеловала его. - Сейчас бы выпить чашечку кофе.
   - Оленька, душа моя, - прохрипел Шейко. - Будь как дома, приготовь нам, что ни будь, и достань из бара бутылку коньяка и рюмки, а я пока приму душ. Когда он снова появился, то увидел, что у кровати стоит столик, на котором бутылка коньяка, дымится кофе, а на тарелке лежат бутерброды.
   - Да, - пропела она, - вид у вас не очень-то Вы бледны бедненький мой. Выпейте коньяка, он хорошо очищает голову.
   Они выпили и стали жевать бутерброды. Затем выпили еще и Шейко почувствовал, что ему стало получше.
   - Все будет хорошо, - произнесла она, - и мне нравится у вас.
   Шейко поднял рюмку:
   - За долгую и прекрасную любовь.
   Она отпила глоток и поставила рюмку на стол. Затем поднялась с кресла, подошла к кровати и присела рядом с ним.
   Внезапно его сердце забилось учащенно, а во рту пересохло. Он сидел возле ее и чего-то ждал. Он не мог сдвинуться с места, даже если бы его жизнь зависела от этого. Он был околдован.
   Она медленно подняла свою голову и повернула свое лицо к нему. Он схватил ее в объятия, и его губы прижались к ее губам. Ее рот был полуоткрыт, она тяжело дышала. Он ощущал, как бурно вздымается ее грудь. Она пылала страстью, и Шейко почувствовал это по той легкости, с которой вошел в нее, почти не испытывая сопротивления. Она отдавалась ему до конца - и физически, и эмоционально - и Шейко почувствовал это всем своим существом. Он был на седьмом небе от свалившегося на него счастья.
   Он много повидал в своей жизни женщин. Они доставили ему много радостей и горя, особенно Ирина, которую он продолжал любить. Женщины - это страшные животные, и их никогда нельзя познать до конца, да они и сами не знают себя. У них чаще, чем у мужчин, меняется настроение и им остается лишь приспосабливаться к этому. И поэтому он решил:
   - Будь, что будет, а он продолжит свои встречи с Оленькой.
   - Какой вы ласковый, - пропела она. - Это было здорово.
   - О, Оленька! - прошептал он, - как ты прекрасна. Если ты не против, я бы хотел, чтобы ты встречалась только со мной. Давай съездим на недельку в Египет на следующей неделе, а то скоро предстоят выборы и свободного времени у меня не останется.
   - Я согласна, - без колебаний ответила она. - Вы мне тоже понравились. Сейчас ей было хорошо и о будущем не хотелось думать, но почему-то она надеялась, что впереди у нее будет много таких дней. Ей льстило, что Шейко депутат Госдумы, и все подруги будут завидовать ей.
  
  
   Как только друзья вошли в свой кабинет, то Сергей сразу набрал номер.
   - Катя! - произнес он. - Бубнов на месте?
   - Нет, - ответила она, - пока не приезжал.
   - Узнай, пожалуйста, будет он сегодня на работе или нет?
   - Подожди у телефона, сейчас постараюсь выяснить. Минуты через три она сказала, что Бубнов обещал быть к трем часам.
   - Спасибо! Вечером позвоню или заеду за тобой. Как только он повесил трубку, то сразу сказал, чтобы Петр брал машину, ехал за бабой Шурой и вез ее на опознание.
   - Смотри, ты должен быть у телецентра к половине третьего и жди появление Бубнова до победного конца, а я буду ждать тебя здесь.
   Петр вышел из министерства, сел в машину и направился к дому покойного Евдокимова. Когда он подъехал, то увидел восседавших на лавочке женщин в том же составе. Петр поздоровался с ними и попросил бабу Шуру съездить с ним к телецентру и посмотреть на одного мужчину.
   - Давай, давай поезжай, - сказала ей Зина, - помоги органам.
   - Ой, девоньки! - проворковала баба Шура, - мне как-то не по себе.
   - Баба Шура, - сказал Петр, - я вас с ветерком туда и обратно, даже вам выходить из машины не придется.
   - Ладно, уговорили, - ответила баба Шура, - поехали, только чур, привезете меня обратно.
   - Привезу, привезу, - ответил Петр.
   Он помог ей сесть в машину, и они направились к телецентру. Когда они подъехали, часы показывали два часа. Петр, на всякий случай, позвонил в редакцию " Военная хроника " и попросил к телефону Бубнова. Ему ответили, что тот еще не подъехал, но обещал скоро быть. Пришлось сидеть и ждать. Баба Шура стала нервничать и приговаривать:
   - А что, если я не смогу его узнать?
   - Ничего страшного, - ответил Петр.
   Не прошло и пятнадцати минут, как баба Шура напряглась и одела очки.
   - Вот идет тот человек, который в день убийства, входил в подъезд. Только осунулся немного, но точно он.
   Петр быстро развернулся и поехал отвозить бабу Шуру. По дороге он поблагодарил ее за оказанную помощь.
   - Да что там, - сказала баба Шура, - если я тебе помогла милок, то сделала доброе дело. Ты обязательно найди и накажи убийцу Михаила.
  
  
   В это время Сергей сидел в кабинете и ждал результатов. В его голове мелькали всевозможные мысли, но ни одна из них не была пока полезной. В это время раздался звонок, и ему сообщили, что его подопечная вошла в здание ФСБ, как к себе домой.
   "Вот те на, - подумал Сергей, - сюрприз за сюрпризом". Он задумался, и чем больше думал о своем открытии, тем ему становилось все радостнее. Можно сказать, что бумеранг, посланный им наугад, вернулся к нему и принес что-то интересное.
   - С Бубновым, все стало на свои места, - сказал он сам себе. - Его завербовал Лукин и с его помощью ликвидировал Евдокимова. Ну а кто же был второй? Бубнов трус и никогда бы не нажал на курок. Значит, это сделал второй и надо срочно его найти, а то и с Бубновым может случиться беда. Пока он думал, раздался звонок, и Петр, взволнованным голосом, сообщил, что баба Шура опознала Бубнова.
   - Вот и все, - подумал Сергей, а в трубку произнес:
   - Еду на телецентр, теперь можно и поговорить с ним по душам.
   Взяв служебную машину, он поехал на телецентр. Подъехав к нему, он быстро поднялся на второй этаж и направился в редакцию " Военная хроника ". Увидев Катю, сидящую за компьютором, Сергей подмигнул ей и прошел в кабинет Бубнова. Тот сидел за столом и просматривал бумаги, лежащие на столе.
   - Здравствуйте Валентин Иванович! - сказал Сергей. - Давайте побеседуем с вами. Я буду задавать вам вопросы, а вы будете отвечать на них.
   Бубнов вскочил.
   - Какое вы имеете право врываться и допрашивать меня, - произнес он взволнованным голосом и, подняв трубку, стал набирать номер.
   - Не надо звонить Лукину, он вам не поможет. Вы своим звонком можете только ускорить свою смерть. Его голос был угрожающе спокоен.
   Бубнов вздрогнул, и сразу бросив трубку, посмотрел на него:
   - Что вы хотите этим сказать?
   Противно было смотреть на его испуганный вид.
   - Садись, - произнес Сергей свистящим шепотом. - Тебя опознали соседи Евдокимова в то утро, входящим в его квартиру.
   Бубнов почувствовал, как его ноги подогнулись, и он бессильной массой рухнул в кресло. Потом, обхватив голову руками, принялся стонать. Глаза Сергея наводили на него ужас. Он дрожал всем своим телом в кресле, глядя на него, как кролик на удава. В его глазах появился животный страх.
   - Я скажу, я все скажу, - пробормотал он.
   Сергей увидел, что его лицо стало пурпурным, и глаза заблестели, как будто у него лопнула артерия.
   - Валентин Иванович! - сказал он спокойным голосом. - Успокойтесь и расскажите мне все сначала.
   На одну секунду ему показалось, что Бубнов теряет сознание, но тому удалось взять себя в руки.
   - Нет, нет...,- начал он умоляющим голосом.
   - Вы будете говорить?
   Бубнов слабо кивнул, дыша, как асматик, и начал свой рассказ.
   Он рассказал, как познакомился с сотрудницей генерала Лукина Леной, которая его соблазнила и заставила работать на него. Затем поведал, как стал следить за каждым шагом Евдокимова и ухаживать за его супругой, чтобы узнать круг людей, снабжавших его информацией. Это Светлана сообщила, что Михаил стал нервным и работать дома. Так я понял, что у Евдокимова появились новые материалы. Лукин направил меня и одного из своих людей Антона к нему домой, чтобы мы достали эти материалы. Во время разговора, Михаил вдруг достал пистолет и направил на нас. Вдруг раздался щелчок, и я увидел, как Михаил упал в кресло. Это произошло так быстро, что я не успел заметить, как Антон выхватил свой пистолет.
   Сергей слушал и смотрел с отвращением на этого гадкого и слизкого человека.
   - А как выглядит Антон? - спросил он у Бубнова.
   - Высокий, худощавый, глаза, как пуговки и загоревшее лицо.
   - Хорошо, - сказал Сергей, - пока я тебя забирать не буду, но смотри, чтобы о нашем разговоре никто не знал, а иначе ты сам себе подпишешь смертный приговор.
   После услышанного, Сергей решил срочно встретиться со Стасом. Поэтому, выйдя от Бубнова, он предупредил Катю, что вечером будет занят, и с ней встретиться не сможет.
   - Тогда, до завтра, - произнесла Катя, обиженным голосом.
   После ухода Шелестова, Бубнов поднялся и посмотрел на себя в зеркало. Боже мой! На него смотрел мокрый от пота и напуганный до безумия, с бледным лицом и перекошенным ртом, мужчина. Он подошел к бару и достал коньяк. Налив себе фужер, он выпил, стараясь унять дрожь в руках, Через несколько минут коньяк начал действовать, и сердце его замедлило, бешеный ритм. Он начал успокаиваться.
  
  
   После ухода Абдулы прошло два дня. Муса стал забывать этот неприятный для него разговор, как раздался звонок.
   - Муса, - услышал он в трубке знакомый голос Батаева. - Что у тебя произошло с Абдулой? Он жалуется, что ты не дал ему денег. Из-за тебя мы не смогли завершить во время сделку о приобретении оружия. Хорошо, что нам пошли навстречу и уже доставили оружие. Я лично обещал вернуть им деньги в течение недели. Так что постарайся и найди деньги, а я сам рассчитаюсь со своими друзьями.
   - Понимаешь Анди, - я уже говорил Абдуле, что в настоящее время у меня нет таких денег. Ты вспомни, что когда был жив банкир Ильясов, деньги к тебе лились рекой, а в настоящее время мне их взять не у кого. Конечно, я буду стараться достать деньги, но если не получится, не обессудь.
   - Муса, надо обязательно помочь, а то наши друзья могут на нас обидеться, а ты сам должен понимать, в каком положении мы сейчас находимся.
   - Постараюсь, - только и смог сказать Муса.
   После телефонного разговора настроение у него заметно ухудчилось. Он достал из бара коньяк и сделал пару глотков.
   - Что делать? - подумал он. - Надо позвонить Семаку и с ним посоветоваться. Затем стал набирать номер.
   - Степан Борисович, - произнес он, - это Муса беспокоит. Как здоровье, как настроение.
   - Послушай Муса, - услышал он голос Семака. - Если я буду тебе отвечать на все твои вопросы, то полдня пройдет. Приезжай ко мне обедать, за столом поговорим.
   Опустив трубку, Муса быстро собрался, вышел из казино, сел в свой шестисотый мерседес серебристого цвета и поехал в ресторан к Семаку.
   После разговора с Мусой, Семак поднялся с кресла и стал ходить по кабинету.
   "Зачем я вдруг понадобился Мусе, - думал он". Подойдя к бару, он плеснул себе в рюмку коньяк и выпил. Затем подошел к креслу и опустился в него. Прошло столько времени со дня убийства Ильясова, а он никак не мог смириться с потерей общаковских денег. Когда он оставался один и вспоминал об этом, то это сразу отражалось на нем. В последнее время сердце стало пошаливать и ему пришлось обратиться к врачу, Тот посоветовал ему избегать стрессовых ситуаций. А как их избегать, если каждый день приносит одни неприятности. Недавно умер Дато, один из последних магикан преступного мира. Похоронили его рядом с его другом и подельником Ариком, который был убит тамбовцами. Сколько сил и энергии он тогда потратил, чтобы не разразилась война между группировками. Он тогда помог остаться в живых Кочмарику, лидеру тамбовцев, которого хотел убрать Джанго, ближайший помощник Арика.
   - Где же он сейчас? - задал он себе вопрос. - Даже не приехал на похороны Дато. Наверняка до сих пор боится меня, хотя был ни в чем не виноват. Уходят последние творцы воровского мира, а на смену им приходят молодые пацаны, не уважающие воровские традиции. Пока я живу, в Москве нет беспредела, а когда умру...
   От тяжелых дум его оторвал Муса, появившийся на пороге.
   - Проходи, садись, сейчас мы с тобой пообедаем и поговорим, а то я по твоему лицу вижу, что у тебя неприятности. Давай выкладывай.
   - Ты прав, - ответил Муса, - дела хреновые. Вот приехал к тебе за советом. Звонил Батаев. Просит денег на закупку оружия.
   - Послушай меня Муса, внимательно послушай совет мудрого человека, сказал Семак. - На хера тебе влезать в эти дела. Ты что, совсем голову потерял. Пошли его на Х... Сейчас наступило другое время в стране. Пусть сам решает свои проблемы. Не дай бог, если кто-то пронюхает, что ты помогаешь Батаеву, тогда тебе крышка. Ему легко говорить, он далеко от Москвы. Сидит как крот в норе, а ты здесь в Москве у всех на виду. Я не хочу навязывать тебе свое мнение, но ты должен понять, что их время закончилось, и война всем надоела. Так что сам решай, что тебе делать. Помнишь, когда мы искали наши деньги, ты меня сам убеждал, что с государственной машиной бороться бесполезно, а теперь хочешь настроить ее против себя.
   - Да я это прекрасно понимаю, поэтому пришел к тебе за советом.
   - Не бери в голову. Давай лучше выпьем водочки и пообедаем. Юрик, - крикнул он, - подавай еду.
   После сытного обеда Муса попросил у него в долг денег.
   - Муса, - сказал Семак, - ты знаешь мое положение. Я до сих пор не могу вернуть свой общак, но для тебя я сделаю исключение. Сколько тебе нужно и на какой срок?
   Муса тяжело вздохнул и тихим голосом произнес:
   - Желательно миллионов тридцать зелени и на три месяца.
   - Муса, ты наверное расслабился после обеда. Где же я тебе в настоящее время найду такие деньги.
   - Тоже, самое, я и сказал Батаеву, но он до сих пор понять не может, что время легких денег прошло. А он твердит, достань и слушать ничего не хочет, тем более что оружие уже получил.
   - Да, - промычал Семак. - Эти суки, продажные генералы, мать родную продадут, лишь бы положить в карман деньги. Даже своих солдат не жалко, а еще нас хаят. Да мы ни одного своего пацана не даем в обиду. Ладно, Муса, наскребу я тебе лимона два и то, только для тебя. И, смотри, не подставь себя, а то уберут, и никто о тебе доброго слова не скажет.
  
  
  
   Сергей вышел из телецентра и направился к машине. В это время раздался звонок. Он достал мобильник.
   - Сергей, ты где? - услышал он взволнованный голос Стаса.
   - Еду в министерство.
   - Необходимо срочно встретиться. Давай на нашем старом месте через полчаса.
   Сергей не успел ничего ответить, как тот отключился.
   "Что могло случиться"? подумал Сергей, набирая скорость. Минут через тридцать он входил в бар. Стас сидел за столиком и потягивал коньяк. Вид у него был встревоженный.
   Когда Сергей уселся за столик, тот наполнил ему рюмку и свистящим голосом сказал:
   - Сергей, ты что наделал. Ты за кем послал наружку?
   - Подожди Стас, не торопись и объясни мне все по порядку, - сказал Сергей, выпивая коньяк.
   - Понимаешь, Сергей, ты стал следить за нашей сотрудницей Самохиной Еленой Дмитриевной, которая выполняет личные поручения моего шефа Лукина. Он в гневе. Понимаешь, что может произойти между нашими службами.
   - Стас, успокойся, никакого скандала не будет. И Сергей рассказал ему все, что узнал от Бубнова. Теперь ты понимаешь, кто стоит за убийством Евдокимова.
   - Да...,- только и смог произнести Стас. - А что ты сразу его не забрал к себе?
   - Рановато. Если я его сразу арестовал, то поднялась бы такая буча, что Лукин моментально забрал его к себе и расправился. А так пусть пока работает. Такой человек необходим Лукину, как ведущий программы " Военная Хроника ", который не будет совать нос в чужие дела. А Лукину ты можешь сказать, сославшись на меня, что вышла неувязка, и его сотрудницу приняли за другую женщину.
   - И ты думаешь, что Лукин поверит в эту байку?
   - Поверит, не поверит, это его дело. А мне в настоящее время необходимо разыскать Антона, который, по словам Бубнова, застрелил Евдокимова. Помочь мне сможешь? Я не думаю, чтобы в вашем ведомстве никто не знал о нем.
   - Понимаешь, Сергей, если это личный агент Лукина, то о нем никому не известно, но попробовать можно.
   - И постарайся, побольше узнать об этой Елене. Мне бы очень хотелось побеседовать с ней.
   - Не торопись Сергей. Ты волей случая сумел узнать то, что я, будучи сотрудником Лукина, не знал. Пойми меня правильно. Если Лукин узнает, что Бубнов, по своей глупости, все рассказал тебе, то тогда берегись его. Он будет стараться расправиться с тобой.
   Стас, ты меня знаешь ни один день. Я никогда никого не боялся, и постоять за себя смогу.
   - Да я тебя и не стараюсь запугать, а просто по дружески предупреждаю, что он мстительный человек и поэтому будь осторожен.
  
  
   Как только Лукину доложили, что за Самохиной установлено наблюдение, он позеленел от злости и сразу вызвал ее к себе. Он поднял трубку, чтобы узнать, кто распорядился установить наружку за его сотрудницей, но, взвесив все за и против, опустил ее.
   - Лена! Что происходит? - спросил он, как только она вошла в кабинет. - Почему за тобой установлена слежка. Лицо генерала было перекошено от бешенства, а в глазах было холодное кровожадное выражение.
   - Михаил Иванович! - сказала она взволнованным голосом, - да откуда мне знать. Меня практически, как вашего сотрудника, мало кто знает. Мне кажется, что слежка была установлена за Бубновым, который вчера приходил ко мне.
   - А зачем он приходил? - спросил Лукин.
   - Да он совсем голову потерял. Вечером нежданно-негаданно, без звонка, пришел ко мне объясняться в любви. Пришлось его выгнать.
   Лукин задумался:
   - Если за Бубновым установлена слежка, значит, он попал под подозрение. Необходимо с ним срочно встретиться и узнать, с кем он встречался и разговаривал в последнее время. Мне с ним встречаться нельзя, поэтому пусть Лена его увидит и все узнает, а там решим, что с ним делать.
   - Лена! Ты с ним сегодня должна обязательно встретиться и все выяснить. Сразу после разговора, звони мне и без моего приказа его из дома не выпускай. Поезжай домой, приготовь ему ужин и побольше спиртного. Когда он напьется, то сразу тебе все выложит.
   Она вышла из кабинета и направилась домой. По дороге она достала из сумочки мобильник и набрала телефон Бубнова.
  
  
   После разговора с Шелестовым, Бубнов находился в подавленном состоянии. Его мысли метались во все стороны, и он не знал что делать.
   Телефонный звонок раздался в тот момент, когда он продолжал анализировать создавшееся положение. Услышав звонок, он замер. Лицо его стало раздраженным и злым.
   - Это еще кто? - спросил он резким голосом.
   - Валентин, это я, - произнесла Лена смущенным голосом. - Ты прости меня за вчерашний разговор. Я была не в духе и поэтому наговорила тебе, черт знает что. Давай помиримся, а то у меня на душе тошно.
   Он открыл, было, рот, чтобы перебить ее и бросить трубку, но не смог этого сделать. При одной только мысли о ней, он стал задыхаться. У него никогда не было женщины более желанной, чем она. Он достал платок и стал вытирать пот, появившейся у него на лбу. Затем тяжело вздохнул, и сказал:
   - Что ты Леночка, разве я могу обижаться на тебя.
   Она расхохоталась таким заразительным смехом, что Бубнов тоже рассмеялся.
   - Вот и хорошо, - проговорила она. - Тогда подъезжай вечером ко мне домой, вместе поужинаем.
   - Буду, - ответил он и повесил трубку.
   "Что же с ней происходит? - думал он, закуривая сигарету. - То она кратка как лань, то в ней пробуждается яростная тигрица". Во всем этом он винил Лукина, который не дает им спокойно жить вместе. Он резко поднялся и решил, что не стоит вспоминать подобные вещи. В самом деле, это ни к чему хорошему не приведет. Если бы ему представился еще один случай, он повторил тоже самое. Да, он должен признаться себе в этом. Он сгорал от желания скорей увидеть ее. Оно было настолько сильным, что у него на лбу снова выступил пот, и перехватило дыхание. Теперь он понял, что свалял ваньку, рассказав все менту. Бубнов вышел из кабинета, закрыл за собой дверь и вышел на улицу. Затем сел в машину и поехал к Елене.
  
  
   После ухода Самохиной, Лукин на минутку задумался, затем поднял трубку внутренней связи и вызвал к себе Литвиненко.
   - Станислав Иванович, проходи и присаживайся, - сказал он, увидев входящего Литвиненко. - Мне сообщили, что твой друг Шелестов из МВД, ведет параллельное расследование убийства журналиста Евдокимова.
   - Да, вы правы Михаил Иванович. - Генерал Шадрин поручил ему это расследование, - ответил тот.
   - Ну и как у него продвигается дело? Может он и с нами сможет поделиться своими успехами?
   - Понимаете, Михаил Иванович, - ответил Литвиненко. - Я с ним в последнее время редко вижусь, и на эту тему мы с ним не разговаривали.
   - Нехорошо, нехорошо, - произнес Лукин. - Постарайся с ним завтра встретиться и поговорить. Может он с тобой поделится своими результатами. Мне кажется, что он идет впереди нас.
   - Слушаюсь, Михаил Иванович.
   После ухода Литвиненко, Лукин закурил и надолго задумался:
   Куда же могли исчезнуть бумаги покойного журналиста? Все последнее время он находился у меня под колпаком и ни с кем не встречался. Хотя в последний вечер, перед убийством, он куда-то пропал, и мои люди прозевали его. К кому он мог поехать? Надо все выяснить о нем и о его друзьях, с которыми он был связан последние несколько лет.
  
  
   После встречи со Стасом, Сергей поехал на работу. Петр сидел за столом и рассматривал журнал.
   - Пошли, - сказал Сергей, и они направились к генералу.
   Петров сидел за столом и просматривал почту. Увидев нас, он кивнул, приглашая войти.
   - Чем порадуете?
   И Сергей поведал ему о своем разговоре с Бубновым.
   Петр молча сидел и слушал его, не вставляя в рассказ своих реплик.
   - Неплохо, неплохо, - радостно сказал Шадрин. - Это уже что-то. Ты правильно сделал, что не забрал его к нам. Лукин сразу бы проведал об этом и наложил на него свою лапу. Давайте подумаем вместе, что нам необходимо предпринять в ближайшее время.
   - У меня такое предложение, - вставил Петр. - Бубнова пока оставим в покое, а займемся сотрудницей Лукина, Самохиной. Я уверен, что она может много чего нам сообщить.
   - Ты абсолютно прав, но это очень рискованно. Пусть за ней пока присматривает Игорь.
   - Какой еще Игорь? - взревел генерал и грозно посмотрел на них.
   Пришлось ему рассказать, что Игорь учится в институте и благодаря его помощи, они вышли на Лену.
   Понимаете, Иван Григорьевич, - продолжил Сергей. - Игорь будет сопровождать ее на шестисотом мерседесе и никто никогда не подумает, что за ней следят.
   - Наверное, ты прав, - сказал генерал, но меня больше всего интересует, куда мог исчезнуть архив покойного журналиста. Тебе Сергей, это предстоит выяснить. Попробуй это разузнать через круг знакомых покойного.
   - Сделаем, Иван Григорьевич, - ответил Петр.
   Вернувшись в свой кабинет, Сергей сказал, чтобы Петр первым делом прошелся по всем знакомым покойного, а он тем временем навестит Светлану.
   - Ты, как всегда в своем репертуаре, - усмехнулся Петр.
   - Если хочешь, сам отправляйся к ней.
   - Нет уж, изволь. Кто из нас покоритель женских сердец и защитник вдов? - съехидничал Петр.
   - Отстань от меня, - ответил Сергей, набирая ее номер.
   - Алло! - услышал он тихий голос.
   - Светлана! - это Шелестов вас беспокоит. Помните, я к вам заходил.
   - Помню.
   - Мне надо к вам заехать и кое-что уточнить.
   Приезжайте вечером, поговорим, - ответила она и повесила трубку, не оставив ему выбора.
  
  
   Бубнов, поднявшись на второй этаж, нажал на звонок. Дверь сразу открылась, и он увидел Лену в прозрачном халатике. Он непроизвольно сделал шаг вперед и слегка коснулся ее. От этого прикосновения по его телу пробежала дрожь.
   - Пошли, - сказала она и взяла его за руку.
   "Начало хорошее", подумал Бубнов, входя в квартиру.
   - Проходи в комнату, можешь выпить, а я сейчас освобожусь.
   Он прошел и увидел на столе бутылку виски и рюмки. Он налил себе и выпил, затем опустился в кресло и закурил. Пока он дожидался Лену, то успел пропустить еще несколько рюмок. Появилась Лена, толкая впереди себя столик с едой и так крутила попкой, что Бубнов невольно залюбовался.
   "Да, - подумал он, - и все-таки, я ее люблю".
- Наливай, - произнесла она, - сегодня будем кутить.
   Валентин быстро наполнил рюмки и они выпили.
   - Между первой и второй перерывчик небольшой, - произнесла она.
   Бубнов снова наполнил рюмки. Он пил и любовался ею, не замечая, что та совсем не пьет.
   - Ты должен ненавидеть меня за все, что я сделала, - спросила она. - У меня ужасный характер, и я веду себя как безумная, когда злюсь.
   - Хватит на себя наговаривать, - запротестовал Бубнов, опрокидывая очередную рюмку. - Я на тебя совершенно не сержусь. Ты у меня единственная, кого я люблю.
   Она бросила на него острый взгляд, как будто собираясь, что-то сказать, но раздумала. Затем взяла его за руку, подняла с кресла и повела к дивану. Они опустились, и она обняла его за шею. Ее губы прижались к его губам. Ее язык проник в его рот. Он забыл все свои огорчения и обиды на нее. Он повалил ее на диван, и она сразу отдалась ему.
   Через некоторое время она поднялась, оставив его лежащим на диване, совершенно удовлетворенного. Он услышал шум льющейся в ванной воды и с трудом поднялся. Лена вышла из ванной в тот момент, когда он одевал брюки. Она подошла к столу и наполнила его рюмку.
   - Послушай Валентин! Ты, кому ни будь, говорил, что работаешь на нас?
   Бубнов сразу замялся, не зная, что ответить, и она по его виду поняла, что он с кем-то встречался и все рассказал.
   - Давай рассказывай, кому все растрепал, злобно сказала она и направила на отражение Бубнова в зеркале, сверкающие ненавистью глаза.
   Валентина стал бить озноб, Он схватил бутылку виски и сделал несколько глотков.
   - Ты пойми меня правильно Лена, - начал оправдываться Бубнов. - Пришел полковник из МВД и, шантажируя, заставил меня обо всем рассказать.
   Она закрыла глаза. И казалось, находилась в забытье. Пока он говорил, она откинулась на диван. Вид у нее был больной. Затем она засмеялась неприятным ядовитым смехом:
   - Дурак, ты что наделал. Хочешь, чтобы у тебя были неприятности.
   Бубнов почувствовал, что слабеет. Ему казалось, что его преследует кошмар, и что это жуткий сон.
   - Надо срочно связаться с Лукиным, - подумала Лена и набрала его номер.
   Лукин отозвался сразу, и она пересказала ему все, что только что узнала от Бубнова.
   - Скоро буду, - услышала она его стальной голос.
   Бубнов сидел в кресле и смотрел на нее остекленевшими глазами.
   Вскоре открылась дверь, и в комнату вошел Лукин и посмотрел на Бубнова с легкой усмешкой. Рядом с ним появился Антон и устремил на Бубнова ледяной взгляд.
   - Что делать? - подумал Валентин. - Как он мог подумать, что ему удастся выкрутиться, имея дело с такими людьми. Он поднялся с кресла и подошел к Лукину. Что бы показать свою уверенность и почувствовать ее, он улыбнулся Лукину:
   - Перестаньте давить и шантажировать меня. У меня есть дневник, в котором все подробно описано про мои с вами отношения, а так же запись моего разговора с Леной, в котором она просит меня поухаживать за женой Евдокимова и выяснить у нее, где муж хранит свои рабочие документы. И стоит мне в своей передаче рассказать о методах работы спецслужб и дать прослушать запись, то ваша песенка Михаил Иванович, будет спета.
   Лукин посмотрел на Бубнова, как, наверное, Франкенштейн смотрел на монстра, которого сам создал. Он открыл и закрыл рот, но ничего не сказал. Некоторое время они смотрели друг на друга, и Бубнов подумал, что Лукин демон, и постарался сохранить невозмутимый вид и выдержать его взгляд.
   - Валентин Иванович, Валентин Иванович, неужели вы думаете, что сможете обыграть меня. Его улыбка заставила Бубнова вздрогнуть. Он почувствовал себя полностью опустошенным и измученным. Ловушка захлопнулась, и из нее не было выхода.
   - Да я просто сумасшедшая дура, - услышал Бубнов Ленин голос. - Поверила, что могу использовать этого чурбана.
   Лукин на эти слова не обратил никакого внимания. Он повернулся к Антону.
   - Можешь, по развлекаться с ним, постарайся только не слишком изуродовать его, он может нам еще пригодиться. После обработки, отвези его на явочную квартиру. Затем он прошел мимо него и исчез.
   Антон, улыбаясь, подошел к Бубнову:
   - Для меня это будет большое удовольствие поработать с тобой. Ты кого хотел обмануть, сволочь интеллигентная. Он ударил его в подбородок, и в тот момент, когда тот опускал руки, провел удар в живот, после чего Бубнов рухнул, как мешок с опилками.
   Падая, Бубнов почувствовал, как у него в голове что-то взорвалось. Удара он даже не видел, но понял, что лежит на полу. Несмотря на страх и растерянность, Бубнова охватила злоба. Он попытался подняться, но, застонав, сразу же опрокинулся на спину. От сильной боли в голове его даже затошнило.
   Валентин медленно приходил в себя. Очень далеко, как будто во сне, он услышал голос Лены:
   - Валентин, что он с тобой сделал?
   Бубнов пошевелился и почувствовал сильную боль. Его веки были тяжелые, но ему удалось их открыть. Лена находилась рядом.
   - Где мы? - прогнусавил он.
   - Не шевелись, - сказала она, пропуская его вопрос. - Полежи и все пройдет. Отдай Лукину все, а иначе он тебя замучит до смерти.
   Бубнов лежал неподвижно, пытаясь преодолеть боль, которая пронизывала все его тело. Он огляделся и увидел, что кроме Лены в комнате никого больше нет.
   - А где Антон? - прошептал он.
   - Уехал, но скоро вернется. Отдай Лукину свой дневник и кассету, - снова услышал он Ленин голос.
   Бубнов еле поднялся и направился в ванную. Там он, превозмогая боль, разделся и встал под душ. Струя теплой воды больно ударила его по голове, но вскоре он почувствовал, как его мозг заработал изо всех сил:
   - Должен же существовать способ выбраться отсюда. Простояв, минут пять, он вытерся, оделся и медленно вошел в комнату. Он был удивлен, что уже может спокойно двигаться, хотя ему еще было больно при каждом движении. Он увидел на столе стоящую бутылку коньяка. Сделав несколько глотков, он почувствовал, что головная боль стала отходить. Он продолжал раздумывать, и решение начало приобретать конкретную форму. Он еще продолжал думать, когда дверь открылась, и в комнату вошел Антон. Злобный огонек зажегся в его глазах. Увидев этот огонек, Бубнов почувствовал, как внутри у него все леденеет.
   - Я решил все вам отдать, - сказал он дрожащим голосом. - Поехали ко мне домой.
   Ну вот, совсем другое дело, - проговорил Антон, - и смотри без фокусов, а то застрелю, как собаку.
   Они вышли на лестничную клетку и стали спускаться. Антон шел впереди, а Бубнов за ним. Лестница была пуста.
   "Все равно убьют, - подумал Валентин и решил действовать. - Если он допустит хоть одну малейшую ошибку, ему уже не спастись". Он глубоко вздохнул и с силой ударил Антона по спине обоими руками. Антон громко вскликнул, попытался сохранить равновесие, но не удержался, и покатился вниз.
   Бубнов со всей скоростью, на которую он был способен, бросился вверх, моля бога, чтобы дверь на крышу была открыта. Он стукнул ногой дверь, и она открылась. Он пулей вылетел на крышу в тот момент, когда Антон тяжело поднимался по лестнице.
   - Стой, - закричал ему Антон, - все равно никуда от меня не денешься. Но Бубнов его не слушал и бежал по крыше, стараясь найти пожарную лестницу, по которой он мог спуститься. Он уже увидел лестницу и схватился за поручни, когда на крыше появился Антон,
   - Возвращайся немедленно, - только и успел крикнуть Антон.
   Бубнов оскалил зубы и плюнул в его сторону. Затем он поставил ногу на лестницу и стал быстро спускаться. У него немного кружилась голова, но он знал, что может спастись. Бубнов очень спешил. Он сделал неловкое движение, и его нога шагнула в пустоту. Он схватился руками за перила и хотел подтянуться, но сил у него на это уже не хватило. С криком, леденящую душу, Бубнов отпустил перила и исчез из вида. Когда Антон спустился вниз и вышел из подъезда, то увидел безжизненное тело Бубнова. Он сразу набрал номер и сказал Лене, чтобы та срочно покинула квартиру и выходила на улицу, где он будет ее ждать.
  
  
  
   Как только Сергей узнал, что Бубнов разбился, упавши с крыши дома, он сразу выехал к месту происшествия. По дороге он позвонил Светлане и, извинившись, попросил перенести встречу на завтра. Подъехав к дому, он направился к месту, где лежало мертвое тело Бубнова. Сергей посмотрел на его тело, и жалость вкралась в него при виде того, что осталось от Бубнова.
   "Если бы я забрал его к себе в тот день, когда он мне все рассказал, этого не произошло, - подумал Сергей".
   Подъехал Петр и, увидев его в мрачном состоянии, сказал:
   - Не переживай так сильно и не вини себя в его смерти. Бубнов сам выбрал себе такую жизнь. Лучше поехали к нему домой и постараемся там найти ответы на то, что произошло.
   Когда они подъехали к его дому и поднялись на третий этаж, то увидели, что там уже работают сотрудники ФСБ. К ним подошел один из них и попросил предъявить документы. Они показали свои удостоверения, и он сказал им, что следствие, по этому несчастному случаю, будут вести они.
   - Опоздали, - произнес тихо Сергей, - поехали ко мне домой, и обсудим создавшееся положение. Здесь нам делать нечего. Не успели они сесть в машину, как затрезвонил мобильник, и ему пришлось нажать кнопку.
   - Сергей, это Стас, - услышал он его взволнованный голос. Необходимо срочно встретиться.
   - Через полчаса я буду дома. Подъезжай ко мне, заодно и поужинаем.
   Пока Петр жарил мясо и делал салат, Сергей достал из морозильника бутылку водки. Не успели они приняться за еду, как подъехал Стас.
   - Меня сегодня вызывал Лукин и просил выудить у тебя, как продвигается расследование убийства Евдокимова, - произнес Стас после ужина. Это, во-первых. А во-вторых - передо мной к нему заходила Самохина, которая завербовала Бубнова, и они долго о чем-то беседовали. После разговора с Лукиным, она сразу уехала. И в этот же вечер разбился Бубнов, упав с крыши дома, который находится на приличном расстоянии от его местожительства.
   - Это очень странно, - сказал Петр, - и наводит на мысль, что Бубнова могли насильно привести в этот дом. Надо будет выяснить, в какой квартире он мог находиться.
   - Вот ты и займись этим вопросом. Только смотри, чтобы Петров ничего не узнал, а то он нас с тобой за мажай загонит и будет прав.
   - Будет сделано, - улыбнулся Петр. - Стас, ты хоть повлияй на него, а то он не дает свободно вздохнуть, а сам ударяет за всеми женщинами сразу, не уступая мне ни одной.
   - Много говоришь, - рассмеялся Сергей. - Я уверен, что за всем этим стоит Лукин и Самохина. Как бы я хотел с ней поговорить, но пока не знаю, как к этому подступиться. Давайте выпьем за то, чтобы найти и наказать виновных в этих преступлениях.
  
  
  
  
   Глава 2
  
  
   Утром, как всегда, Сергей направился на работу. Одно удовольствие ездить на БМВ. Не машина, а зверь. Чуть нажмешь на газ, и она летит, словно ветер. Не то, что его девятка. При одной только мысли, что предстоит ее ремонтировать, у него сразу испортилось настроение. Более полугода она стоит в гараже и гниет, после того, как ее продырявили бандиты. Воспоминание об этом случае навеяло на него тоску. При парковав машину на служебной стоянке, он быстро поднялся в свой кабинет. Сев за стол и достав сигареты, он закурил.
   - Каждый раз, когда ему кажется, что он нащупал что-то, случается новое открытие, которое ставит все предыдущие под вопрос, - думал Сергей. - Единственная возможность довести дело до конца - это собирать все возможные сведения, улики, которые только попадут к нему в руки. Сохранять свое хладнокровие и, когда уже ничего нового нельзя будет достать, сделать выводы. После смерти Бубнова следствие зашло в тупик, и надо находить новые решения.
   Появился Петр. Заметив у Сергея мрачное состояние, он спросил:
   - Что опять случилось? Тебя нельзя оставлять одного.
   - Да вот сижу и думаю с чего нам начинать.
   - Не бери в голову, - сказал Петр. Не успел он закончить свою мысль, как дверь открылась, и на пороге появился генерал.
   - Вы что такие кислые? - спросил он.
   - Кислые, только щи бывают, - сразу нашелся Петр.
   - Не язви, - сказал Петров, - а лучше дай мне сигарету.
   Петр достал пачку, и ловко выбив сигарету, протянул ему.
   - Ну и дела происходят, - сказал генерал. - Не успели вчера наметить план мероприятий, как придется все менять. Кожемякин с утра уже интересовался ходом расследования.
   - И что вы ему сказали? - спросил Сергей.
   Проводим розыскные работы, а ты Сергей, не вини себя в смерти Бубнова. Я знаю, что ты переживаешь из-за его гибели. Давай лучше подумаем, что нам дальше делать.
   Я думаю, - сказал Сергей, - что нам в настоящее время необходим тайм-аут. Пусть Лукин решит, что мы после гибели Бубнова, зашли в тупик. А мы тем временем потихоньку шаг за шагом будем искать, и собирать новые улики - это, во-первых. А во вторых - нам нужно найти Антона и арестовать его. Вот тогда мы можем смело приниматься за Лукина. И в третьих - и это самое главное, нам надо найти архив Евдокимова, за которым охотится Лукин. Кто первый его найдет, тот и победитель.
   - Да, - сказал генерал, - Лукин очень серьезный противник и его трудно будет переиграть.
   Вечером того же дня, Сергей поехал к Светлане. Бывают такие женщины - встретив ее однажды, вы непременно будете искать новой встречи. Она и была из таких женщин, с которыми ищут новых встреч.
   Когда дверь открылась, Сергей невольно залюбовался ею. На ней было одето, красивое платье. Увидев его, она пригласила зайти и повела в комнату. Когда они вошли, Сергей увидел стол, заставленный едой.
   - Давайте слегка перекусим, а затем поговорим, - сказала она, доставая из бара коньяк и рюмки.
   - Позвольте поухаживать за вами, - улыбнулся Сергей, наполняя рюмки.
   - С превеликим удовольствием, - ответила она. - Вот за это мы и выпьем.
   - Буду стараться, - сказал он, выпивая коньяк. - Сегодня вы так блистательны, что от вас глаз нельзя отвести.
   - Так вы смотрите, смотрите на меня, я буду только рада.
   Так они пикировались во время еды. После ужина Сергей попросил ее вспомнить о, всех знакомых ее покойного мужа. Она задумалась, а затем назвала ряд имен.
   - Этих людей мы уже проверяли, - сказал он сам себе, - но архива не нашли.
   - Света, постарайся вспомнить еще, кого ни будь.
   Она закурила, задумалась, но вспомнить больше никого не смогла.
   - Извини Сергей, - сказала она, переходя на " Ты ", - что не могу тебе помочь. Давай потанцуем, - добавила она, включая магнитофон.
   В ней было что-то, не знаю что, что задевало все его струны души, и он весь стал, как в огне. Один взгляд - и он пропал. Сергей знал, что она опасна, но ему было наплевать. И когда он смотрел, как она встала и направилась к нему, покачивание ее бедер и колыхание грудей заставляли сохнуть его горло. Полилась музыка и они пошли танцевать. Она сразу прижалась к нему, и он почувствовал, как по ее телу пробежала дрожь. Она посмотрела, и от ее призывного взгляда, у него заколотилось сердце.
   - Даже в поведении, она похожа на Ирину, - только и успел подумать Сергей, как ее пухлые алые губы раскрылись. Не успел он сообразить, как она оказалась в его объятиях, и он ее стал целовать. Они не отрывались друг от друга секунд двадцать, пока Светлана, наконец, не отодвинулась от него.
   - Давай пить кофе, - только и смогла прошептать она.
   - Давай.
   Пока она готовила кофе, Сергей наполнил рюмки.
   "Вот так дела, - думал он. - Только нельзя расслабляться".
   - Хороший у нас получился танец, - улыбнулась она, разливая кофе.
   - Он мне тоже понравился, - ответил Сергей, поднимая рюмку.
   Она выпила и направилась к нему. Подойдя, она подняла руки и провела пальцами по его волосам. Это, вероятно, самый притягательный жест, который может сделать женщина. Если она красива и у нее потрясающая фигура, да еще когда она смотрит на мужчину, как смотрела на него Светлана, устоять очень трудно. В этот момент Сергей забыл, зачем пришел. Он обнял ее и яростно прижал к себе. Их губы встретились в жарком поцелуе. Вся осторожность и нерешительность были забыты. Сергей на руках отнес ее на кровать.
   О, ты настоящий мужчина! - прошептала она в истоме.
   Страсть прошла, если можно было назвать это страстью. И она, как великолепная ленивая кошка, лежала теперь в постели рядом с ним.
   - Немного неожиданно, но приятно, - заметил он.
   Она засмеялась и прижалась к нему.
   Утром Сергей проснулся. Сквозь неплотно задернутые шторы в комнату проникали лучи солнца. Он видел ее тело - тело, которое не вылепил бы и скульптор. Он лежал на кровати и размышлял о своих взаимоотношениях со Светланой. Внезапно Сергей осознал, что за все время, проведенного с ней, он ни разу не вспомнил о, Ирине. Такое не случалось с ним со времени ее гибели. Светлана еще спала, согнув ноги в коленях и закинув руку за голову. Ее глаза были закрыты, и лицо казалось совсем юным. Приподнявшись на локте, Сергей разглядывал ее, удивляясь тому, что спящая Светлана казалась такой молодой и похожей на ребенка. Сон разгладил морщинки на ее лице. Осторожно взяв ее закинутую руку над головой, он положил ее вдоль тела. Она тяжело вздохнула, потянулась к нему, охватила его руками и крепко прижала к себе.
   - Милый, - пробормотала она, - не уходи от меня.
   Но ему пора было уже уходить.
  
  
   Утром Муса проснулся рано. Настроение у него было паршивое. Время шло, а денег для Батаева он не нашел.
   - Что делать? - думал он. - С одной стороны он хотел помочь Батаеву, но с другой стороны он понимал, что может наломать дров, если кто-то пронюхает об этом. Тогда его уже никто не спасет, и могут надолго упечь в тюрьму за пособничество. Прав был Семак, когда говорил, чтобы он не вмешивался в это дело. Были бы деньги, тогда он отдал их Батаеву и дело в шляпе. Но их нет и в ближайшем времени не предвидится. Так и не придя к какому-то решению, он поднялся и пошел на кухню. Там он приготовил себе кофе, позавтракал и поехал в казино. По дороге он связался с Казбеком и попросил его разыскать Султана и с ним приехать к нему.
   - Муса, - сказал Казбек, - трудно будет поднять его в такую рань.
- А почему?
   - Да потому, что он в последнее время встречается со своей пассией - Леной, и встает поздно.
   - Разбуди и скажи, что я жду его в казино. Наши дела важнее.
   - Так и передать, - съязвил Казбек.
   - Так и передай, - отрезал Муса.
   Казбек долго вызванивал, пока Султан не поднял трубку.
   - Казбек, - услышал он недовольный голос, - ты стал похож на Мусу, который вечно прерывает меня на самом интересном месте.
   - Извини Султан, но Муса просил передать, чтобы ты срочно приехал к нему в казино. Надо решать возникшие проблемы.
- Через час буду.
   - Подъем, - сказал он Татьяне, - мне надо срочно ехать по делам.
   Татьяна открыла глаза, потянулась и ленивым движением откинула одеяло:
   - Как хорошо у тебя, уезжать не хочется.
   - Давай, давай поторапливайся.
   Татьяна поднялась и медленной походкой, виляя попкой, направилась в ванную. Там она встала под душ. Через десять минут она вышла, готовая к отъезду.
   - Я готова, - сказала она недовольным голосом. Они вышли, и Султан, поймав такси, отправил ее домой. Затем он сел в свой мерседес и поехал в казино.
   Когда он вошел в кабинет, там уже находились Муса и Казбек.
   - Извини, - сказал Муса, - что пришлось тебя оторвать от Танюши, но дела превыше всего. Присаживайся, - добавил он, доставая коньяк и рюмки. - Дела у нас складываются не совсем гладко, как хотелось. Мне звонил Батаев и просил, как всегда, денег. Далее он сказал, что оружие дали в долг, и он его уже получил. Теперь он хочет, чтобы мы оплатили за него, но денег у нас в настоящее время нет, и что нам делать, я не знаю.
   - Что у него, совсем крыша поехала, - завизжал Султан. - Пусть возьмет у других, а то привык обращаться за помощью только к нам.
   - Да, - тихо проговорил Казбек, выпивая коньяк, - он, наверное, забыл, что когда был жив Ильясов, сколько денег мы ему переправили, а ему все мало. Пусть хоть раз сам заплатит, не обедняет.
   - Семак обещал нам помочь и дать два лимона, но этого Батаеву недостаточно, - сказал Муса, - но пусть сам решает.
   - Да он все возьмет, лишь бы дали, - сказал Султан, ставя рюмку на стол, - а возвращать деньги, придется нам. Я бы вообще ему ничего не давал. Вы вспомните, как вел себя Абдула, размахивая, у тебя Муса, перед лицом пистолетом. Ты сам был готов разорвать его на куски.
   - Не горячись Султан, - проговорил Казбек. - Я тоже за то, чтобы не давать Батаеву денег, но тебе Муса, самому решать.
   - Я хочу вам сказать, что Семак тоже был против того, чтобы помочь Батаеву деньгами, - сказал Муса. - Тогда давайте так и порешим, денег Батаеву давать не будем.
  
  
   Маша проснулась ночью и долго лежала с открытыми глазами. Каждый раз, просыпаясь, она вспоминала свою последнюю встречу с Михаилом.
   "Если я бы смогла удержать его в то утро, когда он поехал домой, - думала она, - он наверняка остался бы жив.
   Все это время, после убийства Михаила, она находилась в трансе.
   Ее ближайшая подруга Лена, заметив ее удручающий вид, спрашивала у нее, что происходит, но она не хотела делиться ни с кем своим горем. Однажды, находясь у Лены в гостях, она услышала, как ее муж Максим в разговоре по телефону упомянул фамилию Евдокимов. Она как-то сразу вся сжалась и побледнела. Лена сразу заметила произошедшею в ней перемену и спросила у нее, что произошло. Маша невнятно что-то пробормотала и стала собираться домой. Войдя в свою квартиру, она легла на диван и стала думать:
   - Откуда Максим мог знать Евдокимова? Она знала, что он адвокат и по роду своей деятельности мог встречаться с ним. Может поговорить с ним и рассказать ему про папку с документами, которую перед самой смертью он ей оставил. Но пока она не могла найти правильного решения.
   - Поживем, увидим, - сказала она сама себе.
  
  
   Приехав на работу, Сергей увидел, что Петр сидит за столом и дует кофе.
   - Не выпей все, - пошутил он.
   - А ты что такой веселый? - спросил Петр с недоумением.
   - А ты что такой задумчивый, - спросил Сергей, пропуская его реплику.
   - Да вот сижу и думаю, что подарить Максиму с Леной.
   - Вот черт, совсем забыл, что завтра Максим забирает Лену из роддома. Звони ему и скажи, что мы вечером к нему заедем. В это время раздался звонок, и Петр поднял трубку.
   - Тебя спрашивает женщина.
   - Хорошо, - сказал Сергей, беря трубку.
   - Милый, это Светлана! - услышал он.
   От этих слов, у него перехватило дыхание, и он прохрипел:
   - Слушаю тебя.
   - Извини, что потревожила, но я вспомнила, что у Михаила была знакомая женщина по имени Маша, с которой он раньше встречался. Но кто она, я не знаю, и ни разу ее не видела. Это важно для тебя?
   - Очень важно. Вечером созвонимся.
   - Это с кем ты будешь созваниваться? - с издевкой спросил Петр. - Совсем забыл про работу, одни женщины на уме.
   - Звонила Светлана и сообщила, что у Евдокимова была женщина, с которой он поддерживал отношения. Вот тебе и предстоит выяснить, кто она. Чувствует мое сердце, что мы напали на верный след, и Евдокимов мог оставить ей на хранение свой архив. Только не дай бог, чтобы Лукин снова опередил нас.
   Сергей поднял трубку и, набрав номер, попросил позвать к телефону Катю.
   - Катя, - сказал он, услышав ее голос, но она сразу перебила его.
   - Ты куда пропал, - набросилась она на него, - не могу до тебя дозвониться. Ты что, отключил мобильник?
   Да, отключил, так как мы с Петром выполняли задание, - произнес Сергей, видя, как Петр показывает кулак.
   - Ладно, - сказала она, - прощаю на первый раз. Чувствовалось, что она немного успокоилась.
   Катя, - проговорил Сергей, имя Маша, тебе, что ни будь, говорит, в связи с Евдокимовым.
   - Мне ничего не говорит, но я постараюсь выяснить и перезвоню тебе. Кстати, а что ты делаешь вечером?
   - Вечером мы собираемся у Максима. Завтра выписывается Лена с сыном из роддома и ему надо помочь.
   - Знаю я вашу помощь. Смотрите, не напейтесь, а то завтра и до роддома не доберетесь, - рассмеялась Катя. У нее был такой заразительный смех, что он тоже невольно улыбнулся. - Если сегодня что ни будь, узнаю, то обязательно перезвоню тебе.
   - Опять ты меня подставляешь, - сказал Петр, как только Сергей повесил трубку. - Вечно я тебя должен прикрывать. Никак не можешь разобраться со своими женщинами.
   - Ты пойми меня правильно. Сейчас у меня есть Катя, и я не хочу другой, - усмехнулся Сергей. - Беда в том, что Светлана красива и похожа на Ирину. Я могу влюбиться в нее, и поэтому, чем меньше буду ее видеть, тем лучше будет для меня и возможно для нее. Но если бы я вчера не поехал к ней, то мы про Машу, возможно, никогда не узнали.
   - Тебе жить, тебе решать, - ответил Петр. - Ты холостой, можешь и погулять, не то, что я.
   - А кто тебе мешает? Можешь жене говорить, что находился со мной. Вали все на меня, а я тебя прикрою.
   - Да ты же знаешь мою жену. Она все соки у меня выпивает, поэтому на другую женщину сил не хватит, - тяжело вздохнул Петр. - Да я еще и не встретил такую женщину, которая мне бы понравилась.
   - Не бери в голову, - сказал Сергей, - прорвемся, и я уверен, что ты еще встретишь такую женщину, ради которой будешь совершать подвиги. А пока бери БМВ и постарайся повидаться со знакомыми покойного Евдокимова и узнать у них про нашу таинственную незнакомку. Вечером встречаемся у Максима. День пролетел незаметно и когда Сергей собирался уходить, раздался звонок. Пришлось поднимать трубку.
   - Я тебе еще не надоела, - прошептала Катя. - Хорошо, что застала тебя на месте. Была у Евдокимова знакомая, с которой у него были серьезные отношения.
   - А где она живет и как выглядит? - сразу перебил ее Сергей.
   - Где живет, у нас никто не знает, а выглядит она, как обыкновенная женщина. Ей около тридцати, коротко стриженные каштановые волосы и чуть раскосые глаза. Вот и все, что мне удалось узнать.
   - Это уже что-то, - сказал он, - спасибо тебе.
   - А теперь беги, а то твои друзья все выпьют и съедят, и ты останешься голодным, - съязвила она.
   Когда Сергей подъехал к Максу и вошел в квартиру, то увидел, что Петр хозяйничает на кухне.
   - Начальство прибыло, пора к столу. Все готово, - сказал он.
   Они выпили и принялись за еду.
   - Ну, горе сыщики, рассказывайте, как продвигается расследование, - спросил Максим. - А то ходят слухи, что за этим убийством стоит Берковский.
   - Слухи слухами, а нам надо найти убийцу Евдокимова, хотя сделать это в настоящее время будет крайне тяжело. После гибели Бубнова, мы пока топчемся на месте, - сказал Сергей. - Давай Петр выкладывай нам, что ты выяснил по поводу знакомой Евдокимова.
   - По рассказу одного из товарищей покойного журналиста, у него действительно была знакомая женщина: высокая, худощавая, широкие скулы и похожа на восточную женщину.
   - Тот же портрет нарисовала мне и Катя, - сказал Сергей.
   - Послушайте ребята! - вдруг воскликнул Максим. - Вы сейчас нарисовали портрет, который очень подходит к Лениной подруге Маше, которая работает вместе с ней.
   - Надо с ней срочно встретиться, - сказал Петр, разливая водку.
   - Завтра вы сможете ее увидеть, - сказал Максим. - Она тоже приедет встречать Лену.
   Они выпили и стали расходиться.
   - Завтра в одиннадцать у роддома, - напомнил на прощание Максим.
   Сергей отвез Петра домой и по дороге решил позвонить Светлане и заехать к ней. Он набрал номер, но к телефону никто не подходил.
"Странно", подумал Сергей, нажимая на газ.
  
  
   Лукин весь день был сам не свой. Время шло, а он никак не мог обнаружить архив покойного Евдокимова.
   - Что делать? - в очередной раз задавал он вопрос, но не находил ответа. Он поднял трубку и вызвал к себе майора Филипенко, который выполнял для него всю черную работу.
   - Иван Федотыч, проходи и присаживайся, - сказал он входящему Филипенко. - Давай рассказывай, что узнал нового.
   - Да, в общем, ничего. Мои ребята работают в поте лица но...
   - В поте лица говоришь, - визгливо закричал Лукин, - а Евдокимова в тот вечер упустили, и вместе с ним исчез его архив.
   - Понимаете, Михаил Иванович, - начал оправдываться Филипенко, - кто мог знать, что Евдокимов бросит свою машину и уедет на троллейбусе. Поэтому его в толпе и не заметили. Только часов в десять мои ребята спохватились. Машина стоит, а Евдокимов из телецентра еще не выходил. Проверили - на работе его нет. Только тогда и забили тревогу. Они направились к нему домой, но его и там не оказалось. Они просидели всю ночь возле дома и только утром увидели его, входящим в подъезд. Тогда они связались со мной, а я сразу сообщим вам.
   Тогда он нас всех перехитрил и отдал архив кому-то на хранение. Надо срочно найти этого человека. Подключи еще людей на его поиски.
   - Не беспокойтесь Михаил Иванович, мы его обязательно найдем.
   - Ты только не забывай, что Шелестов не сидит на месте, а тоже роет землю в поисках архива. Да вот еще что. Пошли, кого ни будь к вдове Евдокимова, и пусть ее потрясут, как следует. Она должна знать всех знакомых покойного мужа.
   В это время в кабинет вошел помощник генерала и сказал, что к телефону просят Филипенко.
   - Переключи звонок на мой телефон, - приказал Лукин.
   - Филипенко слушает. Затем он долго слушал и, наконец, произнес:
   - Молодец!
   - Ну что там у тебя, - спросил Лукин.
   - Только что сообщили, что у покойного была знакомая женщина лет тридцати по имени Маша, за которой он в свое время ухаживал. Но кто она и где живет, никто не знает. И еще одно неприятное известие. Этой женщиной интересовался полковник Зайко из МВД.
   - Я слышал о нем, он друг Шелестова и они вместе расследуют убийство Евдокимова. Теперь ты понимаешь, почему я так тороплю тебя. Времени у нас в обрез и не дай бог, если Шелестов первый найдет, этот чертов архив, тогда нам хана. Давай, действуй, и чтобы ни одна душа у нас не знала об этом. Ты понимаешь, кого я имею в виду.
   - Да знаю Михаил Иванович. Этот Литвиненко ходит и все вынюхивает.
   Филипенко вышел и направился в свой кабинет. Там он уселся в кресло, достал сигареты и закурил.
   "Ситуация складывается непростая, - думал он. - Если что пойдет не так, то ему настанет конец". Сам он своих сотрудников решил к вдове Евдокимова не посылать, мало ли что может там произойти. Он поднял трубку и набрал номер.
   - Алло! - услышал он голос Семака.
   - Степан Борисович, рад слышать твой голос.
   Семак сразу узнал голос Филипенко, и по его телу пробежала дрожь, но он быстро взял себя в руки и произнес:
   - Давненько Иван Федотыч вы не беспокоили меня. Все работаете на старом месте? Как...
   Филипенко сразу прервал его и сказал:
   - Необходимо встретиться. Жду тебя через час, и продиктовал адрес.
   Семак повесил трубку и ударился в воспоминания. Судьба свела его с Филипенко в середине девяностых годов, когда тот помог ему выйти сухим из воды.
   Семак, по просьбе одного бизнесмена, должен был переправить на запад партию алмазов и бриллиантов на сумму более трех миллионов долларов. На границе, эту партию перехватили сотрудники ФСБ, и Семак мог загреметь в тюрьму на долгое время. Филипенко тогда помог ему и ликвидировал бизнесмена. С тех пор Семак стал работать на него. Это была тайна за семью печатями, которую Семак скрывал от всех.
   Филипенко открыл дверь и пригласил Семака войти.
   - Ну, как поживаешь, Степан Борисович? - спросил он, наполняя рюмки коньяком.
   - Вашими молитвами Иван Федотыч, - ответил Семак, делая глоток.
   Филипенко тоже пригубил и поставил рюмку на стол.
   - Дело есть, - сказал он, - а времени у нас с тобой в обрез. Сейчас пошлешь кого-нибудь из своих парней по этому адресу. Пусть у вдовы Евдокимова выяснят все, что она знает про знакомую покойного мужа - Машу. Только смотри, чтобы не очень на нее давили, а то я знаю ваши методы.
   - Сделаем, - ответил Семак.
   - И вот еще что. Пусть твои ребята организуют круглосуточное наблюдение за полковником Шелестовым из МВД. Я знаю, что он полгода назад, очень попортил тебе нервную систему. Филипенко рассмеялся.
   - Иван Федотыч, - прохрипел Семак, - послать-то я пошлю, но у него такое звериное чутье, что он сразу заметит слежку. Может лучше постараться убрать его.
   - Не торопись Степан Борисович, не торопись. Всему свое время.
   Как только Семак вернулся в ресторан, то сразу вызвал к себе Юрика.
   - Поедешь по этому адресу, - приказал он, протягивая ему бумажку. - Там живет вдова журналиста. Выясни у нее все, что она знает про знакомую покойного мужа по имени Маша. Только смотри, сильно на нее не дави.
  
  
   Вечером Светлана лежала на диване и смотрела телевизор. После вчерашней ночи, проведенной с Сергеем, она поняла, что всю жизнь искала такого мужчину. После первой же встречи, когда Сергей приходил к ней, чтобы выяснить у нее подробности жизни Михаила, она сразу обратила на него внимание и вот теперь, чья-то потусторонняя сила тянет ее к нему, и вот она сидит дома и ждет его звонка.
   Вдруг она услышала звонок в дверь и пошла открывать. Перед ней стоял незнакомый мужчина.
   - Вы к кому? - спросила она.
   - К вам Светлана Юрьевна, - ответил он и показал ей удостоверение работника милиции.
   - Проходите, - сказала она, закрывая дверь.
   Юрик прошел в комнату и сел на стул.
   - Светлана Юрьевна, вы знаете Машу, с которой ваш муж поддерживал отношения?
   Да, я слышала о ней, но никогда не видела. Ею уже интересовался Шелестов из МВД и... В это время раздался телефонный звонок, и Светлана уже хотела поднять трубку, но в этот момент у Юрика сдали нервы и он, вскочив, положил свою руку на телефон.
   - Мы с вами еще не закончили разговор, - тихо прошипел он.
   Она посмотрела ему в глаза и испугалась. У него были змеиные, безразличные глаза бандита, холодные и твердые, как замершая галька.
   - Что вам еще надо? - спросила она дрожащим голосом.
   Юрик задумался. Он достал сигареты и закурил.
   В это время Светлана вскочила и побежала к входной двери. Не успела она открыть ее, как Юрик в два прыжка настиг ее и бросил на пол. Падая, она ударилась виском об острый край стола и осталась лежать без движения.
   - Вставайте, Светлана Юрьевна, вставайте, - произнес он взволнованным голосом, но она продолжала лежать, не издавая ни единого звука. Он подошел к ней, поднял и положил на диван. Когда он посмотрел на нее, то увидел, что все ее лицо было в крови.
  
  
   Когда Сергей поднялся на третий этаж и стал подходить к Светланиной квартире, то увидел, что она распахнулась, и оттуда выскочил высокий мужчина крепкого сложения. Увидев Сергея, его злое лицо нахмурилось, а правая рука скользнула под куртку. Сергей бросился на него, но тот выхватил пистолет и толкнул его. Падая, Сергей все же успел ударить его в подбородок и увлечь за собой в низ.
   Сцепившись, они повалились на лестничную клетку, и некоторое время продолжали молча драться. В конце концов, незнакомцу удалось подняться первому и наставить пистолет на Сергея. Но тот рванулся вперед и дернул его за ноги. Незнакомец повалился на спину, но, падая, успел выстрелить. Пуля пролетела возле самого уха. Сергей, напрягая все свои силы, снова ударил его правой в челюсть. Пистолет выпал у того из рук. Он попытался снова встать и поднять свой пистолет, но в этот момент Сергей успел выхватить свой и выстрелить. Незнакомец с грохотом полетел вниз по лестнице и упал на площадку. Сергей подошел и поглядел на него. Все было кончено. Глаза невидяще смотрели в потолок. Сергей все еще смотрел на него, когда тот со свистом испустил последний вздох.
   Сергей прошел в квартиру и направился в комнату, где увидел лежащую на диване Светлану. Не нужно было дотрагиваться до нее, чтобы понять, что она мертва. Он выругался сквозь зубы и полез за сигаретами. Закурив, он старался унять дрожь в руках. Но, боже мой, что с ним творилось? Он никогда не чувствовал ничего подобного. Его бил озноб, мускулы дергались, горло пересохло, сердце ныло, Ему было наплевать на то, что могло с ним случиться, только бы удалось наказать тех подонков, которые причинили ему столько неприятностей. Он еще продолжал смотреть на нее, когда в квартиру ворвались трое милиционеров с автоматами в руках. Сергей протянул им свое удостоверение и приказал осмотреть мертвеца. Затем достал мобильник и позвонил Петру.
   Постарайся завтра пораньше приехать на работу, - сказал он, услышав его сонный голос. - Погибла Светлана.
   Петр сразу проснулся и сказал:
   - Заезжай за мной, по дороге поговорим.
   - Хорошо.
   Приехала скорая помощь и увезла мертвецов. К нему подошел капитан из местного отделения милиции и протянул удостоверение. Шелестов открыл его и прочел, что Свиридов Юрий Константинович является опером.
   - Это я возьму себе, - сказал Сергей капитану, засовывая удостоверение в карман. - Если что узнаете о Свиридове, позвоните мне утром.
   Больше здесь делать было не чего, и он поехал домой. Приехав, он развалился на диване и закурил.
   - Сколько событий произошло за этот короткий промежуток времени, - подумал он. - Судьба словно играет со мной. Едва начали совместную жизнь с Ириной - она погибла. Теперь погибает Светлана. Но почему именно она? Дикая случайность. Ведь она ничего не знала. Он потратил на размышление почти час, и тут его осенило. Сергей все еще блуждал в темноте, но вдали уже виднелся проблеск, и он понял, что ему следует предпринять.
  
  
   После того, как Семак отправил Юрика к вдове Евдокимова, он решил немного расслабиться. Вставив кассету в видак он увидел на экране депутата с Оленькой.
   - Вот дает, - засмеялся он, хлопая себя по ляжкам, - а еще говорит, что продолжает любить Ирину. Затем поднял трубку и набрал номер.
   - Муса, - сказал он, - подъезжай ко мне, вместе поужинаем и я заодно, покажу тебе одну видеозапись.
   - Буду через час, - ответил Муса.
Семак поднялся с кресла и стал ходить по кабинету. Он вспоминал свой разговор с Филипенко. Тот поручил ему слежку за Шелестовым, не зная, как это сложно сделать. Пока он продолжал думать, дверь открылась, и в кабинет вошел Муса.
   - Проходи, сейчас будем ужинать. Что будешь пить?
   - Коньяк, - ответил Муса.
   Во время ужина Семак включил видак и Муса, увидев голого Шейко с какой-то девахой, рассмеялся.
   - Да этой пленке цены нет, - проговорил он.
   - Это мои ребята случайно записали, - произнес Семак. - А вообще-то она мне на хер не нужна. Депутат и так мой человек. Эту пленку я сохраню и подарю ему на день рождения. А как у тебя дела с Батаевым?
   Муса на минуту задумался, а затем сказал глухим голосом:
   - Мы решили не давать ему ни копейки, поэтому твои деньги, нам не понадобятся.
   - Мудрое решение, - сказал Семак. Это он вам лапшу на уши вешает, что ему деньги нужны для закупки оружия. А куда на самом деле идут ваши деньги, не знает никто. Да и кто в настоящее время, продаст оружие в долг? Раньше я не хотел тебе этого говорить, думал, что обидишься на меня.
   Послушай Семак, а мне эта девочка очень понравилась. Кстати, мы с тобой давненько не парились в баньке. Заодно пригласил бы и ее.
   - Оленька девочка что надо. Ни одна из голливудских звезд ей и в подметки не годится. Но понимаешь Муса, баньку-то я организую в любой момент и девочки будут, как всегда одна к одной, но Оленька в настоящее время находится вместе с Шейко в Египте. Вот вернется через недельку, тогда я смогу с ней переговорить.
   В это время дверь открылась, и ворвался Рыбак.
   - Что случилось? - спросил Семак и посмотрел на его бледное лицо.
   - Плохи дела Семак, - сказал тот. - Убит Юрик и самое главное, что когда он поехал, то взял с собой удостоверение сотрудника милиции. Не знаю, какими судьбами, но там появился Шелестов и застрелил его.
   Семак поднял голову. В его невыразительных глазах заметался огонь. Под его прямым взглядом глаза Рыбака стали землянистыми.
   Семак испугался последствий. Он понимал, что теперь от одного промаха все может потерять. Он достиг самого высокого поста в своем мире. Все, что он хотел - деньги, женщины, роскошь, все у него было. Мысль о том, что он может все потерять, наполнила его болезненной злой яростью.
   - Где же были сопровождающие его пацаны? - прошипел он.
   - Не знаю, но сейчас они стоят и ждут ваших указаний.
   - Зови их.
   Рыбак открыл дверь.
   - Рассказывайте, как было дело, - грозно взревел Семак.
   - Как только мы подъехали к дому, - начал один из них, - Юрик приказал нам оставаться на месте, а сам вышел из машины и направился к подъезду. Я заикнулся, было, чтобы он взял с собой Игоря, но он только отмахнулся. Минут через двадцать к дому подъехала машина - БМВ и из нее вышел мужчина лет сорока, высокий плечистый. Он захлопнул дверь и вошел в тот же подъезд. Через некоторое время прозвучали выстрелы. Сначала мы ничего с Игорем не поняли, а когда стали выходить из машины, то увидели, что около подъезда остановилась милицейская машина, и из нее выскочили трое ментов с автоматами и вбежали в подъезд. Тогда мы быстро отъехали в сторону и стали ждать. Минут через пятнадцать приехала скорая помощь и увезла двоих пострадавших. Вскоре из подъезда вышел тот же мужчина, сел в БМВ и укатил.
   - Вот говнюк, - вырвалось у Семака, - не мог даже с бабой решить вопрос.
   - Как только менты уехали, я послал Игоря узнать, что же произошло на самом деле, так как у подъезда собралась толпа зевак. Игорь подошел к подъезду и услышал, как одна бабка рассказывала, что убиты, жена покойного Евдокимова и какой-то незнакомый парень. И еще она слышала из разговоров милиционеров, что этого парня застрелил какой-то Шелестов.
   Как только была произнесена фамилия Шелестов, Семак поднялся. Кровь отлила от его лица, и оно сделалось белым, как полотно. Из горла у него вырывались какие-то странные квакающие звуки. Он схватил бутылку со стола и сделал несколько глотков. Затем кивком руки отослал своих людей из кабинета и плюхнулся в кресло.
   - Опять Шелестов, - прошептал он и посмотрел на Мусу.
   Тот, во время рассказа, молчал и думал, что сказать Семаку. Он хорошо знал Шелестова и не раз предупреждал, чтобы тот не связывался с ним. Наконец Муса произнес:
   - Послушай еще раз моего совета. Не ввязывайся ты с Шелестовым в войну. Ты уже раз проиграл, проиграешь и на этот раз.
   - Я это понимаю, - только и смог произнести Семак. Он же не мог раскрыть ему свою тайну, что связан с ФСБ.
   Как только Муса уехал, Семак надолго задумался. Он нервничал и боялся последствий своего провала. Он понимал, что Филипенко спросит с него, и поэтому решил сам связаться с ним.
   - Промедление смерти подобно, - сказал он сам себе, набирая номер.
   - Иван Федотыч, - произнес он шепотом, боясь, что его может кто-то услышать. - Произошли непредвидимые события, в результате которых погибли Светлана и мой пацан.
   - Как это произошло? - нервным голосом спросил Филипенко. Чувствовалось, что еще немного, и он начнет орать в трубку.
   И Семак поведал ему все, что сам только что узнал. Филипенко на минуту задумался. Он понимал, что теперь Шелестов с утроенной силой начнет копать и сможет докопаться до его связи с Семаком.
   - Ты у себя приберись, как следует, чтобы комар нос не подточил, а я позвоню тебе завтра и скажу, что надо делать. Затем связался с Лукиным и попросил принять его пораньше.
- Приходи к восьми, - ответил Лукин.
   Утром, ровно в восемь, он входил в кабинет к генералу.
   Ну что, напортачили твои ребята? - спросил он и посмотрел на Филипенко. В его глазах заметался огонь. Под его прямым взглядом глаза Филипенко стали землянистыми.
   - Что вы, Михаил Иванович. Мои ребята так грубо не работают, - голос его дрожал. И он поведал Лукину, что использовал Семака для этой цели.
   Ты что, разучился работать, - произнес грозно Лукин. - Сколько ошибок наделал в последнее время.
   Филипенко стоял весь белый. Он достал из кармана носовой платок и стал вытирать со лба пот. Сказать ему было нечего.
   Лукин продолжал сидеть и думать:
   "В последнее время все складывается для него не так, как хотелось бы: Евдокимов, Бубнов и теперь Светлана. И все время на его пути встает Шелестов. Придется с ним встретиться и объяснить, чтобы он умерил свой пыл, а пока необходимо организовать за ним слежку и немедленно, чтобы любой его шаг был мне известен".
   - Давай Иван Федотыч, принимайся за работу. Даю тебе еще один шанс. Подключай всех своих людей и организуй слежку за Шелестовым немедленно. И не дай бог, если он заметит за собой хвост, или ускользнет от них.
   - Михаил Иванович, - чуть осмелев, произнес Филипенко. - А может лучше убрать его и делу конец.
   - Подождем немного, - сказал Лукин, - может он нас и выведет на архив.
  
  
   Сергей проснулся около шести утра и, уставившись в потолок, задумался. Настроение у него было подавленное, и он остро ощущал свое одиночество. "То, что погибла Светлана, это чистая случайность, - думал он. - Она ничего не знала, и убивать ее не было смысла". Сергей подошел и включил телевизор. Диктор передавал, что вчера поздно вечером у себя в квартире была зверски убита жена, ранее погибшего известного журналиста и ведущего передачи " Военная хроника " Евдокимова, Светлана Юрьевна. Ее убийца, Свиридов Юрий Константинович, при оказании сопротивления был застрелен работниками милиции. Сначала известный журналист, затем его жена. Это все наводит на мысль, что все эти убийства являются, заказными, и кто-то за всем этим стоит. От нас хотят скрыть правдивую информацию, которой хотел поделиться покойный журналист. Кто на самом деле стоит за всеми событиями в Чечне? Органам предстоит еще ответить нам на этот вопрос.
   - Диктор, как болванчик, озвучивает текст, который ему заранее написали, - сказал Сергей сам себе. - Он себе и представить не может, кто за всем этим стоит. Продолжая размышлять, Сергей выключил телевизор, побрился и начал одеваться. Быстро перекусив, он спустился и вышел из подъезда. По дороге, он позвонил Петру и сказал , чтобы тот встречал его. Как только Петр уселся в машину, Сергей рассказал ему, что вчера произошло.
   - Тебе опять сильно повезло, - только и смог вымолвить Петр.
   Подъехав к министерству, они вышли из машины и направились к генералу. Тот сидел в своем кресле, курил и о чем-то напряженно думал. Лицо его выражало усталость. Увидев нас, входящих в кабинет, он затушил сигарету, поднялся и пошел к ним навстречу.
   - Ну что Сергей, без стрельбы опять нельзя было обойтись? - спросил он, похлопав его по плечу.
   - Нет нельзя, - жестко отрубил Сергей и рассказал все, что с ним произошло вчера. Затем достал из кармана удостоверение и протянул Шадрину.
   Тот взял его в руки, повертел, затем открыл и прочел.
   - Петр, узнай, каким образом это удостоверение могло оказаться у Свиридова.
   - Узнаю, - ответил Петр.
   - И вот еще что. Кожемякин рвет и мечет. По его глазам я понял, что он тебя Сергей, хочет разорвать на части.
   - Подавится, - ответил за друга Петр.
   - Подавится, не подавится, а за Бубнова он еще с меня спросит, - произнес Сергей.
   - Не успели они войти в свой кабинет, как услышали телефонный звонок.
   - Шелестов слушает, проговорил он, поднимая трубку.
   - Сергей Петрович! Это вас беспокоит капитан Синицын по поводу погибшего Свиридова. Удалось выяснить, что он входил в бригаду известного авторитета Рыбака, и был его правой рукой.
   - Спасибо тебе капитан. Ты здорово мне помог.
   - Ну что там еще? - спросил Петр, увидев, как у Сергея загорелись глаза.
   "Опаньки, - подумал Сергей, пропуская слова Петра. - Снова на моем пути возникла зловещая фигура Семака. Как же он мог оказаться замешанным в этом деле? Странно, даже очень странно".
   Петр сидел и молчал, Он знал, что если Сергей задумался, то решает, известную только ему, задачку.
   Наконец Сергей очнулся и сказал:
   - Вот в чем дело. Свиридов, которого я вчера застрелил, работал на Семака.
   От услышанного, даже всегда невозмутимый Петр, вскочил и стал ходить по кабинету.
   - Наш пострел - везде поспел, - произнес он. - Только я не понимаю одного. На хера Семаку, на старость лет, ввязываться в политику. Это же не его профиль.
   - Вот на этот вопрос мы с тобой и должны найти ответ, - сказал Сергей, - И вот еще что. Я должен отомстить за смерть Светланы тем, кто направил этого Свиридова, а иначе я не успокоюсь. Она была прекрасная женщина.
   - Но ты же застрелил Свиридова.
   - Да кто такой Свиридов? - взревел Сергей. - Пешка в чужой игре.
   - Успокойся Сергей! Я понимаю, в каком ты находишься состоянии. Но ты ничего не добьешься, если окончательно потеряешь голову. Ты сам знаешь, чтобы добиться результата в нашем расследовании, надо действовать с умом. А если ты будешь нервничать, то только подыграешь Лукину и Семаку.
   Сергей глубоко вздохнул и улыбнулся.
   - Ты прав, - согласился он. - Просто я сейчас в бешенстве и это хреново. И в этот момент ему пришла снова вчерашняя идея. Не познакомиться ли ему поближе с Самохиной. Только через нее он сможет выйти на Лукина и Антона. Но делиться этой идеей с Петром он не стал.
   - Собирайся, - сказал Сергей неожиданно, - едем встречать Лену. Максим наверняка уже в роддоме, ждет нас и волнуется.
   Как только они вышли из министерства и сели в машину, у Сергея создалось впечатление, что за ними следят. Он медленно выехал со стоянки, и резко нажав на газ, свернул в ближайший переулок, но за ними никто не последовал.
   "Старею", подумал он, но все равно решил не рисковать.
   - Позвони Максиму и скажи, что мы подъедем к нему прямо домой.
   - Что случилось? - произнес Петр, доставая мобильник.
   - Мне кажется, что за нами следят, - сказал Сергей. - Ты же должен знать, что меня никогда не подводит интуиция.
   - Давай тогда так и сделаем. Прогуляемся по Москве, может, кого и заметим. Петр созвонился с Максимом и сказал, чтобы тот встречал Лену и ехал домой, а они подъедут к нему часа через два.
   Покатавшись по Москве и не заметив за собой слежки, они направились домой к Максиму.
   - Остановись, - попросил Петр. Он вышел и через минуту вернулся с огромным букетом цветов.
   Как только Максим открыл дверь, Петр сразу направился в комнату и вручил Лене цветы. Сергей последовал за ним и увидел сидящую за столом женщину. Черты ее лица сразу напомнили портрет, который описала ему Катя.
   "Она очень похожа на восточную женщину", подумал Сергей.
   - Познакомьтесь, - услышал он Ленин голос. - Это моя подруга Маша, а это друзья Максима - Сергей и Петр.
   Сергей направился на кухню помогать Максиму с Леной, а Петр сразу уселся рядом с Машей. После того, как стол был уставлен бутылками и закусками, Максим наполнил рюмки коньяком и предложил выпить за новорожденного. Не успели они закусить, как Петр наполнил рюмки и сказал:
   - Между первой и второй перерывчик небольшой, а вообще-то давайте выпьем за твою красавицу жену, которая подарила тебе сына.
   Лена от этих слов покраснела и посмотрела на Максима.
   - Правильно говоришь, - сказал он. - Леночка у меня самая любимая и красивая на свете.
   Сергей выпил и посмотрел на Петра, который что-то нашептывал Маше и не сводил с нее глаз. Ему что-то стало тоскливо, и он вспомнил Катю. "Злится наверняка на меня, - подумал он, - и правильно делает".
   Они выпили, и Максим предложил пойти на кухню покурить.
   - Рассказывайте, что случилось? - спросил он озабоченным голосом.
   И Сергей поведал ему о том, что произошло с ним вчера.
   - Я удивляюсь твоему везению, - сказал Максим. - Ведь все могло кончиться для тебя плачевно.
   - То же самое и я ему сказал, - произнес Петр. - А теперь Максим скажи мне, где ты скрывал от нас такую женщину. Вроде на твоей свадьбе, я ее не видел.
   - Она болела и на свадьбе не была, а теперь все свое свободное время проводит с Леной. Пойдемте, я покажу вам своего сына.
   Они прошли в небольшую комнату, где в маленькой кроватке спал новорожденный.
   - Смотри Сергей! - сказал Петр, - вылитый Макс. За это надо выпить.
   - Вечно у тебя на уме одна выпивка, - ухмыльнулся Сергей.
   - А вот на этот раз ты не угадал. Просто я хочу побыть рядом с Машей.
   Максим улыбнулся:
   - Что, понравилась? Маша порядочная женщина.
   Петр на это ничего не ответил, и они вошли в комнату.
   Лена с Машей сидели за столом и о чем-то беседовали, но, увидев их, прервали разговор.
   - Не успел я выйти на пять минут, как мое место занято, - улыбнулся Петр и посмотрел на Машу.
   - Да мы просто говорили о своем, - произнесла Маша и покраснела. - Наоборот, мне очень приятно, что вы оказываете мне знаки внимания.
   - Вот за это и выпьем, - смутившись, произнес Петр.
   Так за шутками и прибаутками пролетел вечер. От выпитого, Маша раскраснелась, и все чаще стала поглядывать на Петра. Тот тоже смотрел на нее и чувствовал, что у него давно не было на душе, так хорошо. Маша ему нравилась все больше и больше, и он хотел, чтобы этот вечер никогда не кончался. В первые, в жизни, он забыл и про жену, и про работу.
   Сергей сидел и с улыбкой смотрел на него. Таким он его никогда не видел.
   - Пойдем, покурим, - сказал он.
   Они вышли на лестничную клетку и Сергей, предложив ему проводить Машу до дома, протянул ключи от машины.
   - С удовольствием, - ответил Петр. - А как же ты?
   - За меня не беспокойся, я, как ни будь, доберусь. Только не забудь утром заехать за мной.
   Было уже поздно, и они стали собираться.
   Выйдя на улицу, Сергей попрощался со всеми и медленно побрел. Накрапывал дождик. Желая убедиться, что за ним не следят, он намеренно решил добраться до дома пешком под дождем, в надежде заставить преследователей обнаружить себя. Он сворачивал в переулки, то, ускоряя, то, замедляя свой шаг, но никого не мог обнаружить. Он посмотрел на часы. Было уже за полночь. Темное небо источало капли влаги, и Сергей ускорил шаг. Войдя в квартиру и включив свет, он сразу направился вверх по лестнице. Выйдя на крышу, он присел и затем пополз до карниза. Медленно приподнявшись, он стал методично осматривать каждую дверь соседнего подъезда и машины, стоящие во дворе, надеясь заметить какое-либо движение или огонек сигареты, которые могли бы выдать затаившихся преследователей, но ничего не обнаружил. Его глаза привыкли к темноте, и, наконец, его терпение было вознаграждено: в глубине одного из дверных проемов колыхнулся едва уловимый силуэт человека. Проехавшая мимо машина на секунду осветила невысокого мужчину в темной куртке. Теперь Сергей ни на минуту не сомневался, что это один из тех, кто следит за ним. Можно было возвращаться домой. Вернувшись, он достал водку и сделал несколько глотков. Затем прилег на диван и задумался:
   - Интуиция его не подвела и на этот раз. Сотрудники Лукина работают превосходно. Только чистая случайность помогла ему узнать, что за ним установлена тотальная слежка.
  
  
   Лукин проснулся ночью весь в поту. Ему приснился страшный сон, в котором, его варят черти в котле на большом огне, а рядом стоит Шелестов и хохочет. Он тихо поднялся, чтобы не разбудить жену, и прошел на кухню, Там он взял полотенце и вытер лоб. Затем открыл холодильник и, достав бутылку водки, сделал пару глотков. Постепенно он стал приходить в себя.
   "Даже во сне, Шелестов преследует меня, - подумал он. - Этот мент становится опасен. Он все знает, и это заставляет меня бояться его". Он тяжело вздохнул:
   - Надо избавиться от него руками Семака. Пусть погибнут несколько его людей, а у одного из них будет обнаружен пистолет, из которого был застрелен Евдокимов. То, что Шелестов перестреляет людей Семака, он не сомневался. Пусть все думают, что убийство Евдокимова совершили его люди, и дело будет закрыто и списано в архив. От этого, у него сразу улучшилось настроение, и он сделал еще один глоток. Затем пошел в свой кабинет и прилег на диван.
   Утром, как только он появился на работе, то сразу вызвал к себе Филипенко.
   - Ну что там у тебя, - рявкнул он.
   - Михаил Иванович! - произнес тот. - Мои люди водили Шелестова в течение дня. Как только он со своим другом Зайко вышел из министерства, то они сели ему на хвост. По дороге он, как будто чувствуя, что за ним следят, стал менять маршрут и колесить по городу, стараясь оторваться. Но мои люди не теряли его из вида и проводили до дома, в котором проживает его друг адвокат Пешков. Я узнал, что у него родился сын, и они приехали к нему отмечать это событие. Около двенадцати они разошлись. Зайко на машине поехал провожать некую Елизарову Марию Ивановну, которая работает вместе с женой Пешкова, а Шелестов направился к себе домой пешком, несмотря на дождь, стараясь провериться.
   - Ты уверен, что Шелестов ничего не заметил, а то у него звериное чутье.
   - Думаю, что не заметил.
   - Теперь слушай, что будешь делать. Встретишься с Семаком и скажешь, чтобы тот избавился от Шелестова. Возьмешь этот пистолет, - сказал Лукин, доставая его из сейфа, - и отдашь Семаку. Необходимо, чтобы во время нападения на Шелестова, пистолет находился у людей Семака. Таким образом, мы убьем сразу двух зайцев: избавимся от Шелестова и закроем дело Евдокимова. И смотри, на этот раз не подкачай. Даже если они не убьют Шелестова, то тогда менты обнаружат этот пистолет на месте покушения и сразу решат, что Евдокимов был застрелен людьми Семака.
   - Не беспокойтесь Михаил Иванович, все будет исполнено так, как вы гениально задумали.
  
  
   Когда на следующее утро Петр ехал за Сергеем, то по дороге вспоминал, как провожал Машу. Всю дорогу он шутил, рассказывая ей анекдоты, но она делала вид, что слушает его, а сама думала о чем-то своем, уставившись в одну точку. Как только он остановил машину возле ее подъезда она, словно очнувшись, произнесла:
   - Спасибо вам Петр за сегодняшний вечер. Впервые с тех пор, как погиб мой друг, у меня такое хорошее настроение. Вы не обращайте внимание, что я всю дорогу молчала. Все это время я находилась в подавленном состоянии и только сегодня, благодаря вам, вышла из него.
   - Это вам спасибо, - смущенно пробормотал Петр. - Этот вечер и у меня останется в памяти. Вы мне нравитесь, Маша, и мне не хотелось, чтобы эта встреча стала последней.
   Маша слегка смутилась и покраснела:
   - Честно говоря, вы мне тоже симпатичны. Если хотите, то приходите завтра вечером, а точнее уже сегодня, ко мне в гости на чашечку кофе.
   - Обязательно приду, - сказал Петр, взволнованным голосом.
   - Я пойду, уже поздно, а то завтра на работу. Она открыла дверь, чмокнув его в щечку, и быстро выскочив из машины, вошла в подъезд.
   Петр еще несколько минут продолжал сидеть, не двигаясь, думая о том, какая Маша прекрасная женщина.
   "Не знаю, какими духами пользовалась Маша, - думал он, - но их крепкий аромат на редкость сочетался с ее обликом".
   Подъехав к дому, Петр увидел, что Сергей стоит у подъезда и дожидается его.
   - Ну, как, проводил Машу? - спросил он, усаживаясь в машину. - По моему, она приятная и симпатичная женщина, и не сводила с тебя глаз в течение всего вечера.
   - Проводил, - отозвался Петр, пропуская его издевку. - Вечером приглашен в гости.
   - Это хорошо. Постарайся узнать у нее, была ли она знакома с Евдокимовым. А если была, то, оставлял ли он ей на хранение свои бумаги. Я уверен на сто процентов, что это имена та Маша, которую мы разыскиваем. И черты лица похожи и имя тоже совпадает.
   - Постараюсь, - вздохнул Петр. Он понимал, что если Маша окажется той женщиной, которую они с Сергеем разыскивали, то ее жизни будет угрожать смертельная опасность. Он опять тяжело вздохнул. Сам он не боялся смерти, но в этот момент он почувствовал, насколько Маша стала для него дорога, и он начал бояться за ее жизнь.
  
  
   После разговора с Лукиным, Филипенко понял, что следующую осечку он ему не простит. Он сразу связался с Семаком, сказав ему, что будет у него в ресторане через час. Затем достал кейс и положил в него пистолет.
   "Все-таки хорошо придумал генерал, - думал он по дороге. - Одним махом покончить и с ментом, и закрыть дело Евдокимова". В успехе он не сомневался. Приехав в ресторан, он сразу прошел в кабинет и увидел накрытый стол.
   - Извини Степан Борисович, - произнес Филипенко, - времени нет на застолье. И он объяснил ему, что надо сделать.
   - Это очень трудно задание, - сказал Семак. - Я полгода назад несколько раз пытался разделаться с Шелестовым, но ничего хорошего из этого не вышло, только потерял несколько своих людей, и каких людей. Хорошо, что сам остался цел.
   - Это необходимо сделать Степан Борисович, - жестко приказал Филипенко, доставая пистолет из кейса и протягивая ему. И еще одно - этот ствол должен оказаться на месте убийства. Ты умный мужик и сам решишь, как это сделать.
   - Постараюсь, - только и смог ответить Семак, провожая Филипенко к выходу. Затем вернулся, сел в кресло и задумался:
   - Загнал меня в угол этот ФСБешник. Но отказаться от выполнения его приказа он не мог. Попал между двух огней. С одной стороны он не мог ослушаться Филипенко, а с другой, если попытка убийства Шелестова закончится неудачей, то он окажется с глазу на глаз с ним, а это для него погибель. Он позвал Рыбака.
   - Срочно найди ребят, потолковее, которые смогут завалить Шелестова, - грозно сказал он. - Сам будешь отвечать за это.
   Рыбак на минуту задумался. Он понимал, как это сделать нелегко. Шелестов не тот человек, с которым будет легко справиться. Он помнил, как полгода назад, ему не удалась попытка расправиться с ним. Он вспомнил погибшего Крепыша, и ему стало не по себе.
   - И вот еще что, - услышал он голос Семака. - Возьмешь этот ствол и отдашь, кому ни будь, из своих парней, которые будут участвовать в нападении на Шелестова. Пусть из этого пистолета застрелят мента.
   - А сколько времени у меня есть на подготовку? - спросил Рыбак.
   - Считай, что времени нет, - резко ответил Семак.
   - Попробую, - только и смог сказать Рыбак.
   Семак остался один. Он понимал, какую тяжелую ношу взвалил на Рыбака, но нечем помочь не мог.
   Как только Рыбак вышел, то сразу направился к себе домой, где он мог спокойно обдумать и подготовить покушение на Шелестова. По дороге он вызвал к себе четверых, наиболее проверенных ребят.
   Как только они все собрались, Рыбак сразу перешел к делу:
   - Семак приказал убрать Шелестова, полковника МВД. Но мент этот необычный. Нюх у него, как у гончей, а опасность он видит за версту. И еще одно - он спокойный и хладнокровный и поэтому становится для нас опасным вдвойне. Нам надо найти такой момент, когда он будет в гостях, потеряет бдительность и расслабится.
   - Может, взорвем его вместе с машиной? - произнес рядом сидящий.
   - Понимаешь Павлик. Машину мы взорвем, но он может остаться в живых и тогда до него будет труднее добраться. А нам с ним необходимо покончить раз и навсегда. Тем более, что надо с ним, рассчитаться за Крепыша. Сейчас за ним установлено наблюдение, и как только он куда ни будь отправится, то мне сразу сообщат, и мы неожиданно набросимся на него. С сегодняшнего дня вы будете жить у меня, и находиться в постоянной готовности.
  
  
   Весь день Петр не мог дождаться вечера и нервно расхаживал по кабинету.
   - Что ты мечешься из угла в угол, - сказал Сергей. - Бери машину и поезжай встречать Машу.
   - Неудобно, может лучше сначала позвонить ей, - неуверенным голосом произнес Петр.
   - Не удобно только пыль глотать, - усмехнулся Сергей. - Раз она тебя пригласила, то ты смело можешь ехать встречать ее. Она будет только рада.
   - Нет, я все-таки позвоню ей, - сказал Петр. Он созвонился с Леной и попросил у нее Машин телефона.
   - Что, понравилась, - засмеялась она и продиктовала номер.
   - Давай, давай действуй, - сказал Сергей. - Промедление смерти подобно.
   - Перестань молоть чепуху.
   Сергей посмотрел на его бледное лицо, и у него от смеха выступили слезы:
   - Ты звони, а я пока пойду, покурю.
   Оставшись один, Петр поднял трубку и дрожащей рукой стал набирать номер.
   - Здравствуй Маша, - произнес он. - Это тебя беспокоит твой вчерашний кавалер. Я решил встретить тебя и напроситься в гости.
   Маша звонко рассмеялась и сказала, что будет его ждать.
   Когда Сергей вошел в кабинет, то сразу заметил приподнятое настроение у Петра:
   - Ну что, договорился о встрече?
   - Все нормально, - радостно ответил Петр. - Только вот не знаю, что сказать жене.
   - Как всегда соврешь, что остался ночевать у меня.
   После его отъезда, Сергей позвонил Кате. Она ответила, что сегодня, у ее матери, день рождения и встретиться с ним она не сможет. Вечер у него выдался свободным, и он решил съездить к Ольге Сергеевне. Он позвонил ей и сказал, что скоро приедет. Взяв дежурную машину, Сергей поехал в Звенигород. Зная, что за ним следят, он решил поставить машину рядом с домом. При парковав ее и войдя в дом, он увидел, как Ольга Сергеевна колдует на кухне.
   - Подожди минутку, - сказала она, - сейчас все будет готово. Он достал из кейса бутылку коньяка и протянул ей букет цветов. Она взяла цветы и поставила их в вазу. Сергей предложил ей поужинать на воздухе, пока стоит теплая погода.
   - Тогда помогай мне и неси все в беседку.
   - А где Игорь?
   - Обещал скоро быть.
   Пока они накрывали на стол, подъехал Игорь.
   В это время наружка сообщила Филипенко, что Шелестов находится в Звенигороде на даче вдовы Ильясова.
   "Представился удобный случай", подумал он и позвонил Семаку.
   - Быстро посылай своих бойцов в Звенигород на дачу Ильясова и покончи, наконец, с ментом, - сказал Семак Рыбаку. - И не забудь убрать свидетелей.
   Темнело. Сергею не хотелось уезжать, и он решил поехать домой попозже. Они сидели в беседке, мирно беседовали, как вдруг раздался тихий скрип калитки и Сергей, шестым чувством почувствовал опасность.
   - Быстро все в дом, - тихо скомандовал он, увидев приближающих людей.
   Заметив в свете лампы его силуэт, они открыли беспорядочную стрельбу. Быстро разбив лампу, он упал на землю и тоже стал стрелять, продолжая двигаться к дому.
   - Погаси свет, - сказал он Игорю, поднимая трубку телефона. Но телефон молчал. Тогда Сергей достал мобильник, но увидел, что тот разбит. Единственный выход был пробраться к рации, находящейся в машине. В комнате было темно, и он подошел к окну, стараясь держаться ближе к стене, и осторожно выглянув в темноту, не увидел ничего. В дальней комнате Игорь включил фонарик и в это время из темноты сада забил автомат. Пули попали в окно и из него посыпались осколки. Другая очередь прошила штукатурку на противоположной стене, и комната наполнилась пылью. Сергей крикнул Игорю, чтобы тот погасил фонарь, а сам прицелился в то место, откуда только что раздалась автоматная очередь, и наугад выстрелил в темноту. В ответ застучали несколько автоматных очередей. Вспышки образовали полукруг. Пули пролетали через разбитые стекла окон, врезаясь в противоположную стенку. Сергей уловил какое-то движение, у окна. Быстро подняв руку, он выстрелил в тот момент, когда там мелькнула тень фигуры. Он почувствовал что попал, когда услышал звук падающего тела.
   Темноту снова прорезали вспышки автоматных очередей. Сверху посыпалась штукатурка, и он поспешно распластался на полу. Единственным выходом, было пробраться к рации, и он решил рискнуть. Стараясь не шуметь, он подполз к окну и вывалился на землю. Упав на четвереньки, он тут же вскочил на ноги и, прислонившись к стене дома, выглянул за угол. Увидев стоящего у двери человека, он резко нырнул вниз и, схватив его за ноги, дернул на себя. Тот упал, и он ударом пистолета в голову, вырубил его. Рядом с ним он увидел лежащий на земле автомат. В это время он увидел человека, двигающего по дорожке в его сторону, и навскидку выстрелил в него. Человек со стоном упал. Внезапно у двери появился Игорь.
   - Ты что делаешь здесь? Тебя же подстрелят, - сказал Сергей. - Ну, раз ты здесь, постарайся пробраться к машине, которую, я оставил за домом, и по рации вызвать наряд. Он протянул ему автомат, и тот пополз, в сторону машины.
   В это время Сергей увидел две фигуры во весь рост, приближающих к нему. Реакция и на этот раз спасла его. Он бросился на землю в тот момент, когда те открыли огонь. Пули просвистели над ним. Быстро перекатившись, он выпустил всю обойму и увидел, как те упали, и огонь прекратился. Выждав некоторое время, и не слыша больше выстрелов, Сергей пополз к машине. Не доползая до нее, он услышал звук приближающейся сирены. Сергей поднялся и, подойдя к машине, с облегчением увидел в ней Игоря.
   - Не зацепило, - спросил Сергей.
   - Все в порядке, - ответил Игорь. Не успел он выбраться, как подъехали две милицейские машины. Из них вышли оперативники с автоматами и направились к ним. Они подошли, и Шелестов предъявил майору свое удостоверение.
   Сергей Петрович, - произнес тот, возвращая удостоверение, - что здесь произошло? Такую канонаду я уже давно не слышал. Пойдемте, посмотрим на результаты сражения. Они с майором и двумя оперативниками обошли всю территорию участка и увидели пять человек, лежащих на земле. Один из них был еще жив и еле дышал. Сергей подошел к нему и перевернул. Тот слабо шевельнулся и, приоткрыв глаза, застонал. Сергей узнал в нем Рыбака.
   - Вот мы вновь и встретились, - проговорил он. - Хоть перед смертью очисть свою душу и скажи, кто отдал приказ.
   Рыбак посмотрел на него с ненавистью, и дернулся в последней конвульсии. С ним было все кончено.
   - Сергей Петрович! Вам кто ни будь известен из убитых?
   Никого из них он не знал. Приехавшая карета скорой помощи увезла их трупы.
   Только теперь Сергей вспомнил об Ольге Сергеевне, и они с Игорем побежали в дом. Войдя в него, они увидели искореженную мебель, валявшиеся на полу осколки стекол и штукатурки. Между шкафом и диваном на полу скорчившись, сидела Ольга Сергеевна и рыдала. Они подняли ее и усадили в кресло. Тут Сергей заметил, что по правой руке у нее струится кровь. Она была в шоке и ничего не понимала. Врач из скорой помощи, осмотрев ее, сказал, что ничего серьезного нет - это просто порез от осколков стекла. Он, сделав ей укол и перевязку, оставил ее под нашим присмотром.
   Сергей подошел к бару и достал случайно уцелевшую бутылку коньяка. Наполнив фужер, он заставил Ольгу Сергеевну сделать несколько глотков. Прошло около часа, когда та стала приходить в себя. Не опасаясь больше за ее состояние, он оставил ее на попечение Игоря и поехал домой. Только по дороге он понял, что вместе с ним могли пострадать невинные люди. Он попытался дозвониться до Петра, но связи не было.
   - Всыплю я ему завтра по первое число, чтобы не отключал мобильник, - сказал он сам себе. Затем переключил свои мысли на Семака. Он нутром чувствовал, что тот сам никогда бы по своей воле, не посмел напасть на него. Полгода назад, когда Семак охотился за деньгами Ильясова, он стоял на его пути и мешал завладеть деньгами, поэтому тот неоднократно принимал все меры, чтобы от него избавиться. Но в данный момент расправится с ним выгодно только Лукину. Тот и в дальнейшем будет стараться избавиться от него. Все упирается в бумаги Евдокимова. Кто первый найдет, тот и победитель.
  
  
   После телефонного разговора с Петром, Маша слегка разволновалась. Ее мысли метались в разные стороны. Впервые, после смерти Евдокимова, ей захотелось провести вечер в обществе мужчины. Петр нравился ей, и поэтому она не знала, как с ним себя вести. Когда она вышла после работы, то увидела его с букетом цветов. Он стоял и улыбался ей. Ее сердце забилось. Она шагнула к нему и протянула руку.
   - Здравствуйте, - как-то медленно произнесла она. - Давно ждете меня?
   Петр взял руку и взглянул в лицо. Оно пылало, яркий румянец залил ее щеки. Глаза сверкали, рот приоткрылся. Ее красота окружала его, наполняя каким-то сладостным ощущением тепла. Петр долго оставался в забытьи, в оцепенении, убаюкиваемый биением своего сердца.
   - Нет, нет, - прошептал он не в силах стряхнуть с себя пьяное оцепенение и освободить руку.
   - Какой вы сильный! - продолжила она, пытаясь освободить руку.
   Как зачарованный, Петр продолжал смотреть на нее, упиваясь этим милым видением. Наконец он, очнувшись, выпустил ее руку.
   - Извините меня Маша, - произнес он глухим голосом.
   Она посмотрела на него со сладостной усмешкой. Ее розовые и влажные губы едва заметно вздрагивали:
   - Ну что, так и будем стоять на месте или едем ко мне домой пить кофе.
   - Конечно, едем, - радостно сказал он, открывая дверцу машины.
   Войдя в квартиру, Маша взяла цветы и понесла их на кухню. Петр последовал за ней.
   - Я очень люблю розы, - сказала она. - Надо их поставить на стол в комнате.
   - Я сам! - Петр взял вазу, и их руки соприкоснулись. В замешательстве, они подняли глаза. И вдруг Петр привлек Машу к себе и поцеловал ее долгим, страстным поцелуем. Затем смущенно и немного стыдясь своего поведения, отошел и посмотрел на нее. А та, с раскрасневшимся лицом смотрела то на цветы, то на него. Петр отнес вазу с цветами в комнату и, поставив на стол, вернулся на кухню и стал помогать Маше, готовить ужин. Пока Маша накрывала на стол, он открыл бутылку коньяка и наполнил рюмки. Они выпили и принялись за еду. Во время ужина Петр обратил внимание на фотографию, стоящую в серванте. Черты лица показались ему знакомыми. Он поднялся, подошел к серванту и достав фотографию, стал внимательно ее рассматривать.
   - Это мой друг, который недавно погиб, - услышал он Машин голос.
   - Его фамилия случайно не Евдокимов? - спросил он.
   - А вы откуда его знаете? - прошептала она.
   - Да мне ли не знать, если мы с Сергеем расследуем его убийство.
   "Вот так дела, - подумала она. - Один мужчина, которого я любила погиб, а второй, который мне нравится, расследует его смерть. Это судьба".
   Она включила магнитофон. Полилась легкая музыка.
   - Давайте потанцуем, - предложила она. Блеск ее глаз будоражил ему душу, сердце бессильно замирало. Он забыл и про работу, и про жену, и про фотографию Евдокимова. Зрачки ее расширились и излучали силу, пронизавшую ему сердце. Совершенно безотчетно он обнял ее. Она почувствовала жар его тела. Само собой их губы встретились в жарком обжигающем поцелуе. Целуя ее, Петр потерял представление о времени. Больше ничего для него не существовало. Забвение было прервано тем, что она попыталась отодвинуть тот момент, к которому сама стремилась, но он легко удержал ее, и она почувствовала, как ее сопротивление медленно исчезает.
   - О, Петр! - прошептала она, прижимаясь к нему.
   Он поднял ее на руки, и бережно держа перед собой, понес на кровать. Она покачала головой, но остатки решимости уже покинули ее. Она сама хотела этого.
   Быстро раздевшись, они легли на кровать. Петр стал целовать ее груди, а она нежно гладила своими руками его спину и бедра.
   Это наступило неожиданно, как какое-то высшее наслаждение, сочетавшее с чувством полной, совершенной удовлетворенности.
   - Тебе хорошо? - прошептал он.
   - Молчи... Ни слова... - И тут Маша почувствовала, как взволнованно забилось ее сердце. Дыхание ее стало учащаться, и она застонала.
   Потом ослабленные, не в силах больше двигаться, наслаждаясь последней дрожью блаженства, которая медленно покидала их тела, в каком-то оцепенении, толи, погрузившись в сон, лежали они, не ощущая времени.
   Позже, когда голова Маши покоилась у него на груди, он нежно обнял ее. Маша прижалась губами к его груди.
   - Я боюсь за тебя, - произнес он.
   - Значит, любишь, - только и смогла ответить она.
  
  
  
   После разговора с Семаком, Филипенко решил не полениться и самому съездить на работу к Елизаровой и там все о ней выяснить. Он узнал, что Елизарова была знакома с Евдокимовым, и сразу сообщил Лукину эту новость.
   - Посылай к ней своих людей, и пусть на месте они выяснят у нее, где находятся документы Евдокимова.
   Теперь Филипенко сидел в своем кабинете и ждал сообщений. Это был высокий, атлетически сложенный человек лет сорока. У него было несколько квадратное лицо, сильно развитые скулы, мощная челюсть и чуть приплюснутый нос. Он уже более десяти лет работал в ФСБ. Последний год он выполнял непосредственно только приказы генерала.
   Около восьми часов вечера он получил сообщение, что Елизарову около работы встретил Зайко и они поехали к ней.
   "Ох уж мне этот Зайко, - подумал он. - Может все испортить".
   - Продолжайте наблюдение, - сказал он, - и регулярно докладывайте мне. Затем поднялся и стал ходить по кабинету, заложив руки за спину.
   - Пока все складывается неудачно, - думал он. - Надо выяснить у Семака, как у него идут дела. Он поднял трубку и набрал номер:
   - Ну что у тебя?
   - Я послал людей в Звенигород. Как только получу сообщение от своих людей, так сразу с вами свяжусь, - ответил Семак.
   Сам Филипенко ни разу не встречался с Шелестовым, но слышал, что тот очень смелый и решительный мент, и еще никому не удавалось с ним расправиться. У него стало тревожно на душе, и прежде чем идти к генералу, он решил дождаться сообщения от Семака.
   Примерно через час раздался звонок.
   - Что-то случилось, - подумал он, поднимая трубку.
   - Иван Федотыч, - услышал он тревожный голос Лукина, - вы мне срочно нужны.
   Он поднялся и мягким шагом направился к генералу. Как только он вошел, то увидел, что холодные глаза Лукина, светились яростью.
   - Мне только что сообщили, что в районе Звенигорода идет настоящая бойня, - произнес Лукин с дьявольской ухмылкой на искаженном злобой лице. - Немедленно поезжай туда и выясни все подробности. Бандиты есть бандиты. Не сумели без шума убрать Шелестова. Затем достал сигареты и закурил. Некоторое время он молча попыхивал сигаретой, потом, выпустив струйку дыма на поверхность стола, продолжил:
   - И самое главное узнай, оказался ли наш пистолет на месте происшествия. Если покушение закончится нечем, то мне самому придется встречаться с Шелестовым.
   Филипенко был опытным чекистом, много повидавшим на своем веку и привыкшим не удивляться всяким неожиданностям. Он хорошо ориентировался в происходящем, и у него по любому поводу было свое мнение, даже если он и не торопился высказывать его в слух. Но сейчас он был удивлен. Он никак не мог понять, зачем генералу, после известных событий, встречаться с Шелестовым. Но если Лукин решил с ним встретиться, значит так надо. Он доложил Лукину о том, что Елизарову после работы встретил Зайко и они в настоящее время находятся у нее в квартире.
   После этих услышанных слов, Лукин поднялся и прошелся по кабинету. Настроение у него совсем испортилось.
   - Давай поезжай и, как только все разузнаешь, сразу ко мне. Чувствую, что нам предстоит тяжелая ночь.
   Филипенко вышел и направился в свой кабинет. Прежде чем ехать, он решил позвонить Семаку.
   Тот сообщил, что пятеро его людей погибло. Дача Ильясова оцеплена милицией, и его люди не в состоянии узнать, что на самом деле произошло.
   - Подвел ты меня Степан Борисович, ох как подвел, - только и смог сказать Филипенко.
   - Я же вас предупреждал, что с Шелестовым лучше не связываться, но вы меня не послушали, - проговорил Семак тревожным голосом. - Только потерял людей, и среди них Рыбака. Теперь на меня Шелестов навалится всей своей мощью.
   - Да не дрожи ты так. Лучше скажи, пистолет отдал своим людям?
   - Отдал, как ты просил.
   - Хоть здесь нам повезло. Настроение у него слегка улучшилось. Людей Семака ему было не жалко, наберет новых.
   Подъехав к даче Ильясовой, Филипенко увидел невдалеке от нее своих людей. Он вышел из машины и подошел к ним.
   - Докладывайте, - приказал он.
   Они сообщили, что, как только началась стрельба, им пришлось отъехать и не вмешиваться в развивающиеся события.
   - А этот мент оказался отчаянным мужиком, - произнес один из них. - Всех перестрелял, как собак.
   - Можете уезжать, - промолвил Филипенко и направился к даче. Там уже вовсю трудились эксперты. Он подошел к майору и показав свое удостоверение, спросил:
   - Расскажи мне, что здесь произошло?
   И майор поведал ему, что сам знал.
   А где Шелестов?
   - Уехал минут тридцать назад. А почему ФСБ заинтересовалось этим бандитским налетом? - удивился майор.
   Филипенко достал сигареты и закурил. Ему не понравился майор, который задает странные вопросы. Он выпустил дым ему в лицо и сказал:
   - По моим данным в этом налете мог участвовать один из убийц журналиста Евдокимова, поэтому результаты экспертизы сообщите мне лично.
  
  
  
   Квартира встретила Сергея приятным теплом, но ему было все равно холодно и одиноко. Тело ныло. Бросив куртку на стул, он прошел на кухню и, достав бутылку водки, стал пить из горла. Сделав несколько глотков, он разделся и лег на постель. В голову то и дело лезли какие-то дурацкие мысли, и он долго не мог уснуть, а когда, наконец, задремал, ему начали сниться сны, один фантастичнее другого. Проснувшись утром, он быстро побрился, принял душ и, выпив кофе, торопливо сбежал вниз.
   - Но и влетит мне от дежурного за машину, - подумал Сергей, усаживаясь в нее. Пока он добирался до работы, то несколько раз пытался связаться с Петром, но телефон молчал.
   - Совсем расслабился Петр, - подумал он, входя в министерство, - даже телефон отключил. Сергей направился к генералу, зная заранее, что его ждет.
   Шадрин разговаривал по телефону и нервно курил. На столе стояла пепельница полная окурков. Он жестом пригласил его присесть, но Сергей подошел к окну и углубился в созерцание медленно плывущих облаков. Шадрин, тем временем закончив телефонный разговор, положил трубку. Сергей обернулся и посмотрел на него. По его лицу нельзя было прочесть, о чем он думает.
   Генерал затушил сигарету и произнес:
   - Сергей, ты устроил такую пальбу, даже в Москве было слышно. Всех порешил, хоть...
   - Если хоть один из бандитов остался в живых, - перебил его Сергей, - то сейчас я не стоял бы перед вами Иван Григорьевич.
   Петров тяжело поднялся и подошел к шкафчику.
   - Тебе здорово повезло, - проговорил он, наполняя рюмки. - Считай, что заново родился.
   Сергей выпил рюмку и стал рассказывать, как все происходило. Генерал молча слушал его и, как только он закончил, сказал:
   - Да... Затем достал сигареты и снова закурил. - Только одного не могу понять - это участие Семака в этом деле.
   - Мне тоже показалось странным. Придется встретиться и задать ему ряд вопросов. Тем более, в нападении участвовал известный вам Рыбак, который погиб. А он был правой рукой Семака. Если Семак пожертвовал им, то для этого были очень веские причины.
  
  
   Лукин провел бессонную ночь. Неудачи продолжают преследовать меня, - думал он. - Мент оказался слишком живуч. Даже пятеро матерых бойцов не смогли с ним справиться. Это уму непостижимо.
   Рядом с ним сидел Филипенко. Его лицо тоже было задумчиво.
   - Давай майор выпьем, - сказал Лукин, - и подумаем, какие меры мы можем предпринять.
   Филипенко сделал глоток и вкрадчиво произнес:
   - Раз вы хотите встретиться с Шелестовым, хотя лично я считаю, это пустой тратой времени, то необходимо встречу организовать прямо сегодня. Если же ваш разговор закончится безрезультатно, то тогда его устранением должен заняться Антон.
   - Я уже подумал об этом, но сейчас для меня самое важное - это бумаги Евдокимова. Пусть твои люди проникнут в квартиру Елизаровой и, перевернув все вверх дном, найдут нужные нам бумаги.
   - А если их там не окажется?
   - Тогда пусть ждут ее прихода и выяснят у нее, куда она их подевала. Я уверен, что они у нее.
   - А если она будет ни одна?
   - Вас что, учить надо. Пусть применят силу. А ты свяжись с Шелестовым и пригласи его на семнадцать часов.
  
  
   Утром, как только Петр открыл глаза, он увидел, что рядом с кроватью стоит столик, на котором лежат бутерброды и дымится кофе.
   - Вставай лежебока, - услышал он Машин голос, - мне на работу пора.
   Петр быстро вскочил, выпил кофе, и они вышли на улицу. Он подвез Машу к работе и сказал ей, что вечером обязательно к ней заедет. По дороге в министерство он достал мобильник, чтобы связаться с Сергеем, но тот был отключен.
   "Вот черт", подумал он, включая его.
   - Тебя где черти носят? - услышал он недовольный голос Сергея.
   - Еду на работу, скоро буду.
   Он решил дождаться Петра и только потом встретиться с Семаком. В это время раздался звонок. Он поднял трубку и услышал:
   - Сергей Петрович! Это майор Филипенко из ФСБ. Генерал Лукин хочет с вами встретиться. Подъезжайте к семнадцати часам, я буду вас встречать.
   - Хорошо! - коротко ответил Сергей.
   "Лукин сделал первый ход", подумал он. И в это время дверь открылась, и появился Петр. По его лицу он прочел, что тот в курсе вчерашних событий.
   - Выкладывай, что узнал про бумаги Евдокимова?
   И Петр поведал ему, что Маша хорошо знала Евдокимова.
   - Бумаги у нее?
   - Не знаю, - честно признался Петр. - Не мог же я сразу спрашивать про бумаги, это было бы не красиво. Сегодня вечером я буду у нее и все выясню. А что у тебя вольный стрелок?
   - Тебе лишь х... пороть. Не мог сразу все узнать. Смотри, если Лукин опередит нас, Шадрин разорвет тебя на части. Кстати, Лукин пригласил меня к себе, но прежде, я должен посетить Семака и все у него выяснить.
   - Только смотри, не лезь на рожон. А может и мне с тобой поехать, мало ли что может произойти?
   - Нет, - резко оборвал его Сергей. - Твое дело поговорить с Машей и выяснить все. Только смотри, не отключай мобильник. Я чувствую, что приближается развязка. Затем поднял трубку и набрал номер. После продолжительных гудков, наконец, сняли трубку и он услышал, недовольный голос Семака:
   - Алло...
   - Добрый день Степан Борисович! Это вас Шелестов беспокоит, Надеюсь, не забыли меня?
   Семак часто задышал в трубку:
   - Что тебе надо?
   - Хочу встретиться прямо сейчас.
   - Приезжай, - прохрипел Семак.
   Не успел он выйти из кабинета, как раздался звонок.
   - Сергей Петрович! Это майор Солдатов из Звенигорода. Я отправил вам результаты баллистической экспертизы. Один из нападавших на вас, имел при себе пистолет, из которого был застрелен журналист Евдокимов.
   - Спасибо майор.
   - И еще одно, - добавил он. - Как только вы уехали, на дачу Ильясовой приезжал сотрудник ФСБ, Филипенко, который очень интересовался убитыми и их оружием.
   - Вот за это тебе, огромное спасибо.
   Теперь можно было ехать к Семаку и играть открытыми картами.
  
  
   В это утро Муса проснулся поздно. Его голова была тяжелая. Он вспомнил, что вчера ему позвонил Батаев и они сильно разругались. После этого неприятного разговора он позвонил Султану, и они решили поужинать в " Арагви " Там к ним присоединились пассия Султана - Татьяна со своей подругой Ниной. Она сразу привлекла внимание Мусы. У нее были длинные ноги и высокая грудь. Во время танца, она прижалась, и он ощутил ее податливое тело. После ресторана они все направились на квартиру к Султану, где продолжали веселиться. Муса обнял Нину, сидящую рядом с ним, и прошептал ей несколько слов. Затем они направились в соседнюю комнату. Там они разделись, и Нина сразу отдалась ему. Во время полового акта, она стонала и помогала ему, двигая своим задом. Для них перестало существовать время. Муса был на вершине блаженства. После этого он проводил ее и поехал домой.
   Он поднялся, прошел на кухню и выпил рюмку коньяка. Затем сделал себе крепкий чай. В это время к нему подошла жена и сказала, что вчера звонил Ахмед и просил заехать к нему на базу. Он получил новинки одежды и хотел их тебе показать. Давай, я тоже поеду с тобой.
   - Сейчас я еду в казино, - ответил Муса, - а позже я обязательно к нему заеду и позвоню тебе.
   Приехав в казино, он прошел в кабинет. Голова, по прежнему, была тяжелой.
   - А Нина ничего девочка, а как хороша в постели. Хочешь, не хочешь, а с ней все равно захочешь, - улыбнулся он своей прибаутке. Воспоминание о Нине улучшило ему настроение. Он позвонил Казбеку, но того не оказалось дома. Тогда он решил съездить на базу.
   - Поедем к Ахмеду, - произнес он своим людям, выходя из кабинета. Они направились в Беляево, где распологалась его база.
   Увидев Мусу, входящего к нему в кабинет, Ахмед поднялся и обнял его.
   - Чай будешь? - спросил Ахмед.
   - Буду.
   Ахмед вызвал секретаршу и попросил, чтобы та принесла чай с пирожными. Он знал, что Муса обожает сладкое.
   После того, как они попили чай, Ахмед стал показывать новинки женской одежды.
   - Ахмед! - сказал Муса. - Приготовь мне по комплекту, все что показал, на сорок четвертый и сорок шестой размеры. Все это я заберу прямо сейчас, а вечером жена заедет и сама подберет, что захочет.
   Ахмед улыбнулся и сложил все в коробку. Муса взял ее и направился к машине. По привычке, он огляделся по сторонам и заметил молодого человека в плаще, направляющего к нему. Муса сразу догадался, что это по его душу. Быстро открыв дверцу машины и крикнув своим молодцам, что его хотят убить, он выхватил пистолет и плюхнулся на сидение. Прогремела автоматная очередь, и два его охранника были убиты на месте. Сам он почувствовал, как ему обожгло грудь и плечо. Он попытался поднять свой пистолет и выстрелить, но сил ему на это не хватило. Тогда усилием воли, он нажал на газ. Увидев, что машина рванулась, автоматчик дал еще одну очередь. Прошитое пулями стекло начало осыпаться и машина, потеряв управление, врезалось в дерево. Киллер спокойным шагом подошел к машине и, сделав контрольный выстрел в голову Мусы, бросил калаш на землю. Затем, повернув за угол, исчез.
   Так закончил свою жизнь известный авторитет преступного мира - Муса.
  
  
   - Здравствуйте Степан Борисович! - произнес Сергей спокойным тоном, входя в кабинет.
   Семак сидел в своем излюбленном кресле и потягивал кофе. Увидев его, он произнес недовольным голосом:
   Говори Шелестов, с чем пожаловал, и уходи, а то я очень занят.
   - У меня к вам Степан Борисович всего один вопрос:
   - Кто заставил вас направить Рыбака со своими людьми, чтобы расправиться со мной, и кто дал пистолет, из которого был застрелен журналист Евдокимов?
   Семак почувствовал стальные нотки в его голосе. Он сразу напрягся и вытаращил глаза, которые налились кровью. Он готов был броситься на него, но сдержался.
   - Не знаю я никакого журналиста, - прошипел он, а про пистолет впервые слышу.
   - Значит, не хотите со мной мирно договориться. Думаете, что ваш друг, Филипенко, сможет вам помочь, - бросил Сергей пробный шар и увидел, что по телу Семака пробежала нервная дрожь, и на лбу выступил пот.
   Семак задумался. Он понимал, что сильно увяз в этом дерьме и помощи ждать не приходится. Всю свое жизнь он привык чужими руками жар загребать, а тут вдруг Филипенко так его подставил, что не отмоешься. Ему надо было только одно - чтобы замочили Шелестова и пистолет, оказался бы на месте преступления, а то, что его люди погибли, ему наплевать. Но он продолжал бояться его и впервые в жизни не знал, как поступить. Службы между собой подерутся и помирятся, а я весь в говне. Он продолжал думать, когда услышал голос Шелестова:
   - Вы, Степан Борисович, знаете меня достаточно хорошо, и поэтому, можете со мной быть откровенным. А я вам твердо обещаю, что о нашем разговоре никто и никогда не узнает. Я твердо уверен, что вас заставили это сделать, поэтому не виню вас. Вы здравомыслящий человек и должны понять, что в случае чего, они на вас повесят всех собак.
   После этих слов Семак поднялся и прошелся по кабинету. Он понимал, что Шелестов прав. Обстановка складывалась тревожная.
   - Что может помешать Шелестову, арестовать меня за соучастие в преступлении? - задал он себе вопрос. - Ничего, - ответил он сам себе. Но этого, он допустить не мог. - А может быть и еще хуже, если этот дотошный мент начнет копать глубже, а он будет копать, то обязательно докопается до его связях, с Филипенко. И тогда, стоит ему распустить слух об этом, его уже никто не спасет. Выхода нет. Придется ему все рассказать и хоть с этой стороны обезопасить себя. И он решился.
   - Хорошо, - произнес Семак, - я все расскажу, но только для твоих ушей. Приказ о твоей ликвидации отдал Филипенко, он же велел подбросить пистолет.
   Все, что Сергей хотел узнать, он узнал, и ему пора было ехать к Лукину.
   Подъехав к зданию, он увидел мужчину, который расхаживал взад и вперед.
   - Это Филипенко, - подумал он, выходя из машины и направляясь к нему.
   - Вы полковник Шелестов? - спросил тот.
   Сергей кивнул.
   - Пойдемте, генерал ждет вас.
   Они поднялись на третий этаж и вошли в большую приемную.
   - Подождите минутку, - проговорил Филипенко, - я доложу.
   Минута медленно тянулась, пока он не увидел, как дверь открылась, и появился Филипенко.
   - Идемте.
   Сергей вошел в кабинет и увидел сидящего за столом мужчину в генеральском мундире. Тот поднялся и пошел к нему навстречу.
   - Здравствуйте господин полковник, рад, что приняли мое приглашение, - произнес он уверенным голосом, - много слышал о вас.
   - Очень опасный человек, - подумал Сергей, пожимая протянутую руку. - С ним надо быть начеку. Он почувствовал в этом человеке властную, безжалостную натуру, замаскированную мягкой доброжелательной улыбкой.
   - Надеюсь ничего дурного, - ответил Сергей.
   - Я наводил справки, и мне сказали, что у вас неисправимо тяжелый характер, - произнес Лукин, указывая на кресло. - Давно хотел встретиться и поговорить с вами. Надеюсь, что этот разговор, будет для нас обоих полезным. И еще я пригласил вас для того, чтобы лично поздравить с успешным завершением дела. С вашей помощью мы, наконец, нашли убийцу журналиста Евдокимова. Им оказался молодчик, который участвовал в вооруженном налете на дачу Ильясовой. При нем был обнаружен пистолет, из которого был застрелен Евдокимов. Экспертиза подтвердила эти данные. Ваш заместитель министра Кожемякин уже в курсе. Еще раз поздравляю вас. Он улыбнулся, и Сергею показалось, что на него смотрят глаза змеи.
   Он понял, что Лукин хочет от него, и усмехнулся:
   А у меня есть другие данные по убийству Евдокимова.
   Лукин перестал улыбаться. Его холодные глаза засветились недоброжелательностью.
   - И какие, если не секрет? - ядовито спросил он.
   И Сергей решил рискнуть и выложить на стол все имеющие у него факты.
   "Посмотрим, - подумал он, - как Лукин прореагирует".
   - По моим данным, - произнес Сергей, - убийцей журналиста является ваш сотрудник Антон. Вы господин генерал, прикрываете тех людей, которые снабжают оружием чеченских боевиков, а так же помогаете по своим каналам доставлять его в Чечню. Евдокимов узнал об этом и решил обнародовать эти данные в своей передаче.
   - Интересная сказка, - сказал Лукин. Его лицо было неподвижно. - Продолжай.
   - Евдокимов был известным журналистом. Его трудно было заставить молчать. Тогда вы, с помощью своей сотрудницы Самохиной, завербовали его друга и помощника Бубнова, заставив работать на себя. Тот стал сообщать о каждом его шаге. Вы хотели, чтобы Евдокимов перестал в своей передаче говорить о Чечне, и с этой целью направили к нему Антона вместе с Бубновым. Есть свидетели, которые видели двух мужчин, входящих в подъезд в день убийства. Они и сообщили их приметы. Бубнова сразу опознали, и он мне подробно рассказал, как в действительности все произошло.
   - Складно сочиняешь сказку, - произнес Лукин. - Тебе писателем надо быть, а не опером.
   - Не надо изощряться, господин генерал. Я знаю, чего вы хотите, вернее, чего бы вы хотели. Но я не боюсь ни вас, ни ваших угроз. Уж это вы должны знать. Так что, к чему ваши поздравления. Вы сделали так, чтобы пистолет оказался на месте преступления. Есть предел ошибкам, заблуждениям. Перейди человек этот предел, и ошибки становятся преступлением, а сам человек, подлецом. Вы совершили преступление, и этого вы не сможете оправдать никакими высокими интересами или политическими убеждениями. И как вы генерал, можете помогать чеченским бандитам, которые продолжают убивать наших солдат. И я постараюсь собрать все необходимые доказательства вашей причастности к этому преступлению.
   Однако, мой монолог, не произвел на Лукина никакого впечатления. Он сидел, слушал и, сделав для себя выводы, сказал:
   - Я слушал твои бредни полковник, а теперь послушай меня. Ты много на себя берешь, смотри, не обожгись. Ты никогда не найдешь ни доказательств, ни фактов. У тебя имеются друзья, которые могут пострадать от твоего скверного характера и любопытства, - его голос перешел на шепот, - но в начале можешь пострадать и ты.
   - Не кипятись, - прервал его Сергей, сохраняя при этом самообладание и тоже переходя на "Ты", - и не совершай не обдуманных поступков.
   Лукин вздернул брови. Так с ним еще никто не разговаривал. Он даже не пошевельнулся, когда Сергей поднялся и направился к выходу. Только на его губе выступили капли пота. Ему показалось, что его вот-вот хватит удар.
   Не успел Сергей выйти и сесть в машину, как раздался звонок. После разговора с Лукиным ему не хотелось ни с кем разговаривать. Звонок трезвонил, не переставая, и ему пришлось достать мобильник.
   - Где тебя черти носят, - услышал он голос Шадрина. - Быстро ко мне. Нас ждет Кожемякин.
   Пришлось возвращаться на работу. Как только он вошел в кабинет, Шадрин набросился на него:
   - Кожемякин уже трижды звонил. Хочет лично тебя поздравить. Пошли.
   - Подождите минут пять Иван Григорьевич, мне необходимо сообщить вам нечто важное. И Сергей рассказал про свою встречу с Семаком и о своем разговоре с Лукиным, и о том, что Петр нашел знакомую Евдокимова, Машу.
   Некоторое время генерал молчал. По его застывшему лицу было видно - он мучительно ищет ответ.
   - Да, - наконец произнес он. - С одной стороны ты поспешил, раскрыв карты в разговоре с Лукиным, а с другой - теперь он начнет спешить и совершать ошибки. Только помни, у него большие покровители. Один Берковский чего стоит.
   - Ничего, прорвемся, - ответил Сергей. - Бывали времена и похуже.
   Шадрин понимал, что Сергей в настоящее время ввязался в нескончаемую схватку со смертью, но он так же хорошо знал, что приказать или уговорить его отойти от этого дела он не сможет. Так пусть же он столкнется лицом к лицу со своим противником. А он постарается сделать все возможное, а если придется, то и не возможное, чтобы Сергей вышел победителем из этой схватки.
   - Ладно, пошли к Кожемякину. После него вернемся к нашему разговору. Только смотри, про Лукина ни слова.
   Кожемякин сразу принял их. Он поднялся со своего кресла и направился к ним на встречу.
   - Слышал, слышал о твоих доблестных делах. Ты у нас стал таким же знаменитым, как Джеймс Бонд, непобедимым борцом со злом. Ты помог " нашим соседям " раскрыть преступление, о котором трезвонит вся пресса. Теперь будут знать, что мы тоже умеем работать. Министр в курсе и просил лично поздравить тебя с окончанием дела. Видно было, что он в прекрасном настроении, и Сергей молча принял его похвалу.
   Когда они вернулись в кабинет генерала, тот с улыбкой сказал:
   - Вот видишь, все довольны. Если бы ты вымолвил хоть одно слово, Кожемякин сожрал бы тебя с потрохами и не подавился. А теперь говори, где Петр?
   - Поехал к Маше разговаривать о бумагах Евдокимова. Если они окажутся у нас, то тогда мы сможем доказать причастность Лукина к убийству Евдокимова.
  
  
   Как только Шелестов вышел, Лукин поднялся и стал расхаживать по кабинету:
   - Упрямый мент, очень упрямый. Ему захотелось разорвать его на куски. Он понимал, что Шелестов сыщик от бога, и только он один сможет разобраться в его хитро сплетенных планах. Он также понимал, что Шелестов не только проницательный, но и героический человек. Почему он до сих пор не работает в ФСБ, ему было не понятно. Его слава, честного и неподкупного мента, шла впереди него. От всего этого, он находился в прескверном настроении. В этот момент дверь открылась, и из комнаты отдыха, выскользнул Антон.
   - Какие будут указания? - спросил он.
   - Ты сам все слышал. Избавишься от него в самые сжатые сроки, - приказал Лукин.
   Антон вышел, а он, подняв трубку, набрал номер. Ему ответили, и он подробно пересказал свой разговор с Шелестовым.
   - Я сам займусь этим ментом, - услышал он невозмутимый голос и повесил трубку.
   - Все равно с ментом необходимо расправиться. Он мне доставил много неприятных минут, - сказал Лукин сам себе.
  
  
   После разговора с генералом, Сергей направился к себе в кабинет.
   - Надо связаться с Петром, а то, как увидит Машу, сразу про дела забывает, - усмехнулся он. Достав мобильник, Сергей стал набирать номер и в этот момент, услышал звонок.
   - На ловца и зверь бежит, - мелькнуло у него, и он поднял трубку.
   - Шелестов Сергей Петрович, - услышал он незнакомый голос.
   - Да, а с кем имею честь разговаривать?
   - Вам звонят по поручению господина Берковского. Он приглашает вас к себе. За вами уже послана машина. Через двадцать минут она будет у министерства.
   " Как все завертелось, - подумал Сергей. - Придется соглашаться.
   -Хорошо, через двадцать минут я спускаюсь.
   Сергей много слышал о Берковском, но никогда не встречался с ним. Он знал, что в одно время тот был тесно связан с семьей, Первого президента, но в данное время находился в оппозиции к новому президенту, но продолжал оставаться в гуще всех политических интриг. Он был твердо уверен, что их встреча, ему ничего хорошего не сулит. Он позвонил Петру. Раздавались гудки, но тот не подходил.
   "Странно", подумал Сергей, спускаясь по лестнице. Выйдя из министерства, он сразу заметил шестисотый мерседес со спец номерами. Увидев, что Шелестов направляется к машине, дверца рядом с водителем открылась, и оттуда вышел накаченный молодой человек.
   - Шелестов Сергей Петрович? - спросил он.
   Сергей утвердительно кивнул.
   - Александр Яковлевич ждет вас, - проговорил тот, открывая заднюю дверцу. Сергей уселся на сидение, и машина стала набирать скорость. Они выехали на Рублевское шоссе и минут через пятнадцать, машина остановилась.
   - Пойдемте, - буркнул молодой человек, и они направились к громадному особняку, стоящему в глубине сада.
   Дверь открылась, и они вошли в большой зал, освещенный яркими лампами. Мужчина в черных брюках и белом пиджаке закрыл за ними дверь. Молодой человек удалился. Мужчина посмотрел на Сергея.
   - Идемте за мной, - сухо сказал он. - Вас хотят видеть.
   Сергей с интересом разглядывал мужчину, хорошо зная этот тип людей. Он был высокого роста и стройный. У него были маленькие змеиные, безразличные глаза, по которым нельзя было, что-либо прочесть.
   - Следуйте за мной, - повторил он и молча направился через холл в коридор. Открыв дверь, он остановился, поджидая, когда Сергей подойдет. Шелестов вошел и оказался в шикарно обставленной комнате. Пол покрывал дорогой ковер. У окна стоял большой кожаный диван, и по всей комнате стояли кресла. Перед камином, наполовину скрытый креслом, сидел мужчина.
   - Господин Шелестов? - спросил он.
   - Да, - ответил Сергей.
   - Прекрасно. Ступай Ибрагим, - сказал сидящий в кресле мужчина. - Когда понадобишься, я тебя позову.
   Тот вышел и закрыл за собой дверь.
   - А мне представляться я думаю не нужно. Вы меня наверняка знаете? - сказал он.
   - Как же вас не знать господин Берковский, если вас так часто показывают по телевидению.
   - Тогда проходите и присаживайтесь. Я рад вас видеть.
   - Не уверен, что это взаимно, - съязвил Сергей и подошел к камину. Сев в кресло напротив Берковского и вытянув свои длинные ноги, он в упор стал разглядывать его.
   Тот поднялся и прошелся по комнате. Это был темноволосый, невысокого роста человек лет пятидесяти. Его лицо, ладно скроенный костюм, скрывающий полноту, производили впечатление уверенного и вполне респектабельного человека. Он вновь подошел к камину и опустился в кресло.
   - Мне известна ваша репутация, что вас нельзя ни купить, ни запугать. И это мне нравится. Но вы поймите меня правильно, что те силы, которые стоят за всем этим делом, неприкасаемые, и никто не даст вам возможность раскрыть их имена. Кстати вы уже знаете, что ваш заместитель министра Кожемякин закрыл это дело, ибо вы сами застрелили преступника, который был повинен в убийстве Евдокимова.
   - По чести, говоря, то, что вы мне только что сказали, прозвучало не очень убедительно, - твердо сказал Сергей.
   - Вы очень трудный человек Шелестов и я боюсь, что вас ждут большие неприятности. Не кажется ли вам, что это похоже на моську, пытающуюся укусить слона. - Он посмотрел на него и улыбнулся своей шутке.
   Сергей понимал, что он красуется перед ним, и поэтому жестко сказал:
   - Не кажется.
   Но Берковский на его реплику не обратил никакого внимания и продолжал:
   - Новый президент у власти около трех лет, а война продолжается, несмотря на все его заверения, что с войной будет покончено. Неудивительно, что многие люди хотят верить этим словам. - Он снова посмотрел на Сергея и продолжал:
   - Некоторые влиятельные люди из администрации Президента и Правительства поддакивают ему, и в то же время, каждый из них старается набить свой карман. Вы сами должны понимать, сколько денег выделялось и выделяется в настоящее время на восстановительные работы в Чечне. А где эти деньги? Молчите и правильно делаете, так как ответа на этот вопрос нет ни у меня, ни у вас.
   Я слышал, как вы блистательно завершили расследование убийства банкира Ильясова, а так же вернули государству более миллиарда долларов, которые тот перевел в Швейцарию. Но поймите меня правильно - те деньги, были совсем другие деньги, а именно деньги воровского общака. Если же там были замешаны " Наши деньги ", то вам никогда бы не дали приблизиться к ним ни на шаг. Вы мне симпатичны и поэтому я не хочу, чтобы с вами, что ни будь случилось. Так что заканчивайте свое расследование и продолжайте спокойно работать, а иначе... Я бы не хотел об этом говорить. И поймите, это дело, и яйца выеденного не стоит.
   Сергей сидел и молча слушал его. Все, что Берковский говорил, касалось только его.
   - Да, - подумал он. - Это такая стена, что ее не прошибешь. Положат под пресс, и от меня останется только лепешка. Что делать?
   - И вот еще что, - продолжал Берковский. - Вы не только свою жизнь подвергаете опасности, но и жизнь ваших близких людей. Думаю, что вы не станете играть в героя, поэтому, если вам попадутся документы Евдокимова, то вы должны будете отдать их немедленно Лукину. Он наклонился вперед и надавил кнопку звонка.
   - Вас отвезут обратно к министерству, где стоит ваша машина, и еще раз попрошу вас не наделать глупостей.
   Когда он вышел от Берковского, губы его пересохли, хотя бледное лицо и покрылось испариной. Вынимая носовой платок, Сергей заметил, что его рука дрожит. Для него это было неожиданно и неприятно.
   - Неужели Берковскому удалось испугать меня?
  
  
   Весь свой рабочий день Маша находилась под впечатлением проведенной ночи с Петром. Она работала, как в тумане, и считала минуты до конца рабочего дня. Она никогда не могла подумать, что так быстро у них закрутится роман. Ей всегда хотелось казаться холодной и неприступной, а сейчас ей хотелось прыгать от счастья. Как только закончилась работа, она сразу поехала домой. Жизнь в настоящее время представлялась ей просто великолепной. Напевая, она вошла в подъезд и поднялась к себе на четвертый этаж. Она вставила ключ в замок, но он застрял там.
   "Странно, - подумала она, - с этим замком никогда не было неприятностей, а сегодня утром, когда они выходили, замок работал как обычно. Приедет Петр, надо будет ему сказать, чтобы посмотрел его". Сейчас ей хотелось одного, чтобы поскорей приехал Петр. Она прошла в комнату, включила свет и застыла на месте от удивления. Здесь царил полный беспорядок. Казалось, будто по комнате пронесся ураган. Шкафы открыты, ящики выдвинуты, и все бумаги валяются на полу.
   На диване развалился какой-то человек и курил. Она, было, открыла рот, чтобы закричать, но вдруг почувствовала прикосновение к своему затылку какого-то холодного и твердого предмета.
   - Спокойно, - приказал ей голос за спиной. - Если только пикнешь, я размозжу тебе голову.
   От страха у нее подкосились ноги.
   - Что вам надо, - прошептала она.
   - Вот это совсем другое дело, - произнес сидящий на диване. - Отдашь нам бумаги Евдокимова и мы тебя не тронем. И попробуй только соврать. Маша оказалась в безвыходном положении. Она понимала, что смерть грозит не только ей, но и Петру, который должен появиться с минуты на минуту. Она постаралась протянуть время и, сделав удивленное лицо, спросила:
   - А кто такой Евдокимов?
   И тут же ее пронзила внезапная боль. Это стоящий, сзади нее человек, нанес ей сильный удар. Она отлетела к дивану и потеряла сознание.
   В этот самый миг, хрипло заверещал звонок. Они замерли, но звонок заверещал снова.
   - Это, наверное, мент, - прошептал сидящий на диване, - Филипенко предупреждал о нем. Что будем делать Андрей?
   - А что делать? - проговорил тот. - Надо открывать дверь и сразу постараться обезвредить его, а то он выхватит пистолет и начнет стрелять. Ты Леха иди открывать, а я подстрахую.
   Петр переступил порог двери, всматриваясь в темноту комнаты, и сразу получил сильнейший удар по голове. Он даже не почувствовал, как его связывали и волокли к дивану. Только тогда, когда Петр услышал женский, отчаянный крик, он пришел в сознание. Петр поднял отяжелевшие веки, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь туман. Несколько расплывчатых силуэтов постепенно приобретали очертания людей. И он увидел, как двое держали ее за ноги и за руки. Маша извивалась и пыталась кричать, сквозь засунутый ей в рот кляп, когда один из них прикасался за жженой сигаретой к ее коже. Вспоминая уроки рукопашного боя, Петр, молниеносно сконцентрировавшись, вскочив на ноги, нанес удар плечом одному державшему Машу. Тот отлетел к противоположной стене.
   Другой, не ожидая такого поворота дела, отпустил Машу и подскочил к Петру, чтобы нанести ему резаный удар по шее. Однако, благодаря многолетним тренировкам, Петр успел отклониться в сторону, и нанес молниеносный удар ногой противнику в лицо. Рухнув на пол, тот затих. Петр метнулся к Маше, и та, быстро сообразив, освободила ему руки.
   Второй нападавший, придя в себя и поднявшись на ноги, выхватил пистолет. Петр, выхватив тоже, упал на пол. Одновременно прогремели два выстрела. Петр заметил, что левое плечо задето, и рука словно одеревенела. Он поднялся и подошел к стрелявшему. Петр увидел, что тонкая струйка крови стекает с его переносицы. Он подошел ко второму и, увидев, что тот еще не пришел в сознание, связал ему руки. Затем, обыскав одного и второго, забрал у них оружие и документы. Прочитав удостоверения, он убедился в том, что они оба являются сотрудниками ФСБ.
   - Кто это был, и за что они хотели нас убить? - спросила Маша испуганным голосом.
   - Скорей всего это были люди, которые охотились за документами Евдокимова.
   Только теперь она заметила кровь на рукаве Петра и побледнев спросила:
   - Откуда у тебя кровь на рукаве, ты ранен?
   - Попробуй снять куртку с меня. Посмотрим, что с рукой.
   Когда она снимала куртку, Петр невольно застонал от боли, которая пронзила его. Увидев, что пуля прошла навылет, он сказал ей, что, скорее всего, кость не задета и все обойдется. Он увидел, что связанный ФСБешник пришел в себя и старается подняться. Петр направил на него пистолет и приказал ему сесть в кресло.
   - Говори, кто вас послал, а то пристрелю, как собаку.
   Скривившись от боли, тот увидел в руках Петра свои документы и понял, что выхода нет и игра проиграна. И на вопрос Петра, ему пришлось все рассказать.
   Маша молча сидела и слушала.
   - Боже мой, - подумала она. - Неужели из-за каких-то бумаг убили Евдокимова и чуть не убили их с Петром. Надо отдать папку Петру.
   В это время раздался звонок, и Маша пошла, открывать дверь. Петр как-то весь напрягся и приготовился встречать незваных гостей. В комнату ворвались сотрудники милиции и, увидев, сидящего на диване Петра с пистолетом, направили на него автоматы.
   - Я полковник Зайко из МВД, - сказал он твердым голосом. - Кто из вас старший?
   К нему подошел широкоплечий мужчина лет сорока и представился:
   - Майор Иванов. И попросил Петра предъявить документы.
   - Будь другом майор, достань из куртки сам, а то у меня рука задета.
   Иванов полез в карман куртки и, достав удостоверение, открыл его.
   - Какие будут указания господин полковник?
   - Вызови мне скорую, а этих ублюдков убери, смотреть на них противно. Их документы я оставлю себе. Только сейчас Петр почувствовал боль и усталость. Он потрогал голову правой рукой, она была покрыта вся коркой засохшей крови и больше не кровоточила.
   Приехала скорая, и врач сделал ему перевязку.
   - Ничего страшного, - сказал он. - Пуля слегка царапнула плечо, не задев кости, а с головой все в порядке. Но все равно вам необходимо поехать с нами в больницу.
   - В больницу не поеду, - отрезал Петр и посмотрел на Машу в тот момент, когда врач смазывал мазью ее ожоги. Затем он забинтовал ей руку.
   Как только они остались одни, Петр сказал:
   - Мне кажется, что после всего пережитого, нам необходимо выпить. Он попытался встать, но его ноги разъехались по полу, и он снова опустился на диван.
   - Ты сиди и не двигайся, - сказала Маша. - Я сама за тобой буду ухаживать. Он хотел что-то ответить ей, но она так на него посмотрела, что он сразу закрыл рот. Она достала бутылку коньяка, наполнила две рюмки и села рядом с ним.
   - Все будет хорошо, - произнесла она и посмотрела на него с улыбкой.
   - Какая женщина, - с восхищением подумал он, выпивая рюмку. - Совсем недавно ей прижигали руку, а она улыбается и хочет поддержать меня.
   - Петр, - вдруг произнесла она, - Ты из-за меня так серьезно пострадал. И это все произошло из-за бумаг Михаила. Он их, перед самой смертью, дал мне на хранение, как будто предчувствовал беду. В настоящее время они находятся у моей матери. Мы можем завтра утром поехать и забрать их у нее.
  
  
   После разговора с Берковским, Сергей был сам не свой. Он конечно понимал, что тот хотел показать ему свое превосходство и запугать.
   - Меня запугать не так-то просто, - думал Сергей, - а вот если что-то случиться с моими друзьями, я себе этого никогда не прощу. Из-за меня и так чуть не погибли Ольга Сергеевна и Игорь. Если бы нашлись бумаги Евдокимова, тогда можно будет прижать хвост Лукину. Моя работа показала, что именно деньги, почти всегда являются мотивом преступления, и Лукин делает все возможное, чтобы оградить Берковского и ему подобных людей, от уголовного наказания. Все они не только грабят страну, вывозя капитал, но и наживаются на войне. Это не люди - это, нелюди, и им место в тюрьме. Я старался, и буду стараться сделать все возможное, чтобы они понесли заслуженное наказание. Настроение стало совсем удручающим.
   - Вот мы и приехали, - услышал он голос молодого человека, который его сопровождал.
   Сергей молча вылез из машины и направился к своей, которая стояла на стоянке министерства. Пока он шел к машине, то снова набрал телефон Петра. Гудки продолжали трезвонить не переставая.
   "Почему Петр не подходит", снова подумал он и сев в машину, набрал номер Максима. Тот сразу ответил, и Сергей сказал, что едет к нему. При парковав машину возле дома, он вошел в подъезд, и быстро поднявшись на третий этаж, нажал звонок. Дверь открылась, и Максим увидев взволнованное лицо друга, спросил:
   - Что случилось?
   - Чутье мое подсказывает, что что-то случилось с Петром, - ответил Сергей. - Поедешь со мной и покажешь, где живет Маша.
   - Едем, - сразу ответил Максим. - Только предупрежу Лену, чтобы не волновалась.
   Через пять минут они уже мчались к Маше. Подъехав к дому, они увидели скопление людей возле одного из подъездов.
   - Сергей, - прошептал Максим. - В этом подъезде живет Маша.
   - Пошли и узнаем, что произошло.
   Подойдя к подъезду, они услышали сразу несколько рассказов о том, что случилось. Из всего услышанного можно было сделать один вывод: в квартире Елизаровой произошла перестрелка, и скорая помощь только что кого-то увезла. Они быстро вбежали на четвертый этаж, и Максим нажал звонок.
   - Кто там? - услышали они женский голос.
   - Это я, Максим, - ответил он.
   Дверь открылась, и они ввалились в комнату. Петр сидел весь перевязанный на диване и с удивлением смотрел на них. Рядом с диваном стоял журнальный столик, на котором стояли бутылка конька и две рюмки. Увидев его, Сергей невольно рассмеялся.
   - Тебя в таком виде надо сфотографировать, а фотографию повесить у нас на доске почета, - сказал он сквозь смех.
   - Сергей, что от тебя еще можно услышать, кроме гадостей и насмешек, - тихо проговорил Петр. - Лучше бы поухаживал за мной и наполнил рюмочку. Видишь, как я пострадал за правое дело.
   - Сколько всего произошло за сегодняшний день, - промелькнуло у Сергея. - Если кому рассказать, то никто не поверит. Я и сам не поверил, если бы все это не произошло с нами.
   Маша засуетилась и пошла на кухню. Максим отправился вслед за ней.
   Пока они готовили что-то на кухне, Сергей коротко рассказал Петру о своих встречах с Лукиным и Берковским. Тот, в свою очередь, поведал ему о том, что с ними произошло, и протянул два удостоверения.
   Лукин стал играть по крупному, - произнес Сергей. - Он уже не остановится не перед чем, чтобы заполучить бумаги Евдокимова. Необходимо прямо сейчас, не теряя ни минуты, ехать и забирать их, а то Лукин сможет опередить нас.
   - Я с вами, - сказал Петр таким тоном, что Сергею оставалось только пожать плечами. Петр поднялся с дивана, его слегка пошатывало. Он несколько раз присел, проверяя прочность опорного аппарата своего тела. Все у него было в порядке, не считая того, что голова все еще продолжала ныть, - Можем ехать, продолжил он, направляясь к двери.
   - Вы куда? - спросил Максим, появившись в комнате с подносом.
   - Надо срочно ехать к вашей матери, - сказал Сергей, увидев Машу. Его тон - деловой и хладнокровный - видимо оказал на нее определенное действие.
   - Да, да, - произнесла она. - Раз надо, так надо. Едем прямо сейчас. Она посмотрела на Петра, и тот утвердительно кивнул головой.
   Они быстро спустились и сели в машину.
   - Куда ехать? - спросил Сергей.
   - Надо выехать на Щелковское шоссе и поехать в сторону Щелково, а затем повернуть на Загорянскую. Там будет указатель, - сказала Маша, - а дальше я покажу.
   Сергей нажал на газ, и машина стала набирать скорость. Они выехали на Щелковское шоссе. Вокруг стояла кромешная тьма, и только фары машины освещали дорогу. Минут через сорок они подъехали к Загорянке и Маша указала на дом.
   - Ты Петр оставайся в машине, а мы пойдем за бумагами.
  
  
   Филипенко сидел вечером у телефонного аппарата и ждал сообщения от своих сотрудников, которых он отправил на квартиру Елизаровой. После того, как они днем проникли в ее квартиру и, перевернув все вверх дном, ничего не нашли, он приказал им ждать Елизарову и любыми средствами узнать, где хранятся документы. Он в течение нескольких часов ждал от них известий. Он так волновался, что ему стало трудно дышать. Он подошел к окну, распахнул фрамугу и жадно стал глотать воздух. Стояла такая тишина, что он мог слышать биение своего сердца.
   В тишине его кабинета громко зазвенел телефон. Медленными шагами он подошел к столу и поднял трубку телефона. То, что он услышал, потрясло его. Рот сжался, и лицо почернело. Он опустился в кресло, и у него застучало в висках. Превозмогая боль, он достал из стола бутылку коньяка и сделал несколько глотков. Постепенно боль стала уходить. Он закурил сигарету, стараясь унять дрожь в руках.
   "Во-первых, мне надо успокоиться, - подумал он. - А во вторых, мне необходимо что-то придумать, чтобы попытаться выйти из создавшегося положения. Надо идти к генералу, высказать ему свою точку зрения и попытаться оправдаться перед ним. Он медленно раздавил сигарету в пепельнице и направился к двери. Его охватила страшная ярость, такая, какой он не испытывал еще ни разу. Он был готов застрелить этих друзей - ментов, самолично, и его рука бы не дрогнула
   Генерал ждет вас, - произнес помощник Лукина, как только Филипенко переступил порог приемной. Он открыл дверь и вошел в кабинет генерала на трясущих ногах. Жестокое и напряженное лицо Лукина ничего хорошего ему не предвещало.
   - Что будем делать? - гневно спросил Лукин. - Как мы теперь вылезем из этой помойки? Тебя надо отдать под суд. Ты даже представить себе не можешь, что сейчас начнется.
   Несмотря на загар, лицо Филипенко стало желтым, и он застыл, как статуя.
   - Что молчишь, оправдывайся, - рявкнул Лукин.
   - Я здесь поразмыслил и придумал. Надо обставить дело так, будто Елизарова, бывшая любовница Евдокимова и брошенная им, наняла киллера, который и убил его. Нашим сотрудникам была поставлена задача, арестовать ее. В это время к Елизаровой явился полковник Зайко, который воспротивился ее аресту и открыл стрельбу. Руководство МВД должно будет принять нашу версию, так как мы не будем предъявлять к ним никаких претензий по этому недоразумению. И с этим инцидентом будет покончено.
   - Скорей всего мы выкрутимся из этого положения. Кожемякин не захочет открытой войны между нашими ведомствами, так как в настоящее время ему это не выгодно.
   Филипенко тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал, что Шелестов не поверит в эту сказку, да и не только он один. Но что они смогут сделать, если Кожемякин прикажет им больше не совать свой нос в это дело.
   - В таком случае, куда же могли подеваться бумаги Евдокимова, если их не было в квартире, - вздохнул Лукин.
   - Может быть, она отдала их родственникам на хранение? - предположил Филипенко.
   - Срочно выясни, где они проживают.
   - Я знаю адрес ее матери, которая проживает в поселке " Загорянская " Щелковского района.
   - Тогда бери ребят и немедленно поезжай туда сам.
   Филипенко вышел из кабинета генерала. Настроение у него явно улучшилось, и он облегченно вздохнул. Взяв с собой троих сотрудников, которые дежурили в этот вечер, они сели в машину и устремились в Загорянку. Когда машина въехала в поселок и стала поворачивать на улицу Озерова, как из темноты улицы, взвизгнув тормозами, выскочила машина и на большой скорости помчалась в сторону города Королева.
   - И здесь лихачи, - произнес в слух водитель, въезжая на улицу.
   - Остановишься у того дома, - приказал Филипенко.
   Машина остановилась и он, взяв одного из сотрудников, направился к дому. Он увидел, как сквозь штору пробивается свет, и нажал на звонок. Стояла тишина, и лишь луна освещала улицу.
   - Кого еще черти носят так поздно, - услышал он женский голос. К калитке подошла пожилая женщина, и он представился:
   - Майор Филипенко. Мне необходимо с вами поговорить.
   - Говорите, - произнесла женщина, не собираясь открывать калитку, - я вас слушаю.
   - Ваша дочь оставила здесь папку с документами, - произнес он. - Эту папку необходимо изъять у вас.
   - Понимаете, - произнесла женщина. - Только что приезжала дочь с какими-то милиционерами, и я отдала ее им.
   "Наверняка это они были в машине, которая нам встретилась, и я опять упустил их", подумал Филипенко. Он понял, что и на этот раз проиграл.
  
  
   Забрав папку с бумагами Евдокимова, все направились к Шелестову домой. По дороге Сергей остановился у ночного магазина и послал Максима за продуктами. Буквально минут через пять он увидел Максима, выходящего из него, с двумя полными пакетами. Когда тот ставил их на заднее сидение, на котором сидели Петр с Машей, он услышал звон бутылок и улыбнулся.
   Приехав, домой, Сергей отправил Максима с Машей на кухню, а они с Петром стали просматривать бумаги, лежащие в папке. Сергей не знал, каким образом они оказались у Евдокимова, но понял, почему Лукин так старался их заполучить.
   - Эти бумаги будут пострашнее атомной бомбы, - сказал Петр.
   - Ни слова больше, - произнес Сергей. - Предоставь это мне. Вы с Машей и так пострадали. Поэтому, я тебя прошу забыть о прочитанном.
   - Делай, как считаешь нужным, - согласился Петр, увидев выходящих из кухни, Максима с Машей. Максим достал из пакета водку и вино и стал разливать. Они выпили и стали уплетать все подряд. Маша сделала глоток вина и посмотрела на них. " Три мушкетера ",- сказала она сама себе. Ей стало спокойно на душе, несмотря на то, что рука продолжала побаливать, и она поцеловала Петра. От этого он смутился и покраснел как ребенок.
   "Какая чудесная пара", подумал Сергей и усмехнулся про себя.
  
  
   Лена проснулась ночью. Последнее время ей снился один и тот же сон - смерть Бубнова. Хотя он был похотливый слизняк, но любил ее по настоящему. Ей даже стало жалко его. Виновной в его гибели, она себя не считала, хотя каждый день, просыпаясь, слышала его пронзительный крик. Она продолжала ходить на работу и выполнять отдельные поручения Лукина, но на душе у нее было неспокойно.
   В это утро, придя на работу и закурив сигарету, Лена услышала телефонный звонок. Она вздрогнула, как от удара электрическим током, загасила сигарету и, подняв трубку, услышала незнакомый голос, который, назвавшись полковником Шелестовым, предлагал ей встретиться и поговорить по поводу гибели Бубнова.
   Она сначала слегка занервничала, но, быстро взяв себя в руки, попросила его перезвонить часа через два, чтобы уточнить место и время встречи. Она уже слышала эту фамилию, которую не раз упоминал Лукин в ее присутствии. Она поняла, что эта встреча ничего хорошего ей не сулит, но все равно решила с ним встретиться. На ее лице изумление сменилось любопытством, и она хотела улыбнуться, но улыбка походила на гримасу. Она подняла трубку внутренней связи и попросила Лукина срочно принять ее. Вскоре она была у него в кабинете и рассказала про звонок.
   Лукин сосредоточенно слушал ее. Он не понимал, какую игру затеял Шелестов и поэтому не знал, что предпринять. После долгих раздумий он приказал Самохиной пригласить его к себе. Он уже знал, что бумаги Евдокимова находятся у Шелестова, и ему необходимо было знать, как он поступит с ними.
   - Веди себя с ним, как всегда, но смотри, не переигрывай. Шелестов, матерый мент, и видит все насквозь. Попытайся выяснить, что он собирается делать с документами Евдокимова.
   - Хорошо, - ответила Лена, хотя для себя решила, стать его любовницей.
   Как только Лена покинула кабинет, Лукин сразу подумал о том, что могло случиться, если Шелестов сам позвонил Самохиной.
  
  
   А случилось вот что. Утром, проснувшись, Сергей посоветовал Петру, чтобы тот оставался у него дома и ждал звонка. Сам он отвез Машу на работу и поехал в министерство. Сергей не хотел в данный момент попасть на глаза генералу и поэтому, быстро промелькнув мимо приемной, вошел к себе в кабинет. Не успел он плюхнуться в свое кресло и вытянуть ноги, как раздался звонок. Он поднял трубку и услышал голос дежурного:
   - Сергей Петрович, тут вас спрашивает одна женщина по фамилии Бубнова.
   - Пропусти ее, - сказал он, опуская трубку. - Что могло случиться, если я понадобился ей.
   Раздался стук в дверь, и на пороге появилась женщина. Она была высокого роста, темные волосы опускались на ее плечи. Она взглянула на него зелеными глазами, как у кошки, и продолжала стоять.
   Сергей предложил ей присесть. Она присела на краешек стула и, попросив разрешение, достала из сумочки сигареты и закурила.
   - Чем могу служить? - спросил он, прерывая молчание.
   - Извините за беспокойство, но мне с вами необходимо поговорить, - сказала она. - Сразу, после гибели мужа, ко мне на квартиру приехали сотрудники ФСБ и стали обыскивать ее, как будто я являюсь преступницей. Они вели со мной по-хамски, и даже не извинились за то, что перевернули всю квартиру вверх дном. Когда они уходили, то предупредили меня, что если найду дневник покойного мужа, то должна буду им отдать.
   Сергей закурил и продолжал внимательно ее слушать.
   - Два дня назад мне позвонили с почты и попросили придти и получить посылку. Я страшно удивилась, но пошла. Там мне ее вручили. Дома, я ее вскрыла, и прочла письмо мужа, в котором он писал, что если с ним что-то случиться, то я должна буду отдать его дневник и кассету только вам.
   - Вы прочли дневник? - спросил Сергей.
   - Да, прочла и прослушала кассету
   - Как же вы смогли столько лет мучиться, живя с таким мужем? - спросил он.
   - Я не хотела разрушать нашу семью из-за сына, который очень любил отца. Она открыла сумочку и, достав оттуда тетрадь и кассету, молча протянула ему.
   - Вы мне очень помогли, - сказал Сергей. - Только о нашей встрече прошу никому не рассказывать.
   - Да что вы, про свой визит к вам я никому не скажу.
   Как только она вышла, Сергей закрыл дверь на ключ и стал читать дневник. Телефонные звонки раздавались непрерывно, но он не обращал на это никого внимания. Ознакомившись с дневником, и прослушав кассету, он решил встретиться с Самохиной и задать ей ряд вопросов. Повод для этого у него был. Он позвонил Стасу, и, узнав у него ее номер, позвонил ей. Самохина пригласила его к себе домой.
   - Наконец-то я встречусь с ней и постараюсь прижать ее к стенке, - подумал он. Его размышления прервал громкий стук в дверь. Он поднялся, подошел и, открыв дверь, увидел стоящего в коридоре генерала. Увидев Сергея, тот сразу напрягся и вытаращил глаза, которые налились кровью.
   - Ты что, совсем оглох, - рявкнул он, - к телефону не подходишь. Пошли ко мне.
   Сергей шел и думал, что ему предстоит с ним тяжелый разговор. Когда они вошли в кабинет, Щадрин с грохотом хлопнул дверь и направился к своему креслу. Сергею он даже не предложил присесть. Не доходя до кресла, он вдруг резко обернулся и процедил сквозь зубы:
   - Где Петр?
   - Петр вчера был ранен в перестрелке, и в данный момент находиться у меня дома, - ответил Сергей спокойным тоном.
   - Как он? - генерал сменил тон и тяжело вздохнул.
   - У него все в порядке, просто ему надо придти в себя.
   - Ты можешь сказать, что на самом деле произошло? - спросил он. Кожемякин сам не свой, а мне с утра звонил Лукин и нес какую-то чепуху.
   И Сергей повторил рассказ Петра.
   - Понимаю, как ему тяжело, - его голос заметно потеплел.
   Сергей посмотрел на генерала и решил пока ему ничего не говорить о бумагах Евдокимова, а поведал о том, что его посетила вдова Бубнова.
   - Ну и дела, - произнес Шадрин, - час от часа не легче. И что ты хочешь дальше предпринять? Только учти, дело закрыто, и Кожемякин не разрешит ворошить его. И если он узнает, что ты принялся за старое, то от нас с тобой только пыль останется. Меня сразу отправят на пенсию, а тебя сошлют участковым, в какую ни будь дыру.
   - Иван Григорьевич, да не волнуйтесь вы так, - промолвил Сергей. - Цыплят по осени считают. Вечером встречаюсь с Самохиной и постараюсь припечатать ее к стенке этими фактами.
   - Сергей, выслушай меня, - в его голосе послышались стальные нотки. - Этому дневнику и кассете цена копейка в базарный день. То, что Лукин завербовал Бубнова, и заставил работать на себя, ничего не означает. Доказать его причастность к убийству Евдокимова, нам не удастся, а в общем попробуй, может что и получится, тем более ты мастак разговаривать с женщинами. Чем черт не шутит.
   Вернувшись в свой кабинет, Сергей позвонил Петру и поинтересовался его самочувствием. Тот ответил, что у него все в порядке, и он собирается ехать домой.
   - Хорошо, поезжай, а завтра с утра я заеду к тебе и мы все обсудим. Пора было собираться к Самохиной. Он взял со стола папку, положил в нее дневник и кассету, вышел из кабинета и спустившись вниз, вышел из министерства и сев в машину, отправился к Самохиной.
  
  
   В этот день Лена пораньше ушла с работы и поехала домой. Войдя в квартиру и раздевшись, она отправилась в ванную. Приняв душ, она посмотрела в зеркало на свое отражение и осталась довольна собой. Она надела прозрачный халатик, чтобы Шелестов мог любоваться ее прекрасным телом. Затем поставила на столик коньяк и шампанское и, помыв фрукты, положила их на вазу. Вроде все было готово к встрече Шелестова. По комнате лилась легкая музыка и она, включив бра, погасила люстру, создавая тем самым уют. Как только раздался звонок в дверь, она еще раз посмотрелась в зеркало и пошла открывать.
   - Проходите, Сергей Петрович, - проговорила она, пропуская его и закрывая дверь. - Присаживайтесь в кресло, а я буду сидеть напротив вас. Давайте сначала выпьем за нашу встречу, а потом поговорим по интересующим вас проблемам. Давайте ухаживайте за мной и налейте шампанского. Она направилась к дивану и вдруг застыла в тени света. Окно было открыто, и легкий ветерок плотно прижимал прозрачную ткань к ее телу, вырисовывая каждую черту, каждую линию тела. Это было для него большим искушением.
   "Да, - подумал он, - трудно было Бубнову не поддаться такому соблазну, но со мной такие штучки не проходят". Он налил ей в бокал шампанского и промолвил:
   Давайте сначала поговорим, а потом, в зависимости от разговора, выпьем.
   - И что вас интересует? - она продолжала улыбаться, но взгляд ее сделался жестче.
   Меня интересуют два вопроса: во-первых, как погиб Бубнов и кто в этом виноват. И во вторых - кто такой Антон и где я смогу его найти.
   - Вы, Сергей Петрович, наверное, ошибаетесь в отношении меня и Бубнова. - Она всегда была уверена, что выпутается из любого создавшегося положения, но она не знала, что Шелестова трудно остановить, когда он идет к намеченной цели.
   - Да что вы говорите, - улыбнулся Сергей.
   И тогда Лена поняла, что он в курсе их отношений.
   Да, я была знакома с Бубновым, но одного не могу понять, каким образом я могу быть связана с его смертью, а человека по имени Антон среди моих знакомых нет. Проговорив это, Лена внутренне напряглась и холодно устремила свой взор на него.
   - Вы говорите неправду, - произнес Сергей уверенным голосом. - У меня имеется дневник Бубнова, где он подробно описал свои похождения, и о том, как Лукин заставил его работать на себя. Про кассету он намеренно умолчал.
   Лена уже поняла, что ей не удастся соблазнить Шелестова и поднявшись, сердито сверля глазами, стала возбужденно расхаживать по комнате. Она поняла, что от Шелестова надо ждать неприятностей. Внезапно на ее лице появилось совершенно необъяснимое выражение. Она взглянула на него и начала смеяться. Этот смех был так похож на настоящий, но был какой-то безрадостным.
   - Значит, этот подлец, на самом деле вел дневник? А я была уверена, что он спьяна говорил про него, - проговорила она, выпивая шампанское.
   - Давайте поговорим, - сказал Сергей спокойным тоном, - и вы мне расскажите про Лукина и про Антона, а я постараюсь помочь вам, хотя, честно говоря, тюрьма по вас плачет.
   Она отвернулась от него, чтобы он не видел, ее искаженное злобой и ненавистью, лицо. Она налила себе еще шампанского, сделала глоток, а затем через силу спросила:
   - И чем вы сможете мне помочь?
   - За сведения об Антоне, я вам отдам дневник Бубнова. - Сергей все еще надеялся убедить ее заговорить. - И еще одно, Лукин не тот человек, который прощает ошибки и поэтому вы должны поверить мне. Вы отдадите ему дневник Бубнова и скажите, что бумаги Евдокимова у меня, тогда он поверит, что вы обольстили, и все у меня узнали.
   Она удивленно посмотрела на него и сказала:
   - Согласна, - и рассказала ему все, что знала.
   - Вот теперь можно и выпить за возникшее друг к другу, доверие, - сказал Сергей, наливая себе коньяк, а ей шампанское.
   - Хороший вы мужчина, - произнесла она с улыбкой на лице и подошла к нему. Чувствовалось, что у нее резко поднялось настроение. - Честно говоря, вы мне по настоящему симпатичны. Жалко одно, что мы оказались по разные стороны баррикад. Иначе у нас все могло бы сложиться иначе. Аромат ее духов был нежен, как запах цветов в ночи. Очень нежно ее пальцы прикоснулись к его лицу, и Сергей почувствовал, как ее губы коснулись, его волос. Она улыбнулась, губы ее были розовые и влажные, соблазнительные, как бы приглашающие к поцелую. Но Сергей пришел к ней не за тем. Он пришел поговорить. Поэтому он попрощался с ней и направился к двери.
   - Подождите, - произнесла она. - Я провожу вас. Она накинула плащ, и они спустились вниз и стали выходить из подъезда. Они вышли, как вдруг она обняла его, и он невольно сделав шаг в сторону. Шелестов вдруг почувствовал, как ее тело сползает вниз. Сергей поднял голову и увидел мужчину в черной куртке, приближающего к нему с пистолетом в руке. Пистолет в его руках был не просто угрозой - он был предвестником его смерти.
   Увидев, что Лена опустилась на землю, мужчина на секунду оцепенел, но этой секунды Сергею хватило с лихвой. Реакция у незнакомца была быстрая, но его рефлекс сработал быстрее. Тот уже был готов нажать на спусковой курок, как вдруг почувствовал сильнейший удар в плечо, а в ушах прогремел пистолетный выстрел. Рука, в которой незнакомец держал пистолет, дернулась, и он выпал. Кровь стекала у него по руке. В правой руке чувствовалась резкая боль. Он посмотрел на Шелестова и зарычал от ярости. Затем схватил с земли левой рукой пистолет и выстрелил в него. Сергей почувствовал, как пуля пролетела мимо его лица. Он выстрелил подряд два раза и увидел, как тот упал. Он подошел к незнакомцу, но тот уже не двигался. Белое его лицо было перекошено от боли.
   - Это Антон, - услышал Сергей Ленин шепот.
   Он наклонился над ним, и они встретились взглядами. В глазах Антона не было страха. Его жизнь вытекала по капельке, собираясь в лужицу на земле. Он попытался что-то сказать Сергею. Его губы шевелились, а челюсти двигались. Но это было все, что он мог. Он очень старался, чтобы Сергей его понял. Эти усилия стоили ему многого. Он умер. "Антон был сильным человеком, - подумал Сергей, - и вся его жизнь была связана с риском". Его лицо и после смерти выглядело спокойным.
   Шелестов кинулся к Лене. На счастье она была жива.
   - Потерпи немного. Сейчас приедет скорая помощь, - сказал он, набирая номер.
   Минут через десять подъехала скорая, и вышедший из нее врач стал оказывать Лене первую медицинскую помощь.
   - Как она, - спросил Сергей.
   - Состояние тяжелое, необходима операция, - ответил врач. - Надо срочно везти в больницу. Санитары положили ее на носилки и скорая уехала.
   Почти сразу же подъехало несколько милицейских машин, и Сергей увидел, как из одной из них вышел знакомый полковник, из Мура, и направился к нему.
   - Шелестов! - произнес он. - Как только ты где-то появляешься, раздаются выстрелы. Полковник с улыбкой посмотрел на него, но напоролся на ответный взгляд.
   - Шучу, шучу, - растерянно проговорил он.
   - Вот так-то лучше, - произнес Сергей и стал рассказывать, что находился в гостях у своей знакомой. Когда они вышли, то вдруг из темноты появился мужчина и выстрелил. Затем еще раз. Мне пришлось вытащить свой пистолет и тоже открыть огонь на поражение. Извини Ваня, но я должен ехать в больницу, а ты постарайся выяснить всю подноготную этого субъекта и сообщи мне. С этими словами Сергей сел в машину и поехал в СКЛИФ. Приехав туда, он узнал, что Самохина находится в операционной, где ей делают операцию. Он поднялся на третий этаж и подошел к операционной. Увидев стул, он опустился на него.
   "Ведь чистая случайность помешала Антону застрелить меня, - думал Сергей. - И все это произошло благодаря Лене. Если бы она не попыталась обнять меня, то я сейчас находился бы на ее месте. Как мне это все надоело. Гибнут люди, а я не могу ничего сделать, чтобы прекратить эту бойню. А бойню надо прекращать. Что делать"? Но на этот вопрос у него не было ответа.
   Его раздумья прервал появившийся из операционной врач. Сергей поднялся и подошел к нему. Тот сказал, что с Самохиной будет все в порядке, хотя сейчас она находится в тяжелом состоянии, но через пару дней ее можно будет навестить.
   - Спасибо доктор, - произнес Сергей, и облегченно вздохнув, направился к выходу.
  
  
   Лукин сидел в кресле и напряженно ждал сообщения от Антона о ликвидации Шелестова. Тот уже сообщил ему, что Шелестов находится у Самохиной. Рядом с ним находился Филипенко.
   "Сколько сил и времени потерянно, - думал Лукин, - но неужели все напрасно". Наконец он не выдержал и попросил Филипенко позвонить Лене и выяснить, что происходит.
   Филипенко набрал номер. Длинные гудки раздавались непрерывно, но никто не подходил к телефону.
   - Что могло произойти с Леной, если она не снимает трубку? - спросил он. Давай поезжай к ней и выясни все на месте, а то у меня на душе неспокойно. Неужели и на этот раз все сорвется.
   - Слушаюсь, Михаил Иванович, - произнес Филипенко и направился к выходу.
   Подъехав к дому, в котором проживала Лена, Филипенко увидел несколько милицейских машин, стоящих возле ее подъезда. Возле одной из них стоял полковник и курил. Он подошел и, показав свое удостоверение, спросил у того, что здесь произошло. Дело в том, что в этом подъезде проживает наша сотрудница Самохина Елена Дмитриевна.
   Полковник внимательно посмотрел на него и сказал, что она ранена и ее повезли в больницу, а мужчина, стрелявший в нее, убит. Мы сейчас стараемся выяснить его личность.
   - А где он, - спросил Филипенко.
   - Вон там лежит, - ответил полковник и показал рукой в сторону. Филипенко подошел и увидел лежащего на земле Антона. Он тяжело вздохнул. Вернувшись, он попросил полковника рассказать, как все это произошло.
   Полковник пересказал ему все, что услышал от Шелестова.
   "Заговоренный мент", подумал Филипенко и поехал на работу. Доложив Лукину о том, что произошло, он достал сигареты и закурил.
   Лукин оцепенел, и долгое время сидел молча. Его глаза налились кровью, и он стал похож на кабана, готового броситься в атаку. Наконец он стал приходить в себя и Филипенко услышал его властный голос:
   - Достань из бара коньяк и рюмки.
   Филипенко разлил коньяк и они выпили.
   - Он что, заколдованный? - произнес в слух Лукин, - раз мы не можем, никак, с ним расправится.
   Филипенко снова наполнил рюмки и произнес:
   - Надо взорвать его машину вместе с ним и делу конец.
   - Вот ты этим и займись прямо сейчас, - приказал Лукин.
  
  
   Утром Сергей проснулся рано. Быстро сделав зарядку и приняв душ, он выпил кофе и, выйдя из подъезда, направился к машине. Не успел он вставить ключ в замок зажигания, как к нему подошел сосед и поведал, что поздно вечером выгуливал свою собаку и увидел двоих незнакомых мужчин, которые крутились вокруг машины. Он решил, что они хотят угнать ее и подойдя, спугнул их. Сергей поблагодарил его, а сам задумался, чтобы это могло значить. В начале он хотел сам осмотреть машину, но затем решил вызвать специалистов, чтобы те осмотрели ее. Вернувшись в квартиру, он связался с дежурным по городу и попросил срочно направить к нему пиротехников. Приблизительно через час они подъехали и при осмотре, обнаружили внутри машины взрывное устройство.
   - Благодарите бога, - сказал один из них, - Если бы вы только попробовали завести машину, то она взорвалась.
   Сергей понял, что Лукин не оставляет надежды расправиться с ним и поэтому, забрав бумаги Евдокимова, заехал за Петром и они направились к генералу.
   Как только они вошли в кабинет, Сергею бросилось в глаза, как тот сдал за эти несколько дней. Морщин стало больше, и его черные волосы еще больше поседели. Его лицо покрывала мертвая бледность. Он похудел, а в глазах образовалась пустота. Шадрин затушил сигарету и кивком руки пригласил их присесть.
   - Ну что господа полковники, - сказал он тихим голосом. - Давайте поделитесь со стариком своими достижениями, а то в последнее время о вас только и говорят в криминальных сводках.
   Сергей закурил и стал подробно рассказывать о вчерашней встрече с Самохиной и о том, как она спасла ему жизнь. Затем добавил, что утром хотели взорвать машину, и он только чудом остался жив.
   Генерал сидел и молча слушал его.
   - Лукин совсем оборзел, - подал свой голос Петр.
   Генерал снова закурил:
   - А что мы имеем на него? Ничего.
   - А теперь имеем, - торжественно произнес Сергей и положил к нему на стол папку, в которой находились бумаги Евдокимова.
   Шадрин надел очки, взял в руки папку, открыл ее и, достав несколько листков, стал внимательно знакомиться с ними.
   Внезапно его лицо стало белым, и на лбу выступил пот.
   - Это похлеще любой бомбы, - произнес он дрожащим голосом. Если их обнародовать, то Президенту ничего не останется делать, как разогнать Правительство и Государственную Думу, а это может привести к кризису в стране. Я не могу взять на себя такую ответственность, тем более мы не знаем, откуда у Евдокимова появилась такая информация, и видимо никогда не узнаем.
   - Поживем, увидим. Может, и узнаем, - сказал Петр.
   - А если выступить по телевидению и раскрыть тайну гибели Евдокимова,- сказал Сергей.
   - А кто тебе разрешит это сделать? - с ехидцей произнес Петр. - Дело по убийству Евдокимова закрыто и списано в архив, и никто тебе не позволит его оттуда достать - это, во-первых. А во вторых - никто из руководителей каналов не рискнет предоставить тебе эфир.
   - Хватит молоть чепуху, - стукнул рукой по столу генерал. - Прения прекратить. Пойдешь со мной к Кожемякину, - добавил он и посмотрел на Сергея. - Пусть сам решает, как поступить с этой информацией.
   - Я против, - сказал Сергей. - Кожемякин метит на кресло министра и поэтому поступит с бумагами так, как ему будет выгодно.
   - Наоборот, - произнес генерал. - Показав бумаги Президенту, его шансы намного повысятся.
   - Вы мой непосредственный начальник, вам и решать, как поступить с ними, но к Кожемякину я не пойду. Вам хорошо известен мой характер и поэтому, мы с Петром лучше подождем вас здесь.
   - Хорошо, сидите и ждите. Он снял трубку и попросил Кожемякина срочно его принять.
   Когда генерал ушел, Сергей посмотрел на Петра и почувствовал, что что-то с ним происходит.
   - О чем ты постоянно думаешь? - спросил он.
   - Ни о чем, - отрезал Петр. Потом, сглаживая резкость своего ответа, добавил:
   - Извини Сергей, что сорвался. После случившегося с нами, я не перестаю переживать за Машу. Я теперь хорошо понимаю твое состояние после Ирининой смерти. А Маша, в настоящее время, стала для меня очень близка, и я боюсь ее потерять.
   А как же жена?
   - Не знаю Сергей, не знаю.
   - Ладно Петр, не бери в голову. Время все поставит на свои места.
   Вошел генерал и по его блестящим глазам Сергей сразу понял, что их ожидает. Поднявшись, он достал коньяк и рюмки.
   - Ты правильно меня понял, - сказал Петров. - Кожемякин при мне связался с руководством президентской администрации и договорился о встрече. Вот за это давайте и выпьем. Будем надеяться, что наша работа не пропала даром.
   Сергей не верил в удачный исход этого дела, но не хотел этим огорчать генерала. Они выпили, и он с Петром направился к выходу. Войдя в кабинет, Сергей сказал, что не верит в успех этой встречи. Она пользы никакой не принесет, и все останется на своих местах. Они своих людей не сдадут, и Лукин выйдет сухим из воды. Но он ничего не забывает и никому не прощает. Поэтому, при создавшемся положении, ему лучше подыскать другую работу. Затем позвонил Кате и договорился о встрече. Он вышел из министерства и направился к телецентру. По дороге он сказал сам себе:
   - Все равно жизнь продолжается. У меня есть Катя и мои друзья.
  
  
   КОНЕЦ
  
  
Аннотация
  
   В результате автомобильной катастрофы погибает невеста полковника Шелестова. Он очень переживает и впадает в депрессию.
   В это время происходит убийство известного журналиста Евдокимова, который вел на телевидение передачу " Военная хроника ". За, несколько дней, до смерти он сообщил телезрителям, что в следующей передаче обнародует список лиц, которые стоят за всеми событиями в Чечне.
   Шелестов постепенно начинает выходить из кризисного состояния и подключается к расследованию. В процессе работы он узнает, что параллельное расследование проводят сотрудники ФСБ под руководством генерала Лукина. Далее он узнает, что друг и соратник Евдокимова Бубнов, завербован Лукиным и работает на него. Шелестов встречается с Бубновым и узнает, что в день убийства тот, вместе с сотрудником Лукина Антоном, посетил Евдокимова и тот был застрелен Антоном.
   Начинается охота за бумагами покойного Евдокимова, но их никто не может отыскать. Жена покойного журналиста вспоминает, что у ее мужа была знакомая женщина по имени Маша, и сообщает об этом Шелестову. Эту женщину разыскивают так же сотрудники Лукина. Тот приказывает своему сотруднику Филипенко ликвидировать Шелестова руками Семака - известного вора в законе. Его люди организуют нападение на Шелестова, но оно заканчивается неудачно.
   Шелестов встречается с Семаком и тот выкладывает ему, что за всем стоит Лукин.
   Друзья узнают, что знакомая Евдокимова Маша, подруга жены их друга Максима Пешкова. Петр приезжает к ней домой в то время, когда у нее находятся двое сотрудников майора Филипенко, которые хотят узнать, где хранятся документы. Происходит схватка, в результате которой Петр получает ранение, Сам он убивает одного и калечит другого. Маша сообщает ему, что папка с документами хранится, у ее матери. В это время к ним приезжает Шелестов и Пешков, и они все направляются за папкой.
   На следующей день Шелестов встречается с сотрудницей Лукина Самохиной, которая рассказывает ему обо всем. Она идет провожать и получает пулю вместо него. Шелестов убивает киллера и узнает, что это Антон.
   Утром Шелестов вручает папку Петрову, и тот идет с ней к заместителю министра.
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"