Люро Полина: другие произведения.

Капитан. Глава 3. Посылка

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Длинный день Капитана Городской Стражи продолжается ― в его руки попадает таинственная посылка, предназначенная погибшему Послу...

   Глава 3. Посылка
  Мне стоило больших усилий взять себя в руки, чтобы не наброситься с кулаками на посыльного, с невозмутимой миной протянувшего очередной приказ Коменданта крепости и, по недосмотру проказницы судьбы, моего начальника. Я опускаю виртуозные эпитеты, которыми мысленно награждал его в тот момент, безуспешно пытаясь воспламенить взглядом явно гордящегося своей миссией незнакомого сопливого мальчишку. Но несгораемый парень, вытянувшись в струнку, ждал ответа, сосредоточенно устремив взгляд куда-то вдаль.
  На всякий случай оглянулся ― а не проплывает ли за моей спиной воздушное создание женского пола лет этак семнадцати? Но никого не обнаружил, кроме пыльной улицы и спешащих на ярмарку торопыг. Вздохнув, сделал вид, что не вижу, как ожесточённо чешет нос конопатый Бин и крутится на месте, размахивая длинными руками в попытке отогнать привязавшуюся к нему осу, Газ. Да, расслабились ребятки, чтоб их... Вот вернёмся в казармы, придётся серьёзно заняться дисциплиной, хромающей у новичков на обе ноги, а пока ― пусть живут.
  Развернул свиток и, не выдержав, едва не сплюнул под ноги. Гаркнув на посыльного:
  ― Принято! ― с удовольствием наблюдал, как встрепенулся слишком серьёзный малец и, испуганно вытаращив на меня глаза, попятился назад, спеша затеряться в толпе.
  Суровым взглядом остановил хохочущих помощников:
  ― Разворачивайтесь в сторону Таможни, весельчаки, пришло время навестить наших славных любителей морской качки, поддельного пойла и чужого добра...
  И пока почему-то обрадованные этой новостью Газ и Бин, смеясь, побежали вперёд, ещё раз развернул приказ Коменданта, где его размашистым почерком было накарябано одно слово ― Таможня... И что бы это значило?
  Не спеша следуя за оживившейся парочкой молодых болтунов, я пытался понять, как и о чём мне на этот раз предстоит договариваться с извечным соперником Городской Стражи. О том, что отношения у наших служб, мягко говоря, не слишком хорошие, знал весь город, и люди, посмеиваясь, сравнивали их с грызнёй цепных псов Губернатора, готовых драться за любую его подачку...
  Я нахмурился: что бы там между собой не делило высокое начальство, у нас с Капитаном Таможни всегда были прекрасные отношения. Шон, хитроумный толстяк, жулик, не упускавший возможности прикарманить всё, что прибывало в Гавань по морю и имело несчастье ему понравиться, был моим однополчанином. Одним из шести "счастливчиков", десять лет назад уцелевших в бойне при Тихой роще... Возможно, благодаря этому обстоятельству два абсолютно разных человека даже спустя столько лет умудрялись сохранять дружбу.
  Задумавшись, я чуть не налетел на новичков, терпеливо поджидавших отставшего Командира: переминаясь с ноги на ногу, они любопытно рассматривали неприступное с виду, овеянное слухами здание Таможни. Поговаривали, что в подвалах этого легендарного дома спрятаны добытые во время рейдов сокровища контрабандистов и пиратов. Только простаки вроде Бина и Газа могли поверить в подобную чушь ― все конфискованные товары немедленно отправлялись в бездонную губернаторскую казну, правда, "все", в понимании Капитана таможенников, являлось весьма расплывчатым понятием, включавшим в себя множество исключений...
  В крайнем окне второго этажа мелькнула тёмная фигура ― значит, Шон уже ждал меня, и, буркнув помощникам:
  ― Не отставать и не пялиться по сторонам! ― прошёл мимо вытянувшегося в струнку караула, поднявшись по крутой лестнице к кабинету Капитана Таможни.
  Не успевшие отдохнуть ноги загудели от напряжения, а вот живот радостно заурчал в предвкушении долгожданной еды: в одном я был совершенно уверен ― голодным отсюда не уйду. Это объясняло внезапную радость новобранцев, наслышанных о хлебосольном Хозяине Моря ― так главный таможенник любил называть себя в узком кругу друзей, то есть, наедине со мной.
   Его крепкая фигура выплыла навстречу нашей маленькой делегации, поразив своим "величием" неокрепшие души ребят ― Шон, в полку больше известный как Верзила, был и в самом деле крупным парнем ― на голову выше любого из статных гвардейцев Элитного Губернаторского Отряда. Его кулаков побаивались даже самые отъявленные драчуны, а уж в бою он приводил врагов в ужас одной только своей свирепой физиономией. Во всяком случае, если верить его же байкам, которые мой друг рассказывал на привале под смех уставших бойцов...
  На этот раз, радостно одарив нас улыбкой великана-людоеда, Шон не стал привычно душить меня в объятиях с оглушающими воплями:
  ― Как же я по тебе соскучился, рыба моя! ― хотя мы виделись месяц назад в нашем любимом таверне со странным названием "Загулявший заяц", где вдрызг напились со всеми вытекающими последствиями. Мне тогда как мальчишке, пришлось краснеть перед Айшой за свой помятый вид, оторванный рукав камзола и непонятно откуда взявшийся фонарь под глазом.
  На этот раз Капитан Таможни, оценив хитрым взглядом молодое пополнение Стражи, церемонно пожал мне руку и протянул мягким, обманчиво ласковым голосом, совершенно не соответствовавшим его грозной наружности:
  ― Приветствую лучших представителей нашей замечательной Стражи на борту моей скромной сухопутной шхуны. Слышал, Вы сегодня славно потрудились, поймав заговорщика и коварного убийцу. Горжусь, и всё такое... Может, перекусим, перед тем как заняться делом? Что скажете?
  Проголодавшиеся новобранцы, глотая слюни, бросали на меня умоляющие взгляды, и, хлопнув Верзилу по плечу, я одобрил это предложение:
  ― И тебе привет, Таможня! И когда только научился так красиво говорить? На тебя это не похоже...
  Шон хмыкнул:
  ― Два часа зубрил приветственную речь на случай если Императорская особа решит нас посетить, но, к счастью, пронесло, ― он кивнул, приглашая за стол, на котором словно по щелчку пальцев фокусника стали появляться аппетитные блюда.
  Я с тоской провожал голодным взглядом отлично прожаренные тушки с румяными, но слишком жёсткими корочками. Осторожно потрогал ноющую челюсть, и понятливый друг приказал поставить передо мной миску с жидкой словно кисель кашей, которую я быстро оценил по достоинству, стараясь не обращать внимания на раздававшиеся рядом хруст и чавканье молодых зубастых счастливчиков...
  Мы не прерывали священный ритуал приёма пищи никчёмными разговорами о делах, и как только на столе остались лишь груда начисто обглоданных костей и пустая миска из-под каши, Шон отправил объевшихся ребят в оружейную. Стоило им скрыться из виду, друг наклонился ко мне:
  ― Раз уж бедолагам не повезло связаться с тобой, им понадобится нормальное оружие, а не то дерьмо, которым снабжает Стражу ваш бестолковый Комендант. Я приготовил парочку действительно хороших клинков ― достались при проверке одного торгового судна. Не смотри на меня с иронией, Капитан, хочу, чтобы твою спину прикрывали стоящие мечи, и всё такое...
  Я вопросительно взглянул на друга, слишком уж серьёзно прозвучали его слова, но он как всегда отвёл взгляд. Эта была его "странность" ― не смотреть в глаза собеседника, и поначалу она меня очень настораживала. Но со временем привык ― в конце концов, у всех есть свои заморочки...
  ― Ладно, Шон, спасибо за угощение. Давай перейдём к делу, ― протянул ему свиток с приказом, ― думаю, об этом тебе известно больше моего...
  Капитан Таможни отбросил гербовую бумагу в сторону и подошёл к окну, сцепив пальцы за спиной. Спросил, не поворачиваясь:
  ― А что это за свёрток ты притащил подмышкой, рыба моя?
  Я хмыкнул:
  ― Опять за своё, терпеть этого не могу...
  Он слегка повернул голову, обнажая в хитрой улыбке крупные зубы:
  ― Знаю, но мне нравится тебя дразнить, Робин... Так что там, неужели подарок?
  Пришлось развернуть плащ с вышитой каракатицей, доставшийся мне от охранника подпольной курильни:
  ― Догадываешься, откуда эта вещь, Шон?
  Таможенник скривил губы, рассматривая эмблему на воротнике, внезапно брезгливо сбросив плащ со стола на пол. В его голосе появился лёд, от которого у меня стало холодно в груди:
  ― Почём мне знать, Капитан... Скажу только ― будет лучше, если и ты забудешь о каракатице. За этим кошмаром стоят сильные и опасные люди: ни тебе со всей Городской Стражей, ни мне, ни целому гарнизону не справиться с ними... Во всяком случае ― в этой жизни, ― в глазах друга, смотревшего куда-то за меня, я увидел пустоту и обречённость. Его палец указывал наверх, и не надо было повторять дважды, чтобы понять, кого он имел в виду...
  Несколько мгновений мы молчали, и когда Шон снова заговорил своим обычным весёлым тоном, я вздохнул с облегчением:
  ― Так, довольно о глупостях. Ты ведь поймал убийцу Посла, и всё такое... Но вот что интересно, рыба моя... прости, Капитан, насколько я знаю, этот покойник последний месяц постоянно ошивался в Гавани под ручку с подозрительным монахом...
  Я напрягся:
  ― Не тяни...
  ― Мои люди следили за ними, у нас на это были свои причины. Сегодня утром на одном из торговых судов поймали пытавшегося сбежать матроса. Ребята слегка перестарались, и парня смертельно ранили. Жаль, конечно... Однако перед тем, как отправиться в ад, он сказал:
  ― Я должен кое-что передать Послу Горного Княжества, необходимо доставить это к началу Ярмарки...
  От таких слов я чуть не подскочил:
  ― Чтоб тебя...
  Капитан согласно кивнул:
  ― Мы нашли эту "посылку", но вскрывать не стали ― надо было дождаться твоего дружка Лекса, мало ли что там внутри. Тем более в городе Император... Алхимик только что вернулся из пограничного гарнизона и вот-вот должен быть здесь, я потому и позвал тебя сюда.
  Он ещё не успел закончить, а дверь уже распахнулась, впуская стремительного как ветер и такого же неуловимого, когда он позарез нужен, друга детства. Светловолосый, сероглазый северянин, невысокий и худой, изящными чертами лица напоминавший утончённых ангелов с картин прославленных мастеров Империи, был самым одарённым учёным, которого я знал и, несомненно, самым умным из нашей троицы.
  Недолюбливавший его Шон, упрямо называвший Алхимика Зазнайкой, был к нему несправедлив: скромный, совершенно равнодушный к чинам и наградам Лекс жил только ради науки, и единственным его недостатком была неспособность отказать в просьбе. Чем бессовестно пользовались все кому не лень, и потому застать друга на месте было практически невозможно ― он постоянно кому-то помогал, а, освободившись, надолго запирался в лаборатории.
  Мягко улыбнувшись ехидно хмыкнувшему Шону, Лекс открыл для меня объятья, и я с удовольствием, как в детстве, потрепал его взъерошенную шевелюру:
  ― Наконец-то явился, вечно пропадаешь неизвестно где...
  Алхимик смутился, крепко пожимая мне руки:
  ― Дела, Робин... А ты, гляжу, как обычно носишься по городу, ещё не все шишки собрал? Как только Айша тебя терпит... ― и, повернувшись к Капитану Таможни, продолжил уже серьёзным тоном, ― давай сюда "находку", Шон, посмотрим, что там такое...
  На столе появился завёрнутый в шёлковый платок деревянный ящик, и Лекс, отодвинув нас в сторону, какое-то время тщательно осматривал, ощупывал и даже обнюхивал обычную на вид коробку.
  ― Ты его ещё оближи, Зазнайка, ― фыркнул Капитан Таможни.
  Но Алхимик, нахмурившись, пробормотал с задумчивым видом:
  ― Это лишнее ― взрывчатки нет, магией или запретным колдовством не пахнет, можно вскрывать. Только вы оба на всякий случай отойдите подальше...
  Мы попятились, уже от двери наблюдая, как он осторожно крутит в руках ящик, у которого, как оказалось, не было дверцы. Пару минут волнительного ожидания и страха, что в любое мгновение он рванёт, разлучив наши усталые души с далеко ещё нестарыми телами, сменились нарастающим напряжением и желанием поучить безрукого заучку, как надо вскрывать странные посылки.
  Первым не выдержал Шон, грубо оттолкнув растерявшегося Алхимика и попытавшись, к его ужасу, попросту вытрясти содержимое коробки, словно прилипшее ко дну чаши желе. При этом отсутствие дверцы или какого-нибудь отверстия его, казалось, не смущало... Неудивительно, что результатов эта потрясающая своим идиотизмом затея не принесла, и наступила моя очередь пробовать.
  С глубокомысленным выражением лица, хмыкнув, достал из-за пояса кинжал, вскрывший на своём веку немало упрямых предметов, но, увидев, как побелел, хватаясь за сердце, друг детства, вернул его на место. Лекс облегчённо выдохнул, вытирая со лба капли пота, и я, подмигнув хмурому Главе Таможни, выхватил из ножен верный меч.
  Вот уж не думал, что наш воспитанный учёный муж умеет так складно материться: он разошёлся, не замечая, как мы с Шоном довольно улыбаемся, а когда увидел ухмыляющуюся парочку ― потерял дар речи. Беднягу трясло:
  ― Полоумные сволочи, смешно им... Игрушку себе нашли, придурки, ― расстроенный Алхимик тяжело дышал.
  Я попытался его успокоить, тронув за плечо, но он сердито сбросил мою руку, в отчаянии хлопнув ладонью по столу, но сгоряча промахнулся и попал по верхней грани упрямого ящика. Внутри того что-то щёлкнуло, и с мелодичным звуком боковая стенка отъехала в сторону, выпустив на свободу переливающийся в лучах заглянувшего в окошко солнца состоящий из переплетённых металлических нитей шар. Он пару раз качнулся и замер, подобно нашей троице, только мы это сделали с разинутыми ртами и наверняка выглядели не так блестяще...
  Шон выдохнул:
  ― Надо же, и всё такое...
  Я поддакнул:
  ― Чтоб его...
  И только Лекс затрясся от восхищения:
  ― Гениальная конструкция, вот бы узнать, как это устроено...
  Капитан конкурирующего с нами ведомства презрительно фыркнул:
  ― Хватит таращить глаза, Зазнайка. Сначала объясни нам, придуркам, что это за х... хм, штука, раз ты у нас такой умник...
  Вопрос поставил учёного в тупик, и он покраснел:
  ― Нужно время, чтобы разобраться. Возьму его в лабораторию...
  Но Шон набычился:
  ― Если я тебе это позволю. Шар принадлежит Таможне и, судя по виду, может состоять из чистого серебра...
  Почесал начавшую снова нестерпимо зудеть шею, догадываясь, что произойдёт дальше: забыв, зачем они здесь собрались, два непримиримых осла начнут торговаться, доказывая свою правоту, и это может затянуться надолго. Всегда одно и то же... А между тем, мы так и не продвинулись в деле, по-прежнему не догадываясь, зачем эта игрушка могла понадобиться погибшему Послу.
  Но тут события приняли неожиданный оборот: пока мои горе-друзья переругивались, я с любопытством протянул руку к загадочному шару, тут же её отдёрнув ― сфера очень быстро нагревалась. Её серебристый цвет заметно менялся, с каждым мгновением становясь всё ярче и ослепительнее, и, почувствовав нарастающую опасность, падая на пол, успел крикнуть:
  ― Ложись, эта дрянь сейчас взорвётся!
  К счастью, на этот раз вечные спорщики ко мне прислушались ― рядом, громыхнув задетым стулом, приземлилось тело Верзилы, успевшего схватить за шиворот Лекса, с воплями свалившегося прямо на него. Я прикрыл голову руками, но вместо оглушительных раскатов, послышались негромкое шипение и отчётливый щелчок, сопровождавшиеся звоном разбитого стекла и неприятным жужжанием...
  Забыв об опасности, я поднялся на колени, в последний момент успев заметить исчезающий в пустом проёме окна рой насекомых, очень напоминавших крупных серебристых пчёл... Встав, пробормотал:
  ― Это что ещё за... чтоб её...
  Рядом пыхтел ловко вскочивший на ноги Шон, продолжавший держать за шкирку Лекса и не замечавший, как тот выпучил глаза, задыхаясь от врезавшегося в горло воротника:
  ― Нет, ты это видел, Робин? Что за чудеса здесь творятся, рыба моя, и где шар?
  Я освободил друга детства из "удавки", ободряюще похлопав его по спине, пока тот ловил ртом воздух, пытаясь отдышаться. На отполированной поверхности стола вместо деревянного ящика в небольшой прожжённой ложбинке лежала горстка пепла.
  ― Улетел твой шар, Таможня, ищи-свищи его теперь в городе, ― на душе почему-то стало тяжело.
  Шон вдруг довольно засмеялся:
  ― А зачем мне его искать? Это работа нашей доблестной Стражи и его обожающего бег с препятствиями Капитана... Ну что, Робин, как будешь ловить этих тварей? Сочувствую, нелегко тебе придётся, ― и он ещё громче заржал...
  За что и схлопотал от меня крепкий удар под дых, что, впрочем, только усилило его веселье.
  ― Скотина бессовестная, а не друг, чтоб тебя, ― я беззлобно ругнулся, и в это время наконец отдышавшийся Лекс положил мне руку на плечо:
  ― Не переживай, Робин, я что-нибудь придумаю...
  Дверь с визгом распахнулась, и в комнату влетели взъерошенные, запыхавшиеся новички.
  ― Что случилось, Капитан? Мы ждали Вас на улице, когда вниз полетели осколки стекла, а вслед за ними... что-то ещё, ― Газ сморщил лоб, ища подходящее слово и жалобно заглядывая мне в глаза, ― простите, не успел рассмотреть. Слишком быстро всё произошло...
  Я кивнул:
  ― Запомнил хотя бы, куда полетели эти странные пчёлы?
  Его глаза расширились:
  ― Значит, не показалось... Кажется, к центру города.
  ― К Монастырским садам, Капитан, ― как обычно, влез в разговор Бин.
  Развернувшись, пожал руку погрустневшему Алхимику, недовольно рассматривавшему то, что осталось от чудесного механического ящика, толкнул в бок отсмеявшегося и вмиг поскучневшего Шона, буркнув:
  ― До встречи в "Зайце", хохотун...
  На что тот, сунув каждому в руки по большому пирогу, выставил нас за дверь со словами:
  ― Удачной тебе охоты, Капитан!
  На улице, разделив пирог между вечно голодным пополнением Стражи, указал в сторону зелёной шапки Монастырских садов:
  ― Двигаемся туда, и вот что ― если вдруг по дороге заметите посыльного от Коменданта, сделайте так, чтобы глаза мои его не видели, а то зашибу и нарочного, и вас, чтоб меня...
  Довольные ребята бодро побежали вперёд, а я поплёлся следом, даже не представляя, что теперь делать со всем этим кошмаром...
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"