Здравствуйте, бронзовый мистер Хемингуэй. Мистер - не товарищ. Вроде писал правильные вещи про войну в Испании. С Фиделем - встречался. С местными рыбаками - братался. А с Кубы, после победы революции - убежал. Домой, в Штаты.
Куба, однако же, любит Хемингуэя. Особенно Кохимар. Чего ж не любить? От туристов нет отбоя - ресторанчики, сувенирные лавки. Начальная школа - обязательный бюст Хосе Марти перед зданием. Старинная крепостца: башенки смотрят на море. Всё тот же шестнадцатый век. "Часть системы обороны Гаваны" - как теперь выразилась бы Белкис. Маленький скверик на набережной. Бронзовая голова на постаменте. Пришли? Нет - это снова Марти. Хемингуэй - дальше. На возвышении, в маленькой ротонде.
Говорят, здешний памятник - первый. Поставлен местными жителями - в частном порядке. Дальше рассказы расходятся. Не то бедные рыбаки пожертвовали на металл для него свои якоря (бронзовые?), не то дружно ныряли в гавани, доставая со дна старые - короче, легенда. О любви - великой и взаимной. Работает: народная тропа в Кохимар протоптана основательно. И ничего, что кубинцы у Хемингуэя - в книгах - те ещё типы. Безответственные революционеры, грабящие банки. Убийцы. Контрабандисты. Опасные, беспринципные, себе на уме личности - глазами флоридцев.
Зато - нобелевскую медаль Кубе подарил. Библиотеку оставил - вместе с виллой. Народу - в пользование. Как информационный центр. Народ улыбнулся вежливо и сделал музей: что ему старые, в беспорядке расставленные книжки. Нормальных библиотек, что ли, нет?
В ротонде, при памятнике, дежурят кохимарцы. С гитарой и горшочком под мелочь. Сейчас споют. Для них добродушная голова на постаменте - точно "старик Хэм". Свой. Кормилец.
Краткий переезд - и Гавана. Гостиница "Ambos Mundos". Мемориальная доска - в лучших традициях. Здесь в течение семи лет жил и работал - не поверите - всё тот же Хемингуэй. В весьма скромном, надо заметить, номере. Из номера сделан музейчик. Гид говорит: "музейная комната".
Столик с пишущей машинкой - в стеклянном кубе. Чтобы туристы чего не напечатали. Кровать. Про кровать мы уже в курсе. Копия медали на стене - профиль Нобеля. Сначала подумал - Хемингуэя: тоже бородатый. Отдельно стоящая голова с бородой - как в "Руслане и Людмиле", только поменьше и без шлема - кажется, бронзовая. Таблички нет, но вряд ли Нобель. Флажки на маленькой копии "Pilar" - кубинский с американским. Фотографии, удочки, поставец с мелочами.
Книжные полки: "Старик и море" на разных языках. Русский? Нет, болгарский: "Эрнест" - с твёрдого знака. Русский - чуть дальше - с каталожной наклейкой. Библиотека Дома офицеров. Туристы-японцы - парень с девушкой - в восторге: на японском - два издания.
В остальном отель - действующий. Узкие коридоры. Колодец лестниц: кашпо с цветами - на этажах, прудик - на дне. Антикварный лифт с решётками и дверными ручками - открой сам. Лифтёр прилагается. Начало двадцатого века. Лет под сто - навскидку - не лифтёру, отелю. Как бы четыре звезды. За колорит?
Снова улочки.
Старинная аптека. Застеклённые стеллажи в два человеческих роста - по стенам. Банки, баночки, флакончики. Надписи подозрительные - типа "mercur". Фармацевт за монументальным прилавком что-то смешивает, фасует по пакетикам и выдаёт населению.
Собачка в соломенной шляпке и тёмных очках. Ошейник в пластмассовом жемчуге. Топает по тротуару, деловая, сама по себе. Хозяин? Зачем хозяин? Не видно никакого хозяина. Сплошные туристы с фотоаппаратами.
Магазин "BAZAR Shop la International". Сувенирный. Действительно, интернешнл: покупатели отовсюду. Отель "Флорида" - 1885. Полицейские с рациями - туда-сюда. Приглядывают. Туристы - они такие, лучше приглядывать.
Гвоздь экскурсии. Он же финал. Бар "Флоридита". За фиксированно-завышенные шесть кук здесь можно выпить какой-то особо правильный "Дайкири" с бронзовым - и снова здравствуйте - Хемингуэем у барной стойки.
Бар как бар. Толпа, шум, оркестр. Изваяние - имеется: облокотилось в уголке, бронзовые очки - перед собой, на стойке - смотрит с прищуром. Очки - как у Леннона. Прищур - как у Ленина.
Бокальчики-конусы. "Дайкири" - разные. Туристам - белый, классический. Ром, лёд, лимонный сок, ложечка сахара. Гиду - розовый. Отхлебнул, пока отвернулась - земляничный! Хемингуэй пил специальный. По собственному рецепту: рому побольше, а остальную ерунду можно не добавлять.
Банановые чипсы - закуска. Солёные. Те же картофельные, только хрустче. Расписные звёздочки светильников. Многоголосый разговор - всех со всеми на всех языках. Туристический Вавилон.
У выхода наяривает квартет: контрабас, гитара, барабан, скрипка. Позиция стратегическая: чаевые потоком. Скрипачка с белыми, крашеными, курчавыми волосами - вылитый Моцарт в парике. Ну и что, что негритянка.
Бармены в красных фартуках. Метрдотели - в голубых галстуках. Кубинка за кассой - лицо тоскливое. Сколько там до конца смены?
После "Флоридиты", по замыслу организаторов, весёлые и довольные русские отправляются баиньки. Щаз! Весёлые и довольные русские после этого дела традиционно отправляются купаться. Где тут пляж?
Пляж нашёлся в пригороде. В самой Гаване не покупаешься: и берега каменные, и грязновато порой. Мусор плавает.
По мусору о городе тоже многое можно узнать. Люди - осознанно или ненамеренно - солгут, умолчат, приукрасят. Мусор - честен.
Привычного пластика - почти нет. Пакетов мало. Пенопласта - ни крошки. Зато - бананы, кокосы - много кокосов. Какой расточитель выкинул спелое манго? Дохлые чайки - перья в нефти. Бумаги, картона - мизер: никаких тебе коробок от пиццы. Пара стеклянных бутылок - из-под дешёвого рома.
Небогато живут. Что могут - используют долго. Даже пластиковые бутылки. Избытка промтоваров не наблюдается. С экологией не всё хорошо. Еды, однако, хватает. Особенно кокосов - вон они, на деревьях.
Что ещё мог бы извлечь из этого подготовленный аналитик?
Пляж - общий. Гаванцы приезжают автобусом. С запасом провизии на день. Для туристов - гостиница неподалёку. "Плохой отель", - качает головой гид. Архитектурная нескладушка - не то цех, не то хрущёвка - только большая и раскрашенная. Пожалуй, всё-таки цех. Жёлто-голубой бетонный сарай. Вариант побюджетнее. Море - за взгорком, через мостик. Деревянный, с флагами: Кубы, Венесуэлы, Италии. Итальянский - грязный, местами порванный. Контингент отдыхающих соответствующий.
Идти лучше по мостику: трава на взгорке жёсткая, режет ноги. Песок набивается в обувь. Кафе - навес из пальмовых листьев, красные пластиковые стулья. Компания наших - с наколками, уже выпивши. Обсуждают в голос, в выражениях не стесняясь - отель, окружающих, море. Погоду - етить её за ногу.
- Мужики, не одни на пляже!
- Наши, что ли? Всё, мы потише...
Томятся скукой: делать тут вообще нечего. Купились в Интернете на дешевизну и "двадцать метров до океана". Плюс фото: девушки, песочек, зонтики от солнца. "Всё включено".
Песочек - густо замусорен. Небо облачное, солнце - дозировано. Девушки - на любителя. Безразмерные итальянки. "Всё включено" - от слова "всё". Что наскребли по сусекам, то всё и включено.
- Езжайте в Гавану. Хоть посмотрите.
Зонты от солнца - имеются. Вон один - красиво полетел - выдрало ветром. Скучающие прокатчики: катамараны берут неохотно. Шезлонг? Два кука и забирайте - из той кучи. Красный флаг у вышки спасателя: вывесил и удалился. Купаются - не глядя на флаг. Носятся за катером на "банане". Парнишка со спиннингом - в волне по подмышки - прямо между купальщиками. Блесной не зацепи!
Массажист с переносным столиком. Пользуется спросом - от нечего делать. Разносчик напитков - вдоль пляжа челноком. Кому сделать коктейль? Ром - что подешевле. Однолетний - теперь разбираемся. Горячие лепёшки - с начинкой и без - нарасхват. Вездесущие гитаристы. Нашли клиентов: наяривают. Странно: до фотографа с обезьянкой никто не додумался. Продать, что ли, людям идею? За долю в прибылях.
Компания аферистов - "хочешь, покажу фокус?". Дружок, я с Урала. Сам могу показать. - Понял, не тупой.
- Вещички без присмотра не оставляйте!
Полицейский патруль. Тарапунька и Штепсель - по комплекции. Работа мечты: весь день на пляже. Гуляют, нас берегут. Колода карт - в руке у высокого. Изъятые, что ли?
В песке, под ногой - стреляная гильза. Полиэтиленовая, двенадцатый калибр. Милое место.
В Атлантику окунаюсь для проформы: нет желания. Нет и переодевалок. Постоянный контингент приватностью не озабочен: кто из отеля в плавках пришёл, кто в полотенце заворачивается, а кому и так удобно, без полотенца. Подумаешь.
Вода тёплая - но не слишком. Прозрачная. Рыбки, ракушки. Ядовитые "португальские кораблики": чуть тронул - и к доктору. Всё - я на берег. Кто хочет, пусть с ними плавает. Готов сторожить вещи.
Продавец шляп: шесть штук на голове. Солнце скрывается - портит бизнес. Парни в трусах - звёзды и полосы в обтяжку. Не то правда янки, не то просто - над флагом поиздеваться. В любом случае, получилось.
Рядом, под тентом, играют музыку: по-серьёзному, с ударной установкой. Самба латино. Танцуют. Все дружно - не заглядывая в паспорт. Венесуэльцы - не хуже кубинцев. Итальянцы подтягиваются. Прочие бледнолицые - в массовке.
Скользит по воде парус. Парочки целуются прямо в волнах.
А мы уже удаляемся. Надоело. Привыкли к движению. Блаженно валяться среди мятых банок, рваных газет и обёрток - это не к нам.
Немного ракушек. Горсть камешков - по карманам. Привожу, откуда могу. Кладу дома - слоями - в стеклянный бокал. Этот слой - Адриатика, этот - Тихий океан... Будет Атлантика - "с той стороны".
- Вывозить-то можно?
Гид смеётся: раковины - нельзя. Но это - не раковины. Мелочь. Раковины - во! - Разводит руками. Где-то я этот жест уже видел.
Едем в отель. Указатель: театр Карла Маркса. Сам играет?
Вспомнился дяденька из отеля - любитель Битлз. "Парк Леннона" гаванским таксистам надо говорить отчётливее. Потому что парк Ленина в Гаване тоже есть. Далеко. На южной окраине.
В номере прибрано. Традиционная записочка с благодарностью - на хорошем русском. Кто-то помог. Учли мой "словарик".
Спасибо, Бейза - добрый домовой. Ни разу не видел - но точно знаю, что она - есть. Каждый день в номере меняется туалетная бумага - чуть начатая. И шампунь с гелем для душа я, видимо, лью на себя вёдрами. Да и мыла, если разобраться, не напасёшься - уходит со страшной скоростью. Что поделать - всем надо жить. Кормить семью. Тем более, для меня всё всегда появляется новое. Так что я точно не в обиде.
Спасибо и до свидания: утром уезжаю.
Чемодан собран. Закрываю глаза - и снятся галеоны, выходящие из Гаваны на рассвете под красно-золотыми флагами.