# дерьмовочка

Борис Иванович Липкин

поэма

ДЕРЬМОВОЧКА

1


Дела давно минувших дней,

Когда разбойник Челубей

Набегами терзал уделы.

То появляясь ночью смело

Он жег и грабил города

Не оставляя никогда

Ни деток малых, НИ старух,

Опустошая все вокруг.

То днём В купца одевшись тайно,

Входил в селеньe неслучайно

И зазывая девок к лавке,

Мол есть здесь всё - вот тушь,

булавки Зеркала, кремы и помады,

Есть всё, что девкам только надо.

. А ,девки, словно куры к просу,

Спеша, вплетают ленты в косы,

И вон из дома, да к купцу

(Орлу, красавцу, молодцу.)

А он заказы принимает,

Лишь на листочке отмечает

Кому и сколько, и куда,

Мол всё доставлю, не беда...

А ночью с войском он входил

в селенье то. И уводил

Красавец девок в свой гарем,

Село сжигая перед тем...

2


Ну что - Ж, оставим мы злодея,

Убийцу, вора, Челубея,

А воротимся ка назад,

Годков на двадцать. Стар и млад,

Тогда все жили беззаботно.

Трудясь и веселясь охотно

Не зная войн и бандитизма

И не скрывая оптимизма

Народ трудился, веселился

Весной и осенью женился. . .

Так вот в одном из поселений,

( Скажу вам честно без сомнений )

Жила красавица девица.

И на неё, как на жар-птицу,

Народ съезжался посмотреть

Прося пройтись, иль песню спеть. . .

Девицу звали ту Людмила

Её природа наделила

Такой красою неземною

ФигуроЙ строЙною такою,

Что все, кто был мужского рода,

Готов идти в огонь и в воду

Лишь ради взгляда одного. . .

Не замечая никого

Людмила с грустью лишь вздыхала

И в таЙне от подруг мечтала

Любовь" свою отдать Руслану,

Полу хохлу, полу цыгану,

Полуякуту, чуть пигмею

И что крутить - в душе еврею.

Руслан же жил в лесу в изгнанье,

Не ждал поступкам оправданья.

И не было обиды слёз,

Что натворил, за что понёс

Суда людского наказанье. . .

За что же было то изгнанье?

И почему поднялся шум?

Ответ простоЙ - он был колдун!

Но он лечил болезни странно...

Шепча молитву неустанно,

Больную он сгибал к земле ,

(подол откинув на спине)

и крикнув:"Да прибудет Ханус!",

Входил больному прямо в анус...

и многим это помогало.

И у избы его не мало.

Толпилось вдовушек, старух

(У каждоЙ хворь или недуг)...

Лишь девкам строго запрещалось К нему ходить,

а кто решалась Был приговор суров девчине,

ОтдавшеЙ девственность мужчине.

Ей камень вешали на шею.

И как царя морского фею,

Бросали в море со скалы.

А в небе мрачные орлы,

кружили Молча над волнами

Следя -не выплывет она-ли?


Людмила ж по ночам терзалась,

К себе рукою прикасалась

И нежно гладить начинала

И тут и там, и всё сначала

И робкий стон, и вздох надежды,

И сброшены на пол одеждЫ,

И извиваясь, и дрожа,

И от желанья чуть дыша, '

и всё быстрей, быстрей движенья,

И нет в душе-уже сомненья.

Волна тепла пошла по телу

Рот приоткрылся чуть несмело,

И увлажнился уж пушок

(Что прикрывал её лобок)

И губы тихо приоткрылись

И пред рукою оголились

Врата любви, врата союза.

Уж не было на сердце груза

Что так печалил и томил

Что дни и ночи изводил.

И вдруг,. О боже! Что за чудо!

(Она как блеском изумруда,

вдруг озарилась, озарилась

и вмиг в оргазме растворилась)...

3


Луны пустынная дорожка

Сбежала к ней через окошко

И прикоснулась к телу нежно,

Оно наго, оно безгрешно.

И ночь застыла наслаждаясь

Её природной красотой

Лишь звезды изредка мерцая

Ей говорили: "Нет постой!

Продли минуты наслаждения,

Стремись к тому, о чем мечтали.

Оставь морали заблужденья,

Любовь сильней любой морали!"

"Да что-же!, - молвила Людмила,

- -я человек, или скотина?!

Нет! Пусть меня бросают в море.

Пусть проклянут, пусть опозорят.

Пусть продадут в рабы для хана,

Но я люблю, люблю Руслана!"


Спорхнув с кровати, словно птица,

Из дома прочь бежт девица.

Её влечет желанья сила

К нему, к нему спешит Людмила!

И лес пред нею расступился

И путь луною осветился

И в этом свете бархатистом

Как в покрывале звезд искристом ,

Людмила, словно лань лесная,

Бежит по камушкам нагая.

И нет на свете этом силы

Что -б удержать порыв Людмилы...

и вот заветная избушка,

у входа тихо спит старушка.

И дверь немного приоткрыта

Да у двери стоит корыто. . .

Людмила лёгким мотыльком

Меж них пройдя, впорхнула в дом.

у печки старой огляделась

И тут же угольком зарделась.

На лавке прямо у топчана

Она увидела Руслана.

Руслан - же спал здоровым сном ,

Накрытый ветхим шушуном.

Людмила ,трепетной рукою,

Накидку тихо приподняла

И там увидела такое,

О чём и В мыслях не мечтала.

Едва сдержала девка вой

"Да он - же с руку толщиной!"

И упирается в коленки. . .

А я смеялася над Ленкой,

Мол что ты ходишь как оглобля,

И сесть не можешь что б без вопля.

Теперь всё ясно без обмана

Она была в ту ночь с Русланом!

Всё больше медлить не моту мочи,

Как говорят кобель не вскочит,

Коль не захочет это сучка

Так я пришла! Целуй мне ручки.

Любуйся попкою и грудкой

Цени доверия минутки. . .

Но вдруг, как молния проворный,

Руслан вскочил и локон чёрный

Cкатился на чело его,

Не замечая ничего

Он сжал в объятиях Людмилу.

Такого страстного порыва

Руслан не видел никогда.

Бывали женщины, о да!

Его любили, он любил

Бывало в час в троих входил

НО почему вдруг сердце сжалось,

Когда она его касалась?!

Она как маленький цветок,

Что только что на свет родился.

И ротик словно лепесток,

В желанье нежно приоткрылся

И сердце билось в нежной муке,

Душа ждала её такую

И прикоснулись к телу руки

И губы слились в поцелуе...

Руслан всё более хмелел.

Войти же в девку он не смел

И эта что держала сила,

Его всё больше изводила

Но вдруг мечта сменила злобу

А не войти ль сначала в попу?

И он немедля ни мгновенья,

Отбросив сразу все сомненья ,

Людмилу нежно повернул,

К себе спиной ,и чуть согнул.

Людмила - ж соком истекала

И от желания икала

Руслан -же как артиллерист,

Водил стволом то вверх, то вниз,

Сверяя в точности наводку.

Людмила -ж ожидала кротко.

Руслан, проверив ещё раз,

Прищурил молча левый глаз

И на икону покрестившись,

Вперёд все телом наклонившись,

Зажав в руках соски Людмилы,

Вошел ей взад ,что было силы.

Людмилу словно током дало.

Да, как и все она мечтала

Познать любви утехи с милым,

Но чтобы так?! Такой в могилу ,

Любую вгонит сгоряча

"Да что б ты сдох!" в сердцах крича,

Людмила матом поливала

Того, о ком всю жизнь мечтала.

"Ой помогите, не до шутки

когда такой батон в желудке!

Тебе не в девок заходить, .

А шишки с ёлки молотить!"

Руслан - же двигался упрямо

Как землекоп копает яму

Вперёд, назад, вперёд, назад,

И снова он заходит в зад.

Людмила в такт его движенья

С улыбкой грустной сожаленья

Уж переставшая кричать

(Сама пришла - чего - ж сердчать?!)

Всем телом молча подавалась

(А что ещё ей оставалось?)

Руслан за час совсем устал

Свой член с неё на треть достал...

Но тут Людмила как очнулась

Вся сжалась как-то, изогнулась,

И вдруг как крикнет: "Ой, воды!"

Ты хочешь пить ? Так нет беды.

Да нет, воды туды, сюды!

Да побыстрее и подальше

И что б без глупостей и фальши...

Руслан уже валился с ног

Он и представить -то не мог

Что это милое дитя

Так разойдется нешутя.

И он, на пятой передаче,

Стал молотить, а то иначе

Порвёт ведь баба на куски

Засунув в задницу носки!

. Но план отмщенья уже зрел

И только кончить он хотел

Как тут - же девку развернул

И сходу ей уж в письку вдул...

Руслан видал по жизни всяко,

Гримасы разные лица

Но что б лицо раздулось в сраку

И как у рака что-б глаза. . .

Так кто -ж пред ним, нечиста сила?

о боже, то была Людмила!

И закричал он содрогнувшись,

Слюной своею поперхнувшись

И кончил мощною струёй

Её наполнив. "Боже мой ,-

Да девка сдвинулась с ума.

Хотя пришла она сама

Но кто поверит колдуну

Всю свалят на меня вину.

Так пусть идет домой обратно,

А люди что? Козе понятно

Что девка тронулась рассудком,

Тут нету места сплетням, шуткам.

Лишь всем селом следить за ней,

Кормить, поить до срока дней...

На том Руслан и порешил ,

Отмыть Людмилу поспешил

И показав к селу дорогу

Сказал: "Иди - же понемногу!"...

Народ в селе разволновался.

Кто над Людмилой надругался?

Лишив её ума и чести

Всех призывая к кровной мести,

Кричала бабушка Людмилы:

"Насильника живьём в могилу,

скорее нужно закопать!"

"А где-ж его теперь сыскать?

Небось убег пройдоха, вор

От правосудья за бугор!"

"И что наделал - то подлец.

Да чтоб отсох его конец"...

(Ворчали бабки на собранье)

Какое - ж выбрать наказанье?

Решили дружно всем селом:

"Давайте в ставим в жопу лом"

кричал кузнец Вакула мастер

(он мазохистом был по страсти.)

Не нужно нам в поход пускаться,

Что -б изловить - то хулигана ,

Пойдём-ка к .дому мы Руслана!

Ага, Людмила встрепенулась,

От имени его проснулась

В душе её воспоминанье

Какое - ж ждете вы признанье?!

Смотри - зарделась, побледнела,

Вот песню тихую запела,

Вдруг подскочила, заметалась,

И на последок обосралась!

и с шумом, как пчелиный рой,

Крича, визжа наперебой,

Толпа неслась сквозь леса дебри

(И разбегались в страхе вепри.)

. Взобрались люди на курган,

Где в доме жил колдун Руслан,

И без излишней подготовки,

Народ ворвался в избу ловко,

Громя, круша всё на пути

Нет, изуверу не уйти

От справедливой мести гнева,

Мы отомстим тебе за деву!

Другим послужишь ты уроком!

(И сунул в пах электрошоком)

Руслан кричал и извивался,

Перед народом извинялся.

Молил простить и отпустить,

А я, мол, с нею буду жить

В союзе брачном весь свой век

Я ж не злодеи, а человек!

Но не унять толпы бурлящей

Саму себя - же заводящей

Уже почуяв запах крови

Несут, несут Руслана к морю.

И ставят парня у обрыва.

( Так не поняв его порыва)

и отступив на метров двадцать

берут камней, что -бы кидаться.

-И по команде кузнеца

Бросают камни в молодца

Руслан пытается при гнуться,

чуть отойти и изогнуться. . .

Уж брызги крови полетели,

( Три камня голову задели! )

Он вскрикнул, град не прекратился,

Руслан чуть на бок наклонился,

Взмахнув руками, вниз свалился

И там на валунах разбился. . .

Людмила ж двинувшись рассудком

Всех огорчила не на шутку.

И как такое-то снести,

Ведь стал её живот расти!

Тут не поможет Ох, да Ах,

Когда девица на сносях.

И поздно к доктору бежать.

Так что же делать? Что, рожать!

Рожала Девка тяжело

Ругая матерно "Его"

Крича и хохоча от боли,

Лягнув ногою дядю Колю..

. Что помогал своей старухе

Да тёте Насте, повитухе...

Но вот раздался детский плач,

Старуха, разорвав кумач, -

Ребенка молча завернула

И деду тихо протянула.

-А что с Людмилой;- Слышишь Настя?!

-Молчи старик, у нас несчастье.

Отмучилась, дитя природы,

Убили девку нашу роды.

Но всё как есть в руках у бога,

И каждому своя дорога

Людмиле, значит, в мир иной

А внученьке расти живой,

Здоровой, бодрой и красивой

Не плачь старик, неси-ка пива

Ребёнка чтоб ополостнуть

Ведь ей пора уже заснуть...

Людмилу в сроки схоронили

А дочку Галей окрестили.

Росла Галина как цветочек

Что вырос средь болотных кочек..

Красой своей затмив Людмилу,

Украдкой плача на могиле

И руки к небу простирая

И маму тихо вопрошая.

"Скажи мне мамочка родная,

Ну почему судьба такая,

Увы жестокая моя

Чем пред людьми виновна я?!

Все говорят, что я прекрасна

Лицом фигурой, и напрастно

Потратит время тот чудак,

Что ищет лучше, ведь никак

в округе нашей не сыскать.

Да что в округе, проскакать

Ты можешь тридевять земель,

И не найдешь, ты мне поверь

Такой изысканной красы,

Фигуры, грудки и косы, .

Как у меня, но что в них толку',

Когда воняет как от волка

Что вылез из помойной ямы,

Да, я говном. воняю, мама!

И мылась я и окуналась,

И разной травкой натиралась,

И хвою сыпала в постельку,

И грызла сутки карамельку,

И подорожника листочек

Клала меж эрогенных точек.

И валерьянку применяю,

Но всё же я говном воняю...

и стар и млад, что есть в посёлке,

Меня подтрунивают колко

И в общем - то они не лгут,

Что не по имени зовут

Меня, а потому что запах

Как зверь в своих корявых лапах,

Меня и день и ночь томит

И вьется и вокруг кружит.

А имя, что ж отвечу тут

Меня Дерьмовочкой зовут...

Но вдруг могила колыхнулась.

Галина в страхе отшатнулась.

Пред нею облако виденье

И грустным голосом она

Сказала дочери ,- "О, да!

Я. знаю ,милое дитя,

Что всюду мучает тебя.

Что пахнешь ты вина отца

Его, скотины, жеребца.

Ведь он вошёл сначала. в зад

Чему и сам был очень рад.

А кончить поспешил в пизду,

Тебе на грусть, нам на беду...

Так что увы, вмешались гены ,

Чего -же ждать тут перемены.

Таков уж рок твой, груз и доля.

Но слушай, за широким полем,

За чащей тёмною лесной,

За старой сломанной сосной,

Стоит дворец как изумруд.

Семь братьев в том дворце живут.

Тебя там примут как сестрицу,

Тебе -ж по дому суетится

Еду сварить, да стол накрыть,

Везде убрать, и пол помыть.. ,"

"Но мама. Или ты забыла,

какой на свет меня родила?

Да от меня такая вонь,

Что сдохли овцы, кошка, конь...

Выходит нету мне дороги

К семейке этой. Да и ноги

Меня влекут уж на скалу

Видать что там я смерть приму!"

"Да что ты, что ты, мой цветочек,

Моей ты нежности комочек.

Не думай ты и не гадай,

А поскорее собирай

Вещички все свои в мешок

Да вот возьми-ка порошок

И хоть на вид он вроде перца .

Да только ключик в нём от сердца.

И коли горсточку его

Ты сыпанешь кому в питьё

И даже если был врагом

То не беда, продаст и дом

Лишь только б быть с тобою рядом,

И не команд, а только взгляда

Ему хватает, что б как пёс,

Что ты захочешь, он принёс

Ну а братва , так нет беды

И скоро всё узнаешь ты.

Да , слышат братья словно совы,

Изловят в темноте любого

И зренье как у ястребов,

А вот на запах простаков

Вокруг пупка ты обведёшь

Ведь на всём свете не найдешь

Носов таких, и вот в чём дело,

Когда их мама залетела

И ей оракул предвещал

Рожать в начале всех начал.

Но не младенца и не двух

А семерых, но только нюх ,

Увы у деток притупится,

Сама гляди, когда родится

Один, ну двое, даже три

За ними только и смотри,

А тут семерка сорванцов ,

И все похожи на отцов...

и прав ведь был же паразит

у них случился гайморит.

И после мрачной той болезни

Им нос, как орган бесполезный.

Но братья те не очень тужат

И грибников в лесу утюжат. . .

А ты ступай к ним поскорее

Но лишь злодея Челубея,

Остерегайся на пути,

Что б в срок тебе к дворцу прийти. . .

Вдруг ветерок подул случайный

И лишь Людмилы вздох прощальный,

Послышался, и всё пропало

И приведения не стало.

Галина словно бы очнулась

И в муке скорби изогнулась

И вся в слезах она припала

К могилке мамы, и рыдала

На той могилке до темна.

А запах свежего говна

Уже привлёк жучков и мушек,

пиявок, саранчу, лягушек

И так объята мошкарой

Она тропой пошла домой. . .

3

Ну что -же ,.медлить я не смею?

Вернёмся снова к Челубею.

Так где же вор, пройдоха, плут,

Злодей, убийца, баламут?

Где наш герой, куда девался?

На лавке в бане распластался!

Вокруг него столпотворенье?

Пред ним икра, вино, варенье.

И девки голые кружат,

Иные рядышком лежат.

А вот красавица мулатка

И груди словно шоколадки

Её курносые торчат.

Да груди что - на этот зад,

Поставить можно пять фужеров,

И пусть она по жизни стерва,

За формы можно всё простить

И даже иногда любить!

А вот бежит к нему туркменка,

Могучий клитор до коленки

Ей достаёт. И чуть дрожит,

(Когда она куда бежит.)

А вот сестрицы китаянки,

Они подружки лесбиянки.

Одна Тянь-Шань, вторая Ли,

Язык, ну прямо до земли!

Она ни сколько не сгибаясь,

Лишь только мило улыбаясь ,

Язык свой высунет до пола,

(Что говорить - востока школа!),

И он ,как липкая змея,

В пизду вползает нешутя...

Со стороны быть может гадко,

Зато он вылижет так матку,

Что после этой процедуры,

Как после дорогой микстуры,

Иные по пол года ждут,

А месячные не идут!

Её сестренка, ну Тянь-Шань,

Такая склочница и дрянь.

Но есть и у неё причина,

Что б быть в коллекции мужчины.

Чем же прельстила Челубея?

(Красы особой не имея)

Скажу вам честно, между нами,

Была она красна зубами.

Как у акулы в три ряда.

Она стальные провода

Одним щелчком перерубала

И для хозяина бывало

Она на схватку выходила

И била морду крокодилу

А вот несчастному гепераду,

Загнала в попоньку петарду

И всех в гареме держит в страхе.

" Зачем нужна такая, нахер?!"

Все жены в дикой злобе просят,

А Ли на всех на них доносит.

А'Челубею это в руку,

Берёт её он на поруку.

Она при всех её изъянах,

Проворна словно обезьяна,

Сильна, хотя и чуть спесива,

А в общем в чём-то и красива.

И что её совсем прощает,

Что Челубея защищает.

Других ответов не ищите,

-Она ему телохранитель...

А Челубей собой гордится,

С такой коллекцией в столицу,

Не стыдно будет даже ехать,

На съезд к царю и на потеху...

И он, попарившись изрядно,

(Что говорить мужик опрятный)

Пошёл в дорогу собираться,

И кремом детским натираться.

В карете можно отдохнуть,

Не близким будет этот путь.

Глаза закрыл устало он,

И вдруг увидел страшный сон:

Что едет на коне по лесу,

А меж деревьев скачут бесы ,

Кикоморы и водяные,

Да разные ещё иные.

И каждый тянет к Челубею Свои ручонки,

Не робея Достал свой меч наш богатырь,

Махнул рукой - упал упырь.

И голова его скатилась,

Куда-то вниз, и схоронилась...

Но тут туманом всё покрылось,

И в тумане растворилось.

Челубей пошёл же дальше,

Чуть волнуясь, но без фальши.

Вдруг пещеру видит он

(Да, скажу Вам, жуткий сон)

А в пещере этой змей,

Враг животных и людей.

Три главы на шеях длинных,

. ( Ишь, как вымахал, скотина!)

Жопу тонны с полторы

Облепили комары.

Он увидел Челубея

И сказал: "Я не имею

Никаких к тебе ответов

И поверь, базара нету,

Хоть сейчас вали домой,

Но братва подымет вой.

И поставит на понятки.

Ну а я в такие прятки

Не писался ноги бить.

Так что счетчик, стало быть,

. Мы включили. Да, братва?!"

(Молвит третья голова)

"Всё как есть, но ты малыш,

Не к сезону шелестишь

Ишь, разжалобил, гляди-ка,

Мол, иди домой, иди-ка.

Да тебя, за эти речи,

Я могу и покалечить.

Пасть порвать такому мало!"

(Средняя башка сказала)

"Ша, кончай гнилой базар!

Что, спустили лишний пар?

А теперь заткнитесь, кони,

Что забыли, я в законе!

(Молвит первая глава)

Что до этого козла,

Надо рвать как Тузик грелку,

Или зря забили стрелку?"

Челубей всё молча слушал.

Под собою сделав лужу.

Он как пень стоял на месте,

Как горшок залипший в тесте.

Даже в горле пересохло.

Тут он вспомнил - кошка сдохла!

Так и есть по той примете,

Что и жить на белом свете

Остаётся ровным счётом ерунда.

"Что, козёл я?! Ну тогда

Съешь говна не поперхнувшись!

(Молвил Челубей очнувшись)

Да тебе, гондон облезлый,

Моё имя - то известно?

Прежде чем батон крошить,

Надо имя-то спросить!"

И чтоб долго не ругаться,

(Что со змеем припираться).

Сплюнув смачно на лягушку,

Почесав свою макушку,

Челубей пошел в атаку,

-Сунул кактус змею в сраку.

И что б кактус тот не выпал,

Перцем он дупло посыпал.

Змей хотел уж было пёрнуть,

И хвостом сильнее дёрнуть,

Но в дупле почуяв жар ,

Выпустил лишь с ноздрей пар.

Челубей же в раж вошёл,

Из штанов достал свой кол,

И без лишней суеты,

В змея он вошёл. "Скоты!

Обозвать меня козлом.

Да тебе не член, а лом

В жопу надобно воткнуть

И там три раза повернуть!

И такого-то тритона

Я имею без гандона".

Змей одной главою плакал:

"Почему я не покакал?!

А теперь гляди запор,

Кактус там торчит как кол!"

"Что ты нюни распустил?

Или может ты забыл

Кто над парнем насмехался,

И убить его пытался.

Я открыто заявляю..."

(Молвила глава вторая)

"Да заткнитесь разом оба!

. Подлецы, что негде пробу

Вам поставить. Хотя стой.

Уже ставят пробу. Вой,

Проси пощады, или плачь

Он судья нам и палач!

Три башки конечно это

Хорошо, коль для совета.

Только братцы вот беда,

Жопа-то у нас одна!

Говори не говори,

Если было б жопы три,

Тут и не было б проблемы

Что сказал, ответишь в тему,

И не словом, а дуплом.

Но своим дружок, потом...

Нету братцы сил терпеть ,

Лучше сразу умереть!"

И издав протяжный вой,

Резко дёрнув головой,

Змей упал на бок и сдох,

Обосрав немного мох.

Челубей в ручье помылся,

Там же у ручья побрился.

И зажег свечи огарок.

Он вошел в пещеру. Ярок,

Был свечи огонь обычной.

По ступенькам, по кирпичным,

Челубей спустился вниз.

Вдруг раздался чей-то свист.

Что-то эхом отозвалось,

И внезапно оборвалось. ..

Вдруг, пред очи Челубея,

Без одежды, вся бледнея,

Дева чудной красоты появилась,

"Кто же ты?-- тихо молвил Челубей, -

-Да ответь мне не робей!

Всяко в жизни я видал,

Но в тебе Господь собрал,

Самой чистой красоты

Все прекрасные черты.

Ты вошла в меня с любовью

И теперь тебя лишь с кровью

Можно оторвать от сердца.

Всё ,уже закрыта дверца.

Птичка в клетке золотой,

Будешь ты всегда со мной!

Так скажи как звать тебя,

Моё милое дитя?"

И девица отвечала,

(Улыбнувшись для начала)

"Ты приятен как мужчина,

а зовут меня Галина.

Но за то что пахну я

Все зовут меня друзья

Не подругой, не сестрицей,

А Дерьмовочкой девицей...

Но идти уж мне пора.

Слышишь стуки топора?

Это знать меня зовут.

Находится долго тут

Мне, увы, запрещено!"

-Но постой!" "Без всяких но!"

И она исчезла вдруг

Вызвав у него испуг.

Он на шорох обернулся

И, как водится"', проснулся.

"Ну и сон. Вот это да.

Что, въезжаем в ворота?

Нас встречает царский двор

Фаворитки, прокурор..."

Челубей сошёл с кареты

Сплюнул влево для приметы.

И вошел в дворец царя

(Ничего не говоря)

Царь сидел уже на троне.

Челубей в полупоклоне

Поздоровался с Царём

(Храбрецом, богатырём)

"Здравствуй, здравствуй друг мой милый

Рад что жив, а не в могиле .

Ты приятель до сих пор.

А народ твердит что вор

И бандит наш Челубей...

Да садись ты, не робей!

Что - бы мне не говорили,

На тебя не доносили,

Им скажу я, не шутя,

Что всегда любил тебя!

Так что сядь со мною рядом ,

Обижаться-то не надо

. На Царя, мой верный друг.

Что привёз, каких подруг?

Что в коллекции твоей

Из новинок Челубей?!"

"Для твоей утехи Царь,

Мне и жизни-то не жаль!

Ну а девки, что из свиты,

Все готовы и умыты

Ждут за дверью всей толпой,

Чтоб предстать перед тобой."

"Что ж , зови скорей сюда их.

Сам молчи, я отгадаю,

Кто из них и что умеет,

Девки свиты Челубея. . .

Так, опять привёз мулатку,

Хорошо играть с ней в прятки,

Что за попа, что за грудь!

Дай пощупать и взглянуть...

Вновь туркменка клиторманка,

Снова сёстры лесбиянки. . .

Стар ты стал совсем дружёк,

Новеньких достать не смог?

Огорчил ты старика

Нету радости пока"

"Что сказать, я виноват.

Я и сам достать бы рад,

Только где ж её найдешь.

Это ведь не глист, не вошь!

Не поймаешь под рубахой,

Сколько не ищи, не ахай.

Чуть не так, так сразу плохо,

Всюду ищет он подвоха.

Справедливость не для нас,

Издавай скорей указ,

Что б казнили Челубея.

Да не медли же, скорее.

Голову руби мне с плеч,

Вот глава, а вот и меч!"

"Ишь, обиделся герой,

Встал с поникшей головой.

Ладно, не грусти дружок,

Скушай лучше пирожок.

Да не тот, возьми другой,

Тот был с ядом, ишь какой!

Ты живой покашто нужен

Ну а тот что с ядом, ужин

Для других берёг гостей.

Успокойся Челубей!

Ну так вот, сказали люди

Есть девица, дочка Люды.

Мол небесной красоты.

Не ужель не слышал ты

Про цветочек этот милый?

Мать её давно в могиле.

Про отца молчит разведка.

С ней живут лишь бабка с дедкой.

Лишь одно её гнетёт,

Что такая вонь идёт,

От неё и днем и ночью,

Что дружить ни кто не хочет

С той девицей из ребят,

Даже плотник ,что горбат. . .

Челубей Царю внимал.

Сам же сон свой вспоминал:

"Что же это, совпаденье?

Или может проведенье".

Сон. Мелькают в кадрах лица,

Вот змеёныш, вот девица.

От судьбы ты не уйдешь.

Кабы знать, едрёна вошь.

Да и где искать пещеру?

Если б карту для примера

Дали мне, да ещё компас,

Так и не было б вопроса.

Но Царю же не перечить

Так что груз на эти плечи

Возложил янепростой.

Но куда идти? Постой!

Надо ехать на восток.

Путь опасен и далёк,

Только мне-ль чего бояться?!

Это нас остерегаться,

Все должны, что на пути,

Знать, что к нам не подходи!"

И Царю отдав поклон,

Из палаты вышел вон.

4

. Где же Галочка краса,

Что до пояса коса?

Вон она по, лесу ходит,

Но дороги не находит.

Хочет пить и голодна,

Страшно ей. В лесу, одна.

Тут, наверно, есть и волки,

Жаль что дедову двустволку

Не взяла с собой в дорогу,

Да и толку-то, ей богу,

Ей от ружей, топоров.

Ужин нужен ей и кров.

И Галина зарыдала.

"Зря из дома убежала!

Пропаду в лесу я этом,

В своей жизни не изведав ,

Наслаждения любви.

Ой вы груданьки мои!

Вас не мяли мужики

Не крутили вам соски.

Ой ты писанька, малышка,

Мужика большая шишка

Не пердолила тебя .

До утра ебя, ебя.

. Знала ты .лишь огурец,

А не милого конец.

Значит, здесь мы пропадём

И дороги не найдем..."

" Вдруг Галина слышит вздох,

А за ним и ах, и ох.

И взглянув, откуда звуки,

Подняла в испуге руки,

Потому что перед ней

Семеро стоит детей!

Только нет, ребята эти,

Кажется совсем не дети.

Пригляделась лучше, тьфу ты !

Это были лилипуты.

Да один другого меньше.

Смотрят так, как-будто женщин

В своей жизни не видали.

Члены из штанов достали

И пыхтя на Галю дрочат,

А Галинка то хохочет,

И ложиться на траву,

Рот открыв, да на спину.

Что бы сперма лилипутов

Не досталася кому то.

Те же Галину обступили,

Спермой ей лицо залили.

И потрогав грудь упругу,

Все пошли ещё по кругу...

Солнце встало из-за ели.

Галя, словно от похмелья,

На траве лежит помята,

Эти милые-ребята,

Тоже рядышком лежат

Лишь сопят и чуть пердят.

Галя встала, потянулась,

Птичке мило улыбнулась.

Вдруг увидела избушку

(Тут-же рядом на опушке)

и на ёлке, что в кустах ,

Лилипутов синий стяг.

"О, и душик тоже есть!

Нет, видать остануёъ здесь.

Ну а что богатыри?

Эти тоже, хоть малы,

А молотят как конвеер.

Так что нужен только веер,

Что бы мошек отгонять.

Так, чего на жизнь пинять?

Как должно было случиться,

Так и есть, Пойду-ка мыться..."

И она шагнула в душ,

Чтоб помыться, и к тому ж

Привести себя в порядок.

Душ с утра, о как он сладок...

Малыши ж , что там лежали,

К двери душа подбежали.

И по росту став у двери

Молча в щёлочку глядели,

Как Галина попу моет.

Представление такое,

Вдруг прервал знакомый голос:

"Эй друзья, сказал мне полоз,

Что у вас живет девчонка.

Всё при ней и голос звонкий.

Где-же прячете красу?

От друзей в моём лесу!

Вот вы гадкие какие

Что всё прячите от Вия!"

Как, она закрылась в душе?

Не хочу я больше слушать,

Подведите Вия к дверце.

Ох, как бьётся моё сердце.

Веки, веки поднимите,

Да ведите же, ведите!

Боже мой, какая грудка!

Я влюбился не на шутку".

"Ты кончай Виёк мутить,

Можешь про неё забыть!

Потому, что нашу Галю,

Мы и сами не ебали!

Да она, не падай с места,

Ведь Кощеева невеста!

Ты сдержи свою потугу,

На Кощееву подругу

Можно только нам дрочить,

Спермой ротик ей мочить.

Слышишь каркнула ворона,

Скоро он определённо,

Знать прибудет в нашлесок.

Так что собирай-ка сок,

Что б ему приподнести,

Чем и жизнь себе спасти!"

Вдруг раздался страшный грохот,

А за ним ехидный хохот.

Дымом чёрным всё вокруг

Вдруг. покрылось, И испуг

Охватил всех лилипутов.

И буквально чрез минуту

Все увидели Кощея.

Сердца в теле не имея,

Он был бледен, словно мел.

"Как же ты подлец посмел

Свой вонючий огурец,

Липкий словно леденец

На мою невесту вынуть?!

Подожди-ка, дай прикинуть,

Как теперь с тобою быть?

Может сразу замочить?

Превращу тебя я в мушку,

Или в жабоньку-лягушку!"

"Ой кормилец, ой отец.

Я скотина и подлец!

О пощаде я молю,

Больше матери люблю,

Я тебя, отец народа.

Дай мне жизнь и дай свободу.

Ну а я, как верный пёс,

Буду преданный до слёз!"

"Ладно уж, ступай домой

как тебя там - Вий, иль Вой?!

Я тебя прощаю к слову.

Но смотри уж, коли снова

Ты мне встанешь на пути,

То от смерти не уйти!"

Вий довольный убежал,

А Кощей тихонько ждал.

Ну когда же выйдет Галя,

Познакомиться сначала

Он решил вот прямо тут,

(Этот Коша, баламут).

Тут вдруг дверца заскрипела

И Галина, чуть несмело

Вышла к Коше на полянку

А рубашка на изнанку

Попку еле прикрывала.

у Кощея баб немало

Было за полтыщи лет

Но такой фигуры, нет!

Он не видел никогда.

Сёла, горы, города

Всюду он бывал по службе.

Бабу, если только нужно,

Он любую брал в гарем,

(Дав ей в ротик перед тем)

Но красавицу такую,

Да ещё и молодую...

И он молвил для начала:

Я навеки раб твой Гала!

Будь же мне женою верной,

Но смотри, что заизмену

Я тебе пизду замажу,

Так что сесть не сможешь даже!"

"Ты чего, пенёк трухлявый,

Хвост раскрыл, как будто пава?

Не дави здесь пасту тюбик

Что потом расскажут люди?!

Нет, смотри честной народ,

В жёны он меня берёт.

Ну а чем ты ночью будешь,

Коль, конечно, не забудешь,

Молодой жене втыкать,

Иль мизинцем колупать?

Так на то есть друг Тимошка,

Лилипутик , моя крошка.

Член сначала покажи,

И как звать тебя скажи!"

"Ну не баба, а огонь!

Ей в постели нужен конь.

Нет, ещё раз убеждаюсь,

-Никогда не ошибаюсь!

Я её приметил сразу,

Как отшила-то, зараза.

Но претензий не имею,

Быть тебе женой Кощея! .

А конец - смотри Галинка,

Вот она моя-дубинка!

Сантиметров сорок пять,

Можешь взять её помять. .

Что, теперь-то ты довольна?!"

"Мне не будет очень больно,

Если ты в меня войдешь?"

"Да ты что, ещё споёшь

Ты от радостной утехи.

Но скажу тебе без смеха

Что детей у нас с тобой

Век не будет. Нет, постой,

Ты не думай, я здоровый,

Хотя в общем-то бескровный.

Нет бровей и нет ресниц,

А ещё я без яиц!

Яйца Кошеньки в ларце,

А ларец тот во дворце.

Кто яички разобьет,

Тот и Кошеньку убьёт".

Не успел он кончить фразу,

Как Галиночка, зараза,

Со всего размаху в пах,

Стук его ногою. Ах!

Крикнул Коша и согнулся,

На земь пал, перевернулся.

И меж ножек ручки сжав,

Он кричал: "Вот это нрав!

Дура! Смерть моя в яйце,

Да не в этом, а в ларце!!!

Аж свело суставы, плечи,

Ты ж могла и покалечить.

Стой-ка девка, может кто-то,

Есть на свете, что охота

Тебе с ним быть, не со мной,

Что краснеешь-то, постой!

Ну, скажи мне не робея

Кого любишь?" "Челубея!

Да Кощеюшка отец.

И хоть твой велик конец ,

Сердцу девки не укажешь,

Ведь ему ты не прикажешь.

И уж коль оно полюбит,

То с любовью так и будет

Верной, преданной ему,

Господину своему.

Так что рви меня на части,

Насылай на жизнь напасти

Я другому знать невеста,

И с другим моё-то место!"

"Молодец Галинка, дочка.

Это был экзамен, точка,

А теперь все во дворец

Там сварили холодец.

И другой еды навалом

Для гостей еда вся даром

Ты живи там без забот,

Лилипуты, пёс и кот

. Будут все тебе служить,

Убирать, еду носить.

Там глядишь и Челубей

К нам приедет. Голубей

На разведку я пущу

И на радостях прощу

Всех кто мается в темнице,

Пусть помоют руки, лица

И приходят к нам на пир .

Будет радость, смех и мир..."

Спит прислуга во дворце,

Галя ж ,с грустью на лице,

Опечалена лежит.

Нет она ещё не спит.

Что же вновь её терзает?

Галя в мыслях вспоминает

Здоровенный член Кощея,

В сексе опыт не имея,

Ей так хочется чтоб он

Встал пред нею, словно кол.

И она, в порыве страсти,

(Начинаются напасти)

Прямо к Кошеной кроватке

подошла, что бы украдкой,

Может быть в последний раз,

Он предстал для этих глаз...

Коша ж тихонько сопел,

Член его как шланг висел.

"Что ж, прощай," - сказала Галя,

- -Так с тобою нам не дали

Хоть разок соединится.

Но невесте не годится,

Быть до свадьбы с мужиками.

Это, если вот руками,

Прикоснусь к нему украдкой.

Поцелую, что б помадкой

Как печатью всё скрепить

Спермы Кошеньки испить.. .

Но ,как только прикоснулась,

Как под током отшатнулась.

И упала на пол сразу,

Вся покрывшись едким газом.

А Кощей в слезах кричал:

(На себя же он сердчал)

Ах я ржавая булавка,

На хую я бородавка!

Доченьку не уберег

Упредить её же мог,

Что в моём конце таится,

Жизнь и смерть волной кружиться.

Коль стоит мой член как палка,

Жизнь он сеет, что не жалко.

Ну а коли вниз повиснет

Значит нету больше жизни.

И кто писеньки коснётся,

Никогда уж не проснется!

Отнесите Галю в будку,

Мою птичку незабудку!

И поставьте гроб из глины

Что бы запах от Галины

Не разнёсся во дворце! "

Молвил Коша на крыльце...

5

Ночь. Из звёзд ковёр небес,

Челубей въезжает в лес.

Хоть не робкого десятка,

Но дубинку, для порядка,

Держит он наизготовку.

Если что ,чтоб врезать ловко.

Вдруг избушка, не избушка,

У окна сидит старушка,

И печально смотрит вдаль.

На старушке этой шаль.

Челубей с коня слезает

И избушку призывает:

"Ты избушечка избушка,

Отвернись ты от опушки.

Я не буду больше гадом,

Повернись ко мне ты задом,

И немножечко пригнись

А теперь не суетись!"

"Ишь ты вымахал детина!

Что надумал то ,скотина.

Изнасиловать избушку

Не бабусеньку старушку,

Коль не можешь ты иначе,

Лучше б смазал передачу.

Слышишь, как скрипит избушка?

Так что спрячь скорее пушку,

И в калитку заходи.

Только дверь не повреди!"

Челубей в избу вошёл, -

Тут же плюнул он на пол.

Сел к столу, достал табак

И сказал старухе:

"Так, значит ты живешь одна

Тут в лесу. И голодна

Часто бабушка бываешь,

Как еду ты добываешь?"

" Тяжела старухи доля,

Всё одна, и если боли,

Или скажем там мигрени,

-- Или нету настроенья

-- Некому и пожалеть,

-- Приласкать, иль песню спеть.

-- А еда, чего тут врать

Надо кушать добывать.

Но сегодня пир горой,

Ведь пришёл такой герой,

И красавец богатырь

Закачу я славный пир,

И сварю я холодец.

Так что лезь - ка ты, малец

Прямо в мой котёл ,что в печке,

Будешь вместо ты овечки".

"Что ты ,бабушка Ягуся ,

Помогать тебе клянусь я.

Только как залезть в котёл?

Я ж не лось, не гусь, не вол.

Покажи мне для примера,

"Ишь какого кавалера

Мне сегодня черт прислал,

Жаль росточком только мал".

И старуха, печь открыв,

На карачки встав. Нарыв

Оголился на ноге.

Молвил Челубей: "Эге!"

И не долго размышляя,

На ходу штаны снимая,

Бабкин разорвав подол,

Прямо в жопу ей вошёл.

Бабка крякнула как утка,

(Испугавшись не на шутку),

Но зажата была в печке.

"Ничего себе местечко

Что- бы девственность терять,

Как ебёт, едрёна мать!"

Бабка в такт его движенья,

Не меняя положенья,

Двигалась вперёд, назад

(Ох как шпарит быстро гад!)

Он же ход не замедляя,

Ей кишечник прочищая,

Вопрошал: "Скаж:и-ка мать,

Где Кощея мне сыскать?"

"А зачем косатик нужен,

Или ты с Кощеем дружен?"

"Что дружить с таким мудилой?

Лучше мне быстрей в могилу!

Потому ,что тот козёл

Девушку мою увёл".

Тут бабуля встрепенулась

К Челубею повернулась.

И промолвила в экстазе:

"Ой милок, в твоём рассказе

Вижу боль я и тоску,

А Кощею, мудаку,

Отомстить давно пора бы,

От него страдают бабы.

И такого мудака,

Не поймали мы пока.

Коли хочешь с ним сразиться,

И в бою с врагом добиться

Преимущества и силы

(Подойди поближе милый)

слушай бабушку Ягу,

Я советом помогу!

Ну так вот , у дальней речки,

В тихом потайном местечке.

Дом стоит в лесу глухом

Не дворец, а просто дом.

В доме том братки живут

И со всех оброк берут.

Говорят что эти кони,

Ходят под вором в законе.

Есть разборок отголоски,

Что братки те отморозки.

Так что ты, богатырёк,

Поезжай-ка в тот лесок.

Наведи порядок в лесе,

Ведь в твоём же интересе,

Тех бубновых развести

И лесной народ спасти

Что, какая связь с Кощеем?

(Этим высохшим пигмеем)

Да братья в его команде.

И чуть что, он звонит банде:

Так и так братва, займитесь ,

С фраерочком разберитесь.

Ну а те служить-то рады

И крошат людишек, гады!

Так что ты не сомневайся,

В путь-дорогу собирайся.

И скачи всё на восток

Там и встретишь их, милок!"

-Челубей ,вскочив в седло,

В путь пустился. Западло

Было медлить Челубею.

Ну соколик, я хуею,

Как наживку заглотил,

Даже чаю не попил.

Как в дорогу торопился,

Не поел и не побрился!

Слышишь, Котенька пушёк?

Ты за ним беги, милок.

И его опереди,

Да братков тех упреди. .. .

Убежал, у , кот облезлый.

Он в хозяйстве бесполезный,

Но в интригах грязных с ним,

Он , скажу, незаменим!

Яду в чашечку плеснуть,

Документы умыкнуть,

Развести двух голубков

Это он всегда готов. . .

Челубей с братвой схлестнётся,

Тут уж кровушка прольётся.

Коли Челубея кончат

Буду я смеяться звонче.-

Коли он братков завалит

И к Коще.юшке отвалит,

Тоже, в общем то не плохо,

Ну а коль удастся лоху

И Кощея победить.

(Эти кости завалить)

Стану я царицей леса,

Ну а дочь моя принцессой.

Так что как тут не прикинь

(В жопу всунь, иль снова вынь)

При любом милок раскладе,

Не останусь я в накладе...

Челубей в глубокой чаще,

Видит ручеек журчащий.

И на правом берегу,

Под себя подмяв ногу,

Восседает Соловей.

Ростом как и Челубей,

Только вот фингал под глазом,

И одет не по указу.

Челубей его спросил:

"Кто Соловушку побил?

Кто такому молодцу

Бил ногою по лицу?"

Отвечал ему разбойник,

Соловеюшка крамольник:

"Сколько лет я уж в лесу

Ты спроси сову, лису,

Все ответят, стар и млад,

Что соловушка не гад. .

Да, бывало, что свистел

На людей, кто очень смел,

Но всё делал по закону,

Говоря врагу с поклоном.

Здравствуй милый человек.

Будь хохол ты, иль узбек,

Или с мафией повязан,-

Оплатить проезд обязан

Через тихий наш лесок.

Так что брось- ка кошелёк.

Ну а коль полезешь в драку,

Я тебе пиявку в сраку

Запущу, что бы она

Бултыхалась средь говна.

Если ж это не поможет,

Соловей ведь свиснуть может.

Да с такою силой друг,

Что кустарники вокруг

И деревья и цветочки,

И трухлявые пенёчки,

Всё с корнями полетит ,

Раскудрит твой ангедрит..".

И поверь мне Челубей,

Не было ещё людей

Кто со мною бы тягался,

Надо мною насмехался .

Но вчера осечка вышла

(Что б ему ногою в дышло).

Рассвело я на посту.

Слышу всё аж за версту.

Час проходит, три часа.

Уж слипаются глаза,

Но никто не едет к лесу.

Хоть какого бы повесу,

Или дядю занесло,

Или девушку с веслом.

Вдруг я слышу конский топот,

Меж деревьев чей-то ропот.

Ну, подумал я - удача!

(Не могло и быть иначе)

Притаился, тихо жду,

(Кабы знать, что на беду!)

Вдруг увидел , что за чудо,

Не поверишь, гадом буду...

Предо мною конь - не конь ?

Бьёт копытом, бздит, что вонь

Уж пол-леса отравила

(Это правда чудо было)

Сверху получеловек

Снизу конь такой, что век

Ты не сыщешь, не ищи.

На ногах, груди прыщи...

Я конечно по уставу

Всё сказал, но конь по нраву

Стал плеваться и грубить.

Я хотел ему набить

По понятиям табло.

Ведь скажи - мне западло

Что бы этот полуконь

Разводил такую вонь!

Но когда я замахнулся,

Этот лось чуть-чуть пригнулся

И приёмчиком забытым

Дал по яйцам мне копытом.

Я ж к сараю побежал.

Этот наглый мадригал

Тоже следом поспешил.

И уже у входа был...

Так что я перекрестясь,

За минуту помолясь,

Голову воткнул в стожок.

Но лишь так, что между ног

Видеть мог врага личину

(Эту гадину, скотину!)

Молча он стоял у входа,

Перекрыв мне путь к отходу.

Вдруг напрягся, наклонился,

(Я ещё раз помолился)

Пёрнул он, потом завыл,

Морду грозно опустил.

И к стожку быстрей пошел.

Член его как будто кол

Между ног торчал упрямо.

И в земле проделав яму,

Словно плугом борозду,

Он всё шел, мне на беду. . .

Вот уже мне дышит в сраку

(Тот бычара забияка).

Тут я дал по ноздрям газом.

(Что не нравится зараза!?)

Он отпрянул, отрыгнул

Что то мыкнул И икнул...

Положенья не меняя

Я подполз до негодяя.

И, чтоб долго не играться,

Дал ногой ему по яйцам.

И чуть хвост ему подняв,

(Чтоб смерил он гордый нрав),

Я ему что было сил

В жопу палицу вонзил!

Он завыл,

Рванулся из последних сил.

И ругаясь как сапожник

(Этот полуконь безбожник).

Всё копытом землю рыл.

И украдкой норовил

Мне по яйцам дать копытом.

Я ж до пояса корытом,

Как щитом закрыл свой низ,

Мол давай, пытайся - плиз. . .

Только вдруг он изловчился.

И копытом исхитрился

Мне по морде так ввернуть,

Мол свистеть дружок забудь!

Потому как зубы все

Вон, валялись на траве.

Я взбесился не на шутку.

И схватив весло из будки,

Стал Кентавра молотить

По хребту, что б приводить

Эту гадину к порядку.

Он же выл, пердел украдкой

И просил его простить

И на волю отпустить.

Я уж сердцем и простил,

Но руками молотил.

Только к вечеру устав,

Обломав коняги нрав,

Я пошёл в сарайчик спать,

(Не забыв его связать).

Вон валяется в сарае.. . "

"Да, тебя я понимаю!

Ты решил всё по закону.

И решения иного

Что же было ожидать?

Заслужил, так надо дать,

Негодяю по рогам. .

Так что был проучен хам!

Дай взглянуть мне на коняку ,

После этой жуткой драки.

И пошли они к сараю,

(Посмотреть на негодяя)...

А Кентавр лежал на сене,

Обкурившись. На измене

Был он после этой драки.

"Ну народ, пиявку в сраку!

Мало мне проблем по жизни,

-Думал коник с укоризной,

--Угораздило родиться

Недоношенным в больнице.

Да когда меня зачали, .

В радиацию попали.

Мама на конезаводе,

Пропадала на работе.

И влюбилась в жеребца,

(Как вы поняли в отца).

Каждый день её утюжил,

Ведь не звался, был ей мужем.

А она, (дурна девчонка ),

Всё мечтала о ребёнке.

Только вот не получалось ,

Как она не извивалась.

И не тужилась она,

Наполняема сполна

Всё ни как не зачинала.

Аж по десять раз бывало

Он её долбил -в _кладовке.

На столе и на циновке.

Кама сутру всю до корки

Прочитали между поркой.

Но ни что не помогало.

(Знать чего-то не хватало)...

И она пошла к старухе,

Сватье бабе повитухе.

Та ей сразу пояснила:

"Коли хочешь, чтобы с милым

у тебя ребёнок был,

Ты должна вперёд кобыл

В ночь заветную и час

(Чтоб никто не видел вас_)

Голая пойти на поле

И резвиться на просторе.

И, как только час пробьет,

Из земли родник забьет,

Но с водою непростой

(Не крутись ты, тихо стой!)

А с живою из криницы.

Ты её должна напиться,

Окунувшись с головой.

Но когда услышишь вой ,

Притаись, замри статуей,

Без движенья. Ни в какую

Несмотри девчина взад,

Ведь потом и сам не рад

Тот, кто в страхе обернётся.

А кто выдержит, вернётся

Жив, здоров, в родимый дом.

И как водится, потом

Лишь минует нужный срок,

Будет дочка иль сынок!"

Ей поверила маманя,

Сбегала помылась в бане.

Причесала верх и низ ,

(Показав в окно стриптиз).

И дождавшись нужной даты,

(Почесав лобок мохнатый).

Встала в поле средь кобыл .

(Я,конечно там не был),

Но скажу, картину эту,

Гениальному поэту

Лишь по силам описать,

(Мы же можем лишь гадать).

И она вся в свете лунном,

В табуне кобылок шумном ,

Вместе с ними развлекалась,

По росе ночной каталась...

Вдруг у самых её ног,

(Словно маленький цветок),

Родничок младой забился,

Бриллиантом заискрился.

И пульсируя несмело,

Поднимаясь то и дело,

Родничок всё рос и рос.

Не скрывая счастья слёз,

Девушка к нему припала.

И пила и целовала...

Вдруг на корточки присела ,

(Наклонившись неумело)

В воду тихо посмотрела,

Что имела, не имела!

И нырнула с головой.

Вдруг сквозь .воду слышит вой.

Да такой ужасно страшный,

Что огромные мурашки

Побежали по ногам.

Боже мой какой же срам,

Что я голая тут раком,

Как облезлая собака

Всё чего-то ещё жду.

Кто поймет мою нужду?!

Нет, напрасно я пришла,

Лучше б я к врачам пошла.

И ,решив уйти домой,

Вдруг услышала тот вой.

Но уже гораздо ближе,

И как будто кто-то лыжи

Её п оставил на бока.

Чья-то сильная рука,

Грудь её сдавила сразу

И в пизду, как по приказу ,

Чей-то крепкий член вошёл.

"Боже мой, как хорошо!

Ну входи, входи же, милый,

Не жалей ты жизни силы.

Видишь соком истекаю

Как свеча в огне я таю.

Но молю я не жалей,

А любовь мою испей!"

И в экстазе утопая,

Ничего не замечая,

Лишь любви желая страстной,

(Уж не слыша вой ужасный),

Вдруг девица обернулась,

-и как будто бы проснулась...

Нет, в неё входил не парень,

Не купец и не боярин,

Не солдат, не новичок,_

А горбатый старичок.

Мандавошки на усах

В бородавках и прыщах

Всё лицо и руки, лоб

За спиной огромн.ый горб.

Он улыбкой оголил

Ряд зубов гнилых. Убил

Он девицы нежный пыл

"Лучше б ты конягой был!

Это было бы приятней

Чем такой сморчок развратный!"

Прокричала дева в гневе, -

И он влил ей в матку семя.

" Сгинь, исчезни мразь, слизняк,

Ты из задницы червяк!"

Вдруг исчезло всё в ночи.

(Нет ни лампы, ни свечи)

Ног не видно под собой.

Снова вдруг раздался вой.

А за ним скрипучий голос

Да такой, что дыбом волос

Даже на лобке поднялся

Голос же не прерывался:

"Ты красавица мечтала

принца семя для начала

Что тебе дадут в подарок,

А пришёл старик, что жалок?

Да уродлив, горб на нём

Так что лучше лечь с конём?!

Ну, так знай, что ты родишь,

Будет всем красив малыш.

Сильный, смелый, чёрный волос,

Только человек по пояс.

Сверху только человек,

Снизу конь такой, что бег,

Стройность ног, размер копыт

Да и общий парня вид ,

Позавидует любой. . .

Погоди ещё , не вой.

Так он будет безучастен

Без семьи, во всём несчастен.

Но всё может изменится,

Коли встретит он жар-птицу.

И она ему подарит.

Не супец, сама что сварит,

Без крупы из топора,

А красивых три пера.

Вот тогда он превратится

Снова в парня, а жар-птица

Будет спутницей ему. .

Так решили. Посему

Я на этом попрощаюсь.

Что не так, я извиняюсь.

В общем всё, иди домой,

Больше не услышишь вой. .."

Старичок тот испарился.

Через срок и я родился.

Как подрос уюел из дома.

Да и что сидеть такому?

Девки, те что из посёлка,

Надо мной шутили колко.

Мол, коль я в кого войду,

Принесу я ей беду.

Потому что моим членом ,

Лишь сбивать у пива пену.

Ведь и в правду, моя писька,

. Как огромная сосиска_

Где-то дюймов двадцать пять,

(Повар лазил измерять)...

В общем, где я не бывал,

Всюду грязь, дерьмо и срам.

Но волшебную жар-птицу

Не встречал нигде, куницу

Посылал в сады в разведку,

Ставил и силки и клетку ,

Только нету мне удачи..."

Челубей ответил плача:

"Слушай милый мой конёк!

Как тебя там, Горбунок?

Я тебя возьму с собою.

И не будет мне покоя

Коль не сыщем мы Жар Птицу,

А уж там повеселиться,

Предоставлю я тебе.

Не грусти, в твоей судьбе,

Есть видать и счастья пятна.

И не спорь! Тебе понятно?

Коли так, нам в добрый час.

Всё пошли, слыхал приказ?!

И они пустились В путь,

Что б придти куда-нибудь.

Долго ехали, аль нет,

Я не дам на то ответ.

Только кончились продукты:

Сухари, лепешки, фрукты.

И не стал бы так вопрос,

Коли был бы денег воз.

А в карманах денег нет

"Что же делать, дай совет?

-- -Молвил грустно Горбунок,

-- --Словно мы мотаем срок

По лесам и по горам

Ты скажи мне, как быть нам?"

"Что ты загрустил дружок,

Мой хороший горбунок.

Нам ещё полдня пути,

Что бы к городу прийти.

Ну а там и поедим,

На людишек поглядим.

Да, конечно, ты устал,

Ведь без отдыха скакал.

Потерпи ещё немного,

К приключениям дорога

Нас ведет в Град Менисами ,

Славиться он чудесами...

У градских открытых врат,

Грозно стражники стоят.

Горбунка и Челубея,

Пропустили не имея

К ним претензий в ранний час.

"Видишь, как встречают нас.

Ничего дружок Горбунчик,

Вот увидишь, ты везунчик!

Вон гляди толпа народа?!

Нет ни входа, ни прохода.

Шум, как -будто водопад,

Все кричат и стар и млад.

И зовут скопленье точно

Это всё, базар восточный.

Вон смотри арбузы, груши,

Виноград уже засушен.

Мясо тяпки и посуда

Кольца, злато, изумруды.

Вот диковенные штучки

Ты смотри ,какие ручки!

Боже мой, а это кто же?

Что за пакостная рожа.

Видишь, в клетке там сидит,

И на нас в упор глядит.

Раз, два, три, он семиног!

Между глаз огромный рог

И смотри, он же хуями,

Словно баба бигудями,

Словно ёжик тот в иголках,

Весь утыкан снизу ловко!

Я хочу его купить,

Что бы дома посадить.

Митингуй не митингуй,

Семиногий пятихуй

Нам сгодится по хозяйству.

И отвечу без зазнайства

Что коллекция моя,

(Между нами говоря),

Славиться на всю округу.

И скажу тебе как другу

Ты в неё войдешь дружок,

Только дай на это срок.)"

"Да, но где достать денжат?

Был когда-то ты богат

И известен всякой твари.

Про тебя везде слыхали.

Там в краю твоём родном,

Здесь же в свете всё ином".

"Не грусти, приятель мой.

Я и с этою бедой

Совладаю, вот гляди,

Видишь крестик на груди?

Это крестик не простой

Этот крестик золотой.

И внутри , в укромном месте,

(Как в шкатулке в сейфе, в тресте)

Спрятан мною изумруд.

Ювелиры, коль не врут,

Он карат под двести будет.

Что сказать, такое чудо

Стоит много, много злата.

И тебя поршу как брата,

Помоги его продать

Ну на денежки сменять?!"

"Ладно, доставай булыжник,

Айвазовский, передвижник..."

Камень продали барыге.

Конь хотел толкнуть и книги,

Но барыга отказался

И с братвою распрощался.

Семиногова купили,

Сделку в кабаке обмыли.

И распив старинный ром,

Все пошли в публичный дом,

Что на улице центральной.

(Где фонарь висел хрустальный.)

Челубей зашел и сразу,

Девок в зале по заказу

Всех построил, посчитал.

Горбунок такой нахал,

Девкам тем велел раздеться,

На полу вокруг рассесться.

Семиногова в кружок

Он поставил, что бы мог

Тот до девочек достать.

Всем глаза им завязать,

Приказал он. По сигналу.

И хуи, как будто жала

Растопырил для начала.

Весь раздулся словно шарик,

Пискнул тихо ,_как комарик.

И на девок налетел.

Горбунок же песню пел.

О родимой о сторонке

Бархатистый голос звонкий

Бередил словами душу

И тоски на сердце стужу

Согревал, как стопка водки.

Вдруг он слышит голос кроткий:

"Как прекрасна песнь твоя

Чужеземец. И тебя

я готова слушать вечно,

Но, прости мою беспечность ,

Что тебе мешает жить?

Как сказать, а может быть,

Я смогу тебе помочь.

Расскажи, ведь эта ночь

Нам дана судьбою свыше,

Подойди ко мне поближе.

Я уже готова слушать".

"Что сказать? Такого мужа

Кто захочет себе взять.

Можно многих обвинять ,

Что родился я лошадкой,

А кому по жизни сладко?

Чудо может всё ж случится,

Если встречу я жар птицу.

Да ещё павлина эта,

(Так скажу я по секрету,)

Будет так ко мне добра,

Что подарит три пера!"

Говорит ему девица:

"Я и есть твоя-Жар птица!

Что, не веришь мне, конина?

А ведь звать меня Павлина!

Я с Украины, из Полтавы,

Там у нас сплошные Павы.

Ну а здесь средь басурман,

Набиваю я карман.

Но не свой, увы приятель,

А своей хозяйки, бляди"

и они пошли к ней номер.

Пирожки послал им повар.

Чтоб могли перекусить

И к любви знать приступить.

Горбунок же всё молчал

И девицу изучал.

Молча он лежал в постели.

"А она бабенка в теле.

Ишь какая жопа, грудь,

Есть что взять, на что взглянуть!

Только если эта Пава

Называется по праву,

Где на жопе оперенье?

Что-то я в большом сомненьи,

Что она подарит перья,

(Знать опять закрыты двери)

И не пробил звёздный час,

Эта песня не для нас!

. А с другово боку взять,

Почему не заебать

Мне к утру крестьянку эту ,

(Заплатил за всё монету)...

Подойди ко мне , Павлина,

Ты такого исполина,

Как мой мальчик не видала?

Так что лучше, для начала

Ты его возьми-ка в рот.

Что, знакомый поворот?

Падишах тебя накормит

А потом и в попу торнет.

Кушай, кушай, мой хороший!

Я тобой доволен тоже...

А теперь согнись-ка раком,

Попу я посыплю маком.

И войду в тебя разок.

Выпрямление кишок

Аж до самого желудка,

(Моя крошка, незабудка)..."

и он взялся за работу,

(Позабыв уже про рвоту.)

А она кричала жутко:

"Ты коняра проститутка!

Ты мне жопу всю порвешь,

(Ох, как жгёт, едрёна вошь!)

Коли знать, так не Павлиной

Назвалась бы , а пингвином.

Лучше жить в холодном крае,

Юга солнышко не зная,

Чем дождаться той минутки ,

Что б тебе ,как проститутке,

В рот налили полведра.

Черенок от топора,

В жопу сунув для забавы.

(Тяжела ты доля Павы!"

Горбунок долбил всю ночь.

Пава уж хотела прочь

Убежать, Да он словил,

В жопу колышек забил

И лежал усталый рядом,

Паве дав значок в награду.

Та немного отошла

И спросила Горбунка:

"Да, я как-то и забыла,

У тебя ведь справка была?

Ну что ты здоров, не болен,

На конец. Конечно волен

Ты совсем не отвечать,

Лишь на Павушку сердчать?"

"Да, конечно, справка есть.

Вот она, в кармане здесь!

А чего ты вдруг спросила?"

"У меня ведь тоже была

Справочка от венврача,

(Говорю я нешуча) ,

Только десять дней назад,

(Ты смотрю уже не рад?)

Я, такая вот кобыла,

Триппер где-то подцепила!

А к тому, что Спид уж был,

Я старшая средь кобыл"

Горбунок весь задрожал,

Член руками сильно сжал,

И заплакал молодец:

"Всё, пиздец, теперь конец

Мой отвалится к среде.

Ах ты ,мразь, да я тебе,

Сучка, ноги обломаю...

Но за что не понимаю

Ты меня так наградила?

Жаба , сивая кобыла".

А чего ты разошёлся?

Ишь, красавец мне нашёлся.

Да тебе, конёк горбатый,

Надо в жопу сунуть ваты,

И поджечь, что б тихо тлела.

Я бы песни тебе пела,

Мол баю, тебя баю,

Выпей кровушку мою!

Погоди. Ты сам сказал,

Кто-то мол тебе гадал,

Что спасёт тебя Павлина,

(Станешь снова ты мужчиной),

Если трахнешь ты её.

И она тебе своё ,

, Милый друг, перо подарит.

Не посылочкой отправит,

А сама тебе вручит.

Не одно, а сразу три.

Ну ,чего ты ещё хочешь?

Почему ты не хохочешь?

Всё сбылось, ведь я Павлина.. . .

Не Наташка, не Ирина!

Ты меня ебал, парнишка?

(Ну чего ты чешешь шишку.)

Признавайся, ведь ебал,

Извращенец и нахал!

Ну а чем я наградила?

Не рубашкой и не мылом.

Что же я тебе дала? .

Получил ты три пера!

Так что спи спокойно друг,

Не буди напрасно слуг.

И как только ты проснешься,

В человека обернешься...

Утром все опохмелились,

На телеги погрузились

И весёлым караваном

В путь пустились за туманом.

Челубей был командиром ,

(Девок признанным кумиром)

. Что б анархию присечь,

Он толкнул в обозе речь:

"Я, друзья, скажу вам кратко,

Ведь для вас всех не загадка ,

Что мы едем мстить Кощею.

Я к нему разбор имею!

Может, слово кто-то вставит,

Или в чём меня поправит?"

Сразу вызвалась Павлина:

"Гей, девчонки, у камина

Помните ,как мы мечтали

Теми жаркими ночами?

Изловить ту тварь старуху,

В жопу ей засунуть муху

И цемент в пизду залить,

За все муки отомстить!"

Бабы дружно загудели.

Знать причину-то имели

Разобраться с этой бабкой,

(Обкурившись раньше травкой),

Горбунок их вопрошал:.

"Чем же вам так помешал

Той бабуси жизни ход?"

"Издеваешься урод?!

Знаешь ты, что всю округу

Держит та бабуся туго.

Проституция , наркотик,

Всё у бабки в обороте.

Кто продал в бардель нас этот?

Что ж ты медлишь-то с ответом.

А семь братьев ей там служат ,

И ни с кем они не дружат..."

Челубей тут встрепенулся,

И на голос обернулся:

"Погоди, скажи как звать,

Ну старуху величать?

Уж не бабушка Яга

Эта старая карга?"

"Словно в воду ты глядишь,

Правду милый говоришь!"

"А раз так, я первый ,

Кто проломит череп стерве.

У меня к ней свой базар

Я сниму с неё навар..."

5

На поляне ,в центре леса

Двери на стальных завесах.

А вокруг дверей избушка

Трёхэтажная кадушка.

Лифт, фонтан, всё по поняткам,

Двадцать комнат, мрамор гладкий.

На веранде стол стоит

Этот стол уже накрыт.

Осетры, икра, грибочки,

Огурцы томятся в бочке.

Куры гриль, куски селёдки

И конечно много водки.

За столом братва сидит

Водку жрет, чуть-чуть пердит.

Вдруг заходит к ним бабуся,

Всем известная Ягуся.

" Всё гуляете браточки.

Не пора ль поставить точку?

Ох, беспечность эта ваша

Приведет к беде, и даже...

Чую близкую беду:

Утром утка на пруду

Померла один раз крякнув,

Лишь башкой о воду шмякнув.

Это знак, что близко враг.

Расслабляться нам никак

Не годится, так что вы,

Живодёры-и Орлы

Подтянитесь, бросьте пить

Чтоб злодея изловить!"

"Ну чего ты мать ворчишь,

Ложкой по столу стучишь?

Разбросала на пол фанты ,

Что нам эти диверсанты.

Я и шесть моих братьёв

Если надо пустим кровь

Целой сотне Челубеев

. И в натуре я имею

На разборке что сказать

Так что не хер пукать, мать!"

Вдруг в ворота стук раздался,

Взгляд старухи заметался

И она сползла под стол.

Братик взял с приставки кол

Крикнул громко у ворот:

"Кто мне мозги тут ебёт?

Кто тревожит наш покой ,

Отвечай же, кто такой?"

Вдруг он слышит женский голос.

. Глянул в щелку - черный волос

Груди, словно два арбуза,

Нарисована медуза

На лобке прекрасной девы

И как райских птиц напевы,

Голос звонкий трелью лил.

Он инструкцию забыл,

Распахнув ворота сразу.

И как будто по приказу

Ворвался во двор народ.

"Знать пришёл и твой черед,

Отвечать перед народом.

Нет пути тебе к отходу .

Хоть кричи, иль не кричи,

А по репе получи!"

И как дал братку дубиной,

(По делом ему скотине!)

Все по дому разбежались

И с братвой зверея дрались.

Челубей ворвался в зал,

Бабку Ёжку он искал.

Вдруг ,у мусорного бака,

Он увидел её сраку.

И с улыбкой сгрёб в охапку

И её, и зонт, и шапку.

Бабка в страхе заикалась,

И визжала и кусалась.

Он сказал ей тихо в ухо

"Что ты милая моя

. Разорви меня старуха,

Коль пришёл с обидой я!

Так ответь мне, где Галина,

Или я тебе, скотина

Матку выверну наружу,

Положив при этом в лужу!"

Страхи Бабки улеглись

"Не возьмёт мою он жись",

Про себя она решала.

(Я поплачусь, для начала.

Там, глядишь и злость пройдет)

- Ой вы люди, мои люди,

Что ж со мною теперь будет?

Обесчестил гад старушку

В прошлый раз. Забрал лягушку.

Ну, конечно, я вспылила

И Кощея очернила

Всё равно ведь это гад

Всем моим проблемам рад.

Ну а мне то каково?

Молча слушать от него

Что мол я ещё девица

Ну чему тут веселиться?

А ведь ты честнее их,

Знать теперь ты мой жених!

Ведь не бросишь ты старушку,

Свою первую подружку?!"

"Ты закрой гнилой базар,

Клюв раскрыла, кар да кар!

Первый я у ней мужик,

Во даёт, ну просто шик!

Это ж надо заморочки,

Да в твоей пизде , как в бочке

Можно с ходу утонуть

Коль ремнем не пристегнуть

Свою жопу к батарее.

Бабка цел ка, я хуею!

Ну, плешивая кукушка

Где сейчас моя подружка?

Говори, ведь я не вру

Словно жабоньку порву".

Ой, касатик, не сердчай. ,

, Может хочешь выпить чай?

Нет? Так нет, я не зануда

А с Галиной милый худо.

у Кощея в погребочке

На цепях в огромной бочке,

А скорее в саркофаге

В том, что склеен из бумаги,

С добавленьем белой глины.

В неё лежит твоя Галина!

Всё ты знаешь Челубей.

Больше Бабушку не бей.

Я тебе в знак дружбы личной

Водочки налью столичной.

Выпей милый, не прилично

Говорить старушке нет,

(Это правильный совет!"

Челубей взял кружку в руки

И сказал: "Мне грусти муки,

Что так близко расставанье.

Чашу эту на прощанье

Я хочу испить с тобой,

Моей милой и родной!

Так что пей родная первой

И не будь такою стервой.Вот глоток, ещё глоток.

Что с тобою, мой дружок?

Вдруг ты как то побледнела,

Изо рта полилась пена.

Глазки вышли из орбит

И в груди что-то шипит?!"

Бездыханный труп старушки,

Положил он на опушке.

Там же рядом и братву

Пололшли на траву.

Пленных брать они не стали,

Всех кто ранен, добивали.

Так что к ночи упригорка

Выросла из трупов горка.

А команда Челубея,

Сил уж больше не имея,

Собралася на совет.

Ехать дальше или нет.

Горбунок лежал изранен,

Был он хуем протаранен.

Пава рядышком сидела,

Ему жопой рану грела.

Семиногий, как ребёнок,

Тот что только из пелёнок ,

Плакал горькими слезами.

Один хуй в бою сломал,

Два, что снизу, ободрал.

Ну а тот, что был так мил,

Кто-то в свалке откусил!

. Так, что !как тут не толкуй

Он выходит однохуй!

Челубей их похвалил:

"Вы отдали много сил,

Но врага мы победили.

И трофей в бою добыли!

Но мне нужно снова в путь,

Даже что бы отдохнуть,

Нету больше ни минутки.

Вы ж теперь не проститутки,

А свободные селянки.

Постелили вам в времянке.

Зарина, Зухра, Аймина,

Гульчатай, Дюшес, Павлина...

Что ж , прощай мой Горбунок,

Ты мой преданный дружок.

Да и ты мой семиногий,

Мой приятель очень строгий.

Всем ни пуха ни пера,

Ну а мне, увы, пора".

Челубей вскочил в седло,

Прослезившись, западло

Плакать было Челубею.

Сил сдержаться не имея,

Он спеша пустился в путь,

Что б скакать куда-нибудь...

7

Во дворце Кощей грустил,

Мало ел и много пил.

И чему тут веселиться,

Когда милая девица

Не проснётся никогда

Ох ты горюшко, беда.

Вдруг зашел к нему полпред

(Всем известный жадный дед)

И с поклоном говорит:

"Челубей у врат стоит.

Что, позвать нам воеводу?

И призванье для народа

Огласить, мол все на бой.

Враг у стен стоит стеной!"

"Что ты старый разошелся?

, Генерал, гляжу, нашелся.

Да мне этот Челубей

Всех дороже и милей!

Он жених моей Галинке ,

Моей внучки, сердцевинки.

Так что пусть скорей войдет,

Что ж ты медлишь, обормот!"

Здравствуй, здравствуй богатырь

Не войну хочу я , мир.

А Галинка в погребе.

Ну пойдем. Хочу тебе

Я девчушку показать,

(Что случилось рассказать)...

В погреб не спеша спустились

На икону помолились.

В зале факела горели,

Освещая еле-еле

Пустоту холодных ниш.

Сырость склепа, смерти тишь.

В глубине пустого зала,

Весь в оковах из металла

Гроб висел ,цепями связан.

(Глиной был тот гроб обмазан.)

"Вот, смотри же богатырь,

Нету в нём щелей ни дыр.

Всё работы первоклассной

Что, со мною ты согласный?

В нём лежит твоя невеста.

Нет на свете лучше места,

Где покойника хранить.

Так что, милый, стало быть

Можешь ты её забрать.

Приказать упаковать?

Будет всё без промедленья,

Распишись о полученьи. . .

На телегу гроб закинув,

Взглядом грустным всех окинув,

Челубей пустился в путь...

Ночь спустилась, просто жуть

Ехать с гробом через лес.

Вдруг ему на перерез

Вырос из земли Лешак.

Пасть открыв, вдруг крикнет как:

"Всё, приехал ,тормози

И пощады не проси.

Буду Я немножко кушать

И мольбы пощады слушать.

Что молчишь, а ну постой,

Что ты прячешь за спиной?

И чего ты портишь нервы.

Что везёшь? Ого консервы!

Дай-ка гробик, ну же дай

Да подвинься, не мешай.

Всё равно тебе пиздец,

Так что лучше молодец,

Помоги его открыть

Чтоб покойника добыть".

и он гробик стал снимать

Чтобы из него достать. ..

Только взялся неуклюже,

Поскользнувшись в грязной луже.

И упал, гроб на него,

Лопнул весь и из него

Вылезла на свет Галина,

Отряхнув с одежды глину .

А Лешак раздавлен гробом,

Как в горах со скал сугробом.

Без дыхания лежал. .

Челубей не понимал

Что сейчас произошло

Что же Галеньку спасло?

А она с улыбкой милой

(Словно бы не из могилы)

Челубея вопрошала:

"Я о встрече не мечтала!

Обними меня дружок.

Ребятишек я, дай срок,

Нарожаю, штук двенадцать.

Только сексом заниматься,

Нужно регулярно нам.

Ну а если ты на дам

Будешь вдруг смотреть, подлец,

Я отрежу твой конец.

Что ты нюни распустил?

Запрягай скорей кобыл

И поехали домой

Мой хороший, золотой..."

ЭПИЛОГ

Много лет прошло с тех пор.

Но я слышал разговор,

Что Галина с Челубеем,

Десять уж детей имеют.

Горбунок и Семиног ,

Третий уж мотаю срок.

Банду черти сколотили,

Черной кошкой окрестили.

А Кощей лежит в больнице,

Чтоб немного подлечиться...

Вот и всё, рассказ закончен.

Может, в чём-то он не точен,

То не мне судить друзья,

Но без сказки нам нельзя!

...................


51