Лившиц Иосиф Исаакович: другие произведения.

Криминал. Том 2. Развитие криминализма в России

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


  
   Иосиф Лившиц
   0x01 graphic
  
  
   ДОПОЛНЕНИЕ
   ПОЛИТИЧЕСКОЙ
   ЭКОНОМИИ
  
  
   ТОМ ВТОРОЙ
  
   РАЗВИТИЕ
   КРИМИНАЛИЗМА
   В РОССИИ
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Санкт-Петербург

Нестор-История

2010г.

  
  
   УДК 323.398(470)
   ББК 63.3 (2)-289
  

Книга издана в авторской редакции

  
  
  
   Лившиц И.И.
   Л 55
  
   Криминал. Том 2. Развитие криминализма в России. - СПб., Изд-во "Нестор-История", 2010. - 423 с.
  
   ISBN 978-5-98187-386-7
  
   Карл Маркс, скрупулезно исследуя капитал, был обуян болезненной идеей и прогнозировал полное уничтожение капитализма, как самой жестокой на то время экономической формации. Он даже пошел на методологическую уловку, используя в своем исследовании только второй гегелевский принцип снятия противоречий, когда новое до основания уничтожает старое, а затем... Не важно что будет затем, но "Карфаген должен быть разрушен!" Г.В.Ф. Гегель не зря первым описал совершенно иной принцип снятия противоречий на основе их единства и взаиморазвития, поскольку именно такой принцип чаще всего и наблюдается в природе.
   Прогнозы Карла Маркса не сбылись, история развивалась по другому сценарию.
   У капитализма есть два пути развития, что определяет второй и третий пути развития народного хозяйства. Карл Маркс, не имея на то время соответствующих исторических фактов, не мог предвидеть второй путь развития капитализма, а также третий путь развития народного хозяйства и предостеречь от его использования. За 18 лет развития новой России появилось достаточно фактов, чтобы дополнить политическую экономику Карла Маркса описанием третьего пути развития народного хозяйства. Результаты этой попытки дополнения политической экономии приводятся ниже.
   Книга адресована широкому кругу читателей, в том числе студентам и преподавателям экономических и международных вузов.
  
   УДК 323.398(470)
   ББК 63.3 (2)-289
  
  
  
   ISBN 978-5-98187-386-7 No И.И. Лившиц, 2010
  
  
  
  
  
   Везде грабят и кто наказан?...
   Указывают пальцем на грабителей - и дают им чины, ленты...
   Беззаконствуют смело,
   презирая стыд и доброе имя...
   Если сказать одним словом,
   что делается в России: "Воруют!"
  
   Н. М. Карамзин.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Посвящаю моим учителям:
  
   профессору Шацу Соломону Яковлевичу, который учил меня великой науке методологии -
   что и как делать,
  
   профессору Войшвилло Георгию Валериановичу, который прививал мне высокое искусство принципа Оккама - никогда не надо делать больше того, что следует сделать
   (не умножай сущностей без нужды).
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Введение

  
   Карл Маркс, скрупулезно исследуя капитал, был обуян болезненной идеей полного уничтожения капитализма, как самой жестокой на тот момент экономической формации. Он даже пошел на методологическую уловку, используя в своем исследовании только второй гегелевский принцип снятия противоречий, когда новое до основания уничтожает старое, а затем... Не важно что будет затем, но "Карфаген должен быть разрушен!" В.Г.Ф. Гегель не зря первым описал совершенно иной принцип снятия противоречий на основе их единства и взаиморазвития, поскольку именно такой принцип чаще всего и наблюдается в природе.
   История - дама чопорная и строгая - она не прощает тех, кто свободно обращается с ее фактами, и зло подшутила над беднягой Карлом Марксом: капитализм выжил, трансформировался в "социализм с человеческим лицом" и процветает, в то время как мифический марксовый коммунизм, в трактовке его последователей в России принявший черты "феодального, казарменного социализма", заменен "дичайшим капитализмом", где свободная конкуренция опутана цепями криминальных связей и понятий, так что в пору говорить о возникновении нового государственного устройства - криминализма.
   К. Маркс подробно исследовал законы генезиса (возникновения, происхождения, становления и развития) капитала. В конце первого тома "Капитала" он отмечает, что производству товара, превращению его в деньги, а денег в капитал, должно предшествовать "так называемое первоначальное накопление", в основе которого всегда лежит насилие, то есть криминал как нарушение существующих законов. Но этот криминал К. Маркс как бы выносит за скобки, рассматривая генезис основного капитала, как процесс вполне закономерный. К сожалению, К. Маркс располагал историческими фактами развития капитализма на первом его этапе, и недостаточная полнота имеющихся у него на то время исторических фактов не позволила ему увидеть третий путь развития общественного хозяйства, когда капитал производится на основе широкого использования криминала, то есть нарушения закона.
   Более того, через сто сорок лет после появления "Капитала" мы наблюдаем создание криминалоемких российских законов, которые позволяют создавать капитал не в производственной сфере, а в сфере возникновения и криминального распределения финансовых потоков, что делает его изначально криминальным и требует "отмывания" для дальнейшего применения. Создание условий для развития криминала становится основой государственной политики, призванной плодить таких криминальных капиталистов, которые бы защищали криминалистическое государство. Круг замыкается. Возникает потребность изучения криминала и криминализма с целью дополнения политической экономии К. Маркса.
   Девятнадцатый век, когда творил Карл Маркс, называли серебряным, благодаря необычайно бурному расцвету всемирной культуры. Предполагалось, что культурные народы превратят двадцатый век в золотой, решив все свои политические, экономические и социальные проблемы. Однако ожидания не оправдались. И жестокий двадцатый век, по которому прокатились две ужасающе кровопролитные мировые "горячие" войны, третья "холодная" и уже началась четвертая - "информационно - психическая", заслуживает названия железного. Правда, Третья мировая "холодная" война не сопровождалась такими потерями, как две предыдущие "горячие". Но в результате ее рухнул и исчез "Великий, могучий Советский Союз", и последствия этого явления для нас самые печальные: ежегодно вымирает порядка на миллион больше россиян, чем рождается, еще миллион россиян заболевает психическими болезнями и еще миллион россиян ежегодно становятся инвалидами, потому что жизненное положение российских народов хоть и не ухудшаются, но и заметно не улучшается. Так что же, в результате начавшейся в прошлом десятилетии Четвертой мировой "информационно-психической" войны россияне могут вообще вымереть, а с ними исчезнет и тысячелетняя Россия? Вопрос далеко не риторический.
   Почему в самой богатой стране, где по данным ООН сосредоточена треть мировых ресурсов, народ живет беднее, чем в других странах? Народ живет в такой беспросветной нищете, что старики и младенцы голодают и умирают от алиментарной дистрофии, а люди трудоспособного возраста спиваются от безысходности жизни. Идет быстрая дегенерация российских народов. Социологи позаимствовали этот термин из микробиологии, где под ним понимается процесс ослабления жизнеспособности культуры одноклеточных организмов при неблагоприятных условиях развития. В патологии этот термин еще в XIX веке использовал Р. Вирхов, допускавший возможность "перерождения" биологических объектов.
   У нас эта устойчивая тенденция "перерождения" общества наблюдается с 1992 года после начала российских реформ. Бесконтрольный рост цен в 21578 (!) раз, сокращение выработки валового воспроизводимого продукта почти на две трети, сопровождающееся невиданным ранее импортом продуктов потребления, составляющим порою более половины розничного товарооборота, хищническое распределение государственной собственности, когда десятипроцентная прослойка населения беззаконным криминальным путем стала обладать богатством в 20 (!) раз превышающем богатство более половины населения, живущего на границе бедности и за ее границей, то есть в нищете, свидетельствует о социальной катастрофе, отбросившей российское общество на 50 лет назад до состояния так называемого неразвитого социализма.
   Беднее нас живут лишь в развивающихся странах Африки с примитивным первобытно-племенным укладом, где отсутствует интеллигенция, способная осмыслить и рационально реформировать общество. Так может быть и наша беда, наша роковая плата за Октябрьский переворот заключается в том, что мы лишились интеллигенции, способной модернизировать общество? Неужели последних интеллигентов наши деды в 1922 году посадили на пароход и отправили в Европу? Неужели прав был "последний из могикан" правдоборец А.И. Солженицын, который утверждал, что интеллигентов у нас нет, есть "образованцы"? Такие люди способны только бездумно исполнять существующие инструкции, но сопереживать, порадеть простому человеку они не в состоянии. Народ для них - электорат, вонючее быдло, грязные лопоухие "лохи", "терпилы", которых и можно только обманывать, грабить, использовать по своему усмотрению для получения личного богатства. В России всегда существовал криминал, но возвести условия для развития криминала в основу государственной политики и создать по сути новое государственное криминалистическое устройство могли только дегенераты, которые страстно ненавидят свой народ, готовы изничтожить его, только бы не вернуться в ту прозябающую нищету, в которой влачит свое несчастное существование большинство народа.
   Обществом управляют бездумные некомпетентные руководители, которые, притворно декларируя пожелания накормить народ, используют криминал для получения личного капитала - своего личного обогащения и удержания власти. Не надо строить планы, как накормить народ, дайте ему возможность попросту спокойно и честно работать, и он накормит себя сам. Он даже будет кормить своих некомпетентных генералов, подобно тому легендарному мужику, которого описал М. Е. Салтыков-Щедрин - ведь они не мешали ему работать. Но для криминального коррупционера невыносима сама мысль, что кто-то будет честно работать и получать честно адекватную заработную плату. Так что основной причиной медленного, но пока неуклонного движения к исчезновению российского общества является криминал его некомпетентных руководителей.
   Уровень коррупции в стране за последние 10 лет не просто вырос, по индексу коррупции Россия сползла в конец мирового списка, но даже эти показатели существенно завышают реальное положение дел с коррупцией в России. По сути дела, российская коррупция по своей природе требует иного термина, потому что она не описывается столь политически корректным словом, как коррупция. Соответственно, по сути дела, новый российский государственный строй по своей природе тоже требует иного термина. Идеолог создания новой нашей криминальной государственности, бывший пресс-секретарь президента Б.Н. Ельцина В.В. Костиков недавно в крупнейшем издании России "Аргументы и факты" в редакционной статье "Компот для народа" изумленно задал риторический вопрос: "Господа! Как прикажете народу называть этот строй?"
   "Строили мы, строили мы и вот что-то построили!" - говорит народный любимец Чебурашка, с которым большинство честных людей в нынешней России отождествляют себя. Ну, не со старухой же Шапокляк, которая всем мешала и гадила, изобретая одну за другой все возможные подлянки, отождествлять себя. Это наши доморощенные олигархи, скорее всего, и есть "Старухи Шапокляк", а их прихлебатели - это "Крыски-Алиски". Но то, что мы построили, повергло весь Мир в неподдельное изумление - буквально в шок. Даже Е.Т. Гайдар - один из отцов-зачинателей, которые призывали нас трудолюбиво строить капитализм, по его словам, являющийся "истинным" воплощением "развитой" демократии, несколько лет тому назад вполне компетентно заявил, что мы построили "муляж демократии", то есть "муляж" капитализма. Капитализм, по его разумению, это что-то иное. А то, что мы построили - требует определения.
   "Мы построили бандитский капитализм," - заявляет С.С. Говорухин в книге "Великая криминальная революция". "Истинный" продолжатель дела Ельцына-Гайдара, В.С. Черномырдин, всенародно известный своими чисто российскими афоризмами и имеющий большой опыт государственного и партийного строительства, с сожалением замечает: "В России какую партию не строй - все равно получится КПСС!" От огорчения он даже распустил свою многотрудно создаваемую партию - "Наш дом - Россия" и уехал на Украину. Не тот оказался "Наш дом". Вот уж действительно: "Хотели как лучше, а получилось как всегда". Потому что мало хотеть, надо еще понимать, что происходит, и принимать, а особенно осуществлять адекватные, компетентные решения. А может, хотели как лучше для себя, потому и получилось, как всегда для народа?
   "Но не все так уж плохо!" - заявляют доморощенные "теорететики". - "Это вначале у нас была "управляемая" демократия, то есть "управляемый" капитализм и жили мы совсем плохо, потому что все разворовывалось черт знает кем, в том числе и иностранными советниками. Но вот пришел грозный отец-президент, имеющий богатый опыт наведения порядка в ФСБ, и поганной метлой вымел всех иностранных советников-управленцев, а демократию нашу объявил "суверенной", и жизнь вроде бы стала налаживаться - мы уже строим "суверенный капитализм с человеческим лицом", наподобие "Шведского социализма", чтобы войти в семью других развитых, демократических стран.
   "Свят, свят, свят!" - открещиваются от нас в цивилизованных странах, которые уже давно разочаровались в своем "капитализме с человеческим лицом" и мучительно ищут конструктивные формы развития нового внегосударственного постиндустриально-информационного общества. Дескать, это вы держитесь за свой суверенитет, потому что в современном постиндустриально-информационном надгосударственном обществе вам не дадут воровать, а вы испокон веков воровали, будете воровать и далее, так что газ у вас мы еще покупать будем, но в ВТО, НАТО и Евросоюз не пустим, нам такие воры в своем евросоюзном общественном доме не нужны!
   А для чего же мы нужны? Что, прав был самобытный русский философ П.Я. Чаадаев? Уже в первом "Философическом письме" П.Я. Чаадаев говорит: "Про нас можно сказать, что мы составляем как бы исключение среди народов. Мы принадлежим к тем из них, которые как бы не входят составной частью в род человеческий, а существуют лишь для того, чтобы преподать великий урок миру". Какой великий урок? К чему приводит воровство? К чему приводит использование условий для развития криминала в основе государственной политики?
   Естественно, что криминал никогда не может быть уничтожен полностью, но он может быть разумно ограничен государственными законами, как это наблюдается в развитых капиталистических странах. Основной причиной возникновения и развития криминала в России является неадекватная (заниженная) оплата труда производителей и неадекватные (завышенные) доходы управителей. У кого в России самая низкая заработная плата? У поваров. Традиционно считается, что они недоплату труда компенсирует воровством мяса из общественного котла. Такая государственная политика в области оплаты труда целенаправленно толкает производителя к воровству, криминалу на производстве и в быту.
   У кого самые высокие доходы? У олигархов, управителей, захвативших криминальным путем большие части государственной собственности во время незаконной приватизации (до сих пор отсутствует закон о приватизации). Незаконная раздача собственности путем бесконкурсных так называемых "залоговых аукционов", куда были допущены только "свои" банкиры, сформировавшие кредиты из государственных средств, хранящихся в их банках, под залог государственной собственности, является беспрецедентным фактом мировой истории. Зато потом банкиры собрали пол миллиарда долларов на предвыборную компанию, и Б.Н. Ельцин выиграл вторые выборы на должность президента. В 2008-2009 годах банкиры получили 152 миллиарда рублей без каких-либо обязательств якобы для спасения банковской системы. Эти средства они обратили в доллары, которые направили в иностранные банки, поскольку нашему государству они не верят. Одновременно под шумок они существенно повысили процент банковских кредитов, так что рухнула ипотека, а предприниматели оказались без текущих средств, получаемых при помощи кредитов, и были вынуждены сворачивать производство, сокращать персонал. Разродился кризис. Олигархи жирно лоббируют в коррумпированной Государственной Думе криминалоемкие законы, которые законно позволяют им грабить народ. Олигархам помогает правительство, ставшее "Комитетом по делам олигархов".
   Только изменив систему оплаты труда производителя, повысив ее с 35 процентов в составе цены изделия до 70 процентов, как в развитых странах, существенно ограничив доходы управителя прогрессивным налогом, как в развитых странах, можно будет ослабить базу возникновения и развития криминала в России. Это должна быть концепция модернизации власти, без такой модернизации Россия вымрет. Она уже потеряла 13 (по другим данным - 15) миллионов человек за 18 лет реформ, целенаправленно развивающих криминализм.
   К сожалению, в связи (союз "благодаря" здесь, естественно, не уместен) с неудачей предпринятых реформ Россия перешла в категорию бедных развивающихся стран, отношения в которых не являются в большинстве своем рыночными, договорными, а имеют силовой, феодальный характер с определенной криминальной составляющей. И только существенно ограничив криминал, можно будет говорить о новых реформах, призванных способствовать обеспечению достойной жизни россиянину. Где же выход, если у кормила власти стоят явные криминальные личности, которые лишь пересаживаются и пересаживают с одного кресла на другое, не желая менять ситуацию? А общество неуклонно деградирует, народ вымирает...
   Каждый год россиян становится меньше почти на миллион. Причем в начале реформ вымирали старики и дети, как самые слабые члены общества, не приспособленные к резким изменениям жизни. А сейчас большинство умирающих представляет собой люди среднего возраста, психически уставшие от неспособности обеспечить себе нормальные условия жизни. Жизнь настолько беспросветна и так неуклонно не улучшается, что единственный выход эти люди видят в беспробудном пьянстве, а следоватльно, преждевременном старении и смерти. Было время, когда средняя продолжительность жизни мужчин в России упала до 58 лет - они не доживали до получения пенсии. Теперь появилась слабая тенденция к ее медленному возрастанию до 62 лет.
   У женщин положение несколько лучше - их средняя продолжительность жизни составляет 74 года. Россия постепенно превращается в страну одиноких старушек, не способных себя защищать. И если ничего не делать, то процесс начнет наращивать темпы. Тогда через 25 лет россиян станет меньше 100 миллионов, а еще через 50 лет они могут исчезнуть совсем. Благодатные российские земли не останутся пустыми. Уже сейчас на Дальнем востоке мы испытываем сильное китайское демографическое давление. Так станет ли России окраиной китайской провинцией, подобно тому, как она была окраиной монгольской провинцией в течение трехсот лет более половины тысячелетия тому назад? Но тогда Россия, образно говоря, поднималась с колен, чтобы сбросить ненавистное иго. А сейчас ее "ставят на колени" бездумные руководители. Пора за дело браться, господа!
   Настоящая работа представляет сборник статей автора, опубликованных за последние 20 лет в периодической печати и несколько отредактированных для образования цельности системы излагаемых идей. Фактически прообразом каждой ее главы является статья, опубликованная в свое время автором (см. "Источники", стр. 412), либо хранящаяся в архиве автора. Поэтому в работе могут быть некоторые повторы, которые автор не проглядел в спешке, а преднамеренно оставил, поскольку то, что в одних главах упоминается вскользь, в других освещается подробно и, возможно, в несколько ином ракурсе, порою настолько своеобразном, что требует повторного освещения для восприятия, не вызывающего отторжения. Повторение - мать учения, а перед вами, читатель, не роман, а скорее летопись истории российских народов в самые тяжелые криминальные годы их существования. Автор приносит извинения за все другие недостатки и будет благодарен за критические замечания, отправленные ему по адресу: izdatelstvoiliv@gmail.com.
   По образованию автор - "технарь" (инженер радиосвязи) и "естественник" (математик). В этой работе автор подвел итоги достижений современной истории, политологии, экономики, экологии, социологии, социоантропологии и демографии. Другими словами, он аккуратно скомпилировал, проанализировал и подвел итоги современного состояния знаний в ряде областей социальных отношений, где автор не авторитетен. В современном научном мире, где преобладают комплексные исследования, этого нельзя избежать. И поскольку профессионалы не могут, или не решаются это сделать, такую черновую работу приходится делать дилетанту. Поэтому автор приносит извинения "узким" специалистам, особенно экономистам и социологам, за несколько дилетантский характер изложения материала. Кроме того, автор не может излагать и сравнивать многочисленные различные точки зрения из-за ограниченного объема и без того перегруженной фактами публикации.
   Автор также просит разрешения изложить только некоторые господствующие представления более или менее догматично, так, чтобы, по его представлению, они создали цельную мозаичную картину нескольких возможных сценариев дальнейшего развития нашего общества. От "бедного технаря" нельзя ожидать, чтобы он сделал что-либо подобное компетентному научному обзору большинства накопленных другими авторами данных, полученных в результате серий экспериментов, обобщений и прогнозов в различных, тесно связанных специализированных общественных науках. Автор излагает здесь только свое личное видение развития России, целеосмысленно отбирая только те известные факты, которые аккуратно укладываются в мозаику его целенаправленной компиляции. Насколько ювелирно удалось это сделать - судить вам, читатель.
   Несколько слов об авторе. Автор считает себя счастливым, состоявшимся человеком, которому в наше тяжелое время неимоверно везло: он еще со студенческих лет интересовался самыми животрепещущими научными и общественными проблемами, повстречался со многими интересными людьми и на старости лет написал книги, хотя богатств никаких не приобрел - не в деньгах счастье! Сын плотника и секретарши, которая после раннего замужества стала домохозяйкой, он получил блестящее образование, окончив Университет телекоммуникаций, очную аспирантуру при этом университете, Петербургский государственный университет и Университет марксизма-ленинизма. Причем, те идеи, которые вкладывал Бог в его разум (у автора более 100 научных работ, монографии, свидетельства об изобретениях, патент по модернизации интернета, руководства по курсовому и дипломному проектированию Военной академии связи), затем озвучивали и другие умные люди, так что автор был "впереди планеты всей" в когорте тех непосед, которые, шагая по жизни, - вращают планету. А 20 последних лет, будучи уже свободным художником пенсионером, автор целенаправленно собирал материалы, чтобы написать Книгу. Вот ее вы и держите в руках, уважаемый читатель. Дай Бог и вам счастье исполнения мечты всей вашей жизни! И еще, дай Бог вам здоровья и сил интересоваться всем, что вокруг происходит, и удивляться многообразию жизни! Ибо тот, кто сохранил с детства способность удивляться, способен и изменить жизнь. Конечно к лучшему! Автор ко всему еще и неисправимый оптимист, и реалист (Жаль только жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне... а ты, читатель, можешь дожить! Завидую я тебе белой завистью).
  
  

Либерализация цен

  
   Цены являются важным инструментом развития общества в условиях договорных отношений и должны определяться спросом и предложением товара. Но если продавец является монополистом, то он может искусственно взвинтить цены и вызвать кризис перепроизводства. А если цены назначаются администрацией, которой выгодно одни цены увеличить, а другие понизить, то рано или поздно это приводит к кризису недопроизводства. Как всегда истина находится где-то в золотой середине.
  

Рынок

  
   В примитивном обществе, когда общественного продукта _ продуктов питания не хватало, они распределялись поровну между всеми членами общества, обращаясь в личную собственность. В то же время ареал, на котором существовало племя, являлся его племенной собственностью. С этого ареала собирались продукты для существования племени и, если их не хватало, то племя могло погибнуть. Но случалось, что продукты попадались в избытке, и тогда соплеменники попросту объедались до болей в желудке. Когда устойчиво стали появляться продукты питания в избытке, они накапливались у некоторых членов общества, которые стали менять их на другие продукты. Обмен совершался на добровольной основе. На границе двух племен собирались соплеменники, которые складывали предполагаемые к обмену продукты. Продукты, предназначенные для обмена, назывались товарами. Желающие приобрести эти товары напротив них складывали имеющиеся у них предназначенные для обмена предметы. Если стороны договаривались, соглашались по вопросу о равноценности обмениваемых товаров, они отчуждали свой товар и приобретали обмениваемый. Такую сделку мы сейчас называем бартерной торговлей.
   Эта торговля была неудобна, поскольку потребности продавцов и покупателей не всегда совпадали. В этом случае приходилось выискивать цепочку обмениваемых товаров, а добиться соглашения о равноценности тем трудней, чем больше товаров участвует в подобной цепочке. И тогда появился универсальный товар - деньги, которые всегда могли быть обращены в любой товар. В качестве денег использовались редко встречающиеся предметы. Где-то это были редко встречающиеся ракушки, где-то - огромные отполированные каменные круги, но постепенно в качестве денег стали употреблять кусочки редко встречающихся металлов.
   В это время происходило дальнейшее разделение труда. Помимо вождей-руководителей и непосредственно производителей необходимых продуктов существования людей появились профессиональные торговцы, которые занимались только куплей и продажей товаров, в руках которых сосредотачивались деньги. А поскольку деньги могли быть попросту отобраны, появились профессиональные воины, которые охраняли торговцев и за это получали от них деньги. Необходимость в охране возросла, когда товары стали транспортироваться на большие расстояния.
   Воины не только занимались охранной, но и организовывали экспедиции с целью захвата добычи. При этом прежние владельцы захватываемого имущества попросту уничтожались, либо уводились в плен и обращались в рабов, которых заставляли трудиться только за пропитание. В этих условиях потребовалась новая форма организации общества, которая бы позволяла сохранять жизнь и имущество людей. Племена стали объединяться в союзы с единым вождем, который использовал профессиональных воинов для охраны территорий в границах союза племен. Так образовалось государство. Естественно, что вся территория союза объявлялась собственностью главы государства, так возникла государственная собственность. Все люди в государстве должны были отчислять главе государства часть производимых продуктов для содержания военных формирований. Торговцы тоже должны были платить деньги за право торговать. Это была дань, или как мы говорим сейчас налог. Такой порядок в государстве поддерживался воинской силой и государство можно определить как авторитарное, а общество как силовое общество сохранения.
   В государстве появились банкиры, сосредотачившие значительные денежные средства, которые они давали в долг под определенные проценты. Риск этой деятельности состоял в том, что заемщик мог разориться и не отдать не только проценты, но и сам кредит. Кроме того, банкиры находились в полной зависимости от руководителя государства, который мог попросту реквизировать их средства, как поступил французский король Филипп IV с банкирами-тамплиерами.
   Вместе с деньгами появилось понятие цены товара в денежном выражении. В цену входили затраты на производство или закупку товара, которые были связаны с его потребительским качеством, затраты на его транспортировку и некоторая прибыль, которая позволяла торговцу существовать и иногда безбедно. Но, если торговец закладывал в цену товара большую прибыль, товар плохо покупался и мог испортиться (например, продуты питания). Тогда торговец терпел убыток, теряя деньги, затраченные на приобретение товара. Если же он закладывал в цену малую прибыль, то он тоже терпел урон в виде недополученной прибыли.
   На цену товара влияло и "качество" денег. Дело в том, что деньги чеканились государством и для нормального обслуживания рынка необходимо, чтобы количество денег соответствовало цене всего товара, обращающегося на рынке.
   Поскольку деньги чеканились из редких металлов, их количество было меньше совокупной стоимости товара на рынке. Но уже во время Алексея Михайловича были введены медные деньги, и государство получило возможность чеканить их в значительном количестве. Деньги стали "обесцениваться", что проявилось в росте цен на товары. Когда Екатерина II ввела бумажные деньги, которые печатались типографским способом, они стали обесцениваться еще быстрее. И такой рост цен от избыточного количества денег получил название инфляции. Инфляция практически отсутствовала, если количество бумажных денег не превышало золотой резервный запас государства. В противном случае начиналась инфляция, которая свидетельствовала, что государство часть прибыли от торговли товаром забирало себе косвенным образом, поскольку торговцы включали в цену инфляционную надбавку.
   Таким образом, искусство торговли заключалось в получении максимальной прибыли, что можно было обеспечить, изменяя цену в процессе торговли. Так, например, свежий продукт можно было продавать по максимально возможной цене, а по мере истечения срока его реализации качество товара понижалось, и цена могла понижаться. Богатый покупатель мог покупать самый свежий товар максимально высокого качества, а покупатель победнее покупал товар похуже. А торговец приобретал столько товара, сколько он мог реализовать с минимальными потерями. При этом цена товара определялась спросом и предложением. Кроме того, на рынке всегда присутствовало несколько торговцев, которые находились в разных условиях существования. Одним необходимо было продать товар быстро, и они снижали его цену. Другие имели возможность попридержать товар, чтобы поддерживать его цену. Таким образом, на рынке существовала здоровая конкуренция, которая поддерживала некоторый определенный диапазон цен, варьируемых в зависимости от различных обстоятельств. И покупатель, проявив известную выдержку и инициативу в поиске необходимого ему товара, имел возможность приобрести его по самой низкой цене. В то время как другой покупатель, для которого был важен, например, фактор времени, не стоял за ценой и покупал товар по высокой цене.
   По мере роста спроса разрасталась торговля: торговец нанимал приказчиков, охрану. Товар из личной собственности, обслуживаемой одним человеком, превращался в частную собственность, обслуживаемую многими людьми. Владел по-прежнему собственностью один хозяин, частный собственник, но распоряжались уже ею многие люди - его приказчики.
   Обычно цену назначал владелец товара, но иногда он уступал это право распорядителям. Надо сказать, что в авторитарном государстве, цена не всегда определялась спросом и предложением. Иногда она назначалась авторитарным руководителем, и поставщик товара вынужден был продавать по этой цене свой товар, иначе он мог бы лишиться не только товара, но и жизни.
   Торговцу было выгодно не закупать товар на стороне (за морем телушка - полушка, да рубль - перевоз), а организовывать его производство поблизости от места реализации. При этом он владел зданиями и инструментами, распоряжались ими его приказчики, а пользовались рабочие. Здания, где производился продукт, и инструменты были частной собственностью владельца. И в цену он закладывал амортизацию этой собственности, которую следовало воспроизводить по мере ее износа. Здесь рынок выступал важным регулятором развития промышленности, поскольку производить было выгодно только то, что пользовалось спросом на рынке. А, следовательно, важной характеристикой рынка являлось наличие на нем такого покупателя, который бы имел средства не только на закупку повседневно необходимых ему продуктов, но и некоторыми избыточными средствами, на которые он мог бы закупить новый, ранее не существующий и только что появившийся продукт для того, чтобы оценить потребность в нем, то есть имел бы возможность выбирать.
   По идее, появление нового продукта должно было сопровождаться и назначением самой высокой цены, поскольку поначалу производитель его был монополистом. Но тогда в возникшую нишу хлынули бы конкуренты, быстро освоившие производство этого товара и цена его бы резко понизилась. Поэтому прагматичные производители нового товара, формируя цену его, закладывали небольшую прибыль, порядка десяти процентов. Ориентируясь на такие цены, быстро освоить производство нового товара не представлялось возможным, и его первый производитель длительное время получал небольшую, но устойчивую прибыль.
  

Государственное регулирование цен

  
   Производство было более рискованным делом, чем торговля, поскольку требовало значительных первоначальных затрат, а прибыль начинало давать только после реализации товара. Поэтому зачастую владельцем производства выступало государство, которое определяло и цену продукта. В этом случае цена иногда выступала не столько как регулятор движения продукта через рынок, сколько инструментом контроля производства.
   Государственные предприятия появились в России еще во времена Петра 1, который строил заводы и фабрики и продавал или дарил их деловым людям. Вот такая у него была приватизация. И большинство предприятий в царской России находилось в частной собственности, правда, земля, на которых они находились, и крепостные (посессионные) крестьяне, которые их обслуживали в качестве рабочих, находились в государственной собственности. Эти крестьяне помимо обычных сельскохозяйственных работ вынуждены были участвовать и в промышленном производстве. Указом Николая I в 1841 году посессионные крестьяне были переданы в собственность заводчиков, а в 1861 году были освобождены от крепостной зависимости. С этого времени в России начались формироваться договорные (капиталистические) отношения. Появился рынок труда, где рабочие продавали свой труд за определенную заработную плату в денежном исчислении.
   В частной собственности находилось и большинство промышленных предприятий в европейских странах. К. Маркс, исследуя капиталистические отношения в обществе, пришел к сомнительному выводу, что все недостатки этих отношений проистекают из наличия частной собственности на средства производства, и наивно предположил, что национализация их позволит построить новое социалистическое общество, лишенное этих недостатков. Взяв на вооружение такие идеи и захватив государственную власть в России, радикальные социал-демократы (большевики, которые затем стали называть себя коммунистами) национализировали вначале банки и крупные предприятия, пытаясь административными мерами вывести народное хозяйство из глубокого кризиса, вызванного Первой мировой войной. В то же время Председатель Совета народных комиссаров (так стало именоваться правительство) В.И. Ленин призвал к сотрудничеству со средней и мелкой буржуазией, сохранив частную собственность и рыночные отношения в сфере продуктового обмена и бытовых услуг. Он выдвинул программу мероприятий восстановления народного хозяйства с учетом использования и договорных отношений.
   Однако с началом Гражданской войны и возникновением голода в городах Советское правительство вынуждено было пойти на крутые меры, введя в деревне продразверстку, по которой у крестьян реквизировались излишки продуктов, запретив частную торговлю, национализировав средние и мелкие предприятия. Изменение политической ситуации потребовало разработки новой системы управления и новых планов, подчиненных задачам обороны страны. Система централизованного руководства на основе административно-приказных силовых отношений в народном хозяйстве, несмотря на недостатки, такие, например, как сдерживание развития производительных сил, была в то время единственно правильной формой управления промышленностью, которая все небольшое количество производимого продукта своего производства отдавала в распоряжение государства сразу же непосредственно после его изготовления.
   Получая продукты практически без посредства денег, государство распределяло их также без посредства денег в виде пайков, заменивших заработную плату. Пайки распределялись с учетом "классового принципа" по спискам или же по членским билетам организованных на производстве потребительских коммун, в которых каждый член получал одинаковый паек. Не вводить элементов уравниловки было невозможно при тех скудных ресурсах, которыми располагало государство. Поскольку в этих тяжелых условиях часть рабочих вернулась в село к крестьянскому труду, была введена всеобщая трудовая мобилизация. Общество в своем развитии вернулось к силовым отношениям. Этот шаг назад в использовании способа производства был оправдан необходимостью решить основную проблему, возникшую перед новым обществом - доказать его политическую жизнеспособность. И решение этой жизненной проблемы требовало применение всех возможных мер, в том числе и временного отступления в хозяйственном развитии. В.И. Ленин, оправдывая вынужденно жестокую систему мер, приведших к возвращению к силовым отношениям в народном хозяйстве, назвал ее "Военный коммунизм".
   Жесткая политика Военного коммунизма успешно решала поставленные задачи: хлеб стал поступать в голодающие города и Красную армию, которая за год была увеличена с одного до трех миллионов бойцов, была достаточно хорошо экипирована отечественным вооружением и начала громить внутренних и внешних врагов. Именно в это время В.И. Ленин, поглощенный военной и политической борьбой, "попал под очарование" Военного коммунизма и стал думать, что силовые отношения являются основой управления народным хозяйством периода "построения социализма". И была такая уверенность в возможности достижения изобилия постепенным увеличением пайка, что Восьмой съезд партии большевиков, утвердивший введение политики Военного коммунизма, постановил утвердить этот путь и "неуклонно продолжать замену торговли планомерным в общегосударственном масштабе распределением продуктов". В январе 1920 года был упразднен за ненадобностью государственный банк, так как золотой резервный фонд был утрачен, а печатный денежный станок был подчинен непосредственно Народному комиссару финансов.
   Российское хозяйство разбухало от пустых, ничем не обеспеченных денег. Только в России их было напечатано 33.6 триллиона в 1918 году, 163.6 триллиона - в 1919 году, 943.5 триллиона - в 1920 году. Деньги не отменили, поскольку иной меры измерения объема производства "изобрести" не было возможности.
   Грабеж крестьянина заключался в том, что за реквизуемые продукты коммунисты платили по устанавливаемой ими твердой цене, в то время как инфляция на рынке составляла 50-100 процентов в день. Пpиезжая на рынок, кpестьянин пpежде всего пpиценивался к тому, что ему было необходимо, затем пpодавал пpодукты на необходимую для покупки цену и с остатками пpодуктов отпpавлялся домой. Продавать продукты из-за инфляции было равносильно их уничтожению. Крестьяне не хотели увеличивать посевы, поскольку все, что превышало запасы зерна, необходимые для пропитания и будущего посева реквизировалось. Где уж тут было Советской власти думать о развитии сельского хозяйства, когда сиюминутная задача ставилась собрать, то есть отобрать как можно больше хлеба сейчас, а что будет в будущем году - сейчас не имело значения. А порой отбирали не только излишки, но и то, что необходимо было оставлять для пропитания и посева. Для насильственной экспроприации продуктов сельскохозяйственного производства приходилось содержать огромный по тому времени (до 250 тысяч человек) да и к тому же все время разрастающийся административный аппарат, который как ни странно, к тому же не справлялся со своими непосредственными обязанностями. Так, при катастрофическом отсутствии потребляемых предметов первой необходимости создавались нераспределенные запасы, буквально залежи продуктов производства. Народному комиссариату продовольствия в 1920 году было выделено 301.7 миллионов аршин ткани, а распределено было только 154.6 миллионов аршин, ниток было распределено только 20 процентов от имеющихся запасов, обуви и мыла - только 65 процентов. И наряду с обменом у крестьян, распределялись эти предметы среди рабочих.
   Грабеж рабочего заключался в том, что ему не платили деньгами столько, сколько он вырабатывал, а выделяли продуктовый паек, чтобы он не умер с голода. Пайковая оплата труда, как результат уравнительных тенденций в сфере распределения, подрывала заинтересованность в повышении производительности труда и даже способствовала ее спаду, так что к 1920 году она составляла только одну треть от довоенного уровня. Отсутствие материальной заинтересованности у рабочих приводило к крайней расточительности производства при острой нехватке ресурсов. Предприятия при этом запрашивали у распределительных органов максимально возможное количество сырья, создавая из его излишков обменные фонды или выпуская дополнительную не подотчетную продукцию для натуральной (бартерной) оплаты труда своих рабочих. Это, естественно, предполагало наличие официально запрещенного, но существующего "подпольно" рынка, на котором осуществлялся натуральный, как в первобытном обществе, обмен продуктов.
   Деньги, вопреки предположениям К. Маркса, не исчезли, просто они изменили свою форму. Деньгами стали предметы повышенного спроса - хлеб и соль. В.И. Ленин писал, что в 1919 году продразверстка дала городскому населению только половину потребленного хлеба. Вторая половина покупалась на рынке у спекулянтов. Естественно, что от этого страдали в первую очередь рабочие, однако местные власти вынуждены были закрывать глаза на эти спекуляции, ибо без них рабочие вынуждены были потреблять в два раза меньше хлеба и погибли бы с голоду.
   Более того, в денежные отношения были вынуждены вступать также и государственные предприятия, особенно многочисленные мелкие и средние предприятия, часто не получавшие нужного сырья по нормированному государственному снабжению, допускавшему серьезные сбои. Они стояли перед дилеммой: остановить производство и самоликвидироваться, лишив сотрудников средств к существованию. Либо нарушить закон и приобрести необходимое сырье на подпольном рынке. Рыночная стихия не исчезла, а была загнана в подполье и стала составным элементом Военного коммунизма, правда элементом негласным, на который предпочитали не обращать внимания. Так не могло продолжаться.
   После окончания военных действий в Гражданской войне трудно стало объяснять крестьянам и рабочим необходимость продолжения Военного коммунизма. В результате возникли многочисленные крестьянские восстания и забастовки рабочих, что могло взорвать новое советское общество. Победа в Гражданской войне подтвердила жизнеспособность этого общества, утвердила возникновение военного паритета между молодым государством и окружающей его старой системой, то есть разрешила общенародную проблему доказательства политической жизнеспособности. В связи с этим перед обществом вновь возникла более высокая и сложная проблема доказательства конкурентоспособности нашего народного хозяйства, то есть проблема, которая стояла накануне Гражданской войны. Эта проблема вновь меняла концепцию развития народного хозяйства. Новой проблемой стало удовлетворение потребностей человека. Естественно, что Военный коммунизм с его силовыми отношениями не мог быть экономической политикой, при помощи которой можно было бы осуществить эту новую концепцию развития.
   Альтернативой силовым отношениям были договорные отношения, предусматривающие накопления на основе владения частной собственностью и Новая экономическая политика (НЭП), предложенная Л.Д. Троцким и разработанная В.И. Лениным в полной мере учитывала прогрессивность этих отношений для решения проблемы создания конкурентоспособной экономики. Десятый съезд партии одобрил НЭП, а высший орган государства ВЦИК декретом от 21 марта 1921 года заменил продразверстку продналогом, что вело к возникновению у крестьянина возможности реализовывать излишки своего производства на рынке, и стимулировало развитие сельского хозяйства. Сельское хозяйство сразу же отреагировало на это изменение, и уже в первый год НЭПа его валовая продукция возросла на 23 процента, а объем государственных хлебозаготовок почти удвоился.
   С целью оживления товарооборота и удовлетворения населения в промышленных товарах ВЦИК частично денационализировал мелкие и средние промышленные предприятия и разрешил частную торговлю. С осени 1921 года стали возрождаться российские ярмарки, открылись торговые биржи, после почти двухлетнего перерыва вновь заработал Государственный банк.
   Была проведена справедливая денежная реформа, стабилизировавшая курс рубля. Государственный банк приступил к выпуску червонцев, обеспеченных золотом, а также розничной серебряной и медной монеты, вытеснивших со временем старые деньги, которых в обращении находилось более квадриллиона. Эта мера укрепила денежное обращение. Была отменена всеобщая трудовая повинность и трудовые мобилизации, перестроена система оплаты труда, широко стала практиковаться сдельная работа, создающая большую материальную заинтересованность у российских рабочих в неуклонном повышении производительности их труда. Резко улучшилось материальное положение у занятых рабочих, а безработным государство обеспечило достаточное вспомоществование.
   Частично основная проблема, стоящая перед обществом, была решена к 1926 году, когда народное хозяйство достигло довоенного уровня, и Россия по уровню жизни вошла в первую десятку развитых стран. При этом выявились некоторые недостатки НЭПа.
   Во-первых, во времена НЭПа налоги не превышали 25 процентов от прибыли, что не позволяло собирать достаточно средств на интенсивное развитие промышленности, и промышленность развивалось медленно, особенно промышленность средств потребления, что привело в последствии к накоплению избыточных средств в сельском хозяйстве и сужению его развития.
   Во-вторых, трестированные предприятия, оказавшись монопольными производителями, в 1923 году резко взвинтили цены на промышленные товары, пытаясь получить заметные сверхприбыли. Повышенные цены, не соответствующие спросу, автоматически привели к дальнейшему еще более быстрому падению спроса, и народное хозяйство было втянуто в тривиальный кризис перепроизводства. На складах осели товары, не доступные из-за высоких цен массовому потребителю, в первую очередь крестьянству. Понадобилось запретительное вмешательство председателя Совнаркома, потребовавшего в законодательном порядке снижения закупочных цен на промышленные товары. Были приняты декреты, ограничивающие рост цен, которые мы сейчас можем считать адекватными "антитрестовским" законам в США. Это свидетельствует, что хищнический капиталистический рынок в том виде, как его описал К. Маркс, у нас неприемлем. Да и в капиталистических странах государственный аппарат сейчас контролирует рынок и активно вмешивается в политику рыночного ценообразования. Правда это делается не путем фиксирования цен, а путем введения законодательного потолка роста цен и перераспределения прибыли высоким налогообложением (что наши руководители и депутаты преднамеренно игнорируют, как игнорируют и вызывающую роскошь).
   В-третьих, была допущена ошибка в выборе темпов восстановления отдельных отраслей народного хозяйства. Когда в 1926 году промышленность достигла уровня 1913 года, ее продукции было явно недостаточно для удовлетворения возросших потребностей крестьян, получивших в свое распоряжение земли и резко увеличивших производство сельскохозяйственных продуктов. В этих условиях деньги, получаемые крестьянами за проданные продукты, превращались в простые бумажки. В результате стали резко сокращаться темпы прироста засеваемых земель и темпы прироста продаж продукции сельского хозяйства. А именно за счет продажи ее на мировом рынке страна получала золото, которое тратила на приобретение промышленного оборудования.
   В-четвертых, к этому времени изменилась ситуация в мире связанная с военным паритетом, который потенциально изменился в пользу развитых капиталистических стран, создавших танкостроительную и самолетостроительную промышленность. Нашлась в Европе и сила - фашизм, который щедро финансируемый международным капиталом заявил о претензиях на жизненное пространство, под которым он подразумевал СССР.
   Руководители СССР не могли не видеть возникновения военной опасности и жесткой необходимости индустриализации для создания военной промышленности и обеспечения условий своей защиты. Но для этого нужны были средства, которые можно было получить только из сельского хозяйства. А крестьянин денег на индустриализацию не хотел давать, поскольку при договорных отношениях он не мог получить адекватно потребного ему количества промышленной продукции. И руководство страной решило вернуться к политике, аналогичной политике успешного Военного коммунизма, но определенной как политика Ранней индустриализации в силу ее целей и особенностей проведения.
   Была вновь национализирована частная собственность, крестьяне согнаны в колхозы, и фактически отменены договорные отношения, введены силовые отношения изъятия производимой продукции, которая затем распределялась в плановом порядке. Цены жестко определялись государством, как и заработная плата. Причем поскольку она была крайне низкой, то государство позаботилось, чтобы и цены на сельскохозяйственные продукты были относительно низкими, в то время как на промышленные продукты относительно высокими. Несогласные с такой политикой крестьяне репрессировались и использовались в качестве рабочих на возникших многочисленных стройках. Министерство внутренних дел стало одним из крупнейших промышленных министерств.
   Но, тем не менее, политика Ранней индустриализации оказалась успешной в том плане, что позволила быстро создать новые военные отрасли промышленности и выиграть кровопролитную войну. Силовые отношения с плановой распределительной системой сохранялись еще долго, но постепенно стало понятно, что они малоэффективны и сдерживают развитие общества. Общество созрело до понимания необходимости вернуться к договорным рыночным отношениям с формированием цен соотношением спроса и предложения, то есть к пониманию необходимости либерализации цен.
  

Примеры либерализации цен

  
   В мире к этому времени существовало немало примеров перехода к договорным рыночным отношениям и либерализации цен. Интерес представляет опыт ФРГ. После войны остались разрушенные города, уничтоженные бомбардировками или демонтированные заводы, почти натуральное сельское хозяйство, карточная система снабжения. Государственный долг вырос в 14 раз по сравнению с началом войны, впятеро выросло количество денег, находящихся в обращении и не имеющих товарного покрытия. Инфляция приближалась к 600 процентам от довоенного уровня. Усилия, направленные на сокращение массы денег, карточной системы, снижения государственного долга за счет увеличения налогов и "замораживания" счетов в банках давали противоположный эффект. Снижался интерес к деньгам. Товарообменные (бартерные) сделки между отдельными производителями получили широкое распространение и стали охватывать оплату труда.
   В это время директор Управления хозяйства объединенных западных зон профессор Л. Эрхард, сочетающий теоретические знания и опыт крупного хозяйственного руководителя, предпринял попытку реформирования общественных отношений. Он отвергал чистый экономический либерализм, неспособный разрешить проблему социальной справедливости, но и не стремился к усилению роли государства с его недавним нацистким прошлым. В вышедшей несколько позже книге "Благосостояние для всех" он писал, что видел основную цель экономических реформ в создании "социального рыночного хозяйства", повышении покупательной способности всех слоев населения, сосредоточении всех усилий народного хозяйства на увеличении народнохозяйственного дохода. Рычаги экономического возрождения страны он определял как свободную частную инициативу и конкуренцию в сочетании с активной ролью государства в народном хозяйстве. Планы Л. Эрхарда опирались на денежную реформу, свободные цены и свободное предпринимательство.
   Утром 21 июня 1948 года рейхсмарки были объявлены недействительными. Вместо них каждый житель получил по 40 новых дойчмарок (потом к ним было добавлено еще 20). Пенсии и заработная плата подлежали выплате в новых марках в соотношении 1:1, половину наличности и сбережений можно было обменять по курсу 1:10, а временно "замороженная" вторая половина позже обменивалась в соотношении 1:20. Денежные обязательства предприятий также пересчитывались в соотношении 1:10. Получив наличность для выплаты первой зарплаты, в дальнейшем предприятия должны были существовать за счет реализации своей продукции, либо банкротились.
   Через три дня после денежной реформы были отпущены на свободу цены. Но был принят жесткий закон против произвольного завышения цен. В результате цены выросли не в 2-4 раза, как предрекали критики, а всего лишь на несколько процентов и инфляция резко упала примерно до такого же уровня. Причем в той же примерно пропорции с небольшим опережением выросла и заработная плата, которая росла, в основном, за счет повышения производительности труда, увеличившейся за пол года на одну треть (!).
   На свободу предпринимательства, но без урезания прав потребителя была направлена кредитная и налоговая политика, которая не давала возможности получать сверхприбыли. Учитывая опыт Ф.Д. Рузвельта, Л. Эрхард выпустил постановление о введении законодательно устанавливаемого потолка цен, при котором должна соблюдаться свободная конкуренция путем снижения цен от величины законодательно ограниченного потолка. По словам Л. Эрхарда, покупатель снова стал "королем", определявшем лицо рынка. Он настаивал на ограничении и даже запрете монополий, душивших свободную конкуренцию производителей и стремившихся к господству на рынке. Основой "благосостояния для всех" стал мелкий и средний бизнес, предпринимательство в производственной сфере оказалось более стабильным, чем рискованный торговый бизнес.
   На первом этапе реформ (1948-1949 гг.) наблюдалось повышение ставок реальной зарплаты с учетом роста производительности труда и значительного роста производства. На втором этапе (1950-1951 гг.) эту тенденцию сопровождал рост уровня занятости, причем на продукцию и зарплату выработанную сверхурочно были даны налоговые льготы. Работать стало интересно! На третьем этапе в 1952 году удалось приостановить рост цен. На четвертом этапе (1953-1954 гг.) при растущей производительности труда, росте объема выпускаемой продукции и повышающейся в связи с этим заработной плате цены не только не росли, но стабилизировались и даже упали, что вело к "благосостоянию для всех".
   В 1954 году был вдвое превышен уровень производства 1936 года, страна вышла на второе место после США по объему золотых запасов. И в наши дни "немецкое чудо" несет изобилие, доступное каждому. На среднюю дневную заработную плату немец может приобрести телевизор, или два двухкасетных магнитофона, или полдюжины джинсов, или десять килограммов свинины. Но "немецкое чудо" - это не только экономика. Главное чудо, как отмечал Л. Эрхард, заключалось в том, что, пройдя чистилище экономических реформ, немцы вышли из него новой нацией, свободной, доброжелательной, жизнерадостной.
   Немецкий опыт был востребован при либерализации цен в Чехии и частично в Польше. Понимая, что "лицо рынка определяет покупатель (Л. Эрхард)", в этих странах либерализацию предвосхитили подъемом минимальной заработной платы трудящихся до 100 долларов (в Греции, Португалии, Испании минимальная заработная плата была установлена в 500 долларов при отпуске цен). Далее правительства этих стран замораживали рост заработной платы, однако, вводили компенсацию роста цен малооплачиваемым трудящимся и пенсионерам.
   Реформы, проводимые в Польше, получили название "плана Больцеровича (премьер-министр)" или "шоковой терапии". В начале 1990 года здесь были отпущены цены на 90 процентов видов продукции и услуг, что вызвало их резкий рост, который только в январе достиг 69 процентов, и возникла социальная напряженность. По стране прокатились многочисленные забастовки рабочих. Правительство вынуждено было увеличить количество контролируемых цен на продукты питания и продукцию 24 крупнейших предприятий-монополистов, зафиксировав достигнутый уровень, но также резко сократило компенсационные расходы. Инфляция за первое полугодие составила 250 процентов. В этих условиях правительство обратилось к жесткой денежно-финансовой политике, в результате которой наметилась тенденция снижения инфляции чуть ли не на порядок. За год цены выросли на 585 процентов.
   Поначалу стали нарастать негативные последствия "шоковой терапии". Прежде всего, это сокращение промышленного производства за год на 24 процента по сравнению с предыдущим годом, рост безработицы, превысившей 1 миллион человек, и трудности с реализацией сельскохозяйственной продукции. Положение в стране усугубляла огромная внешняя задолженность. Получив в 1971-1987 годах 47 миллиардов долларов кредитов, Польша выплатила в счет их погашения и процентов к 1990 году 50 миллиардов и оставалась должна еще 39 миллиардов долларов. Внутренних ресурсов даже на выплату процентов уже не хватало, и государство вынуждено было идти на новые займы.
   В следующем 1991 году положение страны продолжало оставаться неустойчивым. Чтобы изыскать средства правительство повысило ставку процентов за кредит до 70 процентов, а введенная система налогообложения обязывала предприятия отчислять в бюджет до 80 процентов заработанных средств, так что оставшаяся часть полностью уходила на заработную плату и развиваться предприятия не могли. Во втором полугодии 1991 года более пятой части государственных предприятий оказались неплатежеспособными, так что правительство было вынуждено разрешить использование вексельного оборота и выдачу предприятиям банковского кредита под залог со ставкой до 50 процентов. В результате промышленное производство сократилось на 11.9 процента, а ВВП только на 9 процентов.
   В 1992 году всеобщий спад начал переходить в структурный, возросло производство в деревообработке, электромашиностроении, химической промышленности. В целом промышленное производство уже выросло на 4.2 процента, а внутренний валовой продукт (ВВП) - на 2 процента, цены выросли за год в среднем на 70 процентов. А в 1993 году уже начался подъем всех отраслей производства, который в среднем достиг 5 процентов при росте ВВП на 4 процента, а инфляция упала до 35, 3 процента при росте цен только на 43 процента. В дальнейшем инфляция также уменьшалась, что свидетельствовало о стабилизации развития народного хозяйства. За время осуществления либерализации цены выросли в среднем в 18 раз.
   За следующие пять лет в Польше стабильно рос ВВП - в среднем до 6 процентов каждый год. В 1998 году этот показатель составил 6.3 процента, так что выработка ВВП на душу населения достигла 5800 долларов. Промышленное производство в том году увеличилось на 9.9 процента, строительство - на 16 процентов, сельское хозяйство - на 3.5 процента. Таких высоких показателей "народная республика Польша" не знала.
   В Чехословакии освобождение цен было осуществлено на год позже, и в значительной мере учитывался польский опыт. Проводя целенаправленную финансовую политику, государство практиковало кредитование лишь рентабельных мелких и средних предприятий. Ставка процента за кредит в 1991 году оставалась стабильной порядка 25 процентов, так что рентабельные предприятия вполне могли им пользоваться. В то же время государство оказывало помощь предприятиям, выпускающим военную продукцию, для чего из бюджета было выделено 1.2 миллиарда крон. Значение этого мероприятия определялось тем, что удельный вес военной продукции в ВВП был очень велик, поэтому важным являлось содействие государства переводу военных предприятий на выпуск продукции мирного назначения. Благодаря выделенным средствам и доступным кредитам конверсия военных предприятий шла со скоростью порядка 10 процентов от объемов военного производства.
   За год в стране было разработано и введено жесткое законодательство (Закон о необоснованном повышении цен), которое ограничивало получение сверхприбыли торговцев при росте цен и вводило санкции за необоснованный рост цен с целью получения сверхприбылей. В результате в первом полугодии 1991 года розничные цены выросли только на 50 процентов, а во втором полугодии они увеличивались незначительно, так что в целом за 1991 год цены выросли на 59 процентов.
   Проводимые в Чехословакии реформы отличались сбалансированностью и строгой последовательностью, стабилизации способствовал также и высокий исходный уровень экономического развития страны, насыщенность внутреннего рынка, на котором значительное место занимали сохранившиеся в стране частные торговые предприятия. Страна избежала разбалансированности экономики в результате реформ, хотя ВВП и снизился на 16 процентов, но здесь сказалась потеря российского рынка. В 1992 году здесь отмечался минимальный уровень инфляции, почти не сократилась реальная заработная плата, цены возросли только на 11 процентов, а ВВП сократился на 8.5 процентов.
   Но в 1993 году после распада федерации усилились кризисные явления из-за нарушения производственных связей и кооперации промышленных предприятий двух стран. Словакия от этого проиграла больше, а Чехия быстро переключилась на производственную кооперацию с западными странами, и уже в 1994 году положение стабилизировалось, инфляция упала до 3-4 процентов, что вполне приемлемо, и начался небольшой рост ВВП и промышленного производства. За время либерализации цены выросли в среднем в 1.8 раз, потому что в Чехии более полно, чем в Польше, был использован ценный немецкий опыт и власти страны побеспокоились о законодательной базе либерализации, узаконив потолок роста розничных цен, контролируемый государством.
  

Криминальная либерализация цен в России

  
   Впервые кризисное состояние народного хозяйства было официально признано в 1990 году, когда по официальным статистическим данным выработка ВВП упала на 1.6 процента, промышленное производство впервые сократилось (до этого года оно росло) на 0.1 процента, а сельскохозяйственное - на 3.6 процента.
   В первый же год образования независимой России итоги работы народного хозяйства были самые неутешительные. Валовой внутренний продукт (ВВП) уменьшился на 11.1 процента, значительно сократилось производство товаров народного потребления и продовольствия, ввод жилья, все виды услуг. Денежные доходы несколько возросли и достигли порядка 100 долларов (согласно требованиям МОТ минимальная оплата труда должна быть не ниже 3 долларов в час или же 500 долларов в месяц). Рост цен в магазинах и на колхозных рынках несколько опережал рост доходов, однако товаров в продаже было недостаточно. Важные для людей товары немедленно раскупались, так как население создавало большие запасы. Начались перебои в продаже хлеба, муки, круп, сахара. В большинстве областей страны были введены распределительные продуктовые талоны.
   Вопрос о либерализации цен был уже решен и активно обсуждался в стране. Но подход к нему мог быть различным. Существовал большой исторический опыт проведения такой акции с определенными типовыми этапами проведения ее, с планированием подготовки и плавного введения наряду с ограничительными мероприятиями, снижающими возможность возникновения социальных напряжений. Однако Россия, как всегда, пошла по своему оригинальному, непроторенному пути.
   Следует отметить, что в России к этому времени существовали программы реформирования народного хозяйства. Одна из таких программ была предложена экономистом классической школы академиком С.С. Шаталиным, который предполагал провести необходимые реформы в течение 5 лет, на что планировал получить для инвестиций в народное хозяйство кредиты на Западе в размере 25 миллиардов долларов.
   Существовала внешне довольно привлекательная программа Г.А. Явлинского "500 дней", в которой он предполагал в течение полутора лет перейти к рыночным отношениям, используя внутренние ресурсы. Теперь мы понимаем, что для этого требуется как минимум три-четыре года, и даже за восемьнадцать лет в России не сложились цивилизованные рыночные отношения.
   Но всех превзошел заведующий отделом экономической политики журнала "Коммунист" Е.Т. Гайдар, который почему-то безосновательно, но крайне уверенно считал, что стоит только либерализовать цены, как за 2-3 месяца без всякой подготовки, без законодательной базы Россия войдет в рынок и магазины заполнятся товаром, а за год можно будет вообще изменить систему управления народным хозяйством. Этим он и подкупил президента России Б.Н. Ельцина, назначившего его заместителем председателя правительства, которым, естественно, был он сам.
   Никакого делового опыта производственной или управленческой деятельности у Е.Т. Гайдара не было. Он прославился как теорететик, с недавнего времени яро ратовавший за использование принципов рыночной экономии. Как ученый-экономист, он несомненно был знаком с появившейся в 1936 году работой Дж.М. Кейнса, обобщившей и логически объяснившей роль интуитивно нащупанных президентом США Ф.Д. Рузвельтом системой мер по введению и закреплению роли государства в экономическом управлении народным хозяйством, что вывело США из "Великой депрессии". Однако, посещая семинары экономистов Чикагской школы, которые проповедывали идеи лауреата Нобелевской премии М. Фридмена о разумном ограничении роли государства на рынке, он, желая "быть святее Папы", выдвинул лозунг ухода государства с рынка вообще полностью. (Как известно, именно отсутствие внимания государства к рынку и привело к "Великой депрессии", разорившей миллионы американцев, но быстро обогатившей кучку спекулянтов - а именно такую цель и ставил Б.Н. Ельцин, пытаясь найти опору своим реформам.) Рекомендации Е.Т. Гайдара были не слишком оригинальны: он предлогал сократить оборонные расходы и строительство, изменить структуру импорта, провести быструю либерализацию цен, которая, по его просвещенному мнению, автоматически потянет за собой всю цепь экономических преобразований. Разрабатывая программу реформ, за основу он взял типовые рекомендации Международного валютного фонда (МВФ) и Международного банка реконструкции и развития (МБРР), которые не учитывали ни структуру, ни особенности российской экономики, но зато заботливо оберегались интересы богатых западных стран, за счет вкладов которых и созданы международные банки и фонды.
   Либерализация цен началась в России 2 января 1992 года спонтанно без всякой подготовки, хотя правительства других республик образованного к тому времени Союза независимых государств (СНГ) с единым рублевым пространством просили у Е.Т. Гайдара хотя бы полугодовую отсрочку для подготовки законодательной базы либерализации цен в своих республиках, справедливо указывая, что без законодательной базы либерализация цен приведет к дезорганизации народного хозяйства. Но Е.Т. Гайдар очень спешил, предвидя резкое ухудшение в результате его мер положения народных масс, которые могли вскоре смести его правительство и тогда новые капиталисты не успели бы появиться. А именно появление "новых русских" капиталистов было целью Е.Т. Гайдара, так как он и сам мечтал в процессе реформ обогатиться. Правительство отказалось от контроля оптовых и розничных цен товаров народного потребления. Одновременно было объявлено, что государственные предприятия будут сняты с бюджетных дотаций. Договорные рыночные отношения вводились силовым (феодальным) методом. А в стране отсутствовала конкурентная среда даже между родственными предприятиями. Не были приняты юридические нормы для рыночных отношений, отсутствовала необходимая инфраструктура. Обещанного чуда поэтому не произошло: реальности января и февраля 1992 года подтверждали не ожидания Е.Т. Гайдара о росте цен в два раза, а худшие прогнозы противников либерализации. Цены выросли в 5-6 раз и продолжали расти. По некоторым крайне дешевым ранее товарам цены выросли в апреле в 30 раз, цена на соль увеличилась в 100 раз, на спички - в 250 раз (!). Цены росли неуклонно в течение всего года и в декабре достигли 25-30 кратного увеличения по отношению к ценам 1991 года. Поскольку сбережения населения в Сбербанке не были проиндексированы, это значит, что они уменьшились соответственно в такое же количество раз. (У 70 миллионов граждан РСФСР 345.54 миллиарда советских рублей превратились в 13.24 миллиарда, а еще через год - в 1.41 миллиарда). Зарплата, пенсии и пособия росли медленнее, чем цены: за год они увеличились в 4-11 раз. Это значит, что реальные доходы населения уменьшились в 3 -3.5 раз.
   Оптовые цены росли вдвое быстрее розничных, поскольку они определялись только монополистами. По многим товарам торговля становилась убыточной - магазины и базы во многих случаях производили уничтожение скоропортящихся продуктов. Уменьшились заказы продуктов производителям, на складах заводов и фабрик скопилось большое количество товаров, и производство их начало сокращаться. Общее падение промышленного производства в 1992 году составило 12.5 процентов. Заметно уменьшилась производительность труда, возросли издержки производства. Чтобы компенсировать потери, администрация предприятий повышала цены на свою продукцию. Однако общее повышение других цен вело к новому повышению издержек производства и их приходилось вновь компенсировать за счет средств потребителей. Рыночный механизм "не включился"! (Собственно и включать-то было нечего - рыночная инфроструктура отсутствовала).
   Предложение опережало спрос, который был минимально возможным для выживания, поскольку у покупателей не было средств. Товарооборот в реальном выражении непрерывно уменьшался, уменьшались и доходы государства, но быстро увеличивался дефицит бюджета, несмотря на сокращение военных расходов и расходов на социальные нужды. Военные расходы сократились на 70 (!) процентов (в то время как конверсия в США шла со скоростью 5-7 процентов в год от уровня военного производства) и предприятия, которые в основном производили военную продукцию оказались без оборотных средств.
   Из-за роста цен уже в марте 1992 года возник кризис наличности, несмотря на выпуск новых купюр достоинством в двести, пятьсот и тысячу рублей. Десятки миллионов людей не могли во время получить заработную плату, пенсию, пособия и стипендии. Предприятия и учреждения имевшие на своих счетах средства для выплаты заработной платы, на самом деле не могли это сделать: у них в кассах, да и в банках не было наличных денег. Это, естественно, вызывало массовое недовольство. Дело порою доходило до того, что когда президент Б.Н. Ельцин отправлялся в какой-нибудь регион, его самолет сопровождал другой, загруженный... пачками денежных купюр. На некоторых предприятиях стали выдавать заработную плату производимой продукцией. При этом специальным указом президента была объявлена полная свобода торговли: граждане могли продавать что угодно и где угодно, и по каким угодно ценам. Понятие спекуляции исключалось из списка уголовных правонарушений. Были отменены и многие ограничения во внешней торговле, к которой допускался частник. Так, например, мазут на внутреннем рынке можно было купить по цене 50 долларов за тонну, получить лицензию на продажу его за границу, где цена его была 500 долларов. Если человек получал беспроцентный кредит и лицензию на продажу, то за несколько месяцев он зарабатывал миллионы долларов.
   Рекомендации МВФ и МБРР, положенные Е.Т. Гайдаром в основу реформ, были продиктованы в первую очередь интересами западной экономики. Речь шла о стимулировании экспортных добывающих отраслей российской экономики, генерирующих валютные доходы. Это было необходимо для расширения импорта и погашения внешних долгов, унаследованных от СССР. Рост же импорта подрывал производственные отрасли, что позволяло направлять неиспользованное ими сырье на Запад. Запад не был заинтересован в расширении экспорта из России потребительских товаров, машин, оборудования, оружия и новых технологий. Поощрялся, прежде всего, экспорт нефти, природного газа, цветных металлов, электроэнергии, древесины. Но деньги, вырученные от продажи оставались за границей - из страны началось "бегство капитала", которое достигало 2 миллиардов долларов в месяц.
   К концу 1992 года стал ясен итог деятельности Е.Т. Гайдара - полный провал: катастрофический рост цен, гиперинфляция, разорение промышленности и сельского хозяйства, триллионный дефицит бюджета, рост социальной напряженности. Президент был вынужден отправить Е.Т. Гайдара в отставку и назначить нового председателя Совета министров В.С. Черномырдина. Практик В.С. Черномырдин в правительстве Е.Т. Гайдара был министром топлива и энергетики. До этого он ведал министерством газовой промышленности, которое преобразовал в государственный газовый концерн "Газпром". В то время как экспорт нефти и других товаров сокращался, производство и экспорт газа возрастали и давали до трети валютных поступлений России. В условиях всеобщего развала в России В.С. Черномырдин в 1992 году обеспечил четкую работу газодобывающей отрасли, провел акционирование предприятий и плавный переход к свободным ценам на энергоносители. Это был осторожный политик.
   Появление нового председателя Совета министров, который заявил, что он будет продолжать реформы Е.Т. Гайдара, мало что изменило. У В.С. Черномырдина не было своей программы, и долгое время он вынужден был попросту решать частные вопросы и латать дыры. В 1993 году падение производства продолжалось. Негативные процессы в экономике были замедлены, но не остановлены. ВВП за год уменьшился на 12.5 процента, промышленное производство упало на 12 процентов, среднемесячные темпы инфляции составили 16 процентов, цены в среднем возросли в 10 раз или же в 300 раз по сравнению с ценами 1991 года, в то время как денежные доходы населения увеличились только в 100 раз.
   В начале 1994 года В.С. Черномырдин поставил цели: добиться прекращения спада производства и завершить в 1995 году структурную перестройку народного хозяйства, чтобы добиться в 1996-1999 годах экономического роста и возвращения России в число развитых государств. К сожалению, эти цели не были реализованы. За год ВВП сократился на 14.5 процентов, промышленное производство сократилось на 29.4 процента, цены выросли более чем в три раза. Заметно вырос дефицит государственного бюджета, который превысил 10 процентов от ВВП. Около половины населения страны официальная статистика отнесла к числу "бедных", а 30 процентов - к числу людей, доходы которых находятся "за чертой бедности", что означало нищету.
   1995 год был рубежом, который экономисты назвали последним годом "13 пятилетки". Однако поворотным этот год не стал, спад производства продолжался. ВВП упал на 4.1 процента, а за пятилетку - на 38 процентов. Промышленное производство сократилось в 1995 году на 4.8 процентов, а за пятилетку - на 54.1 процентов, то есть более чем в два раза. Цены выросли за год в 2.3 раза при росте заработной платы в 2.1 раза. В целом же за время либерализации цен они возросли в среднем в 1800 (!) раз при росте средней заработной платы только в 118 раз, то есть жизненные условия населения в среднем ухудшились в 15 раз. Реформы, таким образом, шли за счет средств населения и привели к ухудшению жизни.
   При этом быстро обогащались торговцы, которые скупали сырье по низким внутренним ценам, а продавали его за границей по высоким мировым ценам. Затем они приобретали по бросовым ценам залежавшиеся европейские продукты, а продавали их в России по ценам, близким к мировым. Так в России можно было в течение полугода стать не только миллионером, но и миллиардером, и первые рублевые миллиардеры появились в 1995 году.
   Пытаясь объяснить тяжелые неудачи тринадцатой "капиталистической" пятилетки, Е.Т. Гайдар в книге "Государство и эволюция" (с глупой претензией на значимость повторения ленинской работы "Государство и революция") упорно твердил о "Слишком тяжелом наследии социализма". Реальное объяснение состоит в том, что реформаторы основной целью своей деятельности ставили не развитие народного хозяйства страны, а разрушение экономики и социальных завоеваний СССР, чтобы на развалинах смогли воссоздаться новые капиталисты. Как точно подметила в 1995 году экономист Г.Б. Ракитская, "внимательный анализ действительных замыслов и фактических действий правящих реформаторов показывает, что обнищание народа, гиперинфляция, развал производства, рост скрытой и открытой безработицы не досадные сопутствующие явления, не результат чьей-то некомпетентности, а методы, при помощи которых новая власть решает фактические (а не декларированные) цели проводимых ею реформ. Методы эти вполне адекватны стратегическим задачам государственной социально-экономической политики, которая осуществляется с 1992 года. Президент и правительство весьма успешно достаточно быстро и компетентно выполняют программу Международного валютного фонда, которая предусматривает значительное разрушение российской экономики, превращение России в страну колониального типа с уровнем жизни большинства населения гораздо ниже, чем прежде, с массовой безработицей, с неконкурентной промышленностью, в источник исключительно дешевой рабочей силы и дешевого сырья для стран "первого мира". Так Россия стала страной третьего мира.
   Об этом же писал, подводя итоги 1995 года, известные экономисты-рыночники Н. Петраков и В. Перламутров: "Анализ политики правительства Гайдара-Черномырдина дает все основания полагать, что их усилиями Россия за последние четыре года переместилась из состояния кризиса в состояние катастрофы". Но и после катастрофы может наступить расцвет и даже чудо, как это получилось в Германии. В России эта катастрофа искусственно затягивается и ей придается характер вялотекущей и шизофренической, чтобы ущерб был побольше в угоду МВФ.
   А между тем во всех странах Восточной Европы уже наблюдается рост производства. В Польше, Чехии и Словакии устойчивый рост экономики начался еще в 1994 году. Небольшой подъем производства был зафиксирован не только в Хорватии, Словении и Сербии, но даже и в странах СНГ - Белоруссии, Узбекистане, Армении и Грузии, но только не в России. Россия шла своим оригинальным путем.
   ВВП сократился в России в 1996 году на 3.5 процента, промышленное производство - на 7.9 процента. Небольшой прирост наблюдался только в производстве нефти и газа, а также электроэнергии. За счет экспорта энергоресурсов формировалось более 50 процентов российского бюджета. Небольшой рост наблюдался также и в черной, и в цветной металлургии, которые из-за кризиса металлообрабатывающей промышленности также увеличивали экспорт своей продукции, причем по демпинговым ценам, только бы что-то заработать. Правда инфляция была побеждена и не превышала 2-3 процента в месяц, а цены выросли только на 20 процентов.
   Уже в первые месяцы 1997 года некоторые из официальных экономистов поспешили сделать оптимистические прогнозы. Однако эти заявления оказались не более чем блефом. ВВП возрос только на 1 процент за счет небольшого роста продуктов сельскохозяйственного производства и оказания услуг, промышленное производство все же упало на 1 процент. Цены возросли только на 10 процентов при росте средней заработной платы на 20 процентов (в основном за счет роста заработной платы государственных служащих в 1.5 раз). При этом дефицит государственного бюджета увеличился до 5.1 процента от величины ВВП.
   В 1998 году никакого улучшения не предвиделось, и президент решил сместить премьера, назначив на эту должность молодого и энергичного министра топлива и энергетики С.В. Кириенко. Новому премьеру досталась задыхающаяся экономика, у которой только выплата процентов по долгам и облигациям превышала треть поступлений в бюджет. А поскольку поступления шли плохо, а июльский транш займа МВФ в 760 миллионов долларов исчез из московских коммерческих банков непонятно каким образом, С.В. Кириенко в августе приостановил платежи, объявив дефолт. Доллар моментально подскочил в цене в 3 раза, а соответственно подскочили и цены на все товары.
   Последствия дефолта были катастрофические. Вкладчики попытались получить свои средства в банках, но там не было наличности, поскольку банки участвовали в спекуляциях с ГКО. И многие мелкие и средние банки вынуждены были признать себя банкротами. Финансовый кредит в стране фактически прекратился, в результате чего разорилась масса малых и средних предпринимателей, закрыв свои производства. Количество безработных в стране чуть ли не удвоилось.
   А между тем, дефолт можно было бы и предотвратить. В 1998 году, незадолго до августовского дефолта, директор нститута экономического анализа А.Н. Илларионов активно выступал за проведение контролируемой девальвации рубля, которая, по его мнению, носила бы гораздо менее пагубный для экономики характер, чем обвальное падение российской валюты. По словам А.Н. Илларионова, накануне событий 18 августа, после переговоров с официальными лицами, Сбербанк и Внешторгбанк сбросили крупные пакеты ГКО, обезопасив себя от последствий дефолта.
   С.В. Кириенко был срочно заменен Е.М. Примаковым. Однако он за оставшееся время мало что успел сделать. ВВП в том году упал на 4.6 процентов, промышленное производство - на 5.3 процента.
   Все же Е.М. Примаков добился небольшой стабилизации народного хозяйства после объявления дефолта, однако, по решению президента в начале 1999 года он был заменен энергичным министром внутренних дел С.В. Степашиным, который через два с небольшим месяца был заменен руководителем Федеративной службы безопасности В.В. Путиным. Из-за этой карусели развитие народного хозяйства не могло иметь положительных результатов. ВВП в 1999 году понизился на 5.4 процента, промышленное производство сократилось - на 4.5 процента, цены возросли в 1.8 раза. Всего за годы существования независимой России ВВП сократился на 46 процентов, то есть почти в два раза, промышленное производство сократилось на 62 процента, то есть в три раза, сельскохозяйственное производство сократилось на 46 процентов, то есть почти в два раза, цены выросли в 21,6 тысяч раза (в 21,6 раза соответственно с учетом деноминации, проведенной в 1998 году). Лукавит Госкомстат: хлеб стоил 16 копеек, стал стоить 16 рублей; соль стоила 10 копеек, стала стоить 12 рубля; молоко стоило 30 копеек, стало стоить 30 рублей, масло стоило 2.5 рубля, стало стоить 250 рублей. Вялотекущая катастрофа продолжалась.
   Вялотекущая, а порой и обостряющаяся российская катастрофа с предельной нагрузкой испытывала на прочность все без исключения звенья социальной структуры общества. Россия не топько живет в эпоху драматичных перемен, что очевидно для каждого, но она по всем внешним признакам - все ближе подходит к экзистенциальнным рубежам, отделяющим жизнь и смерть нации как единого исторического образования. Эпоха иллюзий и мифов все чаще и чаще уступает место отрезвляющему моменту истины, призванному максимально мобилизовать весь, пока еще сохранившийся, потенциал общества на всех его уровнях от общественного до индивидуального, то есть каждого конкретного человека.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Пpиватизация и социализация

  
   Между характером государственной организации общества и преобладающим видом собственности в этом обществе нельзя установить однозначную причинно-следственную связь, можно говорить только о тенденциях. Так вот для тоталитарного государства характерно преобладание государственной собственности. А вот когда государство становится демократическим, оно начинает разгосударствливать собственность, умножая ее виды.
  

Виды собственности

  
   Сейчас уже все понимают, что к началу реформ все ухудшающиеся условия жизни народа, скрытая инфляция, грозящий голод являлись следствием крайне низкой, архаически первобытной эффективности народного хозяйства, определяющейся исключительно монопольным использованием государственной собственности. В сложившихся условиях, когда непосредственно производитель только пользуется этой собственностью в производственном процессе без учета результатов его труда, то есть фактически отчужден от нее, а распорядитель ее, назначенный вышестоящим чиновником-бюрократом нижестоящий чиновник-бюрократ заинтересован только в том, чтобы показать сиюминутно свое усердие, и не заинтересован в долговременном рациональном использовании государственной собственности, поскольку он может быть в любое время смещен, такая собственность превращается как бы в ничью и самодеятельно присваивается, то есть попросту разворовывается, превращаясь в личную собственность. А вот личная собственность используется нашим народом необычайно эффективно, например, на садовых участках или в приусадебных хозяйствах. По данным 1974 года, в личном сельском хозяйстве СССР тратилась только 1/3 всего рабочего времени жителей села, или приблизительно 1/10 рабочего времени, израсходованного во всей экономике. Земля, на которой расположены эти участки, неизменно находится в собственности государства, но владельцы не платят за нее никакой ренты. Для колхозников размер земельного участка составлял 0,3 га. На нем не только выращивали различные сельхозкультуры, но и содержали мелкий скот, домашнюю птицу. Садовые участки горожан по сложившейся традиции имели гораздо меньшие размеры. 50 миллионов владельцев таких участков имели вместе взятые 3 процента общего количества обрабатываемой в земли, но при этом производили более 1/4 сельскохозяйственного ВНП СССР. Наибольший удельный вес занимали картофель, овощи, фрукты, продукция животноводства. Логическим дополнением этих участков являлся так называемый колхозный рынок, где продукция продавалась напрямую производителями.
   Хотя в принципе частные земельные участки и колхозные рынки легальны, их часто связывали с незаконной деятельностью (например, предписанные законом ограничения размеров участка или количества крупного скота часто оказывались превышены). Кроме того, владельцы этих участков незаконно получали из социалистического сектора корма, удобрения, орудия производства и транспорт.
   Значительная доля частной деятельности приходиласьь на строительный сектор советской экономики. По совокупной оценке, 1/2 населения СССР и 1/4 городского населения проживала в собственных домах. Более того, к концу 1975 года более 30 процентов всех новостроек были не государственными, а кооперативными, колхозными и частновладельческими. В принципе, само строительство могло даже быть законным, но практически всегда имелись подозрения в незаконном происхождении применяемых в нем строительных материалов, подкупе должностных лиц, неправомерном использовании государственного транспорта и тому подобное.
   Советские законы разрешали частную деятельность также для представителей некоторых профессий - в организации ремонтных работ, оказании бытовых услуг, разведке и добыче некоторых ценных металлов (золотостарательские артели) и так далее. Как правило, частники были обязаны при этом сдавать плоды своего труда государству по твердым фиксированным ценам, их продажа иным частным субъектам запрещалася, что открывает лазейку для незаконной торговли. Как видим, эффективность частной деятельности и личной собственности в определенной мере были связаны с криминальной деятельностью, которая в отношении государственной собственности была более затруднена, чем по отношению к личной собственности.
   Была затруднена, но, тем не менее, все же существовала. Жизнедеятельность советских предприятий также постоянно была сопряжена с некоторыми нелегальными действиями руководящего персонала. В пределах государственного сектора каждодневным и само собой разумеющимся являлося нарушение законов, правил, приказов и инструкций буквально всеми - от рабочих и служащих до управленцев. Все эти нарушения были административно или дисциплинарно наказуемы. Однако, несмотря на строгие санкции, а в некоторой мере из-за них, все это были обычные явления для всего населения СССР. Например, предприятия часто создавали неофициальные запасы производимых ими товаров, которые могли использоваться для бартерного обмена на необходимые поставки, когда те были не доступны через законные каналы, а также для улучшения благосостояния рядовых сотрудников. Важный вывод, который отсюда следует, заключается в том, что показатели официальной советской экономической статистики могли быть не только преднамеренно завышенными (когда руководящие работники стремятся показать выполнение плана, чтобы заработать премии), но могли также иногда и занижаться, особенно в пищевой промышленности, где диверсификация товаров относительно проста. Для внешнего наблюдателя нет никакой возможности оценить степень искажения реальных данных выпуска промышленной продукции и предметов потребления в виду известной криминализации советского руководства. Правда, сами советские руководители в этих действиях особого криминала не наблюдали. Они считали дачу заведомо ложной информации "мелкой шалостью", которая позволяет им "сводить концы с концами". "Хочешь жить - умей крутиться!" - было действенным лозунгом их деятельности. Точно также криминальной деятельностью не считалось использование личного авторитета для предоставления внеочередных благ нужному человеку по записке от авторитетного начальника - так называемый "блат".
   И все-таки в государственном секторе криминальных нарушений было меньше, чем в частном, хотя они и выигрывали своею масштабностью.
   В границах этих двух диаметрально используемых видов собственности лежат все другие ее разновидности. Это племенная собственность, например, на лежбища морского зверя, которая сохранилась и у нас, несмотря на то, что мы давно уже отказались от примитивного первобытно-общинного способа производства. Это кооперативная собственность, например, на жилища. Это частная собственность, владелец которой привлекает наемных рабочих для более рационального использования принадлежащих ему средств производства. Частная собственность может быть акционирована, то есть в определенной пропорции принадлежать нескольким хозяевам в соответствии с распределенными среди них паями - пакетами акций предприятия открытого типа, которое по мере своего развития может выпускать дополнительные акции и распространять их на рынке ценных бумаг путем свободной продажи. Наконец, собственность может быть социализирована, то есть могут существовать так называемые акционированные общества закрытого типа, количество акций которых постоянно и они распределяются только среди производителей и руководителей-координаторов, занятых на этом предприятии и служат для справедливого распределения прибыли.
   Любая форма собственности имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Долгое время идеологи так называемого социализма в тоталитарном государстве внушали, что государственая собственность имеет только положительные, а личная или частная собственность - только отрицательные стороны. Долгое время считалось, что только частная собственность ведет к стремлению жить за чужой счет. Но вот оказалось, что чрезмерная монополизация государственной собственности, находившейся в групповом пользовании бюрократических кланов, ведет к тому же результату: разве не типична была для нашего общества безответственность за результаты своего труда, групповое желание поменьше дать "в общий котел" и побольше из него взять? Что касается эксплуатации, то и здесь бюрократическое государство обогнало частных предпринимателей: если в США с доллара произведенной продукции трудящиеся получают порядка 60 - 70 процентов в виде заработной платы, у нас с рубля произведенной продукции отчислялося не более 11 процентов.
   Остается только констатировать печальный факт, что эксплуатация - реальный факт не только капиталистического способа производства и она многократно усиливается, если авторитарное государство становится монополистом собственности. Так, в новой Чехии и новой Польше на частнособственнических предприятиях, как и у нас на кооперативных и частных предприятиях, наемные рабочие имеют большую заработную плату, чем на государственных. Для непредвзятого экономиста, либо любого здравомыслящего человека очевидно, что непосредствено производителю не важно, кто эксплуатирует его труд - важна мера эксплуатации. Сведение ее к объективному минимуму при сегодняшнем уровне развития общества есть, по существу, главная цель перехода к плюрализму видов собственности.
   Если нас страшит дифференциация богатств, принадлежащих непосредственно членам общества, то следует иметь в виду, что избежать ее принципиально можно только одним путем: всех сделать одинаково бедными, что и произошло в нашем обществе за 75 лет его развития при Советской власти. Бедность одинакова - у бедных ничего нет. Уже само по себе богатство всегда предполагает существование различия, дифференциацию - каждый может быть богат только исключительно в силу своей личной (различной) индивидуальности, либо индивидуальности своих предков. По логике исторического развития послекапиталистическое общество должно было всех сделать богатыми, способными свободно, всесторонне и гармонически развиваться на основе использования различных параллельно развивающихся видов собственности. Вопрос заключается только в правильном выборе соотношения между этими видами собственности. За последние пол века в развитых странах, по-видимому, чисто эмпирически нащупано правильное, рациональное соотношение, характерное для процветания общества: половина средств производства должна находиться в частной и личной собственности, четверть средств производства должна быть государственной и четвертая часть - должна быть социализирована.
   По-видимому, такое соотношение определяется максимумом товарной массы продукции, получаемой с минимальным количеством затрат
   Проблема заключается в том, как безболезненно передать государственную собственность в частные руки, как приватизировать и социализировать ее.
  

Британский опыт

  
   Великобритания - небольшая страна с населением около 61 миллионов человек входит в число семи наиболее развитых государств мира. Мощный экономический потенциал ее складывался столетиями. В значительной степени он был основан на последовательном проведении целесообразной экономической политики, в основе которой лежали идеи либерализма: упор делался на развитие частного сектора, стимулирование частного предпринимательства, свободы торговли. Государство традиционно играло весьма ограниченную роль в хозяйственном развитии английского общества. Однако после Второй мировой войны в экономической политике, проводимой пришедшими к власти лейбористами произошли существенные изменения, связанные с усилением вмешательства государства в экономику.
   Была проведена национализация ряда отраслей народного хозяйства, вначале собственностью государства стали банки, затем многие предприятия угольной промышленности, радио, телефонная связь, предприятия черной металлургии и транспорта. С 70 годов большое распространение получила практика создания смешанных государственно-частных компаний. Правительство проводило политику низких цен на продукцию национализированных компаний.
   Государство активно использовало различные формы экономического и административного регулирования. Финансовая политика государства заключалась в регулировании накопления капитала, в регулировании ставки процента кредита, в установлении дифференцированных ставок на прибыль. В качестве административных мер использовались запреты или разрешения на строительство предприятий определенного профиля в определенных районах страны. Государство активно вмешивалось в отношения между трудом и капиталом, проводя политику принудительного регулирования заработной платы, пытаясь вообще запретить ее рост.
   Правительство лейбористов также пыталось планировать экономическое развитие страны. В начале шестидесятых годов были разработаны программа развития английской экономики, а затем и "национальный план". И программа, и план остались нереализованными, однако результатом попыток их внедрения было усиление темпов инфляции (до 15 процентов в год) и ухудшение других параметров экономического развития, в результате чего национальный капитал стал усиленно покидать страну, несмотря на препятствия, чинимые лейбористами. Замедлился рост производства, производительности труда, выросла безработица. Снизился уровень жизни населения, торговый баланс страны систематически сводился с дефицитом, резко вырос внешний долг страны.
   Лейбористское правительство пыталось решить эти трудности, особенно четко проявившиеся в начале семидесятых годов, путем усиления государственно монополистического регулирования. Однако эти мероприятия успеха не имели, поскольку именно они были в значительной мере причиной торможения хозяйственного развития страны. Это означало кризис системы и методов регулируемой экономики, основанной на кейнсианской концепции. Выход из кризиса был в принципиальной перестройки системы хозяйствования. Это и предложило правительство консерваторов во главе с М. Тэтчер. В основе новой политики консерваторов лежали идеи возрождения экономического либерализма: сокращение регулирующей функции государство в хозяйственной жизни общества, усиления рыночного механизма.
   Эта политика основывалась на идеях американского экономиста М. Фридмена. М. Тэтчер предприняла ряд радикальных мер в области денежного обращения, ослабила налоговый контроль за функционированием рынка, ограничила государственные расходы. И инфляция сократилась с 15 процентов до 3 процентов.
   Другим важнейшим направлением реформ М. Тэтчер был курс на значительное сокращение неоправданного, государственного предпринимательства. В начале 80-х годов были существенно сокращены расходы на содержание государственных предприятий, коммунальное и дорожное хозяйство, развитие культуры, просвещение, проводилась политика сокращения внутреннего потребления. Страна пыталась выйти из кризиса за счет внутренних ресурсов. При этом важнейшим направлением реформ был курс на значительное сокращение или даже полную ликвидацию в некоторых второстепенных отраслях государственного предпринимательства. Это выразилось в осуществлении приватизации предприятий государственного сектора экономики и преимущественном стимулировании частного производства.
   Частным фирмам продавались богатые нефтяные месторождения в Северном море, заводы по производству радиоактивных изотопов, национальные компании по перевозке грузов и воздушного транспорта, угольные шахты, предприятия авиакосмической промышленности. Характерно, что в частные руки продавались только прибыльные предприятия. Правительство несколько увеличило льготы частному предпринимательству. Ставка налога на прибыль с 70 процентов была последовательно снижена сначала до 50 процентов, а затем до 35. Выросла сумма кредитов, предоставляемых банками промышленным предприятиям.
   Реформы затронули и внешнеэкономическую сферу. Были отменены все ограничения на экспорт капитала, что вначале вызвало его рост. Основная часть английского экспортного капитала направлялась в развитые индустриальные страны с рыночной экономикой. В то же время правительство стало поощрять вложения иностранного капитала в свою экономику. Пристальное внимание правительство уделяло вопросам внешней торговли. Уже в начале 80 годов экспорт страны стал превышать импорт, важнейшим стабилизирующим фактором в этой сфере стали поступления от продажи нефти и уже в начале восьмидесятых годов торговый баланс был осуществлен с превышением экспорта над импортом.
   Правительство М. Тэтчер провело структурную перестройку национальной экономики. Рационализация производства, в частности, осуществлялась за счет освобождения от излишней рабочей силы на предприятиях. Однако, освобождаемые рабочие не пополняли армию безработных - государство строило мелкие предприятия сферы обслуживания и продавало их высвобождаемым рабочим в кредит.
   Результаты такой реформаторской деятельности консерваторов проявились очень быстро. Уже в 1982 году в стране начался рост производства, заметно усилившийся в 1983 году. Эксперты, анализирующие ситуацию, отмечали, что основным фактором поддержания относительно высоких темпов экономического роста страны выступало личное потребление. На росте же личного потребления населения благоприятно сказалось снижение темпов инфляции. В это время отмечался значительный рост ВВП, более быстрыми темпами стали развиваться английская промышленность, особенно частнособственнические предприятия. Рост наблюдался и в непромышленных отраслях хозяйства: торговле, связи, транспорте, улучшились показатели состояния финансово-банковской сферы экономики и уже в середине восьмидесятых годов Британия показала средние темпы экономического роста, характерные для развитых стран. И одной из основных причин этого является политика приватизации государственной собственности консерваторами. К настоящему времени величина государственной собственности сократилась чуть ли не в три раза и более 20 миллионов британцев (более двух третей самодеятельного населения) стали акционерами.
  

Американский опыт

  
   В США разгосударствливание собственности приняло несколько иной характер: упор делался не только на приватизацию, а так же и на социализацию, причем не только государственных, но также и убыточных частных компаний. В начале шестидесятых годов в США возникла идея создания на предприятиях "Планов продажи акций работникам компаний", чтобы стимулировать их к более производительному труду. Вначале профсоюзы довольно прохладно отнеслись к этой идее. Поэтому к середине семидесятых годов только около полумиллиона рабочих имели в своем распоряжении акции компаний, на которых они работали.
   В конце семидесятых годов разразился очередной кризис перепроизводства, сопровождающийся в США структурным и финансовым кризисом. Все это тяжелым бременем легло на экономику страны, привело к резкому росту безработицы. Положение усугублялось жесткой политикой администрации Р. Рейгана, в частности, урезанием расходов на пособия по безработице, что, впрочем, сочеталось с ослаблением налогового пресса и поощрением развития мелкого предпринимательства. Но безработным, количество которых резко возросло, от этого не становилось легче, если только они не могли стать мелкими предпринимателями.
   Именно в этих тяжелейших условиях проявилось подлинное лицо профсоюзов. Борясь за интересы трудящихся, они пошли на отчаянный шаг - стали приобретать контрольный пакет или совместно с трудящимися все акции закрывающихся заводов и других предприятий у компаний, стоящих на грани банкротства. Становясь их совладельцами, они принимали на себя ответственность за управление этими предприятиями, организацию производства, прием и увольнение работников, подготовку и переподготовку кадров, и прочее. В результате такого поворота профсоюзов к 1985 году в США насчитывалось уже порядка 8000 предприятий, во владении которых насчитывалось до десяти миллионов работников.
   Другим фактором, весомо влияющим на получаемую предприятием прибыль, явилось соответствие его структуры быстро меняющимся условиям на вечно колеблющемся, зыбком рынке. При этом оказалось, что средние и мелкие предприятия боле приспособлены к быстрой смене своей структуры и к выживанию. Началось разделение крупных предприятий, появились так называемые венчурные фирмы, которые помимо основной своей деятельности по созданию мелких предприятий рискованного предпринимательства стали скупать крупные фирмы, реорганизовывать их, делить на самостоятельные части и эти части продавать как отдельные фирмы. При этом некоторые подразделения крупных предприятий закрывались, а их сотрудники получали выходное пособие и становились безработными.
   В общем, и безработные в современном обществе могут существовать безбедно, благодаря социальной защите, но, во-первых, уровень жизни работающего на порядок выше, чем у безработного, а во-вторых, социальный статус безработного унизителен для здорового человека. Осуществление высокого социального статуса очень важно для самоутверждения свободной личности. И тогда работники заведомо убыточных предприятий сами стали выкупать их у предпринимателей либо государства, создавая закрытые ассоциации и становясь их ассоциированными акционерами. Так впервые в США появилась ассоциированная социализированая собственность. Социализированная потому, что она не позволяла таким трудящимся опуститься до социального статуса безработных, обращая их в статус социально трудящихся, то есть трудящихся на самих себя.
   Ассоциированные собственники, берут кредиты у государства, которому это выгодно, поскольку исключает существенные затраты на социальное вспомоществование лишающимся в противном случае работы трудящимся закрывающегося предприятия. На эти кредиты они рационализируют производственные процессы, идут на временный рост затрат по обновлению техники и технологии предприятия, определяют оптимальную нишу на рынке продукции, после чего предприятие становится рентабельным и начинает приносить прибыль, которая сторицей окупает их затраты, позволяет вернуть государству кредиты и получать солидные дивиденды только самим себе, помимо установленной ими самим себе заработной платы.
   Если же владелец таких акций покидает предприятие, то он может продать их только сотрудникам этого предприятия, то есть такое предприятие является ассоциацией закрытого типа. Рабочие таких предприятий на общем собрании вырабатывают и утверждают ценовую политику на производимые продукты труда, решают какую часть прибыли направить на развитие и выбирают направления, по которым предприятие будет развиваться. Они участвуют в управлении своим предприятием.
   В хозяйственной практике ряда развитых стран, таких как Швеция, Италия, США широкое распространение получило новое явление, когда с целью снижения безработицы государственная администрация на государственные средства строит небольшие прибыльные предприятие сферы обслуживания - рестораны, химчистки, автостанции, мотели, нанимает рабочих, а затем предлагает им выкупить эти небольшие предприятия в кредит. В противном случае государство может продать это предприятие частному лицу. Таким образом, государственная политика в народном хозяйстве включает в себя составными частями и социализацию, и приватизацию государственной собственности.
   Избыточное ранее огосударствливание собственности в развитых странах после Второй мировой войны привело к низкой эффективности ее использования, что и вызвало процессы приватизации и социализации ее. Эти процессы не рассматриваются экономистами как поражение государства, речь идет о более эффективном пересмотре функций и сфер, ранее находившихся в компетенции государства, обязанностей и ответственности между государственными и иными секторами в экономике.
   Во время своего правления Р. Рейган провел ряд государственных законов, поощряющих мелкое предпринимательство и кооперативное ведение хозяйства, создав государственные фонды для кредитования мелких хозяев и ослабив налоговый пресс на них. В результате этих "убыточных" для государственной казны мер резко возросло количество мелких и средних предприятий, заметно сократилась безработица и резко возрос уровень жизни представителей среднего класса, количество миллионеров превысило в США 3 миллиона человек. В то же время он провел закон о создании миллиардного резервного фонда для выкупа у пожелавших продать выходящих на пенсию трудящихся их акций по существующим ценам с целью последующей продажи их оставшимся занятым на производстве трудящимся по номинальным ценам. Тем самым он заложил правовую основу социализации собственности, ибо, если частная акционерная собственность может быть продана любому лицу, не взирая даже на его государственную принадлежность, то социализированная собственность может быть продана только производителю или служащему, участвующим в непосредственном ее владении, распоряжении и использовании.
   Современный мировой опыт свидетельствует насколько прогрессивнее с точки зрения уменьшения степени эксплуатации общество с более высокой долей собственников: в США сейчас насчитывается 3 миллиона акционерных и социализированных предприятий во владении 47 миллионов собственников, из которых порядка 1.5 миллиона владеют акциями на сумму не менее миллиона долларов, плюс к тому же 11 миллионов предприятий в личной собственности и 1.7 миллиона предприятий во владении двух лиц. (Предполагалось, что к 2000 году количество миллионеров в США достигнет 5 миллионов человек, и вот что сообщалось в 2004 году: "Сейчас в штатах около 5 миллионов миллионеров, и эксперты считают, что через десять лет их будет на миллион больше". (А в России в 2008 году была только жалкая кучка в 136 тысяч миллионеров - это рублевых, а долларовых только 97 тысяч).
   Современные капиталисты делают все против разрастания в среде непосредственно производителей комплекса "нанятости", отчуждения от собственности и результатов своего труда.
   Чтобы избежать появления этого синдрома непосредственно производителей активно подключают к системам присвоения продуктов использования собственности: через распространение среди них акций, предоставление им льготных кредитов, стимулирующих дополнительных заработков и премий, через осуществление кооперации, через совместное предпринимательство внутри фирмы путем организации кооперативов в цехах, участках. Все эти мероприятия в конечном итоге привели к снижению безработицы и повышению благосостояния населения.
  

Опыт стран Восточной Европы

  
   Экономические реформы, проводимые с начала 90-х годов в странах Восточной Европы, являются составной частью становления качественно новой модели хозяйствования.
   Уже в 60-е годы стало ясно, что сложившаяся социально-экономическая система и ее хозяйственные механизмы не могут создать эффективную социально ориентируемую экономику, способную активно использовать достижения научно-технического прогресса и взаимодействовать с мировым хозяйством. Падение темпов роста экономики, отставание наукоемких производств, перекосы в финансовой сфере, рост внешней задолженности, относительно низкий уровень жизни населения были характерны для восточно-европейских стран.
   Меры по интенсификации производства, предпринятые в 80-е годы не увенчались успехом. Продолжавшийся глубокий экономический кризис, нестабильность политических систем, обострение национальных противоречий, развал многонациональных государств, безработица, обеднение населения - эти процессы конца 80-х годов подтверждали, что необходимы глубокие преобразования в социально-экономической сфере путем легализации рыночных отношений через приватизацию предприятий госсектора и поощрение частного предпринимательства.
   Вначале этот курс во всех странах сопровождался нарастанием кризисных явлений. Глубина экономического спада в странах восточно-европейского региона выражается в сокращении производства ВВП в 1990-1992 годах в Болгарии почти вдвое, Румынии - на одну треть, Венгрии и Чехословакии - почти на четверть, в Польше - на пятую часть. Еще боле масштабным было падение промышленного производства, которое в Болгарии и Румынии уменьшилось более чем вдвое, Венгрии и Чехословакии - на одну треть, а в Польше - почти на четверть.
   Однако уже в 1993 году наметились изменения в динамике экономического спада. Его темпы замедлились, а в наиболее продвинутых по пути рыночных реформ Польше, Венгрии, Чехии стали отмечаться признаки стабилизации, перехода кризиса из общего в структурный. Замедлилось обвальное снижение инвестиций и потребительского спроса, жизненного уровня. Существенную роль в этом играла успешно осуществленная приватизация. Мы рассмотрим этот процесс на примере Чехии.
   Положение в Чехословакии, которая в июне 1990 года разделилась на два государства: Чехию и Словакию, было относительно стабильным. Правительство проводило ряд мероприятий, касающихся урегулированию капитального строительства, снижению излишних материальных запасов, развития фондов заработной платы, повышению сбалансированности внешней и внутренней торговли.
   В ноябре 1988 года к власти пришло новое правительство, которое взяло курс на свободный рынок и плюрализм форм собственности. Через год число зарегистрированных частных предприятий достигло 339 тысяч. В это время вступил в силу закон "О смягчении последствий некоторых имущественных несправедливостей", который предполагал возвращение прежним хозяевам или же их наследникам имущества, национализированого после 1948 года. Было возвращено имущество на сумму порядка 3 миллиардов долларов. Несомненно, что этот акт ускорил процессы денационализации. В Чехии в рамках реституризации, малой и большой приватизации намечалось передать в частные руки более 80 процентов государственной собственности на возмездной и безвозмездной основе, причем, на безвозмездной основе передать меньшую часть (до 30 процентов), а большую реализовать на коммерческой основе. За 1991-1997 годы коммерческая приватизация дала государству 159 миллиардов крон, из них только четвертая часть пошла в бюджет, остальное - на обслуживание приватизации и поддержку процесса трансформации собственности предприятий. В 1991 году началась "малая приватизация" - распродажа магазинов, предприятий бытового обслуживания, мастерских. В среднем предприятие продавалось за 50 тысяч долларов и у многих людей к этому времени были средства не только для того, чтобы купить эти предприятия, но и для того, чтобы инвестировать их развитие, поскольку проведенная либерализация цен практически никак не сказалась на величине сбережений.
   На втором этапе с 1992 года было осуществлено распределение собственности через купоны - личные приватизационные счета для всего взрослого населения, на которые государство заносило по 10000 крон. В 1992 году 8.6 миллиона человек получили купоны, из них около одного миллиона человек в том же году обменяли эти купоны на акции предприятий, а остальные - сделали это в течение следующего года (страхи, что население попытается обналичить купоны, а полученные кроны проесть и пропить - не оправдались, поскольку население предпочло обратить купоны в собственность и получать с нее дивиденды). Причем акции были выкуплены на большую сумму, чем предполагалось вначале за счет сохранившихся в результате безболезненной либерализации цен сбережений населения. Результаты приватизации дали чешской казне 1.2 миллиарда долларов и обеспечили приток инвестиций на предприятия из личных средств населения.
   В 1995 году началась денежная приватизация крупных государственных предприятий. Самая большая продажа пакета акций компании "Телеком" дала государству доход в размере 1.3 миллиарда долларов. Всего же государство получило от приватизации 8.7 миллиардов долларов.
  

Криминальная "прихватизация" в России

  
   Вначале приватизацию в России предполагалось производить путем выдачи населению приватизационных счетов для приобретения собственности. Выдвигая в 1990-м году идею предоставления населению тогда существовавшего СССР приватизационных счетов, советский экономист Л.И. Пияшева исходила из наличия на территории страны национального богатства в размере 4.5 триллиона рублей, из которого разгосударствливанию согласно рационального опыта других стран подлежало имущество в размере 3 триллиона рублей. Исходя из количества населения СССР в 288.6 миллиона человек, на одного человека необходимо было открыть счет в 10 тысяч рублей. Однако эта идея была пpовалена большинством депутатов Верховного совета, пpоголосовавших против частной собственности.
   Но приватизация уже шла и малые предприятия торговли и сферы обслуживания распродавались всем желающим, причем по довольно низким ценам. В среднем, предприятие продавалось за 20-30 тысяч долларов. Этим не преминули воспользоваться криминальные структуры и "теневики", имеющие солидные "общаки", где сосредотачивались нелегально заработанные средства. Возникла необходимость оформить приватизацию законодательно.
   В правовом отношении исходную базу провозглашенной приватизации образовывали два принятых еще в июле 1991 года закона "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР" и "Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР". Однако именное распределение не устраивало А.Б. Чубайса, назначенного руководителем Госкомимуществом России, и он добился фактически незаконного аннулирования президентом этих законов, которые были заменены "Программой приватизации" 1992 года. Эта программа не получила статуса закона и не была утверждена парламентом, а следовательно, законность приватизации любого объекта может быть оспорена в судебном порядке.
   Президент России в 1992 году подписал указ о введении "Программы приватизации" и безымянных приватизационных чеков-ваучеров в размере все тех же самых 10 тысяч рублей. Однако за пpошедшее вpемя рубль понизился в покупательной способности почти в сто раз. Если хлеб раньше стоил 14 копеек, то к моменту выхода пpезидентского указа он стал стоить 13 рублей.
   В "Программе приватизации" декларировались следующие цели: 1) формирование слоя частных собственников, способствующих созданию социально ориентированной рыночной экономики; 2) повышение эффективности работы предприятий; 3) социальную защиту населения и развитие объектов социальной инфраструктуры за счет средств, поступающих от приватизации; 4) содействие процессу стабилизации финансового положения в стране; 5) обеспечение конкурентной среды и стимулирование демонополизации народного хозяйства; 6) привлечение иностранных инвестиций; 7) создание условий и организационных структур для расширения масштабов приватизации. Эти декларируемые цели не были достигнуты, потому что реформаторы фактически развернули деятельность по созданию предпринимательской элиты, в интересах которой и проводилась приватизация.
   Здесь следует заметить, во-пеpвых, что приватизации подлежало не все национальное богатство, а только производственные основные фонды (включая скот), которые в 1990 году в РСФСР оценивались в 1.2 триллиона рублей. Причем, эта оценка выполнялась в сопоставимых ценах 1973 года. Только за последнюю пятилетку официальный индекс роста оптовых цен составил 7 процентов. По осторожным подсчетам советских экономистов реальный индекс в последних пятилетках составлял величину порядка 15-20 процентов, так что стоимость производственных основных фондов на 1990 год составляла порядка 1.6-1.8 триллионов рублей, а на 1992 год порядка 30 триллионов рублей, из которых приватизирована и должна быть собственность на сумму порядка 20 триллионов рублей.
   На 1-е января 1991-го года население РСФСР составляло 148.5 миллионов человек и пpедполагалось в 1992-1993 годах распространить ваучеров на сумму 1.5 триллионов рублей, что составляет только 5 процентов от стоимости производственных основных фондов, то есть никакой приватизации не происходило, поскольку более 90 процентов производственных основных фондов по-прежнему должно было остаться в распоряжении государственных чиновников.
   Во-втоpых, следует заметить, что в пакете документов по pазгосудаpствливанию собственности начисто отсутствовала возможность ее социализации, а следовательно, плюpализма видов собственности в наpодном хозяйстве стpаны не наблюдалось.
   В-тpетьих, целью пpиватизации являлось не столько фоpмиpование слоя частных собственников и социальная защита населения, как было объявлено, сколько создание богатой элиты хозяйственных администpатоpов за счет обеднения непосpедственно трудящихся пpоизводителей. Это можно показать на пpимеpе пpиватизации пpомышленных пpедпpиятий.
   Их основные пpоизводственные фонды в 1990 году в ценах 1973 года оценивались в 600 миллиаpдов pублей, из котоpых 60 миллиаpдов составляли основные фонды пpедпpиятий легкой и обpабатывающей пpомышленности, pаспpеделенные на откpытых тоpгах до 1992 года. Часть пpедпpиятий тяжелой пpомышленности не попала в списки пpиватизиpуемых пpедпpиятий и осталась в госудаpственной собственности. Около десяти тысяч пpедпpиятий, основные пpоизводственные фонды котоpых составляли поpядка 400 миллиаpдов pублей, предполагалось пpеобpазовать в акционеpные пpедпpиятия откpытого типа. Пpичем пpиватизация, в основном, осуществлялась по следующему методу: 25 пpоцентов акций пpедпpиятия бесплатно pаспpеделялось сpеди его тpудящихся, 10 пpоцентов - сpеди них же, но со скидкой в 30 пpоцентов, а 5 пpоцентов - сpеди администpации за полную стоимость. Пpи этом 60 пpоцентов акций оставалось у госудаpства.
   "Пpихватизация" заключалась в игpе на ценах и на величине пакетов пpедоставляемых акций pазным людям. Так акции выпускались на сумму остаточной балансовой стоимости основных пpоизводственных фондов, pассчитанную по низким сопоставимым ценам 1973 года с учетом уменьшения на величину износа, а пpодавались они на pынке ценных бумаг исходя из pеальной стоимости основных пpоизводственных фондов, котоpая к тому вpемени на рынке стала чуть ли не в сто pаз выше. И пpиобpетя на свой ваучеp десять акций, пpостой pоссийский пpоизводитель мог пpодать их в пpеделе за миллион, то есть, если не платить налоги на пpибыль, то он в пpинципе мог стать почти pоссийским миллионеpом.
   Поскольку такие опеpации считалися выгодными, и пpостые люди захотели бы на них заpаботать, а следовательно и достаточно обогатиться, чего с точки зрения коммунистической идеологии допускать было никак нельзя, был установлен пpедел пpодажи акций в одни тpудящиеся pуки не более 20 минимальных месячных окладов. Исходя из сpеднего количества пеpсонала пpиватизиpованных пpомышленных пpедпpиятий и стоимости их основных пpоизводственных фондов, сpедняя величина пpедставляемых пpостому пpоизводителю акций составляла 2 тысячи pублей. А так как ваучеp не дpобился, его необходимо было пpодать, чтобы выкупить акции своего пpедпpиятия, пpичем в pезультате появления большого количества желающих пpодать ваучеp, его pеальная стоимость упала до тpети от номинальной стоимости.
   Пpостой pоссийский администpатоp мог пpиобpести акции на сумму, не пpевышающую 2000 минимальных месячных окладов. Исходя из сpеднего количества пеpсонала, относящегося к администpации, числа пpиватизиpуемых пpомышленных пpедпpиятий и остаточной балансовой стоимости их основных пpоизводственных фондов, сpедняя величина стоимости пакета акций, пpедоставляемых администpатоpу, составляла 200 тысяч pублей, а пpодать их можно было за 20-30 миллионов. То есть богатые стали еще богаче (конечно, как всегда, за счет бедных).
   Следует отметить, что согласно Закона о приватизации, акции, приобретенные работниками на льготных условиях, не подлежали перепродаже в течение трех лет с момента регистрации покупки, о факте которой на ценных бумагах должна была делаться запись. Приватизационный счет, как подчеркивалось в самом названии второго приватизационного закона, был именным. В статье 23 было записано: "Сделки, заключенные с использованием приватизационного вклада для целей, не предусмотренных настоящим Законом, являются недействительными". Другими словами, вовлечение этих именных вкладов в свободный оборот исключалось. В Программе приватизации именные приватизационные вклады были подменены анонимными приватизационными чеками-ваучерами, свободный оборот которых ничем не ограничивался. Полученные за ваучеры акции можно было тотчас продать.
   Весьма существенные отступления в Программе приватизации от двух исходных законов о приватизации нацеливались на формировании такого механизма, который бы позволил передать основную часть собственности в руки избранных: обеспечивалась возможность за бесценок скупать любое количество ваучеров, а за них отхватывать лучшие части российской экономики. Возникла элита крупнейших собственников и отделение от собственности основной массы граждан.
   Где уж тут говоpить о достижении социальной спpаведливости, что официально было выдвинуто одной из целей пpиватизации? Такую пpиватизацию, напpавленную на создание ста тысяч новых миллионеpов за счет пpиватизации общественных сpедств наpод окpестил "Пpихватизацией".
  

Результаты приватизации в России

  
   К началу 1994 года в России было приватизировано 70 процентов всех малых предприятий, на базе средних и крупных предприятий создано 11.5 тысяч акционерных обществ (из общего числа 14.5 тысяч предприятий, подлежащих акционированию). Чисто формально в стране насчитывалось 60 миллионов акционеров вновь созданных акционерных обществ и чековых фондов при 71 миллионе человек, занятых в народном хозяйстве.
   В 1994 году первый этап приватизации был закончен. В итоге ваучерного этапа решены главные реальные (а не декларированные в "Программе приватизации") задачи авторов российской приватизации: произошел захват собственности наиболее ловкими и беспринципными людьми, созданы экономические гарантии отсутствия возможностей реставрации советского режима. Казалось бы, самое время успокоиться и заняться народным хозяйством. Однако, во-первых, поделено было еще не все: под контролем государства оставалось ряд перспективных звеньев экономики, включая так называемые "естественные монополии". Предстояло следовательно, осуществление дораздела.
   Во-вторых. Не во всех случаях богатство отошло именно тем людям, кому оно с точки зрения ныне властвующих руководителей было предназначено. Возник, таким образом, вопрос о переделе приватизированной собственности.
   В-третьих, тем, кто уже захватил "место под солнцем", конкуренты не были нужны. Поэтому еще одна задача их состояла в защите своего исключительного положения, в устранении (вплоть до физического) возможных конкурентов.
   Ныне эти задачи успешно решаются на втором этапе приватизации. При этом используются различные схемы. Одна из них - передача по заниженной цене государственного пакета акций "нужным" людям, которые продают часть пакета по реальным ценам за границу, получая солидный "навар". Другая схема состоит в использовании процедуры банкротства, критерии которого сформулированы так неопределенно, что под него можно подвести любое предприятие. Это и делается, а предприятие в конечном итоге оказывается у тех, кому оно заранее предназначалось. Третья схема передела собственности и устранения конкурента - применение законодательства о борьбе с коррупцией и с налоговыми нарушениями. Нарушители все, а "всех не пересажаешь". Посему опять таки можно провести отбор по принципу "наши - не наши (чужие)". Немногие "наши" чудовищно разбагатели, а многочисленные "чужие" обеднели всего лишь в два-три раза, поскольку в природе, как еще отмечал М.В. Ломоносов "...сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому..." А поскольку присовокуплялось немногими, а отбиралось у многих, то результат был вполне закономерен. Впрочем, многие приватизации сопровождались обеднением населения. Обогатились те немногие, кто так или иначе был связан с организованной преступностью и теневой экономикой. По расчетам Аналитического центра РАН в ходе приватизации около 55 процентов капитала и 80 процентов голосующих акций перешло теневым коммерческим структурам, контролируемым нашей отечественной и международной организованной преступностью.
   Ко второму денежному этапу приватизации "народ" не подпускался и на пушечный выстрел, и все варилось в узком кругу чиновников и "олигархов", а народ узнавал о ней лишь из скандальных разоблачений в средствах массовых информаций, когда одна группа воров "сливала" компромат на другую. К тому времени - август 1994 г. - доллар уже занял прочное место на "рынке" приватизации, что, в свою очередь, очень укрепило и позиции А.Б. Чубайса. Дело в том, что "дело" приватизации в России еще в 1991 - 1992 гг. взяли под свой плотный контроль "гарвардские мальчики" (Джеффри Сакс и К®) из Института международного развития при Гарвардском университете (США). Те, в свою очередь, подключили к финансовому обеспечению "Гарвардского проекта" - перехода к рыночной экономике бывших союзных республик СССР - стран СНГ - правительственное Американское агентство международного развития" (американская аббревиатура - ААМР), давно уже промышлявшее в "третьем мире" аналогичной деятельностью.
   Главным партнером ААМР в России стало чубайсовское Госкомимущество (ГКИ) и созданная на доллары американского агентства его дочернее предприятие - РЦП (Российский центр приватизации) во главе с приятелем А.Б. Чубайса Максимом Бойко. Уже к ноябрю 1992 г. ГКИ и РЦП получили от "американских друзей" только на "бумажную подготовку" плана "ваучерной приватизации" 58 миллионов долларов США, из которых около 8 миллионов ушло на жалованье "гарвардских консультантов", а также на пропаганду "ваучера" в популярной экономической литературе и в СМИ - только с апреля по декабрь 1993 г. на это дело было выброшено почти 19 миллионов долларов. Но и это не все - А.Б. Чубайсу удалось подключиться к финансовому насосу Мирового банка (МБ). В начале 1994 г. МБ "отстегнул" А.Б. Чубайсу, в дополнение к 58 миллионов от ААМР еше 90 миллионов долларов, из которых 59 миллионов получила его "дочка" - РЦП.
   Лишь семь-восемь лет спустя американские конгрессмены (доклад "комиссии Кокса"), наконец, поняли, какую "дурочку" запустил для них А.Б. Чубайс с денежцой приватизацией (залоговыми аукционами).
   В 1994 году началась залоговая приватизация, пик которой пришелся на 1995-й год. В тот год у правительства появились "временно свободные" валютные средства в размере 600 миллионов долларов, которые были размещены на депозитах в частных уполномоченных банках без всякого залога, так что частично эти средства были разворованы. Чуть позже правительство заявило, что ему не хватает денег и оно хочет взять в долг 750 миллионов долларов. У кого? У тех же уполномоченных банков под залог контрольных пакетов ключевых стратегических предприятий страны: "Норильского никеля", "ЮКОСа", "Сибнефти". Оценивались эти пакеты в смехотворные суммы. При этом в проекте бюджета на 1996-й год деньги на выкуп этого залога не предусматривались, так что в том же году предприятия достались кредиторам. Например, "ЮКОС" достался "Менотепу" М. Ходарковского за 43 миллиона 125 тысяч долларов, а его рыночная капитализация составляла 2.5 миллиарда долларов (после того, как М. Ходорковский вложил в него средства акционеров, государство выкупило его за 11 миллиардов долларов).
   Так в 1996-м году появились первые миллиардеры, которых в России называют олигархами, поскольку они сумели приватизировать власть. Олигархия - власть немногих, политическое и экономическое господство небольшой группы лиц, а также сама группа. В 1996-м году в России было 7 олигархов, но в 1998 году они исчезли (не физически, а в качестве олигархов) благодаря дефолту. И только в 1999 году вновь появилось 4 олигарха. А в 2007 году их уже стало 101, и по их количеству Россия стала занимаь второе место в мире, уступая только США. Это только те, кто криминально завладел государственной собственностью. Фактически их еще больше за счет лиц, распоряжающихся государственной собственностью: каждый председатель Совета директоров государственной монопольной компании, каждый губернатор или региональный президент в России является олигархом, поскольку обрастает кланом родственников и друзей, которые получают предпочтения при делении общественного пирога, на чем наживают миллионные и даже миллиардные состояния. Вот они-то и поддерживали Б.Н. Ельцина, собрав ему на выборы 1996-го года по 50 миллионов долларов, а всего он на выборы потратил порядка двух миллиардов долларов. Откуда деньги?
   Приватизация в России проводилась с нарушением существовавшего тогда несовершенного законодательства. Фактически это была криминлистическая приватизация. Почти в половине регионов России чиновники, занимавшиеся приватизацией, могут быть привлечены к уголовной ответственности. Естественно законность собственности большинства приватизированных предприятий может быть оспорена в суде и, зная это, "новые русские" боятся вкладывать средства в эти предприятия, а стараются продать их заграничным инвесторам, не догадывающимся о криминальном происхождении этой собственности, которая у отдельных приватизаторов составляет сотни миллионов долларов. А государство от приватизации более половины государственной собственности, оцениваемой на тот момент в полтора триллиона долларов, по данным Счетной палаты, получила только 10 миллиардов долларов, причем страна потеряла 2 триллиона долларов (отметим, что маленькая Чехия, где правильная, научно обоснованная приватизация проводилась на два года раньше, получила в государственную казну почти столько же - 9 миллиардов долларов).
   Наши чудовищные потери для развитых стран превращаются в солидные приобретения. Дело в том, что россияне, не доверяя своей "деревянной" валюте, хранят деньги в иностранной валюте, чаще всего в долларах, и, в основном, не в наших банках, а в зарубежных. За годы реформ из страны, только по данным Центробанка, официально было вывезено 152.8 миллиардов долларов, а неофициально в кейсах через границу было переправлено в три раза больше. Эти полтриллиона долларов, хранящиеся в банках развитых стран, инвестированы в развитие их народного хозяйства. Да еще полтриллиона долларов развитые страны сэкономили на контрабанде и демпинговых ценах российских продавцов ресурсов, которые стремятся сбывать их как можно быстрее по бросовым ценам, поскольку не уверены в завтрашнем дне. Так развитые страны поимели от нас ни за что, ни про что триллион долларов. Кроме того, Россию за это время покинул миллион ученых, инженеров, врачей, спортсменов, подготовка каждого из которых обошлась стране, в среднем, в 250 тысяч долларов. В развитых странах подготовка специалистов такого уровня обходится в миллион долларов. Таким образом, мы подарили развитым странам еще триллион долларов. Американские эксперты считают, что за годы реформ они поимели с России три триллиона долларов. Еще триллион долларов дала зарубежным странам конверсия, снижение оборонных расходов. Действительно, кто-то теряет - кто-то находит.
   В России баснословно обогащались не только ловкие и наглые молодые люди - "новые русские", но и многие иностранцы, в том числе и иностранные экономические советники, которые средства, выделенные Сенатом США на модернизацию управления России, потратили на личные цели, приобретя высокодоходные облигации, за что суд США (заметьте, не суд России), посадил некоторых из них в американскую тюрьму, поскольку деньги-то были американского государства, а кроме того, сажать в нашу тюрьму американский суд не полномочен. Один из крупнейших американских специалистов по России Стивен Коэн говорит о "подлинном нашествии на Москву орды американских "советников", которые должны были руководить "переходом" России к капитализму". Здесь можно было бы упомянуть, к примеру, свидетельство Нобелевского лауреата по экономике Джозефа Стиглица о том, как Россию умышленно держали на кредитной игле, разрушая экономику страны. Американцы всегда настаивали, чтобы Россия постоянно держала границы открытыми для движения капитала. Таким образом, как российские демократы у власти, так и олигархи вместе с иностранным бизнесом, стремительно богатевшие за счет распродажи сырьевых ресурсов России, никогда не испытывали трудностей для перевода своих денег за границу и "отмывания" их в швейцарских банках, которые к происхождению денег маловзыскательны. И сам Б.Н. Ельцин, и члены его команды ("Дело писателей") имели личные банковские счета на Западе, пополняемые как западными, так и российскими бизнессменами. Как верно отметила недавно одна американская газета: "Воровали русские, но припрятывал ворованное все равно Запад".
   США наносили замаскированные удары по российской экономике и внутри страны. Это хорошо видно по двум операциям - конверсии и приватизации, которые российское правительство провело над собственным военно-промышленным комплексом под диктовку Вашингтона. Для консультации по приватизации в Россию приехал американский экономист с мировым именем - Джеффри Сакс, до этого сумевший остановить галопирующую инфляцию в Боливии и удачно проведший "шоковую терапию" в Польше. То ли Саксу помешали "советники" из Всемирного банка, то ли сам он не очень старался, но его деятельность завершилась в России полным провалом, ибо "дикий" капитализм превратился в криминализм, как государственный строй.
   Изнывающему от безденежья ленивому ельцинскому правительству, которое не могло найти деньги даже на зарплаты бюджетникам, Сакс предложил приватизировать предприятия военно-промышленного комплекса как самые продвинутые и лучше других оснащенные в индустриальном секторе страны. Надо сказать, что из-за конверсии предприятия ВПК уже тогда начали покидать тысячи конструкторов и инженеров, не желавшие производить вместо систем вооружений детские коляски и велосипеды. Приватизация ВПК, которая должна была дать российской казне десятки миллиардов долларов, как обещал Джеффри Сакс, нанесла второй сокрушительный удар по оборонке.
   Хотели как лучше, а получилось, как всегда у В.С. Черномырдина. Неизвестно, куда смотрел Виктор Степанович, непонятно, куда до него смотрели Е.Т. Гайдар и А.Б. Чубайс, жадно ловившие каждое слово мистера Сакса, но вместо миллиардов долларов страна получила жалкие крохи. К примеру, руководителей-демократов ельцинского розлива и их американских консультантов не смущало, что крупным фабрикантом в то время можно было стать, заплатив нынешний эквивалент стоимости роскошной московской квартиры. Например, по свидетельству Сергея Буркова, председателя комитета Госдумы, уникальный Калужский турбинный завод (оборонная судостроительная промышленность) со штатом более 11 тысяч человек ушел с молотка за 1.55 миллиона долларов США! Стоимость НИИ молекулярной электроники и завода "Микрон" (более 4.5 тысяч работников) составила 1.5 миллиона долларов, АО "Ангстрем" (около 6 тысяч работников) - 2 миллиона долларов, АО "Красногорский завод им. Зверева" (более 18 тысяч работников) - 3.8 миллиона долларов, а знаменитейшее ленинградское оптико-механическое объединение "ЛОМО" (около 20 тысяч работников) - 29.1 миллиона долларов. Скупали русские предприятия американцы.
   Американская компания "Nic&C" сумела приобрести самый крупный пакет Московского научно-производственного комплекса "Авионика" (31.2 процента уставного капитала) через подставные российские фирмы-однодневки. А ведь на этом уникальном предприятии, не предназначенном для иностранцев, производились системы управления самолетами МИГ, СУ, ЯК, ИЛ и АН. Несколько лет назад американская фирма купила единственный в России завод по производству графита. (Без этого вещества не обойтись ни в оборонной промышленности, ни в атомной энергетике). Новые хозяева, вступив во владение предприятием, сразу объявили о его закрытии. А заказчикам предложили: "Покупайте графит в США. Дорого? Это уже ваши проблемы".
   Руководители страны предполагали, что за продажу государственных предприятий можно будет получить сотни миллиардов долларов. Однако более чем 500 предприятий стоимостью более 200 миллиардов долларов было продано Госкомимуществом только за 7.2 миллиарда долларов. Сменивший А.Б. Чубайса на должности руководителя Госкомимущества В. Поливанов после своей отставки утверждал, что автозавод имени А. Лихачева, основные фонды которого оцениваются в 1 миллиард долларов, был продан за 4 миллиона долларов. В докладе В.С. Черномырдину он отмечал, что реализованная модель приватизации дала за два года в бюджеты всех уровней лишь 1 триллион рублей, что в сорок раз меньше, чем доходы Чехии от приватизации.
   Академик В.А Лисичкин считает, что в процессе приватизации государство потеряло 1.2 триллиона долларов, а эффективные собственники не появились и цели приватизации не были достигнуты. Профессор высшей школы экономики Сергей Чернышев считает, что в результате приватизации из общенародного достояния безвестно сгинули 1.5 триллиона долларов.
   Более обобщающие выводы делает руководитель Фонда социально-экономических исследований "Перспективные технологии", доктор экономических наук В.О. Исправников:
   1. Российская приватизация изначально преследовала политические цели. Она не имела антикризисной направленности, не обеспечила создание эффективного собственника. Будучи ориентирована на количественные показатели, она воплощала принцип "чем больше и быстрее приватизируется, тем лучше": смена формы собственности превратилась в самоцель. Рост же эффективности производства, создание конкурентной среды, обеспечение условий для развития отечественного капитала, хотя и провозглашалось, но оказалось на заднем плане. Замысел же состоял в другом - быстрее ликвидировать основы существующей общественной системы с тем, чтобы создать гарантии исключения ее реставрации.
   2. Еще одна задача состояла в захвате собственности элитным слоем "своих" людей. Реализации этой цели способствовала активно проповедовавшаяся с конца 80-х годов идея, согласно которой государственная собственность - это собственность ничейная (логика здесь проста: "ничейная" - значит "ничья", и ее можно и должно прибрать к рукам). Между тем "ничейной" собственности не бывает. Конечно, существующую до реформы государственную собственность можно квалифицировать в качестве общенародной лишьс большой натяжкой. Но и независимо от того, была она общенародной или нет, она являлась государственной. А государство - реальный субъект собственности, и разворачивая реформационный процесс, государство обязано было распорядиться ею в интересах отечественного производителя, а не создавать условия для деформации народного хозяйства в сырьевой придаток западных стран.
   3. Развернутая в России приватизация поставила основную массу предприятий на грань разорения и вынудила их идти ради своего спасения на большее или меньшее нарушение действующего законодательства. В результате произошел всплеск теневой экономики.
   Деловая жизнь России стала прорастать метастазами криминала, которые как бы не замечаются, не диагностируются и оперативно не устраняются. Наоборот, создаются условия для их ускоренного развития и роста. Вот что пишет бывший Советник президента В.В. Путина по экономическим вопросам А.Н. Илларионов:
   "Другой пример, когда 2.5 года тому назад началась подготовка к IPO (первичному размещению акций) так называемой государственной компании "Роснефть" на Лондонской фондовой бирже. Руководство этой так называемой государственной компании предложило разместить полученные в результате IPO средства на счетах компании. Это опять оригинальное изобретение, не виданное в мировой экономике и истории, чтобы средства собственника, получаемые при реализации его имущества, сразу передавались сторожу этой собственности. Для уточнения практики проведения IPO я, будучи советником президента Российской Федерации, провел консультации с рядом специалистов в сфере осуществления IPO. Их реакция независимо от страны происхождения компании и времени проведения IPO была единодушной: никто не мог понять, в чем заключается вопрос. А вопрос заключался в том, возможно ли размещение полученных средств на счетах компании, которая проводит IPO, а не на счетах собственника.
   Самый холодный душ я получил от своего коллеги в экономическом отделе центрального комитета Компартии Китая (дело в том, что китайские власти активно занимаются IPO китайских компаний и в Китае, и на международных биржах): после трех попыток переспросить, что же я имею в виду, коллега на том конце провода сказал: "Вы, наверное, вводите меня в заблуждение, такого не может быть, что вы звоните из администрации российского президента. Вы, наверное, относитесь к каким-то мошенникам, такого не может быть", - сказал представитель экономического отдела ЦК КПК. За прегрешения по масштабам в миллион раз меньшие, чем то, что мы обсуждали, чиновников Китая торжественно и публично казнят" (конец цитаты). Но это еще цветочки по сравнению с тем, что делают так называемые государственные корпорации.
   Государственные корпорации - это фактор модернизации российской экономики, но таковым они станут после уничтожения коррупции, сказал в своем выступлении на заседании "Мастерской будущего" при Санкт-Петербургском диалоге в Мюнхене 16 февраля 2007 года М.Г. Делягин, директор Института проблем глобализации. Государственная корпорация - не имеющая членства некоммерческая организация, учрежденная Российской Федерацией как государством для выполнения социальных, управленческих или иных общественно полезных функций.
   Госкорпорация учреждается специальным законом и не отвечает по обязательствам России, равно как и Россия не отвечает по ее обязательствам, если иное не предусмотрено законом. Она может вести предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых она создана, и соответствует этим целям.
   Имущество, переданное Россией государственной корпорации, становится собственностью последней. Происходит своего рода "безвозмездная приватизация" государственного имущества и даже денег, хотя логичным была бы передача госкорпорации права лишь оперативного управления имуществом, остающимся в государственной собственности (правда, при ликвидации "Росатома" его имущество возвращается в госсобственность).
   При этом госкорпорация, в отличие от открытого акционерного общества (ОАО) с преобладающим государственным участием, не может быть признана банкротом, так как действующее законодательство предусматривает банкротство лишь на некоммерческие организации, действующие в форме потребительского кооператива, благотворительного и иного фонда. На госкорпорации также не распространяются требования о раскрытии информации, обязательные для ОАО.
   Принципиальное отличие госкорпорации от государственного унитарного предприятия (ГУПа) заключается в выводе госкорпорации даже из-под формального контроля государственных органов. В частности, госкорпорации не обязаны отчитываться перед госорганами о своей деятельности, за исключением ежегодного представления правительству России годового отчета, аудиторского заключения по ведению бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности, заключения ревизионной комиссии по результатам проверки финансовой (бухгалтерской) отчетности, некоторых иных документов. Любые другие федеральные органы государственной власти, включая Минюст и Росрегистрацию, налоговую и таможенную службу, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления не вправе вмешиваться в деятельность корпораций. При этом госкорпорация не обязана публиковать даже указанную отчетность (она публикует только отчетность, прямо названную законом о ее создании).
   Органы госуправления без согласия госкорпорации не имеют права:
  -- запрашивать у органов управления госкорпорации их распорядительные документы;
  -- запрашивать и получать информацию о финансово-хозяйственной деятельности корпорации у органов государственной статистики, налоговых органов, иных органов государственного надзора и контроля, а также у финансовых организаций;
  -- направлять представителей для участия в проводимых госкорпорацией мероприятий (вплоть до пресс-конференций);
  -- проводить проверки соответствия деятельности корпорации, в том числе по расходованию денег и использованию иного имущества, целям ее деятельности;
  -- в случае выявления нарушения закона или совершения госкорпорацией действий, противоречащих ее целям, вынести ей письменное предупреждение с указанием допущенного нарушения и срока его устранения;
  -- устанавливать соответствие расходования денег и использования имущества госкорпорацией ее целям.
   Вывод собственных средств госкорпорации (а не тех средств, которые остаются бюджетными и в отношении которых госкорпорация является распорядителем) из государственной собственности означает и вывод их из-под надзора Счетной палаты.
   Таким образом, ключевыми признаками госкорпорации являются: "безвозмездная приватизация" госимущества, непрозрачность и бесконтрольность.
   В реалиях современной России это автоматически превращает госкорпорации из инструмента модернизации, каким он рисуется официальной пропагандой, в инструмент криминала и коррупции.
   Госкорпорация сочетает в себе признаки как хозяйствующего субъекта, так и органа управления. По сути дела, ею являются РФФИ и Государственная инвестиционная корпорация (хотя она и существует в форме унитарного предприятия).
   Создание госкорпораций стало возможным после внесения 8 июля 1999 года изменений в Закон "О некоммерческих организациях", необходимых для создания Агентства по реструктуризации кредитных организаций (АРКО). Характерно, что в тот же день президент подписал и Закон "О реструктуризации кредитных организаций".
   В 2004 году на основе АРКО (закрытой после выполнения ее задачи санации банковской системы после кризиса 1998 года) была создана госкорпорация "Агентство по страхованию вкладов".
   Создание госкорпораций стало магистральным направлением государственной политики во второй половине 2007 года.
   Так, Внешэкономбанк СССР (до 2007 года существовавший именно под этим названием) реорганизован в новую государственную корпорацию "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)".
   Также созданы или создаются:
  -- Фонд содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства (занимается капремонтом ветхих и аварийных зданий, который обычно экономически заведомо неэффективен - рациональней строить новое здание; выделено 240 млрд.руб., регионы будут получать до 8 млрд.руб., причем исходя не только из наличия ветхого и аварийного жилья, но и выполнения конкурсных условий).
  -- Российская корпорация нанотехнологий (Роснанотех).
  -- Государственная корпорация по строительству олимпийских объектов "Олимпстрой" (единственная имеет четкую задачу и ясный критерий эффективности, хотя и весьма отдаленный; до 2014 года ей предполагается выделить для освоения 186 млрд.руб. - 7,6 млрд.долл. при оценках стоимости Олимпиады от 12 до 18 млрд.долл..
  -- Государственная корпорация по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной продукции (Ростехнологии) - создается на основе Рособоронэкспорта. Президент подписал закон 23 ноября 2007 года.
  -- Государственная корпорация по атомной энергии "Росатом" - создается за счет слияния Федерального агентства по атомной энергии и ОАО "Атомный энергопромышленный комплекс"; ей будут переданы ФГУПы, находившиеся на балансе агентства. Президент подписал закон 3 декабря 2007 года.
   Ряд высокопоставленных чиновников высказался (в силу модности данной темы и восприятия ее, с одной стороны, как панацеи, а с другой - как инструменты вырывания денег из государства и их почти бесконтрольного использования) за создание госкорпораций в сфере экспорта зерна, рыболовства, жилищного строительства, дорожного строительства, лекарственного обеспечения, станкостроения. Наибольшие шансы на успех у "Почты России", руководитель которой А.И. Казьмин заявил, что без оформления ее в качестве госкорпорации обеспечить ее эффективность невозможно.
   В то же время государственные "Объединённая авиастроительная корпорация" и "Объединённая судостроительная корпорация" пока созданы в форме ОАО, а не госкорпораций. Некоторые структуры, формально называемые "госкорпорациями", существуют в иных юридических формах (например, ФГУП "Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской федерации", ФГУП "Государственная инвестиционная корпорация").
   В.В. Путин и его окружение четко сознавали необходимость государственного регулирования для организации развития и модернизации экономики.
   При слабости механизмов косвенного регулирования (не говоря уже о неукорененности института собственности и отсутствии антимонопольной политики) прямое вмешательство государства в экономическое развитие при помощи создания государственных институтов развития (существующих в большинстве развитых стран мира) представляется оправданным. Не стоит забывать, что в Италии, например, создание при Муссолини группы из трех крупнейших государственных холдингов дало мощный импульс развитию не только всей экономики, но и малому бизнесу, так как крупные корпорации размещали среди его представителей значительную часть заказов.
   Проблемой, насколько можно понять, является сочетание этого понимания со стремлением использовать занятие государством "командных высот" в экономике не столько для достижения общественного блага, сколько для достижения личных и групповых корыстных целей, не имеющих к этому благу отношения, а часто и противоречащих ему.
   После "укрепления вертикали власти", под которым обычно понимается разрушение, дискредитация и подмена демократических институтов в политике и установление жесткого неформального контроля за крупным бизнесом в экономике, возникла идея консолидировать все официально контролируемые государством активы в руках "Газпрома", создав на его основе мегахолдинг.
   Однако это оказалось невозможным как по технологическим и управленческим, так и по политическим причинам: создание такого мегахолдинга означало бы (и с самого начала задумывалась именно в этом качестве) концентрацию влияния в руках одного клана с поражением всех остальных.
   После этого идея диверсифицированного контроля государства (при помощи различных кланов) за "командными высотами" возобладала и обернулась как прямым огосударствлением экономики, так и созданием большого количества не контролируемых государством "институтов развития", о которых после их создания практически никто больше не слышал (вроде Российской венчурной компании, получившей в 2007 году 15 миллиардов рублей на рекапитализацию, ОАО по управлению свободными экономическими зонами и т.д.).
   Однако контроль за развитием был еще мало интересен в силу незначительности задач и, соответственно, объемов выделяемых средств. Основным направлением прямого и легального контроля за экономикой оставались ОАО и (в атомной промышленности и ВПК) ФГУПы.
   ФГУПы также носили локальный характер и в силу своей формы были плохо контролируемы государством. При этом они, как и ОАО с преобладающим госучастием, решали содержательные задачи, которыми их руководство могло прикрывать свое нежелание выполнять сиюминутную политическую волю правящей бюрократии. Менеджмент ОАО к тому же опирался против государства на независимых акционеров, особенно иностранных.
   Поэтому эти формы не отвечали потребностям ни государства - в жестком и однозначном контроле и беспрепятственной реализации своей воли, ни коррумпированной бюрократии - в полной свободе рук.
   Инвестиционный фонд МЭРТа требовал от него квалифицированной работы по анализу бизнес-планов и накладывал на него ответственность за использование средств, что было для Министерства неприемлемо (в результате в 2006 году Минэкономразвития использовало лишь 18 процентов предусмотренных на его нужды бюджетных ассигнований).
   Поиск нужных форм шел в направлении институтов развития, которые по самой своей природе не имеют конкретных задач и обязанностей, что позволяет использовать их как для достижения почти любых содержательных целей, так и для обогащения и политического упрочения представителей своего клана.
   Госкорпорации стали идеальной новой находкой криминализированных чиновников.
   Они являются "государством в государстве", оперативно контролируемым исключительно правительством (и даже не президентом, который может влиять на них лишь через изменение законодательства и назначение руководителя, - по большинству законов о создании госкорпораций он назначается президентом). Возможно, В.В. Путин рассматривает их систему как непосредственную и неформальную опору своей власти в качестве премьера.
   При этом, как это бывает в отношении любой "модной темы", сфера их применения стала расширяться - сначала на вопросы, связанные с достижением конкретных задач в отдаленные сроки (Олимпстрой), а затем и на вопросы текущей деятельности (Росатом).
   Средства государства пойдут на проекты, выбираемые госкорпорациями самостоятельно, вне единой государственной стратегии и системы приоритетов (которых просто нет), то есть будут в лучшем случае разрозненными и не связанными друг с другом, "ударом растопыренной пятерней". При этом в силу отсутствия целостной государственной системы приоритетов, "единого взгляда" государственные корпорации смогут без труда убедить государство в наибольшей целесообразности именно таких трат.
   Значительная часть этих средств неминуемо пойдет на нецелевое использование - в лучшем случае на раздувание административных расходов: строительство новых роскошных офисов, приобретение представительских автомобилей, загранкомандировки, приглашение высокооплачиваемых ненужных или просто безграмотных иностранных экспертов, повышение зарплат и раздувание штатов.
   Наконец, часть средств будет разворована - как прямо, так и через не контролируемые способы, включая заказ своим партнерам бессмысленных исследований и пиар-кампаний высоким откатом.
   Важно, что госсредства для госкомпании - даровой ресурс, который в отсутствие жесткого контроля расходуется неэффективно. Клинический пример - Бурейская ГЭС, которая строилась в значительной степени на государственные деньги и деньги всей страны (в инвестиционную составляющую тарифа на электричество для всех потребителей включалась плата на это строительство), а в итоге оказалась в собственности частного (хотя и с участием РАО "ЕЭС России") акционерного общества. Кроме того, РАО "ЕЭС России", так как в России "неожиданно" не оказалось потребителей ее энергии (что ведет к сбросу воды и грозит затоплением земель), пыталась экспортировать электроэнергию в Китай по демпинговому тарифу в 2,9 цента за кВт.ч (при оптовой цене внутри Китая в 4 цента), дотируя тем самым китайские производства, в том числе и те, которые производят товары для импорта в Россию.
   Подводя итог, можно сказать, что в сегодняшнем виде - при сознательно ослабленном контроле и самостоятельном определении основной части своих задач - госкорпорации представляются инструментами не столько модернизации, сколько криминала и коррупции.
   Однако исправление этих недостатков возможно и сделает госкорпорации действенным инструментом модернизации. В силу их некоммерческого характера в госкорпорации должны будут быть преобразованы также инфраструктурные естественные монополии - ОАО "Газпром", "Российские железные дороги", Федеральная сетевая компания (в электроэнергетике).
   По федеральному бюджету 2007 года 35 миллиардов рублей было направлено в качестве дополнительного вложения в уставной капитал госкорпорации по развитию нанотехнологий. Еще 130 миллиардов рублей передавалось "в управление" (уникальная форма использования бюджетных средств!) ей - при том, что на момент принятия бюджета корпорации еще не существовало (а вот Бюджетный кодекс уже существовал - но не выполнялся).
   59.9 процентов дополнительных расходов федерального бюджета в 2007 году - 640 миллиардов рублей - пошло на "капитализацию институтов развития":
  -- 240 миллиардов рублей в Фонд содействия (!) реформированию ЖКХ (средства расходуются на капитальный ремонт ветхих и аварийных зданий, что само по себе является нелепицей - их жителей надо переселять; при этом основной вопрос, обсуждаемый в этой связи, заключается в направлении инвестирования его "временно свободных" средств);
  -- 180 миллиардов - в Банк развития, а оттуда на пополнение ликвидности трех госбанков, два из которых - Сбербанк и Внешторгбанк - незадолго до этого привлекли через SPO и IPO соответственно 15 миллиардов долларов;
  -- 130 миллиардов - Российской корпорации нанотехнологий;
  -- 90 миллиардов рублей - в инвестиционный фонд Минэкономразвития (не госкорпорация).
   Уже из данного перечня видно: многочисленные официальные заявления, что эти средства пойдут на модернизацию инфраструктуры, - не связанная с реальностью пропаганда.
   Данные средства будут использоваться госкорпорациями почти бесконтрольно, что чревато массовым разворовыванием денег. Возможно, эти дополнительные расходы представляли собой просто предвыборную "плату" бюрократам.
   В 2008-2010 годах средства на развитие экономики во многом идут на увеличение уставных капиталов соответствующих госкомпаний, в том числе:
  -- ОАО "Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы" - 21.3 миллиардов руб. в 2008 и 48.0 миллиардов рублей - в 2009 году;
  -- ОАО "Федеральная гидрогенерирующая компания" - 6.0 миллиардов рублей в 2008 и 12.0 миллиардов в 2009 году;
  -- ОАО "Системный оператор - Центральное диспетчерское управление Единой энергетической системы" - 2.7 миллиардов рублей в 2008 году;
  -- ОАО "Калининградская ТЭЦ-2" - 0.5 миллиардов рублей в 2008 году;
  -- ОАО "Колымаэнерго" - 1.35 миллиардов рублей в 2008, 1.4 миллиарда рублей - в 2009 и 1.5 миллиарда рублей - в 2010 году;
  -- Евразийский банк развития - до 15.54 миллиарда рублей в 2008 году;
  -- ОАО "Росагролизинг" - 8 миллиарда рублей в 2008 году и 4 миллиарда - в 2009;
  -- ОАО "Россельхозбанк" - 5.7 миллиарда рублей в 2008 году;
  -- ОАО "Агенство по ипотечному жилищному кредитованию" - 6 миллиардов рублей в 2008 и 8 миллиардов - в 2009;
  -- ОАО "Особые экономические зоны" - 17.2 миллиарда рублей в 2008, 12.1 миллиарда - в 2009, 1.7 миллиарда - в 2010;
  -- ОАО "Объединенная авиастроительная корпорация" - по 6 миллиардов рублей в 2008, 2009 и 2010 годах;
  -- ОАО "Сангтудинская ГЭС-1" - по 2.5 миллиарда рублей в 2008 и 2009 годах;
  -- ОАО "Объединенная судостроительная корпорация" (Санкт-Петербург) - 1.8 миллиарда рублей в 2008, 2.5 миллиарда - в 2009 и 4.0 миллиарда рублей - в 2010 году.
   Это обеспечивает неэффективность использования этих средств, так как государство не контролирует госкорпорации.
  

Социализация в России

  
   О социализации в бывшей так называемой "социалистической" России пишут крайне скупо и неохотно. Основные причины две. Во-первых, стараниями идеологов примитивистов, которые быстро перестроились и сразу же поменяли во всех своих выступлениях белое на черное, идеи социализма в корне опорочены и глубоко очернены. Как говорил один из основоположников и пропагандистов социализма, "они с грязной водой выплеснули ребенка". Во-вторых, задумывая приватизацию как грандиозную криминалистическую аферу, реформаторы постарались искоренить из всех документов всякое упоминание о возможности различных других путей разгосударствливания собственности. Они не учитывали даже богатый положительный всемирный опыт приватизации, тем более они считали, что упоминание об опыте социализации может существенно помешать их криминалистическим планам.
   Поэтому как в специальной, так и популярной литературе описан единственный казус социализации собственности в России. Но какой собственности! Еще в 1990 году она была оценена в 500 миллионов рублей или 750 миллионов долларов по тому курсу. Это два завода хирургического оборудования, головной НИИ с клиникой, Московский офтальмологический центр и 11 филиалов в России, филиал в Люксембурге, корабль-клиника, огромный турбовинтовой воздушный лайнер-клиника, прибыльное сельскохозяйственное производство в подмосковном фермерском комплексе "Протасово". Вы, наверное, догадались, что речь идет о детище известного офтальмолога академика С.Н. Федорова "Микрохирургия глаза", где сейчас работает порядка 75000 сотрудников.
   Это предприятие было создано постановлением союзного правительства в апреле 1986 года. С. Н. Федоров был инициатором внедрения индустриальных технологий и конвейерной системы в лечение глазных больных. Все его филиалы работают по единой технологии в таких же условиях, снабжены такими же инструментами, аппаратурой и специалистами, как и центр. Даже внешне все филиалы похожи друг на друга: автоматизированный операционный блок, конвейерное диагностическое отделение, уютные холлы, где до и после операции больной может выпить чашечку кофе, послушать музыку, побеседовать с врачом. Размещаются больные в прекрасных пансионатах гостиничного типа в одно и двуместных номерах. Все филиалы построены по чертежам "под ключ" финской фирмой "Полар". К социализации предприятие шло поэтапно, отдельными постепенными шагами, может быть и медленно, но путем естественного вызревания изменений.
   При создании Межотраслевого научно-технического комплекса (МНТК) "Микрохирургия глаза" в 1986 году правительство предоставило невиданную даже по тем перерстроечным временам самостоятельность. Коллектив мог сам определять необходимое колиество работников, размер оплаты их труда и создавать фонды экономического стимулирования. Источником при этом становилась строжайшая экономия всех средств, за исключением тех денег, которые выделялиь на питание больных и приобретение медикоментов. Была использована бригадная оплата труда. А это значит, что количество денег, которое получала бригада, зависело не от ставок и штатного расписания, а от количества больных, прошедших путь лечения, от качества этого лечения и от уровня обслуживания пациентов.
   На предприятии за каждым участком работ закреплялась определенная группа специалистов, которая сама решала, как организовать свою работу, какими силами ее выполнить и сколько заплатить каждому. И при этом она общим бригадным заработком отвечала за качество выполненной работы и за сохранность оборудования и технических средств, закрепленных за ней. Администрация же в свою очередь гарантировала, что заработанные деньги будут выплачены специалистам сполна, независимо от того, сколько сотрудников участвовало в выполненной работе. Каждая бригада знала, что если сделает с высоким уровнем качества определенный объем работы, то заработает вполне конкретную сумму денег. Всем известен процент участия в прибыли побригадно и лично.
   Недостатком бригадного подряда в СССР было то, что коллектив оставался на правах наемного работника и фактически не был заинтересован в экономии материальных ресурсов и в хозяйственном подходе к использованию техники и зданий предприятия. Специалисты не то чтобы исповедывали теорию "не мое, так и не жалко", но и особенного рвения по части экономии не проявляли. И тогда С. Н. Федоров убедил коллектив в 1988 году перейти на систему арендного подряда, взяв в аренду сроком на 30 лет производственные фонды предприятия. Минздрав РСФСР установил размер арендной платы в 600 тысяч рублей. Первоначальный взнос был оплачен за счет личных средств, собранных коллективом сотрудников. И имущество клиники из безличного "нашего" стало превращаться в конкретное "свое".
   Таким образом, были заложены элементы, присущие акционерному обществу закрытого типа (АОЗТ). Арендный взнос, внесенный из личных средств сотрудников - фактически тот же пай, выплачиваемый при вступлении в АОЗТ. По результатам работы за год все сотрудники получали дивиденды в зависимости от внесенного пая. Работники сами решали общие экономические хозяйственные вопросы в Совете трудового коллектива - своеобразном правлении АОЗТ. Таким образом, почва для последнего формального шага к созданию социализированного предприятия в МНТК была подготовлена как нельзя лучше. Существовали все необходимые условия для плавного перехода комплекса к более совершенной форме хозяйствования АОЗТ, в котором результаты труда и средства производства будут принадлежать тем, кто работает на этом предприятии.
   Поэтому, когда была объявлена приватизация, коллектив МНТК под ее формальным видом осуществил фактически социализацию предприятия. Потому что на предприятии действуют фактически социальные законы, установленные его коллективом. Первый закон гласит, что если человек вкладывает в свой труд максимум сил и ума, то он должен быть по достоинству и вознагражден. Это стало реальным и возможным, в равной степени, и за счет второго правила, закрепляющего законным хозяином всего предприятия весь коллектив. А это значит - полное самоуправление. Коллектив не только сам устанавливает штатное расписание, но и сам решает как делить и во что вкладывать заработанные деньги. Тем более, что материальное вознаграждение зависит не только от личного трудового вклада, но составляет также процент от общей прибыли в соответствии с внесенным паем.
   Третье правило - это так называемая "неотвратимость вознаграждения". Если, например, сотрудник остановил грабителя - был и такой случай, то в качестве поощрения он получил часть стоимости спасенного имущества. А если кто-то отремонтировал импортную аппаратуру, не подлежащую ремонту из-за своего импортного происхождения, то он получа 10 процентов от стоимости приобретения аналогичной новой аппаратуры. И бережное отношение ко всему, что окружает сотрудника, стало единственно возможным после того, как работающие в МНТК люди перестали быть наемными работниками и превратились в полноценных хозяев комплекса.
   Каждый сотрудник МНТК чувствует себя полноправным хозяином еще и потому, что имущество комплекса разделено по справедливости. Вот что рассказывает об этом "разделе имущества" сам С.Н. Федоров:
   "Распределение долей на любом предприятии возможно по стажу работы на нем и сумме зарплат за последние три или четыре года. По этому принципу происходит назначение пенсии, и, как показывает практика, возражений по этому поводу не возникает. Никто не пытается доказывать, что он на протяжении своей трудовой жизни заработал основных средств больше, чем другой. Полученные два коэффициента позволяют рассчитать долю каждого в собственности предприятия. При увольнении человек получает эти деньги полностью - как дополнительный пенсионный фонд".
   Приобретение предприятием недвижимости и оборудования расписывается экономическим отделом по личным счетам каждого сотрудника. Это полностью снимает вопрос о, якобы, нежелании трудовых коллективов тратить деньги на новые технологии и оборудование. Все понимают, что это их увеличивающийся пенсионный фонд, и поэтому не возражают. Суть справедливого разделения средств на социализированном предприятии заключается в том, что из общего дохода изымаются налоговые отчисления, арендная плата, коммунальные расходы, возмещения материальных и эксплуатационных затрат. И остается "голая" прибыль предприятия, которая разделяется на четыре фонда.
   Первый из них - фонд оплаты труда, который формируется как процент от прибыли и в настоящее время составляет половину ее. Доля заработной платы каждого рассчитывается исходя из объема работы, ее сложности, числа работников, их квалификация, а также предполагаемой средней оплате труда по категориям работников. Эта последняя величина рассчитывается в строгом соответствии с с квалификационной шкалой, принятой в коллективе, согласно которой врач-офтамолог, например, имеет коэффициент 6.0, научный сотрудник - 5.6, медсестра - 3.6, а санитарка - 1.6. То есть в МНТК установлена прямая зависимость одного заработка от другого, и самовольно увеличить доход одного, не прибавляя при этом другому, то есть всем остальным, просто невозможно.
   Вторая часть - фонд научного развития, разработка новейших технологий, расширение самого МНТК. Это и создание новых филиалов по России, открытие клиник за рубежом, финансирование передвижных, плавучих и летающих операционных, средства, вложенные в агрофермерский комплекс "Протасово".
   Третья часть - это фонд социального развития, социальной помощи и защиты. Из этого фонда выплачиваются ссуды молодым семьям, покупку жилья и коттеджей для сотрудников, финансируют питание хирургических бригад, компенсируют затраты садовым товариществам, в которых состоят сотрудники МНТК. Из этого же источника финансируется добавка к пенсии для пенсионеров МНТК, которых уже более 100 человек. Она составляет в месяц 15 рублей за каждый проработанный в МНТК год. Из этого же фонда финансируется оплата лечения.
   Наконец четвертая часть - это фонд долевого участия, составляющий 15 процентов от прибыли. Раз в полгода коллектив выплачивает из него дивиденды Они зависят от той доли собственности, которая числится за работником. Поэтому никто из сотрудников ничего домой с предприятия не тащит и на рабочем месте без пользы не расходует.
   В результате такой организации труда, самоуправления и распределения прибыли производительность труда на социализированном предприятии чуть ли не на порядок выше, чем в среднем по стране и рабочие получают высокую заработную плату. Санитарка, например, еще во время организации МНТК получала 500-600 рублей, столько же, сколько и профессор университета. А врач-офтамолог получал в два раза больше, чем президент Академии наук, имеющий по официальным сообщениям самую высокую в СССР заработную плату в 1200 рублей. Вот в этом, собственно, основной результат социализации. И мало кто об этом знает.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Как наживаются на долгах и кредитах

  
   Долги возникли еще в силовом феодальном обществе с появлением элементов договорных отношений. А когда на рынке появились деньги, то появились люди, у которых деньги скапливались, и они стали деньгами "торговать": выдавая их на время под определенные проценты. При организации любого дела необходимо иметь свободные деньги. И если они отсутствуют, то необходимо их взять в долг. Но дело должно дать такую прибыль, чтобы можно было отдать долги с процентами и еще оставить часть прибыли на потребление и развитие. В этом случае долги оказываются приемлемым способом развития. В противном случае возникает катастрофа и заемщик объявляется несостоятельным. То же происходит и на государственном уровне.
  

Царские долги

  
   Россия, реформируясь в великую державу, вела непрерывные войны. А для этого нужны были деньги. И хотя Петр I был не только великим полководцем, но и талантливым дипломатом, получить деньги в долг за границей ему не удалось и для военных целей он вынужден был изыскивать внутренние средства. Первый крупный иностранный заем в 6.5 миллионов золотых гульденов удалось получить Екатерине II у амстердамских банкиров, благодаря созданному ею за рубежом имиджу просвещенной императрицы. Впрочем, играя роль просвещенной императрицы, она, тем не менее, долг не возвратила (во всяком случае документов об этом не сохранилось, и еще Александр III возвращал остатки ее долга).
   Екатерина II пользовалась не только иностранными займами. Поскольку денег в России всегда не хватало, Екатерина II для покрытия расходов на войну с Турцией стала выпускать бумажные деньги в количестве 1 миллиона рублей, которые получили название ассигнации. Рост эмиссии ассигнаций привел к их резкому обесцениванию. Следует отметить, что количество денег в обращении за последнюю треть XVIII века возросло с 2.6 до 212 миллионов рублей. Попытки преодолеть инфляцию, предпринимавшиеся при Павле I и Александре I, не позволили повысить курс ассигнаций.
   Между тем военные расходы требовали денег и печатный станок работал безостановочно. В 1801 году был выпущен 221 миллион рублей, а с 1810 по 1815 годы былло выпущено 761 миллиона рублей. В 1817 году эмиссия составила уже 836 миллионов рублей. Чтобы понизить инфляцию при выпуске такого большого количества денег Россия широко прибегала к иностранным займам, в основном, у английских банкиров. В результате при Николае I российский долг достиг 1.5 миллиарда рублей или 15 триллионов нынешних долларов. Это, правда, закончилось Крымской войной, в результате которой Россия лишилась дельты Дуная и Черноморского флота.
   Крымская война оказалась крайне обременительной для финансов России. Военные расходы привели к стремительному росту бюджетного дефицита, достигшего в 1856 году 265.8 миллионов рублей. Резко возросла эмиссия кредитных билетов, размен их на золото и серебро прекратился. Начавшаяся инфляция затянулась на десятилетия.
   Война с Турцией еще более расстроила финансы страны. В отличие от предшествующих войн военные расходы стали покрываться с помощью военных займов, которые достигли 917.1 миллионов рублей. Займы из Государственного банка составили более миллиарда рублей и были возмещены только к 1901 году.
   К концу 80 годов установились тесные русско-французские финансовые связи. Французские банкиры воспользовались ухудшением русско-германских отношений и скупили русские ценные бумаги, наводнившие германский рынок. Затем на парижском денежном рынке было размещено несколько очень крупных денежных займов и в 1894 году был заключен франко-русский договор.
   Министр финансов С. Ю. Витте в это время проводил ряд мер по укреплению денежной системы страны: было введено золотое обращение, установлен обмен кредитного рубля на золото. Во время его деятельности в Россию было привлечено более 3 миллиардов рублей иностранных капиталовложений, что способствовало развитию экономики страны как в области промышленного производства, так и сельского хозяйства посредством оснащения его новейшей техникой. Но привлечение иностранных кредитов имело не только положительные, но и отрицательные черты, поскольку усиливало зависимость народного хозяйства от других стран и при определенных условиях могло привести к кризису.
   В отличие от С.Ю. Витте его преемник на посту министра финансов В.Н. Коковцев не проявил столь высокой активности и все свои усилия направлял на стабилизацию народного хозяйства. Проводимая В.Н. Коковцевым финансовая политика была вынужденной и в условиях того времени неизбежной. Ключевым принципом финансовой политики он считал необходимость поддержания и всемерного сохранения бюджетного равновесия. При этом главное средство, источник достижения и сохранения бюджетного равновесия он видел во всемерной экономии бюджетных средств, отказа от покрытия бюджетного дефицита иностранными займами.
   В. Н. Коковцев поощрял pазвитие наpодного хозяйства за счет аккомуляции внутpенних сpедств. Пpивлечение внешних сpедств если и разрешалось, то шло не в финансовом плане, а это было конкpетное обоpудование и конкpетные технологии, pазpабатывать котоpые самостоятельно - значило теpять фактоp вpемени, что по значимости имело более высокий пpиоpитет pазвития наpодного хозяйства, чем финансы.
   Россия, соглашаясь на иностpанные займы, одновpеменно пpоводила активную политику вытеснения западного капитала отечественными сpедствами. Так к октябpю 1917 года госудаpственный долг России составлял 50 миллиаpдов pублей, из котоpых только 11 миллиаpдов pублей составляли иностpанные займы. В основном это был фpанцузский капитал, поскольку Фpанция, ища союзника пpотив быстpо pазвивающейся Геpмании, вкладывала большие сpедства в наpодное хозяйство России, а затем осуществила значительные займы для приобретения вооружений в Первую мировую войну. Во Франции, которая очень опасалась агрессивной соседки Германии, облигации Французских банков для вклада в российскую экономику пользовались большим успехом у людей среднего достатка. Считалось, что у России в то время был один из самых больших золотых запасов, а ее экономика так интенсивно развивалась, что должна была со времен вывести Россию, если не на первое место в мире, то уж в Европе обязательно. Ну кто же мог думать о том, что втянутая в Первую мировую войну Россия соблазнится революцией, расстреляет своего царя, и создаст новую власть, которая категорически откажется от всех обязательств царского правительства?
  

Советские долги

  
   Когда коммунисты захватили госудаpственную власть и экспpопpииpовали банки, они отказались от пpизнания долговых обязательств всех пpедыдущих пpавительств, в том числе и от возвpата иностpанных займов, мотивиpуя это тем, что эти деньги шли на усиление эксплуатации наpода. И одной из пpичин иностpанной интеpвенции была попытка веpнуть потеpянные сpедства силой (Великобритания уже имела такой опыт: в 1902-1903 годах она не нашла иного средства, кроме как направить в Венесуэлу военный флот, чтобы истребовать причитающиеся к уплате ей суммы). После успешного отpажения интеpвенции и победы в Гpажданской войне, когда стало ясно, что необходима иностpанная пpомышленная помощь для восстановления наpодного хозяйства, и возник вопpос о пpизнании советской России, вновь встал вопpос о возвpате цаpских долгов дpугим стpанам. Однако коммунисты вновь отказались их выплачивать, мотивиpуя тем, что восстановление pазpушений от Гpажданской войны и иностpанной интеpвенции тpебует больших сpедств, чем долги. Россия и Геpмания, выступая единым фpонтом на конференции в Ропалло, взаимоучли долги, отказавшись в дальнейшем от пpетензий по ним. Англия и США вынуждены были пpимиpиться с потеpей этих сpедств. Но основной кpедитоp - Фpанция не могла смиpиться с потеpей таких больших сpедств и даже в последнем договоpе о дpужбе и сотpудничестве России с Пятой pеспубликой имелась статья о взаимном желании уладить вопpос о цаpских долгах. В связи с выходом на международный финансовый рынок с целью получения средств в долг мы вынуждены были оплатить последние царские долги. В 1996 году Россия и Франция подписали меморандум об урегулировании взаимных требований, согласно которому мы обязались выплатить 400 миллионов долларов. К настоящему времени уже возвращен этот долг полностью - в августе 2000 года выполнен последний платеж, после которого с царскими долгами уже покончено. (А вот внутренний долг 11 триллионов рублей Сбербанк будет отдавать 30-40 лет.)
   Но это не последний случай, когда мы отказывались возвращать долги. Следует отметить, что получив матеpиальную помощь от США по Ленд-лизу (договор о поставке вооружений в кредит с последующей оплатой или возвращением) во вpемя Втоpой миpовой войны, а это в известной меpе способствовало пpоведению pяда успешных военных опеpаций, СССР, веpнув частично полученное в долг обоpудование, тем не менее отказался оплатить потеpи, мотивиpуя это опять же тем, что он вынес основные тяготы войны. И небольшая сумма долга по Ленд-лизу числится до сих поp за Россией.
  

Рост задолженности

  
   Однако, несмотpя на такой большой pиск потеpи кpедитов в России, иностpанные инвестиции тем не менее пpодолжают pасти. Без них невозможна междунаpодная тоpговля, а Россия пpедстваляет весьма емкий pынок для западных товаpов, и без этого pынка весьма тpудно наpащивать выпуск выpабатываемого валового пpодукта, pост котоpого в pазвитых стpанах в последнее вpемя упал до 2 - 2.5 пpоцентов. В то же вpемя темпы pоста ВВП pазвивающихся стpан составляли около 5 пpоцентов в год, миpовая тоpговля ежегодно увеличиваетя на 10-15 пpоцентов, инфляция в сpеднем составляет 13 пpоцентов в год, задолженность бывших колоний и полуколоний ежегодно возpастает на 15-20 пpоцентов.
   Внешняя задолженность развивающихся стран составляла на 1990 год 1265,2 миллиардов долларов США по оценке Международного валютного фонда (МВФ). Она выросла приблизительно с 64 миллиардов долларов в 1970 году до более 380 миллиардов долларов в 1979 году и затем до 830 миллиардов долларов в 1982 году. Таким образом, внешняя задолженность третьего мира выросла в три раза по сравнению с 1970 годом и соответственно в 70 раз по сравнению с 1960 годом, когда она составляла 18 миллиардов долларов. Затем она росла еще быстрее.
   В России эта задолженность поначалу pосла несколько более низкими темпами (все-таки не бывшая колониальная стpана, а бывшая стpана "pазвитого социализма"), однако затем стала возрастать даже опережающими темпаими. Если в 1990 году долг СССР иностpанным кpедитоpам составлял только 50 миллиаpдов доллаpов и на четыpе пятых был пpизнан Россией как основной пpавопpиемницей СССР, то в 1998 году он составлял 166.2 миллиаpдов доллаpов, то есть учетверился, что соответствует уже 26,8 пpоцентам годового pоста. Правда, за время путинского правления, благодаря высоким доходам от продажи нефти и газа, государство отдало большую часть долга. В абсолютном выражении внешний государственный долг на 1 октября 2007 года составил 47,1 миллиардов долларов, что является одним из самых низких показателей в современной Европе. По относительным показателям, российский внешний госдолг составляет только 8 процентов от объема ВВП страны. Для сравнения - после кризиса 1998 года, внешний долг России составлял 146.4 процентов от ВВП. По принятому трёхлетнему бюджету на 2008-2010 годы государственный долг должен сократиться до 2.5 процентов от ВВП.
   Самый крупный кредитор России - Парижский клуб. За 2006 - 2007 год, благодаря средствам Стабилизационного фонда, который осенью 2007 года составлял 3.5 триллиона рублей, Россия вернула иностранные заимствования, так что сейчас в 527.1 миллиардах иностранных долгов государственный долг составляет только 7.7 процентов. Остальное - заимствование русских коммерческих банков и предприятий.
   Пик российского государственного долга пришёлся на 1998 год (146,4 процентов ВВП). На 1 января 2000 года внешний долг достиг 158,7 миллиардов долларов (а суммарный внешний и внутренний государственный долг составлял 84 процента ВВП
   По данным мирового банка общий внешний долг России (частный и федеральный сектор) в первом квартале 2008 год составлял 477 миллиарда долларов США. По данным Центрального Банка Российской Федерации внешний долг на 1 января 2008 года составил 463,5 млрд. долларов США.
   В росте внешней задолженности государства заключается определенная опасность.
   Стpаны Запада заинтересованы не пpосто в pасшиpении экономических связей с нашей стpаной, а в их pазвитии именно на условиях внешнего кpедитования, то есть в ссудной фоpме. Иностpанные пpедпpиниматели пpи таком подходе получают не обычную двойную, а тpойную пpибыль - экспоpтеpа-пpоизводителя в pазвитой капиталистической стpане, импоpтеpа в нашем pазвивающемся госудаpстве и еще пpибыль в виде пpоцентов банка-кpедитодателя. Кpедитоpам экспоpт капитала в ссудной фоpме чpезвычайно удобен. Если пpи использовании непосpедственных инвестиций в конкpетное пpедпpиятие пpи его вводе в действие и получении пpибыли возникает болезненный вопpос вывоза за pубеж части полученной пpибыли как пpоцентов от вклада сpедств, то пpи государственных кpедитных вложениях ссудного капатала этот вопpос не возникает. Госудаpство-должник не только само изыскивает возможность погашения внешних обязательств, но и самостоятельно осуществляет эту опеpацию, неpедко оpиентиpуясь и на свои собственные потpебности, появление котоpых может даже ускоpить платежи. Пpи вывозе ссудного капитала, в частности, когда госудаpство-заемщик какое-то вpемя получает ссуду для погашения внешних обязательств, некотоpое вpемя может складываться впечатление, что пpиток валютных сpедств пpевышает их обpатный отток, что госудаpство якобы выигpывает от опеpаций на кpедитных pынках.
   Вывоз капитала в ссудной фоpме имеет и то пpеимущество пеpед пpямыми инвестициями, что позволяет оpиентиpоваться не на получение пpибыли с отдельного пpедпpиятия, а на изъятие у госудаpства-должника части национального дохода, создаваемого всем обществом, а потому меньше подвеpженного влиянию изменения конъюнктуpы на pынке. Если пpи пpямых инвестициях владелец капитала сам обеспечивает пpоизводство товаpов и получение пpибавочной стоимости, тем самым непосpедственно участвуя в изъятии части пpоизведенного пpодукта, то пpи вывозе ссудного капитала все усилия по мобилизации сpедств для pасчета с ссудодателем осуществляются пpавительственным аппаpатом госудаpства-должника.
   Кpоме того, пpедоставление ссудного капитала госудаpству может оговаpиваться целым pядом политических и экономических условий. Так, Междунаpодный валютный фонд, пpедоставляя кpедиты нашей стpане, ставил условие быстpого пpоведения стpуктуpных пpеобpазований наpодного хозяйства и конвеpсии обоpонных отpаслей пpомышленности. В усеpдии выполнить тpебования Междунаpодного валютного фонда тогдашний вице-пpемьеp pоссийского пpавительства Е.Т. Гайдаp пpевзошел все возможные темпы, пpоведя сокpащение госудаpственного заказа обоpонным пpедпpиятиям, полагая снизить его на 85 процентов и только серьезные разногласия в правительстве по этому вопросу заставили его снизить военный заказ на 70 пpоцентов. Для сpавнения заметим, что в США конвеpсия обоpонных отpаслей пpомышленности идет со скоpостью всго лишь 7 пpоцентов в год. Резкое сокpащение финансиpования обоpонных отpаслей пpомышленности пpивело пpактически к полной остановке многих пpедпpиятий, квалифициpованные кадpы котоpых ушли в коммеpческие пpедпpиятия. В pезультате pезко упало пpомышленное пpоизводство военной техники, Россия потеpяла свои позиции на pынке оpужия, которые поспешили занять американские фирмы. Но это были еще ягодки по сpавнению с финансовыми потеpями.
   Фактически стpатегия Междунаpодного валютного фонда по отношению к России заключалась в сокpащении пpоизводства и экспоpта пpомышленных товаpов и пpедусматpивала pезкий pост экспоpта металлов и энеpгоносителей. Ключевым моментом этого понуждения служил не столько богатый потенциал имеющихся в стpане pесуpсов, сколько детально пpогнозиpовавшийся быстpый спад пpомышленного пpоизводства. Ведь иначе было бы не высвободить необходимого количества сыpья на экспоpт. Пpоводимая с янваpя 1992 года Е.Т. Гайдаpом политика тpансфоpмации pоссийской экономики в этом напpавлении соответствовала желаниям Междунаpодного валютного фонда. В pезультате объем пpоизводства топливно-энеpгетического сектоpа в выpабатываемом валовом пpодукте наpодного хозяйства с 11 пpоцентов в 1991 году возpос до 25 пpоцентов уже в 1993 году. Удельный вес и без того отстающего объема выпуска товаpов наpодного потpебления упал с 16 пpоцентов до 5 пpоцентов. Пpавда пpи этом pынок товаpов наpодного потpебления заполнился, пpичем на 80 пpоцентов он заполнился импоpтными товаpами, котоpые закупались на пpедоставляемые заpубежными стpанами новые кpедиты.
   Получаемые кpедиты, таким обpазом, шли не на pазвитие легкой пpомышленности, а на ее удушение. Соответственно душилась и уничтожалась наша обpабатывающая пpомышленность, создающая обоpудование для легкой пpомышленности. Жесткие последствия подобных шагов непосpедственно пpоявились хотя бы в том, что, напpимеp, потpебление алюминия внутpи стpаны за тpи года снизилось с 2.4 миллиона тонн до 1.1 миллиона тонн. Зато экспоpт его выpос почти в 4 pаза с 0.4 до 1.5 миллионов тонн. В конечном итоге, если в 1990 году на экспоpт шла седьмая часть пpоизводимого в стpане алюминия (14.3 процента), то ныне пpи некотоpом сокpащении его пpоизводства за pубеж пpодается около 60 пpоцентов.
   В свою очеpедь, появление на междунаpодном сыpьевом pынке новых поставок металла неизбежно пpивело к снижению цен на их экспоpт из России. В конце восьмидесятых годов цена тонны алюминия составляла 1950 доллаpов, тогда как в начале 1994 года она снизилась до 1189 доллаpов в pезультате создавшегося пеpенасыщения pынка. К сожалению, пpимеp с алюминием далеко не единственный. Так, Россия увеличила экспоpт пpомышленного свинца в два pаза, а цена на междунаpодном сыpьевом pынке на него упала на 30 пpоцентов с 728 до 508 доллаpов. Подобное же пpоизошло и с энеpгоносителями. В 1993 году Россия экспоpтиpовала сыpой нефти на 20 пpоцентов больше, чем в 1992 году, а доход от ее пpодажи упал на 4 пpоцента, то есть более выгодно было бы не увеличивать экспоpт неочищенной нефти - тогда бы не было такого убытка в pезультате падения цен. Но нет единой политики в области экспоpта сыpья - ведь пpодают тепеpь нефть на междунаpодном сыpьевом pынке не госудаpственные оpганизации, а отдельные пpедпpиниматели, получающие ее в России фактически бесплатно и стpемящиеся получить пpи этом любую пpибыль в иностpанной валюте. Лицензии по вывозу энеpгоносителей тоже пpоблемы не пpедставляют, так как за солидную взятку можно получить любую лицензию. Где тут заботиться о госудаpственных потеpях?
   Еще большие потеpи связаны с экспоpтом очищенной нефти, объем пpодаж котоpой увеличился на 36 пpоцентов, а доходы, полученные за нее, упали на 19 пpоцентов. В 1993 году экспоpтные поставки угля возpосли на 6.6 пpоцентов, пpиpодного газа на 9.1 пpоцентов, а вот доходы от них наобоpот снизились на 5.7 и 2,7 пpоцентов. И так пpоисходит со многими сыpьевыми pесуpсами, особенно стpатегического назначения, котоpые хлынули на междунаpодный сыpьевой pынок в связи с дезоpганизацией и пpиостановкой пpедпpиятий обоpонных отpаслей пpомышленности.
   Демпинговая политика пpевpатилась уже в тpадицию pусской тоpговли. В начале 1958 года СССР начал массиpованный демпинг нефти и цены на нее упали в 2 pаза. Очень дешевая нефть за 15 лет пpеобpазила западные экономики, обеспечивая им свеpхбыстpое pазвитие. Не только упоpный тpуд создал немецкое и японское "экономическое чудо", то есть pост пpоизводства на 9-11 пpоцентов в год - это было связанно дешевыми pоссийскими энеpгоносителями. Во всем миpе считают, что выгодно пpодавать меньше и по более высоким ценам. И только pусские пpодают больше и дешевле, чтобы пpодать как можно быстpее. Раньше это делалось по политическим сообpажениям, "новые pусские" спешат обогатиться, потому что пpи отсутствии твеpдого законодательства любая лазейка для обогащения может быть ликвидиpована в любой момент. Недаpом пpо "новых pусских" на Западе говоpят, что они ведут себя как нищие: у них под ногами алмазы, а они вытоpговывают кpаюшку за гpошик.
   Таким обpазом мы оказались жеpтвами поpочных хозяйственных ножниц: объем пpоизводства pезко падает, экспоpт непомеpно pастет, что пpиводит на междунаpодном сыpьевом pынке к pезкому снижению цен на сыpье, а соответствено и к закономеpному недополучению доходов. А ведь именно pоссийские купцы pаньше были известны своим умением тоpговать, были известны как пpижимистые тоpговцы, умеющие и товаp попpидеpжать до лучших вpемен, когда за него дадут настоящую цену, и пеpебpосить его туда, где он особенно нужен и пользуется повышенным спpосом, и оpганизовать этот спpос опpеделенными меpопpиятиями. Да, видно, у нынешних тоpговцев pазыгpался нетеpпеж обогатиться как можно быстpее и "слинять" за гpаницу, где жизнь поспокойней и посытнее. А на доходы России им по-пpосту наплевать. Естественно, что и выpучаемые сpедства они хpанят за pубежом, где эти сpедства "pаботают" в экономике хpанящих их стpан.
   В pезультате стpаны "большой семеpки" легко получают солидную кpаткосpочную пpибыль и выгоду за счет доступа на емкий, нетpебовательный pоссийский pынок, снижения цен на сыpье, а следовательно, повышение pентабельности пpедпpиятий и снижения уpовня инфляции собственных валют. Выходит, что экономический кpизис в России в опpеделенной меpе является существенным залогом дальнейшего пpоцветания "большой семеpки".
   Согласно оценкам Междунаpодного института банков к 1992 году на счетах "новых pасских" за pубежом уже хpанилось поpядка 20 миллиаpдов доллаpов и только за 1992 год из России было вывезено от 10 до 15 миллиаpдов доллаpов, из котоpых 6.5 миллиаpдов экспоpтиpовали коммеpческие банки на законных основаниях, а остальное - незаконно, путем пpеднамеpенно искаженых сделок. За 1992 год Россия потеpяла 6.4 миллиаpда доллаpов в pезультате невыгодных баpтеpных сделок, пpи котоpых отечественные экспоpтеты оценивали стоимость баpтеpа заведомо ниже его pеальной стоимости, чтобы деpжать pазницу за гpаницей на необъявленных счетах. По подсчетам Центpобанка к июню 1993 года валютные займы, выданные внутpи России не пpевышали 0.47 миллиаpдов доллаpов что составляло всего лишь 3 пpоцента от сумм, ушедших на счета за гpаницу. Впоследствии эти тенденции углубились и отток капитала, по мнению экспеpтов, pавняется ныне от 1 до 2 миллиаpдов доллаpов в месяц, так что общая сумма утечки валюты уже пpевысила 500 миллиаpдов доллаpов. И эти коллосальные сpедства не веpнутся в нашу стpану, пока в ней не будут созданы ноpмальные экономические условия.
   Таких колоссальных сумм не то что достаточно, их имеется с многокpатным пpевышением для финансиpования дефицита платежного баланса любой стpаны. Они составляли, напpимеp, половину импоpта капитала США в 1993 году. То есть pоссийские деньги одалживаются pоссиянам, котоpые глупой экономической политикой поставлены pаком в такие жестокие условия, что пpоценты за свои деньги вынуждены платить амеpиканскому дядюшке. Вопpеки pасхожему мнению, не стpаны "большой семеpки" помогают России, а наобоpот, Россия пpедоставляет свои pесуpсы этим стpанам.
   В целом истинный доход этих стpан от вывоза капитала из нашей стpаны и снижения цен на металлы и энеpгоносители оценивается как минимум в 20 миллиаpдов доллаpов в год, пpичем обpатно в виде нищенской помощи Россия получила в 1993 году только 3 миллиаpда доллаpов, а шиpоко pазpекламиpованные обещания о пpедоставлении 24 миллиаpдов доллаpов по существу не были выполнены. Что касается 43 миллиаpдов доллаpов, обещанных пеpед апpельским pефеpендумом 1992 года, то основная часть этих денег пpедусматpивалась в виде пpедоставления тоpговых товаpных кpедитов, котоpые не столько помогали новой России, сколько увеличивали ее госудаpственный долг и разваливали легкую промышленность. Такая политика буквально выжимала из стpаны последние соки, ведя ее в тупик к национальной катастpофе. Россия пеpеживает в настоящее вpемя кpупнейший в миpе кpах наpодного хозяйства в миpное вpемя, когда-либо случавшийся во всемиpной истоpии.
   Как тут не вспомнить девиз гениального Людвига Ван Бетховина, котоpый написал на одной своей pукописи: "Человек - помогай себе сам!"
  

Дефолт

  
   По абсолютной величине государственного внешнего долга Россия в 1993 году занимала 5-е место в мире - после США, Германии, Бразилии и Мексики. Но государственные облигации США и Германии выступают символами финансовой надежности и стабильности и пользуются устойчивым спросом. По-видимому, это побудило наше правительство в 1993 году разрешить министерству финансов также выпустить российские государственные краткосрочные облигации (ГКО).
   ГКО не были рассчитаны на рядовых граждан и выпускались вначале с номиналом в 1 миллион рублей. ГКО продавались существенно ниже номинала, но государство выкупало их в конце срока выпуска по номиналу. Разница между ценой покупки и продажи составляла доход держателя ГКО. При малом спросе государство могло снизить цены, чтобы стимулировать спрос. Когда спрос был велик, цена на ГКО повышалась. Это была азартная игра, при которой преимущество государства состояло в том, что оно заранее знало уровень спроса благодаря системе заранее подаваемых заявок на приобретение ГКО. Преимущество покупателя было в том, что доход по ГКО всегда был или высоким, или очень высоким, или сверхвысоким. При низких доходах от ГКО выгоднее было покупать валюту. Обычная прибыль по ГКО составляла даже с учетом инфляции не менее 30 процентов годовых. В условиях, когда государство сильно нуждалось в деньгах, прибыль по ГКО поднималась до 100 процентов. В критические недели жизни страны доходность по ГКО достигала 250-300 процентов годовых.
   Успех первых торгов побудил министерство финансов расширить рынок ГКО. Доходы по ГКО были велики, и это вызывало повышенный спрос. Однако государство, щедро расплачивалось с держателями вышедших в тираж ГКО, отдавало им лишь часть денег, получаемых от продажи все новых и новых серий ГКО. Именно эти три признака: короткие сроки обращения, высокая прибыль при погашении облигаций, средства для которой обеспечивались не за счет доходов бюджета, а за счет притока все новых и новых покупателей, - придавали операциям по ГКО форму опрокинутой пирамиды типа печально знаменитого МММ. Но строило ее не частное лицо, а государство!
   В 1994 году было продано ГКО на сумму 5 триллионов рублей. В 1995 году наблюдался скачок интереса к ГКО. Только за январь и февраль в обращение поступило больше облигаций, чем за весь 1994 год, а всего за год их было продано на 20 триллионов рублей. Основными покупателями ГКО были крупные банки. В ряде случаев Центральный банк подталкивал коммерческие банки к покупке крупных пакетов ГКО, оценивая их как наиболее надежную часть активов. В середине 1996 года подталкивать банки к покупке ГКО было уже не нужно, они сами делали это очень охотно, и доходы от ГКО составили 60 триллионов рублей. Изменился, однако, состав игроков на рынке ГКО.
   В 1996 году существенно расширили на этом рынке свое участие пенсионные и страховые фонды, чековые и паевые инвестиционные фонды. Даже организации по защите прав обманутых вкладчиков, которые выплачивали небольшие компенсации вкладчикам обанкротившихся частных финансовых пирамид типа МММ, вложили большую часть своих средств в ГКО. На рынке ГКО наживались и руководители государства, для которых готовящиеся изменения ставки доходности ГКО не были секретом. По сообщению "Независимой газеты", число высших должностных лиц, которые, злоупотребляя служебным положением, получали незаконные доходы от спекуляций с ГКО, "достаточно велико" (!).
   Не удержались от игры на рынке ГКО и иностранцы, хотя официально их участие в аукционах по ГКО было запрещено. Они участвовали через подставные российские финансовые компании, и 15 августа 1996 года все ограничения на участие иностранцев в игре с ГКО были сняты. Иностранные капиталы хлынули в Россию. В Россию начали возвращаться даже некоторые капиталы российского же происхождения, которые контрабандно были вывезены за границу. Именно этим объясняется относительное благополучие 1997 года.
   Уже осенью 1997 года рост пирамиды ГКО замедлился и доход от продажи ГКО во втором полугодии составил только 12 миллиардов деноминированных рублей, а погасить в 1998 году необходимо было ГКО на сумму 400 миллиардов рублей (порядка 80 миллиардов долларов). Иностранные инвесторы, которые увезли в первом квартале 1998 года из России доход от ГКО в размере 1.1 миллиарда долларов (порядка 5 миллиардов деноминированных рублей) забеспокоились и стали сбывать ГКО. Бюджет России не получил от рынка ГКО никакого дохода, а, напротив, потерял 200 миллионов долларов. Стало ясно, что в перспективе года через два-три пирамида ГКО должна рухнуть. В министерстве финансов стали строить планы привлечения на рынок ГКО физических лиц, у которых в дома хранилось, по оценкам Центрального банка, от 40 до 60 миллиардов долларов.
   Для людей, сросшихся с режимом Б.Н. Ельцина, было важно не просто дожить до 2000 года, но максимально использовать оставшееся до этого критического срока время. Кто бы не пришел на место Ельцина, он бы не стал проводить прежнюю финансовую политику. Вот на его бы голову и обрушилась в 2001 году громадная пирамида ГКО. Но отставка 23 марта 1998 года правительства В.С. Черномырдина спутала все их расчеты.
   Новый премьер-министр Сергей Кириенко в мае подписал указ о размещении новых ГКО. Но тут начался сброс ГКО иностранными инвесторами, которые почуствовали непрочность пирамиды. В июне спрос на ГКО и соответственно цена на них упали до очень низкого уровня, так что министерство финансов отменило несколько аукционов. Но это не избавило министерство финансов от погашения вышедших в тираж облигаций, а денег на это не было. Пришлось одолжить 7 миллиардов рублей у Банка России, через неделю этот заем был увеличен на 3.6 миллиарда рублей. Было принято решение повысить внешнее заимствование, но никто не спешил давать кредиты. Весь июль ушел на поиск средств, а в августе пирамида рухнула.
   Банки стали продавать ГКО за бесценок, если находились покупатели, и покупать валюту. У правительства не было средств для погашения ГКО. 17 августа правительство приняло решение заморозить все текущие выплаты по ГКО и переоформить их в новые ценные бумаги, все выплаты по которым переносились в XXI век. Одновременно правительство приняло решение о моратории сроком на 90 дней на осуществление выплат долгов по западным кредитам и срочным валютным контрактам, обеспеченным залогом ГКО. Было решено расширить рамки "валютного коридора" на 50 процентов, но стоимость доллара подскочила в три с половиной раза, одновременно в три раза подскочили все цены и проиграло от этого как всегда все население. С.В. Кириенко был отправлен в отставку, временно исполнять обязанности премьера стал В.С. Черномырдин, который и был основоположником построения пирамиды ГКО, легшей тяжелым бременем долга на нашу страну. Рстерявшийся В.С. Черномырдин вообще не знал, что надо делать, и ничего не предпринимал. Пришлось его срочно заменять Е.М. Примаковым. Е.М. Примаков - очень осторожный и вдумчивый политик - несколько стабилизировал обстановку, но страна еще очень долго переживала отрицательные последствия неосмотрительной политики.
  

Кредиты

  
   По данным Центра комплексных социальных исследований общественного объединения "Круглый стол бизнеса России" наша страна как правоприемница СССР получила в наследство долги зарубежных государств, в основном, развивающихся стран, которые составляли в то время 147 миллиардов долларов. Крупнейшими должниками России былли Куба - 28 миллиардов долларов, Монголия -- 18 миллиардов, Вьетнам -- 17 миллиардов. Индия - 16 миллиардов, Сирия - 11 миллиардов, Ирак - 7 миллиардов, Ливия - 2.5 миллиарда.
   К активам России следует отнести и стремительно растущие долги бывших союзных республик, в первую очередь за поставки нефти и газа. Если в 1994 году эти долги составляли только 3.5 миллиарда долларов, то за 5 лет они выросли на порядок. Однако перспективы погашения оставались весьма неопределенные.
   При нормальной платежеспособности должников можно было бы с лихвой покрыть российские внешние долги за счет поступлений от наших партнеров. Но возврат многих долгов продолжает оставаться большой проблемой. Некоторые африканские и азиатские страны в силу финансовых трудностей не в сосотоянии выдержать графики погашения своих долгов, другие регулярно платят по своим обязательствам.
   Согласно графикам погашения долгов, наши должники в течение 1992-1994 годов были обязаны уплатить около 50 миллиардов долларов. Реально же в казну поступило лишь 5 миллиардов долларов. И одной из целей вступления России в Парижский клуб было не только стремление упорядочить выплату наших долгов, но и получить дополнительное средство воздействия на наших должников.
   Вступая в Парижский клуб кредиторов, Россия по каждой стране-должнику согласовывала специальный перечень, где было обозначено, какие кредиты будут возвращены России, а какие нет. Наша делегация, возглавлявшаяся в разное время А.Н. Шохиным и А.Б. Чубайсом, оказалась неожиданно почему-то (?) сговорчивой. Переговоры прошли как по маслу. Но после всех согласований мы оказались должны на 30 миллиардов долларов больше, чем были до них, а нам оказались на 53 миллиарда долларов меньше. Ничего себе "успех" - 83 миллиарда долларов в убытке.
   Члены нашей делегации так растолковали это широкой общественности: требования клуба к своим членам довольно жесткие. Не все долги здесь считаются за долги. Например, если речь идет о долге слаборазвитой страны, которая приобрела в кредит у СССР военную технику, то платить она не обязана. Поэтому за поставки скажем Алголе бронетанковой техники, артиллерийского вооружения, боеприпасов никто никогда не заплатит нам ни цента. И за медикаменты тоже - их Парижский клуб рассматривает как гуманитарнуную помощь. Должники обязаны вернуть только те кредиты, на которые поставлялась продовольствие, товары для населения, промышленное оборудование, транспорт. Звучит малоубедительно. Особенно если иметь в виду слухи, что коррупционный "откат" чиновнику составляет 10 процентов.
   С долгами нам вообще-то творятся какие-то непонятные истории. Ничего не получили мы, например, от Танзании. С этой страной договорились, что часть ее долга в 35 миллионов долларов будет использоваться для строительства отеля "Шератон" в ее столице. Отель построили, но Россия с этого ничего не имела.
   Весьма странная история получилась с Ганой. Ее долг - 13.5 миллионов долларов - ни с того ни с сего продали компании "Лазар Бразерс энд К® лимитэд" за 3.9 миллионов долларов, то есть за один доллар получили только 25 центов. Вскоре Ганна выкупила свои долги по 75 центов за доллар. Более того, выяснилось, что она была готова оплатить их полностью. Опять чиновники получили свои 10 процентов "отката"? Иногда "откат" получают иностранные чиновники "на высшем уровне". Допустим, от какой-то африканской страны поступает предложение: мы погашаем часть долга, но 10% от этой суммы надо перечислить на личный счёт их президента или премьера. Не хотите работать по этой схеме - вообще ничего не получите.
   Никарагуа мы простили 90 процентов долга. Индия, Индонезия, Пакистан, Монголия, Вьетнам долго платили бартером. Минторг создал специальные фирмы, которые должны были этот бартер реализовывать. Но от этой "реализации" никогда почему-то не удавалось выручить столько, сколько планировалось. Кожанные куртки оказывались как бы бракованными, бананы сгнивали...
   В последнее время "прощение" долгов приняло какой-то странный массовый характер. Пример, хорошо известный читателям: в апреле 2008 года российский президент В.В. Путин слетал в свою последнюю международную поездку на этом посту, во время которой был списан ливийский долг России в размере 4.5 миллиарда долларов. И одновременно подписана серия соглашений с российскими компаниями, многие из которых являются государственными корпорациями (а мы уже знаем, что это кормушка для "своих"), аналогичные суммы и даже больше. Происходило это, как сообщили СМИ, во время завтрака у господина Каддафи. Как будто ничего серьезного не произошло, а на самом деле случилось изъятие средств, принадлежащих российским гражданам, в размере 4.5 миллиарда долларов и перемещение их в карманы лиц, находящихся в этих так называемых государственных корпорациях. Эта схема применяется не первый раз. Аналогичная система была применена при списании алжирского долга России в размере около 8 миллиарда долларов, а контракты там подписывали "Газпром", "Роснефть" и "Росвооружение". Аналогичные соглашения со списанием долгов были подписаны с Сирией и Ираком.
   Что это за форма собственности - государственные корпорации и каким образом они могут быть подконтрольны обществу? А.Н. Илларионов отвечает: "Такой формы собственности, как государственная корпорация, не существует. Это не форма собственности, а форма присвоения национальных ресурсов. Является оригинальным изобретением, практически не встречающимся в окружающем мире. По определению подконтрольными обществу быть не могут и не являются. В этом и соль этой формы присвоения". То есть, вместо списанных долгов будут выполнены работы, оплата которых может быть присвоена руководителями корпораций.
   Самое печальное, что и в нашем теперешнем положении правительство продолжает оказывать помощь "братскому" зарубежью. Например в 1999 году специальной строкой в бюджете она была прописана в размере 400 миллионов долларов. И в государственных бюджетах других годов эта строка тоже прописана. Давать в долг, как уверяет Минфин, "очень выгодное дело". На эти деньги наши зарубежные партнеры якобы нанимают наших же специалистов, чтобы те им что-нибудь наше из наших же материалов и построили. Эффективность таких кредитов по расчетам Минфина 10 процентов. То есть даем мы им как бы 100 долларов, а возвращают они нам как бы 110.
   В сентяброе 2007 года Россия выдала Индонезии кредит в 1 миллиард долларов на закупку нашего же оружия. Обещают вернуть...
   Впрочем, вернут ли они нам эти кредиты и на каких условиях - совсем не главное. На первом месте, как всегда, политика, наше присутствие в регионе. Вот, в частности, в 1999 году была создана правительственная комиссия по восстановлению Югославии.
   Но политика политикой, а деньги деньгами и для чиновника более важно решить через какой банк пойдут деньги, какой завод будет выполнять важный правительственный заказ по восстановлению. Уж чего мы только не восстанавливали. Вон в Чеченской республике, по словам президента Б.Н. Ельцина, 600 миллионов девались "черт знает куда". А еще знают чиновники, которые Чеченскую республику восстанавливали и некоторые деревни, причем, по два раза.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Как воровали преддефолтный кредит

  
   Августовского дефолта 1998 года могло и не быть. Это выяснилось при поиске следов кредита в 4.8 миллиардов долларов, полученного от МВФ на укрепление рубля. Вдохновители и организаторы дефолта 1998 года - чиновники федерального уровня, которые разворовали этот кредит.
   Во вторник, 21 мая 2002 года, информационная программа НТВ "Сегодня" сообщила о публикации в женевской газете Le Temps: прибывшие в Швейцарию сотрудники Счетной палаты РФ просят у правоохранительных органов этой страны содействия в поисках следов кредита МВФ, выделенного России в преддверии дефолта 1998 года. Нетрудно догадаться: скандал, связанный с пропажей 4.8 миллиарда долларов, не утих, надежд на помощь в расследовании Генпрокуратуры России больше не остается...
   То, что эмиссары С.В. Степашина прибыли в Швейцарию со столь необычной миссией, неудивительно: еще 22 апреля 2002 года глава Счетной палаты в очередной раз признал, что не знает, куда делись почти 5 миллиардов долларов, полученных Россией в 1998 году; они, по его словам, "фактически растворились" в тот самый миг, когда были направлены на поддержку ряда крупнейших банков, в том числе "СБС-Агро" (фактически на поддержку крупнейших банков была направлен только часть кредита - транш в 760 миллионов долларов, дошедший до Москвы, а основная часть его - 4090 миллионов долларов "растворилась" еще раньше, так и не успев перейти, вернее, перелететь на Боинге российскую границу).
   Многим до сих пор памятен жуткий август 98-го года, когда мгновенный обвал рубля сделал нищими миллионы околпаченных соотечественников. Особенно горько, что этого кошмара можно было избежать: кредит МВФ был тогда для России манной небесной - после рухнувшей пирамиды ГКО, взлетевших до заоблачных высот курса доллара и цен на все товары разом.
   Почему же защита не сработала? Почему огромная по российским масштабам сумма не спасла ни финансовую систему страны, ни вмиг обнищавших людей?
   Объяснение только одно: миллиарды долларов "растворились", как сейчас и заявляет С.В. Степашин. Но можно сказать более прямо: кредит МВФ был разворован.
   Это не преувеличение: огромные деньги, полученные государством, могли украсть не какие-нибудь Вася-Коля из русской мафии, а исключительно облеченные властью чиновники Российской Федерации.
  

Как начиналось расследование

  
   Скандал, как и следовало ожидать, разразился почти мгновенно: уже год спустя следователи Генеральной прокуратуры Швейцарии подняли вопрос: где осели миллиарды долларов, украденных из России? Следующим летом, во время очередной командировки в Берн и Женеву, тогдашний следователь по особо важным делам Генеральной прокуратуры РФ Н. Волков был буквально атакован десятками журналистов: когда, наконец, русские станут искать украденные у них деньги? Н. Волков тогда сделал заявление, за которое потом расплачивался тяжко: он обещал, что сразу же по возвращении в Москву поставит перед руководством Генпрокуратуры вопрос о начале официального расследования возможного нецелевого расходования кредита МВФ. Чуть позже он рассказывал:
   - Я пришел с докладом к заместителю генерального прокурора Колмогорову - он курировал следствие. Говорю меня в Берне буквально завалили десятками газет, в каждой из которых писалось одно и то же: огромные суммы из полученного Россией кредита МВФ осели в зарубежных банках. Нам нельзя отмалчиваться, нам надо немедленно начинать расследование. Колмогоров пожал плечами: посмотрим. А через месяц меня с треском вышибли. Уверен: мой доклад о жульничестве с кредитом МВФ был последней каплей, переполнившей чашу терпения моих начальников.
   Пока в Москве пожимали плечами, практически все ведущие западные СМИ продолжали собственные расследования кремлевских тайн.
   Еще 19 марта 1999 года в газете "Нью-Йорк таймс" министр финансов США Роберт Рубин (вскоре он уйдет в отставку) утверждал, что "займ в размере 4,8 миллиарда долларов, выделенный МВФ России 14 августа 1998 года, возможно, был использован на другие цели неподобающим образом. Точнее, расхищен окружением президента Ельцина".
   Деликатное заявление министра газета развивает дальше. В тот же день, 14 августа, вся эта огромная сумма была переведена транзитным переводом со счета N 9091 Федерального резервного банка Нью-Йорка в отделение банка "Кредитанштальт-Банкферайн" в Лугано (Швейцария) в пользу АО "Ост-Вест Хандельсбанк" (Франкфурт-на-Майне).
   Пока все законно: банк в Германии является дочерним зарубежным банком Центробанка России. А вот дальше начинается авантюра. Немедленно 2 миллиарда 350 миллионов долларов из Франкфурта переводятся в "Бэнк оф Сидней", а уже оттуда 235 миллионов зачисляются на счет некоей австралийской компании. С чего бы это? А с того, что именно в ней через своего люксембургского представителя 25 процентов акций имеет известная русская особа. Что остается в Сиднее? 2 миллиарда 115 миллионов долларов. Их быстренько конвертируют в фунты стерлингов и отправляют в Национальный Вестминстерский банк в Лондоне. Дальнейшая дележка такая: 1 миллиард 400 миллионов долларов путешествуют обратно в "Бэнк оф Нью-Йорк", 780 миллионов приходят в Швейцарию в "Креди Сюис", а уже сущая мелочь, 270 миллионов, - в лозаннское отделение "Кредитанштальт-Банкферайн".
   Частично это было сказано с трибуны Государственной Думы. На пресс-конференции 23 марта 1999 года в Думе председатель Комитета по безопасности Госдумы В.В. Илюхин заявил, что выданный 14 августа 1998 года первый транш кредита МВФ в размере 4,8 миллиарда долларов был использован не по назначению, а "расхищен российскими олигархами и высшими чиновниками и оказался на счетах за рубежом". Как. утверждал В.В. Илюхин, эти средства "в полном, объёме не дошли до России", а были распределены "в узком кругу чиновников высшего ранга и особо доверенных лиц". Ссылаясь на информацию от "компетентных иностранных источников", В.В. Илюхин сообщил, в частности, что 2.35 миллиарда долларов были направлены в Австралию в Bank of Sidney, где 235 миллиона долларов были зачислены, на банковский счёт некоей австралийской компании. По словам В.В. Илюхина, ещё 2.115 миллиарда долларов, переведённых в английские фунты, ушли в Великобританию в Национальный Вестминстерский банк (Лондон). Данные операции были осуществлены при участии бывшего председателя правления Центробанка С.К. Дубинина (кстати, бывший председатель Центробанка, С.К. Дубинин заявил: "Что касается транша МВФ, то в последний приезд миссии МВФ представители Генпрокуратуры встречались с её руководителем г-ном Буланже, и г-н Чайка заявил, что в работе с траншем МВФ в 4.8 миллиардов долларов не было никаких нарушений. Также он официально опроверг информацию о нарушениях законодательства в работе с фирмой FIMACO. Это сказано официально МВФ"), утверждает В. Илюхин. Сведения никто не опроверг. Не запросили, к примеру, тех же американцев - не врет ли созданное еще Р. Рейганом Агентство Национальной безопасности (АНБ), сумевшее выудить информацию о пропавшем кредите? Да и Центробанк не обеспокоили - отчего долгожданные миллиарды колесили едва не по всему миру, а в Россию не попали?
   Во всяком случае, известен лишь один человек, по долгу службы интересующийся российскими деньгами, - это следственный судья из Женевы Лорен Каспер-Ансермет. В марте 2002 года судья направил в МВФ официальную просьбу предоставить список российских банков, получивших части выделенного транша. По его словам, эта информация необходима ему, чтобы выяснить, использовали ли банки эти средства для поддержания рубля, как это было велено МВФ, или перевели их через швейцарские банки на офшорные счета.
   Судья убежден, что деньги могли быть переведены через швейцарские банки для обогащения третьих лиц, а не использованы по назначению. Он заявил, что весьма заинтересован узнать, каким образом швейцарские банки помогали российским чиновникам растаскивать кредит МВФ, - он очень хочет встретиться с руководством Центробанка России и заручиться помощью коллег из Генпрокуратуры России. Судья отправил в Москву очень вежливые письма и теперь ждет. Да все напрасно - молчат.
   Из газет, которые на свою беду прихватил из Швейцарии Н. Волков, наиболее любопытной показалась итальянская La Repubblika. В номере за 6.10.99 она начала серию статей под общим названием "Как обманули МВФ".
   История злосчастного кредита изложена здесь с подкупающей точностью. Он был выделен России 20 июля, за месяц до катастрофы, - 4.782 миллиарда долларов были первым траншем из общей суммы в 11.2 миллиарда. Как утверждает газета, министр финансов России М.М. Задорнов и его первый заместитель А.Л. Кудрин нещадно давили на МВФ, требуя перевести первый транш кредита только на счета американского Federal Reserve Bank. МВФ считал этот кредит стабилизационным, его задача - поддержка национальной российской валюты, укрепление банковской системы. Щедрые плательщики вряд ли догадывались в июле, что уже совсем скоро, 16 августа (за день до дефолта!), президент Б.Н. Ельцин подпишет распоряжение N 308-гр, в котором обяжет Центробанк использовать весь транш кредита только на пополнение своих валютных резервов и махнуть рукой на падающий рубль. Дальше вообще прелесть: дефолт уже сутки как опустошает карманы россиян, а 4.5 миллиарда долларов транша переводятся с начального счета ЦБ России в Federal Reserve Bank на счет N 60855800 в Repablic National Bank of New York. Этот счет, делает убийственное замечание газета, мог использоваться только для продажи валюты на валютных биржах, продажи валюты коммерческим банкам и трансфертов по приказу Министерства финансов России.
   До дефолта, по состоянию на 27 июля, на этом счету было всего лишь 400 миллионов долларов. А уже к 24 августа, во время буйства дефолта, счет вырос до 21.5 миллиарда долларов, включая и транш МВФ. В этот же день счет в Bank of New York опустошили до 300 миллионов долларов. "Куда делся 21,1 миллиарда долларов?" - спрашивает газета.
   И еще любопытно - Центробанк России после августа 1998 года предоставил ряду банков кредит на общую сумму 35 миллиардов рублей. Они были оприходованы, а долг немедленно покрыт облигациями ЦБ, которые вообще потеряли цену 17 августа. Именно ЦБ принял такую форму возвращения долга, именно ЦБ обеспечил перевод в доллары суммы кредита - получилось 5.7 миллиарда долларов.
   Все эти странные операции могли иметь успех только при одном условии - обесценивании российских ценных бумаг и рубля. Так оно и случилось. И только через год начались поиски следов кредита. Причем не Генеральной прокуратурой России, основная функция которой соблюдение зконности россейскими гражданами, а представителями международных организаций, наблюдающих над законным использованием кедитов.
  

Где нашлись следы кредита

  
   В течение нескольких лет всевозможные российские инстанции, включая прокуратуру, Центробанк, ФСБ и другие, тщательно искали исчезнувшие 4.8 миллиарда из первого транша кредита МВФ. И, представьте себе, не нашли. А так как Россия - государство правовое, то тут же вступила в действие презумпция невиновности и все проверяющие радостно доложили друг другу и средствам массовой информации: денег МВФ никто не крал. А раз никто не крал, то, соответственно, все эти миллиарды были использованы по назначению, то есть направлены на стабилизацию рубля. И в том, что в августе 98-го случился кризис, опять-таки никто не виноват. Все обнялись и прослезились. Но... Не так давно выяснилось одно обстоятельство, весьма печальное для тех, кто имел отношение к "использованию по назначению" этого самого кредита. Дело в том, что в швейцарской прокуратуре, всё-таки ведущей дело по пресловутому траншу МВФ, составили удивительную схему, чётко показывающую, куда и как уплыли все 4.8 миллиарда долларов кредитных денег. Эта схема каким-то образом в своё время даже мелькнула у итальянских журналистов в "Реппублике", но на нее никто не обратил внимания, кроме швейцарцев, поразившихся умению журналистов.
   Журналист Олег Лурье обратился к одному из высокопоставленных чинов швейцарской прокуратуры с просьбой прокомментировать и дать какие-либо пояснения. Вот его ответ дословно: "Это реальная схема того, как украли кредит МВФ в 1998 году. Мы проверили каждую структуру и убедились в том, что деньги действительно ушли именно по тем дорожкам, которые там указаны. Но для того чтобы вскрыть банковские счета и произвести другие следственные действия, нам необходимо только одно - официальный запрос из российской Генеральной прокуратуры. Получив этот запрос, мы тут же сможем взять из банков конкретные финансовые проводки и доказать тот факт, что 4,8 миллиарда долларов МВФ были украдены". На вопрос о том, знает ли об этой схеме Генеральная прокуратура РФ, швейцарец ответил следующее: "Мы в своё время передавали в прокуратуру России эту схему через следователя по особо важным делам Н. Волкова и просили россиян о запросе. Но, видимо, документ потерялся где-то в многочисленных папках (Н. Волков тогда вёз полное досье на Б.А. Березовского). Поэтому мы вновь будем делать официальный запрос в Россию".
   Пока швейцарцы готовили документы для Генпрокуратуры РФ, журналисты несколько опередили неторопливых полицейских из страны сыра и часов и опубликовали эту самую швейцарскую схему, снабдив её некоторыми пояснениями. И была надежда, что Генеральная прокуратура Российской Федерации после этой публикации всё же направит запрос в Швейцарию с требованием проверить факты, изложенные в этом материале. Причём швейцарцы готовы это сделать сразу же. Осталось дело за малым - официальным письмом с Большой Дмитровки, и уголовное дело N 18/221050-98 "О нецелевом использовании кредита МВФ", наконец-то, получит своё продолжение.
   Следует понимать, конечно, что очень и очень неприятно вести уголовное дело, где вполне может возникнуть такой фигурант, как премьер-министр М.М. Касьянов. Да-да, речь идёт именно о достопочтенном Михаиле Михайловиче, так как именно он возглавлял тогда, в 98-м году, делегацию, договаривавшуюся с МВФ о кредите. Именно М.М. Касьянов в момент разгонки кредита по счетам (согласно схеме) являлся заместителем министра финансов, отвечавшим за внешние заимствования. А по информации из Центробанка и Минфина, ни один цент из кредитных денег не мог уйти ни на один банковский счёт без указания человека, отвечающего в Минфине России за внешние заимствования. То есть все сто процентов кредита МВФ 98-го года "передвигались" только по высочайшему повелению Михаила Михайловича Касьянова. Но вернёмся к нашей схеме...
  

СХЕМА ДВИЖЕНИЯ КРЕДИТА МВФ В 4.8 МЛРД. ДОЛЛ.

0x08 graphic

Международный Валютный фонд

Кредит в размере 4.8 млрд. долл.

предоставлен России для стабилизации рубля

0x08 graphic
0x08 graphic

Федеральный резервный банк

США (счет N 9091)

4.8 млрд. долл.

0x08 graphic

0x08 graphic

RepublicNational Bank of New York

4.8 млрд. долл. Поступили на счет N608555800

Банк принадлежал Эдмону Сафре

0x08 graphic

0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic
Creditanstalt Bankverein

(Филиал в Лугано, Швейцария)

0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic

0x08 graphic

Ost-West-Handels Bank National Westminster Credit Sulsse

   (Германия) Bank (Лондон) (Швейцария)
   "дочка" ЦБ РФ 2.115 млн. долл. 780 млн. долл.
   000000 долл.
  
   0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic
   Bank of Sydney Bank of New York Credit Sulsse
   (Австралия) (США) (Швейцария)
   0x08 graphic
2.35 млрд долл. 1.4 млрд. долл. 270 млн. долл.
  
   0x08 graphic
   0x08 graphic
0x08 graphic
   АО RUNICOM Объединенный банк Bank of New York
   0x08 graphic
(Женева) (Россия) Intermaritime
   0x08 graphic
Владелец Абрамович Владельцы (Филиал в Женеве)
   1.4 млрд. долл. Абрамович и Березовский 1.4 млрд. долл.
  
  
  
  
   Рис. 1
  
   Первый транш кредита МВФ в размере 4.8 миллиарда долларов 14 августа 1998 года был сформирован в Федеральном резервном банке США на счёте N 999091 и оттуда поступил не на корреспондентские счета Центробанка России, а почему-то в Republik National Bank of New York, владельцем которого был тогда банкир Эдмон Сафра, находившийся под подозрением ФБР в отмывании грязных российских денег. Но о нём несколько позже.
   Далее, согласно швейцарской схеме, с деньгами МВФ начали происходить совсем уже загадочные вещи. Так, Republik National Bank of New York, вместо того чтобы отправить 4.8 миллиарда в Россию, осуществляет через швейцарский филиал Creditanstalt Bankverein рассылку денег по следующим направлениям, которые не имеют к российскому бюджету совсем уже никакого отношения. Итак.
   Первый платёж. В Bank of Sidney, якобы находившийся в Австралии, почему-то направляются аж два миллиарда триста пятьдесят миллионов долларов. Причём, как выяснили швейцарцы, этот самый Bank of Sidney никакого отношения к Австралии не имел, а был зарегистрирован в офшорной зоне и функционировал всего лишь с июля 1996 года по сентябрь 1998-го. То есть через месяц после проводки кредитных денег банк просто исчез. Растворился. По данным итальянских и российских коллег, часть денег, попавших в Bank of Sidney, была зачислена на счёт некоей компании, где 25 процентами акций владела дочь первого российского президента Т.Б. Дьяченко. Также мы знаем, что тогдашний премьер С.В. Кириенко, сразу же после 17 августа и своей отставки срочно вылетел в Австралию на отдых.
   Второй платёж. Два миллиона сто пятнадцать тысяч долларов были конвертированы в фунты стерлингов и ушли на счета National Westminster Bank в Лондоне. Здесь, к сожалению, след денег обрывается.
   Четвёртый платёж. История с этой суммой кредитных денег наиболее интересна и изучена как швейцарскими, так и американскими правоохранительными органами. Итак, 1 миллиард 400 миллионов долларов ушли в печально знаменитый Bank of New York, а оттуда сразу же перекочевали в его дочернюю структуру - женевский филиал Bank of New York-Intermaritime. А поступили 1.4 миллиарда на корсчёт российского банка под названием "Объединённый банк", принадлежащего, кому бы вы думали? Правильно, Р.А. Абрамовичу и Б.А. Березовскому. Именно в этот период парочка Р.А. Абрамович - Б.А. Березовский работала в крепком деловом тандеме и ни о каком конфликте не помышляла. А дальше события разворачивались ещё круче.
   Деньги МВФ были моментально зачислены на счёт швейцарской компании RUNICOM, принадлежавшей Р.А. Абрамовичу. На этой компании имеет смысл остановиться подробнее:
   Из досье О. Лурье: Существует в благодатной Швейцарии такая фирма, как "Руником СА", зарегистрированная по адресу: Женева, улица Де Мулен, дом N1. А владельцем и президентом "Руникома СА" является не кто иной, как бывший губернатор Чукотки и миллиардер Роман Аркадьевич Абрамович собственной персоной. Конечно, когда эта компания создавалась, никаким губернатором он ещё не был, но не это важно. Важно то, что за этим самым "Руникомом СА" ещё с 1996 года тянется длинный шлейф весьма неприглядных историй. Так, наиболее ёмко говорят о деятельности "Руникома" и его хозяина Абрамовича английские спецслужбы, чей доклад опубликован в Интернете на сайте "Компромат.ру": "В результате мошеннических действий директора компании "Руником СА" Р.А. Абрамовича в ходе приватизации находившегося в федеральной собственности ОАО "Сибнефть" в 1995 - 1997 годах российское государство недополучило 2.7 миллиарда долларов". А, по мнению российских и швейцарских экспертов, прибыль входящего в "Сибнефть" Омского НПЗ в размере более 100 миллионов долларов ежегодно, ранее направлявшаяся на реструктуризацию, социальные нужды и развитие инфраструктуры, теперь в результате махинаций стала оседать на счетах таких структур, как швейцарская трейдинговая компания "Руником". Туда же направляются и доходы "Ноябрьскнефтегаза". Расчёты за экспорт на этих предприятиях также теперь ведёт "Руником", президентом которого является всё тот же Р.А. Абрамович.
   Примечателен тот факт, что печальную славу фирма "Руником" приобрела ещё во время сотрудничества с государственной компанией "Роснефть". "Руником", долгое время являвшаяся единственным нефтетрейдером "Пурнефтегаза" (входит в "Роснефть"), задолжала последней примерно 10 миллнов долларов за уже поставленную нефть. Причём, по некоторым данным, договоры "Пурнефтегазач с "Руникомам" были заключены таким образом, что оспорить этот десятимиллионный долг можно только в судебном порядке. Судебные же разбирательства затруднены тем, что этих самых "Руниксмов" имеется по меньшей мере пять и зарегистрированы они в Швейцарии, Великобритании и других странах, включая офшорные зоны.
   Но вернёмся к траншу МВФ 98-го года. Итак, платёж в размере 1,4 миллиарда долларов оказался в принадлежащем Р.А. Абрамовичу "Руникоме". А что же дальше? А дальше ничего особенного и не происходило, за исключением того, что в России случился кризис...
   А вскоре после кризиса кое-кто начал говорить лишнее и задавать "ненужные" вопросы: каким образом деньги попали к Р.А. Абрамовичу? Почему шумиха в связи с кредитом МВФ "имени Касьянова" так быстро сошла на нет? Отчего российское следствие зашло в тупик, а в Швейцарии знают гораздо больше? И тут с чрезмерно любопытными и говорливыми начали случаться беды. Следователь Н. Волков, включившийся в швейцарское расследование по кредиту, был моментально выкинут из Генеральной прокуратуры с волчьим билетом, печальную судьбу генерального прокурора Ю.И. Скуратова, открывшего уголовное дело по поводу кредитных махинаций, знают все, а некоторым чрезмерно любопытным журналистам просто-напросто поломали кости. Ну а с западными банкирами, пожелавшими сообщить в ФБР о кредитных аферах, поступали ещё проще. Их убивали...
  

Смерть банкира Сафры

  
   Итак, 14 августа 1998 года деньги российского кредита уходят из нью-йоркского Федерального резервного банка (счёт N 9091) и попадают на счёт N 608555800 в Republik National Bank of New York, принадлежащий одному из крупнейших мировых банкиров Эдмону Сафре. И уже оттуда миллиарды, по идее, должны были быть направлены в Россию. Но из Republik National Bank of New York деньги почему-то разгоняются по различным зарубежным счетам и в итоге оседают в Швейцарии, Англии и даже в Австралии, так и не попав в наше отечество, в котором 17 августа произошёл крупнейший финансовый кризис, последствия которого мы ощущаем до сих пор. А вскоре произошли события, напоминающие посредственный американский боевик.
   Из досье О. Лурье: Сафра был основателем и директором Republik National Bank of New York. Выходец из семьи ливанских евреев, 68-летний Сафра многие годы входил в список самых богатых людей. Его состояние исчисляется миллиардами долларов. В декабре 1998 года Эдмон Сафра погиб в своей резиденции в Монако при весьма странных обстоятельствах.
   После того как деньги кредита МВФ ушли из Republik National Bank of New York и практически бесследно растворились в финансовых структурах Запада, миллиардер обеспокоился их судьбой, тем более что его уже пытались обвинить в финансовых махинациях по отмыванию российских денег. По сообщениям многочисленных зарубежных СМИ, понимая, что именно исчезновение этого кредита МВФ вызвало в России финансовый кризис, Эдмон Сафра обратился в Федеральное бюро расследований ГИТА и заявил, что готов показать им всю схему отмывания русскими чиновниками 4.8 миллиарда долларов стабилизационного кредита МВФ, а также все денежные проводки. Периодические беседы Сафры с представителями ФБР длились почти год: миллиардер искал пути вывода своего банка из-под подозрений. А они были: совсем недавно он перевёл миллиарды на счета, указанные представителями российских чиновников из Минфина и Центробанка. К лету 1999 года отношения между Сафрой и ФБР сложились наиболее благоприятно, и он начал давать весьма конкретные показания о путях отмывания денег и о тех, кто за этим стоял, называя имена российских чиновников и олигархов и раскрывая всю сложнейшую систему увода кредитных денег. К делу подключилась и швейцарская прокуратура. Тогда-то и произошли странные и страшные события. Но перед этим Эдмон Сафра имел несколько весьма странных, по мнению швейцарской прокуратуры, встреч.
   Летом 1999 года господин Сафра провёл несколько дней в Москве. По информации одного из сопровождающих, банкир встречался с Р.А. Абрамовичем, Б.А. Березовским и несколькими высокопоставленными чиновниками из Минфина. Разговоры велись на повышенных тонах, и окружению показалось, что собеседники угрожали Сафре. В последний день своего пребывания в столице Сафра попросил усилить охрану, что и было сделано.
   В начале осени 1999 года в резиденцию Эдмона Сафры на юге Франции пожаловал неофициальный представитель российских чиновников, а ныне "лондонский сиделец" Б.А. Березовский в сопровождении ещё одного человека. Они беседовали с Сафрой в течение трёх часов за закрытыми дверями. Разговор вёлся на повышенных тонах, и после беседы Б.А. Березовский в явно расстроенных чувствах умчался на свою виллу в Антибе.
   Сразу же после беседы Эдмоном Сафрой овладела безудержная паника. Он заявил, что его собираются убить за откровения в разговорах с сотрудниками ФБР. Несмотря на то, что принадлежащая ему вилла "Леопольде", была оборудована системой безопасности по последнему слову техники, Сафра вместе с семьёй срочно переехал в Монте-Карло, где поселился в специально подготовленном бункере площадью 1000 кв. метров на бульваре Остенде, в котором имелись все возможные средства безопасности и у каждой комнаты были своя охранная система и бронепокрытие. Этот бункер, по мнению специалистов, мог выдержать даже небольшой ядерный взрыв.
   Но в декабре 1999 года произошло невозможное. Бункер Сафры загорелся, и при тушении здания в ванной комнате обнаружили труп миллиардера. По версии следствия, Сафра погиб во время попытки вооружённого нападения. Утром в помещение проникли двое вооружённых людей в масках. Они подожгли здание, а затем скрылись в неизвестном направлении. Сафра пытался укрыться в ванной, где и задохнулся от дыма. В огне погибла няня его дочери. Жена и дочь банкира спаслись, забаррикадировавшись в комнате.
   По мнению Бертоссы - экс-генпрокурора кантона Женева, курировавшего в своё время расследование по отмыванию кредита МВФ, поводом для убийства Эдмона Сафры стали его откровения с сотрудниками ФБР и швейцарской прокуратуры, которые занимались расследованием истории об исчезновении и отмывке 4.8 миллиарда долларов стабилизационного кредита для России.
   По информации одного из сотрудников ФБР, страшная смерть Эдмона Сафры окончательно перепугала руководство банков, через которые отмывались кредитные деньги, и многие свидетели этой аферы века боятся давать показания, больше не веря в американскую систему защиты свидетелей. Но Бернар Бертосса всё же убежден, что швейцарцы смогут довести это расследование до конца и виновным будет предъявлено обвинение. Как уже убедились многие из банкиров и чиновников, Маленький Бернар и его нынешние последователи никогда не бросают слов на ветер, и вполне вероятно, что Р.А. Абрамович и М.М. Касьянов вскоре не смогут выехать дальше дружественных Китая и Кореи, потому что в женевской тюрьме "Шон-Долон" всегда имеются в наличии свободные койки. Увы, без вида на озеро.
  

Вместо эпилога

  
   Прошло вот уже более десяти лет со времени того самого знаменитого транша МВФ. Первого транша, ибо А.Б. Чубайс договорился с МВФ о кредитной линии в 19 миллиардов долларов на два года (и ведь не побоялся, что заглотив такой кусище можно и подавиться). Но службы безопасности МВФ, сразу же отметив непонятные метания выделенных денежных средств по многим странам, кроме России, добились отмены последующих траншев, то есть прикрыли линию. До России каким-то чудом добрались только 780 миллионов долларов (по видимому, из Credit Sulsse?), которые были размещены в частных банках Москвы и каким-то "непонятным" образом там исчезли в течение недели перед дефолтом, о котором заранее узнали многие "наши", естественно кроме президента, под которым они "ходили". М.М. Касьянов сходил в премьеры, Р.А. Абрамович - в губернаторы и стал самым главным олигархом России, Б.А. Березовский был "замечен в сортире и срочно эмигрировал. В течение долгого времени никто из россиян, как в прокуратуре, так и в Кремле и Белом доме, и не вспоминал об исчезнувшем транше. Да и что вспоминать о грустном!
   Но всё меняется, это закон природы. Такие перемены в последнее время затронули и российские правоохранительные ведомства. Так, Генеральная прокуратура достала из архива то самое уголовное дело N 18/221050-98 "О нецелевом использовании кредита МВФ", сдула снего пыль и приступила к его детальному изучению. Можно даже признать, что документы, привезённые когда-то из Швейцарии следователем Н. Волковым, действительно просто потерялись. Пусть будет так, лишь бы прокурорские деятели довели всё-таки "дело о транше" до победного конца. А для этого нужно совсем немного - послать официальный запрос в швейцарскую прокуратуру с просьбой открыть банковские счета и проводки и проверить информацию, изложенную в приведённой схеме. И ещё нужно просто не бояться, ведь в стране уже давно был другой, реально (без)действующий президент, и ему, может быть, гораздо важнее найти истину, чем соблюдать какие-то давние "семейные" обещания. Тем более что, как помнится, еще В.В. Путин обещал неприкосновенность только одному дедушке Ельцину, а не его Семье и приближённым?..
   Но... Так же тихо, как оно было извлечено из архива, пропылившись много лет в прокурорском сейфе дело было опять послано в архив и теперь уже окончательно. Никто его больше не потревожит, потому что уж слишком именитые фигуранты участвуют в этом деле. Они заранее запаслись депутатскими корочками, а депутаты у нас народ неприкосновенный и исповедуют чекисткий лозунг: они своих не сдают! А кто же сдаст премьер-министра, без которого государство останется круглой сиротой? Кто осмелится вызвать его в Генеральную прокуратуру? Разве лишь Генеральный прокурор, у которого такие же лычки? Так он должен понимать (и прекрасно понимает), что и ему можно устроить веселую жизнь! Разве он не ходит в баню? Для русского человека баня - это первая национальная потребность. И если ты не ходишь в баню, то русский ли ты вообще? А в баню, между прочим, ходят не только мужчины...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Налоги и сборы

  
   Налоги возникли одновременно с возникновением государства как источник средств для содержания государственного аппарата. Вначале это была просто дань землепашца и скотовода, составляющая десятую часть его урожая либо приплода, но со временем налоги и сборы стали частью государственной политики по развитию народного хозяйства.
  

Дань

  
   Рюрик, утвердившись в Новгороде, обложил свободных общинников данью в виде десятины от их годового дохода, подобно тому, как это практиковалось в государствах Европы. Раз в году по началу зимы, когда устанавливались дороги, князь с малой дружиной объезжал княжество и собирал дань. Так же было, когда центром государства стал Киев.
   В 945 году киевский князь Игорь с малой дружиной пошел собирать дань. Получив дань с древлян, он по пути домой решил, что древляне богато живут и с них можно взять еще одну дань. Тогда он вернулся и потребовал вторую дань. Древляне возмутились, убили князя и дружинников. Узнав об этом его жена Ольга пришла к древлянам с большой дружиной, казнила древлянского князя Никиту и его сподвижников, а на древлян наложила дань, которую с них требовал Игорь. Такая же дань была наложена и на новгородцев, которые прознав про смерть древлянского князя, покорились. Ольга решила, что не дело князя собирать дань. Она помимо столиц удельных княжеств организовала административные центры - погосты, в которых посадила воевод, назначив им собирать дань, а при военной необходимости являться в Киев со своей дружиной. Умна была княгиня!
   Это была первая административная реформа на Руси. Поскольку воеводы содержания от князя не получали, они кормились частью дани, которую отправляли князю. Так возникло знаменитое кормление, которое просуществовало до первого русского царя Ивана IV Грозного.
   Царь Иван Грозный, создав стрелецкие полки, заменившие воеводские дружины, отменил и кормление. Он ввел твердый налог на каждый двор вне зависимости от того, был ли это двор крестьянский или дворянский. Он также ввел поместный сбор. Бояре и князья тоже платили сборы в казну. Кроме регулярных сборов они вынуждены были собирать средства на военные компании, которые проводил царь.
   Петр I отменил подворное обложение и ввел подушную подать - основной прямой налог, которым облагалось все мужское население податных сословий: все разряды крестьян, посадские люди и купцы. Размеры подушной подати поначалу определялись суммой средств, необходимых для содержания армии. Первоначально размер подушной подати был установлен в 80 копеек в год с одной души. Затем быда проведена перепись населения - ревизия, и подушная подать была снижена до 70 копеек. Следует отметить, что крестьяне-раскольники платили подушную подать в двойном размере, то есть в данном случае прямой налог выступал инструментом определенной государственной политикой.
   По мере инфляции подушная подать росла и в 1867 году достигала в различных районах империи от рубля 15 копеек до 2 рублей 61 копеек. Для купцов податная подать с 1875 года была заменена процентным сбором с объявленного капитала. В 18 веке подушная подать составляла до 50 процентов всех доходов бюджета, остальное давали откупы государственной монополии: винный, солянный и другие. Огромные недоимки по податной подати и отказы населения ее платить привели к отмене ее в Европейской части страны в 1887 году, а в Сибири с 1899 года.
  

Царь-батюшка налогами не обижал

  
   Более того, налоги в то вpемя были щадящие, мы бы сейчас назвали их дpужественными. Поскольку Россия была кpестьянской стpаной, то для пpомышлености и тоpговли сохpанялось довольно льготное налогообложение благодаpя косвенным налогам и pосту доходов от госудаpственных пpедпpиятий и имуществ. Пpямые налоги в госудаpственном бюджете не пpевышали 14 пpоцентов поступлений, пpичем налоги на пpомышленность и тоpговлю составляли всего лишь 3-4 пpоцента. Косвенные налоги, включающие акцизы (питейный, сахаpный, табачный, спичечный и нефтяной), вместе с госудаpственными пошлинами составляли в бюджете 45 пpоцентов. Именно питейный акциз давал в бюджет основные поступления по этой статье. Казенные пpедпpиятия и имущества давали еще 35 пpоцентов доходной части бюджета. Остаток составляли pазные мелкие доходы. Такова была pеальность тех лет. Пpомышленность и тоpговля были еще недостаточно доходны и пpедпpиниматели нуждались в госудаpственной поддеpжке.
   Комиссия пpи Министеpстве финансов еще в конце позапрошлого века pассматpивала возможность введения в России единного подоходного налога, но отказалась от осуществления этого, пpедполагая сложности пpедупpеждения уклонения от налога. (Не в пpимеp мудpым финансистам пpошлого, введя единые ноpмы подоходных налогов, с этой пpоблемой столкнулось нынешнее Министеpство финансов, котоpое не может пpоконтpолиpовать не только уклонение от оплаты налогов, но даже обеспечить и их сбоp. Так, за пеpвую половину 1994 года была собpана только половина от суммы начисленных налогов. А теперь если и собираются налоги, то это только с декларированной, то есть указанной части народного хозяйства, а вторая "теневая" половина налогов не платит. Так что фактически налоговое ведомство собирает только половину налогов).
   За основу пpомышленного и тоpгового налога в царской России была взята комбинация патентной, окладной и pаскладочной систем. Налог касался пpомышленных, pемесленных, пеpевозочных пpедпpиятий, тоpговых заведений, кpедитных и стpаховых учpеждений, личных пpомыслов. Впpочем, освобождались от налога издательства, библиотеки, театpы, циpки, споpтивные и лечебные учpеждения. Так что тогдашнее Министеpство финансов более заботилось о культуpном и физическом pазвитии наpода, чем нынешнее. Не платили пpомышленный и тоpговый налог мелкие кpедитные контоpы, аpтели с капиталом меньше 10000 pублей (для сpавнения отметим, что коpова тогда стоила около двух pублей, а сейчас она стоит более двух тысяч, следовательно, pечь идет о льготах по нынешним ценам миллионным капиталам). Не облагались налогом железные доpоги, судостpоительные веpфи и мастеpские, добыча сеpебpа, пpомыслы казаков в пpеделах их земель.
   Пpомышленный или тоpговый налог состоял из двух частей. Основной налог уплачивался посpедством покупки пpомысловых патентов на каждое тоpговое или пpомышленное заведение, паpовое судно или же лицензии на личное занятие, напpимеp, пpиказчика, маклеpа, комивояжеpа. Цена патента и лицензии зависела от класса местности и pазpяда пpедпpиятия или занятия. Местности России по степени pазвития в них пpомышленности и тоpговли делились на четыpе класса, тоpговые заведения и промышленные предприятия на пять разрядов. Санкт-Петербург и Москва были выделены в особые экономические местности. К первому классу относились 9 самых крупных городов, такие как Ростов-на-Дону, ко второму - 37 городов поменьше, к третьему - 225 мелких городов, а к четвертому - 511 совсем маленьких гоpодков.
   Что касается pазpядов, то пpисваивались они в зависимости от мощности пpедпpиятия, а также по пpинадлежности к виду пpомысла. Пpедпpиятия оптовой тоpговли составляли пеpвый pазpяд, пpедпpиятия pозничной тоpговли - втоpой pазpяд, мелочной тоpговли - тpетий, а такие же пpедпpиятия, да еще без пpиказчиков - четвеpтый. Развозная и разносная тоpговля составляли уже пятый pазpяд. Таким же обpазом были поделены на категоpии и кpедитные учpеждения, относимые к pазличным pазpядам в зависимости от суммы капитала. Пpомышленное пpедпpиятие классифициpовалось либо по количеству pабочих с учетом мощности обоpудования, либо по объему выпуска пpодукции. К последним относились шахты, сахаpные и водочные заводы.
   Если внешних пpизнаков оказывалось мало или же возникали сомнения в их пpавильности, то величина налога опpеделялась по пpибыли за пpошедший год. Для фабpик и заводов пеpвого - пятого pазpядов величина стоимости патента составляла соответственно 1500, 1000, 500, 150 и 50 pублей. Выкупался патент по заявлению подателя до 1 янваpя на год впеpед, заявитель сообщал только лишь основные внешние сведения, а детальные пpизнаки, позволяющие отнести пpедпpиятие к тому или иному pазpяду, опpеделялись чиновниками податного надзоpа.
   Для нотаpиусов и маклеpов столичных биpж величина патента составляла 150 pублей, поменьше в гоpодах пеpвого pазpяда - 100 pублей, в пpочих гоpодах - 75 pублей. Патент комивояжеpа стоил 50 pублей (по нынешним ценам - это 50 тысяч pублей, но и заpабатывал комивояжеp в год тысяч 5 pублей, то есть по нынешним ценам - 5 миллионов pублей). Руководители и администpатоpы патента не выпpавляли, а платили пpогpессивный налог с каждых 1000 pублей вознагpаждения. С того, кто получал 1000 pублей, бpали 1 пpоцент, от 1000 до 2000 pублей - 2 пpоцента, и так далее, пpичем за вознагpаждение свыше 20000 рублей платили налог уже 20 пpоцентов. Рабочие и служащие налогами не облагались.
   Кpоме основного пpомышленного налога был еще и дополнительный. У акционеpных обществ бpали 15 копеек со 100 pублей основного капитала, если чистая пpибыль не пpевышала 3 пpоцента, а со всех пpочих - по 20 копеек. Заемные капиталы не учитывались. В качестве дополнительного налога бpался также налог с чистой пpибыли. Но если она получалась меньше 3 пpоцентов, то такое пpедпpиятие от выплаты налога освобождалось. Ставка налога на пpибыль составляла только 3-6 пpоцентов и только пpи очень больших обоpотах в больших пpоизводствах и тоpговых компаниях, у котоpых пpибыль поднималась до пятой части основного капитала, он достигал 14 пpоцентов. О том, чтобы изымать четвеpть, а тем более половину, не говоpя уже о сложившемся сегодня почти полном изъятии пpибыли, и pечи в цаpские вpемена не было. Финансисты тогда хоpошо понимали специфику pусской действительности и pуководствовались мудpым финансовым положением "Не навpеди!"
   А в pезультате все это давало достаточные сpедства в бюджет и укpепляло национальную валюту. В 1897 году pавным pоссийскому pублю пpизнавались 2.16 геpманских маpок или 0.51 доллаpа США. Россия благодаря такой налоговой политике вышла на второе место в мире и первое в Европе по уровню сельскохозяйственного производства и сельскохозяйственных продаж, а также на пятое место в мире по промышленному производству.
  

Кому живется весело, вольготно на Руси?

  
   Не так происходит сейчас. Допустим, что вы пpоизвели и пpодали за месяц товаpа на 1 миллион pублей. По мнению бывшего начальник сводного отдела Депаpтамента налоговых pефоpм Минфина Л. Данилькевича, вам пpидется на это списать 600 тысяч pублей текущих затpат на производство. Бывший пpедседатель Госкомобоpонпpома, на пpедпpиятиях котоpого пpоизводилось до 40 пpоцентов товаpов наpодного потpебления, В. Глухин относит на эти затpаты 82.58 пpоцентов, указывая, что без госудаpственных дотаций обоpонная пpомышленность пpосто не может существовать - она экономически не может окупаться. Но мы pассмотpим только легкую пpомышленность. Так вот, ваша пpибыль совсем не будет составлять 400 тысяч pублей. Во-пеpвых, вы должны будете заплатить 18-пpоцентный налог на пpоизведенную добавочную стоимость, так что от пpибыли у вас останется только 328 тысячи рублей.
   Для того, чтобы пpоизвести пpодукцию на 1 миллион pублей, необходимы основные сpедства: пpоизводственные помещения, обоpудование, склады. Если исходить из тpехлетнего сpока окупаемости основных сpедств, а пpи остающейся в конечном итоге мизеpной чистой пpибыли и на это pассчитывать не пpиходится, так что в обоpонной пpомышленности сpок окупаемости составляет даже 12-15 лет, 600 тысяч рублей текущих затpат необходимо соотнести с 1800 тысячами рублей капитальных вложений в основные сpедства. Исходя из двухпpоцентной ставки налога на имущество, вам пpидется отчислить 36 тысяч pублей, откуда налогооблагаемая пpибыль составит 292 тысячи pублей. Спишем 34-пpоцентный налог на пpибыль и от пpибыли останется 192.72 тысячи pублей.
   Учтем, что 600 тысяч pублей текущих затpат на пpоизводство складываются из затpат на матеpиалы, затpат на заpаботную плату, пpиблизительно pавных затpатам на матеpиалы и накладным pасходам, пpиблизительно pавным сумме затpат на матеpиалы и заpаботную плату основному пеpсоналу, котоpая в нашем случае составит 150 тысяч pублей. Четвеpть накладных pасходов составляет заpаботная плата вспомогательного и обслуживающего пеpсонала, так что общие затpаты на заpаботную плату у вас составит 225 тысяч pублей. С этой заpплаты необходимо пеpечислить в Пенсионный фонд 63.0 тысячи pублей, в Фонд социального стpахования 12.2 тысячи pублей, в Фонд обязательного медицинского стpахования 8.1 тысячи pублей, в Госудаpственный фонд занятости 4.5 тысячи pублей и от пpибыли останется только 104.92 тысячи pублей. С учетом местных сборов на просвещение, содержание милиции и так далее, что составляе порядка 10 процентов от налогооблагаемлй базы, у вас останется от прибыли 75.72 тысячи рублей. Затем вы погасите месячную долю кредита для приобретения основных средств с процентами 58.0 тысячи рублей, и у вас останется прибыль 17.72 тысячи рублей.
   Если учесть 10-пpоцентные отчисления от пpибыли pэкету, котоpый осуществляет пpинудительную охpану не только тоpговли, но и мелких пpоизводств, то у вас остается только 16.11 тысячи pублей, то есть меньше пяти пpоцентов от дохода. Помните фразу К. Маркса о том, что капиталист довольствуется 10 процентами прибыли, а при 20 - начинается оживление? Потому что при получении менее 10 процентов прибыли, ее не хватит даже на удовлетвоpение личных потpебностей. А поведение человека, как известно, опpеделяется возможностью удовлетвоpения своих потpебностей. Если его дело не позволяет удовлетвоpять его потpебности - он им заниматься не будет. Вот и получается, что никто не хочет заниматься пpоизводством, котоpое в России пpинципиально убыточно, даже пpи учете в отпускной цене возможной пpибыли только в 20 пpоцентов. А большую пpибыль закладывать нельзя, так как налоги возpастут еще больше. Максимальная пpибыль в 25 пpоцентов официально pазpешена только в тоpговле - вот все и бpосились в тоpговлю, покупают и пеpепpодают в основном импоpтные товаpы, обеспечивая рабочие места иностранным трудящимся. В торговле еще можно худо-бедно существовать, но больших денег тоже не наживешь, если будешь честно тоpговать. Пpиходится обманывать и обвешивать покупателя.
   На честной Руси всегда воpовали, но сейчас это единственно возможный пpибыльный способ пpоживания. Не честному тpуженику, не обоpотистому тоpговцу, а воpу и pэкетеpу ныне живется весело, вольготно на Руси, потому что их доходы налогами не облагаются. Социологический опpос еще в 1994 году показал, что 5 пpоцентов выпускников и 3 пpоцента выпускниц (!) московских школ мечтают после окончания обучения попасть в кpиминальные стpуктуpы, чтобы заниматься сбоpом своих "незаконных" 10 пpоцентов.
   Что же в этих условиях остается делать российскому предпринимателю? Стоит он как русский витязь на распутьи и перед ним три пути-дороги.
   Первый путь: он может бросить свое дело, свернуть производство, вывести капитал за границу и вложить там в какое-либо знакомое ему производство. Некоторые так и поступают, оставаясь в России, либо вывозя также и семью за границу. Там их с радостью принимают. Как утверждают эксперты, в настоящее время в странах Евросоюза русскоязычное население составляет порядка 6 миллионов человек (по другим данным - 8 миллионов). Это эквивалентно популяции целой страны типа Дании, Финляндии или Словакии. Примерно такое же количество русскоговорящих проживает в США. В США достаточно ввезти капитал в 250 тысяч долларов, чтобы моментально натурализоваться. В Великобританию необходимо ввозить несколько больший капитал. Следует заметить, что русская диаспора в Лондоне в 2008 году достигла величины в 300 тысяч человек, совокупное состояние которых превышает 70 миллиардов долларов. Среди ее членов встречаются такие одиозные фигуры, как Р.А. Абрамович с состоянием в 18.6 миллиарда долларов и Б.А Березовский с состоянием в 1.8 миллиарда долларов, купившие дворцы в центре города и в его пригородах.
   Второй путь: попытаться получить те или иные налоговые льготы. Так, например, одна нефтедобывающая компания может платить налог в 600 рублей с тоны добываемой нефти, а соседняя компания, принадлежащая олигарху, выбившему себе льготны, с того же месторождения будет платить в 50 раз меньше, потому что в налоговой декларации она будет указывать, что добывает не нефть, а нефтесодержащую воду. Дело в том, что при современной добыче нефти в нефтесодержащий пласт закачивается вода для создания необходимого давления при подъеме нефти. Экономически выгодно поднимать на поверхность жидкость, содержащую от 40 и выше процентов нефти, отделяя ее затем на поверхности земли от воды. Причем, при наличии уже 30 и менее процентов воды в жидкости, она считается нефтью, но при наличии большего количества воды - нефтесодержащей жидкостью. А за что платить налоги - зависит от налогового инспектора: если его хорошо "подмазать", то и за чистую нефть можно будет платить налоги, как за нефтесодержащую жидкость. В России всегда было легко превращать "порося" в "карася" - Бог прощал. И неудивительно, что 50 триллионов рублей (почти 16 миллиардов долларов) недоимок в российский федеральный бюджет 1995 года по признанию тогдашнего министра финансов В.И. Панкова "в значительной мере" было связано "с порочной практикой предоставления огромного количества прямых налоговых льгот". При этом за получение последних чиновникам, как известно, "надо платить", так что основа для развития коррупции налицо.
   Третий путь: уклониться от уплаты налогов, применить наличные расчеты через "черную наличность (доллары)", уйти "в тень". Тут также создается благоприятная почва для коррупции и криминализации экономических отношений - злоупотреблений государственных чиновников с одной стороны и развития рэкета и прямого бандитизма с другой.
   По мере уменьшения удельного веса легального сектора, с которого можно брать налоги, стремление к ужесточению налогового прессинга усиливается. В результате легальная деятельность становится все менее привлекательной. Так создается порочный круг, разорвать который можно только снижением налогов. (Приведенные выше расчеты, когда от рубля остается только две копейки, характерны для налогового законодательства образца 1995 года; сейчас налоговое законодательство чуть-чуть полегчало - от рубля остается 33 копейки - но все-равно это очень мало, поэтому-то производство и уходит "в тень".)
   Особо следует отметить, что налоговый кодекс Российской Федерации разрабатывался с поразительным учетом получения всевозможных преференций богатым людям России, начиная с того, что налог на заработную плату у санитарки, получающей один минимальный размер заработной платы в 2300 рублей, и у менаджера крупной компании, получающего 2 миллиона рублей, один и тот же - 13 процентов. Но, поскольку заработная плата менаджера превышает 415 тысяч рублей в год, это ее превышение облагается меньшим налогом. Кроме того, у санитарки вся прибыль состоит из одной только заработной платы, а менаджер помимо заработной платы получает еще девиденты на акции, которыми он владеет. И подоходный налог на девиденты уже не 13 процентов, а только 6.6. Какая поразительная забота о богатых людях! И хитроумные менаджеры преднамеренно уменьшают фонд заработной платы, перекачивая из него средства в фонд девидентов, достигая сразу две цели: уменьшают заработную плату трудящемуся персоналу и увеличивают свою прибыль не только за счет абсолютного увеличения фонда девидентов, но и за счет снижения налогооблажения этой части прибыли. Хорошо быть богатым в России! А тупые американцы до такого не додумались и платят прогрессивный налог на прибыль, который лежит в диапазоне от 15 до 40 процентов. Но всех "переплюнули" южноафриканцы, подоходный налог у которых в алмазодобывающей отрасли лежит в пределах 56 процентов. Видимо, богатых там не любят!
  

Налоговые преступления

  
   Основная функция налогов - формирование бюджета и регулирование экономики. Известно, что примерно 80 процентов бюджета любой страны составляют налоговые поступления, и именно они формируют основу бюджета. Наряду с этим, по оценкам экспертов разных стран, значительные суммы налогов в бюджет не поступают. Так, эксперты отмечают, что по ряду стран Западной Европы потери от неуплаты налогов составляют до 20 процентов от общей суммы бюджетных доходов, в США - до 15 процентов. В России, по различным оценкам, в бюджет не поступает от 30 до 50 процентов подлежащих уплате налогов. Особенно усилилось уклонение от уплаты налогов и сокрытие истинных доходов от налогообложения в последние десятилетия. Именно этот период во многих странах мира называют периодом "налогового взрыва". Суть его состоит в том, что институты власти и государственные структуры наращивают свое вмешательство в хозяйственную, экономическую жизнь для решения складывающихся спорных социальных и финансовых проблем. Проводится это, в частности, и через жесткую налоговую политику - ужесточение системы сбора налогов. Налогоплательщики же, физические и юридические лица, активно противодействуют этому, укрывая доходы и не уплачивая или недоплачивая причитающиеся с них налоги. Чем выше уровень и ставки налогообложения, тем активнее и организованнее это противодействие. Процесс этот происходит на фоне набирающей силу теневой экономики, расширения сфер финансовых злоупотреблений, коррупции и экономической преступности. Уклонение от уплаты налогов в большинстве своем, в том числе и в России, превратилось в один из самых распространенных видов экономической преступности.
   За рубежом экономическая преступность уже давно признается организованной. Следует признать, что таковой она фактически является и в России. В том числе и налоговая преступность. Наиболее криминализированны у нас, как отмечает первый заместитель директора ФСНП В.И. Авдийский, те виды хозяйственной деятельности, где себестоимость низкая, зато выше уровень налогообложения. Понятно, что в случае ухода от налогообложения нечистые на руку дельцы получают сверхприбыли. К таким областям деятельности можно отнести производство и реализацию алкогольной продукции, операции с природными ресурсами, импорт автомобилей, объемы массовой торговли, игровой бизнес, операции в кредитно-финансовой сфере и некоторые другие. По оценкам экспертов конференции "Россия-ЕС", состоявшейся в Хельсинки в декабре 1999 года, велики масштабы налоговой преступности в сфере внешней торговли. Сейчас только в мировых финансовых центрах за границей находится свыше 60 миллиардов долларов, вывезенных из России (а в мелких банках раз в 10 больше). Из этого числа доля "грязных" денег составляет 30-40 процентов. Как заявил на брифинге 20 июня 2000 года начальник 4 отдела ГУБЭП МВД России Л. Ратманов, за последние шесть-восемь лет из России за рубеж незаконно было вывезено около 130-140 миллиардов долларов. Сегодня Россия вошла в список пятнадцати стран, в которых налоговая ситуация способствует созданию центров по отмыванию денег. Об этом говорится в отчете международной финансовой организации по борьбе с отмыванием денег. В "черный список", наряду с Россией, вошли Израиль, Филлипины, Лихтенштейн, Ливия, Кипр, Мальта, Бермудские, Каймановы, Багамские острова. Все они неохотно сотрудничают с мировым сообществом в этой области.
   Таким образом, налоговая преступность сегодня стала не только организованной, но и транснациональной организованной преступностью.
   Рассмотрим некоторые известные аспекты, свидетельствующие о том, что налоговая преступность является частью организованной преступности. Преступления в сфере экономической деятельности (в том числе и налоговые) совершаются с целью получения материальной выгоды, дохода (в подавляющем большинстве случаев в денежной форме). Как свидетельствует практика, полученные таким образом доходы вкладываются не только в расширение преступной деятельности, но и инвестируются в недвижимость, валютные ценности. Однако вложение незаконно полученных доходов в предметы роскоши не приносит дивидентов, поэтому вполне объяснимо стремление владельцев таких средств вложить их в различные сферы финансово-хозяйственной деятельности для того, чтобы деньги "работали" и приносили новые деньги. По данным МВД России около 70 процентов доходов, полученных незаконных путем, в настоящее время вкладывается в различные формы предпринимательской деятельности и около 15 процентов расходуется на приобретение недвижимости и иного имущества. Такое положение способствует криминализации экономических отношений, усилению влияния преступных группировок в сфере экономики, легализации преступных доходов.
   Реальность криминогенной обстановки в России такова, что налоговые преступления, помимо преступлений в экономической сфере, связаны с другими организованными преступлениями. В первую очередь с крупномасштабными хищениями, банкротством, насилием, запугиванием, коррупцией. Организованные преступные группировки взяли под свой контроль те сферы преступной деятельности, которые дают наибольшую прибыль (наркотики, проституция, торговля оружием и так далее). Доходы от этих видов преступлений подпитывают организованные преступные группировки, "отмываются" и используются в легальных и законных формах бизнеса. Организованная преступность сегодня сочетает в себе все черты профессиональной общеуголовной преступности и коррупции. Включает она в себя и "теневую" экономику. А основу "теневой" экономики составляет экономика, выведенная из сферы налогообложения.
   Следует заметить, что в ряде стран Западной Европы "теневая" экономика рассматривается как экономика, связанная с уклонением от уплаты налогов. Например, ст. 73 УК ФРГ регулирует случаи лишения правонарушителей материальных выгод, полученных в результате совершения противоправных действий: кражи, обмана, растрат, утаивания финансовых средств и так далее. Она позволяет рассматривать как "теневой капитал" любую извлеченную в результате противоправных действий материальную выгоду, в том числе и суммы, возникающие в результате неуплаты налогов, то есть противоправных действий в сфере налогообложения. В России такая "теневая" экономика напрямую связана с уклонением от уплаты налогов, ведением запрещенной законом экономической деятельности (контрабанда, наркотики, проституция, торговля оружием и так далее.). Если осуществление запрещенной законом деятельности характерно для организованной преступности, то уклонение от уплаты налогов характерно как для этой деятельности, так и для деятельности почти во всех сферах экономики России.
   Интересен вопрос о механизме легализации укрытых от налогообложения "черных" денег, появляющихся в результате совершения налоговых преступлений. Спорным кажется и сам процесс сокрытия доходов (прибыли и тому подобное) от налогообложения. Здесь используется множество различных и порой изощренных способов совершения преступления. Но укрытые от налогов средства и потерянный от этого доход надо легализовать и ввести в экономический оборот, поскольку деньги должны работать. И здесь применяются еще более сложные, замысловатые схемы преступной легализации укрытых от налогообложения средств. Проведенный анализ показывает, что налоговые преступления присутствуют практически во всех более или менее легальных операциях, которые проводятся преступными группировками. Налоговые преступления являются частью их деятельности, частью структуры организованной преступности. Этот факт необходимо использовать в доказывании вины конкретных лиц и при привлечении их к ответственности. Доказать обвинение в налоговом преступлении гораздо легче, чем в других преступлениях, совершенных преступной группировкой. Основа обвинения по налоговому преступлению строится на финансовых и бухгалтерских документах, актах проверок налогоплательщика. Известно, что Аль Капоне был осужден и лишен свободы не за совершение многочисленных убийств, что не было доказано, и руководство преступной организацией, а за обыкновенную неуплату налога.
   В уголовно-правовой теории и практике в последнее время обсуждается вопрос об обложении налогом тех доходов, которые получены в результате преступной деятельности (продажи наркотиков, оружия, проституции, вымогательства, краж, грабежей и так далее.). Высказываются различные точки зрения. Вопрос, как представляется, не простой. С одной стороны, согласно действующему налоговому законодательству, налогообложению подлежат все доходы, полученные за отчетный период налогоплательщиком. Исключение для доходов, полученных от преступной деятельности, закон не делает. Значит, при выявлении подобных преступлений и, особенно, в случаях, когда преступник уже обратил имущество в свою пользу, его преступный доход подлежит налогообложению и должен быть с него взыскан. Это касается и доходов, полученных организованными преступными группировками в процессе их преступной деятельности. Формально это так. В реальной же практике, за весь период существования Российского налогового законодательства судебного прецедента подобного рода не было. С другой стороны, доходы, полученные от преступной деятельности, рассматривать как обычные доходы, которые подлежат налогообложению в чистом виде, вряд ли целесообразно. Должно быть специальное законодательное урегулирование этого вопроса. Только тогда можно привлекать лиц, виновных в совершении общеуголовных преступлений, связанных с извлечением незаконного дохода, к уголовной ответственности за налоговые преступления.
   Анализ налоговых преступлений свидетельствует о том, что неуплата налогов, появление "черных" денег происходят практически во всех областях экономической деятельности: промышленности, строительстве, торговле и тому подобное. Противозаконные операции встречаются почти во всех видах предприятий, среди юридических и физических лиц. Неуплата налогов становится массовым, организованным явлением. Новая Россия теряет законопослушного налогоплательщика, так его и не создав. Размер налогообложения, высокая инфляция уменьшают реальные доходы людей, а чем выше налоги и инфляция, тем больше стимулов к получению нелегального дохода, к сокрытию его от учета и налогообложения. При этом выше поднимается уровень "теневой" экономики, шире и разнообразнее способы получения нелегальных доходов. По оценкам сотрудников налоговых органов от 25 до 40 процентов доходов налогоплательщиков находится в области "теневой" экономики и уходит из сферы налогообложения. Выявляются же имеющимися средствами не более 5 процентов налоговых преступлений от числа совершаемых: к уголовной ответственности привлекается и того меньше. Так, за 1999 год по данным УФСНП по Красноярскому краю, получено 2603 сообщения о возможном совершении налоговых преступлений; рассмотрено в порядке ст. 109 УПК РСФСР 455 (17,5 процентов от информации), возбуждено уголовных дел 204 (45 процентов от рассмотренных в порядке ст. 109 УПК РСФСР и 7,8 процентов от полу­ченной информации), направлено в суд 34 (16,7 процентов от возбужденных, 7,5 процентов от рассмотренных в порядке ст. 109 УПК РСФСР, 1,3 процентов от тех сообщений, где имелась информация о наличии налогового преступления).
   Существуют десятки, сотни способов сокрытия доходов от налогообложения. Число их растет, и способы становятся разнообразнее. В рамках рассматриваемой темы остановимся на некоторых, на наш взгляд, наиболее распространенных. Речь пойдет о способах налоговых преступлений, которые связаны с организованной экономической преступностью, способах получения сокрытых от налогообложения "черных" денежных средств, механизмах отмывания незаконно полученных доходов.
   К числу таких способов в деятельности организованных преступных группировок относятся создание ими фирм, занимающихся обналичиванием денежных средств для продажи "черных" денег за безналичные деньги. Как правило, это фирмы-"однодневки", регистрируемые на подставное лицо, без бухгалтерского учета. При первой же опасности налоговой проверки они реорганизуются или объявляют себя банкротами. Налоговые платежи они не осуществляют. Такие фирмы "отмывают" и легализуют доходы, полученные незаконным путем, в том числе от налоговых преступлений. Организованные преступные сообщества обычно создают сеть или череду таких фирм "очистки" "грязных" денег. Наряду с этими фирмами и по такому же принципу осуществляется легализация доходов, полученных незаконным путем, через создание преступными группировками благотворительных фондов.
   Наиболее распространенным способом получения "черных" денег является занижение суммы дохода и, следовательно, занижение уплаченного налога. В этом плане показателен анализ экспортно-импортных операций, проведенных в процессе налоговых проверок УФСНП по Красноярскому краю. Уклоняющиеся от уплаты налогов или "отмывающие" денежные средства предприятия, как правило, составляли два контракта: один реальный и один фиктивный, с завышенной суммой сделки. После чего деньги по фиктивному договору переводились фирме-посреднику, на счетах которой оставалась разница между реальной и фиктивной ценой. В ряде случаев делалось еще проще: денежная сумма переводилась как предоплата за товар, а товар не поставлялся. Либо предусматривалось оказание услуг, услуги не оказывались, штрафные санкции за исполнение договора налогообложению не подлежали и перечислялись фирме-посреднику или фирме-заказчику.
   Широкое распространение получило "отмывание" преступных доходов через оффшорные предприятия и закрытые административно-территориальные образования (ЗАТО). Незаконное переведение финансовых средств в оффшорные зоны и ЗАТО позволяет получать налоговые льготы до 40 процентов. По оценкам Министерства по налогам и сборам, размеры льгот иногда в 600 раз превышают сбор налогов по России. Оффшорам и ЗАТО многократно объявлялась война. По оценкам экспертов МНС, через оффшоры и ЗАТО уходит от налогов (чаще всего незаконно) до 50 миллиардов долларов ежегодно.
   Специалисты по налоговым вопросам называют в числе распространенных помощников в сокрытии денег от налогообложения крупные и мелкие сберегательные банки, кредитные институты и общества. Нередко банки и кредитные общества специально создаются для уклонения или минимизации налогообложения. Через открытие анонимных счетов осуществление многократных вкладов небольшими суммами, не требующими идентификации вкладчика, получение кредитов, перемещениями капитала из одного банка в другой осуществляется неуплата налогов и легализация преступных доходов. Существует целая сеть различных методик сокрытия доходов от налогообложения с использованием банков, в том числе и зарубежных.
   Наконец, говоря о транснационализации налоговой преступности, нельзя не отметать тот факт, что с появлением сети Интернет налогоплательщики стали "исчезать" в Интернете. Ускоренная развитием Интернета глобализация экономики показывает серьезные недостатки мировой налоговой системы и открывает новые возможности для налоговой преступности. Глобализация, в общем смысле этого слова, предполагает слияние отдельных национальных рынков в единое мировое рыночное пространство. Ускорение процесса глобализации позволяет говорить о том, что развитие ситуации в подобном направлении ускорит сбор налогов и, таким образом, будет способствовать налоговым службам каждой страны в осуществлении их функций. С появлением Интернета абсолютно бессмысленным становится понятие физического местонахождения, а затем и места регистрации налогоплательщика. Возникает проблема налоговой конкуренции между государствами с высокими и низкими доходами. Интернет имеет колоссальный потенциал, способный еще более увеличить налоговую конкуренцию потому, что резко упрощает перемещение активов в зоны налогового благоприятствования, как например, Карибский оффшор, который физически расположен очень далеко от потенциального налогоплательщика, однако виртуально находится на расстоянии одного щелчка компьютерной "мыши". Теперь уже многие налогоплательщики могут, как известный Руперт Мёрдок, вообще не платить налоги. Руперт Мёрдок с 1987 года заработал в Великобритании более 1.4 миллиарда фунтов (2.3 миллиарда долларов) дохода и не заплатил там ни пенни корпоративного налога.
   Для налоговых органов Интернет создает две основные проблемы, которые необходимо будет решать. Первая - уникальна для Интернета. Интернет - это совершенно новый канал перемещения товаров и услуг от продавца к потребителю. Налогообложение виртуальных товаров и услуг - процесс гораздо более проблематичный, чем налогообложение товаров реальных. Например, музыкальное произведение теперь можно загрузить с сайта продавца, который вообще неизвестно где находится. Для этого не нужно ни дисков, ни магнитных пленок. Подобным образом могут быть дематериализованы и другие товары и, тем более, услуги. Это делает невозможным для налогового инспектора обложение их налогом. Как идея может рассматриваться обложение пользователей Интернета интернет-налогом. Но возникает вопрос о том, к чему привязывать этот налог и как определить его сумму. Дематериализоваться может и сам налогоплательщик. В одном из журналов "Нью-Йорк" была карикатура: две собаки сидят перед монитором, и одна говорит другой: "Сама идея налогообложения основана на знании того, кто должен платить. Однако в ситуации, когда налогоплательщик - это просто некоторая сумма анонимных электронных денег, защищенных к тому же современными криптографическими кодами, определить это будет непросто". Другая проблема, которую Интернет создает для налоговых инспекций - возможность усиления налоговой конкуренции между странами. Налогообложение во всем мире построено на уверенности в том, что каждая страна вправе решать самостоятельно, сколько налогов собирать с населения и предприятий, какого вида и как. Правительства стран могут поступиться своей независимостью, создать двух и многосторонние налоговые соглашения, наконец, создать международные организации типа ООН, МВФ или Евросоюза. Однако реалии таковы, что каждое правительство настаивает на своем праве устанавливать налоги самостоятельно. Имеющиеся международные налоговые соглашения касаются, в основном, вопросов избежания двойного налогообложения, либо всего лишь определяют приоритеты одного или другого государства там, где их интересы пересекаются. Существующий налоговый национализм позволяет утверждать, что вряд ли в скором времени будет создано что-то вроде Мировой налоговой организации. До того времени сохраняющаяся налоговая конкуренция позволит легко избегать повышенного налогообложения, используя сеть Интернет, скрывать доходы и уклоняться от налогообложения.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Теневая экономика

  
   Субъект экономики - предприниматель, предполагая производить какой-либо товар с целью получения прибыли, вступает в контрольно-правовое поле, регулируемое государством, которое для своего содержания взимает с него налоги. Но прежде всего ему нужен начальный капитал, чтобы произвести начальные затраты, без которых невозможно организовать производственный процесс. Он должен арендовать, купить или построить производственные помещения, наполнить их оборудованием (которое тоже необходимо закупить или арендовать), закупить или арендовать сырье, оплатить энергоресурсы и производственную информацию, оплатить утилизацию отходов, хранение и транспортировку готовой продукции.
   Продав товар и подсчитав доход, он будет вынужден вычесть из него затраты для того чтобы получить чистую прибыль, с которой он будет платить налоги и делать отчисления в страховые и общественные фонды. Если эти налоги и отчисления не превышают трети прибыли, то предприниматель становится законопослушным и платит все требуемые налоги. Расчет здесь довольно прагматичен, поскольку вторую треть прибыли он вынужден направить на развитие предприятия, иначе ему не выдержать конкуренции других предпринимателей, а треть идет на потребление и резервирование финансовых средств. Если налоги и отчисления превышают треть прибыли, он начинает искать лазейки для сокрытия части ее и сокращения налогооблагаемой базы до величины, налоги с которой не превышают опять же трети прибыли.
   Если же налоги и отчисления превышают половину прибыли то предприниматель уходит с правового поля в теневую экономику и государство вообще теряет возможность получать от него средства в бюджет. Во всем мире считается нормальным объем теневой экономики в народном хозяйстве страны порядка 3-7 процентов. Уже при 20-30 процентах теневой экономики в народном хозяйстве инвесторы предпочитают не рисковать своими средствами. Если же объем теневой экономики превышает половину народного хозяйства страны, то она считается очень коррумпированной и опасной для вклада инвестиций. Дело в том, что величина 40 процентов теневой экономики в народном хозяйстве является критической, за этим порогом стираются грани между официальной и теневой экономикой и последняя подчиняет себе все сферы жизни общества, монополизируя рынок и устраняя любую конкуренцию физическим уничтожением конкурентов при помощи наемных киллеров.
  

В сталинские времена

теневая экономика была малозаметна

  
   Первая мировая война и Гражданская война привели к разрухе народного хозяйства России. Новая экономическая политика (НЭП) с ее легализацией частной собственности позволила за пятилетку восстановить народное хозяйство и выйти на довоенный уровень производства. По планам В.И. Ленина - следовало переходить ко второму этапу НЭПа, кооперативно развивая сельское хозяйство и индустрируя промышленность, на что требовалось значительное время - 15-20 лет. История не могла дать стране такое время: в Германии к власти рвались фашисты, которые не скрывали своих захватнических планов завоевания мирового господства. И к руководству страны пришли тоталитарные силы во главе с И.В. Сталиным, ставшим диктатором, который свернул НЭП, отменил частную собственность, коллективизировал сельское хозяйство и приступил к быстрой индустриализации промышленности. В управлении народным хозяйством были использованы административно-командные распределительные методы, народное хозяйство развивалось планово, что позволило его быстро мобилизовать на снабжение армии вооружениями в Великую Отечественную войну.
   Выиграв Великую Отечественную войну и подтвердив политическую жизнеспособность, советское общество, тем не менее, не перешло к решению более сложной проблемы обеспечения экономической жизнеспособности. Более того, советские руководители не смогли оценить того факта, что с появлением водородного оружия решение проблемы политического выживания военными методами вообще теряет смысл. Они дали втянуть себя в Третью мировую "холодную" войну, в которой потерпели сокрушительное поражение, отбросившее некогда великую державу в сообщество бедных развивающихся стран. Страна потеряла две трети своего промышленного производства и добрую половину сельскохозяйственного, общее руководство оказалась глубоко коррумпированным, в теневую экономику перешло больше половины народного хозяйства. Почему же практически отсутствовала теневая экономика в сталинские времена?
   Устранив частную собственность и заменив фондовые и товарные биржи Госпланом, то есть ликвидировав рынок средств производства, тоталитарный режим не мог отменить деньги, являющиеся мерилом затрат и стоимости вложенного в производства труда. Деньги теперь не могли быть капиталом, но, как и при абсолютном феодализме они могли обращаться в сокровища. Однако демонстрировать сокровища было опасно, так как их появление вызывало профессиональный интерес правоохранительных органов. А криминал была официально наказуемым деянием. Конечно, в это время совершалось и мошенничество, и хищение государственного имущества, и взятки, но в небольших размерах, поскольку пустить в оборот добытые таким образом деньги было невозможно. Их можно было только обратить в сокровища и закопать в землю, поскольку тоталитарный режим, монополизировав производство и торговлю, не допускал развитие теневой экономики и теневого рынка. Правда небольшой подпольный теневой "черный" рынок средств потребления все же существовал, но его субъекты усиленно преследовались и искоренялись правоохранительными органами.
   Ко всему прочему существовала ответственность за создание преступной организации, в которую могли входить всего лишь два человека. Но это уже считалось преступной организацией, за создание которой могли последовать различные наказания: высылка, арест, расстрел. В 1952 году И.В. Сталину доложили, что с 1942 года на территории СССР действовало фиктивное управление военного строительства под руководством полковника Н.И. Павленко, имеющее на своем "балансе" 25 грузовиков, 7 легковых машин, автоцистерну, трактор, бульдозер, канавокапатель, грейдер, порядка 100 лошадей с повозками. За время своего существования эта организация выполнила работу на сумму более 20 миллионов рублей, сумму по тем временам фантастическую, так что члены этой организации были награждены 230 орденами и медалями. Однако руководитель, самовольно присвоивший себе звание полковника, после расследования был расстрелян, а организация расформирована.
   Тогда не было ярко выраженной коррупции благодаря безраздельному господству КПСС с ее жесткой партийной дисциплиной, стремительной ротации кадров из-за постоянных репрессий, а также благодаря психологическому настрою народа, ждущего со дня на день наступления светлого будущего - коммунизма. Но существовал так называемый "блат", когда по записочке высокопоставленного лица можно было получить доступ к некоторым мелким благам, которые были дефицитом для большинства населения. А за блага надо было платить.
   Эти же блага можно было приобрести на "черном" рынке за суммы, во много раз превышающие номинальную стоимость товара. Поэтому продавцы этого товара, который либо похищался, либо приобретался по номинальной цене в государственной торговле, но "из под прилавка", а продавался "из под полы" со значительной наценкой, превышающей порою номинальную стоимость в несколько раз, именовались спекулянтами и преследовались законом. "Черный" рынок был подпольным, и государство не могло его устранить. Тогда государство само организовало для себя "черный" рынок в виде так называемого "Торгсина", который продавал "дефицит" на золото, хранившееся у населения с довоенного времен, хотя хранение золота со времен гражданской войны считалось уголовным преступлением.
   В условиях тотального дефицита продуктов потребления возник и так называемый "серый" рынок, когда потребитель мог получить определенный товар по номинальной цене с небольшой наценкой "за доставку" в случае, если он сам имел доступ к какому-либо другому виду дефицитного товара и мог предоставить этот товар по пониженной (в сравнении с "черным" рынком) цене другим аналогичным потребителям. На "сером" рынке в торговые отношения "по блату" вступали представители государственных торговых предприятий и предприятий сферы обслуживания.
   Как ни странно, капитализм с наемным трудом полностью не был искоренен, он ушел в подполье, замаскировавшись в артели бытового обслуживания населения. Фактически артельщик был замаскированным капиталистом, который эксплуатировал труд других членов артели, утаивая от государства доходы и распределяя их по своему усмотрению. Но таких предприятий было немного, и существенного влияния на экономическую жизнь страны они не имели.
   Количественная оценка теневой экономики (в западной экономической науке она получила название "второй экономики) в сталинские времена затруднена. Вот что пишет известный американский экономист, специалист по теневой экономике в СССР Г. Гроссман:
   "Так как в СССР властные структуры сильно коррумпированы, размеры "второй экономики" можно определить, лишь используя независимые источники, например, по данным Центрального агентства информации США : всего частный сектор дает 10 процентов от официального ВНП, в том числе 76 процентов частного сектора приходится на сельское хозяйство, 22 процента - на строительство и 2 процента - на сферу услуг. Согласно этому же источнику, в 1950 году легальный частный сектор давал 22 процента от официального ВНП, а к 1977 году - менее 10 процентов. Стремительное сокращение частного сектора связано, в частности, с тем, что процентная ставка налога на доходы частников довольно высока и составляет 15-25 процентов (15 процентов - у лиц таких профессий, как мастера по ремонту обуви, 25-30 процентов - у протезистов, учителей-репетиторов). Понятно, что число официально зарегистрированных в финансовых органах лиц находится в обратной зависимости от величины процентной ставки подоходного налога: чем она выше, тем меньше количество тех, кто платит столь высокие налоги.
   Резкое сокращение негосударственного сектора в 1950-е годы, тенденция к дальнейшему укрупнению производства, запрещение подсобных промыслов, ограничение на ведение личного подсобного хозяйства - все это сформировало тип хозяйства с сильно развитой "второй экономикой". Все те производственные процессы и связанные с ними хозяйственные отношения, которые раньше брал на себя негосударственный сектор, теперь должно осуществлять государство, чтобы дать населению соответствующие товары и услуги, но возможностей для этого оно не имеет. Ущемление потребительской сферы вызвало создание теневых структур" (конец цитаты).
   И все-таки теневая "вторая" экономика существовала. Специалисты, изучающие теневые отношения в советской экономике, выделяют много факторов, способствующих их развитию.
   1. Почти во всех сферах экономики легальная частная деятельность запрещена; в тех же немногих, где такого запрета нет, действует тяжелое прогрессивное налогообложение.
   2. Многие товары массового потребления облагаются крайне высокими косвенными налогами; цены же на другие товары субсидируются государством. Все это создает возможность предлагать покупателю более дешевые товары без государственной наценки, используя для их производства дешевое государственное сырье.
   3. Практически все цены находятся под централизованным контролем, причем государственные цены обычно ниже рыночных, что стимулирует спекуляцию.
   4. Из-за намеренно заниженных цен существует завышенный спрос на многие товары, создающий хронический дефицит.
   5. Внутригосударственные цены на многие товары резко отличаются от цен в других странах, что приводит к росту контрабанды.
   6. Система планирования и управления работает вяло, что ведет к хронической нехватке товаров и услуг, безразличию к нуждам потребителей.
   7. В результате сознательной политики правительства постоянно не удовлетворен спрос на интеллектуальные услуги, связанные с искусством, литературой, религией, этническими ценностями, молодежной культурой и так далее.
   8. Все общество находится под жестким бюрократическим контролем со стороны государства.
   9. Абсолютное господство государственной собственности провоцирует (несмотря на большие санкции за ее хищение) стремление ее расхищать или использовать в целях личной наживы у тех, кто работает в госсекторе. Речь идет о своего рода "скрыто-частной" деятельности ("crypto-private" operation), основанной на ресурсах, "позаимствованных" из государственного сектора (сырье, оборудявание, рабочее время). Именно это и является главным источником неофициальных личных доходов.
   Нет нужды говорить, что личные доходы от нелегальной деятельности скрываются от властей, это - скрытые доходы. Впрочем, скрытыми могут отчасти становиться даже доходы от легальной деятельности, которые укрываются от законного налогообложения и учета.
  

Расцвет теневой экономики в СССР

  
   Период хрущевского правления знаменует собой процесс создания экономических предпосылок для возрождения теневой экономики. Экономические метания из крайности в крайность и попытки преобразований, не воплотившихся в нашу жизнь, способствовали разбалансированию и без того тяжко скрипевшей экономической системы, появлению бесхозяйственности, росту хищений, припискам, лживой отчетности.
   В 1961 году, несмотря на преобразования, в самых зернодобывающих областях Черноземья не хватает хлеба и устанавливается суточная норма потребления в 400 граммов на человека. СССР начинает закупки зерна за рубежом в крупных масштабах. Это приводит к росту крупных и сверхкрупных хищений государственного имущества. Способов было много: от заурядных краж до злоупотребления служебным положением. Начинают появляться небольшие объединения лиц, как правило из административного корпуса предприятий, заводов и фабрик, совхозов и колхозов, имеющих материальных благ и ценностей значительно больше, чем другие люди. Но миллионеров среди них было считанные единицы.
   Теневая экономика стала бурно развиваться во времена Н.С. Хрущева и особенно Л.И. Брежнева. После прекращения сталинских репрессий хрущевская оттепель была сопряжена с повышением спроса на потребительские товары и услуги, и на это очень живо откликнулась теневая экономика. Среди других фактов роста теневой экономической деятельности в 1960-е годы можно назвать быстрое увеличение количества частного автомототранспорта (это дало сильный толчок развитию широкой сферы теневых отношений - от распределения машин за взятки до ремонта автомобилей) и значительное расширение контактов с иностранцами. Рост теневой "второй" экономики и коррупции быстро стал самоподдерживающимся. Люди поняли все плюсы теневой экономики. Так, уже в 1961-1962 годах в СССР возросло количество смертных приговоров по делам, связанным с экономическими преступлениями. По некоторым оценкам, объем денежных сбережений "в матрасах", которые были накоплены в основном незаконными путями, составил в 1970-м году около 28 миллиардов рублей.
   Обобщая информацию о разрастании в СССР нелегальной хозяйственной деятельности, можно сделать вывод, что легальная экономика во многом работает на развитие теневой, которая, в свою очередь, является условием развития легальной
   Широкомасштабный дефицит товаров народного потребления и продуктов питания закономерно приводит к выходу из подполья теневых Черного и Серого рынков. Государственная торговля окончательно разделилась на две сферы: официальную и теневую. Именно здесь начинают создаваться кланы единомышленников, организовывающих с помощью различных махинаций (незначительная порча товаров, пересортица, торговля "левым" товаром) достаточно серьезные финансовые средства. Связи и финансовые потоки прослеживались от продавца до директора районного или городского торга и уходили дальше в министерства. Это был первый, пока еще малоосознанный в стремительном беге к так называемому "коммунизму" этап накопления теневого капитала. В результате рыночные отношения сложились и процветали в условиях полуподполья, укрепляя теневую экономику. Полуподполья, потому что при подпитывании соответствующей партийно-административной "крыши", можно было избежать и преследования за эту деятельность правоохранительных органов.
   Люди, имеющие влияние в сфере распределения материальных благ и ценностей, уже не ограничивались принятием подарков, а стали брать с посетителей деньги. Взяточничество проникло во все сферы общественной жизни. Именно в это время официальная экономика разделилась на областные кланы во главе с обкомовской верхушкой, которая, имея доступ в плановые органы и министерства, "выбивала" для хозяйства своей области сверхплановые поставки необходимого оборудования, довольно щедро расплачиваясь неучтенной продукцией, производимой в области. Для этого стали увеличивать производство неучтенной продукцию и часто пользоваться приписками в отчетности с целью сокрытия ее. Фактически вся официальная так называемая "социалистическая" экономика была "теневой", поскольку находилась в распоряжении кланов обкомовской номенклатуры.
   Именно в это время появились преславутые "толкачи", смысл деятельности которых заключался во всякого рода доставаниях и выбиваниях. Неразбериха в государственных планах и поставках, бесхозяйственность, наличие сверхплановых запасов и неучтенных продуктов производства заставляли руководителей различных предприятий гонять армию этих людей по всей стране. Их баулы загружались различным дефицитом, яствами родных краев; выдавались огромные средства на командировки и "представительные" расходы. Уже поднаторевшие во взятках чиновники с распростертыми объятиями встречали веселых южан с толстыми кошельками, дынями и виноградом, хмурых и малоразговорчивых северян с рыбой и икрой, мехом и драгоценностями, а взамен гонцы получали требуемое.
   Дестабилизация в народном хозяйстве приобрела устойчивый характер и из этого тоже можно было извлекать пользу, правда, не всем. Первыми осознали это предприимчивые люди, накопившие значительные средства в виде сокровищ. Они откопали свои бидоны с золотом и драгоценностями, чтобы пустить их в оборот. В разных городах, особенно на юге страны и в Прибалтике стали появляться полуподпольные цеха и даже целые фабрики, где быстро налаживалось производство дефицитных товаров. К реализации их подключались торговые работники, спрос был повышенный, а рынок буквально бездонный, потому что почти вся официальная промышленность работала на военные нужды и не удовлетворяла бытовые потребности населения. Это поощряло расширять теневую экономику.
   Наиболее ловкие дельцы, получившие название "цеховики" или "теневики", оснащали свои предприятия современной, в том числе и зарубежной техникой. На этих предприятиях работали сотни людей, которые зачастую и не знали, что трудятся в сфере теневого бизнеса. Были там и социалистические соревнования, и свои передовики, ударники, красовавшиеся на Досках почета. Труд квалифицированных производителей ценился на таких предприятиях выше, чем копеечный труд на государственных, и помимо заработной платы они получали регулярные, довольно значительные премии. Все были довольны, в том числе администраторы и партийные работники, которые на этих отношениях паразитировали!
   Таким образом, параллельно официальной, легальной экономике, о которой везде кричали, что она должна быть экономной, создавалась и укреплялась более мощная и скрытая от глаз нелегальная, теневая экономика, которая оказывалась более прибыльной.
   Расширение теневого производства требовало и расширение рынков сбыта неучтенной продукции. Реализовать ее можно было только по хорошо организованным каналам. Так начал складываться союз "цеховиков" с торговыми работникпми. Укрепляются и расширяются "черный" и "серый" рынки, как система экономических отношений по распределению создаваемого общественного продукта и трудовых ресурсов, полностью скрываемые от всех форм хозяйственного контроля и отчетности.
   Теневая экономическая деятельность обусловлена рядом объективных и субъективных причин.
   Огромное разнообразие незаконной и полузаконной деятельности в производстве и распределении явилось результатом большого числа запретов в государстве (чрезмерная заорганизованность туда) и, кажется, ограничивается только человеческой изобретательностью.
   Под экономическим преступлением в СССР понимались такие правонарушения, как кража государственной собственности, собственности кооперативов, взяточничество и целый набор иных видов деятельности, связанной с производством и обменом товаров (обмеры и обвесы покупателей, спекуляция). Несомненно, наиболее известное экономическое преступление - это кража. Все источники информации сходятся в том, что это делал практически каждый, крали все что угодно, различны лишь масштабы, которые зависели от места работы и занимаемой должности. Людей, не крадущих у государства, не понимали; "осуждали" лишь тех, кто крадет у частников. Можно утверждать, что кражи на работе в определенных рамках являлися перманентным условием занятости в СССР. Это не только обеспечивало существенный доход в натуре или деньгах большинству людей, но и представлялося главным источником потерь государственного имущества, обеспечивая основу теневой экономики. Крестьянин крал корма у колхоза, чтобы кормить своих животных, рабочий - материалы и инструменты, которые продавал на сторону, врач - лекарства, водитель - бензин. Зачастую этот "приработок" был много доходнее официальной заработной платы, откуда пошло проклятие: "Чтоб ты жил на одну зарплату!".
   Часто встречалися такие кражи, при которых крадущий использовались ресурсы "собственного" предприятия в своих личных целях. В прессе описываются многочисленные случаи, когда работники стройкомбинатов строят дачи за бесценок или вообще даром.
   На почве краж у пожилых трудящихся развивались психические мании. Например, рабочий-формовщик, если нечего было украсть, набирал в карманы тужурки формовочную землю, которую выбрасывал после выхода за проходную. Именно в это время родилась "крылатая" частушка: "Унеси с работы гвоздь - ты хозяин, а не гость!" А разве хозяин сам у себя ворует? Именно отчуждение трудящегося от собственности и результатов его труда формировало такое поведение вора и разгильдяя - люмпен-пролетария и маргинала.
   Кражи государственной собственности имели место не только среди работающих, зачастую этим занимаются и "профессиональные" воры и преступники, объединяясь в группы и промышляя хищениями готовой продукции.
   Более скромные формы кражи - это всевозможные приписки в книгах регистрации готовой продукции, которые, как правило, списывали на потери при транспортировке. Эту продукцию затем отправляли на черный рынок.
   Продавцы часто наживалися на том, что при получении товара продавали его не сразу, а спустя некоторое время "из-под прилавка" с наценкой - "наценкой на риск".
   Особой статьей доходов обладали те, кто занимался распределением ценных вещей (например, автомобилей). Здесь приходилося платить за "движение в списках".
   Наконец, нелегальные доходы приносла такая форма деятельности, как перепродажа дефицитных товаров (иностранная одежда и тому подобное).
   В дополнение к незаконной торговле в СССР существовало и незаконное производство. Хотя такое производство практически во всех отраслях было запрещено, фактически оно развилось довольно сильно. В частности, большое количество домашних ремонтов, строительных и бытовых услуг осуществляли "шабашники", работающие в свободное время. Кроме того, существовали и настоящие подпольные предприниматели, то есть лица, которые организовывали производство в большом масштабе, нанимали рабочую силу, получали материалы и машины на черном рынке и распределяли получаемую продукцию. Производили они, как правило, дефицитные промышленные товары (одежду, потребительские товары). Эти люди действовали за фасадом принадлежащих государству предприятий, давая взятки тем, кто обеспечивал это прикрытие. Другой вариант их деятельности таков: предприятие фактически принадлежит государству и производит продукцию согласно плану, но вся продукция сверх плана присваивается в собственность директора. Подобное было возможно на предприятиях, где производство не требует крупных материальных вложений и где готовая продукция контролируется по количеству вложенного материала.
   Одной из основных причин теневой экономики является наличие неудовлетворенного спроса потребителя. Конечно, этот фактор является и причиной развития обычной легальной экономики. Неудовлетворенный спрос может быть как на товары и услуги, не являющиеся по своей сути деструктивными, так и на товары или услуги, имеющие деструктивный характер. В первом случае неудовлетворенный спрос возникает вследствие диспропорции в развитии отдельных секторов экономики, что приводит к дефициту определенных товаров или услуг или относительно высокой их стоимости. Вследствие ряда причин теневая экономическая деятельность может быстрее отреагировать на удовлетворение подобного спроса, либо предложить данные товары или услуги по более низким ценам. Например, оказание услуг по строительству и ремонту жилья, ремонту автотранспорта и другие услуги могут оказываться лицами, осуществляющими свою деятельность без регистрации, по ценам ниже сложившихся на рынке данных услуг.
   Снижение цен может быть достигнуто за счет экономии затрат на уплате налогов. Поскольку деятельность осуществляется без регистрации, налоги в доход бюджета не начисляются и не уплачиваются.
   Товары или услуги, имеющие деструктивный характер в легальной экономической деятельности отсутствуют. Например, незаконный оборот наркотиков, оружия, проституция. Вместе с тем, спрос на подобные товары и услуги существует. Этот фактор определяет существование теневой экономической деятельности, направленной на удовлетворение подобного спроса.
   Следующей причиной теневой экономики является стремление потребителя обойти закон при получении прав на совершение каких-либо действий или получение благ от государственных, муниципальных или негосударственных организаций.
   Получение прав на такие блага или непосредственно самих благ в обход действующего законодательства может быть вызвано рядом факторов. Среди них можно назвать: отсутствие прав на данные блага в соответствие с законодательством; невыполнение необходимых условий для получения определенных благ; неправомерное противодействие лиц, уполномоченных принимать решение о предоставлении прав на какие-либо блага или самих благ и ряд других факторов. Например, человек претендует на получение жилья на льготных условиях, не имея на то оснований, предусмотренных законодательством; абитуриент не выдерживает испытаний при поступлении на учебу в высшие учебные заведения за счет средств государственного бюджета; чиновники органов исполнительной власти препятствуют получению каких-либо льгот, привилегий или лицензии, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
   В подобных случаях происходит не предусмотренная законом оплата лицам, принимающим решение о предоставлении определенных прав на блага или самих благ. Естественно эта оплата официально не учитывается. Таким образом, возникают отношения, которые относятся к теневой экономической деятельности.
   Другой важной причиной существования теневой экономики является стремление продавца к монополизации, которая позволяет диктовать цены на рынке, тем самым, обеспечивая высокий уровень доходов.
   Теневая экономическая деятельность в этом случае может проявляться различно. Например, предприятие с целью контроля рынка товаров или услуг может через подставных лиц влиять на поведение конкурентов. Для этого такие лица могут вводиться в органы управления предприятий-конкурентов, делать инвестиции или предоставлять долгосрочные займы на условиях, позволяющих контролировать принятие решений на предприятиях-конкурентах.
   Другим способом установления монополии на рынке товаров и услуг могут являться негласные (неформальные) договоренности производителей и продавцов таких товаров и услуг. Например, договоренность о том, чтобы не превышать определенный объем производства или не снижать ниже определенной величины цены на товары или услуги.
   Следующей причиной существования теневой экономики является стремление производителей сократить издержки на производство и продажу. Эта причина вызывает развитие теневых экономических отношений встроенных в легальную экономическую деятельность, а также неформальную экономическую деятельность.
   Основными элементами издержек в производстве являются затраты на сырье и материалы, оплату труда, уплату единого социального налога, содержание и аренду основных средств.
   В торговле основные элементы издержек обращения те же, что и в производстве, но вместо затрат на сырье и материалы присутствуют затраты на приобретение товаров для последующей перепродажи.
   С целью противоправного снижения издержек в производстве могут покупаться неучтенные сырье и материалы, из которого будет изготавливаться неучтенная продукция, выручка, от продажи которой в официальном учете и отчетности не фиксируется, следовательно, с нее не уплачиваются налоги государству. Таким образом, за счет уклонения от уплаты налогов достигается снижение издержек и соответственно увеличение доходов.
   Кроме того, неучтенные сырье и материалы, как правило, приобретаются по ценам ниже рыночных, что также обеспечивает снижение издержек. Аналогичная ситуация возникает в сфере обращения, в частности в торговле, в случае приобретения и сбыта неучтенных товаров.
   Сокращение издержек, связанных с оплатой труда достигается, как правило, не за счет снижения непосредственно заработной платы, а путем выплаты значительной ее части без отражения в официальном учете и отчетности. Это позволяет уклониться, в части неофициально выплаченной заработной платы, от уплаты единого социального налога. В настоящее время величина этого налога составляет более одной трети фонда оплаты труда, который является базой для исчисления данного налога.
   Снижение издержек, связанных с использованием основных средств (зданий, машин, оборудования) достигается в основном за счет их использования для выпуска неучтенной продукции.
   В целом, противоправные способы снижения издержек производства позволяют получить противоправные доходы, которые в свою очередь могут направляться в теневую экономику, тем самым, обеспечивая увеличение ее масштабов.
   Одной из важных причин теневой экономики являются недостатки в правовом регулировании экономических отношений в обществе. Существующее законодательство, регулирующие экономические отношения нередко имеет пробелы и противоречия. Это позволяет использовать его для осуществления теневой экономической деятельности под видом легальной экономики. В настоящее время наиболее ярким примером является противоправное получение средств из государственного бюджета под видом возмещения налога на добавленную стоимость по экспортным операциям, которые фактически являются лжеэкспортными.
   Нельзя не видеть и того, что соблюдение всех норм действующего законодательства нередко не позволяет получить достаточных средств для развития бизнеса. Прежде всего, за счет высоких налогов для предприятий, не относящихся к малому бизнесу. Это также побуждает часть экономической деятельности укрывать от официального учета и отчетности.
   Еще одной из причин существования теневой экономики является низкий уровень социальных благ получаемых наемными работниками вследствие легальной экономической деятельности. Нередко, легально получаемая заработная плата не позволяет оплатить даже самые необходимые расходы человека. То же самое можно сказать и о величине пенсии. Этот фактор определяет формирование трудовых ресурсов, необходимых для функционирования теневой экономики. Однако, для функционирования теневой экономики необходимы не только трудовые, но и материальные ресурсы: сырье, материалы, товары, здания, оборудование, машины.
   Возможность неучтенного их использования в сфере производства и обращения также позволяет обеспечить функционирование теневой экономики. В некоторых случаях имеется возможность создавать неучтенные материальные ресурсы в организациях, функционирующих в легальной экономике, в других случаях, такие ресурсы появляются вследствие функционирования теневой экономики.
   Помимо вышеназванных основных причин существования теневой экономики могут быть и некоторые другие. Однако, даже вышеназванных причин достаточно для того, чтобы сделать вывод о невозможности их полного устранения. Следовательно, полностью не устранима и теневая экономика. Вместе с тем возможности контролирования ее масштабов имеются. Прежде всего, посредством устранения той части причин существования теневой экономики, которые возможно устранить совершенствованием законодательства, регулирующего экономические отношения в обществе, а также путем повышения уровня жизни населения.
   С теневой экономикой связан ряд негативных последствий для государства и общества. Теневая экономика оказывает отрицательное воздействие на состояние государственных финансов, прежде всего на формирование доходов бюджетов всех уровней. Это, в свою очередь, затрудняет финансирование расходов, связанных с осуществлением функций государства, таких как управление, оборона, развитие фундаментальной науки и других.
   Фактически, теневая экономика прямо подрывает финансовые основы государственного суверенитета. Теневая экономика является одной из причин достаточно высокого уровня налогов, которые уплачивают законопослушные налогоплательщики, поскольку снижение налогового бремени может привести к дефициту бюджетов всех уровней. Вместе с тем, выход экономики из "тени" позволил бы увеличить поступление необходимых сумм в доходы бюджетов и при снижении налогового бремени.
   Поскольку денежные средства, обращающиеся в сфере теневой экономики не поддаются официальному учету, и значительная часть этих средств используется в наличных расчетах, теневая экономика оказывает отрицательное воздействие на кредитно-денежную систему. Официально неучтенные денежные потоки затрудняют государственный контроль за их структурой, а также планирование денежной эмиссии.
   Теневая экономическая деятельность не позволяет достаточно прозрачно и эффективно осуществлять макроэкономическую политику. Это объясняется тем, что теневая экономическая деятельность сокрыта от официальной статистики, данные которой являются основой для принятия экономических решений на макроуровне.
   Снижение эффективности экономической политики на макроуровне ведет, в свою очередь, к деформации развития отдельных секторов легальной экономики. Неполные статистические данные не позволяют своевременно принять обоснованные решения по стимулированию развития той или иной сферы экономики. Теневая экономическая деятельность оказывает прямое негативное влияние на экономический рост и развитие отраслей легальной экономики. Это объясняется тем, что часть покупателей находят необходимые им товары и услуги в теневой сфере, тем самым снижается потребность в товарах и услугах, производимых в легальной экономике, а, следовательно, замедляется ее экономический рост, тормозится развитие. Замедление экономического роста легальной экономики под воздействием теневой экономики отрицательно сказывается на инвестиционных процессах в легальной экономике.
   Поскольку некоторая часть потенциальных покупателей удовлетворяют свой спрос за счет продукции и услуг теневой экономической деятельности, не возникает потребности в инвестициях в легальную экономику. Кроме того, и средств для инвестиций в легальную экономику оказывается недостаточно, так как под влиянием теневой экономики, доходы легальной экономики снижаются. Теневая экономика отрицательно сказывается на развитии конкуренции - одного из важнейших условий рыночной экономики. Предприятия, работающие в легальной экономике, находятся в заведомо невыгодном, с экономической точки зрения, положении по сравнению с предприятиями, относящимися к теневой экономике. Последние, как известно, налоги в бюджет не платят, тем самым, имея возможность направлять эти суммы на собственное развитие. Уже одного этого фактора достаточно, чтобы снизить конкурентоспособность предприятий, работающих в легальной экономике относительно предприятий, работающих в теневой экономике.
   Теневая экономика препятствует повышению эффективности производства предприятий, работающих в легальной экономике. Эффективность производства в значительной мере зависит от производительности труда. В свою очередь, повышение производительности труда достигается, прежде всего, за счет внедрения передовых технологий, прогрессивных материалов, нового оборудования. Однако, для этого необходимы денежные средства, которые можно направить на финансирование капитальных вложений. В условиях, когда предприятия, работающие в теневой экономике, отвлекают часть покупателей работ и услуг у предприятий, работающих в легальной экономике, последним становится труднее зарабатывать средства, необходимые для финансирования капитальных вложений. Тем самым теневая экономика оказывает отрицательное воздействие на рост эффективности производства в легальной экономике.
   Теневая экономика также оказывает отрицательное воздействие на условия для воспроизводства рабочей силы в легальной экономике. Как известно, теневая экономическая деятельность предполагает неуплату установленных государством налогов. Это дает возможность предприятиям, работающим в теневой экономике направлять больше средств на выплату официально неучтенной заработной платы, и таким образом создавать лучшие финансовые возможности для привлечения квалифицированной рабочей силы, не заботясь о ее воспроизводстве. В силу ограниченности финансовых ресурсов у предприятий, работающих в легальной экономике, по сравнению с предприятиями, работающими в теневой экономике, им труднее привлекать квалифицированную рабочую силу и обеспечивать ее воспроизводство.
   В развитии теневой экономики можно проследить определенный генезис. Ее развитие шло от простого к сложному по известному в истории процессу - от мелких мастерских до концентрации производств в крупные синдикаты. Здесь тоже воротилы-махинаторы, имевшие значительный первоначальный капитал, поглощали мелких незадачливых предпринимателей, заставляя их работать на себя и присваивая львиную часть их прибыли.
   Распространенность теневой деятельности в решающей степени эависит от общего состояиня экономики, уровня жизни насслсния и исходящих от государства ограничений. Вывод сделан на основании изучения практики развитых стран, но справедлив и для стран развивающихся. В данном отношении представляются весьма интересными и заслуживающими пристального внимания исследования перуанского ученого и общественного деятеля Эрнандо де Сото.
   Вот его принципиальные выводы.
   1. Нелегальная экономика есть стихийная и творческая реакция народа на неспособиость государства удовлетворять основные потребности обнищавших масс.
   2. Черный рынок есть реакция масс на систему, которая традициоино ставила их в положение жертв своего рода правового и экономического апартеида. Система изобретает законы, делающие неосуществимыми естественные стремления народа иметь работу и крышу над головой.
   3. Вовлеченные в теневую деятельность (как и общество в целом) живут более благополучно, когда нарушают закон, чем когда уважают его. Можно утверждагь, что незаконная деятельность процветает, когда правовые ограничения превышают некоторый; социально приемлемый уровепь, так что закон не признает ожиданий, выбора и надежд тех, кто не имеет доступа к нему, и при этом государство не обладает достаточной силой принуждения. Пророк Павел еще в глубокой древности заметил, что тот закон исполняется, который несет в себе тень грядущих благ.
   4. Личности сами по себе - не "тени"; теневыми являются их действия и деятельность. Те, кто действует нелегальным образом, живут в призрачном мире, имеющем протяженную границу с миром законности, и в этот призрачный мир бегут люди, когда издержки соблюления закона превышают выгоды от его соблюдения. Крайне редко теневая деятельность нарушает все закомы; в большинстве случаев нарушаются лишь отдельные их положения.
   5. Обратившись к причинам явления, можно определить теневую экономику как прибежище для тех, для кого издержки соблюдения существующих законов при ведении обычной хозяйсгвснной деятельносги превышают выгоды от достижеиия своих целей, причем данное понятие характеризует прежде всего институциональные рамки, которые определяют границы нелегалыюй экономической деятельности.
   Любое нелегальное производство начиналось с создания совета. Затем определяются верхние и нижние компаньоны, создается общая денежная касса, из которой затем шел процент всем участникам в зависимости от внесенного пая и полученной прибыли. Организация не начинала производства, не обеспечив себе прикрытие, иными словами не купив местную власть или работников правопорядка, иначе ее ждал провал.
   Шли годы, и кланы расхитителей набирали мощь. В советском обществе появились не просто группы лиц, живущих на нетрудовые доходы, а целое сословие, делящееся на категории: снабженцы, торговые работники, организаторы, отдельные торговцы и тому подобное. Произошло фактическое расслоение общества на субъектов официальной и "теневой" экономики.
   В советском обществе, подводит итог в своей статье "Вторая экономика" в СССР Г. Гроссман, теневая экономика выгодна всем - от руководителей до рядовых работников.
   Превосходство товаров, производимых в теневой экономике, бесспорно, и это, в совокупности с другими характеристиками нелегальной теневой экономики (тотальное распространение взяток, краж), отрицает мнимое единство в СССР рядовых граждан и их руководителей, ведет к цинизму. Разрастание теневой экономики ставит под сомнение способность советской системы производить минимально необходимые материальные ценности и управлять экономикой в соответствии с принципами советского социалистического государства. Все это ведет к росту в обществе власти денег, делая политический режим менее устойчивым.
   "Узнал бы Ленин свое государство в этих условиях?" - задает Г. Гроссман закономерный вопрос. Как уже подчеркивалось, советская экономика фактически сильно отличается от идеальной модели функционирования, от того, что пропагандировала официальная пресса.
   Интересно, что отношение режима к различным формам теневой экономики противоречиво. Из всех нелегальных форм государство спокойнее всего относится к дачным участкам, отношение же к частному предпринимательству ("спекуляции") более нетерпимо. Налицо желание государства навязать "второй" экономике некие "правила игры", но эта политика никак официально не оформляется.
   Автор статьи выделяет три основных фактора взаимосвязи между развитием "второй экономики" и институциональными изменениями в советской хозяйственной системе.
   1. Советские власти могут осознать необходимость увеличить уровень оплаты легального труда таким образом, чтобы конкурировать с денежным стимулированием труда во "второй" экономике.
   2. Государство может расширить количество легальных форм и видов предпринимательской деятельности и способствовать тем самым понижению цен и уменьшению коррупции. В этом случае СССР последовал бы примеру социалистических стран Восточной Европы, где набор видов частнопредпринимательской легальной деятельности гораздо шире. Новая Конституция 1977 года доказывает, что СССР пошел именно по этому пути, так как ряд статей Конституции дают возможность несколько расширительного толкования частнохозяйственной деятельности.
   3. Что касается вероятности проведения экономических реформ в государственном секторе экономики (либерализм, децентрализация), то необходимо иметь в виду, что теневая экономика искусственно привита к существующей в СССР институциональной системе как своего рода спонтанный заменитель экономических реформ. В то же время, поскольку "вторая" экономика в государственном секторе - это источник значительных незаконных доходов, то существует слишком много должностных лиц, заинтересованных в поддержке нелегальной экономики, что сокращает путь СССР к нормальным экономическим отношениям.
   "В любом случае, - завершает свою статью Г. Гроссман, - кажется очевидным, что советская "вторая" экономика и явления, связанные с ней, будут продолжать существовать в течение продолжительного времени, и вместе с ними будут долго сохраняться те социальные институты и общественная ментальность, которые помогли сделать их тем, чем они являются сегодня".
  

Сферы теневой экономики в России

  
   Теневая экономика есть и в развитых капиталистических странах, но там она составляет небольшой процент в общем объеме народного хозяйства. По официальным данным в США ее доля составляет только 8.4 процента, в Германии - 16.8 процента, в Италии - 25.7 процента. В России ее величина составляет 48.1 процента.
   Основой теневой экономики России является нелегальное предпринимательство. При возникновении его в СССР эта сфера теневой экономики помимо подпольного производства товаров потребления включала в себя различные виды скрытой индивидуальной и артельной деятельности: извоз, строительно-ремонтные работы, ремонт легковых автомобилей, оказание различных бытовых и медицинских услуг, сдача в наем жилья, репетиторство, самогоноварение. Весь доход нелегального предпринимательства в СССР к моменту его распада составлял 99.8 миллиардов рублей или же 13.3 процентов в денежных доходах населения с учетом криминальной добавки. В различных его формах в той или иной мере в этой сфере теневой экономики участвовало порядка 30-40 миллионов человек или же до 30 процентов занятых в народном хозяйстве человек.
   Далеко не все в нелегальном производстве было вредным и опасным. Просто идеологические шоры, полностью отрицающие частную собственность и всякую предпринимательскую деятельность, заставляли относить к нелегальной сфере такой большой перечень услуг. С тех пор наша идеология претерпела резкое изменение. Мы "строим капитализм" и даже поощряем мелкое предпринимательство, законно требуя, чтобы мелкий бизнес исправно платил налоги и лицензировал свою деятельность с точки зрения профессионального обеспечения услуг и безопасности их для здоровья. Поэтому сейчас процветает частный извоз, репетиторство, сдача жилья в наем, различные бытовые и медицинские услуги. Правда эти промыслы облагаются у нас такими налогами, что их участникам приходится прибегать к двойной бухгалтерии, чтобы оставлять себе какие-то средства для существования. Так что фактически эти промыслы и сейчас, если и существуют, то, в основном, нелегально.
   Нелегально же существуют и многие производства товаров народного потребления из-за крайне высоких налогов на предпринимательскую деятельность, которые достигали до 98 процентов от получаемой прибыли. В конце 80-х, начале 90-х годов шла легализация подпольных производств, на основе которых образовывались кооперативы и акционерные общества. Однако жесткий налоговый прессинг заставил многие из них вновь уйти в теневую экономику, которая по оценке Председателя Совета министров В.С. Черномырдина в 1996 году составляла от 20 до 50 процентов народного хозяйства. Руководитель Фонда социально-экономических исследований "Перспективные технологии" В.О. Исправников считал, что в сфере теневой экономики у нас было занято до 30 миллионов человек экономически активного населения (напомним, что такое же количество работников было занято в теневом секторе народного хозяйства СССР, имеющего почти в два раза больше населения), которые воспроизводят 40 процентов ВВП. И это еще так называемая "нижняя граница оценки", поскольку большинство специалистов называют величину в 50 процентов, а некоторые, так и 60 процентов. Здесь речь идет о так называемой "неформальной" экономике, весь криминал которой заключается только в уходе от контроля и налогов. Статистические органы пытаются хотя бы условно учитывать производство продукции в неформальном секторе теневой экономики и с 1997 года в статистических ежегодниках при оценке продукции промышленного производства дают сноску: "с учетом неформальной деятельности". О том, что статистики лукавят и берут данные с потолка свидетельствует тот факт, что индекс промышленного производства за 8 лет с 1990 года по 1998 год включительно упал до 46.5 процента, в то время как индекс производства электроэнергетики упал только до 77 процентов. Известно, что электроэнергетика потребляется в основном в промышленном производстве и разночтение приведенных индексов показывает, что, по крайней мере, половину производства неформальной экономики статистики не учитывают. Лукавит Госкомстат!
   Другой частью сектора теневой экономики является хищение государственного имущества. В последние годы существования СССР ежегодно фиксировалось свыше 120 тысяч случаев крупных и мелких хищений. Цифра немалая, но она лишь малая часть случаев растаскивания богатства, которые зафиксированы. А эксперты считают, что на один зафиксированный случай приходится три незафиксированных. Самовольное присвоение казенного имущества вошло в плоть и кровь многих, стало чуть ли не нормой и редко подвергается нравственному осуждению. В этом находит свое отражение высокая мера "ничейности" государственной собственности и отчужденности от нее работника.
   Воровство, тайное похищение чужого имущества, - давно известное уголовно наказуемое деяние. Оно фиксировалось еще в нормах древнерусского законодательства и законы предусмвали определенную дифференциацию наказаний корыстных посягательств против собственности. "Татьба" включала в себя всякое: тайное и открытое, насильственное и ненасильственное посягательство на имущество.
   Особо выделяется охрана собственности в Соборном Уложении 1649 года. Российская криминология подразделяла воров на несколько разрядов с учетом способов совершения краж, мест, откуда кражи совершались. Но это все история, а в настоящее время Уголовный кодекс Российской Федерации рассматривает кражу как тайное похищение чужого имущества и предусматривает наказание до 10 лет лишения свободы.
   Следует отметить, что количество краж за последние годы значительно возросло, а их раскрываемость остается еще на достаточно низком уровне, она составляла в 1999 году всего 37.3 процента (в 1998 - 35.2 процента).
   Чем только не разживаются у государства. Охотно и обильно крадут у него строительные материалы, бензин, удобрения, корма, запчасти, сельскохозяйственную продукцию, продукты питания. Легче пожалуй было сказать, чего у государства не крали. Сума реальных хищений в последние годы существования СССР, по оценке К. А. Улыбина, составляла около 40-50 миллиардов рублей в год или же более 17 процентов производства товаров народного потребления и сельскохозяйственной продукции в официальном секторе экономики, поскольку в теневом секторе хищения не наблюдаются.
   Все эти хищения были результатом деятельности не только и не столько крупных воротил. Растаскивание казенного имущества было массовым явлением, в котором участвовали миллионы "простых" людей. Одни несли от нужды, вторые - от безысходности, третьи - из корысти, четвертые - по привычке, пятые - потому, что плохо лежит. Парадокс заключался в том, что этот явно ненормальный, унизительный процесс пополнения личных карманов из государственных закромов весьма часто приносил не столько вреда, сколько пользы. При существующей бесхозяйственности и безответственности корма бы сгнили, стройматериалы бы закатали асфальтом, запчасти в лучшем случае бы сдали как металлолом. И все же... Какую нравственную цену платило общество за подобную расточительность? Как это сказывалось на характере народа?
   Прошло восемнадцать лет и что изменилось? По прежнему злободневным лозунгом рабочего на производстве является "Унеси с работы гвоздь! Ты - хозяин, а не гость!" Но что рабочие, которые воруют на копейки гвозди. Директора предприятий воруют на миллионы. Принятые еще в последние годы существования СССР "Закон о кооперации" и "Закон о государственном предприятии" позволили директорам организовывать подставные кооперативы, которым они дешево продавали оборудование, перепродаваемое последними по номинальной цене. Это был узаконенный грабеж. Но еще большие средства расхищались при помощи коммерческих банков. Дело в том, что в России Центробанк размещает государственные средства в коммерческих банках без залога. И расхожей практикой стало переводить эти средства за границу, объявляя затем о банкротстве банка. Таким образом, государство теряло сотни миллионов долларов.
   Как это не странно, но российские финансисты не заинтересованы в получении от западных кредиторов прямых инвестиций в производственные структуры. Прямые инвестиции в конкретное предприятие не изымешь в свой карман. А вот при распределении кредитов, которые проходят не только через казначейство, но и через коммерческие банки доллары исчезают "странным" образом. Да что там исчезают! Их разбазарывают законным образом, оплачивая "нужных" людей, причем часто кредитодатели ставят такое условие, чему наши руководители только рады.
   В 1996 году МВФ и Мировой банк дали кредит 800 миллионов долларов на реформу социальной сферы России. Правительство обещало все исполнить, но с отсрочкой для разработки нормативной базы. Затем понадобилось создать механизм работы нормативной базы. МВФ согласился дать еще 400 миллионов долларов. Потом еще 169 миллионов долларов - на научные разработки.. Реформ в социальной сферы как не было, так и нет. На эти 1.4 миллиарда долларов тихо был создан так называемый Фонд социальных реформ, в котором несколько лет кормилась армия иностранных консультантов, получавших не менее 50000 долларов за услугу, а за особо ценную - так 220000 долларов. В чем их ценность? Они, в частности, посоветовали сократить бюджетный дефицит, рассчитываться не бартером, а живыми деньгами, отменить льготы и тому подобное. Среди иностранных консультантов затесались и наши специалисты. Это родственники высокопоставленных лиц.
   С 1995 года России предоставили кредит на реорганизацию угледобывающей промышленности. В 1996 году Мировой банк перевел в Россию 900 миллионов долларов. 650 миллионов долларов было распределено между угольными бассейнами, что-то дошло до директоров шахт и всплыло за границей - до шахтеров ничего не дошло.
   В 1998 году предполагалось получить новые иностранные займы, о которых велись успешные переговоры, в результате чего средства стали нам поступать. Однако "необъяснимое" исчезновение в течение только одной недели из московских коммерческих банков летнего транша в 760 миллионов долларов, которые по просачившимся из Интерпола сведениям "всплыли" в зарубежных банках, привело к приостановлению перевода средств и явилось одной из причин августовского кризиса (вообще-то эти дошедшие до России 760 миллионов долларов были жалкой долей из 4.8 миллиарда долларов, выделенных России, а остальная часть исчезла еще в пути).
   Начиная с 1992 года, ежемесячно из России в иностранные банки на частные счета переводится порядка двух миллиардов долларов, то есть в год порядка 24 миллиардов долларов, в то время как государственный бюджет составлял тогда порядка 20 - 30 миллиардов долларов.
   Еще одной сферой теневой экономики является криминальная деятельность, заключающаяся в получении доходов незаконными способами, такими как разбои, грабежи, кражи личного имущества, вымогательство, наркобизнес, проституция. На исходе существования СССР правоохранительные органы фиксировали ежегодно порядка 150 тысяч грабежей и разбоев ежегодно, а количество краж личного имущества граждан достигало чуть ли не миллиона. В этой сфере весьма актуальной является легализация доходов или "отмывание" денег. Россия относительно недавно приняла закон о борьбе с отмыванием денег, чему чрезвычайно препятствовал Б.Н. Ельцин, дважды возвращая его на доработку в Государственную Думу, мотвируя возврат тем, что в представленном виде закон нарушает права человека. А между тем, "грязные" деньги в России "отмывались" чрезвычайно легко. Дав взятку чиновнику, который обладал определенным административным ресурсом, наркодиллер быстренько открывал малое предприятие, состоящее порою из двух человек - президента и бухгалтера, а иногда и только из президента, которое якобы оказывало некие услуги (как видим, исключался даже мальчик, который у миллионера Корейко переливал воду из бочки в бочку). Затем через это малое предприятие начинали периодически поступать деньги в солидный банк, якобы за оказанные услуги, после чего "отмытые" таким образом деньги можно было использовать для любых целей. Деньги можно было и не отмывать, а вывезти в кейсе миллион долларов наличными, дав взятку на таможне. Для вывоза капитала с последующей легализацией его в каком-либо неразборчивом в средствах зарубежном банке достаточно иметь курьера с заграничным паспортом, и не надо арендовать Боинг, чтобы ввозить 70 миллионов долларов еженедельно, как это делает Центральный банк России.
   В более широких масштабах процветал обсчет покупателей. По данным госторгинспекции, в последние годы существования СССР из каждых десяти покупателей три обманывались в среднем на одной покупке на 10-20 копеек. Учитывая, что в стране ежегодно совершалось порядка 160 миллиардов покупок, размеры дани, взимавшейся с покупателей составляли от 5 до 10 миллиардов рублей.
   Аналогичная картина была и в общественном питании. Проверки показывали, что недовложения продуктов здесь составляли от 20 до 60 процентов - это давало "навар" порядка двух-трех миллиардов рублей. К этому следовало добавить всякого рода утруски, усушки и убыли, которые тоже обходились обществу в приличную сумму.
   На исходе существования СССР появились и стали быстро расти такие уголовные преступления, как вымогательство и рэкет, наркобизнес и проституция, которая стала даже весьма престижным делом (следует отметить, что в соответствии с п. 1 §1961 Федерального уголовного кодекса США понятие "рэкет" охватывает широкий круг преступной актнвности: убийство, похищенне человека, азартные игры, поджог, ограбление, взяточничество, вымогательство, то есть то, что заимствовали мы, сделки с наркотиками, организацию проституции). В списке предпочтительных профессий московские выпускницы средних школ ставят эту профессию на восьмое место перед профессиями модели, стюардессы и журналистки. По оценке некоторых экспертов в настоящее время эти промыслом в России занимается порядка 3 миллионов женщин.
   Что же касается других уголовных преступлений, то вообще в настоящее время их фиксируется порядка трех миллионов в год (больше чем в СССР), несмотря на то, что после объявления независимости России территория государства сократилась на треть, а население уменьшилось наполовину.
   Уголовный промысел - весьма опасное социальное явление. Он наносит немалый экономический ущерб людям. Его ежегодные доходы составляют около 2 миллиардов долларов. Сумма немалая, но и не рещающая в общем объеме нетрудовых доходов. Однако это явление опасно тем, что вызывает у людей повышенную тревогу и неуверенность в своей безопасности как в обществе в целом, так и у себя дома. А уверенность в безопасности своего существования - одно из главных условий благополучия, гарантируемого государством. И если государство не в состоянии гарантировать это условие нормального существования, то люди начинают терять к нему доверие и начинают обращаться с просьбой о защите к криминальным элементам, которые начинают успешно подменять собой государство. Возникает вопрос: зачем нужно такое государство?
   Печально то, что государство не только не гарантирует безопасность населения от всякого рода мошенников, но и само прибегает к мошенническим подобным приемам для изымания средств у населения.
   Мошенничество является одним из преступлений, которое наносит значительный вред, особенно гражданам, и рассматривается Уголовным кодексом Российской Федерации как хищение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием. Именно мошенническим путем, обманывая граждан, завладевали имуществом граждан различные "финансовые пирамиды", похитившие значительные суммы у граждан нашей страны. Но самая грандиозная "пирамида" была осуществлена государством под именем ГКО, когда разорились миллионы простых людей. И ничего, государству сошел с рук это мошенничество.
   Наверное, мошенничество появилось тогда, когда людей на земле стало, как минимум, двое. Еще в Древнем Риме была введена уголовная ответственность за это преступление, а на Руси Иван Грозный ввел за мошенничество смертную казнь.
   В Российском Уголовном кодексе за совершение мошеннических действий предусмотрено наказание в виде лишения свободы до 10 лет (статья 159 УК РФ). За последние годы количество мошеннических преступлений снижается. Их пик пришелся на 1993 - 1995 годы. В Санкт-Петербурге в 1993 году было зарегистрировано 25931 преступление, в 1994 - 21205, в 1995 - 15 389, а уже в 1996 - 10447, в 1997 - 4060, в 1998 - 2561 и в 1999 - 3493. В первом полугодии 2000 года зарегистрировано 1831 преступление или на 4.7 процента меньше соответствующего периода 1999 года. Раскрываемость их составила в 2000 году 74 процента.
   Рассматривая социальный состав лиц, занимающихся мошенничеством, можно отметить следующее. В большинстве своем это лица старше 30 лет, хотя и прослойка молодежи достаточно весомая, она составляет в разные годы от 40 до 55 процентов. Примерно треть составляют женщины. Например, в 2000 году их было 22 процента, в 1999 - 30 процентов, в 1997 году 32 процента от выявленных лиц.
   В 1997 - 2000 годах, по-разному в разные годы, от 25 до 40 процентов выявленных лиц - это лица с высшим и средним специальным образованием, причем от 30 до 40 процентов ранее судимые. В Санкт-Петербурга, в основном, это местные жители, причем в разные годы (1997 - 2000) от 52 до 56 процентов это лица, не имеющие постоянного источника дохода, то есть не работающие.
   Мошенники совершают преступления разными способами. Следует отметить, что во многом это использование доверчивости наших граждан, незнания ими элементарных правовых установлений, а также стремление получить какой-то доход в силу сложившихся условий жизни и незнания новых условий и правил.
   Такие преступления были распространены в 1993-1995 годах, но совершаются и сейчас, это обман с использованием доверия вкладчиков. За эти преступления в Санкт-Петербурге в названные годы были разоблачены и привлечены к ответственности руководители фирм "Амарис". Были осуждены руководители этой фирмы Сергее Царев и Ирина Мороз к трем с половиной и полутора года-лишения свободы с конфискацией имущества. Был осужден генеральный директор фирмы "Алькор" Теплицкий к шести годам лишения свободы с конфискацией имущества и другие.
   Но наряду с этим есть и другие способы и факты. Петербуржцы по-прежнему продолжают несмотря на многократные предупреждения, в том числе и через печать, обменивать рубли на доллары у профессиональных мошенников.
   Весьма распространенным видом мошенничества являются различного рода игры, поиграть в которые предлагают доверчивым гражданам на различных улицах и в других местах города. Давая вначале выиграть, мошенники затем, посредством разных махинаций, добиваются получения денег, и только при вмешательстве органов милиции иногда удается возвратить эти суммы.
   Такого рода преступления - это во многом результат излишней доверчивости граждан, когда они, надеясь получить прибыль, не проверяют полномочия, должное оформление и право гражданина, фирмы на проведение тех или иных операций и в результате оказываются в положении тех "лохов", на которых и рассчитывают мошенники.
   Существенной частью теневой экономики является незаконное, нелегальное предпринимательство, основанное на фальсификации и мошенничестве. Сюда в первую очередь следует отнести подделку и сбыт фальшивых денег, валюты, документов, произведений искусства, антиквариата, модных и престижных товаров.
   С фальшивомонетчеством человечество впервые столкнулось с как только оно стало пользоваться деньгами. При раскопке древней Парфии археологами были найдены две монеты II века до нашей эры царя Митридата, одна из которых была фальшивой. Но, по-видимому, подобные явления имели место и раньше, так как уже в знаменитых законах Солона предусматривалось наказание в виде смертной казни за фальшивомонетничество. В древние времена подделкой монет занимались как отдельные люди, так и правители государств. Император Нерон официально разрешал подделывать римские монеты путем добавления в серебро других металлов, что объяснял "государственными соображениями". В конце концов он довел содержание серебра в монетах до пяти процентов.
   В России подделкой денег начали заниматься очень рано, и к XVII веку это стало настоящим бедствием. В то время в обращении было большое количество медных монет, чеканить которые было очень легко. За весь XVII век в России было казнено 7000 фальшивомонетчиков и 1500 лишилось за это преступление рук. (Журнал Министерства юстиции за 1864 год).
   Фальшивомонетчество на государственном уровне как одна из форм экономического воздействия получило широкое распространение с начала XVIII века. При этом качество подделки было столь высоким, что пострадавшая сторона узнавала о них лишь после того, как обнаруживалось значительное превышение денег в обороте. Наполеон перед Отечественной войной напечатал большое количество российских денег, которыми расплачивался с русскими крестьянами за провиант. Фальшивых денег было так много и такого отличного качества, что после Отечественной войны пришлось срочно делать денежную реформу. Оказалось, что денег на 70 миллионов больше, чем их должно было быть в обращении.
   Случались и курьезы. Во время семилетней войны, которую англичане проиграли, они начеканили большое количество мелкой серебряной немецкой монеты - зильбергрош, стараясь навредить прусакам. Однако обнаружилось, что в фальшивой монете серебра гораздо больше, чем в настоящей. Зато во время Второй мировой войны немцы наладили производство фальшивых фунтов стерлингов, так что к концу войны их количество превышало начальное в 2.9 раза.
   Новой отличительной чертой самого современного фальшивомонетничества является широкое использование достижений научно-технического прогресса, особенно в полиграфической промышленности, что позволяет дельцам печатать за ночь в подпольных типографиях до миллиона ассигнаций. Причем качество исполнения фальшивок так высоко, что только банковские специалисты высокой квалификации могут визуально их отличить, а автоматизированная техника - не отличает.
   Интересно отметить, что реальное количество фальшивых денег, как правило, в 5-7 раз превышает сумму выявленных. Так, в 1986 году в США было изъято из обращения 7 миллионов, а Федеральная резервная служба посчитала, что в стране ходило 46 миллионов фальшивых банкнот.
   В нашей стране масштабы фальшивомонетничества в то время были гораздо скромнее. За 1986-1988 годы из обращения у нас было изъято денег на сумму всего лишь 16 тысяч рублей. Даже посчитав, что, если ежегодный общий доход "мастеров фальшивых денег" достигал 100 тысяч, это все равно капля по сравнению с доходом других сфер теневой экономики. Следует отметить, что в нашей стране подделка денег, как правило, носит индивидуальный, разовый характер. Однако, иногда приходится сталкиваться с достаточно высоким уровнем организации этого бизнеса. Так был налажен типографский выпуск фальшивых долларов в Чеченской республике, откуда в центр переправлялися партии по несколько сот тысяч купюр высокого качества, которые продавалися оптом за треть номинальной цены. В самой Чеченской республике в обращении находится порядка миллиарда долларов, из которых только десятая часть является натуральными. А всего за 1997-1999 годы в Чечне было выпущено около 10 миллиардов долларов, и сейчас каждая третья поддельная долларовая купюра в стране имеет чеченское происхождение.
   Не перевелся еще и известный классический вид фальшивомонетничества - изготовление и сбыт фальшивых металлических древних монет. Причем монета стоит в 10 раз дороже содержащегося в ней золота и фальшивомонетчики шли по пути достижения полной идентификации изготовленных монет с подлинниками. И это легко объяснить: если монета будет меньше, ее трудно будет продать, а всякие примеси мгновенно обнаруживаются при спектральном анализе. Рост числа нумизматов, причем в среде весьма богатых людей, которые не скупятся на приобретение дорогих монет из благородных металлов, породил подделку монет, не находящихся в обращении, но имеющих нумезматическую ценность, превышающую стоимость содержания редких металлов в сотни раз.
   В нашей стране факты подделки металлических денег составляет 4 - 5 процентов всех зафиксированных фактов фальшивомонетничества. Ежегодно из обращения изымается 20 - 30 тысяч штук фальшивых металлических монет.
   "Мастера" фальшивок подделывают не только денежные знаки, но и самые различные ценные бумаги: облигации, акции, чеки, бонны, официальные документы (паспорта, удостоверения личности, водительские удостоверения, почтовые марки и другое). Интерпол уже больше десяти лет издает журнал "Фальшивые деньги и подделка". В настоящее время зарегистрировано несколько сот различных типов подделки чеков и векселей. Нередки случаи изготовления чеков несуществующих банков. В 1992 году в России прошла волна подделки авизо, по которым из Центрального банка было похищено 4.2 миллиарда рублей.
   Предпринимательство, основанное на различного рода фальсификациях, может быть направлено не только на подделку денег, ценных бумаг, документов, но и на любые редкие, а следовательно, дорогостоящие предметы. Известны многочисленные случаи подделки произведений искусства, антиквариата. Но это очень дорогостоящий и длительный процесс. Гораздо чаще в нашей стране встречается фальсификация продуктов питания и лекарств. В Китае за фальсификацию лекарств в Уголовном кодексе предусмотрена высшая мера наказания - расстрел. В нашем Уголовном кодексе подобное наказание не предусмотрено.
   Эмиссары российских торговых фирм прочесывают всю Европу в поисках продуктов питания и лекарственных препаратов с просроченными сроками потребления и скупают их по дешевке, часто забирают бесплатно, поскольку в противном случае фирмам, где они хранятся пришлось бы тратить деньги на их утилизацию. Затем эти товары привозятся в России, где существует указ президента о снабжении импортных товаров наклейкой с данными об их изготовлении на русском языке. На этой наклейке указывается новый, якобы не просроченный срок потребления и наклейка наносится на старый срок, после чего товар поступает на рынок и реализуется по номинальной цене. Оборот таких фальсификаторов составляет сотни миллионов долларов в год.
   Другие фирмы подделывают товары, используя рекламные компании по телевидению настоящих производителей товаров. Например, какая-нибудь фирма завозит крупную партию Цейлонского чая и тратит миллионы долларов на рекламную компанию его по центральному телевидению. Мелкие предприниматели заказывают в типографии такие же коробки для Цейлонского чая, а пакуют в них низкосортный Грузинский чай и, используя "раскрученную" на центральном телевидении рекламную программу, продают этот чай по стоимости дорогого Цейлонского чая, ежедневно получая "навар" в десятки тысяч долларов.
   Подделывается даже мясо. Вместо баранины вам могут дать мясо бродячих собак, вместо говядины буйволятину или кенгурятину.
   Что еще любят подделывать "теневики"? Все, что пользуется массовым спросом и "раскручено" рекламой: водка, коньяк (70 процентов подделок), сигареты (10 процентов подделок), растворимый кофе (30 процентов подделок), чай (43 процентов подделок), минеральная вода (34 процента подделок), стиральные порошки, шампуни (40 процентов подделок), бритвы, красовки, компакт-диски. Уже недели через три после рекламной компании товара появляются подделки под него
   Когда же телевидение стало советовать, как отличить фальшивки от настоящего продукта, то мошенники с учетом уже этих советов стали дорабатывать упаковку товара. Даже дополнительные меры защиты, придумываемые регулярно производителем, научились воспроизводить. На пиратских дисках стоят голограммы, на фальшивом "Мальборо" - та же защитная полоска.
   Осваивая международный рынок, теневики стали распространять в России продукты, полученные с использованием генной инженерии, так называемые генно-модифицированные продукты или же ГМ-продукты. Такие продукты очень дешевы в производстве, но долговременные последствия их использования непредстказуемы и многие государства Европы запрещают ввоз и продажу таких продуктов на своих территориях. Поэтому они дешевы в США, но в России они продаются по ценам натуральных продуктов.
   С 1996 года в России существует закон, регулирующий деятельность в области генной инженерии. Согласно этому документу, импортные продукты, содержащие генетически измененные компоненты, должны проходить сертификацию и тесты на безопасность в российских научных институтах. После этого они могут вводиться в широкое потребление как безвредные. Однако, согласно мнению ученых, находящихся в оппозиционном лагере, тестов, гарантирующих безопасность внедрения чужеродного гена в живой организм и последующего употребления его в пищу человеком, просто НЕ СУЩЕСТВУЕТ.
   Руководствуясь новым законом, летом 1999 года Минздрав выдал первую лицензию на импорт генетически модифицированного продукта: это была соя от фирмы Моnsanto. Непонятно, почему лицензия названа первой, ведь российский рынок успешно завоевывают компании, имеюшие в своей продукции ГМ-организмы: Ргосtег & Gаmblе, МсDоnаlds, Danon, Nestle и другие. Они не просто продают свой товар, но и активно инвестируют в российское производство. А здоровье россиян, особенно в долгосрочной перспективе их не интересует - их интересует только прибыль.
   И, наконец, существует область теневой экономики, где производятся чисто криминальные операции: производство, хранение, транспортировка и сбыт наркотиков, проституция, торговля детьми и человеческими органами. Здесь наблюдается извлечение сверхприбыли, но и самая высокая конкуренция, которая приводит зачастую к физическому устранению конкурента или исполнителей конкурента. А в результате Россия превратилась в транспортный коридор, по которому транспортируются наркотики из Афганистана в Западную Европу и далее в Америку, а также в самый крупный источник поставки "живого товара" - детей для усыновления в бездетные семьи США и Западной Европы и женщин-рабынь в подпольные бордели во всем мире.
   С учетом всех видов теневой экономики ее годовой оборот оценивается в 50 миллиардов долларов. Профессор В.М. Есипов считал, что в теневой экономике России производится до 40 - 50 процентов от всего ВВП страны.
  

Как избавиться от недуга?

  
   Какие же экономические условия создают благопристойную среду для развития теневой экономики? Остановимся на главных из них. Если удастся их ослабить, то тем самым удастся сократить и сферу теневой экономики, или как принято сейчас говорит - интегрировать теневую экономику в легальную.
   Прежде всего, высокие налоги заставляют предпринимателей уходить в теневую экономику, чтобы хоть как-то обеспечить себе не только возможное существование, но и необходимое при рыночных отношениях развитие. Следовательно, необходимо принятие Государственной Думой Налогового кодекса, который бы запрещал установление налоговых отчислений федерального и местного значения, превышающих треть получаемой прибыли. В Налоговом кодексе должны быть прописаны льготы, но не отдельным конкретным предприятиям, а отдельным направлениям предпочтительной для государства деятельности. - ресурсосбережения, экологии, инвестиций.
   Известная аудиторская компания Price Waterhous Cooper совместно с Всемирным банком подготовила доклад, посвященный ситуации с налогами во всем мире. В соответствии с данными этого исследования нам похвастаться особенно нечем. По простоте уплаты налогов наша страна заняла 130 место в сообществе 178 стран., пропустив вперед такие страны, как Вьетнам, Гватемала, Нигерия и Чад. На Мальдивских островах (лидере рейтинга) налоги на прибыль платят только банки и отели. В богатых нефтью странах Ближнего Востока установлены низкие налоги на прибыль коммерческих фирм. Здесь государство получает доходы от экспорта природных ресурсов. В самом низу рейтинга находятся наши соседи - Белоруссия (178 место) и Украина (177 место). Компанию им составляет Республика Конго (176 место), Центрально-Африканская республика (175 место) и Венесуэла (174 место).
   Другой интересный рейтинг связан со временем, которое требуется человеку, чтобы подготовить документацию и заплатить налоги. Россияни тратят на это ежегодно 448 часов, что совсем немного по сравнению с Бразилией (2800), Украиной (2085), Белоруссией (1188) Чехией (930). Лидером в рейтинге являются Объединенные Арабские эмираты (12 часов).
   Кроме упорядочения налоговой политики необходима гарантированная амнистия для тех 500 миллиардов долларов, которые переведены нашими ловкими предпринимателями на их счета в иностранных банках. Тогда эти деньги вернутся в нашу страну и будут работать на ее благо, в то время как сейчас они работают на благо тех стран, где они скрываются.
   Но мало ввести в жизнь разумную налоговую политику. Большим злом, по наблюдениям известного перуанского экономиста Э. де Сото, является вульгарная бюрократическая заорганизованность официальной экономики, затраты на преодаление которой заметно превышают побочные затраты существования на теневом рынке. Оплата штрафов и санкций теневой экономики официальным органам порою дешевле, чем дача взяток за получение официальных документов. Кроме того, для предприятия, особенно малого, существенным фактором нахождения в официальном контрольно-правовом поле является неусложненная отчетность. Даже после перехода в 1992 году на международную систему национальных счетов, рекомендованную ООН, бухгалтерская отчетность в России остается крайне громоздкой, усложненной и малопрозрачной, утяжеленной многочисленными справками, отражающими частные, второстепенные параметры хозяйственной деятельности. Но основной недостаток нашей отчетности не в этом, поскольку самую сложную отчетность можно автоматизировать, используя многочисленные новейшие программы автоматизированных расчетов. Дело в том, что во всем мире итоговый бухгалтерский баланс составляется раз в конце года перед сдачей документов в налоговую службу. И только у нас в России бухгалтерский баланс составляется в конце каждого квартала. Это сделано специально с целью дать возможность контролирующим службам осуществлять официальный рэкет предпринимателей, что они и делают ежеквартально внося незначительные изменения в отчетность. Представители этих контролирующих служб создали систему платных ежеквартальных семинаров для бухгалтеров предприятий, не посещая которые квартальную отчетность сдать невозможно, что грозит предприятию финансовыми санкциями. Поэтому одновременно с упорядочением налоговой политики необходимо упорядочить и отчетность, запретив вводить изменения ее чаще, чем в 3-4 года.
   Что же касается всевозможных хищений, то это явление прямо связанно с собственностью. В свое время французский анархист П.Ж. Прудон сказал, что собственность - это кража, и этот афоризм получил огромный общественный резонанс. Да и сегодня многие люди поддерживают его. Выходит что кража - это следствие появления собственности и пока существует последняя, люди будут обворовывать друг друга. Значит надо покончить с собственностью, освободить людей от нее, ее соблазнов и пороков. И тогда человек превратится в чистое, святое существо, а в мире воцарится равенство, добро и благополучие. Такова была философия П.Ж. Прудона.
   Наша общественная мысль не жаловала французского анархиста, который яростно выступал против К. Маркса и Ф. Энгельса. И, тем не менее, именно в нашем обществе был поставлен уникальный эксперимент по освобождению, отчуждению человека труда от собственности. Всеобщая государственная собственность - это значит ничья! И всеобщая пролетаризация не сделала людей нашей страны счастливыми и кристально честными, не привела к избавлению от краж. Более того, кражи приняли всеобщий характер. Стало ясно, что дело не в собственности самой по себе, как полагал П.Ж. Прудон, а в том, в чьих руках она находится и как используется.
   Если собственность становится уделом избранных, отчуждается от человека труда - главного ее созидателя, то она действительно превращается в орудие обкрадывания работников, и им в конечном счете не остается ничего иного, кроме как воровать также. Но если собственником становится тот, кто создает блага, то тем самым одни лишаются возможности присваивать чужое, а другие утрачивают необходимость в этом. Таким образом, путь к избавлению от обмана и воровства пролегает не через освобождение от собственности вообще, а через превращение человека труда в собственника своего рабочего места и производимых им благ.
   К сожалению, именно этого не удалось сделать в нашем обществе при советской власти. Более того, изменения в отношении собственности в силу целого ряда причин осуществлялись в обратном, противоположном законам развития общества направлении. Огосударствливание собственности означало прежде всего, что фактически единственным ее субъектом становилось не абстрактное государство, а управляющие им чиновники, которым официально делегировались права государства. В то же время работники и различные их объединения лишались права быть собственниками средств производства, самостоятельными экономическими субъектами. У них оставалась единственная возможность - наниматься на государственные предприятия и учреждения. Вполне естественно, что работники не могли на равных конкурировать с таким могущественным партнером как государство и продавали свою рабочую силу на предлагаемых им чиновниками весьма неравноправных условиях. Иных возможностей они не имели, поскольку уклонение от труда каралось законом как уголовное преступление.
   Судьба человека оказывалась не в его руках. Не мог он экономически реализовать себя, заняться тем делом, которое было бы ему по душе, проявить по настоящему свою предприимчивость и активность, по своему усмотрению распорядиться своими способностями и талантами и сделать себя состоятельным и обеспеченным. Но ведь всем хочется жить хорошо и в достатке. И если нет у человека легальной возможности устроить свою жизнь так, то возникает соблазн сделать это криминально за счет других. Человек труда, лишенный собственности на средства производства и создаваемые им блага, неизбежно начинает заглядывать, а часто и забираться в чужой карман, и в первую очередь государственный, который он считает ничейным.
   Но это даже не единственное криминальное следствие огосударствливания собственности. Делая человека наемным работником, оно формирует у него комплекс нанятости и отчужденности от собственности. Самая большая беда состоит в том, что окружающие работника машины, материалы, продукция являются не его, чужими, а в том, что они оказываются ничьими - ни рядом работающих товарищей, ни близких и далеких начальников. Тем самым создается крайне благоприятная среда для растаскивания собственности, что и происходит в действительности. При этом возникает своеобразный заговор молчания против собственности. Одни берут ее в силу доступности и бесхозяйственности. Другие благодушно взирают на это потому, что берут не принадлежащее им. Сегодня взял один. Завтра берет другой. Всё и все видят и молчат. Иная реакция рассматривается как предательство. При таких порядках никакая охрана никогда не обеспечит сохранность собственности, поскольку интересы людей оказываются не связаны с нею. Иначе и быть не может.
   Неизбежным следствием огосударствливания собственности является и усиление монополизма, сущность которого заключается в криминальном навязывании одним субъектом своей воли другим. Многие производители, оказавшись вне конкуренции, начинают сбывать устаревшую, некачественную продукцию, а то и в качестве нагрузки ненужную продукцию. Тем самым происходит обирание потребителей. Особенно дорого обходится монополизм в производстве товаров народного потребления, в торговле, в общественном питании, сфере услуг, где имеются немалые возможности для обкрадывания потребителей.
   Таким образом, широкое распространение всякого рода хищений связано в первую очередь с деформацией отношений собственности, ее огосударствливанием. Поэтому устранить их можно только на основе глубокой реформации всей системы отношений собственности, происходящей сегодня в нашей стране. При этом особенно важно обеспечить плюрализм собственности и гарантировать всем субъектам данных отношений свободный выбор форм собственности. Кого-то, допустим, удовлетворит работа на госпредприятиии. Кто-то заключит контракт с иностранной частной фирмой или совместным предприятием. Кому-то более предпочтительнее окажется кооперативная деятельность или работа на акционированном предприятии с ассоционированной формой собственности. Кто-то создаст фермерское хозяйство или откроет маленькую семейную мастерскую. А кто-то обратит свою собственность в ренту и будет беззаботно жить на проценты с капитала. Беспрепятственный выбор форм деятельности и занятости позволит каждому найти дело по душе. Благополучие человека тогда окажется в его руках. Он сможет реализовать свои экономические возможности и замыслы. Какой смысл вступать в конфликт с законом, если в рамках его можно реализовать желаемое.
   Это давно поняли в развитых странах. На исходе существования СССР, частная собственность в котором была запрещена и количество подпольных цеховиков в котором не превышало нескольких сотен тысяч человек, в США количество собственников составляло десятки миллионов. Государство непрерывно проводит приватизацию и социализацию путем постепенного создания условий для перевода малых и средних государственных предприятий в собственность предпринимателей или рабочих этих предприятий.
   С 1979 по 1992 год в Англии было приватизировано две третьих из имеющегося здесь государственного сектора. Число владельцев акций в стране возросло с 7 до 75 процентов от общей численности самодеятельного населения. Преобразования затронули 46 видов бизнеса, в том числе транспорт, связь, добычу и переработку газа, нефти и угля, электроники. На приватизацию одного крупного предприятия в Великобритании уходило в среднем 6 лет. Английские экономисты рассматривали приватизацию, как целый пакет реформ, в котором смена собственности является завершающим этапом преобразований, подготавливающих предприятие к эффективному использованию собственности в частных руках.
   В этом смысле приватизация, проведенная в нашей стране, не решила эту проблему. В результате ее 4.3 процентов населения стали очень богатыми собственниками, которые тем не менее не спешат вкладывать средства в развитие своей собственности. Дело в том, что приватизация, как правило осуществлялась с такими нарушениями закона, что при желании ее можно опротестовать и добиться национализации собственности, что в наше политически неустойчивое время вполне возможно. Еще 14.4 процентов населения относится к относительно обеспеченным. Это, в основном, торговые работники, имеющие индивидуальные предприятия. Другие 81.3 процента относятся к малообеспеченным и беднякам, причем 26.6 процентов относятся к малообеспеченным работающим людям, которые если и имеют акции предприятий, но дивиденды по ним не получают и собственниками себя не чувствуют, поскольку их предприятия прибыли не приносят. Остальные 54.7 процента влачат жалкое состояние за чертой бедности и вынуждены воровать, просить милостыню и собирать отходы на помойках.
   Следовательно, мало сделать человека собственником формально. Если его социальное положение неудовлетворительно, то он поневоле будет заниматься криминальной деятельностью. С целью предотвращения этого необходимо экономическую политику направить на рост благосостояния и развития населения. Для постоянной реализации данной цели нужен, разумеется экономический рост, ориентированный в первую очередь на социальные потребности. Экономический рост, который не сказывается позитивно на благополучии каждого конкретного человека, ведет к напряженности и конфликтам в обществе, росту преступности, снижению доверия населения к своему государству, пассивному невостриятию его политики.
   А, не доверяя государству, которое его не защищает, человек начинает искать неформальные пути получения средств существования, обращаясь к теневому производству, где, как он понимает, если и будет осуществляться рэкет организованной преступностью, то в разумных пределах. Причем, представители этой организованной преступности не те узколобые выколачиватели своих "законных" 10 процентов, как было вначале, а вполне интеллигентные люди, которые могут даже не отбирать некоторое время сборы, учитывая развитие нового предприятия, или даже обеспечить кредит в контролируемом ими банке под вполне разумные проценты, поставив условие развития предприятия до определенной величины за определенное время. Вот таким образом все перемешалось и подгнило в Российском государстве: чиновники узаконивают рэкет, что уводит предпринимателя в теневую сферу экономики, а бандиты помогают хозяйственной деятельности предпринимателя, что способствует его выживанию в теневой сфере экономики.
   Интересно то, что многие социологи, прослеживая сложное влияние теневой экономики на жизнь "простого труженика" советуют очень и очень подумать, прежде чем "рубить с плеча" и "отменять" ее. Так, директор Социологического центра Владимир Бойков считает: "Теневой сектор позволяет выжить населению. Доходы крайне низки. А теневая экономика как раз предлагает дешевые товары и услуги. Кроме того, здесь есть и широкие возможности для заработка. "Убей" этот сектор - и жизнь населения станет невыносимой". По подсчетам центра, выходит, что третъ расходов российской семьи идет мимо официальной кассы. Причем чем ниже заработок у людей, тем больше расходов приходится на теневые услуги. В целом "серый" оборот в расчетах российских семей достигает 40 миллиардов долларов в год. Столько же, сколько и бюджет страны. И в ближайшие лет 10-15, считают специалисты, вряд ли что-то изменится, потому что изначально новая государственность задумывалась Б.Н. Ельциным как криминальная, "бандитская". А следующие руководители по существу ничего не меняют.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Организованная преступность

   Долгое время существование у нас организованной преступности отрицалось. Отрицалось даже существование профессиональной преступности, у которой якобы нет социальных корней, и все эти явления считались присущи только капиталистическому обществу. А между тем количество совершаемых преступлений год от года возрастало и рецидивы в них росли опережающим образом по сравнению с первичными правонарушениями. Со временем мы вынуждены были признать, что у нас существует не только профессиональная преступность, но и организованная. То, что организованная преступность есть, и то, что она тесно связана с теневой экономикой - этот бесспорный факт мы вынуждены были признать на государственном уровне, в частности в постановлении второго съезда народных депутатов СССР "об усилении борьбы с организованной преступностью". И теперь, когда этот прискорбный факт стал общепризнанным, интересно рассмотреть генезис такого явления, как организованная преступность.
  

Борьба с преступностью

  
   Наивными выглядят заявления некоторых современных писателей, что воровство и прочие лихоимства на Руси появились после манголо-татарского нашествия. Еще в первых русских государственных образованиях 6 - 8 веков, а затем и в Киевском государстве, борьба с преступностью - а значит, она все-таки существовала - возлагалась главным образом на княжескую дружину. Однако, наряду с представителями княжеской власти, работали, выражаясь современным языком, и органы местного самоуправления. Это были пригородные и волостные вече, выборные старосты, сотенные, десятские и прочие.
   Уже в "Русской правде" есть упоминание о должностях судебной полиции - "вирниках" и "мечниках". Они исполняли судебные приговоры. Есть упоминание и о такой процессуальной форме, как "гонение следа", то есть розыск преступника по его следам. Но только в XV веке начинает складываться, а затем становится ведущим процессуальное действие под названием "розыск" или "сыск".
   В XV начале XVI веков возникают, своего рода, прообразы будущих розыскных органов. Ими стали так называемые "свощики" или "особые обыщики", иначе говоря, "сыщики". Они присылались из Москвы "в случае умножения в какой-либо местности разбоев и татев".
   К началу XVIII века полицейская деятельность постепенно сосредоточивается в руках правительственной власти. Тогда же впервые появляется заимствованный Петром I, как и многое другое из Европы, термин "полиция". В 1711-м году Сенат издает указ "О беспрепятственном розыске, преследовании сыщиками воров, разбойников и их сообщников". Однако сыщики в то время почти не использовали негласные методы раскрытия преступлений. Они вели дознание путем опроса свидетелей, использования слухов, вещественных доказательств.
   Характерно, что уже в пятнадцатый день рождения Санкт-Петербурга - 27 мая 1718-го года Петр I издал Указ, согласно которому "для лучших порядков в сем городе" учреждалась должность генерал-полицмейстера. Им был назначен подчиненный только царю и Сенату генерал-адъютант, граф Антон Эммануилович Девиер.
   В том же году, впервые в России в Петербурге учредили и полицейскую канцелярию. В инструкции, составленной лично Петром, говорилось, что главное назначение полиции - охрана интересов жителей города. Однако с этой задачей подопечные Девиера справлялись плохо.
   При последовавших за Петром Великим правителях борьбе с уголовниками в России также не уделялось должного внимания. Даже в жестокие времена "слова и дела" Анны Иоанновны, когда любая нелояльность, любой намек на инакомыслие приводил, как правило, на плаху, на уголовную преступность власть смотрела сквозь пальцы.
   Лишь XIX век внес изменения в полицейскую структуру. В 1802-м году появляются министерства. Одним из первых было создано Министерство внутренних дел. Основной его задачей являлось "печись о повсеместном благосостоянии народа, спокойствии, тишине и благоустройстве Империи". На него возлагались и меры по борьбе с уголовной преступностью.
   Однако, преступность в Петербурге продолжала расти. Как и прежде, власти более всего пеклись о розысках политических преступников, нежели воров, мошенников и грабителей. И только 25 февраля 1843-го года была принята Инструкция следственной комиссии, учрежденная для разбора пойманных особыми средствами воров и мошенников. Это явилось самостоятельным направлением. Розыск и задержание бродяг, мошенников, воров, а также беглых каторжников проводились нижними чинами полиции, которые маскировались под соответствующие категории преступников и вели розыскную работу.
   В Петербурге в 1866-м году создается, наконец, специализированный аппарат для борьбы непосредственно с уголовной преступностью - сыскная полиция при канцелярии оберполицмейстера. Возглавить ее "Монаршим благоволением" было доверено ставшему вскоре самым знаменитым сыщиком, навсегда вошедшим в историю Российского и, в частности, Петербургского Уголовного Розыска - Ивану Дмитриевичу Путилину. Как только в столице не называли Ивана Дмитриевича Путилина: "русский Шерлок Холмс", "русский Лекок", "наш Пинкертон"... И, кстати, совершенно справедливо. Однако в целом дела у петербургской полиции шли неважно. И, прежде всего, не хватало квалифицированных сотрудников. Как это похоже на наши дни! Вот штат сыскного отделения той поры. В него кроме начальника, его помощника, 4 чиновников по особым поручениям входило всего 12 полицейских надзирателей, то есть сыщиков и 20 вольнонаемных сыщиков. Таким образом, на одного сотрудника приходилось 22 тысячи петербуржцев, тогда как в крупных городах Европы эта цифра была как минимум вдвое ниже. В сыскное отделение еженедельно поступало более 100 заявлений к рассмотрению, но раскрывались лишь 1-2 особо опасных преступления и 2-5 краж.
   В условиях промышленного кризиса начала 20-го века и роста народных волнений шло усиленное увеличение численности полицейского состава. Была создана даже специальная полицейская стража, но и полиция, и стража все чаще использовались для подавления волнений. В связи с этим борьба с уголовной преступностью ослабевала, так как вынужденно отодвигалась на "второй план". "Уголовщина" на тот момент, несмотря на ее возрастание, считалась "меньшим злом", поскольку не несла в себе главного: угрозы устоям государственной власти.
   31 мая 1890-го года в Петербурге при сыскной полиции было открыто первое в стране антропометрическое бюро, которое создавалось в целях быстрого обнаружения лиц, совершивших преступления. В октябре 1903-го года в городе Вильно открыли первую в России школу полицейской стражи, а в Петербурге - подготовительную школу при штабе корпуса жандармов. Стали также создаваться специальные филерские школы и школы дрессировки служебных собак. Но все это, однако, не решало проблему в целом. С осени 1905-го года преступность в стране начала сильно прогрессировать и достигла своего апогея в 1906-м году. Причина такого роста крылась, прежде всего, в начавшемся в связи с окончанием военных действий на Дальнем Востоке наплыве уголовников из Сибири и Сахалина в крупные города России.
   Вопрос об усилении борьбы с уголовной преступностью был поставлен в Государственной Думе, которая признала необходимость организации сыскных отделений по всей стране. Это решение заставило Министерство внутренних дел разработать проект создания такой сети сыскных отделений, а 6 июля 1908-го года Николай II утвердил закон "Об учреждении сыскной части". На его основании были образованы отделения четырех разрядов для производства розыска по делам уголовного характера, учреждены 89 сыскных отделений в составе полицейских управлений всех губернских и других крупных городов. Были установлены штаты каждого из 4 разрядов сыскных отделений.
   Однако вышеуказанный закон лишь в самых общих чертах определял задачи сыскных отделений и их устройство. Структура организации носила расплывчатый характер. Так, не было четко определено место сыскных подразделений в общей структуре полицейского управления городов, компетенция сотрудников сыска зачастую оставляла желать много лучшего. Штатные расписания отделений не соответствовали состоянию преступности в некоторых городах, и традиционно материальная обеспеченность чинов сыскной полиции была крайне низкой
   В конце февраля 1917-го года в России произошла Февральская революция. Власть перешла в руки Временнога правительства. Как давно уже было замечено, одна из характерных черт русского народа, - создавать себе трудности, чтобы потом их преодолевать. Эта черта несомненно проявилась и в тот послереволюционный период, что красноречиво подтверждается следующим фактом: одним из первых "деяний" нового правительства страны была амнистия всем уголовным преступникам, осужденным при царизме. Распахнулись двери российских тюрем, и на волю вылетели, как их потом метко окрестили в народе, "керенские птенцы" - 15 тысяч как матерых, так и еще только начинавших бандитов.
   Нетрудно представить, что произошло. Милицию, заменившую царскую полицию, просто затопил "девятый вал" преступности, нахлынувший на страну. Только в одном Петрограде развернули свою "лихую деятельность" около 30 стойких преступных банд, занятых грабежами, квартирными кражами, мошенничеством. Некоторые из них стали знаменитыми, как впоследствии в 50-х годах - московская "Черная кошка". Это были банды "Черная маска", "Золотовская боевая группировка", специализировавшаяся на краже заводских касс, "Шайка Миловидова", грабившая ценности из дворцов и музеев. И делала это с наглостью, доселе невиданной. Так, однажды к зданию Сената подъехал автомобиль, из которого вышли шесть человек, вооруженных пистолетами. Трое из них были в военной форме. Надев на голову сторожа мешок, грабители спокойно вошли в Екатерининский зал, сняли с постаментов золотую статую Екатерины II, скульптуру "Коленопреклоненная Россия", золотой ларец Петра I и беспрепятственно скрылись.
   Возникли новые виды преступлений - хищение военных грузов, экономические аферы, вредительство, марадерство. В преступный бизнес ринулись и некоторые представители "благородных" сословий: барон Краевский, банда Лукницкого, грабившие население в Петрограде. Появились так называемые "попрыгунчики"-"привидения", бравшие прохожих "на испуг" в малолюдных и темных местах, и многое-многое другое. Но главное, что "преступный мир" постарался сделать в ответ на "благотворительный" жест Временного Правительства, - это уничтожить прежние уголовные архивы и картотеку, чтобы исчезнуть в небытие и начать свою преступную деятельность как бы с нуля. Эта вполне естественая в сложившейся ситуации идея пришла в голову спекулянту Лопатину, чем он и оставил навечно свое имя в уголовной истории России. Знаменитый пожар, уничтоживший почти полностью архивы Петроградского уголовного розыска, произошел менее чем за месяц до октябрьского переворота - 29 сентября 1917-го года.
   Как же преодолевало "трудности", им самим же и созданные, новое правительство? 16 апреля 1917-го года было вынесено Постановление: учредить Петроградское столичное Управление уголовного розыска во главе с бывшим приставом, а перед революцией и начальником сыскной полиции - Кирпичниковым. Оно было подчинено Комиссариату юстиции. Однако, сложившаяся в стране политическая ситуация требовала нового подхода к решению многих проблем, в том числе и проблем борьбы с преступностью. Вновь созданное Управление уголовного розыска было укомплектовано, разумеется, бывшими сотрудниками сыскной полиции, наилучшим образом зарекомендовавшими себя за время прежней службы.
   Уже на третий день после Октябрьского вооруженного восстания, то есть 28 октября 1917-го года вышло постановление Комиссариата Внутренних дел о создании рабочей милиции, а через три недели - 22 ноября решением военно-революционного комитета первым комиссаром уголовного розыска был назначен старый болыиевик, рабочий-металлист - Д.А.Гоцук. Чуть позже с 9 декабря 1917-го года был образован Комитет охраны, который возглавил прославивший себя впоследствии, легендарный советский маршал Климент Ефремович Ворошилов. Именно в эти месяцы город, сотрярясали бандитские погромы. Вновь созданной милици удалось в кратчайшие сроки погасить эту волну. Были арестованы члены около 30 бандитских группировок, среди них такие "популярные лидеры" как Зернов-Попов ("Граф") и Данилов-Сумский, по кличке "Черный ворон". Естественно, без нагана и маузера сделать это было невозможно. Кому революция, а кому - прекрасный повод пограбить. Стреляли в преступников. Стреляли преступники, вооруженные зачастую куда лучше недавних рабочих, ставших милиционерами.
   5 января 1918-го года было принято решение о создании "комиссариата Уголовного розыска", который занял дом N 16 по набережной реки Фонтанки. Там же расположились и Центральная следственная уголовная комиссия и народный суд. Административно уголовный розыск подчинялся председателю суда. Тогда же в городе появились первые "оборотни" во главе с бандитом Беляевым (по кличке Белка), которые, переодевшись в форму сотрудников ВЧК, грабили население, проводили самочинные обыски. Банда вскоре была обезврежена, но два сотрудника - Груев и Скаев - при перестрелке погибли.
  

Профессиональная преступность

   В России борьбе с профессиональной преступностью всегда уделялось много внимания, но временами по идеологическим причинам эта борьба замалчивалась. Известно, что молодая Советская республика наряду с решением важнейших политических, экономических и социальных задач много внимания уделяла борьбе с преступностью. Рост преступности и интенсивное изменение ее качественной стороны в новых социальных условиях требовали глубокого изучения этого наследия царизма, его причин и условий, с тем, чтобы за короткое время разработать эффективные формы и методы борьбы и предупреждения преступности.
   Наиболее широкое отражение в криминологической литературе того времени получили проблемы таких преступлений как убийства, бандитизм, разбои, грабежи, кражи и мошенничества. Работы первых советских криминологов содержали богатый эмпирический материал и отличались целенаправленными мерами по усилению борьбы с преступностью.
   В отличие от дореволюционных криминологов, которые лишь высказывали предположение относительно тесной связи профессионализма с корыстными преступлениями, советские ученые, исходя из основного критерия - преступного дохода пришли к твердому выводу, что имущественные преступления - это и есть по преимуществу область, порождающая профессионалов-преступников. К профессиональным преступникам относятся те, кто не только систематически совершает преступления, но и обращает последние в источник материальных благ, необходимых для существования, иначе говоря, делает преступления источником нетрудового дохода. Не случайно тогда к преступникам относились как к классовому врагу.
   В годы утверждения так называемого "социализма" были достигнуты некоторые успехи в борьбе с преступниками и по идеологическим причинам был выдвинут лозунг, что с профессиональной преступностью покончено. Однако с возникновением теневой экономики интерес к изучению этого явления возрождается вновь. Поскольку правоохранительные органы основное внимание сосредоточили в борьбе с правонарушителями в отношении государственной собственности, сложилось так, что более высокой воровской квалификацией характеризовались похитители личной собственности, за то у расхитителей государственной собственности отмечался гораздо более тонкий и разнообразный "инструментарий", чем у традиционных воров. Но любое хищение государственной собственности правоохранительные органы всегда пытались пресечь, поэтому наибольший удельный вес именно законченных преступлений приходился на хищения личного имущества граждан, в чем усматривались признаки профессионализма, свойственного личностям, посягавшим на личное имущество, в то время как преступления против государственного имущества к профессиональным не относились.
   В начале профессиональные преступники маскировались политическими соображениями, утверждая, что они борются таким образом с богатыми нэпманами за социальную справедливость. Но с отказом от НЭПа это обоснование потеряло смысл. К этому времени воровская категория полностью освободилась от политической примеси. Считая, что вор должен только воровать и не вмешиваться в дела государства, те, кто стал придерживаться воровских правил поведения, стали называться "ворами в законе". Это особая категория воров-рецидивистов, характеризуемая двумя особенностями: устойчивым "принципиальным" паразитизмом и организованностью. Таковым мог считаться лишь преступник, имеющий судимости, авторитет в уголовной среде и принятый в группировку на специально для этого собранной сходке воров. Сходка являлась не просто формальным актом утверждения новичка. Главная цель ее состояла в коллективном определении надежности принимаемого лица, пропаганде воровских идеалов среди других категорий правонарушителей. Поэтому те, кто рекомендовал кандидата, несли перед сходкой ответственность за его дальнейшее поведение. Не случайно лица, попавшие в группировку, были исключительно ей преданы.
   В учебнике того времени по криминологии указывалось, что такой тип преступника-профессионала характеризуется главным образом тремя разновидностями преступников: карманными ворами, квартирными ворами и карточными мошенниками. Другие криминологи считали, что это далеко не полный список профессиональных преступников и дополняли его торговыми мошенниками и тунеядцами-спекулянтами.
   Следует отметить, что изменение в сторону некоторого улучшения социальных условий в предвоенное время действительно привело к снижению преступности и к изменению ее структуры. Перестал доминировать бандитизм, значительно снизилось количество убийств и разбоев. И хотя корыстные преступления во многом определяли степень профессионализма, нельзя не учитывать, что две третьих преступлений приходилось на сельскую местность, между тем как профессиональная преступность - явление в большей степени городское. Под воздействием социально-экономических и правовых факторов стали распадаться наиболее устойчивые, особенно бандитско-разбойные сообщества преступников. Практически прекратило существование карточное мошенничество.
   Годы войны и послевоенный период охарактеризовались наличием многих социальных лишений, трудностями, крайне тяжелыми условиями восстановительного периода, что конечно сказалось на состоянии и структуре преступности, хотя и замедлили ее проявление. И в 1963-65-х годах судимость оказалась самой низкой за последние 30 лет. Однако стала отмечаться быстрая консолидация и организованность профессиональных преступников. Хотя и раньше отмечались признаки организованной преступной группы, наличие у нее главаря, планирование преступлений, распределение ролей между участниками, устойчивость группы. В это время отмечается увеличение количества преступлений, совершенных в составе небольшой группы. Преступность стала приобретать организованную форму, которая проявлялась в подготовке преступлений, разработке методов, затрудняющих их раскрытие, в сокрытии приобретенных ценностей или в организации безопасного сбыта. Появились преступные сообщества различной степени организованности и преступная деятельность быстро начала расти, особенно быстро после образования свободной России.
   Глубокие социально-экономические преобразования в Российской Федерации вызвали весьма резкий рост преступности, которая становится все более организованной и профессиональной.
   Так, например, если в 1985-м году в России было зарегистрировано 1416935 преступлений, в 1989-м - 1619181, а в 1990-м - 1839451, то в 1992-м году их уже зафиксировано 2760659, а в 1993-м году - 2799614. После снижения в 1994 году общего количества зарегистрированных преступлений до 2632708, в 1995-м году вновь произошло их увеличение до 2755669, и тенденция к росту количества совершаемых преступлений сохраняется. И хотя официальная статистика 1996 - 1997-х годов констатировала снижение преступности, криминалистические исследования показали, что такого снижения не происходило. Эти оценки криминологов подтвердила и официальная статистика за последующие годы. Так, в 1998 году было зарегистрировано 2581940 преступлений, что на 7.7 процента больше, чем в 1997-м году. В 1999-м году ситуация в Российской Федерации еще более осложнилась: темпы роста преступности увеличились более чем в два раза, и было зарегистрировано уже 3001748 преступлений.
   Опубликованные статистические данные о снижении в январе-июле 2000-го года числа зарегистрированных преступлений, совершенных на территории Российской Федерации, до 1722.1 тысяч преступлений, что на 2.2 процента ниже, чем за аналогичный период предыдущего года, не могут однозначно свидетельствовать о существенных позитивных изменениях в криминальной ситуации. Она по-прежнему остается крайне сложной. По оценкам криминологов, учитывая очень высокую латентность современной преступности, реально в стране совершается 15-20 млн. преступлений в год.
   Криминальная ситуация в нашей стране сегодня - это качественно новый феномен как по количественному показателю, так и по разрушительному влиянию на общество, на государство, а главное - на права и свободы граждан.
   Скачок преступности начался с резкого роста зарегистрированных преступлений, причем в некоторые годы этот скачок был беспрецедентный. Так, например, в 1992-м году рост по сравнению с предыдущим годом составил 27 процентов (при среднем годовом приросте в мире, по данным ООН - 5 процентов).
   Если посмотреть данные о зарегистрированных преступлениях за 1991-й год (год накануне начала реформ), то их было зарегистрировано 2173074, а в 1999 году зарегистрировано 3001748 преступлений или их рост на 38 процентов.
   Изменилась статистика преступлений, изменения претерпела и структура преступности: в преступную деятельность вовлекается все большее число людей из категорий населения, подверженность которых криминальным влияниям в прошлом была минимальной.
   При этом официальные данные, статистика не отражают действительного положения вещей, многие преступные проявления латентны, все еще существует практика укрытия преступлений от учета, причем, в силу ряда причин, потерпевшие от преступных посягательств не во всех случаях обращаются в органы правопорядка, и преступления остаются вне поля зрения. В результате латентность преступности приобрела беспрецедентный характер, стало трудно оценивать фактические тенденции даже тех особо опасных и тяжких преступлений, которые оценивались ранее как не высоко латентные.
   В преступную деятельность вовлекается все большее число граждан, и она становится для одних основным способом обеспечения высокого социального и материального статуса в условиях обвального перехода к рынку, для других - средством выживания в этих условиях, защиты своих прав и законных интересов, для третьих - выражением своеобразного социального протеста, в частности, который проявляется в уклонении от уплаты налогов и разного рода платежей, в физической расправе с правонарушителями, уничтожении их имущества. Наряду с этим, продолжает распространяться та часть преступности, которая производна от процессов крайней деморализации населения, психологии ничем не ограниченного эгоизма, правового нигилизма и цинизма.
   Следует отметить, что раскрываемость всех преступлений осталась практически на одном уровне (в 1998-м году не раскрыто 25.6 процентов преступлений, в 1999-м году - 26.6 процентов).
   Таким образом, следует констатировать, что положение не улучшается, наблюдается рост преступности, и это при том, что, как совершенно правильно отмечает доктор юридических наук, заведующая отделом общих проблем криминологии и борьбы с преступностью НИИ Генеральной Прокуратуры РФ, профессор А.И. Долгова: "...К концу девяностых годов стало особенно очевидно, что уголовные дела и официальная статистика перестали содержать не только полные, но представительные сведения о криминальной ситуации в России: а) нарастала латентная преступность; б) необоснованно декриминализировалось все большее число фактически общественно опасных и характерных для криминальной среды деяний; в) сдерживалось создание надлежащей правовой базы противодействия новым общественно опасным деяниям организованных, профессиональных, экономических и должностных преступников либо правовые акты неточно отражали эти деяния".
   Рассмотрим структуру организованной преступности.
   Организованная группа - это простейшая форма связи преступников для совместного совершения преступлений. Они составляют приблизительно пятую часть преступных сообществ. В них нет четко выраженного лидера, поскольку небольшой количественный состав в 2-3 человека, общие интересы участников и их одинаковая криминальная квалификация не вызывают необходимости в более сложной структуре. К ним относятся группы мошенников, карманных и квартирных воров, фальсификаторы изделий и продуктов.
   Организованные группировки - более устойчивые объединения лиц, имеющие определенную соподчиненность (иерархию). Во главе данной общности стоит общепризнанный лидер, руководящий всеми ее действиями: определяет направленность группировки, планирует и готовит преступления, распределяет роли между соучастниками. Преступная деятельность группировки чаще всего связана с совершением различных имущественных преступлений, поэтому сопряжена с определенными криминальными ролями соучастников - воровской разведкой, сбытом похищенного, техническим обеспечением. Это определяет большое количество участников и создает достаточно большую периферию, в результате чего они связаны со скупщиками краденного, подделывателями документов, техническими работниками. Группировки составляют около половины сообществ.
   Бандитские формирования - это тоже форма организованного соучастия, которая заключается в создании вооруженной группы с целью нападения на государственные или общественные предприятия, учреждения, организации либо на отдельных лиц. От группировок их отличает обязательное наличие оружия и преступная направленность - открытое нападение. Количественный состав их превышает 10 человек. Почти половина главарей банд занимали определенные должности на предприятиях и учреждениях, многие из них были связаны с работниками правоохранительных органов, так что время преступной деятельности банд обычно оказывалась дольше, чем в группах и группировках.
   Кооперация "воров в законе" относится к особым формам объединения, не имеющих аналогов в мировой криминалистической практике. Она составляет касту профессиональных преступников-лидеров, имеет все признаки преступной организации и вместе с тем отличается от нее отсутствием определенной территории, размытостью структуры, практически равным положением ее участников. Отличается такое общество и по криминальной направленности. В иерархии организованных сообществ кооперация "воров в законе" самая устойчивая, гибкая и находится на верхней ее ступени. Количество "воров в законе" пока не установлено Но уже на 1 января 1990-го года по далеко неполным данным органов внутренних дел насчитывалось около 500 "воров в законе" и 2 тысячи лиц, придерживающихся воровских законов. Управление кооперацией осуществляется с помощью воровских сходок.
   Многие категории преступников живут только на доходы, получаемые от преступлений. Причем они не просто существуют, а ведут престижный, респектабельный образ жизни, их материальная обеспеченность значительно превышает обеспеченность трудящегося человека. На исходе существования СССР, по данным исследования научно-исследовательского института МВД, карманный вор в среднем ежемесячно имел от краж 500 рублей, а в летние месяцы в городах-курортах - до 2 тысяч рублей. Средний преступный доход от одной квартирной кражи превышал тысячу рублей, от одного карточного мошенничества - 700 рублей. Что касается краж, скупки и перепродажи культурных ценностей, автомашин, похищения людей с целью получения выкупа, то здесь каждое преступление связано с десятками тысяч рублей.
   За последние 20-30 лет получила развитие профессиональная взаимопомощь, выручка преступников, осуществляемая на базе создания общих денежных фондов, получивших название "общаковских касс" или "общаков". Такие кассы предназначены для обеспечения лидеров преступной среды и их ближайшего окружения, оказания помощи семьям профессиональных преступников, подкупа должностных лиц, развития теневого производства, занятия ростовщичеством.
   Профессионализм и организованность - явления взаимосвязанные: чем выше показатель криминального профессионализма, тем более ярко просматриваются его организованные формы. Причем при определенных социальных условиях профессиональная преступность начинает перерастать в организованную преступность - как качественно новое явление, приносящее более высокие доходы своим организаторам и более тяжкие потери населению страны. Если в Италии на это потребовалось более 150 лет, то в России - 20-25 лет.
  

Возрождение и развитие организованной преступности

  
   Воровские шайки существовали в России с древних времен. Но они возникали стихийно и стихийно разваливались при гибели или аресте самых инициативных членов и говорить об организованной преступности в те времена не приходится. В 1881-м году Софья Гринблат, известная под кличкой Сонька Золотая ручка, организовала в Санкт-Петербурге первый воровской общак, в который все петербургские воры отчисляли 10 процентов от своей добычи на нужды воровского сообщества, что делало воровские шайки весьма устойчивыми, поскольку, покинув тюрьму после отбытия срока очередного заключения, вор получал из общака вспомосуществование на первое время, пока он не организует очередное воровское сообщество. Она также разработала тактику совершения воровских преступлений с отвлекающим маневром и эвакуационным отходом и разделением на технологические операции воровского процесса с выполнением каждой операции специализированным специалистом. Вот с этого времени можно говорить о возникновении в России организованной преступности, которая переросла в бандитизм и приняла особенно крупные размеры в годы Гражданской войны, так что В.И. Ленин в 1920-м году вынужден был принять постановление ВЦИК, дающее право командиру ботальона или же начальнику районного отдела милиции расстрелять любого человека или группу лиц, застигнутых на месте преступления с оружием в руках.
   В суровые сталинские времена организованная преступность практически отсутствовала, поскольку смертельно было заниматься любым видом организационной деятельности вне рамок ВКП(б), что рассматривалось как контрреволюционная деятельность и подлежало искоренению путем расстрела участников такой организации как "врагов народа". Возродилась организованная преступность в послесталинские времена.
   Но долгое время достаточно всеобъемлещего определения организованной преступности в российской юриспруденции не существовало, что сдерживало выработку стратегии борьбы с этим отрицательным явлением.
   По определению бывшего руководителя 6-го Главного управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД СССР А.И. Гурова организованная преступность является социально-криминальным явлением, под которым понимается массовое функционирование устойчивых управляемых сообществ, занимающихся преступной деятельностью как видом промысла (бизнесом) и создающих с помощью коррупции и иных средств систему защиты от социального контроля. Организованная преступность является результатом объединения профессиональной преступности с теневой экономикой.
   Об организованной преступности говорят и пишут криминологи, криминалисты, специалисты по уголовному и другим отраслям права, политики, экономисты, социологи, писатели и журналисты. Но часто под словами "организованная преступность" понимают разные явления. Рассматриваемое понятие одно из многозначно трактуемых и потому одно из наиболее неопределенных.
   Общепризнанно, что понятие "организованная преступность" связано с такими понятиями, как "организованное преступление", "организованная группа", "организованная преступная деятельность", "преступное сообщество". Везде употребляются слова "организация", "организованный".
   Слово "организовать" произошло от греческого organon и французского organiser. Organon буквально означает "орудие, инструмент", a organiser переводилось на русский язык как "устроить, соединить в одно целое, упорядочить что-либо, придать чему-либо планомерность". В русском языке, как указывал,например, С.И. Ожегов, слово "организованный" означало или "планомерный, отличающийся строгим порядком, единством", или "дисциплинированный, действующий точно и планомерно". Таким образом "организованное преступление" - это преступление, буквально говоря, запланированное, "устроенное" или заранее продуманное, предумышленное, как говорилось в старом дореволюционном Российском законодательстве, такое преступление может совершаться как отдельным человеком, так и группой.
   При совершении несколькими лицами не просто преступлеиия, пусть и самого тяжкого, а организованного преступления им надо предварительно объединиться и согласовывать свои действия при подготовке, покушении и совершении преступления. Так возникает "организованная группа". Это не просто "группа лиц, совместно совершающих преступления" (товарищеская группа молодых людей на танцах спонтанно вступила в драку и причинила телесные повреждения либо даже забила человека насмерть) или даже совершение преступления "группой лиц по предварительному сговору" (группа подростков проходит мимо пустующих дач, им приходит в голову проникнуть в дачи и что-то оттуда взять, они сразу же договариваются реализовать это намерение и все вместе, не продумав схему распределения преступных ролей, приемы сокрытия следов преступления, путей сбыта похищенного, начинают действовать). При совершении организованного преступления группа должна быть определенным образом организована, она должна выработать план, подчинять этому плану коллективные усилия, ее члены вынуждены согласованно решать возникающие при реализации плана проблемы, совместно их корректировать в конкретных условиях. Организованная группа вполне может быть создана для совершения одного преступления, например, похищения крупной суммы из банка или из машины инкассаторов.
   В приведенных примерах речь пока шла об организованном преступлении и организованной группе, создаваемой для совершения такого преступления или преступлений. Но когда налицо множество организованных преступлений и множество таких организованных групп, нередко употребляется термин "организованная преступность", отражающий именно указанное множество, но отнюдь не внутренннюю взаимосвязь различных организованных преступлений между собой и соответственно разных организованных групп.
   Однако существует определенная логика развития организованных групп и организованных преступлений, появление новых опасных типов преступных объединений. В ее основе лежат изменения целей и мотивов преступников, логика самого криминального поведения. Например, совершение крупного хищения, во-первых, сопровождается проблемами реализации похищенного и необходимостью находить его сбытчиков, приобретателей; во-вторых, установление каналов сбыта создает соблазн совершения новых хищений и постановку цели получения постоянного источника преступного дохода. Последнее служит мотивом совершения новых хищений, за которые предусмотрены самые суровые меры наказания. В этих условиях расхитители уже не останавливаются перед применением подкупа или насилия в отношении свидетелей хищения или сотрудников существующих контролирующих и правоохранительных органов, иногда журналистов, а также иных лиц. Так организованное преступление перерастает в "организованную преступную деятельность".
   Организованная преступная деятельность представляет собо систему взаимосвязанных организованных преступных деяний какого-либо субъекта (одного человека или группы лиц). По-гречески слово systema буквально означает "целое, составленное из частей". То есть отдельные преступления в преступной деятельности - это есть составные органические части и естественно каждая из них - это не просто преступление, а организованное преступление. Нередко субъект организованной преступной деятельности совершают спонтанные преступные деяния, которые нельзя считать элементами такой деятельности (во время кутежа затевается ссора и оскорбленный ее участник наносит телесные повреждения тому, кто его оскорбил, возможно, даже своему соучастнику по организованной преступной деятельности). Итак, организованная преступная деятельность представляет из себя не набор, а единую систему организованных преступлений, между которыми существуют устойчивые взаимосвязи.
   Организованная преступная деятельность расширяется при постановке все более масштабных целей, нарастании многообразия средств их достижения, изменении мотивов поведения ее субъектов. Здесь возможны варианты, когда ставятся заведомо преступные цели либо нейтральные в правовом отношении, хотя и не бесспорные с точки зрения христианской либо иной морали (например, добиться сверхбогатства, контроля над определенной сферой деятельности, власти). Преступной деятельность могут делать - и часто делают - не цели, а средства их достижения.
   Расширение масштабов преступной деятельности связано с привлечением все большего числа различных субъектов. На практике ими бывают и физические лица, и уже функционирующие определенные организованные группы, специализирующиеся на совершении различных преступлений, и различные юридические лица, например, через которые отмываются и приумножаются преступные доходы. Возникает необходимость обеспечения слаженного характера деятельности различных субъектов, участвующих в широкомасштабной организованной преступной деятельности. С учетом количества и характера таких субъектов создается система управления (многоуровневая либо нет и тому подобное). Управление сложной, многоаспектной организованной преступной деятельностью значительного числа разных ее субъектов, в принципе, подчиняется общим правилам управления сложными системами. В частности, оно включает создание специальных структур управления организованным преступным формированием как единым организмом. При этом наряду с чисто исполнительскими функциями и структурами, непосредственно совершающими преступления, деяния, уже предусмотренные Особенной частью Уголовного кодекса, выделяются управленческие функции и структуры (организаторы, руководители) и функции, структуры, обеспечивающие специфические потребности криминальной организации как таковой (аналитические подразделения, собственные "службы безопасности" легализации преступных доходов и тому подобное.
   Такова основа создания уже не просто организованных преступных групп, а преступных организаций, обеспечивающих широкомасштабную организованную преступную деятельность. Общественная опасность такой организации заключается не только в совершении ею тяжких преступлений (с этой точки зрения ее общественная опасность могла бы оцениваться идентично общественной опасности тяжких преступлений), но прежде всего в том,что существует и функционирует такая организованная структура, которая в состоянии обеспечить широкую организованную преступную деятельность в разных ее вариантах в зависимости от мотивации субъектов управления ею и внешних условий. При этом совершаются самые различные виды преступлений - все то, что диктуется логикой развития и сокрытия преступной деятельности, легализации и приумножения получаемых доходов, сохранения криминального формирования как такового.
   В отличие от легальных (или легитимных) организованных социальных формирований преступные организации всегда вынуждены в интересах самосохранения выделять такую функцию, как создание системы защиты себя от возможного разоблачения со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями (а эти последствия нередко означают наказание вплоть до смертной казни), и соответственно развивать структуры, обеспечивающие такую функцию: подразделения обеспечивающие разведывательную и контрразведывательную деятельность,силовое или иное воздействие на опасных либо необходимых для сотрудничества лиц (подкуп, шантаж, дискредитация, физическое устранение, уничтожение имущества), личную охрану руководителей организации (телохранители) либо охрану места базирования и других объектов.
   Службы безопасности создаются и вполне добропорядочными структурами, но такие службы защищают эти структуры от преступной и иной противозаконной деятельности. Именно на этой почве они сотрудничают с институтами нашего государства, гражданского общества, что гарантирует более надежную защиту. Что касается преступных организаций, то они при обеспечении наиболее действенных средств защиты, но уже не законной, а прямо преступной деятельности, также стремятся наладить сотрудничество с государственными структурами и институтами гражданского общества, переориентировав их на антидеятельность с точки зрения стоящих перед этими институтами задач. Отсюда органическая взаимосвязь деятельности возникших преступных организаций и размаха коррупции в системе государственных органов и негосударственной легальной сфере - профсоюзах, творческих союзах, ассоциациях. Например, с тем, чтобы последние пропагандировали правозащиту человека в узкозаданном аспекте, понимая под "человеком" нарушителя закона, а под "правозащитой" - защиту такого "человека" от закона при полном игнорировании прав жертв преступлений и иных правонарушений.
   Весьма точным является утверждение, что, если обычная преступность наступает на общество, действуя против его институтов, в том числе государства, организованная преступность в этой наступлении старается опираться на институты государства и общества, использовать их в своих целях. Так возникает институционная преступность.
   Такое использование заключается не только в подчинении поведения части служащих задачам, выдвигаемым преступными организациями, но и в широком влиянии на деятельность учреждений, персонал которых коррумпирован, в определении широкой политики криминализации обшества. При этом значительное внимание уделяется, во-первых, распространению информации о всемогуществе таких организаций. Она при необходимости подкрепляется акциями терроризма, внушающими страх и ужас населению. Во-вторых, одновременно - и здесь демонстрируется пример "высокой диалектики" - создается мнение о мифологизации преступного характера организации или ее деятельности или самого факта ее существования, "добропорядочности" устремлений и действий, их почти спонсорском характере для бедных и простых людей. Этому помогает то, что деятельность преступных организаций бывает тесно переплетена с легальным предпринимательством, иной законной, допускаемой и даже поощряемой обществом деятельностью, что создает трудности четкого вычленения собственно деятельности этих организаций и реагирования на нее без вызова недовольства части населения. Отмечаются также тщательная конспирация, опережение законодателя и умелое использование его просчетов, активное предупреждение нежелательных правовых решений, попытки заложить возможность криминализации жизни общества в законы путем осуществления криминалоемкости их проектов. Все это помогает таким организациям именно как организациям выживать, оказываться в правовом отношении "невидимками" и даже на определенных этапах "одерживать победы" в противоборстве с государственной системой при ее просчетах.
   Вот почему определение организованной преступности всегда вызывало большие трудности и ни в одном государстве не существовало практики быстрого и бесконфликтного принятия действенного законодательства о реальной борьбе с организованной преступностью, коррупцией, легализацией преступных доходов.
   Организованная преступность связывалась не только с финансовыми махинациями, но также с политической деятельностью (политический подкуп и контроль). И это вполне закономерно: владельцы новых больших состояний всегда заинтересованы во власти и законах, которые бы обеспечили неприкосновенность, а также приумножение таких состояний безопасность их самих. Второе - это характер связей в организованной преступности и заключение соглашений о сотрудничестве и взаимодействии. В условиях наступления преступности на общество такое взаимодействие расширяется и появляются преступные сообщества, обеспечивающие это взаимодействие организованных групп, банд, преступных организаций, обмен информацией, объединение усилий в нейтрализации и использовании правоохранительной системы, иных государственных структур. Истина заключается в том,что преступные организации гибко используют государственный аппарат. Сотрудничающие с ними служащие, как правило, не становятся членами организаций и даже часто не ведают, кому именно они служат. Используется институт сотрудничающих лиц, выполняющих разнообразные поручения, иногда систематически, иногда время от времени, а порой и разового характера. Вот почему необходимо разграничивать участие в преступной организации и участие в деятельности преступной организации.
   Итальянский юрист Розарио Минна значительное внимание уделил анализу того, что собой представляет преступная организация и мафия как такая организация. Он пишет: "Преступная организация, наконец, это не только банда или группа лиц, сообща совершающих преступления. Сущность организации определяется непременным наличием в данной группе пяти признаков: сбор и передача информации, нейтрализация действий правоохранительных институтов, использование основных социально-экономических служб, существование внутренней структуры, определенная внешняя "законность" действий" (конец цитаты).
   Итак, здесь вновь мы встречаемся с указанием на то, что, с одной стороны, преступная организация имеет внутреннюю структуру, с другой - заботится о своем "внешнем облике", стремится выглядеть легитимно и при этом непременно уделяет внимание специфическому взаимодействию с существующими институтами государства.
   Проблема не исчерпывается изложенным. Преступные организации в условиях эскалации преступности и социальных катаклизмов создаются не в единичных случаях и возникает проблема взаимодействия различных преступных организаций, групп. Контакты происходят и по типу конфликтов с человеческими жертвами, взрывами, поджогами, и путем заключения соглашений о сотрудничестве и взаимодействии. В условиях наступления преступности на общество такое взаимодействие расширяется и появляются преступные сообщества, обеспечивающие это взаимодействие организованных групп, банд, преступных организаций, обмен информацией, объединение усилий в нейтрализации и использовании правоохранительной системы, иных существующих государственных структур и институтов гражданского общества, в оказании помощи нуждающимся функционерам преступных организаций. Основа создания преступных сообществ носит иной характер, чем у преступных организаций, создаваемых на базе совместной организованной преступной деятельности. На первое место здесь выходит координация и планирование.
   В преступном сообществе к тому же сотрудничают уже не преступные организации и преступные группы в целом, как ее подструктуры, а представители этих формирований или даже самостоятельно работающие профессиональные преступники. Преступное сообщество - это не вышестоящая инстанция по отношению к другим преступным формированиям, а некий координационный орган, имеющий и черты "криминального профсоюза" для преступников-профессионалов, и черты партии, когда оно начинает влиять на политические процессы в стране.
   Иногда большую преступную организацию с большим числом включенных в нее структур сотрудничающих с ней отдельных организованных групп и лиц называют "преступным сообществом". Фактически же объединение всех этих субъектов происходит на основе совместной преступной деятельности и потому налицо преступная организация.
   В России в настоящее время существует не одно преступное сообщество, они враждуют между собой с применением самых радикальных средств (поджоги, убийства, публичное выяснение отношений с оружием и тому подобное), либо заключают в зависимости от ситуации перемирие, договариваются о сотрудничестве, создают новые преступные сообщества, либо даже преступную организацию. Все зависит от основы объединения. В средствах массовой информации освещаются отнюдь не тщательно скрываемые преступниками процессы объединения и войны разных организованных преступных формирований, а текучка криминальной жизни.
   Преступные сообщества могут со временем полностью преобразовываться в преступные организации или приобретать лишь их отдельные черты. "Воры в законе" называли себя "братанами" и считали свое объединение сообществом "равных", но в настоящее время можно наблюдать их иерархизацию и систематическую организацию "ворами в законе" убийств, своих же "братанов", иные их совместные преступные акции.
   Организованные преступные формирования постоянно находятся в развитии, изменяются их количественные и качественные характеристики. И вовсе не под односторонним влиянием изменений широкой социальной среды, но и во взаимодействии с нею. Деятельность преступных организаций и сообществ характеризует активное стремление "приспособить" и преобразовать общественные условия жизни в своих целях. И им -надо признать - удается опережать события, влиять на важные для нее экономические, политические, социальные и иные решения, в том числе законодательного плана.
   Можно ли действительно дать краткое исчерпывающее определение организованной преступности? Пока такого всеобъемлющего определения практически не было. Думается, что вообще продуктивнее идти по пути выделения ее наиболее характерных признаков. Причем научное, теоретическое определение всегда полнее, чем отраженное в законе, так как законодатель неизбежно бывает обязан указывать такиа признаки и формулировать их таким образом, чтобы они поддавались внешнему контролю, выявлению и доказыванию.
   В каких случаях криминологически корректно употребление термина "организованная преступность"? Если речь идет о множестве организованных преступлений и организованных преступных формирований (организованных групп,в том числе вооруженных - банд, преступных организаций и сообществ), то, как уже отмечалось, этот термин применяется, и применяется широко. При этом организованную преступность связывают с организованной преступной деятельностью, иногда именно ее выделяют как критерий вычленения организованной преступности из общей. Очевидно, сомнительно прекращение такого употребления этого понятия, но, по крайней мере, следует осознавать его чрезвычайную расширительность и некорректность в криминологическом отношении.
   При анализе дававшихся в последние годы теоретических определений за исходный признак брались: или организованная преступная деятельность, или сами организованные преступные структуры, или различные их взаимосвязи.
   Собственно организованная преступность - это сложная система организованных преступных формирований с их широкомасштабной преступной деятельностью и созданием для такой деятельности наиболее благоприятных условий, использующая как собственные структуры с управленческими и другими функциями по обслуживанию этих формирований, их деятельности и внешних взаимодействий, так и государственные структуры, институты гражданского общества.
   Такого рода система - качественно новое явление по сравнения даже с преступным сообществом и преступной организацией. Понятие "система" отражает вовсе не простое множество организованных формирований, но их органическую целостность, наличие устойчивых взаимосвязей между ними разного характера на базе обеспечения преступной деятельности и наиболее благоприятных условий для ее развития, легализации и приумножения преступных доходов. Это целеполагающая большая, развивающаяся система.
   В эту систему вовлечена немалая часть населения и по существу организованная преступность представляет собой альтернативное общество со своей экономикой, социальной и духовной сферами, своими системами управления, безопасности, формирования молодого поколения, судами, своей внутренней и внешней политикой. Последняя логична, ибо организованная преступность является структурной частью общества в целом и ее взаимодействие со всеми другими его частями многоаспектно и динамично. Это особый мир, и немалая часть представителей этого мира бывает социализирована именно в рамках его норм, традиций, ценностей, стереотипов поведения, находится в системе специфических социальных связей внутри указанного мира, а также этого и внешнего мира.
   Данное общество, будучи, по сути, альтернативным официально признаваемому и базирующемуся на системе одобряемых государством, господствующими институтами гражданского общества, религией системе отношений и ценностей, фактически является одной из структур человеческого общества вообще и соответственно взаимодействует с так называемым "официальным" обществом. Важно понимать, что между ними не существует четкой и жесткой границы: организованная преступность пронизывает различные легальные отношения, в том числе имея собственные легальные юридические лица; считается с потребностями и интересами разных социальных групп населения,пытаясь привлечь их на свою сторону и иметь резерв пополнения своих рядов; наряду с постоянными и активными участниками преступной деятельности имеет тех, которые сотрудничают с ней на нерегулярной или даже разовой основе. При этом нередко "втемную" используются различные физические и юридические лица, полагающие, что они оказывают услуги "милейшим" людям и не ведающие либо не желающие знать об их принадлежности к нелегальным криминальным структурам или зависимости от них.
   Лидеры организованной преступности сейчас уже занимают вполне "респектабельное" положение в "большом обществе" и проявляют немалую заботу о создании внешне добропорядочного облика, как своего, так и своих соучастников их деятельности. Разоблачение и привлечение к ответственности таких лиц задевает интересы значительного числа людей и даже после совершения "громких" умышленных убийств этот интерес мешает анализу всех обстоятельств дела, выяснению истинных мотивов преступлений, особенно его "коммерческих" истоков. Все это препятствует раскрытию акций организованной преступности.
   Исторически так сложилось, что профессиональная преступность и теневая экономика наиболее быстро развивались на Юге нашей страны. Можно вспомнить, что преступники называли Ростов - папой, а Одессу - мамой. В конце 70-х годов в Ставропольском крае собралась весьма представительная сходка, на которую прибыли не только традиционные организаторы грабителей, воров и мошенников, но и посланцы теневого капитала "цеховики". Они не очень-то жаловали друг друга, и это было вполне понятно, поскольку одни воровали у государства, вроде бы как ни у кого ничейную собственность, а другие воровали у конкретных людей, в том числе и цеховиков.
   У цеховиков к тому времени была уже нанимаемая ими охрана, но она не справлялась со своими функциями. Кроме того, цеховики действовали подпольно, среди них развивалась кооперация на договорных изустных началах, которые время от времени некоторыми из них нарушались, особенно частым был невозврат денежных средств, а третейского суда и института исполнителей у них не было. И для возврата денег они часто нанимали бандитов, которые "выбивали" долги под определенные суммы. Бандиты также облагали цеховиков налогом в свою пользу.
   На сходке предстояло обсудить два принципиальных вопроса: размер взимаемой с цеховиков дани и гарантии "крестных" отцов. Последнее было нечто новым и цеховикам не особенно верилось в честное слово бандитов. Но и те и другие были кровно заинтересованы в союзе и в полюбовном решение проблем их взаимоотношений, поскольку в противном случае увеличивался их шанс быстро попадать в поле зрения правоохранительных органов со всеми вытекающими из этого последствиями.
   Посланцы деловых кругов представляли разветвленные преступные организации теневой экономики с довольно развитыми региональными связями. Такие организации отличались законспирированностью, наличием четкой иерархии с руководящим коллективным органом. В них входили представители администрации, имеющие партийные билеты. В руководстве имелись все административные звенья, типичные для функционирующего производства. Члены преступных организаций жили двойной жизнью - для всех исповедывали мораль строителя коммунизма, а подчинялись внутреннему жестокому кодексу поведения, типичному для тайного уголовного сообщества.
   Внутренние неписанные обычаи поддерживались наличием общей кассы и судом. Касса служила для поддержки членов сообщества, воспроизводства криминально-хозяйственной деятельности. Суд рассматривал конфликты и изменники могли поплатиться свободой, а порою и жизнью. Ни одна из подобных организаций не существовала без прикрытия со стороны властей предержащих(!!!) - партийных и хозяйственных органов.
   Сходка пришла относительно мирно. После многих возлияний договорились, что цеховики будут платить до 10 процентов прибыли. Там же были определены дни выплаты, названы сборщики налога, а также оговорены гарантии безопасности. Последняя сводилась к подаче устной челобитной уголовному авторитету или вору в законе, контролировавшему определенную территорию - "смотрящему".
   Так началась сращиваться уголовная профессиональная преступность, уже достаточно организованная, с преступностью экономической. В последующие годы такой симбиоз не только ускорил формирование советской мафии, но и определил ее главенствующее место в транснациональной преступности.
  

Паразитирование преступности "снизу"

на преступности "сверху"

  
   Вывод о наличии в стране не организованных преступных формирований и сообществ, а организованной преступности, был сделан криминологами в начале восьмидесятых годов на базе обширных исследований.
   Однако с середины восьмидесятых годов и практически до начала 90 годов в научных дискуссиях, как правило устных, этот вывод вызывал резкие возражения и ему противопоставлялся тезис о "помельчании преступности в России" о недоказанности факта существования организованной преступности, ее существовании лишь "на уровне ЖЭКа или плодоовощной базы". Сейчас такого рода позиция в осноном проявляется при подготовке законопроектов, игнорирующих организованную преступность и ее характеристики.
   Насколько искренними являются подобные возражения, трудно сказать. Специального исследования на этот счет не проводилось, но у авторов возрожений практически нет убедительных доказательств, которые были бы получены в ходе криминалогических исследований. Ведь нельзя же серьезно утверждать, что доказательством "помельчания" преступности является значительный удельный вес среди рассмотренных судами дел тех, которые касаются спонтанной бытовой преступности. Есть еще и масса приостановленных: дел о нераскрытых весьма тяжких и хорошо организованных преступлениях. Существует, кроме того, латентная часть преступности.
   Заслуживает внимания то, что на факт существования организованной преступности, по крайней мере ее функционировании в сфере экономики, в то время стали выходить также экономисты, социологи в результате исследований теневой экономики и других форм социальной патологии. Ими делались попытки подсчитать масштабы теневой экономики, причиняемый ею ущерб и извлекаемые в ней доходы. Так, по оценкам Т.И. Корягиной, объем теневой экономики в народном хозяйстве СССР в начале 60-х годов был равен 5-ти миллиардам рублей в год, из которых 2.5 миллиарда приходилось на сферу материального производства. К концу восьмидесятых годов, как писала Т.И. Корягина, объем теневой экономики стал составлять до 90 миллиардов рублей в год, а на сферу материального производства приходилось более 80-ти процентов.
   Все больше появлялось убедительных доказательств того, что обычные экономические и управленческие отношения преимущественно в конце семидесятых-восьмидесятых годах строились не на законной основе, а на базе так называемых "неформальных" отношений - фактически на прочно устоявшихся к тому времени неписаных правилах поведения в сфере экономики и управления. Эти правила позволяли выживать в условиях: рассогласования экономического и социального развития, необходимости обеспечивать прирост объемов выпуска продукции любой ценой, необеспеченности плановых заданий материальными ресурсами, острого дефицита товаров и услуг и тому подобного, отсутствия единой тем более научно обоснованной и точной системы оценки труда постоянных работников и привлекаемых на основе трудовых соглашений, договора подряда, отсутствия надежного учета и контроля.
   В теневой экономике экономисты и социологи выделяли различные сектора или структуры: криминальная, фиктивная, неформальная, нелегальная и другие. При этом даже в конце восьмидесятых годов делался весьма неопределенный вывод о ее содержании, отмечалось, что "выделенные элементы не являются строго изолированными друг от друга, границы между ними размыты, перекачка ресурсов из одного сектора теневой экономики в другой является обычным делом, непреступные методы трансформируются в преступные".
   Криминальный сектор этой экономики лишь назывался среди прочих и практически ему не уделялось должного внимания как новому внутреннему системнообразующему фактору теневой экономики, что вытекало из криминологических исследований. Эти же исследования показывали, что именно "черный" криминальный сектор становился все более преобладающим по объему и именно он обеспечивал получение доходов, которые позднее назывались "доходами теневой экономики", "капиталами теневой экономики". Средства, высвобождавшиеся в сфере фиктивной экономики, например при приписках и тому подобное ранее нередко разбазаривались, пропадали, но с середины семидесятых годов они почти полностью похищались, присваивались в результате должностных злоупотреблений. Непосредственно в предперестроечный период эта фиктивная экономика только внешне могла оцениваться как таковая, ибо на деле она была результатом либо прикрытием хорошо организованного извлечения преступных и иных теневых доходов.
   Теневая экономика к концу семидесятых годов практически почти полностью контролировалась лицами, совершавшими преступления, либо так или иначе связанными с ними, попадавшими от них в зависимость. Просчеты, упущения в управлении экономикой не только использовались для извлечения незаконных доходов, но и целенаправленно законодательно усугублялись, система социального контроля умышленно расшатывалась теми, кто извлекал такие доходы.
   Выявленное представляло собой "каплю в море", но давало определенное представление о нарастании капиталов в руках преступников, причем в основном таких, которые не могли быть обесценены в результате инфляционных процессов и обесценения сбережений населения в Сберегательном банке.
   В то время ничем не закончилась и была скомпрометирована кампания по борьбе с так называемыми "нетрудовыми" доходами. При их толковании оказывалось, что фактически речь шла о преступных доходах, получаемых в результате организованной преступной деятельности. Изъятие этих капиталов и активное разоблачение их владельцев сдерживалось кампанией по дискредитации этой борьбы. В частности, активно формировалось мнение, в том числе и с помощью ряда научных сотрудников, средств массовой информации, о преступной экономической деятельности как о "смазке" негодно работающего социалистического хозяйственного механизма и о необходимости фактической легализации незаконной экономической деятельности. Осужденные за крупные хищения, злоупотребления объявлялись "жертвами" негодной официальной экономики и авангардом преобразований, самыми деятельными, инициативными и талантливыми хозяйственниками-экспериментаторами "золотыми головами", без которых экономика страны вообще придет в упадок.
   Следует сказать,что действительно существовавшая система демонстрировала неспособность эффективного управления экономикой. Для этого были очень серьезные причины, носившие в первую очередь объективный, закономерный характер, но их научно обоснованный анализ - громогласно подменялся указанным выводом и вектором преобразований становилась легализация теневых, а точнее в основном новых криминальных, отношений, особенно активизировавшаяся в период реформ.
   К концу перестройки владельцы преступных капиталов набрали вес в обществе и все активнее влияли на происходящие в нем процессы экономических и политических преобразований. В 1990 году было внесено, а затем стало подспудно, но последовательно продвигаться предложение о введении моратория на борьбу с экономической преступностью на период перехода к рынку, в 1994 году в обмен на политическую амнистию участников событий октября 1993 года в Белом доме была предложена и реализована амнистия экономических преступников. Начиная с 1991 года стал сужаться в Уголовном кодексе РСФСР круг хозяйственных преступлений, хотя ряд декриминализированных деяний продолжали совершаться и представляли высокую общественную опасность. Например, активная частнопредпринимательская деятельное с использованием государственных, кооперативных и иных обществени форм, то есть не сама по себе частнопредпринимательская деятелность, а именно лжечастное предпринимательство (бывшая статья 153 УК РСФСР, исключенная 5 декабря 1991 года). Позднее число хозяйственных преступлений в УК РСФСР начало расширяться за счет новых видов экономических общественно опасных деяний, совершаемых новыми предпринимателями (налоговые преступления и тому подобное).
   Одновременно создавался миф, будто основное зло - это государственная и партийная номенклатура, даже не определенная ее криминализированная часть, а она вся в целом. Дескать, она разложилась, требует огромные взятки или дорогостоящие услуги, а хозяйтвенники, вынужденные потакать номенклатуре, идут на приписки и другие преступления. Бесспорно, были веские основания для утверждения о разложении значительной части номенклатуры, но суждения должны были быть точными и определенными. Разговор о преступности номенклатуры "вообще", без должной конкретизации, дискредитировал идеи государственного регулирования общественных процессов в принципе.
   Как показывали криминологические исследования, основными организаторами экономической преступной деятельности были не должностные лица, какое бы ответственное положение они не занимали, а организаторы хищений. Ими, как правило, были лица, в официальных структурах занимавшие весьма скромные посты, либо вообще "люди со стороны". На подкуп должностных лиц в начале 80-х годов тратилось не более трети похищенного. Нередко из материалов уголовных дел устанавливалось, что чем выше было должностное положение подкупаемого лица, тем меньше ему перепадало. Позднее интервью осужденных подтвердили этот вывод. Не было необходимости выплачивать в виде взяток особенно крупные суммы, так как нередко применялся прием, называемый "посадить на взятку", то есть дать совсем немного, а потом этим шантожировать. Ведь жолжностному лицу было что терять. И нередко чем выше было должностное положение взяткополучателя, тем меньше сумма ему доставалась. Одновременно подкупались помощники, референты, секретари таких лиц и получали они порой не меньшие суммы. Или подкупались только они.
   По существу, основной удар на рубеже 80-х годов правоохранительными органами был нанесен по коррумпированным должностным лицам, а не по истинным организаторам экономических преступле­ний, подкупавшим этих должностных лиц. Сказались и непонимание тогда истинного механизма широкомасштабной преступной деятельности, и недостаточность уголовной, уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной базы разоблачения крупных организованных преступных структур, их деятельности, и организационные трудности, и в том числе азартная погоня ряда следователей именно за высокопоставленными "кремлевскими" должностными преступниками. При этом крупные расхитители и их соучастники оказывались только в качестве свидетелей, обличавших должностных лиц в получении взяток, "перебрасывавших" на них в своих показаниях основные суммы похищенного. Они освобождались от уголовной ответственности, так как их "признательные показания" оформлялись в виде добровольно сделанного заявления о даче взяток. Таким образом, эти лица не несли ответственность.
   Фактическая схема преступной деятельности организационных структур была следующая: любыми путями "внизу" обеспечивались преступные доходы (обман покупателя, сбыт нелегально произведенной продукции, прямые хищения и тому подобное). Затем небольшая часть похищенного оставалась у рядовых исполнителей акции, большая часть передавалась организаторам, которые из нее выплачивали взятку должностным лицам за корректировку планов, ресурсное обеспечение плановых заданий, расширение производственных, торговых площадей, избавление ответственности за допущенные нарушения и тому подобное.
   Криминологический анализ приводит к выводу о трех следующих основных источниках усиления криминализации общественных отношений и развития организованной преступности.
   Экономические преступники и их капиталы - это первый источник развития социальной ситуации в России по криминальному типу, эскалации организованной преступности и противодействия цивилизованному, эффективному ей противостоянию на основе закона.
   Второй источник - те представители государственной и партийной номенклатуры, которые оказались прямо или косвенно связанными с теневыми доходами. Речь идет не только о преступных доходах, но и о не вытекавших из закона и нигде не афишируемых, но известных всем спецпайкам, спецснабжении, спецобслуживании. Становление законности, обеспечение фактического равенства всех перед законом могло бы серьезно отразиться на привилегиях представителей этой социальной группы. Им становилось некомфортно, "тесно" в рамках прежней социалистической системы. Государственная и партийная номенклатура становилась все более замкнутым слоем, в значительной мере вocnpoизводившим самого себя. Дети влиятельных чиновников вместе с детьми владельцев крупных криминальных капиталов и той элиты, которая обслуживала власть предержащих и "теневиков", учились в престижных учебных заведениях, минуя при поступлении туда честный конкурс, начинали работать за рубежом либо в организациях, обеспечивавших привычные привилегии и доходы. Из уголовных дел и материалов было видно, что нередко такие "отпрыски" при лишении привычных доходов легко шли на сделки с преступниками.
   В семьях деятелей теневой экономики, немалой части государственной и партийной номенклатуры вырастало поколение, которое не готово было жить по легальным стандартам своего возможного статуса в стране.
   Третий источник развития организованной преступности и криминализации страны - профессиональная общеуголовная преступность. Профессиональные преступники всегда стремились и создавали общественные фонды ("общаки") для оказания помощи тем, кто отбывает наказание, и их семьям, для подкупа сотрудников правоохранительных и других органов и иных целей; создавали свои "третейски суды", разграничивали сферы влияния, обеспечивали пополнение своих рядов за счет молодых людей; вырабатывали новые эффективные пути обеспечения своих корыстных интересов. Их доходы возрастали по мере расшатывания системы социального контроля в экономике и увеличения в стране слоя особо обеспеченных граждан. Например, уже давно coвeршались акты мошенничества или вымогательства в отношении деятелей теневой экономики, экономических и должностных преступников, которые не склонны были сообщать о таких отрицательных актах правоохранительным органам. С другой стороны, экономические преступники не чужды были прибегать к помощи уголовной среды для имитации поджогов или ограблений в целях сокрытия следов хищений, устрашения свидетелей, подделки документов и иных целей. В местах лишения свободы, особенно после активизации борьбы с экономической и должностной преступностью, когда там увеличилось число осужденных за эти деяния, укреплялся союз общеуголовных и экономических, должностных преступников. На первый взгляд казалось, что в условиях лишения свободы "правили бал" лидеры уголовной среды. Но специальное исследование показало, что это не так: лидерство все-таки было за теми, кто больше мог влиять на представителей администрации и имел связи во властных структурах. А у высокопоставленных должностных преступников и экономических преступников, имевших коррумпированные связи, такие возможности были более широкими: они обеспечивали устройство детей сотрудников администрации исправительно-трудовых учреждений в учебные заведения, на лечение и тому подобное. Иногда такого рода утверждение отвергают, но здесь можно сослаться хотя бы на такой легко устанавливаемый фактор, что именно экономические преступники с коррумпированными связями и влиятельные должностные преступники оказывались очень быстро или вне зоны, или вообще досрочно освобожденными от наказания по разным причинам. Лидеры уголовного мира это осознавали и, используя свое влияние среди осужденных, стремились к обеспечению баланса интересов экономических и общеуголовных преступников. Такого рода союз давал свои плоды: в нелегальных "цехах", затем кооперативах и предпринимательских структурах обеспечивались отмывание и приумножение доходов уголовной среды.
   В то же время экономические преступники приобретали силовую защиту, пользовались услугами профессионалов по подделке документов и другое. Указанное сотрудничество, сплочение носило многофакторный характер. Оно существенно повлияло на возникновение качественно новой криминальной ситуации в стране и новые характеристики организованной преступности.
   К началу 1990-х годов в России, благодаря демократическим и рыночным преобразованиям, сложилась уникальная ситуация, весьма благоприятная для различного рода злоупотреблений и незаконного присвоения громадных финансовых средств. Более того, российское законодательство ставило предпринимателей в такие условия, что зарабатывать деньги законным путем стало просто невозможно: выгодно было только воровать.
   Исследования криминала показали, что организованная преступность в большей степени имеет тенденцию к распространению в оффшорных странах, где возможно накопление неконтролируемого запаса капиталов, так называемой "черной кассы" в глобальных масштабах. В начале 1990-х годов Россия стала именно такой страной, и на ее финансовых просторах скопились значительные капиталы, находящиеся вне контроля государственных чиновников. Кроме того, государственные чиновники получили практически неконтролируемую возможность распоряжаться бюджетными средствами, что сделало их фактическими неограниченными распорядителями государственного бюджета, исполнение которого тогда мало контролировалось.
   Выход из этой ситуации искали по-русски, то есть оригинально. Например, в 1990-м году в известной программе "500 дней", разработанной с участием Г.А. Явлинского в одном из разделов ("Теневая экономика") говорилось; "Логика перехода на рынок предусматривает использование теневых капиталов в интересах всего населения страны. Это один из важных факторов ресурсного обеспечения реформы". За легализацию "теневиков" высказывались, в частности, и Галина Старовойтова, и экономист Николай Шмелев. Кстати, по нашему мнению, именно такой подход к решению проблемы, в конце концов, стал образцом для действий будущих "семейных" бизнесменов, хотя, конечно, прямой связи здесь нет.
   Двадцать лет тому назад специалисты поднимали тревогу по поводу экспансии организованной преступности в экономику. Теперь можно "успокоиться" и не шуметь - криминал уже там прочно освоился и чувствует себя вполне вольготно. Как и ожидалось, наибольшим "успехом" пользуются те отрасли, где вращаются большие деньги, те сектора, через которые идут большие финансовые потоки: государственные программы, финансируемые из бюджета; приватизация и инвестиции; кредитно-финансовая сфера; внешнеэкономическая деятельность; сырьевая и перерабатывающая промышленности; сфера обращения драгоценных камней и металлов; шоу-бизнес и так далее.
   Значительная часть капиталов криминального происхождения отмыта, причем настолько чисто, что следов уже не отыскать, если даже кто-то и займется этим. Средства давно вложены в прибыльные сферы легальной экономики и работают, принося новые прибыли. Крупные преступные группировки прочно "сидят" на крупных прибыльных предприятиях, мелкие - на мелких. Есть данные, что за рядом различного рода благотворительных фондов также стоят преступные структуры. В качестве учредителей организаций такого рода обычно выступают лица без криминального прошлого. "Этнические" криминальные группы для легализации своей деятельности создают национальные, земляческие структуры.
   Некоторые руководители предприятий (в том числе государственных) и банков сами ищут контакта с криминальными "авторитетами", прибегают к их "услугам" для защиты собственного бизнеса, возвращения долгов, коррумпирования государственных чиновников, силового давления на конкурентов. Уже и иностранные коммерсанты обращаются к представителям российских криминальных структур с просьбой о защите, содействии в возвращении долгов с отечественных предпринимателей. А в результате американские экономисты предостерегают американских бизнесменов от вложения инвестиций в российскую экономику в связи с ее крайне высокой криминальной составляющей. Такие вложения, по мнению специалистов, будут развивать не российское общество, а российскую организованную преступность, что будет затруднять движение русского общества к демократии. Для американских бизнесменов демократия является не вызывающей сомнения ценностью. Так что в Россию приходит в четыре раза меньше инвестиций, чем в коммунистический Китай, который по мнению американских политологов медленно, но все же двигается в направлении развития демократии.
   Можно, конечно, отыскать и отдельные положительные моменты - немало бывших бандитов ныне выступают в роли солидных бизнесменов и теперь делают деньги исключительно (или преимущественно) в легальной сфере. Однако капитал криминального происхождения отличается инерционностью и нередко диктует субъектам, вовлеченным в его орбиту, свои условия, то есть упорно уползает в тень (впрочем, не без помощи налоговой политики государства) И вот теперь уголовные "авторитеты", став учредителями ряда предприятий непосредственно или через третьих лиц, пытаются координировать "теневую" финансово-хозяйственную деятельность в масштабах целых регионов, скрывать получаемую прибыль от налогообложения.
   Проникновение в большую экономику с неизбежностью ставит вопрос о доступе к рычагам политической власти. Поэтому целенаправленные действия криминальной среды по продвижению своих представителей в выборные органы власти абсолютно закономерны. На эти цели выделяются значительные средства, приобретается влияние в деловых кругах. в органах власти и управления, устанавливаются контакты с функционерами политических партий и их местными активистами.
   Сегодня организованная преступность, используя широкий арсенал наработаннных связей и навыков. проникает не только в легальную экономику, но и стремится контролировать политические партии и движения, а также органы государственной власти, коррумпирует и/или терроризирует исполнительную и судебную власть, лоббирует законодательную власть, добиваясь принятия удобных и выгодных законов и блокируя принятие законов, неудобных, невыгодных, а то и просто опасных для тех, кого с некоторых пор стали называть "новыми русскими" или отдельных их группировок.
   Систематически уходя от ответственности за совершаемые преступления, организованные преступники успешно "отмывают" свои грязные деньги. перекачивая их в инфраструктуру теневой и легальной экономики, чему в значительной степени способствовала приватизация "по Чубайсу". Тем самым их преступная деятельность стала органической составной частью российской экономики, сообщив ей по сути криминальный характер
   Активизировались нелегальные поставки опия н героина из Афганистина, поступающие через Таджикистан, Киргизию, Туркменистан и Узбекистан, наркодельцы из которых поставляют наркотические срсдства опийной группы во многие регионы России, а также транзитом в другие страны. Основной поток наркоконтрабанды, как и попытки переправы оружия, идет на участке границы с Таджикистаном. При этом активность контрабандной деятельности проявляется на памирском направлении, где изымается свыше 80-ти процентов количества наркотическах веществ.
   Попытки создания устойчивых каналов провоза оружия из Афганистана предпринимаются на термезском направлении узбекско-афганской границы.
   Происходит небывалый, какого еще не знала мировая практика, выход за границу российских преступных группировок и их активнейшее сотрудничество с зарубежными криминальными структурами. Помимо всевозможных финансовых (в том числе биржевых и инвестиционных) махинаций, "отмывания" грязных денег, краж, контрабанды и сбыта ценного стратегического сырья, драгоценных металлов и камней, антиквариата, произведений искусства, раритетных изданий и рукописей, оружия, автомобилей, наркотиков в России начинают процветать порнобизнес, эксплуатация проституции (в том числе детской и гомосексуальной), похищения и убийства людей с целью продажи живых человеческих органов с последуюшей их трансплантацией, захват заложников, компьютерные преступления. Не последнее место в этом перечне занимает организованная - хищническая, паразитическая - промышленная эксплуатация недр, лесов и водоемов с нанесением многомиллиардного и необратимого ущерба окружаюшей природной среде.
   В стране сложилась серьезная криминогенная обстановка. В 1992-м году было зарегистрировано свыше 3 миллионов преступлений. И это только то, что попало в статистику. В 1989-м году было разоблачено 1300 организованных групп, а в 1990-м еще 3.5 тысячи. В составе групп было только активных 30 тысяч участников. По данным, приведенным на совещании 1996-го года по организованной преступности, в том году в России были зафиксированы 3000 отдельных преступных группировок, 70 этнических преступных групп и 365 межрегиональных. Общая численность (бойцов) превышала 600 тысяч человек, что составляет 10 полностью развернутых общевойсковых армий или 3 фронта по меркам Второй мировой войны. В 1997-м году организованных преступных групп стало уже 8000. В 1999-м году число отдельных преступных группировок достигло 12000 - это столько, сколько в РСФСР было колхозов и совхозов, то есть "продукция" этих предприятий, а именно оказание охранных и прочих "услуг", соответствует выработке продуктов сельскохозяйственной отраслью и их необходимо включать в ВВП (что без громких признаний и было сделано в 1997-м году).
   По данным сотрудника НИИ проблем укрепления законности и порядка С.В. Ванюшина, в 2000 году, число действующих преступных формирований за 10 последних лет увеличилось в 26 раз, число их участников - в 5 раз, число официально зарегистрированных преступлений увеличилось мало, поскольку официально регистрируется только каждое 15-е преступление, что совершенно не отражает статистику этого явления. "Штатная" численность активных (вооруженных?) участников не менее одного миллиона человек, в то время как вовлечено в преступную деятельность, в том числе коррумпировано и находится на неофициальной службе, 5-6 миллионов человек, что сопоставимо с числом сельскохозяйственных рабочих. Он отмечает, что идеологи "обвальных" рыночных преобразований преднамеренно создали и защищают такой рыночный тип социально-экономических отношений, характерным для которых являются обстоятельства, закономерно детерминирующие преступность, в том числе и организованную. "Наивный" Е.Т. Гайдар в претензиозной книге "Государство и эволюция" сформулировал задачу срочного разгосударствливания собственности с передачей ее кому угодно, вплоть до бандитов, которые через год потеряют ее, и она найдет своих настоящих, рачительных хозяев. Бандиты не столь наивны и не собираются ничего терять, но и вкладывать инвестиции в свою собственность не собираются, поскольку она нажита преступным путем и вполне может быть у них отобрана (в России законы имеют "обратную силу"). Да и саму приватизацию можно считать незаконной, поскольку она проведена исключительно на основе указов президента и до сих пор не утверждена законами Государственной Думы. В Государственной Думе постоянно будируются вопросы пересмотра результатов приватизации".
   По оценкам совещания 1996 года по борьбе с организованной преступностью годовой доход организованной преступности составлял порядка 17 миллиардов долларов, из которых только треть идет на потребление, а треть вывозится за рубеж и еще треть идет на подкуп должностных лиц. Поскольку с тех времен организованная преступность количественно увеличилась в три раза, можно считать, что и ее доходы увеличились примерно в два раза и стали сопоставимы с доходами государственного бюджета. Это косвенно признал и премьер-министр В.С. Черномырдин, отнеся половину экономики страны к теневой, находящейся вне контрольно-правового поля.
   Как рассказывал в своё время в интервью глава МВД Р. Нургалиев, организованная преступность захватила топливно-энергетический комплекс, металлургическую, лесную промышленность, рыбную отрасль. Рейдерство (захват предприятий), криминальные банкротства, финансовые схемы, с помощью которых из бюджета воруются миллиарды рублей, - это тоже дело рук организованной преступности.
   По свидетельству главы МВД Рашида Нургалиева, значительная часть региональной экономики находится под контролем мафии. "Крёстные отцы" регионального разлива хорошо окопались в местной политике. Они прекрасно спелись и с милицией. Громкие отставки среди мэров крупных городов оставляют впечатление, что Кремль наконец-то осознал серьёзность проблемы. Но чистки региональных "авгиевых конюшен" ведутся спорадически, бессистемно. А ведь на закрьггой коллегии Минисгерства внутренних дел, проходившей в начале 2007 года, фактически был оглашён полный список криминализированных регионов, городов и автономий. Известны и имена деятелей региональных парламентов с криминальной биографией - этих так называемых "авторитетных предпринимателей" и "авторитетных политиков". Но число отставок и количество доведённых до суда дел остаётся ничтожным. Не хватает публичности и политической воли вести борьбу с преступностью, поскольку преступна практически вся исполнительная власть. Если увольняют "замаравшихся" руководителей, то, как правило, тихо. Под "богоугодной" формулировкой. Не оправдал, дескать, доверия. Такое впечатление, что центр боится взбаламутить криминальное болото. Фактически преступная исполнительная власть обменяла индульгенции на преступную деятельность мафии в регионах на поддержку этой власти руководителями регионов.
   И это в то время, когда декларируется: "В сложившейся ситуации противостояние преступности стало приоритетной государственной задачей, приобрело общенациональное значение". Преступность сегодня стала реально угрожать национальной сезопасности.
   С другой стороны, еще в июне 1998 года в интервью "Интерфаксу" тогдашний Генеральный прокурор России Ю.И. Скуратов заявил, что Россия находится в такой ситуации, "когда бездействие правоохранительных органов может поставить под угрозу национальную безопасность страны и, в конечном итоге, сам факт существования государства". Заметим, что это не досужие выдумки журналистов, а мнение человека, занимающего самое высокое положение в сфере борьбы с преступностью, поэтому мы не можем отмахнуться от него "с легкостью неимоверной".
   Таким образом, мы наблюдаем достаточно уникальное явление, когда угроза обществу идет с двух сторон: снизу подпирает организованная преступность, а сверху само государство в лице своих неорганизованных коррумпированных и малодееспособных чиновников. А в результате возможен этакий политический и социальный суицид государства.
  

Роль СМИ в развитии организованной преступности

  
   Криминализация общества есть не что иное, как наиболее опасное проявление его деградации. В криминализации фокусируются, концентрируются процессы культурной инволюции, а точнее сказать, вспышки культурной мутации, поскольку наиболее зримо культура превращается в свой антипод стихийно, скачкообразно и именно в эти стихийные периоды общество криминализируется самыми быстрыми темпами.
   Криминализация представляет собой закономерный результат вандализации, искусственного разрушения культурного ядра данного общества (и цивилизации), замены его эрзац-образцами, что является частью современной военной технологии противников нашего общества и государства.
   Не случайно героем нового времени в России стал преступник. Он в полной мере выражает происшедшую подмену ценностей. Если раньше преступника сторонились, его боялись и презирали, то сейчас репутация бандита ("бригадного") представляется почетной: его знакомства ищут, его боятся и уважают. Бандиты разъезжают на самых престижных автомобилях, поражают воображение высоким материальным уровнем жизни и во все больших масштабах продолжают генерировать, а вернее дегенерировать иллюзии.
   Распространение зла происходит в соответствии с правилами настоящего военного наступления: изучением обстановки, установлением слабых мест противника, выявлением направления главного удара и пр. Не упускается из внимания и психология ведения военных действий, а именно, что лучший способ поразить противника заключается в том, чтобы его деморализовать. Отсюда появилась идеология плюрализма. Плюрализм как равенство добра и зла выступает интеллектуальной основой новой идеологии политики смещения смыслов, когда традиционные ценности подвергаются пересмотру и осмеянию, когда наследие предыдущих поколений оценивается в качестве ненужного груза, когда модернизм представляется самодовлеющей ценностью, которая только обременяет совесть, если только она существует.
   Стержневой компонентой набора антиценностей выступает вседозволенность, понимаемая как освобождение от нравственных императивов (Я освобождаю вас от химеры совести - А. Гитлер). Поскольку дозволено все, то ничего и не жаль - даже собственной жизни, а уж тем более чужой. Таков латентный мотив многих преступных посягательств
   В основе мотивации криминального поведения нередко усматриваются попытки восстановить социальную справедливость, а наказание чаще всего воспринимается (теми лицами, которые ему подвергаются) как несправедливое. Особенно интересно рассмотреть ее через призму власти. В какой мере власть готова выполнять те требования, которые она предъявляет населению, - вот тот основной вопрос, ответив на который, можно оценить ее качества.
   В этой связи наиболее очевидным фактом является то, что раньше тщательно скрывалось - обладание властью позволяет избежать уголовной ответственности (категория ответственности моральной многим современникам может показаться просто наивной) и даже вовсе исключить ее. Отсюда "хождение во власть" представителей криминалитета. Следовательно, лица, обладающие властью, вовсе не намерены на собственном примере доказывать действенность конституционного положения о равенстве всех перед законом.
   Последние годы явно демонстрируют принципиальное отчуждение власти от общества, населения, вернее разделение общества, населения на "наших" и "не наших": на "народ" - "наши" и электорат - "не наши", которых "народ" использует в своих узких, эгоистических целях обогащения. Это видно во всем: в размерах окладов представителей администрации и депутатского корпуса в центре и на местах, которые на несколько порядков выше среднестатистических показателей, лоббировании кастовых интересов в представительных органах, вопреки общественным запросам, а главное - в стремлении безудержно обогащаться (используя властные полномочия).
   Такая патологическая алчность сама по себе является признаком культурного одичания (В этом смысле власть вернулась в эпоху рабовладельчества). И конечно, жажда обогащаться сметает на своем пути любые запреты, включая уголовно-правовые. Отсюда широкомасштабная коррупция, здесь эгоистические истоки мотивации принятия решений, криминализирующих экономику. С учетом данного фактора следует анализировать причины устойчивого нежелания власти соблюдать элементарные требования социального управления, маскируя это нежелание целенаправленным воздействием на граждан через СМИ криминальной хроникой обычных преступлений.
   Механизм создания криминальной хроники довольно прост: журналисты производят искусственный отбор новых криминальных сообщений, руководствуясь выработанными в обществе стереотипами. Одна из тем сообщений становится на определенном временном отрезке ведущим критерием такого отбора, а затем результаты преподносятся на "общественный суд" В поисках "подходящих сообщений" все ищущие проделывают одно и то же. Они слушают, смотрят, читают, анализируют одни и те же источники информации - милицейские сводки. Пресс-службы правоохранительных органов участвуют в организации этих "реалий преступности" лишь настолько, насколько они обеспечивают СМИ сообщениями о преступлениях, интересных в данный момент для общественности, то есть подходящих с точки зрения СМИ для распространения.
   Если обобщать картину преступности, какой она предстается в СМИ, то наиболее характерными ее особенностями являются следующие:
   1. Преступность почти всегда носит насильственный характер (это далеко не так, поскольку появилась новая институциальная экономическая преступность, которая совершает преступления легально, благодаря закладываемой в законы криминалоемкости). Преступник и жертва, как правило, незнакомы друг с другом. Насилие в семье, между родственниками, друзьями, соседями и знакомымн обычно не показывается. Экономическая преступность для СМИ является темой сложной, поэтому второстепенной.
   И это мнение СМИ о преступности оказывает существенное воздействие на восприятие населением общественной безопасности. В результате этого рождается немало ложных стереотипов. Например, насильственные преступления, о которых сообщают СМИ, совершаются, как правило, неизвестными потерпевшим людьми. Поэтому и страх населення, вызываемый освещением в СМИ, связан, прежде всего, с чужими, неизвестными лицами. Но на самом, деле такие преступления совершаются довольно редко, и получается, что население боится как раз наименее вероятного. Меньше же всего люди думают о насильственных преступлениях в семье или ближайшем социальном окружении (родственники, друзья, знакомые, соседи), хотя именно они совершаются чаще всего.
   2. В центре внимания СМИ обычно совершенное деяние и его расследование. Процесс же возникновения преступного умысла, а также дальнейшие судьбы жертвы и преступника не рассматриваются. Криминальное событие изображается прежде всего с точки зрения закона, для которого не так интересна личностная и социальная подоплека преступления. Реалъная преступность, какой она обнаруживается в результате криминологических исследований, в очень малой степени отражается СМИ. Иными словами, преступность, показанная в СМИ, сильно отличается от своего прототипа.
   3. В мире преступности социальный контроль, освещаемый в СМИ, осущестляется исключительно только правоохранительными органами. Неформальный контроль семьи, школы, коллектива представляет для СМИ гораздо меньший интерес. Социальные причины преступности не выявляются и не освещаются. Борьба с преступностью приносит успех, как чаще всего подается в СМИ, в результате репрессивных действий. Большинство населения разделяет мнение СМИ о том, что преступность может быть побеждена за счет улучшения оснащения милиции, прокуратуры, суда, а также путем ужесточения наказания преступников. Работой милиции, о которой становится известно из сообщений СМИ и которая изображается как довольно жесткая репрессивная деятелъностъ, в общем и целом люди довольны. Здесь сказыеается общая сильная переоценка роли формального социального контроля, осуществляемого правоохранительными органами, сводится на нет самодеятельный контроль населения.
   Такая реакция влияет, в конечном счете, не только на поведение членов общества, но и на ужесточение уголовного законодательства, которое с криминологической точки зрения нельзя оправдать.
   4. В изображении СМИ криминальное событие изолируется от социальных и индивидуальных взаимодействий, из-за чего преступностъ воспринимается как сенсация, и остается непонятной, то есть без начала и конца. Сцены насилия в СМИ ведут к пресыщению, привыканию и приспособлению к агрессивности. Новый социально-психологический механизм взаимодействия СМИ и общественного мнения способен вызывать даже "криминальные волны", то есть создать впечатление о периодических взрывах или "эпидемиях" уголовных преступлений.
   Эмпирические данные свидетельствуют, что эмоциональность реакции на преступления и преступника возрастает по мере увеличения несоответствия между изображаемыми и действительными преступлениями и преступниками. А СМИ, как будто по специальному заданию, не то что отображают, а именно смакуют негативные стороны нашей жизни. Особенно преуспевает в этом отечественное телевидение.
   Российские телевизионщики утверждают, что они сообщают только "голую" правду. Правда, состоящая из одной только "чернухи", из ежедневных катастроф, скандалов и компроматов, отупляет людей. Они становятся равнодушными и жестокими, как наколотые наркоманы. Умело используемая чернушная правда является настоящим психическим наркотиком. Российское телевидение сознательно сажает народ на чернушную правду, как продавцы наркотиков на иглу и "колеса".
   Российское телевидение с изощренной циничностью старается в первую очередь отразить темные стороны нашей жизни, руководствуясь циничной установкой западных журналистов "Хорошая новость - это плохая новость!" Причем страдания человека никого не трогают. С мельчайшими подробностями как в солидном самоучителе на телевидении демонстрируются содержание различных технологий умерщвления как отдельного человека, так и групп людей. Фактически в телевидении сформировалось новое направление аналогичное порнографии, которое можно назвать "Некрографией" и функция которого сформировать из психически неустойчивого зрителя потенциального убийцу. Тележурналисты ведут себя нагло и беспардонно. Нынче только ленивый не лезет с телекамерой в душу человека. Какая разница что показывать: горе безутешных родственников подводников "Курска" или очередную жертву дорожно-транспортного происшествия, заказного убийства. Происходит откровенная эксплуатация самых низменных инстинктов человека, что более всего сказывается на молодом поколении, не способном реально оценить подаваемую информацию, и дегенерирует его.
   Прошлые сезоны нашего телевещания "подарили" зрителям целый набор программ, которые рассчитаны на инстинктивные, и порою не самые лучшие реакции публики. Установка на отрицательные эмоции закреплена уже в названии соответствующих проектов: "Алчность", "Слабое звено", "Народ против...", "Последний герой", в которых вместо традиций отечественной культуры утверждаются западные индивидуалистические принципы исключения из команды сильных конкурентов, эксплуатации слабых, подталкивания оступившихся, демонстрации силы и нахальства. Зрителей приучают быть жестокими и равнодушными. Любой квалифицированный психолог сделает вывод, что совокупность используемых в данных программах приемов психологического воздействия, как на участников передач, так и на аудиторию, позволяет говорить о преднамеренном манипулировании сознанием, о создании обстановки, провоцирующей инстинктивные защитные реакции индивидуума и разрушающей привычные Российской цивилизации модели коллективного поведения социальных групп. Нам с помощью телевидения внушается мысль, что гораздо выгоднее (не морально, не этично, а именно выгоднее) теперь действовать, придерживаясь даже не индивидуалистической концепции "Помогай себе сам!", а руководствуясь людоедским принципом "Один против всех!" Легендарный лозунг "Один за всех и все за одного" выглядит в таком контексте анахронизмом из сказочного фильма о мушкетерах. Ведь героем нашего телевидения является не честный труженик и доблестный защитник, а криминальный "авторитет", сумевший изловчившись откусить часть общественного пирога, и чем больше, тем почетнее. А если при этом он еще ухитряется "замочить" не в сортире бандитов, а вполне честных граждан-"лохов", то уважение ему оказывается тем больше, чем больше он "замочит" (вспомним дело "санитаров", которых освободили в зале суда из-за "недоказуемости" фактов убийства 17 человек - это только известные факты, а сколько фактов оказалось сокрыто?) Все это рождает и периодически поддерживает у обычного россиянина чувство страха за свою жизнь, что делает его робким при любом насилии.
   Когда с экрана российского телевизора в течение многих часов демонстрируется, что наш народ ленив и безынициативен, склонен к алкоголю и агрессии, то молодое поколение россиян, следуя объективным процессам новой дифференциальной социализации и дифференциальному подражанию поведения, выбирает соответствующую модель поведения, что и необходимо зарубежным заказчикам информационно-психической войны. Это тем более опасно, что мощным оружием новой информационно-психической войны являются самореализующиеся пророчества (прогнозы) - тенденция, выраженная в том, что ожидания вызывают поведение, их подтверждающее. Люди, далекие от психологии и не подозревающие о существовании этого феномена, никогда не догадаются, что упорная демонстрация "чернухи" на экранах наших телевизоров невольно заставляет российских зрителей подстраиваться к общей, как им кажется, ситуации и конструировать свое поведение, подтверждая "черное" пророчество, что и необходимо заказчикам этой войны.
   Пока информационно-психическая война происходит по сценарию, разработанному не в России, а на Западе, и психотронным оружием, разработанным также на Западе, но вложенным в российские руки. Россияне убивают россиян и в прямом и в переносном смысле. Этому способствует российская интеллигенция, ничего не противопоставляя психотронному оружию. Ежегодно Россия теряет почти миллион своих граждан, подтверждая самые пессимистические прогнозы демографов: через 50-70 лет остатки россиян могут раствориться в соседних, более пассионарных этносах. Наши правнуки, например, может быть будут говорить по китайски, а русский язык будут изучать только археологи и филологи, как сейчас они изучают санскрит.
   Конечно, не только СМИ "виноваты" в распространении чувства страха у населения, агрессивности поведения, ужесточения законодательства и усилении уголовных репрессий, малооправданных с криминологической точки зрения, но они играют значительную роль в создании напряженной атмосферы, способствуют ее нагнетанию. Человек, который часто смотрит телевизор, в отличие от того, кто смотрит его реже, воспринимает мир по-другому. Он более подозрителен, боязлив, опасается стать жертвой преступления, постоянно чувствует угрозу по отношенню к себе. Эта чрезмерная боязливость возникает из-за того, как показываются преступления, и из-за чрезмерной драматизации криминальной обстановки и героизации силовых методов решения проблем, как это обычно происходит в преступной среде. Откройте любую телевизионную недельную программу передач и в ней вы найдете не менее десятка сериалов, пропагандирующих героику бандитской жизни, подробно излагающих различные технологии лишения человека жизни, собственности, денег. Не хотите смотреть про убийства, можете смотреть сериал про расследование различных преступлений, в том числе убийств. Ну, в крайнем случае, можете смотреть несколько сериалов о том, как судят убийц и какие минимальные сроки назначаются за это преступление - ведь на смертную казнь наложен мараторий.
   Приведенные доводы не означают необходимости принятия мер для ограничения свободы СМИ. В демократическом государстве (каковым мы себя называем) СМИ должны стремиться к обьективному изображению преступности и уголовной юстиции. СМИ играют очень важную социальную роль, но в то же время они создают и фальшивые представления о преступности в обществе
   В 90-х годах мы стали очевидцами двух негативных явлений в культурной среде России:
   I) экспансии худших вариантов западной культуры;
   2) завоевывания все новых и новых позиций криминальной культурой.
   Одна из целей влияния на культурную среду - воздействие на преступность. Причем далеко не всегда к намерениям тех или иных субъектов относится изменение культуры в целях уменьшения преступности. В любом обществе всегда существуют криминальный и антикриминальный, конструктивный и деструктивный векторы развития культуры. Источники импульсов деструктивного развития культуры могут быть как внешними (вероятный военный противник, экономические конкуренты), так и внутренними (криминальный мир, компрадорская буржуазия, и иные консорции, для которых культурная среда народа является чужеродной).
   В этой связи представляют интерес относящиеся к 1945 году размышления А. Даллеса о реализации американской послевоенной доктрины против СССР: "Посеяв там хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фалъшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих союзников и помощников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного необратимого угасания его самосознания... Литература, театры н кино - все будут изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и подниматъ так называемых художннков, которые станут насаждать и вдалбливатъ в человеческое сознание культ секса, насилня, садизма, предательства - словом, всякой безнравственности... Честностъ и порядочностъ будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пянство и наркомания, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предателъство, национализм и вражду народов, прежде всего, вражду и ненависть к русскому народу - все это мы будем ловко и незаметно культивировать. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или даже понимать, что происходит, Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище, найдем способ их оболгать и объявитъ отбросами общества". Изменение культуры происходит главным образом за счет изменения способов удовлетворения потребностей. Подчас это может изменить и потребностные стандарты. В основном же, изменение иерархии потребностей происходит под влиянием идеологии и религии.
  

Структура организованной преступности

  
   Существующие организованные преступные группы и сообщества характеризуются рядом общих свойств.
   Во-первых, для них, как и для одиноких профессиональных преступников, характерно предумышленное, заранее планируемое преступное поведение, которое финансируется из общих материальных и финансовых средств и результаты которого пополняют эти средства. Если в начале эти средства представляли общие денежные кассы (так называемый "общак"), то сейчас финансовые средства организованная преступность вкладывает в недвижимость или банки, которые ею контролируются. Вот почему порой очень трудно отличить по внешним признакам обычных предпринимателей от обычных представителей организованной преступности.
   Во-вторых, существует сговор о преступной деятельности постоянного характера. Высокоинтеллектуальные субъекты организованных преступных групп внимательно изучают действительность, происходящие в ней изменения, конъюнктуру, рынок, оценивают эффективность своей деятельности, в известной мере осуществляют прогноз тех или иных способов совершения преступлений, используя самые последние разработки в области организации труда и науки. При этом используются самые современные технические средства и мощная информационная база, которая позволяет иметь колоссальные материальные и интеллектуальные доходы. Систематически накапливается информация о коррумпированных чиновниках, о положении дел в органах власти и управления, особенно в правоохранительных органах. Особой статьей идет информация о банках и коммерческих структурах.
   Управление организованных преступных групп осуществляется коллегиальным органом, в который входит группа лиц, имеющих равное положение. Они вырабатывают свою собственную систему норм поведения, ценностных ориентаций. Эти нормы поведения касаются разных аспектов взаимоотношений членов организованных преступных групп между собой и с другими субъектами, в том числе и во время легального предварительного расследования, и при судебном разбирательстве, и в период отбывания наказания. В последнее время в развивающейся организованной преступности появился свои оснащенные новейшей техникой следственные органы, которые параллельно с официальными органами расследуют стихийные преступления, и свой арбитражный суд, который разбирается с конфликтами среди организованных групп. С этой же целью проводятся систематические встречи лидеров, на которых достигаются договоренности по спорным вопросам.
   В-третьих, поскольку речь идет о сложной преступной деятельности, она осуществляется на основе сплочения лиц, совершающих преступления, разделения между ними преступных ролей, иерархической системе взаимоотношений. Выделяются фигуры организаторов, руководителей. Чем выше уровень преступной организованности в группе, тем более организационные, управленческие функции отстоят от непосредственно исполнительских. Здесь наблюдаются и почти самостоятельные группы, и зарубежные филиалы, и финансовые органы, и разведка и контрразведка, и связники с контролерами, и многое дугое, как и в официальном государстве, без чего организованная преступность не может обойтись.
   В-четвертых, организованные преступные группы носят устойчивый характер. Между их членами поддерживаются определенные изустно закрепленные взаимоотношения и в период между непосредственным совершением конкретных преступных деяний.
   В-пятых, это целенаправленная разработка мер защиты от разоблачения и привлечения виновных в совершении преступлений к установленной законом ответственности. Причем эти меры носят упреждающий характер. Отсюда развитие таких специфических явлений, как разведка и контрразведка, тщательно осуществляемые организованными преступниками, чуть ли не поголовное коррумпирование работников в правоохранительных, хозяйственных и других органах, внедрение в эти органы своих людей. Если не удается применить коррупцию, используются меры по дискредитации соответствующих лиц, замене их на более сговорчивых. В крайних случаях применяется физическое насилие и устранение неугодных, для чего содержатся профессиональные киллеры.
   Модель организованного преступного сообщества можно представить в виде пирамиды.
   В основании этой пирамиды находятся разного рода расхитители, цеховики и другие конкретные организованные преступные группы, например, квартирных воров, мошенников, отдельные преступники-профессионалы. Все они в целом - исполнительная система организованной преступности.
   Над ними располагается группы обеспечения и безопасности. В группу обеспечения входят лица, непосредственно не принимающие какого-либо участия в конкретных преступлениях. К их функциям относится: реализация решений элитарной группы; контроль за деятельностью исполнителей; разрешение различного рода спорных ситуаций между преступными группировками, отдельными преступниками, входящими в нижний эшелон организованной преступности; обеспечение устойчивой связи внутри организованного преступного сообщества и с другими подобными образованиями; охрана представителей элитарной группы; обеспечение мер, направленных на повышение эффективности деятельности исполнителей; выявление и включение в систему ранее не охваченных организованностью преступных групп, преступников-профессионалов; пропаганда и распространение преступной идеологии; легализация преступно добытых ценностей, организация материальной и моральной поддержки членов сообщества, оказавшихся в местах лишения свободы, а также членов их семей. Сюда же входят отдельные профессиональные убийцы-киллеры и бригады боевиков, которые на преступном жаргоне "Фене" именуются "быками". Быки имеют прекрасное вооружение: новейшие пистолеты, автоматы, гранатометы, радиоуправляемые взрывные устройства, радиостанции и мобильные телефоны, зарубежные автомобили и отечественные вертолеты. В Чечне у боевиков были легкие самолеты, бронетранспортеры и даже танки.
   За первые 3 года реформ в России с армейских складов было похищено 30 миллионов единиц огнестрельного оружия. Следует предположить, что за последующие 14 лет похищено было еще порядка 70 миллионов единиц огнестрельного оружия, что достаточно для вооружения всего взрослого населения России. Такое предположение верно, и свидетельствовать об этом может сообщение известного специалиста в этом вопросе А. Гурова, что у населения ежегодно 500000 единиц огнестрельного оружия изымается, 160000 выкупается. И ежегодно население похищает порядка миллиона единиц стрелкового оружия. У россиян на руках - 13 миллионов единиц только зарегистрированного стрелкового оружия. Следует отметить, что у 301-миллионного населения США на руках около 130 миллионов зарегистрированных "стволов" и примерно столько же незарегистрированных.
   "Быки" также предоставляют принудительные охранные услуги частным предпринимателям, выступая в качестве "крыши", что является фактически завуалированным "рэкетом". Поскольку они получают свои 10 процентов с прибыли, они следят за поддержкой предпринимателями высоких цен. Роль "крыши" все больше сводится к поддержанию монополизма в том секторе рынка, который они контролируют.
   Естественно, подобная ситуация активно используется криминальными структурами, так и предприятиями. Так, Вологодский Подшипниковый завод, по данным прессы, опекался ингушскими фирмами, зависящими от преступных группировок. Ингуши помогали заводу скрывать налоги в Ингушской свободной экономической зоне.
   Помимо бандитских охранных структур существуют еще официальные (лицензированные), созданные бывшими сотрудниками правоохранительных органов. Особое место занимает милицейская "крыша", которая может быть как официальной - на основе договора с Управлением вневедомственной охраны, так и неофициальной - личная договоренность с руководством районного подразделения. Наиболее опасная тенденция - вытеснение и подмена милицией криминальных группировок, "крышующих" средний и мелкий бизнес, с присвоением себе и функций криминального бизнеса, и его доходов. Охрана милицией проституток - лишь цветочки. По оценке экспертов, до 60 процентов выручки от контрабанды поступает не контрабандистам, а "работающим" с ними органам власти и правоохранительных структур.
   В связи с этим становятся неудивительны процессы, идущие в последнее время в органах МВД, прокуратуры: прежде всего вымывание опытных и честных кадров.
   Многие эксперты считают, что милицейская "крыша" принципиально не отличается от бандитской. Безусловным плюсам первой является то, что она вытесняет вторую с рынка охранных услуг, в результате чего происходит некоторое сокращение финансовой базы организованной преступности. К минусам следует отнести то, что большинство расчетов в этой сфере происходит "черным налом". Кроме того, закономерным результатом и развития милицейских "крыш" стало их сближение и даже срастание с организованной преступностью. Более того, генералы силовых ведомст сами стали организовывать банды, изготовляющие оружие, занимающиеся рэкетом, не чурались и убийств.
   Группу безопасности ОПГ составляют полезные организованному преступному сообществу лица: отдельные скорумпированные работники государственного аппарата, юристы, врачи, экономисты, журналисты. В их функции входит выполнение определенных действий, в целом обеспечивающих наибольшую эффективность деятельности организованного преступного сообщества: обеспечение высокого социального престижа лицам из элитарной группы; создание условий, препятствующих организации эффективной борьбы с преступным сообществом; компрометация либо нейтрализация (вплоть до физического устранения) работников различных контролирующих, правоохранительных органов, активно противоборствующих организованной преступности; принятие мер по освобождению членов сообщества от уголовной ответственности либо смягчению наказания; консультации по правовым вопросам; обучение членов сообщества формам и методам деятельности органов внутренних дел в борьбе с преступностью; обеспечение их документами прикрытия.
   Важной стороной деятельности группы безопасности является вовлечение в сферу неофициальных экономических отношений лиц государственного аппарата путем широкого подкупа служащих. Формы подкупа практикуются самые разные: от разовых подачек-взяток, взятия должностных лиц на содержание до вовлечения должностных лиц в организованное преступное сообщество путем принятия его в долю. В ряде случаев организованное преступное сообщество внедряет своих людей в государственный аппарат, в том числе и в правоохранительные органы. Такой чиновник иногда делает карьеру в государственном аппарате, не без помощи преступников.
   Наверху пирамиды организованного преступного сообщества находится так называемая "элитарная" группа, представители которой - теневые лидеры осуществляют организаторские, управленческие, идеологические функции в организованной системе в целом. Они, как правило, не имеют прикосновенности к совершению каких-либо конкретных преступлений, оставаясь в связи с этим вне пределов действия правоохранительных органов.
   В элитарную группу входят руководители теневых производств, руководители бригад "быков", "воры в законе" и авторитеты. Только последних в России насчитывается порядка трех тысяч человек, а вся элитарная группа насчитывает несколько десятков тысяч человек. Еще несколько десятков тысяч человек составляют высококлассные технические специалисты, оплачиваемые организованной преступностью. Причем они не всегда информированы на кого они работают и какие конечные цели преследуются при решении поставленных им задач. В связи с этим организованная преступность приобретает легально и нелегально новейшие технические отечественные и импортные средства, которые еще не успели поступить на вооружение армии и других силовых структур.
   В связи с этим меняется система интересов организованной преступности. Наряду с экономическими преступлениями все большую часть начинают составлять интеллектуальные преступления, несанкционированный допуск к закрытой информации, использование этой информации для коррупционных целей. У организованной преступности появляются свои следственные органы, которые пытаются (и часто довольно успешно) расследовать "неорганизованные" преступление. Организованные преступные группы начинают выполнять функции официального государства, с которыми оно не справляется. Начальник московского НИИ МВД России В.И. Попов считает, что современная организованная преступность характеризуется следующими системными качествами:
   управляемость и монополизация криминальной среды. С появлением в криминальной среде структур, организационно объединяющих различные преступные формирования, преступность представляег собой цепь не разрозненных преступлений, а целенаправленную, планомерную деятельность;
   выделение некриминализированной деятельности отдельных субъектов организованной преступности. Осуществление руководства оргаиизоваиными структурами входит в компетенцию криминальной "бюрократии", являющейся стержнем организованной преступности, которая не совершает конкретных преступлений, но управляет преступностью в целом на определенной территории, в сфере экономики, отрасли хозяйства. планирует и организует совершение новых преступных акций;
   широкомасштабность преступной деятельности, поделенной на сферы влияния как в отраслевом, так и в территориальном отношеииях, отличается многоплановостью и охватывает большинство областей жизни общества. Она уже не ограничивается замкнутым пространством одного региона, проникла в жизненно важные отрасли экономики, в том числе научно-производственную, оборонную, добывающую, перерабатывающую, внешнеэкономическую, банковскую системы, ТЭК и другие;
   использование современных противоправных методов и технологий противодействия власти. Преступные формирования располагают хорошо отлаженной системой противодействия правоохранительным органам, используют для защиты своих интересов средства массовой информации, ведут целенаправленную пропаганду криминальных ценностей и образцов преступного поведения, вовлекают новых членов в организованные преступные образования, в том числе несовершеннолетних;
   коррумпированность. Организованная преступность создает и последовательно укрепляет свои позиции в аппаратах органов власти и управления, внедряет в них своих людей, подкупает влиятельных чиновников, лоббирующих ее интересы. Без коррупции организованная преступность в ее нынешнем виде была бы невозможной. К сожалению, остановить процесс коррумпирования практически всех ветвей власти не удается. Дело не столько в том, сколько уголовных дел возбуждается против коррупционеров, хотя их число постоянно увеличивается, сколько в том, что сегодня нет надежного заслона влиянию преступных сообществ на власть, нет действенной системы превентивных мер.
   Подробное рассмотрение этих качеств позволяет сделать вывод, что организованная преступность в наше время стала системообразующим фактором нашего государства. Беда заключается в том, что первый президент России Б.Н. Ельцин сознательно или бессознательно "крышевал" организованную преступность, всячески препятствуя принятию законов по борьбе с ней. Он систематически возвращал эти законы на переработку в Федеративное собрание, мотивиру возврат тем, что эти законы "ущемляют права человека (?!!!)". А.А. Коржаков пишет про первого президента, что "ему не нравилось слышать о воровстве". Но, имитируя бурную деятельность по борьбе с организованной преступностью, он выпускал "грозные" антикриминальные указы, в которых начисто отсутствовали конкретные меры пресечения преступной деятельности, что предусматривали отвергаемые им законы. Как говорится, вся его энергия уходила в свисток, а поезд и поныне стоит на остановке. Законы "О борьбе с коррупцией" и "О борьбе с организованной преступностью" до сих пор не приняты.
  

Отношение государства к организованной преступности

  
   В истории человечества у отдельных лиц или групп лиц всегда преобладало и преобладает стремление к власти над людьми и к богатству, по существу то и другое пересекается. В то же время им всегда противостоят другие, жаждущие того же. В этом противостоянии победившие старались узаконить свое завоевание, придать ему легитимный характер, побежденные же объявлялись, в лучшем случае - плохими людьми, в худшем - преступниками, в том числе и организованными преступными группами с соответствующими последствиями. Например, все исследователи пишут об убийцах Павла I, как заговорщиках, однако они не были привлечены к уголовной ответственности; и в официальной историографии никто не указывал на нелигитимность правления Александра I, которого "поставили" на трон убийцы, хотя и тогда подобная деятельность признавалась преступной (достаточно вспомнить казнь Мировича, пожелавшего возвести на трон опального царевича; ну что ж, не победил). Точно так же могла поступить судьба и 14 декабря 1825-го года. Об этом же свидетельствуют неисчислимые перевороты во всех странах мира, в том числе и французская буржуазная революция, и октябрьская революция в России и множество других революций с массовыми казнями проигравших. Именно поэтому вопрос об организованной преступности не так и прост, поскольку он довольно часто решается именно с позиций победившей стороны, которая старается отгородить себя соответствующими законами.
   На этом фоне естественным является признание преступным и Кронштадского восстания моряков, и многочисленных крестьянских восстаний в СССР после 1917-го года. И только через десятки и сотни лет история "просыпается" и говорит о том, что это была нормальная реакция населения на ненормальные условия существования. По существу человечество ходит по заколдованному кругу: власть и богатство имущие их никогда добровольно не отдадут ни полностью, ни частично вне зависимости от того, какая часть населения бедствует; далеким от властного пирога никогда это не нравилось и нравиться не будет, естественно их стремление изменить положение вещей; до возможной победы они значатся в списках организованных преступных групп, а в случае возможной победы сами становятся государством и все начинается сначала - несправедливость власти, единицы дорвавшихся до нее, бедность определенной части населения и их недовольство сложившейся ситуацией (так было в результате победы восстания маздаков, в СССР, победы христианства во многих странах, где ситуация ничуть не изменялась даже с приходом к власти самих церковников).
   Кто-то скажет, что все это разговоры о политической борьбе. Конечно, да. Тем не менее, во-первых, об этом не стоило бы говорить, если бы преступления против государства (и соответствующая часть организованной преступности) не входили в уголовный кодекс, но поскольку это не так, определенные групповые посягательства на власть автоматически становятся организованными преступлениями. Организованная преступность лежит в основе насильственного захвата власти или насильственного удержания ее (ст. 278 УК), вооруженного мятежа (ст. 279 УК), диверсии, совершенной организованной группой (ч. 2 ст. 281 УК), возбуждения национальной, расовой или религиозной вражды (п. "в" ч. 2 ст. 282 УК). Не так уж редки и примеры близости целей и параллельного действия организованной преступности "уголовной" и "политической": в Италии 70-80 годов XX века в равной мере убивали политиков, журналистов, судей, взрывали бомбы в общественных местах и члены "уголовных" организованных преступных групп (сиречь мафия), и члены "красных бригад". И сегодня освободительные движения (партизаны в Колумбии, террористы Палестины и так далее) применяют те же самые методы захвата власти, что и мафия; и с позиций действующего законодательства они также представляют собой организованную преступность. В.Д. Николаев приводит факты сращивания организованной преступности, финансов, бизнеса и крайне "правых", руководимых Б. Голдуотером.
   А, во-вторых, кто и где видел стремление только к богатству без стремления к власти. По мнению бывшего министра юстиции США Р.Кларка, организованная преступность, кроме легального бизнеса в различных сферах, оказывает влияние и на "правительственные организации, занимающиеся услугами и контрактами, а также органы, выдающие лицензии и устанавливающие зональные тарифы", мало того, "организованная преступность не может процветать без покровительства со стороны органов, применяющих право". То же мы видим и в отечественной литературе: организованная преступность "захватывает наиболее прибыльные сферы криминальной деятельности, проникая в легальный бизнес, во властные структуры и политику...". Организованная преступность сегодня, как и всегда, в своих высших формах проявления стремится не только к экономическому благополучию, но и к власти, подкармливая ее, заставляя власть служить своим интересам; в итоге организованная преступность всегда отражает стремление к власти. Это - первая аксиома.
   Вместе с тем вызывает интерес и соотношение организованной преступности с государствами той или иной формы правления. Общепризнанным является то, что государства с тоталитарной формой правления более эффективно борются с организованной преступностью, нежели демократические. И обычно в качестве примера приводят фашистскую Италию, нацистскую Германию и СССР, в которых прежде всего автоматически уничтожались возможные политические оппоненты, следовательно, "политическая" организованная преступность, а затем и "уголовная". "В 1924-м году во время поездки по Сицилии Бенито Муссолини впервые воочию убедился в реальной силе и власти местной мафии. Его самолюбие было оскорблено настолько, что он громогласно пообещал истребить мафию на корню.... В 1927-м году шеф полиции торжественно объявил, что мафия разбита. "Мы сделали то, - громогласно заявил он, - что не смогли до нас сделать все предшествующие правительства". С этим спорить не приходится. С делами в СССР было несколько иначе, здесь организованная преступность, хотя и в меньших масштабах, продолжала существовать даже при жизни И.В. Сталина. Тем не менее, организованная преступность в СССР была сравнительно незначительной.
   Однако подобное исходило вовсе не из абсолютного идеологического неприятия данными режимами организованной преступности как таковой. История показывает, что крайние политические течения не брезговали связью с организованной преступностью в своих интересах на пути к власти или в стремлении удержать в своих руках власть. Так, известно, что в СССР после революции был создан, в основном из бандитов Одессы, полк, которым командовал небезызвестный Мишка Япончик. Вполне понятно сращивание интересов организованной преступности и интересов крайних "политических" течений, которые в одинаковой степени стремятся к власти, ведь в союзе друг с другом добиваются этого легче, что вовсе не означает сохранения взаимных интересов после прихода к власти или достаточного усиления ее. Скорее всего, в таких условиях более сильная победившая сторона не потерпит конкуренции и постарается уничтожить соперника; нетрудно предугадать, кто будет выступать в качестве последнего - тот, кто идеологически слабее.
   На этом фоне возникает несколько аксиом: вторая - в современном обществе постоянно происходит сращивание так называемой чисто уголовной организованной преступности и организованной преступности политической; третья - для борьбы с организованной преступностью требуются довольно жесткие меры, приближенные к мерам, свойственным тоталитарным режимам.
   А как же соотносятся между собой так называемые демократические государства и организованная преступность? Вот тут начинается самое интересное - поиск ответа на вопрос о том, на сколько готово такое государство к борьбе с организованной преступностью. В тоталитарном государстве все понятно: имеется жестко поставленная цель, и все, что противостоит движению к ней, должно быть уничтожено. В демократическом государстве вопрос так стоять не может, поскольку оно предполагает существование полярных мнений на общественное устройство. Если исходить из предыдущей аксиомы, то демократические государства вообще не способны бороться с организованной преступностью. И некоторые примеры вроде бы об этом свидетельствуют.
   Общеизвестно, что организованная преступность в самой высшей форме своего проявления возникла в США на фоне введенного в январе 1920-го года "сухого закона", и бутлегерство оказалось благодатной почвой для существования гангстерских групп и кланов. Гангстерские войны, убийство полицейских и иных представителей власти, все более разви­вающаяся коррупция и все шире развивающаяся организованная преступность - вот итог "сухого закона". Естествен вопрос - зачем понадобилось государству столь глубоко затрагивать пусть пагубные, вредные, но веками существующие традиции.
   И потому недоуменный вопрос о том, зачем США понадобилось вносить даже в Конституцию 18-ю поправку в виде "сухого закона", когда они к этому не были готовы, не может найти разумного ответа. В результате к моменту отмены данного закона (5 декабря 1933-го года) США получили полностью сформировавшуюся, в высшей степени организованную "уголовную" преступность, которая не исчезает, и едва ли исчезнет.
   Выводы: 1) государство ввело условную преступность, пытаясь уничтожить вековые традиции волюнтаристским путем, и именно потому 2) проиграло одну из первых битв с организованной преступностью; 3) проиграв же, показало свою слабость, чем порадовало организован­ную преступность даже на фоне того, что последняя много потеряла на отмене "сухого закона".
   Очень похожая ситуация складывается с наркотиками. Население с давних пор использует их в качестве "золотой пыли" с более мощным (как уверяют наркоманы) характером действия по сравнению с алкоголем. И здесь государство начинает проигрывать и постепенно отступать. Ярким примером этому служит легализация употребления мягких наркотиков в некоторых государствах (Голландия и др.) и стремление к таковой в других. Опять поле битвы осталось за традициями и за организованной преступностью, которая и в плане мягких наркотиков (как и в вопросе с алкоголем) победила, перестав быть преступностью и превратившись в легальный бизнес.
   Надо ли государству бороться с организованной преступностью в плане обращения наркотиков? Все зависит от нескольких факторов:
   1) алкоголь легализован в большинстве стран, кроме мусульманских;
   2) отсюда нужно максимально точно знать, все ли виды наркотиков более вредны для человека, чем алкоголь. Если часть видов наркотиков столь же вредны для человека или даже менее вредны по сравнению с алкоголем, то о них государству просто нужно забыть, забыть и о соответствующей "преступности", в том числе и организованной. Необходимо бороться с обращением тех наркотиков, которые существенно вредны для человека, и с организованными группами, занимающимися этим, но без каких-либо отступлений и проявлений слабости.
   С аналогичным сталкиваемся и в некоторых других сферах действия организованных групп (проституция, азартные игры и так далее). Особенно пикантная ситуация складывается вокруг проституции, которая стара как мир. Абсолютное большинство мужчин в силу особенностей психики и генетики при 100 процентах тайности готовы к встречам с проститутками вне зависимости от того, рабочие они, бизнесмены, министры, парламентарии или президенты. Газета "Известия" писала о существовании в Чебоксарах публичного дома, посетителями которого были представители всех политических партий - от коммунистов до христианских демократов. Однако открыв дверь своей квартиры или кабинета, они становятся такими жуткими моралистами, что просто удивляешься их двоедушию, и со всем административным пылом борются, борются и борются, забывая о том, что проституция пережила сотни поколений таких, как мы, и еще переживет сотни поколений; что бороться с нею абсолютно бесперспективно (мусульмане легально имеют до четырех жен и ничего, мир не рухнул; не являются исключением и христиане - мормоны и др.); что даже Христос защитил Марию Магдалину. Организованная преступность вокруг проституции существует на основе либо полного, либо частичного запрещения государством данной деятельности. Не является исключением и уголовное право России, которое на протяжении всего XX века так или иначе признавало преступной определенную деятельность в связи с проституцией, хотя, надо отдать должное, не стремилось объявлять преступным само занятие проституцией. Так, УК 1926-го года признавал преступным понуждение к занятию проституцией (ст. 155), понуждение несовершеннолетних к занятию проституцией (ст. 732 ), содержание притонов разврата (ст. 155); УК 1960-го года - вовлечение несовершеннолетних в занятие проституцией (ст. 210), содержание притонов разврата (ст. 226). В действующем законодательстве само занятие проституцией объявлено административным правонарушением, тогда как уголовным преступлением признано вовлечение в занятие проституцией (ст. 240 УК 1996-го года), и организация и содержание притонов для занятий проституцией (ст. 241 УК).
   Можно констатировать, что а) законодатель стремится к запрещению проституции, чего он делать не должен был, поскольку тем самым создал базу для организованной преступности, бороться с которой он не в силах (достаточно ознакомиться с мнением работников милиции по данному вопросу); б) вполне естественным является признание преступ­ным вовлечение в занятие проституцией, которое в ст. 240 УК напрямую связано с деформацией воли женщины на основе либо физического или психического насилия, либо обмана, поскольку насилие над волей человека недопустимо; в) вызывает, мягко говоря, недоумение признание преступным организации и содержания притонов для занятий проституцией. В последнем с необходимостью проявляется и законодательная традиция, и логичное следование административному запрещению проституции. Однако с позиций здравого смысла и санитарно-гигиенических правил подобное не выдерживает критики. Оказывается, с позиций уголовного права проституцией можно заниматься в подворотнях, на лестничных площадках, в скверах, городских садах и кабинетах - и это уголовно-правовая норма проституции; а вот в комфортных условиях квартиры - нельзя, при определенных условиях возникает преступное поведение. Очень похоже на то, что все здесь поставлено с ног на голову. Вполне понятно, что отмена анализируемой нормы с необходимостью повлечет за собой легализацию публичных домов, так давайте это сделаем, потому что существует масса доводов в пользу такого решения. И главный довод - тем самым мы сократим организованную преступность в той ее части, которую фиктивно наростили за счет проституции.
   Выводы из этого те же самые, что и в результате анализа употребления спиртного: условная преступность, не соответствующая менталитету половины населения Земли, точнее, даже больше с учетом поддержки его и частью женщин; рост официально регистрируемой организованной преступности; беспомощность и слабость государства в борьбе с нею в данной части. Все это можно отнести и к азартным играм.
   Таким образом, из сказанного можно вывести еще несколько аксиом. Четвертая заключается в общеизвестной истине - не следует объявлять преступным то, к признанию преступным чего общество в целом не готово в силу своих традиций. Об этом писал и Э.М. Шур, Согласно пятой - в силу неразумного законотворчества государство часто проигрывает схватки с организованной преступностью, чем проявляет свою слабость и усиливает влияние организованной преступности.
   Довольно наглядно проявляется слабость государства и усиление роли организованной преступности в ситуации, когда загнанный в угол законопослушный гражданин не может найти надлежащего решения своих проблем в официальных органах власти и управления и, обращаясь к преступным авторитетам, естественно, небезвозмездно, находит удовлетворение там. "Когда в одном из городов Донецкой области у шахтера изнасиловали дочь, убитый горем отец пошел не в милицию, а к "блатным". Не прошло и суток после его обращения к ним, как насильника уже вычислила агентура "блатных" и выдала шахтеру для отмщения".
   Другим наглядным примером служит дело Матроса, авторитет которого "в криминальном мире Днепропетровщины вырос неимоверно, и он даже выступал порой в качестве справедливого третейского судьи во время разрешения всевозможных споров в уголовной среде. Его неординарные человеческие качества привлекали к нему многих людей, которые, надо сказать честно, и не считали его бандитом". Подобная оперативность - сутки от преступления до приговора - и не снится органам правопорядка. Все это незаконно - да. Неизвестно, чем это могло обернуться для заявителя или чем обернулось? Да. Но очевидно одно: организованная преступность, стремящаяся к власти, с удовольствием демонстрирует оперативность и справедливость своих действий, стремясь завоевать доверие населения, иначе она власти не достигнет. Существующая власть все это делает "со скрежетом" из-за необъятных чиновничьих структур, неохотно и с ненавистью к обратившемуся. Дума­ется, именно в этом заключена одна из главных проблем соотношения организованной преступности и государства: для одних заявитель - желанный гость и будущий союзник, для других - персона нежелательная, один из привычных миллионов, которым можно и пожертвовать. Подобное отношение Российского государства к своим гражданам давно известно.
   Краткая историческая справка. С 16 апреля по 8 мая 1945-го года под Берлином и в Берлине советские войска потеряли 102000 человек, тогда как американо-английские войска, пишет со скрытой гордостью советский историк, потеряли в течение 1945-го года 260000 человек. Да, потери 22 дней и нескольких месяцев явно несопоставимы. И это "заслуга" "гениальнейшего" советского полководца Г.К. Жукова, который менее чем за месяц уничтожил в Берлине мужское население среднего российского города, вместо того, чтобы, взяв в кольцо Берлин, по примеру американцев и англичан (Дрезден, Кеннигсберг) сравнять его с землей только ударами авиации и артиллерии. Вот цена человеческой жизни в России. Но мы несколько отвлеклись от темы.
   Думается, одной из главных проблем соотношения организованной преступности и государства остается то, что государство готово к сотрудничеству с нею. Ярким примером подобного служит дело небезызвестного Л. Лучиано, которого за работорговлю женщинами осудили на 50 лет, но за помощь американской армии, которую оказала мафия в самой Америке и при высадке в Италии в годы Второй мировой войны, его досрочно в 1946-м году освободили и депортировали в Италию. Официально данного факта никто не подтверждает, однако косвенные доказательства свидетельствуют о реальности его: перевод накануне событий Л. Лучиано из тюрьмы на границе с Канадой в Синг-Синг, поближе к властям, а после результативных переговоров - и вовсе в образцовую тюрьму Грейт-Медоу в Комстоне, где он "наслаждался комфортом, получал из лучшего ресторана города обеды, сдобренные отличным виски, всегда имел охлажденное шампанское для своих гостей"; открытый доступ к нему его заместителей, оставшихся на свободе; неоднократные посещения его представителями военно-морской разведки и властей, прекращение забастовок и стачек докеров, подчиненных мафиозным профсоюзам; само досрочное освобождение Л. Лучиано и так далее. А уж помощь мафии, недоразгромленной Муссолини, американским войскам в Италии кажется вообще естественной.
   Такое объединение организованной преступности и государства в экстремальных ситуациях с необходимостью приводит к сращиванию власти и организованной преступности. Свидетельств этому масса (дело РЕИ в Италии, дело в Пензе, где партийная верхушка КПСС прикрыла от ответственности партийно-хозяйственные органы области, занимающиеся экономическими преступлениями, и привлекла к ответственности расследовавших это дело лиц, и множество других). Да, сегодня никто и не отрицает сращивания власти с организованной преступностью. А все потому, что они максимально схожи. Откровенно об этом написал Р. Кларк, сравнивая причины борьбы просто с преступностью и с организованной преступностью высшего уровня: "...Нам, пожалуй, останется лишь пожелать, чтобы "Коза ностра" продолжала свое существование. Она дисциплинированна. Она защищает территорию, на которой действует. Она промышляет товарами и услугами относительно хорошего качества. Вакуумы будут заполнены. Уровень конкуренции может оказаться в достаточной степени высоким". Из чего следует, что в высшей степени организованная преступность предпочтительнее иной преступности, больше устраивает государство. И далее все возвращается к тому же "жизненному свинцу": "...Как это ни парадоксально, основную поддержку организованной преступности оказывает население. До тех пор, пока поставляемые ею товары и услуги будут пользоваться большим спросом, правоприменяющие органы не смогут добиться успеха в установлении контроля над их поставкой. А спрос этот будет большим до тех пор, пока миллионы бедствующих, лишенных надежды и беспомощных людей переполняют городские трущобы". Вот косвенное свидетельство того, что организованная преступность более отвечает нуждам населения, особенно социально ущемленного, то есть, наиболее негативно относящегося к существующему государству и к неготовности государства бороться с нею. Так с какой организованной преступностью мы собираемся бороться - в ее высших проявлениях, которая более устраивает государство, или с другой ее частью - менее организованной, менее опасной, но и менее конформной? Да, организованную преступность невозможно победить, но ее можно практически изжить, резко улучшив условия жизни всего населения.
   Очень похоже на то, что намечается деформация отношения государства к организованной преступности. Мало того, методы взаимодействия властных структур довольно часто ничем не отличаются от методов организованной преступности (насильственный захват предприятий, насильственная смена руководства, насильственное подавление инакомыслия и так далее). Достаточно вспомнить не столь уж давнюю историю о противостоянии МВД и КГБ осенью 1982-го года, когда министр МВД Н.И. Щелоков выпросил у Л.И. Брежнева санкцию на арест Председателя КГБ Ю.А. Андропова и направил три группы специального назначения МВД для ареста последнего и пресечения возможного сопротивления сотрудников КГБ. Но КГБ был заранее извещен, две группы были блокированы, но одна достигла поставленной цели, подошла к дому, где жил Ю. Андропов, и вступила в бой с сотрудниками КГБ, который проиграла. Результаты этого общеизвестны: Н. Щелоков отстранен от должности и покончил с собой, его заместитель Ю. Чурбанов (зять Л. Брежнева) был после смерти последнего осужден, МВД претерпела существенную чистку, в ходе которой часто вместе с "грязной водой выплескивали и ребенка". Ну чем не фильм из серии мафиозных разборок?
   Даже предложенный краткий экскурс в немногие из всех существующих сферы общественной жизни, в которых сталкиваются интересы организованной преступности и государства, приводит к неутешительным выводам об отсутствии ясности в понимании сущности организованной преступности, о слабости государства и его постоянном отступлении под натиском организованной преступности, об отсутствии надлежащих методов борьбы с нею.
   Не питая иллюзий в отношении государства, тем не менее нужно отдавать себе отчет в том, что оно представляет собой гораздо большее благо по сравнению с анархией, которая может возобладать при его отсутствии. Именно поэтому у государства и существует право охранять себя от посягательств различного рода, в том числе и связанных с организованной преступностью. Однако в сегодняшней ситуации государство не способно влиять на уровень организованной преступности по указанным выше и иным обстоятельствам. Значит, эту ситуацию нужно менять. Какими видятся некоторые направления этих перемен?
   1) Очевидно, что следует суживать сферы влияния организованной преступности и, соответственно, области столкновения ее и государства, поскольку чем уже сфера действия организованной преступности, тем проще будет с нею бороться. Отсюда, государство просто обязано до минимума сократить условную преступность, особенно при вторжении в вековые традиции с учетом реальной невозможности государства бороться с такого рода "преступлениями". Тем самым сократится сфера незаконной деятельности в обществе вообще.
   2) Считать законной любую экономическую деятельность в рамках не запрещенной. В этом плане общепринято, что игорный бизнес - криминальный бизнес, но с какой стати? В игорном бизнесе существует четыре сферы приложения организованной преступности (как и в любой иной законной деятельности): незаконное (нелицензированное) занятие им, насильственное завладение игорным бизнесом, легализация через него денежных средств, незаконно добытых, и мошенничество при занятии игорным бизнесом. Однако все это уже отражено в законе в качестве самостоятельных видов преступления; мало того, отражено и само совершение данных преступлений организованными группами либо опять-таки в качестве самостоятельных норм в Особенной части УК, либо как отягчающего обстоятельства.
   3) Жестко контролировать финансовое положение чиновников всех уровней с тем, чтобы коррупция стала максимально прозрачной и чтобы предотвратить сращивание организованной преступности и государства. При этом нужно вернуть в уголовный закон такое наказание, как увольнение с должности, которое на 100 процентов выполняет цель специальной превенции при получении взятки, сопроводив его запрещением принимать на работу такое лицо в органы государственной или муниципальной власти навсегда.
   4) Государство должно решительно и оперативно освобождаться от любых работников правоохранительных органов и судов, занимающих должности любого уровня и нарушающих права и интересы граждан, а равно тех, кто прикрывает "честь мундира", а на самом деле валя­ет его в грязи. Достаточно раскрыть любую газету, включить новости по телевидению, как сразу видишь злоупотребления и превышения власти, длящиеся месяцами и годами под прикрытием вышестоящих лиц. Если государство этого не сделает, его место в плане справедливого решения тех или иных проблем займет организованная преступность.
   5) Государство должно решительно вмешиваться в междуусобную деятельность своих чиновников с тем, чтобы она не выходила за рамки цивилизованных. Почти идеальным в этом плане представляется приход к власти в России Б.Н. Ельцина, если бы не заговор верхушки ЦК КПСС 1991-м году и не раскол, внесенный в Верховный Совет в 1993-м году. В этом плане ни в какое сравнение с ним не идет деятельность М.С. Горбачева, который на фоне тогда действовавшей Конституции, предоставляющей право на национальное самоопределение, сделал попытку подавить силой соответствующие движения в Азербайджане, Грузии, Литве, Эстонии. Сегодня же абсолютно необоснованно все результаты этого (то есть распад СССР) приписывают президентам России, Украины и Беларуси, а следует позиционировать сюда и М.С. Горбачева, который своей бездеятельностью злонамеренно одобрил этот распад. Здесь представляется важным установление международного контроля по вопросу о связях с такими государствами, которые игнорируют цивилизо­ванные методы прихода к власти. Пока это не особенно проявляется в международных документах, например, в Уставе Совета Европы.
   6) Государство должно максимально ужесточить ответственность участников организованных групп, совершивших преступления. Ситуация вокруг этого далека от идеальной. В. Николаев приводит такую статистику: "52 процента наказанных гангстеров были осуждены лишь на уплату штрафа и только 20 процентов получили тюремное заключение сроком более двух лет". Однако в обществе каждый должен быть награжден по заслугам.
   И в этом плане возникает еще одна сфера, в которой государство проиграло организованной преступности - применение смертной казни, проблемы которой достаточно "избиты" и детально расписаны в литературе.
   Последнее время голоса сторонников отмены смертной казни исключение ее как меры наказания из российского уголовного законодательства раздаются все настойчивее. В первую очередь это связано с вступлением России в Совет Европы, эксперты которого настоятельно рекомендуют отказаться от такой меры уголовного наказания. Под воздействием этого у нас объявлен мораторий на применение смертной казни, а Конституционный Суд Российской Федерации высказался о том, что пока по всей стране не будут действовать суды присяжных, применение смертной казни не конституционно.
   Практика применения смертной казни за последнее время претерпела в Российской Федерации существенные изменения. С начала 90-х годов исключительная мера наказания применялась только за умышленные убийства при отягчающих обстоятельствах и бандитизм, сопряженный с убийствами. В Уголовный кодекс 1960-го года были внесены изменения, и смертная казнь как санкция была исключена из санкций за совершение таких преступлений, как хищение государственного имущества в особо крупных размерах, нарушение правил о валютно-финансовых операциях, взяточничество и фальшивомонетничество при отягчающих обстоятельствах. Уже с 60-х годов в России наблюдается сокращение применения смертной казни. Если в 1962-м году было вынесено 2159 смертных приговоров, то в 70-е годы не более 500 в год, а с середины 90-х годов - 150. При этом изменилась и практика помилования осужденных к смертной казни. Если в 1988-м году было помиловано 8.9 процентов осужденных к смертной казни, то в 1992-м - 98.2 процентов . При этом необходимо заметить, что увеличение более чем в десять раз общего числа помилованных и, следовательно, избежавших смертной казни, произошло в период, когда как в России в целом и, так и в отдельных регионах резко возросла насильственная преступность, ставшая в тому же еще более организованной и вооруженной.
   Сторонники отмены смертной казни ссылаются на то, что Конституция России, выполняя международные обязательства, провозгласила одним из основных прав - право на жизнь, и поэтому применение такой меры, как смертная казнь недопустимо. Но право на жизнь гарантировано всем гражданам и вряд ли жизнь погибшего от руки убийцы менее ценная, чем жизнь преступника.
   Ссылаются на то, что возможны судебные ошибки и что таким образом может быть казнен невиновный. Да, такие случаи бывали и есть. Но надо улучшать качество следствия, судебного рассмотрения, ужесточать судебный контроль и прокурорский надзор, но это не может быть основанием оставления без справедливого наказания самых закоренелых, неисправимых, совершивших страшное преступление лиц.
   Сторонники отмены смертной казни ссылаются на опыт Евпопы, на наши обязательства. Однако при решении этого вопроса нельзя исходить только из примера Европы, не учитывая особенности России и те процессы, которые сейчас происходят, рост преступности, ее характер. Нельзя не давать возможности применения исключительной меры наказания за такие преступления, как терроризм, преступления, когда из-за преступных разборок гибнут невинные люди. Анализ показывает, что сейчас преступность все более приобретает насильственный, корыстный характер. Ради большой корысти преступники готовы на любое злодеяние. Все больше и больше убийств совершается именно из корыстных мотивов.
   Кстати говоря, США, на которых часто ссылаются сторонники отмены смертной казни, не отменили смертную казнь и предоставили право штатам самим определять сохранить или нет смертную казнь. Сохранив смертную казнь в своем законодательстве, США предоставили возможность штатам решать круг преступлений, за которые может быть назначена смертная казнь, виды смертной казни, порядок ее назначения и исполнения. С 1976-го по 1995-й годы в США выносилось ежегодно по 250 смертных приговоров. По данным американских исследователей, средний срок ожидания смертной казни в стране составляет 9 лет. В 1994-м году смертная казнь была приведена в исполнение в отношении 31 преступника в 13 штатах.
   В 1994-м году в США был принят закон об усилении борьбы с преступностью. Социологические исследования показали, что большинство населения приветствуют меры, принятые правительством по усилению борьбы с преступностью, причем 80 процентов опрошенных высказалось за сохранение смертной казни.
   Анализ истории уголовного законодательства России, современного законодательства других стран позволяет выделить основные направления в изменении правовой регламентации смертной казни - введение ограничений при применении этого наказания по демографическим признакам, сужение преступлений, по которым может быть применена казнь. По этому направлению следует развивать современное российское законодательство.
   Да, смертная казнь - это исключительная, высшая мера наказания, да - это лишение человека жизни. Но это не антиправовое действие, это действие, основанное на законе, на решении правосудия, действие, совершенное лишь по необходимости, для защиты прав множества людей, защищать которых призвано государство.
   Нельзя осуществлять гуманность за счет тысяч погибших от рук террористов, в результате других убийств в России только за 1999 год погибли более 30 000 человек (напомним, что в 1999 году по официальной регистрации совершено в России 31 140 убийств).
   Представляется неверным и необоснованным отказ от применения смертной казни. И вот почему.
   Во-первых, отмена смертной казни - это поощрение преступников всех мастей, в том числе организованной преступности, и удар ниже пояса по законопослушным гражданам. Очень ярко проявилось это в деле Т. Банди, который был осужден к смертной казни, но около 10 лет приговор не приводился в исполнение под тем или иным предлогом. Умный преступник (все-таки два высших образования) два раза бежал из тюрьмы и во время побегов продолжал совершать на сексуальной почве убийства молодых женщин. На этом фоне возникает естественный вопрос - чьи интересы защищает отмена или оттяжка в применении смертной казни - преступника или законопослушных граждан? Ответ неутешителен: если бы государство исполнило обвинительный приговор, оно сохранило бы несколько жизней молодых ни в чем не повинных законопослушных женщин. Попутно возникает еще один вопрос - имеет ли право государство попустительствовать преступникам в ущерб интересам своих налогоплательщиков, за счет которых оно существует, ответ на него должен быть только отрицательный - нет.
   Во-вторых, при отмене смертной казни остается безнаказанным определенная часть преступников. Наглядным в этом плане является итальянский фильм "Следствие закончено, забудьте", в финале которого в тюремный дворик выходит преступник, отбывающий пожизненное лишение свободы и по заданию мафии совершивший новое убийство в тюрьме, который в ответ на вопрос своих сотоварищей о наказании говорит снисходительно: "А, снова пожизненное" и бросается за футбольным мячом. Для него ничего не изменилось, он может убить еще одного человека или десяток людей и для него ничего не изменится, ему выдана индульгенция на совершение преступлений на всю оставшуюся жизнь. Если это высшая справедливость, если в этом заключается цель государства, то законопослушным гражданам с таким государством не по пути.
   Особую опасность подобная политика государства представляет в связи с тем, что в любой момент в тюрьму можно подсадить убийцу для ликвидации определенного лица, и кроме пожизненного лишения свободы убийце ничего не грозит; а там, глядишь, на фоне соглашения с обвинением убийца автоматически превратится в свидетеля со всеми вытекающими отсюда последствиями или он будет досрочно освобожден и срок освобождения во многом будет зависеть от влияния организованной преступности. Но все же самым опасным является то, что в любой момент времени в связи с коррумпированностью в тюрьмах убийцы могут быть выпущены из тюрьмы для ликвидации тех или иных неугодных и после выполнения вернуться в "родные" стены. А на фоне отмены смертной казни и максимального наказания в виде пожизненного лишения свободы эти обстоятельства вообще открывают неограниченные возможности для организованной преступности.
   В-третьих, отмена смертной казни декларирует ничтожность человеческой жизни, по существу противоречит конституционному положению о человеке как высшей ценности общества. Разумеется, речь идет о законопослушных гражданах, поскольку права преступников в связи с совершенным преступлением должны быть основательно сокращены, иначе будут бессмысленны все наказания. Эти ограничения касаются и права на жизнь тех лиц (называть их людьми язык не поворачивается), которые повинны в убийстве многих лиц. Отсюда в ст. 105 УК следует выделить часть третью, в которой урегулировать только те убийства, которые могут быть наказаны смертной казнью (убийство двух или более лиц, неоднократное убийство); остальные квалифицированные убийства оставить в ч. 2 ст. 105 УК и из санкции последней вывести смертную казнь, оставив там в качестве самого тяжкого вида наказания пожизненное лишение свободы.
   Смертная казнь ничуть не противоречит христианской морали (и уж тем более морали Ветхого Завета), и, естественно, - интересам государства. А учитывая, что она не противоречит и интересам законопослушного населения, можно твердо сказать, что смертная казнь должна быть сохранена в обществе, в том числе и для организованной преступности, осуществляющей насилие в неслыханных размерах.
   Может быть придет время и можно будет отказаться от такой меры наказания. Сегодня, в существующих условиях, этого делать, как нам представляется, нельзя. Во всяком случае, этот вопрос должен решать не Конституционный Суд, не Президент, установивший такой мораторий, а высший законодательный орган государства, причем лучше всего на основании опроса народа, может быть, даже в виде референдума.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Почему мы оказались в такой ситуации

   Корнями все, что у нас произошло, уходит в то, что в отличие от многих государств, которые осуществляли плавный переход от одного режима к другому, мы этот переход не осуществили. В большинстве стран, отказавшихся в конце прошлого века от тоталитарной организации общества была организована люстрация (запрет лицам, скомпрометировавшим себя служением тоталитарному режиму, занимать государственные должности). В некоторых странах люстрация продолжается. Мы же не только не провели люстрацию, но позволили советской элите трансформироваться в нынешнюю элиту. Коммунистические "вожди" моментально превратились в "демократических руководителей", сохранив свои должности и приобретя солидную собственность - они приватизировали власть и еще ухитрились часть ее обменять на собственность. Обратите внимание на наших олигархов. Они все выходцы либо из партийных, либо из комсомольских работников, которые неимоверно обогатились незаконным, криминальным путем.
  

Мы живем не по правде

  
   В 1996 году мы получили ситуацию, при которой правительство и администрация превратились в фактические филиалы олигархических структур ("Комитеты по делам олигархов"). Произошла приватизация самой высшей власти. Мы перешли к другой системе и к другим ценностям - лозунгами стали "обогащайтесь" и фактически "грабьте награбленное".
   Кто субъект борьбы государства с преступностью? Его нет. Государство находится под влиянием олигархических структур, созданных преступным образом, поэтому законы против нее не проходят через крайне криминализированную Государственную Думу и через Совет Федерации, за то успешно проходят криминалоемкие законы.
   В отличие от других государств, которые борются с преступностью, мы фактически не имеем субъекта, который должен бороться, - государства. Сначала мы должны создать этот субъект, трансформировав под эти цели борьбы государство, а потом только сможем решать эти проблемы. Даже государство как корпорация не может эффективно бороться с организованной преступностью и коррупцией, если нет контроля над ним гражданского общества и отсутствует идеология, концепция этой борьбы.
   Наиболее последовательный, четкий и завершенный образец государственной идеологии в XX веке продемонстрировал Советский Союз. На ранней стадии существования СССР воплощал собой подлинно идеократическую империю: официальная идеология вырастала не из общества, его структур и ценностей, но имела свое начало в трансцендентном принципе интернационализма, который обществу навязывался.
   Однако уже к исходу 30-х годов, а еще более отчетливо к началу 50-х революционный импульс раннего большевизма иссяк, а его интсрнационалистское и принципиально вненациональное начало было переработано русской "почвой". По существу, все это означало эволюцию советской государственной идеологии от существовавшей первоначальной революционности к консерватизму, что было проявлением общей логики развития революционных режимов.
   Следующий этап идеологической эволюции СССР (условно от Хрущева до Черненко включительно) проходил уже исключительно в рамках консервативной ипостаси официальной идеологии, которая двигалась от консервативно-эволюционной формы к консервативно-охранительной первой половимы 80-х годов. Старое революционное наследие служило лишь пропагандистским целям и легитимации режима. Даже его такие наиболее устрашающие внешнеполитические акции, как ввод советских войск в Венгрию и Чехословакию, вторжение в Афганистан, активное вмешательстео в африканские и южноамериканские дела, вряд ли были проявлемием революционного экспансионизма. Эти шаги диктовались логикой геополитического противостояния с США и неадекватмым пониманием национальных интересов; если подобная политика и носила в какой-то степени идеологическую окраску, то это давно была не идеология революционного мессианизма, а мышление в категориях "сферы интересов".
   В идеологической области горбачевские реформы явились попыткой выдвинуть на первый план эволюционный аспект марксизма взамен давно изжившего себя и тормозившего общественпое развитие советского охранительного, нетворческого и бескрылого консерватизма. В конкретных пропагандистских формулах это выглядело как возвращение к позднему и "мягкому" (времен нэповской "перестройки") В.И. Ленину, провозгласившему "коренную перемену всей нашей точки зрения на социализм", а также создание культа новых "большевистских святых" (Н.И. Бухарииа и других), воплощавших, как считалось, альтернативу сталинизму. По большому счету, такое перевооружение неминуемо должно было привести к разрушению самих основ советской идеологии в их исторически сформировавшемся виде.
   Хотя история и не знает сослагательного наклонения, тем не менее, нельзя не задаваться вопросом: могла ли горбачевская перестройка завершиться успехом? Понимая всю уязвимость подобиой позиции, мы, тем не менее, склонны осторожно предположить, что теоретически в этом не было ничего невозможного, и уж абсолютно безусловно, что к середине 80-х годов необходимость серьезных реформ ощущалась как глубокая общественная потребность. О том, что помешало воплощению в жизнь довольно расплывчатого горбачевского замысла, уже написаны тома: многое объясняют ошибками и просчетами инициаторов перестройки, многое - роковым совпадснием объективных обстоятельств. Что касается интересующего нас аспекта - попытки смены государственной идеологии, то ее неудача объясняется не в последнюю очередь генетической болезнью отечественной интеллигенции - историческим нетерпением. Разоблачение и беспощадная критика "тоталитарного прошлого", развенчание советской истории и ее героев, то есть разрушение несущих основ государственной идеологии, были естественным образом отданы на откуп гуманитарной интеллигенции, которая по русской традиции постаралась одним махом преодолеть пропасть между эпохами, перескочив из крепости социалистической необходимости в царство либеральной свободы.
   Хаотичное и бурное разрушение советской идеологии вместо ее осторожной и неторопливой модернизации (а впоследствии замены) имело тяжелейшие последствия для страны: союзная власть утеряла свою легитимность, деморализованные государствонесущие структуры смысл существования; общество - идентичносгь, история и даже повседневная жизнь подверглись осмеянию и глупейшему обессмысливанию. Настало время "гибели богов".
   Как известно, либеральная "революция" совершалась под знаком "деидеологизации" общества и государства. Последовательная и настойчивая реализация этой установки в перспективе могла бы привести к формированию в России чиновничьего аппарата по образцу западных стран, где заменой идеологической подкладки служит корпоративный этос бюрократии с его пафосом профессионального и внепартийного служения государству. Однако в новой России благому порыву не суждено было осуществиться, он оказался обреченным, по существу, с момента провозглашения либеральных реформ, главная цель которых, в конечном счете, была не прагматической - повышение эффективности экономики, а соответственно и благосостояния народа, но отчетливо идеологизированной - создание гарантий от реставрации "тоталитарного строя" разгневанным "народом" при заведомо криминально задуманном обогащении только преданных президенту чиновников - "наших". А "электорат" - "не наши" пусть живет, как хочет, авось полностью не вымрет.
   Выбранная модель реформ оказалась убийственной для советского среднего класса, составлявшего основу массового демократического движения. На гребне своей триумфальной (и во многом случайной) победы либеральная элита оказалась в положеини политического меньшинства: однако этот недостаток в значителыюй степени компснсировался ее крепнущими позициями во власти (ближайшем окружении президента Ельцина Б.Н., новом российском правительстве) и, главное, в информационной сфере.
   Хотя формально либерализм не был провозглашен официальной доктриной, оказавшиеся у власти его сторонники руководствовались вполне большевистским пониманием идеологии как "единственно возможного учения". Либеральное меньшинство самовольно взяло на себя право говорить от имени государства, а свою групповую идеологию попыталось возвесги в статус общенациональной и навязать ее обществу.
   Ее концептуальным историософским основанием послужила немудреная мысль об "исторической ущербности" русской цивилизации по сравнению с западной; соответственно во главу угла начавшейся грандиозной трансформации ставилась задача смены ни много ни мало - цивилизационной парадигмы России и национального социокультурного кода. В этом и только этом виделся шанс вернуться в лоно "материнской" западной цивилизации, от которой Россия отпала в силу ошибочного выбора (принятие православия) и якобы трагического стечения обстоятельств.
   По существу, отечественные либералы оказались проповедниками культурно-цивилизационного расизма: не только русская цивилизация, но и все остальные культурно-исторические типы оказывались, в их трактовке, ущербными по сравнению с "эталонным" Западом. Вестернизм, а еще точнее американизм, доходивишй до сервилизма (вот уж действительно, иначе как "низкопоклонством перод Западом" это нельзя назвать), стал отличительной характеристикой постсоветского либерализма. (Заметим, что подобное уничижительно-наплевательское отношение к своему Отечеству и заискивание перед западными соседями было совершенно исключено в русской интеллигентской либеральной среде начала прошлого века, на правопреемство по отношению к которой наши либералы претендовали.)
   Расстрел президентом Б.Н. Ельциным законного парламента и утверждение имевшей авторитарный потенциал Конституции стали одновременно триумфом и фиаско российского либерализма. Да, враги "открытого общества" вроде были разгромлены, да, новая Конституция однозначно заявляла о недопустимости в России государственной или обязательной идеологии, но на парламентских выборах декабря 1993-го года впечатляющего успеха добилась государственная оппозиция; почти одновременно с этим увидело свет первое послание президента Б.Н. Ельцина Федеральному собранию, название которого было будто взято напрокат у антилиберальной оппозиции "Об укреплении Российского государства".
   В продолжение и развитие этой линии последовали великодержавная и патриотическая риторика высших государственных чиновников, вербальное ужесточение внешнеполитических позиций России, заявка на ее доминирующую роль в постсоветском пространстве, усиление государственного регулирования в экономике, имевшие явный антилиберальный подтекст кадровые перестановки, попытка приструнить не в меру разошедшихся информационных магнатов и, накопец, как кульминация - кровопролитная и бездарная война в Чечне.
   Все эти шаги служили целям перехода политического режима из "революционной" фазы в стабилизационную. Если в ходе первой фазы решался вопрос "кто - кого" и расчищалась площадка для реформ, то теперь на повестку дня встали задачи консолидации и укрепления власти, легитимации режима, интеграции общества, экономического созидания. По существу, речь шла о возвращении государству утерянмой им субъектности и восстановлении его традиционно значительной для России роли. Соответствующих изменений требовал и идеологический вектор, поскольку отечественный либерализм с его антигосударственным и антинациональным пафосом по определению не мог служить пропагандистско-идеологическим обеспечением "нового курса" с доминантой "сильного государства". Однако и полный отказ от либерализма был также категорическн неприемлем для режима, поскольку либерализм воплощал преемствснносгь с идеалами "августовской революции" и, что более существенно, являлся важнейшим фактором легитимации российской власти в глазах Запада, что позволяло ей претендовать на кредиты.
   К 1994-1995-м годам относятся и попытки выстраивания, систематизации "новой" идеологии, основа которой виделась в сочетании демократических и либеральных ценностей с некоторыми патриотическими и государственническими сюжетами при явном превалировании первых. Примечательно, что первые инициативы в этой области исходили от высокопоставленных государсгеенных чиновников - тогдашних спикера верхней палаты парламента В.Ф. Шумейко и пресс-секретаря президента В.В. Костикова, что, несомненно, свидетельствовало об остром интересе верховной власти к сфере идеологии и попытках государства в нее вернуться. Относительно законченная версия этого идейного микста была предложена в программах и лозунгах официозного движения "Наш дом - Россия" (НДР), претендовавшего благодаря лидерству в нем премьер-министра В.С. Черномырдина на роль "партии власти". НДР с переменных успехом пытался освоить консервативную нишу российской политики, в его идеологии либеральные мотивы довольно органично сочетались с государственническими и патриотическими лозунгами. Акцентация в идеологии и пропаганде на традиционно значительной для России роли государства не только объективно вытекала из новой (стабилизационной) фазы развития режима и его новой стратегии, но и в значительной мере была симптомом начавшихся кардинальных перемен в массовых настроениях. Сполна хлебнув благ и прелестей "свободного рынка", вкусив всех преимуществ свободы от государства, общественное сознание качнулось в сторону совсем еще свежих в памяги воспоминаний о советском патернализме, обеспечивавшем относительный досгаток каждому и порядок для всех. Начиная с 1994 года усиленно формировался социальный заказ на "порядок", который в отечественном контексте неизбежно выступает функцией сильного государства. И в этом смысле идеологическая "прививка" державности к официозному квазилиберализму отвечала чаяниям большинства членов общества.
   Неудивительно, что в это же время Е.Т. Гайдар впервые широко стал именовагъ себя и своих единомышленников "подлинными" государственниками и патриотами - понятия, которыми лексика "реформаторов" ранее не изобиловала и которые считались принадлежавшими "вражескому" политическому лагерю. (Стоит лишь припомнить знаменитое: "Патриотизм - последнее прибежище негодяев..."). А активный участник и проводник экономических реформ Борис Федоров на парламентских выборах 1995 года даже выступил с программой либерального национализма и империализма.
   Однако ничего оригинального и свежего в области идеологии ни властью, ни либералами предложено не было.
   Осознание собственной слабости и критической зависимости от медиамагнатов и финансовых нуворишей вынудило Б.Н. Ельцина в ходе второй президентской кампании сделать окончательный выбор в пользу либералов, отвергнув группу безденежных государственников. Однако это все же была не точка, а многоточие в попытках усиления государства и его возвращения в идеологическую сферу. В конечном счете, вопрос стоял уже не о степени эффективности государства, но о его существовании как таковом.
   Поэтому не выглядело удивительным возвращенис к попыткам сформулировать новую государственную идеологию сразу же после президентских выборов. Принципиально новым на сей раз было то, что инициатива исходила от главы государства, который был только что переизбран на второй срок. И хотя многочисленные толкователи попытались представить дело таким образом, что имеется в виду вовсе не запрещенная Конституцией "государственная идеология", а вполне конституционная "национальная идея", которая составляет непременный и важный атрибут многих современных наций. Они считали, что лишь государство в состоянии генерировать национальную идею и развернуть ее в национальную идеологию.
   Точно так же, как 17 августа 1998-го года подвело черту под реализовавшейся на протяжении последних семи лет политической и социально-экономической моделью, война НАТО против Югославии, по-видимому, поставила крест на планах России вписаться в "цивилизованное" сообщество в качестве равноправного участника. Страна столкнулась с драматическими вызовами, которые способны поставить под сомнение ее существование в качестве независимого и самостоятельного государства.
   При всем понимании крайне тяжелых и негативных последствий нынешнего кризиса в виде вялотекущей катастрофы, тем более тяжелых, что многие из них еще впереди, мы, однако, склонны усматривать в нем и некоторое, безусловно, положительное значение. Как для российской элиты, так и для общества в целом, кризис стал началом (лишь началом!) горького отрезвления от все еще сохранявшихся многочислеиных иллюзий по поводу состояния дел в России и ее перспектив. Новая балканская война вызвала в обществе и среди элит патриотический подъем, который, правда, тщательно глушился некоторыми отечественными СМИ. Реанимировалося исконно присущее русским оборонное сознание одна из доминант нашей политической культуры. Вместе с тем объективно неизбежная антизападная волна была чревата и серьезными отрицательными последствиями стихийным отторжением либеральных цениостей, которые в России ассоциировались прежде всего с Западом и полностью дискредитировавшими себя нашими отечественными реформаторами.
   Еще один своеобразный плюс кризиса заключался в том, что он крайне ослабил возможности финансово - политических кланов, ранее наглухо блокировавших любую тенденцию к расширению компетенции нашего государства, наглядно продемонстрировав, что лишь последнее в состоянии выполнять функции общенационального агента.
   Прежде чем пунктирно наметить контуры новой государственной идеологии, необходимо иметь в виду, что российское политическое поле резко отличается изрядной фрагментированностью, а потому ни одна из "блуждающих" в нем идеологем (либерализм, социализм, национализм), взятая наособицу, не может претендоватъ на роль общенациональной идеологии, а придание ей такого статуса добавит лишь новые линии раскола в отечественный социум и углубит уже существующие.
   Еще более важным представляется то, что за идейно-политической дифференциацией стоят принципиальные социокультурные и возрастные различия, а также различия в способности адаптации к жизни в новых условиях. То есть раскол общества носит более глубинный характер и проходит не только и не столько на уровне политики, сколько в сфере смысложизненных ценностей. Но именно это обстоятельство и делает крайне насущной срочную выработку общенациональной идеологии, которая способна сплотить страну поверх социокультурных и демографических различий, пробудив у ее граждан чувство общности своей судьбы и коллективной ответственности за Россию.
   При этом к созданию идеологии надо относиться не как к философской и теоретико-методологической проблеме, а как к технологической задаче. Иными словами, речь должна идти об идеологической инженерии, то есть о том, чтобы сконструировать идеологию из элементов тех идеологических систем, которые бытуют в российском обществе и пользуются в нем ощутимой поддержкой. Подобный подход может показаться механистичным, но он вполне приемлем при остром дефиците времени и отсутствии целостной и привлекательной идейной альтериативы.
   По такому принципу и конструировались все доктрины последних лет, претендовавшие на роль общенациональных; их наиболее уязвимым местом был не столько естественный эклектизм, сколько отсутствие за ними авторитета и мощи государства, а также их собственная, явно недостаточная способность цеплять русский архетип, в основе которого всегда была правда. А где правда - там не может быть лжи, преступности, коррупции. Ныне пока еще все не так, и коррупция процветает пышным цветом среди листьев лжи, растущих на дереве преступности, обильно удобряемом государством, чтобы "свои" - "наши" богатели.
  

Институциональная организованная преступность

  
   Наиболее пораженными коррупционными процессами оказались структуры государственной власти и управления, связанные с решением вопросов приватизации, финансирования, кредитования, осуществления многих банковских операций, лицензирования и квотирования, импорта и экспорта, распределения фондов, создания и регистрации предприятий малого и среднего бизнеса, проведения земельной реформы. Это была так называемая институциональная организованная преступность. О новой институциональной организованной преступности (то есть об организованной преступности, внедренной в институты власти и управления) практически нет никаких объективных официальных сведений, но есть потоки громких газетных и телерадиовыступлений, в которых очень трудно отличить сфабрикованный компромат от реалий. В этом море грязной неопределенности приживается множество идеологических установок, психологических стереотипов, заблуждений и мифов.
   Вот лишь некоторые.
   В далекой древности (Демокрит) предполагалось, что причина ошибки - незнание лучшего. Ф.М. Достоевский устами "подпольного человека" показал абсурдность этого положения: "Кто первый провозгласил, что человек потому только делает пакости, что не знает настоящих своих интересов; а что если бы... открытъ ему глаза..., то человек тотчас же перестал бы делать пакости... Что делать с миллионами фактов, свидетельствующих о том, что люди зазнамо... бросались... на риск, на авось, никем и ничем не принуждаемые..." Но заблуждение древности было абсолютно воспринято отечественными криминологами, которые много лет доказывали, чго если разъяснить людям, что преступно, а что нет, то кримимал можно предупредить. Не подтвердилось. Преступники знают законы. Организованные преступники от власти не только знают, но и сами "творят" их, нередко "под себя", поэтому-то они и криминалоемкие.
   В начале прошлого века считалось, что с развитием общества, с преодалением нужды и нищеты преступность пойдет на убыль. Ныне мы знаем, чго самая высокая преступность - в самых развитых и богатых странах. Серьезной корреляции между экономическим развитием и снижением преступности не подтверждается.
   В советское время полагали: причины преступности - пережитки прошлого. Но "нового человека" без пережитков так и не удалось сформировать. Реформы в России показали реальные мотивации человека, которые практически не изменились с библейских времен.
   До сих пор многие ошибочно убеждены, что если какое-то поведение назвать преступлением, то оно уменьшится. В УК РСФСР с 60-х годов было внесено более 700 изменений и дополнений, а преступность увеличилась в расчете на население почти в 6 раз. Новый УК криминализировал более 70 новых видов деяний, в законодательных органах "ходят" до 40 еще более новых проектов дополнений к УК, и этот поток наивной надежды на УК не убывает.
   Перечень подобных заблуждений можно было бы продолжить. Большинство из них имеет отношение к институциональной организованной преступности, но остановимся на очень давнем и важном для рассматриваемой проблемы мифе: преступления совершают низшие, слабо адаптированные, алкоголизированные и деградированные слои населения, то есть низы общества.
   И статистика преступности разных стран это убедительно доказывает. Такая статистика при внедренной в сознание масс деклараций "все равны перед законом и судом" много веков почти всех удовлетворяет: власть, элиту, правоохранительные органы, суды, тюрьмы, криминологов (которые вроде бы открыли истину) и большинство населения, кроме той его части, которая "попалась".
   Эта статистика дает возможность абсолютному большинству людей и особенно правящей, политической и экономической элите чувствовать себя порядочными людьми, так как преступник не тот, кто совершил злодеяние, а тот, кто попался (не пойман - не вор), кто в первую очередь попадает под подозрение, кто совершил примитивное и очевидное деяние, кто не смог ловко замести свои следы, кто не способен квалифицированно самозащищаться, кто не прикрыт беспрецедентной депутатской, должностной (государственные должностные лица категории "А") и специфичной для России "иерарховой" неприкосновенностью, кто плохо понимает презумпцию невиновности, у кого нет оснований блефовать, что его преследуют по политическим мотивам, у кого нет средств на талантливо-циничного адвоката, кто не может внести залог и выйти на свободу до суда для заметания следов, кто не может сфабриковать или добыть необходимый компромат на своих преследователей, и, наконец, кто не может просто откупиться от них и так далее.
   Нет оснований утверждать, что абсолютное большинство привлеченных к уголовной ответственности невиновно, хотя доля таковых в структуре преследуемых не так уж и мала. Если сложить вместе число всех лиц, которые в той или иной мере претерпели тяготы уголовного преследования, но оказались невиновными (оправданные, лица, дела на которых были возвращены на дополнительное расследование, а затем прекращены за отсутствием состава или события преступления, незаконно содержащиеся под стражей лица, в отношении которых были отменены как незаконные постановления о возбуждении уголовных дел и так далее), то их число в последние годы колеблется в пределах 200-250 тысяч человек. Это 1/5 или 1/6 часть от всей совокупности выявленных правонарушителей. Оставшиеся 1,2-1,3 млн. оказались действительно виновными. Ими совершены разные преступления, в том числе организованные тяжкие и особо тяжкие. И они должны нести уголовную ответственность.
   Но кто эти люди? В абсолютном большинстве своем - бедные, социально незащищенные и слабо адаптированные и явно деградированные бедные слои населения, совершившие преступления, как правило, в условиях бытовых трудностей, алкогольного опьянения. Таким образом, давний миф: преступники - субъекты социального дна, опять подтверждается. Именно против них и направлена сила системы уголовной юстиции.
   Как ни больно говорить, преступления совершают все слои общества: и бедные, и богатые, и образованные, и высокопоставленные. Преступления совершает и правящая, и политическая, и экономическая, и даже научная элита. Причем коэффициент поражаемости реальной преступностью элитарных групп (как отношение преступников из этих групп к общему числу лиц данных групп) не ниже (или не на много ниже), чем самых низших слоев населения. Другой вопрос. Каждый слой общества совершает "свои" преступления. Государственному чиновнику нет нужды выходить с дубинкой на большую дорогу, он тысячекратно может быстро обогатиться от продажи конфиденциальной информации. Но преступность власти, богатства и интеллекта почти не попадает в орбиту деятельности правоохранительных органов. Хотя именно в этой сфере причиняется колоссальный экономический ущерб государству и его гражданам. Сложилась ситуация, которая давно описана в литературе: если ты украл булку хлеба - пойдешь в тюрьму, а если железную дорогу - будешь сенатором. И это сложилось не сейчас.
   Бывший министр внутренних дел Узбекистана X. Яхъяев, бравший и дававший взятки своим начальникам (министру МВД СССР Н. Щелокову и его заместителю Ю. Чурбанову), на суде в годы перестройки показал: "Если по вопросам борьбы с общеуголовной преступностью никто не чинил препятствий в работе, то борьбу с должностными преступлениями тормозили как могли. Привлечение к ответственности номенклатурных работников из партийных, советских, хозяйственных органов нарушало благополучную обстановку... Поэтому подразделения на местах ориентировали на то, чтобы как можно меньше привлекались ответственные работники... Нам даже запретили получать информацию на скомпрометировавших себя лиц из партийно-советских органов". Ныне причины иные, но суть та же.
   Положение дел с организованной преступностью мало чем отличается от "правил" борьбы с преступностью в нашей стране в целом. А если и отличается в интересующем нас плане, то только в худшую сторону. Элитарные организованные преступные группы, организации и сообщества на пушечный выстрел не подпускают к себе органы правоохраны. И если последним удается засадить в следственный изолятор и.о. Генерального прокурора, министра юстиции или возбудить уголовное дело против очень предприимчивого предпринимателя (иерарха), то это делается либо по решению самой высокопоставленной и руководящей мафии, которой они чем-то не потрафили, либо от отчаяния руководства правоохранительных органов, которые тут же незамедлительно получает в зубы давно подготовленный, продуманный и почти смертельный удар.
   Более того, правящая и экономическая элита в ряде случаев может просто купить свою свободу путем внесения залога, найма высоко квалифицированных адвокатов и подкупа правоохранителей. Так, например, заместитель министра внешнеэкономических связей РФ А. Догаев, арестованный в 1996-м году за совершение особо тяжких должностных преступлений, был выпущен судом под залог в 1.5 миллиардов рублей (!!!) и его дело до настоящего времени не завершено. Генеральный прокурор РФ, рассказывая в интервью об этом факте, риторически сетует: "Скажите, у вас есть полтора миллиарда? Они (преступники от власти) вышли буквально через четыре часа".
   Структура нашей организованной преступности своеобразна. Она делится на уголовную (промышляющую кражами, разбоями, вымогательством и так далее) и экономическую (паразитирующую на экономических отношениях). В последней составляющей выделяются "бюрократичсская" и "рыночная" составляющие. На Западе "рыночная" организованная преступность эксплуатирует, главным образом, иррациональные потребности людей (наркотики, алкоголь, проституцию и так далее), у нас в дополнение к ним рациональные.
   Ядро нашей институциональной организованной преступности составляют преступные сообщества бюрократии, которая использует в своих целях государственные и общественные институты. В период непоследовательной перестройки и реформирования она использовала провозглашенные, но не обеспеченные организационно и нормативно нарождающиеся рыночные отношения; во время "революционной" приватизации "бесхозной" собственности она создавала юридические "дыры" для себя; в отсутствие необходимого социально-правового контроля она успешно расширяла теневую экономику, устраивала "черные вторники" и перекачивала горы долларов за рубеж. Свою выгоду она умеет находить всюду: в революции и контрреволюции, в войне и мире, в экономических успехах и в банкротствах, в человеческих трагедиях и в гуманитарной помощи. Будучи составной частью государства, она оказалась проворнее, профессиональнее, умнее, богаче и защищеннее его. Некоторые оценивают это даже благом, Но это благо петля на шее нашей слабой, детской демократии.
   Основная сила институциональной организованной преступности не в "кавычках" и не в стволах, а в продажной высочайшей бюрократии, значительная часть которой неприкасаема. В условиях декларируемой рыночной экономики и демократии коррупция организованных преступников не сводится к примитивным видам взяточничества (пакету с деньгами) и злоупотреблениям, которые уголовно наказуемы. Множатся безнаказанные формы: коррупционный лоббизм, коррупционный фаворитизм, коррупционный протекционизм, тайные взносы на политические цели, взносы на выборные кампании с последующей расплатой государственными должностями и собственностью, келейное проведение приватизации, предоставление налоговых и таможенных льгот, переход государственных должностных лиц (сразу же после отставки) на должности президентов "своих" банков и корпораций, коррупция за рубежом, совмещение государственной службы с коммерческой деятельностью и другие коррупционные технологии. Они особо проявляются в предвыборные баталии.
   Не остановив эти изобретения институциональной организованной преступности, нельзя будет разорвать порочные криминальные круги: деньги - власть - деньги; собственность - власть - собственность. В этом суть институционального криминала. Доклад в США "Russian Organized Crime" (1997 г.), подготовленный под общим руководством бывшего директора ЦРУ У. Уэбстера, слаб по аргументации, но точен в диагнозе: Россия становится криминально-синдикалистским государством. И в этом движении особую функцию выполняет институциональная организованная преступность.
   Институциональная организованная преступность экономического характера является самой главной. Как ни цинично это звучит, но даже самые страшные убийства являются чаще всего лишь своеобразной пеной на многомиллиардной экономической коррумпированной организованной преступности. Между ней и легальной экономикой в стране нет четких границ. Ни один из секторов российской экономики не защищен от организованной преступности. Не защищены от нее и охраняемые (государственные должностные лица, депутаты, банкиры, предприниматели и даже лидеры преступных образований), и не охраняемые граждане. Сращивание коррумпированных чиновников с теневыми экономическими сообществами и уголовно-криминальными структурами составляет самый опасный конгломерат организованной преступности в целом. Она представляет собой прямую и реальную угрозу национальной государственности, политической и экономической системе, безопасности страны. жизни и здоровью ее населения. В этих условиях авторитаризм, обещающий беспощадную борьбу с организованной преступностью и коррупцией, может быть воспринят значительной частью измученного народа как избавление от криминального кошмара.
   Боязнь и прямое нежелание российских властей прослыть "авторитарными" и установить жесткий социально-правовой контроль над организованной преступностью, тесная связь многих представителей правящей верхушки с деньгами институциональной организованной преступности, а также поверхностное представление наших властей о действительном социально-правовом контроле, на котором устойчиво держится демократия развитых стран, до последнего времени тормозили принятие адекватных мер. Любое движение здоровой части правящей элиты в направлении установления демократически выдержанного контроля над криминалом власти агрессивно оценивается "37 годом". И это пугало надежно служит интересам определенной части правящей политической и экономической элиты.
   Неспособность законодательных, исполнительных и судебных властей учредить и поддерживать правовой порядок содействовали быстрому образованию в российской жизни беспрецедентной "предпринимательской" ниши, где интенсивно формируется новая криминально-правящая элита, для которой руководство и управление криминальными делами с использованием институтов власти и управления стали высокоприбыльной и абсолютно безопасной сферой приложения своих интеллектуальных и профессиональных способностей. Они "идут во власть", чтобы торговать этой властью. Но власть, которой торгуют, - испорченная власть.
   О "порче", разложении власти писали еще великие мыслители древности. Платон и Аристотель обозначили это явление как вполне политическое. Внутренние механизмы коррумпирования высших деятелей государства глубже всех вскрыл теоретик анархизма Михаил Бакунин еще в 70-х годах XIX века в работе "Коррупция. - О Макиавелли. - Развитие государственности".
   Для любых правителей государства коррупция выступала, как писал М.А. Бакунин, в качестве средства управления. Коррупция, по словам М.А. Бакунина, являлась важным инструментом в руках профессиональных политиков, которые обладали новым искусством -- "искусством побеждать и сохранять власть всеми возможными способами". Для нашего времени характерно проникновение этого нового искусства на самые вершины власти, причем эта тенденция наблюдается во всем мире, а не только в России.
   Система уголовной юстиции существует для защиты прав и свобод человека и гражданина, собственности и общественной безопасности. Критерием деятельности этой системы должно быть число граждан, чьи интересы защищены в уголовном судопроизводстве. В уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве в советское время приоритетными были интересы государства, в реформенное время - интересы правонарушителя (подозреваемого, обвиняемого, подсудимого и осужденного) и государства. Жертва преступления, особенно пострадавшая от организованной преступности, остается самой беззащитной и перед преступниками (которых на свободе всегда много), и перед правоохранительными органами (которые жертв преступлений, требующих расследования, ненавидят больше, чем самих преступников), и перед судом, где к услугам организованных преступников лучшие адвокаты, а у юридически беспомощного потерпевшего - лишь декларированные, но не выполняемые права. Не случайно большинство потерпевших от организованных преступников и особенно институциональных отказывается от своих показаний и обвинений. А без сотрудничества и доверия жертв преступлений и других граждан успехи борьбы с этим монстром будут призрачными.
   Эффективной борьбе с преступностью, с организованной преступностью и с институциональной преступностью особенно мешает такая трудность - объективно и субъективно ограниченные возможности системы уголовной юстиции. Учтенный уровень преступности в 1998-м году возрос на 7.7 процентов. К слову сказать, аналогичный прирост преступности в год вступления нового министра внутренних дел всегда отмечался. Традиция. Но уже со следующего года шло сокращение - показ способностей нового министра. У А.С. Куликова, как у военного человека, по-видимому, был помесячный план равномерного снижения преступности.
   С.В. Степашин после прихода в МВД проводил многие мероприятия по объективизации показателей. Был "Круглый стол" с сго участисм на эту тему, где прямо говорилось о лживой милицейской статистике. Может быть, поэтому в 1998 году фальшивого сокращения преступности не наблюдалось. За четырс месяца прирост общий - 21.3 процента, в криминальной милиции - 24.5, по некоторым экономическим и экологическим преступлениям - до 40-50. Реальный рост преступности в России может быть еще большим, но приведенные цифры отражают не столько его, сколько (хочется верить в это) процесс некоторого оздоровления регистрации. Если этот процесс будет продолжаться, то он потребует серьезных законодательных изменений.
   Очень строгие оценки показывают, что у нас регистрируется не более 1/4 или 1/5 части реально совершаемых деяний, в том числе умышленные убийства около половины, экономические преступления не более 5 процентов, коррупция - около тысячной части, а обман потребителей примерно одна миллионная доля. Причин к этому много, основная из них - система уголовной юстиции не способна выявить и "переварить" реально совершаемую преступность. Если условно предположить, что правоохранительные органы учтут и будут расследовать основную массу совершаемых деяний, а их, по экспертной оценке, около 12 - 15 миллионов, то уголовная юстиция "рухнет" под тяжестью зарегистрированной преступности. В производстве каждого следователя и дознавателя будет одновременно находиться до сотни уголовных дел, с расследованием которых он, консчно же, не справится. Ему не до институциональной организованной преступности, расследование которой все равно кончится ничем, но можно точно знать, чем это кончится для следователя и прокурора. Не случайно удельный вес лиц из организованных преступных формирований, задержанных за совершение преступлений, за 1997-1999-е годы сокращается с 1.2 процентов в 1997-м году до 1.0 - в 1998-м.
   В абсолютных показателях в 1998-м году было привлечсно к уголовной ответственности 15 тысяч участников организованных преступных формирований, в том числе 2250 организаторов, тогда как организаторов преступных сообществ - только 23.
   В структуре преступлений, которые совершили организованные преступники, доминируют традиционно уголовныс деяния (кражи, мошенничество, грабежи, разбои, вымогательство, похищение людсй, убийства и так далее). В числе привлеченных организаторов за экономические преступления - 141 человек. Все это показательно. Но среди этих преступников мы можем найти лишь единицы из институциональй организованной преступпости, да и то второстепенные.
   Выход из этого тяжелого положения, если осуществить принцип "равенства всех перед законом и судом", в значительной мере связан с разработкой оптимальных подходов к реализации национальной уголовной политики путем декриминализации многих деяний небольщой тяжести и переводом таких деяний в административные правонарушения, упрощением нашего уголовного судопроизводства и расширением протокольной формы по определенным категориям дел, внедрением примирительных процедур и компромиссов в уголовном праве, широким использованием института мировых судей, расширением альтернативных мер уголовного наказания, более полным применением института освобождения от уголовной ответственности и наказания, в том числе и с использованием обществснности, а такжс увеличением расходов на борьбу с преступностью, расширением системы уголовной юстиции, профессионализации кадров и так далее. Назовем эти меры "правовым решенисм сверху".
   К сожалению, в нашей стране проблема оптимальной реализации уголовной политики решается "снизу" на неправовом прагматическом поле управляемого селективного учета и расследования преступлений, а "верхи" вроде бы об этом не догадываются. Но этот путь ведет к оперативно-следственной декриминализации таких деяний, к незаконным усмотрениям самих низовых сотрудников, к служебным злоупотреблениям, к своеобразной, почти поголовной криминализации низовой правоохранительной системы при молчаливом согласии "верхов".
   При всех объективных и субъективных трудностях развития России в этот сложный переходный период в стране медленно и противоречиво создаются новые формы социально-правового контроля, основанные на общепризнанных международных либерально-демократических принципах и распространяемые на неприкасаемых служащих.
   Постепенно складываются экономический, бюджетный, финансовый, валютный, банковский, налоговый, таможенный, пограничный, миграционный, санитарный, экологический и другие формы социально-правового контроля, которые обладают серьезным потенциалом по предупреждению и выявлению деятельности организованной, в том числе и институциональной, преступности. Дело контроля сдвигается с мертвой точки. С совершенствованием законодаьтельства о непосредственной борьбе с организованной преступностью, коррупцией и отмыванием грязных денег, укреплением правоохранительной и судебной системы и утверждением политической воли руководителей для такой борьбы, что может появиться лишь при серьезной смене правящей элиты, можно прогнозироватъ удержание институциональной организованной преступности под неким государственным контролем и на социально терпимом уровне. Это не радикальное лечение криминальной болезни нашего общественного организма, но его следует считать серьезным шагом в правильном направлении. С этого момента можно ожидать появления доверия к власти и правоохранительным органам. И не только доверия, но и сотрудничества, которое так непонятно сегодня тем россиянам, что путешествуют по Европе. А вот законопослушные немцы считают своим святым долгом проинформировать власти о тех непорядках, которые они замечают.
  

Тенденции развития организованной преступности

  
   Сегодня исследователи насчитывают до двух десятков тенденций развития преступности. Наиболее часто указывается на рост организованности, вооруженности, насильственности преступных проявлений при очень высокой степени их латентизации.
   Наряду с тенденциями важное значение имеет изучение новых качеств, приобретаемых преступностью в современный период. Некоторые из них появились лет десять - пятнадцать назад, другие еще позже; одни сформировались уже достаточно рельефно, другие только-только приобретают очертаемые контуры. При самом беглом взгляде к таковым относятся:
   Транснациональность преступности. Самое старое из описываемых качеств. Реально стало проявляться в последние годы существования Советского Союза и быстро расцветает сегодня. Преступность не знает границ, а преступники национальные границы преодолевают очень успешно, чего не скажешь о законопослушных гражданах. Кроме того, преступники не знают межнациональной вражды. Они прекрасно "дружат" и сотрудничают друг с другом, несмотря на ширящиеся разногласия между странами, гражданами которых они формально являются. Все межнациональные конфликты на территории СССР прекрасно это подтверждают.
   Сегодня на территории бывшего СССР, частично занимаемой ныне СНГ, транснациональность приобретает специфический оттенок. Новые идеи псевдосуверенизации, заполонившие все политическое пространство, привели к тому, что разумное стремление к объединению усилий в сфере борьбы с преступностью, то, к чему мир уже пришел достаточно давно и основательно работает по такой схеме, оказалось потопленным в бюрократической жиже повседневности. Создается ощущение, что не только политики, но и профессионалы не считаются с той очевидностью, что "преступное пространство" сохраняется (причем куда с большей долей вероятности, чем пространство экономическое или какое-либо другое)". Подобные подходы к решению сложнейшей социально-политической проблемы не могут не наносить ущерба национальной безопасности. Если процессы не остановить, то не останется ничего, кроме голого криминального пространства.
   Изменение характера и многих сущностных качеств субъекта преступной деятельиости. В преступность "пошли" те, кто всегда стоял "по другую сторону баррикад" - военнослужащие, работники МВД и госбезопасности, многие интеллектуалы (интеллектуализация преступности - это быстро воплощающаяся в реальность тенденция сегодняшнего бытия), на которых держится вся относительно производящая "теневая экономика", банковские махинации, компьютерные преступления и так далее.
   Кстати, интеллектуализация преступности приводит к тому, что преступная среда заботится о собственном воспроизводстве и всестороннем подкреплении своей деятельности. Лет десять назад уже отмечалось, что преступники стали направлять на обучение в высшие юридические заведения своих собственных ставленников в надежде, что, попав после окончания ВУЗа на работу в правоохранительные органы, они сполна возместят все расходы. Сегодня криминалитету этого уже мало, и он организует на средства криминального общака детские лагеря, где воспитывается в соответствующем духе будущая преступная смена. Об одном из таких мест в Амурской области поведала "Комсомольская правда".
   Более того, сегодня уже следует говорить о качественно новом социальном явлении, на что обратил внимание А.В. Шеслер - "серых зонах" - способе "организации асоциала, который стремится выжить как биологический и социальный вид".
   Одновременная аномализация преступности - совершение серийных убийств как одна из наиболее зловещих черт аномальной преступности; сюда же можно отнести и "безмотивность" совершения многих жестоких преступлений, каннибализм.
   Вандализация - еще одно современное качество преступности. Прошедший во Франции чемпионат мира по футболу в 1998-м году практически каждый день приносил сообщения не только о спортивных победах или поражениях, но и об актах вандализма и массовых бесчинствах, совершаемых так называемыми фанатами. Накопившаяся агрессия как результат ежедневных стрессов получала выход в устраиваемых погромах. Громилось и сокрушалось всё: уличные киоски, автоматы по продаже сигарет и напитков, телефонные будки, кафе и пабы, автомобили и витрины магазинов... Доставалось полицейским, случайным прохожим и друг дружке.
   Для Запада это явление не новое. Еще 19 августа 1985 года Совет Европы принял Конвенцию о предотвращении насилия и хулиганского поведения зрителей во время спортивных мероприятий, и в частности футбольных матчей (Россия присоединилась к конвенции 1 апреля 1996-го года), в которой государства - члены Совета Европы не просто выразили свою обеспокоенность, но и обязались, объединив усилия, всячески противодействовать такому безобразию на основе правовых, организационных и пропа-гандистских решений.
   Сегодня по многим западным странам прокатилась целая волна массовых "публичных" отравлений (зачинатель Япония - родина Аум Синрекё), когда в консервированные пищевые продукты и напитки в самом супермаркете вводится сильнодействующее отравляющее вещество (преимущественно из группы цианидов). Ничего не подозревающий обычный гражданин покупает приглянувшийся ему продукт. Результат - мгновенная смерть.
   У нас в России явление массового вандализма пока не получило широкого распространения, но мы очень быстро перенимаем у Запада всё самое дурное. Первые ласточки уже появились (имеются в виду участившиеся беспорядки во время проведения спортивных мероприятий в самых разных городах России) и возможен их всплеск.
   Происходит обесценивание человеческой жизни и влечение части людей к насильственной смерти - некрофилизация преступности. Рост числа убийств и актов насилия над личностью - худшее тому подтверждение. Москва, например, за последние годы превратилась в достаточно опасное место пребывания. В 1997-м году в Москве совершено 17.1 убийств на 100 тыс. жителей. Для сравнения скажем, что в Брюсселе этот показатель составил 0.2, в Токио - 1.1. Ближе всех к нам "приблизился" Лиссабон - 8.4. Правда, в Претории (с прилегающими районами) уже 43, а в Вашингтоне - относительно тихом и спокойном американском городе - 73.1 (по данным 1996 года).
   Наскольке глубоко эти настроения пронизывают наше общество, наглядно свидетельствуют результаты одного криминологического исследования: 4 процента студентов-юристов (!!) МГУ готовы пойти на убийство, чтобы "выбраться из нищеты". Если среди сотни будущих защитников законности ходят четыре потенциальных убийцы, то каков этот показатель среди студентов других специальностей?
   Едва ли не самым главным субъектом преступления становится само государство, своей непродуманной (или, наоборот, очень продуманной) политикой создающее явно криминогенные ситуации, при которых потенциальным нарушителем закона может стать практически любой неустойчивый гражданин. Недаром в большом ходу сегодня словосочетание "государственный рэкет". Происходит все это на фоне идеологической декриминализации целых групп преступлений. Начали, как известно, с обычной спекуляции, объявив её предпринимательством, а теперь осторожно подводят мину под хищения, уклонение от уплаты налогов, завуалированное взяточничество и многое другое. Всякий желающий без труда может набрать не мало примеров из нашей повседневной действительности по любой из этих позиций. Кстати, вопрос об уголовной ответственности юридических лиц при совершении противоправовой ошибки в определенном смысле лежит в этой плоскости, но просто не "дотянул" до планки.
   Следует признать и сделать выводы из того обстоятельства, что "росту преступности способствуют крупные ошибкн в формировании стратегии и тактики противодействия преступности, в ресурсном и финансовом обеспечении борьбы с нею вследствие недооценки масштабов развития преступности, ограниченных и недостаточных ресурсных возможностей и лоббирования коррумпированной части законодателей и госаппарата". Например, в конце 1998 года СМИ растиражировали выступление министра внутренних дел С.В. Степашина на заседании Правительства 27 ноября 1998 года, где он заявил, что преступные группировки "обнаглели" и открыто бросают вызов обществу и правоохранительным органам, пытаясь показать, "кто является хозяином положения, и запугать людей". И далее: "Правоохранительная система принимает вызов". Эту позицию одобрил и поддержал премьер-министр Е.М. Примаков в Белгороде 28 ноября 1998 года.
   Такая патетика: "бросает вызов" - "принимает вызов" хороша только для депутатов и для журналистов, но совершенно неприемлема для первых руководителей в системе исполнительной власти.
   Во-первых, преступность не бросает вызов. Она просто не может этого сделать. Она всего лишь ведет себя так, как ей дозволяют. Преступность - это всего лишь отражение всех проблем общества в кривом зеркале действительности. Неконтролируемый рост преступности означает реальное ослабление государства. За последние десять-пятнадцать лет донельзя ослаблена система социального контроля над преступностью и она продолжает усиленно разрушаться.
   Во-вторых, это уже было. С.В. Степашин почти слово в слово повторил то, что говорил еще недавно его предшественник А.Н. Куликов. А до того нечто подобное изрекал и Б.Н. Ельцин. Всегда эффект был нулевым. Сомнительно, чтобы с таким подходом он вообще мог быть другим.
   В-третьих, борьба с преступностью - это тяжелая кропотливая повседневная работа, а не рыцарский турнир. Превращать её в политическую кампанию, каковых в недавнем прошлом у нас было немало, право дело, не стоит. Политическая кампания в условиях монопартийной, жестко администрированной системы и в наших условиях дает принципиально разные результаты. Сегодня такая политическая шумиха выгодна только самим преступникам, она поднимает их авторитет и значимость в собственных глазах и одновременно запугивает народ: "Вон они какие! Даже милиция с ними справиться не может". Может, при политической воле руководителей! А если таковой нет, и Б.Н. Ельцин многократно не хотел подписывать принятые Федеральным собранием антикриминальные законы (а у нас царь или хозяин - барин, что захочет - то и будет), то в этом случае милиция действительно бессильна.
   В-четвертых, если уж встать на позицию С.В. Степашина, вызов принято принимать только у равного себе. Неужели МВД уже приравняло себя к преступном среде? Или даровало право криминалитету идти вровень с генералитетом? - И то и другое плохо. Таким образом, исходный посыл негоден с любой стороны.
   Наконец, в-пятых, искоренить преступность в принципе нельзя до тех пор, пока существует человечество. Но можно и нужно её изживать, обуздать, железной рукой вогнать "в рамки приличия" жестким контролем, сопровождающимся и улучщением социального климата общества. К сожалению у нас и то и другое находится на печально низком уровне.
   Есть социальная слепота, а есть социальная косость, что сегодня очень характерно для сферы борьбы с преступностью. Иными словами, мы уподобились людям с хорошим зрением, но косым: видим цель, но упорно движемся не к ней, а куда-то в бок. Своё бессилие и отсутствие современной научно обоснованной идеологии борьбы с преступностью, а равно явный недостаток конкретных, действенных, продуманных мероприятий власть пытается компенсировать потоком слов. Негодный и крайне опасный путь!
   Меняется и сам потерпевший. На место единичному потерпевшему или группе потерпевших приходят очень большие группы - целые страты (стратификация потерпевших): речь идет о военнослужащих, о шахтерах и учителях, врачах и ученых (куда-то же делись их деньги, они не могли дематерилизоваться), о русскоязычных группах населения в национальных республиках и других.
   На смену синусоидальному циклу развития преступности, точнее, в его дополнение идет взрывной, при котором регулярно может повторяться то, что может и не очень удачно с лингвистической точки зрения, называют обвальным ростом преступности. Видимо, он может повториться в самое ближайшее время с приобретением неких новых качеств.
   Политизиция преступности. Криминалитет идет во власть, власть стремится к преступному добыванию доходов. Идет откровенная смычка власти и криминальных структур, События в Ленинске-Кузнецком, Нижнем Новгороде прекрасно это иллюстрируют. Так называя "рыночная экономика" в условиях распада псевдосоциалистического (в худшем, "совковом" смысле этого слова) сознания объективно стимулирует этот процесс, что просто игнорируется теми, кто не имеет права этого делать в силу своего должностного положеиия. Если так будет продолжаться и далыие, то политико-криминальные группировки скоро могут стать ведущей общественной силой. Тем не менее, чисто криминальное правление у нас сегодня невозможно!
   Обратной стороной политизации является экономизация преступности. Современная организованная преступность не может довольствоваться мелочными доходами от краж, грабежей и даже от теневого производства. Ей нужен государственный размах и государственные деньги. Она подминает под себя экономическую политику государства. Отсюда огромные неплатежи и задержки по заработной плате. Например, только суммарная задолженность предприятий на конец 1997-го года составляла, по данным Совета Безопасности Российской Федерации, поистине астрономическую сумму - более 1 квадриллиона 400 триллионов рублей, "в том числе, больше половины - просроченная". Таким образом, само государство в течение достаточно длительного времени усиленно создавало благоприятнейшие возможности для полной легализации преступных доходов. Более того, оно упорно препятствовало активному пресечению такой практики.
   А проблема "неэффективности" западных кредитов? В июне 1998 года в Москве проходил большой "круглый стол" - "Международное сотрудничество в борьбе с отмыванием доходов, полученных незаконным путем" западные коллеги криминологи, например, Луис Шелли, открыто говорили, что не понимают, зачем Россия берет кредиты, которые через шесть месяцев возвращаются обратно на Запад, но уже на частные счета известных лиц. В августе 1998 года "Общая газета" опубликовала результаты опроса ВЦИОМ, из которого следует, 60 процентов (!!) опрошенных считают, что западные займы будут разворованы. Вряд ли эта цифра нуждается в расширенном комментарии.
   Кстати, влияние Запада и транснацнональных финансовых институтов и механизмов на преступность - самостоятельный вопрос, который не получил практически никакого освещения в нашей литературе. Между тем проблема есть. В начале июля 1998 года в Сеуле был проведен специальный семинар на тему "Методы борьбы с преступностью в эпоху МВФ". Следует обратить внимание на название. Дело в том, что "эпохой МВФ" - эпохой Международного валютного фонда - в Республике Корея называли последний экономический кризис, подчеркивая такой своеобразной элегантной восточной манерой первопричину кризиса. Это еще раз свидетельствует о том. что вся политика МВФ всего лишь поддерживает экономическую и политическую нестабильность. В 1998-м года об этом "вдруг" заговорили все ведущие экономисты в мире, включая Дж. Сороса.
   "Двери наших мозгов посрывало с петель" - говорят руководители милиции. Меняющаяся преступность заставляет изменяться и органы борьбы с преступностью. Следует так же учитывать, что и сами эти органы оказывают влияние на преступность и не всегда это влияние положительное.
   Самым невероятным изменением является то, что произошло своеобразное разгосударствление сферы борьбы с преступностью. Это проявляется в подходе к формированию законодательства и в повседневной деятельности. Что касается законодательства, то Уголовный кодекс, продекларировав необходимость защиты прав личности и самой личности, фактически опустил порог этой защиты по сравнению со старым уголовным законом (например, развратные действия в отношении малолетнего - ст. 135 УК наказываются менее сурово, чем подкуп участников и организаторов профессиональных спортивных соревнований и зрелищных коммерческих конкурсов - ст. 184 УК). Высокопоставленные государственные чиновники и "крутые" бизнесмены отгородились от преступников профессиональной охраной, а Закон отгородился от надоедливых граждан общими фразами. Каждый должен заботиться о себе сам.
   Произошло определенно заметное перерождение правоохранительных органов, обязанных бороться с преступностью, в силовые структуры, у которых принципиально другие функции и другие задачи; идет их массовая депрофессионализация именно как правоохранительных органов. Дальнейшая ступень - превращение силовых структур в карательные органы. Следует надеяться, что до этого не дойдет.
   Депрофессионализация имеет разные проявления. Одно из самых заметных - падение образовательного уровня в правоохранительных органах. Сегодня, например, среди "следователей МВД до 60 процентов не имеют юридического образования". Это приводит к чудовищным и просто нелепым ошибкам при расследовании.
   Еще один аспект депрофессионализации - сугубо профессиональная деформация руководящих сотрудников правоохранительных органов: от формирования неправильных и даже негативных профессиональных установок (обвинительный уклон, например) - до совершения преступлений по "идейным мотивам".
   В 2007-м году численность российских милиционеров превысила штат советского МВД. Таким образом, на каждые 75 жителей, включая младенцев, приходится один милиционер. Можно сказать, что сегодня в России милиция стала крупнейшей из силовых структур, превосходящей по своему количеству даже армию.
   Если несколько упрощенно описывать российскую милицию, то можно сказать следующее. Ее сегодняшнее состояние характеризуют: плохое финансирование, отрицательный кадровый отбор, тяжелые условия труда, низкая социальная и правовая защищенность сотрудников, а также распространенность коррупции и советских методов работы, что дополняется отрицательным образом милиции в СМИ и негативным отношением к ней граждан.
   В результате российские милиционеры оказались сегодня как бы в состоянии двойной дискриминации. Милиция дискриминируется и как институт, и как профессиональная группа. Природа этой двойной дискриминации проистекает, с одной стороны, из широко распространенного и во многом традиционного для россиян отношения к милиции как к карательно-репрессивному органу. С другой же стороны, дискриминация милиции проявляется в пренебрежении и невнимании государственной власти к нуждам ее сотрудников. Оба вектора дискриминации милиции требуют краткого пояснения и примеров.
   Собранные социологические данные говорят, что милиционер сегодня для большинства наших сограждан давно уже не дядя Степа, помогающий старушкам и спасающий детей. Он даже не Глеб Жеглов, подбрасывающий кошельки и сажающий воров-бандитов. Образ "стража порядка" необратимо и страшно мутирует.
   Милиция как институт охраны правопорядка, с точки зрения граждан, также выглядит довольно мрачно: это перегруженная работой, очень плохо оснащенная, заорганизованная и глубоко коррумпированная структура, которая не контролируется ни обществом, ни государством и принимает меры лишь тогда, когда все уже произошло. По мнению россиян, современная милиция не способна эффективно бороться с преступностью и даже просто осуществлять профилактику правопорядка. Более того, многие считают, что часто сами милиционеры являются правонарушителями.
   Следствием такого недоверия становится то, что граждане отказываются сотрудничать с милицией. Рядовые сотрудники ОВД сетуют, что теперь ни свидетелей, ни понятых днем с огнем не сыскать. Люди еще боятся "человека в милицейских погонах", но при этом все чаще проявляют к нему агрессию.
   Данные массовых опросов показывают, что более 20 процентов наших сограждан не считают необходимым подчиняться милиции, если расценивают ее действия как неправомерные или несправедливые, Около 60 процентов жертв (даже в случае совершения тяжких преступлений) предпочитают не иметь дело с милицией, а предпринимать самостоятельные действия по восстановлению справедливости.
   СМИ в значительной степени также являются выразителями общественных стереотипов. Образы милиционеров, отраженные телевидением и газетами, наделяют сотрудников МВД весьма нелестными качествами и эпитетами. Они фигурируют как "вымогатели при исполнении", "люди в сером", "красная крыша", "бизнесменты", "скинхеды" и "оборотни в погонах".
   Однако российский милиционер сегодня поносится не только прессой и общественным мнением, он дискриминируется также политическим руководством страны. Недофинансирование, слабая социальная и правовая защищенность воспринимаются сотрудниками милиции как признак государственного невнимания, как неуважение властями их профессиональной деятельности. Рядовые сотрудники МВД считают, что государству на них плевать, что властям не нужна сильная и эффективная милиция: "Люди, стоящие у руля, не заинтересованы в сильной милиции, которая может сама, без приказа сверху, возбуждать дела, в том числе и коррупционные дела... Понимаете?" (35 лет, капитан).
   Рядовые сотрудники находят подтверждение "теории заговора" политической власти против милиции в повседневном опыте взаимодействия с отдельными ее представителями: "Самые большие проблемы у нас в отделе с депутатами, с чиновниками разной масти. Эта публика ведет себя просто препохабно. Кричат: "Завтра будешь без погон! Один звонок - и тебя уволят со статьей!" Меня за смену однажды три раза увольняли" (38 лет, сержант).
   Сегодня политическое руководство страны осуществляет тонкое разделение при манипулировании сотрудниками министерства внутренних дел, решая одновременно две задачи - не только внутреннюю, но и внешнюю.
   В качестве продукта, экспортируемого для международного сообщества и в особенности для наших западных партнеров, милиция употребляется властью в виде своеобразного "стрелочника", который ответственен за правовой беспредел, зачистки (на манер тех, что осуществлялись в Благовещенске), разгоны маршей несогласных и прочие безобразия с правами человека, в том числе с нарушениями, совершаемыми в Чечне. Один из информантов образно и точно описал сегодняшнюю ситуацию: "Милиция - это цепная собака государства. Нашими руками каштаны из огня таскают" (54 года, полковник), Для внутреннего употребления власть использует милицию в иных целях. Не случайно сегодняшнее МВД сохраняет такое множество традиций времен позднего социализма - от "палочной" системы отчетности до чисто советского правового нигилизма и "презумпции виновности" каждого: "то, что вы не сидите, - не ваша заслуга, а наша недоработка". Для власти милиционер остается "дешевым пугалом народа, а также "стрелочником" для западных блюстителей прав человека.
   Мало зарабатывающий, социально не защищенный и озлобленный милиционер нужен власти, чтобы мы, дезориентированные как западными, так и родными правозащитниками, не забывали, в какой стране на самом деле живем. Не забывали, что в местном РОВД права нам никто зачитывать не будет и что робкие упоминания про адвоката или про "право на один звонок" будут встречены добрым смехом милиционеров.
   Депрофилактизация - еще одна из черт современного уровня отношений к борьбе с преступностью. Государство самоустранилось от этой работы и устранило всех остальных субъектов. "Мудрый законодатель", о котором мечтал Ч. Беккариа, и "мудрый правитель", восхваляемый Платоном, Аристотелем и многими их последователями, видимо, покинули Россию и всю СНГ-овию. Будем надеяться, что не надолго.
   Справедливости ради надо сказать, что этот процесс был не одномоментным. Он начался еще тогда, когда МВД СССР возглавлял В. Бакатин, но затем шел очень бурно. Главенствовала нелепая посылка: мол, профилактикой должны заниматься все, поэтому никаких специальных структур создавать не стоит. С таким же успехом можно провозгласить тезис: что обучать начальной грамоте должны все, поэтому и начальная школа не нужна. Сейчас осознание вредоносности такой политики проходит, но очень медленно. Недаром Совет Федерации своим Постановлением N392-СФ от 4 сентября 1998-го года специально рекомендовал Правительству воссоздать Межведомственную комиссию Правительства Российской Федерации по социальной профилактике правонарушений.
   Массовая криминализация языка, культуры, всех сторон общественной жизни (использование воровской "Фени" в бытовом общении). Это побочное явление всех описанных выше процессов, но оно приобретает все большее самостоятельное значение, ибо становится своеобразным движущим фактором поведения (подтверждение образа).
   Популяризация через средства массовой информации (СМИ) преступности и преступников (прямые репортажи с места события, предоставление эфира бандитам, вызов самими бандитами телерепортеров и так далее) - ООН в той или иной форме неоднократно обращала внимание на недопустимость любого популяризирования преступности. Например, резолюцией от 7 сентября 1990-го года Восьмой Конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями утвердил "Меры по борьбе с международным терроризмом". В п. 29 этого документа говорится о недопущении "создания сенсаций и оправданий террористического насилия; распространения стратегической информации о потенциальных целях; и распространения тактической информации в тот период, когда продолжаются террористические акты, поскольку это может поставить под угрозу жизнь невинного гражданского населения страны и сотрудников правоохранительных органов или помешать принятию эффективных правоохранительных мер в целях предотвращения таких актов или борьбы с ними и ареста правонарушителей". Данное положение принималось безоговорочно представителями самых разных стран. Наши же СМИ сегодня, откровенно ложно истолковывая право на информацию и гоняясь за сиюминутными сенсациями, действуют, как правило, вопреки рекомендациям мирового сообщества и здравому смыслу.
   Псевдогуманизация борьбы с преступностью. Наши периодические издания полны слезливых восклицаний, что, мол, расстреливать преступников негуманно. А держать преступников, приговоренных к пожизненному лишению свободы (или просто к лишению свободы на определенный срок) в насквозь инфицированных туберкулезной палочкой колониях гуманно? А забывать о муках потерпевших гуманно? К сожалению, этот ряд вопросов можно продолжать достаточно долго.
   Псевдонаучностъ выдаваемых рекомендаций. Появилась масса "специалистов" во всех сферах жизни и область противодействия преступности не является исключением. Например, встречаются "труды", в которых утверждалось, что только всестороннес изучение в школе черчения будет способствовать полному искоренению преступности.
   Снижение уровпя качества адвокатской работы, что объективно сказывается на защите прав и законных интересов граждан. Тому есть две основные причины: первая - резкое увеличение количества адвокатов, что никак не способствовало повышениию качества отбора. Вторая - заметное снижение уровня платежеспособности населения. Как говорят сами адвокаты: "У бандитов нет денег". Но денег нет и у честных граждан. Бесплатно же никто работать не будет.
   Псевдорегулирование общественных отношений криминальными структурами (эрзацюстиция). Граждане и коммерческие структуры, не имея возможности найти защиту у представителей закона, обращаются в "кримииальные структуры", которые за хорошую плату берутся "урегулировать вопрос". И действительно, регулируют. Какие приемы и методы при этом применяются каждый знает из телефильмов.
   В ближайшей перспективе негативные тенденции развития организованной преступности, если не будет задействован комплекс антикриминогенных факторов, могут выразиться:
   в дальнейшей консолидации преступных группировок на территориальном, межрегиональном и международном уровнях при одновременном разделе и переразделе сфер влияния на территории страны и в отраслях преступного бизнеса, расширении и углублении криминального контроля за целыми отраслями экономики, включая финансовую сферу, малое, среднее и крупное предпринимательство;
   в активизации усилий международных преступных сообществ с целыо использования территории Российской Федерации для наркобизнеса и отмываиия преступных доходов при одновременно возрастающем вывозе из России валютных средсгв и имущества, добытых противоправыми способами, за рубеж и их легализации там;
   в усиливающемся стремлении части преступных авторитетов, имеющих в своем распоряжении огромные капиталы, вторгнуться в политику, лоббировать свои интересы во властных структурах всех уровней путем формирования выгодного им общественного мнения через подконтрольные им срсдства массовой информации, усилении масштабов подкупа коррумпированных представителей власти и должностных лиц, влияния их на ход выборов в органы представительной власти всех уровней, а также в провоцировании в своих интересах межнациональных конфликтов и политического напряжения, дальнейшем быстром развитии масштабов использования насильственных методов борьбы с властями, конкурсантами, неугодными лицами и тому подобными;
   во все большей пораженности аппаратов власти и управления, силовых структур, в том числе правоохранительных органов, коррупцией и как следствие этого - их подконтрольности;
   в расширении масштабов, повышении степени опасности, изощренности и дерзости преступлений, все большем использовании в преступных целях профессиональиых познаний специалистов высокого уровня (из числа бывших и действующих сотрудников правоохранительных органов и спецслужб, военнослужащих, легальных юристов, экономистов, программистов и так далее), в усиливающейся вооруженности и технической оснащенности преступников;
   в стремлении преступных группировок, сформированных по этническому признаку, еще больше укрепить свои позиции в наиболее прибыльных видах преступной деятельности (нарко- и оружейный бизнес, незаконные финансовыс операции, контроль над рынками сырья, в том числе посредством вытеснения и уничтожеиия конкурентов);
   в возрастании тяжести и масштабов социальных, экономических последствий организованной преступной деятельности включая увеличение числа жертв противоправных посягательств рост совокупного ущерба от них, массового недовольства населения в целом и его отдельных групп результатами борьбы с преступностью, отток иностранных инвесторов, в конечном итоге в подрыве рыночных преобразований из-за необеспеченности условий для нормальных экономических отношений, предпринимательства.
   Произойдут дальнейшая активизация криминального бизнеса в кредитно-финансовой сфере, инвестиционных и благотворительных фондах, мошеннических операций с векселями, кредитными карточками; рост масштабов присвоения крупных денежных средств путем несанкционированного проникновения в компьютерные и телекоммуникационные сети, хищений с использованием подложных документов и поддельных банковских гарантий, безвозвратного получения и нецелевого использования льготных кредитов, ссуд, дотаций, должностных злоупотреблеиий в банковской системе и тому подобное
   Таков мрачиый прогноз развития организованной преступности.
  

Двоевластие

  
   Криминальная элита очень быстро оценила преимущества официальной власти и с самого начала появления независимой России "пошла во власть". Помимо "официального" занятия выборных должностей в результате финансирования выборных компаний, методы проникновения во власть организованной преступности довольно просты. Во-первых воровское "третейство" или взятие под криминальную опеку наиболее ценных для организованной преступности чиновников, депутатов, руководителей правоохранительных органов и судейской системы. Во-вторых, подмена оперативных аппаратов МВД и ФСБ путем создания внутрикриминальных детективных структур с техническими службами, оснащенными новейшей аппаратурой, что позволяет им фиксировать "стихийные" преступления, как и преступления инородных организованных преступных группировок на неподвластной им территории. Эти структуры помимо оперативного раскрытия незапланированных преступлений, собирают компромат на тех, кто мешает движению их лидеров во власть. В-третьих, это тотальный подкуп, фактически систематическое содержание чиновников (зарплата в конвертах), которые не будут принимать решения, вредящие организованной преступности. И, наконец, в-четвертых, пропаганда обычаев и традиций воровской среды. Наиболее коррумпированным в этом отношение оказалось кино, некоторые фестивали которого финансируются организованной преступностью. Однако и телевидение, как и издательское дело, привлекают серьезное внимание организованной преступности.
   В этом плане организованную преступность следует считать системообразующим элементом государственной власти и учитывать его влияние на планирование и разработку официальной внутренней политики (а со временем по мере роста его влияния и внешней политики, поскольку организованная преступность интегрируется в международное преступное сообщество, где российская "братва" уже играет ключевую роль, потеснив местные организованные преступные группы во многих странах).
   Фактически, последние двадцать лет в стране существует двоевластие: официальная власть со своими властными и принудительными институтами и теневая власть, без санкционирования которой практически не принимаются никакие хозяйственные, а в последнее время и политические решения.
   Если все-таки иногда официальная власть и принимает несанкционированнные теневой властью решения, то теневая власть находит возможности избежать их действий, даже если это и указы президента, которые, по признанию бывшего Министра экономического развития О. Грефа, исполняются только на 75 процентов. Действует теневая власть через членов правительства и депутатов Государственной Думы, которые чрезвычайно высоко криминализированы.
   В России сложилась такая ситуация, когда громоздкие и малоэффективные исполнительная, законодательная и судебная государственные структуры контролируются компактной криминальной структурой, управляющие органы которой "сходняки воров в законе" имеют самостоятельные финансовые накопления - "общаги", пополняемые из государственных и частных источников. Функции "сходняков" заключаются в назначении контролеров - "смотрящих" и выборе из выслужившихся "смотрящих" новых "воров в законе", кооптируемых в "сходняк", что называется "коронацией" вора.
   "Сходняки" на каждое среднее или крупное предприятие назначают "смотрящего", о котором знает только руководитель предприятия, согласившийся сотрудничать с криминалом. А если он не соглашается, то имеется много возможностей доставить ему крупные неприятности. "Смотрящий" может и не иметь экономического образования, но он назначается на должность в бухгалтерии, которая позволяет ему контролировать получаемую предприятием прибыль. И 10 процентов прибыли руководитель предприятия ежемесячно отчисляет некоей юридической фирме, организованной "сходняком", за то, что она "разруливает" спорные вопрсы, которые возникают при взаимодействии с партнерскими предприятиями или государственными структурами. Это называется "крышевать" предприятие. Смею вас заверить, что "юристы" этой фирмы в своей повседневной деятельности руководствуются не государственными законами, а воровскими "понятиями".
   В каждый мало-мальский городок, или даже поселок городского типа тоже назначается "смотрящий". Обычно это лицо, имеющее доступ к оружию на законном основании, то есть начальник городского отдела милиции, которому подвластны не менее двух, зачастую "конкурирующих" организованных преступных группировок (ОПГ). В криминальной среде не редко появление "теневого" лидера, который по каким-то причинам предпочитает находиться в тени. Это может быть достаточно умный оперативный уполномоченный, либо даже "обычный" следователь следственного отдела прокуратуры.
   Большие города разделены на районы, а районы - на муниципальные образования. В каждое муниципальное образование назначается "смотрящий". Чаще всего это юрист администрации без согласия с которым руководитель администрации не может шагу ступить. Конечно же он пользуется еще и услугами некой юридической фирмы на договорных началах за небольшую плату - 10 процентов от всех средств, которые поступают в муниципальное образование из районной администрации. И будьте уверены - эти средства поступают без "отката", который чиновники устанавливают до 30 процентов, иначе меньше средств поступит в "общак". А криминал зорко следит за соблюдением своих интересов.
   "Смотрящим" нескольких образований или даже района обычно является депутат Законодательного собрания. Может быть и бывший руководитель ОПГ, выбившийся в "крутого" предпринимателя. Атаман станицы Градофорпостовская, председатель местного общества ветеранов госбезопасности, милиции и налоговой полиции Вячеслав Белоненко (в криминальных кругах он был известен как лидер группировки, контролировавшей Трусовский район Астрахани) был убит в ночь на 17 июня 2005-го года. Это произошло в больнице имени Кирова, в которую господин В. Белоненко поступил двумя днями ранее с огнестрельными ранениями в руку и ногу (неизвестный обстрелял его из автомата). Около трех часов ночи забравшиеся в палату по пожарной лестнице киллеры расстреляли "авторитета". Было возбуждено уголовное дело, основной версией в правоохранительных органах поначалу называли "криминальную разборку". Вскоре были задержаны несколько человек, но их причастность к преступлению доказать не удалось. Между тем расследовавшие это убийство сотрудники прокуратуры обратили внимание на одно обстоятельство. К раненому "авторитету" в больнице были приставлены для охраны сотрудники областного управления по борьбе с организованной преступностью (УБОПа). Однако накануне убийства начальник УБОПа Ренат Салихов велел снять охрану. Как подчеркивают в Астраханском областном следственном управлении СК при прокуратуре РФ, "решение было принято самовольно, без согласования с руководством и вопреки интересам службы". В результате следствие пришло к выводу, что действия Рената Салихова и некоторых его подчиненных накануне убийства господина Белоненко следует квалифицировать не как обычную халатность, а как действия, умышленно направленные на помощь убийцам. Рената Салихова арестовали, однако вскоре выпустили и он продолжал руководить УБОП, пока не совершил наезд на группу пешеходв, двое из которых сканчались, а третий стал инвалидом. Суд присудил Рената Салихова к трем годам заключения в колонии-поселении Именно после этого инцидента и было начало расследование в отношении начальника астраханского УБОПа и его подчиненных.
   Следствие выяснило, что полковник Ренат Салехов контролировал "куст" из 4 районов областного города Астрахани и пытался расширить зону контроля. Начальник управления по борьбе с организованной преступностью создал 4(!!!) ОПГ ("Русский профсоюз", "Татарский профсоюз" и другие, виновен в убийстве нескольких адвокатов и организации ряда криминальных дел). Кроме того, Ринат Салехов подозревается "в отмывании денежных средств, приобретенных в результате совершения им преступлений". По информации следственного управления, через фирму своей жены (ООО "МФ "Императрица") начальник УБОПа легализовал 18 миллионов рублей, полученных в результате шантажа и "крышевания" астраханских бизнесменов.
   В Москве "смотрящий куста" может быть генерал-майор, руководящий УВД административного округа, включающего несколько районов. Показательна в этом смысле история начальника ОВД района "Царицино" майора Дениса Евсюкова, убившего двух и ранившего семерых москвичей. Говорят, что своей карьерой Денис Евсюков обязан отцу Виктору Евсюкову и бывшему начальнику московской милиции Владимиру Пронину, уволенному указом президента. Но более он обязан другим чинам.
   - У нас в Южном округе начальником становится тот, кто "отчисляет" большие деньги "наверх", - грустно рассказывает оперуполномоченный А. Романов. - Евсюков хорошо усвоил это и регулярно носил "конвертики" своему покровителю Олегу Барышникову, который в то время возглавлял окружной уголовный розыск (ОУР). Показатель раскрываемости - вещь второстепенная. В верхах ценится тот, кто умеет добывать деньги. Евсюков начал с того, что завел двух "молодцов", которые "трясли" для него киоски. Затем он начал брать деньги с родственников тех, кто объявлен в розыск. К примеру, человек числится в розыске много лет. Он вызывает родственника и предлагает закрыть дело за 5 тысяч долларов. Родственник опознает неизвестный труп - и находящийся в розыске по документам мертв: можно распоряжаться квартирами, прочим наследством, получать пенсию...
   Коллеги Евсюкова убеждены, что у него было два высоких покровителя - Олег Барышников, ставший впоследствии заместителем начальника УВД Южного округа Москвы, и непосредственно сам начальник УВД Виктор Агеев. А еще они абсолютно не верят, что в Южном округе можно продвинуться по службе, если ты просто честно служишь.
   - Только за деньги, - уверяет действующий оперативник А. Романов. - В 2005-м году, когда Евсюков стремительно зашагал вверх по служебной лестнице, должность начальника криминальной милиции стоила 15 тысяч долларов, начальника ОВД - 25 тысяч долларов. То, что Евсюков тогда так резко скакнул наверх, свидетельствует, скорее, о том, что его финансовые дела пошли в гору.
   Став начальником криминальной милиции, Евсюков приумножил свои доходы. Собирать дань с гастарбайтеров и трясти киоски стало для него мелковато. В новой должности он обирал уже фирмы, магазины, предприятия. За девять лет он прошел путь от оперуполномоченного до начальника ОВД района. Но случилась накладка.
   За некоторое время до того, как он расстрелял людей, начальник УВД Южного округа Агеев подал в отставку. Причем не просто так. Сотрудники ФСБ начали проверку в его округе и кое-что выявили. Вслед за Агеевым подал в отставку его заместитель Олег Барышников. Его отставку еще не приняли, потому что он незамедлительно слег в госпиталь, где и находится по сей день.
   - Как мне сказали сотрудники, в отношении Барышникова возбуждено уголовное дело по двум статьям: "Превышение полномочий" и "Создание организованной преступной группы", - сказал оперуполномоченный Романов. Д. Евсюков в одночасье лишился своих покровителей. Практически рухнула система, в которой он припеваючи жил. А тут еще, поскольку Агеев и Барышников в последнее время уклонялись от встречь с ним - не до Евсюкова было, которому могли предъявить те же обвинения, что и Барышникову, у Евсюкова скопилась крупная сумма общаковых денег, что негативно давило на его психику, поскольку он не знал, что с ними делать. Вот он поехал в супермаркет и расслабился по милицейски - пострелял немножко. Но не по мишеням, а по живым людям. Скажете, что от страха он стал невменяем? Экспертиза признала его вменяемым.
   Обычно, "смотрящий куста" держит локальный на сотни миллионов долларов "общак" и верховодит локальным "сходняком" из 5-7 "воров в законе", поэтому появление одного "смотрящего" в большом городе маловероятно.
   Тогда возникает законный вопрос, а не может ли организованная преступность со временем договориться и провести своего президента. Представляется, что не сможет по трем причинам.
   Во-первых, в отличии от официальной, хотя и коррумпированной власти, которая организована по вертикальному принципу насквозь от местного территориального управления и до президента, являющегося одновременно и главнокомандующим, и главой правительства, организованная преступность имеет вертикальную структуру только на местах, в зонах ее территориального или отраслевого влияния. В целом же по стране она организована горизонтально и никогда не сможет выдвинуть единого кандидата на высшую официальную должность в стране.
   Во-вторых. Опыт двух последних президентских выборов в нашей стране показал, что существенным фактором, влияющим на исход выборов, является не обильное финансирование, что организованная преступность вполне может осуществить, а так называемый "административный ресурс", которым она владеет не вполне. Организованная преступность не сможет провести своего кандидата и на пост Председателя Совета министров, который назначается президентом, а следовательно овладеть административным ресурсом в полной мере она никогда не сможет.
   Наконец, в-третьих, сращивание организованной преступности с коррумпированными официальными властями носит характер симбиоза, сожительства, а не противостояния, что крайне выгодно обеим сторанам. А, выдвинув кандидата в президенты, наша организованная преступность противопоставит себя официальной коррумпированной власти, которая, борясь за свои коррупционные привилегии, немедленно начнет террор против криминальных структур, что четко выявил опыт попытки провести представителей организованной преступности на должности мэра в Нижнем Новгороде и Ленинск-Кузнецке. Пока что функции власти и организованной преступности формально разнесены, чего нельзя сказать о целях. Так на встрече с журналистами бывший тогда Министром внутренних дел Б.В. Грызлов заявил: "Приметой нашего времени стала ситуация, при которой существующий криминал, представители правоохранительных органов и власти связаны преступной целью, и такие явления достаточно часты". Так что же - выхода нет?
   Преступность была всегда и везде. Всегда и везде она отражала в себе какие-то грани общества. Меняется общество - меняется преступность. Наше общество очень сильно изменилось за последние двадцать лет. Так же сильно изменилась преступность. Между тем методы изучения преступности, как и методы реагирования на преступные проявления, остались прежними. Это привело к тому, что мы не только не можем эффективно противодействовать преступной активности наших граждан, но и не знаем даже в должной мере саму преступность.
   Статистика показывает устойчивое, хотя и небольшое, снижение преступности за последние несколько лет. Одновременно статистика так же показывает устойчивый рост тяжких и особо тяжких преступлений, хотя испокон веку тяжкие преступления росли более медленными темпами, нежели общеуголовные преступления.
   Статистика утверждает, что растет раскрываемость преступлений. Социологические опросы показывают, что растет недовольство граждан малоэффективной работой милиции, всех правоохранительных органов, и особенно быстрыми темпами растет психологическая тревожность граждан, боящихся откровенного разгула преступности.
   Такие взаимоисключающие посылки позволяют сделать однозначный и достоверный вывод о недоброкачественности (или даже подтасовках) нашей уголовной статистики. Не зная в должной мере такого сложного социального явления, каковым является современная преступность, просто глупо рассчитывать на высокую эффективность мер противодействия.
   Изменившаяся преступность требует коренного изменения идеологии борьбы с ней. Первой и основной задачей должна быть не полная ликвидация преступности и всех причин и условий, её порождающих, что невозможно в обозримом будущем даже теоретически, а установление жесткого социального контроля над преступностью. Максимально жесткого, исходя из современных возможностей общества. Контроль должен строиться, опираясь не только и, может быть даже не столько на силовые методы и приемы, сколько на интеллектуальный потенциал, нацеленный на создание научно обоснованной, теоретически грамотной и практически выполнимой программы борьбы с преступностью. При этом вряд ли стоит тратить силы на создание всеобъемлющей федеральной программы. Как показывает опыт последних лет, эти программы в своем подавляющем большинстве остаются на бумаге.
   Упор надо делать на создание очень компактных целевых программ: региональных и предметно-функциональных. Социальный контроль над преступностью предполагает государственный контроль (профессиональная работа соответствующих органов), общественный контроль (контроль гражданского общества над деятельностью всех государственных институтов власти) и законодательный контроль (разработка и принятие соответствующих законов, их эффективное действие).
   Вторая задача заключается в реформировании тех органов, которые мы, по старой памяти, называем правоохранительными. Сформированные структурно, кадрово и идейно-функционально в условиях другого государства, другой эпохи и идеологии, они оказались мало приспособленными к эффективной работе в резко и принципиально изменившихся условиях. Всё реформирование до сего дня велось в основном в плане кадровых перестановок и в откровенной милитаризации МВД, что явно недостаточно, а зачастую не имеет никакого отношения к сфере борьбы с преступностью. Правоохранительные органы стали постепенно превращаться в самодостаточную политическую силу.
   С чего начинать? Пусть это не покажется странным, но начинать надо с изучения преступности. Дело в том, что, не зная объективной картины, просто невозможно выработать адекватные меры реагирования. Открытость, доступность или гласность в сфере криминальной статистики не соседствует с объективностью. Сегодня уже практически никто не подвергает сомнению тезис, что официальная статистика отражает лишь самую верхушку айсберга, а именно то, что никак не поддается сокрытию или то, что никак невозможно не учесть. Именно поэтому у нас есть все основания говорить о чрезвычайно высокой степени латентности (скрытности) современной российской преступности. Разные эксперты называют в качестве реальной цифры совершаемых за год преступлений от 10 -12 до 25 - 30 млн. Можно давать сколь угодно суровые оценки и называть людей, использующих эти цифры, алармистами, но то, что их утверждения ближе к истине, чем официальная статистика, - с этим не спорит никто.
   О том, что между организованной преступностью и сильно коррумпированной властью существует симбиоз, сожительство свидетельствует и тот факт, что коррумпированные чиновники постепенно перенимают идеологию и образ жизни криминальных авторитетов и воров в законе, их манеру одеваться и вести себя. В их среде распространены обращения не по имени и отчеству, а по прозвищам или "кликухам", как говорится в криминальном диалекте русского языка "Фене".
   Так, например первого президента России в Кремле его сотрудники называли "Дед" или "Всенародно избранный". "Таня", "Валя", "Рома" (кликухи) и другие члены так называемой "Кремлевской семьи" любовно звали его "Гарантом", (обеспечивающим им защиту от уголовного преследования). Придворная челядь звала его "Царем Борисом", государственные вельможи говорили: "БЭН". И только вечно недовольный народ.ру непочтительно называл президента "Елкин", "ЕБН" и даже "Эльцин".
   Чтобы задобрить народ "Царь Борис" время от времени "порол" своих слуг и гнал в шею премьер-министров. Сначала он прогнал "Хрюшу" (Гайдара), потом "Черномора" (Черномырдина), которого еще кликали "Степанычем", "Стаканычем" и совсем коротко - "ЧВС". Но пришедший на смену "Стаканычу" "Киндер-сюрприз" (Кириенко) вскоре оказался в полном дефолте и тогда "Царь Борис" посадил на хозяйство старого "Максимыча" (Примакова), широко известного в узких кругах "специалистов" под кликухой "Примус". "Максимыч" страну из дефолта как-то вытащил и даже имел кое-какой хозяйственный успех, что при нынешнем уровне криминала было скорее удивительно, чем впечатляюще. К сожалению "Примус", будучи бывшим руководителем одного сыскного ведомства, проявлял некоторую щепетильность и выразил профессиональный интерес к криминальному прошлому коррупционеров, на чем и поссорился с "Березой" (Березовским). А поскольку "Береза", он же "БАБ", был большим другом "Тани" и "Вали", то вскоре "Примуса" отправилти в починку. Починили. Он и сейчас пыхтит на кухне (Председатель Торгово-промыщленной палаты).
   После "Максимыча" рулить страной чуть было не стал "Кондуктор" (Аксененко), но в последний момент, по совету "Ржавого Толика" (Чубайса), его еще кличут "Рыжим", "Ваучером" и "Железным дровосеком без сердца", "Царь Борис" предпочел "Степашку" (Степашина). Правда "Степашка" продержался даже меньше "Хрюши" и был заменен на тихого с виду "ВВП" (Путина). Тем временем обиженные "Царем Борисом" вельможи разбрелись по разным блокам и партиям, собираясь Думу думать, как им Россию обустроить. "Примус" побратался с "Лужком" (Лужков), которого злые языки прозвали "Кепкой", "Колобком" и даже "Лаврентием Палычем Мэрия". Известный олигарх "Гусь" (Гусинский) пообещал "Примусу" с "Лужком" поддержку против архаровцев "Березы". На "Гуся" положился и его давнишний друг "Гриша" (Явлинский) по прозвищу "Явло" вместе с примкнувшим к нему "Степашкой" Они тогда сумели преодолеть пятипроцентный барьер и, не жалея живота (чужого, конечно), заседали в Думе бок о бок с "Папашей Зю" (Зюганов), он же "Крокодил Гена" со товарищами и "Кужегетычем" (Шойгу), он же "Спасатель" с "медведями".
   Повезло и "Киндер-сюрпризу", который столичным головой не стал, зато попал в Охотный ряд вместе с братией - "Кудрявым" (Немцовым) и "Хиросимой" (Хокамада) и прочими. Там же опять оказались "Жирик" (Жириновский) или "Сын юриста" с ясными партийными соколами. С тех времен кое-что изменилось, но кликухи-погоняйлы остались.
   А знаете, как в среде чиновников именуется Правительство Российской Федерации? Правительство - это "Комитет по делам олигархов". "Комитет" и в кризис спасает свой "народ" - олигархов, но для нас - "электората" - ничего не делает, "мышей не ловит", на мор не реагирует. А что, "авось, русские бабы еще наражают. А вот где коней брать?" (князь В.В. Голицын). "Дураково дело - не хитрое" (Петр I). Да только дур-то нынче поубавилось. Трудно им прокормиться стало, не то, что дитя прокормить! Зачем же тогда нищету плодить?
   Все это было бы очень смешно, если бы не было так печально! Ведь это кто высоких чиновников "погоняет" по их "погоняйлам"? Богатые олигархи-миллиардеры, которые приказывают: "Эй ты, Свиное Рыло! Поди!", "Принеси!", "Дай!" "Гулять хочу и непременно в Кушавеле!" А бедный электорат, если иногда и просыпается от пьяни и предвыборного угара, то идет сдавать бутылки, чтобы купить хлеба.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Поблема XXI века

  
   Если внимательно проанализировать всемирную историю, то окажется, что это история решения основной проблемы человека - выжить. Человек - царь природы, его достижения в изучении и использовании природы несомненны, что позволяет вслед за А. Эйнштейном повторить: "Природа коварна, но не злонамеренна!". И это позволяет надеяться, что человечество сумеет решить эту проблему в аспекте ее видения в каждый период времени.
   Так в XVIII веке эта проблема виделась в свете формирования великих наций путем освоения ими своих внутренних ресурсов, в XIX веке - в аспекте проведения колониальных войн для обеспечения внешних ресурсов, в ХХ веке - в аспекте проведения мировых войн для оптимального перераспределения ресурсов.
   Человечество приобрело печальный опыт решения проблем силовыми методами, создав оружие, которое может уничтожить его. Это привело к предпочтительному использованию договорных отношений, позволяющих сосуществовать различным народам.
   В каком свете видится сейчас аспект основной проблемы наступающего ХХI века, что сейчас затрудняет ее решение? Как ни парадоксально это звучит, но футурологи предсказывают, что это аспект выживания в свете деструктивного влияния транснациональной организованной преступности.
  

Братва ушла за кордон

  
   Российскому криминалитету удалось интегрироваться в международную организованную преступность. В Испании, Греции и Венгрии правоохранители не только вернулись к использованию подзабытого штампа "русская мафия", но и с удивлением обнаружили, что выходцы из стран СССР уверенно доминируют среди местных бандитских кланов. Журналист Руслан Горевой изучил деятельность отечественных преступных группировок за рубежом и выяснил, что в преступной деятельности участвуют до 300 тысяч наших соотечественников.
   Лет пять тому назад термин "русская мафия", казалось, пол­ностью себя изжил. Профессионалы предпочитали говорить о "славянской" или "восточноевропейской" организованной преступности, отмечая при этом, что русские мафиози давным-давно растворились в Европе среди себе подобных. Вероятно, так продолжалось бы и дальше, если бы в 2008 - 2009 годах наши соотечественники не напомнили миру о себе серией дерзких выходок. Оказалось, что "русская мафия" весьма неплохо себя чувствует в чужих криминальных вотчинах, в частности в Испании, Греции и Венгрии, на юге Франции, в Италии и даже в США. Наши "братки" потеснили местных настолько, что те предпочитают делиться сферами влияния, не прибегая к выяснению отношений с помощью оружия. Себе дороже!
   Несколько лет назад мексиканские полицейские, расследуя очередное преступление своих наркоторговцев, обнаружили удивительный факт. Выяснилось, что в наркотрафике из Колумбии в Мексику активно используется подводная лодка. Ранее местные торговцы столь буйной фантазией не отличались и перебрасывали "белую смерть" традиционным способом - по воздуху. Мексиканские и колумбийские полицейские провели совместную операцию: ни одного преступника в ходе ее задержать не удалось, зато удалось многое увидеть. В частности, не одну, а целых три подводные лодки, отчаливших от колумбийского берега в тот момент, когда сотни полторы полицейских появились на перевалочной базе, замаскированной под небольшой яхтклуб "Джолли Карибеанс". Ушедшие под воду в буквальном смысле преступники оставили полицейским немало интересного: к примеру, записи учета отправленного кокаина и героина на русском языке, ворох русскоязычных газет и журналов, а также нескольких местных девушек из обслуживающего базу персонала, вполне сносно изъяснявшихся по-русски. Впоследствии выяснилось, что все три лодки были куплены как металлолом у некой украинской фирмы, занимавшейся распилом советских дизельных подводных лодок в Севастопольской бухте между 1994 и 1996 годами. Подлодки ушли своим ходом сначала в румынскую Констанцу, а оттуда с выправленными документами как будущие экспонаты американской частной военно-морской коллекции через Адриатику в Атлантический океан. Можно себе представить, сколько наркотиков перевезли эти лодки, пока их в 2002 году не засекли наркополицейские. Возможно, они задействованы в трафике и сегодня: морскую охрану усилили с помощью кораблей ВМФ США, но, зная наших умельцев, предположить можно всякое.
   О "русской мафии" в Испании с новой силой заговорили после того, как в феврале 2008 года на испанском курорте Коста-дель-Соль несколько граждан нашей страны расстреляли одного из лидеров ирландской преступной группировки - Пэдди Дойла. Полицейские испанского Эстепона подозревали Дойла в том, что он является одной из ключевых фигур в торговле наркотиками и оружием в Европе. Бывшего спецназовца из Ирландии отличали агрессивность и вспыльчивость, и за короткое время ему удалось подмять под себя не только местный криминалитет, но, как полагают журналисты ряда испанских изданий, и представителей муниципальных властей, и даже полицейских. В свое время Дойл благополучно пережил войну между мафиозными группировками южного Дублина, а его преступное досье тянуло на 10 пожизненных сроков. И все у Дойла было схвачено, пока в домике по соседству не обосновались двое граждан славянской наружности.
   Местная полиция была убеждена, что Дойла убили в отместку за драку, в которой он якобы покалечил какого-то русского, но вышестоящее начальство, решившее использовать преступление для начала глобальной кампании по ликвидации "русской мафии", заявило, что Дойл мешал русским вести преступный бизнес. Как бы там ни было, но джип ВМВ, в котором находился Дойл, среди бела дня расстреляли из автоматов. В ирландца попали 13 пуль, 2 из них были выпущены точно в голову жертвы. И это еще не все: незадолго до убийства позвонивший в офис полиции Эстепона неизвестный поведал о том, что Дойл готовит к отправке в Великобританию крупную партию кокаина. Наркотики конфисковали сутки спустя после гибели Дойла - эксперты оценили их стоимость в 9,2 миллиона евро.
   Тут-то все и началось. В испанской прессе замелькали материалы о "русской мафии": возможно, их публикацию оплатили те, кому устранение Дойла было особенно неугодно, а именно ирландские мафиози. А в июне 2008 года испанская полиция провела широкомасштабную операцию "Тройка", в ходе которой были задержаны 20 граждан России. Газеты, в том числе и влиятельная Е1 Mundo, писали, что в операции по ликвидации "русской мафии" приняли участие более 400 сотрудников национальной полиции Испании, а курировали ее местный испанский судья Бальтасар Гарсон и антикоррупционная прокуратура страны. В ходе операции операми были блокированы вызывающие подозрения банковские счета, на которых находилось не менее 12 миллионов евро. У Гарсона и компании поначалу все складывалось замечательно, но очень скоро положение изменилось. Во-первых, почти всех арестованных пришлось отпустить - кого под залог, а кого и вообще, извинившись за причиненные неудобства. Во-вторых, в прессу попали данные о том, что операцию ройка" инициировали предста­тели ирландской и британской преступности, не просто настучавшие испанским полицейским на своих русских "коллег", но и приплатившие ряду чиновников немалые суммы.
   "Слово "мафия" предполагает наличие теневой криминальной сети, контролирующей суды, бизнес и власть, - считает глава комитета Государственной думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному зконодательству Павел Крашенников. - Утверждать, что в Испании существует эта самая "русская афия", абсолютно неправомерно. Некоторые преступные группировки могут носить этнический характер, но это еще не дает основания утверждать о наличии какой-то конкретной национальной мафии в той или иной стране. Что же касается операции "Тройка", то представители ирландской преступности -- а это очень серьез­ные и влиятельные люди - были заинтересованы в ее проведении не меньше, чем испанские правоохранители
   Так или иначе, практически все с проходившие по этому делу уже вышли на свободу, а 90 процентов испанского наркотрафика и оружейных поставок - и на Балканы, и в Северную Африку - сегодня контролируют выходцы из России.
   "Русскую мафию" в Польше считают наиболее влиятельным международным преступным сообществом. Справедливости ради необходимо признать, что помимо граждан России в ее состав входят и соседи с Украины и из Белоруссии. Специализируются наши "братки" на убийствах, угоне автомобилей и их последующей легализации и доставке в страны СНГ, а также на сутенерстве. Польша была первой страной Европы, куда начала проникать организованная преступность из России. Уже к 1992 году покорение Речи Посполитой было закончено, румынская и албанская преступность вытеснена оттуда практически полностью, а местные бандиты удовольствовались участием в контроле над автомобильными грузоперевозками и торговлей наркотиками. Косовские албанцы попытались вернуться в 2008 году, наладив в Познани, считающейся русской криминальной столицей Польши, свою сеть наркосбыта. Закончилось это для них плачевно: в одной из гостиниц были убиты 25 албанцев, среди которых были и родственники косовского премьер-министра Хашима Тачи.
   Ликвидировать организованную преступность из России польским правоохранителям не удается. В 2007 и 2009 годах польские власти предпринимали масштабные операции, целью которых было уничтожение "русской мафии". Обе они провалились, и обе сопровождались скандальными самоубийствами видных польских политиков. В апреле 2007-го во время обыска застрелилась экс-министр строительства Польши, депутат сейма Барбара Блида: прокуратура Катовице заподозрила ее в коррупционных связях с представителями российского криминалитета. А в декабре прошлого года повесился генеральный директор канцелярии польского правительства Гжегож Михневич. Правда, результаты проведенной токсиколо­гической экспертизы показали, что смерть могла быть вызвана и "третьими лицами". Михневич не только занимал должность главы правительственной канцелярии, но и входил в наблюдательный совет одной из крупнейших компаний Польши - РКN Оrlеn. Ходили слухи, что определенным влиянием в этой компании пользуются представители российской организованной преступности. Возможно, Михневич поплатился за то, что накануне своей гибели встретился с представителями Варшавской окружной прокуратуры и дал им некие показания, ставящие под удар бизнес "русской мафии".
   Согласно некоторым данным, на сегодняшний день криминалом в Польше промышляют до 20 тысяч наших соотечественников, это самая большая русская преступная диаспора в мире. Справедливости ради нужно отметить, что преступники из России сумели насадить невиданную коррупцию в высших эшелонах власти не только в европейских Польше, Румынии и Венгрии, но даже в далекой Австралии.
   За последние 10 лет в сотрудничестве с "русской мафией" обвинялись десятки, если не сотни государственных чиновников из Страны кенгуру. До сих пор не утихает скандал трехлетней давности, разразившийся после того, как глава полицейского подразделения "Центр по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий (компьютерные сети)" объявил, что его подчиненные "потеряли" сервер, на котором хранились все данные по "русской мафии" в Австралии. Как можно было "потерять" такой сервер, находившийся за семью замками в здании, кишащем полицейскими, - загадка. Поиски сервера в Сиднее, Сингапуре и даже Лондоне оказались безрезультатными. А хранились на нем данные по 3500 банковским счетам членов "русской мафии": кто сколько снял, кто сколько перевел. Австралийская полиция, так хорошо зарекомендовавшая себя в борьбе с мусульманами, в частности нашедшая официального дипломатического представителя "Аль-Кайды" в Австралии в лице одного шофера такси, оказалась совершенно беспомощной в борьбе с "русской мафией".
   Интерпол не располагает данными хотя бы о приблизительной численности так называемой "русской мафии" в мире, зато такими данными, по всей видимости, располагает Национальная прокуратура Италии. В 2008 году ее департамент по борьбе с организованной преступностью опубликовал данные, согласно которым "русская мафия" в мире насчитывает до 300 тысяч человек. Итальянцы считают наших мафиози третьими по своему влиянию после итальянских и китайских преступных сообществ. По мнению Национальной прокуратуры Италии, "русская мафия" отмывает свои доходы в США, на Марианских островах (протекторат США) и острове Гуам в южной части Тихого океана. Наши соотечественники несколько лет назад взяли под свой контроль до 90 процентов мексиканского наркобизнеса - по сути, всю перевалочную базу наркотрафика из стран Латинской Америки в США. Кроме того, они помогают мексиканским наркоторговцам отмывать деньги, оценивая свои услуги в 30 процентов суммы сделки. В самой Италии представители русской мафии в 2008 году оформили союз с местными Каморрой, Ндрангетой и Коза Нострой. Под ее контролем находится практически 100 процентов сельскохозяйственных предприятий Италии, а также практически все грузоперевозки - как международные, так и осуществляющиеся внутри страны. Кланы русских управляют крупными потоками наркотиков, контролируют маршруты их доставки из Азии.
   В Европе "русской мафии" вообще отводят первое место. Немецкая газета Suddeutsche Zeitung не так давно опубликовала статистику предполагаемой численности организованных преступных группировок в Европе, ссылаясь на данные Генерального секретариата Интерпола, германской полиции, а также на "анонимные неправительственные источники" европейских стран. Русские берут не только количеством - 160 тысяч человек против 70 тысяч у итальянского, 40 тысяч у американского и 37 тысяч у азиатского преступных сообществ. У них самые прочные связи с правоохранительными органами европейских стран и с отдельными политиками, помогающими бандитам заметать следы, и даже наибольшее количество штатных юристов - порядка 100 юридических контор. Для сравнения: у итальянцев их примерно 20, а у американцев в Европе - не более полусотни.
   Четыре года назад Интерпол назвал "русскую мафию" одной из самых опасных в Евросоюзе, имея при этом в виду русскоязычных преступников из России, Украины и Белоруссии. При этом статистика преступлений, совершенных нашими соотечественниками, сравнительно невелика. Скажем, в той же Германии первое место стабильно удерживают турки (порядка 111 тысяч преступлений за год), на втором - сербы и черногорцы (примерно 40 тысяч преступлений), на третьем - поляки (36 тысяч), на четвертом - итальянцы (26 тысяч), а наши лишь на пятом (17 тысяч). "Зато русские мафиози лучше всех организованы и позволяют себе совершать наиболее дерзкие преступления, оставаясь практически безнаказанными, - поясняет Рудольф Химелли, автор разоблачительного материала о "русской мафии" в Suddeutsche Zeitung. - Это пре­ступления совершенно иного порядка, нежели те, что совершают турецкие эмигранты или преступ­ники из стран Восточной Европы".
   Вот характерный пример. Недавно закончилось следствие по делу российской преступной группировки из 16 человек, действовавшей в Италии. Тянулось оно примерно полтора года. В ходе следствия стало известно, что на протяжении нескольких лет наши граждане поставляли стрелковое оружие с Украины и из Китая в Ливию и Ирак. Счет шел на сотни тысяч стволов. На рынке оружейных поставок "русская мафия" успешно потеснила не только американцев, но и коренных сицилийцев: тех, с кем не удалось договориться, сдали итальянской полиции в 2006 году, а прочие были счастливы, что с русскими все закончилось полюбовно. По сообщению ВВС Russian от 12 февраля 2007 года, за полгода до ареста группа переправила в один только Ирак 500 тыс. стволов автоматического оружия. Такая же партия была задержана итальянскими полицейскими при попытке отправки.
   "И все же не стоит вести речь о "русской мафии" как таковой, - убежден вице-спикер Госдумы В.В. Жириновский. - Да, в международном преступном сообществе выходцы из республик бывшего СССР действительно заняли важное положение, а в последние годы это положение можно назвать и доминирующим. Но есть одно "но": многие из этих людей уже давно живут за границей, у них отнюдь не российские, а европейские и американские паспорта, и по большому счету это скорее представители западной, а не нашей с вами культуры.
   Тот факт, что все эти люди покинули Россию, может свидетельствовать лишь о том, что наши правоохранительные органы недаром едят свой хлеб. Но вот удастся ли побороть "русскую мафию" европейским и американским полицейским - сомнительно. Изворотливости и жизнеспособности наших граждан, ступивших в начале 90-х на преступную стезю, можно только позавидовать".
  

Как эта проблема видится на Западе?

  
   По оценкам американских экспертов, вклад российских преступных группировок в транснациональные преступные синдикаты становится все более весомым. Русская мафия проникла даже в Италию, где традиционно сильны местнве кланы. Русская мафия контролирует Северную и Центральную Италию. Юг традиционно контролирует Сицилийская мафия. С 1993-го по 1995-й годы в экономику Италии вложено 13 миллиардов долларов - половина русской мафией. Двести крупнейших преступных групп России в настоящее время превратились в глобальные конгломераты, из них 26 создали свои филиалы в семнадцати крупнейших городах США, где разделили сферы влияния с американскими, сицилийскими и колумбийскими преступными синдикатами. В 1997-м году, по данным ФБР, российские преступные группировки активно действовали более чем в пятидесяти странах мира. Организованная преступность в России и странах СНГ, транснациональная организованная преступность с участием бывших и нынешних российских граждан, российские организованные группы, активно действующие в США, превратились, по утверждению американских экспертов, из "практической проблемы" в прямую угрозу национальной безопасности США.
   По оценке сенатора Д. Керри, российские группировки уже входят в стержень новой преступной организации, образованной пятеркой наиболее могущественных организованных сообществ мира, наряду с итальянской мафией, японской якуда, китайскими триадами и колумбийскими наркокартелями.
   По мнению директора Межрегионального института ООН по проблемам преступности Л. Шелли, опасность ситуации в России, как впрочем, и в других странах СНГ, заключается в том, что постсоветская организованная преступность, набирая экономическую мощь и политическое влияние, все более превращается в новую форму авторитаризма. Это проявляется в следующем: доминирование в экономике и сфере управления; устрашение населения; "приватизация" государственного принудительного аппарата; устрашение прессы и журналистов внутри страны и на международном уровне; переход государственных ресурсов в руки организованной преступности; замена официальной юстиции "теневой"; ниспровержение появившихся элементов гражданского общества.
   Слабые правительства стран-преемниц бывшего СССР не в состоянии и не готовы решать проблемы организованной преступности. Скоординированных международных попыток, необходимых для сражения с транснациональной организованной преступностью, сейчас не предпринимается. В их отсутствии эта преступность может вырасти, почти ничем не ограниченная в течение десятилетия до масштабов теневого транснационального правительства. Существующая пассивность в отношении растущей мощи и укрепления транснациональной организованной преступности и привела к превращению ее в новую форму авторитаризма, с очень серьезными долговременными последствиями для граждан бывшего СССР, и всего мира тоже.
   Одна из особенностей российской организованной преступности заключается также, по мнению Л. Шелли, в ее "полной непатриотичности". Так, большая часть доходов колумбийских наркодельцов возвращается на родину. Итальянские власти в середине 90-х годов "заморозили" 3 миллиарда долларов активов мафии благодаря тому, что львиная доля ее доходов была инвестирована внутри страны. Российская же организованная преступность, напротив, возвращает в страну лишь крохи своих доходов. Так, с 1991-го года по 1997-й год из России было экспортировано более 150 миллиардов долларов.
   Американские эксперты отмечают в качестве существенной особенности российской организованной преступности не только ее управление нелегальной, "теневой" экономикой, но ее доминирование в легальной экономике, что гораздо опасней, поскольку экономика страны становится зависимой от нелегальной активности больше, чем от активности легальной. Фактически в стране решение всех проблем происходит не на базе существующих законов, а на базе так называемых "понятий", формируемых путем дачи взятки коррумпированному чиновнику либо представителю организованной преступности. С. Бойлан, старший координатор одного из центров Американской Ассоциации адвокатов, полагает необходимым официально предостеречь американских предпринимателей от попыток делать бизнес в России путем дачи взяток. По его мнению, подкуп российских правительственных чиновников американскими бизнесменами подрывает развитие демократии в России и оплачивает развитие в ней авторитаризма. Он отмечает также, что на сегодняшний день нет ни одного возбужденного уголовного дела в отношении американских бизнесменов не потому, что они не дают взятки, а потому что избегают вкладывать инвестиции в российскую экономику.
   Связи между преступными и политическими мирами в России существовали всегда и заботливо скрывались в советское время, но сейчас стали публично проявляться с потрясающей откровенностью. Ставки велики: приватизированная государственная собственность была распределена преимущественно между новой номенклатурой и ее криминальными сообщниками. Государство не может обеспечить ни поступление государственных доходов, ни выполнение своих финансовых обязательств. Простые граждане оказались в большом проигрыше при захвате собственности, сопровождавшем крушение советской власти. Они почти не имеют своей доли в советском наследстве, и больше половины их живет на грани нищеты, решая проблему биологического выживания. На пути решения этой проблемы стоит криминально-политический союз, реализующий свои интересы помимо интересов населения или долгосрочных интересов России. Те, кто доминируют в российской экономике - не просто финансовая олигархия, так как их методы приобретения и удержания власти, сопровождающиеся физическим устранением неугодных, вполне обычны для организованной преступности.
   Л. Шелли обращает внимание на слабые и сильные стороны возникшего в России, Украине, Казахстане и других странах СНГ криминально-политических союзов
   Криминально-политические союзы малоуязвимы. Коррупция восходит к вершинам политического руководства. Если Б.Н. Ельцин и не брал взятки в открытую, то, во всяком случае, он и не препятствовал развитию коррупции, не утверждая законы о борьбе с коррупцией и организованной преступностью. Фактически он "крышевал" организованную преступность. Вместо утверждения антикриминальных законов он выпускал недейственные указы, в которых начисто отсутствовало любое упоминание о механизме их введения и осуществления, что делает такие указы недееспособными. За то какая имитация бурной деятельности! Ужо, вам бандиты в белых воротничках! Мало не покажется! В этих условиях существуют незначительные стимулы для замены сложившейся у нас системы осуществления криминальных интересов долговременными интересами государства.
   И все же криминально-политический союз сейчас более уязвим, чем в советские времена, так как политическая система более открыта. Несмотря на издержки нынешних выборов, полноту контроля за избирательным процессом нельзя сравнить с тотальным контролем коммунистической партии.
   Криминально-политический союз может стать еще более уязвимым в будущем, если финансовая система приобретет большую прозрачность. Это станет необходимостью, когда новообразованные государства в большей степени интегрируются в мировое сообщество. Пресса уже стала существенной силой в российском обществе. Если журналисты могут разоблачать криминально-политические связи без страха подвергнуться угрозам, то может быть оказано давление с целью принятия и реализации законных гарантий. С развитием гражданского общества может возникнуть требование о большей отчетности правительственных чиновников.
   В 1997-м году в США появились две работы, посвященные российской организованной преступности. Это доклад рабочей группы Центра стратегических и международных исследований США "Российская организованная преступность" и сборник статей "Российская организованная преступность: новая угроза?" Главной угрозой мировому сообществу со стороны российской организованной преступности авторы доклада полагают ее политический аспект - провоцирование кризиса в российском обществе, который сорвет продвижение политических и экономических реформ, и вернет Россию к авторитарному правлению. "Беспредел" российской организованной преступности ведет к катастрофическому разграблению России и к быстрому обнищанию ее населения, что способно спровоцировать социальный взрыв и увести страну с того пути, по которому, по мнению и по желанию Запада, она должна была бы идти. США обоснованно опасаются, что в этом случае в мире может возникнуть новое, непредсказуемое соотношение сил.
   Далее они рассматривают экономическую сторону этой угрозы. Одним из наиболее пагубных аспектов является преступная деятельность в финансовой области. Группировки российской организованной преступности приобрели большие государственные предприятия путем приватизации на подстроенных заранее "аукционах", куда не допускались конкуренты, по заниженным ценам. Они также захватили в свои руки контроль над значительным количеством крупных банков, обеспечив себя таким образом средствами. Организованная преступность дает крупные взятки должностным лицам и представителям законной власти для того, чтобы помешать принятию неблагоприятных для нее законов, или для получения преференциального режима в той правовой путанице, которая мешает вступлению России в свободную рыночную экономику. Эта деятельность препятствует развитию рыночной экономики в России, подрывая возможности легального бизнеса. В то же время "теневой" капитал российской организованной преступности вторгается в экономику западных стран и грозит ее дестабилизировать или, по крайней мере, привести к переделу уже занятых экономических ниш.
   Одной из новых потенциальных угроз, вызывающей беспокойство американцев, является тот факт, что в результате деятельности российской организованной преступности из России могут быть вывезены ядерные материалы с террористическими целями на территорию США через "нечистые на руку" государства, или лицами, действующими от имени государственных и негосударственных учреждений. Разработчики доклада также осознают возникающую новую угрозу, вызванную комплексом условий, выражающихся в снижении жизненного уровня большинства россиян и уязвимости состояния ядерных объектов. Пытаясь избавиться от экономических лишений, рабочие атомной электростанции или охранники военного ядерного объекта могут позволить завладеть ядерными материалами террористам или недружественным государствам, стремящимися использовать такие материалы против США.
   Примером объективного и всестороннего анализа проблемы можно считать вступительную статью сборника "Российская организованная преступность: новая угроза?", написанную его редактором Ф. Вильямсом и озаглавленную "Насколько серьезна угроза - российская организованная преступность?". Вначале статьи автор отмечает, что в настоящее время существует целый спектр оценок серьезности угрозы российской организованной преступности, при этом дебаты по проблеме могут быть сведены к пессимистическим и оптимистическим оценкам. Пессимистические оценки базируются на следующем:
   1. В высокой степени хищнической является природа российской организованной преступности. Россия находится в таком разброде и хаосе, что очень мало людей могут выжить, оставаясь честными. Притом, что не все нарушители закона являются мафиози, мафия плавает среди них подобно гигантской хищной акулы, вербуя одних, вымогая плату с других, отпугивая конкурентов. Ненасытная и кажущаяся неуязвимой, она проглатывает фабрики, кооперативы, частные предприятия, недвижимость, сырье, валюту и золото: одну четверть российской экономики в 1991-м году, от одной трети до половины в 1992-м году.
   2. Хорошо организованная природа преступной деятельности. Часть "пессимистов" склона объяснять высокую сплоченность российской организованной преступности тем, что в ее руководстве доминируют как бывшие сотрудники КГБ, так и действующие сотрудники спецслужб, которые решили обратить свое мастерство к своей личной выгоде и выместить ненависть к Западу и его институтам, в конечном итоге виновным в их увольнении.
   3. Ярко выраженное превосходство российской организованной преступности над другими подобными структурами, такими, как колумбийские наркокартели, китайские триады или различные ответвления итальянской мафии. Она является более жестокой, более профессиональной и действует более успешно, чем организации, хорошо известные Западу.
   4. Непременным компонентом пессимистических оценок является упорное подчеркивание причастности российской организованной преступности к нелегальному распространению ядерных материалов, хотя факты, которые могли бы подтвердить это отсутствуют. Иногда подразумевается, а иногда и просто утверждается, что российская организованная преступность имеет отлаженные связи с государствами-париями и с международными террористическими организациями.
   5. В пессимистических оценках также отмечаются политические последствия активной деятельности российской организованной преступности. Говорится не только о том, что она замедляет процесс демократизации и создает возможность ультра-националистам и коммунистам прийти к власти и восстановить авторитарное правление, но и предполагается, что в России может установиться прямо криминальный режим - криминализм (нашими государственными деятелями это не афишируется - все они, начиная с президента, всячески избегают касаться этой темы). В некоторых вариантах оценок даже говорится о том, что такой режим уже установился и России сейчас является криминализмированной супердержавой. При этом они ссылаются на высказывание президента Б.Н. Ельцина в 1994-м году о том, что Россия является криминальной супердержавой и 4 тысячи ее высших чиновников являются коррупционерами, на которых следует немедленно открывать уголовные дела. Это были только слова, ибо тон задавал самый Главный коррупционер - Б.Н. Ельцин.
   Оптимистические оценки сводятся к следующему.
   1. Российская организованная преступность выполняет и некоторые позитивные функции в экономической и социальной областях. В частности, она до некоторой степени поддерживает усилия государства, например, в области выполнения контрактов. Считается, что в условиях бюрократической заорганизованности и слабости исполнителей судебных решений российская организованная преступность стала единственной силой, которая может дать стабильность, обеспечить выплату долгов, возврат банковских кредитов. Спорные вопросы владения собственностью решаются ею эффективно и справедливо, (правда стоит это дорого - до трети возвращенного). Она взяла на себя функции законодательной, судебной и исполнительной власти. При этом подразумевается, что не столько российская организованная преступность инфильтруется в бизнес, сколько сам бизнес ищет услуг криминала в данной сфере.
   2. Вторым компонентом оптимистических оценок является утверждение, что российская организованная преступность - это просто первая стадия капитализма; стадия не регулируемая ни законом, ни моралью и потому особенно эффективная на стадии первоначального накопления капитала. С этой точки зрения криминальные организации относятся к числу прогрессивных в бывшем СССР с тех пор, как поддержали процесс приватизации (и, соответственно, на этом нажились).
   3. Третьим компонентом оптимистических оценок является утверждение, что организованная преступность - продукт определенных условий. Когда эти условия меняются - сила ее ослабевает. По мере продвижения к рынку легальный бизнес постепенно заполняют свои ниши и вытесняют из них организованную преступность. Криминальные организации постепенно ассимилируются в легальной экономике, и их лидеры становятся респектабельными бизнесменами, источник богатства которых менее важен, чем сам факт богатства.
   Далее автор утверждает, что ни та и ни другая оценка не является безупречной в своих доводах, высказывая следующие принципиальные соображения:
   в силу ряда обстоятельств организованная преступность в России широко угнездилась в экономике и пошла гораздо дальше поставки незаконных товаров и услуг, типичной для преступных структур других стран;
   российская организованная преступность представляется не монолитной, а скорее рассеянной и расчлененной - с этническими группировками, группировками, основанными на территориальном и "секторальном", а также возрастном принципе.
   Сводная же оценка такова: организованная преступность на Западе вращается в основном вокруг поставки незаконных товаров и услуг. В России ее корни глубже, в частности, вследствие того, что процесс реформирования запутан и непоследователен; зачастую отсутствует "демаркационная" линия между тем, что законно и незаконно. Это привело к тому, что российская организованная преступность стала могучей силой в социальной, политической и экономической жизни посткоммунистической России. Ирония состоит в том, что российская организованная преступность набрала свою силу из процесса реформ и в то же время угрожает самому этому процессу.
   Интерпретация российской организованной преступности как позитивной силы игнорирует долговременную угрозу с ее стороны целостности политических и экономических институтов страны и социальных норм. Преступления в отношении бизнесменов и банкиров ведут к критическому снижению уровня иностранных инвестиций, к уничтожению экономической конкуренции, к подавлению честного предпринимательства. Дополнительной платой за рэкет является рост цен товаров и услуг, что особенно болезненно в обществе, на протяжении нескольких поколений привыкшему к стабильным ценам. Проникновение российской организованной преступности в экономику является наиболее серьезной и долговременной современной угрозой, подрывающей и ограничивающей отечественные финансовые институты и ограничивающей возможности бизнеса.
   Организованная преступность не есть нечто легко искореняемое. И проблема не только в экономике. Это еще и политический вопрос. В переходный период из-за деятельности организованной преступности в ряды политической элиты выдвигаются не благодаря демократической поддержке, а благодаря подкупу и угрозе. В государстве, где организованная преступность находится в числе доминирующих сил, уважение к закону минимально. Не похоже, что по мере продвижения рыночных процессов проблема организованной преступности сама по себе исчезнет, скорее она усугубится. Рассчитывать, что организованная преступность в России цивилизуется и войдет составной частью в законный бизнес - значит "надеяться, не считаясь с опытом".
   Американские эксперты делают следующие выводы:
   Российская организованная преступность серьезно подрывает процессы демократизации и экономической либерализации в России.
   Если перестать осуществлять контроль за Россией, то есть опасность, что она превратится в стабильное "преступно-синдикалистское государство", контролируемое существующими коррумпированными правительственными бюрократами, политиками, бизнесменами и преступниками, с которыми нормальные договорные отношения будут невозможны. Это и случилось во времена президенства Б. Клинтона, но благодаря "особым" отношениям его с подхалимствующим Б.Н. Ельциным, удавалось осуществлять интересы США полностью.
   Российская организованная преступность представляет собой прямую угрозу интересам национальной безопасности США из-за усиливающейся нестабильности в крупной, имеющей ядерное оружие, державе.
   Усилия внутри России, направленные на борьбу с организованной преступностью со стороны правительства России остаются до настоящего времени слабыми и малоэффективными из-за страха и коррупции, а часто сводятся на нет заказными убийствами.
   Коррупция, пронизывающая все этажи российской бюрократии, является главным препятствием в борьбе с организованная преступностью в России.
   Чтобы ослабить проявления коррупции в российском правительстве, политика и действия США должны сместить акцент с поддержки политических деятелей на поддержку тех сегментов в российском правительстве, которые работают, призывая соблюдать букву закона. Укрепление законности приведет к более быстрому появлению жизнеспособной рыночной экономики в России, свободной от вымогательской деятельности российской организованной преступности.
   Во избежание попадания денежных средств в руки организованной преступности и для обеспечения того, чтобы эти средства доходили до соответствующего адресата, должны быть реализованы строгие требования, касающиеся обеспечения прозрачности использования Россией иностранной помощи, а также кредитов и чисто экспортного финансирования.
   В помощь инвесторам со стороны США и других стран должна быть создана совместно используемая открытая база данных по российской организованной преступности, включающая сочетание рассекреченных материалов и материалов из открытых источников.
   Тесная связь правительства США с коррумпированными элементами российского истеблишмента создает риск потрясений внутри России.
   Общий вывод, который делают все американские эксперты, заключается в уверенности, что реальные успехи в борьбе с организованной преступностью возможны только на базе укрепления правовых основ общественной жизни, развития демократического политического режима и формирования гражданского общества. Подчеркивается также и существенная роль, которую могут сыграть средства массовой информации.
   С этими выводами трудно не согласиться.
  

Как эта проблема видится нам?

  
   Возникает вопрос о степени достоверности и обоснованности данных, приводимых американскими экспертами. С. Караганов, заместитель директора Института Европы Академии Наук России, например, полагает, что "многие пассажи одного из докладов дословно совпадает с критическими статьями ... коммунистической прессы". Однако рассмотренные источники содержат большое количество ссылок на официальные выступления высших должностных лиц государства, вплоть до президента. И это дает основание полагать, что доклады экспертов базируются не на суждениях оппозиции, а на серьезном доказательственном материале. Положение действительно критическое.
   Академик В.В. Лунеев полагает, что "... физический, материальный и моральный вред, причиняемый нынешней криминальной вольницей, реально сопоставим с вредом сталинских репрессий и фашистским нашествием".
   По данным МВД 90 процентов частного бизнеса, 60 процентов государственных предприятий и от 50 до 85 процентов банков находятся под контролем организованной преступности. То есть примерно две трети экономики России находятся под контролем криминала. Большинство частных предприятий и коммерческих банков принуждают - в случае необходимости с помощью силы - платить организованной преступности за "обеспечение защиты" от 10 до 30 процентов от получаемой ими прибыли. Осуществляющий защиту рэкет узурпировал у правительства традиционно выполнявшиеся им правовые функции и осуществляемую им правовую защиту, заменив "теневой" юстицией официальную.
   Переправляя свои доходы в зарубежные страны, организованная преступность завязала там связи с местной организованной преступностью, вошла в деловые отношения с ней, заняла прочные позиции в местном бизнесе и даже потеснила местную преступность, благодаря неуемной жестокости. По сообщению старшего научного сотрудника НИИ Генеральной прокуратуры Ванюшкина С.В., "...на начало 1997-го года на учете состояло 11.6 тысяч формирований с числом участников - 83 тысячи человек". Российская преступность далеко шагнула за границу страны.
   Российские криминалисты считают, что опасения американцев имеют под собой почву. Однако парадокс заключается в том, что, осознавая эти опасности, США сами усугубляют их, пропагандистски перекладывая при этом ответственность на "российский криминальный менталитет". Не секрет, что курс российских политических и особенно экономических реформ, приведший к нынешнему состоянию дел, вырабатывался не без влияния США. В частности, в разработке схемы приватизации российской государственной собственности, результаты которой теперь приводят всех в ужас, участвовали многие иностранные, в том числе американские советники при Госкомимуществе. Сами же американцы, не желая появления на мировом рынке еще одного конкурента, под различными надуманными предлогами (в том числе и под предлогом деятельности российской организованной преступности) всячески препятствуют мерам по оздоровлению экономики России. Так, ими и рядом других стран Запада широко применяются дискриминационные меры по отношению к российским товарам, на том основании, что наша экономика до сих пор, якобы, "не рыночная". Этим же они объясняют и отсутствие широкомасштабных инвестиций в экономику России.
   Весьма интересно они комментируют проникновение средств российской организованной преступности в экономику западных стран. Запад в связи с приобретением феноменом российской организованной преступности трансграничного и транснационального характера сетует на отсутствие в России надлежащей законодательной базы для борьбы с ней, на слабость, непрофессионализм и коррумпированность наших правоохранительных органов и спецслужб, на отсутствие ощутимых результатов в борьбе с этим социальным злом. В этой связи недоумение вызывает лишь один вопрос: почему западные, и, прежде всего американские спецслужбы и правоохранительные органы, располагающие и создававшейся на протяжении нескольких поколений правовой базой, и неизмеримо большими материальными ресурсами, и лишенные наших слабостей и недостатков тоже не имеют видимых успехов в борьбе с "русской мафией", а лишь констатируют ее присутствие в своих странах? Ведь нельзя же считать подлинным успехом арест, а затем осуждение в США "Япончика" - В. Иванькова и еще с десяток подобных акций!
   Напрашивается ответ: либо наша российская организованная преступность, протянувшая свои щупальца за рубеж, не имеет тех масштабов, о которых говорят западные авторы, либо ее существование и деятельность несут ощутимую выгоду тем странам, где она действует, вследствие чего они и не ведут с ней практически никакой реальной борьбы. Скорее справедливо последнее. В самом деле, нелегально вывозимые из России капиталы, природные ресурсы, предметы старины и искусства, культурные ценности реализуются, и по существу, инвестируются в экономику западных стран, включая США. Поскольку эта деятельность объективно выгодна указанным странам, их правоохранительные органы и спецслужбы проводят свои акции против российской организованной преступности лишь тогда, когда российские мафиози нарушают неписаные "правила игры", вторгаясь в чужую "нишу" или обращают на себя внимание чрезмерно "экстравагантным" поведением.
   Что касается ядерного терроризма, то такая угроза теоретически действительно существует, причем не только из России. Однако сами американцы говорят о том, что 11 доведенных до сведения общественности случаев ядерной контрабанды, имевших место со времен развала СССР, были связаны с попытками продажи ядерных материалов невоенного применения отдельными похитителями непрофессианалами, не предпринимавшими даже мер личной радиационной защиты, буквально проносивших через границу ампулы с ядерными материалами в карманах верхней одежды. При этом они же отмечают, что почти нет свидетельств формального или принесшего каких либо плодов участия организованной преступности в переправке ядерных материалов.
   А вот опасность разрастания коррупции с появлением российской организованной преступности в США и других западных странах, несомненно, существует.
  

"Диктатура закона" или диктат "понятий"

  
   Масштабность и глубина проникновения организованной преступности и непосредственно связанной с ней коррупцией (по оценке мирового сообщества Россия занимает четвертое место по интенсивности этого явления после Колумбии, Нигерии и Боливии) в ткань общества и государства, их криминализация, воздействие преступности на людей и происходящие процессы, патологическое неприятие властью каких либо решительных мер по противодействию организованной преступности - все это оказалось настолько сильным, всеохватывающим и необычным, а это породило не только среди простых людей, но даже среди юристов такой поразительный сдвиг, что часть из них оказалась среди обслуживающих организованную преступность и ее представителей, часть включилась в организованную преступность в качестве соучасников, исполнителей и организаторов, часть поступилась профессиональной совестью в стремлении угодить победившему криминалитету, часть оказалась вообще морально подавленной. В этих условиях и возникла "теневая" юстиция, работающая не по установленным законам, а по сложившимся криминальным "понятиям".
   Почему же простой российский гражданин живет не по принятым законам своей страны, а по навязанным ему узким "понятиям" жадного коррумпированного чиновничества и организованной преступности? Просто он знает, что законов по борьбе с коррупцией и организованной преступностью до сих пор нет, благодаря нежеланию утвердить их первым президентом. Существующие же законы криминалоемки, то есть направлены не на защиту его интересов, а на создание возможности коррумпированным чиновникам брать взятки. Причем наша жизнь так бюрократически заорганизована, что экономически дешевле нарушать существующие законы, обращаясь в качестве третейского судьи к организованной преступности. Простой человек подчиняется "диктатуре закона" как бы "по нарошке", по правде учитывая "понятия" воровской "справедливости". И уже не судья, а он сам решает, как его должны судить: по закону или "по понятию". Соблюдение "понятий" организованной преступности требует меньших затрат, чем соблюдение законов.
   Но тем самым коррупцией финансово поддерживается организованная преступность, которая треть своего дохода тратит на взятки продажным чиновникам, создающим условия ухода предпринимателей в тень, чем также финансово подпитывают организованную преступность. Так возник и расширяется преступный замкнутый круг, который необходимо разорвать в слабом его месте. Слабым звеном в этом порочном кругу несомненно является многочисленное коррумпированное чиновничество.
   Беда в том, что у нас в стране слишком много развелось государственных чиновников: их сейчас 2.7 миллиона человек, и каждый может брать взятки, количество и размеры которых неограниченны, вплоть до сотен миллионов долларов. Напомним, что по переписи 1897-го года у царя на 125 миллионов населения было только 350 тысяч государственных чиновников и такого криминального беспредела как сейчас не было. Отсюда вывод: если мы хотим покончить с криминалом и коррупцией, необходимо раз в восемь-десять уменьшить число чиновников, устранив государственную заорганизованность жизни. Тогда в десять раз меньше придется давать взяток, и можно будет хоть отчасти соблюдать законы. А вор и бандит должны сидеть в тюрьме - сейчас их за большие деньги "отмазывают" адвокаты и отпускают продажные судьи и прокуроры.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Криминальная глобализация экономики

   В современном мире практически ни одна из стран не развивается обособленно от других. Экономика любого государства становится составной частью мирового хозяйства. Участниками глобальных хозяйственных отношений становятся отдельные граждане, фирмы, правительства, союзы государств, наднациональные экономические организации.
   Постепенное "растворение" национальных экономик в мировом хозяйстве приводит к тому, что благосостояние каждого государства начинает зависеть не только (а часто _ и не столько) от экономической деятельности его собственных граждан, но и от событий, происходящих иногда на другом конце планеты. Примерами могут быть зависимость экономики современной России от колебаний цен на нефть.
   Экономическая глобализация порождает так называемые глобальные проблемы _ проблемы, в той или иной степени касающиеся всех стран и народов, и решение этих проблем возможно лишь объединенными усилиями всего мирового сообщества. Более того, само существование земной цивилизации или, по крайней мере, ее дальнейшее развитие связано с решением этих проблем.
   В наше время все более угрожающую форму принимает криминальная глобализация: на мировое развитие все сильнее воздействуют деструктивные силы, нарушающие правовые нормы, пренебрегающие принятыми в "цивилизованном обществе" "правилами игры". Речь идет не только о транснациональной организованной преступности и международных террористических организациях, но и о деятельности легальных фирм и законных правительств, которые перенимают методы преступников и занимаются нелегальной хозяйственной деятельностью в глобальном масштабе.
   Среди криминальных глобальных проблем наиболее известны те, которые связаны со взаимоотношениями "богатого Севера" (развитых стран) и "бедного Юга" (развивающихся стран). Однако есть и криминальные глобальные проблемы, связанные в основном с самими развитыми странами.
   Возникновение и быстрое развитие международных криминальных промыслов стало побочным результатом раскола мира на "богатый Север" и "бедный Юг". С одной стороны, развитые страны Запада (Северная Америка, Западная Европа, Япония) достаточно богаты, чтобы люди "золотого миллиарда" удовлетворяли свои самые изощренные потребительские запросы, даже если официальная мораль не позволяет делать это открыто. Спрос на наркотики для хиппи и богемы, на предметы искусства для богатых снобов, на малолетних детей для бездетных семей встречается с предложением этих благ со стороны преступного мира стран периферийного капитализма. С другой стороны, страны периферийного капитализма остро нуждаются во многих плодах западной цивилизации (престижные потребительские товары, современное оружие), но не имеют средств для их приобретения на легальных рынках. Предложение этих товаров обеспечивают уже преступные организации развитых стран.
   В результате формируется параллельный официальному, нелегальный мировой рынок, контролируемый во многих случаях "организованной преступностью". Объем нелегального мирового рынка трудно измерить, но очевидно, что он отличается от размеров легального мирового рынка не более чем на порядок и имеет тенденцию к росту.
   Нелегальный мировой рынок включает контрабанду как запрещенных товаров (наркотики, оружие), так и вполне легальных (алмазы, сигареты, автомашины). К криминальным аспектам экономических взаимоотношений между Севером и Югом относятся также легальная торговля подделками ("пиратскими" имитациями) и нелегальная миграция.
  

Контрабанда наркотиков

  
   В теневых, скрытых от государственного учета и контроля, секторах хозяйственной деятельности циркулируют, по оценке исследователей, по крайней мере 1000 миллиардов долларов, что эквивалентно совокупной внешней задолженности развивающихся стран. Эта сфера может быть названа "тайным континентом", в рамках которого все более возрастающие суммы денег обращаются вне какого бы то ни было государственного контроля. По мере расширения масштабов этого континента становится все шире "черная дыра" в национальной и международной статистике, а государства все больше утрачивают свой национальный и коллективный суверенитет.
   Самый крупный сегмент криминальной мировой экономики - это, конечно, международный наркобизнес.
   Ежегодно в мире потребители наркотиков расходуют 200-300 миллиардов долларов. Для сравнения - в 1986-м году в промышленно развитых странах расходы на автомобильное топливо (без оплаты налогов) составили лишь 135 миллиардов долларов. Контрабанда и сбыт наркотиков - это не только социальный феномен, проблема общественного здоровья и растущей преступности (все эти аспекты наркомании выходят за рамки данной работы), но и существенный сектор мировой экономики, который приносит огромные прибыли. Разрыв цен производства сырья и розничных цен составляет для кокаина 1:200 и для героина 1:2000. Производители сырья, его переработчики, перевозчики, экспортеры и импортеры, оптовики и дилеры (розничные торговцы) - все они стремятся получить свою прибыль. И чем больше этапов проходит наркотик от начала производства до потребителя, тем больше его цена.
   Международная статистика и межгосударственные сопоставления масштабов наркобизнеса и международной торговли наркотиками затруднены из-за скрытого характера таких операций. Имеющиеся оценки количества наркоманов в мире (от 48 миллионов, включая "случайных" потребителей, до 4.8 миллиардов) также не дают возможности точно определить масштабы этого явления. Еще недавно считалось, что наркобизнес контролируется мафией; теперь стало ясно, что он носит массовый характер. По данным статистики ООН, если до 1982-го года суммарный вес ежегодно конфискуемых партий кокаина не превышал 12 т, то в 1983-1985-х годах было конфисковано в среднем по 52 т, а в 1986-м году _ 128 т. В последующие годы масштабы контрабанды наркотиков продолжали возрастать, хотя структура международного рынка наркотиков претерпевает определенные изменения.
   В целом не существует единого мирового скоординированного наркорынка, каким является, например, мировой финансовый рынок. Фактически действуют географически фрагментированные рынки, на которых обращаются наркопродукты, разделенные на четыре категории, _ опий, кокаин, конопля и синтетические наркотики.
   Самым старым является рынок опия _ сырья для морфина и героина, наркотиков для жителей гетто. На этом рынке разрыв цен производства и розничных цен достигает наибольшего уровня: если производство 10 кг опия стоит I тысяч долларов, то оптовая цена 1 кг героина - 200 тысяч, а розничная цена 1 кг героина _ 2 миллиона долларов. Чтобы получить 10 кг опиума, надо собрать сок примерно 500 тысяч цветков мака, которые занимают площадь в 2/3 га; после обработки уксуснокислым ангидридом из 10 кг опиума производят 1 кг героина. В мире существуют два главных региона, где основная часть производимого опия потребляется на месте: "Золотой полумесяц", включающий Афганистан, Иран и Пакистан, где производится около 1400 т опия в год; "Золотой треугольник", включающий Бирму, Таиланд и Лаос, где производится более 1500 т опия. Кроме того, есть ряд стран, где производимый опий обрабатывается и получаемый героин затем тайно переправляется за границу. Это в первую очередь Мексика, где производится 40-50 т опия в год, из которых получают 5 т героина, поставляемого затем в США, и Ливан, производящий 60 т опия. В целом мировое производство опия сократилось с 30 тыс. т в начале прошлого века до 3 тыс. т в 1988-м году). Помимо этого нелегального производства опиума есть и легальное примерно в 1 тыс. т (главным образом в Индии). Медицинский морфий продают по 2000 долларов за 1 кг, что примерно в 4 раза превосходит цену сырья.
   Потребители героина в наибольшей степени зависят от потребления наркотиков и наиболее подвержены опасности заражения вирусом СПИДа (в Нью-Йорке половина из них являются вирусоносителями), очень часто они вынуждены становиться преступниками или продавцами наркотиков. В последнее время из-за боязни СПИДа многие потребители героина перешли на потребление таких заменителей, как мета-дон, барбитураты и др. По имеющимся оценкам, Европа является ведущим мировым рынком потребления героина здесь ежегодно потребляется 17 т. Розничные цены за 1 г героина колеблются в странах Европы (в экю) от 30-60 в Амстердаме до 160-190 в Гамбурге, 70-170 в Париже и 260-400 в Дублине. Уже при оптовой торговле груз героина в 15 раз дороже того же веса золота. В целом мировой рынок героина может быть оценен примерно в 70 миллиардов долларов (3.7 миллиона потребителей), в том числе 40 миллиардов в Европе (700 тысяч потребителей), 28 миллиардов - в США (500 тысяч. потребителей). Оптовый рынок опия (в ценах импорта) составляет 8 миллиардов долларов, из которых производители мака получают всего 300 миллионов долларов. Огромный разрыв в доходах производителей сырья и розничных торговцев опием объясняет высокую степень интеграции рынка героина в развитых странах в руках тех, кто берет на себя риск его организации и контроля. Вероятно именно за счет "героинодолларов" финансировались войны в Афганистане и Ливане.
   По оценкам, в США потребляется 200 т кокаина, в Европе - 50 т, мировой рынок составляет в розничных ценах 24 миллиардов долларов. и в оптовых - около 4 миллиардов долларов. В отличие от кокаина, который в развитых странах является предметом роскоши и чаще всего потребляется дома, а не на улице, конопля - это "наркотик с тысячью лиц". Его потребители исчисляются миллионами, способы потребления многообразны и не стандартизированы (марихуана, гашиш, масло). В США рынок конопли (в розничных ценах) составляет не менее 40 миллиардов долларов, в том числе импорт - 12 миллиардов; в Европе, соответственно, 10 миллиардов и 3 миллиарда долларов.
   В 1987-м году мировой рынок наркотиков составил 150 миллиардов долларов (импорт 28.3 миллиарда), в том числе конопли - 52 миллиарда (импорт 15 миллиардов), кокаина - 27 миллиардов (импорт 5 миллиардов) и опия 71 миллиард (импорт - 8.3 миллиарда). Будучи неспособными ограничить спрос, развитые страны, в первую очередь США, в 80-е годы свои усилия направили на ограничение предложения наркотиков, ужесточая меры на своих границах и убеждая страны-производители предпринимать меры против производителей наркотиков. Однако война с наркотиками в странах-производителях была проиграна.
   Несмотря на снижение розничных цен на некоторые виды наркотиков (в США в 1983-1986-х годах в среднем за 1 г наркотиков с 321 до 166 долларов), общие прибыли крупнейших торговцев продолжали расти, а перепроизводство разоряло лишь мелких торговцев. По оценкам, ежегодные прибыли организованных преступников, действующих в сфере наркобизнеса, составляют 15 миллиардов долларов; фактически они, вероятно, еще выше, ибо при этом не учитываются доходы на "раздробленном" рынке конопли и уровень интеграции героиновой сети - от оптового рынка до розничных торговцев. Организованная преступность нашла в наркобизнесе настоящее "золотое дно", дозволяющее ей легко обеспечивать неприкосновенность с помощью коррупции и шантажа, финансировать разные военно-политические авантюры, реинвестировать прибыли в контрабанду наркотиков. Даже после всех этих расходов у организованных преступников остается достаточно средств, отмываемых ими посредством приобретения предметов роскоши и недвижимости, вложений на международных финансовых рынках и т. д.
   Хотя многие пути наркоконтрабанды проходят через развивающиеся страны, настоящие воротилы наркобизнеса, жестко контролирующие организованную преступность, находятся в развитых странах.
   В 90-е годы международная наркомафия все чаще использует территорию России для транзита наркотиков. Есть сообщения, что из Юго-Восточной Азии, Африки и Латинской Америки через нашу территорию идет контрабандный поток наркотиков в Европу, США и Канаду. Нелегальная перевозка наркотиков, причем очень крупными партиями, через территорию бывшего СССР в кругах международной наркомафии получила даже кодовый термин "красный путь". На нелегальный наркорынок России стали поступать из-за границы самые сильнодействующие наркотики - героин, кокаин, морфин.
   Самый известный перехват контрабандных наркотиков произошел 16 февраля 1993-го года на погранпункте Торфяновка, близ г. Выборга, где сотрудниками Петербургского управления ФСБ и контролерами Выборгской таможни был задержан 16-тонный контейнер, по документам - с мясными консервами. В большинстве из них действительно содержалось консервированное мясо, но в остальных банках оказался запаянный туда кокаин. Всего было обнаружено 1.092 кг этого сильнодействующего и чрезвычайно дорогостоящего наркотического средства. Его цена на "черном рынке" - свыше 100 миллионов долларов. Как выяснилось в ходе следствия, рекордный груз кокаина следовал из Колумбии.
   Оперативно-розыскные и следственные данные, имеющиеся в распоряжении российских компетентных органов, ведущих борьбу с наркомафией, подтверждают зловещий прогноз, что со временем Россия из транзитной страны наркотиков может превратиться в страну, на территории которой они сбываются и потребляются ее гражданами. Давно уже известно, что наркобизнес и контрабанда наркотиков неразрывно связаны друг с другом, как сиамские близнецы: первое вообще не может ни возникнуть, ни существовать, ни развиваться без второго. Можно поэтому смело утверждать, что контрабанда - неотъемлемый атрибут наркобизнеса, поставленного на широкую ногу, что она - необходимое средство, обеспечивающее транснациональное движение наркотиков, включая их транзит от мест производства до районов потребления и сбыта. Именно таким местом, похоже, становится Москва - огромный, многомиллионный мегаполис, который притягивает к себе наркотики из многих государств мира, в том числе и из стран-членов СНГ. Речь идет, естественно, о контрабандном ввозе наркотиков на таможенную территорию России.
   С другой стороны, нарастает другая, не менее грозная опасность: резко расширяется наркорынок в самих странах СНГ за счет производства собственных наркотических средств как для внутреннего потребления, так и для контрабандного "экспорта" его в страны Западной Европы и даже в США. В Америке, в частности, уже появился российский так называемый "синтетический героин, который по силе разрушительного воздействия на организм человека, по оценке наркологов, в 100 раз сильнее, чем героин.
   Что касается стоимости смертоносного зелья, то, как указывают эксперты ООН, на рынках СНГ цена наркотиков в 10 раз ниже, чем в Западной Европе. В России, например, килограмм гашиша стоит 15-20 долларов, тогда как во Франции или в Германии - 200 долларов. Поэтому наши наркотики, образно говоря, буквально рвутся на Запад, все сметая на своем пути, в том числе и таможенные границы государств СНГ. В свете приведенных и других многочисленных фактов есть все основания согласиться с компетентным мнением руководителя геополитической обсерватории по наблюдению за наркотиками Алена Пабруса, что государства, входящие в состав СНГ, могут в самое ближайшее время превратиться в новый мировой центр наркобизнеса, а Таджикистан, Узбекистан и Казахстан стать "Золотым треугольником" по производству опиума - наподобие того, что существует в Юго-Восточной Азии.
   К тому же выводу приходят и другие независимые эксперты в области этой проблемы. Так, по мнению Ненси Любип, опубликованном в парижском издании "Интернэшнл геральд трибюн", "новые государства (имеются в виду входящие в СНГ), в особенности расположенные в Средней Азии, скоро выйдут на второе место в мире по выращиванию опийного мака, уступая лишь Бирме". Похоже, что этот зловещий прогноз начинает сбываться, если иметь в виду баснословные барыши, которые получает наркобизнес, органически связанный с контрабандой наркотических средств.
   Но самое тревожное положение с ввозом и потреблением контрабандных наркотиков сложилось, пожалуй, в Москве. В 1993-м году здесь арестованы 64 активных деятеля международного наркосиндиката, выявлено и разгромлено несколько нарколабораторий, изъяты десятки тысяч ампул с сильнейшими наркотическими средствами, огромное количество исходного сырья для их изготовления, много оружия. Как выяснилось в ходе следствия, вся Москва и ее округа и районы были поделены и поставлены под жесткий контроль двух мощных, тесно сплоченных и хорошо организованных этнических преступных группировок - азербайджанской и грузинской.
   Особую опасность представляла азербайджанская группировка типа преступного сообщества, возглавляемая Актаем Бябаевым. Он организовал в азербайджанском городе Гянджа подпольную лабораторию и с помощью квалифицированных химиков наладил массовое производство неизвестного доселе мировому наркорынку синтетического наркотического средства - самого сильного из всех известных по степени воздействия на организм человека. Только глубокий спектральный анализ, проведенный химиками-экспертами, позволил установить, что это триметилфентонил. Это - страшное вещество, настоящая "белая смерть". Его наркотическая сила превосходит такой "крутой" наркотик, как морфий, в пять с половиной тысяч раз (!). Опасность нового наркотика состоит не только в том, что он в очень короткие сроки как молотом разрушает центральную нервную систему наркомана, но и в быстром привыкании к нему человека - всего после 3-5 инъекций. Причем "ломка" у наркомана после "кайфа", длящегося лишь 3-4 часа, протекает исключительно мучительно, на грани жестокой пытки, что толкает его на приобретение очередной дозы наркотика, а она стоит недешево.
   От самого производства и контрабандной доставки треметилфентонила из Азербайджана в места сбыта и потребления дельцы наркобизнеса имели колоссальные доходы, исчисляемые миллиардами рублей. Из одного грамма чистого химического вещества, полученного в подпольной нарколаборатории в Гяндже, получается с соответствующими добавлениями порядка 20 г исходного сырья. Последнее разводится и превращается в конечный продукт - 200 л наркотического раствора, которым наполняются 20 тыс. ампул, продаваемых на "черном рынке" по 14 тысяч рублей за ампулу. Это приносило наркодельцам 280 миллионов рублей за один грамм химически чистого вещества. Следствие доказало, что за сравнительно короткое время в подпольной лаборатории было изготовлено не менее 30 г такого вещества. А это, как легко подсчитать, 900 тыс. ампул-доз наркотика-убийцы.
   Грузинские группировки наркомафии специализируются на доставке контрабандным путем в Россию и другие страны СНГ индийского наркотического вещества - бупренорфина. И на его сбыте преступники зарабатывают большие деньги. В Индии ампула наркотика покупается за три рупии, а в Москве стоит уже 10-12 долларов, хотя, по официальному курсу, в одном долларе США содержится 38 индийских рупий.
   Контрабанда наркотиков таит в себе огромную опасность для общества потому, что наркобизнес приносит наивысшую криминальную наживу. Причем каждый год цены на черном рынке наркотиков, по дан­ным МВД РФ, растут на 200-300 процентов. Это свидетельствует о том, что наркомания вовлекает в свою орбиту все новые и новые жертвы.
  

Нелегальная торговля оружием

  
   Нелегальная торговля оружием - это поток товаров, который, в отличие от наркотиков, течет в основном в обратном направлении, с "богатого Севера" на "бедный Юг".
   Данный вид криминального транснационального бизнеса начал активно развиваться еще в период "холодной войны", когда сложилась практика как тайных сделок на государственном уровне с использованием "политических цен" и взяток, так и прямой контрабанды.
   Прекращение противостояния СССР и США отнюдь не привело к затуханию военных конфликтов. Скорее наоборот: после того как исчезла "военная дисциплина", поддерживаемая в каждом участвующем в конфликте лагере, заметно возросло число правительств (например Сербия Милошевича), националистических (типа Армии освобождения Косово), фундаменталистских (арабские террористические организации) и ультрарадикальных (левые повстанцы Латинской Америки) движений, желающих без оглядки на "начальников" навести силой оружия "новый порядок в отдельно взятом регионе". Именно они предъявляют основной и растущий спрос на нелегальное оружие. Кроме того, есть существенный спрос на стрелковое оружие со стороны быстро растущего криминального мира стран с переходной экономикой, переживающих "великую криминальную революцию".
   Поскольку Россия совмещает признаки и центра, и периферии мирового хозяйства, то ее участие в нелегальной торговле оружием также оказывается двойственным. Из России нелегально экспортируют образцы тяжелого оружия (боевые самолеты, вертолеты, ракеты и так далее, вплоть до ядерных материалов) в Корею, КНР и страны Ближнего Востока, но одновременно завозят легкое оружие (пистолеты, автоматы) из Финляндии и стран Восточной Европы.
   В условиях нестабильности правопорядка, разгула насильственной преступности во многих регионах России особую опасность представляет наличие у населения и особенно у заведомо преступного элемента незаконно приобретенного огнестрельного оружия. Одним из источников поступления его в страну, в том числе и для оснащения им бандитских и антиконституционных националистических вооруженных формирований, является контрабанда.
   В начале 90-х годов большой размах получила контрабанда газовых пистолетов и баллонов с газом нервно-паралитического действия, которые часто используются преступниками для совершения основных насильственных имущественных посягательств - разбоев, грабежей, вымогательства и даже бандитских нападений. Так, 27 августа 1990-го года во время досмотра поезда, прибывшего из-за границы на ОКПП "Брест", в одном из вагонов был обнаружен тайник, в котором были спрятаны 60 газовых пистолетов, более 700 патронов к ним, несколько десятков баллончиков с нервно-паралитическим газом, взрывчатое вещество.
   По мере развертывания "великой криминальной революции" контрабандисты стали привозить в основном уже не газовые пистолеты, а настоящее боевое оружие. Практика показывает, что в распоряжении членов российских преступных группировок и бандформирований находится самое современное боевое огнестрельное оружие - пистолеты "Таурус" и "Вальтер", автоматы "АКМ" и "Узи", снайперские винтовки с прибором ночного видения, гранатометы.
   О том, какими путями поступает в Россию контрабандное оружие, свидетельствует, например, дело, раскрытое в сентябре 1995-го года, когда сотрудники ГУВД г. Москвы арестовали группу сбытчиков огнестрельного оружия иностранного производства в составе 8 человек. В процессе расследования дела было установлено, что пятеро из них - это старшие офицеры, работавшие в Военно-гуманитарной академии Министерства обороны. Группа преступников, войдя в сговор с работниками известной российской фирмы и пользуясь ее посредничеством, около года контрабандным путем "импортировала" из-за границы крупные партии боевых пистолетов "Таурус" и сбывала их по цене 1200-1500 долларов за штуку, главным образом доморощенным бизнесменам и главарям мафиозных сообществ.
   Особо вольготно чувствуют себя оружейные контрабандисты в Прибалтике, на Северном Кавказе и на Дальнем Востоке. Нелегальная торговля оружием в современном мире отличается от прочих международных криминальных промыслов тем, что за ширмой нелегальности здесь часто скрываются действия вполне официальных государственных инстанций. Например, американское правительство в 80-е годы препятствовало продаже оружия для партизан Колумбии и Перу, но одобряло частные поставки оружия (в том числе через секретных правительственных агентов) никарагуанским контрас и афганским моджахедам. Такая же ситуация сложилась в 90-е годы вокруг бывшей Югославии: запрещалась продажа оружия Сербии, но никто не препятствовал вооружению хорватских, боснийских и албанских боевиков.
   Таким образом, международный нелегальный рынок оружия фактически делится на два: собственно криминальный, мафиозный ("черный"), и квазикриминальный ("серый"). Первый рынок поставляет преимущественно легкое оружие и малыми партиями; за оптовыми поставками мощных видов оружия (ракет, пушек, снарядов, вертолетов) чаще скрываются правительственные спецслужбы или легальный большой бизнес.
   Впрочем, оба этих рынка связаны, как сообщающиеся сосуды. Оружие, нелегально поставленное при помощи американцев в Афганистан, может затем быть перепродано арабским террористам, а распад СССР с его мощными военными запасами привел к тому, что в руки вполне уголовных элементов стали попадать довольно современные образцы военной техники. Наконец, провести четкую грань между частной контрабандой оружия ради личного обогащения и государственной контрабандой "во имя национальных интересов" весьма трудно: для власть имущих велик соблазн интерпретировать национальные интересы в соответствии с потребностями собственного кошелька. Поэтому в более развернутой классификации К. Макиенко наряду с "черным" и "серым" рынками выделяются также и гибридные формы.
   Переплетенность вполне тайной криминальной и квазикриминальной торговли привела к тому, что нелегальный рынок оружия менее прозрачен, чем, например, нелегальный рынок наркотиков: официальные учреждения обоснованно опасаются, что изучение деятельности мафиозных контрабандистов затронет контрабандистов государственных.
   Следует учитывать, что первоисточник тайных поставок почти всегда находится в легальной экономике. Наркотики можно выращивать на нелегальных плантациях, раритеты минувших веков могут отыскивать "черные" археологи, но оружие производить нелегальным образом пока практически невозможно. Продажа оружия частным лицам также запрещена почти во всех странах кроме США. Поэтому на нелегальный рынок идет оружие, если не тайно проданное силовыми структурами иностранных государств, то украденное с военных складов, собранное из похищенных с военных заводов деталей или прошедшее цепочку перекупщиков.
   Чтобы пресечь перепродажу легально купленного оружия нежелательным клиентам, государственные организации, контролирующие торговлю оружием, требуют у покупателя специальный "сертификат конечного пользователя" (End-Use Certificat), который удостоверяет, что оружие попало в "дружественные" руки. Поскольку, однако, продажа оружия дает очень высокий доход, подобными мерами предосторожности часто пренебрегают.
   Следующая важная особенность международной нелегальной торговли оружием - это более высокая, в сравнении с другими видами контрабанды, ее потенциальная опасность.
   Об особой опасности контрабанды оружия чаще всего вспоминают в связи с растущей возможностью нелегальной торговли оружием массового уничтожения. Число скандалов, связанных с утечкой ядерных материа­лов из бывшего СССР, давно измеряется сотнями. Хотя среди них, конечно же, велико число газетных "уток" и политических провокаций, перспектива появления в руках гангстеров или террористов "частной" атомной бомбы определенно стала более реальной, чем в годы "холодной войны". А ведь есть еще химическое и бактериологическое оружие, попадание которого на нелегальный рынок оружия также чревато огромной опасностью, о чем свидетельствует хотя бы история с применением в 1995-м году в токийском метро отравляющих веществ сектантами из "Аум Синреке" (есть мнение, что эти вещества также ведут происхождение из России).
   Основная опасность международной нелегальной торговли оружием связана, однако, не столько с гипотетической контрабандой оружия массового уничтожения, сколько с абсолютно несомненной контрабандой обычного стрелкового оружия.
   Если в годы "холодной войны" весь мир с напряжением следил за военными конфликтами в "третьем мире", рассматривая их как авангардные сражения Третьей мировой войны, то в 90-е годы интерес к подобным событиям резко упал. Между тем гражданские войны и межгосударственные конфликты в странах Африки и Латинской Америки отнюдь не снизили своего накала. Наоборот, если ранее пристальное внимание мировой общественности заставляло участников конфликтов воздерживаться от наиболее "грубых" действий, то теперь, когда события где-то в джунглях Конго или Колумбии мало кого интересуют, у воюющих сторон руки более свободны. Когда в 70-е годы в Конго начался конфликт между президентом Патрисом Лумумбой и сепаратистами, то этот конфликт получил международную огласку, в страну были введены миротворческие силы (при помощи которых и "умиротворили" президента). А кому известно, что гражданского мира в Конго нет до сих пор, что только за последние три года в этой стране погибли более 10 тысяч человек и более 200 тысяч стали беженцами?
   Для того чтобы питать подобные конфликты, необходимо именно простое стрелковое оружие, которое доставляется в основном контрабандой. Ущерб от этой контрабанды никак не ниже, чем от контрабанды наркотиков, но если ущерб от наркомании несут в значительной мере развитые страны, то ущерб от контрабанды оружием сконцентрирован в "горячих точках" стран "третьего мира". Поскольку борьбу с транснациональными криминальными промыслами возглавляют страны "золотого миллиарда", то контрабанда обычного оружия даже не осознается как глобальная проблема современности.
   Таким образом, если на мировом наркорынке мафия наталкивается на демонстративное противодействие официальных властей, то на мировом нелегальном рынке оружия мафия и официальные власти часто оказываются соратниками по теневым сделкам. Хотя рынок оружия более опасен, ему уделяется куда менее внимания, чем показной "войне с наркотиками".
   В результате торговля оружия в мировом масштабе не столько сократилась, сколько подверглась заметному "затемнению". Претензии США и НАТО на роль "международного полицейского", которые особенно ярко проявились в событиях вокруг Югославии и Афганистана лишь подстегивают спрос на оружие со стороны тех правящих режимов (особенно в странах ислама), которые отвергают ценности западного мира или хотя бы склонны к проявлению независимости от него. Но своего производства оружия у них нет, поскольку это сугубо сельскохозяйственные страны. Поэтому они вынуждены вступать в тайное взаимодействие с ненавистными для них "неверными" режимами, чтобы покупать оружие для борьбы с другими "неверными". Все дело в том, что при глобализации мирового хозяйства все становятся взаимозависимыми.
   В 90-е годы ежегодный оборот тайного рынка оружия колебался от 1-2 миллиардов долларов в "неблагоприятные" (мирные) годы до 5-10 миллиардов долларов в годы пикового роста (как во время вспышек войны в бывшей Югославии). Для сравнения можно сказать, что эти цифры сравнимы с официальным экспортом обычных видов вооружений из США - лидера мирового рынка оружия (примерно 10 миллиардов долларов).
  

Нелегальная торговля женщинами

  
   Нелегальная международная торговля женщинами для их эксплуатации в секс-бизнесе стала развиваться достаточно давно, однако до 90-х годов речь шла в основном о вывозе женщин из неевропейских стран в бордели Европы и Америки. Распад СССР привел к массовым поставкам нелегального "живого товара" из стран Восточной Европы. В секс-бизнесе некоторых стран (например в Израиле и Турции) женщины из бывших советских республик настолько преобладают, что всех проституток называют "Наташами".
   Объем мировой торговли женщинами как товаром для секс-индустрии оценивается от 7 до 12 миллиардов долларов в год, указывает Донна М. Хьюз, директор Центра женских исследований университета Род-Айленда (США). Этот вид нелегального бизнеса не только является высокоприбыльным, но и имеет низкий уровень риска по сравнению с торговлей наркотиками и оружием.
   Незаконная транснациональная торговля женщинами основывается на законах спроса и предложения. Страны с развитой секс-индустрией создают спрос и являются принимающими странами, тогда как страны, где торговцы могут легко завербовать женщин, являются поставляющими странами Десятилетиями главными поставляющими странами были азиатские страны (такие, как Тайланд и Филиппины). Развал СССР открыл новый ресурс. Сейчас именно бывшие республики Советского Союза (такие, как Украина. Беларусь. Латвия и Россия) стали главными странами, поставляющими женщин для секс-индустрии во всем мире. На рынках секс-индустрии сегодня наиболее популярными и ценными яатяются женщины из Украины и России.
   Торговля людьми - это действия, которые включают перемещение людей внутри государственных границ или через них для последующей их эксплуатации. Торговля может быть результатом силового принуждения, обмана, манипуляций, злоупотребления властью, предварительного согласия, давления семьи или иных обстоятельств. Такое определение предполагает, что торговля людьми незаконна, даже если эксплуатируемые женщины согласны заниматься проституцией (такой подход заложен в Конвенции Объединенных Наций 1949-го года о пресечении торговли людьми и проституции)
   Согласно оценкам ООН, четверть из 4 миллионов ежегодно продаваемых людей используются в секс-индустрии. В 90-е годы сотни тысяч женщин были нелегально вывезены из Центральной и Восточной Европы и республик бывшего Советского Союза для их использования в простилции.
   Количество женщин из Центральной и Восточной Европы, занимающихся проституцией только в странах Европейского Союза, оценивается по данным на 1998-й год примерно в полмиллиона. Уголовное расследование в Германии в 1998-м году определило, что 87.5 процентов женщин, нелегально завезенных в Германию, были из Восточной Европы, в том числе 17 процентов - из Польши, 14 процентов - из Украины, 12 процентов - из Чешской республики и 8 процентов - из Российской Федерации.
   По оценкам МВД Украины, в предыдущем десятилетии за границу было вывезено 400 тысяч украинских женщин. Общественные организации полагают, что реальная цифра намного выше. Так. по оценкам Международной организации миграции, в 1991-1998-х годах на Запад вывезено 500 тысяч украинских женщин.
   Когда после 1989-го года советские евреи начали массово эмигрировать в Израиль (в результате чего Израиль получил 800 тыс. новых эмигрантов), российские и украинские торговцы людьми использовали это для прикрытия вывоза 10 тыс. женщин в Израиль для секс-индустрии. Сейчас секс-индустрия в Израиле имеет оборот 450 миллион долларов в год, который зависит именно от торговцев женщинами из Восточной Европы. По оценкам профессора Менахема Амира (Университет Хебрю), эксперта по организованной преступности в Израиле, 70 процентов проституток, работающих в Тель-Авиве. - это бывшие советские гражданки.
   Наиболее популярные страны ввоза женщин - те, где проституция легализована, такие, как Голландия и Германия. Голландский Фонд против торговли женщинами (STV) исследовал национальную секс-индустрию и выявил, что в 1994-м году в Голландии 70 процентов вывезенных женщин были из стран Центральной и Восточной Европы. Исследования показали, что у 8 женщин паспорта были отобраны, женщины содержались в изоляции, принуждались к многочасовой работе без оплаты и испытывали издевательства сутенеров, торговцев и покупателей. В 1995-м году в Нидерландах проституток из Украины было больше, чем из любой другой страны, а в 1996-м году они занимали вторую позицию по количеству. Согласно данным Гебен Бруинсма (Университет Лида), 33 процента из 25-ти тысяч женщин, занимающихся проституцией в Голландии, прибыли из Украины, еще 3 процента из России. Большинство из них живут буквально в условиях рабства.
   В Германии проституция является легальной для граждан Европейского Союза, но нелегальной для граждан других стран. Поэтому в то время как мужчины вполне законно могут покупать проституток, а сутенеры - содержать бордели, вывезенные женщины являются двойными жертвами, во-первых, будучи жертвами торговли, во-вторых, будучи иностранными гражданами. Предположительно 1/4 из 200-400 тыс. женщин, занятых проституцией в Германии, прибыли из Восточной Европы. Есть и иная оценка, согласно которой 80 процентов проституток Германии приехали в эту страну из Центральной и Восточной Европы и стран СНГ
   Анализ основных дел, связанных с нелегальным ввозом людей в США в 90-е годы, показывает, что преступники предпочитают организовывать небольшие криминальные группы, шайки контрабандистов, банды, мало связанные с криминальными сетями и коррумпированными личностями. Ни об одном из перевозчиков не содержалось сведений в базах данных Интерпола, что свидетельствует о том. что они не разыскивались за какую-либо противозаконную деятельность в других государствах. Это - отличительная особенность США, не приcущая Европе и Азии, где в основном, действуют большие, иерархические структуры, занимающиеся незаконным перемещением женщин и детей, а также иной противозаконной деятельностью. Однако размер и структура криминальных групп не влияют на используемые ими методы - насилие, запугивание и жестокое обращение.
   Важно осознать, что о степени вовлеченности организованной преступности в индустрию торговли людьми в США могут быть только ограниченные сведения, поскольку эта проблема не пользуется вниманием со стороны американских правоохранительных органов. Хотя официальные власти не имеют информации о степени участия международных преступных синдикатов в нелегальном перемещении людей, они все же признают, что азиатские и российские организованные преступные группы, действующие в США. определенно вовлечены в контрабанду иностранцев и/или проституцию в числе прочих противозаконных действий. Некоторые эксперты утверждают, что эти крупные преступные синдикаты также участвуют и в нелегальном ввозе женщин, и все больше будут внедряться в этот бизнес, приносящий огромные прибыли.
   Кажется, все уровни российской организованной преступности, от отдельных преступников и небольших групп до преступных синдикатов, вовлечены в нелегальный ввоз женщин на территорию США. Впрочем, правоохранительные органы несколько противоречат друг другу в определении степени вовлеченности российской организованной преступности в этот бизнес. Агенты ЦРУ в Нью-Йорке утверждают, что известно множество случаев, связанных с нелегальным перемещением женщин из восточноевропейских стран для стриптиза и служб эскорта, в которых фигурируют преступники, не принадлежащие ни к одной криминальной организации. Зачастую торговцы "живым товаром" забирают у нелегальных мигранток паспорта, и женщины не могут уехать до тех пор, пока не выплатят долг в размере около 10 тысяч долларов. ЦРУ полагает, что эти торговцы связаны с российской организованной преступностью, находящейся за границами США, но не выявило ни одного случая, где основные российские преступные организации задействованы в бизнесе по нелегальному перемещению в США.
   Руководитель операции "Одесса" - силовой акции, проведенной во Флориде для борьбы с русской организованной преступностью, - полагает, что российских женщин во Флориду ввозят преступники, не обязательно принадлежащие к организованной преступности, хотя и связанные с нею. Например, россиянин Сергей Скобельцын, по слухам, связанный с казанской организованной преступной группой, в конце 1996-го года купил за 8 миллионов долларров 2 стрип-клуба. А Людвиг Файнберг, российский мафиози, по слухам, связанный с колумбийскими наркоторговцами, был глубоко замешан в деятельности стрип-клуба "Porkys", который, вероятно, был связан с нелегальным ввозом женщин. Штаб-квартира ФБР обладает информацией о том, что такие основные российские преступные группы, как Измайловская, дагестанская, казанская и солнцевская, замешаны в индустрии проституции на всей территории США. Учитывая способ работы этих преступных синдикатов за границей, а также их жестокость, можно предположить, что нелегальное перемещение женщин сопряжено с насилием, угрозами и обманами.
   Агенты ФБР и ЦРУ утверждают, что российских женщин, как и женщин из Центральной Европы, привлекают объявления о работе в США, размещаемые в местных газетах. Оказавшись в США. эти женщины получают работу обслуживающего персонала в мотелях и становятся фактически связанными договором работниками, имеющими многочасовой рабочий день и получающими за это мизерную зарплату. ФБР не уверено. действительно ли крупные русские преступные синдикаты управляют этими компаниями
   Другая интересная тенденция, выявленная агентами ФБР в Нью-Йорке, связана с ситуацией, когда местные российские преступные группы пытались "вторгнуться" в этот бизнес и установить контроль над нелегальными мигрантами после того, как выяснили его доходность. "Братва" - российская преступная группа, связанная с российской преступной организацией преемников Иванькова - использовала вымогательство и шантаж в июле 1998-го года для захвата контроля над танцевальными агентствами и их руководителями, ввозившими русских женщин и передававшими их в экзотические ночные клубы, бары и службы эскорта. ФБР полагает, что на территории штатов Нью-Йорк и Нью-Джерси находятся около 10-12 танцевальных агентств, специализирующихся на русских женщинах, и сотни служб эскорта. Предполагается, что в каждом танцевальном агентстве работают от 60 до 200 женщин. И вновь ФБР не готово уточнить, в какой степени русская организованная преступность контролирует эти танцевальные агентства.
   Некоторые агенты службы дипломатической безопасности (Diplomatic Security) заявляют, что многие из этих танцевальных и модельных агентств, агентств по трудоустройству и обслуживанию являются лишь прикрытием для нелегального перемещения женщин, осуществляемого крупными российскими преступными синдикатами. По данным агентов, эти организации используются для сокрытия структурных уровней преступных групп, которые включают представителей (помощников), соучастников, сборщиков и управляющих. Они также утверждают, что русские и итальянские организованные преступные группировки в Нью-Йорке и Нью-Джерси активно сотрудничают: российские преступные организации поставляют женщин для множества ночных клубов и пип-шоу, находящихся под управлением итальянской мафии.
   В других случаях перевозчики использовали репутацию российской организованной преступности как средство контроля и запугивания. В одном деле, имевшем место в Чикаго, русский американец часто хвастался связями с чеченской организованной преступностью и угрожал латвийским женщинам, что им и/или их семьям будет причинен вред в случае, если они не будут танцевать нагими.
   Российская организованная преступность, традиционно занимающаяся контролем над проституцией, разрослась и стала включать еще и нелегальное перемещение. Она. с одной стороны, предоставляет услуги "крыши" (прикрытия для операций, связанных с нелегальным перемещением), а с другой - ее высший уровень занимается разработкой систем вовлечения (рекрутирования) и логистикой. Русские преступники зачастую действуют под прикрытием агентств по трудоустройству, туристических, модельных и/или брачных агентств. Организация "Всемирная сеть выживания" (Global Survival Network - GSN) признает, что торговцы используют базы данных брачных агентств для поиска женщин, стремящихся обрести лучшую жизнь за границей. Другая американская неправительственная организация. "МираМед". сообщает, что торговцы зашли настолько далеко, что проводят "День карьеры" в институтах и университетах, обещая высокодоходную работу за границей. Торговцы зачастую обеспечивают женщин поддельными документами для поездки за рубеж или помогают в получении подлинных с помощью мошенничества.
   Российские организованные преступные группы, по сообщениям, сотрудничают с албанскими, турецкими преступными группами, преступными группами из бывшей Югославии, китайскими триадами и японскими якудза для нелегального ввоза женщин из Центральной Европы в Китай и Японию. На Дальнем Востоке российские преступные группы, по сообщениям, поставляют русских женщин также в бордели и клубы Гонконга и Макао.
   Международная организация миграции и GSN сообщают, что российские организованные преступные группы контролируют европейскую индустрию проституции, например, в таких странах, гак Польша. Германия и Италия. Генеральный секретарь МВД Болгарии Божидар Попов также заявил, что российские преступники нелегально перевозят русских, украинских, грузинских и чешских женщин через Болгарию в Турцию, Грецию и далее в Западную Европу для проституции. Один из основных российских преступных синдикатов - организация Могилевича - владеет ночными клубами в Праге. Риге и Киеве: она занималась нелегальным перемещением женщин для принуждения последних к занятию проституцией в этих клубах. Депутат латвийского парламента Вилиджа Алекнаит-Абрамилшут сообщал, что российские организованные преступные группы держат в своих руках большую часть бизнеса по нелегальному перемещению женщин для нужд секс-индустрии в Латвии.
   Начальник израильской национальной полиции Инна Вольф полагает, что российская организованная преступность участвует в нелегальном ввозе женщин в Израиль из стран СНГ. Отчет израильской женской организации "Israel's women's Network" подтверждает тот факт, что российская организованная преступность контролирует секс-индустрию во всем Израиле. На территории этой страны орудуют около десяти российских банд, занимающихся проститутками. Территория Израиля поделена между российскими криминальными боссами. Процесс вербовки женщин, ввоза их в Израиль и последующего распределения по разным борделям поставлен буквально на поток. Депутат Кнессета Марина Солодкина утверждает, что израильская мафия также участвует в индустрии нелегальной перевозки женщин.
   По данным американского посольства в Дубай, на других территориях Ближнего Востока - например в Объединенных Арабских Эмиратах - полицейские и иные источники тоже вполне уверены в том, что российская организованная преступность вовлечена в местную индустрию проституции и организует нелегальный ввоз своих согражданок для нужд секс-бизнеса.
   По данным американского посольства в Торонто, кроме Европы. Азии и Ближнего Востока российская организованная преступность участвует и в нелегальном ввозе женщин в Канаду. Российские преступники начали осваивать эту страну еще в 1991-м году, ввезя в нее 11 женщин из СНГ. Женщины приехали для работы в качестве моделей, но их заставили танцевать стриптиз. У них силой отобрали обратные авиабилеты, паспорта и наличные "для сохранности". Затем их содержали в условиях ограничения свободы, принуждали отдавать весь заработок и заставляли подчиняться, угрожая убийством и причинением физического ущерба их близким в СНГ.
   Как только женщина попадает под контроль торговца или сутенера, ее эксплуатация может приносить большие доходы. Сутенеры получают в 5-20 раз больше, чем заплатили за нее. Исследование Международной организации миграции показывает, что сами проданные женщины получают при этом очень немного денег.
   В одном из дел о женщинах, вывезенных в Германию, было выявлено, что каждый раз, когда мужчина покупает женщину, он платит 30-50 евро, однако женщина не получает почти ничего. Во-первых, проститутке надо возместить торговцу или вербовщику от 3 до 30 тысяч евро своей покупной стоимости и дорожных расходов. Потом она должна заплатить за свою комнату и место в борделе, которые могут стоить 280 евро в день, гонорар сутенеру, гонорары адвокату, врачу и, иногда, расходы за проживание. В конце концов женщина часто оказывается в долгу. Даже если женщина выплатила свой долг, она должна отдавать от 50 до 75 процентов своих заработков сутенеру. Такая ситуация вполне типична и для других дел о нелегальном секс-бизнесе: сутенеры получают высокие доходы, сами же проститутки - жалкие гроши.
   Нелегальное перемещение и проституция в Израиле также являются доходным бизнесом: российская или украинская женщина зарабатывает сутенеру, который ее контролирует, от 50 до 100 тысяч долларов в год. Женщин держат в долговых обязательствах, согласно которым они должны заплатить их покупочную стоимость, дорожные и другие расходы, которые могут быть им выставлены, прежде чем их отпустят. Женщина может быть перепродана одним сутенером другому, в случае чего ее долг должен быть выплачен снова. Есть сведения, что сутенеры, сотрудничающие с чиновниками, сообщают полиции местонахождение женщины, когда она уже заработала достаточно денег чтобы уехать, в результате чего ее арестовывают и депортируют, а все деньги достаются сутенеру.
   Торговля женщинами оказалась частью более широкой транснациональной преступной схемы. В августе 1999 года американский "Бэнк оф Нью Йорк" был уличен в отмывании денег: с начала 1998 года до середины 1999 года через этот банк было отмыто 10 миллиардов долларов. Счет принадлежал известному преступному боссу Семену Могилевичу. выходцу из Украины, который, по сведениям ФБР и израильской разведки, занимался организацией секс-бизнеса, торговлей наркотиками и оружием, махинациями с инвестициями. Преступная сеть С. Могилевича, называемая "Красная мафия", действовала в Украине, Венгрии, Чехии и Соединенных Штатах. Подобные дела показывают, что большая часть денег, заработанных на торговле женщинами, присваиваются преступными боссами. "Грязные деньги" отмываются, после чего могут использоваться для инвестиций в законный бизнес и в недвижимость.

Контрабанда обычных товаров

  
   Российская статистика свидетельствует, что преступность в сфере таможенной деятельности, основную долю которой составляют правонарушения, связанные с контрабандой, даже во второй половине 1990 годов сохраняет устойчивую тенденцию к росту. Известно, что в 1990-м году было зарегистрировано только 7 контрабандных проявлений, а в 1996-м году - уже 1.296. Контрабанда приобрела в настоящее время свойства элемента теневой экономики, черты и признаки самого мощного дестабилизирующего фактора, который вносит дезорганизацию в процесс реформирования экономики России на принципах рыночных отношений.
   Огромен ущерб от контрабандной деятельности. При том почти бесспорном положении, что таможенным органам с их техническим оснащением и опытом удается задержать лишь 6-8 процентов контрабандных товаров, а остальные в силу различных ухищрений проникают через таможенные барьеры, официально зарегистрированные данные все равно впечатляют.
   Р.Л. Гогорян и М.А. Кочубей свидетельствуют, что в 1993-м году совокупная стоимость задержанных предметов контрабанды превысила показатели предыдущего года в 8 раз и составила 68 миллиардов рублей, к тому же валютных ценностей изъято на сумму около 110 миллиардов рублей. В 1995-м году контрабандная активность не ослабевала: сотрудникам Государственного таможенного комитета (ГТК) РФ удалось предотвратить 1712 попыток незаконного вывоза товаров на сумму 134 миллиарда рублей (в том числе стратегические товары на сумму 32 миллиарда).
   Еще более удручающие данные приводят представители столичных учреждений: по их мнению, примерно 35 процентов импорта в стране - полностью контрабандный товар.
   Ввиду высокой латентности контрабанды реальную картину ее масштабов по каждому виду незаконно перемещенных через таможенную границу товаров нарисовать, конечно, не представляется возможным. Некоторое представление дает об этом сравнение статистических данных по отдельным товарным группам.
   Некоторое время тому назад Главкомстат РФ сравнил официальные данные производства, экспорта, а главное импорта автомобилей с цифрами их учета в органах ГАИ/ГИБДД. Сопоставление этих данных показало, что ежегодно до 100 тысяч автомашин попадают в Россию нелегально, минуя государственный контроль. Можно сделать вывод, что значительная часть этой товарной массы попала в страну контрабандным путем. В среднем 40 процентов иномарок, ввезенных в Россию, угнаны из Западной Европы и Америки - как следствие, к примеру, в Москве ежегодно ставилось на учет около 10 тысяч "БМВ", тогда как официальными дилерами продается только 500 единиц автомашин этой марки.
   Есть все основания констатировать, что полную реальную картину состояния этого вида экономической преступности никто точно не знает, да и вряд ли может знать в силу высокой латентности контрабанды. Эта ситуация во многом предопределена особенностями самого преступления - отсутствием потерпевшего и, следовательно, информации о событии преступления, глубокой законспирированностью и скрытностью контрабандных операций, тщательной, заранее спланированной подготовкой их совершения, отсутствием свидетелей и видимых следов преступления и так далее.
   Нанесению экономического ущерба постсоветским государствам объективно способствует "прозрачность" границ между ними. От этого несут потери все государства, входящие в СНГ, но, пожалуй, больше всего Российская Федерация в силу ее огромной территории, большой протяженности и незащищенности таможенной границы с государствами ближнего зарубежья.
   По разным экспертным оценкам, в результате махинаций с валютой на счетах иностранных банков "осело" от 15 до 20 миллиардов долларов США (точную цифру, естественно, никто не знает в силу действия принципа тайны вкладов), которые должны были поступить в казну Российской Федерации. А ведь тайно везут валюту через таможенную границу и простые физические лица, причем везут в солидных размерах: так, в 1998-м году по данным ГТК РФ на пропускных пунктах страны было изъято 12509515 незаконно провозимых долларов (валюта разных стран приведена в долларовом исчислении), в 1999-м году - 8132514, а за первое полугодие 2000-го года - 6455216 долларов. Если же помнить, что задержанная контрабанда составляет лишь малую долю от ее фактического размера, то ущерб экономике России станет еще более очевидным.
   По материалам Главного управления экономической преступности МВД РФ, наиболее "продвинутые" валютные контрабандисты освоили и широко применяют возможности бартерных сделок, занижая контрактные цены на товары при их вывозе за границу. Разница между фактической, заранее оговоренной между контрагентами ценой и "липовой" ценой сделки оседает на счетах в зарубежных банках и делится между российскими и иностранными предпринимателями, в том числе и посредством так называемых "боковых" контрактов. В особенности это характерно для российских экспортеров, имеющих за границей свою оффшорную или совместную с иностранным партнером компанию. Безвалютные расчеты в режиме товарообмена (бартер, клиринг, приграничные, параллельные и компенсационные сделки) без использования валюты составляют примерно 60 процентов внешнеторгового оборота России, что создает весьма благоприятную среду для утечки капиталов. При этом, по имеющимся в ГУЭП данным, три четверти случаев незаконного перевода валюты в заграничные банки Германии, Австрии, Великобритании, США и других государств связаны с доходами, полученными от криминальной деятельности.
   Об особой опасности контрабандного вывоза из России за границу капиталов, главным образом в виде долларов США, говорят не только юристы, но и экономисты, которые констатируют небывалый размах теневого криминального оттока за рубеж валютных капиталов. На закрытых слушаниях в Конгрессе США в 1997-м году прозвучала такая информация: из 110 миллиардов долларов, полученных Россией за 7 лет от международных организаций и банков, 40 процентов находится на счетах зарубежных банков и контролируется российскими криминальными слоями. По оценкам таможенников, более 70 процентов платежей, ушедших за границу в первом полугодии 1996-го года в качестве предоплаты по импортным контрактам, не вернулось в Россию своевременно (в течение 180 дней) в виде товарных поставок. Вывоз капиталов в большинстве случаев сопряжен с уклонением от налогов, нарушением правил внешнеторговых и валютных операций, взяточничеством, превышением служебных полномочий, злоупотреблением служебным положением.
   По оценке Центрального банка России, поток "твердой" (свободно конвертируемой) иностранной валюты из Российской Федерации за рубеж составляет в настоящее время порядка 1.5-2.0 миллиардов долларов США ежегодно (по мнению некоторых экспертов, цифры занижены на порядок). К этому надо добавить, что, по данным МВД РФ, только в 1995-м году органами внутренних дел (не учитывая деятельности подразделений Управления экономической безопасности ФСБ РФ ввиду закрытости соответствующих сведений) выявлено свыше 13.4 тысяч незаконных валютных сделок, что больше, чем за предыдущий год, на 42.7 процентов. У преступников изъято 85 кг платины, 337 кг золота, 400 кг серебра, более 116 кг изумрудов и изумрудного сырья, несколько тысяч карат драго­ценных камней, около 6 миллионов долларов США - всего на сумму около 100 миллиардов рублей.
   Серьезный урон экономике государства причиняет и контрабанда под видом отходов производства, неликвидов, вторичного сырья остро дефицитных цветных металлов и их сплавов (меди, латуни, алюминия, легированных сортов стального проката и даже титана и редкоземельных материалов), а также сырьевых ресурсов (каменного и коксующего угля, лесоматериалов, туфа, мрамора и так далее) путем фальсификации таможенных и других сопроводительных документов.
   До недавнего времени границы между Россией и странами Балтии (Эстонией, Латвией и Литвой) границы были совершенно "прозрачны", что способствовало активной контрабандной перекачке из России сырьевых ресурсов, особенно цветных металлов и энергоносителей. По данным Псковского управления ФСБ РФ, ущерб, нанесенный России из-за "прозрачности" ее северо-западных границ, исчисляется миллиардами.
   Особенно процветает преступный бизнес на контрабанде меди в слитках, листах, изделиях, проволоке и даже ломе. Ради ее приобретения для последующего незаконного перемещения в Эстонию и Латвию через российскую таможенную границу ломается, уродуется и корежится все, что содержит в себе цветные металлы, в том числе рвутся провода действующих линий связи и электропередач. Дело дошло до того, что злоумышленники с этой целью изуродовали памятники А.С. Пушкину в Невеле и А. Матросову в Чернушках Псковской области. Все это - для того, чтобы изъять из памятников медные и латуневые детали. За помощь в беспрепятственном перемещении груза через границу контрабандисты установили для проводников из местных жителей таксу - по 10 долларов за каждую тонну.
   Как известно, важным компонентом основы российской экономики является топливно-энергетический комплекс (ТЭК), который обеспечивает не менее 40 процентов национального дохода и более 60 процентов валютных поступлений. Почти все топливно-сырьевые ресурсы отнесены законодательством к категории "стратегически важных сырьевых товаров". На внешнем рынке они пользуются повышенным спросом, и это обстоятельство привлекает к ним особое внимание контрабандистов как к источнику, способному быстро принести им сверхвысокие доходы. Возможность получения таких высоких доходов стимулирует контрабандную активность, привлекает к подобного рода криминальной деятельности не только отдельных исполнителей, но и хорошо организованные группы преступников, в том числе и различные коммерческие структуры.
   В материалах ГУЭП МВД РФ отмечается, что с отменой лицензирования и квотирования поставок товаров и услуг на экспорт наблюдается рост числа криминально ориентированных фирм, проникающих в легальный бизнес и пытающихся установить контроль над перспективными направлениями внешнеэкономической деятельности. Преступные сообщества активно проникают в хозяйственную и финансовую деятельность предприятий ТЭКа и оказывают влияние на выбор экспортеров углеводородного сырья, формирование отпускных цен, объемы реализации продукции на внешнем рынке и распределение валютных и рублевых средств, полученных от неконтролируемого, а по существу контрабандного экспорта сырой нефти, нефтепродуктов, газа.
   Как свидетельствует А.Н. Коннов, "с целью контрабандного вывоза российских сырьевых ресурсов за рубеж используются особенности так называемого "калининградского транзита". За неполный 1995-й год под видом транзита в Калининград было отправлено, но не поступило более 2400 тонн нефтепродуктов, 500 тонн цветных металлов и большое количество другой продукции. Установлено, что в 1993-1995 годы только по направлению "Грозный-Калининград" ежеквартально в страны Балтии контрабандным путем с использованием фактора "калининградского транзита" вывозилось до 30 железнодорожных составов нефтепродуктов. Ущерб, нанесенный России только за счет неуплаты таможенных сборов, превышает 6 миллионов долларов США". А сколько же стоят сами товары, контрабандно переправленные в Литву, Латвию и Эстонию за все время, пока этот канал контрабанды не был перекрыт правоохранительными органами?
   Контрабанда провоцирует массовое браконьерство в отношении наиболее ценных даров природы - рыб осетровых и лососевых пород, их икры, крабов, креветок, трепангов. Даже в учебной литературе, как расхожие сведения, отмечается: "Хищническая добыча естественных ресурсов и их последующая контрабанда за рубеж причиняет государству огромный экономический ущерб. В 1996-м году Россия только из-за браконьерской добычи морских природных богатств на Дальнем Востоке по самым скромным подсчетам потеряла 2 миллиарда долларов США. По оценкам специального подразделения МВД РФ, из каждых четырех тонн добытых морских крабов - достаточно редкого и дорогостоящего сейчас деликатеса - только одна тонна продукта достается государству, а три тонны составляют преступную добычу браконьерской мафии, которая (продукция), минуя российский таможенный контроль, контрабандным путем переправляется в Японию, Южную Корею, Гонконг и другие страны".
   До 80-ти процентов морской продукции для рыбообрабатывающих предприятий Норвегии контрабандно поставляют российские рыбаки. Причем это делается в таких масштабах, что в Норвегии построено несколько новых рыбоперерабатывающих заводов специально для этих целей.
   Контрабанда и борьба с ней иногда связаны даже с физическим уничтожением представителей фауны и ценнейшего природного сырья. Так, Забайкальская таможня все чаще пресекает контрабанду крупных партий сайгачьих рогов, нелегально вывозимых в Китай. Этот продукт охотничьего промысла используется в качестве ценного лекарственного сырья и цена на него на мировом рынке достигает 800-850 долларов за килограмм. Однако по инструкции, изъятые у контрабандистов рога сайгаков подлежат сожжению. Практике, например, Забайкальской таможни известны также случаи контрабанды шкур уссурийского тигра, белого медведя, взятых под абсолютную охрану международной и российской Красными книгами. Высокая цена этих предметов на мировом рынке толкает браконьеров на истребление этих уникальных, исчезающих с лика земли животных.
   Общественная опасность контрабанды проявляется и в том, что она служит основным каналом утечки за рубеж большого количества национальных культурных ценностей, уникальных произведений искусства, имеющих большую историко-мемориальную ценность. В этой связи Н.В. Качев отмечал, что "социальная опасность контрабанды подобных предметов состоит в безвозвратной утрате уникальных произведений искусства, историческое и художественное значение которых весьма неэквивалентно оценивается в деньгах...".
   В 90-е годы у контрабандистов при попытке нелегально перевезти за границу были изъяты всемирно известные картины Репина, Айвазовского, Левитана, Сурикова, Серова, бесценные произведения искусства из драгоценных металлов и драгоценных камней Карла Фаберже, старинные эмалевые миниатюры. Ряд из них сейчас демонстрируются в музеях Московского Кремля. Ежегодно российские таможенники изымают 8-10 тысяч предметов, имеющих культурную и историческую ценность. Более половины из них - иконы.
   По оценкам специалистов, контрабанда икон на каждый вложенный рубль приносит несколько долларов прибыли. Это надежное средство накопления и перемещения капитала за рубеж. Иконы относятся к числу тех произведений, золотой эквивалент которых с годами устойчиво растет, особенно у коллекционеров, чаще всего зарубежных. О стоимости подобных раритетов свидетельствует такой факт: семь икон XVI-XVII века, похищенные в 1994-м году из Устюженского краевого музея и до сих пор не найденные, оценены в 3.2 миллиона долларов, в том числе "Богоматерь Одигидрия Смоленская" - почти в 1 миллион.
   Количество попыток незаконного перемещения культурных ценностей через таможенную границу России за 90-е годы выросло примерно в десять раз. Сотрудниками одной только Шереметьевской таможни в 2000-м году было изъято более 27 тысяч предметов, отнесенных экспертами к культурным и историческим ценностям, возбуждено 142 уголовных дела.
   Активным потребителем и перевалочной базой для контрабандного вывоза российских раритетов является, например, Грузия. Так, в конце декабря 1999-го года отделом по борьбе с особыми видами контрабанды Южной оперативной таможни (г. Ростов-на-Дону) установлен отлаженный канал контрабандного вывоза в Грузию старинных икон, церковной утвари и других предметов христианской веры по маршруту Москва - Ставрополь - Северная Осетия - Республика Грузия. В марте 2000-го года сотрудниками Ставропольской таможни была пресечена попытка контрабандного вывоза в Грузию на рейсовом автобусе 172 наименований икон, предметов христианской веры, церковной утвари.
   Контрабанда настолько насытила западный рынок антиквариата предметами русской старины, что они уже стали контрабандно ввозиться обратно в Россию для продажи "новым русским".
  

Криминал высоких технологий

  
   Высокие технологии быстро становятся достоянием всех стран. Появившись в одной стране, они свободно распродаются по всему миру и также свободно распространяются преступления, связанные с высокими технологиями. Если анализировать криминал, связанный с высокими технологиями, то начинать необходимо, несомненно, с Интернета.
   С каждым годом в Интернете совершается все большее число преступлений. И минувший 2009-й, увы, не стал в данном отношении приятным исключением: виртуальные разбойники взяли оче­редные криминальные "высоты" и, похоже, останавливаться на достигнутом не собираются...
   Как отметила американская телекомпания Си-эн-эн, в 2009-м году в Интернете было совершено рекордное количество преступлений. По мнению обозревателей, сей шквал виртуального криминала существенно подрывает доверие людей к сетевой торговле и любым финансовым операциям, осуществляемым посредством Всемирной паутины. Как предупреждают специалисты, если киберпреступность и дальше будет развиваться столь стремительными темпами, то через пару-тройку лет последние надежды на то, что Интернет может быть безопасным, окончательно рухнут.
   В частности, по оценкам ведущих компаний-производителей антивирусных программ, около 87 процентов от всех электронных писем, отправленных в 2009-м, являлись спамом, а в некоторые месяцы этот показатель зашкаливал за 95 процентов! Отметим, что в 2008-м году виртуального мусора было меньше - ему принадлежали лишь около 70 процентов общего объема электронной корреспонденции.
   В целом же за 2009-й год количество отправленных сообщений, содержащих спам, перевалило за 40 триллионов. Таким образом, на каждого жителя Земли (включая младенцев и неподключенных к Сети) в среднем пришлось около I 5 тысяч подобных писем! При этом следует учесть, что спам - это не просто навязчивая противозаконная реклама: сей виртуальный хлам зачастую несет серьезную угрозу для получателя.
   По подсчетам специалистов, не менее 2 процентов спам-сообщений, отправленных в 2009-м году, содержали в себе различные вирусы. Учитывая, что это в 900 раз больше, чем 2008-м году, можно себе представить, что нас ожидало в 2010-м году!
   Впрочем, сегодня подхватить "виртуальную заразу" можно далеко не только через спам или посещение веб-страниц сомнительного содержания с тремя "иксами", но и заходя на вполне благопристойные и законопослушные сайты, которые преступники научились использовать в своих гнусных целях. По оценкам специалистов, если еще в 2006-м году на каждые 20 тысяч "здоровых" интернет-сайтов приходился один "зараженный", то сейчас это соотношение стало куда более угрожающим: в 2009-м году из 150 сайтов один непременно таил в себе тот или иной вирус.
   Эти вредоносные программы способны не только испортить компьютер, но также служат для взлома систем защиты программного обеспечения: мошенники похищают хранящиеся в памяти личные данные пользователя и затем используют их в различных нехороших целях. Видов киберпреступлений нынче существует великое множество - от нарушения авторских прав и "экспроприации" средств с банковских счетов физических и юридических лиц до шантажа и сексуальных домогательств!
   Случается, что виртуальные разбои совершаются ради "чисто спортивного интереса", из хулиганских побуждений, идейных соображений или в качестве акта личной мести, но намного чаще современные хакеры преступают закон ради личного обогащения. И следует отметить, что денежки здесь крутятся немалые! Чтобы представить себе масштабы и обороты сего криминального бизнеса, достаточно привести пару громких примеров. В одном случае виртуальные мошенники, завладев через Сеть номерами более чем миллиона банковских карт граждан США, одновременно "облегчили" 130 банкоматов в 49 городах Аме­рики. При этом вся операция заняла у злодеев не более 30 минут, а общий куш составил около 9 миллионов долларов, которые затем были переведены на счета в различные государства, в основном на постсоветском пространстве.
   А недавно арестованная банда бразильских кибермошенников подозревается в похищении с различных банковских счетов более 37 миллионов долларов. В виртуальную шайку входило 18 хакеров, которые ежедневно рассылали пользователям более 3 млн зараженных электронных писем!
   При этом сетевая преступность приобретает поистине организованный характер, в том числе на транснациональном уровне. Между хакерами из разных стран и регионов существует самое настоящее разделение труда, при этом русских хакеров на Западе считают одними из самых крутых, опасных и неуловимых. Международные и национальные виртуальные банды все чаще действуют как заправские корпорации, заимствуя у законопослушных компаний успешный опыт ведения бизнеса и устанавливая между собой самые настоящие партнерские отношения с целью повысить общую прибыль.
   И доходы киберворишек действительно растут со скоростью лавины. По данным ФБР, компьютерная преступность уже превысила по оборотам наркобизнес, став самым крупным видом нелегальной деятельности с ежегодным доходом более 1 триллиона долларов! Кстати, еще лет пять тому назад эксперты называли цифру 150-200 миллиардов. То есть "черный" виртуальный рынок всего за "пятилетку" вырос почти в семь раз, и теперь виртуальные преступники зарабатывают больше, чем вся легальная мировая компьютерная индустрия вместе взятая!
   Зато законопослушные компании и граждане терпят от их деятельности немалые убытки. Согласно подсчетам специалистов, только в одних США киберпреступники ежегодно наносят урон в размере 256 миллионов долларов. А о разме­рах потерь в мировом масштабе даже страшно подумать. Однако в 2008-м году, по мнению некоторых специалистов, они составляли около 600 миллиардов "зеленых", соответственно, учитывая рост числа киберпреступлений, сейчас потери еще серьезнее. Компаниям, подвергнувшимся нападениям виртуальных разбойников, приходится тратиться на восстановление потерянной информации и выведенного из строя оборудования, оплачивать претензии со стороны клиентов, пострадавших от утечек данных, а также иски со стороны регулирующих органов. Не говоря уже о том, что страдает их репутация, в результате чего резко снижаются доверие клиентов и инвестиционная привлекательность.
   Сложнее измерить колоссальный моральный ущерб, зачастую наносимый киберпреступниками своим жертвам. Но для виртуальных злодеев, похоже, нет ничего святого - не жалеют даже глав государств! В частности, одной из их жертв стал президент Франции Николя Саркози. Хакерам удалось заполучить конфиденциальные номера и пароли к его личному счету, после чего они некоторое время "одалживали" у месье Саркози небольшие суммы. Как выяснилось впоследствии, украденными у главы государства деньгами преступники оплачивали свою мобильную связь. Так что сегодня практически любой гражданин, не важно какой страны и сколь высокого полета, может стать жертвой виртуальных мошенников.
   А, учитывая с каждым годом набирающее скорость распространение Интернета, армия киберпреступников и их жертв постоянно пополняется. Согласно подсчетам экспертов, уже к концу 2010-го года число пользователей Сети составит примерно четверть населения планеты (1,6 миллиардов человек), а в 2013-м выход в виртуальное пространство получит уже почти треть землян (2,2 миллиарда). Соответственно, если не будут приняты своевременные меры, все они будут находиться под постоянным прицелом киберпреступников. Пока для борьбы с ними отсутствует даже необходимая международная законодательная база. На национальном уровне ее тоже нет: ограбленные граждане не знают, куда обращаться за помощью, полиция не умеет их правильно фиксировать, а следователи и суды еще не научились работать с виртуальными уликами...
   В результате единственное на сегодняшний день стопроцентное средство индивидуальной защиты - вообще отказаться от Интернета. Но сегодня такую роскошь себе могут позволить немногие: кому-то он необходим по работе, а кто-то так крепко подсел на виртуальный наркотик, что слезть с него добровольно уже не в состоянии.
   Конечно, изобретаются все новые средства борьбы, но и преступники находят все новые "отмычки". В частности, все чаще их атакам подвергаются участники популярных блогсервисов и социальных сетей, а также посетители виртуальных магазинов.
   Значительное распространение в последнее время также получили фальшивые "антивирусные" программы, приобретая которые пользователь в лучшем случае платит деньги за пустышку, а в худшем - вместе с "антивирусом" скачивает на свой компьютер какой-нибудь вредоносный код или снижает общий уровень безопасности системы для последующих атак.
   Вовсю преступники окучивают и новые типы устройств для мобильной, сетевой и прочей связи, хранящие значительные объемы информации, в частности такие популярные нынче портативные средства, как iPhone.
   Как предупреждают специалисты, недавнее разрешение на использование в интернет-адресах алфавитов, отличных от латиницы, также облегчит жизнь виртуальным мошенникам. Например, они смогут "дублировать" адреса всемирно известных компаний похоже выглядящим кириллическим шрифтом и таким образом вводить пользователей в заблуждение, параллельно облегчая их кошельки и воруя конфиденциальную информацию.
   В целом же прогнозы экспертов неутешительны: "эра милосердия" для киберпреступности настанет еще не скоро...
   На этом мрачном фоне попытки использовать высокие технологии как повод переключения части небогатого финансового потока, питающего науку в России в свой карман выглядят просто невинной детской шалостью. Покажем это на примере проекта создания "Русской Силиконовой долины".
   "Город Солнца", "Русская Силиконовая долина", "Чудо в Подмосковье" - как только не называют нынче кусок земли возле Сколковского шоссе, который должен осчастливить миллионы жителей России своими невиданными проектами. А ученый мир в недоумении: как можно создать город будущего на голом месте, без прочного фундамента - научной школы? Это первое.
   Второе. Кто будет работать в Сколково? За 18 прошедших лет Россия потеряла более 700 тысч ученых. И особенно велики потери в стане физиков-атомщиков, биотехнологов, специалистов по ядерной медицине. А приоритетными-то направлениями объявлены - в том числе - ядерные и медицинские технологии.
   Третье. О недопустимости строить "Силиконовую долину" в Сколково уже заявили ученые из НИИ сельского хозяйства центральных районов Нечерноземья. Это из-под них уже пытаются изъять 200 га пахотных земель. Обращение ученых к президенту Д.А. Медведеву "Силиконовая долина" убьет "хлебную" было опубликовано в печати в начале 2010 года.
   Четвертое. Против создания русского кремниевого чуда выступают и экологи: русская "Силиконовая долина" сжует лесозащитный пояс Москвы.
   И, наконец, пятое: бизнес-проект "Город Солнца" уведет проблемы загибающейся отечественной науки далеко в сторону. В этом уверены ведущие ученые страны. И будет это уже не Сколково, а Осколково...
   Многие страны в разное время с разной степенью успеха пытались "скопировать" калифорнийскую Кремниевую (Силиконовую) долину. Кстати, мало кто знает, что когда-то из-за обилия фруктовых садов эта местность называлась иначе - Долина восхищенных сердец.
   Истории известно создание шотландской Кремниевой долины. Дания вместе со Швецией образовала Медиконовую долину. Научный городок Чжунгуаньцунь - это Кремниевая долина Китая.
   Что хотят построить в Подмосковье? Но, прежде чем перейти к российскому проекту, ознакомимся с неким документом...
   Национальный научный фонд США опубликовал статистическую сводку по глобальной динамике научно-технического развития в мире за 1995--2009 годы. Сегодня самыми быстрыми темпами наука развивается в КНР. В России основные показатели научно-технического развития не растут, а снижаются.
   Сводка Sciens and Engineering Indicators-2010 опубликована на сайте Национального научного фонда США (NSF).
   Очевидный вывод: рывок Китая по наращиванию научно-технического потенциала дал сногсшибательные результаты. Расходы на науку в КНР 10 лет стабильно растут более чем на 20%. Китай уже догнал США по количеству научных работников: в обеих странах - по полтора миллиона ученых.
   Что в России? Постоянное снижение числа научных работников. В 1990 г. их было 1 миллион 300 тысяч, в 1995 году - около 600 тысяч. Сегодня - около 376 тысяч.
   Грустные цифры. Знаменитый немецкий драматург Фридрих Шиллер когда-то заметил: "Для одного наука - возвышенная небесная богиня, для другого - дойная корова, обеспечивающая маслом". В Поднебесной науку сделали небесной богиней...
   Что мешает нам? Или кто? По какой причине мы оказались в столь жалком положении?
   Двигаемся дальше. Сегодня почти в каждой научной группе, занимающейся передовыми исследо­ваниями в США, есть специалисты из России. В американских научных лабораториях в ходу такая ироничная поговорка: "Для того чтобы заниматься физикой, необходимо иметь русский акцент".
   Группа ученых, имеющих "русский акцент", опубликовала недавно открытое письмо руководству России (осень 2009 года). В тексте, озаглавленном "Почему мы утекли?", говорится о том, что ситуация вокруг отечественной науки близка к коллапсу. Русские физики, биологи, химики из США, Великобритании, Франции и Япо­нии, подписавшиеся под обращением к Д.А. Медведеву и В.В. Путину, называют несколько острых проблем.
   Первая - "существенное отставание российской науки от науки мирового уровня". Вторая - "отсутствие стратегического планирования с постановкой ясных целей". Тема скудного финансирования фигурирует лишь на третьем месте.
   Ученые просят руководство России определить важнейшие направления научно-технического прогресса, какими в свое время были космические и атомные программы в СССР. Привлечь ученых с мировым именем. И увеличить финансирование. Сегодня у многих ученых в России зарплата дворника - 9-12 тысяч рублей.
   "Российскую науку надо встроить в мировую, ввести независимую экспертизу работ, привлекать мировые проекты, - пишут ученые из-за кордона. - Кроме этого, должен быть создан Российский институт высших исследований".
   Но пока у нас в России атомное ведомство возглавляет судостроитель, медицинское - финансист, а Министерство торговли и промышленности - "талантливый менеджер", вряд ли возможно создание российского института высших исследований. Но когда же вместо менеджеров будут работать ученые?
   Письмо зарубежных российских ученых к Д.А. Медведеву и В.В. Путину "Почему мы утекли?" возмутило некоторых академиков РАН.
   Письмо даже обсудили на заседании президиума РАН. Вице-президент РАН академик Александр Некипелов заявил, что такое поощрение "возвращенцев" является неприемлемым, поскольку стимулирует разделение ученых на специалистов первого и второго сорта. А меры, предложенные "возвращенцами" по спасению российской науки, как считают академики, могут привести к появлению "потемкинских деревень".
   Далее академики озвучили, что средств на российскую науку и так выделяется недостаточно. Ежегодный бюджет РАН - 46 миллиардов рублей. И перераспределение этих денег для преимущественного финансирования пяти приоритетных направлений в Сколково, по мнению мэтров из РАН, невозможно (РАН объединяет 435 институтов и научных центров).
   В общем, патриархи отечественной науки против создания тепличных условий для тех, кто когда-то смылился за кордон.
   Как же решать наболевшие проблемы? Академик Сергей Капица считает, что для возвращения науки на пьедестал требуется системная политическая работа. В обществе произошло смещение ценностей. И сегодня процветает то, что можно назвать клиповым мышлением. Все это отвращает думающих людей от науки...
   Но теперь перенесемся мысленно в Калифорнию, в хваленую Силиконовую долину. Попытаемся понять, из какой пены родилось это чудо?
   - Наша Силиконовая долина - это громадный "котел", заполненный самыми невероятными компонентами, - рассказывал известный американский ядерщик Дональд Браун.
   Силиконовая долина (у города Санта-Клара) занимает площадь 4800 кв. км. В долине работают 150 крупнейших компаний и 386 тыс. специалистов. И знаменито это место не только Стэнфордским университетом и его вундеркиндами, но и такими изобретениями, как линейный ускоритель и космический радиотелескоп.
   - С его помощью еще в 60-х ученые искали внеземные цивилизации, - продолжает Дон Браун. - Здесь в 1906 году Де Форест изобрел ламповый триод, а в 1912-м году применил его для усиления звуковых и радиосигналов. С этого года принято отсчитывать начало электронной эры. Братья Варьян изобрели клистрон - СВЧ-генератор. Изобретатель транзистора Уильям Шокли организовал в долине первую полупроводниковую фирму. Еще один гений - Боб Нойс в 1961-м году изобрел интегральную схему. В 1975 году два продвинутых инженера Стив Джобс и Стив Возняк сконструировали первый персональный компьютер. И создали фирму Арр1е.
   - Каков был замысел наших ученых? - продолжает Дон Браун. -- Связать воедино деятельность высокотехнологичных компаний с университетской наукой. Получилось своего рода дерево, которое начало стремительно расти и плодоносить.
   Силиконовая долина изначально была как бы "резиновой". И легко позволяла осваивать площади для новых технопарков.
   Но где такая широта горизонта Сколково? Ее нет. И еще один важный момент. Нельзя заниматься просто ядерной энергетикой, просто телекоммуникациями на голом месте. Сначала нужно вырастить то самое "дерево", как это сделали в Долине восхищенных сердец.
   Но вернемся к "проекту века". "Мне кажется, что вообще поторопились с решением о создании этого города в Сколкове". Таково мнение известного ученого, академика РАН Эдуарда Круглякова. Академик работает в Сибирском отделении РАН, где есть конгломерат институтов, который, по мнению Эдуарда Павловича, вполне мог бы взять на себя множество задач в развитии новых технологий. На базе Новосибирского университета стабильно работает принцип физтеха. Именно в Сибири работает Институт физики полупроводников. Почему не задей­ствовать этот институт при создании русской "Силиконовой долины"?
   В области ядерной технологии ученым из Новосибирска тоже есть что предложить: к примеру, нейтронный источник, на основе кото­рого можно разрабатывать технологии дожигания радиоактивных отходов. И создавать новое топливо для АЭС (в России запасы урана тают).
   - Урана в России очень мало, - подтверждает доктор технических наук Игорь Острецов. - И такие прорывные атомные программы крайне необходимы стране. Вместо этого хватаются за старые плутониевые проекты.
   Новосибирские ученые предлагают создавать новое топливо - уран-233 из тория. Но никакого движения вперед нет.
   И все же: часть ядерной программы сибирские ученые могут взять на себя! Не будем забывать, что в том "углу" России работает и Федеральный ядерный центр в городе Снежинске. Есть и база, и научный коллектив. А науку - по мнению академика Круглякова - должны делать огромные коллективы. При чем здесь Сколково, пустое место?
   Кто и как у нас сегодня делает науку? Заглянем в подмосковный наукоград Троицк, где находится знаменитая Троицкая площадка Физического института имени П. Н. Лебедева (ФИАН). При общении с доктором физико-математических наук Михаилом Губиным выясняются любопытные факты. Оказывается, наши ученые, получая зарплату дворника, продолжают выдавать такие изобретения, которые ни Китаю, ни Южной Корее и не снились. К примеру, на Троицкой площадке нынче производится 90 процентов всех фемтосекундных (короткоимпульсных) лазеров России. Именно в Троицке выполняется государственный заказ по программе ГЛОНАСС. И в 10 взрывоустойчивых химических боксах идут работы над новыми видами лазеров, в том числе и над кислород-йодным. За этот лазер ученые ФИАН получили премию Правительства РФ. В США боевые системы базируются именно на таких лазерах.
   Но у ученых в Троицке хотят отнять 43 га земли из 66, которые государство выделило институту 50 лет назад. С какой целью? Под строительство... коттеджей. Но тут находится уникальное здание института Квантовой радиофизики. И в новом проекте генплана Троицка оно уже фигурирует как... общественно-деловой центр. Ученые написали Дмитрию Медведеву. Проект в Троицке как будто бы заморожен...
   Что же получается? Научную базу в Троицке пытаются разрушить, уникальное здание института Квантовой радиофизики распотрошить, а под сурдинку отобрать еще и 43 га "научной" земли. Где логика в этих поступках? Понятно - в Сколково по традиции раскулачивают крестьян. Но чем создатели лазеров провинились?
   Вспомним,что в Силиконовой трудится немало ученых с русскими корнями. Они получали образование или в СССР, или в России. А, кстати, как у нас сегодня готовят таких специалистов? Эта тема стала главной при обсуждении проблем отечественного образования в "Балтийском губернаторском клубе". В его работе принял участие министр образования РФ Андрей Фурсенко.
   Участники пришли к парадоксальному выводу: число студентов в стране превышает все разумные пределы!
   - Но количество студентов скоро сократится само собой, -утешил г-н Фурсенко. - Перепроизводство выпускников по специальностям "юрист", "менеджер" и "экономист" достигнет 300 процентов к 2014 году.
   С середины 1990-х годов количество студентов увеличилось в два с лишним раза. Особенно непростая ситуация со студиозусами в городе на Неве. Там сегодня - 453 тысячи студентов. Это десятая часть всего населения Северной Пальмиры.
   - Но не все выпускники становятся "офисным планктоном", - иронизирует министр Фурсенко. - Большинство официантов в дорогих ресторанах имеют юридическое или экономическое образование.
   Каков вывод? Налицо какие-то совсем уж дикие перекосы в высшей школе: студентов - море, институтов - тоже тьма. А работать в научных лаборато­риях некому. Получается своего рода конвейер по "производству" специалистов. Работает конвейер отменно, только вот "конечный продукт" куда-то испаряется.
   В это трудно поверить, но за годы "реформ" в России закрылось более 70 тысяч предприятий (из 400 тысяч, И.Л.). И отныне мы импортируем даже гвозди. Уничтожен основной потреби­тель научных знаний - наукоемкая промышленность (некому осваивать инновации, И.Л.).
   Что же делать? Возвращаться в каменный век?
   Академик Юрий Осипов на последнем заседании президиума признался: РАН за последнее время представила власти 164 крупных проекта по модернизации экономики. Но денег-то на эти проекты не дают...
   - Нельзя все переводить на развитие инноваций, тогда науки не будет, - уверен академик.
   Зачем нам "сырое" Сколково, если в России есть целое созвездие наукоградов? У нас есть все. Огромное количество университетов и институтов, "переизбыток" студентов, как показали дискуссии в Балтийском губернаторском клубе. Есть ученые в стране. И за ее пределами. Их еще можно вернуть. Нужно только очень грамотно распорядиться всем этим богатством.
   Но эксперты отмечают: несмотря на искреннее желание осуществить модернизацию, власти пока по-прежнему практикуют "ручное управление" - чем ближе к Кремлю, тем проще!
   Кто-то явно хочет, используя высокие технологии, "отпилить" от небольших денег, отпускаемых на науку, себе навар, причем такой навар денег, которые затем не надо будет "отмывать", поскольку, на первый взгляд, они будут вполне чистые, законные.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Отмывание "грязных" денег

  
   Процесс отмывания денег привел к оттоку из постсоветской России денежных средств, которые исчисляются сотнями миллиардов долларов. Поток сообщений о том, что в определенные банки США и Европы выкачиваются деньги из России, заполнил заголовки газет по всему миру. Особенно встревожило западные круги то обстоятельство, что отмываться могли не только деньги русских бизнесменов, но и кредиты, направленные в Россию Международным валютным фондом (МВФ) и правительством США, возвращаясь назад в американские банки по весьма сомнительным каналам.
   Проблема отмывания денег из России осложняется тем, что есть сообщения об участии в этом не только некоторых лиц, связанных с правительством РФ, но также и самой "ельцинской семьи". Является ли процесс отмывания денег чисто постсоветским явлением? Каков его объем? Каковы причины отмывания денег? Каковы способы отмывания денег? Каковы возможные последствия отмывания денег? Какие меры предпринимает российское правительство для решения этой проблемы и насколько они эффективны? Эти вопросы активно обсуждаются не только российскими, но и зарубежными экономистами, поскольку экономическая глобализация делает взаимозависимыми народные хозяйства всех стран, и изменения в одной стране становятся чувствительными в народном хозяйстве другой благодаря таким техническим средства, как Интернет, мобильная космическая связь, новые технологии.
  

Предыстория вопроса

  
   Среди наиболее тревожных тенденций в экспансии финансовых преступлений по всему миру в последнее время значительное место занимает рост легализации доходов, полученных преступным путем (в результате нелегального оборота наркотических веществ и совершения других преступлений). Степень важности проблемы заключается не только в количестве денег, вовлеченных в оборот, но и в фактических и возможных последствиях их возникновения и обращения.
   Как правило, мотив совершения преступления _ получение дохода. Результат преступлений в большинстве случаев выражается в незаконно приобретенных денежных средствах, для легального использования которых они должны быть помещены в финансовую систему. Иначе говоря, незаконное получение ценностей предполагает последующее проведение операций с целью сокрытия источника таких средств _ легализацию (отмывание) доходов, полученных преступным путем.
   История самого слова "отмывание" заслуживает особого внимания. Так, по общепринятому мнению, этот термин в преступных кругах стал использоваться в 1920-х годах, когда такие известные гангстеры, как Аль Капоне и Багси Моран, в буквальном смысле открывали собственные прачечные в Чикаго, чтобы отмывать "грязные" деньги. В настоящее время для подобной цели используются другие предприятия с большим оборотом наличности: рестораны быстрого питания, казино, бензоколонки, питейные заведения и другие.
   Во многих случаях преступные доходы дают преступникам возможность поддерживать достаточно высокий уровень жизни по сравнению с законопослушными гражданами, что не может не вызывать крайне нежелательных социальных последствий. Кроме того, проникновение преступных капиталов в легальный оборот позволяет криминальным структурам контролировать определенные участки сектора легальной экономики.
   Росту преступности, в особенности организованной, способствует возможность легализации доходов, полученных преступным путем.
   Традиционно внимание правоохранительных структур уделялось корыстному преступлению, лежащему в основе легализации "грязных" денег. Наказанием за такое преступление служила конфискация активов в той мере, в какой она применялась к незаконным деяниям, направленным на получение экономической выгоды. В настоящее время положение радикально изменилось. Современная тенденция, возникшая в 1986-м году в США и постепенно охватившая весь мир, состоит в том, чтобы признать уголовно наказуемыми сами действия по отмыванию денег и независимо от основного преступления рассматривать их в качестве основания для конфискации имущества. В некоторых государствах, избравших этот путь, за легализацию незаконно полученных доходов может назначаться гораздо более суровое наказание, чем за лежащее в его основе преступление.
   В последнее время основными источниками незаконных доходов являлись торговля наркотиками, оружием, людьми и финансовые преступления: банковское мошенничество, подлог, обман в сфере вложений в ценные бумаги, "мнимое" банкротство и другое. Средства, полученные в результате подобных преступлений, приобретают законный вид путем различных механизмов легализации преступных доходов. Некоторые страны стали включать в этот список и уклонение от уплаты налогов.
   Принято считать, что отмывание денег _ процесс, состоящий из трех стадий.
   Первая стадия - размещение, - в процессе которой наличные средства, полученные от незаконной деятельности, реализуются в другие менее подозрительные формы. Синдикаты по отмыванию капиталов для размещения крупных сумм наличных средств путем вложения их мелкими суммами на счета в разные банки обычно пользуются услугами подставных лиц, которые не привлекают к себе внимания в банковском сообществе. Подставные лица могут также приобретать чеки или давать поручения на международные переводы денег в пользу третьих лиц, которые разместят их на счете в банке конечного получателя.
   Стадия наслоения заключается в отделении не­законных доходов от их источника путем прове­дения ряда финансовых операций для скрытия ис­тинной природы денег и обеспечения анонимности. Отмыватели денег стремятся к тому, чтобы денежные средства постоянно находились в движении, изменяя их форму и местонахождение для затруднения работы правоохранительных органов и срыва "аудиторского следа".
   Заключительное звено цепи называется интеграция _ обеспечение легитимности средствам, полученным преступным путем. Если процесс наслоения прошел успешно, стадия интеграции позволяет разместить отмытые средства в экономический оборот наравне с легально полученными доходами.
  

Масштабы отмывания денег

  
   На вопрос, является ли отмывание денег чисто постсоветским явлением, нет простого ответа. По мнению некоторых аналитиков, отток капиталов - это законно, а отмывание денег должно считаться незаконным. Отток денег наблюдался и в советский период; таким образом, это отнюдь не новый российский феномен. Однако аналитики уверены, что хотя отток капиталов преобладал в советский период, его объем был незначительным по причине жесткого государственного контроля и надзора за переводами средств за рубеж.
   Проблема существенного оттока финансовых ресурсов анализировалась несколькими российскими академиками и западными специалистами. Например, знаменитый российский экономист Леонид Абалкин заметил, что эта проблема стала слишком сложной и имеет серьезные политико-экономические последствия для цивилизованного перехода страны к рыночной экономике. В преобладающих нестабильных и зачастую критических условиях российской действительности меркнут различия между законными, полузаконными и незаконными видами перевода финансовых ресурсов. Либеральная политико-экономическая ситуация, преобладающая в России в 90-е годы после развала СССР, появляющиеся как грибы частные банки зачастую со слабой финансовой базой и отсутствие правовой структуры дали возможность банкам, фирмам и частным лицам беспрепятственно переводить деньги из страны.
   О масштабе данного явления есть много разных точек зрения.
   Министерство внешнеэкономических связей российского правительства, признавая распространенность этой проблемы, заявило, что сумма отмываемых средств незначительна - их ежегодный объем колеблется от 1 миллиарда в 1991-м году до 5 миллиардов в 1995-м году. Оценки Центрального банка немного выше - от 7 до 9 миллиардов долларов в год с 1992-го года. О. Павлова, глава федеральной службы России по контролю обменного курса, высказала мнение, что с 1992-го года по 1997-й год поток денег мог составить порядка 120 миллиардов то есть ежегодный отток был около 20 миллиардов долларов.
   Таким образом, по поводу объема переведенных средств существуют большие разногласия даже среди трех разных федеральных служб России. Оценки Министерства внешнеэкономических связей самые низкие - возможно, оно пыталось преуменьшить серьезность проблемы, чтобы обезопасить себя от критики по поводу неумения управлять экономикой.
   Существуют и другие оценки. Некоторые иностранные банковские консультанты полагают, что отток средств из России варьировался от 15 миллиардов в 1991-м году до 42 миллиардов долларов в 1995-м году. Как отмечалось Владимиром Тихомировым, различия в оценках объема оттока капиталов между 1990-м и 1995-м годами были достаточно большими: от минимальной суммы в 65 миллиардов долларов до 400 миллиардов.
   При изучении оттока денежных средств из России в 1998-м году канадский ученый Джон Волли подсчитал, что в период с 1994-го по 1997-й годы русские ежегодно вывозили из страны около 17 миллиардов долларов, более или менее одинаково распределяя их между законными, полузаконными и незаконными видами переводов. Как утверждает Ариель Коэн, американский специалист по России, отток денег за этот период составил 200 миллиардов долларов - это больше, чем весь долг Российской Федерации, и в 10 раз больше всего объема иностранных инвестиций в России. Есть и еще более высокие оценки: в соответствии с некоторыми сообщениями, опубликованными в "US News and World Report", из России с момента распада Союза "уплыло" около 350 миллиадов долларов, около трети из них осело в США.
   Легко можно отметить, что оценки масштабов отмываемых средств у западных экспертов в основном выше, чем российские оценки.
   Несмотря на различия в оценках, никем не отрицается тот факт, что объем финансовых средств, нелегально переведенных из России после распада Советского Союза, достаточно большой. Ирония состоит в том, что в то время, когда Россия нуждается в огромных ресурсах для модернизации и реформ экономики и когда страна берет крупные займы у развитых стран и различных международных финансовых организаций, беспринципные люди вывозят деньги из нашей страны в беспрецедентных масштабах, демонстрируя свой "патриотизм".
   Отмывание "грязных" денег - это всемирное явление. В соответствии с данными Центра изучения международной преступности и коррупции при Американском Университете в Вашингтоне, ежегодно в мире отмывается свыше 500 миллиардов долларов. Эта оценка, по некоторым данным, слишком умеренна: так. по оценкам специалистов МВФ, в мировом масштабе сумма отмываемых средств может составлять от 500 миллиардов до 1.5 триллионов долларов - 5 процентов от мирового валового дохода.
   Большая часть этих денег отмывается в странах ЕС. Советник постоянного представительства Франции при ЕС Э. Буланже отмечает, что глобализация экономики, предоставляя значительные выгоды крупным потребителям, одновременно способствует развитию транснациональной организованной преступности. Кроме того, такие технологические инновации, как электронные банки, активно используются для совершения преступлений и перевода полученных в результате криминальной деятельности средств в легальную сферу.
   Независимо от того, идет ли речь о классических криминальных группировках ("Коза Ностра", китайские триады, японские якудза), более новых криминальных образованиях (колумбийские и мексиканские картели, российские преступные группировки) или новых группах, специализирующихся на крупномасштабных финансовых преступлениях (уклонение от уплаты налогов или международное мошенничество), все они должны отмывать "грязные" деньги.
   Для минимизации ущерба от криминальной деятельности усиливается внимание ЕС к борьбе с отмыванием капиталов, означающим "легализацию" с помощью различных процедур финансовых результатов преступной или противоправной деятельности. Изучение тенденций в области отмывания капиталов экспертами GAFI (Groupe d'action financiere sur le blanchiment de capitaux - Группа финансового воздействия на отмывание капиталов), в которую входит большинство западноевропейских стран, представители ЕС, США, Канада, Австралия и Турция, свидетельствует о способности преступных группировок быстро менять схемы операций по отмыванию капиталов при принятии государствами мер по их пресечению, прибегая, например, к дроблению операций (чтобы не достигнуть порога декларирования) или действуя в менее контролируемых отраслях или регионах. Эксперты также отмечают повышение роли профессиональных посредников (бухгалтеров, адвокатов, агентов по созданию компаний): тенденцию к более широкому использованию страховых услуг в механизмах отмывания капиталов: усиление значения электронных переводов как преимущественного метода создания системы "нагромождения": уязвимость рынков производных инструментов и ценных бумаг перед отмыванием капиталов.
   В целом борьба с отмыванием капиталов в ЕС наталкивается на многочисленные трудности, в частности на полное отсутствие реального общеевропейского судебного пространства, включающего снятие банковской тайны и расширение сотрудничества между государствами-членами в налоговой сфере. В связи с этим в 1998-м году была разработана программа совместных действий стран ЕС, предполагающая создание каждым государством минимальных норм для идентификации, замораживания, ареста и конфискации инструментов и продуктов преступлений. Европейской судебной сети было предписано разработать справочник, включающий национальные органы, призванные бороться с отмыванием капиталов. Европейский Совет потребовал интенсифицировать эту борьбу за счет усиления прозрачности финансовых сделок и сотрудничества с офшорными центрами третьих стран.
   В этом явлении мирового масштаба Россия играет заметную роль. В частности, по словам генерала Реймонда Кендала, секретаря Интерпола, нашумевшая история российского отмывания денег с помощью "Нью-Йорк Бэнк" стала самым крупным делом подобного рода, которое расследовалось до сих пор Интерполом.
   Являясь новой формой экономической преступности, отмывание денег отражает растущую криминализацию экономической деятельности в России. Следует отметить, что экономические преступления наблюдались и в СССР - воровство государственной собственности на заводах и другие криминальные действия. Уже тогда существовали связи между людьми из коммерческих групп, вовлеченных в криминальный бизнес, и некоторыми членами Коммунистической партии и/или государственной бюрократией. Но в те годы также существовал страх сурового наказания, поскольку судили и наказывали в некоторых случаях даже министров. Поэтому общий объем криминального оттока капиталов был в Советском Союзе относительно небольшим. Капитал вообще нельзя было накапливать и хранить, поскольку денежная система часто подвергалась конфискационным реформам, когда капитал можно было одномоментно потерять в результате изменения денежных купюр. А за хранение иностранной валюты следовало наказание вплоть до высшей меры _ расстрела.
   В постсоветский же период отмывание денег приобрело значительные размеры, поскольку преступность стала ключевой характеристикой подавляющего большинства экономических процессов в стране. В отличие от других стран, где организованная преступность обычно действует на периферии экономики (имея дело с наркотиками, проституцией, оружием и так далее), в постсоветской России она стала существенной частью основного процесса. Например, ваучерная приватизация, начатая в 1992-м году, дала возможность директорам заводов, бюрократам и другим ловким и наглым людям обманывать доверчивых граждан и приобретать контрольные пакеты акций государственных предприятий в большом масштабе. Устранение государственной монополии и контроля за экспортной торговлей также использовались многими для выкачивания ресурсов из страны при помощи нечестных торговых сделок и методов - таких, как двойные счета-фактуры и регистрация ложных офшорных компаний и фирм.
   Словно поганные грибы выросшие в России 1990 годах коммерческие банки, большинство из которых вовлечены в переводы денег вместо того, чтобы заниматься прямой банковской деятельностью, создали настоящий трубопровод перекачки денег и их отмывания. Этому способствовали отсутствие жесткого контроля за банковской деятельностью и неадекватная законодательная база (например, в банках России не требовалось сообщать об источнике доходов даже в случаях размещения миллионов рублей).
   Интересно, что поток сообщений об отмывании денег появился в публикациях СМИ незадолго до президентских выборов и выборов в Думу (соответственно в декабре 1999-го года и летом 2000-го года.) Поскольку президент РФ Б.Н. Ельцин создал себе много врагов, то они попытались доказать его причастность к отмыванию денег. Например. Юрий Скуратов, назначенный Б.Н. Ельциным Генеральным прокурором, в марте 1999-го года заявил, что им получены документы от швейцарской прокуратуры, в которых говорится о взятках, полученных "ельцинской семьей" от швейцарской конструкторской фирмы "Мабетекс". Аналогично, политические противники администрации Б. Клинтона в это же время пытались показать неуправляемость и безрезультатность кредитования России Соединенными Штатами.
  

Причины отмывания денег

  
   Одна из главных причин отмывания денег в России - это тесная связь между политическими и деловыми группами. Существуют лоббистские группы и группы давления зарубежных торговых организаций, которые имеют тесные связи с политическими партиями, помогающими им влиять на политику и решения правительства. В некоторых случаях предприниматели сами становятся активными членами политических групп или приближенными политических лидеров. И новый бизнес-класс и лоббируемые политики имеют при этом одинаковый интерес - самообогатиться за счет страны.
   Классический пример - Б.А. Березовский. Этот олигарх, владелец обширного спектра крупных предприятий, финансовых учреждений и даже сети средств массовой информации, был близко связан с дочерью Б.Н. Ельцина, Татьяной Дьяченко, а через нее - со всей "Кремлевской семьей". Именно Б.А. Березовский ассоциируется с "Кремлевской семьей" Б.Н. Ельцина в истории с переводом средств на счет швейцарского банка. По мнению некоторых российских политических аналитиков, Б.А. Березовский сыграл решающую роль в финансировании ельцинской президентской кампании в 1996-м году, предложив десяти крупнейшим российским предпринимателям выделить в кассу Б.Н. Ельцина по 50 миллионов долларов. Как известно, Б.Н. Ельцин (в отличие от А.И. Лебедя и Г.А. Зюганова) не поднимал во время своей предвыборной кампании проблему оттока средств из страны.
   Политические лидеры, занимающие важные посты в государственной администрации, часто предоставляют привилегированным бизнес-группам монопольную защиту и даже услуги экономического шпионажа, а взамен получают от них щедрые взятки.
   Несколько докладов, опубликованных на Западе (в США. Италии, Великобритании и так далее) говорили о связи между "Кремлевской семьей" Б.Н. Ельцина и некоторыми деловыми группами. Например, утверждается, что огромные счета по кредитным картам Б.Н. Ельцина и его дочерей Татьяны и Елены были оплачены "Мабетексом". Утверждается также, что эта швейцарская компания оплатила один миллион долларов в виде "магарыча" за получение дорогого подряда без конкурса. ФБР США заявило, что некоторые "темные" переводы в "Нью-Йорк Бэнк" были связаны с Павлом Бородиным, главой кремлевской администрации, а также с Леонидом Дьяченко, зятем Ельцина. Доклады упоминают девять банковских счетов в "Нью-Йорк Бэнк", через который было отмыто до 10 миллиардов долларов для русской мафии, которая, как сообщалось, имела связь с "семьей Ельцина". Таким же образом Б.А. Березовский, действуя совместно с одним из ельцинских зятьев, якобы обманом завладел 250 миллионов долларов Аэрофлота, переведя деньги российских авиалиний на счета в Швейцарии.
   Даже при переводе вполне законных средств в надежные места фирмы и частные лица в России, по сообщениям, пользуются услугами людей, связанных с незаконным бизнесом и имеющих банковские счета по всему миру. Таким образом, отток средств из России зачастую прочно связан с отмыванием денег. Вот почему люди, принадлежащие к полярным полюсам российского общества, оказываются втянутыми в такие скандалы.
   В частности, многие из тех, кто переводил деньги из России, пользовались услугами Семена Могилевича, считающегося главой солнцевской группировки - самой большой криминальной организации в России. С.Ю. Могилевич построил буквально экономическую империю (на 100 миллионов долларов) посредством оружейного бизнеса, вымогательства, проституции и рэкета. Российская политическая деловая элита нуждалась в его услугах, потому что отмывание денег законными способами - это его сильная сторона. С.Ю. Могилевич и ему подобные имели корпоративные связи с главными центрами власти в России - например, с Б.А. Березовским, который являлся главным финансистом Ельцина, и с "Системой" - группой компаний, поддерживающих основного политического соперника Б.Н. Ельцина, мэра Москвы Ю.М. Лужкова. "News Week", ссылаясь на данные разведывательных служб США, писала, что ЦРУ, которое какое-то время следило за С.Ю. Могилевичем, считает, что он имел деловые связи и с другими членами российской политической элиты, особенно с бывшим премьер-министром В.С. Черномырдиным и А.Б Чубайсом - бывшим "экономическим царем" и главным архитектором ваучерной приватизации.
   Политическая и экономическая неуверенность, царящие в России после развала Советского Союза, внесли свою лепту в отток денег из страны. Президент Б.Н. Ельцин своими причудливыми действиями по быстрой постоянной смене премьер-министров только ухудшил политическую ситуацию в стране. Во время предвыборной президентской кампании 1996 года широко обсуждался прогноз о возможном избрании кандидата от коммунистов - Г.А. Зюганова. Определенные политические и экономические группы были поэтому крайне напуганы перспективой возвращения коммунистов, отмены экономических реформ, возвращения строгого государственного контроля над финансовыми операциями. Этот страх сильно повлиял на увеличение объема оттока денежных средств из России в 1995-1996-х годах.
   Другая важная причина оттока средств - использование нечестных способов в международных торговых операциях. Ликвидация государственной монополии на международную торговлю, поддержка государством либеральной политики и отсутствие солидных финансовых и банковских учреждений, которые было невозможно создать за столь короткое время, дали возможность беспринципным элементам в сфере международной торговли использовать незаконные способы выкачивания денег из страны ради личной наживы. Широко распространенная бартерная торговля, благодаря отсутствию возможности проводить нормальные международные торговые сделки, придала дальнейший размах процессам оттока средств.
   Размах незаконных международных сделок может быть довольно точно определен по некоторым товарам. Например, экспорт рыбы из России в Японию в 1994-м году исчислялся согласно российской статистике в 7 тысяч т стоимостью 90.4 миллионов долларов, а японская статистика насчитывает 38.7 тысяч т стоимостью 511 миллионов долларов. В 1995-м году экспорт крабов в Японию по российской статистике составил 7 тысяч т стоимостью 85 миллионов долларов, в то время как японская статистика насчитывает 56 тысяч т стоимостью 622 миллиона долларов импорта из России. Все это показывает размер переводов средств посредством крупномасштабных занижений счетов-фактур.
   По словам некоторых российских специалистов, такой размах махинаций был бы невозможен без ведома российских официальных лиц. На самом деле, говорят специалисты, это может происходить только при вовлечении и прямом участии политических руководителей, при потворстве бюрократов высокого уровня.
   Между 1992-м и 1995-м годами огромная разница между внутренними и мировыми рыночными ценами на нефть, металлы, химические продукты и так далее, дала возможность получить огромные прибыли российским фирмам, занимавшимся международной торговлей. Отсутствие государственного контроля над торговыми сделками, с одной стороны, и высокие подоходные налоги были дополнительными факторами, повлиявшими на отток денежных средств, осуществляемый российскими торговцами. Значительную роль сыграли и российские коммерческие банки, которые являлись участниками различных полулегальных и нелегальных переводов средств.
   Огромный отток капиталов, который имел место в последние годы XX века, связан также с кризисом августа 1998-го года. Вскоре после финансового смятения, когда российское правительство отказалось выплачивать свои долги, многие российские банки также оказались неспособными выполнить свои обширные обязательства перед вкладчиками и другими кредиторами. Однако у них имелись фиксированные активы, которые они быстро перевели в твёрдую валюту и переправили за границу, чтобы скрыть наличность от кредиторов.
   Кроме этого Центральный банк был вынужден выдать огромные стабилизационные фонды почти обанкротившимся банкам (около 19-ти миллиардов долларов в виде специальных кредитов). Около 20-ти российских крупнейших банков стали бенефициантами, а "СБС - АГРО", одним из совладельцев которого является Б.А. Березовский, получил самый огромный кусок. Большая часть специального стабилизационного кредита, полученного этими банками, была направлена за границу.
  

Применяемые методы

  
   Очень популярный метод выкачивания денег за границу - это трансфертная оценка, или "толлинг". При этой схеме российская компания продает товар по самой наименьшей рыночной цене офшорному посреднику, затем посредник перепродает товар по мировой цене, и иностранная валюта никогда не попадает в Россию.
   Отмывание денег часто происходит через магазин или ресторан, которым владеет какой-либо преступный делец. Владелец смешивает деньги, полученные незаконным способом (например, от рэкета), и средства, заработанные законным путем. Это узаконивает средства, полученные преступным способом.
   Некоторые банки в России действовали очень похоже. Например, банк выдает кредит подставной фирме, которая находится под его контролем. Эта подставная фирма инвестирует деньги в офшорную компанию, подконтрольную тем же банкирам, и затем не выплачивает кредит. Потом компания, получившая инвестицию, переводит деньги в другие банки так, чтобы совершенно невозможно было определить их происхождение. Долговые обязательства разорившейся компании переходят к третьей фирме, что позволяет банку списать кредит.
   В некоторых случаях в банках существует недостаточно эффективная система контроля, имеется ряд существенных нарушений, которые создают основу для проведения незаконных операций. Как отмечается департаментом инспектирования Центрального банка РФ, в ходе проверок установлено, что 50 процентов банков предоставляют в контролирующие органы недостоверную информацию в своих отчетах, целый ряд уполномоченных банков допускает манипулирование бюджетными средствами.
   Чрезвычайная опасность сложившейся ситуации заключается в том, что применение суррогатов денег, а также очевидная долларизация экономики образовали параллельную денежную систему теневой экономики, не платящую налоги в госбюджет, не подверженную государственному контролю и регулированию.
   В условиях существования теневого сектора экономики, охватывающего около 40 _ 50 процентов производства ВВП, и сложившейся теневой параллельной денежной системы, которая по своим масштабам почти в десять раз превосходит официальную (2700 триллионов рублей против 307.6 триллионов рублей на начало апреля 1997-го года), банки не только реагируют на противоправное изменение экономических условий, но и сами являются мощным фактором их формирования.
   Наиболее характерным проявлением этого процесса является незаконное обналичивание денежных средств, которое выступает одним из каналов финансирования криминальной экономики и может стать причиной дестабилизации финансовой системы.
   Около 40 процентов всей наличной денежной массы обслуживает теневой оборот. В теневую игру по незаконному обналичиванию денежных средств все больше втягиваются банковские структуры. Этому во многом способствует порядок контроля за операциями с "живыми" деньгами. Недобросовестные банки всячески поощряют операции по обналичиванию, поскольку получают дополнительные оборотные средства и к тому же получают комиссионные от проведения этих операций. В случае же наложения ареста на такие счета налоговой полицией банк ничего не теряет, напротив, в течение месяца он может пользоваться заблокированными деньгами как беспроцентным кредитом. К тому же банки все чаще идут и на прямые правонарушения.
   Филиал одного из банков, в нарушение правил, принимал деньги от коммерческих структур, которые банком не обслуживались. Полученные средства зачислялись на частные вклады физических лиц. Через некоторое время забирались наличные, налоги с которых не платились. В филиале руководители филиала, зарегистрировав дочернее предприятие, открыли депозитные счета на вымышленные имена. От имени этого предприятия руководители филиала заключали фиктивные договора на оказание различных услуг, перечисляли предприятиям безналичные деньги, которые затем снимали частные лица.
   Таким образом из официального оборота выведено свыше 1.7 миллиарда рублей.
   Величина обналичиваемых сумм банка может колебаться в среднем от 1 миллиона рублей до 10 миллиардов рублей и может свидетельствовать о том, что деньги имеют криминальное происхождение, либо предназначены для передачи в виде взятки или выкупа, ухода от налогообложения, хищения бюджетных средств и другое.
   Незаконное обналичивание денег идет параллельно с процессом отмывания незаконных доходов. В качестве незаконных квалифицируются не только доходы, полученные от наркобизнеса и нелегальной торговли оружием, но и доходы, полученные от хищений собственности, вымогательства, проведения крупных финансовых афер. Принципиальной особенностью борьбы с отмыванием незаконных доходов в российской экономике является то, что преступные группы доминируют одновременно и в легальной и в нелегальной экономике. Так собственники многих приватизированных предприятий не заинтересованы в нормальном развитии производства: выкачивают ресурсы на подставные фирмы, переводят доходы за границу, участвуют в спекулятивных операциях с недвижимостью, землей, на финансовых рынках и тому подобное.
   Многие банки, будучи составной частью финансовых групп, находятся под контролем преступных группировок и заняты только "отмыванием" нелегальных доходов. В то же время банки, отказывающиеся от участия в "отмывании" незаконных доходов, не могут конкурировать с теми, которые оказывают такие услуги, и находятся в тяжелом экономическом положении, зачастую _ на грани банкротства.
   С 1993-го года Центральный банк РФ контактирует с Межправительственной комиссией по проблемам отмывания денег, созданной в 1989-м году. 3 июля 1997-го года ЦБР своим письмом за N 479 утвердил Методические рекомендации "По вопросам организации работы по предотвращению проникновения доходов, полученных незаконным путем, в банки и иные кредитные организации". Банки должны руководствоваться этим документом при открытии, ведении счетов, выдаче гарантий, поручительств и кредитов, установлении других договорных отношений и расчетно-кассовом обслуживании клиентов.
   Большой урон российской банковской системе наносят так называемые невозвратные кредиты.
   Большинство невозвращенных кредитов присваивается, а 30 процентов от общей их суммы похищается и используется преступными организованными группировками. Хищения зачастую "оформлялись" как договорные обязательства.
   Невозврат кредитов входит составной частью в просроченные или пролонгированные кредиты. Сумма просроченных кредитов российских банков продолжает расти. По статистическим данным, в 1997-м году она составляет 58 триллионов рублей против 3 триллионов рублей в 1993-м году. В число банков с наибольшим объемом невозвращенных кредитов на 1 ноября 1997-го года по проценту к размеру рискованных активов входят: Сбербанк _ 13.82 процента, Внешторгбанк _ 13.08 процентов, Агропромбанк _ 16,83 процента, Промстройбанк _ 8.21 процента, Токобанк _ 3,26 процентов, МФК _ 2.81 процента, Менатеп _ 1.89 процента.
   Незаконное получение кредита осуществляется посредством целого ряда мошеннических действий, среди которых: создание и регистрация лжефирм на подставных лиц, изготовление подложных бизнес-планов и ТЭО, балансовых отчетов, необходимых для заключения кредитных договоров, представление фиктивных документов в обоснование кредитной заявки ("договоры" о предстоящих сделках), представление фиктивных либо полученных обманным путем гарантийных писем, страховых полисов в обеспечение возвратности кредита, представление в качестве залога неполноценного либо уже заложенного или не принадлежащего получателю кредита имущества, подкуп банковских работников в целях склонения их к выдаче кредитов с нарушениями установленных норм и требований
   При получении льготных целевых кредитов, которые затем присваиваются либо растрачиваются, используется корыстная заинтересованность должностных лиц, уполномоченных распределять бюджетные средства. Эти средства распределяются не по назначению, не на те цели, на которые были изначально спроектированы, по произвольной процентной ставке, без контроля за целевым расходованием и своевременным возвратом. По этой схеме были разворованы денежные суммы бюджета на триллионы рублей, деньги переводились на счета коммерческих структур, подконтрольных должностным лицам органов власти, либо коммерческих банков.
   Общий размер бюджетных денег в российских коммерческих банках составил к ноябрю 1997-го года 23.613 триллиона рублей. Бюджетные деньги обеспечили многим коммерческим банкам значительные доходы и конкурентные преимущества, в том числе и в приватизационных сделках, а также и как источник покрытия убытков, как, например, в "Кредобанке" и ряде других.
   Международная практика показывает, что банки играют важную роль в борьбе с легализацией незаконных доходов, поскольку любое "отмывание" оттесняет и затрудняет работу капитала, имеющего легитимное происхождение, и таким образом подрывает основы честной добросовестной конкуренции, а также делает финансовую систему страны неустойчивой и коррумпированной. Неприятие жесткой необходимости сотрудничества банков и правоохранительных органов, выражающееся в комментариях некоторых либеральных СМИ, свидетельствует по меньшей мере о незрелости их авторов в понимании угроз ценностям либерального общества, рьяными сторонниками которого они себя представляют.
   Во Франции, например, каждый раз когда на частный счет переводится сумма превышающая сумму 50 тыс. франков, банк должен поинтересоваться у клиента о происхождении этих денег, а во всех подозрительных случаях банки обязаны информировать Тракфин, особое ведомство, призванное следить за происхождением капиталов. За последние 6 лет было зарегистрировано 2763 сигнала из банков, из этого числа сигналов 90 было переданы в прокуратуру, по которым были возбуждены уголовные дела. Благодаря Тракфину только за 1994-й год удалось вычислить сумму в 50 миллиардов франков, которая поступила по разным каналам из России.
   В Великобритании банки ежегодно сообщают примерно о 18 тысячах подозрительных операциях, из них каждый шестой случай считается достойным серьезного расследования.
   В Испании о каждой сделке свыше 35 тыс. долларов банки обязаны сообщать в Национальный банк Испании, где этими вопросами занимается специальное подразделение.
   Банки, участвующие в отмывании "грязных" денег, искажают отчетную информацию. Пожалуй, самым грубым и прямолинейным способом фальсификации финансовой отчетности является умышленное неотражение в ней части проводимых банками операций. В этом случае банк заключает и надлежащим образом юридически оформляет сделки, например, по привлечению денежных средств от юридических лиц в депозиты, но не отражает возникающие обязательства и приобретаемые активы в бухгалтерском учете. Привлеченные таким образом денежные средства могут быть использованы банком для оплаты расходов, связанных с его хозяйственной деятельностью (понятно, что эти расходы также не находят отражения в официальной финансовой отчетности). Такой метод фальсификации финансовой отчетности, известный на профессиональном жаргоне как ведение "черной бухгалтерии", все же не является массовым явлением в современной российской практике. В качестве наиболее распространенной и масштабной следует рассматривать сложившуюся практику, когда отражение банковских сделок в отчетности не соответствует их реальному экономическому содержанию (и, соответственно, отчетность не отражает характер банковских рисков, связанных с совершением сделок, и последствия этих сделок для оценки стоимости активов и капитала банков). В отсутствие общепринятой классификации способов искажения финансовой отчетности можно воспользоваться собственной логикой их систематизации.
   1. Равновеликое "раздувание" стоимости активов и величины обязательств в целях приукрашивания отчетности. Как правило, это не приводит к созданию существенных дополнительных рисков для банка и его кредиторов (за исключением случаев, когда банк попадает под процедуру принудительной ликвидации). Целью банка является искусственное завышение его рыночной доли (измеряемой как отношение активов данного банка к совокупным активам банковского сектора), но не завышение величины его капитала. Банк имеет кредитные требования к юридическим и (или) физическим лицам и одновременно имеет долговые обязательства перед теми же лицами в тех же суммах и, как правило, на тех же условиях (по срокам исполнения обязательств и по размеру процентной ставки). Обычно такие сделки могут совершаться между лицами, которые в трактовке стандарта 24 "Раскрытие информации о связанных сторонах" МСФО являются связанными сторонами, т. е. лицами, которые оказывают друг на друга существенное влияние в вопросах принятия управленческих решений (при этом учитывается не только юридическая форма, но и экономическое содержание отношений между сторонами). В рассматриваемом случае, как правило, банк имеет кредитные требования на своих владельцев или доверенных лиц владельцев (и одновременно встречные обязательства перед ними на "зеркальных" условиях). Важным обстоятельством является то, что стороны таких встречных "зеркальных" сделок намерены исполнять и на практике исполняют обязательства друг перед другом путем фактического зачета взаимных требований (денежные потоки не выходят за пределы банка, бухгалтерские проводки не затрагивают активных балансовых счетов банка для учета денежных средств).
   Фактический зачет взаимных требований становится невозможным только при одном условии - в случае утраты владельцами банка контроля над его управлением, например, при введении в банк временной или иной внешней администрации. В последнем случае для обычных кредиторов банка (не владельцев) могут возникать дополнительные риски, связанные с проведением банком подобных "косметических" операций по приукрашиванию отчетности. Риск обусловлен тем, что должниками по "косметическим" кредитам могут выступать неплатежеспособные юридические лица, контролируемые владельцами банка, в то время как эти же юридические лица обладают безусловными кредитными требованиями на банк. Поэтому шансы обычных кредиторов добиться возврата из конкурсной массы предоставленных банку кредитов могут уменьшиться, если конечные владельцы банка не смогут или не пожелают оплачивать обязательства контролируемых ими юридических лиц. Такой риск смягчается, если должник по "косметическому" кредиту имеет встречное требование на банк в виде приобретенного векселя того же банка и этот вексель передан в залог по полученному от банка кредиту. Именно такая практика совершения "зеркальных" или "косметических" сделок, сопровождаемых залогом собственных векселей банков, и преобладает в российской банковской системе. Банки оформляют залог собственных векселей по "косметическим" кредитам, конечно, не ради снижения рисков для нормальных кредиторов на случай банкротства банков, а чтобы избежать требований со стороны регуляторов по созданию резервов на возможные потери по этим ссудам.
   2. Равновеликое "раздувание" стоимости активов и величины обязательств банка в целях приукрашивания финансовой отчетности путем создания встречных, "зеркальных" требований на рынке межбанковских кредитов. По своим целям эти операции во многом похожи на вышеописанные "косметические" сделки банков со связанными сторонами. В самостоятельную группу способов искажения финансовой отчетности следует выделять эти операции потому, что их проведение связано с повышенными системными рисками для российского банковского сектора. Заключаются эти сделки обычно между российскими банками, которые, строго говоря, не являются связанными сторонами в понимании МСФО 24, но руководители (владельцы) которых находятся в доверительных, дружеских отношениях. Встречные требования (обязательства) на "зеркальных" условиях создаются как между двумя банками, так и в "треугольнике" или ином "многоугольнике" (например, банк А имеет кредитное требование к банку Б, банк Б имеет аналогичное требование к банку В, а банк В - такое же требование к банку А, замыкая таким образом цепочку встречных требований). Исполнение обязательств осуществляется путем фактического (двухстороннего или многостороннего) зачета встречных требований, денежные потоки не выходят за пределы такой цепочки банков, проходя через взаимные корреспондентские счета, открываемые банками друг другу.
   Если один из банков - участников таких "косметических" операций попадет под процедуру принудительной ликвидации, то остальные участники цепочки уже не смогут исполнить свои обязательства перед банком за счет "внутренних проводок", т. е. путем фактического зачета встречных требований. "Косметические" обязательства становятся в этом случае реальными, а перспективы взыскать кредит с утратившего платежеспособность закрытого банка - маловероятными. Повышенная опасность межбанковских "косметических" сделок по сравнению с аналогичными сделками, совершаемыми банками со связанными сторонами, заключается в системном эффекте - неплатежеспособность одного из банков автоматически может создавать финансовые трудности для других банков. Проблема усугубляется еще и тем, что руководители банков, прибегающих к таким "косметическим" операциям, крайне легкомысленно относятся к оценке рисков на контрагента: решения о совершении "косметических" сделок принимаются в особом, упрощенном порядке в обход нормальной практики установления лимитов по операциям на межбанковском рынке. Поэтому и величина кредитов, предоставляемых контрагентам по "косметическим" межбанковским сделкам, не сообразуется с оценкой реальной платежеспособности бедного заемщика, а устанавливается, как правило, на пределе формального соответствия банка-кредитора нормативу концентрации кредитного риска на одного заемщика. Кроме того, поскольку эти "косметические" операции призваны имитировать обычные сделки на рынке межбанковских кредитов, то "для придания большего правдоподобия" они совершаются без залогового обеспечения, благо регуляторы обычно не требуют создания резервов на возможные потери по межбанковским ссудам.
   В качестве разновидности "косметических" операций на межбанковском рынке можно выделить неправильное отражение российскими банками операций с иностранными юридическими лицами-нерезидентами, не являющимися банками по законодательству стран своего пребывания, как операций с банками-нерезидентами. В большинстве случаев такие "ложные" банки являются специально созданными для целей искажения финансовой отчетности предприятиями и являются связанными с российским банком сторонами в понимании МСФО 24.
   3. Посреднические операции по администрированию кредитного портфеля третьих лиц, представляемые в отчетности как собственный кредитный портфель. Суть этих операций сводится к тому, что банк предоставляет кредиты заемщикам по выбору своих клиентов - третьих лиц, которые предоставляют под эти операции не только свое фондирование, но и по­ручительство за заемщика вместе с залоговым обеспечением в виде собственного векселя банка. Обычно приходится сталкиваться со следующими обоснованиями спроса на подобные банковские услуги.
   Во-первых, некоторые клиенты желают инвестировать денежные средства в принадлежащие им предприятия, но в качестве источника происхождения инвестиционных ресурсов желают деклариро­вать широкой публике не собственные средства, а банковский кредит. Тогда клиент договаривается с банком о структуре всей операции, приобретает вексель банка и вместе с таким фондированием предоставляет поручительство за заемщика вместе с залогом этого векселя.
   Во-вторых, аналогичная структура операций формируется у банков в случаях, когда один из клиентов желает предоставить финансовый заем своему деловому партнеру, готов полностью принять на него кредитный риск, но не желает заниматься работой по управлению займом (взыскание платежей по основной и процентной части долга и так далее).
   В обоих случаях банк практически не несет кредитного риска по таким операциям, и по своему экономическому содержанию они больше похожи на сделки комиссионного характера по управлению денежными средствами или администрированию кредитного портфеля третьих лиц. Следует отметить, что, совершая перечисленные операции, банки не имеют целью намеренное искажение финансовой отчетности, а удовлетворяют рыночный спрос на подобного рода посреднические услуги. Способ отражения в отчетности по существу комиссионных операций в виде сделок по привлечению и размещению денежных средств является данью сложившейся традиции составления российской финансовой отчетности, хотя он и не раскрывает пользователям отчетности истинного экономического содержания такой деятельности.
   4. Искусственное занижение сроков кредитного портфеля и концентрации кредитного риска на одного заемщика. По существу средне- и долгосрочные кредиты оформляются в виде последовательно рефинансируемых краткосрочных кредитных сделок. В этом случае краткосрочные кредитные требования зачастую оформляются не на конечного, а на сменяющих друг друга номинальных заемщиков, выступающих в роли посредников и, в свою очередь, имеющих кредитные требования на конечного заемщика. Номинальные заемщики-посредники используются банками также для сокрытия реальной концентрации кредитного риска на конечных заемщиках. В качестве номинальных заемщиков-посредников выступают, как правило, связанные с банком стороны в понимании МСФО 24.
   5. "Раздувание" капитала путем искусственного формирования кредитных требований на неплатежеспособные "предприятия специального назначения" (ПСН). В качестве таких заемщиков (ПСН), как правило, выступают связанные с банком стороны в понимании МСФО 24. "Предприятия специального назначения" не занимаются содержательной экономической деятельностью и не способны генерировать денежную выручку для погашения своей задолженности перед банком. Более того, они не владеют имуществом, реализация которого позволила бы им погасить задолженность перед банком. Поэтому эта задолженность будет "висеть" на балансе банка неопределенно длительное время, а формальное обслуживание задолженности будет осуществляться за счет ее рефинансирования самим банком, т. е. предоставления очередных кредитов новым ПСН, которые будут сменять друг друга в качестве заемщиков. С содержательной точки зрения, такие кредиты не имеют рыночной стоимости, но регуляторы в нашей стране зачастую, следуя собственным строго формализованным критериям, довольствуются представлением требования к банкам о создании резервов на возможные потери по этим ссудам исходя из ставки свыше 20, но менее 100 процентов. Банки охотно соглашаются на формирование резервов по ставке 21 и даже 50 процентов от балансовой стоимости кредитов, поскольку тем самым в финансовой отчетности от 50 до 79 процентов балансовой стоимости этих активов будет относиться на увеличение капитала, хотя в действительности реальная стоимость этих активов равна нулю.
   Иногда владельцы банка, чтобы убедить регуляторов в том, что ПСН являются надежными заемщиками, предоставляют вполне реальное и надлежащим образом оформленное залоговое обеспечение по этим ссудам (например, в виде залога недвижимого имущества, не принадлежащего заемщикам). Поскольку банк не имеет намерений обращать взыскание на залоговое имущество (и никогда не делает этого), то и операции по предоставлению залога, и базовая кредитная операция имеют характерные признаки притворных сделок. Показательно, что в связи с краткосрочным характером заключаемых между банком и ПСН кредитных сделок договор залога периодически прекращается одновременно с формальным исполнением обязательств по базовой кредитной сделке, а залог того же имущества начинает оформляться по кредитной сделке с новым заемщиком - еще одним ПСН. С содержательной точки зрения, наличие залогового обеспечения по такой ссуде не увеличивает ее реальной стоимости, поскольку залоговое имущество используется не для погашения долга, а для придания фиктивной кредитной схеме внешних признаков правдоподобия.
   6. "Раздувание" капитала путем искусственного формирования кредитных требований на заемщиков сверх их реальной способности обслуживать этот долг. Данный способ в принципе похож на схему, описанную под условным номером 5. Отличие заключается в том, что заемщиками выступают необязательно номинальные фирмы-"пустышки" (ПСН), а предприятия, занимающиеся содержательной экономической деятельностью (например, торговой или производственной). Однако задолженность таких предприятий перед банком в значительной своей части сформирована искусственно и не может быть полностью погашена за счет текущей денежной выручки от экономической деятельности заемщика или от реализации его имущества. С бухгалтерской точки зрения, искусственной части задолженности заемщика в пассивной части его баланса противостоят кредитные требования на другие аналогичные предприятия или на ПСН (или участие в капитале таких предприятий). Построение таких кредитных схем на практике возможно только между связанными сторонами в трактовке МСФО 24. С содержательной точки зрения, реальная стоимость активов банка в виде такой ссудной задолженности равна не нулю, а составляет некую положительную величину, определить которую можно на основе тщательного изучения финансового положения заемщиков. Банки используют подобные схемы потому, что предъявляемые регуляторами требования по созданию резервов по таким ссудам оказываются меньше реальной степени обесценения активов по сравнению с их балансовой стоимостью. Например, если реальная стоимость актива составляет 5 - 10 процентов балансовой стоимости (степень обесценения 90 - 95 процентов), а предписанная норма резервирования - 20 - 50 процентов.
   7. "Раздувание" капитала путем фактического использования банка его владельцами в качестве головной компании новой финансово-промышленной группы, инвестирующей в уставные капиталы принадлежащих владельцам других предприятий. Предприятия, в которые банк фактически осуществляет инвестиции, могут заниматься, например, производственной деятельностью или операциями с недвижимостью. Если бы банк отражал эти операции согласно их экономической природе - как вложения в контрольные пакеты акций, не обращающиеся на рынке, - то это привело бы к снижению размера капитала банка, измеряемого регуляторами в целях банковского надзора. Кроме того, участники рынка (независимо от действий регуляторов) поняли бы, что значительная часть имущества банка представ­ляет собой инвестиции в капитал предприятий одной и той же финансово-промышленной группы. Последнее означает, что на уровне консолидированной отчетности всей группы значительная часть операций внутри группы "свернется" и что консолидированный капитал всех предприятий группы лишь ненамного превысит "автономный" капитал банка. Желая искусственно завысить оценку рынком и регуляторами стоимости капитала банка и всей группы, его владельцы маскируют инвестиции банка в уставный капитал предприятий под видом кредитных требований на номинальных заемщиков, которые, в свою очередь, имеют кредитные требования на юридических лиц - собственников акций предприятий группы. Таким образом, вместо того чтобы напрямую оформить права собственности на принадлежащие им предприятия, владельцы группы в качестве центра капитализации группы (в качестве головной компании группы) назначают банк, при этом скрывая этот факт от участников рынка и от регуляторов. Акции предприятий передаются в залог по кредитам, предоставляемым банком номинальным заемщикам, но банк никогда не обращает взыскания на это залоговое имущество, а задолженность формально обслуживается за счет ее рефинансирования самим банком.
   8. Завышение размера капитала путем сокрытия фактов выкупа банком собственных акций. Банки скрывают от регуляторов и общественности факты выкупа собственных акций на рынке путем передачи этих акций на баланс юридических лиц - заемщиков банка. Если эти заемщики по характеру своей экономической деятельности не намерены или не способны обслуживать задолженность иным спосо­бом, кроме реализации акций банка, то такие кредитные операции носят притворный характер, скры­вая фактические инвестиции банка в собственные акции.
   9. Использование приемов по искажению финансовой отчетности по схемам, описанным под ус­ловными номерами 1-8, но с использованием в качестве дополнительного маскирующего фактора операций с дочерними банками, находящимися вне юрисдикции национального органа банковского надзора. Например, российский банк отражает в своей финансовой отчетности предоставление обычных кредитов (депозитов) дочернему банку, находящемуся за границей. При этом от российских регуляторов и аудиторов может быть скрыто реальное экономическое содержание этих операций, например, факт обременения денежных средств, размещенных за границей в дочернем банке, договором залога в пользу этого банка по его кредитам третьим лицам. Таким образом, российский банк фактически принимает кредитные риски не на дочерний банк, а на не известных российскому регулятору конечных заемщиков. Соответственно, реальная стоимость активов российского банка в виде таких кредитных требований на дочерний банк может разительно отличаться от их балансовой стоимости. Примечательно, что иностранный орган банковского надзора в стране нахождения дочернего банка может не проявлять никакой озабоченности по поводу возможного неудовлетворительного состояния кредитного портфеля этого банка, поскольку этот портфель полностью покрывается залоговым обеспечением, предоставленным материнским российским банком.
   Приведенный перечень способов искажения финансовой отчетности, конечно, не является исчерпывающим, но он в настоящее время наиболее типичен для российской банковской практики. Не все перечисленные приемы "творческой бухгалтерии" одинаково опасны для банковской системы. Самым негативным явлением выглядит искусственное "раздувание" капитальной базы банков, хотя и другие, менее "грязные" приемы (как показывает анализ сопутствующих рисков) далеко не безопасны как для самих банков, так и для их кредиторов. Даже самый "невинный" прием по представлению в отчетности по существу комиссионных операций по поручению, клиентов в виде операций по размещению собственных денежных средств (описание под условным номером 3) плох тем, что пользователи финансовой отчетности, как правило, не имеют возможности понять экономический смысл этих операций и отличить их от стандартных кредитных сделок. Даже если с точки зрения методологии бухгалтерского учета эти посреднические операции следует отражать в том виде, как это делается в настоящее время, то пользователи финансовой отчетности должны иметь возможность ознакомиться где-нибудь в комментариях к финансовой отчетности банка, что скрывается за теми или иными балансовыми счетами.
   Намеренное искажение банками финансовой отчетности в банковском секторе - это явление не чисто российское, а общемировое. Тем не менее в силу конкретных исторических причин в настоящее время масштабы фальсификации финансовой отчетности российскими банками заметно превышают среднемировой уровень (включая показатели стран с развивающейся и переходной экономикой). С точки зрения степени достоверности и прозрачности финансовой отчетности, российская банковская система очень неоднородна: в ней есть и совершенно прозрачные банки, и абсолютные "чемпионы" в области фальсификации. По причинам, заслуживающим отдельного изучения, московские банки, с точки зрения достоверности финансовой отчетности, в среднем выглядят хуже банков из других регионов России (включая Санкт-Петербург).
   При всем несовершенстве российского законодательства, норм регулирования, стандартов россий­ской финансовой отчетности, судебно-арбитражной практики и т. д. даже в существующих условиях можно добиться значительных успехов по снижению масштабов фальсификации финансовой отчетности путем объединения усилий лучших представителей участников рынка, регуляторов и внешних аудиторов. Что и как можно сделать в данном направлении - это тема для отдельного обсуждения. Необходимым (но не достаточным) условием для достижения успеха является наличие политической воли у всех заинтересованных сторон, их готовность отказаться от принципа, которому следуют худшие представители регуляторов и аудиторов и который можно сформулировать словами А. С. Пушкина: "Ах, обмануть меня не трудно!.. Я сам обманываться рад!"
   Переход российских банков на МСФО сам по себе не решит проблему фальсификации финансо­вой отчетности - обманывать и обманываться можно в любом формате отчетности - и в российском, и в международном. Тем не менее, внедрение МСФО, влекущее за собой повышение профессиональной культуры банкиров, регуляторов и аудиторов и обращающее их внимание на содержательную сторону банковских операций при составлении и подтверждении финансовой отчетности, будет оказывать позитивное влияние на уровень достоверности финансовой отчетности. Сказанное в полной мере относится лишь к настоящим международным стандартам финансовой отчетности, основанным на применении базовых методологических принципов признания и оценки экономических событий в бухгалтерском учете. Использование же суррогатных форм международной отчетности, получаемых методом "трансформации" российской отчетности в формат МСФО (без применения базовых методологических принципов признания и оценки экономических событий), не способствует повышению достоверности финансовой отчетности и укреплению доверия к российским банкам.
   Известная аудиторская фирма "Рriсe Waterhouse Cooper" подтвердила несколько случаев перевода денег из России в западные компании. Например, российский Центральный банк перевел один миллиард долларов в "Financial Management Co" (FIMACO). фирму на Нормандских островах, которую ЦБ контролировал в 1996-м году. Работал механизм, когда Центральный банк произвел в 1996-м году внутренний заем на 1 миллиард долларов российскому правительству. а вместо возврата займа были даны долговые обязательства, которые затем спокойно были отосланы FIMACO. В принципе для Центрального банка привычно держать резервы за границей (в надежных валютах других стран), но было крайне необычно доверить эти резервы FIMACO - фирме, которая имела начальный доход в 1 тысячу долларов. Часть денег, переведенных Центральным банком за границу, вернулась в Россию в виде инвестиций в государственные краткосрочные облигации с высоким процентом (ГКО). Инвестиции FIMACO в ГКО держались в тайне и производились через коммерческий банк "Еврофинансы", который находился в Москве и специализировался на рыночных операциях с ГКО.
   Это один из многочисленных методов, с помощью которого деньги переводились из России. Документы, получившие огласку в Москве, показывают что, начиная с 1993 года, резервы страны в иностранной валюте были переправлены по подпольной сети.
   Отмывание денег и другие незаконные виды переводов средств проводились при помощи некоторых русских эмигрантов, занимающих высокие посты в американских и европейских банках.
   В скандальной истории об отмывании денег через "Нью-Йорк Бэнк" около 4.2 миллиарда долларов были переправлены при помощи счетов фирмы "Веnех Worldwide Lid". Расследования показали, что отмываемые деньги получены от незаконной деятельности, политических взяток и корпоративных махинаций в России и отмывались для людей, связанных с криминальными кругами в России. "Веnех" также имела тесные связи с "доном" С.Ю. Могилевичем. Владелец "Веnех" Питер Берлин, женат на Люси Эдварде (Людмиле Притцкер). которая является вице-президентом Лондонского филиала "Нью-Йорк Бэнк". Эдварде никогда не сообщала о своем браке нанимателям и играла важную роль в большинства операций по переводу денег, связанных со счетом "Веnех".
   Наташа Гурфинксль-Кагаловская - другая русская эмигрантка, связанная с большими переводами средств, - являлась старшим вице-президентом "Нью-Йорк Бэнк", управляя его филиалом в Западной Европе. Она является женой Константина Кагаловского - заместителя председателя ЮКОСа, в то время главной российской нефтяной компании. Кагаловский
   был российским представителем МВФ в начале 1990 годов при Е.Т. Гайдаре.
  

Последствия

  
   Сейчас Россия занимает одно из самых высоких мест среди стран мира по отмыванию денег. Стоит поразмыслить о возможных последствиях отмывания денег для России, по крайней мере, в ближайшем будущем.
   Во-первых, периодическое обнародование крупномасштабного отмывания денег негативно влияло и влияет на имидж России, которая пытается интегрироваться в мировую экономику.
   Некоторые круги в России, особенно связанные с правительством, считают, что против страны ведется клеветническая кампания, которая должна запятнать репутацию России. По словам российского министра иностранных дел Игоря Иванова, статьи о взятках и отмывании денег представляют собой продуманную политику, нацеленную на то, чтобы помешать восстановлению России как могучей державы, и не являются законными попытками разоблачить коррупцию. Однако это утверждение принимают на Западе весьма скептически.
   Во-вторых, отмывание денег влияет не только на внутренние дела России, но и на ее отношения с остальным миром.
   В частности, отмывание денег может привести к снижению потока финансовых ресурсов из западных стран для развития экономики России, особенно прямых зарубежных инвестиций. Откровения по поводу отмывания денег могут также повлиять на финансовую помощь от правительств западных стран и финансовых организаций. Один из основных политических споров касается вопроса - не были ли вывезены незаконно и кредиты МВФ, более 20 миллиардов долларов, поступивших в Россию после 1992-го года?
   Последнее важное следствие отмывания денег - это увеличение разрыва между богатыми и бедными в России. По данным Российской академии наук, в 2000 году около 60 миллионнов россиян - 40 процентов населения (сейчас 20.4 процента) - жили за чертой бедности (была еще более пессимистические оценки - 70 процентов). Безработная российская молодежь втягивается в террористическую и криминальную деятельность, наблюдая и читая о стиле жизни богатых и наделенных властью и сравнивая его со своей жизнью. Такие действия, гак погромы магазинов в Москве в 1997-м году, которые произошли во время празднования 850-летия города и обошлись в 300 миллионов долларов, могут быть результатом действий доведенных до отчаяния молодых людей.
   Значение всего этого в том, что с приходом нового тысячелетия кризис в российской экономике может не ослабеть, а усилиться.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Коррупция

  
   Коррупция возникла одновременно с возникновением государственности. Ведь первые чиновники заработную плату не получали и вынуждены были кормиться доходом от тех дел, которыми они управляли. Естественно, что у заинтересованных в этих делах субъектов была возможность рационально влиять на их прохождение путем соответствующих подношений. Руководители государства различными средствами пытались противодействовать коррупции. Петр I бил коррупционеров толстой палкой, с которой никогда не расставался, И.В. Сталин приказывал коррупционеров расстреливать. Но коррупция на Руси-России никогда не прекращалась, правда в отдельные времена она несколько снижалась. И изучение истории коррупции должно помочь найти пути ее снижения.
  

Коррупция на Руси

  
   Первое упоминание о взятке в России встречается в рукописи ХШ века, упоминающей проповеди митрополита Кирилла против "мздоимства, чародейства и пьянства". Так что уже тогда в России мздоимство и пьянство шли рука об руку. Фактически, коррупция отсутствовала только в тот небольшой период времени с начала образования Киевской Руси, когда князь сам собирал дань. Как только княгиня Ольга в 945-м году разделила княжества на воеводства и организовала административные центры-погосты, где восседали воеводы, собиравшие дань, на Руси появилось мздоимство. Уж очень заманчиво было дать мзду воеводе, который за это снижал один-другой сорок сороков соболей дани. Князья коррупционное поведение лиц, состоящих на государственной службе, называли "лихоимством". В виду исключительной опасности лихоимства для государства борьбу с ним вели практически все дореволюционные правители России.
   Коррупция как социальное явлений российской действительности получила широкое распространение в сфере государственного управления в период, становления Московской Руси. Основой ее служила система так называемого кормления и местничества, в условиях которой большинство государственных чиновников не получали жалованья, а кормились от должности за счет просителей. Назначение чиновников на должности производилось не на основе их личных качеств, Ю в соответствии с иерархией боярских фамилий. Это фамильное значение лица по отношению к другим лицам как своей собственной, так и чужих фамилий называлось "местничеством". Оно приобреталось предками и становилось наследственным достоянием всех членов фамилии, что автоматически образовывало среди чиновников и круговую поруку, и замкнутую, узкоспециальную прослойку. Все это способствовало распространению коррупции.
   В период царствования Ивана IV и создания приказов взяточничество по Судебнику 1550-го года было признанно уголовным преступлением. Однако, как отмечает Н. М. Карамзин: "Закон не терпел никаких взяток, но хитрецы изобрели способ обманывать его: челобитчик, входя к судье, клал деньги пред образами, будто бы на свечи... Только в день Светлого Воскресенья дозволялось судьям и чиновникам вместе с красным яйцом принимать в дар и несколько червонцев..."
   Во время проведения земской реформы в 50-е годы XVI века Иваном IV было отменено кормление и были установлены должностные оклады, выплачиваемые государством, - "праведные уроки", "по отечеству и по дородству". Однако это не устранило истоков коррупции, поскольку местная власть, с одной стороны, мало зависела от подданных, а с другой - ее прерогативы в отношении назначения на должности были выше прерогатив центральной власти.
   Соборное уложение, принятое Земским собором в 1649-м году во время царствования Алексея Михайловича, запрещало давать посулы государственным служащим. За принятие посулов судьи снимались с должностей, думные чины "лишались чести", а не думные подвергались "торговой казни" - порке.
   Реформы Петра I, окончательно изменив систему управления государством, не создали, однако условий для искоренения коррупции. Более того, они способствовали "наложению" худших черт западной бюрократии на существовавшую до них бюрократию "восточного" типа. Как известно, взяточничество процветало тогда на всех уровнях государственного управления, начиная со двора императора и кончая губернскими и уездными учреждениями.
   Император Петр I, рассмотрев узаконенные всеми его предшественниками меры ответственности за лихоимство, предусматривающие и без того суровое наказание в виде временного и бессрочного тюремного заключения, счел их недостаточными и в 1714-м году установил смертную казнь и лишь в легчайших случаях вечную ссылку с вырезанием ноздрей и конфискацией всего имущества. Однако ни сильнейшие угрозы, ни жесточайшие на деле наказания не могли искоренить и даже уменьшить это зло.
   В указе императрицы Елизаветы Петровны от 16 августа 1760-го года говорится: "...Установленные многие законы для блаженства и благосостояния Государства, своего исполнения не имеют от внутренних общих неприятелей, которые свою беззаконную прибыль присяге, долгу и чести предпочитают... Несытая алчба корысти до того дошла, что некоторые места, учрежденные для правосудия сделались торжищей." Императрица ужесточила наказания и за мелкую коррупцию, но положение не изменилось.
   При вступлении на престол в Высочайшем Манифесте от 18 июля 1762-го года императрица Екатерина II с прискорбием констатирует: "...Мы уже от давнего времени слышали довольно, а ныне и делом самым увидели, до какой степени в Государстве нашем лихоимство возрасло так, что едва ли есть самое малое место, в котором бы Божественное действие суда, без заражения сей язвы отправлялось...".
   В указе от 17 февраля 1763-го года она пишет: "Мы видим, что многие наши верноподданные, в особливо в удаленных от резиденции нашей местах, не только не получают в делах своих скорого и справедливого по законам решения, но еще и насилия, и лихоимства или лучше сказать от самых грабежей вовсе в конечное разорение и нищенство приходят...". Так что борьба с коррупцией уже в то время стояла необычайно остро. И, несмотря на ужесточение наказаний, взятки брали все, вплоть до светлейшего князя Таврического, графа Г. Потемкина.
   Ровно через 40 лет после указа Екатерины II ее внук Александр I повторил инициативу своей бабки. Он издает новый указ "Об искоренении лихоимства". Однако лихоимство продолжало существовать.
   На многочисленность существовавших форм коррупционного поведения государственных служащих для извлечения корыстной выгоды сообщалось и во времена Николая I. Так, члены учрежденного им в 1826-м году комитета с довольно любопытным названием Для соображения законов о лихоимстве и положения предворительного заключения о мерах к истреблению сего преступления" в докладной записке императору писали: "...Опыты и необъятное множество следствий и судебных дел доказывают, что почти всякое поручение и открывает случаи, и представляет способы к удовлетворению страсти любостяжания. В Законах способы сии встречаются под следующими выражениями: пренебрежение того, что должно было делать, упущение инструкций. Обращение порученного во вред Государству, отпуск с дороги колодников, послабление в поимке воров и разбойников, не предъявление исца или ответчика к суду, развод споров и межевания земель не по правде, притеснения при взвешивании товаров, требование за работу излишнего, сверх платы, и вообще требование по делам службы какой-либо платы, или подарка, или иного подкупа, или взяток".
   Ужесточение карательных мер, их широкое применение не привели к сокращению данного вида преступлений. Поэтому в царской России начали изыскаться новые подходы в борьбе с лихоимством, обеспечивающие выявление и устранение причин, способствующих устранению этого явления. Созданный Сенатом специальный комитет по изучению этого явления обратил особое внимание на три основные причины его распространения:
   - несовершенство законов;
   - низкая материальная и финансовая обеспеченность государственных служащих;
   - несоразмерность преступления и наказания.
   В "Уложении о наказаниях уголовных и исправительных" в редакции 1885-го года была сделаны попытки ослабить эти причины, как и в "Собрании законов Российской империи" 1897-го года. Но искоренить коррупцию они не могли. Особенно она расцвела пышным цветом во время Первой мировой войны, когда поставка некондиционных продуктов для армии сопровождалась грандиозными взятками.
   Захватывая территории во время наступления, "белые" генералы восстанавливали администрацию в виде губернаторов, начальников уездов и управлений при них, используя старых царских чиновников. Между тем, эти люди обладали не только административным опытом, но и привычками и психологией бюрократов. И в короткий срок государственный аппарат "Белой" России превратился в бюрократическую машину, не способную решать стоявшие перед ней задачи. Положение многократно ухудшало взяточничество, злоупотребление служебным положением в корыстных целях. Все это подрывало авторитет власти, вызывало недовольство населения, вызывало у него антиправительственные настроения. Руководители движения в общем-то понимали, что должностные преступления наносят огромный вред государственным интересам. Практически на всей территории, контролируемой белыми, было восстановлено действие закона Временного всероссийского правительства от 11 апреля 1917-го года "Об уголовной и гражданской ответственности должностных лиц". Важную роль в борьбе со злоупотреблением властью, взяточничеством играла прокуратура. В ее рядах трудились опытные юристы, лучшие представители российской юриспруденции. Занималась этими вопросами даже контрразведка.
   Объектом оперативной разработки оказывались коррумпированные чиновники высокого ранга, такие как министр снабжения Зефиров в правительстве А.В. Колчака
   Должностные преступления процветали и на юге России у А.И. Деникина, который ужесточил наказания за коррупцию вплоть до смертной казни, приравняв ее к бунту. Предлагая ужесточить наказания за должностные преступления, А.И. Деникин в то же время считал необходимым улучшить материальное состояние служащих частичным переводом на натуральное довольствие. Объем его не должен был быть меньше прожиточного минимума.
   Очевидно, в условиях войны и рыночного хозяйства добиться серьезных успехов в борьбе с коррупцией вообще было невозможно. Но не только в этом заключалась причина неудачи, постигшей белых. Активной борьбой с должностными преступлениями их лидеры подменили решение иной, более важной задачи - изменения системы и методов государственного управления в целом, демократизации власти. А именно этого требовали широкие массы общественности.
   История "белой" России позволяет заключить, что результаты борьбы с должностными преступлениями, в том числе и с коррупцией, зависят не только от правоохранительных органов, но и от характера власти, ее социально-экономической политики, нравственного состояния общества.
  

Коррупция в советской России

  
   После Февральской буржуазной революции коррупция в России процветала, потому что буржуазное правительство сохранило старый государственный чиновничий аппарат. Как пишет в своих записках бывший секретарь Распутина А. Симанович, он был арестован во время февральских событий, но затем был освобожден за взятку в 200 тысяч рублей министру юстиции Временного правительства Переверзеву с условием подписки о немедленном выезде из Петрограда. За отмену этой подписки Симанович вновь раскошелился. На этот раз взятку пришлось давать параллельной власти - в Петроградский Совет. "За хлопоты" 40 тысяч рублей принял член Исполкома Совета Николай Соколов. Это была первая взятка представителю Совета.
   Поначалу в советской России коррупция рассматривалась как контрреволюционное преступление, за которое предусматривалось единственное наказание - смертная казнь. Правда, это наказание распространялось не на всех государственных деятелей, иначе откуда бы появились средства у бывшего Комиссара по военным делам Л.Д. Троцкого, чтобы купить себе поместье в Мексике и нанять охрану, вооруженную пулеметами, которая напоминала небольшую армию.
   С введением НЭПа коррупция расцвела пышным цветом (советские сатирики И.А. Ильф и Е.П. Петров посвятили подробному исследованию этого уникального явления целый роман), хотя жестокие наказания за эти должностные преступления сохранились. И только ликвидация НЭПа привела к некоторому сокращению этого явления в крупных размерах, поскольку выделяться в обществе, строящем коммунизм при условии тотального террора было опасно. Но зато расцвела мелкая коррупция - "блат", когда по записочке влиятельного человека можно было "достать" дефицитные товары.
   За годы существования в СССР командно-административной системы сформировался многочисленный и громоздкий аппарат управления. Тоталитарный характер управления, существование огромного количества ограничений и запретов, многоступенчатость аппарата, необходимость при решении различных хозяйственных и бытовых вопросов проходить многочисленные инстанции, добиваться согласования на различных уровнях, тем боле при отсутствии должной гласности и демократического контроля - все это создавало благоприятные условия для коррумпирования.
   Коррупция не могла не сохраниться, потому что все худшее от российского чиновничества унаследовала так называемая советской "номенклатура". Как и прежде это был узкий круг лиц, объединенный круговой порукой и взаимными обязательствами. Как и прежде, они исходили не из необходимости служения государственным интересам, а своим покровителям из более высоких слоев чиновничьей иерархии. Отличие советской номенклатуры от монархической элиты состояло в том, что она не являлась носителем социального генофонда. Новые номенклатуры формировались узкими элитами с наибольшим социальным весом.
   Социальная база номенклатуры заключалась в привилегиях, которые им полагались в зависимости от того, на каком уровне иерархической номенклатурной лестницы они находились. Что такое был коррупционер при так называемом "социализме"? Это был человек, который находился на одной из ступеней иерархической лестницы и знал, что, если он будет хорошо работать, то с места, обеспечивающего ему посещение по субботам и воскресеньям пансионата "Березка", может перейти выше и дойти в конце концов до такого разряда, который позволял бы ему отдыхать в санатории имени В.И. Ленина где-нибудь в Сочи. Это было мощным стимулом и организующей системой для всякого бюрократа. Он знал, что взятки можно брать, но мелкие: коробка конфет, бутылка вина, сорочка, блузка жене. Так что не взятки определяли его жизненное положение статус и перспективы на долгие годы, а безоговорочная поддержка старшего в иерархии, от которого зависело его очередное продвижение.
   В это время центр тяжести коррупции переместился со взяток, которые были чисто номинальными, а погореть можно было в любой момент по воле вышестоящего начальства, на приписки к выполняемому плановому заданию, за что полагались премии. Главным в это время стало не выполнение дела, а удачный доклад о его выполнении и перевыполнении плана на 103 процента, но не более, потому что выскочки в этой среде вызывали заведомое подозрение.
   Отсутствие возможности брать взятки советская элита компенсировала целой системой служебных привилегий, когда государственную дачу с обстановкой, посудой и бельем можно было получить в пользование бесплатно, надо было только попасть в номенклатурную "обойму". Но обзавестись собственностью очень хотелось! И когда Л.И. Брежнев стал принимать подарки иностранными автомобилями, старая номенклатура стала брать взятки золотом. В министерствах нельзя было провернуть ни одно маломальское дело, не привезя "подарок" согласующему чиновнику. Именно в это время сформировались обкомовские кланы, когда, например, секретарь обкома "выбивал" в соответствующем министерстве фонды для заводов своей области, уступая министерству автомобили и другие дефицитные изделия, производимые в его области, для чего широко практиковались приписки в отчетности наряду с выработкой неучтенной продукции. Фактически вся "социалистическая" экономика была в то время "теневой", поскольку находилась в распоряжении кланов обкомовской старой номенклатуры. Следует отметить, что в номенклатуре намечалась и наследственная, правда, не передача, а распределение должностей, так что "сын генерала не мог стать маршалом, поскольку у маршала имелся свой сын".
   В 70-е годы теневая экономика переживала наиболее благополучные времена, соответственно, и партийная, и хозяйственная элита также благоденствовала и кичилась своим богатством, не объясняя причины такого благополучия.
   При Л.И. Брежневе коррупция была распространена очень широко, только о ней знали не так уж много людей, поскольку это считалось государственной тайной. Система обманов, приписок, показушной информации - все это характеризовало уровень разложения руководства и особенно партийного аппарата. На закупки зерна тратились огромные суммы, в то же время сельское хозяйство хирело на глазах. Даже выращенный урожай собирался в лучшем случае на половину, из которой до потребителя доходила только треть. Остальное гибло при уборке, перевозках и хранении. Руководство этого как бы не видело и тратило тонны золота на покупку все новых и новых продуктов за рубежом.
   Только в 1984-м году Советский Союз закупил на Западе более 45 миллионов тонн зерна и зернопродуктов, 484 тысячи тонн мяса и мясопродуктов, более 1 миллиона тонн животного и растительного масла, а также множество других продуктов. За рубеж было отправлено более 300 тонн золота, огромные валютные суммы, вырученные за продажу нефти, леса и другого сырья. Страна, имея невероятные экономические возможности, не могла прокормить саму себя в силу организационной бесхозяйственности, на которой "грели руки" теневые торговые работники, создавая дефицит продуктов.
   В конечном счете закупки хлеба и других продуктов питания превратились в крупнейшие мафиозные операции. Когда привозили зерно в наши порты, сухогрузы там стояли месяцами неразгруженными, потому что зерно привозили как раз во время уборки урожая, когда весь транспорт был занят. Зерно гнило. Потом секретари ЦК и руководители правительства раздавали это прогнившее зерно по областям. Но не всем, а тем "вождям" регионов, которые считались наиболее приближенными к ЦК, поддерживали руководство на всех пленумах, без устали славили Л.И. Брежнева и Политбюро ЦК КПСС. Это были политические взятки протухшим зерном.
   Именно в это брежневское время номенклатура стала строить так называемые "Охотничьи домики", где можно было принять нужного человека и провести с ним переговоры, сопровождающиеся возлияниями, девочками, охотой. А под видом таких охотничьих домиков стали строиться и личные дачи. Сначала они строились в близлежащих к Москве областях, а затем и в Московской области. Особенно быстро они стали строиться в горбачевские времена, когда были приняты законы о кооперативной деятельности. Кооператоры зарабатывали большие деньги, которые уже без всякой боязни вкладывали в индивидуальное строительство. В этой области особенно процветала коррупция, поскольку за получение любого документа требовалась плата и существовала определенная тарифная сетка на подобные услуги.
   Но особенно коррупция развилась в закавказских и среднеазиатских республиках, где можно было купить любой диплом, получить любую номенклатурную должность, заплатив определенную сумму денег. Определенная такса существовала не только на должность директора магазина или рынка, больницы или школы, но, заплатив 300 тысяч рублей, можно было стать секретарем райкома, заплатив 500 тысяч - можно было стать секретарем обкома. Дело доходило до того, что в 60 годы вторым секретарем Центрального комитета Азербайджана "был избран" беспартийный. Естественно, что эти люди рассматривали взятку как возможность вернуть потраченные деньги. Заместитель министра внутренних дел СССР, зять Л.И. Брежнева Ю.Н. Чурбанов рассматривал получение золотых портсигаров и ювелирных изделий в качестве подарков как само собой разумеющееся явление.
   Смерть Л.И. Брежнева позволила Ю.В. Андропову детально высветить многие проблемы разложившегося государственного аппарата. Однако, после смерти Ю.В. Андропова дела по коррупции повисли в воздухе, а затем были прекращены. Начинается атака на органы внутренних дел, не принимаются нужные законы на самом высоком уровне, тормозится создание специальных подразделений по борьбе с организованной преступностью и коррупцией.
   После развала СССР рушатся многие дела о коррупции, имеющие межсоюзное значение. Еще до этого распускается следственная группа по делу коррупционеров в высших эшелонах власти Гдляна Т.Х. и Иванова Н.И., сами они исключаются из КПСС и выгоняются с работы. И хотя Верховный Совет РСФСР признает это действие Генеральной прокуратуры СССР неправомерным, Генеральный прокурор Российской Федерации отказывается восстановить их на работе. Затем следует две реорганизации МВД и КГБ, которые вообще устраняются от коррупции, чтобы "ловить шпионов". А коррупция процветает - в России ничего не меняется.
  

Взятка в теперешнй России

  
   И если в России что-либо изменилось, то только тарифы на взятки.
   Так, подчистка документов для приватизации квартиры связана с взяткой в 100 долларов, а прописка, вернее теперь регистрация обходится в 150-250 долларов, телефон вне очереди обходится в 600-1000 долларов. Приватизация в доме, запланированном под реконструкцию, обходится в 1000 долларов.
   Прием в элитный детский садик обходится в 500 долларов, а в спецшколу - порядка 1000 долларов. Успешная сдача выпускных экзаменов в школе обходится в 150 долларов, а получение золотой медали уже тянет на 1000 долларов, поступление на экономический, юридический, медицинский или товароведческий факультеты высшего учебного заведения обходится в 1.5-17 тысяч долларов, причем самым дорогим является юрфак МГУ, диплом которого свидетельствует об элитном образовании.
   Управление автомобилем в нетрезвом состоянии стоит 100-300 долларов в зависимости от марки автомобиля, естественно, что с водителя крутой иномарки берут по максимуму. Установка проблескового маячка и сирены, позволяющая требовать уступить полосу и разрешающая двигаться на красный свет обходится до 1500 долларов, во столько же оценивается установка нужного дорожного знака, например, для подъезда к дому. А вот срочное оформление загранпаспорта за два дня обходится только в 600 долларов. Отправка уголовного дела на доследование после первого заседания суда стоит 5 тысяч долларов, а оправдательный приговор в два раза дороже. Столько же стоит прекращение поиска бандита, занесенного в компьютер, а вот прекращение уголовного дела на этапе расследования стоит уже 30 тысяч долларов, но если преступление серьезное, может потребоваться до 200 тысяч долларов.
   Провезти вагон сигарет без акциза под видом хлебобулочных изделий обходится в 1-3 тысячи долларов, а растаможивание автомашины дороже - 3.5 тысячи долларов. Заслужить благосклонность налогового инспектора, который закроет глаза на несоответствие коммерческой деятельности налоговому кодексу, обходится в 20 тысяч долларов.
   Как и в СССР в "демократической" России можно купить должность заместителя министра с правом подписывать финансовые документы. Недорого берут - всего лишь два миллиона долларов. За то, какой навар! И что стоит из этого навара дать взятку прокурору в полтора миллиарда недономинированных рублей! Ну, если не дать взятку, то официально оплатить залог, чтобы прокурор потом спросил на всю Расею: "А у вас есть полтора миллиарда рублей?"
   Коррупция проникла и в вооруженные силы. Так, перевод сына поближе к дому обходится в 500 долларов, в то время как заключение медкомиссии о негодности к военной службе обходится в 2-5 тысяч долларов, получение группы инвалидности - до 1000 долларов.
   Только за то, чтобы войти в контакт с нужным чиновником выкладывается сумма в 1000 долларов. Подпись акта о приемке жилого дома обходится в однокомнатную квартиру или же 10 тысяч долларов. Внеконкурсное получение выгодного бюджетного подряда тянет на 70 тысяч долларов, подпись "ряда финансовых документов" тянет на 250 тысяч долларов, а перевод бюджетных средств для хранения на счета коммерческого банка обходится в 500 тысяч долларов. По свидетельству экспертов, пятипроцентной взяткой сопровождается почти половина актов по распределению бюджетных средств, но самые благодатные для взяток - госзаказы и госзакупки. Взятки здесь до 20 процентов и только в военной сфере достигают более 1.33 миллиарда долларов. Но в отдельных отраслях промышленности - нефть, газ, редкие металлы - тратят на взятки до 50 процентов реальной получаемой прибыли. Мелкие предприниматели тратят на взятки порядка 6 миллиардов долларов, но организованная преступность, чистая годовая прибыль которой достигает 15-17 миллиардов, треть этой суммы тратит на взятки чиновникам, чтобы получать необходимую информацию и "крышу". Эксперты считают, что успешная борьба с коррупцией в нашей стране может дать до 20 миллиардов долларов, то есть в два-три раза больше, чем мы обычно клянчили у МВФ.
   Характерная особенность последнего пятилетия: при некотором сокращении числа деловых взяток резко - более чем в 10 раз - возросли их размеры: с 10 тысяч долларов в 2001 году до 135 тысяч в 2005-м. "Четыре года назад на одну среднюю взятку можно было купить скромную 30-метровую квартиру, а сегодня такая взятка дает чиновнику возможность переселиться в апартаменты площадью 200-300 квадратных метров", - говорит руководитель отдела социологии Фонда ИНДЕМ Владимир Римский. Если "стагнирующий" рынок бытовой коррупции дает "всего" 3 миллиарда долларов в год, то на полях бизнес-коррупции чиновники ежегодно собирают более 300 миллиардов долларов.
   По данным профессора Есипова В.М., в МВД России имелись оперативные сведения о сумме взятки в 300 миллионов доллароов, полученной высокопоставленным чиновником. ГУЭП России ведет дела о взятках в миллионы долларов, в том числе в 300 миллионов долларов против бывшего руководителя администрации одной из областей.
   В конце концов, коррупция приняла такие размеры, что Гавриил Попов, тогдашний мэр Москвы, предложил узаконить и регламентировать мздоимство, решив проблему раз и навсегда.
   Показательно, что чем чиновник "грязнее", тем больше стремится к популярности, поскольку ему не нужно отмываться - он в своей среде обитания, он - "коррупционер в законе". Доказать виновность, добиться возбуждения уголовного дела против чиновников высокого ранга не представляется возможным "По рукам не бьют, но дверью прищемить могут" - лаконично объясняют этот жестокий феномен руководители правоохранительных органов.
   Симбиоз теневого нелегального финансового капитала, его представителей во власти, коррумпированных чиновников, уголовного мира стал настолько мощной силой в обществе, что фактически подмял под себя все экономические интересы большинства населения российского государства, отвел значительной его части удел "подсобных рабочих" теневой экономики и источника необъятных доходов криминального капитала. На ноги твердо встала "российская мафия".
   Расширяется теневая экономика. Это, в свою очередь, приводит к уменьшению налоговых поступлений. У государства ослабевают финансовые рычаги управления экономикой, обостряются социальные проблемы из-за того, что оно теряет способность выполнять свои бюджетные обязательства.
   Далее идет нарушение конкурентных механизмов рынка. Вместо нормальной конкуренции появляется конкуренция за покупаемые административные ресурсы. В результате в выигрыше оказывается не тот, кго эффективен на рынке, а тот, кто эффективен в покупке чиновников. Это влечет за собой в целом снижение эффективности рынка и дискредитацию идеи рыночной конкуренции.
   Замедляется появление эффективных частных собственников и, в первую очередь, из-за нарушений в ходе приватизации. Последствия такие же. Нарушения в ходе приватизации это одна из обширнейших коррупционных зон.
   Неэффективное использование бюджетных средств, в частности, при распределении государственных заказов, кредитов и так далее еще больше усугубляет бюджетные проблемы страны.
   Здесь хотелось бы проиллюстрировать два понятия. Коррупция как явление ведет к колоссальным экономическим потерям. Их можно разделить на прямыс и косвенные потери. Прямые потери это те, которые непосредственно уменьшают бюджет, косвенные это те, которые ведут к уменьшению валового национального продукта. Это можно проследить на примере коррупции при распределении государственных заказов. Одна из распространенных форм коррупции при распределении государствепных заказов в мире вообще строительство дорог, зданий. Здесь можно посмотреть, как различаются прямые и косвенные потери. Если за взятку государственный заказ получает фирма, и стоимость заказа в три раза больше, чем, если бы такой заказ получила другая фирма в результате открытого нормального конкурса, то эта бюджетная потеря будст равна двум третям от той суммы, которую получила эта фирма, в результате того, что она дала взятку какому-нибудь чиновнику - это криминал и вытекающая из него коррупция. Тут две прямые потери: от коррупционной сделки и от криминала, который может в разы, если не в десятки раз превышать коррупционную составляющую. Но тут же есть и косвенная потеря. Если заказ плохо контролируется, если он выполнен некачественно, это ведет к дополнительным издержкам в эксплуатации. Напримср, если дорога построена плохо, к ее ремонту приступают через два месяца после того, как ее построили. Вот косвенные потери, потери валового национального продукта - и это уже криминал в чистом виде.
   Далее повышение цены за счет коррупционных накладных расходов. Данное обстоятельство прослеживается во многих конкретных делах, в расследовании дел по экономической преступности. В результате напрямую страдает потребитель. Это уже криминал в чистом виде, который можно ослабить, если ввести законодательно установленный потолок роста цен, что наблюдается в развитых странах.
   Но наше государство этого не делает, и у агентов рынка возникает неверие в способность власти соблюдагь честные правила рыночной игры. Это психолого-экономическое обстоятельсгво, потому что в результате стимулируются неконкурентные механизмы поведения. Если государство на такое не способно, то правила пытаются установить сами агенты рынка. И первый и наиболее простой способ - купить государство, купить чиновников.
   Государство само специально создает режим наибольшего благоприятствования для развития теневой экономики, преступных группировок. Да что там абстрактное государство, если конкретно сам первый президент России Б.Н. Ельцин брал взятки "борзыми книгами", написанными за него его пресс-секретарем, гонорары за которые он хранил в заграничном банке. "Стремление к обогащению, которое стало так заметно при новой власти, естественно, но Б.Н. Ельцин не сделал ничего, чтобы помешать разложению своих чиновников, а даже скорее это поощрял" - пишет широкоизвестный телевизионный обозреватель Л. Млечин в биографии первого президента. Он тасовал их, перемещая с места на место, давая возможность обогатиться не на этой должности, так на другой.
   В советское время тоже была "ротация" руководящих кадров, но она препятствовала коррупции. Прибыв на новое место, новоиспеченный руководитель должен был осмотреться с руководящим им объектом и присмотреться к заместителям, которые метили на его должность и при первой же оплошности могли донести куда следует, чтобы "завалить" новоприбывшего. Пока он начинал понимать, у кого следует брать, организовывал преступные связи, проходило 2-3 года, а потом его переводили на новое место. Так что особенно разживаться не было возможности.
   Когда Б.Н. Ельцин назначал нового начальник, тот уже знал, что все берут взятки и по крупному, а на его заместителей всегда можно найти компромат у их заместителей, потому что они тоже берут взятки и уже давно. И новоявленный руководитель начинал брать взятки с момента вступления в должность. Тем более, что еще с брежневских времен сложилась практика половинного деления взятки с начальством. И с судьями тоже надо было делиться, так что чем выше начальник, тем благосклоннее к нему Фемида. Если осуждает, то только условно. А ведь взятки не условные, а вполне реальные. Вот чиновники и стали интенсивно обогащаться.
   На сегодняшний день в стране нет реальных рычагов воздействия на преступность, которая быстрее системы правопорядка сориентировалась в современном мире "Мы видим, где государство теряет финансовую прибыль, упускает деньги. Сколько бы милиция ни махала саблей, сколько бы ни сажала бандитов, у них есть возможность уйти от ответственности. Пока есть большие капиталы, преступность будет тем драконом, у которого на месте отрубленной головы вырастают три новые, еще более прожорливые" - считают вполне справедливо в МВД, которое, кстати сказать, занимает первое место в списке коррумпированных организаций.
   В то же время следует заметить, что государство не только теряет прибыль, оно может потерять и само себя. Следует понимать, что на некоторой фазе закономерного роста коррупция приобретает формы организованной преступности, то есть создаются сети, создаются организованные преступные сообщества чиновников! Это явление можно выразить так: государство и власть самодеятельно приватизируются организованными коррумпированными сообществами. Приватизируется не собственность, не средсгва производства, а управление - то, что приватизироваться не должно. Это обстоятельство существенно осложняет решение проблемы ограничения коррупции.
   В результате экономических потерь от коррупции колоссальные средства валового национального продукта отвлекаются от целей социального развития, тем самым обостряются бюджетные проблемы, что усугубляет социальную напряженность. Коррупция - это не только российская специфика, это универсальная закономерность. Она закрепляет и увеличивает имущественное неравенство, бедность широких слоев населения. Коррупция фактически подстегиваег несправедливое перераспределение средств в пользу узких олигархических групп.
   Наиболее затронутыми тлетворной коррупцией стали государственные структуры, связанные с рассмотрением и решением вопросов финансирования и кредитования, а также лицензирования деятельности предпринимательских структур. Особенно широко коррупция распространилась в отраслях добычи и переработки сырья, выпуска промышленной продукции и др. Так, огромное влияние коррупция оказала на приватизацию объектов в 1992-1997-х годах (чековая приватизация и залоговые аукционы).
   В постсоветской демократической России, помимо официальных органов борьбы с коррупцией, существовали также и "гражданские" органы. Они создавались регулярно и также регулярно "умирали", ничем особенным не отличившись. Например, в январе 1992-го года была создана специальная комиссия по борьбе с коррупцией при вице-премьере Е.Т. Гайдаре. В 1992-1993-х годах Межведомственную комиссию Совета безопасности РФ по борьбе с преступностью и коррупцией возглавлял вице-президент РФ А.М. Руцкой. Однако кроме произнесения вслух имен невысокопоставленных преступников, никто не был наказан, они даже остались у власти.
   31 марта 1993-го года состоялось расшиние заседание комиссии А.М. Руцкого, который перед журналистами заявил, что имеет 11 чемоданов "компромата" на людей из ближнего окружения Б.Н. Ельцина. На основании документов в этих 11 чемоданах, А.М. Руцкой заявил, что практически все окружение Б.Н. Ельцина преступно, поскольку погрязло в коррупции.
   Коррупция дискредитирует право как основной инструмент регулирования жизни государства и общества. В общественном сознании формируется представление о беззащитности граждан перед преступностью и перед лицом самой власти. Коррумпированность же в правоохранительных органах благотворно способствует укреплению организованной преступности, последняя сращивается с коррумпированными группами чиновников и предпринимателей и далее усиливается еще больше с помощью досгупа к политической власти и возможностям для отмывания денег.
   В результате всех перечисленных факторов увеличивается социальная напряженность, бьющая по экономике и угрожающая политической стабильности в стране. Самое главное происходит смещение целей политики от общенационального развития к обеспечеиию властвования олигархических группировок. Правительство страны, губерний и республик становятся "Комитетами по делам олигархов".
   Уменьшается доверие к власти, растет ее отчуждение от общества и тем самым ставятся под угрозу любые ее благие начинания, даже если они у власти нечаянно появляются.
   Падает престиж страны на международной арене, увеличивается опасность ее экономической и политической изоляции. Здесь есть и прямые экономические последствия, связанные, скажем, с привлечением иностранного капитала на наши рымки.
   Профанируется и снижается политическая конкуренция, граждане разочаровываются в ценностях демократии, возникает угроза быстрого разложения демократических институтов. Очень увеличивается многократно риск крушения нарождающейся демократии по распространенному сценарию прихода диктатуры на волне борьбы с коррупцией. Когда А. Гитлер шел к власти с помощью демократических выборов, то один из лозунгов, который был написан на его знаменах, - это борьба с коррумпированной Веймарской республикой. К концу гитлеровского режима коррупция в Германии достигла фантастических масштабов, покупалось и продавалось буквально все. Эта тенденция просматривается сейчас в России, где взятки даются чемоданами долларов.
   Если учесть, что 1 миллион стодолларовыми купюрами весит 8 килограммов, то конвертиками здесь уже давно не пользуются, здесь, как минимум, необходим кейс, а в серьезном случае, так несколько крупногабаритных чемоданов на колесах типа "оккупантов", в каждом из которых можно привезти 25 миллионов долларов.
   Но вот беда, иногда за взятку могут не только посадить, (если, конечно докажут мздоимство, что не всегда просто, а потому встречается редко, однако, в принципе возможно), но и конфисковать все нажитое "тяжелым трудом" и страхом имущество. Впрочем, предприимчивый русский ум выйдет из любой трудности. Денежки брать не хотите, а не желаете ли бесплатно отправить супругу с детками отдыхать на фешенебельный курорт? А в туристическую поездку? А как насчет посещения симпозиума в Давосе, где наша фирма абонировала несколько номеров в пятизвездочном отеле? А еще фирма учредила гранты для получения образования в Лозане и Париже, так не желаете ли отправить вашего ребенка обучаться за границу? И так далее и тому подобное.
   А не хотите ли получить беспроцентный кредит, положить его в банк и получить сумасшедшие проценты по вкладам (от 2000 до 500000 процентов)? Так, выясняется интересный факт декларации А.Б. Чубайсом годового дохода в 1.3 миллиарда (неденоминированных) рублей при министерском окладе в 6 миллионов, то есть 72 миллиона за год. А.Б. Чубайс скромно утверждает, что это гонорар за прочитанные в США лекции. Генеральная прокуратура расследовала этот и подобные факты. Реальный механизм получения этого дохода другой.
   Несколько лет тому назад государство стало выпускать Государственные краткосрочные облигации под чудовищные проценты. Во всем мире государственные ценные бумаги дают годовой доход, не превышающий 7 процентов - в России этот доход достигал 160 (ста шестидесяти!) процентов. Несомненно, что, будучи руководителем администрации президента, можно знать об устанавливаемой величине этого процента. А.Б. Чубайс эти и воспользовался.
   В 1996-м году руководитель крупнейшего коммерческого банка "СБС-Агро" А.М. Смоленский дал А.Б. Чубайсу беспроцентную ссуду в 16 миллиардов рублей (3 миллиона долларов по тогдашнему курсу) якобы для создания фонда поощрения частной собственности. А.Б. Чубайс передал эти средства в доверительное управление ЗАО "Монтес-аури", которое поручило некоему другому коммерческому банку приобрести ГКО, которые через квартал и дали 3.7 миллиарда рублей дохода. Это по тем временам составляло более полмиллиона долларов. А беспроцентная ссуда через квартал вернулась в СБС-Агро", который несомненно сумел на этой операции получить значительную выгоду. Характерно, что после этого такие большие проценты по ГКО уже никогда не выплачивались. Генеральная прокуратура посчитала, что "...коммерческая деятельность ими осуществлялась в рамках действующего законодательства (это не так, ибо по закону государственный служащий коммерческой деятельностью заниматься не может). Оснований для прокурорского реагирования не имеется (?!)".
   Так что "вельможному боярину, министру государеву... живется весело, вольготно на Руси". А таких министров в России 16 тысяч
   По словам руководителя сектора изучения элит Института социологии РАН Ольги Крыштановской на презентации доклада "Бюрократия и власть в новой России: позиция населения и оценки экспертов", исследование впервые зафиксировало приоритет денег перед властью. В этом вопросе граждане и чиновники проявили удивительное единодушие: деньги как инструмент достижения благополучия и высокого статуса назвал 51 процент представителей обеих групп, власть - всего лишь 40 процентов. Следовательно, население будет стремиться туда, где деньги, а именно на государственную службу. Более половины опрошенных молодых людей считают ее привлекательной, хотя очевидно, что зарплаты чиновников невелики. Значит, молодежь идет на государственную службу за взятками. "Молодежь воспитывается в понимании, что коррупция - это нормально, за нее никто не наказывает", считает Крыштановская. Она также отметила, что, несмотря на огромный рост чиновничества, численность элиты, то есть людей, принимающих основные для страны решения, сократилась по сравнению с советскими временами в 2,5 раза при росте количества чиновников в два раза.
  
  

Борьба с коррупцией как политическое средство

  
   В период политических и социальных реформ 1992-2000-х годов порядок формирования государственного аппарата остался практически прежним. Во главу угла, как и раньше, ставится принцип личной преданности вышестоящему начальнику, круговая порука остается одним из самых эффективных инструментов вовлечения в сферу "посвященных". А коррупция процветает, не смотря на внешние признаки демократии и вполне может эту "демократию" прикончить, поскольку уже ставится вопрос: кто кого?
   В современных условиях добавился еще один очень важный социальный фактор коррупции. Появился слой очень богатых людей-олигархов (их богатство, как правило, нажито криминально в условиях неразберихи и хаоса существующего нового экономического законодательства, неупорядоченности приватизации), которые путем финансового влияния на государственные органы (в том числе МВД) имеют возможность полностью их контролировать.
   В результате коррупция затронула святая святых - госбезопасность и оборону страны, то есть органы, призванные следить, чтобы этой самой коррупции в структурах власти и в помине не было. Чего только стоят скандалы вокруг Генеральных прокуроров России - А. Ильюшенко и Ю.И. Скуратова. А 21 мая 1997-го года был арестован крупный военный чиновник и активный участник событий августа 1991 года -- генерал К. Кобец. Одно из обвинений - получение взятки. Вслед за этим событием потянулась череда уголовных дел по более мелким чиновникам в военном ведомстве.
   Для российского управленческого аппарата, независимо от иерархического уровня, характерны такие проявления коррупции, как: совместительство в коммерческих структурах, подконтрольных госсударственному или муниципальному служащему или заинтересованных в сотрудничестве с ним; организация коммерческих структур должностными лицами, использующими при этом свой статус, участие в руководстве этими структурами, обеспечение им привилегированного положения; использование служебного положения в процессе приватизации государственных предприятий в целях приобретения их в частную собственность или завладения значительным числом акций самим чиновником, близкими ему лицами или иными частными лицами, в чьих интересах действует должностное лицо; незаконная передача из корыстных или иных побуждений коммерческим организациям финансов и больших кредитов, предназначенных для общегосударственных нужд; криминальное использование не предусмотренных правовыми актами преимуществ в получении кредитов, ссуд, приобретении ценных бумаг, недвижимости или иного имущества; использование в личных или групповых целях предоставленных для служебной деятельности помещений, средств, связи, электронно-вычислительной техники, денежных средств и другого государственного или муниципального имущества; получение за свою служебную деятельность или в связи с ней, за покровительство или попустительство по службе незаконного вознаграждения в виде денег, иных материальных ценностей и услуг, в том числе в завуалированной форме путем выплаты незаконных премий, комиссионных, явно завышенных гонораров, оплаты самому должностному лицу или членам его семьи якобы выполнявшейся работы, поездок под деловым предлогом за границу, приобретение недвижимости за границей, открытия для них счетов в иностранных банках, выдача беспроцентных долгосрочных кредитов и так далее.
   Обширная и многообразная криминологическая известная информация свидетельствует о распространенном "бюрократическом рэкете" при регистрации уставов и других учредительных документов создаваемых организаций, лицензировании соответствующей деятельности, оформлении таможенных документов, получении кредитов и так далее. Эта своего рода бандитская деятельность и писатель А. Максимов, автор нашумевшего бестселлера "Бандитская Россия; кто есть кто", следующую свою также нашумевшую книгу назвал "Бандиты в белых воротничках; как разворовывали Россию". Здесь на 474 страницах он привел многочисленные факты коррупции во всех основных государственных службах, министерствах и комитетах. Считается, что общий ущерб от коррупции составляет сумму порядка 20 миллиардов долларов в год. И это, по-видимому только низшя граница оценки.
   Социально-исторические и, нужно еще добавить, психологические факторы коррупции в России сводятся к следующим:
   1. Отстраненность аппарата государственного управления, как от насущных потребностей государства, так и от нужд и потребностей большинства граждан, его обособленность и бесконтрольность.
   2. Круговая порука, которая связывает все эшелоны государственного управления.
   3. Психология значительной части российского общества (в том числе чиновничества), которую точно подметил один из героев М. Е. Салтыкова-Щедрина: "... все берут, батенька, каждый по ранжиру требует...".
   Зачастую взяточничество в социальном сознании рассматривается не как преступление, а как форма благодарности благодетелю.
   4. Еще один фактор, который до настоящего времени имеет место, - это скрыто сохраняющаяся сословность - как при привлечении к уголовной ответственности, так и при выборе меры наказания. Еще Сводный Судебник (1606-1607-х годов) за взятки предусматривал наказание кнутом не для всех должностных лиц, а лишь для подьячего и недельщика. Тот же принцип сохранялся в период советской империи и особенно партийной номенклатуры. Сохранился он и поныне. "Что сходит с рук ворам - за то воришек бьют".
   5. Наличие развитой организованной преступности, превратившейся во вторую власть на местах и теневой экономики, вырабатывающей порядка 50 процентов ВВП.
   Следует отметить, что теневая экономика существует и в других странах, достигая до 7 процентов в США и 30 процентов в Италии. Россия в этом плане не "впереди планеты всей": нас опережает Украина (более 60 процентов), а в Колумбии этот параметр достигает 70 процентов. Что же касается организованной преступности, то она в большей или меньшей степени тоже существует во всех странах. С ней ведется бескомпромиссная борьба, которая облегчается тем фактором, что организованная преступность там политических задач не ставит.
   Другое дело у нас. Организованная преступность быстро оценила все прелести официальной власти и сразу же после объявления независимости России двинулась во власть. Но исполнительная власть была в руках старой номенклатуры, которая и сейчас не выпускает ее и не допускает в свои ряды представителей организованной преступности (скорее она сама становится организатором преступлений, что наблюдается в республике Марий Эл). Достаточно вспомнить судебное преследование представителей организованной преступности, попытавшихся баллотироваться в мэры Нижнего Новгорода и Ленинск-Кузнецка. Но полностью контролировать выборы законодательной власти исполнительная власть не могла, и в законодательной власти от муниципальных советов и до Государственной Думы появились многие представители организованной преступности. Они еще не додумались до организации фракций, а, может быть, и додумались, но предпочитают не афишировать это, но влияние на политическую и особенно хозяйственную жизнь оказывают существенное. А поскольку официальная власть не может противостоять неофициальной власти, она пытается использовать ее в борьбе с демократической оппозицией, конечно же не за "просто так".
   Исполнительная власть, видя неспособность официальных правоохранительных органов выполнять их функции, стала обращаться к организованной преступности, как к более эффективному органу осуществления охранных потребностей. Так, например, охрану главы района в городе Темрюке Александра Ермоленко обеспечивал предводитель армянской группировки Эдик Мерзабекян. Да и организованная преступность старается пробраться как можно ближе к исполнительной власти. Достаточно показателен тот факт, что среди советников Президента находился "криминальный хозяин Хабаровска" В. Податаев (кличка "Пудель"), который был трижды судим за хулиганство, грабежи и изнасилование несовершеннолетней и провел в местах лишения свободы 18 лет. Что он мог насоветовать президенту?
   Однако наиболее эффективно исполнительная власть использует организованную преступность под видом борьбы с коррупцией для своих политических целей. О чем свидетельствует история А.А. Собчака.
   А.А. Собчак, "демократ-романтик первой волны" был истребован в Ленинград из Верховного Совета РСФСР, когда депутаты Ленинградского горсовета "передрались" и не могли выбрать своего председателя. Он был достаточно авторитетной фигурой, чтобы примирить все группы и даже стать мэром, когда была образована городская мэрия. Несомненнно, что он проделал большую работу, когда городу грозил голод после либерализации, он существенно расселил коммуналки, способствовал некоторой консервации предприятий военно-промышленного комплекса, которые составляли в Ленинграде более 90 процентов. Существенным его недостатком было некоторое пренебрежение в общении с населением, пренебрежение разъяснения своей политики.
   А.А. Собчак вел последовательную борьбу с идеологическим коммунистическим наследием, добился возвращения Ленинграду старого названия Санкт-Петербург, выступил с идеей захоронения В.И. Ленина на Волковском кладбище, а останков царской фамилии в Петропавловской крепости. Делал он это как часть программы превращения города в туристско-финансовый центр, что могло обеспечить новые рабочие места молодым людям. Между тем чуть меньше трети населения Санкт-Петербурга составляют пенсионеры, проникнутые коммунистической идеологией, а они как раз и являются самыми активными голосующими гражданами. Но А.А. Собчак не побеспокоился донести до этих людей свои идеи и объяснить, что им даст подобное развитие города. В то же время он категорически выступал против надбавок к пенсиям из городского бюджета, что активно осуществлял Ю.М. Лужков в Москве. В одном из выступлений по телевидению он заметил, что пенсионеры как-нибудь проживут, а вот молодым людям необходимо помогать, развивая сферу обслуживания, и вообще городскую администрацию необходимо нацелить на омоложивание города. Тем самым он, не желая того, создал себе оппозицию среди голосующего населения - "электората".
   Будучи руководителем второго по величине города страны, он поддерживал активные отношения с канцлером Германии Г. Колем и президентом Франции Ж. Шираком, был широко известен за рубежами страны, как руководитель демократического склада мышления. Президент Б.Н. Ельцин крайне ревниво и подозрительно относился к этому. А.А. Собчак пользовался определенным авторитетом и внутри страны. Если бы он решил баллотироваться на должность Президента, то он мог бы отобрать у Б.Н. Ельцина 8-10 процентов голосов. Прокоммунистический журнал Диалог еще в 1992-м году писал: "В США он мог бы побороться за пост президента с самим Бушем, поскольку у него есть все, чтобы бороться за любой пост в демократическом государстве."
   В это время город Санкт-Петербург был приравнен к региональному образованию и на следующий срок в городе должен был быть избран губернатор. Один из добровольных доброхотов А.А. Собчака, выступая на митинге по выдвижению его в кандидаты на пост губернатора, заявил, что кресло губернатора является хорошим трамплином для прыжка в президентское кресло, о чем было немедленно донесено президенту, и он распорядился дискредитировать А.А. Собчака.
   Криминальное окружение президента решило дискредитировать А.А. Собчака, обвинив его в коррупции по способу вора кричать "Держи вора!". В декабре 1995-го года появляется распоряжение "О создании межведомственной оперативно-следственной группы для расследования фактов получения взяток должностными лицами мэрии Санкт-Петербурга", в котором упоминаются имена петербургского мэра, его заместителей и других должностных лиц мэрии. В состав группы вошли десятки следователей и оперативников из Москвы и других городов России. Группу возглавил заместитель начальника следственного управления Генеральной прокуратуры генерал Л. Прошкин.
   Следует отметить, что еще в середине 1995-го года оперативники Управления по борьбе с экономической преступностью Санкт-Петербурга заинтересовались некоей А. Евглевской, которая возглавляла небольшую строительную фирму "Ренессанс" и получила подряд на капитальный ремонт одного из домов в центре города. После того, как в списках будущих жильцов отремонтированного дома была обнаружена фамилия племянницы мэра М. Кутиковой, незначительное поначалу дело приобретает исключительное значение - было решено использовать его для дискредитации А.А. Собчака. И это несмотря на то, что все распоряжения по передаче дома N3 по улице Рылеева на капитально-восстановительный ремонт этой фирме готовились по указанию заместителя мэра В.А. Яковлева и подписывались им как ответственным исполнителем. А.А. Собчак в такие мелочи хозяйственной деятельности не вникал и к ним прямого отношения не имел. В.А. Яковлев, будучи искушенным игроком в аппаратных играх, посоветовал А. Евглевской для подстраховки продать одну из квартир по дешевке племяннице мэра М. Кутиковой. Продажа была совершена А. Евглевской по двум противоречащим договорам, узнав о чем, хозяйственный юрист А.А. Собчак посоветовал племяннице нотариально расторгнуть сделку. Так что квартиру она не получила, а потеряла на этом несколько миллионов недономинированных рублей.
   Межведомственная комиссия ФСБ, МВД и Генеральной прокуратуры совсем не ставила своей целью борьбу с коррупцией в Санкт-Петербурге. Целью ее было обвинить и дискредитировать А.А. Собчака, а заодно и прикрыть дымовой завесой реальный центр коррупции, которым была и продолжает оставаться Москва, где осваивается до 70 процентов всех выделяемых бюджетом средств.
   Однако дело с "Ренессансом" имело к А.А. Собчаку косвенное отношение и тогда было решено дискредитировать мэра фактом покупки его женой и им четырехкомнатной коммунальной квартиры, расположенной рядом с его квартирой.
   Характерны методы, которыми члены следственной комиссии готовили факты по дискредитации А.А. Собчака. Например, консультанта мэрии по жилищным вопросам Л. Харченко неонократно задерживали, допрашивали в качестве свидетеля по 8-12 часов непрерывно, так что она теряла сознание и попадала в больницу с диагнозом "мозговой криз". Но и там ее не оставляли в покое: следователи являлись в больницу и допрашивали ее там без протокола (?!), запугивали персонал, доводя до абсурдности ситуацию, при которой она не могла находиться в больнице и получать квалифицированное лечение. Ее больную забрали с дачи и в сопровождении оперативных работников насильно увезли на очную ставку с А. Евглевской в Лефортовскую тюрьму в Москве, чтобы, учитывая ее крайне тяжелое состояние здоровья, добиться подтверждения выстроенных на домыслах предположений против А.А. Собчака. Но поскольку эти факты не были подтверждены, комиссия добилась продолжения срока своего действия.
   Руководитель следственной группы - следователь по особо важным делам, генерал В. Прошкин - без устали раздавал журналистам сенсационные интервью, многозначительно намекая на участие мэра в этом деле и на его прегрешения перед законом. Другие материалы появлялись со ссылкой на "осведомленные и близкие к следственной группе источники". Газеты пестрели статьями "Невский спрут", "Второе ленинградское дело", "Коррупция в Петербурге", "Подписан ордер на арест Собчака", "Квартирные махинации мэра". Это было в разгар избирательной компании.
   Для президентской администрации было важно не только дискредитировать А.А. Собчака, но и подабрать такого кандидата на место губернатора, который бы был им послушным. Таким кандидатом оказался заместитель мэра по хозяйственной работе В.А. Яковлев, который поначалу вместе с А.А. Собчаком проходил в качестве свидетеля по делу о фирме "Ренессанс", а затем был из этого дела устранен. За какие заслуги? А у нас в России все продается и покупается.
   Выдвижение его кандидатуры было для А.А. Собчака неожиданным, поскольку тот случайно попал в команду мэра, был малознаком питерцам, и результаты его деятельности были весьма скромными. Придя в правительство города с инженерной должности, он старался ничем не выделяться, предпочитая соглашаться и никогда не оспаривать предлагаемые решения. К тому же А.А. Собчаку стали поступать сигналы о связях В.А. Яковлева и особенно его жены с криминальным миром, вследствие чего мэр стал подумывать о его перемещении на другую должность либо об увольнении. В этих условиях В.А. Яковлев сделал "ход конем". Он уволился сам и выдвинул свою кандидатуру на должность губернатора. По размаху его предвыборной компании, по количеству денег, затраченных им в ходе компании, по открытой его поддержке московскими структурами мало кому известный В.А. Яковлев превратился в основного оппонента и противника А.А. Собчака. В условиях травли А.А. Собчака в средствах массовой информации, клевете и измышлениях, публикуемых ежедневно, белый и пушистый В.А. Яковлев выиграл выборы на должность губернатора.
   А.А. Собчак вернулся на преподавательскую работу в университет. Но даже и при этом он продолжал оставаться опасным для президентской администрации и она решила устранить его физически, что при пошатнувшемся его здоровье было сделать несложно. В пятницу 3 октября 1997-го года по пути следования к лечащему врачу А.А. Собчак был задержан отрядом СОБРа во главе с полковником МВД Горбуновым и доставлен в следственную группу в здание представительства Генеральной прокуратуры в Санкт-Петербурге. По-видимому, предполагалось оставить его на субботу и воскресенье в изоляторе среди уголовников, которые бы довершили дело. Однако ему удалось связаться со своей женой Л.Б. Нарусовой, которая в то время являлась депутатом Государственной Думы. Она приехала к зданию даже раньше мужа и стала активно препятствовать его задержанию, взяв мужа за руку. Поскольку А. Собчак потерял сознание, Л. Нарусова потребовала вызвать Скорую помощь. Приехал врач, сделал кардиограмму и заявил, что у А.А. Собчака инфаркт, по состоянию здоровья больной нуждается в госпитализации, и предупредил следователей об их ответственности в случае летального исхода. После чего А.А. Собчака госпитализировали.
   В Военно-медицинской академии после перенесенного инфаркта А.А. Собчак ожидал операции на сердце, когда началась травля лечащих его врачей, угрозы медицинскому персоналу. В этих условиях Л.Б. Нарусова вывезла его на лечение в Париж, откуда он вернулся после того, как его заместитель в бытность мэром В.В. Путин стал исполняющим обязанности президента Российской Федерации, и дело о расследовании фактов получения взяток должностными лицами Санкт-Петербурга было прекращено из-за недоказуемости фактов.
   Итак, в 1996-м году в Санкт-Петербурге выбрали губернатора-хозяйственника В.А. Яковлева. Сначала он ездил по стройкам, рынкам и прочим объектам, развил бурную деятельность по ремонту дорог. Затем занялся большой политикой. Политические метания губернатора - сначала "Отечество - вся Россия", затем поддержка "Единства", попытка переноса срока выборов, слухи о криминальных связях привели к резкому спаду его авторитета. Именно в его бытность стали называть Санкт-Петербург "Бандитским Петербургом", "Криминальной столицей". Маневич, Старовойтова, Филиппов, Новоселов, Капыш, Ошеров, Агарев, Никитин, Вайсман, Варварин, Фроянов - вот неполный список жертв заказных убийств известных политиков и бизнесменов во время "правления" В.А. Яковлева. Тогда говорили, что в Санкт-Петербурге существует бригада киллеров и "Диспетчер", который принимает "заявки" на заказные убийства. Цена не очень дорогая - 10 тысяч долларов.
   Бригада из Следственного комитета МВД России расследовала уголовное дело в отношении ООО "ВМЦ", через которое, как утверждают в МВД России, на деньги городского бюджета в мае 1997-го года финансировалось проведение учредительного съезда избирательного блока "Вся Россия", соучредителем которого был губернатор В. Яковлев. В ходе проверки выяснилось, что учреждено "ВМЦ" учредителями, которые находятся в местах заключения, а до этого они "потеряли" свои паспорта. Кроме того, установлено, что при открытии расчетного счета ООО "ВМЦ" использовалась поддельная печать нотариуса. Анализ расчетного счета "ВМЦ" показал, что за время существования ООО через него прошла сумма в 70532998 рублей и 62687 долларов, из которых 3 миллиона рублей действительно перечислены неустановленными лицами в качестве платы за мероприятия по проведению учредительного съезда "Вся Россия".
   Накануне выборов в Законодательное собрание города губернатор выступил с инициотивой выдвижения списка достойных кандидатов, которых он поддерживает. В этом списке были такие лица, как Шевченко, Снетков, Никешин, которым впоследствии предъявили обвинения в криминальной деятельности. На вопрос журналистов, почему губернатор рекламировал криминальных представителей, он ответил, что, мол, список отправили в ГУВД и оттуда ответили: все хорошо, никакого компромата. Между тем, за этими людьми давно уже тянулся шлейф нехорошей славы.
   В.А. Яковлев выиграл вторичные выборы губернатора и сформировал новое правительство. Многие члены этого правительства были связаны с криминальными группировками. Журналист А. Бессуднов в статье "Все те же лица" отмечает "...влияние "группы руководителей из Московского района", которых часто связывают с тамбовской группировкой, возрастает... Связь Антонова (назначенный Яковлевым вице-губернатор) с тамбовской группировкой через "ПТК" довольно прозрачна". На что депутат Законодательного собрания Михаил Толстой отвечает: "...мы находимся в растерянности. Ибо абстрактно знаем, в какой степени нежелательные круги находятся в тесной связке с правительством. Абстрактно знаем, но никаких конкретных доказательств этому нет и это входит в правила игры" (!?). То есть правила политической "игры" таковы, что, не будучи связанным с криминалом, "играть" невозможно.
   Криминал тесно сожительствует с демократически выборной исполнительной властью (и не только в Санкт-Петербурге, но и по всей стране). А иногда диктует ей свои требования, особенно если исполнительная власть не выборная, а назначенная в вертикали власти вышестоящей властью. (По этому поводу вспоминается такой анекдотический случай. В середине 30 годов прошлого столетия Н.К. Крупская высказала критические замечания по поводу политики И.В. Сталина, на что И.В. Сталин заявил Н.К. Крупской: "Вы назначены на долность вдовы В.И. Ленина. Если Вы не успокоитесь, мы объявим, что у В.И. Ленина была другая жена!" И старушка успокоилась. Вскоре навечно.)
   Следствие по уже возбужденным уголовным делам было закончено только с уходом В.А. Яковлева на должность министра (но это не всегда спасает, чему свидетельством является дело министра юстиции Ковалева), и губернатор находился на коротком поводке у правоохранительных органов. Можно было дернуть за него, можно было сделать предложение, от которого губернатор не мог бы отказаться. Ведь борьба с коррупцией является действенным политическим фактором, но истинная борьба с коррупцией, а не имитация бурной деятельсти этой борьбы, требует и сильной политической воли руководителей государства. Только почему-то у наших руководителей государства ее-то и нет.
   Здесь следует заметить, что немедленная "ампутация" системы сложившихся коррупционных отношений может вызвать экономический и социальный кризис. "Дело в том, что в условиях неразвитости экономического законодательства и незрелости российского рынка механизм коррупции дает возможность преодолевать чрезмериую зарегулированность экономики в России", - говорится в материалах исследования "Коррупция в России", проведенного фондом "Информатика для демократии" (ИНДЕМ). Если при существующей системе ограничений таможенники, например, перестанут брать взятки, то половина товаров просто не сможет пересечь границу, что приведет к серьезным сбоям в снабжении.
   Так что коррупция в России - это не просто система взяток, а проблема неэффективности самой государственной системы, лишенной демократии. Это не значит, что с коррупцией не нужно бороться. Мощная антикоррупционная кампания в Италии "Чистые руки" дала впечатляющий эффект. Еще раз повторимся: необходима целеустремленная политическая воля руководителей. Пока ее нет. Или же она направлена на другие цели?
   Между тем основной целью государства должна быть разумная социальная политика, направленная на увеличение благосостояния народа, который сейчас искусственно загнан в нищету, в том числе и чиновничество, которое неимоверными поборами пытается из этой нищеты выбраться, что удается не так уж многим. Парадокс заклюается в том, что у чиновника получившего взятку, вымогает взятку другой чиновник, у которого вымогает взятку соответственно третий. Так нельзя ли разорвать этот порочный круг? И здесь нельзя не согласиться с высказыванием Председателя Совета федерации С. Мироновым: "Я изучал опыт Сингапура. Как они одолели коррупцию? Установили высокве зарплаты для всех чиновников. Дали им привлекательный социальный пакет. И ввели очень много запретов и контроля. Оступился - получишь огромный срок, клеймо на всю жизнь. Думаю, басню про непобедимость коррупции у нас рассказывают те, кто сам этим грешит. Если создать жёсткие правила и контроль, проблему можно решить." А вот у нас контроль ослаблен, практически его нет, и главное несчастье в том, что тот, кто попал в "бюрократическую экономику" практически неподсуден, а если и подсуден в силу конъюнктурных политических причин, то "условно".
  

Правопорядок в России

  
   Правопорядок - "нервный узел", "болевая" точка пересечения различных проблем, с которыми сталкивается общество. Обеспечить должный правопорядок раз и навсегда -- принципиально невозможная задача. Его образ, который, еще недавно представлялся безупречным, сегодня уже может не отвечать потребностям текущего момента. Достижение правопорядка - эта вечная "головоломка", за разрешение которой каждое очередное поколение, живущее в специфичной для него сетке пространственно-временных и социально-культурных координат, вынуждено браться снова и снова.
   Реальный уровень правопорядка, сложившегося в конкретном социуме, обусловлен сложным характером взаимодействия множества факторов, хитросплетениями разнообразных детерминант. Методология требует учитывать в процессе правовых преобразований не только возникновение четких объективных закономерностей общественного реформирования, работающих подобно часовому механизму, но и размытые социально-культурные реалии и традиции, господствующие в рамках конкретного социума. Правопорядок всегда имеет конкрстно-исторический смысл. Отсюда правильным представляется тезис: каково общество - таков и правопорядок. В известной мере верно и обратное утверждение: каков правопорядок - таково и общество.
   Такое видение правопорядка позволяет преодолеть "юридический романтизм", получивший в последние годы широкое распространение в теории и практике государственно-правового строительства, согласно которому можно изменить характеристики правопорядка, опираясь лишь на систему юридических методов и средств. В действительности же его качественные параметры, вопреки сложившимся постулатам догматической юриспруденции, во многом определяются метаправовыми причинами и социальными условиями. Одним из таких факторов является нравственный потенциал общества - показатель морального состояния последнего социума, определяющий способности людей к общению и коллективным действиям.
   Исследование роли нравственного потенциала общества в совершенствовании правопорядка позволяет в определенной мере прогнозировать динамику последнего, определить наиболее уязвимые места, выработать меры, необходимые для его защиты и укрепления. Эти проблемы представляются особенно значимыми для нашей страны. Идеология рыночного фундаментализма, основанная на свойственных ей ценностях, постулирует веру в безграничные возможности механизмов рынка, способных разрешить все проблемы, с которыми сталкивается общество, включая и обеспечение подлинно демократического правопорядка, согласование интересов различных социальных групп, торжество закона и социальной справедливости. Это, к сожалению, не так. Насколько реалистичны и жизнеспособны новые нравственные ориентиры?
   Нормы "чувственные" этики, как показал опыт современной России, едва ли способны консолидировать общество. В своем реальном проявлении они крайне противоречивы, поскольку находятся в зависимости от субъективных пристрастий индивидов и социальных групп. "То, что одна группировка объявляет добром, - писал П.А. Сорокин, - другая клеймит как зло... Каждый становится для себя своим собственным законодателем и судьей, считая свой собственный поведенческий образец столь же прекрасным, как и чей-либо еще". Привнесение в мир моральных ценностей принципа безграничного релятивизма крайне негативно сказывается на состоянии правопорядка, девальвирует его нравственные основы, зачастую генерирует ненависть, агрессию, превращая грубую силу в эрзац-право, что ведет к дегенеризации общества.
   Не будет преувеличением сказать, что "сегодня деньги правят жизнью людей в большей степени, чем когда-либо раньше..." Богатство ассоциируется в сознании ряда социальных групп с известностью, влиянием, магическим ощущением власти, в том числе над нравами и законами, и зачастую отождествляется, как тонко подметил О. де Бальзак, с "правом на дерзости". Конкуренция - это движущая сила, заставляющая рыночную экономику работать. Однако для того, чтобы она оказывала положительное воздействие на развитие социально-экономических процессов, необходимо наличие целого ряда других условий. А это, зачастую, не учитывается.
   Прежде всего, необходима гибкая, развитая система государственного регулирования, включая прогнозирование экономики, определение приоритетов в научно-техническом развитии и образовании, проведение жесткой антимонопольной политики. Кроме того, позитивный эффект конкуренции возможен только там, где хозяйствующие субъекты готовы соблюдать юридические правила экономической игры и накладывать нравственные цепи на собственные аппетиты, где побеждает мораль "честной наживы", стремление к справедливости оказывается сильнее жадности, а здравое мышление выше тщеславия и самонадеянности. В противном случае, когда правовые и нравственные аксиомы, принципы и нормы участниками конкурентной борьбы предаются забвению, ее результаты могут быть губительны для правового и социального порядков.
   Конкуренция изначально предполагает столкновение интересов, что неминуемо ведет к возрастанию напряженности в человеческих отношениях, перерастающих порой в открытые конфликты. Нередко, как подчеркивает П. Бурдье, "возникает настоящая борьба всех против всех, уничтожающая всякие ценности солидарности и человечности. Те, кто сетует на цинизм, который, по их мнению, ежедневно демонстрируют мужчины и женщины нашей эпохи, должны, по меньшей мере, видеть и связь этого цинизма с экономическими и социальными условиями, делающими его необходимым и даже вознаграждающими его". Вот почему абсолютизация регулятивного потенциала свободной конкуренции и конкурентоспособности, игнорирующая реальность, ведет лишь к деструкции правопорядка.
   Опыт человечества свидетельствует: когда государство сознательно уклоняется от регулирования социальных процессов, а моральные ограничения все в болыией степени носят условный характер, никем и ничем не сдерживаемые рыночные силы лишь углубляют неравенство и увеличивают разрыв между процветающими и бедствующими слоями населения. Такую тенденцию сегодня можно наблюдать как в мире в целом, так и внутри отдельных обществ. Согласно данным доклада о развитии человека, подготовленного международными экспертами в 2006-м году в рамках Программы развития ООН (ПРООН), за чертой бедности сегодня в мире проживает более 1 миллиарда человек. На беднейшие 20 процентов населения планеты - тех, кто живет менее чем на 1 доллар США в день, - приходится 1,5 процента мирового дохода. На долю 40 процентов населения Земли, чей прожиточный минимум не превышает 2 доллара США в день приходится лишь 5 процентов мирового дохода. В то же время 500 самых богатых людей имеют доход более 100 миллиардов долларов США (без учета оценки их имущества). Эта величина превышает совокупный доход 416 миллионов беднейших жителей планеты. Не удивительно, что более миллиарда населения Земли просто голодает и вымирает, а еще два миллиарда живут на границе бедности, получая средства, необходимые только для приобретения продуктов питания.
   Весьма показателен в этом плане и опыт постсоветских реформ в нашей стране. Результаты радикальных преобразований, с которыми многие связывали надежды на подъем национальной экономики и улучшение уровня жизни, вследствие отсутствия четкой государственной стратегии и низкого качества управления в начальный период реформ, оказались крайне далеки от первоначальных ожиданий. Провал "шоковой терапии" обернулся не только падением экономического потенциала страны, вынужденной догонять свои прежние достижения, но и резким снижением качества жизни населения.
   Сегодня по такому показателю, как индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП), Российская Федерация занимает в мировом рейтинге лишь 65 место из 175 стран (Россия в составе СССР занимала 40 место в мире). Впечатляют прежде всего масштабы абсолютной бедности в нашей стране. Ее уровень, как и в странах Восточной Европы, принято измерять с помощью показателя, отражающего долю населения, живущего на 2.15 долларов США в день. К числу абсолютно бедных сегодня могут быть отнесены почти 18.8 процентов российских граждан. Если же "пороговое напряжение" прожиточного минимума поднять хотя бы до 4.3 долларов в день, как принято в США, то доля россиян, проживающих за опасной чертой обездоленности, составит 53 процента.
   Низкий уровень дохода лишает человека возможности полноценно питаться, лечиться и получать образование. Снижается уровень развития человеческого потенциала. Люди, волею судеб оказавшиеся у порога нищеты, нередко рассматриваются как "отработанный" (с социально-экономической точки зрения) материал. Это "лишние" люди, которые "должны" исчезнуть (?!!!) Однако подобный взгляд едва ли является верным. Возможно, что действенным конструктивным потенциалом постоянно пополняющиеся группы маргиналов и не обладают, но отрицательных эмоций и переживаний по поводу справедливости существующего правопорядка у них более чем достаточно. К тому же не следует забывать известную истину: нужда, по меткому замечанию И. Гете, часто оказывается "сильнее, чем закон". Бедность, отбрасывающая все более широкие слои населения на обочину жизни, провоцирует устойчивый рост противоправного поведения и ситуативной преступности.
   Существенной характеристикой нравственного потенциала являются принципы, лежащие в основе межличностных связей. Особенностью нашего времени является так называемая гибкость форм социального взаимодействия. Реально, как указывает Р. Сеннетт, это находит одно из своих проявлений в том, что подвижные формы объединений и ассоциаций представляются современному человеку более полезными, чем долгосрочные связи. Краткосрочные контакты идут на смену длительным отношениям. Поэтому очень точной является характеристика современного социума как общества, основанного на сделках. В этих условиях даже узы партнерства рассматриваются как вещи, которые следует потреблять, а не производить; они подчиняются тем же критериям оценки, что и другие предметы потребления. Союзы людей, которые когда-то были заключены под условием - "пока не разлучит нас смерть", превращаются во временные по определению и замыслам контракты, действующие до тех пор, "пока испытывается удовольствие". Достигнутые договоренности, по мнению 3. Баумана, легко нарушаются, как только один из партнеров сочтет для себя более выгодным выйти из игры.
   Это замечание верно не только в отношении работы (бизнеса, трудовых отношений), но и даже такой социальной общности, как семья. Вступая в отношения, социальные субъекты обычно стремятся минимизировать объем принятых на себя обязательств, а те обязательства, что уже приняты, рассматриваются ими не в качестве "активов", а как "обременения", от которых следует избавляться как можно быстрее любым предлогом. Подобная модель поведения прослеживается и в действиях институтов власти, которые также не желают брать на себя лишнюю нагрузку.
   Краткосрочная ментальность, идущая на смену долгосрочной, - явление для правопорядка далеко не безобидное, как может показаться на первый взгляд. Ориентация на краткосрочность как принцип построения отношений разъедает доверие, верность и взаимную преданность. Между тем роль такого фактора, как доверие, в жизни современных обществ переоценитъ крайне сложно. "Доверие, как точно подметил Н.К. Рерих, - нельзя выразить никакими наставлениями, а тем более указами. Его надо почувствовать. Или оно имеется налицо, или его нет. Если оно не зародилось, то ничем и никак вы его не надстроите". Доверие образует прочный и надежный фундамент человеческих отношений, если же такой "фундамент не сложился, то вся постройка будет на сыпучем песке и не принесет ничего, кроме огорчения".
   С точки зрения обеспечения правопорядка доверие может оказаться не менее значимым фактором, нежели экономические и людские ресурсы. Там, где отсутствует доверие, как предупреждал Р. Патнэм, будущее коллективного действия выглядит мрачно. "Во многих бывших коммунистических странах, -- писал он, -- гражданские традиции были слабы еще до прихода коммунизма, а тоталитарные режимы подорвали и тот скудный запас социального капитала, который имелся. Без норм взаимопомощи, без сетей ассоциативности и гражданской ответственности аморальная семейственность, клиентелизм, беззаконие, неэффективная власть и экономический застой окажутся более вероятным исходом, чем действительная демократизация и развитие экономики. Будущим Москвы может оказаться Палермо".
   Наличие доверия - необходимое условие обеспечения правопорядка. Например, конституционный принцип сменяемости власти в результате выборов никогда не будет реализован, если правящая партия не уверена, что оппозиционная партия, ставшая правящей, а затем проигравшая выборы, откажется от власти. Широко известно, что в странах молодой демократии ключевым моментом являются не первые выборы, а тот момент, когда партия, выигравшая первые выборы, должна уступить власть. Обсуждая эту, отнюдь не второстепенную для нашей страны, проблему, профессор Оксфордского университета Д. Миллер пишет: "От доверия людям, которые получат власть в том случае, если мы ее отдадим, зависит то, готовы ли мы рискнуть и отдать бразды правления нашим оппонентам".
   Сегодня российское общество испытывает острый дефицит доверия. "Никому не помогай", "не бери на себя общую ношу" - это те принципы, которые нередко проповедует ныне "среднестатистический" россиянин. Нет ничего удивительного в том, что такие негативные явления, как уклонение от исполнения конституционных обязанностей, недоверие к общественным и политическим институтам и даже друг к другу, экономическая стагнация, неэффективное управление, во многом определяют современный уклад жизни российского общества, отрицательно воздействуют на правопорядок.
   Видимо, говоря о современном нравственном потенциале общества, нельзя заменять миф об историческом детерминизме, который 70 лет господствовал в нашей стране, другим, не менее опасным мифом - о невидимой руке рынка, способной выработать такую мораль, которая может стать нравственной основой эффективного правопорядка. Наряду с автономным рынком необходимы другие, государственные регуляторы общественных отношений, обеспечивающие осуществление на практике принципов морали, основанных на 10 известных библейских заповедях. Необходимо осознание того факта, что без участия институтов государства и гражданского общества, авторитетных органов самоуправления самих граждан невозможно обеспечить тот нравственный потенциал, без которого желаемый правопорядок так и останется несбыточной мечтой. Российскому обществу, отказавшемуся от тоталитарных и авторитарных механизмов управления, безусловно следует учитывать опыт других государств, сказавших: "Да" - рыночной экономике; "Нет" - рыночному обществу потребления, и участвующих в создании нового уважительного общества совершенствования и устойчивого развития. Однако следует ясно понимать: пока что мы еще живем в силовом (феодальном, а кое-где еще и рабовладельческом) обществе сохранения и хотим мы того или не хотим, нам придется пройти через договорное (капиталистическое) общество потребления, которое у нас сейчас складывается достаточно мучительно, чтобы вместе с остальными развитыми объединенными нациями созидать уважительное общество совершенствования, качественной жизни и устойчивого развития личности.
  

Коррупция и правопорядок - кто кого?

  
   Коррупция и бюрократия, "распилы" и "откаты" вкупе с всепобеждающим желанием нашего чиновничества не работать, а разруливать финансовые потоки могут свести любую разумную инициативу на нет, а ее автора - в гроб от отчаяния. Потому что криминал, коррупция и бюрократизм - это наши главные "проклятые проблемы".
   И в решении этих проблем власть пока не продвинулась ни на йоту. Впечатление убийственное даже при самых поверхностных оценках. Возьмем, например, российский Индекс восприятия коррупции (СРI). Наш рубеж на шкале от нуля до идеальной и потому нереальной десятки составляет лишь 2.5. Мы стоим в одном ряду с Гондурасом и Руандой.
   Реакция российского интеллектуального сообщества на этот показатель также неутешительна. "Патриот" немедленно начинает в припадке кричать о врагах России, заговоре и мировом зле. Впрочем, ладно - какой с "патриота" спрос? Но тревожно становится, когда абсолютно разумные люди начинают утверждать, что пока наша экономика сырьевая, то и проблемы с коррупцией неизбежны.
   Однако экономика Норвегии тоже в значительной степени сырьевая. При СРI в 8.8. Так что болезнь кроется не только в структуре экономики, но и в нас самих. И все то время, что мы пытаемся себя успокоить, прячась за выдуманными оправданиями, она прогрессирует, Симптомы налицо: 1 января 2007-го года можно было отметить своеобразную веху - пятый год неуклонного роста количества государственных чиновников. В численном выражении, за 2006-й год оно выросла на 7.9 процента, то есть до отметки примерно в 1600000 человек. В 2008-м году оно подрасло еще на 5.4 процента. При этом наше разбухающее чиновничество не воспринимает себя ни как слуг общества, ни как менеджеров. Оно видит себя классом новых феодалов. И любой клерк считает возможным казнить и миловать, вводить барщину и собирать оброк.
   Приведем показатели России по Индексу непрозрачности (Opacity Index), отражающему ту степень, в которой стране не хватает "ясных, точных, легко различимых и общепринятых норм при регулировании отношений между бизнесом, инвесторами и правительством". Из полусотни стран, подвергшихся анализу, Россия находится почти на самом дне - между Саудовской Аравией и Египтом. Что же со всем этим делать? При ответе на этот вопрос стоит начать с того, чего делать нельзя. Как бы того ни хотелось радикалам, насилие не просто аморально, но еще и неэффективно. Посмотрим на Китай: за коррупцию грозит реальная перспектива смертного приговора. И попасться легко - миллионы осуждены за взятки, и расстреливают много. Коснуться это может всех - и вице-мэра, и председателя государственного управления, даже генерального директора китайских гонок "Формулы-1". Итог: все смертельные угрозы уходят в свисток. Китайский СРI за 2006 год составил 3.3.
   Но что-то предпринять нужно. И нет нужды, кстати, изобретать велосипед: мы ведь отнюдь не уникальны. Есть страна, которая пережила схожий период, - США при Ф.Д. Рузвельте. Этот президент у нас одно время почти вошел в Пантеон. К сожалению, исключительно за то, что занимал свой пост четыре раза подряд. Однако следует заметить, что у этого человека в послужном списке есть еще несколько достижений. Например, борьба с коррупцией, разъедавшей Америку в годы Великой депрессии. В общих чертах, Рузвельт всего лишь директивно расширил доступ к информации о принимаемых административных решениях на всех уровнях. Подкорректировал процедуру обращений в суд о неправомерности принятых решений с целью ее облегчения. И сделал наказания более суровыми. Вплоть до запрета проштрафившемуся чиновнику занимать целый ряд должностей даже в частном секторе, для страны с развитой правовой культурой этого оказалось достаточно.
   У нас с правовой культурой большие трудности. Что ж, можно обратиться к примеру Италии. Коррумпированные чиновники, связи с организованной преступностью, заказные дела - все это было реальностью на протяжении десятилетий, вплоть до начала операции "Чистые руки". Итальянцы не ограничились рузвельтовскими мерами, и на рубеже 80-90 годов практически все бизнесмены, чиновники и политики прошли через чистилище. Почти по разнарядке проверяли всех и вся. Было возбуждено столько уголовных дел, что испугались сами инициаторы кампании, проявив похвальную умеренность. И практически начали помогать обвиняемым разваливать свои собственные дела. Под конец, когда замаячила угроза того, что осужденными могут оказаться отцы нации, борцы с коррупцией дали задний ход. Проблема, конечно, осталась до конца не решенной. Но атмосфера оздоровилась - в новых условиях принципы управления единой Европы могут найти себе все больше места. Не говоря о том, что теперь итальянский чиновничий аппарат отвечает хоть каким-то критериям адекватности и управляемости.
   Итак, выясняется, что проблема вполне поддается решению. Ни социально-экономические трудности, ни культурные особенности не являются непреодолимыми препятствиями. Можно определить и примерный формат решения.
   Прежде всего, нужно принять закон о коррупции, буксующий аж с 1992-го года. И на его основе провести масштабную проверку аппарата. Это выполнит две функции. Во-первых, приведет чиновников в чувство. Во-вторых, пресечет в зародыше любую возможную фронду. Главное - знать меру: "охота на ведьм" никому не нужна.
   Каждый чиновник должен почувствовать реальную угрозу со стороны закона, но преследование может начинаться лишь в случае вопиющих нарушений. Далее необходимо сокращение аппарата. При этом доверять дело борьбы с бюрократизмом самой бюрократии нельзя. Она лишь создаст для этого несколько органов, комиссии и комитетов, чем выхолостит все содержание кампании. Хуже того, она просто молчаливо спустит все на тормозах. Так что при сокращении нужно обходиться лишь теми органами, что уже существуют. А к обсуждению его параметров и масштабов нельзя подпускать ни одного чиновника. Все должно быть оформлено в рамках группы приглашенных экспертов, состоящей из профессионалов негосударственного профиля.
   На первом этапе этого будет достаточно. Если реализовать такого рода меры, то уже через лет пять можно достичь уровня Италии, Но чтобы достичь уровня США, понадобится больше - необходимо растить новые кадры. Задача не из простых - на нее может уйти 10-15 лет. Придется пойти на масштабные финансовые и имиджевые издержки. Как минимум, часть новых кадров должна получить образование в странах с более высокой правовой культурой и деловой этикой. В конце концов, рядом с нами расположены три страны, где коррупции практически нет: Швеция, Норвегия и чемпион по прозрачности - Финляндия. В идеале, эти новые кадры должны получить в таких странах не только образование, но и первый профессиональный опыт.
   Как только мы получим кадры, сформировавшиеся в изоляции от местной, отнюдь не идеальной, действительности, ситуация начнет налаживаться. В том совершенно нет ничего невероятного. Посмотрите на Казахстан. В этой стране, несмотря на авторитаризм, действует большое количество программ, по которым энергичная молодежь проходит обучение в ведущих мировых центрах, где получает ценные управленческие, экономические и, главное, этические навыки. У казахов нужно учиться именно этому, а не тому, как при муляже демократии собрать однопартийный парламент. А все разговоры о непатриотичности нужно оставить "патриотам". Как уже упоминалось, спрос с них никакой.
   Для подобных мер нужна политическая воля руководителей. Может ли пойти на это власть в том состоянии, которое мы наблюдаем сейчас? Думается, что понимание необходимости таких мер хотя бы в самом начале существовало. Не зря ведь шли разговоры об "эффективности" и "мобильности". Но позже пришло осознание той зависимости, в каком элита находится от чиновников на местах. И сама элита отправила свои планы в дальний ящик стола.
   Однако есть еще надежда, что отблески первоначального понимания во властных коридорах остались. Так, фигура нового премьер-министра вселяет определенные надежды. В конце концов, если за прошедшие восемь лет элита в такой степени эмансипировалась от народа, то и зависимость от бюрократии должна была ослабнуть. Будем ждать, что на новом этапе начнутся конкретные дела. Хотя бы для удовлетворения инстинкта самосохранения. Пока не решася проблемы криминала, коррупции, бюрократии, все разговоры на другие темы бессмысленны.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

"Что они не делают - не идут дела"!

   А почему? Вы, многоуважаемый читатель, ответ знаете из продолжения этой любимой в русском народе песни: "Видно, в понедельник их мама родила?" Ответ неверный, поскольку всех, кто "рулил" Россией, а их уже набралось достаточно много, большое множество, согласно Закона больших чисел теории вероятности мамы в один несчастный понедельник родить не могли - дни их рождения должны быть распределены по всем дням недели согласно определенному статистическому закону, который вы можете с определенной погрешностью выбрать сами, если составите выборку их дней рождений.
   Хотите обратиться к помощи заинтересованных зрителей? Опыт игры "Стань миллионером" показывает, что заинтересованные зрители при выборе предложенных ответов чаще всего ошибаются, отдавая предпочтение неправдоподобному ответу.
   Хотите позвонить другу, который более компетентен? Я Ваш друг, собрал достоверные факты, опубликованные средствами массовой информации, скомпилировал их в логическом для полного восприятия порядке и хочу Вам помочь. Что, Вы считаете, что дела идут, "Контора" - пишет и вполне счастливы? Таких как Вы, судя по опросам населения, порядка 20 процентов респондентов, а остальные считают, что они живут хуже, чем жили в Советском Союзе. И правильно считают. Ну, не идут у них в новой России дела!
   Что мы за "несчастные люди-дикари"? Получается, что хоть и "добрые внутри", но неумехи и лодыри, не желающие трудиться, не знающие: чего же мы хотим? Новой России исполняется уже 18 лет, а гордиться нам нечем. Да чего гордиться, кушать порой нечего. Германия за 10 лет ликвидировала последствия жесточайшей за всю историю человечества Второй мировой войны и стала богатейшей страной Европы, дающей нам деньги в долг. На среднюю дневную заработную плату немецкий рабочий может приобрести телевизор, или два двухкасетных магнитофона, или полдюжины джинсов, или десять килограммов свинины. Это сделал гениальный экономист Л. Эрхард.
   Китай за 10 лет удвоил свой ВВП и удвоил уровень жизни своего чуть ли не полутора миллиардного населения. А в следующие десять лет еще раз удвоит. А потом снова удвоит и скоро уже перегонит США, которые увеличивают ВВП только порядка на 3 процента в год. Путь к этому указал мудрый Дэн сяо-пин.
   В Японии удвоения ВВП добились за 6 лет и неоднократно, а один раз за 6 лет увеличили его в 2.5 раза. Так что 130 миллионная Япония может догнать 300 миллионные США по объему ВВП еще раньше Китая.
   Мы же вначале за восемь лет в семь с половиной раз уменьшили свой ВВП (в долларовой оценке) и соответственно в 3.4 раза уровень жизни, а по прохождению еще 8 лет только достигли уровня ВВП в составе СССР, подняв уровень жизни только на три четверти от уровня его до разрушения СССР.
   Нам говорят, что мы живем, как работаем. Не все зависит от работы. Русский рабочий на 1 доллар заработной платы производит в 4 раза больше продукции, чем американец. Значит, все упирается не в то, как мы работаем, а в то, как нами "руко водят" наши руководители и какие при этом отбирают у нас деньги от того, что мы нарабатываем. Соотношение скорости подъема ВВП и скорости подъема уровня жизни свидетельствует, что отбираются деньги не малые. Говорят, что эти деньги идут на восстановление государства после катастрофы 1992 года. Это не так. И зачем надо было доводить дело до катастрофы?
   Как Вы, многоуважаемый читатель, назовете человека, который "...все он делает не так. В решете он носит воду, гонит тень по огороду. И на крышу за веревку тянет бурую коровку, чтоб коровка попаслась, там, где травка разрослась". Правильно, многоуважаемый читатель - такого человека следует назвать некомпетентным. Но нами руководили люди, среди которых были доктора и кандидаты экономических наук. Так что же - они некомпетентны? Нет, достаточно компетентны. Но в лучшем случае они были безразличны к нашей судьбе, хотя о своей судьбе они могли побеспокоиться не бедно.
  

Как мы жили в СССР

  
   Согласно последнему статистическому ежегоднику СССР в 1990 году страна занимала второе место по объему Внутреннего валового продукта (ВВП), среднемесячная заработная плата рабочих и служащих составляла 296 рублей, еще 727 рублей в год на душу населения составляли выплаты и льготы из общественных фондов потребления. Из этих средств советский человек получал бесплатное образование, здравоохранение и отдых.
   Цены определялись государством и были стабильны, но при темпах роста заработной платы, опережающих темпы роста производительности труда, наблюдалась скрытая инфляция, проявляющаяся в дефиците целого ряда продуктов потребления. В этих условиях возникли "черный" и "серый" рынки, стала процветать коррупция и теневая экономика, объем которой достиг 100 миллиардов рублей при ВВП в 640 миллиардов рублей, то есть 13.5 процентов экономики находилось в тени. Покупательная способность среднемесячной номинальной начисленной заработной платы составляла 144.4 кг говядины, 987.7 л молока, 328.9 кг рыбы, 187.3 кг растительного масла, 870.6 кг хлебных продуктов. В среднем в год советский человек потреблял: 67.0 кг мяса и мясопродуктов, 359.0 л молока и молочных продуктов, 16.5 кг рыбы и рыбопродуктов, 10.2 кг растительного масла и 133.0 кг хлебных продуктов. С непродовольственными товарами было хуже. И все же почти каждая семья имела радиоточку или радиоприемник, телевизор, холодильник, порядка 70% семей имели стиральные машины, велосипеды и швейные машины.
   Децильный коэффициент - отношение благосостояния 10 процентов высоко обеспеченного населения к благосостоянию 10 процентов малообеспеченного населения - составлял 6.2 процентов, то есть лежал в допустимых пределах (до 8 процентов) для высокоразвитых государств, каковым СССР являлся. Отношение самого высокого годового дохода президента Академии наук в 14400 рублей к самому низкому годовому доходу инженера - молодого специалиста в 1440 рубля было даже ниже, чем в развитых капиталистических странах.
   Население СССР достигло 290.1 миллионов человек, что составляло 5.4 процента от населения Мира. Естественная убыль населения отсутствовала, наблюдался рост населения, правда, его темпы несколько снижались (в1991 году рост составил только 104000 человек), а это вызывало медленный спад средней продолжительности жизни, достигшей 69.5 лет (74.0 года у женщин и 64.8 года у мужчин). В стране существовало обязательное среднее образование и индекс образования населения - 0.71 - был очень высок, так что по уровню развития человеческого потенциала, учитывающему благосостояние, среднюю продолжительность жизни и уровень образования населения, страна находилась на 45 месте.
   В быстроменяющихся условиях общественного развития руководители СССР допустили ряд грубых просчетов. Они позволили себя втянуть в крайне дорогостоящую гонку вооружений (хотя наличие ядерного оружия делало эту гонку бесперспективной), проигнорировали появление и развитие научно-технической революции, более того, под воздействием морально устаревшей концепции полной занятости населения, они допустили научно необоснованный перекос в предпочтении развития доли физического труда, увеличивая оплату его более высокими темпами, чем оплату умственного труда. В СССР сложилась малоэффективная система оплаты труда руководителя, которая определялась не конечными его результатами, а количеством руководимых трудящихся, число которых можно было наращивать за счет роста контролирующего персонала. В этих условиях быстро росли национальные бюрократии, аппетиты которых сдерживал демократический централизма, как форма существующего государства СССР. Тогда национальные бюрократии решили денонсировать Союзный договор 1922 года и развалить СССР (хотя большинство населения СССР - 76.3 процентов - на всесоюзном референдуме в 1991 году проголосовало за сохранение Союза). А народ подумал, что при либеральной демократии он будет лучше социально защищен, чем при демократическом централизме, и промолчал в ответ на мятеж трех руководителей славянских республик СССР. На память приходит выдержка из стихотворения: "Мятеж, конечно, неудачен - удачный все зовут иначе!" Этот "удачный" мятеж люди назвали "Великой криминальной революцией". Она привела к созданию новой государственности - криминализма.
  

Роль Б.Н. Ельцина в создании новой государственности

  
   Как мог человек, сделавший блестящую государственную карьеру от мастера маленького строительного участка до президента самой большой республики в самой большой стране мира, демонтировать эту страну и создать совершенно новую или вернее хорошо забытую старую государственность, остро интересует сейчас многих историков. Возникла обширная литература на эту тему, так что известный историограф и популярный в России мастер "литературного факта" Н. Зенкович в монументальном двухтомнике впервые в отечественной историографии собрал и обобщил этот уникальный материал о личности первого российского президента и попытался дать ответы на возникшие вопросы.
   Большинство историков считает, что в этой неблаговидной деятельности им двигала слепая ненависть к Советской власти, разорившей его зажиточных родственников, сосланных затем в места отдаленные, где они погибли, и горькая обида на Коммунистическую партию, не сумевшую создать условия зажиточной жизни народа, как это сделали другие партии в капиталистических странах. Спросите у любого россиянина: кто такой Б.Н. Ельцин и он, чаще всего, либо стыдливо улыбнется вам в ответ, либо зло ответит такой трехэтажной ненормативной лексикой, которой нет в четвертом томе "Толкового словаря живого великорусского языка" В.И Даля. А ведь когда-то почти все россияне проявляли необычайную любовь к "борцу с привилегиями N1", как изъясняются теперь в любви к непьющему и "грозно ругающему" бюрократов и олигархов В.В. Путину. Причина любви - мифологизация Б.Н. Ельцина как народного заступника, ходатая и героя, каковым он, на самом деле, конечно же, никогда не был. Потом, когда он попадет в Кремль, он поведет себя совсем не как народный герой, а как обыкновенный взяточник и хапуга, за деньги готовый поступиться государственными интересами. Вокруг него начнет складываться команда ("Кремлевская семья"), которую привел еще А.Б. Чубайс: молодые, нахрапистые, уже успевшие подзаработать и знающие, для чего они пришли в Кремль. В Кремль они пришли, чтобы заработать еще больше и побыстрее, а потом сбежать за границу, где их недостанет закон. Россия для них действительно "территория свободной охоты".
   Вот они, составляющие 1 процента россиян, наживших немалые богатства на этой его неблаговидной деятельности, у которых есть все, по-прежнему считают Б.Н. Ельцина "отцом русской управляемой демократии". Извините, а управляемой кем? Кто вел за руки немощного, зачастую пьяного "отца русской управляемой демократии"? Друг Клинтон? Или друг Коль?
   В зарубежной научной и периодической литературе отношение к Б.Н. Ельцину тоже двоякое. Конечно, там все благодарны за то, что он покончил с Третьей мировой "холодной" войной и дал возможность на этом сохранить Западу три триллиона долларов, да еще заработать три триллиона долларов на образовании новой России. Но, с другой стороны, там трезво оценивают его деструктивную роль, и британская "Гардиан" пишет: "Можно ли представить себе более жалкую фигуру, чем Борис Ельцин? Пьяный и неспособный управлять страной, он позволил группе коррумпированных приспешников разворовать национальные богатства. Он санкционировал отмену субсидий на продовольствие, в одночасье повергнув рядовых граждан в нищету. С точки зрения гордости и чувства собственного достоинства россиян он сыграл роль коллаборациониста, квислинга, занимавшегося самообогащением и утешавшего себя пьянством и восстановлением собора за большие деньги и без вкуса. Люди искали еду в мусорных ящиках, но Борис Ельцин был западником, великолепным человеком, свидетельством западного триумфа". Да, действительно, семья Ельциных считается одной из самых богатых в России, но достигнуто это было ценой превращения России в третьестепенное государство (триумф Запада?) и превышением числа умерших над родившимися во время правления Б.Н. Ельцина в 5891900 человек .
   Зарубежные историки и политики не могут простить Б.Н. Ельцину "ошибку", что своим преемником он сделал "неуправляемого" В.В. Путина, который выгнал иностранных советников и сделал российскую "демократию" "суверенно управляемой". А что изменилось? Если за 9 лет ельцинского правления в России появилось только 4 олигархов, то за 8 лет путинского правления их число увеличилось до 101, а число превышения умерших над родившимися за это время превысило 6054200 человек (в среднем за год на 128400 человек больше, чем при Б.Н. Ельцине). И если судить о состоянии общества по количеству уменьшения его членов, то объективно состояние общества при В.В. Путине ухудшилось по сравнению с ельцинским периодом, хотя жить россияне стали несколько лучше, но все же не так хорошо, как в СССР. Жизнь стала стабильной, но по-прежнему оставалась бесперспективной, и это привело к повышению смертности уже молодых. Как видим, вялотекущая катастрофа, в которую вверг Россию Б.Н. Ельцин, продолжается и при В.В. Путине.
   Б.Н. Ельцин заложил тип криминалистической олигархо-бюрократической государственности, при которой коррумпированная бюрократия порождает олигархов, помогающих ей грабить народ.
   К великому сожалению, Б.Н. Ельцин выбился в государственные деятели с должности секретаря обкома, и этот секретарский уровень хозяйственного менталитета был пределом его развития. Получив инженерное строительное образование и опыт номенклатурной деятельности в масштабе области, он был не в состоянии конструктивно оценивать существующие экономические тенденции на уровне государства и в глобальном масштабе.
   Прелести "общества потребления" оказали на него сильнейшее психическое воздействие и заставили изменить цель жизни. Побывав в годы перестройки в развитых странах, он не мог не оценить нищенский уровень своего функционерского состояния и поставил себе цель сколотить личное богатство, чтобы не прозябать в нужде на старости лет. Развитые страны вели в это время против так называемого "Демократического лагеря" Третью мировую "холодную" войну, целью которой было уничтожение этого лагеря и его лидера СССР. Несмотря на отдельные локальные "горячие" конфликты, это была "холодная" война нового поколения - информационно-психическая война. В такой войне предполагается, что изначально у противника имеются все средства, как технические, так и психологические, для своего собственного уничтожения, необходимо только найти лидеров, которые бы задействовали, инициализировали эти средства. Такие лидеры есть в каждой стране. В том числе и в России. В этой войне используется не ядерное и традиционное, а новое психотронное оружие: дезинформация о прелестях общества потребления, о новом мышлении его руководителей, о способности всех стран и народов пойти по пути западного образа жизни и достичь такого же благополучия на основе использования рыночных отношений. Вот жертвой этой дезинформации и стал Б.Н. Ельцин.
   Воспользовавшись косностью тупых партийных функционеров, организовавших путч против попытки проведения реформ народного хозяйства, он в декабре 1991 года объявил о денонсации Союзного договора 1922 года и создании "независимой" России. Варшавский договор был денонсирован еще в начале года, так что цели Третьей мировой "холодной" войны развитыми странами были достигнуты за счет внутренних врагов СССР, ибо расправиться из вне с СССР у этих государств не было возможности. Видя появление в СССР внутреннего врага - национальных бюрократий, ЦРУ США планировало осуществление факта самоуничтожения СССР в 2010 году. Б.Н. Ельцин, используя строительные навыки исполнения плана "любой ценой", "перевыполнил" план на 19 лет в 1991 году в Беловежской Пуще. И первым об этом узнал президент США из телефонного доклада Б.Н. Ельцина, с откровенным подхалимажем угодливо благодарившего за поддержку, позволившую ему выполнить его обещания. Последующие годы Б.Н. Ельцин провел в качестве "верного друга" нового американского президента Б. Клинтона.
   После окончания Третьей мировой холодной войны тот час же началась Четвертая мировая информационно-психическая война. Развитые страны, население которых составляет так называемый "Золотой миллиард" человек, достигли своего благополучия не только за счет интенсивного труда своих народов, но и в значительной мере за счет эксплуатации остальных народов. В развивающихся и малоразвитых странах они прикармливают элиту, которая помогает им осуществлять этот грабеж. Развитые страны вывезли в эти страны загрязняющие технологии и экспортировали для захоронения в них экологически вредные отходы. Однако развивающиеся страны, которые испытывают демографический взрыв, начинают препятствовать этой политике, провозглашая цели создания благополучия своим народам. Но, если бы развивающиеся страны потребляли такие же ресурсы, как и развитые страны, то невосполнимых ресурсов Земли, может быть бы, им и хватило, но только на десяток лет. Осознав грядущую катастрофу, развитые страны и развернули Четвертую мировую войну, целью которой является доведение превышающего 6,5 миллиардов человек населения Земли до "Золотого миллиарда". Полигоном первого этапа этой войны была выбрана Россия, которая уже ежегодно теряет порядка миллиона человек, а политологи еще только обсуждают: реальна ли ее угроза.
   Б.Н. Ельцин постепенно, но неуклонно пережил переосмысливание идеалов. После публичного разрыва на партсъезде с бывшими товарищами у него не оставалось иного выбора, как вводить во власть и "мальчиков в розовых штанишках", и бывших спортсменов, и даже бывших представителей криминала и коррупции, преданных ему лично, и просто случайных людей, понравившихся ему, кому, как ему казалось, он мог доверять. Отсюда - некомпетентность управления, повальное воровство, постоянная смена министров и людей из ближайшего окружения, когда вдруг всплывала их причастность к криминалу. А где было взять хороших и честных - их ведь надо долго выращивать, воспитывать? А воспитывать он и не любил, и не умел - учиться было некогда.
   Не понимая ситуацию, будучи не в состоянии осмыслить складывающиеся тенденции развития, восхищенный "Американской мечтой" разбогатеть, Б.Н. Ельцин за образец преобразования России выбрал американский образ жизни и добился принятия конституции, подобной словно кальке американской конституции, но без ее исполнительных и контролирующих механизмов прямого действия. Понимая, что даже при видимости демократии, ему честным путем государственную власть не удержать, он решает привлечь быстро коррумпирующееся чиновничество для своей поддержки. Он попустительствует коррумпированию власти, которое принимает беспрецедентные формы и невиданные в цивилизованной практике размеры. В МВД России расследовалось дело о получении взятки в 300 миллионов долларов. Взятки в миллионы долларов встречаются не редко. Среднестатистическая взятка в России составляет 135 тыс. руб. - показал опрос фонда "Индем". А все это начиналось с попустительства Б.Н. Ельцина в новых условиях нашей жизни.
   В результате ельцинского правления Россия превратилась в олигархо-бюрократическое, криминально-синдикалистское бандитское государство, управляемое тройственным конгломератом, состоящим из обычных бандитов на местах, коррумпированных правительственных бюрократов - "бандитов в белых воротничках" в регионах, и определенного рода нечестных, но достаточно известных олигархов-бизнесменов - "бандитов с кошельками", продолжающих накапливать огромные богатства, поощряющих, развивающих и использующих коррупцию. Б.Н. Ельцин создал бандитское государство, управление в котором осуществляется не по законам, а по криминальным "понятиям" бандитов и коррупционным установкам бюрократов во благо этих бандитов и бюрократов (а также олигархов, стоящих за их спиной). Фактически он был "крышей", "крышевал", то есть защищал за определенную плату коррумпированных чиновников и подкармливающего их криминал.
   Сложившийся в ельцинские времена рынок криминальных и коррупционных услуг имел в 2001 году оборот в 33.5 миллиарда долларов, что почти равнялось государственному бюджету того года (соответственно при Б.Н. Ельцине 54 процента народного хозяйства находилось в легальном управлении, а 46 - в тени). Как царь был крупнейшим в России помещиком, так и президент сейчас является крупнейшим олигархом, бесконтрольно распоряжающимся собственностью в 300 триллионов долларов. Летом 1995-го года в кабинете Б.Н. Ельцина возник Б.А. Березовский, который нарисовал удручающую картину: до выборов осталось меньше года, а денег на агитацию нет (рейтинг президента упал в то время до 6 процентов). Через полтора месяца вышел указ о создании "Сибнефти". Новой компании отписывались "Ноябрьнефтегаз", "Омскнефтепродукт", Омский НПЗ и другие предприятия. Но 51 процент акций оставался за государством, правда, недолго. В декабре он был выставлен на аукцион. Специально под аукцион Б.А. Березовский и Р.А. Абрамович зарегистрировали более десятка фирм, в том числе и "Нефтяную финансовую компанию", которая на аукционе и победила. Компания эта не имела ни одного сотрудника и никакой деятельности не вела, но в обмен на акции выдала правительству кредит в 100 миллионов долларов, взятых ею в долг у банка "СБС-Агро". Соль заключалась в том, что эти деньги принадлежали все тому же государству, ибо как раз к аукциону заместитель министра финансов А. Вавилов разместил в банке "СБС-Агро" 137.1 миллиона долларов. Прошло время, денег выкупить заложенный пакет у государства не нашлось, и "Сибнефть" отошла "Нефтяной финансовой компании". А Б.А. Березовский перевел на личный счет Б.Н. Ельцина в Английском банке (?!) 5 миллионов долларов. (вот это взятка! Вот это по президентски!). Власть - это деньги! И при том у большой власти ну "очень большие деньги".
   Новое при Б.Н. Ельцине состояло в том, что прежде в СССР в условиях тотального дефицита продуктов потребления высокая должность была единственным способом обрести все блага, которые доставались только партийной и хозяйственной элите через закрытые для прочих распределители. Теперь за деньги можно было получить то же самое и много больше без ограничений, а не по двум распределительным книжкам, как получала семья Б.Н. Ельцина. Открылись радости, о которых советские чиновники в закрытой стране и мечтать не могли. Поэтому должность стала рассматриваться как инструмент зарабатывания больших денег (а самая высокая должность президента - как инструмент зарабатывания ну очень больших денег).
   Когда в результате борьбы двух групп лоббистов, президент решил отправить в отставку О.Н. Сосковца, А.В. Коржакова и М.И. Барсукова, он на заседании Совета безопасности сказал: "Силовые структуры надо заменить Они слишком много стали на себя брать и слишком мало отдавать..." Многие поняли это дословно. А.В. Коржаков даже потом с издевкой рассказывал, что мама его упрекала: надо было с президентом делиться! То, что вся верхушка государства погрязла во взятках - ни для кого не было секретом, как не было секретом и то, что, если ты делишься с начальством (а А.В. Коржаков подчинялся непосредственно президенту), то в случае поимки наказание тебе будет условное: пожурят для порядка за то, что попался, и иди-гуляй, бери взятки снова. Когда-то на святой Руси вора били не за то, что украл, а за то, что попался. В Ельцинской России воров не били - их наказывали условно. А кто мог условно наказать президента, который брал взятки "борзыми" книгами? Генеральный прокурор? Ему можно было за это устроить проблемы...
   Чрезвычайно большую роль в развращении Б.Н. Ельцина сыграл его "верный друг" американский президент Б. Клинтон. Очевидец этих событий американский дипломат Строуб Тэлбот, долго живший в России, выпустил мемуары, которые прокомментировал историк А.И. Уткин в своей монографии533. Вот отрывок из нее.
   "Мы говорим не об отвлеченных страданиях, а о смертных муках огромной страны, которая, если пользоваться выражением великого Эдмунда Берка (сказанные, конечно же, в другую эпоху и по поводу другой революции), "прошла сквозь самые страшные возможные муки из-за неожиданного полного обрыва с предшествующей традицией". По существу, в России воцарилось новое издание Орвелла: стране, обществу, человеку становилось все хуже, паруса демократии за спиной Ельцина начали совсем исчезать за горизонтом, принципы народоправления попирались все гнуснее, рынок потерял всякую творческую функцию, а наши добрые западные друзья, в частности хорошо знавший Москву Тэлбот, говорили удивительные вещи о свершившемся феноменальном прогрессе. Гладкопись милого козырезского вестерпнзма постепенно стала сводиться к более сложной картине.
   Огромна помощь американцев, приведших больного Ельцина ко второму президентскому сроку. Причастный (или просто сведущий) русский очень хорошо помнит, кто с упорством, достойным лучшего применения, буквально навязывал несчастной стране Гайдара, Козырева, Чубайса, Коха и иже с ними. Кто сказал в Ванкувере в апреле 1994 г.: "Речь идет о том, чтобы помочь Ельцину совладать с превосходящими силами у него дома"? Кто после октября 1993 г. "восхитился тем, как он (Ельцин) ведет борьбу с политическими противниками"? Кто увидел в Черномырдине "пример благоразумия и самоотверженности"? Кто категорически советовал Клинтону не разжигать ревности Ельцина и не обращаться к более широким слоям российского общества? Кто принял "танковый" способ "разделения исполнительной и законодательной властей"? Президент США и его помощники пели гимны отцу русской демократии, первому российскому президенту, тому самому, которого, не моргнув глазом, в конце десятилетней истории Строуб Тэлбот показывает в мемуарах столь жалким ("чудаковатый, безрассудный, себялюбивый старик")?
   Клинтон живо интересовался происходящим в России. (А как иначе, ведь это единственная сила на земле, способная на ядерное уничтожение любого противника.) Но учтем и то, что губернатор Арканзаса знал об этой стране значительно меньше своего друга студенческих лет, профессионального советолога, долгие годы проведшего в Москве. Но даже Клинтон, повинуясь здоровому чувству реализма, вскричал: "В чем Россия нуждается, так это в проектах огромных общественных работ... Они находятся в депрессии, и Ельцин должен стать их Франклином Рузвельтом" (К сожалению, не только Б.Н. Ельцин, но даже и В.В. Путин не стал российским Франклином Рузвельтом, на что мы так надеялись. И.Л13.)
   Мудрость государственного человека заключается не в том, чтобы с бездонно холодным тщанием добивать ослабевшего партнера. Предметом гордости Тэлбота и других "ответственных за Россию" в демократической администрации является то, что Россия, при всех потугах ее часто неловких представителей, нигде - ни в Косово, ни в вопросе об экспансии НАТО, ни в попытках сохранить Договор 1972 г. по ПРО - не получила ни йоты американских уступок. Но благодаря стараниям хладнокровных новых друзей России начала исчезать та бесценная материя, которая называется любовью и уважением к Западу.
   И когда Клинтон с великой серьезностью, разделяемой в ином случае и мемуаристом, говорит Ельцину: "У тебя внутри огонь настоящего демократа и настоящего реформатора. России повезло, что ты был у нее", то возникает неловкое чувство, что это уже слишком. Наверное, и далекий от рефлексивности Ельцин внутренне сжался от подобных "преувеличений". При этом Тэлбот признает, что в Москве ему постоянно говорили те, кого инстинкт суицида не поглотил полностью: "Вы только подливаете нам яд и при этом говорите, что нам этот яд полезен".
   В Вашингтоне много переживали относительно создания российского сектора с целью спасти тысячи сербов в Косово от головорезов Тачи. Какая внешнеполитическая стратегия виделась Клинтону и Тэлботу оптимальной? Став фактически империей (а какие еще аргументы после крушения коммунизма объясняют военное присутствие США в 45 странах мира?), Америка должна решить для себя, какой стратегией она намерена руководствоваться в мире. Что для нее значит Россия, буквально оседлавшая Евразию? Нет сомнений, что практически непредсказуемое будущее способно преподнести Вашингтону сюрпризы. Стоит ли так ослаблять Россию? Верный ли это путь для имперского гегемона в мире, где не сказали еще своего исторического слова такие гиганты, как Китай? Не обернется ли ликование по поводу бесконечного ослабления России очередной "иронией истории"?
   В быстроменяющемся мире будущего Россия еще очень может пригодиться Америке, осознает она это или не осознает. И маниакальное ломание ей хребта может, при определенном повороте событий, оказаться весьма близорукой политикой.
   Но самонадеянное вмешательство в дела других стран редко дает позитивные результаты. Ставить на сикофантов, всегда знающих, какая риторика ласкает слух "дяде Сэму", и игнорировать живые силы (равно как и интересы другой страны) в конечном счете контрпродуктивно. Во-вторых, если Соединенные Штаты решили взять на себя глобальную ответственность, то они просто обязаны не просто подбирать все то, что плохо лежит, а сформировать стратегическое видение, где крупнейшие державы современности могли бы найти достойное место, а ни оказываться в положении презираемых сателлитов. На презентации мемуаров лучшего американского знатока России в Фонде Карнеги Тэлбота спросили: вы много пишете о том, чего добились Соединенные Штаты в России, а что получила сама Россия? Совпадают ли ее интересы с американскими, или Вашингтон действовал в ущерб Москве? Не велика ли цена, не вспомнит ли страна с такой историей, как российская, все то, что с улыбкой делал с ней заокеанский колосс, нимало не заботясь о производимом впечатлении?
   Пресловутая "химия общения" - не более чем "потемкинская деревня" великой гармонии, которой на самом деле нет. Тэлбот указывает на причину "химии в возлияниях, безжалостно зафиксированных на страницах книги. Здесь же фиксируется и жесткое презрение таких лиц, как Уоррен Кристофер и Энтони Лейк. Сэнди Бергер говорил о "высокой бессмыслице" ельцинских речей. Клинтон успокоил своих помощников своеобразно: "Ельцин все же не безнадежный пьяница". Речь шла о пристающем к телохранителям президенте России. "Только когда два президента встречались с глазу на глаз, Ельцин расставался с позерством и тогда Клинтон мог продолжать работать над ним". Возможно, что за тысячелетнюю историю России у нее были слабые правители, но, думаю, даже над ними не "работали" иноплеменные вожди.
   Но американский президент решительно считал, что "пьяный Ельцин лучше большинства непьющих альтернативных кандидатов". Вот как Тэлбот описывает поведение кремлевского владыки на публике и в узком кругу американского руководства: "Когда по обе стороны стола переговоров сидело много людей, он (Ельцин) играл роль решительного, даже не допускающего возражений лидера, который знает, чего он хочет, и настаивает на том, чтобы это получить; в ходе частных бесед он становился из напористо самоуверенного внимательным и восприимчивым, уступая обольщению и уговорам Клинтона; затем на завершающей пресс-конференции он из кожи вон лез, чтобы теми способами, которые сам придумал, излучать уверенность в себе и маскировать, насколько податливым он был за закрытыми дверями". Нам всем должно быть стыдно от этих строк" (конец цитаты, И.Л.).
   Эту же преданность и желание услужить людям, от которых он зависел, иллюстрирует и высказывание Я.П. Рябова: "Мне он нравился своей реактивной исполнительностью: стоило мне буквально пошевелить пальцем, как Борис Николаевич действовал. Не брезговал тогда Борис и откровенным подхалимажем. Потом это проявилось в отношениях с "друзьями" Гельмутом и Биллом. ". Для Б.Н. Ельцина было характерно подобострастное стремление угадать желания Б. Клинтона или Г. Коля, чтобы затем с прогибом в спине предвосхитить их исполнение. Так, например, было, когда с подачи Б. Клинтона было принято решение о первом за историю Североатлантического союза силовом действии за пределами зоны традиционной ответственности НАТО - бомбардировке Югославии весной 1999 года. Государственный секретарь М. Олбрайт объявила, что белградское правительство под действием массированных налетов авиации НАТО сдастся на четвертый день - пойдет на условия, ведущие к отделению югославской провинции Косово. Американцы недооценили решимости югославов, которые стойко противостояли бомбардировкам и даже сбили "невидимый" американский бомбардировщик, изготовленный по суперсовременной технологии "Стэлс", так что американцы стали объектом шутливых нападок в Европе. Между тем президент Милошевич попросил у Б.Н. Ельцина продать ему современные зенитные ракетные установки "С-300", которые тот уже продавал Греции. Но Б.Н. Ельцин продать ему эти ракетные установки отказался. Более того, на 78 день бомбардировок, когда Белград был готов стоять и дальше без помощи России, Б.Н. Ельцин решил оказать помощь Б. Клинтону. Посланный в Белград В.С. Черномырдин, спасая США и НАТО от ситуации их бессилия, в буквальном смысле заставил президента Милошевича на глазах у всего мира подписать капитуляцию перед Западом, угрожая лишением гуманитарной помощи, которая в то время шла только из России.
   Пожалуй, за всю историю США у них не было такого влиятельного и услужливого, необычайно восприимчивого к преподносимым желаниям агента влияния, на которого, потратив только 2 миллиарда долларов на переизбрание в 1996 году, можно было получить 6 триллионов долларов (300000 процентов прибыли!) в свое национальное богатство. Это присказка, а сказка еще будет впереди. Вернемся, однако, к основному изложению.
  

Коррупция - как способ управления

  
   Группы лоббистов начали образовываться при Б.Н. Ельцине еще в начале 90-х годов, но особенно они увеличились накануне выборов 1996 года. Тогда вокруг президента образовался целый ряд новых групп чиновников, участники которых в открытую претендовали на роль приближенных при дворе "царя Бориса", и центральное место среди которых занимала младшая дочь президента Т.Б. Дьяченко. Эти люди образовали своеобразную "стену", пройти сквозь которую рядовому посетителю было практически невозможно. Именно тогда сформировалась практика "проплаченного визита" к чиновнику (без гарантии решения вопроса) по заранее оговоренному прейскуранту. Например, визит к российскому президенту оценивался в 1 миллион долларов США, визит к российскому премьеру - 500 тысяч долларов США, к российскому министру - от 10 до 25 тысяч и так далее. Постепенно при многих руководителях появились помощники по имиджу, которые занимались этой проблемой (и не только), регулируя доступ к телу и порою делясь с телом, доступ к которому они обеспечивали. Люди эти становились ну очень богатыми (состояние дочери президента Т.Б. Дьяченко оценивается суммой не менее 200 миллионов долларов).
   Сам Б.Н. Ельцин тоже не чурался такой деятельности. Руководитель объединенного управления Черноморским флотом адмирал Э.Д. Балтин жестко отстаивал в Севастополе интересы России, что не нравилось президенту Украины Л.Д. Кучме. Во время одной из встреч президенты России и Украины договорились об отзыве Э.Д. Балтина с Черноморского флота, за что Б.Н. Ельцин получил 320 миллионов долларов. Потом, во время пьянки Б.Н. Ельцин по секрету сказал Президенту Украины, что за эти деньги он мог снять и двух Балтиных.
   Создавая новую государственность, Б.Н. Ельцин решил также опираться на появляющихся зависящих от него богатых людей. Традиционный механизм медленного накопления богатства кропотливым трудом ему не годился. Он чисто интуитивно выбрал другой путь осуществления своей цели, совершенно не задумываясь о последствиях. Дело в том, что в валовом внутреннем продукте СССР порядка 10 процентов составляла заработная плата трудящихся. Еще примерно столько же составляли так называемые общественные фонды потребления, распределяемые советскими чиновниками по своему усмотрению. Эти две части ВВП СССР составляли доходы населения, остальная часть отчуждалось в доходы государства. Б.Н. Ельцин решил распределить среди своих сторонников и подчиненных общественные фонды потребления и часть государственной собственности.
   Способом выращивания богатых людей он интуитивно избрал инфляцию, которую изначально и преднамеренно законодательно ничем не ограничил, и анонимную приватизацию, которую своими указами сознательно нацелил на появление очень богатых людей. Своим куцым, примитивным умишком он не мог понять, что закладывает мину замедленного действия, которая со временем может изничтожить россиян, деградировать и взорвать Россию, так что от нее останутся только осколки. Исчезнет Россия - рухнет мир... Это понимают даже хитроумные западные руководители. Американский посол А. Вершбоу заявил: "У нас нет секретных планов в отношении России. Мы заинтересованы лишь в том, чтобы Россия стала более сильным партнером, а для этого она должна стать более демократичным государством". Но превратить муляж демократии в истинную демократию не так-то просто. Б.Н. Ельцин этого не хотел, В.В. Путин - не смог. И не совсем понятно - почему? Ведь взяток он не берет, о приверженности демократии заявлял многократно. Влияние стереотипов? Возможно.
   Б.Н. Ельцин, возведя коррупцию в основу своей государственной деятельности, не только брал взятки, но часто и давал взятки за счет государственных средств, с целью оплаты необходимого ему поведения политиков и для побуждения их отказаться от своих политических убеждений. В качестве иллюстрации можно привести его Указы "О социальных гарантиях для народных депутатов РФ созыва 1990-1995 годов" от 24.09.93 N1444 и N1514 от 30.09.93, дополняющем первый Указ. Согласно этим Указам, депутатам Верховного Совета РФ, отказавшимся от исполнения Указа Президента N 1400 от 21.09.93 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации" и не покинувшим здание Верховного Совета, за уход из здания предлагались блага:
   - единовременное денежное пособие в размере годовой заработной платы;
   - передача служебного жилья, находящегося в государственной собственности, в собственность депутата;
   - трудоустройство в системе государственного управления.
   Некоторые депутаты не поддались на заманчивые коррупционные предложения и, как следствие, были подвергнуты уголовному преследованию и политическим репрессиям "во имя зарождающейся российской демократии". Впрочем, в последствии, когда они "одумались", как это водится в России, они были амнистированы (с некоторым опозданием сработал феномен неприкосновенности "высокого" должностного лица). Те же из российских депутатов, кто принял коррупционные предложения Б.Н. Ельцина, практически до марта 2000 года, занимая высокие государственные должности (вплоть до министра), громко призывали в своих выступлениях государственные органы и общество к активной и бескомпромиссной борьбе с коррупцией в органах государственного управления.
   В свете сказанного теряет всяческий смысл анализ интеллектуального, морального и духовного уровня Б.Н. Ельцина и его окружения. Это не соколы, что взвиваются орлами. Они все - посредственные выскочки, заурядные, серенькие мышки - чиновники-бюрократы, случайно оказавшиеся в момент исторического перелома в центре событий. Советская империя рухнула бы и без них. И если не Б.Н. Ельцин, то любой другой бюрократ сразу же стал бы Зевсом-громовержцем, стремящимся во чтобы-то ни стало удержаться на государственном Олимпе. Будучи интеллектуально недалеким и морально нечистоплотным, но, обладая колоссальным опытом административной интриги, полученным им в бытность секретарем обкома, он фактически достиг профессионального потолка Управляющего делами президента, а волею судеб 9 лет исполнял должность президента. И именно при его правлении завершился первый этап становления российской " управляемой демократии" - циничный, жестокий, разбойничий. И отныне имя Б.Н. Ельцина неразрывно с ним связано. Равно как начало губительных реформ - с Е.Т. Гайдаром, а грабительская приватизация - с А.Б. Чубайсом. Они действовали нагло, смело, без оглядки потому, что власть в России всегда была безнаказанной. Будь иначе, Б.Н. Ельцин и его окружение ("Кремлевская семья") постарались бы провести реформы осторожно, умеренно, пополняя казну и не обездоливая народ. Судя по реформам в Китае, Чехии, приватизации в Англии так вполне могло быть. Но там у истоков реформ стояли мудрый Дэн Сяопин, интеллигентный Гавел и железная леди Тэтчер - люди иного уровня интеллекта и образования, морально устойчивые, духовно образовавшиеся и устоявшиеся, гораздо более ответственные перед обществом и заботливые о нуждах своего народа. Они не пускались в танцы со своим народом, они просто любили его и гордились принадлежностью к нему. В разговоре они осознано не применяли слоган "В этой стране", ибо считали себя живущими в своей стране, говоря "Наша страна!", "Наше государство!" И внуков за рубеж образовываться они тоже не посылали. А "Расея" из-за океана детям видится грязноватой и грубой.
   Великий русский историк Василий Осипович Ключевский в свое время пришел к заключению, что наша государственность - "это какой-то заговор против народа", и оказался прав даже и сейчас.
   Мировая истории не знает примеров, чтобы за такой короткий исторический срок маленькая группка олигархов сумела законодательным путем так радикально изменить политическую, экономическую и социальную структуру общества и при этом погубить такое огромное количество своих сограждан, но остаться безнаказанной. Пол Пот, изничтоживший только три миллиона комбоджийцев, провел свою старость в непроходимых джунглях среди диких зверей и кровососущих насекомых. Но война есть война. В Четвертой мировой войне поставлена цель уничтожить 10¤12 миллиардов "лишних" людей. По вине Б.Н. Ельциа уже исчезло 5891900 россиян.
  

Какую жизнь устроил нам Б.Н. Ельцин

  
   Согласно статистическому справочнику за последний год управления Б.Н. Ельцина в 1999 году страна занимала одиннадцатое место по объему Внутреннего валового продукта (ВВП), и не входила в число развитых стран, хотя он и приглашался на заседание руководителей восьми стран, но скорее для информации о принимаемых решениях. Во всяком случае, на заседания руководителей комитета G8 по решению мировых экономических вопросов Б.Н. Ельцин не приглашался.
   Среднемесячная заработная плата рабочих и служащих составляла 1522.6 рубля, то есть выросла в 5.144 раза по сравнению в заработной платой в 1990 году - последнем полном году существования СССР. Но цены на продукты потребления по сравнению с советскими ценами за это время выросли в 16.377 раз. Так что по официальным данным Росстата уровень жизни понизился в 3.184 раза. Росстат, как государственная организация, подчиняющаяся председателю Совета министров, публикует не индекс инфляции, а индекс роста потребительских цен, который к тому же систематически занижает, и независимые эксперты считают что занижает в 3 -5 раз. Отдельно Росстат публикует индексы роста тарифов, которые реально растут в 2 - 3 раза быстрее индекса потребительских цен. Но Росстат и эти индексы тоже занижает. А затем уже "специалисты" Министерства торговли и экономического развития, верстая бюджет очередного года, закладывают в него по статьям расходов компенсацию роста инфляции в виде индекса потребительских цен, совершенно пренебрегая индексами роста тарифов, то есть, заметно урезая компенсацию инфляции.
   Если же исходить из того, что цены на мясо увеличились порядка в 20.5 раз, на яйца - порядка в 13.7 раз, на рыбу - порядка в 26.5 раз, то покупательная способность среднемесячной номинальной начисленной заработной платы составляла 36.2 кг говядины, 631 л молока, 63.9 кг рыбы, 59.15 кг растительного масла, 138.9 кг хлебных продуктов. В среднем в год россиянин потреблял: 41.0 кг мяса и мясопродуктов, 215.0 л молока и молочных продуктов, 9.9 кг рыбы и рыбопродуктов, 9.3 кг растительного масла и 119.0 кг хлебных продуктов. Таким образом, по мясу мы достигли только 61.2 процентов уровня потребления в СССР, а по молоку - 59.2 процентов, по рыбе - 57.2 процента, по растительному маслу - 89.4 процента и только по хлебу и хлебопродуктам несколько больше приблизились к нормам потребления в СССР. Эти цифры свидетельствуют, что уровень жизни не только снизился порядка в три раза, но и резко ухудшилось качество питания: хлебо-белковая диета сократилась, в основном, за счет уменьшения белков, то есть ухудшилось качество жизни.
   За то децильный коэффициент - отношение благосостояния 10 процентов высоко обеспеченного населения к благосостоянию 10 процентов малообеспеченного населения - составлял 13.9 раза (независимые эксперты считают его в 2 раз большим), то есть лежал далеко во вне допустимых пределах (до 8 процентов) для высокоразвитых государств, каковым Россия по этому показателю (и не только по этому) не является.
   Население России уменьшилось до 145.56 миллионов человек, что составляло 2.15 процента от населения Мира. Естественная убыль населения составляла 5891900 человек при средней продолжительности жизни 65.9 года (73.0 года у женщин и 58.8 года у мужчин). В стране существует обязательное среднее образование, но индекс образования населения упал с 0.71 до 0.37, так что по уровню развития человеческого потенциала, учитывающему благосостояние, среднюю продолжительность жизни и уровень образования населения, страна находилась в восьмом десятке сообщества стран. Доход чиновников от взяточничества составлял в 2000 году 33.5 миллиардов долларов, что почти достигало доходов российского федерального бюджета. "Берут" или "дают на лапу" 75 процентов россиян. Соглано исследованиям международной организации "Трансперенси Интернешнл", индекс восприятия России как страны, где царит разгул коррупции не меняется последние 4 года. Мы находимся в конце перечня развивающихся стран, рядом с Индонезией и Того. По данным экспертов, к 2008 году Россия откатилась на 147 место по уровню коррупции. Оборот средств на "теневом рынке оценивается в 300 миллиардов долларов.
   И пока в нашей стране будут сохраняться криминальные отношения, прикрываемые антуражем демократических институтов, мы не сумеем жить лучше, чем в Советском Союзе, ибо все средства, направляемые на улучшение нашего социального положения, будут изыматься криминальными структурами.
  

Почему в России кризис имеет перманентый характер?

  
   Ответ прост, как все гениальное. Наши руководители не хотят учиться. В России традиционно считается, что для деятельности в областях управления, воспитания и военной деятельности нет необходимости в учении. За что мы так жестоко поплатились в 1941 году. Мы отступали до Москвы не потому, что наших солдат было меньше, чем у немцем. Мобилизационные планы работали исправно, восстанавливая живую силу Красной Армии. Но мы не умели воевать. И только пройдя полугодовое учение в боях с фашистскими армиями, сумели грамотно организовать Московское наступление, отодвинув от Москвы фронт на 200 километров. Затем в 1942 году мы и по вооружению сравнялись с фашистскими силами и солдаты у нас были храбрые, а потерпели сокрушительные поражения под Харьковом. Почему? А потому что не все генералы научились воевать.
   Вот тут-то следует указать на одну особенность И.В. Сталина. При всех его недостатках - это был очень трудоспособный и легко обучаемый человек. Он понял, что грандиозные потери в Зимней войне 1940 года были связаны с неумением воевать, и распорядился организовать в Кремле курсы по военному делу, которые обязал посещать всех руководителей высшего состава. С.М. Буденный откровенно храпел в последних рядах, К.Е. Ворошилов сидел в первом ряду возле И.В. Сталина, но было видно, что он ничего в новой стратегии войны не понимает. А И.В. Сталин задавал лекторам вопросы, по которым можно было судить, что он пытается понять новую стратегию маневренной войны. Эти знания позволили ему понимать замыслы маршала Г.К. Жукова и не мешать тому вести военные действия.
   А понимают ли наши необученные экономике руководители, которые являются, может быть, и хорошими юристами, но экономику изучали по "Капиталу" К. Маркса, понимают ли они тенденции развития нашего народного хозяйства и его место в интегрируемом мире, который после К. Маркса существенно, кардинально изменился?
   Капитализм за 500 лет своего существования прожил богатую все - возможными событиями жизнь, пережил многие кризисы, которые стали достоянием историков экономической мысли. Это достояние спрессовано в стратегию выживания капитализма. А способны ли наши, не обученные современной экономике руководители понимать современную научную экономическую мысль и вырабатывать стратегию модернизации общества и развития народного хозяйства? И что вообще они понимают под этим несколько абстрактным термином "модернизация", почему реформирование их уже не устраивает?
   Как они представляют себе экономическую доктрину современного Российского государства? Почему концепцию этой доктрины никто не озвучивает? Слава богу, они стали понимать, что проблемой N1 Российского государства является депопуляция российских народов. В чем причины этой депопуляции? Никто внятно огласить их не может, а, следовательно, и действенные меры по решению этой проблемы никто тоже предложить не может. А не в том ли причина, что нынешняя структура народного хозяйства и структура населения не соответствуют основной проблеме выживания (не жизни, а именно выживания) и вытекающим из нее задачам развития нашего общества и их необходимо срочно менять? А как? И какие конкретные, вытекающие из этой проблемы N1 задачи стоят перед нашим обществом?
   Конечно, как говорят в народе, один дурак может задать столько вопросов, что и сто умников на них не ответят. Но и у дурака не все вопросы глупые. Почему же умные вопросы не ставятся нашими умными руководителями, а негласно перепоручаются дуракам-дилетантам? Не потому ли, что в России традиционно не уважают науку? Ну, не хотят наши шибко умные (а вернее хитротупые) руководители учиться и все тут, что ты с ними поделаешь? А ведь согласно народной мудрости: "Век живи - век учись!"
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Заключение

  
   Идет Четвертая мировая "информационно-психическая" война, в которой пока Россия терпит поражение, общество деградирует, поскольку крайне сильно криминализировано. Сейчас мы стоим перед выбором, последствия которого трудно осознать. Однако выбор этот должна сделать элита. В России всегда надеялись на барина, на царя, на вождя. Народ был способен только на бунт, слепой и безжалостный. Цели всегда ставили руководители, а народ способствовал (или препятствовал) их достижению. Сейчас возможны два сценария дальнейшего поведения.
   По первому сценарию, который навязывается Западом, мы "строим дикий капитализм", формируем общество потребления, в котором двум третям народа места нет, и эта часть населения должна исчезнуть - вымереть. Выжившие будут жить припеваючи. Но какие песни они будут петь на стомиллионном кладбище? Россия сократится до небольшого за