Лобазов Денис Витальевич: другие произведения.

Тропа

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Тропа... она бесконечна. Она, как игла, пронзает миры. Миры-комнаты, в которых существует всё, что мы можем увидеть, а так же то, что скрыто от наших глаз. Это место уединения всех наших желаний, место просвещения и опасностей. Пройдя Тропу, станешь Странником, а нет - забвение тебе судья

   Денис Лобазов
  Сборник рассказов
  
  Тропа
  (The Path)
   
  Вступление от автора
  
  В этом сборнике собраны все мои работы по моей самой, пожалуй, странной серии рассказов и повестей. Я объединил их одним общим названием "Тропа", хотя меня в этом названии смущает несколько вещей. Во-первых, в нынешнем 2009 году вышла сумасшедшая компьютерная игра с идентичным названием, однако в этой игре действие происходит по совершенно другим мотивам и сюжетам... Я же не пытаюсьпереписывать уже существующие сказки.
  Одним словом, я надеюсь, в суд на меня создатели игры не подадут (ребят, честно, я не плагиатю!). Во-вторых, название слишком пафосное для того, что раскрывается на следующих страницах. Да, именно слишком пафосное (и можете осуждать мои слова сколько хотите, я не отступлюсь).
  Если же говорить без шуток, то замечу вновь: все тексты и стихи придуманы, а не списаны (кроме оговоренных случаев!). Авторы рисунков помечены, а люди, которые помогали мне писать эти замечательные рассказы, помечены в соавторах ниже.
  Многие рассказы писались под вдохновением некоторых снов, рожденных моей больной фантазией, некоторые персонажи как образы были взяты с некоторых реальных людей, которые были извещены об этом заранее. И замечу. Все места и действия в рассказах вымышленные и любые сходства - случайны! В "Нет отдыха ослабшим" использованы в описании местности реально существующие улицы и задворки города Красноярска, однако все происшествия остаются полностью вымышленными. Автор обязуется соблюдать все права собственности, а потому в рассказах не использованы названия и определения из источников для вдохновения.
  
  Компьютерная правка - С.А. Иконникова
  Художники - С.А. Иконникова, В.В. Архипова, Е.С. Бутенко
  Дизайн и оформление - Д.В. Лобазов
  
  В "Тропе Грёз" имена Минотавр, Лан, Танака и Отец - работа фантазии моего старого товарища по писанине Рэндома. Стоит сказать ему спасибо: несколько лет назад он дал мне первые строки "для вдохновения" из которых потом "вдохновение" раздуло в то, что вы сейчас читаете. Позже мне пришла идея заменить хотя бы "Минотавр" просто на "Сердце", но времени на это уже практически не было.
  С "Нет отдыха ослабшим" произошло, как говорится, нечто вроде. Повесть писалась буквально "на спор" с Еленой Бутенко. Как вы сможете убедиться ниже, я спор выиграл.
  "Хэй, Мистер" является нечто вроде перекрёстка с другими моими работами, в том числе с миром другой моей повести "Алые ленточки". Персонажи серий связаны, а сами повести продолжают друг друга.
  Внимание! Так же в рассказе встречаются бранные выражения и некультурные слова, а так же сцены кровопролития, насилия и жестокости, не предназначенные для чтения детьми и подростками.
  В бонусных материалах есть моменты, не вошедшие в сами рассказы. Я оставил их в сборнике только для того, чтобы вы могли улыбнуться над теми банальными и не слишком удачными моментами, которые рождаются в головах авторов во время писаний.
  
  Для гневных и злобных, письма отсылать сюда - ximeraden@mail.ru.
  Оформлено, отредактировано в 2009г, город Красноярск.
  Приятного чтения и... добро пожаловать на Тропу
  - Лобазов Д.В.
  
  Лена - обычная девочка, живущая в небольшом коконе своей жизни. Она не хочет лезть кому-то в душу, становиться страстной красавицей или идти спасать мир. Она просто пытается жить, но у некоторых личностей есть своя точка зрения, как на её жизнь, так и на её продолжительность. И когда опасность дышит в спину, а бежать уже некуда, тогда с адреналином к человеку приходит знание, которое таилось в нём долгие годы.
  
  "Тропа Грез"(Версия Данте)
  Dream Path (Dante"s Ver.)
  
  Глава 1 - Странники
  
  //1//
  
  - Госпожа Танака, госпожа Танака!
  - Да?- молодая девушка ростом чуть выше среднего, повернулась к слуге, одарив его своим холодным взглядом глубоких синих глаз. Ее пышная коса, что была чуть ниже пояса, качнулась вместе с ней. Руки в изящных кожаных перчатках невольно сжались в кулаки. Скулы напряглись.
  - Отец просит Вас к себе.
  Низкорослый человечек в коричневом камзоле смотрел снизу вверх, пытался отвести взгляд, но не мог.
  - Скажи, скоро буду, - ответила Танака, махнув ему рукой в ответ, скорее отмахиваясь, как от мухи.
  - Нет, госпожа!- Тарт потупил взгляд и продолжил уже чуть скромнее.- Он требует Вас к себе немедленно.
  Ох уж эти мао! Танака строго посмотрела ему в глаза, нахмурилась. И для пущего эффекта, прошептав: "Исчезни!", пропустила меж пальцев красную молнию.
  У человечка округлились глаза. Он отпрыгнул подальше от гневливой хозяйки, вытянулся по стойке смирно и растаял.
  - И чтобы я тебя больше сегодня не видела! - прокричала ему Танака вслед, удерживаясь, чтобы не расхохотаться. А сама подумала, что надо бы быть построже со всей этой мелюзгой вроде Тарта, а то слишком уж они стали распущенными.
  Сквозь листву деревьев пробивалось солнце, кидало пятна на травяной ковер. Роса еще не просохла и блестела подобно алмазам на дне неглубокого ручейка. День, как и всегда, выдался замечательным.
  Совсем недавно Танака пришла домой. И ей еще не надоело это вечное благоденствие ее мира, которое начинает тяготить уже на третий день пребывания здесь. Она еще была рада бродить под сенью молчаливых, совсем неопасных, деревьев, с которых, если проголодаешься, можно было сорвать любой фрукт. Надо лишь помыслить, немного помечтать: и все, готово. Здесь было хорошо.
  Здесь можно было отдохнуть. Расслабиться, погреться на солнышке.
  Но чтобы навсегда остаться здесь - никогда!
  Очень скоро девушка собиралась вернуться туда, откуда пришла. Довершить начатое. Два клана уже объединились, собрав мощную дружину, создав - не без ее помощи - разрушительные заклятия, которые можно было пустить в ход против захватчика. Но это еще не все.
  Ее люди были все же слишком слабы, чтобы начинать войну, поэтому требовалось привести в их Слой новых сильных союзников. А над тем, откуда их взять, стоило подумать - не так уж и много известно ей миров, где бы водились сильные племена с подобным устоем. Других трогать нельзя - не поймут, посеют раскол, разрушат начатое и тогда придется начинать все сначала - если что-то останется...
  Для того она и вернулась, чтобы отдохнуть, поразмыслить как следует, а после - снова окунуться в созданный ею ад.
  И она вовсе не хотела видеть отца, который, вполне возможно, опять начнет нравоучительные беседы.
  Заметив низенький дубок, что расположился на пригорке у самой обочины тропинки, Танака свернула к нему. Села, облокотившись спиной о ствол. Листва на дубке трепетала, иногда раздергиваясь подобно шторам, открывая ее лицо яркому солнцу - она жмурилась.
  "Еще немного погреюсь, и уйду", - думала она. - "Еще чуть-чуть".
  - Госпожа, Тана...
  - Сгинь! - Заискрились пальцы, щелкнула молния.
  Открыв глаза, она увидела, как догорает куст шиповника напротив, подумала: "Жаль, что так нехорошо получилось, все-таки старались - такую красоту испортила. Но вот если бы на месте этого ни в чем неповинного куста оказался Тарт..." Она мечтательно улыбнулась.
  - Танака!
  Ну вот!
  - Да, отец?
  Встала. Возле обгоревшего куста уже кружила целая стая мотылей-садоводов. Они укоризненно смотрели на нее и беспрестанно цокали языками, костеря, на чем свет стоит, свою хозяйку. Девушка только плечами пожимала.
  - Почему ты не зашла ко мне?
  - Я с дороги, отец; и хотела сперва отдохнуть и смыть грязь, прежде чем предстать пред тобой.
  - Почему не сообщила о себе по прибытии?
  - Я считала, что Всеведущий, - язвительно проговорила она, - действительно знает все.
  - Шутишь? С каких пор ты стала так разговаривать со мной?!- грозно проговорил он.
  - С тех самых...- с яростью сказала она.- Как некому стало рассказывать мне сказки, отец.
  Стал каким-то суровым, сказал только:
  - Сейчас же зайди ко мне, я уже битый час дожидаюсь твоего прихода. Не заставляй меня тратить время впустую.
  Сказал и исчез из сознания - как будто и не говорил вовсе.
  А Танака думала: "Не любит он, когда я вспоминаю мать. При упоминании сразу меняется в лице. Теряется".
  Она вышла на тропинку и двинулась в обратном направлении - туда, где величественно изогнулась в воздухе белая, с редкими черными прожилками, мраморная арка; к родовому замку, где прошло ее короткое детство - где уже никогда не встретить мать.
   
  //2//
  
  Пламя лизнуло руку. Лан лишь отмахнулся, как от никчемной назойливой мухи.
  Лодка, наконец, преодолела огненную реку, что правильным кольцом опоясывала остров, надежно отделяя его от всего остального мира. Ткнулась в береговой камень. Лан сошел на черный песок, выждал, пока лодочник отведет свою посудину подальше и скроется за алыми языками пламени.
  Потом он повернулся к огненной реке спиной и пошел прочь, в глубь каменного острова.
  Остров был не таким уж и маленьким, как казалось ранее. Чтобы замкнуть круг по берегу, ушел бы не один день. Лан подумал, что неплохо было бы проверить свое предположение, - но это в другой раз, когда ничто не будет отвлекать его.
  Сейчас же он спешил на зов, брошенный отцом сквозь Слои. Зов застал Лана, когда тот спал.
  Ему редко снились сны, но в этот раз ему повезло. Его окружал синий туман, который плыл, собирался в плотные клубки и сверкал серебром. А рядом, на том, что должно было бы быть полом, но на самом деле являлось пустотой, двигались бесшумные, причудливые тени. Изредка они меняли свои формы, оплывали, истончались, закручиваясь спиралью, поглощали друг друга, порождая новые захватывающие воображение силуэты. Было очень тихо.
  Неожиданно видение взорвала ветвистая молния. Смяла и разорвала хлипкие связи сна, закрутила туман в огромной воронке, которая, словно пылинку, всосала в себя живое существо.
  Лан оглох и ослеп - окружавшая его тьма не пропускала ни света, ни звука. Он успел подумать, что это всего-навсего кошмар, как во тьме родилось эхо.
  - Лан, - сказало оно умирая.
  Вдали развернулись контуры треугольника, и в центре его раскрылся круглый глаз.
  - Лан, - донеслось усталое эхо, - возвращайся...
  Глаз несколько раз медленно моргнул и растворился в окутавших его белесых туманных струях. Сон, ненадолго уступивший место грубой силе зова, возвращался на круги своя. Туман обнял Лана, тени невообразимо страшных и одновременно прекрасных зверей заплясали под ногами, в пустоте над головой родилась алая звезда.
  Но он уже не обращал внимания на все это великолепие.
  - Отец? - Задумавшись, произнес он. - Зачем я тебе понадобился?
  - Возвращайся...
  Сновидение взорвалось миллионами красок, подхватило волной и, словно щенка за порог, выбросило в настоящий мир. Сон ушел.
  Лан вернулся. Как возвращался много раз до этого. Как всегда.
  Много раз он бывал на этом острове. Пористые камни, в хаосе разбросанные тут и там, громоздились друг на друга, вырастая в невысокие холмы. И во всех угадывалась некоторая правильность форм, словно бесталанный скульптор пытался изобразить живое существо, но, не закончив с ним, тут же брался за другую работу.
  И действительно, все эти валуны и мелкая щебенка, шуршащая под ногами, когда-то были живыми. Впрочем, они жили и сейчас, но совершенно не замечали этого.
  Лан мог представить себе, как это тяжело: ни пошевелиться, ни вздохнуть. Только вечный холод камня в руках и голове, да ноющая боль в сердце. И мысли, потерянные и забытые, что неустанно мечутся в закоулках опустевшего мозга.
  Все эти существа желали одного - бессмертия. Они получили его. В веках. Как того и заслуживали.
  В детстве он любил посещать остров, в одиночестве бродить среди скал, думать над тем, кем были раньше бездушные камни. Добравшись до последнего, Лан остановился.
  Дафна. Прошедшая дальше прочих.
  Тысячелетие тому назад юная, но способная чародейка, ведущая свой род от магов Нижних миров, собрав армию разнообразных существ, решилась на штурм цитадели Странников. Что ее не устраивало, чего хотела добиться она брошенным вызовом, о том история умалчивает. Лану оставалось только догадываться о мотивах и желаниях превратившихся в камень существ, и наблюдать беспощадный разгром великой армии.
  Чародейка ловко умела пользоваться живыми щитами, сумев отвести ими добрую половину ударов. Братья же ее, менее искусные в магическом ремесле, не добравшись даже до середины пути, остались далеко позади. Фигуры их оплыли, не выдержав тяжести несговорчивого времени. Рассыпались серым прахом.
  Но Дафна и тут оказалась лучшей. Вот она, в длинном широком платье, навеки застыла подле черной скалы, угрюмым напоминание чужакам. Волосы ее развеваются, словно при ураганном ветре, открытый рот хватает воздух, широко раскрытые глаза полны ужаса. И рука выставлена вперед, словно девушка пыталась защититься от чего-то ужасного.
  Но Лан не чувствовал к ней ни жалости, ни злобы. Разве можно жалеть или злиться на бездушный серый камень?
  Немного постояв возле нее, Лан повернулся и вошел в ближайшую пещеру, которыми в обилии была испещрена скала, высившаяся в центре острова.
  Он ступил на первую ступеньку лестницы, ведущей вверх, и тихо проговорил:
  - Я вернулся, отец.
  
  
  //3//
  
  Холодно.
  Холод снаружи, холод внутри. Страшно.
  Бегу, не оглядываясь, хрустит лед под ногами.
  Ледяная пустыня тянется на многие лиги во все стороны, от горизонта до горизонта. Давит серое небо.
  Бегу.
  
  Жар разнесся по пещере паром, словно белая вода бурной астральной реки. Пар был горячим, он был просто огненным, только белого цвета. Лан шаг за шагом пробирался по небольшим многочисленным лестницам, грубо вырезанным прямо в скале. Его молодое лицо было напряжено. Он щурил глаза, пытаясь разглядеть, что же скрывается за пеленой пара.
  Однако он уже предполагал, что за зрелище ожидает его впереди. Справа разверзлась черная пропасть, ведущая под остров. Но страшно Лану не было. Ему было даже интересно, хотя и порой интерес заменялся налетавшей скукой. Его зеленые глаза слезились от испарений. Было такое чувство, что он идет по жерлу вулкана и вот-вот начнется извержение.
  
  Не оборачиваюсь, потому что знаю - стоит только скосить глаз, только подумать об этом... И холод останется со мной навсегда.
  Спасение только в беге. И я бегу, хоть и знаю, что все напрасно. Холод почти настиг: лег на спину, железной хваткой вцепился в плечи, окутал туманным темно-серым плащом. Совсем скоро он возьмет в железный захват шею, и я все же остановлюсь.
  Но пока есть силы, и бьется сердце, я могу бежать.
  Бегу.
  Грудь рассекает алый символ "V". Символ победы.
  Но сейчас она не со мной. Бегу.
  Спотыкаюсь, падаю, снова встаю и продолжаю движение. Это длится бесконечно долго. И бесконечность выматывает, туманит мглой глаза. А холод все крепче, все жестче хватка. Задыхаюсь.
  
  Подняв голову вверх, Лан увидел под каменным сводом огромный V-образный знак с неясными черточками и рунами внутри. Тяжело вздохнув, Лан медленно покачал головой, слегка склонив ее. Остановился, положил руки на талию, отдышался. Еще раз, посмотрев на знак наверху, он пробурчал что-то непонятное, но точно ругательное, хотя это ему было и запрещено.
  - Кеоко.- Прошептал Лан.- Брат, что ты тут делаешь?
  
  Железные сапоги, как заведенные, бьют о лед так, что мелкое острое крошево разлетается на десятки футов вокруг. Руки, закованные в латные перчатки, ритмично рубят застывший воздух, струи пара вырываются из расширяющихся ноздрей.
  Бегу.
  Но все пронзительнее, все тоньше игла, упертая в спину. Скоро она истончится до невидимости. Но не исчезнет, а на краткий миг подастся вперед и насадит меня на свое тело, словно коллекционную бабочку.
  Спасение в беге. Но движения уже тяжелы, и трудно дышать. Холод все сильнее и жестче его хватка. Давит, давит неподъемным грузом серое небо.
  И силы - ноги, руки, голова - подводят. Спотыкаюсь.
  Падаю.
  
  - Итак, ты пришел! - Разнеслось гулким эхом по всей пещере, оглушая и чуть не сбивая с ног Лана. Тот удержался, крепко ухватившись за небольшой посох, который держал в руке. Раздался приглушенный смех, словно огромное существо в глубине этой горы наблюдало за Ланом, считая его каким-то ничтожеством.- Очень мило с твоей стороны навестить меня за первую полутысячу лет.
  Придерживаясь одной рукой за теплый камень пещеры, Лан продолжил подниматься по лестнице. Подняв голову еще раз, он с радостью заметил, что совсем недалеко осталось до еще одного прохода в стене, откуда тек не слишком яркий, но все же свет от огня. Лан хищно улыбнулся: он у цели.
  
  Пытаюсь встать - не выходит. Как ватные стали ноги. Гудит в миг ослабевшая голова. В горле стал комок, злые слезы туманят взгляд. И руки - послушные, верные, всегда спокойные руки - в бессильной ярости колотят о лед. Летят во все стороны белые осколки и скопившаяся от жара металлического тела вода.
  Холод почувствовал, что добыча остановилась и уже не сопротивляется - окружил, усилил хватку, потянулся к горлу, подобрался к горячему комку сердца.
  Сил не осталось. Обвисшие плетьми руки и ноги, безвольная голова и глаза почти погрузились в вечный холод тьмы. Умираю.
  Я так не хотел меняться...Но это единственный путь к спасению.
  Кричу!
  О чем...зачем...
  Меняюсь.
  
  - Честно говоря, я даже удивлен!- Проговорил рокочущий голос.- Я даже не подозревал, что ты можешь нанести мне визит.
  - Я и не собирался этого делать.- Сказал своим крепким голосом Лан, внимательно наблюдая за каждым движением вокруг.- С тех пор, как ты был перевоплощен Отцом, ни я, ни Танака не собирались навещать тебя. В тебе есть еще некоторые черты человечности, я чувствую их в твоем голосе. Неужели столько сотен лет тебя ничему не научили, брат?
  Заглянув наконец-то за угол прохода в камне, Лан увидел, как огромные крылья взметнулись под каменный потолок, а огромный змеиный хвост проскользил мимо него. Огонь ударил в каменные стены.
  
  Тело рвет дикая боль. Корчусь в бесконечно долгих судорогах.
  В это время внутри происходят необратимые уже процессы: ткани изменяют структуру, мышцы приобретают другую форму, направленность и цвет, мозг буквально выворачивается наизнанку в тесной клетушке черепа.
  Глаза принимают желтый цвет, и зрачки складываются в вертикальные полосы.
  Изгибаюсь в последнем спазме - увеличиваюсь в размерах. Из горла рвется звериный рык. Суставы встают на новые места, удлиняется шея, отросшие клыки царапают губы. Рвется кожа на спине и плечах, давая свободу крыльям.
  Лед, истончившийся от выделения огромного количества тепла, не выдерживает, и я падаю в черную мрачную воду.
  Совсем не холодно - прочная чешуя, покрывшая тело, надежно защищает меня. А новое, более совершенное зрение позволяет увидеть дно. Взмах крыльев и в какое-то мгновение оказываюсь у него.
  Здесь тоже лед и холод, но мне он уже не страшен. Отталкиваюсь от дна лапами, заменившими мне ноги, помогаю крыльями и, взломав телом толщу льда, серебристой кометой взмываю в серое небо.
  Крылья еще тяжело бьют о неподатливый бездвижный воздух - с их кончиков срываются серебристые капли и тут же застывают, опадая тонкими прозрачными льдинками. Рвется шумное дыхание, безуспешно пытаясь заглушить ноющую боль в сердце.
  Я уйду. Ничто больше не держит меня в этом мире.
  Ведь я не Странник
   Я - Дракон.
  
  Огромный желтый глаз посмотрел на Лана. Огромный рот искривился в зловещей ухмылке; из него случайно вырвались мелкие языки голубого пламени. Когтистые ящероподобные лапы ударили в каменный пол, сотрясая его крупной дрожью. Лан из последних сил пытался устоять на месте.
  Дракон сложил свои огромные крылья, вновь ложась на каменный пол, усыпанный золотыми монетами, слитками и прочими золотыми изделиями. Кеоко вновь лег на живот, лишь держа свою большую голову над Ланом, изогнув свою шею наподобие буквы "S". И вновь рокочущий смех донесся из его глубин.
  - Почему бы мне тебя просто не съесть?- Подумал в слух Кеоко, прекращая постепенно смеяться. Обычный человек давно бы валялся в конвульсиях, не выдержав столь громкого звука, еще усиленного акустикой пещеры. Но Лан спокойно стоял, яростно и молча, смотря на своего старшего брата. Кеоко ненадолго задержал на нем ответный взгляд, затем слегка покачал семиметровой головой.- Не понимаешь ты человеческих шуток. Ты вообще путешествуешь по Слоям?
  - У меня было видение.- Осторожно начал Лан, спокойно и медленно прохаживаясь по огромной пещере, но, не сводя взгляда с брата.- Отец позвал меня, и зов его шел из этой части Слоя. Я понятия не имел, что ты здесь находишься. Возможно, я ошибся? Может, это ты позвал меня?
  - Я?!- Выкрикнул дракон и рассмеялся так, что с потолка посыпался камень кусочками, и пол начал ходить ходуном. Лан присел на колено: он не мог удержаться на этот раз. Через несколько минут Кеоко успокоился, облегченно вздохнул и радостно посмотрел на младшего брата.- В тебе тоже есть немного человечности! Ты такой шутник! Ой... Не могу. Я так не смеялся очень много сотен лет... Нет, конечно! Я не могу позвать тебя! Если ты не заметил, я - дракон. Отец лишил меня всех моих былых способностей и силы. Нет, не я звал тебя.
  - Тогда отец.- Кивнул Лан.- Но зачем? Этого никогда не бывало. Я имею в виду... Зачем он привел меня к тебе? Он же запретил нам с Танакой даже думать о тебе. Что-то тут не так.
  - Танака...- Протянул, словно наслаждаясь, дракон.- У вас еще такие же милые "братские" отношения? Вас больше не заставали целующимися в саду?- Лан яростно скривился. Кеоко изменился в лице, стал более серьезным.- Все начинается с греха, братец. Дай, угадаю: вас держат подальше друг от друга?- Дракон усмехнулся.- Любовнички...
  - Держи свой змеиный рот на замке!- Посоветовал ему Лан.- Я волен, делать с тобой что угодно. Братские чувства у меня отсутствуют. Так что смотри, чтобы я твою шкуру не продал кому-нибудь на этом Слое.
  - Да кому она тут нужна-то, моя шкура?- Слегка махнул рукой Кеоко.- Все начинается с греха. Мой грех был намного сильнее твоего. Вот я и тут. Я долго искал свой дом и нашел его здесь.- Дракон вздохнул.- Здесь хорошо, в Слое ада. Спокойно и тихо. Ничего особенного конечно, но...
  - Но ты поддался ему.- Упрекнул его тихо Лан.- Нам разрешено разрушать миры, путешествовать между ними. Но ты... Ты создал свой собственный мир. Древние манускрипты говорят: самый большой грех - создать свой собственный мир, это может уничтожить Минотавр. Может убить нас. Теперь Минотавр утерян. Из-за тебя. А мы тогда были почти у цели.
  - И я воспользовался этим.- Просто кивнул Кеоко.- Я много чего уже слышал от Отца. Но от своих слов я не откажусь: он - старый маразматик. И не смотри на меня зверем. Я знаю, что ты можешь меня за несколько секунд разметать по этой пещере. Но я был во многом человечен даже тогда, когда жил на самом верхнем Слое. Не такой как вы. Меня обучала наша мать. Она заслуживала лучшего места для жизни после смерти. Разве нет...
  - Она не хотела, чтобы ты преступал грань вековых законов!- Отрезал Лан, подойдя к брату вплотную и со всей силы ткнув ему посохом в лапу. Тот даже не шелохнулся, не издал и звука.
  - Возможно.- Наверное, если бы Кеоко был бы человеком, он пожал бы плечами.- Но я уже преступил их. Уж лучше я буду драконом, чем одним из вас. Кстати, быть драконом не так уж и плохо... Скажи, вы же до сих пор ищете Минотавр?
  - Тебя это интересует?- Нахмурился Лан.- Я уже долгое время живу на средних Слоях, творю там некоторые небольшие детали. А Танака ищет до сих пор. Она создала на верхних слоях целый ад: война целой тьмы существ. И все это ради того, чтобы найти Минотавр. Она верит, что он находится где-то на нижних Слоях. И...
  - Так и есть.- Оборвал его Кеоко.
  - Что?!- Словно взорвался Лан, резко вскинув голову, с надеждой посмотрев на улыбающегося брата.
  - Она права.- Кивнул тот и усмехнулся.- Сколько суеты из-за какого-то камешка. Отец знает, как его достать и он воспользуется сестрой, чтобы достичь своей цели. И тобой тоже. Неужели ты не видишь этого? Только честно. Да, возможно он звал тебя, но что-то сбило зов, и он привел тебя сюда, ко мне.
  - Так кто же это мог быть, если не ты?!- Было видно, как на молодом лице Лана проступили мелки морщинки: его одолевала ярость.
  - Возможно, наша мать.- Внезапно тихо предположил Кеоко. Лан тут же сразу успокоился, расслабил руки и отошел к стене. Дракон смотрел на него с неподдельной скорбью.- Она-то могла. Ты не думал об этом? Ее дух живет в наших сердцах, связывая нас. Порой я слышу ее зов по ночам. Она зовет меня...
  - Куда?- Как-то тупо спросил Лан.
  - Далеко.- Просто ответил Кеоко.- Иди уже к отцу: он заждался, наверное, тебя. Только помни: он сделает все, чтобы достать Минотавр. Он уже ставит себя выше богов. А с камнем.- Дракон сделал паузу, закрыл глаза на время.- Ни ты, ни Танака, не послушаете старшего брата. Особенно сестра. Просто помни мои слова, а самое главное помни, что ничего не происходит просто так: ты не зря оказался здесь. Отец на том Слое, где он обычно и находится. Чуть выше.
  - Хорошо.- Кивнул Лан и уже собрался уходить, но вдруг резко остановился и посмотрел на своего брата.- Но как все же найти Минотавр?
  -Отца спроси.- Кинул небрежно Кеоко, положил голову на золотые слитки и задремал.
  
  //4//
  
  Взрыв завис на горизонте, словно второй рассвет. Все вокруг было озарено желтым светом разрушения. Ударная волна давно обрушилась на берег, раскидав мелкие камешки в разные стороны. Желтые полосы света ложились неровными линиями на весь берег. Свет затмил собою рассвет, словно запрещая солнцу вставать. Стало на удивление тепло. Тишина... И мелкими белыми хлопьями падали вниз белые снежинки... или пепел... Не известно. Было страшно. Просто страшно то ли от случившегося, то ли от грядущих перемен.
  Два желтых столба, подымающихся от земли, тянувшиеся до самых небес, освещали его окровавленное бледное лицо. Он лежал на мокром песке, обдуваемый холодным морским ветром, лежал с открытыми зелеными глазами и смотрел, как металлические раскаленные осколки падали с небес. Страшно. Желтая вода моря била по его ногам налетающими волнами. Ядовитая вода. На Венере ее было слишком много. Поэтому питьевая вода была ценным товаром. Но Данилу сейчас было абсолютно все равно. Он неподвижно лежал на пустынном берегу рядом с разбитым катером, дырявым, словно сыр, от бронебойных пуль. В катере лежали мертвые тела его товарищей. Все мертвы. Взрыв был настолько сильным, что стер целый мегаполис с лица планеты. Излучение иссушило тела людей и сделало их больше похожими на мумий. Но Данил держался. Хоть сил и не было. Он держался из последних сил. Он привык сражаться за жизнь свою и за жизни многих других.
  -Вставай!- Кричала истошно в его голове Векстда.- Вставай и дерись как истинный Слеер! Не будь размазней!
  "Стар я стал для такого дела...- Подумал Данил, молча лежа на песке, смотря полузакрытыми глазами на утихающий взрыв, уже даже не слыша, как паразит в его голове оглушающее кричит.- Ну что я такого сделал? Былые дни уже позади. А это...- Слезы появились на его лице и тут же исчезли, поглощаемые венерским излучением.- Мы даже не поцарапали его. Даже не смогли повредить. Один человек уничтожил миллионы..."
  -Как ты думаешь, кто это был?
  Данил сузил взгляд и попытался перевалиться на спину. Кто это был? Он не знал. Он гнался за чем-то. Он искал что-то. Он был зол, как тысяча разъяренных химер. Кто это был? Он был не один. Они... сражались. За что-то... Но за что? Это был секрет. Да и Данилу уже было все равно: смерть была ближе.
  -И ты надеешься, что умрешь?- Послышалось где-то над его головой. Крепкий мужской голос разрубил тишину. Данил с ужасом заметил, как кто-то склонился над ним, заслоняя огромное солнце. Лица этого человека было не видно: тень легла на него, да и сам Данил уже мало чего мог разглядеть.- Ты решил сдаться им?
  -Но они уничтожили там все.- Прохрипел через силу Данил.- Одним взмахом подняли пол города в воздух. Они управляли Потрошителями, как ручными собаками. Они изрезали ткань мироздания так, что там теперь ничего не будет до конца веков. Только смерть. И даже Слееры не смогли противостоять им. Хотя раньше мы справлялись...
  -Но ты жив.- Резко, но мелодично оборвал его человек. Затем он наклонился и Данил разглядел его лицо. И даже Векстда в его голове замолчала на некоторое время. Данил непонятливо посмотрел на него. Человек очень мягко улыбнулся.- Дай руку мне, друг мой. Мне нужна твоя помощь.
  
  
  //5//
  
  - Ты заставила меня волноваться.- Мужчина в возрасте, облаченный в красивое белоснежное средневековое платье из мягкого и дорогого материала, больше похожее на робу, взял бокал красного вина с круглого деревянного стола и прошелся вдоль большой комнаты, которая была его кабинетом.- И, должен сказать, мне это не понравилось.- Он медленно обернулся к Танаке, робко стоящей за его спиной в дверях, и посмотрел на нее строгим взглядом.- Очень не понравилось.
  Солнце вливалось в эту комнату мягкими линиями теплого света, через открытое окно врывался теплый ветерок, обдувая их волосы. Танака стояла в тени, смотря как Отец рассматривает ее.
  - Ни приветствия, ни почести.- Усмехнулся старик, отведя взгляд.- Знаешь ли ты, дочь моя, почему меня называют Всеведущим?
  - Потому, что нет равного тебе и твоим способностям.- Пожала плечами она.- Ты знаешь мудрость, которую не постигли другие.
  - Верно.- Кивнул тот и сделал короткий глоток из бокала. Затем постоял немного и воскликнул тихо:- Ах! Прелестное вино, лучше, чем могут предложить обычно эти карлики-недоноски.
  - Ты как всегда проницателен...- Танака посмотрела на его удовлетворенное лицо и сделала короткую паузу, скрывая злобу.- ...Отец. Раз так, ты должен был знать, что Переход между Слоями действительно задержался, и я не смогла явиться так скоро, как надо было.
  - Ты не отличаешься пунктуальностью, как и твои братья.- Покачал головой старик, выйдя на балкон, сложив руки за своей спиной. Танака слегка дернулась при упоминании о братьях и быстро проследовала за ним.- Хотя воззвал только к Лану. Он тоже не появился.- Отец обернулся к дочери и встретил настороженное выражение лица. Под балконом открывался дивный зеленый сад, где недавно была Танака. Мотыльки-садовники трудились над его поддержанием, сбиваясь в стайки и используя свою магическую энергию, заставляя растения вырастать быстрее. Они были на седьмом этаже, и за садом можно было разглядеть большой белокаменный город, поражающий сознание обычных смертных своей красотой и светом. Это был город света Эмио, находящийся в Слое, который просто обожал Отец уже много сотен лет, если не более тысячи. Небольшой и воинственный мирок, в котором все населявшие его существа даже не подозревали обо всех тайнах, скрытых в нем. Танака любила этот Слой. Ее мать любила этот Слой и даже неоднократно помогала местным жителям против воли Отца. Танака склонила голову, посмотрев горько в каменный пол. Их мать ушла, и Кеоко помог ей в этом.
  - Лан всегда любил опаздывать.- Сказала тихо Танака, встретив сердитый взгляд отца.- Но никогда не гневил тебя. Что-то помешало ему.
  - Я на это очень надеюсь.- Вновь подобрел Отец и прислонился к каменным перилам балкона.- Его самовольное изгнание на Внешние Слои уже заставляют задуматься о его разумном состоянии. Поэтому дело, которое у меня есть, я хочу поручить именно тебе.- Отец, слегка повернул к ней голову и сузил взгляд.- Я не хочу, чтобы Лан мешал тебе.
  - Дело настолько важно?- Спросила Танака, смотря на Отца исподлобья.
  - Минотавр.- Лишь сказал Отец. Этого хватило для того, чтобы зрачки Танаки расширились, руки пошли мелкой дрожью, а челюсть слегка отвисла. Отец улыбнулся.- Есть Странник, который верен мне уже около пяти сотен лет. Имя ему Самарилл. Он рассказал мне о существе, которое знает, где осел Минотавр. Точное местоположение камня!
  - Так чего мы ждем?!- Взорвалась Танака, сделав смелый шаг вперед. Но, встретив пронизывающий взгляд Отца, тут же отступила назад, понимая, что его самолюбие лучше не задевать.
  - Вся загвоздка в том, что никто не знает, что это за существо.- Пояснил Отец.- Никто, кроме одного из драконов, обитающий в одном из Внешних Слоев. Никто, кроме Кеоко, твоего родного брата.
  - Ты хочешь, чтобы я разузнала это и взялась за поиски Минотавра?- Глаза Танаки зажглись.
  - Нет.- Лишь покачал головой Отец.- Минотавр - это древняя реликвия, сердце первого Странника, в которое вливаются силы всех Всеведущих.- Отец сделал паузу, увидев непонимание в лице Танаки.- Если с ним что-то случится, мы можем погибнуть, мы можем лишиться всего. Однажды так и получилось из-за халатности Кеоко, уничтожившего вашу мать. С тех самых пор ни один из Странников не встречал Минотавр. Я не хочу упустить его и в этот раз.- Отец говорил очень спокойно и рассудительно, но чем больше его слов было сказано, тем больше у Танаки появлялось чувство, что на нее кричит огромная толпа. Наконец Отец смягчил лицо и подошел к дочери.- Я хочу, чтобы ты узнала, на каком Слое находится Минотавр. Дальше я справлюсь сам.
  - Как пожелаешь, Отец.- Сказала Танака и сделала низкий поклон, придерживая в ножнах меч. Еще раз, посмотрев на него, девушка резко развернулась и направилась к выходу.
  - Переход откроется сегодня вечером, до этого времени можешь побыть в моих угодьях, коль ты так любишь этот Слой.- Раздалось ей вдогонку. Танака остановилась.- Ибо я люблю его так же сильно, как и ты, как и твоя мать... Как продвигается твоя война на Верхних Слоях?
  Это было совершенно не важно Отцу. Танака даже не знала, зачем он вдруг это спросил. Обычно, ничто так просто не было сказано Отцом, но на этот раз никакого подвоха Танака в этом не чувствовала. Неужели, Отец вдруг решил спросить, как у нее дела?
  Невозможно!
  Как ответить? Кланы начали войну давно, но никак не могли ее закончить. Для Танаки это было развлечением, не больше. Как ответить? Не ответить - почти подобно смерти...
  - Я выигрываю.- Многозначно ответила она, развернувшись на секунду, затем вновь резко развернулась и исчезла в дверном проеме.
  Проследив взглядом за тем, как она идет вниз по лестницам, Отец вернулся вновь на балкон и рассмеялся заходящему солнцу.
  
  
  //6//
  
  Он оказался в центре торнадо, кидаемый сильнейшим ветром, как песчинка. Раскаты тысячи молний мгновенно оглушили, заставили сжаться, закрыть глаза. Но никакая боль в сознание не проникала. Даже наоборот: приятное тепло растеклось по венам, давая мозгу способность работать быстро и четко. Это случалось каждый раз, когда происходил переход. На несколько секунд, показавшиеся вечностью, Лан потерял всякое представление о том, где небо, а где земля. Да что уж там! Он не понимал где он, а где его душа. Все закрутилось вокруг в диком хаосе, взвинчиваясь и прекращая иметь какую-либо физическую оболочку. Опора ушла из-под его ног, кожа потекла по его скелету, что-то вроде яйца поглотило его, а затем его фигура разделилась на три цепи, которые упали вниз, и...
  Через секунду Лан открыл глаза и почувствовал на лице капли мелкого но частого дождя, который уже успел вымочить его одежду насквозь . Он ровно и твердо стоял на ногах уже в другой одежде. И выглядел он уже совершенно по-другому. Но это оставался все тот же Лан. Странник.
  Он оглядел сначала себя: синие джинсы, крепкие кроссовки, кожаная куртка - все, что осталось от его средневекового наряда. Неплохая замена, учитывая то, что обитатели этого Слоя наверняка не поняли бы его, увидев в его обычной одежде, к которой он уже привык. Ростом он остался вроде того же, возможно стал только чуть повыше. Остальные детали были не так важны для него. Лан не собирался задерживаться здесь. Он уйдет, как только найдет возможность, ведь явно он попал опять не туда, куда хотел. Однако это место намного ближе к тому, где живет Отец. Лан уже подумал, что зов не стоил всего этого путешествия, но не ответить на него, и не явиться перед Отцом слишком...противоречило инстинкту самосохранения .
  Лан осмотрелся вокруг. Вокруг был лес. Хвойный.
  Ели окружили его, словно враги, дождь лил с неба, словно огромный душ. Было достаточно светло, чтобы разглядеть все вокруг, но свет этот был серым, как это бывает в пасмурные весенние дни. Где-то вдалеке собирался в непроницаемую взглядом пелену белоснежный туман. Было тихо. Ни одно живое существо не нарушало покоя этого места. Даже птицы, обитатели выси, попрятались от чужого взгляда. Лишь какой-то зверь шагал вдалеке, где-то в тумане: было видно лишь его серую шкуру и длинные шипы-лезвия на мощной спине. Зверь напоминал огромного волка и явно боялся подходить ближе: Лан чувствовал это обостренными животными инстинктами. Если честно, ему вовсе не хотелось встречаться с этим "милым зверьком". Лан выпустил изо рта облачко пара.
  Деревья были очень зелеными, словно климатические условия на этом Слое были весьма благоприятными, но, посмотрев в другую сторону от тумана, Лан увидел нечто интересное на склоне небольшой горки, куда и вела тропинка, на которой стоял Лан. Это был высокий забор из железных прутьев в палец толщиной, разбитый в одном месте, чтобы люди могли спокойно проходить через него. Признак того, что на этом Слое обитают средне технологичные люди, не способные даже вырастить себе крылья. "Люди" - это слово уже вызывало дрожь в суставах Лана оттого, что эти несносные создания вечно норовили лезть туда, куда не следует, красочным свидетельством чего может быть этот разлом в заборе.
  Лан поднял голову, глотая холодные капли дождя ртом.
  Неба не было.
  В прямом смысле.
  Лишь черный непрерывный слой заполнял небесное пространство, словно Лан находился в какой-то запертой коробке. Не было ни солнца, ни облаков, ни звезд. Ветра тоже не было. Лишь дождь, капавший неизвестно откуда. Возникало такое ощущение, что над ним разверзлась бесконечность, в которой может скрываться что угодно. Или того хуже: пустота.
  Лан поймал себя на мысли, что не знает, в какой Слой попал. Он не был знаком парню, Лан здесь еще ни разу не был. Он сузил взгляд, глядя на сломанную стену. Так может на этом Слое обитает именно тот, кто послал зов. А Лан уже спутал его с Отцовским...
  Лан покачал головой - быть этого не может. Какая-то сила привела его сюда. Это было нечто вроде приглашения.
  Он сделал шаг. Шишка треснула под ногой. Лан остановился и прислушался, не шевелясь, упрямо смотря вперед. Ничего: лишь шум дождя, лившего с неугасающей силой. Ветра не было. Он не знал почему, но это так же сильно насторожило его. Почему нет ветра?
  Появилось чувство, что он стоит на земле, на которой умерло все живое очень много сотен лет назад. Что несносные люди, обитавшие здесь, уничтожили мир, в котором жили, оставив лишь черноту над головами.
  Лан пошел по тропинке, медленно поднимаясь на горку. Через пару минут, испуская изо рта облачка пара, он добрался до сломанной стены и аккуратно пролез в пролом, ворча себе под нос нечто о том, что вода залилась за шиворот. Сделав еще пару шагов вперед, он очутился на асфальтированной дороге, так же ведущей в горку. Посмотрев вниз, Лан увидел, что дорога шла под гору около ста метров, а потом резко уходила налево. Там же, под горку, находилась автобусная остановка. На небольшой табличке рядом на столбе было написано желтыми буквами по-русски: " "Конечная", 999". Сначала название, потом номер автобуса, проходившего здесь. Лан пожал плечами и посмотрел на вершину горы.
  Там, раскинувшись, словно огромная башня, стояла серая панельная девятиэтажка, крыша которой уходила далеко вверх, словно до самой черноты. Это зрелище поражало и ужасало. Девятиэтажка словно звала Лана, хоть он и с любопытством рассматривал ее, замерев на месте.
  ЛАН!
  Лан вздрогнул и широко раскрыл глаза, слегка ошарашенный зовом, который ударил в его голове колоколом, раскинувшись по чувствам сотней новых красок. Был ли это Отец, или то, что скрыто в этом здании? Лан это выяснит.
  Парень, поправив куртку на плечах, быстрым шагом направился к "башне", не в силах выносить больше этот дождь.
  
  
  Глава 2 - Кровная Линия
  
  //1//
  
  Дождь не прекращался, делая асфальтированную дорогу скользкой, темной и чистой. Ни одна машина не проехала здесь за очень долгое время, ничто не нарушало спокойствия, царившего здесь. Лан поднял голову еще раз. За падающими каплями дождя виднелась темнота, пугающая пустота над головой, из которой лился дождь. Естественно, солнца не было видно, но серость вокруг можно было назвать ранним весенним утром. Шел дождь, а вместе с ним на дорогу из леса выползал молочный туман, так плавно и осторожно, словно он был живым. И самое противное было то, что что-то живое было в нем. Одежда Лана постепенно промокала до нитки.
  Все в этом Слое было странно, выходило за рамки обыкновенного. Лану не нравилось это место, но пройти его нужно было. Он уйдет лишь тогда, когда найдет волну между Слоями, которая откроет проход. Лан перевел взгляд на огромные механические двери, открывающие вход в девятиэтажку. Ему не нравился этот вход, особенно то, что обычную подъездную дверь заменял огромный железный люк, типа тех, что ставило правительство в военных бункерах. Ему нужно было попасть туда и забраться на крышу. Но Лан стоял перед входом в единственный подъезд и просто смотрел на вход холодным взглядом.
  Он просто не мог представить, что могло ждать его внутри. Но что бы это ни было, Лан должен быть готов.
  Во многих других мирах он мог бы одной мыслью взобраться на крышу здания с помощью левитации, но здесь на него именно с этой стороны действовали Ограничения, не давая абсолютно никак не воздействовать на воздух или астральный мир. Вообще здесь, как заметил Лан, астральный мир вообще словно отсутствовал. Словно никто здесь никогда и не умирал.
  Это еще сильнее насторожило его, и все же заставило шагнуть вперед на крыльцо: выбора ему явно не оставили. Не заходя в подъезд, Лан разглядел внутри довольно широкую лестницу, расходящуюся в разные стороны, очевидно, одна часть вела к лифту, а другая к более узкой лестнице, уводящей куда-то на верхние этажи. На небольшой лестничной площадке стоял некто сгорбившийся худощавый, в серой мантии. Этот кто-то держал в левой руке длинный меч. Лан всегда был готов как к атаке, так и к защите, но сейчас его сверхбожественные чувства подсказывали, что драться пока ему не предстоит.
  Сделав несколько шагов вперед, он ничуть не удивился, что механическая дверь автоматически захлопнулась за ним, закрывшись на несколько толстых засовов, словно закрывая его в банковском хранилище. Напрягая все свои чувства, Лан медленно поднялся по трем ступенькам, приближаясь к существу с мечом, которое подняло голову и широко улыбнулось лицом без губ.
  Он напоминал человека лишь отдаленно, только основными признаками. Острые клыки выступали из-под губ, красные хищные глаза смотрели на парня со словно разгорающимся в их глубине пламенем. Волос под капюшоном мантии не было видно. Лицо, в районе переносицы перебинтовывали грязные бинты. Существо, по мере приближения Лана, доставало из-за своей спины правой рукой резной деревянный посох, украшенный в первобытном стиле, такая отделка обычно олицетворяла нечто ужасное, всепожирающее.
  Лан остановился в метре от существа, и оно начало тихо и хрипло смеяться, сгорбливаясь еще сильнее.
  - Добро пожаловать на Тропу снов, Странник.- Прохрипело оно, поднимая к парню хищный взгляд.- Я - Сноходец. Я путешествую по Тропе беспрепятственно и встречаю случайно заблудших сюда Странников.- Существо улыбнулось еще шире.- Таких, как ты, Лан.
  - Ты знаешь мое имя.- Понятливо кивнул тот, хитро посмотрев на Сноходца.- Наверняка знаешь так же кто я такой.
  - Ты средний сын Всевидящего Отца, великого разрушителя, самого слова "Хаос".- Сноходец улыбнулся.- Не знать ваше семейство просто невозможно. Вы самые знаменитые Странники из всех. И самые могущественные, без сомнения.- Вдруг Сноходец нахмурился.- Но, здесь, на Тропе, свобода дастся тебе тяжело, ибо Ограничения действуют на тебя здесь больше, чем где-либо еще. Учти это, если хочешь пройти ее до конца.
  - Тропа...- Повторил Лан, задумчиво глядя в пол.- Так что же такое, эта Тропа?- Поинтересовался аккуратно Лан, поднимая взгляд и осматривая тусклый подъезд девятиэтажки.
  - Тропа - это пристанище всех снов, любой мечты и каждого воспоминания, которые только могут быть у обитателей Слоев.- Произнес Сноходец.- Поскольку Слои делятся на типы: Внешний, Верхний, Средний, Низший, Внутренний, Астральный, Высший, Нижний и Общий. Постольку Тропа - это девятиэтажное здание, у которого каждый этаж - это свое скопление Слоев. Вход за твоей спиной. Выход, как ты уже, наверное, заметил, на крыше.
  - Вот почему снаружи не было астральной проекции.- Проговорил скорее себе Лан.- Все снаружи - это лишь красивая оболочка для новоприбывших на Тропу. Кажется, я начинаю понимать...
  - Не только.- Прервал его размышления Сноходец.- Там еще находится и то, что смогло вырваться с Тропы, либо то, что ею порождено. Тропа - это путь каждого Странника. Каждый из таких как ты проходит Тропу, либо остается на ней. Навсегда. Рано или поздно, когда Тропа решит, что время пришло, ты попадаешь на нее и идешь до конца.
  - Итак, я правильно понял? Я оказался на Слое, где со мной собираются играть.- Развел руками слегка возмущенно Лан.- Кто создал Тропу, кто задал правила этой глупой игры для Странников?
  - Слои.- Лишь ответил Сноходец и поднял указательный палец правой руки, которая сжимала посох.- В ту сторону лифт. Лестница разрушена, и ты не сможешь подняться пешком. Лифт сломан: он перемещает тебя между этажами так, как ему вздумается. Кроме лифта есть еще шахта лифта. Она настолько широкая, что по ней можно спокойно перебираться между этажами, не беспокоясь о лифте. Проблема лишь в том, что если ты будешь идти по шахте, все создания, рожденные Тропой, накинуться на тебя. Они не потревожат твою телесную оболочку, но будут грызть душу, высасывая из нее все твои воспоминания, пожирая хорошие, оставляя тебе лишь самые ужасные, которые тут же всплывут в твоем мозгу.- Сноходец снисходительно посмотрел на Лана.- Либо даже такой крепкий рассудок, как твой помутится, либо ты доберешься до верхних этажей, но, уверяю тебя, ты сможешь пробраться не выше одного этажа. А выход на крышу на девятом.
  - Все предельно ясно.- Кивнул Лан, хмуря брови.- Я должен путешествовать по Тропе, пока не окажусь на самом верху...- Он перевел яростный взгляд на спокойного Сноходца.- Да ты, верно, сам с ума сошел, пока находишься здесь. Слои - это не игра на выживание. Я столько путешествовал, но ни разу не забредал в это место. Ни Отец, ни Мать мне про него не говорили. Подумай дважды, горбун, есть ли отсюда иной выход, пока не распрощался с головой и со своей душой!
  Ответом на эту открытую угрозу было лишь сухой и резкий хохот Сноходца, который при этом даже слегка согнулся пополам. Лан удивленно посмотрел на него и с ужасом начал понимать, что тот не врет.
  - Убей меня, Странник.- Прохрипел Сноходец, поворачиваясь к Лану спиной и открывая ближайшую дверь в квартиру.- Я все равно появлюсь в любом другом месте Тропы, этого здания. Да и души у меня нет, как, впрочем, и телесной оболочки. И кто знает, может, мы еще и встретимся ...- Сноходец посмотрел через плечо на раздраженного парня.- Спеши выйти с Тропы. Ценой награды за это будет тебе мудрость. И понимай, что правила написаны не мной. Их написали Слои, когда создавались. Это ты тоже поймешь позже... Если, конечно, это "позже" для тебя наступит.
  Сказав это, Сноходец вошел в темную комнату квартиры, дверь за ним мгновенно захлопнулась, раздался металлический щелчок замка. Лан несколько мгновений смотрел ему вслед, прокручивая в сознании краткий разговор, затем он медленно подошел и попытался открыть дверь, за которой тот исчез - безрезультатно. Оставался лишь один выход. Парень косо посмотрел на закрытые дверцы лифта, виднеющиеся сбоку. Это опасно, но, кажется, другого пути у него нет. Это была слишком продуманная игра, что Лану с ней спорить.
  Мужества у него было достаточно. Особенно для того, чтобы подойти к лифту, нажать на кнопку. А, когда дверцы откроются, войти в кабинку...
  - Великолепно...- Обреченно выдохнул Лан, раздраженно поднимая голову наверх и закрывая глаза.- Просто лучше быть не может.
  
  
  //2//
  
  Пламя лизнуло руку. Танака почувствовала резкий порыв ненависти, резко взмахнула рукой и обратила пламя в лед, который растаял через секунду. Испуганный моряк океана огня, растерянно закутался в свои плащи и постарался сосредоточиться на управлении лодкой.
  Рассержено потирая обожженную руку, она зверем смотрела на каменный остров, открывающийся ей впереди. Насколько хватало зрения, на нем не было ничего зеленого, или хоть чего-то, напоминающего о жизни, лишь эти злосчастные статуи Странников - неудачников! Все это просто приводило Танаку в бешенство. Она ненавидела этот Слой и прекрасно понимала, почему Отец решил избрать его для заключения Кеоко. Этого проклятого, неблагодарного Кеоко, который только и знал, что любить лишь себя. И что он сделал с их матерью? Уничтожил. Даже после того, как она ласкала его, утирала его слезы, когда сверстники смеялись. Кеоко с детства любил одеваться в женские наряды, неоднозначно смотрел на мальчиков и абсолютно не стыдился этого.
  Танака практически не помнила брата, но Отец все время рассказывал ей, как Кеоко все время был изгоем, у него почти никогда не было друзей, кроме него матери и Лана, который защищал брата. Старшего брата! Это был позор на все семейство. Многие унижали Кеоко, и когда тот открыл в себе сверхбожественные силы, он обратил в прах всех, кто когда-то смеялся над ним.
  А самое ужасное, что именно ему, как старшему сыну, нужно было искать Минотавр. Впрочем, Кеоко был странным, но далеко не глупым. Он отыскал камень, но силу его безграничную он использовал для того, чтобы уничтожить их мать. Женщину, которую учила их смыслу жизни - путешествиям между Слоями.
  Танака ненавидела брата!
  Лодка, наконец, преодолела огненную реку, что правильным кольцом опоясывала остров, надежно отделяя его от всего остального мира. Под дном захрустел береговой камень. Танака сошла на черный песок, выждала, пока лодочник отведет свою посудину подальше и скроется за алыми языками пламени. Лодочник так сильно боялся, что даже забыл и заикнуться о плате за перевозку.
  Хотя он не мог сделать этого: его глаза, рот и уши были зашиты тонкими металлическими нитями.
  Танака улыбнулась криво и перевела взгляд на остров из пепла и камня, на котором оказалась.
  Над ней кружились черные облака, раскаты грома порой, чуть ли не оглушали, но дождя ничто не предвещало.
  Немного отойдя от реки огня, Танака злобно посмотрела на скалу впереди. Она знала, что там, вдалеке, есть проход, который ведет под гору, в пещеру, где и живет злосчастный братец. Отец не доверяет ей - это абсолютно точно. Но в чем причина? Он может довериться лишь ей, и уж точно не своему знакомому Самариллу или даже Лану. Минотавр - это цель, которая стоит превыше божественных деяний. Но, даже если Минотавр бы осталось взять на подносе, Отец бы обязательно послал бы ее - слишком велико было самодовольство. Любил ли он хоть немного ее, а не самого себя - вопрос был спорный, но после смерти матери слишком многое изменилось в них всех.
  Танака внезапно остановилась, почувствовав, как прозрачная капля стекла по ее щеке.
  - Пот!- Выкрикнула она камню, который раньше был чем-то живым, словно тот обвинял ее в слабости, заставляя себя не думать больше об этом.
  Но о чем? О Лане, о ее милом брате, который вечно охранял ее, опекал, учил фехтовать. Она любила его больше всех на свете, и она была поражена до глубины души, когда умелый и образованный ее любимый братец Лан, после преображения Кеоко, внезапно взял, и ушел в самовольное изгнание во внешние Слоя. С тех самых пор она почти никогда не видела брата. С тех пор она не видела совсем своих братьев. Единственное, что она могла лицезреть - война.
  Танака остановилась, посмотрев вокруг, это место казалось смутно знакомым...ах, да, Дафна! Вон стоит она, защищаясь рукой от чего-то неведомого и страшного... Конечно, этим самым неведомым и страшным была Танака. Ах, как приятно было обратить всех этих жалких Странников в камень, оставив в них души.
  "Интересно, как это, быть камнем?- подумала тогда Танака.- Ни пошевелиться, ни сдвинуться с места. Лишь вечный сон... Повезло глупцам! Они могут отдыхать целую вечность. Разве только место здесь не вполне живописное. А души...можно сказать, бессмертны, как и хотели! Поделом!"
  Она взглянула себе под ноги: все это было живыми существами. Весь этот остров был живым. Живым в камне. Почти то, чего хотели эти глупцы, но не стоит забывать о том, зачем она прибыла сюда. Она уйдет, но лишь тогда, когда получит ответы на свои вопросы.
  Оглядевшись еще раз на всякий случай, чтобы убедиться, что никакая исполинская тварь не тащится за ней, как хвостик, Танака направилась вперед, разглядывая проход, ведущий под гору.
  Кеоко стал Драконом. Одним из тех, которые обладают бессмертным идеальным для выживания телом, которому могли бы позавидовать многие другие существа. Но Дракон, который не может взлететь, расправить свои крылья - это практически не великий ящер, а жалкое пародия на него. Дракон, не способный оказаться на свободе, страдает тысячами смертей. А Кеоко бессмертен и страдает уже более пяти сотен лет. Никто не знает, в каком он состоянии.
  Но Танака была готова к встрече.
  Ее рука была направлена ровно вниз, а с ее пальцев стекал мороз: синее пламя, капавшее с ее руки, замораживало все там, где она прошла минуту назад. Здесь, в мире огня и серы, этот фокус был практически безупречным оружием.
  Уж в чем, а в оружии и заклинаниях Танака была просто экспертом. А еще она великолепно умела доставать нужную ей информацию...
  - Я иду, братец.- Нетерпеливо прошептала она.
  
  
  //3//
  
  Ад - это место, где наконец-то задумываешься, зачем ты вообще всегда существовал на белом свете. Если размышлять так, то Лан оказался именно в таком аду: бесконечные минуты, проведенные в лифте, в тесной небольшой кабинке, заставили его разум сдвинуться с мертвой точки. По крайней мере, сам Лан подумал о том, что это, скорее, не лифт, а нечто вроде "философской камеры".
  Когда Сноходец исчез за дверью, Лан поймал себя на мысли, что паниковать не стоит, хоть паники в его душе не было ни капли. Просто он сказал это сам себе на всякий случай, чтобы это противное, назойливое чувство внезапно не родилось в его подсознании.
  Лестница была действительно уничтожена, на ее месте была огромная дыра, словно когда-то под лестницу была заложена взрывчатка одним мощным ударом уничтожившая ступени. Что бы это ни значило, единственным выбором оставался лифт. В том, что все это было хорошо продумано и просчитано, Лан даже не сомневался. Но была ли это полностью автоматизированная система, или чья та злая шутка? Оставалось только догадываться...
  Еще раз, проверив, способен ли он творить хоть какие-то чудеса, Лан с недовольством заметил, что лишь жалкие молнии срываются с его пальцев. Обычно он перенимал основные способности той силы, которая властвовала тем или иным Слоем, что-то, порой, уходило в ряд Ограничений - того, что он категорически не мог сделать, находясь в определенном месте. Здесь же было всего понемногу, а запретов почти не было. Словно это был искусственный Слой, на котором попросту ничего не существовало... либо существовало все сразу, словно это было их осью.
  Было оглушительно тихо.
  Лан прислушался. За дверью квартиры, в которой исчез Сноходец, не было слышно ни звука. Как-то нетерпеливо и резко, он резко развернулся и пошел к лифту, осматривая все вокруг. Но ничего приметного здесь увидеть было нельзя: серые бетонные стены, каменные полы, украшенные простым орнаментом. Одним словом - самая обыкновенная девятиэтажка с нижних Слоев. Тропа грез...
  Лан усмехнулся и нажал на кнопку, которая тут же загорелась тусклым оранжевым светом. Из шахты послышался скрежещущий звук, после которого он увидел, как сверху спускается небольшой лифт. Когда кабина, наконец, опустилась на уровень первого этажа, скрежет резко оборвался, и вновь воцарилась абсолютная тишина. Лан стоял и напряженно смотрел на дверцы. Лифт словно ждал, когда кто-то войдет в него.
  Открыв двери, выходившие в шахту, он увидел, что лифт открыт и ждет, пока кто-то войдет в него. Между дверьми и лифтом был широкий карниз в метр длинной, который вел на каменную лестницу, которая шла по бокам шахты наверх.
  -Нельзя идти так.- Сказал сам себе Лан, даже не думая о том, что слова Сноходца - правда.
  Сделав быстрый широкий шаг, Лан оказался в лифте, в небольшой кабинке, тускло освещенной лампой на потолке, которая была такой грязной, словно ей было не то, что десятки, а за сотни лет. На левой стенке была панель, на которой располагались кнопки выбора этажа: с первого по девятый. В данный момент была подсвечена лишь одна кнопка с цифрой один.
  Пожав плечами, Лан нажал на кнопку с цифрой девять. Кто не рискует, тот не пьет шампанского...
  Дверь в лифт закрылась, и любая надежда выпрыгнуть из него при желании, тут же растаяла. Кабинка пошатнулась, и он почувствовал, что она движется вверх. Оставалось ждать. И Лан ждал...
  И ждал он очень долго. Сначала стоял напряженно перед дверью. Спустя десять минут откинулся на заднюю стенку и начал обдумывать свое положение. Через пару часов просто сел напротив двери и, как учил его когда-то Отец, погрузился в глубины своего сознания, выискивая там знания обо всем подобном.
  Прошло много времени, Лан уже сбился со счета, но лифт все полз вверх.
  В его голове маячили воспоминания прошлого. Многие из них были о его любимой сестре, лучшей ученице Отца, которую Лан любил всем своим сердцем. Братские отношения были для него далеки. Он любил ее. Братской же любовью он любил своего старшего брата Кеоко, который был заключенным в Слое Преисподние. Кеоко уничтожил их мать... Лан так не думал. Кеоко любил их маму больше всех остальных, как и больше всех остальных оставался на стороне человечности. Обычных смертных чувств, которые помогали ему существовать, даже будучи не заинтересованным женским полом. Лан думал всегда, что Кеоко освободил Мать от Отца... Наверное именно поэтому Лан и обрек себя на отшельничество далеко в низинах Преисподние: ему надоела вся эта глупая война за какой-то осколок камня.
  - Но не отказался ли ты от меня?- Послышался вдруг знакомый голос, который разрубил ужасную занавеску тишины. Лан резко вздрогнул, широко открыл глаза и посмотрел наверх кабины лифта, откуда и раздался голос сестры. Точнее голос раздавался не "сверху", а где-то вне кабины. Зрачки Лана сузились и в его жилы попало то чувство, которое он не испытывал уже много сотен лет: страх.- Ты ушел от меня, сбежал. Не поступил ли ты еще трусливее, чем Кеоко? Подумай сам. Наш брат убил нашу Мать, а ты оправдываешь его.
  - Нет, ты не моя сестра.- Закрыл уши Лан, напряженно смотря на стены.- Ты не можешь ею быть. Это все это проклятое место...
  - Легко винить место, братишка.- Вновь раздался знакомый голос, и тут же сменился на очень ласковый, словно она мурлыкала ему на ухо.- Я люблю тебя, братик. Я жду тебя очень долгое время. Мы так долго не спали вместе... Или... Помнишь, детство, в саду. Нам было интересно, что будет, если наши губы соприкоснутся. Ты хотел этого, я хотела этого. Ты помнишь?
  - Я это прекрасно помню.- Сжал крепко челюсть Лан, наращивая в себе все большую ярость.- Даже слишком.
  И в этот самый момент его зрачки мгновенно сузились, по телу прошла страшная дрожь, а рот остался чуть открытым. Ведь в этот самый момент, в верхнем углу кабинки лифта появилась Голова, затем плечи и руки нагой Танаки, которая ласково смотрела на брата, проходя своим образом сквозь материю лифта. Она сладко улыбалась, даже не стесняясь того, что ее достаточно пышные формы свисали вниз.
  - А потом ты хотел большего...- Сказала сладко улыбающаяся Танака, протягивая к Лану руки.- Но ты убежал от меня, а вернулся лишь сейчас. Ты... ты теперь станешь моим?
  - Изыди!- Взревел Лан и, резко вскочив, наотмашь ударил кулаком по голове "сестры".
  Его кулак словно прошел сквозь туман, растворив образ сестры в воздухе, оставив тяжело дышавшего Лана вновь одного. "Это место.- Подумал он, вновь собираясь в кулак.- Оно жаждет новых обитателей, словно ненасытный зверь... Теперь понятно о чем говорил Сноходец. Страшно подумать, что, при таких Ограничениях, могло случиться со мной вне этой кабины".
  Поэтому Лан и не хотел возвращаться назад: он был не готов. Был не готов вновь встретить сестру, вновь выслушать Отца. Это, на протяжении всех лет его самовольного изгнания, казалось ему даже не достижимым.
  Но Отец звал его, и в результате Лан попадает в эту сеть, задыхаясь от Ограничений и не в силах противостоять зловещему невидимому механизму... Не для самого Отца ли стал он слишком большой обузой?
  Слаб ли я,- подумал Лан, пытаясь свести все концы с концами,- сколько же стоил мне билет сюда? И заслужил ли я его?
  Лан нахмурился, почувствовав в этот момент, что лифт замедляет свой ход. Карманный мир Отца, Тропа грез.
  Лифт остановился, горела кнопка четыре. Дверцы лифта раскрылись, открывая взгляд на двери в подъезд. Вокруг было темно.
  Каждое предположение рождало еще больше вопросов.
  
  //4//
  
  "V" - был символом победы, который Кеоко давненько уже создал для самого себя, или даже нашел его где-то в старых томах дневников древних Странников. Он использовал его с детства, что попытаться разбудить в себе хоть какое-то мужество, чтобы собрать свои силы воедино. Вечный изгнанник, он всгда искал в чем-то силы. Даже с Отцом он был скрытен и немногословен. Зато с Матерью он проводил много часов за уроками и песнопениями. Очевидно, в одной из этих песен, он и нашел упоминания об этом символе соединенных лезвий мечей.
  Этот знак означал внутреннюю силу Странников, их преимущества и недостатки. Этот символ говорил о том, что носивший его способен управлять Минотавром. И именно на каждом из детей Отца был этот знак. У Кеоко на груди - он все время скрывал его, не хотел гордиться этим.
  В отличие от Танаки, которая сейчас пробиралась по жарким коридорам каменного острова. Она считала знак победы - даром, который достался ей при рождении. Она верила, что когда-нибудь Отец будет гордиться ею, и она сможет жить в любви с Ланом... Даже если Отец будет против, если она достанет Минотавр, Отец разрешит им быть вновь вместе.
  Тяжело ступая на каменные ступеньки пещеры, Танака напряженно смотрела вверх, откуда раздавались громкое и тяжелое дыхание древнего дракона. Судя по частоте вздохов, Кеоко вновь долго пребывал во сне. Словно усмешка, на вершине пещеры красовался тот самый знак победы, который казался ей не то, что ее исконной силой, а скорее кровным приданием ее семьи, которое так бесхозно теперь текло в венах Кеоко. Тем более, что его кровь теперь разбавлена слизью дракона. Но Танака знала, что нужно делать. Она жила пытками, дышла войной, пила кровь своих врагов. Подавив в себе злобную улыбку, она прибавила шагу, держа в себе глубокое желание уничтожить все вокруг, не оставив здесь и клочка камня.
  Кеоко должен был найти Минотавр и обезвредить его: так на него рассчитывал Отец, как на старшего сына. Тогда Лан только появился на свет, и никто не подозревал, ЧТО ждет их в будущем. Как ей рассказывал Отец, когда Танака родилась, их Мать сильно заболела, теряла свои силы, а Кеоко проводил с ней очень много свободного времени, хотя уже сильно приблизился к Минотавру. Сама Мать говорила, что он приходил к ней, чтобы посоветоваться, чтобы набраться сил. Однако, Лан потом рассказывал, что слышал, как Мать плачет вечерами на балконе второго этажа. Эти самые советы Матери, словно действительно помогали ему. И вот, когда, казалось, камень в их руках, Кеоко не поймал Минотавр среди измерений, а использовал его... нет, не излечив Мать. Уничтожив ее! Тогда сам Отец вышел биться с сыном. Их битва проходила на Слое Венеры, где они резали и кромсали грани миров, пока почти не уничтожили их. Но Кеоко все-таки исполнил свою заветную мечту, а после был развоплощен и превращен в низшего дракона - простое крылатое животное, которое жило теперь вечно на этом уровне существования.
  Но Танака не расслаблялась: она прекрасно знала, что ее старший брат - душа не из простых и от него можно ждать любого хода даже в его нынешнем теле. Особенно теперь, когда он прекратил свое существование как Странник, и даже, наверное, стал более неуправляем, чем был раньше.
  "V" - знак победы. Знак Ее победы, и она не собиралась никому ее не отдавать. Никому!
  Тяжелое глубокое дыхание дракона оборвалось и стало более коротким. Танака напряглась: она увидела, как огонь вырвался струей из пещеры вверху. Стены вокруг пошли ходуном, и сверху посыпался крошками камень. Один тяжелый вздох разошелся эхом вокруг, и дыхание вновь стало нормальным.
  - Ну, надо же!- Раздалось вдруг сверху. Громовой голос Кеоко даже и не оглушил ее. В Танаке кипела ярость.- Это же какие-то семейные сборы какие-то! Малышка Танака, это твой запах: я не мог ошибиться. Я чувствую тебя, как чувствовал много веков назад, когда Мать соткала тебя из чистой энергии. Я чувствую ярость, которая исходит от тебя. Я чувствую страх.
  - Страх, братец?- Насмешливо крикнула она, криво улыбнувшись, осторожно продолжая подниматься вверх, наблюдая за пещерой, видневшейся чуть выше. Пара шагов и она будет там.- Чтобы испытывать страх, нужно бояться. Что просто неуместно в этой ситуации. Только холодный расчет. И кстати... раз уж на то пошло... здесь тоже пахнет тобой. И не только твоим страхом.
  - А чем же, желанием мести?- Усмехнулся он в ответ, и даже Танака вздрогнула от той злобы, которая была в этой усмешке. Он откровенно смеялся над ней, хоть и знал, что Танака может растоптать его одной мыслью. В его голосе не было веселья, но говорил он живо, не как Отец, который вечно ожидал реакции на его слова, чтобы, словно хищник, определить внутренний мир жертвы, увидеть ее слабости. Танака крепко сжала скулы и, прислонившись к каменной стене, заглянула за угол в пещеру-комнату дракона. Там, приподымая огромные крылья вверх, лежал спокойный Кеоко, но ни доли улыбки на его змеином лице и не было. Он смотрел своими красными глазами на нее, и в глазах его читалось не только уважение, но и жалость, и любовь, но Танака предположила, что все это ей только кажется, что она лишь хочет, чтобы все это было в ее старшем брате. Тяжелый вздох издал Кеоко и выдохнул из ноздрей огонь.- Только не нашей семье, младшая сестра. Страхом? Только не перед смертью. Трусостью? Только не моей. И не пойми меня не правильно, сестрица. Я не хочу сказать, что ты боишься "кого-то". Ты боишься проиграть... Отцу?! Нет... ммм... У тебя появился конкурент? Неужели? Странно. Но уж точно не твой возлюбленный Лан. У него покамест еще, в отличие от тебя, остались мозги, и он не исполняет все прихоти Отца...
  - Заткнись, червь!- Прикрикнула на него Танака, и голос ее звучал как удар грома. Ее левая рука резко поднялась вверх и с кончиков тонких пальчиков сорвалась черная, как сама тьма, молния, которая в мгновение опутала всего Кеоко. Его змеиное лицо, скривилось от боли. Огромное тело с ужасным грохотом прижалось к каменному полу. Из длинного горла раздался напряженный крик боли. А Танака все продолжала держать его в магической сетке, даже повышая силу удара молний, добавив к левой руке правую.- Я к тебе пришла не в игры играть, да разговаривать на темы кто кому служит. По некоторой информации, ты знаешь человека, который знает, где находится Минотавр. Это мне и надо. Только вот попросить тебя хочу: не отвечай так скоро - я хочу подольше помучить тебя... братец!
  - Минотавр, говоришь...- Прохрипел дракон, прижатый к холодному полу.- Никто этого не знает... Самарилл... Это твоих рук дело?
  - Что?..- Выдохнула Танака, чуть ослабляя молнию, чтобы та лишь держала обездвиженным брата, внезапно поймав себя на противном чувстве, что брат с самого начала говорил не с ней.
  По пещере разошелся низкий смех, эдакое хихиканье и хрюканье, словно какой-то невидимый дух пронесся по округлым сводам и растаял где-то вверху. И вдруг вновь рухнул вниз, нырнул в далекий угол, куда не заглядывал свет и скривился там в какую-то человекоподобную фигуру, поднимающуюся прямо из тени, словно из-под покрывала. Танаку бросило в холодный пот.
  "Эта способность..."
  - Кеоко, ты знаешь, как долго мне приходилось скрываться в ее вонючей тени, пока я добрался до тебя.- Послышался низкий слегка писклявый мужской голос от того существа, которое теперь появилось в тени пещеры. Он был облачен в черные одежды, скорее напоминающее облачение шута. Его кожа была почти полностью белой, маленькие зеленые глазки бегали от дракона к изумленной девушке, которая опустила руки, прекратив мучить брата.- Знаешь, Кеоко, твоего Отца все время заставляет страдать один вопрос: где искать Минотавр? И ТЫ знаешь, что эта проблема причиняет ему столько страданий, что я просто не могу спокойно смотреть на его больное сердце, ибо с ним и мое сердце разрывается!- Существо вновь злобно захихикало, и жадно посмотрела на Кеоко, который чуть привстал на своих четырех лапах. Танака закипала от ярости, отчетливо проступившей на ее лице. А существо хитро огляделось вокруг и состроило радостное безумное лицо.- Лан был здесь?! На камнях цвета его ауры!
  - Был, Самарилл.- Не стал отрицать Кеоко, краем змеиного глаза замечая, как Танака вздрогнула.- Кто-то сбил его со Следа. Он шел к Отцу.- Дракон сузил свой взгляд.- А теперь второй сюрприз за эту вечность: моя младшая сестренка и костлявый хвост моего Отца появляются здесь. Неужели, Отец не нашел смелости вновь посмотреть мне в глаза?
  - Заткнись, змей! У него слишком много чести для того, что опускать до того, чтобы вообще слышать твой голос!- Выпалила Танака, вскричав на брата голосом, полным такой мощи, что стены вокруг покрылись трещинами.- Какое странное совпадение: мы все приходим к тебе. И кто это такой??? Почему он прятался в моей тени?!- В ее глазах загорелся адский огонь, а от глаз начали исходит волны яркого света.- Мне нужны ответы... СЕЙЧАС!
  - Самарилл, ожившая тень Лана, которая должна была следить за его работой над поисками Минотавра.- Усмехнулся Кеоко, насмешливо смотря на существо, которое отвечало таким же насмешливым взглядом.- На высших уровнях есть граф Элеоногор, тоже потомственный Странник, но, естественно, намного слабее, чем наше семейство. Элеоногор - Кузнец, способный выковать из Небесной Ртути, что течет в наших жилах, позволяя путешествовать между Слоями, многие священные вещи. В его силах создать оковы, которые могут лишить Странника любых его способностей, образовав Абсолютные Ограничения. Давным-давно у него был брат, который пал от рук жителей Нижних Слоев. В то время Отец уже не рассчитывал на меня, и, чтобы не допустить ошибки дважды, он взял умирающую сущность брата Элеонора, сущность Самарилла, и помести ее в тень Лана, чтобы та присматривала за парнем.
  - Но тот ушел в изгнание.- Продолжил за него Самарилл, содрогаясь мелкой дрожью и посматривая на молчаливую Танаку.- И Хозяин решил, что я могу лучше служить ему. Я могу найти способ, могу помочь моему господину обрести покой, обнаружить Минотавр. Я подслушивал, я подсматривал, и шпионил. Я делал все! И я нашел.- С этими словами Самарилл выудил из складок нечто вроде большой иглы, которая светилась ярко-белым светом, но и была призрачно прозрачной. На лице Кеоко отразился испуг. Танаке все это не нравилось: здесь происходило то, что ей было мало понятно. НО как мог Отец использовать ее?! Или это было часть плана? Почему Отец не доверяет ей? Тем временем Самарилл широко раскрыл рот и стал истекать слюной.- Мне нужна твоя кровь. Кровь, в которой есть святая ртуть. Вся... Вся кровь!
  С этими словами Самарилл бросился на Кеоко, сделав один резкий прыжок в его сторону, готовясь вонзить иглу в шею дракона. Тот был слишком изможден молнией Танаки, чтобы суметь вовремя увернуться и лишь закрыл глаза, слегка отвернув голову в сторону.
  - Нет!- Вдруг вскричала Танака, вскинув правую руку вверх, напрягая свои ментальные силы.
  Самарилл завис в воздухе, поддерживаемый какой-то странной энергией, но, словно он на это рассчитывал, тут же кинул иглу в Кеоко, которая вонзилась ему в грудь, внезапно превратившись не в железо, а словно в воду, которая проникла под кожу дракона, и, судя по его воплю, было это дьявольски больно.
  - Дура!- Вскричал Самарилл, всплеснув руками, и Танака отлетела к дальней стенке, даже не ожидая такого. Возможно, она даже потеряла сознание на некоторое время, но, приоткрыв глаза, увидела ужасную картину.
  Кеоко рухнул на камень. Из его груди словно что-то вырывалось, словно многочисленные импульсы рвали его плоть на куски. А Самарилл стоял возле него, и, подняв руки вверх, громко хихикал.
  -Во мне! Это во мне!- Кричал он, обретая твердость голоса.- Теперь знак победы будет моим, и я стану обладателем Минотавра. Только я смогу достать... И Отец полюбит меня. Меня! МЕНЯ!!!
  В этот самый момент волна огромной силы разрезала скалу надвое, взорвав целые сотни тонн скалистой поверхности, превращая жалкое существо в лужу крови в прямом смысле этих слов. Пещера прекратила свое существование и теперь была открытой. Где-то внизу даже началось извержение. Многое взорванное начало падать в жерло вулкана, многое начало лавинами сходить в долину, разрушая каменные статуи. От скалы оторвался здоровенный кусок, вместо которого теперь был горячий воздух и запах протухшей крови Самарилла. Голова Кеоко просто лежала на камне, не в силах пошевелиться, как и все его тело.
  Танака стояла на подкосившихся ногах. Каждый вздох давался с трудом. Она держалась за край скалы и смотрела на Кеоко, который умирал, но не от жутких импульсов, а уже от потери крови, которая прозрачной слизью растекалась по полу. Кровь светилась неярким светом. Светом той эссенции, которая позволяла им путешествовать сквозь Слои.
  - Встреча была короткой, сестрица.- Прохрипел вяло дракон, крылья которого были прижаты осколками скалы.- Я даже не думал, что все самое интересное случится в один день... В один час.
  - Этот Самарилл...- Прошептала Танака, приходя постепенно в себя.- Отец хотел создать твою копию, копию твоего разума... Зачем?
  - Я знаю логику Минотавра.- Просто сказал Кеоко и улыбнулся, увидев напряженное лицо сестры.- У камня есть своя психология, своя душа, если можно так сказать. Ведь это сердце в конце концов. Его обладатель, первый Странник, говорят, он до сих пор существует где-то...- Кеоко взорвался громовым кашлем и хрипом, выплевывая алую кровь. Танака против воли прикусила нижнюю губу. Кеоко усилием воли прекратил кашлять и с улыбкой посмотрел на сестру.- Плохой кашель, не так ли? Скажи... Почему ты спасла меня, сестра? Ты же так ненавидишь своего брата. Ведь твой брат уничтожил твою Мать...
  - Быть жертвой такого ужасного существа - слишком низко даже для тебя.- Просто объяснила девушка, оборвав его.- Пришлось с ним поиграться. Ведь признайся, Кеоко, в тебе же осталось что-то мужественное? Или это века в заключении научили тебя смирению?
  - Смирение - есть то состояние, когда и вера, и отчаяние уходит от тебя.- Улыбнулся хитро дракон, если искажение на его змеиной морде можно было назвать улыбкой.- Сестра... Я не потерял свою веру, даже будучи в этом теле. Я никогда не терял свою веру. Ни когда держал меч, ни когда плюнул в сторону Отца. Вера - это то, что поддерживает во всем живом жизнь. Все живое, на каждом Слое верит во что-то, следует за чем-то. И это дает им сил к победе.
  - Для нас вера - это Минотавр.- Кинула Танака умирающему брату, каждое слово которого было сказано через силу.- Несколько сотен лет мы идем за камнем, желаем получить его и это дает нам смысл для существования. А ты... Ты просто...
  - Я воспользовался им, сестра, я заставил его путешествовать дальше, намного ниже в Слои.- Танака пошатнулась от резкости слов, сказанных братом. Тот слегка закрыл глаза, понимая, что его жизненная энергия вытекает с каждой пролитой каплей Небесной Ртути.- Да, я сделал это. Но скажи мне, что такое Минотавр? Для Отца это не вера. Это навязчивая идея. Для Лана уже отчаяние, действительно отчаяние. Для тебя? Что это для тебя?
  - Я...- Хотела что-то сказать она, но так и не смогла.
  - Ничего.- Закончил за нее Кеоко, глаза которого уже совсем закрылись.- Для тебя Минотавр - это ничто. Ты, как и Самарилл, стала просто инструментом Отца. Ты - дитя хаоса и спокойствия. Ты...- Его слова исчезли в его груди, но дракон еще пытался бороться за последние секунды своей долгой жизни.- Ты - не Лан... не я... не знак... побед... ы.
  - Брат!- Вскричала Танака, сделав шаг в сторону тела дракона.- Ты... приходил к маме за советом? Не как быть мужественнее... А как противиться Отцу. Ты всегда был настоящим мужчиной. Я... Неужели так и было?
  Кеоко... Существо, выше, чем бог, но такое же, как и человек. Любивший Мать, но бывший сильнее многих. Танака уже не знала, ненавидеть ли это существо. Его кровь разливалась под ее ногами и Танака с ужасом, отвращением и жалостью смотрела на нее. Извержение продолжалось, все сильнее поглощая каменный остров в озеро огня. Все вокруг тряслось и скрежетало. А Танака просто стояла на одном месте, смотря на закрытые глаза брата.
  - Скажи...- Прошептала она. Закрыла крепко глаза, быстро помотала головой и выкрикнула во весь свой громовой голос:- Скажи мне! Где искать?! Дай мне нить! Дай мне надежду...
  - Истина.- Послышался еле слышный шепот где-то из глубин Слоев, ударивший по ее ушам, словно молот по наковальне. Это было похоже на то, словно огромный инструмент лишь слегка коснулся какой-то поверхности.- Минотавр скрыт там, где открывается истина. Если ты найдешь правду, ты найдешь место, где поселился Минотавр.
  - Брат...- Прошептала Танака и почувствовала неожиданно горячую слезу на своей щеке.
  И в этот самый момент остров скрылся в глубине огня.
  
  
  Глава 3 - Тропа Грез.
  
  //1//
  
  Когда-то
  
  - Он ушел.
  - Кто?- Спросил Данил своим хриплым голосом, опершись о холодный камень, пытаясь хоть как-то сохранить сознание, смотря в красную небесную даль Венерского мира.
  - Мой брат.- Просто объяснил парень, смотря на осколки от города, которые все еще падали с небес на землю.
  - Могущественный у вас брат.- Сказал Данил, слегка усмехнувшись, склонив голову вбок, чтобы не видеть этого ужаса.- Это он уничтожил наш город?
  - Да.- Лишь кивнул парень, поворачиваясь к изможденному мужчине, смотря в его глаза.- Он боролся с нашим Отцом за то, что может дать силу всего на свете. Но, кажется, мой брат, лишь использовал "это" в своих личных целях.
  - Интересно, что же у него за цели, если он ради них уничтожает миллионы людей?- Криво улыбнулся Данил, устало смотря на парня, который совсем незаметно вздрогнул и как-то удивленно посмотрел на него. Данил не подал вида и продолжил.- Наверное, он сильно не любит вашего отца.
  - Так и есть.- Кивнул парень, вновь взглянув на осколки, летящие с небес.- Отец не остановится ни перед чем, чтобы получить эту силу, ему плевать на все. А мой брат даже уничтожил нашу мать для того, чтобы победить Отца... Но у него так это и не вышло.
  - И вы теперь будете винить его в этом?- Откровенно спросил Данил.
  - Нет.- Уверенно покачал головой парень.- Я знаю: Мать сама убила себя, а Отец обвинил брата в этом. Он боялся, что брат сможет достичь той же силы, что владеет Отец.
  - Не значит ли это, что теперь вся ответственность ложится на вас?- Прохрипел Данил.
  - Я уйду.- Просто сказал парень.- Я исчезну, откажусь от всего этого, иначе сам стану частью этого.
  - Вы не верите в себя.- Это было утверждение, а не вопрос.- Что ж, не мне вас судить, но если вы сдаетесь, не забывайте, что возвращаться не стоит, если полностью вновь не уверен в себе. Поверьте мне, хоть я и не такой... как вы...
  
  Это были последние слова Данила.
  
  Но Лан прекрасно помнил эти слова.
  Он вспоминал их, ровно, как и вспоминал тот самый бой между Кеоко и Отцом в странном Мире Венеры. Умирающий человек посеял в нем зерна того, чего раньше не мог познать Лан. Того, что лишь мать могла рассказать ему, помочь Лану понять это. Лан , в то время, когда ехал в лифте, понял, что это в нем, что Мать никогда не уходила от него. Это та самая человечность, о которой так любил поговорить Кеоко. Брат не убивал их Мать.
  Без ее помощи Лан навсегда бы остался в том лифте, не имея и шанса на свободу. Обычный человек назвал бы это безумием, но такие как Лан не могли подвергаться безумию. И теперь Лан знал точно: Кеоко просто развеял силы Матери. Мать разошлась на четыре части. Одна пыталась помочь Кеоко в бою с Отцом, вторая тихо поселилась в существе Лана. А две остальных...
  Лан не знал, насколько это могло быть правдой, но его вывод был один. Две остальные части образовали Танаку.
  
  Танака... я люблю тебя.
  Не как брат.
  Это больше... сильнее меня.
  Я люблю тебя, сестра, всегда любил, и буду любить. В ночи я буду вспоминать твои губы, буду вспоминать твои ласковые глаза. И я не могу быть больше подвластен этой ужасной любви.
  Милая, я ухожу.
  Ухожу туда, где Отец не сможет потревожить меня. Где ничто не сможет потревожить меня, и я смогу углубиться в познания своей извращенной сущности. И кто знает... возможно, и навсегда.
  Когда я буду вспоминать запах твоих духов, в Слоях будет весна. Когда я буду скучать по тебе, в Слоях пойдет дождь.
  Любимая, прости меня, если сможешь.
  Прощай...
  
  Это было давно... так давно.
  
  Лан вошел в коридор.
  
  
  //2//
  
  С осторожным и хладнокровным лицом, Лан вошел в коридор, и мгновенно осмотрелся по сторонам, пытаясь заметить хоть какие-либо проявления необычного. Хоть что-то.
  Но пусто. Хотя все это место представлялось перед ним чем-то отвратным, чем-то ужасным и темным не то, что по рамкам человеческого, но даже по рамкам сверхбожественного.
  Лан взглянул за свою спину: две старые дверки лифта (такие встречались в Слое Грехов, в городе Чикаго) были закрыты, и никакой кнопки вызова не было видно. Значит выбора у него вновь не было: нужно идти. Тогда Лан посмотрел вперед и увидел длинный коридор, уходящий куда-то вдаль, конца ему не было видно. И все это было похоже на своеобразный ад, только со своими сторонами бытия.
  Много-много дверей было видно по сторонам, но ни одна из них не была открыта, хотя на каждой виднелся свой трехзначный номер. На полу был постелен зеленый ковер, слегка побитый по краям, словно по нему ходила уже сотня посетителей. Четвертый этаж...
  Он скорее был похож на коридор какого-то старого отеля, где давно не меняли половицы, не стирали ковры и не мыли окна. Хотя окон, конечно, в коридоре видно не было. В конце концов, он находился просто в высотном здании.
  Вперед уходил длинный коридор, которому не было видно конца. Это даже нагоняло страх, однако Лан не знал что это такое. Он просто спокойно стоял, смотря на закрытые двери вокруг. На каждой из них был свой номер, хотя номера шли не по порядку, а в разброс: 3, 15, 993... Очевидно, здесь все же была какая-то закономерность, но Лан не хотел даже задумываться какая. Мягко говоря, ему было все равно. Сейчас было главное - выбраться отсюда.
  Он пошел вперед. Аккуратно и не спеша. Он был осторожен и был готов к любой неприятности. Тем более, что с каждым шагом он словно чувствовал, как пространство вокруг него искажалось, словно в какой-то ужасной видео-игре. Он слышал, как коридор вокруг становился другим. "Уйти отсюда... Кажется не так просто". Лану это даже нравилось. Интересно, Отец тоже проходил это?..
  - Кто ты?
  Лан вздрогнул от неожиданности. И, словно подвластные невидимой волне или цепной реакции, все двери, видимые ему, раскрылись практически одновременно, раздался ужасный звук несмазанных замков и петель, но этот звук продолжался ровно секунду или две, не больше. Впервые Лану стало не по себе.
  - Я - Странник.- Не солгал Лан, продолжая медленно продвигаться вперед по коридору.
  - Ты - лишь такой же Сноходец, как и многие другие.- Усмехнулся голос, который, казалось, исходит из самих стен. Кажется, в этом месте у стен были не только уши, но и что-то... еще.
  В ушах Лана зазвучала мелодия. Сладкая мелодия, похожая на зов или на отзыв. В любом случае, она явно была призвана снизить его внимательность, что было недопустимо. Это песня...
  
  Среди каменных стен брожу уж который день,
  И все так уже надоело, что к жизни тянуться лень.
  На моем пути иногда встречается скелет.
  Он не человеческий и на нем мяса уже нет.
  
  - Я встречал одного Сноходца, но он оказался не слишком разговорчивым.- Усмехнулся в ответ Лан, все продолжая идти вперед, попутно заглядывая в пройденные комнаты. В них было темно, и, кроме некоторых деталей мебели, не было видно ничего особенного.
  - Он один из них, тех, кто уже пытался пройти через это место.- Это был мягкий женский голос.
  - Тропа грез.- Закончил за нее Лан.
  - Это место называют по-разному.- Усмехнулся голос.- И каждый по-разному смотрит на это место. Лишь основа остается одной: лишь те, кто нравится самой Тропе, сможет выбраться с нее. Кем ты считаешь себя?
  - А кем являешься ты?- Ответил вопросом на вопрос Лан останавливаясь около двери, которая вела в абсолютно темную комнату, в которой не было видно ровным счетом ничего. Посмотрев назад, он понял, что к лифту он не вернется: сзади был такой же бесконечный коридор, как и впереди.
  
  Это мой последний рассвет,
  И зло смеется надо мной,
  Как над грязью свет.
  И все надежды уже тают, как старый снег.
  
  - Я та, кто может поглотить тебя.- Ответил величаво голос.- Я выпью тебя и стану сильнее. Я создана для того, чтобы повелевать такими, как ты.
  Не ожидая больше никаких продолжений разговора, Лан просто вошел во тьму комнаты, напротив которой он находился. Он погрузился во тьму, стал ее частью на некоторое время. Но он помнил кто он, он знал кто он. Это была занавеса из тьмы и Лан просто отодвинул ее рукой, словно действительно был нечто большим, чем человеческая душа. И Лан оказался в этой комнате, комнате без света, без окон, холодной и выглядевшей заброшенной.
  
  Ветер дует среди щелей,
  Мне никак не выбраться из моих цепей.
  В моей тюрьме нет зверей,
  А так же нет охранников и дверей.
  
  - Ты сама пленник этого места.- С отвращением посмотрел вперед Лан, стоя во тьме и наблюдая за говорившей. Его ладони сжались в кулаки, глаза сузились, а губы искривились в ухмылке.
  Напротив него, сидя к нему спиной на подушке на полу, сидела невысокая девушка с темными волосами. Между ее лопаток, на спине, красовался какой-то иероглиф на непонятном языке, если это вообще не был просто рисунок. Девушка слегка повернула голову к Лану. При этом черные цепи, сковывавшие ее шею, словно поводок, звякнули, скользнув по полу. Девушка с тоской посмотрела на него и отпустила длинную швейную иглу, которую она держала в руке. При этом игла просто повисла на нитке, которой девушка пришивала к собственной спине черные ангельские крылья. Крылья держались в основном на нитках и подрагивали, словно на мышечных рефлексах, когда девушка двигалась. По ее спине стекала линиями ее же кровь, которая текла из тех мест, где крепились крылья. Это была картина полного безумия, если только это можно было так назвать.
  - Ты такой же пленник Тропы.- Повторился Лан, спрятав руки в карманы, заметив, как метрах в двадцати, впереди в темноте, виднеются закрытые двери лифта. Медленным шагом он направился туда.
  В груди что-то заболело.
  Какое-то жалостливое чувство.
  
  
  Я скоро умру, это мой последний рассвет.
  Я попал сюда на век.
  Из век капает слеза,
  И с эхом разбивается о камни пола она.
  
  - Как твое имя?- Спросила девушка, посмотрев на Лана с лицом, полным жалости. Тот остановился, посмотрел на нее с ухмылкой.
  - Чтобы я остался с тобой здесь навсегда, чтобы ты больше не была одинока?- Улыбнулся он.- Только не со мной.
  Девушка опустила голову и беззвучно начала плакать. Осознавала она свое положение или была уже лишь бездушной обитательницей Тропы - Лан не знал, но, в принципе, это его и не касалось. Он уверенным и ровным шагом шел вперед, не давая ничему заставить его обернуться и взглянуть последний раз на ту девушку. Тропа знала все его слабости.
  Цифра "4" - цифра любви.
  Эта девушка с пришитыми крыльями была слишком похожа на Танаку, чтобы быть правдой.
  
  Злоба всюду, везде злобы слуги.
  Пробовать злобу, трогать злобу, но не делать ей услуги.
  
  
  //3//
  
  Глаза мои закрыты,
  За окном пылает закат.
  Щеки слезами омыты,
  И хочется, очень, кричать.
  
  И чтобы крик достал до неба,
  Где ангелы, быть может, живут.
  Возможно, залечит на сердце порезы.
  Сейчас мне хочется только уснуть.
  
  Что случилось, сказать ты не можешь.
  Кто знает, может, в себя надо взглянуть.
  И между тем, чтобы ночами мечтать,
  Не смотря на луну, просто уснуть.
  
  Что бы ни умерло, оно остается со мной,
  И пусть солнце меня не согласно лечить.
  Воспоминания не станут ярче с виной,
  Сегодня ночью мне хочется только курить.
  
  Отец с отвращением отвернулся и сделал несколько больших шагов от балкона, чтобы не слышать эту дурацкую песню. При этом деревянные легкие двери, выходящие на балкон, медленно закрылись за ним, слегка звякнув вставленными в них стеклами. Это не значило, что отец не любил эту песню. Просто, если бы он был человеком, он бы мог сказать, что эта песня рождает в нем чувство пессимизма.
  Однако Отец был не человеком. И Хаос, который тек в его венах вместе с Небесной ртутью, делал его сильнее, чем многое в Слоях. Многое казалось ему смешным: рассвет, закат, Танака, которая только что ворвалась к нему в кабинет, поднимая за своей спиной клубы дыма, огонь и молнии. Маленькие жители этого Слоя разбегались в разные стороны, убегали прочь от поместья Отца, где тот обычно прибывал. Отец считал Танаку сейчас особенно смешной... Но далеко не глупой. Ведь в отличие от Лана и Кеоко она была чем-то большим.
  Отец со скукой посмотрел на хрустальный шар, накрытый шелковой салфеткой, который стоял на его рабочем столе. Воздух вокруг Танаки потрескивал от напряжения и сверкал от волн энергии, которые прокатывались, возбуждаемые ее яростью, вокруг нее. Отец тяжело вздохнул.
  - Объяснись, папа!- Потребовала она, просто небрежно выплюнув последнее слово ему в лицо.
  - Ты славно потрудилась.- Легко улыбнулся Отец, прохаживаясь вдоль комнаты, садясь в свое большое кресло, напротив огромного, в человеческий рост, окно, отрывающее вид на кровавый закат города света. Танака слегка вздрогнула, и в ее глазах стало еще больше ярости.
  - Ты просто использовал меня!- Прошипела она.- Ты не только позволил убить собственного сына. Ты еще и задел меня!
  - Кеоко перестал быть моим сыном в тот момент, когда перестал быть мужчиной.- Небрежно и как-то неестественно фыркнул Отец.- И поделом ему. И мне пришлось воспользоваться твоей помощью, чтобы перевести Самарилла через Слои к Кеоко. Игла, которая попала в него, позволила мне сделать некоторые выводы. Но вывод один: ты сделала то, зачем я тебя посылал. Молодец. Так... что тебе сказал Кеоко перед своей смертью?
  - Кеоко не терял мужественности.- Сказала лишь Танака и хищно усмехнулась, увидев как Отец замер в кресле, не шевеля и пальцем.- Так ведь? Вот о чем он не мог нам сказать все это время. Найти правду... Об этом все время нам говорил Кеоко. И правда была. Она попала от Кеоко к Матери, но ее вдруг не стало: он убил ее. Тебе не кажется это забавным? Найти правду...
  - Так это тебе сказал Кеоко?- Встрепенулся Отец в кресле, так и не встав к ней лицом.- Нужно найти то, что показывает правду?
  - Отец!- Крикнула она так, что все стекла в комнате просто разлетелись в осколки. Отец не шевельнулся.- И у меня, и у Лана, и у Кеоко - у всех нас есть какая-то болезнь. У каждого своя болезнь, присущая только людям. Ведь так?- Она сузила взгляд. И в этот момент огонь, который обволакивал ее, молнии, которые обволакивали ее, все растворилось в воздухе, словно ничего и не было. Танака повернулась немного к двери, бессильно взглянув на Отца.- Эти болезни Кеоко и называл "человечностью". Он не отказывался от своей: любовь к мужчинам. Он просто поработил ее, закопал где-то глубоко в себе. И вот тогда он стал истинным воином, мужчиной, большим, чем человек, не подвластный ничему. Этому его учила Мать, и он делился всем с ней. Поэтому они часто были вместе. Смысл его слов был в том, что чтобы быть большим, чем человек, большим, чем бог, нужно, в первую, быть именно человеком. И этот секрет был открыт им.- Танака сделала паузу, вновь посмотрев на очертания Отца в кресле. "Ты еще тут, старик?"- Я понятия не имею, чем ты был вначале, но, когда ты получил долю Небесной ртути в кровь, у тебя была твоя собственная болезнь, которая лишь видоизменилась в нас, твоих детях. Ты не можешь отличать мечты от реальности. Даже если бы Кеоко умер задолго до этого дня, ты бы все равно продолжил бы ждать его смерти, все оживляя и оживляя его. Скорее так оно и было. Мать умерла от рук моего старшего брата? Думаю, Лан давно понял, что это не так. Поэтому он и ушел в свое изгнание. В этом его болезнь: он любит меня не братской любовью. Он знал, что если все расскажет мне, я могу возненавидеть его, а это значило ему участь хуже смерти. Ты создал меня по своему образу и подобию, но сделал слишком похожей на Мать. Ты с самого начала знал, что она погибнет. Ты словно играешь в какую-то ролевую игру, забыв о том, что ты ее ведущий. Существует ли вообще Минотавр? За чем мы гоняемся? Ах да... Кеоко же чуть не уничтожил им тебя... Или это было все твое фокусничество? Ты даже можешь не помнить об этом. Я просто уверена: со временем твоя болезнь стала еще хуже. Твоя навязчивая идея - найти какой-то глупый камень! Ищи его сколько угодно в этой душной комнате, ищи, а я уже знаю с чего можно начать... Или ты считаешь, что пользуешься и сейчас мной, как своим инструментом.- Танака развернулась к нему спиной и вышла из комнаты в коридор, остановившись там на время.- Я бы на это не рассчитывала. До встречи... папа.
  Отец долго сидел, легко улыбаясь в своем кресле, наблюдая, как красное солнце садится перед ним на закат, словно кланяясь ему. Он сидел, не шевелясь, не двигаясь, даже не моргая в тишине достаточно долгое время.
  - Значит, нужно искать то, что укажет нам на правду.- Наконец выдохнул он, довольно развалившись в кресле.
  
  
  //4//
  
  Новый подъем в лифте вызвал у Лана негативные эмоции. Это было не удивительно: все, что он уже пережил здесь, выходило за все рамки вообразимого. За несколько сотен лет не происходило ничего подобного с ним, что произошло здесь всего за несколько... Часов? Но кто знал, сколько он уже находится здесь? Часы? Дни? Столетия? На каждом Слое время текло по-разному, хоть и относительно одинаково. В соотношении Слоев, минута на одном могла равняться часу на другом. При переходе от Слоя к Слою Странник делал примерные вычисления и уходил на другой Слой, обычно, даже не почувствовав изменение времени.
  Однако здесь, среди одинаковых коридоров и кабинок лифта, Лан совершенно потерял счет времени и уже не надеялся перейти на Слой Отца быстро. Хотя сейчас попасть на разговор к Отцу - было последним делом, которым бы хотелось заняться Лану.
  Все это так осточертело, что вновь хотелось уйти в одиночество, чтобы никогда не слышать и не видеть что-либо связанное с этой девятиэтажкой и этим местом вообще. Постоянное давление на психику мучило и грызло его. Постепенно он привыкал к появляющимся из стен образов сестры, матери, а потом уже и брата, который предлагал ему поцеловаться или заняться "не братскими играми".
  "Вот в чем твоя критическая ошибка".- подумал Лан, проходя по длинному серому коридору деревянный и слегка ободранных дверей. Он признал, не без гордости, что способен различить, что здесь реальность, а что иллюзия того, что было вообще этой девятиэтажкой, этим зданием, тем, что управляло этим всем. Всеми лифтами, внезапно открывающимися дверями. Случайно ли его забрасывало на этажи, был ли шанс выбраться отсюда?
  Все это было так же загадочно и покрыто мраком, как и новый коридор, который открылся перед Ланом после долгой поездки по лифту вверх и многих этажей, пройденных в вечных блужданиях по пустым однообразным коридорам, хотя в каждом из них были свои особенности. Сначала Лан не замечал их, но потом, случайно посмотрев на перекрестке двух коридоров на обои, заметил, что рисунок на обоях меняется. Рисунок словно принимал объем, словно одна стерео-картинка, только все время передвигающаяся. Здесь были и леса, и солнечные поляны. Ковровое покрытие под ногами также меняло цвет, и, порой, даже начинало "пахнуть" тем, что можно было увидеть на обоях. Что это было: проекция других Слоев или же новый Слой, зарождающийся прямо в здании - Лан не знал. Ясно было одно. Тропа - это нечто вроде своей небольшой цепочки Слоев. Намного меньше, чем сами Слои, но тем не менее. Порой возникал противный вопрос: а конечна ли Тропа вообще...
  Что могло происходить здесь, кроме явления духов-иллюзий, витавших в воздухе? Этим вопросом Лан задался, когда бродил по "сумеречному" второму этажу. И этот вопрос получил свой ответ, когда в очередной раз лифт остановился, и Лан ступил на новый этаж, на этот раз восьмой, казавшийся настолько близким к его цели, и тут же услышал доносившиеся неподалеку звуки ожесточенной битвы. Быстро сообразив, что происходит что-то интересное, непредсказуемое, впервые, возможно даже за несколько столетий, Лан тут же побежал вперед.
  Воин сделал резкий выпад вперед, перехватил эфес меча и тут же нанес второй удар сверху поражая плечо врага. Врагом оказалось странное существо, созданное словно из кусков разной материи: аквариум, куски дивана, части плинтуса... Битва происходила в небольшой комнате, поэтому воину было мало места для различных особых приемов, но все равно тот великолепно справлялся, ловко, хоть и медленно, расправляясь с "мусорным големом". Ближе к углу на полу лежала молодая девушка, рука которой была неестественно закинута на голову. Она лежала лицом вниз, лицом, из которого струйками текла кровь.
  Лан молнией забежал в комнату и встал в дверном проеме. Воин был довольно крепким мужчиной, облаченный в неполные рыцарские латы. Белый капюшон болтался за его спиной, лицо было в его собственной крови, на нем читалась ярость. Руки голема представляли собой длинные и острые пружины и куски железа, которые раньше, очевидно были в диване, который стоял тут же рядом. Меч-бастард воина легко разрубал твердую ткань монстра, но тот все продолжал и продолжал наседать на мужчину своими огромными ручищами, словно пытаясь прорваться к той самой девушке, что лежала на полу.
  Именно к этой девушке Лан тут же кинулся, понимая, что лишняя погибшая душа в этом месте особой пользы никому не принесет. Тогда он даже не задумывался, что все это представление могло оказаться очень искусной ловушкой... Но тогда он думал лишь о той девушке, которая, возможно, сейчас была на грани смерти. А значит вечной смерти в этом месте.
  - Оттащи ее!- Приказал воин, увидев приближающегося Лана.
  И в этот момент голем одним ударом откинул воина в сторону. Тот, пролетев метра два-три, с грохотом ударился о книжный шкаф, упал на пол и замер. Лан приподнял девушку рукой, чтобы та не захлебнулась в собственной крови, и, подняв в следующую секунду глаза, увидел, как огромная человекоподобная махина летит на него. Этот монстр мог ввергнуть в страх любого, любого смертного. Но Лан не был таковым. Сотни лет сверхбожественной силы сказались и на его рефлексных реакциях. И теперь, позабыв об ужасных Ограничениях, которые связывали его, Лан просто вскинул перед собой руку, раскрыл ладонь и сконцентрировал на ней мощную черную молнию. Внезапно он почувствовал, что огромные потоки его сверхбожественной силы вытекают из него, что вся его сила воли уходит на то, чтобы черная молния уничтожила голема. И казалось, что это продолжается вечность и вся его жизненная сила сейчас, вот-вот выйдет и он...
  Черная молния огромной силы сорвалась с его руки и разрезала надвое чудище, части которого тут же загорелись, а из подобия рта вырвалось что-то вроде крика. Молния прошла дальше по комнате, уничтожая все, что встречала на своем пути, словно одна волна разрушительной энергии.
  Изнемогая от потери энергии, Лан из последних сил приподнял левой рукой уже почти мертвую девушку и поднял правую руку над ее телом. Он закрыл глаза и провел ладонью по окровавленным чертам лицо девушки. С его правой руки полился зеленоватый свет, словно зеленый снег посыпался с них. Он чувствовал, что разум его начал погружаться в пелену тумана, но старался удержать ускользающее сознание, как мог. Ведь он знал точно две вещи: нет таких Ограничений, которые бы помешали ему, и эта девушка теперь будет жить. Практически не дыша, Лан отполз к стене и закинул голову, с силой ловя ртом воздух... Если он тут вообще был.
  - Не стоило спасать ее.- Послышался мужской голос. Лан открыл глаза и увидел того самого воина, который дрался с монстром. Он добродушно улыбался ему, стирая кровавые следы с лица рукой. Лан бессильно поморгал, уставившись на него.- Она уже давно мертва: вот о чем я говорю.
  - Кто... ты...- Прохрипел Лан.
  - Ксер.- Усмехнулся тот.- Не волнуйся, это мое не настоящее имя, так что хрен это место мою душу получит.- Он подмигнул. Бодрый настрой воина придал бодрости и Лану. Кажется, этот Странник чувствовал себя здесь, как рыба в воде.- Я сам привел ее сюда: это было моим заданием.
  - Кто она?
  - Она была демоном, которого отверг и Павший Ад, и Рай.- Горько улыбнулся Ксер.- Она использовала молодые души, чтобы питаться, даже не понимая, что делает. Она была сумасшедшей. Поэтому Безымянный Бог решил отправить меня ликвидировать ее.
  - Кто ты?
  - Если можно так сказать, я - Божий воин, хех!- Крякнул Ксер, посмотрев на Лана снисходительным взглядом. Никто никогда так не смотрел на него потому, что боялись. Боялись быть стертыми в пыль: такова была обычная агрессивная политика его семьи. Но этот воин, очевидно даже и не слышал про их семейство, хотя все Странники были наслышаны об этом. "Из какого же места он пришел?- Спросил сам себя Лан, смотря в добрые карие глаза Ксера.- В какие места ведет эта Тропа?" Тем временем Ксер поправил свой меч в ножнах на поясе и сделал пару шагов в сторону двери.- Ты тут сильно не кисни, а то мало чего Тропа может вытворить за твоей спиной. Но самое главное помни: чтобы найти путь, всегда ищи то, что показывает правду... Прощай, парень, ни пуха тебе, так сказать.
  Эти слова Лан запомнил на очень долгое время, как и слова того смертного по имени Данил. Ксер помог понять ему одну важную вещь. Ведь это место даже называлось "Тропа Грез". Сны, мечты... что-то несбыточное, а значит недостижимое. Его сестра, возвращение его матери. Все это было не только несбыточным... но и не важным. А зачем? Что это ему могло дать, если Отец вечно стоял за его спиной. Отец. Лан почувствовал, что силы вновь приходят к нему. Тропа не могла сковать его. Это все лишь место. И он уйдет из него.
  Все живые существа. Каждый живой дух спит. Он не может не спать. И именно сны призраков, душ, создают это место. Пока в Слоях преобладает человечность и живые существа способны верить, любить и мечтать, существует это место - соединяющая часть всех Слоев. Тропа между всеми слоями через мечты существ. Это было просто и гениально. Лан прочувствовал это на собственной шкуре: он тоже не ограничен человечностью. Он тоже мечтает, он любит свою сестру. Пускай это скорее болезнь, чем любовь. Он верит в мужество своего старшего брата. Пускай Отец говорит совсем иное. Отец. Стоя над живым телом девушки, Лан понял, что это место скорее полезно, чем опасно. Это была его Тропа.
  "...то, что показывает правду..."
  Минотавр был скрыт здесь, на Тропе. Тропа бесконечна, как и мысли, как и мечты, как и сны.
  "...чтобы найти путь, всегда ищи то, что показывает правду..."
  Вот, что нужно было ему для того, чтобы найти искомое. Но что тогда такое сам Минотавр? Пустое место? Или лишь часть Тропы? Или что-то другое, но все же ужасное? Только Кеоко знает.
  И в этот самый момент Лан почувствовал за брата ужасное волнение, беспокойство и нарастающее чувство необъяснимой опасности. В тот момент, когда девушка закашляла и начала привставать под его ногами, по бледной щеке Лана скатилась одна холодная слеза.
  
  
  //5//
  
  До руки моей
  Дотянуться попробуй.
  Свою душу скорей
  Ото сна пробуди.
  Пусть голос твой,
  Здесь будет новый:
  Крылья раскинь, и
  Не встанет никто на пути.
  
  Моя мечта - лишь ты,
  Твои глаза как солнца,
  А слезы - дожди.
  Не предавай мое сердце,
  Исчезать подожди.
  
  Услышь музыки звуки,
  И голоса крик.
  Оставь мои муки,
  Побудь со мной в этот миг.
  
  //6//
  
  - Кто ты?- Спросила девушка уже раз пятый. Лан не подал виду, лишь тяжело вздохнул: в глубине души, ему было жаль ее.
  - Странник.- Лишь ответил он, все так же продолжая идти за ее спиной, наблюдая, как девушка свободно продолжала идти вперед по старым коридорам вперед, даже не обернувшись назад, не посмотрев в его лицо.
  Словно она даже не забывала кто он такой, словно так жаждала услышать его имя и поработить здесь навсегда...
  Как бы то ни было, Лан просто продолжал идти за ней. Все вперед и вперед, не обращая внимания на глупые реплики девушки и песню, которую она то и дело пела тихо себе под нос. Красивая песня была наполнена любовь и романтикой, словно песня была посвящена девушке.
  - А меня зовут Антия.- Сказала бесчувственно девушка в ответ и продолжила напевать песенку, смотря на окружающие стены.
  Лан последовал ее примеру, но не обнаружил ничего странного или интересного: серые обои, кое-где порвавшиеся чуть ближе к потолку. Было такое чувство, что ничто неизменно на этой части Тропы. Неизвестно, может эта девушка вовсе и не приведет его никуда. Может это вообще ловушка. Но почему-то Лан был в этом не уверен. Ведь Ксер прошел этой дорогой. Возможно, пройдет и Лан.
  Постепенно становилось все холоднее. Через некоторое время начал выходить пар изо рта. А чуть позже вообще пошел снег. Неизвестно откуда. Словно прямо из потолка. Но факт был налицо: снег мелкими хлопьями падал на его плечи и оставался в своей белой первообразной форме. Но в этом месте не стоило удивляться таким мелочам. Это же Тропа.
  И вот, завернув за еще один поворот, похожий на все остальные, что были пройдены позади, Лан увидел впереди дверь. Это была простая деревянная дверь, что ставили в большинстве бедных домов на Нижних Слоях. Эта дверь не отличалась от прочих ни раскраской, ни ручкой. Это была просто дверь, а значит, нашлась хоть какая-то точка в этом муравейнике путей и коридоров.
  Антия неспеша подошла к двери и потянула ручку на себя. Дверь со скрипом открылась. В их лица дунул резкий холодный ветер, несущий на себе порывы снега и льда. Это было неприятно даже Лану, который прикрылся ладонью, рассматривая место, куда вела дверь. Оставляя ее открытой, Антия просто вошла внутрь, словно давно позабыла, что Лан идет следом за ней. Тот прошмыгнул вперед, медленно прикрывая дверь, чтобы сквозняк прекратился.
  Он повернул голову. Серость и снег заволокли эту комнату. Хотя свет был не ярким, поначалу разглядеть что-либо было сложно. Но...
  
  "Куда солнце спрятала,
  Признайся негодница-ночь.
  Укажи мне на ту, что плакала,
  И рыдает сейчас: все ждет,
  Прихода золотого рассвета вновь.
  
  Она одна в комнате,
  В которой потушен свет.
  Ждет, что кто-то, когда-то,
  Подкинет ворон с мест".
  
  Молодой человек сидел на могиле с закрытыми глазами, держа в своих руках маленькую бездыханную тушку вороны, и напевал ей неизвестный мотив. Лан провел взглядом по большой комнате, посмотрел на потолок: он был так похож на настоящее небо, что различить было достаточно сложно. Особенно если учесть то, что по рисунку тоже плыли облака, и иногда проблескивало солнце. Антия, не замедляя шага, шла вперед, к парню, которому на вид было лет двадцать пять. Кто они? Что они здесь делают?
  Еще одна загадка Тропы...
  - Хранители кладбищ.- Вдруг раздался голос откуда-то слева от Лана, рефлексы которого дали о себе знать и в долю секунды развернули его лицом к лицу с говорившим. Но ничего в том, кто сказал это, не было странного или, тем более, страшного. Это была неопрятного вида девочка лет четырнадцати, с белыми (не седыми, а именно БЕЛЫМИ) волосами и практически бесцветными голубыми глазами. Она мягко улыбалась, ее веки были слегка прикрыты, на лице читалась истинное спокойствие.
  - Хранители?- Переспросил ее Лан и заметил, что она оперлась о могильный монолит, который был нарисован на "замаскированной" стене.
  - Да.- Кивнула она и перевела взгляд на парочку вдалеке, которые начали петь песню вдвоем:
  
  Признайся, негодница-ночь,
  Неужели кто-то, когда-то,
  Использовал чужую кровь,
  Безумно бросает в полу солдата.
  
  Один он на поле этом,
  Лишь черная роза в руке.
  Патроны давно растеряны,
  Слезы об ушедших в кулаке.
  
  - Дима и Антия - их души были похищены и закинуты сюда. Чтобы не сбежали.- Девочка опять посмотрела на Лана и ловко подмигнула.- Но куда, если подумать, им деться? Ты из Высших миров, да???
  - А заметно?- Слегка поморщился Лан.
  - Конечно.- Хохотнула не по-детски девочка.- Тропа - опасное место, в ней легко заблудиться, легко потерять себя. И это место открыто лишь немногим. Ты выглядишь словно беспомощный кролик. Извини за сравнение, не сердись, просто это так. Здесь все Странники одинаковые. Тропа может позвать к себе, а может и заманить. Те, кто способны путешествовать по ней, все до одного, несут в своих душах ее частичку. Все Странники на Тропе равны, что дает им шанс приобщиться друг к другу.- Девочка встала и уверенно приблизилась к нему.- С ее помощью ты можешь попасть туда, куда тебе нужно. Тропа бесконечна: она для всех существ Слоев.
  - Ты говоришь так уверенно, словно это твой дом.- Произнес тихо Лан, смотря девочке прямо в глаза.
  - Да, это мой дом.- Кивнула девочка.- И я такая не одна. Мы жители Тропы, ее коренные создания. Хотя... если честно, настоящих первопредков сейчас не найти уже, наверное. Бездна - так называется наш дом. Какой-то Странник назвал наш дом Абис. С тех пор некоторые так его и называют. Это место находится где-то на тропе, все время передвигается, но все равно остается на месте.- Девочка вдруг покачала головой.- Тебе сложно будет понять, хоть ты, возможно и очень силен на Слоях... Бездна - пустота, куда сливаются все погибшие мечты и грезы. Тебе не стоит знать об этом месте. Оно еще страшнее, чем сама Тропа.
  - Ты права.- Кивнул Лан.- Мне не стоит знать. Мне нужно выбраться на крышу. Ты мне поможешь?
  
  Признайся, негодница-ночь,
  Где ты спрятала рассвет.
  В какой любви скрыт ответ,
  Как дать людям огонь.
  
  Ведь пути назад нет,
  Назад лишь ад.
  Не так ли, ночь?
  Эти очи! О, кажется,
  Они мои! О, нет!
  
  - Я помогу тебе лишь советом.- Улыбнулась девочка, посмотрев на парня и девушку, поющих унылую песню перед могилой. Лан, в ожидании совета, опустил свой взгляд вниз, в снег, заметив боковым зрением, он отметил про себя, что к поясу девочки привязаны тушки некоторых животных: небольшие кролики, пара голубей... Парень, сидящий на могиле, Дима, положил тушку вороны перед собой в снег, молниеносно достал нож и пронзил в ее грудь. Девочка, стоявшая рядом с Ланом, сказала, словно между делом.- Один из Высших Странников, Кеоко, что был превращен некогда в низшую форму дракона, был уничтожен. Ему и посвящена их песня.- Девочка кивнула на Хранителей кладбища вдалеке.
  Лана бросило в холодный пот. Еще никогда в жизни он не застывал в немом ужасе, хотя на самом деле ужасно хотелось кричать. Он не мог двинуться, хотя хотел бежать. Но вместо всего этого он посмотрел на девочку и хриплым голосом произнес, с силой открывая рот:
  - Как?
  - Его уничтожил его собственный отец.- Сказала обреченно девочка, в голосе которой даже не было тени обмана.- Его отец что-то жаждал узнать от сына и ждал, пока тот поймет ту истину, которая так была нужна отцу. И вот когда пришло время...- Девочка отвернулась к нему спиной, опустила голову и грустно закончила.- Теперь его младшему брату и сестре предстоит идти своими путями, чтобы не быть обреченными исчезнуть вслед за братом. А вот тебе мой совет прост: иди на девятый этаж через шахту лифта. Если ты мужчина, ты сможешь, если в тебе действительно есть частичка Тропы, ты сможешь. Если нет, то мгновенно погибнешь. Иди на девятый этаж, оттуда на крышу и все будет кончено...- Вдруг ее голос стал мягким-мягким, как у простого безобидного дитя.- Послушай их песню: разве не забавно?
  
  Что это? Дождь.
  Кто это? Гость.
  Что за гость пришел
  Под дождем ко мне опять?
  
  Продолжит он на ухо шептать
  Как и где тебя искать.
  О, рассвет! О, любовь!
  Что это на моих руках?
  Чья-то кровь?!
  
  
  //7//
  
  Кеоко был мертв, Лан не сомневался в этом. Отец? Сколько можно быть придавленным его собственным Отцом? Он не мог больше править всеми Слоями, словно их истинный создатель.
  "Он, как и Мать, были изначально людьми, обычными людьми, которые знали слабости и были полны гуманизма.- Думал Лан, когда отрыл дверь в лифт и заглянул в шахту: сначала вверх, потом, через силу, вниз.- Мы - их дети, но все равно в нас была вложена Небесная ртуть после рождения. Отец... что случится, если Минотавр попадет в руки безумному существу, которое сильнее всех богов вместе взятых? Не об этом ли хотел сказать нам Кеоко? Не за это ли его уничтожили?.. Не развивается ли у меня паранойя?!"
  Шахта лифта была достаточно широкой и вдоль нее шла достаточно широкая лестница, хотя и продвигаться по ней приходилось с большой осторожностью. Но сложный ли был этот путь? Что пыталась сказать ему Тропа? Что он здесь абсолютно не нужен? Или же то, что она проверяет его?
  В любом случае, он не погиб в шахте. По крайней мере, мгновенно, как и предостерегала девочка на кладбище. Кем была та девочка - тоже осталось для Лана загадкой. Но кем бы она ни была, мудрость ее на много больше его мудрости. Мудрость. Пожалуй, это и играло здесь ключевую роль, иначе бы Лан давно сошел с ума так же, как и его Отец когда-то.
  Отец!
  Лана словно молнией ударило.
  А мог ли Отец побывать здесь... И не выбраться? Или повстречать Минотавр, использовать его силу, стать сильнее богов и выйти с тропы? Но выйти безумным, хоть и, не показывая этого больше никому.
  Доводы логичны, но они все так же оставались доводами и не чем большим. Чем же был все-таки Отец и минотавр. Правда - вот что будет ключом. Лан помнил это. То, что укажет правду, пробудит и найдет Минотавр. Это был его шанс. Шанс быть первым, не поддаться Отцу.
  А Танака? Что же с ней? Враг ли она, его любимая? Еще один важный вопрос, на который не было ответа. Отличить правду ото лжи уже было почти невозможным. Оставалось одно мудрое решение: просто идти вперед, не оборачиваясь назад. Прямо как в этой шахте лифта, в которой он сейчас прильнул всей грудью к стене и пробирался вперед, закрыв глаза от страха... от банального человеческого страха, коим Тропа пыталась сломить его.
  Но Лан просто шел вперед. Глупо и упорно. Ведь все это сон, это страхи людей. А он - не человек. Он тот, кто выше и величественней людей, но не отличается от них одним - душой.
  Лан просто продвигался наверх, минуя ступеньки одну за другой. Голоса Матери, сестры и брата преследовали его. Но он не верил в их. Он прекрасно знал, что он уйдет, а это место останется. И нет другого пути. И нет другого конца. Есть лишь один путь - его путь.
  И этот путь, по которому он идет сейчас.
  
  Но это были лишь его мысли. Мысли, которые помогали Лану пробираться вперед, не смотря вниз. Это были мысли, которые спасли ему жизнь и дали сил добраться наверх, до выхода на девятый этаж. Выше шахты не было: заканчивалась, а лифт остался где-то там, внизу, как и страх, который ему пыталась вселить Тропа.
  Хладнокровно, Лан открыл двери в шахту лифта и вышел на девятый этаж - долгожданную точку назначения.
  Нет, здесь не было вечных коридоров, тусклого освещения и плененных призраков прошлого. Это был лишь один большой зал, словно Лан попал в пентхауз огромного небоскреба. Он сделал пару шагов вперед. Вместо стен были округлые модные огромные окна, открывающие вид на ночной город, который горел тысячью мелких огоньков где-то там, за гранью. Тропы.
  Иллюзия? Возможно - кто знает.
  Длинный красный ковер уходил вверх по широкой лестнице, на верхней площадке которой располагалась узкая железная дверь наверх, очевидно на крышу, а значит на свободу. Был ли это конец пути?.
  Лан сделал пару шагов, затем выровнялся и неспеша уверенно зашагал к лестнице, пристально следя глазами за молодым человеком, который стоял напротив окна, почти в центре зала. Он был высокого роста, среднего телосложения, с темными длинными вьющимися волосами. Его грустный взгляд был направлен за окно в темную-темную ночь.
  - Рассказ дописан.- Произнес он, слегка картавя, очень спокойно и уверенно.
  - Твой рассказ?- Поинтересовался Лан, посмотрев на него.- Значит... ты писатель, должно быть?
  - Да.- Кивнул парень.- Данте - мое имя.- Он посмотрел на Лана ярко-зелеными глазами и расплылся в улыбке.- Мой рассказ так же закончен, как и мой вечный вещий сон.
  - Сон?
  - Про это место.- Вздохнул Данте.- Про девятиэтажку.
  - И что, удачный конец?- Поинтересовался Лан, проходя мимо, даже не остановившись на нем взглядом. Ему уже многое было безразлично. Этот парень был точно очередным фокусом Тропы.
  - Вполне.- Довольно кивнул Данте.- Ведь ты жив. И, тем более, уже есть продолжение.
  Лан остановился перед дверью, ведущей на крышу, не оборачиваясь, прислушался. Он не хотел знать ничего об этом. Пришло время уйти, и, кажется, его очередь сделать это. Он уйдет. Вот только откроет эту дверь, и все. И окажется там, где должен быть. А что потом?
  Отец.
  Танака.
  Правда.
  Минотавр.
  Тропа...
  Я так долго ждала вас. Так долго, что самые древние боги превратились в прах. Кто я??? Наивный вопрос...
  06.07.05
   00:26 А.М.
   г. Красноярск
  
  
  
  Планета Минус: Бездна
  
  (The Minus planet: Abyss)
  Спасибо композиции Abyss
  Группы Stratovarius
  За творческую мыслю
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 1 - комната
  
  //1//
  
  Я так долго ждала вас. Так долго, что самые древние боги превратились в прах. Кто я??? Наивный вопрос...
  
  Что мы знаем, когда просыпаемся?
  
  Бездна...
  
  Все, что мы знаем, что познаем по ходу нашей долгой, или же в противовес короткой жизни, все накапливается, и, словно некая отсчетная точка - сон, в котором подводятся все линии. Что мы знаем, когда просыпаемся? Знание дарует нам то, из-за чего мы живем: надежду на лучшее... Или же принятие худшего, жизнь в ожидании конца света или нечто вроде этого. Наше бытие "освещается" тремя аспектами знания, аспектами мышления: знание того, что происходит всегда, вечно; знание того, что уже произошло, что могло произойти; знание происходящего, что может повлиять на будущее, но не то, что может случиться в будущем. Я говорю о знании, как о кладези нашей жизни, жизни очень многих людей. Ведь, так или иначе, наши знания связаны и не могут быть разорваны: мы живем в одинаковом мире, и, по идеологии, считается, что этот мир не искусственен, натурален и принадлежит "нам".
  Нам?
  Да, нам, разумным существам. Даже, возможно, самым разумным существам во всей галактике. А если нет? Не правда ли, оптимистично? Да, у меня эти мысли тоже вызывают смех. Но если шутки в сторону... Да, это я шутил. Но возможно ли отрицательное знание? Такое как бы "со знаком "минус"", если можно так выразиться. Ведь, раз мы, самые логичные и мыслящие существа во вселенной, так идеальны, по сравнению с окружающим миром, идеально ли наше знание вместе с нами? А если и идеально, то полно ли?..
  
  Такие мысли меня посещают по утрам, когда я еще люблю понежиться в постели... По крайней мере любил. Примерно об этом я и мыслил и в тот момент, когда я оказался в комнате.
  
  Он открыл глаза и понял что что-то не так. Кто-то хочет "надуть" его, обмануть. И обман был налицо. Только он не знал, в чем обман заключался. Ему снился сон: неизвестно какой, но, почувствовав, что умирает, он проснулся, открыл глаза. Скрип раздавался от вентилятора наверху. Нехитрая конструкция таких люстр-вентиляторов должна была спасать своих обладателей от изнуряющей духоты, но справлялась с этим не вполне успешно. В комнате было темно, хотя тусклые лучи света ложились мягко на пол через старые серые жалюзи на окне за кроватью. Справа стоял старый стул на колесиках, какие можно встретить в современных офисах. На нем висела футболка. Он не узнавал ее, но знал, что это его.
  Моргнув лишний раз, он провел рукой по телу и обнаружил, что левая рука страшно отекла и не подчинялась приказам мозга. Скривившись от неприятных ощущений, он постепенно расшевелил ее, понимая, что лежит на грубой постели, на одеяле, одетый в одни темно-синие свободные джинсы. Он сел на кровати, провел по волосам: короткие, удобные. Осмотрелся.
  Это была небольшая комната, похожая чем-то на комнату из общежитий. В противоположном от кровати углу стоял небольшой, на половину железный письменный стол. На полу были его кроссовки. Он помнил свои чувства к ним: удобные, прошедшие не одну сотню километров, потрепанные, но сохранившие "нормальный" вид. К футболке он не питал ровным счетом никаких чувств, кроме того, что она была темно-синей и нравилась ему. По ее виду он понял, что она далеко не новая и не слишком-то свежая. Но особого выбора у него,похоже, не было.
  Так же не оставляла выбора и сама комната: она была ему абсолютно чужая, это было не его душное и темное место. Следовательно, нужно было уйти из нее. Не его комната...
  
  Я... я снова закрываю дверь.
  Твое... лицо закрыто мне.
  Теперь я в этой комнате один,
  Вдали от всех небесных светил.
  
  В комнате, где ангел засыпал,
  В комнате, где он закрыл глаза.
  Чтобы от сна никто не отрывал,
  Чтоб его найти смогла Судьба одна.
  
  Я нарисовал ее в огне,
  Рукой начертал дверь на холсте.
  Она была красива как весна,
  В потаенном месте жила она.
  
  И она закрыла мне глаза,
  Улетала в небытие душа моя.
  В жизни больше нет огня,
  Нет сил почувствовать дождя.
  
  Песня лилась извне комнаты, и пел ее знакомый ему человек. Это давало ему некоторый стимул подняться: за дверью находился человек, близкий ему, человек, которому он когда-то доверял.
  Он подскочил с кровати, рванулся к темной двери. Оказавшись на ногах, он понял, что никаких ковров, никаких обоев - ничем этим даже не пахло. Все без исключения было сделано из странного темного материала, на вид напоминающий железо, но при прикосновении напоминал пластик. Сразу было видно, что все это было старое и никчемное.
  Ручка двери, словно как у старого холодильника, со скрипом опустилась вниз и открыла толстую железную дверь. Родилось новое впечатление, что он находился в каком-то бункере или странном старом убежище, переделанное в место жительство обычных людей, словно убежище так и не пригодилось. Люди... Новое ощущение. Он - человек.
  Когда дверь открылась, ему в лицо ударил прохладный, приятный ветерок, хоть в ветерке этом было множество пылинок. Перед глазами сразу появился выход из помещения, в котором он находился. Вернее выход этот представлял собой коридор-спуск без ступенек. Было видно, как где-то там, впереди, где кончался этот коридор, открывается свободное пространство. Он поднял свою голову вверх: никакой крыши, словно он находился в недостроенном здании, серое небо, быстро плывущее куда-то. Голос поющего, доносившийся слева от открытой двери сразу оборвался.
  - Ой, Данте, извини, я разбудил тебя?
  Он повернул голову к тому, кто сказал это: паренек среднего роста, короткие волосы, карие глаза. Данте - это имя было знакомо ему и одновременно далеко. Мог ли этот парень ошибиться или он действительно знает его. Данте. Допустим. Говорящий горько улыбнулся. Он сидел, опершись о железную стену, и напевал что, тупо смотря вверх, на плывущие небеса. Этот свистун был близок ему - так говорили чувства. А память? Ее словно не было.
  - Как я попал сюда?- Спросил Данте у юного певца. Не "где я?" или не "кто ты?". Эти слова за Данте пронесли его чувства: последнее, на что он мог надеяться, когда его память просто исчезла, словно ее и не было в помине.
  - Не знаю.- Просто ответил певец, повернув голову налево, посмотрев в сторону, где сидели и другие обитатели этого недостроенного убежища, бункера, или чем это могло еще быть. Данте не знал их, как не знал и что это за место. Налево коридор уходил четко: ровный, холодный и железный. А люди просто сидели на голом полу, и каждый был занят своим делом: кто-то ел что-то из небольшой мисочки, кто-то тоже что-то напевал, кто-то зачем-то скоблил по стене железным осколком арматурины. Певец вновь посмотрел на Данте с грустной улыбкой, встретил холодный и непонимающий взгляд.- Уже начался день и нам не положено спать. Многие ушли уже на рабочие места, другие ждут на Благоговейной Пустоши Откровения. Я тоже пойду туда.- Певец улыбнулся еще шире.- Но, пожалуй, позже. Сначала я хочу петь. Твои песни очень мои. Я люблю их. Они во мне.
  Чувства.
  В нем осталась лишь память чувств. Он знал, что это его слова, его стихи, но при чем тут был этот парень. Певец - так его решил назвать Данте. И он знал, что как бы он не говорил, Певец никогда не любил петь - так подсказывали чувства. Память чувств - его оружие против беспамятства. Память чувств - все, что у него было. Все, что ему оставили? Эти места полны тайн и обмана. Но и оставлять их было нельзя, невозможно. И был ли у него хоть какой-то выбор? Вряд ли.
  Данте повернул налево, даже не захлопнув за собой дверью. Зачем?
  В железном коридоре дул прохладный ветерок, но, очевидно, людей, сидящих тут это беспокоило мало. Зато ему было интересно хотя бы узнать, что это за место. Но, опять же, чувства подсказывали, что ничего хорошего в этом месте нет. Тем временем он сделал первые шаги по коридору, а из-за его спины послышалось монотонное пение того самого парня.
  
  К двери уж сделан шаг,
  Слова в сердце больнее шпаг.
  И оборачиваться нету сил,
  Движение рукой: дверь закрыл.
  
  Пару шагов, и за порогом я.
  Позади оставил лишь тебя.
  Не достоин больше внимания.
  На душе лишь слова: до свидания.
  
  
  //2//
  
  Тот вопрос, в каком месте оказался я, стал донимать лишь тогда, когда я взглянул на людей, находившихся здесь. Старики и люди, которым было уже далеко за 30. Что это могло значить? Я точно знал, что мне, как и Певцу, было никак не больше двадцати лет. И что они здесь все делали? Люди здесь жили своеобразной жизнью. Они так ходили на работу, на огромный завод, который находился в соседнем здании, и, казалось, мог вместить в себя так много людей, сколько тут даже не было. В то время как первая часть людей отдыхала, вторая без устали трудилась на заводе. Женщины, мужчины - все здесь были на равных. Все получали одну рабочую норму и одну норму еды.
  Правда, единственное, что я тогда не понимал, так это откуда люди получали еду. Почему? Да ничего во всем этом месте не могло приносить ничего съедобного. Уж точно не та пустошь, которая царствовала вне этих двух огромных зданий. Именно из этой пустоши веял холодный ветерок, наполненный пылью и песком, который забивался здесь везде, ударял в глаза. Некоторые здесь вечно носили защитные очки, не снимая их, ни когда умывались, ни когда спали, ни когда работали. Было такое чувство, что люди забыли о своих пороках, о своей звериной натуре.
  Жители большой железной пристройки к заводу были дружелюбными, добродушными. Причем добродушие это было абсолютно пустым, словно это были не люди, а какие-то бездушные существа, лишь напоминающие людей. Единственные, кого боялись здешние жители, были, так называемые, директора завода, которых никто никогда не видел. Я несколько раз слышал о них, пока шел по долгим и извилистым коридорам. О директорах говорили с опаской и крайней осторожностью. Блуждание по этой пристройке привели меня, наконец, на верхние этажи, где находилась та смена, которая недавно прибыла с завода.
  Уже теряясь в догадках, как и почему я попал в такое странное место, я внезапно...
  
  Данте внезапно чуть не наступил на небольшой предмет, лежавший на полу в коридоре. Он заметил его в последний момент, когда случайно опустил голову вниз, рассматривая до этого большие пластиковые окна этажом выше. Резко остановившись, он присмотрелся и обнаружил, что чуть не растоптал чьи-то большие старые квадратные очки. Это были просто старые увеличительные очки, какие носили старики. Но Данте заметил одну небольшую странную деталь: стекляшки очков слегка переливались разными цветами.
  Подобрав их, он посмотрел сначала в первую линзу и увидел окружающий мир в красном цвете. Посмотрев во вторую линзу, мир обратился в зеленый цвет. Убрав очки в карман, Данте пожал плечами и осмотрелся: хозяин мог быть где-то поблизости. И он не ошибся. Невысокая сгорбленная старушка искала что-то в глубинах своей просторной, старой, как она сама, тунике. Было видно, что нескольких зубов у старушки не было, бесконечные морщины испещрили ее лицо, отняв молодость, принеся взамен ей мудрость.
  Слегка улыбнувшись, Данте медленно подошел к ней, доставая и протягивая очки в руке.
  - Ооо! Ты нашел их!- Благодарно приняла очки старушка и немедля одела их на свой нос. При этом глаза ее моментально открылись в полную силу, и она, немного поморгав, осмотрелась вокруг, затем осмотрела Данте, немного пожевав губами.- Спасибо тебе большое. Я потеряла их, когда шла с завода: меня толкнул нечаянно какой-то мужчина. Он был не виноват, это точно! Но...- Старушка бережливо протерла линзы очков.- Я потеряла краски мира на некоторое время: без этих очков все для меня становится почти черно-белым.- Старушка улыбнулась ему.- А ты? Ты что-то ищешь здесь?
  - Ответ.- Уточнил Данте.- Что я здесь делаю?
  - Ммм... Сложный вопрос.- Потерла бороду старушка.- Зависит от того, что тебе здесь нужно. Ты знаешь, где ты находишься?
  - Это второй ответ, который мне нужен.- Довольно кивнул тот.
  - Ты не знаешь?- Уже не шутила старушка, подняв брови.- Что ж, это место называется планета Минус. Как математический знак, только с долгой "и". Должна заметить, самое лучшее место во вселенной. Так написано в книгах доктора Сами, и, должна сказать, так и есть! Доктор очень грамотен и всеобразован. Лишь он не ходит на завод.
  - Доктор Сами.- Ухмыльнулся Данте смешному имени.- А как бы мне найти вашего всезнающего доктора?
  - Так вот же.- Старушка ткнула пальцем на ближайшую лестницу на верхние этажи.- Поднимись наверх, поверни налево, после валяющегося унитаза направо и все вперед-вперед, пока носом и не уткнешься в огромную вывеску.
  И старушка снова расплылась в широкой беззубой улыбке.
  
  Когда я услышал такое описание пути, по которому мне следовало пройти, я был, если можно так сказать в шоке. Просто вы не слышали, с какой скоростью старушка протараторила мне этот путь. Возможно, деталей в описании долгого коридора было больше, но мой разум просто не смог их всех уловить. Словно кто-то поставил ее на режим перемотки. Слегка приоткрыв рот от такого детального объяснения, я распрощался с ней и двинул в сторону лестницы. Да, такое описание могла дать только русская женщина.
  И вот в этот момент я понял: я не знаю, на каком языке я говорю. Я говорил словно на своем родном, но я не знал ни одного слова, ни одной буквы. Взглянув на промелькивающие мимо вывески, я не понимал алфавита, не понимал значения этих закорючек. Но я просто знал, что они значат. Словно здесь не существовало других языков: я не мог и слова сказать ни на русском, ни на английском, ни на японском. И от этого становилось даже как-то страшно.
  Но спокойствие приходило с каждой ступенькой.
  
  Каждая ступенька давалась ему с некоторой затратой энергии: было сложно, словно что-то тянуло вниз, обратно. Но Данте упорно шел вперед, зная, что самое важное - ответы. Так, в конце концов, он обнаружил долгожданную вывеску "Мастерская доктора Сами". Ему сюда.
  
  - Скажите миссис Шелли, что я больше не буду выписывать ей антибиотики.- Послышалось из ближайшего угла. Данте прищурил взгляд и стал, как можно тише продвигаться вперед, походу рассматривая все в этой комнате. Тем временем голос продолжал спокойно.- Недавно у нее пошла очень сильная аллергическая реакция на этот препарат, я видел, с каким красным лицом она пришла вчера с завода, задыхаясь от насморка. Нет, милая леди, этих таблеток больше не будет, какой бы они не производили эффект на лечение ее болезни. Пусть придет ко мне на осмотр во время этой смены. Посмотрим, что можно сделать.
  Данте поднялся по небольшой лестнице в комнату, освещаемую несколькими лампами дневного света. Не смотря на работу ламп, в комнате было много столов, на которых стояли различные пробирки синего цвета. Их было так много, что помещение окрашивалось этим темно-синим светом, откладывая мягкие тени на фигуры людей вдалеке. Данте заглянул за угол и увидел, как женщина средних лет раскланялась перед мужчиной в белом докторском халате, затем взяла какую-то бумагу от него и, не говоря больше ни слова, развернулась и вышла прочь отсюда, даже не взглянув в сторону Данте.
  Тот ни капли не смутился, проводил ее скучающим взглядом и чуть с большим интересом посмотрел на доктора, который, отложив в сторону свои круглые очки, слегка потер глаза, сел обратно за стол, открыл огромный том и начал читать его, словно разыскивая ответ на очень важную задачу. Чуть приподняв бровь, Данте стал медленно приближаться к нему, по дороге рассматривая синие блики на стенах большой лаборатории.
  - У вас тут строгая обстановочка.- Сказал, наконец, тихо он, скользя своим взглядом по столам и книге доктора.
  - Как это и должно быть в амбулаторном отделении.- Сказал доктор Сами, оторвавшись от своей книги. Увидев молодого человека, он мягко улыбнулся, слегка наклонив голову.- Чем я могу вам помочь? У вас что-то болит, или какая-то проблема личного характера. Что-то волнует вас? Не беспокойтесь: чувствуйте здесь себя в безопасности: никто не узнает о нашем разговоре.
  - Вы можете помочь мне во всем, в чем бы я ни нуждался?- Настороженно спросил Данте, медленно прохаживаясь вдоль полок и столов.
  Доктор, услышав этот вопрос, метнул свой взгляд в книгу и вновь посмотрел на парня, все так же мягко улыбаясь.
  - Я тружусь ради нашего Завода, Директоров, зарплаты... И я хочу, чтобы и у вас было счастье в жизни!
  - Счастье...- Повторил Данте, уткнув свой взгляд в пол. Это слово рождало в нем непонятные чувства. Воспоминания чувств говорили, что ему хотелось счастья. Хотелось так, что он мог бы отдать за это свою жизнь... Да только словно она и не нужна была никому, даже ему самому. Данте поднял грустный взгляд на доктора.- А вы счастливы, Сами?
  Вновь Данте еле уловил, но доктор уже на секунду кинул взгляд на книгу, дотронулся до страницы. Его улыбка как-то померкла.
  - Конечно!- С ярой уверенностью ответил он.- Я счастлив, что могу трудиться для своего народа и получать от этого выгоду. Честь - это то, что втолковывают всем нашим детям с раннего детства.
  - Получать выгоду - значит честь?- Усмехнулся Данте.- Ты не прав, доктор. И знаешь: катись ты к черту. Но перед тем, как я уйду отсюда, попробуй ответить мне на один каверзный вопрос: что я здесь делаю?
  Доктор слегка приподнял том и перелистнул пару страниц, жадно вцепившись в них взглядом.
  - У каждого есть свое место в этом мире.- Сказал он через пару секунд. На его лбу появились капельки пота.- Так и у тебя есть свое. Как и у нас всех. Наше место - Завод. И твое тоже! Ведь ты здесь, с нами!..
  - Как вас зовут, доктор?!- Внезапно задал вопрос Данте, улыбнувшись, увидев, что Сами невольно схватился за свою толстую книгу.- Скажите, на кого вы работаете, как их имена?! Кто твои родители?! Ты когда-нибудь влюблялся?! Кто твои родители?! Где следующий город? Где другие люди???
  Данте все повышал и повышал голос, пока не перешел на крик. А доктор все быстрее и быстрее начинал листать свою толстенную книгу. Он искал в ней ответы, которые если и были, то где-то там, в толще бумаги, на страницах, которые никогда не открывались, склеились и вряд ли уже когда-то смогут уже открыться. Движения доктора были все скованнее, а вопросы Данте все яростнее и жестче. Через несколько мгновений Сами совершенно потерялся в словах, сыпавшихся на него со всех сторон и выронил тяжелый толстый том, который стукнулся о железный пол и упал раскрытый где-то рядом. Сам же доктор упал лицом на стол и заревел, словно малое дитя.
  Данте посмотрел на него жалостливо, затем бросил взгляд на книгу. Толстый кожаный переплет, великолепная работа. Но пустые, сказочно-белые страницы, словно эту бумагу только что изготовили, а книгу сшили.
  - Вот какой вы, доктор Сами.- Горько произнес Данте.- В принципе, такой, как и все, живущие на этом заводе. Ваше место в клетке? В этой клетке? Вряд ли вы вообще слышите меня. Вы не шизофреник, нет, сэр. Но вы воспринимаете этот мир как свой мир. Или как часть своего мира. Вам так легче живется. Вернее... Вы так думаете, что так легче.- Данте почувствовал, как в нем просыпается ярость. Боясь сделать что-то опрометчивое, он злобно пнул книгу ногой, но та, из-за своей тяжести, улетела не далеко. Сам же парень быстрым шагом вылетел из лаборатории.
  - Где же моя книга???- Сказал вопросительно доктор сразу после того, как Данте вышел. Доктор поднялся со стола улыбающийся и счастливый, с заплаканными, но блестящими от радости глазами.- Ну что за дела?! Кажется, я опять заснул на рабочем месте...
  
  Не зная куда податься, Данте быстрым шагом вышел дальше в коридор. Непонятная злоба и ярость терзали его изнутри. Чувство неизбежности внезапно начало захватывать его. А вдруг все это место такое. Пути нет. А вдруг пути уже никакого и нет...
  Нет.
  Память чувств говорила: это не твой дом, это не твоя жизнь, это не ты. Но все же это...
  
  Серые улицы города,
  Насилие везде без повода.
  И люди вокруг уж не живые.
  Наркотики и секс для них святые.
  
  И друзья смотрят на меня,
  Жадно, как на любимого врага.
  Вместо сердца у всех черное пятно,
  Исчезло с черствой душой давно оно.
  
  Это не моя жизнь,
  Это не моя семья.
  Как на еду смотрит она,
  Уже далеко не любимая моя.
  
  Это не мой дом,
  Ненавидит меня он.
  Это больше уже не я:
  Не разглядеть своего лица.
  
  - Певец!- Выдохнул Данте, но, вслушавшись в голос, понял, что поет эту даже в каком-то смысле страшную песню, девушка. Девушка с очень красивым, но покинутым голосом.
  Не находя для себя больше никого шанса, он двинулся на голос, который раздавался где-то вдалеке, где-то из дальних железных коридоров, через которых эхо проходило как нельзя лучше. И это эхо пения было словно проводником Данте. На протяжение нескольких минут - его единственным другом в этом мире пыли и серой скуки, планеты Минус.
  В конце концов, Данте набрел на крыло общежития рабочих завода, которое, судя по комнатам, было уже давным-давно заброшенно. Под ногами то и дело попадались банки от газировки, разнообразный мусор, но... ни одной крысы. Как это уже заметил Данте, большой численностью живности это место вообще не отличалось. Саму девушку он повстречал уже когда песня закончилась.
  Она сидела на краю обвисшей балки, свесив ноги в пропасть, словно не боялась рухнуть вниз с высоты не меньше восьми этажей (Данте и не подозревал, что он забрался настолько высоко). Часть стены, на которой сидела девушка, казалось, обвалилась уже сотни лет назад.
  Стараясь не издавать резких звуков и не испугать ее, Данте приближался все ближе и ближе, движимый интересом узнать, кем именно была эта девушка. А она все продолжала напевать что-то. А за обвалившейся стеной быстро плыли серые облака, и девушка любовалась ими. Блестящие облака, цвет, который был похож на чистое серебро. Они были действительно весьма красивы. Данте слегка вздрогнул, когда мимо пробежала, выскочившая неизвестно откуда, рыжая кошка. Кошка остановилась на секунду, посмотрела на него недовольно, махнула хвостом и умчалась куда-то в коридор. Проводив ее взглядом, парень вновь повернулся к девушке на балке, но той уже не было: словно в воздухе растворилась.
  Соскользнула вниз?
  Нет.
  Он подошел к краю обрушенной стены и поглядел в небо.
  Он долго смотрел в небо.
  И он не увидел ничего, кроме звезд, которые мерцали где-то там, в вышине. Данте не знал, есть ли в этом месте такие понятия, как "день" или "ночь". Здесь было одно понятие: "смена". Звезды - такие яркие и далекие, они мерцали всеми возможными цветами от синего до красного и зеленого. Данте пригляделся. Облака плыли очень быстро, но звезды было видно сквозь облака - так ярко они светили. Но, приглядевшись, Данте понял, что это на самом деле облака очень прозрачные, как тонкий лед. А над ними... Потолок из того же металла, из которого было здесь практически все. А на этом потолке очень частые лампы, которые и светились красным, синим, зеленым.
  
  Что же это за планета-то такая? Люди, живущие под надзором, словно кролики? Реальна ли эта жизнь? А самое ужасное, что этот вопрос не мучает обитателей планеты. Так что же делать?
  
  Возможный выход ему в тот момент виделся один: он отправляется на завод, встретиться с директорами.
  
  
  Глава 2 - Завод
  
  //1//
  
  Я так долго ждала вас. Так долго, что самые древние боги превратились в прах. Кто я??? Наивный вопрос. Я то, что рождает здесь жизнь. Я - мечта. Я - Химера. Не бойтесь меня, ибо я есть сама жизнь, так зачем же мне дарить кому-то смерть? Глупо. Как и то, что все мы смертны. Смертна оболочка, но не дух, не мечта. Я - это место, я...
  
  Что мы знаем, когда просыпаемся? Данте открыл глаза. Он лежал на не слишком мягком диване. Из закрытых жалюзей лился серый осенний дневной свет. Такой же холодный, как и это время года. Говорят, у природы нет плохой погоды. Так ли это?
  Что мы знаем, когда просыпаемся?
  Он знал, что его зовут не Данте. И завод давно остался позади. И рядом лежит нагое тело его подруги, мирно сопящее в ветхом утреннем сне.
  Что мы видим, если проснулись, но еще во сне.
  
  Бездна...Все это - Бездна.
  
  Завод и его пристройка были не просто недостроены. Было такое чувство, что оно так и задумывалось: открытая крыша, без некоторых стен, дверей и полов. В большинстве своем здесь преобладали небольшие, однокомнатные квартиры, в одной из которых и обнаружил себя Данте не так давно. Но большинство жителей не находились в них, хоть и охраняли их как только могли. Вход в здание завода был недалеко. В этой части пристройки было более чем жутковато, словно вся грязь и пыль всего этого места скапливалась здесь.
  Следуя красным направляющим стрелкам, он все шел и шел к своей цели, попутно наблюдая за тем, как живут здесь местные люди. Это уже даже напоминало город: одну большую пустую площадь, которую окружали десять улиц, по которым расселялись все местные жители. Сейчас на площади шла какая-то дискуссия. Данте обратил на это внимание.
  - Я вам говорю: есть выход. Есть!- Кричал какой-то зеленоглазый мальчишка в окружении своих сверстников.- Это все - вовсе не планета, но нечто вроде исследовательской станции! Бога нет - это лишь голографическое изображение на исполинских экранах над небесами. А звезды - фонари станции!
  - Во, чудак!- Усмехнулся один из его друзей.
  - Мудак какой-то!- Обвинил его второй, пытаясь подобрать какие-то менее обидные выражения.- Спинномозговой!
  - Да брось ты!- Кинул ему третий и все друзья парнишки развернулись и ушли куда-то в сторону.- Не видишь что ли, ты не прав.
  Зеленоглазый парень остался один на площади, обиженно глядя на друзей. Данте даже слегка удивился. Паренек смотрел на удаляющихся мальчишек с ненавистью, и его глаза перекрашивались из зеленого в темно-карий.
  - Не поверили?- Спросил его Данте, подойдя чуть ближе.
  - Конечно, нет.- Крепким голосом ответил тот, слегка шмыгнув носом, скривил лицо, затем посмотрел прямо в глаза Данте. Его взгляд был до глубины грустный, но понимающий.- А зачем им верить? А ты веришь?
  - Да.- Ответил Данте.- Я верю: сам видел. Меня Данте зовут.
  - А меня Денис.- Улыбнулся мягкой и широкой улыбкой паренек.- Хорошее у тебя имя!
  - Оно не мое.- Пожал плечами Данте.- А фамилия моя: Забвение. Не знаю, почему, но память чувств подсказывает мне, что это - мое.
  - Забвение?- Уточнил Денис, садясь в позу лотоса на землю, поднимая с земли небольшую книжку. "Лодка на аллеях парка: введение в социологию" - прочитал Данте.- Все боятся даже выходов Завода, кроме поляны, где мы возносим хвалу нашему "бо-гу".- При этом Денис скривил забавную гримасу и подергал двумя пальцами на руках: средним и указательным, обозначая кавычки.- Я всю свою недолгую жизнь жил в этой помойке, и я привык к ней. Привык ко всему этому. Но вот что я тебе скажу: я свалю отсюда. Немногие делают это. Их не понимают и считают изгнанниками. И еще они никогда не возвращаются.
  - И ты готов пойти на это?- Данте приподнял бровь.
  - Да.- Очень уверенно кивнул Денис, смотря тупо в какую-то точку на полу.- Я не знаю, верно, ли мое знание, я не знаю, знаю ли много о том, что ждет меня. Но лучше так, чем жить с теми, кто старается быть отличным от всех. В результате этого хотят все. И все ничем не отличаются друг от друга. Это все не мое. И если даже я сам себя в этом убедил: так значит тем более я этого хочу.
  - Думаю, я понимаю.- Кивнул Данте, вспомнив песню, которую пела девушка на краю полуразрушенной стены.- Где здесь вход в этот самый Завод?
  - Там.- Указал Пальцем Денис.- Решил до истины докопаться, а? Я плюнул. Хотя, ты не из наших мест, может и повезет. Я могу лишь пожелать тебе удачи. Все должны рано или поздно уйти.
  - И тебе удачи, Странник.- Кивнул с улыбкой Данте, которому память чувств подсказывала, что эти слова имеют далеко не малый характер.
  Денис ухмыльнулся, а Данте, не говоря больше ни слова, отправился к узкому переулку, за которым действительно виднелось огромное, как скала, черное, как смола, здание, окутанное дымом так, что было видно лишь его первые пять этажей. Этот вид нагонял страх. Но зачем бояться камень или железо строения? Следовало бояться того, что находилось внутри.
  Что он искал? Директора. Управляющие - не важно. Те, кто поддерживал этот завод в рабочем состоянии, выдавал людям еду и одежду. Вот кто ему нужен был. Но знали ли они сами о месте, в котором находились? Ответ скрывался где-то там, на верхних этажах здания, в которое он вошел.
  
  Чувствуешь меня?
  Видишь ли меня?
  Иль ничто не значит
  Для тебя ни солнце,
  Ни трава, что под ногами.
  Как и я.
  
  Бог, отвечай мне,
  Где скрывается она,
  Куда исчезла от меня.
  Рассчитываю только на себя:
  Я на этаже, где бессмертные
  Умирают без стыда.
  
  Уничтожаешь ли меня,
  Иль даруешь равновесие.
  Сказать могу я без труда,
  Ибо имя тебе: Забвение.
  
  Песня!
  И на этот раз поразительно близко, почти над ухом! Пела опять девушка, другим, но не менее красивым голосом.
  Данте не остановился и не развернулся: смысла не было. Зачем оборачиваться на кого-то, если есть цель, которую хочется достигнуть скорее. Тем более, что в достижении этой цели ему НИКТО был не нужен.
  - Но никто ли?- Спросил его то ли внутренний, то ли чей-то внешний голос.- Ты идешь вперед, неизвестно куда. Без проводника, без совета. Путь тебе указал маленький пацан, который тебе понравился рвением к свободе.
  - Это лучше, чем, если бы у меня был слепой проводник и мудрый ворон на плече.- Усмехнулся Данте, медленно продолжая свой путь по холодному, вонючему и пыльному заводу. Люди здесь, не покладая рук, работали. Просто трудились и трудились над чем-то. Каждый над своим - не важно, над чем.
  - А тебе не кажется, что порой слепой проводник - и есть самое мудрое, что может только повстречаться на твоем пути?
  Данте повернул голову и недовольно посмотрел на говорившего.
  - Ты не похожа ни на старуху, ни на слепую.- Слегка раздраженно сказал он, продолжая шагать вперед.
  - Я пришла сюда из-за тебя, я - Странник.- Говорила девушка, идущая рядом. Руки в карманах старых синих джинсов, светлые короткие волосы, старая одежда. Весь ее пояс был увешан непонятными амулетами, тушками мертвых голубей. Ее взгляд, в отличие от остальных людей, был чистым. Впрочем, как и у Дениса. Поначалу она была молчаливой. Все время смотрела под ноги.- Но ты - лишний в этом месте. Лишь гость.- Ты хочешь узнать, что это за место?
  - Скорее, почему я здесь.- Уточнил Данте.- Но этот вариант тоже подойдет с натяжкой.
  - Я предоставлю его заочно.- Усмехнулась она.- Меня зовут Ника, тебя я знаю. В отличие от всех этих людей, я - коренная жительница этого места. И как никто, я знаю, что весь этот завод - лишь часть представления о том, где ты находишься. Бездна. Вот как это называется.
  - Бездна...- Внезапно вздрогнул Данте.
  - Все это Бездна.- Кивнула Ника и тут же скривила гримасу отвращения.- Я ненавижу это место.
  - Почему?- Невинно спросил Данте.
  - Здесь каждый клочок земли пропитан историей.- Они продолжали идти вперед по заводу. Рабочие люди иногда смотрели им в спины, но не предавали этому большое значение. Все стены здесь были черными, лица людей такими же от копоти и грязи.- Историей каждого человека. Ибо Бездна - это часть всех людей на свете. Существует очень много миров. Не параллельных. Просто миров. Но они сцеплены одной цепью, словно кольца.
  - Цепи и кольца...- Глухо повторял Данте, смотря тупо себе под ноги. Какие-то мысли бурно роились в его голове.
  - Каждый мир лежит друг на друге.- Тем временем продолжала Ника.- Словно стопка блинов. Иногда по этой стопке идет колыхание, Волна. Используя эту волну, существа, которые обычно живут на верхних Слоях, Странники, могут перемещаться между ними. Вверх и вниз. Но все-таки это кольца, а значит, по середине миров есть дыра. Так вот Бездна - и есть та самая дыра. Бездна - совокупность мечты всех живых существ на белом свете, во всех мирах. Все счастье и все желания - все приходит сюда, и образуют это место. Вспомни каждый шаг своего путешествия, вспомни каждую деталь. Все это ты увидел не просто так.
  Комната...
  Воспоминания...
  Певец...
  Старушка...
  Доктор...
  Все увиденное...
  - Мы - коренные жители Бездны.- Продолжала Ника, слегка повторяясь.- Я, Денис... Основа человеческих желаний и мечты - животный разум и порывы. Поэтому мы одновременно и животные. У каждого есть свой тотем - дух животного, живущий в душе. Только, в отличие от людей во всех мирах, мы преобразуем животный дух и наше тело, чтобы сделать его сильнее. Мы следим, чтобы с Бездной было все в порядке, чтобы ничего постороннего не попадало сюда. Ты здесь посторонний, но тебе было суждено попасть сюда. Ты - Странник. Однако в отличие от других своих однокровников, сюда попала лишь твоя душа, витающая во сне. А значит, тебе суждено вернуться. Суждено уйти.
  - Какое животное в моей душе?- Спросил, было, Данте, но Ники уже было рядом - просто пустое место. Лишь белый голубь пролетел под потолком, растаяв где-то в душной темноте завода, где-то позади.
  Данте проводил его (или ее?) взглядом, затем обернулся и посмотрел на небольшую полуметаллическую дверь перед собой, на которой висела небольшая желтая вывеска: "директор". То ли это, что ему нужно было? Вопрос самому себе? Он боится? Нет.
  Он толкнул дверь.
  
  //2//
  
  Тьма и холод - вот что характеризовало кабинет директора завода. Не учитывая того, что Данте уже был далеко не на заводе. По крайней мере, это было уже не здание, а открытая местность. Небеса, затянутые тучами, огромная белая луна, которая светила ярче солнца, неизвестные крылатые твари, летающие над его головой. За спиной лишь осталась закрытая дверь, да он и не хотел возвращаться.
  Данте напряг взгляд: впереди на каменном холме стоял кто-то у огромного костра, подняв руки к луне, вскрикивая ей какую-то жуткую песню. Дорога к холму была уставлена штыками с насаженными на них черепами, осколками костей, полугнилыми человеческими останками. По обеим сторонам дороги так же стояли статуи людей в полный рост: мужчина в балахоне приоткрывал полы своего плаща и показывал, что под одеждой у него ничего нет, даже кожи - белый скелет.
  
  Чувствуешь запах жертвы своей?
  Алая река течет по шее твоей.
  Вкус чужой плоти да насытит,
  Пусть иной ее просто ненавидит.
  
  Чужая кровь застыла на языке,
  Новая жизнь колеблется в тебе.
  Рядом из друга внутренности торчат,
  Тысяча колоколов в ушах звенят.
  
  Вампирская кровная линия в тебе,
  И некого за проклятие винить.
  И пусть все святое горит в огне.
  Теперь у тебя молитва: "Убить!"
  
  - Песня о потерянной жизни?- Спросил у него Данте, подходя к холму, осторожно наблюдая за человеком, который пел эту жуткую песню.
  - Песня о проклятиях человеческой души.- Ответил ему тот, опустив голову под балахон, слегка подрагивая, прохаживаясь вдоль огромного костра. Голос у него был мужским, слегка сорванным, но достаточно крепким. Данте его тоже не помнил, но память чувств подсказывала, что в его жизни этот человек - почти как брат ему. Здесь это было лишь образ того человека.- А ты - брошенная, разбитая душа.- Кряхтел злобным голосом человек в балахоне.- Ты отверг всех, а потом сказал, что это они кинули тебя. Ты видишь в них их ужасные минусы, освобождая, смело свои. Думаешь, это сошло тебе с рук? Что ты заметил, попав сюда?
  - Что люди такие же скучные, как я и думал?- Хищно усмехнулся Данте и понял, что человек в балахоне в этот самый момент чуть не пришел в бешенство, крепко сжал кулаки.
  - Да кто ты такой, чтобы судить их?- Прошипел ему человек.- Всесильный бог?! Или, может, их король? Ты - ничто! Ты такой же, как они, такой же, как все. Смертный кусок мяса. Сломанный клинок. Сломанный уже несколько раз, не способный даже защитить друга!
  - Защитить кого?- Пожал плечами Данте, увидев, что человек в балахоне чуть не задыхается.- Не томи меня. Друзья не говорят, что ты для них почти как брат, а за твоей спиной смело говорят про тебя то, что люди хотят слышать. Друзья не бросают на произвол судьбы, поддерживают, когда тьма обволакивает душу, когда зло ударяет в сердце. О чем ты говоришь? Убивал ли я? Уничтожал ли я? Лишь себя, разве что. Ты ли моя совесть?! Лишь Бог и сын его, Иисус, будут судьями мне, ибо я верю в Высший суд. И поэтому не боюсь смерти. Даже если в ад попаду - я готов. Я не бог и не король, но я вижу некоторых людей насквозь, ибо они одинаковы в основе своей: в каждой душе скрыт дух животного. Сломанный ли я? Сломан ли мой дух? Слишком закален предательством и иглой убийцы, чтобы сломаться. Так зачем я здесь тогда? Чтобы судить, повелевать, жить или умереть?- Данте сделал паузу, следя за человеком. Тот слегка подался назад.- Я появился здесь не по своей воле, и не по воле существа, живущего здесь. Это Бездна призвала меня. Я не боюсь этого места и не волнуюсь, ведь я знаю, что моя мечта выбраться отсюда - ключ к моему спасению, ведь это место - совокупность мечты всех живых существ во всех мирах. Но я не ухожу. Я хочу увидеть Бездну, ее лицо. "Когда долго смотришь в бездну, бездна смотрит на тебя".- Фридрих Ницше. И я хочу увидеть ее лицо. Зачем? Чтобы увидеть свое лицо. Мое человеческое тело слабо и ничтожно. Мною, как и всеми людьми управляют пороки и желания, которые я не могу преодолеть. Пока. Совершенству человеческого духа и тела нет предела, а поэтому никто не может сравниться со мной, хотя и я ничем не отличаюсь от всех остальных. Другой разговор, если многие другие не хотят видеть мир, в котором живут, а вернее видеть его изнанку. Видеть то, что управляет людьми. А здесь это видно никак нельзя лучше. Ты - мнимый владетель этого места. Что ж, скажи, что мне делать. Выдай мне свой приговор. Я уже давно жду.
  - Убирайся отсюда.- Лишь прохрипел человек в ответ ему, пряча лицо еще глубже под капюшон, присаживаясь на какой-то обрубок иссохшего дерева.
  - Я здесь для того, чтобы знать.- Мягко сказал Данте, словно погладил его по голове.- Философия дала моей душе ответ. Знай и ты. Я, все-таки, в отличие от многих людей, живу не ради того, чтобы жить, а ради того, чтобы сражаться. Поэтому меня можно сломить, но нельзя остановить. Прощай. Скоро я уйду отсюда.
  Только он сказал эти слова, как человек в балахоне махнул рукой. Данте почувствовал, что летит куда-то вниз. И перед тем, как что-либо сообразить, его разум заволокла тьма.
  
  
  //3//
  
  Однако тьма сковывала его разум не долго, по крайней мере, ему показалось это считанными секундами. Когда он открыл глаза, ему открылся вид небольшой темной комнатушки, подвал. Сухой и более-менее чистый, заставленный, как это всегда бывает, всяким хламом вроде старых бочек и каких-то ржавых машин, которые раньше работали на заводе. Из небольших окошек под низким потолком в подвал тек тусклый дневной свет.
  Почему директор завода переместил Данте именно сюда, сам парень понятия не имел, но жаловаться не приходилось: он сократил с добрый десяток этажей и переходов, хотя само здание со стороны не выглядело и подавно таким огромным. Так или иначе, Данте взял в руки какой-то старый железный стул и одним движением разбил окно, которое было размером половина на половину метров, и вылез через него на свежий воздух. Сразу ему в лицо ударил пронизывающий ветер, несущий в себе миллион песчинок и пылинок, неся их с пустоши, которая открывалась справа. Это был небольшой переулок между пристройкой и заводом. Но возвращаться туда ему было незачем, и Данте отправился в сторону пустоши.
  Он не прогадал. Там он увидел десятки жителей пристройки, которые ходили недалеко от входа в нее и все время смотрели в небо, разговаривали друг с другом. Не понимая, что происходит, Данте осмотрелся более тщательно. На земле размещались какие-то проходы под землю, нечто вроде защитных бункеров, которые были заброшены много-много лет назад. А люди были настолько веселыми, что их откровенные счастливые улыбки могли удивить любого. Они поднимали руки вверх и кричали что, призывая кого-то.
  - Что происходит?- Спросил Данте у первого попавшего человека. Это была старушенция на полторы головы ниже него. Она посмотрела на него с таким удивлением, что тому стало как-то не по себе.
  - Бог!- Выкрикнула она.- Он сейчас явится нам! Он скажет, как мы должны жить и что должны делать. Наш бог - это же наш покровитель, наш отец, ради которого мы живем и умираем...
  Не дослушивая старуху до конца, Данте быстро побежал к ближайшему бункеру, чтобы оказаться в стороне от этого действа. Вход в бункер был похож скорее на закрытый каменный окоп, однако это было не важно. Важно было то, что отсюда прекрасно было видно все происходящее. А через несколько мгновений в небесах сверкнула тысяча молний, ослепив всех на миг, и появился бог. Все люди восхищенно, как дети, вздохнули разом. Данте прищурился. Богом оказалось колоссально-огромное голографическое лицо синего цвета. И все небо было заполнено сотней копий этого лица. Словно небеса были скоплением сотни огромных телевизоров, которые показывали эту картинку. Лицо открыло глаза, и хищная улыбка отразилась на нем.
  - Вы счастливы.- Раздался громовой голос с небес. Данте даже представить не мог, какие должны быть колонки, которые передают этот голос. А люди, с блеском в глазах, смотрели на это лицо. Некоторые плакали, некоторые молились. А некоторые, просто открыв рот, смотрели вверх.- Вы работаете, и это дает вам пищу, одежду и добро вашего бога. Жизнь - это свет, ваш бог - это свет. Трудитесь, боритесь, и будете вознаграждены за свою преданность.
  В этот самый момент все как один люди вскинули руки вверх и закричали "Слава нашему богу"! Лицо наверху улыбнулось и продолжило:
  - Ангелы света будут с каждым из вас, а низшим из демонов самое время погибнуть. Обними брата своего и пусть тот возрадуется тебе. Покажи свою любовь богу, ибо демон будет всегда брошен и одинок. Он будет ничтожным и ненужным изгнанником, а значит, он будет достоин смерти.
  После этих слов, все люди обернулись и слились в объятьях с ближайшим. Как дети. Они улыбались, закрыв глаза, и послушно ждали команды своего бога. Данте заметил, как впереди есть один мальчик лет тринадцати, который остался один. Денис, он узнал его. Денис не хотел никого обнимать, он стоял, слегка потрясаемый дрожью - он боялся. Но он не обнял никого. А где-то сбоку шли другие люди в черных масках, в черных балахонах с мечами в руках. Блик от лезвия меча попал Данте в глаз. Он посмотрел на Дениса. Тот молча стоял, крепко сжав кулаки, тупо смотря то в землю, то нервно на тех, кто был вокруг него.
  Люди с мечами приближались к мальчику все ближе и ближе. Их мечи рассекали воздух с тихим свистом. Их черные глаза выискивали тех самых демонов, которые будут стоять одни. Вот один из них ступил рядом с Денисом.
  И прошел мимо: Данте успел добежать до мальчика и прижать его к себе, заслонив его голову своей грудью. Палачи с мечами, словно слепые прошли мимо и растворились где-то во входе в жилой комплекс заводе, там, где находилась комната, в которой не так давно обнаружил себя Данте.
  - Я хотел умереть.- Тихо сказал Денис, сжимая футболку Данте. Сказал он это без каких-либо эмоций.
  - Ты хотел уйти.- Поправил его Данте. Люди вокруг них, улыбающиеся и довольные, уже шли обратно по домам. Очевидно, лицо в воздухе исчезло, и людям нужно было делать то, что вечно говорил им их бог: работать ради него.
  - А разве смерть не выход?- Спросил его в ответ Денис, опусти руки и голову. В его голосе появились нотки отчаяния.
  - Выход для тех, у кого выхода уже нет.- Сказал Данте, крепко обнимая парня за плечи.- А твой выход не здесь. Ты веришь в Бога?
  - Я верю в то, что направляет людей в Забвении.- Ответил тот.- Не в то, что хочет быть богом, а то, что и есть он.
  - Так, где находится выход?
  - В конце комнаты.- Сказал из последних сил Денис.
  Данте отпустил его, а вернее опустил свои руки, ведь парня здесь не было, лишь воздух. Растворился, исчез. Что это значило? Такой же как Ника? Вполне возможно. Одинокий волк: глаза волка, клыки волка и душа изгоя. Бездна отпустила его. Хотя Данте не мог сказать точно.
  - Мечта.- Послышался в его голове голос Ники.- Бездна - это мечты всех людей во всех мирах. Ты - мечта этого мальчика. Ты его часть, его сознание. Ты - его ангел-хранитель. Ты - это он.
  "Я знаю.- Подумал Данте.- Просто Денису здесь было не место, как и Нике. Я - его мечта побывать в Бездне".
  И что тогда остается делать?
  Данте развернулся и зашагал дальше в пустошь, подальше от темного завода, возвышающийся скалой за его спиной.
  
  //4//
  
  Я так долго ждала вас. Так долго, что самые древние боги превратились в прах. Кто я??? Наивный вопрос...
  
  Он увидел их за несколько километров: большой отряд воинов вел закованных в цепь существ, эльфов, как их еще давным-давно описал в своих романах Толкиен. И это удивило Данте. Что это могла все значить, он не знал, но он понимал, что они - самые коренные местные жители этого места. Неподалеку находились руины какого-то большого здания, к которым поспешил Данте. Спрятавшись за большой обломанный брусок дерева, он наблюдал, как эльфов ведут все дальше и дальше, куда-то в сторону завода.
  - Они ненавидят нас.- Данте поднял голову и увидел, что где-то под обрушенным потолком сидит небольшой человечек, эльф в сером от грязи, рваном свитере. Его кожа была серая, волосы черные, взгляд направлен куда-то вперед. Данте напряг взгляд. Из спины эльфа торчали две небольшие арбалетные стрелы.
  - Почему они охотятся на вас?- Спросил Данте, разведя руками.
  - Эльфы - самая популярная фентезийная раса во всех мирах.- Пояснил тот.- Многие мечтают быть эльфами, поэтому и в Бездне мы тоже есть. Мы - коренные жители этого места. Как и те люди, считающие нас своими врагами.- Эльф вздохнул.- Люди, живущие там, около завода, они не знают бед, не знают разочарования. Но здесь, в пустоши...- Эльф утер слезы.- Насилие, жестокость, злость... Единственные наши защитники - Странники, которые способны освобождать дух своего внутреннего животного и противостоять десяткам врагов. Без них мы бы уже все давно были под каблуком королевы людей.- Эльф поежился, скуля от боли в спине.- Говорят, она делает с эльфами страшные вещи. У нее еще более изощренное и извращенное понятие о жестокости и насилии.
  - Так вот чего хотят люди.- Вздохнул Данте, провожая взглядом уходящих рабов.- Хлеба и зрелищ. Безопасности и насилия.
  - Люди всегда хотят войны.- Пробурчал эльф.- Не важно ради чего нужна она. Но когда война заканчивается, люди скорбят о пролитой крови. Но и это ненадолго. Так всегда бывает.
  - Меня уже тошнит от этого места.- Поморщился Данте.- Неужели во всей Бездне нет светлого уголка?
  - Есть такие уголки.- Кивнул эльф.- Оазисы, откуда люди, эльфы и другие существа берут пищу. Но их очень мало. Конечно, они никогда не иссякнут. Проблема лишь в том, как порой их найти. Если тебя так все уже достало, иди дальше. Конец комнаты близок. Иди, как шел, через Кладбище Надежд. Там ты все сам поймешь.
  Данте просто кивнул и вышел из своего укрытия. Его шаг все был быстрее и быстрее, пока он не побежал. Казалось, он был рожден, чтобы бежать. А эльф просто закрыл глаза, его тело обмякло и упало с высоты крыши вниз, туда, где только что стоял Данте.
  
  //5//
  
  Я хочу быть таким, как ты,
  Как вода, поднятая в воздух ветром.
  Я хочу, чтобы люди узрели мои мечты.
  Чтоб по их щекам слеза потом текла.
  
  Когда рану получаешь - не молчи, кричи.
  Голос придаст сил, не даст быстро умереть.
  Это лучше, чем быть в гробовой тиши,
  И просто сдавшись на хозяев смотреть.
  
  Ты, сотрясаемая дрожью, встала и пошла,
  А по рукам твоим алая кровь ручьями текла.
  Ты хотела сдаться, жизнь отдать в руки судьбы,
  Но не смогла бы все равно в этом аду остаться.
  
  Я хочу быть таким, как ты.
  Я смотрю на тебя, это придает сил.
  Сил избавиться от повседневной слепоты,
  И выхода нет, словно во сне я жил.
  
  - Мне уже надоела вся эта дурацкая философия!- Бурчал себе под нос Данте. Он уже задыхался от бега и просто шел. Шел вперед, не замечая ветра, пыли, а потом уже снега.
  И только тогда, когда его нога провалилась в сугроб, он понял, что солнце над ним уже практически не светит, скорее напоминает не солнце, а лампочку. Он огляделся. И вправду кладбище, самое настоящее. Холодное и заснеженное. Такое тихое, что это просто оглушало. Тут не было уже даже ветра. И это немало пугало.
  Данте тяжело вздохнул, выпуская изо рта клубы пара, и вновь зашагал вперед. Его силы были на исходе и единственное, что он мог делать сейчас, так это просто идти вперед, задрав голову вверх и тяжело дышать. Небеса...
  Небеса текли так быстро, что явно было видно - они не настоящие. Скорее какая-то картинка, быстро передвигающаяся вверху. Вся эта Планета Минус, вся она была полна отрицательным знанием. Знанием, которое не помогало людям жить. Или помогало... Да Данте было уже все равно. Вся эта комната скоро закончится. Еще чуть-чуть. Еще совсем немного...
  Небо шло вперед, затем была какая-то непонятная черная черта, и, словно проходя угол, небеса начинали двигаться вниз. Данте опустил голову. Ручка от двери висела прямо в воздухе. Вот оно - так подумал он. Осмотревшись, Данте заметил лишь двух людей: парня и девушку. Вооружившись ножами, они пытались что-то сделать с могилами: то ли написать что-то на них, то ли раскопать их. Все их старания были тщетны, но они словно не замечали этого. Покачав головой, Данте потянулся к ручке от двери. На ощупь она была холоднее льда, но это его не остановило.
  Он открыл дверь. Поток воздуха чуть не сбил его с ног. Данте закрыл лицо руками и пытался устоять, как только мог. Это продолжалось всего несколько секунд, но для него, ослабевшего и усталого, это было настоящей битвой. Когда поток ветра закончился, Данте, с полузакрытыми глазами, постепенно стал входить в другую комнату. Он смотрел вниз - тьма закрывала там все. Это было похоже на огромный колодец: круглая каменная комната, пол которой уходил куда-то вниз. Стены были круглые, из них во все стороны торчали какие-то трубы и куски камня. Шаг за шагом он вошел сюда, железная массивная дверь закрылась за ним.
  Раскинув руки, закрыв глаза, Данте напряг усталые мышцы ног и прыгнул вниз, в темноту.
  
  //6//
  
  Наивный вопрос, говоришь. Глупо... Очень глупо с твоей стороны ждать нас, Ника, да ты и не так стара, чтобы пережить всех богов на свете. Данте и Денис - мы пришли не по твоему зову, а по зову Бездны. По ночному зову, который начинался, когда мы закрывали глаза, и заканчивался, когда мы их открывали. И лишь потом мы поняли, как прийти к Бездне. Тропа Грез - это наш дом был всегда. Даже когда мы не имели материальной формы, когда были мертвы. Данте и Денис - мы две части одного целого: демон и ангел, свет и тьма, добро и зло. Странники, которых вечно зовет Тропа Грез и Бездна. Страшно было пройти ее, страшно было узнать свои страхи. Но когда Тропа осталась позади, хочется пройти ее еще раз. Только понимаешь, что пути назад уже нет.
  Наш ночной зов закончился тем, что мы вернулись назад. Каков был смысл нашего путешествия? Наверное, духовное взросление. Мы - это мир, а мир - это мы. И этот круг - лишь следующая точка для нашего путешествия.
  Ибо наше путешествие не закончится никогда.
  
  Открыв глаза, он понял, что все еще летит вниз. Данте осмотрелся: вороны. Десятки черных, как смола, ворон летело вместе с ним, словно так и говоря: "мы с тобой, мы ведем тебя". Черный ворон и одинокий белый волк.
  Моргнул. Больше ворон не было. Лишь каменные стены неслись мимо.
  Что мы помним, когда просыпаемся? Уж точно не то, что летим вниз с такой скоростью, что сердце уходит в пятки. Вы не помните? А я часто это запоминаю. Запоминаю, каким цветом были комнаты, какие люди мне там встречались. Конечно, запоминаю я далеко не все, но достаточно, чтобы сложить представление о том месте. Чтобы на следующую ночь в забвении вернуться туда. Когда я медитирую, когда не высыпаюсь. Я все время раньше был там.
  Через несколько мгновений стены сменились черными-черными тучами. Ему в лицо ударили капли холодного ливня, прогремел гром, и вокруг засверкали синие молнии, словно целясь в него. Он боялся, вертелся, как мог, словно думал, что может увернуться. Возможно удача, а может и судьба, но ни одна молния так и не ударила в него.
  Он протер глаза.
  Вся земля внизу была утыкана огромными железными трубами. Делать было нечего. Если он не попадет в эту трубу, от него мокрое место останется. Но на такой огромной скорости...
  Вдруг перед ним промчалась черная ворона и улетела куда-то вниз. Данте улыбнулся, расправился и повернул свое тело вниз, еще увеличивая свою скорость. За считанные секунды он догнал ворону, протянул к ней свои руки. Еще через несколько мгновений их проглотила огромная труба и все вокруг вновь стало темным. Но тьма не захватила его разум.
  
  Что мы знаем, когда просыпаемся? Я открыл глаза. Я лежал на не слишком мягком диване. Из-за закрытых жалюзи лился серый осенний дневной свет. Такой же холодный, как и это время года. Говорят, у природы нет плохой погоды. Так ли это?
  Что мы знаем, когда просыпаемся?
  Я знал, что меня зовут не так, как звали во сне. И завод давно остался позади. И рядом лежит нагое тело моей девушки, мирно сопящее в ветхом утреннем сне.
  Что мы видим, если проснулись, но еще во сне.
  Себя? У меня другое предположение. Мы видим путь, по которому нам еще предстоит пройти. Ведь жизнь - ничто, но сон.
  КОНЕЦ. 06.10.05 16:44 Р.М. Г. Красноярск
   
  
  
  
  "Эй, Мистер!.."
  "Hey, Mister!"
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   
  
  //комната 0: вступление//
  
  Это все - глаза:
  Следят, за мной смеясь.
  Это все - стрела:
  Застряла в сердце города и яд,
  Яд по венам-улицам разносит,
  Отпущена с цепей она.
  
  Повелевай и будь рабом -
  - мастер земного бытия.
  Следи за злобными глазами:
  В твоих руках, играй судьбами.
  
  Это цель огня:
  В ночи сгоревшая душа;
  Это ночная суета:
  Пьет кровь, души похищает она.
  
  На крыльях страсти спешит,
  Ей же приятен тот, кто не грешит.
  Мастер земного бытия, спаси,
  Жену нечистую свою уйми.
  
  Что за глупость - человечество, оно,
  Как вода, металл невидно растворит,
  Из которого рождена она - стрела,
  И имя у нее одно - гуманность и вина.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Вы можете принять это как:
  - вступление
  - заключение
  - бредятину
  -продолжение
  -классное соло.
  Как бы оно ни было, 12 - число его судьбы,
  Не учитывая того, что он сам ее создает.
  - записка Алины Мистеру Элоумеру.
  
  Г Л А В А 1 - Непонятки
  
  //комната 1: явь//
  
  - Хей, мистер, пора вставать, примите смс!- Послышался милый, очень мягкий женский голос где-то у головы. Денис злобно проворчал что-то невнятное, повозился на месте, положил подушку на голову, накрылся одеялом - все пусто, сон ушел и не собирался возвращаться. Что ему снилось, Денис уже забыл, но дело было не в этом. Это был сон, долгожданный сон, хотя спать ему с его работой доводилось достаточно. Однако обычно после очередного дела он так изматывался, что хотелось двигаться только по одной программе: дом-душ-диван-сон. Света иногда обижалась на него за это, однако прекрасно понимала парня: силы у него не могут быть бесконечными.
  Прошло минут пять, Денис высунул растрепанную голову из-под подушки и осмотрел всю свою комнату, ничего не изменилось: потухший камин, темнота, занавески плотно закрыты, пакет для медицинской крови, опустошенный, на полу. На небольшом деревянном столике около его старого, но мягкого и уютного дивана лежала тарелка с остатками ужина: куриные котлеты с сырной начинкой, картошка и зеленый чай. Увидев все это, Денис поморщил нос, сладко потянулся и широко зевнул. Да так, что челюсть немного хрустнула.
  - Ну, блин...- Достаточно внятно сказал он, вспоминая, как накануне получил добротный удар именно туда.
  Рядом с ним стоял стул, на котором мирно пылился сотовый телефон, известивший его о прибывшем кратком сообщении. Дотянувшись до него, нехотя, Денис левой рукой принялся протирать глаза, а правой открывать сообщение.
  "Мистер Кроули, надеюсь, у вас звук выключен ;)- Денис цыкнул раздраженно, но все-таки улыбнулся, приговаривая не громко: "Ты меня порой просто убиваешь..."- по-любому, уже пора вставать, милый, у меня есть тебе дело на четвертом этаже. Загляни, как сможешь. :*"
  Если она сказала, что пора вставать, то ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пора вставать, ведь Света не отличалась пунктуальностью. А вот Денис любил точность.
  Еще немного поворчав слегка злобно, слез с дивана и потянулся к одежде. Его рука остановилась, обнаружив, что на его одежде лежит какая-то серая тряпка. Обычно такими протирают окна, когда моют, или, там, полы. Тряпка лежала, согнувшись пополам, и занимала всю площадь поверхности стула.
  Денис, увидев ее, улыбнулся и почесал ее пальцами посередине, приговаривая при этом ласково:
  - Ну, вставай уже тоже, Мурзик.
  И тряпочка легко завибрировала, издала мурлыкающий звук, затем начала изменяться, словно это была иллюзия или своеобразный мираж. Появились лапки, голова, хвост, болтающийся туда-сюда. Наконец, поведя усами, на Дениса лениво уставился кот со слегка синей шерстью, радуясь тому, что ленивый хозяин-засоня, наконец, проснулся и может погладить его. Денис так и сделал: взял кота на руки, погладил по голове, по шее, потом отпустил, сказав при этом:
  - А ну-ка, пойди, разбуди Терри.
  Кот, как и хозяин ранее, сладко потянулся и спрыгнул со стула, пробежался по темному ковру, и понюхал золу в камине.
  - Мяяяяу!- Издал сий продолжительный и слегка противный звук.
  - Ну что, ну что?!- Вдруг раздалось из камина, зола заерзала, осыпаясь по сторонам. Из угля выглянули два зеленых глаза и уставились на кота.- Мурзик, я знаю, что мастер проснулся, не нужно меня поучать, бесполезный кот!
  - Терри, будь более вежлив.- Упрекнул его Денис, одевающийся в свою обычную одежду: тяжелые ботинки, серые джинсы и черный свитер с высоким горлом, как у водолазки, с пришитым у низа крестом, плетенным из бисера. Уголь еще немного осыпался, и из камина вылезло странное существо, больше похожее на комок шерсти или извращенную мышь без носа. Это существо посмотрело на Дениса с упреком. Тот, не обращая внимания на это, подошел к большому зеркалу, и начал не торопясь заплетать себе косичку сзади.- Тем более к домашним.
  Кот довольно мяукнул, словно улыбаясь, он смотрел на хозяина, затем побежал к своей миске, куда уже насыпали кошачий корм, добытый из старого белого холодильника, мыши. Да, обычные мыши выволокли из холодильника открытую банку, свалили ее на пол, оставляя грязный след, прокатили ее к миске Мурзика.
  Недовольно посмотрев на это, Терри хлопнул в свои небольшие ладошки. След от рассыпавшегося по полу корма немедленно стерла мочалка, которая сама по себе пролетела по воздуху из дальнего угла.
  - Мыши, от вас больше хлопот, чем от демонов!- Прорычал на них Терри, затем перевел взгляд на Мурзика, который, словно ничего не замечая, готовился принимать пищу. Денис выбросил пустую банку в раковину.
  Мусорный демон невидимым пятном подполз к банке и в миг поглотил ее, за секунду превращая ее в сплошные питательные вещества. Как дух домохозяйства, Терри был очень доволен демоном мусора: что не говори, а Денис умел дрессировать демонов. Вдруг тот подошел к нему, взял в руки и поставил на стойку над камином, откуда тотчас взял достаточно крупный пистолет и крепко закрепил в кобуре за спиной. В ножны на поясе отправился небольшой кинжал, мерцающий призрачным синим светом. Терри повел носом.
  - Опять на работу, мастер?- Спросил он, уже заранее зная ответ. Он не любил это признавать, но дух дома беспокоился за своего хозяина.
  - Вызывают.- Согласился Денис, хватая с тумбочки свою наплечную городскую сумку. Он достал оттуда нечто вроде толстого календарика, покопался там.- Сейчас у нас на четвертом этаже раннее лето. Хм... Свете эта пора нравится.
  - Когда грязь, слякоть и домой приходишь по колено во всякой... гадости!- Терри надул щеки. Денис захлопнул календарик и спрятал его обратно в сумку, с усмешкой глядя на него. Тот не успокаивался.- Я надеюсь, ваше новое дело никак не связано с ее пристрастиями, потому, что если она придет к нам, я ее покусаю!
  - Да брось ты.- Улыбнулся ему Денис, надевая сверху черную кожаную куртку.- От дождя.- Сделал вывод он, осматривая себя с ног до головы.
  - Блокнот взяли?- Спросил Терри, тихо спрыгивая на пол, пробегаясь вдоль всей комнаты. При этом занавески подпрыгнули сами вверх, камин в миг очистился демоном мусора, поленья сами сложились, и огонь загорелся, окно приоткрылось, демон ветра, похожий на небольшую тучку со звериными глазами, быстро проветрил комнату. Постель сама собой убралась, грязная посуда исчезла. Часы в миг перевелись на время с электронных часов Дениса, которые он носил на левой руке циферблатом вниз. Терри подал хозяину очки со стола.
  - Я надеюсь, что кусать ты ее не будешь.- Подмигнул ему Денис.- Готовь сегодня ужин на двоих. И выгони всех демонов из дому обратно на Тропу. Ну... Ты понимаешь - мы хотим побыть наедине.
  - Как захочет мастер.- Привстал на небольших ножках Терри и неловко поклонился, затем с опаской посмотрел на лестницу, которая вела через черную деревянную дверь на второй этаж. Дверь туда была выгравирована узорчатым орнаментом, рунами и защитной пентаграммой.- Дверь хорошо закрыта, но демоны все же часто проскакивают через замочную скважину. Хотя, знаете, порой я всерьез думаю, что эти мыши в сотни раз хуже демонов!
  - Ты так говоришь, пока ты не на Тропе.- Мрачновато сказал Денис, стоя у выхода.- Там же все меняется.
  - Вам лучше знать.- Кивнул Терри, пробежался по комнате и прыгнул обратно в камин, зарываясь поглубже в горящие полена.- Ужин на двоих, уборка как всегда, Мурзика на чердак загнать и занять там уютненький комодик.- Он тихо захихикал, предчувствуя долгожданную встречу с покоем. Затем вынырнул на минуту из камина и помахал на прощание хозяину.- Вы уж поосторожнее.
  - Как всегда.- Улыбнулся ему Денис, повернул ручку двери и через секунду в небольшой квартирке, обставленной старой, но практичной мебелью стало совсем тихо. Лишь потрескивал огонь, в котором нежился дух дома.
  В воздухе завис запах мяты. Просто квартира, напоминающая домик из какой-то сказки, обставленный современными предметами: на кухне микроволновка, в основной комнате аудио система и компьютер. И демоны, бегающие туда-сюда. Такое вот незамысловатое место жительство было у мистера Кроули.
  
  
  //комната 2: Город//
  
  Говорили люди с Нижних Слоев, что весна - пора для любви и радости. Так ли оно было, мистер Кроули никогда не задумывался. И дело было вовсе не в том, что его прозвище было немного смешным, наигранным, хотя и напоминало знаменитую песенку ничуть не меньше знаменитого Оззи Осборна, музыканта все с тех же Слоев. А что, неплохое, вполне, прозвище, правильное. Таким, как Денис, прозвища всегда давали верные, никогда не промахивались, так что дуться было просто глупо, да и не на кого. Вот Света. У нее было прозвище Элеанор Ригби. Она никогда "Битлов" не слушала, да и не особо любила. Но отзывалась на прозвище весьма дружелюбно. Она вообще была очень славной: насыщенно-синие глаза, как океанская глубина, невысокого роста (Света была ниже Дениса на пол головы) милая девушка, с грудью четвертого размера, возможно, со слегка грубыми скулами и большим ртом. Но, как только выдавался случай, остальные Мистеры называли ее Милой Йовович. "Ну да, может и похожа..." Хитрая улыбка всегда сияла на ее лице, когда она встречала Дениса впервые за долгое время. За это самое время она совсем не менялась: русые волосы чуть ниже плеч, темно-красная губная помада, никакого лишнего макияжа. На своих каблуках на длинной шпильке она шла достаточно быстро в отличие от других представительниц женского пола. Не зря ими же спета однажды та старая-пристарая песенка: "Ты слишком быстро идешь, ведь я же на каблуках, ну подожди хоть чуть-чуть, я не успеваю!..." Денис хмыкнул, вспомнив это.
  В силу погодных условий, Светлана была одета в родную короткую красную курточку, короткую черную юбку, багровые колготки с рисунком розы. Она не спешила к нему, наблюдала за тем, как он наблюдает за работой милиции. Это было даже немного смешно. Как в том анекдоте: заняться сексом - 100 рублей; посмотреть на тех, кто занимается сексом - 50 рублей; посмотреть на того, кто смотрит на тех, кто занимается сексом - 300 рублей...
  Денис знал о ее приближении, чувствовал, как она сжимает в кулак свою левую руку. На боль на шее он почти не обращал внимания.
  Менты лениво возились с трупом, словно им это нравилось, однако, судя по их кислым выражениям лиц и хватанием за рот ("Ох, тошнит меня..."), было понятно, что разорванный надвое труп не вдохновлял их. Денис покопался во внутреннем кармане куртки, слегка улыбнувшись находке, выудил оттуда мятую пачку сигарет. Хлопнув по донышку упаковки, он поймал зубами выскочившую сигарету. Круглая и компактная газовая зажигалка серебряного цвета тихо скрипнула и подожгла ее своим голубым пламенем. Проведя пальцем по небольшому католическому кресту, что украшал зажигалку, Денис глубоко затянулся и сузил глаза. Милиция села обратно в автомобиль и мгновенно умчалась куда-то из подворотни, оставив только гуманоидных роботов-уборщиков, которые начали фотографировать все место преступления, записывать отчеты и переговариваться непонятным треском и подмигиванием глаз-лампочек. Через десять минут, или около того, трупы соберут и доставят в морг на вскрытие. Но профессионалы ничего не поймут и спишут все на очередного маньяка с кибернетическими улучшениями и соответственно киберпсихозом, который частенько случался с теми, кто пытался превзойти природу, впихивая в себя разного рода железяки. Денис на самом деле уважал криминалистов, но в этом деле они бы никогда бы не выиграли - это было дело, несомненно, его профиля. Можно было даже сказать, что сам Денис был их коллегой, правда, немного специфического рода.
  Вдруг его косичку сзади сотряс достаточно резкий и холодный порыв ветра. Денис этого не ожидал и даже немного дрогнул. Хорошо, что он быстро понял, в чем дело, иначе бедному демону было бы, мягко говоря, плохо.
  - Ветер?- Слегка раздраженно проговорил Денис, с укоризной посмотрев на невидимое облачко, подлетевшее к его лицу. Два небольших красных звериных глаза жалостно посмотрели на Дениса. Тот докурил сигарету и, зажав ее средним и большим пальцем, выкинул ее далеко в сторону.- Тебе дома не хватает места что ли? Ты же знаешь, что тебе здесь не место. Ну и что? Толку то от такого знания? А вот если тебя демонолог заметит?
  - Привет милый!- Света подпархнула к нему, быстро передвигаясь в изящных сапогах, на каблуках. Денис так сильно отвлекся на Ветра, что не заметил ее появления, хотя и всегда чувствовал ее неподалеку. Она непринужденно и легко поцеловала его в губы, затем посмотрела с легкой улыбкой на Ветра и на трупы в подворотне.- Опять твой живой кондиционер вышел в дверь с тобой? И, кстати, что скажешь как профессионал о той парочке в подворотне?
  - Я его в бутылку из-под пива посажу, если хоть раз такое повторится.- С легкой угрозой проворчал Денис, на что взгляд демона стал совсем печальным и заплаканным. Тем не менее, Денис протянул к облаку руку, взял невидимую шкуру и посадил себе на плечо невесомое тело, что демона очень обрадовало и моментально подняло ему настроение. Света почти с удовольствием смотрела на это и последовала вслед за парнем, который, засунув руки в карманы, пошел в подворотню. Она взяла его под руку и с улыбкой посмотрела на труп молодого человека, разорванного пополам. Здесь в углах еще даже был снег, однако из-за грязи не было понятно как много здесь крови. В России и в двадцать первом веке было сыро и грязно.- Посмотри на рану: было три когтя, но силы одной не хватило разорвать его, потому наш парень воспользовался еще и клыками. Одним словом: жертва мучалась, сильно и очень долго. Его разорвало пополам, а он все еще был жив, возможно, кричал. Демону было некогда отвлекаться на него. Основной целью была девушка.- Денис показал на второй изуродованный труп в углу у дома.- Сначала он схватил ее челюстями за ногу и откусил ее. Девушка упала. Чтобы не кричала, демон тут же сломал ей челюсть. Затем руки. Затем вошел в нее. Не знаю, как выглядит убийца, но он раздробил ей все бедра, все же выпустив в нее свое семя.
  - А я тебе, кстати, пирожных взяла!- Вспомнила вдруг Света, перебивая его. Она тут же принялась рыться в своей сумочке. Через пару секунд она вручила ему его любимую сладость.- Извини, что перебила, миленький, просто ведь забыла бы потом.
  - Ооо! "Комета"!- Как ребенок обрадовался Денис, принимая шоколадный шар, посыпанный орешками. Он тут же откусил добротный кусок, затем отломал кусочек и протянул невидимому демону ветра. В глазах демона засветилась радость. Невидимый рот втянул в себя угощение.- Так вот, дальше! Посмотри на грудь девушки: сами груди не тронуты - демону-убийце, назовем его так, наслаждений и развлечений и не нужно было. Зато вот живот жертвы разорван изнутри. Кишки раскидало во все стороны - что-то лезло из нее. Определенно тоже не пару секунд. Короче, девушке повезло, если она потеряла сознание или умерла от болевого шока. Ее ребра раздвинуты, словно двери - их "открывали" изнутри.
  - Короче роды вышли на скорую руку.- Подытожила Света, склоняя голову на плечо Дениса.- Ну и на что это похоже?
  - На извращенный порно фильм для мазохистов. Они были очень модными во времена Антихриста.- Поморщился Денис, доедая сладость.- Мои версии такие: наш парень питается. Входит в девушек целиком, съедает пару органов и выходит обратно. Второе - мы нашли уникального демона, который может, и зачем-то хочет, создавать хрен знает что, совокупляясь с людьми. Если честно, если бы демоны вообще могли заниматься с людьми сексом, я боюсь представить, что за продукт вышел из этой связи: либо каша непонятной субстанции, либо целая новая раса сверхлюдей.- Он саркастически усмехнулся.- Что, пожалуй, не слишком радует. Однако это бы был нонсенс. Не знаю, может даже, сам Безымянный Бог был бы в шоке, узнав об этом.- Он довольно кивнул.- Еще теории? Демоны водят нас за нос, подстраивая такие глупые и очевидные убийства.
  - Вердикт?
  - Однозначно, наш клиент!- Денис поднял указательный палец в воздух.- Единственное что мне не ясно, так это причины того, зачем так грубо и неосторожно убивать людей. Раньше, во времена высших демонов, люди умирали без внешних признаков: укол в мозг невидимой иголочкой, и готов парень, но теперь... Однако, есть причина, по которой я могу точно сказать: это один из древних демонов - эфир не выжжен в астрале. Замазывать следы могут только древние и очень опытные демоны. А, как известно, таких уже и не осталось.
  - Стараемся.- Довольно, словно просто к слову, кивнула Света.- Что-либо еще, родной?
  - Вот и все. Будем работать над этим, завтра заглянем к Джунки - он на этом Слое мастер всякой подобной мерзости. Думаю, дело скоро решится.
  Света слегка нахмурилась. Астральный мир - вот что тревожило ее. Астрал был копией реальности, домом для умерших и заблудших душ. Вместо воздуха, как предполагали древние ученые, там была особая субстанция, эфир. Эфир был во всем и в реальности, в каждой молекуле. Если ты сможешь "почувствовать" эфир, то постигнешь невиданных высот. Это удавалось частично ангелам и демонам, всякой нежити типа вампиров и вурдалаков, и полностью путешественникам между миров, легендарным Странникам. Самих Странников никто никогда не видел, либо просто боятся говорить о них. Когда же демон использует свою сверхъестественную силу, он входит в резонанс с эфиром, "сжигая" его. По такому следу легко определить множество молодых вампиров и демонов. Однако в этом случае все было действительно "чисто".
  - Ангелы-хранители этих людей с трудом добрались до Трибунала.- Тихо сказала Света.- Вернее их даже нашли павшие ангелы. Хранители были настолько повреждены, что их чудом могли восстановить. Демон мог сожрать их, но...- Она развела руками.- Он этого не сделал. Случайно пропустил или понимал, чем это может обернуться?
  - Я бы сказал, ему было некогда.- Денис вывел под руку Свету из подворотни на солнце. Дул свежий теплый ветер. Туч видно не было. Однако весна как-то затянулась.- Что-то заставило его сделать это. В любом случае, придется ловить парня - непорядок не есть хорошо.
  - А я думала, ты любишь хаос.- Хитро подмигнула она.
  - В приемлемых пределах.- Уклончиво ответил он.
  - Тогда я еще загляну в Трибунал, и встретимся вечером у тебя.- Света подмигнула ему, вырвалась из объятий и быстро отошла немного в сторону.
  - Как скажешь, родная.- Сказал он и напоследок поцеловал ее. Та с усмешкой сделала стеснительный вид, помахала рукой.
  И она ушла.
  Денис открыл глаза и еще раз осмотрел останки, которые собирали роботы. Кто бы ни был убийцей, Денису было его действительно очень жаль: какая бы ни была причина этих убийств, сам демон очень страдал.
  Ветер слетел с его плеча и жалостливыми красными звериными глазами посмотрел на Дениса. Тот улыбнулся, подмигнул и погладил демона.
  - Скоро домой пойдем, негодник. Вот только за продуктами, и домой. Обещаю. Но ночевать ты будешь на чердаке, готовься.
  
  
  //комната 3: сон//
  
  Он стрелял.
  Стрелял в себя, все быстрее и быстрее нажимая на курок: одиннадцатый выстрел, двенадцатый. По темной квартире разлетались огненные бабочки от выстрелов и жуткий грохот, который оглушал, заставлял кричать. И он кричал, радостно кричал: "Быстрее, быстрее! Глубже, глубже!". И пули входили в его голову все глубже, как ему того и хотелось. А по щекам его лились горячие слезы, прожигавшие его кожу, от которой шел белый дымок, и комната постепенно наполнялась сладким запахом жаренного. Было прохладно.
  Клик...
  Патроны закончились.
  - Черт бы вас побрал!- Проворчал мистер Джунки. Если раньше его называли самым сумасшедшим и бесполезным, то сейчас он и тем более выглядел просто как ничтожество: растрепанные волосы, грязная рубашка, разорванные расстегнутые джинсы. Сережки были вырваны из ушей одним рывком. Щетина говорила о том, что он не брился уже несколько недель. Порезы на лице кровоточили: он резал себя ножом (тем, что валялся окровавленный и затупленный недалеко на полу) очень долгое время. Пистолет отправился в тот же угол.
  Из незакрытых окон вливался электрический свет фонарей с улицы. Было видно, как люди в других окнах насилуют друг друга, избивают, истязают. Вон в той квартире: мужчина болеет раком, но никому об этом не скажет - боится изгнания из общества, так и умрет в одиночестве. А там живет ВИЧ-инфицированный больной, молодой паренек. Он уже заразил через постель свою подружку, которая очень любит спать со всеми его друзьями, и даже собственную мать. А завтра утром он выйдет в город с использованным шприцом, и будет вонзать его в людей, чтобы те разделили его участь. Как весело, как весело!
  Зажав голову между колен, Джунки сидел на своей кровати и, широко раскрыв глаза, истерично хихикал, рассматривая, как крыса грызла жадно его правую ногу. Вдруг он сорвался с места, схватил молниеносно крысу и откусил ей, было, голову, но та взмолилась ему:
  - Не ешь меня, добрый мистер, будет тебе репка большая и маленькая!
  - Пошла в ...!- Злорадно прорычал он, все так же широко улыбаясь и раскрыв глаза так, что казалось сейчас они выкатятся из орбит.
  Так и произошло: один глаз отклеился и покатился по полу, издав при этом стеклянный звон. Джунки не обратил на это внимания, взял с тумбочки несколько иголок и начал по одной втыкать их в крысу. Та начала издавать крики, вопила человеческим голосом, словно действительно была человеком. Джунки вонзил три иглы крысе в пах, по две в каждый глаз, одну в сердце, одну в шее. Делал он это с отцовской бережностью, приговаривая ласково:
  - Ничего, милая, я сделаю, чтобы тебе было хорошо. Сейчас тебе будет хорошо. Это все я для тебя делаю.
  Оргазм - все, что он испытывал при этом. И вот, крыса умерла. А Джунки долго не мог поверить в это. А когда до него, наконец, это дошло, он выкинул ее в сторону пистолета и ножа, и сам залился слезами:
  - Что же я наделал?! Какое же я чудовище!
  Сердце забилось очень-очень быстро. Он почувствовал, что комната плывет перед глазами. Джунки тут же улыбнулся вновь широко. Его правая рука потянулась к сердцу. Теплая-теплая кожа, сильные-сильные удары. Он вытащил сердце из своей груди и по-детски начал наблюдать за тем, как оно бьется.
  Шлеп-шлеп-шлеп - полопались сосуды, и сердце постепенно начало останавливаться, пока так же не погибло. Кровь черными ручьями текла по его пальцам, пока он не взял с тумбочки тампон и закрыл им зияющую в груди дырку. Кровь немного перестала течь, но все так же продолжила заполнять комнату, словно прорвало трубу.
  А комната все так же плыла перед его глазами. Джунки встал, тупо поднял голову к потолку. Слезы и кровь текли по его телу, прожигая одежду и его кожу. Становилось холоднее. Он сделал несколько шагов вперед. Стало тошно - он медленно зашагал в туалет, шлепая тяжело босыми ногами, с которых уже начала слетать кожа, оставляя на виду лишь белые-белые кости.
  Ванную покрыла ржавчина, пахло отбросами и мышами. Тусклая лампочка висела под красным потолком, измазанным кровью. На стенах застыли черные кресты и строки из Библии - Апокалипсис, "Откровение". Что забилось в нем, что-то заработало. Он провел рукой по своему телу и понял - печень. Он прошелся глазами по ванной: бедных дух домохозяйства бился в конвульсиях в осколках бутылки водки. Джунки вонзил пальцы в свое тело, достал свою печень и кинул к духу домохозяйства. Было громко: Они говорили и говорили. Это сводило его с ума.
  Вдруг он увидел боковым зрением, что вокруг него летают бабочки. Кроваво-красные бабочки, все парящие и парящие вокруг него. Они уводили его, они звали его, они делали его одним из них.
  Джунки развернулся, раскрыл рот от радости и медленно зашагал вперед по алой тропе, которая открылась перед ним непонятной дорогой в ад. Вперед. За своим проводником.
  - Я твой! Я твой! Это правда! Я клянусь! Я иду за тобой! Я...
  Дверь захлопнулась, и на этот раз стало совсем тихо и холодно.
  
  
  //комната 4: ангел//
  
  Так было когда-то...
  
  Порой кажется, что город не менялся никогда. Словно идешь под наркотиками: все расплывается, звуки искажаются, бордюры тротуара кажутся невероятно большими, а заборы, наоборот, невероятно маленькими. Однако, по сути своей, в основе своей, имеется в виду, это остается то же самое, тот же самый Город.
  Город...
  То самое место, где и свершаются судьбы многих людей... да и нелюдей тоже. Только они не знают об этом. А те, другие, не живущие в этом Городе, но являющиеся его неотъемлемой частью, все стараются, все живут... Но стоит ли это затрат? Стоит ли смерть приобретенного знания?
  Красива ли смерть?
  
  Так было когда-то
  
  Ты хочешь об этом спросить меня? Самоубийство - полная ерунда по сравнению с тем, что может случиться с тобой на самом деле. И уже там хоть вечно режь вену - спасения не будет. Хотя, нужно признать, многие и идут на риск. А ты хочешь пойти на риск?
  Ты пойдешь за мной?
  
  - Ты чувствуешь его биение?- Сказал он, дотрагиваясь до холодного, железного перилла крыши многоэтажного здания. Его длинные белоснежные волосы трепал холодный ветер, такой же холодный, как его блеклые голубые глаза. Когда он смотрел на меня, мне казалось, что он хватает за самую жопу и заставляет понять, что он говорит. Он был страшным, но и добрым одновременно. Такое чувство было, что он - само время, сама переменчивость. Я стоял и тихо смотрел на него. А он, улыбнувшись криво, словно шакал, смотрел на Город, и в глазах его было безумие.- Город. Все его сердечки, капилляры, сухожилия. Чтобы почувствовать их, достаточно лишь увидеть суть Города. А суть - штука простая в основе своей. Суть этого Города - комната. Достаточно лишь знать о ней, чтобы выйти из города. В каждой комнате есть своя дверь. Ты понимаешь меня? А уж саму дверь найти просто, если знаешь, что ты в комнате. Подумай над этим. Всегда, когда чувствуешь, что тебе надоел этот Город, найди дверь. Вышибить плечом, или подобрать ключ - дело сугубо личное, решай его как-нибудь сам. Мое же дело - знать.
  
  Он шел вперед, все отдаляясь от города, покрытого огнем. То ли случился огромный пожар в современном мегаполисе, то ли врата ада внезапно открылись на земле, то ли началась очередная мировая война, грозившая стереть человечество с лица земли. Который раз. На фоне шагающего по асфальтированной ночной дороге молодого человека были горящие разрушенные здания. Языки пламени взлетали до самого края небес, озаряя их кроваво-красным заревом.
  Закат был недавно, и у парня была еще целая ночь впереди, но этого времени было и так предостаточно. За его спиной самое крупное здание города еще виднелось. Оно вздрагивало и издавало страшные скрежечащие звуки. А еще оно было полностью покрыто живой мембраной, словно исполинский червь или пиявка-мутант. Мембрана это все росла и росла, приобретая все более живые формы.
  Нет, парню здесь было абсолютно точно делать нечего.
  Это была то ли смерть старого мира, то ли рождение нового - все одинаково приятно.
  А вы задумывались, хотите ли нечто подобного?
  Можете не отвечать.
  Парень был одет в тяжелые походные ботинки, серые джинсы, какую-то кофту-балахон. За его плечами висел достаточно широкий двуручный меч, укрепленный не в ножнах (это только в мультиках герои умудряются доставать огромные мечи из таких же огромных ножен), а в специальном чехле-перевязи. Капюшон балахона немного развивался по ветру, приоткрывая его заплаканное, но жестокое лицо.
  Последний человек на земле.
  - Я люблю тебя, ......
  На руках его была девушка. Красивая. С черными прямыми волосами до плеч, высокая, крепкая на вид. Но из ее рта сочилась кровь.
  Мертва?
  В нашем мире нет понятие "мертв".
   Мертв.
   Мертв.
   Мертв.
  
  Что для тебя "смерть"? Дай мне понятие этому определению. Или наоборот... Понятия... Определения... Огурцы ... ... ...
  Ты тоже так думаешь?
  Я так и знал...
  Это было похоже на последнее слово.
  От того "живого" здания парень шел по прямой разрушенной дороге. Огненные останки еще некоторое время догоняли его. Затем сверху посыпался и пепел. Радиоактивные осадки начали заражать все вокруг. Но назад он обернулся всего лишь один раз.
  Это - Яйцо ангелов.
  Живут ли ТАМ настоящие ангелы, он не знал, однако ЭТО сделало его совершенно иным. Другим в духовном плане. Даже не так. Он стал чужим в самой реальности. Его здесь не должно быть. Он - лишняя деталь, упущение судьбы, не умершее и не ставший частью того самого кокона, как и все люди не только в этом городе.
  Поздно.
  Было слишком поздно.
  Набравшись сил, он повернул на север и пошел к широкой реке, протекающей прямо через город. Вода была красного цвета. По пару, идущего от нее, можно было сказать, что вода в реке на грани кипения. Подойдя к ней, парень понял, что руки его в теле девушки, словно она была не человеком, а грязью. Словно она расплавилась. Положив ее на землю, он достал меч.
  Из земли шла кровь. Самая настоящая, алая, горячая. И в крови этой были маленькие белые червяки.
  Семена новой жизни.
  Смахнув последние капли слез, парень, закрыв глаза, воткнул свой меч в тело девушки, и та, растаяв, словно снег, превратилась в лужу воды перед его ногами, а вода эта постепенно втекала в его меч, словно его сущность. Он протянул руку перед собой, сжал что-то в воздухе. Потянул на себя.
  И перед ним из неоткуда появилась дверь с него ростом, откуда потянуло прохладой.
  И он ушел.
  
  //комната 5: Он//
  
  Денис ушел.
  Неприятный запах города двадцать первого века хоть и был очищен специальными наномашинами, которые витали в воздухе, не нанося человеческому организму, вред и хоть как-то очищая воздух, тем не менее, этот запах был неприятен. Что-то было в нем... не родное. Мало того, что в нем было очень мало эфира, так еще и чувствовались обычные человеческие отбросы, помои и тому подобные не самые лучшие черты индустриального общества.
  Поэтому Денис курил. Приятнее было почувствовать запах добротного табака, хотя порой, замечая вышеописанные запахи, он не отказался бы от сигарет типа "Беломорканал". Конечно, на их замену пришли какие-то другие самокрутки, более модные, чем лет пятьдесят назад, но тем не менее. Вообще это было удивительно, как мир людей быстро меняется по отношению к Тропе или Бездне. За десять лет человек может перестроить свой дом до неузнаваемости. Там и теперь, после третьей мировой, а потом и Апокалипсиса, мир смертных был Денису одновременно и очень знаком, и очень далек. По своей сущности, в психологии людей ничего не изменилось: они всю жизнь были тщеславны, недоверчивы, простаками и так далее, а потому манипулировать ими Денису было, как игрушки играть, однако, он этого не делал. Уже много-много лет.
  Люди - одно название только говорило о том, что в этом мире они абсолютно не нужны. Дениса на несколько секунд охватила ярость, как когда-то давно, когда он наблюдал развитие людей. "Люди", в переводе с древнего языка Бездны, значило "пустота". Зачем их Безымянный Бог вообще создал, было не понятно. Эти самые Адам и Ева...
  Внезапно Денис схватился за голову: колющая боль внутри его разума ударила в лоб где-то над правой бровью. Легко массируя это место, Денис немного согнулся и крепко сжал зубы, закрыл глаза.
  
  Черно-синее небо накрывает зеленую пустошь. Ничего кроме зеленой травы. Ни гор, ни озер. Лишь камни кое-где, больше напоминающие неровные извращенные сиденья в стиле Сальвадора Дали. Целые миллиарды миль зеленой травы.
  Хрустят кости.
  Что-то движется вперед.
  Существо.
  Мужской член болтается между ног, а сзади, где должно быть "мягкое место", находится женское влагалище.
  Существо идет вперед, слегка покачиваясь, ведь и спереди, и сзади под коленами пальцы ног. И две головы, соединенные в одну: первое лицо, мужское, смотрит вперед, второе, женское, назад. Словно взяли двух людей, мужчину и женщину, поставили спина к спине, и соединили в одно существо, причем мужская часть была более активна, поэтому это существо шло вперед ею.
  И так это существо и шло вперед.
  И все шло.
  И шло.
  Шло...
  
  Демон воздуха взволнованно обдул Дениса свежим порывом и жалостливыми, почти плачущими глазками посмотрел на хозяина. Тот, спустя некоторое время, пришел окончательно в себя и мягко посмотрел на него.
  - Не волнуйся, лишь старое воспоминание.- Улыбнулся Денис и потрепал его по невидимой гриве. Тот мгновенно повеселел и довольно подмигнул.- Давай домой возвращаться, а то и так напокупали всякой всячины, время потратили. Света скоро вернется и как всегда навешает нам тумаков.- Демон ветра недовольно полетал вокруг.- Да, я знаю, что она обещала нас больше не бить, но в ее устах это значит свести насилие к минимуму.
  Если бы демон мог, он бы вздохнул. Денис тихо посмеялся этому и, закрыв слегка глаза, почувствовал Волну. Мир содрогнулся. Да, Волна скоро будет здесь, и он уйдет, ведь материя так хрупка. Стоит немного проколоть мироздание, и переход на другой Слой будет доступен. Правда при этом в этом мире опять случится какая-нибудь катастрофа, взрыв или захват заложников, но это же будет проблема людей. Дениса эти проблемы не касались.
  Демон ветра спрятался в его карман, Денис взял сумки, и...
  Ушел.
  Дверь захлопнулась за ним, и в долю секунды он уже был дома такой, какой он из него и выходил. Только вот было одно но.
  Денис положил в сторонку сумки с закупленными продуктами и достал пистолет. Демон ветра с ужасом вылетел из кармана и начал метаться по квартире, осматривая все вокруг. А вокруг все было словно после военных действий: мебель перевернута, разбита, фарфор разнесен в черепушки. Но, самое страшное, что просто заставило Дениса остолбенеть: черная дверь на второй этаж, ведущая на Тропу, прямиком в Бездну, была настежь открыта. По виску Дениса стекла капля холодного пота.
  - Быстрее!- Вдруг скомандовал ему знакомый мужской голос. Не теряя ни секунды, Денис сорвался с места и ногой захлопнул черную дверь, разрисованную большой защитной пентаграммой и сотней других мелких значков.
  Небольшой амбарный ключ появился из-за шиворота в его руке. Он быстро вставил ключ в замочную скважину в двери. Ключ, подсвечиваясь, слегка, синим светом, сам бешено завращался в скважине, накрепко закрывая злосчастную дверь. Только после этого Денис облегченно сполз на небольшую деревянную лестницу на второй этаж, тяжело вздохнув и посмотрев в сторону на своего гостя.
  - Дверь уже так и была, когда ты пришел, Андрей?- Спросил Денис, оглядывая свою разрушенную квартиру, которая постепенно преображалась: его ручные демоны появлялись изо всех углов, боязливо оглядываясь вокруг. Денис встал, прошел по комнате, увидел рядом с перевернутым шифоньером разбитую стеклянную статуэтку кота, погладил ее за ухом. Статуэтка в мгновение превратилась в Мурзика, который недовольно побежал к Андрею: странное черное существо, окутанное непонятной материей. Материя со стороны похожа на старый черный плащ. Спина существа была сгорбленна, голову не видно, три длинных сухих пальца без ногтей на руках. Чудище или нет, мутант или чудак - не понять.
  - Ага.- Крякнул Андрей и указал на кухню. Голос раздавался из-под капюшона вполне человеческий, очень даже крепкий и мужской. Ну, просто "настоящий" Андрей.- Терри, ведь там?
  - Верно!- Из-под дивана вылез уже знакомый дух домохозяйства.- Хозяин! Что-то открыло дверь и оттуда вырвалась эта тварь... Это страшно??? Она перебила весь наш дом!
  - Демон из Бездны?- Нахмурился Денис, крепко сжимая пистолет и подкрадываясь к входу на кухню.
  - Я слышал, они тебя стали терроризировать в последнее время.- Кивнул Андрей.- Я вернусь на Тропу, похоже туда вступил Странник не малых сил. Сам знаешь, мне намного удобней переходить между Слоями через тебя, да и старого друга видеть приятнее. Но демоны...- Андрей сделал паузу.- Ладно, разберемся, однако сделай с этим что-нибудь.
  Денис серьезно кивнул, и смело вошел в кухню.
  Все было идеально, даже ничего не испорчено: вымыто и прибрано. Это было не просто старание Терри: демон смел все следы своего пребывания здесь - умный гад! Но так просто провести Дениса было невозможно. Он вскинул пистолет в сторону и выстрелил просто так. Потом еще и еще без перерыва. Просто прием, однако в ряде случаев весьма эффективный. Еще одна пуля прошла рядом с холодильником, который тут же немного при этом вздрогнул.
  "Попался!"
  
  - Помни, что демоны - не те злые создания, как их порой любит выставить Трибунал. Если и хотят зла, они имеют на то веские причины. Как очень древние духи мироздания, старые боги и бессмертные души, они живут в тумане, огне, воде...
  
  Денис скривился от боли в голове от очередного воспоминания его собственных слов, что не помешало ему выстрелить в холодильник, из которого тут же полился непростой густой туман.
  
  Страна чудес. Все было молочно белым...
  
   "Да что же это!?", не мог вынести Денис все новых наплывов воспоминаний о прошлом.
  Он ударил дверцу холодильника, которая мгновенно открылась.
  Блам.
  Пуля с хрустом вошла в лед, идущий по бокам холодильника, откалывая мелкие кусочки и растапливая его. Однако демон успел выскочить из него и пронестись мимо, ударив Дениса своим хвостом по лицу. Это был демоненок, практически, еще ребенок. Был он мужского пола. Его глаза без зрачков полыхали синим огнем, а астральный след отличался неуправляемым сжиганием эфира. Это означало, что парень просто не может управлять собой. Его движения были на долю быстрее, чем у Дениса, зато тот знал чего ожидать от такого неопытного противника.
  Демон вцепился когтями в его руку, вырывая пистолет. Однако тот, используя свое положение, левой рукой выхватил припрятанный за поясом кинжал и вонзил его по рукоять в челюсть демона. При этом зеленый заряд энергии, обитающий в лезвии кинжала, с легкостью влился в демоническую плоть. На том бой и закончился: злобный гость в конвульсиях отлетел в сторону, а Денис, слегка размяв укушенную руку (был откусан добротный кусок ладони, но через пару секунд эфир заживил ему все раны, и рука стала как новенькая), довольно посмотрел на свое новое приобретение.
  - Терри, приведи-ка все немедленно в порядок!- Скомандовал он, замечая, что Андрей уже ушел.- Света скоро придет, а у нас бардак. Что она говорит обычно по этому поводу? Чертовы холостяки - так и говорит. За работу, хватит халяву ждать. А виновного погрома в морозилку - кажется, наш новый гость любит воду и холод.
  Таким темпом прошло некоторое время, если понятие времени вообще можно применять на Тропе...
  
  Г Л А В А 2 - Распорядки
  
  //комната 6: Она//
  
  Юля даже понятия не имела что такое Переход, но когда она его прошла, ощущения остались не слишком приятные. Даже можно было сказать больше. Это было, как словно все ее части тела одновременно сшивали без наркоза: голову, ноги, руки... Длилось это правда ровно столько, сколько вы тратите время, чтобы шагнуть через порог новой комнаты. Однако, признайте, порой, чтобы войти в эту самую новую комнату, вам приходится задумываться, а стоит ли туда заходить. Порой не стоит. Но Юле просто нужно было - выбора не осталось. Мир за ее спиной растаял, словно масло на горячей сковородке. Страха только не было - она знала, что происходит с комнатами, которые нашли свой конец. Они рассыпаются. Вот так. Просто берут и сжимаются, а потом взрываются, даруя новые семена жизни, как солнце.
  Удел людей - видеть мир таким, каким он является: серым, скучным и однообразным, хотя они все пытаются представить с помощью своего воображения, что все не так уж плохо. Можно сказать, оптимисты, уверенные, что стороны морали, придуманные ими верны. Не учитывая того, что мораль зародилась во времена смут и убийств. Хотя, кто знает, возможно, прошлое более упорядоченное, чем будущее. Да без разницы! У каждого Слоя свои правила, свои устои. И выбора у живущих в нем просто немного. Так бы они, наверное, чего и поменяли.
  Люди. Злые противные маленькие существа. Пища для многих обитателей Слоев, причем обитателей намного разумнее самих людей. Просто пища. И все. По складу своего мышления человек судит о мире, в котором живет. Первый утверждает одно, второй слышать его не хочет, но свое мнение ставит выше всех, хотя все остальные на него внимания не обращают.
  Люди не познают этого никогда, признайте. Почувствовать это невозможно. Да и осознать, вообще-то, тоже. Вы ощущаете материю? Абсолютно так же вы можете ощущать и Комнату. Обычный человек выйти из нее не может никогда - он просто не осознает то, что Комната существует. А люди еще спорят о богах, решают, кто же появился первее. Бог Обезьян...
  Когда Комната понимает, что ее картина закончена, она выкидывает эту картину, очищает полотно и начинает свое дело заново. И очень сложно стать частью Комнаты полноценно, а уж тем более отделиться от нее.
  Но у Юли это вышло. Не без помощи конечно (подумав об этом, она вспомнила учителя Химеру, крепко сжала кулаки и прикусила губу). По сути своей, дается это очень даже немногим, даже кому-то выше каких-то людей. Юля была, конечно, не человеком, но многого понять не могла и тупо делала то, что скажут ей ее хозяева.
  Юля не знала, но, возможно, Комната сама подталкивала некоторых к осознанию своего существования. Сейчас это было не слишком важно - Юля ушла.
  
  Она резко открыла глаза и осознала, что сидит, уткнувшись лбом в поручень. Все вокруг дрожало и немного скрипело. Подземная дорога, метро. Абсолютно точно. Все тело ломило - Юля откинулась на спинку сиденья и тяжело задышала, постепенно расправляя руки и ноги. Из ее пересохшего рта вырвалось болезненное рычание, а глаза еле открылись, сбрасывая с век сросшуюся пыль. В этот же самый момент живот скрутило так, что это заставило ее согнуться пополам.
  Спустя несколько минут, она, наконец, выпрямилась в кресле и попыталась успокоиться. Чувство было такое, что ее организм словно "завели", как машину. Словно она очнулась от сна мертвеца. Это было страшно. Лицо Юли искривилось в ухмылке. Это было весело. Такое чувство, что она не испытывала боли уже сотню лет. Нет, она не была мазохистской, хотя, порой, она наслаждалась болью - это самый лучший способ понять, что ты еще живешь. А сейчас, когда она ушла оттуда, где все разрушилось, как карточный домик, она подняла руку перед глазами, сжала пару раз ладонь в кулак, и, тихо посмеявшись, оголила свои острые клыки, проговорила очень тихо:
  - Есть!
  Затем, повернув голову на соседнее кресло, она заметила, что там сидит какой-то мужчина средних лет и нервно посматривает на нее. Небось, думает, "А не пойти ли мне в другой вагон?!", усмехнулась про себя Юля, разглядывая аккуратную бороду и толстые губы мужчины. Так странно было видеть его. Человек. Самый настоящий. Наверное, для него, она просто была здесь все время, ведь люди не могут даже осознать что такое "Переход". Только вот Юле был безразличен этот человек. Это люди в основном боятся показаться тем, кого видят в первый и последний раз, глупыми, некрасивыми или еще какими-то смешными. Когда-то Юля была абсолютно такой же. Но потом она умерла...
  Ее убил ее собственный учитель...
  Но все это в прошлом и сейчас не имело никакого смысла. Сейчас она - нечто иное, чем была раньше. И что оно такое - ей предстояло еще узнать.
  - Студенческая столовая, знаете ли...- Подмигнула она мужчине, встала и отправилась в соседний вагон.
  Мужчина же покачал головой, отвернулся к окну, пробурчав, как ему показалось, абсолютно не слышно:
  - Обдолбалась, а теперь еще к людям пойдет приставать... Расшаталась молодежь...
  А Юля шла к двери в соседний вагон и беззвучно смеялась. Да. Ради этого она и живет! Ради каких-то людишек. Ради Комнат. Ради того, чтобы всякая грязь людей оставалась в Бездне, где ей и место.
  Она резко ударила рукой в стекло вагона, но не кулаком, а рубанула костяшками. И стекло не разбилось. Ее рука опустилась в стекло, словно в воду. Юля улыбнулась, да так, что у того мужчины, увидевшего ее со спины, проступил холодный пот. Это была ее коронная ухмылка: злая и коварная. Жаждущая крови. Юля сжала руку и резко выхватила ее из окна, которое разлетелось в сотни маленьких осколков. В этот же самый момент весь вагон хорошенько тряхнуло, и свет выключился. Освещали вагон лишь немного проносившиеся столбы и тусклый свет из соседнего вагона.
  Мужчина, очень сильно пожалевший сейчас о том, что не так давно сказал, до смерти перепуганный, спотыкаясь, умчался в дальнюю сторону вагона и поспешно стал открывать дверь в соседний вагон. Он кричал и не мог сдержать слезы. Он изо всех сил пытался убежать прочь.
  Это свойственно людям. Юля улыбалась. Ее окружало что-то черное, словно черный воздух, делавший все вокруг не просто темным. Это вызывало истинный мрак. Смотря сквозь эту пустоту своими зелеными глазами, которые сейчас просто пылали светом, Юля еще сильнее сжала в руке катану, которую достала из окна, да так, что ручка немного хрустнула. Отлично сбалансирована, слегка изогнута, заточена лишь с одной стороны - самое удобное оружие для Юли.
  - Очень рада, что ты со мной, Лезвие.- Сказала хищно Юля, слушая, как звенит клинок.- Ты чувствуешь, подруга? Это Слой метро и выйти из него обычным людям достаточно сложно. Представляешь, как ужасно - всю жизнь сидишь на одном месте и думаешь, что вот-вот будет твоя остановка.- Юля тихо, но горько посмеялась.- Волна идет, нам нужно поймать ее.
  И сказав это, Юля резко открыла дверь в соседний вагон и четким шагом отправилась вперед. Свой меч она по привычке сунула в ножны, которые сами собой появились за ее спиной на поясе. А еще она поняла, что с переходом и ее одежда сама подстроилась под этот Слой: черный кожаный плащ а-ля "Матрица" преобразился в легкую модную куртку голубого цвета. Крепкие серые сапоги с тремя кожаными застежками без каблука с заправленными внутрь сине-серыми джинсами. Все сидело на ней, как вторая кожа и абсолютно не мешало двигаться.
  Изменилась и внешность. Наверное, это побочное явление всякого перехода. Заметила это она, когда случайно посмотрела на свое отражение в одном из окон. Длинные темные волосы до ребер. Чуть острые скулы, но практически правильный овал лица. Слегка тонкая верхняя губа, широкий лоб, прямой нос, зеленые глаза и чуть выделяющиеся веснушки.
  - Черт, а грудь у меня была побольше.- Проворчала Юля, рассматривая свое отражение через один вагон. Она шла вперед, расталкивая немногочисленных стоящих людей на своем пути. Люди слегка покосились на нее, услышав ее слова, однако все словно не видели смертельного оружия, висящего за ее поясом. Это было хорошо - меньше шума будет среди смертных.
  Волна.
  Чтобы поймать ее и перейти в соседний Слой сил Юли могло быть не достаточно. Однако. Выбора особо не было опять же. Волна проходит по Слою раз в некоторый отрезок времени, но она рано или поздно придет - однозначно. И вот когда этот пик, вызываемый душевными колебаниями смертных, наступит... Нужно было разгадать загадку этого Слоя. Где нужно быть, чтобы волна выкинула ее куда-то еще? Не торчать же ей здесь целую вечность, она не для того выжила.
  Пройдя еще пять вагонов, она заметила, что люди очень редко сидят на сиденьях. Такое чувство, что все любят стоять на долгих переездах от станции к станции. Чушь! Каждый не упустит возможности прижать пятую точку быстрее другого. Что поделать - факт человеческой жизни. Тут что-то было не так. Юля шла вперед нахмурившись, рассматривая стоящих людей.
  - Попробуем по-другому.- Пробурчала она и толкнула одного из стоящих. Тот удивленно отшатнулся к стене и... проскользнул сквозь нее. Все остальные люди, словно не заметили это. Немного удивленная, Юля подошла чуть ближе и аккуратно постучала стену - раздался характерный металлический звук, все нормально.
  Это хоть что-то.
  Юля встала на место стоящего человека и осмотрелась. Люди стояли близко друг к другу парами. Три пары в вагоне. Стоят спина к спине. Стоят под люком. Под люком?! Юля рассмотрела его. Самый обычный люк, запасной выход на случай аварии. Протянув к нему руку, Юля резко открыла его, но звук несущегося поезда не усилился, Юля увидела еще один этаж вагона. Залезть в него не представило труда. Это был абсолютно такой же вагон, но без людей.
  Бинго.
  Подойдя к выходу из вагона, напротив надписи "к стеклу не прислоняться!", Юля сконцентрировалась, закрыла глаза, взяла за эфес меч и начала чувствовать. Чувствовать все вокруг. Каждый звук. Каждое движение вагона. Когда натекает волна, человек чувствует, что он словно не в его мире, словно все вокруг нереальное. Практически это так - он на половину в другом Слое. Странники же по Слоям чувствовали это немного по-другому. Словно на них действительно сейчас нахлынет невидимая волна воды и снесет прочь. Вот именно в такой момент Юля выхватила из ножен свой меч и со всех физических и духовных сил рубанула проход ровно в том месте, где сходились двери.
  Чувство Волны исчезло. Поезд стоял, словно никогда и не сходил с места. Ни чувство резкого тормоза, ничего либо другого. А за дверьми открывалась ночь, город, подворотня. Вонючая подворотня двадцать первого века. Юля пожала плечами и шагнула вперед - опять же выбора особого не было. Сзади тут же послышался скрежет закрывающихся дверей. Юля обернулась - сзади уже была простая стена: голая и холодная.
  Тихо идя вперед, Юля осматривала небо. Нет, ничего знакомого - все звезды как-то по-разному расположены. Но, как всегда, ночь для Юли была лучшим временем. Юля широко улыбнулась, оголяя свои острые клыки. Рука автоматически сжала меч и разрезала летящую в нее бутылку. Это чувство... Оно наполняло ее вены каким-то особым адреналином. Это поддевало ее, заставляло мертвое сердце биться чаще. Слой, в котором она сейчас оказалась, был где-то в центре всех Слоев (нижние больше напоминают параноидальный сон, вроде того метро, а верхние фантастический рассказ). Однако ее чувства не могли ее подвести.
  Юля перевела свой хищнический взгляд в сторону кидавшего. Их было четверо. Четверо подонков, которые окружили сидящего в углу невинного человека. Нет, никто из них не был человеком - Юля это абсолютно точно чувствовала. Четверо - вампиры. А тот сидящий... Его Юля чувствовала, как себя саму. Он не прост, ой не прост... Но почему он так беззащитно лежит? Не важно! Ее цель были - вампиры. Самые настоящие кровососущие ничтожества.
  - Смотри, какая баба!- Вскричал один из них, смотря на нее жадным взглядом.- Кажется, сегодня гуляем. Кто последний, тот и папа!
  - Да она какая-то е....тая!- Замычал второй, косясь на ее меч.
  - Она просто из этих.- Третий махнул рукой.- Чертовы отаку. Мочи ее, пока не смылась!
  Обладавший ловкостью и скоростью большей, чем у человека, вампир скользнул по тени, на секунду растворяясь в ней, используя свои темные способности. Он рассчитывал, что жертва будет застигнута врасплох и убить ее ножом-бабочкой будет достаточно просто. Но Юля даже уже заскучала, ожидая, когда же вампиры сделают ошибку и, наконец, нападут. Нож просвистел где-то над головой. Юля схватила своей правой рукой на лету вампира и крепко сжала его. Вампир истошно визгнул и в следующую секунду, слегка вспучившись всем телом, его разорвало. Просто в мелкие кусочки. Не осталось даже костей. А кровь и куски алого мяса тут же стали превращаться в прах и уже очень скоро развеялись по ветру.
  - Я убью его!- Закричал изо всех сил четвертый, нанося биту над их жертвой, но вдруг его привлек какой-то шорох.
  Горло этого вампира тут же проткнуло длинное острое лезвие, выскочившее из рукава красно-белой осенней куртки сидящего у стены человека, словно джокер. Вампир еще немного прохрипел, пытаясь схватить лезвие, торчавшее из его горла, но парень вдруг резко повернул его в ране и отсек вампиру голову. Слегка обрызгав все вокруг кровью, вампир в миг превратился в прах.
  Увидев это, соседний вампир, яростно набросился на парня прямо с голыми руками. Кулаки вампира за секунду стали как-то немного больше, а мускулы бугристей. Глаза загорелись алым светом ярости. Руки кинулись на выставленное лезвие, которое прорезало левую руку вампира, как горячий нож масло. Правой рукой вампир схватил парня за горло и потянулся к нему своими клыками. Из его рта пахло кровью и спиртом. Парень упер ноги в тело вампира, слегка отодвинул правую руку с лезвием. Раздался щелчок, лезвие вернулось назад в рукав, отрезая вампиру левую руку, хотя тот этого словно и не заметил, хотя хватку чуть ослабил. Это дало парню время выудить из кармана иглу размером с палец. Одним ловким движением он царапнул этой иглой по лбу вампира. Тот яростно зарычал, тут же оставив его, схватившись одной рукой за голову. Парень перевел дух и с отвращением смотрел, как вампир дико визжит и пытается содрать кожу со лба, убрав нацарапанный знак. Но напрасно. Через секунду он начал гореть, а спустя несколько мгновений вовсе превратился в прах.
  - "Джис-Ун", руна смерти.- Проговорил парень, потирая шею.
  - Да вы кто такие?!- Орал предводитель банды вампиров, единственный оставшийся в живых... Он целился увесистым пистолетом в Юлю. Калибр был большим, таким стволом можно было снести человеку всю голову.
  - Слабые, тупые, бессильные вампиришки.- Смаковала каждое слово Юля, вытягивая вперед катану в сторону врага.- Меня выводят такие черви!
  - ЧТО?!- Взвизгнул вампир.
  - ЗАТКНИСЬ!!!- Гаркнула она на него так, что приказ был выполнен немедленно. Ее улыбка была, как всегда, зловещей. Юля выглядела так, что наводила невероятный страх на вампира. Его рука дрожала. Было такое чувство, что он сейчас наделает в штаны. Юля передернуло от отвращения.- Слизняк. Грязь. Дерьмо... Я не знаю, как назвать тебя. Ты хоть вообще знаешь, что ты вампир? Ни гордости, ни силы - ничего. Неудачники, не способные по вкусу определить даже кровь человека от крови крысы. Вы ниже клопов, ничтожнее людей.- Ее глаза заполыхали холодной яростью.- Твое рождение - ошибка, которую я сейчас исправлю! Вырежу с корнем!
  Из последних сил, вампир начал стрелять в нее. Стрелять пока есть силы, пока есть в сердце еще немного самообладания, пока еще он может держать себя в руках, пока он видит цель. Он должен победить! Должен!
  Но вампир сделал всего два выстрела.
  Что-то вырвалось прямо из-под кожи Юли, моментально остановив летящие пули. И была это ало-красная лента, словно шелковая. Пули отлетели от нее, как от металла. Вампир широко открыл глаза и хотел, было выстрелить еще раз, но из-под кожи Юли вырвалась еще лента, и еще, и еще, и еще.... Одним взмахом, ленты разрезали вампиру руки и ноги. На мелкие дольки. Пытаясь хоть как-то дергаться, вампир кричал что есть сил. Но ленты закрыли ему рот, и никто так и не узнает, какая участь ждет его этой ночью. Юля медленно подходила к нему, все так же злобно улыбаясь, а ленты вокруг нее вились, словно змеи.
  - Чудовище!- Мог только, и промычать сквозь ленты вампир. А Юля подняла его пистолет, наступила ему на лицо и выстрелила в шею, которая тут же превратилась в кровавую кашу, а через секунду обратилась в прах.
  - Кто бы говорил...- Горько проговорила Юля, успевая обмакнуть руку в лужу вампирской крови, и облизывая ее, поглощая живительную влагу. Ленты тут же исчезли под кожей, не оставив на ней ни единого следа. Катана легко скользнула в ножны. Юля грустно и немного скучно посмотрела на разлетающийся прах.
  - Ты действительно монстр.- Сказал парень, который только что был жертвой, вставая и отряхиваясь.- Чего ты появилась здесь? Специально мешать?
  - Если ты не заметил, я тебя только что спасла.- Приподняла одну бровь Юля, уперев в бока кулаки.- Время любить меня, е-мое!
  - Ну и кто тебя помогать просил?- Недовольно проворчал он, стекая обессилено по стене на корточки. Его рука нырнула куда-то в складки одежды и достала оттуда деревянный католический крестик. Парень крепко сжал его, пробормотал что-то под нос, и поцеловал.
  - Чудной ты.- Она пожала плечами, спокойно следя за его действиями, с недоверием поглядывая на крест.- Ты вроде был немного беззащитным. Знаешь... Я здесь недавно, буквально минут десять как, а удивляюсь все больше и больше. У тебя имя-то хоть есть?
  - Мистер Арнольд Лейн.- Пробубнил в ответ тот.
  - Странное имя.- Не переставала удивляться Юля.- Слушаешь слишком много Пинк Флойда?
  - Это имя для тех, кто знает, кто я такой.- Как-то загадочно объяснил парень и как-то устало посмотрел на Юлю карими глазами из-под своих водянистых темных волос.- Если ты Странник и недавно прибыла в этот Слой, можешь просто называть меня Ксером.
  - Хорошо.- Кивнула она.- Ксер... верно? Почему ты не защищался против этой падали?
  - Я боялся поранить их.- Без тени лжи ответил тот. Юля вновь приподняла бровь. Ксер медленно, чуть шатаясь, побрел прочь из подворотни, чуть открыв глаза, закинув голову наверх. Он вцепился взглядом в луну, которая, казалось, вытаскивала его из омута полузабытья.- Я... ищу их. Мне приказывают, и я ищу. Мы все такие.
  - В смысле... Кто "вы"?- Заинтересованно догнала его Юля, так и не понимая, кого повстречала. Тот остановился, тяжело опустил голову, достал пачку сигарет и тихо закурил.
  - Дождь скоро начнется.- Словно что-то объяснил Ксер, затем, чуть повернув голову, посмотрел на нее из-под своих темных волос. Его печальные глаза слегка безразлично изучали ее.- Ты, кажется, потерялась среди Слоев. Мне лично, все равно. В прошлой жизни я был праведником, святым отцом. Пока меня не удили подобные грешники. Теперь у меня функция одна - искать "подобных". Ты новая для этого Слоя, так что будь осторожна... Иначе...
  - Иначе ты устроишь охоту на меня, как на того, за кем идешь сейчас?- Юля была бодрой, она ухмыльнулась.
  - Иначе превратишься медленно в таких, как они.- Ксер кивнул на горстку пепла в подворотне.- Пародий на вампиров сейчас на всех Слоях развелось предостаточно, но я охочусь не за ними.- Он отвернулся и сделал пару шагов в сторону улицы.
  - Я так и не поняла, кто ты такой!- Крикнула ему Юля в спину.
  - Обычный служитель.- Пожал тот плечами, оставив ее.
  Юля осталась одна на улице. Было достаточно прохладно. Она чувствовала это, хотя это чувство было ей не слишком знакомо в последние лет пятьдесят.
  - Ну и куда вы прикажете мне деться сейчас?!- Раздраженно крикнула она в воздух, разводя руками. Но воздух молчал. Юля разочарованно вздохнула и побрела из подворотни изучать новый Слой.
  
  
  //комната 7 - работа//
  
  Он оставил ту симпатичную девушку с пол часа назад. Скорее всего, она тоже станет такой же жаждущей крови маньячкой, которая будет кидаться на всех подряд в жажде покормиться. На самом деле, Ксеру даже было запрещено общаться с ними, не то, что уж даже убивать. Однако законы писаны, чтобы их нарушать - так говорили все из мистеров. Имена мистеров, действующих лиц песен старого доброго Оззи Осборна, им дали уже достаточно давно, лет тридцать-сорок назад, еще до третьей мировой войны. Эти прозвища были выдуманы для того, чтобы демоны никогда не смогли узнать их настоящие имена. Иначе их проклятые души давно были бы покорены.
  Их работа была похожа на мусоров. Демоны, древние боги и тому подобная шваль, глупо болталась по всему миру, цепляясь за возможности остаться в живых. На самом деле, как казалось самому Ксеру, это было бесполезно. После падения Антихриста, в мире стали образовываться новые ангелы хранители для каждого человека, заменяя демонов, выкидывая их за грань Слоев, в Бездну. Ангелы Хранители были теми духами, которые покинули Слои очень давно. Теперь их время вновь пришло, а вот демонам пора было убираться. Однако не все демоны смирились с этой участью. Некоторые стали прятаться, некоторые стали придумывать хитроумные шаги, чтобы уклониться от нового закона. Вот и появились мистеры - обычные служители. Для них это было обычными будними днями, обычной работой по очищению Слоев от старых безгранично сильных павших ангелов. Ведь служат они не Богу и не Люциферу. Ни Слоям и никаким-то там законам. Они служат Бездне.
  Ксеру было плохо - руны на теле словно прожигали его насквозь, задевая кости. Он был одним большим комком боли. Но концентрация его не подводила, и он шел на источник зова хаоса. Со стороны он выглядел как законченный наркоман, не способный нормально мыслить (голова тяжело опущена, взгляд мутный, пахнет алкоголем, рот приоткрыт, глаза полузакрыты), но в его мозгах разрабатывались планы по работе. Он думал, как действовать.
  Еще немного и он уйдет.
  - Ей, пацан!- Остановил его один из патрульных милицейских, проходивших мимо. Механический глаз тут же забегал по Ксеру, изучая его состояние и возможности задержания.
  - Да??? Я???
  Ксер обернулся: чистый взгляд, чистая одежда, добрая улыбка - пай-мальчик, заочник, идет на последнюю лекцию в университет.
  - Нет, извини, попутал.- Сразу принес свои извинения милицейский, отключил внешний сканер, и поторопился присоединиться обратно к своему патрулю. Ксер улыбнулся, продолжая водить иглой по внутренней стороне своей левой руки.
  В середине двадцать первого века милиция стала ничуть не умнее, чем в середине двадцатого - сделал вывод Ксер. Его рука покрывалась новыми рунами. Боль, конечно, не унималась, но для поимки понадобится неприметный вид. Придет домой - понежится в ванной, а пока - работать!
  "Чистота".
  "Разум".
  "Невинность".
  Руны покрыли его руку, и Ксер почти полностью изменился на внешний вид: одежда сменилась всего за секунду, черты лица стали чуть мягче. Он ушел очень профессионально, ему самому даже понравилось, как он это сделал. Словно "перезашел" на этот Слой. Никто ничего даже не заметил - все они для него были просто ходячими живыми организмами со спящими внутри душами.
   Вот оно: раз он начал уже думать так, значит, его демоническая сторона просыпается для убийства - пора поторопиться!
  Он перевел взгляд направо - университет. Большой, Технологический, полный грехами и грязью. Ему было противно идти туда, однако сейчас ему нужен оттуда всего один объект. Темнота покрывала город - зимы были очень теплыми, даже снег почти не шел, зато ночи приходили быстро, что для него было очень выгодно. Шаг за шагом он поднялся по каменным ступеням старого и разбитого здания университета.
  - Предъявите пропуск.- Заявил деловой механический робот-дежурный. Нужно было взять карту и поднести еще к считывающей поверхности. Ксер сделал по-другому: он написал на ней руну "Дверь" и прошел, услышав в ответ:- Добро пожаловать, Андрей Данилович.
  Толпа собирающихся домой детишек. Им, правда, было по двадцать лет. Ну и что - Ксеру уже около сотни, а выглядел он на двадцать пять - как максимум. Каким он при смерти был, таким и остался.
  Где-то здесь, где-то близко.
  Направо, вперед по коридору...
  Его рука скользнула под куртку. Что лучше: пистолет или нож? Первое - более вероятно, что не отобьет. Снял с предохранителя, насторожился.
  Все вокруг куда-то спешили, о чем-то беседовали. Цель тоже стояла у окна с подругами - девушка, курс третий-четвертый. Что Ксера явно удивило, так это душевные волны, которые шли от нее в астральном мире мертвых. Словно она обладала силой, равной чуть ли не былой силе самого Люцифера, павшего ангела, а это, уж точно, сила не малая. Но с другой стороны, она была простой девушкой. Никаких астральных пометок, невидимых пентаграмм. Девушка была даже атеистом, обычной светской модницей. Обычно если демон и сидел внутри души цели, либо захватывал тело цели, он пытался скрыть свое пребывание - это естественно для любого уголовника. Однако здесь никакой маскировки не было - открытая аура безудержной энергии. А сама девушка спокойно собираясь домой после занятия, весело о чем-то рассказывала. Если демон хочет вызвать Ксера, как мистера, на поединок, почему он до сих пор не почувствовал его и продолжает открыто излучать свою энергию? Если это демон, пытающийся по-быстрому скрыться хоть где-то, то почему девушка так спокойно и радостно ведет себя? Ведь иначе бы она была в панике или депрессии. Все это вводило в какое-то заблуждение. Здесь было явно уже что-то не так, подвох был налицо, однако раздумывать было абсолютно некогда. Цель - это просто цель. Сказали - сделал. И без вопросов.
  И в этот самый момент девушка пошла в его сторону. Ему на встречу. Ничего не подозревая. Смеясь и подмигивая другу.
  И вдруг в руке Ксера мелькнул нож. Лезвие молниеносно мелькнуло в сторону, разрезая артерию проходившей мимо девушке.
  Идущие рядом с ней подруги секунду были в шоке, залитые с ног до головы кровью, но потом рванули от этого места, истерично крича и размахивая руками. Кровь хлынула обильным потоком на стены и на пол. Жуткий крик прокатился по всему коридору, людей не стало по близости за несколько секунд. Даже бравые молодые люди, которые так пытались понравиться девушкам, от страха поджали уши и рванули прочь от Ксера. Атаковать его так никто и не попытался. То ли такой народ был в двадцать первом веке, то ли сработал рефлекс стадности.
  А девушка у его ног лежала все такая же человечная, но только лишь с удивленным выражением лица и вся залитая кровью. И все вокруг было алым. Маленькие капельки стекали по стенам.
  Работа. Это просто такая работа.
  - Она просто не успела преобразиться.- Пожал плечами Ксер, медленно и спокойно идя дальше по коридору, грустно повесив голову, доставая сигареты и, тяжело вздохнув, закуривая.
  Подумаешь, объявят еще одного безумного убийцу. Но демон, охвативший девушку, знал о его пришествии, вариантов быть не могло - демонические духовные волны исчезли практически сразу, как он разделался с ней. Утрата тела нанесла ему большой вред, однако не убила. Что же это был за демон, если он так ловко ускользнул от Ксера? Ни звука, ни вида. Вот что значит, уйти красиво. Делать было нечего, мистер Арнольд Лейн не мог ничего здесь поделать. Оставалось надеяться на остальных мистеров и их профессионализм. А там, если не получится, они обратятся и к мистеру Кроули. Если дело дойдет так далеко.
  А пока что нужно уходить отсюда. Все равно большая возня ни к чему не приведет.
  Через секунду милиция уже вбежала в этот коридор. От вида трупа нескольких бравых мужчин стошнило. Они прочесали в тот вечер весь университет, использовали механических собак, пробовали тест на радиацию и многие другие современные технологии, названия которых могли выговорить только их создатели, однако следы убийцы никогда не смогли бы найти.
  Все просто.
  Ксер ушел.
  
  //комната 8 - день//
  
  Дверь немного скрипнула, колокольчики задребезжали, в темное пустое помещение магазинчика вошли. Было немного душно, старый кондиционер уже плохо справлялся. Продавец, лысый мужчина в возрасте, грустно смотрящий в книгу продаж, поправил большие черные очки на носу, даже не посмотрев на вошедшего. Он и так знал, что это Света. Она как всегда даже не скрывала свои душевные волны, словно гордилась своим происхождением и хотела показать каждому нечеловеку, кто она и чего стоит. Продавца, мистера Элоумера, от этого просто тошнило! Он никогда не видел Свету в физической форме - он был слеп, но глаза и не были ему нужны. Астральный мир и Эфир могли без труда быть его глазами. Это не просто сверхчувства. Это было чем-то другим. Он сам был Эфиром, заключенным в физическом теле старика восточной внешности. Его магазинчик был неким особым центром для Мистеров. Здесь они не только брали то, что нужно было им для деятельности (оружие и обмундирование), но и питались самим духом помещения - древним и невидимым призраком, частью которого и был мистер Элоумер.
  Наверное, если бы Трибуналу не было нужды связывать всех мистеров какой-то тонкой нитью, этого духа, как и всех подобных, в свое время, истребили бы. Между тем, магазинчик китайской еды, талисманов фэн-шуй и тому подобных побрякушек приносил весьма неплохую прибыль. Дух магазина подпитывал желание людей произвести покупки, потрогать товар, или, хотя бы, просто зайти поглазеть какие здесь красивые шелковые одежды или какие здесь красивые и элегантные мечи на стендах. В их время такую работу уже было сложно встретить, а маркировка "сделано в Китае" пугала так, что китайскую пищу предпочитали закупать с маркировкой другой, например, "сделано во Франции". Какая, вот, кому разница, смысл один - качество вряд ли изменится. Кроме того, что мистер Элоумер мог представить убежище, он, к тому же, был одним из древнейших Мистеров, а потому он безошибочно мог почувствовать приближение Ксера, а уж тем более Светы, возле которой Эфир просто бурлил и пенился.
  Хотя, когда в его магазинчик заходил мистер Кроули, Денис, даже Элоумеру становилось не по себе, а дух магазина замирал, словно замерзшая река. Денис любил заходить к нему не из-за того, что ему не хватало боеприпасов или его раны невероятно болели - такого никогда не было. Мистер Кроули просто любил старика, чтил его мудрость и знания, а потому обсудить с ним очередное дело, было просто прекрасной возможностью вспомнить прошлое. Элоумер отвечал неподдельным взаимным уважением - он любил Мистера Кроули, хотя не знал его человеческого имени - уж слишком много он их сменил, как и физических обличий за века гонений, войн, ошибок и страданий. Так же Элоумер знал, что Кроули не слишком жалует Трибунал. Даже больше - высшие ангелы боялись его даже тогда, когда Безымянный Бог еще не ушел в спячку в Бездну. Сейчас, когда он работал на Трибунал, его держали на определенном расстоянии от Слоев, что ему просто невероятно нравилось. Элоумер считал, что Кроули этого и достигал всю свою неохватную жизнь.
  Света же стала некоторое время назад его вторым я. Заменяла ему многие аспекты в жизни. Говорила сколько спать, когда просыпаться, что сделать и куда пойти. Непонятно, чего он этим добивался, то ли действительно любил ее, то ли просто решил жить так... по-человечески. Удивительный факт: он старался ради людей, которых так ненавидел. Уже кому, как не Элоумеру, можно было понять боль Кроули.
  Элоумер немного покачал головой, закрыл книгу продаж (буквы он тоже без труда мог прочитать в астральном мире) и тяжело вздохнул.
  - Зеленого чая перепил, дедуля?- Как всегда язвительно начала Света, встав перед стойкой продавца, разглядывая банки с приправами.
  - Джунки больше нет с нами.- Лишь ответил тот своим хриплым, но низким, свойственным всем китайцам, голосом.
  - Мусор кто-то выкинул?- Усмешливо подняла брови Света, намекая, что имя Джунки с английского переводится, как "мусор". Она тут же облокотилась на угол стойки и наклонилась к старику.- Даже мистеры не застрахованы от участи быть поглощенными. Как это связано с убийствами, дед?
  - Даже у хаоса есть свой порядок.- Пожал плечами Элоумер.- Джунки был так назван потому, что по сути своей он был хранителем этого Слоя, но теперь, без него, кому-то будет очень легко крутить свои дела.
  - Мы заглянем к нему на квартиру.- Кивнула она, подразумевая себя и Дениса.- Думаешь это дело рук одного демона? Может, группировка? Или еще чего-нибудь в этом духе?
  - Ко мне утром заходил Мистер Арнольд Лейн.- Сказал старик, вспоминая визит Ксера несколько часов назад.- Он рассказал о новом лице в нашем городе. Кажется, вампир, пришедший с другого Слоя...
  - Я навещу, пожалуй, даже через пару часов.- Кивнула она.
  - Так же он рассказал о странной работе, выполненной вчера вечером.- Раздраженно продолжил старик.- Он, впервые за несколько десятков лет, не смог убить демона, уничтожив тело-носитель - уж слишком быстро и незаметно ускользнул враг. Его разрушительная техника искривлять реальность рунами, исписывая свое тело, не помогла.- Старик покосился на нее снизу вверх.- Лишь измотала его.
  - Что взять с католического неудачника.- Самодовольно пожала плечами Света, оторвавшись от стойки и пройдясь по магазину в поисках еды.
  - Вы с ним одной крови, не забывайся.- Мрачно произнес старик.
  - Он - полукровка.- Фыркнула она, беря с полки банку червей.- Я возьму, а то, чувствую, меня ожидает работенка.
  - Мы должны пустить по следу убийц Мистера Кроули.- Не отрывая от нее слепых глаз, сказал Элоумер.
  - Нет!- Отрезала Света и резким движением опрокинула половину полки со стеклянными банками. Приправы и пряности тут же растеклись и рассыпались по полу. Девушка тяжело дышала от внезапно наступившего приступа гнева.- Он будет спать. И точка!
  - Если мы этого не сделаем, могут пострадать остальные Мистеры, а это значит, Трибунал может начать Зачистку Слоя.- Все так же спокойно продолжил старик. В его голосе звучала вековая выдержка и уверенность.- Мистеры умирают очень редко. Очень! А это значит, враг не слаб, ох не слаб.
  - Как и я.- Самоуверенно улыбнулась Света.- Довольно, дедуля. Приготовь лучше новую Колбу Заточения, да покрепче, повешай на нее все защитные силы, которые только можешь, а уж я отловлю этого убийцу.- Она направилась к выходу, бросив лишь пару слов на прощание.- И без компромиссов.
  - Как самодовольно, Мистер Элеанор Ригби.- Грустно сказал в пустоту Элоумер и вновь открыл свою книгу продаж.
  
  
  //комната 9: они//
  
  - Хозяин, демон проснулся!- Взвизгнул пугливо Терри, на секунду высунувшись из камина, суетливо поглядывая в разные стороны, то и дело изрыгивая изо рта языки пламени. Он, как и всегда, нежился в своем самом любимом месте во всем этом доме - в камине. Терри вообще был духом огня по своей натуре и, по сути, он должен был не хранить очаг, а поджигать дома, сжигая километры живого. Одно время так практически и было: он выпрыгнул в одной из Комнат и принялся жечь всех и вся, даже собственный вулкан соорудил. Но вот пришел Денис, щелкнул пальцами, и...
  Он, стоя со скрещенными руками на груди и прислонившись к теплой каменной стене, разглядывал черную дверь (она была вся сплошь покрыта защитными глифами), ведущую в Бездну. Чуть обернувшись, Денис поглядел на дверь в кухню и демонстративно шикнул. Но, заметив беспокойство Терри, он смягчил взгляд и нежно улыбнулся. Хранитель его дома был очень часто просто как мальчишка, хоть и ему была не одна сотня лет. Для Дениса, конечно, какая-то сотня лет была как для человека одним годом, но все равно, за это время можно было бы выучиться уму-разуму. Терри не менялся ни разу с того самого дня, как Денис выловил его на одном из этажей Тропы Грез, когда тот строил из себя самого страшного демона ада.
  - Можно еще немного поморозить его.- Предложил Терри, отряхивая угли со своей темно-красной шерстки, и, перебирая своими шестью ногами, перетянулся из камина на пол, отталкивая по пути Мурзика.- Глупый кот, иди вон!
  Мурзик обиженно поглядел ему вслед, прыгнул на коврик рядом с камином и превратился в пару пушистых розовых тапочек. Тем временем Терри, поддерживаемый Ветром, поднялся над комнатой на книжный шкаф, и с подозрением начал наблюдать за мусорным демоном. Тот, напоминающий больше мохнатую коробку на ногах и маленькими желтыми глазками, бродил по дому и кидал себе в громадный рот остатки мусора, подбрасывая его силой мысли. Мусорный демон играл в квартире Дениса не последнюю роль: здесь он был и за пылесос, и за мухобойку (мухи и тараканы водились на каждом Слое и они имели противную привычку делать Переход с некоторыми Мистерами).
  Мусорный демон, хоть и не умел говорить, как и большинство демонов, но был доволен своим положением и был очень благодарен своему хозяину. Мусор для него был едой, хотя раньше он использовал его как разносчик чумы и ужасных бед для всего живого. Пока он не повстречал Дениса. А ведь он даже посмел поглотить своего будущего хозяина, словно очередной мусор. Тот стоял точно так же, как и сейчас и улыбался так мягко-мягко, как больше никто не может. С такой же улыбкой он сказал, что демон мусора - нехороший мальчик, и превратил его в ту форму, в которой он сейчас находился. Его функция теперь была куда важнее беззаботного уничтожения смертных. Он собирал Пыль Вечности, собирающуюся из Бездны. Если бы он этого не делал, кто знает, на что бы походило жилище хозяина иначе. Подумав обо всем этом, демон мусора слегка чихнул и отправился прибирать уже почти чистую квартиру дальше.
  - И каким ветром этого пацана к нам надуло?- Захихикал Терри, поглядывая на насупившегося Ветра.- Только без обид, дружище.
  - Ну, только не демоническим.- Так же улыбнулся Денис, поглядывая, как Ветер своим потоком чуть не скинул с книжной полки дух домохозяйства. Он знал, что оба демона были довольно хорошими друзьями и были одними из первых демонов, которые поселились у него здесь.
  Терри отвечал за дом вообще, а вот от Ветра было не особо проку, но здесь все обитатели любили его. Питался он в основном ни чем иным, как различными мыслями, а потому так любил вылетать в другие Слои, ведь демоны были древними и крайне могущественными, по своей природе духами, их бы мысли не подошли. Денис сам был тоже не человеком, а потому трудно было сказать, мыслит ли он вообще или сам является мыслью - это было никому не известно, кроме отца Дениса или ему самому. Сам Денис никогда не задумывался о своем сходстве с человеком, хотя тело его сильно напоминало человеческое. Причиной тому служила одна старая история, о которой он не хотел вспоминать - болезненная эта штука порой бывает, воспоминания... Демона Ветра Денис уже давненько подсадил на совершенно другую еду - сладости. Как ни странно, Ветер с удовольствием поглощал их и даже не думал поедать мысли людей, не ощущая в этом надобности. Хозяина своего Ветер очень любил и готов был прикрывать его тыл где угодно, отклоняя пули, снаряды и тому подобные опасности. Это была не преданность. Это были просто мягкие чувства любви демона к Мистеру Кроули, и тот этому был очень благодарен.
  - Он, я надеюсь, демон?!- Подпрыгнул на месте Терри, округляя свои глаза, таращась на Дениса.
  - Абсолютно точно - демон.- Кивнул Денис спокойно, пройдясь ближе к кухне. Он плюхнулся в кресло у камина и осторожно взял в руки тапочки, которые покорно превратились в довольного мурлыкающего кота.- Я к тому, что его сюда выкинуло не какое-то дело или не какой-то другой демон. Вообще, вроде как, сюда демоны не спешат попасть.
  В этот же момент раздался истерический тонкий смешок. Мурзик навострил свои ушки и протяжно мяукнул. По комнате вдруг начали кружиться и вертеться два синеватых шарика, от которых в разные стороны отходили электрические заряды.
  - Это ты хорошо сказал, Мастер.- В шариках появились мужские лица, сотканные из электричества и энергии. Два брата-демона в один голос еще раз засмеялись своими тонкими голосками. Их круглые тельца при этом чуть подрагивали. На вид они были чем-то похожи на блуждающие огоньки, лишь с одним отличием: у них внутри, в их тельцах, было что-то материальное, частички чего-то целого. Один из них, перестав смеяться, хитро посмотрел на мельтешивших туда-сюда демонов: мыши уже разбежались по своим норкам, готовясь ко сну.- Кажется, у тебя не прибавилось домашних любимцев, а? Мы можем закончить быстро с тем, что на кухне.
  - Да брось ты.- Махнул на него рукой Денис, опираясь рукой в подбородок, поглаживая щетину. Мурзик поглядел на него снизу и тихо мяукнул. Он не любил, когда хозяин находился в таком состоянии - слишком уж много смятения было вокруг него, ведь это влияло и на живущих здесь демонов, даже на тех, кто не был превращен в мышей или какую-то еще живность.
  А еще Мурзик был горд тем, что Хозяин подобрал его не просто так или не из-за какой-то выгоды. Когда-то кота-полиморфа даже и демоном-то назвать было нельзя. Он жил на том же Слое, что и Терри и хорошо знал его в дни его огненного террора. Мурзик тогда был всего лишь амебой. Маленькой и неразличимой, но способной преобразиться в любую живую форму, которую только можно было представить. Превращаясь в огромного красного дракона, он лишь отгонял гуманоидов от своего жилища, но те пригласили какого-то очень могущественного волшебника. Тот выманил Мурзика из пещеры, резко прочитал что-то, взмахнул руками, в которых держал нечто. И Мурзик стал тем, кем он сейчас был. Если бы не Денис, его бы и не было вовсе. В руках того мага уже начал закипать шар огня, нацеленный в беспомощного Терри, но тут раздался голос, останавливающий мага - то был Денис, он стоял как всегда спокойно, и как всегда мягко улыбался. Маг не захотел отпускать Мурзика. Тогда Денис заявил, что все демоны в зоне его обязательств поиска. Усмехнувшись, маг вскинул руки и пред ним открылись огромные врата в другой Слой, из которых тут же полез отвратительный демон, которые можно встретить лишь на Высших Слоях. Денис принял пари, закрыл глаза, чуть улыбнулся. Не было ни звука, лишь легкое дуновение ветерка. А демон из врат просто взорвался на очень-очень маленькие кусочки от груди и выше. Так маг был вынужден отдать какого-то маленького кота, ломая голову, с кем же он все-таки повстречался - он был не самоубийца, сам в бой не полез.
  Мурзик помнил все выражения хозяина. Даже в горе или одиночестве, или в тоске, что не было ему чуждо, он сохранял мягкость взгляда. Такую неповторимую харизматичность, которой обладал только Денис. Сейчас он был встревожен, что было ему не свойственно, вот что озадачило Мурзика.
  - Это ты брось!- С вызовом усмехнулся один из братьев, летая под потолком.- Он же разнес наш дом.- Кончать с ним надо и все дела. Андрей же запечатал дверь, хуже не станет.
  - Если думаешь, что хуже быть не может, обязательно будет хуже - так говорят умные люди со Слоев людей.- Тяжело вздохнул Денис, протягивая руку к ноутбуку, нажимая на клавиатуре клавишу "с". Компьютерная программа тут же начала работать, а из колонок раздался ритмичная рэп музыка.
  На окошке программы высветилось: "играет трэк: NFS: Carbon/Dynamite MC - Bounce.mp3"
  - Хозяин, Гром прав.- Проводил его движение взглядом Терри, и недовольно смотря, как Ветер подтанцовывает под ритм. Гром, один из братьев радостно закивал, а Денис недовольно покачал головой, уперев руки в бока. Терри приподнял бровь.- Ну, в чем дело? В топку его!
  - К тебе что ли?- Усмехнулся Денис, глядя, как Терри скривил рожицу, высунув язык, издав при этом рвотный звук. Было видно, что мысль оказаться в родном камине в обнимку с кем-то еще его не прельщала. Гром и Молния, братья-демоны, снова захихикали. Терри тут же шикнул на них угрожающе, подняв на тельце шерсть. Братья тут же замолчали, еле сдерживая смех.
  Такие перепалки в их доме были обычными. Денис встал и направился к кухне. Все демоны разом замолчали. Из-за дивана выглянуло нечто похожее на четырехглазую собаку, с люстры свесился толстый змей, появившийся, словно из воздуха. Из кладовки вышло странное существо с синеватой кожей; оно было на длинных собачьи ногах, обладало телом человека, головой непонятного безносого гуманоида. Его четыре когтистые лапы были готовы растерзать любого, кто выпрыгнул бы из кухни. И еще множество таких существ выглянули из всех углов квартиры Дениса, беспокоясь за своего хозяина и готовые умереть за него в любое время.
  - Мастер...- Прошептал Гром.
  Денис улыбнулся.
  Все они были одинаково для него дороги - он держал их не просто потому, что от них была польза. Мистеры должны были на своих Слоях охотиться и уничтожать демонов, оставшихся с древних времен, про которых все забыли. Это люди привыкли, что демоны - ужасные крылатые существа, гротескные и жутко, люто злые. Это было не так. Да, демоны частенько встречались просто невероятно кровожадными, но разве и с людьми этого не может случиться? Те еще и похлеще встречались. Разве нет? Кому, как не Денису было лучше знать. Демоны - древние духи, позабытые боги. У каждого своя специфика, своя сущность, своя функция. Питаются они тоже совершенно разными вещами: кто мыслями, как Ветер, а кто и кровью. Но если их оставить без подпитки, постепенно они сходят с ума, ведь просто так умереть не могут.
  Верховный Трибунал высших ангелов решил, что после Апокалипсиса все уже ненужные демоны должны быть истреблены, ведь за ними некому было даже следить. Денис, как Мистер Кроули, прекрасно исполнял свою работу, но порой, просто не мог уничтожить тех демонов, которые вызывали в нем любовь или уважение. Тем более, что некоторые из них неосознанно случайно просачивались сюда из Бездны, куда были некогда выкинуты. Демоны не любили неволю, а потому сами бы никогда сюда не пришли, но Дениса они любили до потери всех жизненных сил. Все они были его единственной семьей и друзьями. Все они были его верными слугами.
  И все они сейчас сильно переживали за своего хозяина.
  А тот, доверяя своим домашним любимцам безоговорочно, спокойно подошел к двери, ведущей на кухню и легонько пнул ее. Та незамедлительно открылась. Пред ним предстал вид развороченной кухни. Хотя демоны пытались прибраться здесь, их нежданный гость учинил слишком большой беспорядок. Практически закрыв глаза и сунув руки в карманы, Денис зашел на кухню.
  Раздался воинственный рык, напоминающий скорее скрежет. Что-то молниеносно пикировало на него с потолка, словно атакующий передвигался по любой поверхности, как паук. Он был ужасен: волчья пасть, огромные красные глаза, огненно-красные волосы, ободранные черные птичьи крылья за спиной. Тело его было мускулистым, руки и ноги были скорее похожи на какие-то острейшие тиски и ножницы. Черная, словно чернейшая ночь, шерсть покрывала его бурую кожу. Изо рта капала зловонная слюна. Этот монстр, весом во многие сотни кило, навалился на Дениса, рассчитывая смять его одним мощнейшим ударом.
  - Ты полон страха и скорби.- Грустно вздохнул Денис, опустив взгляд куда-то вниз. Демон опешил, замер на секунду, осмотрелся. Он висел в воздухе с десяти сантиметрах от вытянутой руки Дениса, которую тот как-то успел выставить за мгновение. Словно Денис заранее знал чего ожидать.
  Демон попытался пошевелить телом, попытался в таком положении хотя бы лягнуть Дениса мощной ногой. Но невидимые силы, словно камень, сжали его. Он пытался порвать эти узы своими ментальными силами, силами своего разума и души. Но тиски сжимались еще крепче. Он ничего не мог сделать против них, словно его собственные силы восстали против него. Он проиграл. Проиграл с первой атаки. И, больше не найдя никакого выхода, от безнадежности и горя, демон жалостливо и громко завыл.
  - Хозяин...
  Денис обернулся. Все демоны из его комнаты с опаской смотрели на всю эту картину. Впереди всей кампании стоял на четырех лапках Терри. Некогда смешная мордочка демона огня сейчас излучало тревогу и негодование. Ветер, жалобно смотря на плененного демона, сам как-то жалобно завыл в унисон его плачу.
  Упала кастрюля. Кухня была похожа на землю после долговременной войны. Все было перевернуто, все, что можно сломать - сломано. Все, что можно погнуть, больше не нуждалась помощи Нео . Несколько демонов тут же забежало внутрь, желая поскорее начать уборку и не видеть продолжения этой сцены.
  Мурзик подошел к Денису, сел у его ног и преобразился в декоративную деревянную, покрытую лаком виселицу с повешенной куклой в петле. Денис улыбнулся, смягчив взгляд, слегка кивнув.
  - Хозяин.- Вновь повторил Терри, вслушиваясь в вой демона и всматриваясь в его внешность.- Почему он... такой?
  - Он очень молод.- Денис вновь посмотрел на пленника.- Его распирает сила. Скорее всего, из-за чего-то... какого-то явления... и именно с помощью этой силы он и выбрался сюда.- Денис сузил взгляд.- Но душа его полна скорби и страха. Он выглядит так потому, что боится - это обычная защитная реакция.
  - Но если бы он...- Заикнулся Гром, слегка вздрогнув своим круглым энергетическим телом.
  - Он не смог бы.- С улыбкой прервал его Денис.- Он же демон.- И, ловко подмигнув, резко приказал, словно отрезал, плененному демону.- Успокоение! Истинная форма!
  И уже в следующую секунду демон, висевший перед его рукой, задрожал, съежился, перестал выть, его переломило пополам. Изо рта вырвался скрип. Волосы моментально перекрасились в серый цвет, глаза немного помутнели. Останки крыльев ушли под кожу, неестественные мускулы куда-то пропали. Морда постепенно обратилась в лицо. Денис постепенно опустил руку вниз, демон опустился на пол. Терри хотел было сказать, что отпускать его было бы глупостью, но он и без того знал, что Денис знает, что делает. Если он решил, что больше этот демон не опасен, значит, так оно и есть. Да и вообще, что бы было, если бы против Дениса восстал какой-то из демонов... Даже вольный... Даже самый дикий на свете... Дело бы решилось за несколько мгновений.
  Еще несколько мгновений, и на полу лежал нагой молодой паренек. По людским меркам ему было на вид лет шестнадцать. Ростом он был на голову ниже Дениса. Волосы были его растрепанными. Телосложение было довольно крепким, но сам он был худощав и не слишком широкоплеч. Мальчик-демон обладал мягким овалом лица, чуть широковатым носом и довольно густыми бровями и длинными ресницами.
  Денис, скрестил руки на груди, довольно наблюдая за трансмутацией, приподнял бровь, указал пальцем в сторону, затем на мальчика. Тут же к нему подбежали мыши, неся на себе синий бархатный халат. Не ожидая лишних указаний, братья-демоны подхватили халат и тут же укрыли бедного парня, ноющего на полу. Денис присел рядом, чуть наклонился над его ухом, хищно улыбнулся и громко прошептал:
  - Подъем!
  В следующее мгновение паренек широко раскрыл глаза, жадно начал глотать ртом воздух, оголяя острые клыки. Денис отметил, что глаза демона были цвета чистейшего сапфира, а челюсти настоящего хищника. Денис в мыслях усмехнулся: его гость был королевских кровей. Да еще с человеческой внешностью в истинном облике. Это сочетание было довольно редко в его время. Потомок первых - сразу подумал Денис. И как-то грустно улыбнулся.
  Тем временем парень откашлялся, жадно дышал и продолжал извиваться на полу, словно змея. Его гнули жуткие судороги во всем теле. Ничего, в следующий раз будет знать, как надолго оставлять свое тело в защитном режиме.
  Денис присел на корточки рядом, немного посмотрел на эту картину, затем тяжело вздохнул и махнул пальцами своим подручным. Тут же мыши побежали по всей комнате, унося с собой разбитые кусочки посуды и мусор. Терри тихо командовал маршем. Быстро на кухне установился первозданный порядок. При этом подручные демоны, словно вода остров, окружили Дениса и голого парня.
  - Где?..- Наконец прохрипел парень, тщетно пытаясь унять дрожь в теле, сквозь проступившие слезы, смотря на ухмыляющегося Дениса.
  - Там, где никому не повредишь.- Подмигнул тот и сразу же стал серьезным.- Из какой ты ветви?
  - Эшамиару...- Выдавил парень.
  - Сбежал из дома... Глупый.- Денис чуть расслабился, вновь улыбнулся.
  - Нет...- Выдавил тот, схватившись за штанину Дениса. Это стоило ему последних сил, его разрывала ужасная внутренняя боль.- Все мертвы!
  - Что?!- Рот Дениса чуть приоткрылся от удивления.
  Терри испугался. Он впервые видел, как хозяин удивился настолько. Он смотрел, как Денис просто сидел на корточках над телом мальчика, не в силах ничего поделать. Парень молчал - даже демоны могут упасть без сознания.
  
  
  //комната 10: ночь//
  
  Из всех возможных способов деградации человечества Юля больше всего любила, конечно, ночные клубы. Почему? Ну как сказать, во-первых, лучше места и не найдешь для еды...
  - Малышка, я тебя всего лишь отшлепаю.- У мужчины практически текли слюни, область ниже пояса настойчиво набухала. На лысей голове появилась испарина. Небольшие глазки жадно поблескивали в полумраке мужского туалета.
  Ах, эти людишки. Юля улыбнулась. Жалкие, ничтожные, придающиеся утехам овцы, не верящие даже в собственных пастухов. Люди - овощи, и, порой, урожай надо собирать. Не сказать особо, что это был первый сорт продукта, но для пробы будет в самый раз. Тем более что Юля не поняла вкуса с первого раза.
  - Эк, ты шалунишка.- Игриво промурлыкала Юля, резко и довольно больно шлепнув руку мужчины, тянувшуюся к ее груди. Мужчина боли практически не почувствовал. Его глаза загорелись даже больше в неистовом желании сладострастия. С тихим рыком он прижал Юлю к холодному кафелю, жадно целуя ее шею. Она тихо захихикала.
  Люди... этот второсортный продукт творения Высшей мысли всегда умилял Юлю. Была ли на то воля Безымянного Бога, или нет, но самое любимое занятие людей всегда было саморазрушение. Даже тогда, когда их жизнями уже давно управляет кто-то еще. Когда-то Юлю называли проклятым павшим ангелом, агентом разрушения. Как ее можно назвать теперь? Вампир из кровавой страны чудес - будет вполне уместно. Она этого не хотела. Да что скрывать?! Если бы разобраться по-хорошему, она была бы не против остаться той самой овцой, не догадывающейся об овцеводе. Она не выбирала, ее просто такой сделали, заставили шагнуть в другую комнату.
  Оставалось надеяться на то, что не произойдет так, как говорил тот странный парень, Ксер.
  - Я такой плохой.- Противно хихикнул мужчина.
  - Но я ведь совсем не такая.- Невинно моргнула Юля, приложив тем временем плотно руку к его паховой области.
  - Не жмись.- Мужчина и уговаривал, и приказывал своим тоном одновременно. Сейчас он больше всего хочет удовлетворить свой основной инстинкт, и, хотя сам этого не понимает, питает демона сладострастия. Грязный человечишка...
  - А мы тут не одни.- Подмигнула ему Юля, элегантно указав пальчиком в сторону фигуры, выходящей из одной кабинки. Это был какой-то паренек, одетый в гомосекскую облегающую розовую футболку с золотыми звездочками, на голове была модная шляпа набекрень. Точно голубой... Он, словно ничего не замечая, сразу направился к умывальникам мыть руки.
  - Стесняешься.- Прохрипел, ну, или прошептал мужчина. От него пахнуло водкой и еще большим желанием.
  И тут Юля решила - в самый раз, хватит...
  Она нежно приложила свои руки к щекам мужчины, провела под его глазами языком, подбираясь к его уху. И прошептала нежно-нежно, словно признавалась в истинной любви.
  - Убей его.
  Глаза мужчины тут же округлились от счастья, зрачки сузились, взгляд забегал по сторонам. О, да, это было самое настоящее желание. Но на этот раз возбуждало его не женское тело, а факт того, что скоро на одного человека в мире станет меньше.
  Чиркнул нож-бабочка. Кто-то глухо всхлипнул.
  - Я хочу дождик!- Капризно заявила Юля, вертясь вокруг своей оси с раскинутыми в стороны руками. И она радостно смеялась, как маленькая девочка.
  А мужчина, уже нанеся около десяти ножевых ранений, поддерживая труп в вертикальном положении и, безумно смеясь, резал его шею так, чтобы струйки вылетающей крови фонтаном поливали Юлю. Та, наслаждаясь теплой кровью, начала петь детскую песенку.
  Бедный голубой.
  Фестиваль!
  Фестиваль!
  - Ух, ты, а тут тоже весело!- Раздалось из дверей. Это еще одна овца забрела к бывшему овцеводу, ставшему волком. Юля удосужила его лишь беглым взглядом. Еще один модник в черных очках с футболкой цвета человеческой кожи на фоне своей черной кожи.
  Не важно.
  Она взглянула на него со всей своей властью. Она поместила в него кусочек своего сознания. Взяла над ним контроль. Взяла... и не собиралась отдавать.
  - Я хочу попрыгать.- Подмигнула Юля новому парню, быстро подскочила к нему и вложила в его руку острую заточку.
  Тот, несколько секунд радостно смотрел на оружие в своих руках, затем, не задумываясь, подошел к первому мужчине и со всей силы вонзил его ему в живот. Тут же они начали неистово смеяться, словно у них началась истерика. Что-то чиркнуло, брызги крови хлестанули на стены. Кишки мужчины рассыпались на кровавом полу. Второй парень подобрал их и начал крутить в воздухе, словно скакалку, а Юля стала прыгать через них.
  Раз, два, три...
  И Юля беззаботно смеялась, легко подпрыгивая на месте. И парень, смеясь, держал кишки руками, заливаясь чужой кровью. И мужчина смеялся. Показывая руками на кишки, торчащие из его разрезанного живота. Им было так весело. Кровь так приятно текла по стенам.
  Счастье...
  Радость...
  Блеск в воздухе.
  Юля моментально перестала смеяться, смотря, как ее новые игрушки на секунду замерли на месте, а потом безжизненно свалились на пол разрезанные в нескольких частях тела. Обернувшись, Юля за своей спиной обнаружила высокую мрачную фигуру в темной дорожной куртке и широких штанах. Это была девушка, на вид молодая, лет двадцать пять, но длинный меч-бастард в ее руке говорил о том, что о ее реальном возрасте можно лишь гадать. И хоть и меч был вложен в ножны, людей он рассек в доли секунды, словно те были из бумаги.
  - Достаточно.- Лишь сказала девушка, с презрением глядя на всю эту картину холодным взглядом темных карих глаз.
  - Ты сломала мои игрушки!..- Хотела было возразить ей Юля.
  - Павшая.- Не сказала, а скорее выплюнула девушка. Юля моментально осеклась, невольно сжимая кулаки. Девушка же даже не повела бровью.- Я пришла сюда не из-за тебя, но могу между делом и тебя порешить.
  - Ты так самоуверенна?- Юлю это задело. Ой, как задело! Она была просто в бешенстве. Ее волосы немного привстали. Небольшие разряды энергии пробежались по руке, вызывая прямо из воздуха ее катану. Секунда в боевой стойке. Атака. Юля закричала со всей злости, накопившейся в ней.- Хей, мистер!
  - Мистер Чарли.- Юля на долю секунды заметила, что девушка положила руку на эфес. Левая рука Юли отлетела куда-то к разрезанным трупам мужчин. И вот тогда Юле стало на самом деле страшно. Краем глаза она лишь заметила, как девушка вновь дотронулась до эфеса. И в этот самый момент из-под кожи Юли, из рук, ног, спины, вырвались десятки широких красных лент, сделанных из тонкого материала. Ленты резанули потолок, стены, раскромсали в щепки туалетные кабинки. Вода из унитазов и умывальников хлынула к растекшейся крови. Юля вскрикнула - вторая рука шлепнулась в воду. Удар отшатнул ее назад, но с ног не сбил.
  - Ах ты, сучка!- Со всей злобы закричала она, направляя смертоносные ленты в мистера Чарли, но та лишь немного поменяла стойку и на секунду вновь положила руку на эфес.
  - К вашим услугам.- Пожала плечами мистер Чарли, пряча бастард в ножны, холодно смотря, как Юля ползает по полу с одной оставшейся целой ногой.
  - Как?!- Кричала Юля, пораженно смотря на отрубленные конечности и ненавистно на Чарли.
  - С тобой ничего не случится всего лишь от потери трех конечностей.- Та словно Юлю и не замечала.- Здесь не твой Слой, павшая, учи новые правила выживания.- Чарли чуть заметно улыбнулась.- Иначе за тобой придем мы. И молись, чтобы это был не мистер Кроули.
  - Да пошла ты!- Лишь огрызнулась Юля.
  - Твоя правда, задержалась я тут.- Тяжело вздохнула та.- Ну и ладно, до встречи, павшая.
  - Как, черт возьми, тебя называть?!- Крикнула яростно ей в спину беспомощная Юля.
  Мистер Чарли остановилась на пороге, наполовину оглянулась и скучающе произнесла:
  - Алина.
  
  //комната 11: грех//
  
  - Вопрос не в том, грешен ли их род. Скажу даже больше, они не виновны! Грех скрыт в самой тайне их рождения. В то, кто они, да и вы все, есть.
  Чей это голос? Немного низкий, чуток визгливый, даже, можно сказать смешной с нотками возмущения и негодования. Эшамиару приоткрыл глаза серого цвета, несколько секунд потребовалось, чтобы сфокусировать взгляд. "Сложно, блин,- подумал он,- все в глазах плывет. Ненавижу переходы!"
  Через секунду пришло понимание того, что он прикрыт тонким серым пледом практически с головой. Сам же молодой демоненок лежал на мягком диване, прислонив голову на ручку. Взглядом он оценил небольшую комнату в полумраке. Спиной к нему стоял странный зверек, больше напоминавший пушистого пуделя с шестью ногами и зубастой мордочкой. Перед ним же стояла целая аудитория... демонов! Сколько их тут только не собралось! И духи умерших, и полтергейсты, и астральные сущности.
  Эшамиару прикрыл плотнее глаза, понимая, что решается его судьба. Нет, он не помнил ровным счетом ничего, ничего из того, что произошло после того, как отец выпихнул его за грань Комнаты. Но, отец... все родные... даже рабы. Все мертвы. Никого не осталось. Наверняка он потерял контроль над своей душой и тело само начало рвать и метать. Войди он в другой Слой, он натворил бы не мало бед, пока бы его кто-нибудь не победил. А победа в 99% случаев значит смерть. Но он-то жив. Пока что. Неужели он в холодном аду? Нет, обстановка не та. Да и тепло здесь, однако, вон даже потрескивает что-то. Камин, небось.
  Тогда где? Ни на одну из элементальных или разрушенных Комнат эта не похожа, однако она явно сосуществует отдельно от Тропы. Высшие Слои? Вряд ли - демонов бы здесь не было. Низшие Слои? Тоже, нет - слишком уж демоны безобидные. Где же...
  - Ты на самом дне Бездны, малыш.- Послышался внезапно голос рядом. Дитя из рода Эшамиару вздрогнул и рефлекторно поджал ноги и сел на диване. Только сейчас он почувствовал, что кто-то все это время сидел рядом. Все демоны разом посмотрели на них, на лицах их читались удивление, страх и любопытство. Рядом с мальчиком сидел довольно высокий молодой человек с ярко-голубыми глазами. У него была невероятно мягкая и добрая улыбка. Волосы были чуть растрепанными. Одет он был в серые джинсы и свитер с длинным воротником.- Как твое имя, уроженец рода Эшамиару.
  Парень несколько мгновений был обескуражен. На это время его волосы перекрасились в серебристый цвет, но вдруг они полыхнули красным. И в этот же миг парень собрался и выпалил:
  - Мое имя, Саракашимиаруир! Из славного рода серебряных воинов запада Эшамиару!
  - Саракаши, значит? А меня Денисом зовут.- Денис улыбнулся еще шире и кивнул ему.- Приятно познакомится!
  Это немного удивило Саракаши. Этот самый Денис явно был знаком с его семейством, но кто он был такой, чтобы так фривольно общаться с ним. Саракаши недоверчиво сузил взгляд и пробежался по уютной квартире Дениса взглядом. Чуть более детально он осмотрел демонов, которые спешно ретировались за спину Дениса и сейчас боязливо поглядывали за Саракаши. Особенно выделялись мыши, которые, встав одну на одну, изображали буддистских монахов, сложив ладони на груди. Все это вместе выглядело как минимум нелепо, смешно. Саракаши приподнял бровь, приоткрыл рот то ли от удивления, то ли от нелепого вида.
  - А ты... кто?- Снисходительно спросил он у Дениса.
  - Подонок! Как ты с хозяином говоришь?!- Гром вылетел вперед, так и грозясь ужалить парня одним из своих разрядов. Братья демоны тут же потянули его назад.
  - Хозяином???- Так ничего и не понял Саракаши.
  - Я им типа как смотритель.- Попытался объяснить по-простому Денис, махнув рукой.
  - Если бы не я, да Хозяин, они бы тебя давно съели!- Изъявило то самое маленькое существо, прыгнув с пола на спинку дивана и посмотрев в глаза Саракаши своими красными вертикальными зрачками. Волосы парня перекрасились в фиолетовый - он был обескуражен.
  - Это Терри, мой смотритель дома.- Представил Терри Денис.- Ты влетел в мою квартиру и учинил здесь погром... Ничего не болит? Мне пришлось немного приложить тебя.
  - Нет, но...- Волосы Саракаши вновь стали перекрашиваться в красноватый цвет.- Я жив. Почему?
  Сказано это было очень твердо. Как раз под стать королевскому или, как минимум, знатному роду. Денис улыбнулся на секунду про себя. Но кое-что так и не давало ему покоя.
  - В смысле?- Искренне удивился Денис.- Зачем мне убивать тебя, я вообще-то отличаюсь добрым нравом, если не заметил: демонов дома содержу. Все они здесь по доброй воле, им идти больше не куда. И ты тоже здесь лишь гость, смею тебя заверить, уйдешь, когда захочешь.
  От этих слов Саракаши погрустнел, его волосы перекрасились в желтый, цвет смерти. Он уже было опустил голову, погружаясь в мир своих темных воспоминаний, как вдруг Денис щелкнул его по носу. Парень уже хотел взорваться потоком обвинений и негодования, как заметил, что Денис смотрит на него таким пронизывающим взглядом, что казалось, что они были тонкими спицами, разрежающие не тело, но душу.
  - К...- Саракаши проглотил комок в горле.- Кто же ты?
  - Я - лишь я.- Мрачно сообщил тот, складывая в замке пальцы и опирая на них подбородок.- Ты лучше расскажи, как умер твой род. Это ведь были Судьи Трибунала, не так ли?
  - Как...- Саракаши совсем запутался, но решил сдаться, погрустнел (при этом его волосы вновь стали песочно-желтого цвета). Голос его задрожал.- Да, это были они. В сверкающий облегающих доспехах. Они шли по улицам, убивая каждого. Нанизывали людей на копья, а копья ставили вдоль дорог. Это была полная зачистка. Наш двор оказался самым сопротивляющимся, но их силе невозможно просто сопротивляться, и...- Он еле сдержал слезы обиды. Не жалости об умерших, не страха. Именно обида за проигрыш, за глупую смерть его народа, двигала его злобу.- И мы проиграли. Последнее, что я помню, как отец своим разумом смог запихать меня вне Комнаты, и...
  - Судьи!- Оборвал его Терри, жутко взвизгнул и свалился со спинки дивана. Если до этого он слушал короткий рассказ с открытым ртом от ужаса, вспоминая свои былые дни и такие вот зачистки городов демонов. Демоны в комнате тоже заметались по углам, словно пытаясь скрыться от этого слова: "судьи".
  - Трибунал.- Грустно выдохнул Денис, смотря на беснующегося Терри.
  - Я вижу, ты многое знаешь!- Саракаши вскочил на ноги, волосы его обагрила черная краска ненависти.- Скажи, как я могу найти этих тварей?! Даже если я умру, я хочу убить их как можно больше! Это...- Он опять еле сдержал слезы, крепко сжал кулаки.- Это... Дело чести!
  - Во дурак.- Хохотнул Денис. Терри словно остолбенел, с ужасом смотря на хозяина. Саракаши от возмущения потерял дар речи, его волосы перекрасились в фиолетовый. У его ног мяукнул Мурзик и обратился в широкие беспроводные стерео наушники. Денис же тоже встал с дивана и с вызовом посмотрел на парня.- Вот почему Терри говорил о ваших грехах.- Денис осмотрел комнату.- Вы все! Вы - демоны. Греховные низшие создания...
  - Да как ты!..- Не дав ему договорить, Саракаши сорвался с места. На его руках вновь появились когти, зубы обратились в клыки. Не выдержала душа аристократа такого оскорбления. Выпад его был безупречен, быстр и силен. Когти его были смертоносны и остры. Только вот нанеся удар, Саракаши, ослепленный голой яростью, даже и не заметил, что Дениса уже и не было на линии удара.
  Тут же его сжала со спины крепкая рука, и холодное дуло пистолета прислонилось к виску. Саракаши нервно моргнул, осознавая, что сделай он сейчас неверное движение, пуля войдет глубоко ему в голову.
  - Ты, конечно же, понимаешь, что пули далеко не простые.- Утвердительно прошептал ему на ухо Денис, оказавшийся в долю секунды за его спиной. "Судьи!- Саракаши нервно проглотил вновь подошедший к горлу комок.- У него силы даже больше, чем у них! Кто же он"?! Холодный ужас подкрался к грудной клетке - Саракаши понял до конца, что на этот раз онг, что называется, "конкретно попал".
  Но вдруг Денис отпустил его, да так резко, что парень чуть не упал. Саракаши обернулся и непонимающе посмотрел на него, тем не менее, не выходя из боевой стойки. А тот лишь насмешливо смотрел на него, спокойно опустив руки в низ. В правой был большой автоматический пистолет.
  - Мы - не просто какие-то существа!- Яростно прошипел Саракаши.- Я понятия не имею где я, кто ты и вообще как далеко я сейчас от гибели. Но наш род я тебе поносить не дам!
  - А то что?- Спокойно осек его Денис. Саракаши прикусил нижнюю губу, лихорадочно соображая, что же ему делать.
  - Я тебе кое-что скажу, пацан.- Денис тем временем прошелся вдоль комнаты и плюхнулся в кресло и обвел пальцем всю комнату.- Всем вам скажу, народ!- Он вновь посмотрел на Саракаши, но уже хитрым и каким-то кровожадным взглядом. Саракаши с ужасом заметил, как его глаза странно перекрасились в сине-зеленый цвет.- Ты думаешь, я бездумно и без основания называю вас греховными ублюдками? Как и подобия ангелов сейчас щеголяют прямо по Слоям.- Денис сузил взгляд.- Знаешь ли ты, сын род Эшамиару, какими были ангелы миллионы лет назад?
  Саракаши лишь слегка покачал головой. Терри без разговоров толкнул его в соседнее кресло. Ветер принес Денису керамическую кружку холодного красного чая. Тот сделал небольшой глоток, подумал, словно что-то вспоминая.
  - Миллионы лет назад, ни у ангелов, ни у демонов не было материальной формы.- Денис выглядел так, словно он старый дедушка, ударившийся в воспоминания. То ли он действительно постарел за несколько секунд, то ли Саракаши этого раньше не замечал.- Да и демонов-то не было. Не было самой грани. Ангелы были лишь неоформившимися словами, без тела. Духи, служащие Ему по всей силе своей.
  - Бог.- Прошептал Саракаши. Все демоны в комнате уважительно повторили за ним.
  - Я не буду пересказывать тебе теории различных религий, объясняющие кто такие ангелы, а кто такие демоны.- Тем временем продолжил Денис.- Все они, как это часто бывает, и правы, и ошибаются одновременно. Скажу важное. Адам и Ева были самым омерзительным, что я видел в своей жизни. Прототип самого материального. Уж не знаю, по его ли подобию должны были быть сделаны люди, но среди ангелов был тот, кому совершенно не хотелось такой участи. Участи быть рабами людей.
  - Люцифер.- Вновь прошептали демоны. Саракаши обернулся, понимая, что комната наполнена непонятной энергией, больше напоминающую безнадежность. Он заметил, что огонь в камине горел, но не издавал никаких звуков, словно был иллюзорной картинкой на заднем фоне.
  - Саракаши.- Сказал Денис, тот вздрогнул.- Судьи - ангелы.
  - Быть не может!- Саракаши вновь сжал кулаки, воинственно посмотрел на Дениса.- Да если даже так, если даже ты один из перворожденных демонов. Мне все равно.- Саракаши резко встал и уверенно подошел к Денису.- Я многим тебе обязан, ты не убил меня, приютил, вылечил. За мной не заржавеет!- Волосы Саракаши стали вновь красноватого цвета, он пылко улыбнулся.- Помоги остановить их!
  - Да ты даже душу в физическом теле удержать не можешь.- Денис беспечно хохотнул. В комнате тут же прошла гнетущая обстановка, вновь затрещал камин.- Твои волосы выдают тебя - изменяются по твоему настроению, словно детектор лжи встроенный. Я чему вел: дела плохи, если Судьи, материализовавшиеся ангелы, наводят порядки силой среди демонов. Они наверняка собирают их души.
  - Но как же так, Хозяин?!- Терри прыгнул ему на колени.- Разве не ваша работа наказывать непокорных демонов, поедающих людей?
  - Наша, но я исключение из всех Мистеров.- Качнул головой Денис.- Видал я однажды такую работу Судий. Зрелище жуткое. Вспомни сам, Терри. Хочешь, напомню третий Слой?
  - Яйцо ангелов...- В голосе Терри послышался глубокий ужас.- Но как так, хозяин...
  Денис лишь пожал плечами:
  - Это лишь догадка, но уж слишком много совпадений. Взять хотя бы то дело об убийствах на Слое Города.
  - Так это не демоны были, выходит...- Глаза Терри округлились.
  - Так бывает лишь, когда ангелы выходят в мир людей через мир снов.- Усмехнулся Денис.- Они обмениваются телами, отрывая материю плоти понемногу от жертв. Все дело в том Слое.
  - Слыхал я о знаменитых Мистерах, но никогда не подумал, что окажусь у одного из них дома.- Пожал плечами Саракаши.- А что за Яйцо Ангелов?
  - Когда Слои становятся невыгодными для Трибунала, они очищают их.- Как дважды два объяснил Денис. Казалось, для него это обычное дело.- Низкий и кровавый поступок, я всегда считал, что только так они и могут бороться - сразу головою в снег. Все вокруг в Слоях материально, кстати, как и сегодняшние демоны. Ангелы берут на себя грех и своей силой эту материю начинают сливать в единый поток. На вид это похоже на огромный кокон. И из него рождается ангел, когда число питающих его душ накопится до предела. Ангел - посланник Трибунала, а приговор: очистка. Своей силой он просто стирает все материальное из мира и образуется известные многим Покинутые Комнаты - миры, в которых нет ничего живого.
  - Да как же так.- Саракаши повесил руки.- Я не могу поверить в эту сказку! Ничто живое не способно на это!
  - Поэтому ты и глуп.- С улыбкой пожал плечами Денис.- Ты привык воспринимать все материальное. Вот, например эта комната.- Денис обвел руками всю квартиру.- Она создана мной на самом дне Бездны, того мета, куда стекаются все мечты и сны людей. Потерянные демоны так же рано или поздно приходят ко мне. Ты же понимаешь - твой Слой тебе не вернуть, но я могу провести тебя по Тропе Грез в соседний Слой.
  - Да, я хочу этого.- Как всегда пылко сказал Саракаши, обрывая Дениса.
  - Хозяину нельзя.- Грустно сказал Терри.- Госпожа Света не давала разрешения на его освобождения, а значит, дверь никогда не откроется.
  Терри посмотрел в коридор на массивную дубовую дверь, ведущую из квартиры и неуверенно спросил:
  - Мистер не может выйти из собственной квартиры? Ты уверен, что не разыгрываешь меня?
  - Относись к этому, как к назойливой женщине, забравшей у парня ключи, боясь, что тот улизнет пить пиво с подружками.- Усмехнулся Денис, резко вставая с кресла, проверяя патроны в своем пистолете.- Только она не понимает, что есть и окно, через которое парень может смыться.- Он вставил магазин в пистолет и снял с предохранителя.- Да и не интересны мне людские страсти, чтобы предаваться им.
  Сказано это было с такой жаждой крови в голосе, что Саракаши невольно поежился и краем глаз посмотрел на Дениса. И не поверил своим глазам. То ли это тень от камина так удачно ложилась, то ли за спиной стоял еще один... Денис. Словно двойник, но в тени.
  - Это разумно.- Кивнул энергетический сгусток Гром.- Я могу поспорить, что Судьи скоро будут и здесь, и на Слое, где сейчас находятся Мистеры. Мистеры никогда не дадут ни призраков, ни святых духов, ни демонов, не причиняющих никому вреда, в беду. А значит, охота на них тоже начнется. Как на инакомыслящих.- Гром злобно сузил свой взгляд.- Очень по-трибунальски, кстати!
  - Мы сможем укрыться в разных уголках Покинутых Комнат, пока все не уляжется!- Терри кивнул с надеждой, но все же неуверенно посмотрел на своего хозяина.- Даже если получится, это будет разрыв всех контактов, контрактов и связей с Трибуналом. Вы вновь окажетесь их главным врагом. Мы сможем рассеяться и, возможно, задержать их распространение. Но как уйдете вы???
  - Элементарно, мой маленький помощник.- Развел руками Денис, легко улыбнувшись, и указал пальцем на Саракаши.- С его помощью.
  - Ааа?!!! С моей?!!!- Удивился тот.
  - Конечно!- Кивнул Денис, хитро прикрыв глаза.- Я дверь открыть не могу, зато могу поймать Волну. Мы сделаем это. Я проведу тебя до следующего Слоя, а я...- Денис осекся, тяжело вздохнув.
  Мурзик, глядя на все это в своей неприглядной форме, снова обратился в кота и подошел к хозяину, тихо и пискливо мяукнув. Денис посмотрел на демонического кота и мягко улыбнулся.
  - А я остановлю эту бредятину и вытащу всех мистеров, во чтобы мне это не стало!
  - Что мне нужно делать?- Смело сказал Саракаши.
  Денис указал на небольшую лесенку, которая словно вела на второй этаж. Она заканчивалась знакомой черной дверью, покрытой защитными знаками. Саракаши встал к ней почти вплотную. Кожу пощипывала черная энергия антиматерии, исходившая из глубин Бездны.
  - Денис, а материален ли ты?- Сказал перед отправлением Саракаши, твердо смотря на черную дверь.
  - Я приоткрою тебе тайну.- С хитринкой ответил тот.- Никто, ступивший за Комнату или Слой, не может быть материален до конца.
  Саракаши ахнул, словно осознавая что-то.
  - Эй, Мистер!- За их спинами послышался озорной голосок всегда активного Терри.- Надери за нас всех им задницы!
  Денис улыбнулся всем своим подчиненным и, резко сжав руку Саракаши, резко дернул черную дверь Бездны на себя.
  И лишь на секунду в его сознании всплыл голос его второй половины: "Мы бросаем наших детей... Ничего, они выживут. Я уверен".
  И в следующую секунду, когда дверь открылась, все вокруг обратилось в прах.
  
  
  Г Л А В А 3 - Заключалки
  
  //комната 12: прошлое//
  
  Денис вошел в Слой. Алина улыбнулась. Ясно, теперь все будет как надо.
  Будущее?
  Для Алины - не загадка. Немного перемотала назад. Вошла в прошлое.
  Алина открыла глаза, эта бешенная вампирша оказалась за ее спиной, в той уборочной. Дверь медленно закрылась, и, словно синхронно с ней, опустилась голова Юли на грудь. И картина кровавого месива закрылась, словно ее и не было. Тактично Алина перевернула на двери табличку "закрыто на уборку". Ничего, переживут они пару часов без извращенного секса, эти людишки.
  Алина усмехнулась. Если бы не мистеры, теневики, призраки современных городов, давно бы истребили людей, превратив вот таких, как они. Хотя, порой было не понятно, что хуже, люди или давно забытые всеми призраки. Люди, погрязшие в своих семи грехах, давно перестали нести ценность для Трибунала. Еще со времен третьей мировой души всех людей находились в телах, словно в колыбелях - спали, даже не подразумевая, что есть еще какая-то жизнь. А люди, физические оболочки, пили, ели, спали... друг с другом, просто выполняя свои биологические функции - повинуясь мозгу. В таких местах, как это, они отключали и мозг, поклоняясь основным инстинктам. Алине такие места не нравились. Здесь, ничего уже не замечающие люди просто трясли своими бренными телами, вдыхая сладкий наркотический дым. А ведь даже не знали они о том, что душе покинуть тело на много проще тогда, когда тело без сознания, в танце, например. Этот фокус использовали когда-то шаманы Вуду - входили в транс через неистовый танец. Только они умели использовать эту силу.
  Все люди - ходячие живые куклы. Ангелы - призраки прошлого. Демоны - буйные духи, загнанные в угол. В веселое же время им приходится жить!
  Плащ немного вздрогнул, ножны легко скользнули под подол, она прошла вглубь клуба. Занавес наркотического дыма не мешал ее орлиному взору, она тут же увидела фигуру негра в центре толпы. Алина нахмурилась, спокойно и целеустремленно направляясь вперед?
  Немного перемотать настоящее.
  - Мистер Тинкертреин.- Нахмурилась Алина, напряженно выпрямляя спину.
  - Мистер Чарли.- Приветствовал так же ее негр, опершись на трость, широко расставив ноги, словно лондонский денди. В темноте клуба сверкали золотые зубы, губы расплылись в голливудской улыбке. Классический костюм идеально сидел на нем.
  Алина немного осмотрелась вокруг: темно-фиолетовый туман окутал все вокруг, но это уже был не тот туман клуба, это прошлое давало о себе знать - невозможно было перематывать так долго.
  Денис прошел вперед, он нашел ее. Она была как всегда истерична, выкрасив полотно в желтый, она улеглась, как снег на текущей воде... Она его может контролировать? Нет, он сожжет все, к чему дотронется.
  - Он обратит все в пепел.- Продолжая улыбаться, сказал чуть хриплым голосом негр.
  - Это охота.- Мрачно сказала Алина, медленно доставая из-под подола меч.- Мистер охотится на Мистера? Это жесткие правила игры, Трибунал. Ты не знал? Денис спалит вас. Дотла.
  - Дотла.- Кивнул негр.- Но мы уничтожим его, словно его и не было. Он не сможет выйти из Комнаты, даже ему не совладать с половиной всех Мистеров.
  Смерть людей. Смерть всего живого. Смерть всему миру.
  Ты будешь играть последним?
  Сможешь ли ты, Денис, выжечь саму смерть, убить ее, убить их, спасти мертвых.
  Алина закрыла на секунду глаза, и сотни лет промчались перед ней.
  И это называется эволюцией? Война. Сжигают на кострах. Снова война. Снова еретики. Из века в век. Из истории в историю. Призраки, теневики - чем они хуже? Те же самые виновные, так же сжигают. И Денис был самым главным виновным? Мастер, отец, предводитель всех перворожденных демонов. Сам же перворожденный, первый же павший, сменивший тысячу тел, полов и разумов.
  Мистер Тинкертреин улетучился где-то в потоке.
  Из последних сил Алина немного перемотала поток времени в сторону. И увидела лицо Дениса. Все такое же с легкой улыбкой, невозмутимое, спокойное.
  - Эй, Мистер, тебе была нипочем эта Комната?- Усмехнувшись, спросила его Алина. Она стояла на обломках какого-то здания. Сначала в боевом костюме с мечом наголо. Но затем картинка изменилась, и девушка дрогнула - она оказалась в Бездне - длинном тускло освещенном коридоре, где тут и там были деревянные красноватые двери. А рядом стоял Денис, немного окровавленный, избитый, но все так же мягко улыбающийся. Алина открыла, было, рот, но ее голос уже не мог преодолеть поток времени.
  - Комната?- Донеслось лишь до нее.- Это же не клетка, Алинка. Это мой дом, дно Бездны. Место, где мои дети могут укрыться, ведь я их когда-то повел за собой. Они сами знали, что падут. Они все пали. И я не брошу их. И какой-то суккуб, принявший человеческое имя и титул Мистера из-за того, что могла вызывать меня, не остановят мой огонь. Я ее питал, держал, любил, в конце концов. И я уведу их туда, где рождаются Ветра.
  И лишь последнее видение.
  Ряды, армия существ, лишь похожих частично на людей. Как и у Дениса во времена Великой Войны, у них были небольшие рога на лбу, а сзади отличительная черта - безволосый крепкий хвост. И таких сотни, тысячи, рождение новой расы.
  И Алина лишь улыбнулась этому, выныривая из потока. Нужно спешить к Джунки, пока его не погубило это нечто. Нужно встретить Юлю, пока она не обезумела и не превратилась в эту упыриху. Нужно найти Ксера и его сестру - найти убийц. А еще важнее - найти Дениса, ведь он тоже может видеть поток времени. Он мастер, великий кукольник, Мистер.
  И Алина улыбнулась ему, открывая глаза истинной реальности, и лишь прошептала.
  - Хэй, мистер, пора вставать...
  
  
  К о Н е Ц
  30.01.08
  00:47 АМ
  Г. Красноярск
   
  
  "Нет отдыха ослабшим"
  (no rest for the weaked)
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   
  
  День 1
  
  //Пролог - часы сна//
  
  Тогда мне вновь снился этот сон.
  По пустынным ледяным камням мои ноги ступали, чуть подрагивая от холода и боли. Камни были острыми и не позволяли двигаться быстро. Боль. Я отчетливо помню ее - пронзающая сознание огненной иглой. Она давала почувствовать, что я еще не насмерть замерзла - я могла двигаться дальше, на пределе собственных сил.
  Говорят, сны видишь черно-белыми. Но я отчетливо помню, что на мне было розоватое летнее платье. И какого черта я его напялила, если вокруг такой холод?! Наверняка, у меня просто не было выбора. Да и вообще, какой там выбор. Вы же не можете выбрать какой сон вам должен сниться сегодня ночью. Ну, а если можете - мои вам поздравления - везунчик вы. Я не такая. Я обычная, скучная, в меру своего подросткового возраста пессимистичная, наивная и романтичная.
  А вот такие вот сны напоминают мне, что в реальности куда лучше, чем в дурмане своих мечтаний. Вполне...
  Я увидела тигра. Крупного такого тигра, на вид и не скажешь, что он может на вас кинуться. Вы же гладите соседскую кошку (без сомнения, такую милую и хорошенькую!), пока она вас не цапнула. Вот и я заворожено гляжу на этого тигра, как он грациозно спрыгивает со скалы наверху. И смотрит он на меня, вроде, так безразлично, хотя и не отводит взгляда. Так, пожалуй, смотрит тренер в возрасте на молодых студенточек, которые думают, что у старика давно минули годы молодости. А тот потом, насмотревшись на гарцующие груди, дрочит в раздевалке (конечно, женской). Так вот и этот тигр, готовясь прыжку на меня, не выдает ничем, что через секунду разорвет мою грудную клетку в клочки и напьется моей теплой крови.
  И вот, я испугалась тигра. Я не дура, я знаю, чем это все заканчивается, насмотрелась в детстве образовательных передач, и на месте антилопы быть как-то не хочу. Разворачиваясь, я со всех сил начинаю бежать, но, вот незадача, я босая, а камни острые (вы об этом еще не забыли?). И моей кровью начинают довольствоваться эти чертовы камни под ногами, не давая мне бежать быстро. А медленной жертве грош цена, каждый и сам может это понять.
  И следующей мыслью в моем сне, мне хочется рвануть вперед, мне хочется прыгнуть, мне хочется бежать и не чувствовать легких, не чувствовать голода. Сейчас, в момент сна, это моя любимая игра - идти на краю гибели, чувствовать ее холод и боль, ее дыхание за спиной. Но еще большее удовольствие мне доставляет проигрывать в моей любимой игре. И я начинаю кричать... Черт, мне кажется, я кричу и в реальности, только на самом деле я так тииихо, попискиваю. Мама, вроде не говорила, что я во сне говорю...
  А в груди, где-то между легкими возникает чувство... энергии, возможно, адреналина. Эта энергия, как маленький атомный моторчик во мне - он придает мне сил. Возможно, это моя душа? Я чувствую мышцы рук, мышцы ног - они питаются от этой силы. И я чувствую пронизывающе холодный ветер, бьющий в лицо. И мне нравится, что он пытается меня остановить, а потому я ускоряюсь, бегу еще быстрее. И что пугает даже саму себя - на моем лице появляется довольная улыбка.
  Да, вперед.
  Еще, дальше!
  Сильнее, безграничнее!!!
  Но, только, вот беда - меня догоняет этот чертов сибирский тигр и кидается мне на спину, предварительно выкинув вперед свои острые коготки.
  Нет, кошек я люблю, даже очень! Но из-за того, что этот чертов сон мне снится с завидной постоянностью, этого тигра я уже ненавижу и плевать я хотела, что это вымирающий вид! В этом сне меняются только некоторые детали, либо "всплывают" новые (либо я просто их вспоминаю на утро, хотя раньше вспомнить не могла). На этот раз новой деталью было зеркало. Не знаю, к чему оно снится, но, то ли тигр просто не успел меня подцепить когтями, то ли подтолкнул в это зеркало. Причем, не смотря на скорость моего движения, я не протаранила его своей головой, я словно в него вошла, стала отражением зеркала.
  Раскинув руки и ноги в стороны, с открытым ртом я сначала наблюдала перед собой кромешную мглу. В душе похолодело, когда я увидела в этом мраке нечто, и это нечто двигалось. Тела? Нет - лица! Пол было не различить, но было видно, как они открывали и закрывали рот. Они говорили что-то! Я могла даже поклясться, что слышала их шепот. Но они унеслись почти в ту же секунду, как я попала туда. Дальше начали мерцать разные картинки, разные местности, словно я летела на самолете, привязанная к его днищу. Могу поклясться, я видела лес, и сон пронес меня прямо над его кромкой. А вдалеке что-то внезапно заблестело, и я...
  
  ...я дернулась в постели, словно меня уронили на нее. Ну, до чего же противное чувство! С самого детства от этого мучаюсь: когда засыпаюсь или в полудреме просыпаюсь, бывает такое ощущение, словно падаешь и разбиваешь о кровать. От этого противного чувства ты больше не хочешь спать, а сердце колотится, как отбивной молоток.
  Резко схватив ртом воздух, я внезапно осознала, что он теплый. Даже очень - отопление уже дали, хотя снег этой осенью запаздывал. А казалось, что в легких еще задержался тот самый ужасный холодный воздух, и все изнутри было просто ледяным. И вот она я, лежу такая на диване серым осенним утром, познакомьтесь, свежезамороженная тушка шестнадцати лет, Лена. Мило, не правда ли?
  Следующая мысль, которая пришла в голову - я лежу на спине с открытыми глазами и сверлю ими потолок. Я что, спала с открытыми глазами??? Надеюсь, нет... И что за противное чувство, словно меня в диван вдавили. Это, наверное, из-за того, что я лежу прямо между двумя моими такими мягкими и такими удобными подушками. Толку-то тогда от них.
  И напоследок стоит добавить, что я лежала в той позе, в которой я была "приклеена" к тому зеркалу из сна.
  А комната была залита черно-желтыми утренними красками. Тенями и блеклым светом, что пытался тупым лезвием разрубить остатки ночи в кусочки, а потом собрать их дневные тени, которые отбрасывало такое же блеклое, как все остальное, солнце такого нового, и, в то же самое время, такого похожего на остальные, дня.
  Возможно, все эти перечисленные мною факторы и сыграли свою роль: примерно с минуту я даже не могла сообразить, сон ли это еще, или уже серая, унылая реальность. Раннее утро. За окном иногда проносится шум проезжающей мимо машины, а в оконное стекло чуть слышно бьется мелкий осенний дождик, безуспешно пытаясь добраться до меня. На секунду захотелось показать ему язык... но я же уже давно миновала шестилетний возраст.
  И тут вдруг надо мной мелькнуло что-то черное.
  В груди похолодело, тело вновь чуть дернулось, внезапно ощутив на себе чужеродный вес.
  - Багирааа...- Протянула я спросонья хрипло. Кошка тихонько мяукнула, потопталась на мне, пытаясь найти место поудобнее. Пока моя наглая черная подруга делала это, я подтянула под голову одну подушку, приподнимаясь.
  Все, ощущение сна ушло окончательно, да и пусть валит куда подальше - спасибо, моя Багирочка! Кошка довольно разлеглась на моей груди, протянула вперед лапки, словно обнимая, и громко замурчала, зажмурив глаза. Мордочка у нее была такая, словно она улыбалась от ушка до ушка. Ну вот, утренний сеанс анималотерапии начался... Чуть приподнявшись, я легонько чмокнула ее в мокрый носик. Багира недоумевающее открыла зеленые глазки, но тут же вновь закрыла.
  Любимая кошка - единственное лекарство от ежедневных стрессов, эти животные точно лечат. Вот, видимо, и сейчас она почувствовала мое состояние после сна и пришла на мой зов.
  С.О.С! С.О.С! Лену атакуют дуратские сны-маньяки!
  Я тяжело вздохнула, вновь потревожив Багиру, и поморщилась. Сон. Может, он вещий? Да нет, сегодня не пятница. За сонником откровенно лень лезть, да и что в нем хорошего прочитать можно? С другой стороны, не к Фрейду же в книжку за объяснениями лезть.
  Да и вообще, может это часы биологические? Ведь через пять минут после моего пробуждения зазвонил будильник в телефоне, извещая о том, что, пока мама спит, нужно вставать.
  
  И утро казалось самым обычным... я ведь еще не предполагала, что этот день полностью изменит мою жизнь.
  
  
  //час 1й, 7 утра//
  
  "Смывая дождями грехи наши,
  Мы лишь воспеваем то, что было:
  Создано, разрушено и оставлено.
  Так оно есть и будет всегда."
  
  И зачем приходит осень...
  В комнатном окне показывали уже который день осень двадцать первого века. Это когда серая дымка в небесах видна лучше обычного, дождь превращает дороги в грязевое месиво, а люди спасаются от холодного ветра в своих уютных квартирах. Пар поднимается от мокрой земли и смешивается с выхлопами машин, облачками из канализаций и вентиляций. Это город живет - он так дышит, а его кровь - люди, живущие в нем. Они упорядоченно бегут по его улицам-венам. Каждый выполняет свою работу, свое предзнаменование, свое назначение. Жизненноважноезаключение - скажу я так. Короче, бытовая серая чепуха, бытовуха.
  Серый-серый мир за окнами - есть главная причина того, что я ненавижу осень и одновременно обожаю. Знаете, что заставляет человека думать, будто осень - самая яркая, не смотря на свою унылость, жизненная пора? Это листья. Сухие и мокрые - они кружатся над нашими головами, шуршат под нашими ногами, как бы прощаясь с нами до весны, чтобы весной вынырнуть из-под снега уже тусклыми, мертвыми.
  Я пошарила рукой в складке дивана, там, где он соединялся с подлокотником, и выудила оттуда чуть смятую пачку сигарет. Это был мой тайник, и мама о нем не знала. И пусть не знает - не хочу ее расстраивать. Если честно, мне и самой казалось, что мне рановато губить легкие сигаретами, но каждый раз, когда я задумывалась об этом, красный чертик на моем плече успокаивал меня, мол, курю относительно редко, еще и спортом занимаюсь, так чего мне волноваться? И я переставала волноваться и вновь затягивалась, опять же говоря себе, что делаю я это не слишком глубоко. Моей первой сигаретой в день была всякий раз после сна. Именно из-за этого я вставала на полчаса раньше мамы - чтобы покурить в тишине, выглянув в полуоткрытое окно, сидя на подоконнике. Вообще, подоконники - удивительное место. Эдакое урбанистическое гнездо философии и медитации. Раньше мужики садились голыми на камень и утыкали свой твердый лоб в кулак. Я же была полуголой и курила на подоконнике, поглядывая на людей, уже бегущих куда-то из подъездов внизу.
  Вжикнула тяжелая металлическая зажигалка, я затянулась. Выпустив первую струйку дыма, я защелкнула крышку зажигалки и взглянула на гравировку: "Самой лучшей ботаничке на 16-тилетие :р". Я усмехнулась. Сучки, а не подружки, но я их очень любила - с ранних классов тусуемся вместе. Кстати об этом...
  Рядом с подоконником стоял широкий компьютерный столик. Зажав сигарету в зубах, одной рукой я оперлась о стол, а второй включила своего электронно-вычислительного железного зверя в пластиково-металлической черно-красной шкуре. Новое мыло, почти все - спам. И так изо дня в день...
  Сконцентрировавшись на мерном гудении куллеров компьютера, я выкинула бычок в окно и потянулась. Сразу же ответил живот - своим урчанием он говорил, что хочет пищи, а не дыма, да поскорее. Да-да, мой повелитель, сейчас пойду завтрак готовить!
  И вот, началась та самая бытовуха, на которую я уже жаловалась ранее.
  Проверила электронную почту.
  Нагрубила нескольким озабоченным придуркам, комментирующие мои фотографии на одном известном комьюнити-сайте.
  Немного помахала тренировочной палкой.
  Одеться.
  Умыться.
  Улыбнуться маме.
  Сказать:
  - С добрым утром! Что на завтрак?!- Обязательно немного по-детски хихикнуть, особенно если при этом мама кормит голодную кошку.
  Маска счастья.
  Маска довольствия.
  Завтрак - жрать - работать челюстью.
  Вылезти в новые входящие сообщения.
  Договориться с верными подругами собраться у кого-то из них дома, вместо того, чтобы идти в нашу, непременно, самую лучшую школу на планете Земля.
  Собраться.
  Выйти.
  Говорю ли я с мамой? Ну, да, есть немного. Я ее люблю, но не могу настроиться на ее волну, что ли. После того, как много лет назад от нас ушел отец, как говорила бабушка, мама изменилась. Она не чаяла во мне души, но слишком часто напоминала, что для того, чтобы из меня вышел человек, я должна трудиться и учиться.
  И кем в результате я стала? Вся проблема была в том, что я прогуливала потому, что мне делать в школе было нечего - училась я на "отлично", не считая пары предметов, которых тупо не понимала. Это было просто, хотя осознание этого ко мне пришло многое время спустя. Я просто понимала все вещи, которые мне говорили. Я просто это переваривала. Это было... просто. В школу я пошла в пять, только вот если бы она была простой... Но в моем таком "крутом" интернате было двенадцать классов, вместо обычных одиннадцати. Углубленный английский, дополнительный японский, углубленное изучение культурологии... Ну как, интересно? Мне - нет. Так что пусть катится подальше. Главное - маму не расстраивать, уж слишком многое она мне дала. Наверное, за это матерей и благодарят.
  - На тренировку-то сегодня идешь?- Спросила меня мама, когда я уже собиралась уходить "в школу". Я взглянула на тренировочный меч, стоящий в углу коридора, рядом с остальной спортивной снарягой.
  - Угу.- Буркнула я, затем задумалась о том, что я хожу на боевое фехтование только затем, чтобы хоть как-то держать себя в норме. В этом был свой кайф, знаете ли, чувствовать, что ты можешь одолеть противника своей грацией и умением, а после тренировки идти, пить воду за двадцать рублей, и чувствовать, что тело двигается, работает, что тот моторчик в груди подзаряжается.- Наверняка ты быстрее меня придешь вечером, извини, с ужином не помогу.
  - Да ладно.- Тяжело вздохнула мама. Это была чистой воды показушность, своего рода... шутка. Такая была моя мама, не постаревшая ни на минуту со времен моего детства. Я с подругами росла, развивалась, а мама все время была со мной, помогала, отрывалась вместе с нами и иной раз была даже взрывнее меня. Ну, в общем-то, "от осинки не родятся апельсинки..." - Ты только голову береги, а то так и будешь ходить...
  - Тот раз был случайностью!- Теперь напыщенный вид сделала я, вспоминая, как на прошлой неделе мне зарядили на тренировке палкой по скуле. Ну да, я сама пропустила, он не хотел этого. Но теперь будут все мне это вспоминать до конца месяца! Гр! Вот не люблю, когда меня жалеют! - Я теперь шлем одеваю. И, как говорит наш тренер,- я, застегивая сапоги, комично изобразила высокий голос тренера,- тренировка без синяков - неудачная тренировка.
  - Кошмар.- Покачала головой мама, что-то делая на кухне. Из коридора ее было видно лишь наполовину.- Ты же девочка, нельзя себя поберечь как-то?
  "А зачем?" - Промелькнуло в голове, но вслух я ответила что-то более успокаивающее для мамы. Все-таки, это мама и ее можно понять. Все матери желают лучшего своим детям, какими бы они ни были. Таков уж жизненный закон.
  Сумку на плечо (конечно, это был спортивный рюкзак, удобнее с ним, но я иронично называла его "сумочкой"), коричневатые наушники от плеера на ухи (они закрывали ухо целиком, были большими и удобными, а кроме того, еще и мохнатыми, словно зимние наушники). И все, скорее за порог. Вперед-вперед, подальше из этой душной квартиры.
  Хотелось дышать. Хотелось бежать. Как во сне.
  Я усмехнулась своим собственным мыслям. Ага, побегаешь тут. На людей, совершающих утреннюю пробежку, и то смотрят как на психов. Это город. Большой, серый, вонючий город. А я - лишь часть его кровеносной системы.
  Хотя, в принципе, я не была особо против.
  Закрыв за собой дверь, я на секунду остановилась, поглядев на нее чуть прищурив глаза, а потом указала пальцем, словно он был дистанционным ключом, а потом сказала про себя: "Ты не никому не открывайся, чужим не поддавайся". Ну а что, хороший способ успокоиться, своеобразная психологическая защита. Если квартиру и не защитит, то хотя бы мои нервы чуть сбережет. Их итак особо уже ни на что не осталось, блин...
  
  //час 2й, 8 утра//
  
  "В песне нашей поется о многих:
  О богах, их ангелах и равных им.
  Как по силе, так и превосходящих их.
  Странниках избранных снов и их дорог."
  
  Две вещи, которые я просто ненавижу в этой чертовой серой жизни - это самые обыкновенные, человеческие вещи. Они не выделяют меня из толпы и не делают особенной. Я вообще вся такая. Я не подписываюсь пафосными никами в интернете и чатах, не одеваюсь, как все известные эстрадные фрики. Я не гонюсь за модой и довольно пассивно участвую в различных движениях. Я перепадаю с волны на волну, как это говорилось в знаменитой современной пьесе: "ма-аленький кораблик с волны на волну, с волны на волну..."
  Так вот, первая вещь, которую я ненавижу - это курить на ходу. Вообще этого не понимаю. Бывает, видишь молодого человека - бежит куда-то и пыхтит, как старый паровоз. Я понимаю, нервы и все такое, но я бы так никогда не стала делать. Некоторые девки еще ходят на шпильках и, оттопырив в сторону мизинец, курят модные тонкие сигареты. Им бы еще собачку на поводке, если, конечно, этот скелетик в комбинизончике можно назвать собачкой, и были бы вылитые западные блондинки, как в тупых комедиях. Бр. Ненавижу. Это не женственность, это - дебилизм.
  А вторая вещь, которую я ненавижу - это пялящиеся придурки. Я думаю, вы знаете, кто это такие. Если они в компаниях, они все вместе стоят и пялятся на тебя, громко при этом обсуждая. Гопники - что с них взять. Вообще, их можно даже по видам разделить. Бывают, например, такие, которые корчат из себя модников, только вот штанишки от "Абибас" или "Рита" их выдают. Или вот, школьники-отморозки. Эти просто слишком застенчивые, чтобы начать разговор, а потому пялятся, рассматривая тебя в подробностях, то ли раздевая взглядом, то ли уже насилуя. Если он хотя бы хорошенький, то еще ладно, а если прыщавый урод... Уххх, как все они мне дороги...
  Так вот, к чему это я все?
  Выбежав из дома, я быстрым шагом направилась в сторону остановки. Тренировки давали о себе знать: я всегда держала спину прямо, а походка была быстрой и целеустремленной. Мои кожаные сапоги, в которые я заправляла темно-синие джинсы, были на очень низком каблуке, а потому передвигаться было одно удовольствие. Да еще и свежий воздух, очищенный многочасовым дождем. Все это заряжало меня особой, какой-то тоскливо-беззаботной энергией. Плохо было лишь то, что сильно дул ветер и было довольно влажно. А, ну и ладно. Полдня посиделок с подружками должны были свести счеты с непогодой, если не на улице, то в моем сознании точно, а потому и нечего было париться.
  Почти сразу заскочив в автобус, я юркнула на свободное место и даже носом не повела, когда дамочка, желающая занять мое место, ахнула от негодования. Иди нафиг, тетенька, я спать хочу. Ехать добрых минут сорок, а потому можно и вздремнуть. Проспать свою остановку я не боялась: за годы уже какой-то условный рефлекс выработался, я знала дорогу практически на уровне подсознания. А что до тетеньки... Она старше меня лет на пять, а уже наверняка каким-нибудь искривлением позвоночника болеет. По деловому прикиду - наверняка карьеристка, в таких новички не ходят. Так что, пусть постоит, ей же полезно будет. Я вздохнула и умиротворенно улыбнулась, словно говоря: иди все в... нафиг.
  Минуты шли, за окном пролетали остановки. Я даже и вправду немного вздремнула. Из-за этого дурацкого сна я чувствовала себя невыспавшейся, словно проснулась раньше не на пять минут, а на час или два. Поэтому я решила, насколько это возможно, наверстать упущенное.
  Но через некоторое время я поняла, что мне и не удастся этого сделать - я почувствовала, как на меня смотрит кто-то, и, клянусь, в тот момент мне хотелось подбить этому кому-то глаз. Такое противное чувство, словно чешется между лопаток, как будто кто-то ковыряется в моем моторчике. Это было чертовски неприятно. Вы можете называть это интуицией, шестым чувством, женской логикой - неважно, факт в том, что я почти физически ощущала - на меня кто-то пялится.
  Немного поерзав на месте, я приоткрыла глаза, огляделась по сторонам, пытаясь определить источник неприятных ощущений. Вспоминая это сейчас, я должна отметить для самой себя, что, наверное, с этого самого момента все и началось. Маховик изменений моей жизни заработал в тот самый момент, как я увидела этого парня. Я сидела на одиночных креслах по левую сторону салона, а он стоял чуть позади меня и с явным интересом поглядывал. Именно поглядывал, не выдавал своего интереса, но мой взгляд словно привел его в действие. Через несколько минут он сам рухнул на самые передние сиденья, за спиной кабинки водителя, которые были обращены в салон. Теперь не было никаких сомнений в том, что это именно он и смотрит он именно на меня.
  "Чертов хентайщик!" - Пронеслось у меня в голове. Он улыбался, разглядывал меня, потом с тихим смешком отворачивался к стеклу, что-то в нем внимательно рассматривал, поднося к нему близко свой заостренный нос, а потом вновь принимался сверлить взглядом меня. Каждый раз при этом я хмурилась, проводила под губами языком по зубам, короче, всем своим видом говорила, что придурок мне не нравится. А он был просто самым классическим случаем: спортивная одежда, широкие солнцезащитные очки (можно подумать, они ему так нужны осенним пасмурным утром), какая-то модная тонкая шапочка, облегающая, как презерватив. Я понятия не имела, кто он, а потому меня еще больше нервировала ситуация. Наверное, еще больше меня разозлило то, что никто и виду не подал, что заметил подобное отношение. Это только некоторое время спустя я поняла, что нужно это всем окружающим шибко. А еще чуть позже я осознала еще более ужасную вещь - похоже, что того придурка просто никто из окружающих не видел.
  После четвертого такого взгляда, я уже не вытерпела и вскочила с места. Какая-то женщина рядом даже удивилась и поблагодарила меня, видимо подумав, что я уступаю ей место. Черта с два, я просто нырнула в толпу, взявшись за неудобные перила сверху. Только и это не слишком помогло, так как на ближайшей остановке добрая половина толпы вышла, оставив меня в окружении лишь нескольких людей, безразлично глядящих через окно, словно бараны стояли в стойле. А я сама чуть металась туда-сюда, прикидывая, как бы поудобней встать. Только все это не помогало - он смотрел на меня в упор и это уже начало действовать на нервы.
  И тогда я решила пойти уже на крайние меры. На очередной остановке, я "проснулась" и прыгнула к двери. Кондукторша что-то пробурчала на тот счет, что я заткнула уши наушниками, еду и ничего не вижу, как и прочая обдолбанная молодежь. Не понять ей моего тактического плана борьбы с извращенцами. Благо, деньги на проезд были под рукой. Все было очень просто. Я выпрыгиваю из автобуса и, если ничего не меняется, уж лучше дойду пару остановок пешком. А если при этом за мной выскакивает и этот тип, накостылять любой более-менее крепко палкой ему я смогу, уж будьте уверены.
  Но он не последовал за мной. Кажется, даже не проводил взглядом. Я посмотрела в след уезжающему автобусу и, несмотря на то, что сразу же подъехал еще один, подходящий мне, я двинулась дальше пешком, решив развеять сон, заодно ослабив нервное напряжение. Предстояло пройти три остановки, а это около получаса, учитывая что мне нужно было перейти через небольшой пешеходный мост.
  Ну и денек, черт возьми.
  В плеере заиграло что-то из местного рока.
  
  Помоги слепому дойти до обрыва,
  Помоги глухому услышать лооожь,
  Научи отважного беречь здоровье,
  Научи петь, не понимая слооов...
  
  Нет! Альтернативы нееет!
  Нет! Альтернативы нет.
  (группа "Рубикон" - "Альтернативы нет")
  
  Вот уж точно, выбора у меня сейчас было мало. Сейчас я была всего лишь маленькой девочкой, шагающей по мокрому асфальту вдоль края моста, поглядывая за перила. И вот тогда мой самой взгляд упал на фигуру в черном дорожном плаще. Чем я дальше шла, тем лучше было видно фигуру. И я могла поклясться, что этот человек стоял там! Прямо на железнодорожных путях. Прямо перед мостом. А когда я подходила к нему, то немного ахнула, заметив, что он поднимает свою голову, накрытую широкополой шляпой, словно стремясь специально встретиться со мной взглядом.
  В ушах что-то зашумело, порыв осеннего ветра сносил немного в сторону дороги, он мешал мне разглядеть этого человека, хотя я не отрывала от него взгляда. Из его рукава появилась костлявая иссохшая рука, чуть приподнимая капюшон. Мои глаза округлялись по мере того, как этот человек поднимал голову. И в тот момент, когда уже появился крючковатый нос...
  Скоростной экспресс вырвался из-под туннеля и моментально промчался вдаль, унося за собой десятки вагонов!
  Я громко ахнула, тряхнув головой. И поняла, что сижу на коленях на сухом асфальте, словно поскользнулась. Что за черт?! Теперь мне стало действительно страшно, но я сразу взглянула вниз. Естественно, никого там не было. Лишь поезд мчался вдаль по рельсам. Ни крови, ни, тем более, тела.
  Убежал, скрылся под мостом? Или его и не существовало?...
  Да брось, Лена, ты пока не совсем из ума выжила. Человек там был. Травку ты пока курить не пробовала. Но что же это тогда было. Призрак?
  Брррр!
  Я тряхнула головой, пытаясь прийти в себя.
  Кофе. Мне срочно нужно зайти в магазин за банкой кофе! Знаете, продаются такие в вытянутых банках, а в некоторых автоматах выдаются даже подогретыми. Вот что было бы сейчас настоящим спасением!
  Последний раз тряхнув головой, отряхнувшись, я поспешила дальше, решив углубиться в прослушивание любимой группы, а не рассматривать местные достопримечательности.
  Особенно необычного характера.
  
  
  //час 3й, 9.05 утра//
  
  "Песнь говорит о девяти Семействах,
  Слова говорят о трех печатях, в коих они.
  В печати каждой силе найдется по паре,
  Два Хаоса, два Шторма, две Нити и два Покоя"
  
  Я до жути люблю алюминиевые банки, в которые разливают как раз такие напитки. Опустим ту деталь, что напитки в них - дрянь полнейшая, это ведь дело уже совсем десятое. Факт в том, что мы испытываем какие-то поистине необычайные ощущения, когда открываем их за ушко. Я, кстати, даже одно время собирала ушки от этих банок, вспоминая одну старенькую, но очень хорошую компьютерную игру, в которой они выполняли роль денег. Я даже хотела собрать их огромную кучу, зашить в мешочек и закопать где-нибудь в саду, чтобы потом, много лет спустя, их нашли, как настоящий клад. Возможно, я бы даже нарисовала карту и оставила своим детям. Это ведь было бы довольно забавно...
  Только вот беда в том, что какие бы мысли нам не приходили в голову, мы все равно их не воплощаем. Долго говорим о том, что, мол, надо, обязательно надо! Сначала все откладываем, потом просто забываем. Наверное, это лень.
  Людей в магазине было немного, утро все-таки, но все равно, где бы вы ни жили, всегда найдутся такие люди, которые пошли с утречка покупать похмел или какие-нибудь сладости по "просьбе" шефа. Здесь же было пара пацанов из младшей школы, которые явно, как и я, прогуливали первый урок. Это выглядело так забавно, что меня это даже, что называется, "улыбнуло", как-то.
  Сонные кассирши о чем-то разговаривали, склонив голову и оперев ее на руку, скучающе поглядывали за окно, на котором со стороны улицы красовались буквы СУПЕРМАГ. Вообще, суперский маг, просто пять баллов, колдовать может... ну просто что угодно! Знаете, это тот самый случай, когда, вроде как, модное слово переняли с запада и попытались подчинить его правилам родного языка. Это когда хочется, чтобы звучало так же круто, как "супермаркет", но звучало более... "по-нашему", что ли. Эх, если бы люди думали, как и что перенимать, а не брали готовое и пихали везде, куда ни попадя. Глупо. Все это было таким глупым. Пожалуй, как само это суетливое общество.
  Хотя стоит им спасибо сказать, что меня не заставили мою "сумочку" с плеч снимать - уж больно лень мне это было.
  Я бывала в этом магазине уже пару раз, когда ходила к подружкам, поэтому знала, где искать интересующий меня товар. Пара поворотов и я оказалась у полки с напитками. От полки повыше веяло прохладой - поддерживали в охлажденном состоянии колу и прочие шипучки.
  Но объект моего вожделения был чуть правее в соответствующем автомате. Жмем-с на кнопку и ждем несколько мгновений, пока сей агрегат не выдаст нам горячую банку кофе. Я даже знать не хотела, из чего или где оно приготовлено. Но присев и взяв банку в руки, я на миг замерла.
  Конечно, я не устала, мне не стало плохо, я вполне ловко выудила банку из поддончика автомата. Просто вновь это противное чувство. Просто в этот миг я вновь осознала, что за мной наблюдают. Я еще не видела, кто. Но я абсолютно точно знала - кто-то следит за мной глазами. Именно вживую, а не через камеры наблюдения.
  В этот миг я подумала, что схожу с ума. Если вам еще не довелось пройти такое - вы везунчик. У меня была мания. Мне казалось, что меня преследуют, за мной наблюдают. За мной очень подозрительно следят. Опять же, лишь потом до меня дошло, откуда взялось это чувство.
  Банка обожгла сильно сжимавшую ее руку, словно в протест, и я, чуть подкинув ее вверх, ухватила за самый ободок двумя пальцами. Жар в руке вызвал ярость. Меня уже начинало злить это противное ощущение, возникающее, когда находишься под каким-то пристальным наблюдением. Я не сделала ничего противозаконного, я не делала никому больно и не желала зла... открыто, по крайней мере.
  Я ведь еще не знала, что проблема не во мне самой и что виноваты не мои действия или бездействие, дело было в самом факте моего существования.
  И мной овладели самые великолепные порывы человека - рефлексы. Движения и навыки возникали сами собой, не успевая пройти контроль сознания. Не сказать, чтобы мной двигало или управляло что-то. Я просто делала. Я уходила от них.
  Встав с корточек, я прошлась вновь вдоль полки с напитками, словно размышляя, что же мне еще выбрать.
  - Девушка, вам подсказать, что выпить?- Послышалось сзади. Я слегка повернула голову. Это был мужчина лет тридцати с красной корзинкой "супермага" в руке. Содержимое корзинки выглядело весьма "живописно": бутылка водки и укроп. Впечатляющее сочетание. Интересно, они вправду думали привлечь этим мое внимание или этот парень реально думал купить это с горя...
  - Спасиб, в моем возрасте УЖЕ вредно.- Протараторила я, сделав ударение на нужном слове. Очевидно, мужчина хотел еще что-то добавить, но мой ответ немного озадачил его - в яблочко попала. Усмехнувшись про себя, я ласково улыбнулась ему и добавила нежно.- Умойтесь минералкой заодно.
  А вы бы как отреагировали на такое в ответ на ваше предложение познакомиться? Возможно, наглый или отчаянный бы на этом и не остановился. Но этот парень был либо немного тормознутый, либо слишком уж воспитанный для того, чтобы продолжить попытки знакомства. Хотя, мне его было немного жалко - у парня был такой потерянный взгляд, словно он расстроено говорил: "Не, ну я так не играю".
  Извини, парниша, не до тебя сейчас. У меня ситуевина посерьезней, чем твои расстройства по поводу неудачного знакомства. Спросите почему? А потому, что он был тут не один. У меня не было основания даже думать, что за мной кто-то ведет слежку, но я это знала и это чувство вам наверняка не знакомо. Когда что-то внутри говорит бежать, когда и разум, и сердце твердят, что ты в опасности. Когда ты не успеваешь оглянуться, как уже становишься загнанной жертвой. А если вам знакомо такое чувство - бегите. Возможно, вы еще успеете спастись. Или вам просто повезет, и они не придут за вами.
  Быстрым шагом я двинулась к кассам, сворачивая на каждом повороте, идя словно змейкой. Новый поворот - пару секунд, на которые мне виден весь проход, я разглядываю покупателей в магазине. Кто? Может, просто кассирши и меня уже ждут на выходе? Нет, тогда бы не подослали того придурка у напитков. Подростки? В тихом омуте черти водятся, но нет - таких я могу завалить с одного пинка, если, конечно, они суперспособностями не обладают, как в комиксах. А что, рисуют же, интересно их авторы все время травку курят, пока придумывают всю эту чушь? А что, забавно...
  Ладно, не до этого сейчас. Хотя, должна признать, к моей великой радости и для поднятия самооценки, что я сейчас действовала и выглядела, наверное, очень круто. Эдакая кавайная шпионка а-ля Борн.
  На новом повороте меня чуть не сбила какая-то бабуська с тележкой для покупок. Нет, точнее, она меня просто должна была сбить, но как только я заметила угол коляски из-за угла, моментально изогнулась телом так, что пропустила пожилую женщину. Вот ты и попался, еще один извращенец. Сгорбленной старушке было на вид лет восемьдесят, да вот только шагала она широко, даже слишком широко и уверенно для своего почтенного возраста. И если она думала, что я не замечу, как она специально толкнула тележку, чтобы сбить меня, она сильно просчиталась. Хищно улыбнувшись ей, я так же быстро проследовала дальше.
  Стоп, Лена, что за хрень такая?! Фиг с ним с мужиком, а про бабушку-то зачем такие мысли? Уверенные, словно натренированные, движения? Толкнула в тебя тележку?! Это бред! Это обычные люди вокруг тебя, зачем им тебе вредить?! Это, наверное, гормоны в нос бьют, подростковые штучки начинаются, а ты в шпионов играешь вместо того, чтобы в школу ходить. Ну что за сумасшествие? Одумайся. Успокойся...
  Ага, еще чего!
  Мир вокруг начал словно плавиться - стал немного размытым. Лишь то, на чем был сфокусирован взгляд, было ясным и четким. Я не смотрела прямо на людей, но вокруг них словно... плавало что-то, словно что-то окутывало. Как еле видный барьер или что-то вроде того. А за картинкой поплыли и звуки. Словно заложило уши, я стянула наушники на шею. И в этот момент вдруг почувствовала страх. Страх от того, что чувство, знакомое мне до этого момента лишь во сне, теперь перебралось и в реальнось - нечто внутри, в груди, между легких, какой-то моторчик заработал, набирая обороты. А с этим и пришло понимание того, что обыденной жизни, которую я так не любила, конец. А от этого стало еще страшнее.
  И, знаете, в тот миг я так любила ту самую обыденную жизнь! Вы просто не поверите...
  Подскочив к кассе, я очень уверенно поставила перед кассиршей банку и ровную сумму, чтобы рассчитаться.
  - Нет.- Ответила я так же резко, но без злости или недовольства. Просто по-деловому отрезала. И в тот миг меня просто на повал сразило чувство дежавю. Нет, это не чувство, что нечто повторяется, это чувство...
  - Пакет...- Спросила кассирша, но потом секунду подумала, и смущенно потупив взгляд, просто пробила чек.
  Вот оно! Вот как я увернулась от этой бабушки! Всего лишь на мгновение, всего лишь на миг, но я знаю, что произойдет дальше. Я не могу предсказывать будущее, но я словно могу его чувствовать. Абсолютно также я могу чувствовать все вокруг.
  Не дожидаясь того, что она допечатает чек, я быстро направилась в сторону выхода, по ходу встретившись глазами со взглядом охранника. Тот, видимо, подумал, что я что-нибудь прихватила с собой и не рассчиталась, раз я так торопилась. Уж извини, дружище, я довольно законопослушна и ничего чужого брать не собираюсь. Стоп! А может, и он тоже... Но я не чувствовала абсолютно никакой опасности от него. Нет, не от него. А где-то от... входа! Я быстро перевела взгляд на вход и - точно! Снаружи стоял еще один парень, на этот раз всего лет на пять старше меня и словно ждал кого-то, нервно поглядывая по сторонам. Чем не прилежный пример? Любящий парень ждет свою подружку, чтобы пойти к нему с раннего утра поразвлекаться в постели. Неудачник. Меня таким не купишь.
  Не успела я и шаг сделать от охранника, как сложилась пополам, искривившись от боли, ухватившись за живот, скребя зубами и страшно ноя.
  - Девушка! Девушка! Что с вами?- Охранник несколько секунд стоял в недоумении, но как только я издала жуткий вой боли, ему что-то крикнули кассирши. Спасибо, девчонки - я у вас в долгу. Он тут же резко сел рядом, обхватив меня за плечи. В его голосе послышалась явная паника. Ооо, Оскара мне! Наверное, стоит в театральный какой-нибудь университет идти. Неужели я так хорошо умею изображать больную? Это было даже немного обидно, может, я просто так плохо выгляжу?! На миг захотелось успокоиться, фыркнуть на всех и удалиться прочь. Но я, конечно, не поступила так.
  - Ооо.- Протянула я так, словно собиралась рожать ежика.- Опять... Приступ... Нет... Только не сейчас! Туалет. Мне нужно в уборную! Умоляю!
  Охранник был просто в шоке. Если ему и приходилось разбираться с разными драчунами, пьяницами и гопниками, таких случаев в его практике точно не было. Тут же на кассе материализовался тот парень, который старался знакомиться со мной. Ага, съел?! Охранник, приподняв меня за плечо, повел через весь магазин быстрее к санузлу, который располагался в дальнем конце торгового зала.
  Весь фокус тут был в том, что практически все магазины были сделаны по одному типу и их можно было пройти насквозь, ведь не будут же продукты завозить с парадного входа... Хотя, конечно, в нашей стране все может быть, но в этот раз я помнила, что пару раз видела, как с торца разгружали свежие продукты. И не мудрено, что черный выход был в конце коридора, именно рядом с санузлом. А поскольку охранник нес меня аккуратно, совсем не сжимая, чтобы мне не стало, не дай Боже, хуже, когда я рванула вперед, ему оставалось лишь еще более недоумевающее стоять на месте, пораженно смотря на убегающую меня. Вроде, за все заплатила, чего мне убегать?
  А того, что за нашими спинами я уже заметила ту самую старушку, которая отбросила в сторону тележку, увидев, как я ухожу от них и... помчалась со всей дури в мою сторону, словно с малых лет занималась легкой атлетикой и сейчас, на досуге, вспомнила молодость.
  Увидев это, я бросилась вперед еще быстрее, увидев, как какой-то техник уже закрывал за собой дверь. Сильно разогнавшись, перепрыгивая ящики с продуктами, когда между мной и дверью было расстояние в пару шагов, я сделала длинный прыжок вперед ногами. Бедный мужчина в рабочем комбинезоне только и успел отпрыгнуть в сторону перед тем, как мощным ударом ноги я настежь распахнула металлическую дверь.
  Ааа! Больно, блин!
  Зато удар такой силы почти остановил меня. Я резко развернулась, хватаясь за дверь рукой, быстро глядя за спину.
  Кроме матерящего мужчины, которого я чуть не сбила, я четко увидела бабушку, которая выпрямила спину и на бегу, словно сорвала с себя маску. Только вот вместо маски, за рукой исказился воздух и по коридору уже бежал довольно рослый молодой человек и не в старушечьих шмотках, а в черной кожаной куртке и широкими реперскими джинсами. Он откинул в сторону охранника, который еще более недоумевающий, вконец нокаутированный этой переменой, стек по паркету.
  Вот теперь я точно была уверена, что это не меня глючит. Это не я схожу с ума! Уж не знаю, что это за фильм фантастический вокруг, но я была по-прежнему сама собой. А вот типы, которые за мной гнались - совсем другое дело. С ними нечего было и разговаривать. А потому одним мощным движением от бедра захлопнула железную дверь, которая тут же закрылась с моей стороны на замок.
  Я усмехнулась закрытой двери - так-то. Сейчас я так драпану, что хер вы меня найдете!
  И в тот же момент я ощутила как меня обхватили крепкие руки - я же совсем забыла про того, что стоял у входа! Глянув на мгновение по сторонам, я ощутила, как холодный пот пробежал у меня по спине. Мы были в глухом переулке, а значит, я в ловушке. Чтоделать-чтоделать-чтоделать?! Я не знала. Тот парень крепко держит меня со спины, а на мои крики вряд ли кто-то придет.
  И в этот самый момент дверь стала открываться. Но не по-обычному в сторону. А с середины, словно в ней возникала воронка. А за ней стоял тот самый парень, запыхавшийся, с искаженным злобой лицом, и догорающим куском пергамента в руках. А на полу за ним лежал тот бедный грузчик, что ругался на меня, в луже собственной крови - у него было разбито лицо. Охранника в коридоре видно не было.
  - Мать моя женщина!- Лишь надорвано выдохнула я.
  В этот момент я четко помню, как меня сжали еще более плотно. А взгляд мой был устремлен лишь на лужицу крови, и на полузакрытые глаза грузчика. Один из глаз уже наполовину утонул в крови, а раскуроченный нос вызывал к этой картине пущее отвращение. И, напоследок, мою руку еще раз обожгла банка пока еще горячего кофе - я четко почувствовала лишь эту боль...
  Простите ребята... Но не за этим ли вы, все такие из себя такие необычные, следите за мной?
  Знали ли вы, что от меня можно такого ожидать?
  Я закричала. Не завизжала, не заскрипела, как чертовы скандалистки. Я зарычала. Но вот только не от безысходности и не от безудержной ярости. Я напрягла все свои мышцы. Разом. И вместо того, чтобы попусту выбиваться из хватки парня сзади, я оттолкнулась ногами от еще не раскрывшейся до конца двери. И в этот удар я вложила все свои силы. Если бы парень устоял, там бы и настал мой конец. Но, то ли он не ожидал, то ли мой рюкзак не давал схватить меня сильнее - он, держа меня, подался назад. А поскольку мы находились в узком переулке, он сильно ударился спиной о бетонную стену находящейся рядом стоянки. От удара головой, он отпустил меня. Не медля ни секунды, я чуть подпрыгнула и, добавляя в свое движение корпус и плечо, со всей силы киданула горячую банку кофе в того, что открывал дверь. Прямо ему в лицо. Прямо в его узкую переносицу.
  Послышался противный хруст.
  Под дверьми лежала чуть заостренная палка, которой, видимо, придерживали эту дверь, когда заносили ящики с товарами. Тут же схватившись за нее, я почувствовала единственную вещь - теперь я равна им по силе. Тот, что держал меня, уже отошел от удара головой и не нашел ничего лучше, чем кинуться на меня с голыми кулаками. Увернуться было легче легкого. Жаль не сообразила сразу - надо было просто выставить чуть снизу палку и насадить его на этот кол. Ну, ничего. Вместо этого, я сделала замах, и он тут же изогнулся, словно хотел встать на мостик...
  Вы когда-нибудь видели девушку, которая бы махала палкой? Кто не видел, подскажу - если она не тренирована, то от нетренированного парня ничем не отличается, будь она блондинкой или брюнеткой - не важно. Вот эти ребята явно ничего не смыслили в потасовках. Я тоже не могу похвастаться богатой историей боевых побед и наград, но вот только в данном случае более подготовленной оказалась я.
  Ведь я уже год занималась боевым фехтованием, а оно от обычного отличается тем, что подразумевает использование приемов с любой палкой в уличных условиях самообороны.
  Когда он наклонился назад, я не продолжила удар, а вместо этого с силой нанесла колющий прямо в район солнечного сплетения. Повезло ему, что палка была хоть и крепкой, но деревянной и била я одной рукой. Парень сложился пополам, но уже в другую сторону. И, в довершении всего, я сломала-таки эту палку об его голову.
  Вы когда-нибудь видели, как рушится карточный домик? Вот этот парень рухнул абсолютно так же.
  Все еще на волне адреналина, я подскочила к двери, где корчился от боли второй преследователь. Он стоял, опираясь руками о колени и тяжело дыша. Оказалось, удар пришелся ему прямо ребром прямо посередине переносицы, а потому кровища из носа уже залила его куртку. Саму банку я обнаружила укатившейся и чуть помятой недалеко у стены. Сразу же ее схватив, я глянула на бедного мужчину, что буквально пару минут назад был бабушкой. А теперь еще и открыл дверь, как шторы раздвинул. Сейчас он смотрел на меня с неприкрытой злобой и яростью, но выжидал, словно еще думал, стоит ли кидаться на меня. Так вот, чтобы окончательно отбить у него всякое желание продолжать подобные посягательства на мое физическое и психологическое здоровье, я добавила ему пинок прямо по челюсти снизу, от чего раздался второй противный хруст, и он окончательно свалился с ног, хватаясь за выбитую челюсть.
  А в следующий момент та дверь, которую он невероятным способом держал открытой, начала закрываться, вновь принимая свой привычный вид. Я пожала плечами - чего он ее по-обычному не открыл. Наверняка же на щеколду просто защелкивается. Испугать меня хотел что ли...
  - Я как Риддик, мать вашу!- Хохотнула я в сторону валяющегося без сознания парня в углу и подкинула банку в воздухе.
  И вдруг заметила, что из-за пятна крови того, что был поражен этим грозным оружием, к банке прилипла клочок того пергамента, что догорал в руках того преследователя, решив все разбирательства оставить на потом, я поспешно покинула переулок, но не бежала, чтобы не вызвать подозрения.
  Стало чуть легче: зрение вновь приобрело ясность, уши отложило. Значит ли это, что опасность миновала? Это вряд ли - чувства говорили о другом, а раз уж они уже меня сегодня так выручают, пожалуй, я доверюсь им. Что теперь-то, Лена? Куда идти, куда податься?
  Кого любить, кому отдаться... Блин.
  Надо в быстром темпе добраться до подруг. И что потом? Они меня что, спасти смогут что ли? Да тот псих стальную складную дверь открыл, словно капроновые колготки порвал! В милицию, что ли, звонить? Ну а куда еще?? Обычная палка и банка смогли отрубить тех, а значит, дубинки и стволы могут сделать это дело лучше. Не испугает же их фокус перевоплощения в старушку.
  А если у них есть какие фокусы пострашнее? А если они в моих подруг превратятся?! Почувствую... А если нет?
  Дерьмо!
  Мне теперь что, никому не верить?
  Нахер-нахер!
  Я доберусь до них, мы закроемся и вызовем милицию. Звонить прямо на ходу не выйдет - засекут и окончена моя комедия, как говорится. Да и они приезжают, по закону подлости, минут через пятнадцать только.
  Достав свой сотовый, я поставила его на беззвучный режим и на быструю клавишу поставила "02". Больше телефонов милиции я, естественно, не знала. Оставалось надеяться только на себя и на мои так удачно обострившиеся чувства.
  Пробежав по лесенке между тем магазином и стоянкой, я поднялась к жилым домам и поругала себя за только что сделанную глупость. Всегда должен быть путь к отступлению, всегда, даже если с обоих концов меня зажмут. Лестницы - зло, короче говоря. Но останавливаться - еще большее зло, а потому - вперед и только вперед.
  Нырнув к ближайшим домам, я обошла двор и пошла со стороны большой пристройки электрической будки. Надеюсь, из нее никакой крокодил Гена с Чебурашкой-зомби не вылезут. А то сегодня что-то всякая чертовщина творится. Дальше очень удачно шла бетонная стена детсада и тропинка вдоль ее. Сделав вид, что ищу на земле что-то, я резко свернула через открытую калитку. Из парадного входа пахло манной кашей и чем-то до мерзости знакомым с самого раннего детства. Хорошо, что детей еще не вывели на прогулку, а то смешно бы я смотрелась. И очень заметно.
  Поблагодарив свое нежелание одеваться, как все приличные девочки, модно, но неудобно, я перемахнула через небольшую калитку, поглядывая по сторонам, чтобы знать, не заметил ли кто. Пусто - тут даже сторожа не было.
  Следующим пунктом был многоэтажный дом, который находился чуть выше по дороге. Я решила направиться туда потому, что там был мусоровоз. Он очень удачно перекрывал весь обзор с основной проезжей дороги. Юркнув за спинами двух рабочих, убирающих остатки мусора, я обошла дом, прошла вдоль него, поглядывая на входы какого-то еще одного образовательного учреждения и магазина. Утро, все было тихо, лишь некоторые бежали на работу или на учебу. Но они на меня даже не поглядывали.
  И тогда я задумалась, а как давно за мной так следят, как давно наблюдают? Я начала вспоминать моменты из жизни, когда мне было не по себе оттого, что я "случайно" ловила взгляд людей на дорогах, в школе. Какие из знакомых со мной "случайно" познакомились и стали так близки. Даже думать было невыносимо. Кто из них подставной? А еще больше меня волновало, какого черта я начала чувствовать это именно сегодня. И как эти чувства связаны с моим сном, ведь только там я осознала их. Лишь во сне... в котором от тигра убегала.
  И мне очень захотелось, чтобы тот сон не был вещим.
  Я напоминала зайца, бегущего от волка: ходила небольшими кругами, обходя дома. На мое счастье недалеко от того места, где живут мои подруги, располагается район малоэтажных деревянных жилых домов, недавно отремонтированных и вполне пригодных для современной жизни. Они были в два подъезда и в два-три этажа и стояли своеобразными квадратиками с пробелом для дворика.
  Несколько раз я вновь чувствовала тревогу и опасность, а потому сразу сворачивала за угол, посильнее обмотавшись своим, любимым, синим шерстяным длиннющим шарфом, поглядывая в разные стороны. Точно: нищий у магазина, электрики на одной из улиц, там, где киоск. В чем связь? Может, я и свихнулась, но не в телефонных линиях.
  Забежав в один из подъездов ближайшей многоэтажки с пол часа спустя, я прислушалась в тишине площадок. Убедившись, что никого рядом нет, поглядела на улицу через окно - тоже, вроде, народа немного. Сев на корточки, я выхватила сотовый и набрала милицию. И - ничего, гудки, словно занято. Тогда я набрала экстренную службу - тот же эффект. Тогда я позвонила домой, где никого не могло быть - занято. Подругам - занято. В кинотеатр на автоответчик - занято!
  Поначалу меня охватила паника, но план я решила не менять, ведь подруги - верные и втроем будет легче, чем одной. Не хотелось их втягивать, но как же мне было самой? Сейчас я была одна, и не у кого было помощи просить.
  Не зная, что мне сейчас остается делать, я достала мятую банку уже остывшего кофе и выпила его практически за пару глотков, не проронив ни капли. И в тот момент он мне показался, как это полагается, самым вкусным кофе из всех, что я когда-либо пила. Лучший энергетик для меня, сразу взбодрил и немного придал сил. Спасибо, баночка, ты меня здорово выручила, за это я тебя даже мять не буду. Поставлю-ка я тебя у окошка, чтобы сразу не выкинули.
  Из кармана выпала бумажка. Подняв ее, я вгляделась в каракули. Тарабарщина какая-то, все в странных письменах, как будто в иероглифах. Не восточные и не египетские - это точно... Совсем не похожи. Из-за того, что клочок был подгорелым, разобрать хоть что-то не представлялось возможным. Но когда я проводила по нему пальцами, я чувствовала нечто. Словно вы снимаете сухое белье с веревки, но не можете его ухватить. Словно ощущаете струну на гитаре, но не можете подцепить ее пальцами. Чем бы ни был этот пергамент, он имел на себе след своеобразной использованности. Эх, если бы я знала значение этих иероглифов! Хм, и что бы мне это дало... Ой, сдается мне, что это именно та ситуация, когда меньше знаешь - крепче спишь.
  Только вот, стоило ли мне дальше оставаться спящей дурочкой?
  Я усмехнулась. Да - смешно. А что еще остается? Осталось справиться и не попасться. А для этого осталось сделать последний рывок.
  И мне казалось, что я его сделала.
  Промчавшись вдоль домов, я свернула к спортивному полю и быстро спустилась, прошлась вдоль него, затем мимо школы, выбирая маршрут так, чтобы избежать электрических и телефонных путей. По крайней мере, там, где их было видно. Глянув на часы, я поняла, что опаздываю уже на полчаса. Теперь я пожалела о своей привычной непунктуальности.
  За школой я спрыгнула по сырой земле к гаражам, чуть не поскальзываясь. Пропетляв там лишних минут десять, я, наконец, нашла выход. Бедные автолюбители, как же они запоминают дорогу к своему месту?! Настоящий муравейник и столько проходов! Сразу видно, кто весь этот комплекс строил. Скривив лицо в гримасе недовольства, обходя лужи, я, наконец, вышла к знакомым домам, за которыми находился и дом моей подруги.
  Наверное, то, что я сделала дальше, и свело на нет все, ради чего я старалась. Не особо скрываясь, я пробежала вдоль дворов к нужному дому, решив просто пробежать все насквозь, не останавливаясь, не задерживаясь, даже не думая сдаваться. И даже казалось, что нормально, от меня отстали, потеряли.
  Но кровь застыла в жилах и волосы зашевелились именно тогда, когда я заскочила в нужный мне подъезд, подъездная дверь моментально захлопнулась за моей спиной и там же послышался скрип сапог по кафелю на полу. В полумраке первого этажа сзади меня некто захлопнул дверь, а предо мной стоял еще один человек, мужчина и своими темными глазами, без тени улыбки, пронзал меня насквозь.
  - Ну, здравствуй.- Произнес он спокойным ледяным тоном. И тогда я обреченно поняла - я попалась.
   
  //час 4й, 10.35//
  
  "Некие из них Слои от духов хранили,
  Что сами мир ввергнуть в Стихию хотят,
  Ибо Хаосом все когда-то рождено было,
  И в него должно уйти. И была война..."
  
  Что нужно делать в подобные моменты? Кричать? Визжать? Звать на помощь? Очень надеюсь, что вы в такой ситуации не были и никогда не побываете! Это противное чувство загнанности душит, медленно убивает, но не отпускает, словно говорит лишний раз, что нужно смотреть в глаза страху. И что надо держаться.
  Что нужно делать в такие моменты... Для меня сейчас было абсолютно все равно, так как все слова, равно как и любые звуки, застряли где-то в моем горле, и я могла издавать лишь невнятные попискивания. Дыхание срывалось и мне удавалось только вдохнуть чуть-чуть и сразу же выдохнуть. В глазах потемнело, тело похолодело, волосы встали дыбом на всем теле. Короче - я была в шоке.
  Первый, тот, что стоял передо мной, был мужчиной приличного такого вида, уже в годах, лет под сорок (для людей моего возраста это уже ого-го!). То ли потому, что он хотел выглядеть крутым, то ли он действительно был из активных мужчин - у него была небольшая бородка и тоненькие усы. Ну, прямо лондонский денди какой-то. Нет, правда, и трость в его руках была лишним тому подтверждением. Лицо выражало полнейшее спокойствие. И когда я вглядывалась в его темные глаза, то ли зеленого, то ли карего цвета (у него они были какой-то дикой смеси), я заметила, что он смотрит и не на меня вовсе, а на того, кто закрыл за мной дверь.
  - Бенедикт!- Послышалось за моей спиной. Голос был так же мужской, но чуть более молодой, что ли.
  Словно рефлекторно я резко обернулась, на пару секунд, осматривая помещение за моей спиной. Было довольно темно, но мне удалось разглядеть этого мужчину. Он был в теплой дубленке, очках пенсне и светлыми-светлыми волосами. Его голова была чуть опущена, а взгляд был из-подо лба. Смотрелся он очень угрожающе. Его рука юркнула в карман. Сейчас ствол достанет! Но нет - достал лишь небольшой темный шарик.
  Я была зажата между двух огней и загнанно глядела то на того, то на другого. Через несколько мгновений я встретилась взглядом с тем денди, Бенедиктом. Он посмотрел на меня мягким, практически успокаивающим взглядом, а затем вновь враждебно взглянул на того, кто был за моей спиной.
  - Влад.- Бенедикт чуть кивнул с наглой улыбкой на устах в знаке приветствия.
  - Она одному из наших...- Начал было резко Влад, чуть дернувшись вперед.
  - Лицо в кровищу разбила.- Кивнул довольно Бенедикт, вновь кивнув, чуть прикрыв глаза. Его правая рука, лежавшая на трости, приподнялась в знаке успокоения.- Естественно, я все знаю. Коту не повезло, передавай ему привет от нас.
  - Сука, не издевайся.- Влад просто плевался словами, но говорил их очень спокойно, но, тем не менее, в голосе его оставались нотки жестокости. Такого хладнокровного человека я еще не встречала.- Сегодня ее Семя пробилось, как это и должно было быть.
  - Как и у всех нас когда-то.- Все так же умиротворяюще кивнул Бенедикт, погладив усы.- Просто ваши методы вербовки в Орден всегда оставляли желать лучшего.
  Я на момент прижалась к стенке, все так же поглядывая на обоих. Я попыталась восстановить дыхание, привести мысли в порядок. И заодно ощутить ту самую силу у себя в груди. Но я была как птица в клетке, я была в ловушке, между двух явно не маловажных персон. Значит, меня пытаются так завербовать? Что им нужно от меня? Зачем им обычная школьница?
  И тут же ответ сам пришел в мою голову, абсолютно так же, как в магазине я поняла, что за мной следят. Им нужна моя сила. Тот самый моторчик, над которым я смеялась в мыслях после сна. Он подсказывает мне, что нужно делать. Он был на моей стороне, а была на его стороне. Но кто - Он?...
  - Минотавр...- Прошептала я, глядя в тень между лестницами. Оба мужчины с удивлением посмотрели на меня, и в воздухе повисла немая пауза жуткой тишины.
  В следующий момент я взорвалась. Меня просто разорвало от тех чувств, которые я испытала. Ярость, злоба, страсть, энергия! Меня чуть передернуло, я схватилась за лицо, так сильно, что ногтями оставила несколько царапин. А затем я закричала от боли, ведь нечто в моей груди начало работать. Энергия забурлила в легких, было такое чувство, что в меня воткнули миксер и включили. Меня перемалывало изнутри, а потому я схватилась за плечи, согнулась. На лице вздулись вены, словно миллиарды маленьких жучков пробежали под кожей.
  Я крутанулась в сторону, ударилась о противоположную стенку, чуть измазавшись в посыпавшейся известке. Тут же отскочила назад, ударяясь лбом в железные прутья поручней лестницы. Даже сам голос как-то захрипел, надорвался, стал двойным. Верх стал низом, низ стал верхом. Все вокруг крутилось, все вокруг разрывало меня! Я хотела разорвать себя на маленькие части!!!
  
  Тьма.
  А, где я? Странно, вокруг ничего не было. Меня те два придурка своими фокусами на части разорвали? Фаербольчик кинули, и нет меня. Нет-нет, я чувствовала, что еще жива. Просто... Это была Волна и на миг я поймала ее. Мне нужно было уйти, но совсем недалеко, сделать небольшой шажок. Да я и не выдержала бы просто большего.
  В темноте что-то было. Небольшой светящийся красноватый объект. Камешек? Не больше моего кулака. Минотавр... Это был он. Такая безделушка, но ради нее Ордены готовы были в лепешку разбиться. Приоткрыв рот, я робко протянула к нему руку, но стоило только мне сделать это, как он ускользнул. Моментально унесся с Волной куда-то далеко, в иной Слой. Стой! Подожди! Я чувствую, что как-то связана с тобой. Расскажи мне! Прошу. Ну, пожалуйста...
  Но в ответ я лишь услышала до боли грустное "Прости".
  И я, черт возьми, знала кому оно принадлежало! Эта сука потаскушная снова мне это сказала. Ненавижу! Слышишь, сука, я ненавижу тебя! Я тебя ни за что не прощу! Я тебя ненавижу!
  
  И, чуть рыкнув, я сделала молниеносное движение к Бенедикту, выхватила у него трость из рук. Он такого от меня даже не ожидал, а потому и не успел сжать руки... либо он этого и не хотел, хотя взгляд его я отчетливо помнила - растерянный. Тем же движением я развернулась и, словно олимпийский спортсмен, как копье кинула трость узкой частью во Влада, угодив ему прямо в живот.
  После этого у меня была всего секунда, но двигалась я так, словно меня бешеная муха укусила. Все вокруг было вновь чуть смазанным, адреналин вновь играл в моей крови, и я даже думать не хотела, чтобы останавливаться.
  С силой оттолкнув в сторону Бенедикта, я откинула его чуть вниз и просто взлетела на лестничную площадку, прокатившись кувырком пару метров. С сидячего положения я рванула дальше, вверх по лестнице, даже не задумавшись о лифте, ведь добежать можно было куда быстрее, вопрос был лишь в запасе сил. Знаете, когда ваша жизнь на кону, вы неволей превозмогаете себя, а уже только потом охаете, как же вы можете вообще такое сделать.
  Со мной было нечто подобное.
  Оставив за спиной этих двух болтунов, я, перепрыгивая по три ступеньки, кинулась вверх. Судя по отсутствиям звуков погони и поднимающегося лифта - они за мной не погнались, а остались разбираться друг с другом. Я была не удивлена, даже больше насторожилась, ведь у них могут быть еще люди поблизости.
  Прикусив губу, с болью в сердце, я минула этаж моей подруги. Извини, Светка, но они наверняка уже пасут твою квартиру. Надеюсь, с тобой и Женькой ничего не случится, а что бы со мной ни случилось, знайте - вы мои самые любимые подруги на веки вечные. А потому, сейчас я вас опасности подвергать не хочу. Вы лучше меня пождите, поворчите на меня, да и разойдитесь. А я уж как-нибудь выкручусь. Обязательно выкручусь!
  Вернемся ко мне, любимой, убегающей, все так же, как крольчиха в свою подземную темную норку. У меня все было так же, только я бежала наверх. Фишкой таких домов был соединенный общий чердак, по которому можно было добраться до любого подъезда. Эти самые подъезды были любимейшим местом бомжей и молодежи моего возраста, которые там либо наркотики принимали, либо романтизмом маялись. Иной раз, конечно, после такого у них дети появлялись, ну да я такие пошлые подробности опушу. А еще туда частенько лазили разные электрики и компьютерщики, чтобы проверить, работает ли интернет.
  Чердак, естественно, закрывали. Если бы он открыт был - это было бы просто шоколадно для меня. Но дело в том, что на всякий пожарный выход ключ от чердака хранили в щитке счетчиков электроэнергии. Хотя, мне кажется, в этот момент я бы могла и плечом эту дверцу выломить нафиг. Конечно, я была испугана. Я была в панике! В шоке, в состоянии аффекта - как хотите называйте. Сейчас для меня ничего в мире не было существенного. Лишь то, что я - жертва, и за мной гонятся очень даже злые дядьки.
  Влетев на чердак, я на секунду присмотрелась к темноте длинного и продуваемого помещения, а затем, на вторую секунду, задумалась, через какой подъезд спускаться. Его народ есть наверняка везде, но мне было бы неплохо их в узком пространстве повстречать, тогда им было бы сложнее вместе меня схватить. Именно поэтому, я прошла, восстанавливая дыхание ко второму подъезду, открыла его без особого труда (там дверь вообще была полу прогнившая и изрисованная граффити). Поглядывая по сторонам, я спустилась к лифту, и не в чем ни бывало, вызвала его. Через минуту я уже спускалась вниз, но предварительно отослала туда сам лифт. Да, я спускалась пешком и довольно быстро, но максимально бесшумно, сильно приседая при ходьбе и ступая с пятки на носок. К счастью лифт так гремел, а два парня так громко говорили внизу, что без особого труда я прокралась до самого низу. Уф, как хорошо, что я все-таки додумалась на лифте не ехать. Все-таки, не лучшим это решение было бы, а то вот так почувствую себя крутой, и схватят меня пара качков.
  Не очень радостная перспектива.
  Тем временем снизу доносились голоса...
  - Она учителю въехала??? Ничего себе... А я думал на нем защитных заговоров больше, чем защиты разной у здания Ордена.
  - Так и есть, но она кидала с возвышения и абсолютно неожиданно... ей просто повезло. Не парься.
  - Так она и вас... Тебя уработала как надо у магазина.
  - Ой, заткись, а?! Сам-то просто стоял втуплял у входа. Ловелас, ебтеть! Даже девку, школьницу, закадрить не можешь!
  Так-так! Все понятно, кто там меня поджидает. Нууу, на этих неудачников-сыщиков у меня управа найдется. Когда я их узнала, я и вызвала лифт.
  - Оба-оба! Кажется, едет!- Это продолжил тот самый парень, об которого я палку сломала.
  - А если... ну... не она...
  - Ты тупой?! Нет, ну точно... Ты уже столько времени в Ордене, а не выучил простейшего. Мы же с помощью Нитей такой духовный резонанс выдаем, что никто и носу не покажет, кроме других одаренных. Мы, считай, вообще "подкладку" реальности в пределах этого дома создаем.
  А ведь он не шутит! Это уже совсем фантастика какая-то! Шизоидная такая страшная фантастика! Не зря поется про то, что все мы в Матрицу загружены...
  - Ну, да-да, перенесение Нитями из астрального Слоя, все такое - знаю-знаю. Но вдруг...
  - Ой, не беси!
  - Ладно-ладно... Вить, но все равно, она странная, я тебе говорю. Она глазами своими словно все силы твои видит, перебирает их, словно знакомится.
  - Знаешь, я как-то заметить не успел. Она каратистка какая-то. Коту теперь в лазарете пол недели валяться.
  - Тихо, сейчас подъедет!
  - Блин, недоумок, а кому поболтать хотелось...
  Ой, не могу, засада на меня готовится прямо первоклассная. Они услышали подъезжающий лифт и как-то странно зашуршали. И тут до меня донесся звук чиканья ножа для обороны, который выскакивает из ручки. Ого, это уже посерьезнее будет. Фиговая ситуевина, однако. Провалиться я просто не могу, даже если они меня решили им просто запугать.
  С другой стороны...
  Так значит? Значит, по жесткому начинаем играть? Ну ладно, тогда получите по полной программе!
  И на лету, на площадке между этажей я подхватила пустую пивную бутылку. В этот самый момент внизу раздался звук открывающихся дверей лифта и шуршание тех парней, залетающих внутрь. Поняв, что там никого, судя по звукам, они начали топтаться вокруг и даже в шахту лифта заглядывать, словно я какой-нибудь Фишер и в маске ночного виденья вешу ногами вверх и жду своей жертвы. О, нет-нет-нет, мои дорогие жертвы! Я иду к вам, и вы от меня получите подарков.
  Очень болезненных подарков.
  Они начали опять ругаться, поднимая шум, что создавало для меня идеальные условия атаки. Как говорится, лучшая стратегия защиты - нападение. Ребята, извините, счет за лечение пришлите по почте, но вы сами напросились.
  У бедняги была перебинтована голова, под ушами еще виднелась кровь, да и вообще он выглядел не прелесть как хорошо. Но зато в его руках был нож, а потому медлить было нельзя. И на этот раз он получил со всей дури стеклянной бутылкой по голове, которая моментально превратилась в "розочку". Парень рухнул вперед, прямо на своего дружка, и чем ниже он падал без сознания, тем больше округлялись глаза у второго противника, того самого парня, который пытался знакомиться со мной в магазине. Мне вновь стало его немного жаль, ведь на этот раз его грустные глаза словно говорили: "За что?! Почему?!". Ну что тут поделаешь, "надо, Шурик, надо". И я тут же нанесла ему удар "розочкой" в район живота.
  Фокус тут в том, что он почувствовал, как кожу его рвет острое стекло, как что-то холодное и противное входит в его тело и вызывает острую боль. Он тут же схватился за рану, но увидев на своих руках кровь, а в тело застрявшую бутылку, то неминуемо сполз по стенке вниз, ошарашено смотря на меня. За него я даже не волновалась. Могу поспорить, я прорезала ему всего лишь жировую складку или немного мышцы, но таким предметом я бы вряд ли нанесла ему особые повреждения. Неприятно, конечно, но жить он будет. На самом деле, я больше волновалась за того, что ударила первым. Все-таки, я уже второй раз бью его далеко не слабым ударом, а таким, чтобы уж наверняка. Ох, надо будет тренеру спасибо сказать! Но сколько на тренировке не готовься, в настоящей жизни все равно это все неимоверно сложно дается. Но я была не из тех, кто останавливается. Даже если я маленькая слабая девочка, я сделаю все, чтобы цели своей добиться. Ни больше, ни меньше - такая уж я. Вы, ребята, уж простите.
  Особо не церемонясь, я взяла у поверженного врага нож, моментально осмотрела, сложила и сунула в ближайший карман. Ух, отличный нож! Удобный, сбалансированный, словно сам в руку ложиться. А еще я почувствовала в нем такую же струну, как на том клочке бумажки. Нож необычный. Как это еще объяснить? Заряженный, заговоренный, зачарованный, волшебный... Черт, как там компьютерные игроки говорят? Плюс первый он был. Это было необыкновенное чувство. Вообще, когда люди держат в своих руках элегантное и красивое орудие убийства, их одолевают самые разнообразные чувства. Холод стали, комфорт при сжатии в руках. Это чувство, что ты становишься сильнее. Чувство, возведенное до искусства. Лишь шпана не понимает величия оружия, да и я, как самая обычная девочка, тоже особо не понимала. Но теперь в моих руках был нож, который являлся именно искусством, хоть и смертоносным. И это было... круто, просто круто.
  Наспех обыскав мою добычу, я выудила из его карманов пару тысячных бумажек, сигареты и какой-то символ. Остальную чушь типа бумажника, спичек и ключей от машин я выкинула - не воровка же я какая-то, но немного "наказать" таких засранцев... это было просто неповторимым чувством. Я встала в полный рост и осмотрела символ. Похоже на египетский крест, только какой-то странный, словно совмещенный с христианским и своеобразным символом перевернутого полумесяца, который соединял выгнутый крест и ободок сверху. Символ был с мою ладонь, но был довольно увесистый, как пол-литровая бутылка минералки.
  - Эт че?- Спросила я у второго парня, который ныл у себя в углу, поглядывая на кровь.
  - Изыди!- Выдохнул он, пытаясь достать что-то из своего кармана. Это был такой же символ, но пинком ноги я выбила эту штуку из его рук.
  - Что это?- Более внятно проговорила я, присаживаясь рядом с ним на корточки, смотря ему прямо в глаза. Раненый ловелас не мог отвертеться от моего взгляда и лишь поежился на месте. Но сейчас он был в незавидном положении, и не в его правах было выбирать.
  - Символ веры в наши силы.- Буркнул он, отведя глаза в сторону.- Нам выдали их на удачу в начале обучения в Ордене.
  - Молодец.- Кивнула я. Мое лицо было очень спокойно, голос размеренный и вменяемый. Только вот я скрывала то, что отходила от того противного состояния, как в потасовке в магазине. Взгляд, словно кисель, медленно разжижался и становился яснее.- Представим, что ты на экзамене. В билете два вопроса и на один ты уже ответил. Теперь второй - что за Орден?- Видя, что мой случайный пленник колеблется, я, не ожидая второго пришествия, достала нож.- Кто вы такие?
  - Мы из Ордена Нити Мыслей.- Сказал он обреченно, поглядывая то на лезвие ножа, то в мои глаза.- Мы с Орденом Темного Хаоса. Мы ищем тебя из-за знака в твоей душе.- Увидев, как я нетерпимо и недоумевающее приподнимаю бровь, он пару раз ударил ладонью по полу и нервно задышал.- О, боги! Мы - темные, ясно? Как в фантастических книжках. Так понятнее будет. Ты как-то связана с одним из существующих Орденов, как-то к нему относишься. Я просто выполняю приказ тебя поймать, я понятия не имею чего им от тебя надо!- Он чуть приподнялся, я напряглась и отступила на шаг. Но он лишь приподнял окровавленную руку и опустил голову, давая понять, что он мне не враг.- Слушай, я тоже думал, что все это чертова их выдумка, что меня нашли психи, но они и вправду необычные, нечеловечески сильны. Ты должна была это уже видеть. Мы все как-то связаны с Орденами. Дело в чем-то внутри в нас...- Он перестал тараторить и попытался успокоиться.- Дело в наших душах.
  Не ожидая больше ни слова, я резко встала и выбежала из подъезда, чтобы уйти подальше от этого места и не видеть больше этого парня. А то при следующей нашей встрече он легким ударом в корпус не отделается.
  - Может, все-таки со мной пойдешь?- Без особой надежды кинул мне в след парень, но, не услышав ответа, лишь тяжело вздохнул. Интересно, ему страшно вставать раненому и тащить товарища или ему за мою поимку премиальные дадут?
  Выглянув из подъезда, я нырнула под балконы второго этажа и на ближайшем повороте свернула в сторону новостроек. Петляя между ограждений, я довольно долго путала свой след между зданий, поглядывая на рабочих. Оттуда я проскользнула мимо офисных зданий и вышла в парково-лесную зону. Опять же с подругами мы уже здесь несколько раз были, а потому я знала одно великолепное место для уединения, которое никто не должен сейчас занимать. Там был небольшой домик для детских игр, куда мы втроем с подружками как раз влазили. Забившись в его угол, я устроилась поудобнее, кутаясь в шарф и куртку. Мне физически был необходим отдых, иначе тело мое не выдержит. Мне нужно было все хорошенько обдумать. И на всякий случай не стоило далеко убирать нож - он мог пригодиться в любую минуту.
  Хотелось есть - надо внести какую-нибудь кафешку в план моих дальнейших скитаний.
  Кивнув, я залезла в карман куртки. И сразу же ее отдернула - меня что-то обожгло! Причем именно обожгло руку, хотя карман был холодным. Что за чертовщина. Аккуратно я вытащила оттуда тот самый символ. В кулаке он был холодным, но скоро я поняла, что когда он касается моего запястья в него словно начинает переливаться что-то, жар, передаваемый из того самого моторчика сквозь тело. А символ был проводником. Магия что ли? Что за бред! Хм, нет, тут что-то иного плана... Это была передача энергии. Это было нечто вроде смешения обычной науки и чего-то такого, что людям не ведомо. По крайней мере, обычным. Немного присмотревшись, я обнаружила, что на моем запястье что-то есть - словно некий символ. Я сжала это место второй рукой, разглаживая и поглаживая кожу. Странно, но это были соединения линий, подобно тем, что есть у каждого человека на руках. Почти всем известно, что левая рука - будущее, правая - настоящее. Вроде как, у некоторых людей на запястьях есть несколько таких линий, по которым хироманты могут определить что-то эдакое. У меня если такие линии и были, теперь вместо них был странный символ, похожий на руну.
  И тут я вновь запаниковала. Что же я, уже не человек что ли? Да нет, я абсолютно такая же, на вид самая обычная. Да и в жизни, вроде как, от сверстников не отличаюсь. Но что тогда этим Орденам от меня надо? Мои силы - так они говорили.
  Возможно, дело в том, что я видела, когда эта сила вновь охватила меня. Тот камень и... голос. От этих воспоминаний это меня вновь охватила ярость, и я со всей дури ударила кулаком по соседней скамейке. И с треском сломала ее. Испугавшись собственных сил, я сжалась в комок и задумалась, в какую же ситуевину я угодила.
  
  
  //час 5й, время сна//
  
  "Большими потери были, но Духов изгнали,
  Цепями Одного к Трону приковали в Замке его.
  Творение было велико, но истощило оно Их силы.
  Ушли они, но потомков и учеников оставили...
  ...так и повелось"
  
  Несколько лет назад я была совсем другой. Не в том смысле, что я выглядела как-то по-другому, имела иной цвет волос и была неформалкой. Нет-нет, это пусть остается уделом бедных девочек, которые все никак не могут выйти из переходного периода. Я о другом, совсем о другом. Я о своей психологической адекватности.
  Знаете, когда начинаешь читать в три года, а в шесть уже шаришь в английском... К вам начинают относиться совершенно иначе. Здесь есть несколько подпунктов. Либо к вам начинают относиться с таким восхищением, что показывают по телику, приглашают репортеров, которые с радостью ведутся на все не вполне повседневное. В таком варианте вас все любят, кроме вас самих, ведь вас начинают натаскивать, отдавать в разные центры особые. По-своему делают лабораторной белой крыской, которой никогда не суждено найти выхода из этого гребаного лабиринта людей и специально построенной для вас жизни. А когда вы вырастаете, к вам пропадает интерес и вы становитесь самым обычным серым мусором в канализационной трубе под названием "Жизнь", вы постепенно вянете. Вы приходите домой вечером с самой заурядной работы, скидываете с себя вонючую городскую одежду, проходите в свою пустую, но зато такую модную квартиру, не включая света проходите к окну и... И просто тяжело вздыхаете.
  Описывая все, что находится за этим окном очень простым термином, употребляемым в нашей речи с удивительной эмоциональной окраской и интонацией...
  Говно.
  Есть еще один вариант, и, я думаю, вы не сильно удивитесь, что он менее оптимистичный. Это когда такого ребенка ненавидят. Черт, правда, поймет - за что??? Вот бывают такие жизненные парадоксы: мать - алкоголичка, отец - наркоман со стажем. Одним вечером они спариваются (ведь иначе это никак не назовешь), а через семь-восемь месяцев у них недоношенный ребенок. И, о чудо, он более-менее здоров и плюс к этому - гениален по природе своей! Чудо? А как же! Дар Божий, никак иначе. Такими детьми должно гордиться отечество его должны приводить другим в пример учителя. НО, вы ведь не думаете, что в нашей жизни все так и есть? Ооо, нет-нет! Только не в нашей стране. За лишнее проявление ума, парня бьют, и хорошо, если просто ремнем секут. Увидев, из какой семьи ребенок, к нему уже не отнесутся как к умнику. Его будут презирать одни, другие - ненавидеть всей душой. И вуаля - за него уже избрали его асоциальную жизнь. Новый гений преступности умрет от передозировки в двадцать лет, возможно, даже не догадываясь, что он, вообще-то, гений и достоин участи получше холодной канавы в минус тридцать градусов зимой.
  За свою же участь мне остается поблагодарить высшие силы - мама пыталась всеми силами не развить во мне эти способности, а наоборот их притормозить. Помню, когда мне только стукнуло пять лет, у меня на дне рождения почти никого не было. Вообще, я уже тогда была к этому привыкшая, не переживала, не плакала. Просто сидела в темной кухне в дурацком колпачке и дула в такую праздничную дудку, которая при этом свистела и разворачивалась из клубка в линию. Идиотский колпак и абсолютно дебильная дудка, но в детстве я не задумывалась о таких вещах. На меня одели - я носила, сказали дуть - я дула. Я не была излишне послушной, я просто не задавалась вопросами и делала это, по принципу "ну а почему бы и нет". Я сидела у кухонного окна и смотрела на садящееся солнце. Оно было красным (я не романтик и не добавлю, мол, как кровь или вино, уж простите), его ускользающие лучи падали на поверхность стола и касались того, что на нем стояло. Туесок под сахар, большая чайная кружка, даже торт - от всего падала длинная черная тень, от которой я пыталась отсесть подальше.
  В тот момент, когда я прижалась к холодному кафельному углу, я заметила, что сама отбрасываю тень и что моя тень - самая длинная и страшная. Детские страхи быстро дали о себе знать, я начала всячески отделиться от нее, и когда уже была на грани того, чтобы разреветься, в комнату зашел Он. Я помню лишь его мягкую улыбку, как всегда гладко выбритый подбородок. Он не включил свет и не спросил что это со мной. Он не стал ворчать о том, что я играюсь, Он не стал звать маму. Он просто быстро поводил над тенью руками, приговаривая ей, чтобы она, такая страшная, убралась подальше от меня и больше не пугала... Но тень, естественно, не уходила, даже и не собиралась, злодейка, хотя я уже не чувствовала себя такой беззащитной, как раньше. Тогда Он встал в недовольную позу, кулаки на бедра, затем щелкнул пальцами, словно ему пришла гениальная идея. Подмигнув мне, он быстро вытащил из торта свечку, поднес ее к своему рту, проговорил какое-то шуточное заклинание типа "абра-кадабра". Свечка медленно зажглась, я сразу улыбнулась, захлопав такому ловкому фокусу.
  - Никогда не давай злобным теням добраться до тебя!- Сказал он очень мягко, словно рассказывал правила новой игры. Я радостно закивала, и тогда он протянул мне горящую свечку, говоря так, словно рассказывал сказку на ночь.- Это будет твой грозный меч, о священница великого пламени! Вставь его в свой тортик прямо посередине. Пусть твое оружие поможет справиться с врагом.
  Радостно кивнув, я последовала указаниям, представила, что в моих руках великий сказочный огненный меч, и вставила свечку прямо в середину торта, на его верхушку. И в следующий момент, словно ведомые ясным приказом, одна за другой по часовой стрелке, зажглись еще четыре свечки. Я была так удивлена, что громко ахнула и тихо захлопала в ладошки. Мне было не страшно, я была уверена, что полностью защищена, что дома, с родителями, я в раю. И вот такие моменты были для меня лучшим подарком в любой праздник.
  Я последний раз взглянула на своего отца и вновь перевела взгляд на свечки, с улыбкой положив голову на стол. Больше я отца никогда не видела, он исчез из моей жизни так же быстро, как потухает слабое пламя свечи в неминуемую бурю.
  В тот момент я заворожено смотрела на пламя свечи, которое замерло, словно его заморозили или остановили во времени. А мгновением позже вокруг меня многие плакали, мама крепко обнимала меня, пытаясь закрыть мои глаза, чтобы я не видела нашего горящего дома и не думала о том, что отец сгинул, как и наше бывшее жилище. Люди вокруг смотрели на нас. На меня. Они шептались, говорили, мол, ах, какие бедные люди, ах, как их жаль.
  Все это ложь - им было жаль лишь самих себя. Они просто боялись того страшного, что всегда казалось таким далеким и вот, вдруг, произошло так близко, совсем рядом. Слабаки. Они горевали по поводу своих потерянных жилищ. Очевидцы и случайные зеваки быстро разбежались по домам, когда приехала милиция вслед за пожарными. Но было уже слишком поздно, было уже слишком глупо. Мы потеряли все.
  Пройдя пару недель ада, мы с мамой оказались в том доме, где живем до сих пор. И все, вроде как, успокоилось, хотя тогда наш мир покачнулся, все перемешалось в наших судьбах. Так, мы с мамой ухватились друг за друга и никогда друг друга не бросали. И как раз после этого мама начала делать так, чтобы я была обычной, не выделяющейся, самой заурядной. Лишь однажды, когда я была в подростковой депрессии (как полагается у самых обычных людей, в одной из многих), мама обронила, что я же, все-таки как-никак, вундеркинд, а не кто-то там. Порой я спрашиваю себя, стоили ли все ее усилия того, чтобы я сама думала о том, что все то, что мне удается - в порядке вещей, что все так и должно быть.
  Когда я приходила домой с кучей пятерок вперемешку с двойками в дневнике, мама не удивлялась моему ответу на ее вопрос почему: учительницы в школе скучные, я им рассказываю то, что на прошлой неделе прочитали, а они мне говорят, что эти знания еще рано использовать. Когда я приходила с синяками и ссадинами, мама не удивлялась и лишь спокойно пыталась утихомирить других родителей, чьих мальчиков я побила на перемене за то, что они обозвали меня ботаничкой или обидели моих подруг.
  И тут-то мы подходим к тому месту, что вызывает у меня такую ярость каждый раз, когда я это вспоминаю. Что за воспоминание вызвало у меня приступ злости тогда, когда я увидела тот странный красный хрусталик. Это пресловутое "прости", которое сделало меня в школе изгоем, которое разогнало от меня всех друзей, кроме пары самых преданных.
  Как я уже сказала, это было в конце девятого класса, около двух лет назад. Удивляясь тому, как же мои одноклассницы не могут понять таких ясных вещей по учебе, я помогала многим, отчего у меня было много "друзей". Около двух лет назад я продолжала все так же строить из себя обычную отличницу и заодно еще и полную дуру, свято веря в то, что так и должно быть. И, естественно, были некоторые люди, которым такое мое дебильное поведение не нравилось. Я их понимаю, но и они были не очень-то далекими, так что ничего личного. Школьные расправы происходят несколькими способами. Есть пожестче, есть попроще. А есть просто дьявольские.
  Обладая некоторыми навыками работы на компьютере, любой может попробовать перехитрить среднестатистическую учительницу по информатике. Неужели, эти учителя думают, что абсолютно все дети делают ее поручения так легко и просто... Один сделал - остальные скачали и все дела. А обладая продвинутыми навыками можно неким образом подчинить себе школьную компьютерную цепь, особенно если тебя приглашают помогать в местном Вычислительном Центре.
  За год до этого я познакомилась с девочкой, с которой через пару месяцев была готова встречать рассветы, гулять часами на пролет, курить всякую противную ерунду и пить пиво за гаражами. Если вы думаете, что девятиклассникам все это так уж недоступно - вы обречены на самообман, уж извините. Я помогала этой девочке по учебе, как и многим другим, но в помощь ей я вкладывала намного больше усилий, ведь она была мне практически сестрой - так сильно я к ней привязалась. Ну а она мне помогала отвязываться от тех приставучих людей, которые портят твои вещи, закидывают на шкафы твою сумку, заливают водой тетради и делают прочие мелкие пакости. Только это все детский лепет по сравнению с тем, что может происходить в таких элитных учебных учреждениях, как то, в котором я учусь.
  Вернемся к повествованию о компьютерной сети в школе. В нашей школе - это аж три компьютерных кабинета, объединенных одной сетью. Следить за всем этим одной учительнице и ее помощнице не так просто, а потому в этот Центр, естественно, зовут помогать отличников. Я была активной, но мне уже тогда было скучно от всего вокруг, а потому я с радостью приняла предложение работать в ВЦ. Тем временем девятый класс близился к концу, а, как известно, в его конце всем ученикам грозят первые в их жизни экзамены. И, не смотря на то, что они самые легкие, любой готовится к ним основательно и до чертиков боится. А я была как раз из той группы подростков, которые боятся экзамена, хотя все знают. И все знали, что я знаю. И мама, и учителя, да и я сама знала, но, как полагается, все равно боялась - такая уж у школьников роль, ничего не поделаешь.
  Подготовительные занятия я прогуливала, зависая в компьютерных классах, подчищая бесконечные горы вирусов и системных косяков, за что мне была до ужаса признательна учительница. Она спокойно оставляла меня одну в классе наедине саму с собой. Иногда, правда, туда захаживал другой старшеклассник, я удивлялась, чего это он так боязливо поглядывал на меня. И рано или поздно я не могла не раскусить этот секрет - все дело было именно в тех самых пресловутых школьных расправах. Издевательства и подколы происходили сами по себе, порча имущества вызывала шумиху, но все это было словно прикрытием того, что скрывалось в раздевалках, закрытых коморках и задворках местного парка.
  Я думаю, вы уже начали догадываться - это были избиения, массовые издевательства, сексуальные домогательства. Во всех этих действах иной раз засвечивались и учителя - кто пытался остановить, но в результате "случайно" оказывался в больнице, а кто по договоренности и помогал (такие, правда, быстро увольнялись и исчезали без следа). Но в редкой школе за всем этим еще и следит сборище подростков, ответственных за большинство этих расправ. В нашей школе это была скромная троица - парень и две девушки. Они и снимали все это на видео, на школьных компьютерах делали монтаж и выкладывали в интернет. Желание выделиться, показать, какие они крутые, какие необычные, как возвышаются над остальными одногодками - это все подростковый бред, который иной раз остается в бедных головах людей и на долгие годы в будущем. Так было и в их случае, но одна девочка из них выделялась.
  Видеозапись расправы, которую я обнаружила первой, была над одной девочкой с параллельного класса. Она не очень хорошо училась и частенько бегала ко мне за помощью. Я заметила, что в последнее время она становилась какая-то забитая, испуганная, а потом и вовсе стала меня обходить стороной. Замечали ли вы когда-нибудь такое, когда человек, с которым вы по-дружески хорошо знакомы, вдруг начинает избегать вас, хотя причины на это нет абсолютно никакой?
  На видео ее избивали какие-то девчонки, кажется, некоторые из старших классов. Сначала ее толкнули в грязный угол у дальнего угла школы, потом пару раз ударили руками и ногами, при этом смеясь и причитая, какая же их жертва уродина. А затем в кадре появилась какая-то девушка, лица которой со спины видно не было, и несколько раз ударила ее большой палкой по голове. Бедная жертва пыталась закрыться руками, которые хрустели в унисон ломающейся палке. Затем другие девушки придержали ее, а оператор (голос я сразу узнала - это оказался тот самый парень, который шарахался от меня в компьютерных классах) сказал что-то о внеклассном уроке нравственности специально для нее, грязной шлюшки. Послышался звук расстегивающейся ширинки, камера чуть дрогнула, и в кадре появился его половой орган. Он приблизился к жертве, которую держали по обе стороны, и начал бить ее по лицу своими причиндалами. Все это сопровождалось дружным хохотом за кадром и слезами с соплями у жертвы. Зрелище было поистине омерзительным, а девочка-жертва впоследствии оказалась в больнице с переломом позвоночника.
  Не зная куда деваться, я скачала видео на флешку и рванула к той самой моей подруге. Мне было и невдомек, что она была той самой девушкой, что била жертву палкой, а по совместительству одной из тех, кто эти расправы устраивал. Когда я с ужасом ей об этом рассказала, она лишь рассмеялась и спросила, мол, а чего же я еще хотела. Мой самый близкий друг оказался дьяволом, который наводил ужас на всех и приносил школе худшую репутацию. Вот что я получила за свою доверчивость и открытость. Лишь боль и разочарование.
  Маме я, конечно, ничего не рассказала, а надо было сразу просить помощи у нее и разбираться всем вместе. Но мной овладел своего рода азарт, дурацкое подростковое рвение помочь всем своими силами, остановить этот порочный круг насилия. Я старалась растрясти всех, старалась заставить понять, что так невозможно жить. Но те, кто уже прошел через это, банально боялись, а управляющие лица не хотели, чтобы все это всплыло на поверхность, и репутация их распрекрасной школы была испорчена. В то же время я первый раз узнала, что значит, когда за тобой следят, выслеживают для того, чтобы заставить тебя замолчать. Это были как те жуткие тени, крались ко мне, высчитывая лучшее время для запугивания и жутких обещаний. Но вот только для них была одна проблема - я была умнее их куда больше, чем они могли предположить по моим учебным достижениям.
  В результате я все-таки обратилась в милицию, рассказав им все, но проверенная система этих подонков сделала из меня обвиняемую - они повесили на меня пару очень неприятных расправ вроде той, на которую я натолкнулась. Они не пытались все свалить на меня, они пытались замести свои следы. Но было слишком поздно, я давно вычистила все компьютеры в школе, получив весь доступ к информации, я давно распространила на сотовых их видео, где можно было разглядеть их. Я писала большие статьи в разные школьные газеты, на интернет сайты, в живые журналы. Все козыри, казалось, были в моих руках, но на их стороне были многочисленные люди, повязанные вместе с ними.
  Я была обвинена во многих их грехах, но могла защищаться. Был суд, были выяснены подробности, но ни одна из них не всплыла на поверхность - директора постарались и сами устроили своеобразную расправу на месте. Нескольким дали отсидеть срок, остальных просто моментально отчислили и о них забыли. Все серверы отформатировали и никакой информации просто не осталось. При помощи моих близких друзей и мамы, с меня сняли все подозрения, но во время последнего заседания суда, мимо меня проходила моя бывшая лучшая подруга. На мгновение она посмотрела прямо мне в глаза и во взгляде ее я прочитала не раскаяние, а слезы по тому времени, которые мы провели вместе. И вот тогда-то она и сказала последнее слово, что я слышала от нее - такое постыдное и горькое "прости". И в тот момент меня обуяла такая ярость, что я заскрипела зубами и ногтями поцарапала ручки стула, на котором сидела. Неделю спустя от этой моей бывшей подруги не осталось и воспоминания, но ее зверства у многих остались в сердцах тяжкой тенью.
  Я, по сути, победила, но победительницей себя не ощущала. Я потеряла близкого друга, но в стократ укрепила отношения с другими близкими мне людьми. Через некоторое время все забылось, но я замкнулась в себе, словно этот случай сделал меня старше лет на пять, не меньше. Мой веселый радостный взгляд стал взглядом хмурой флегматичной пессимистки, которая не знает, зачем живет. Я ходила в школу по мере надобности, но никогда не заглядывала туда лишний раз. Учителя знали, что прекрасно знакома со всей программой наперед, и они были в своеобразном долгу у меня, а потому никогда много с меня не спрашивали. Но я практически перестала общаться с людьми и растеряла всех тех "друзей", что, возможно, даже к лучшему. Возможно, мое сердце так и не смогло не то, что простить, даже забыть того предательства очень близкого мне человека. И именно потому, наверное, мне и показал этот момент тот осколок.
  Минотавр.
  Что же это? Я была в черной тьме, но словно плавала в воде, на волне вернее. А осколок нырнул сквозь эту волну, как только я протянула к нему руку. Я начала понимать, что зря я это сделала - это был своеобразный защитный механизм осколка, потому его и ищут многие. Как взять то, к чему нельзя протянуть руки? Ясно только то, что зубами и ногами хватать не поможет - это уж точно. Но, тем не менее, я чувствовала своеобразную близость с этим камнем, словно он был частью меня или живым, близким мне существом. Это мягкое доброе чувство открытости, доверия и близости... Я знала, что и Минотавр доверяет мне. Но что это, в чем его предназначение, как он связан со мной и со всем тем, что сейчас со мной происходит - оставалось лишь догадываться.
  Хотя, можно и порассуждать, ведь в моем сне, где за мной гонится тигр, я также в конце нахожусь в подобной тьме, хоть и вишу на странном зеркале. И все эти навыки самообороны - я, конечно, немного занималась, но в момент опасности все мои чувства усилились в стократ, и мой мозг словно вспомнил то, чему был обучен много-много лет назад. Чувство просто незабываемое, я даже и не думала, смогу ли победить противника, я должна была победить и никак иначе. Как отец когда-то отгонял от меня те тени, я могла скрыться от этих странных преследователей, я могла победить, как победила тогда свою бывшую подругу. А чтобы сделать это, мне требовалась ярость, которую можно было направить в нужное русло. И самый большой источник моей ярости крылся в том случае, который изменил меня безвозвратно.
  Я могу бежать, я могу скрыться, я могу победить.
  Минотавр?
   Минотавр.
   Минотавр...
  
  И меня вновь дернуло вниз, как это бывает со мной во время сна или полудрема. Словно швырнули свысока, и за секунду ты оказываешься в своем теле, встретившись лицом жесткой поверхностью, на которой спишь. Чувство неприятное, но до того бодрящее, что спать ты просто после такого не можешь.
  Я открыла глаза и судорожно потянулась. Ноги затекли, спина болела, а холод уже пробрался под одежду и тело бил озноб. Пытаясь растереть тело, я глянула на часы. Охренеть! Я проспала два часа! Это как же так, и меня никто не нашел? Хорошее укрытие значит, учитывая то, где я спала. Наверное, они и подумать не могли, что я у них под носом. Но только что мне теперь делать? Они не успокоятся - это точно, а я уже так ослабла.
  И вдруг проурчал мой живот, словно говоря о том, что уже время обеда и мне было бы неплохо подкрепиться. О, мой повелитель, как я могу тебя ослушаться?! Я выбралась из своего убежища, потянулась, расправляя влажную от постоянного дождя одежду. Было до жути холодно и так же невозможно хотелось есть. Нет... Жрать! Плевать я на все хотела, в тот момент меня могли брать просто на месте.
  Я направилась в местное приличное кафе, даже думать не собиралась о том, кто за мной может наблюдать, откуда, где и как. Теперь было ясно - назад никакого пути нет, они сами объявили мне войну. И я просто не могла им не ответить. Некие силы, лежащие за гранью человеческого понимания, а то и самого человеческого мира, решили испытать меня. Невдомек им было, что я собиралась дать им бой, даже если в конце меня ждет трагический финал.
  Но я чувствовала - тот смешной моторчик в моей груди полон сил и эти силы ничуть не уступают тем, что были против меня.
  
  
  //час 6й, 14.10//
  
  "Силы изначальные растратив,
  На Тропе Грез Один Дух заключен,
  Но щупальца его - сыны, что вырываются,
  Ведут нескончаемый бой за то, что богам силу дарует"
  
  Зайдя в кафе, слегка поежилась, ощутив долгожданное тепло, быстро прогоняющее холод из одежды и тела. Встряхнув промокшую куртку, я повешала ее так, чтобы она как можно скорее высохла, а лишь затем оглянулась, осматривая помещение. В колонках негромко играла какая-то клубная музыка, не напрягающая слух, за прилавком прибирались две девушки, одна официантка убирала с дальнего стола. Кроме них я заметила где-то в далеко второго зала слева пару фигур - солидные джентльмены в галстуках завтракали. Ну и пусть кушают - туда я не пойду, я усядусь где-нибудь в полузакрытой кабинке так, чтобы из окна меня с улицы заметить было сложно, а я могла бы разглядывать часть дороги и есть одновременно. Удобно устроившись у низкого квадратного столика, я развалилась на мягком стуле и позволила себе не часок расслабиться и набраться сил.
  Ко мне, как ловкий змей-ниндзя, подкралась официантка и отточенным движением подала меню. Хм, может, она одна из них. Я недоверчиво покосилась на нее, она слегка смутилась. Наверное, подумала, что она что-то не так сделала или выглядит странно. Притворством тут и не пахло, а потому я просто тут же открыла меню, пробежалась по нему глазами, и, пока официантка не убежала, быстро заказала то, что мне вполне подходило. Стакан сока, большую кружку кофе, блинчиков, вафлей с медом, салат, кусок пиццы и, ну куда без этого, сто грамм прекрасного согревающего коньяка. Если честно, я была не уверена на счет последнего, в смысле, что мне это продадут, но тут нужно уметь правильно взглянуть и сделать пару благородно-пафосных жестов, чтобы выдать себя за рабочий класс. Для уверенности, я уточнила у них марку коньяка и какие имеются в наличии. Выбрала самый добротный (а оттого и дорогой), у официантки не осталось и сомнения, что мне не меньше двадцати. Очумелая у нас страна... Самым последним пунктом я спросила про сигареты и заказала опять же пачку дорогих, очень вкусных сигарэлл. Ах, такие я не курила со своего дня рождения в июне.
  Со скучающим видом я осталась один на один с собой, а официантка радостно убежала выполнять мой заказ. О, да, детка, гуляем на все. Учитывая то, что деньги были не мои, а того бандюка, которого я несколько раз по голове огрела.
  Первым мне принесли, естественно, табачное изделие на специальном подносе в паре с пепельницей и фирменными спичками. Ох-ох, какой сервис, когда у тебя водятся деньги! Так недалеко и к шику привыкнуть. Ладно, этот грешок можно себе и простить, учитывая ту ситуевину, которая вокруг моей скромной персоны разгоралась. После первой затяжки меня охватило неповторимое чувство, одновременно приятное и ужасающее, а главное, такое сильное, что я на время выпала из системы. Такое начинаешь чувствовать, когда постоянно ходишь в школу или на работу, а затем вдруг резко перестаешь это делать (заболеваешь, например). И вот, ты выходишь на улицу, тебе, в общем-то, никуда не надо, ты свободен от того места, к которому привязан. А в это время все вокруг идут в тот муравейник, из которого ты неожиданно вывалился. Я часто прогуливала школу, и это даже вошло мне в привычку, но сейчас я четко почувствовала - та обычная система, созданная для всех обычных людей, выплюнула меня как не пережеванную кость. Словно от Матрицы отключили. Я была вне обычных правил, и это было самым страшным. Раз старые правила мне уже были не ограничением, естественно возникает вопрос, каковы же теперь новые. Ведь правила есть всегда и для всех, даже для богов.
  Подали заказ по частям.
  Стакан сока я выдула моментально, хоть как-то утешив давнюю жажду после стольких погонь, а вот в ожидании горячего кусочка вкусной закрытой пиццы, я соскребла пластиковой ложечкой мед в коньяк и, грея бокал в руке, выпила его, прикрыв глаза. Что тут скажешь, я не очень люблю алкоголь, даже такие благородные напитки пью с явным недовольством, но я два часа провела почти без движения в мокрой беседке, а потому, мне необходимо было не просто согреться, но и прогреть все изнутри. Практически, сейчас я была живым пособием по выживанию в городских условиях, хотя до Данилы из "Брата" мне далековато.
  Быстро закусив салатиком, я с жадностью набросилась на пиццу. За ней последовали блинчики. Уф, ну вот, немного перекусили. Я заказала еще большую порцию картофеля фри и была практически на пике своих сил. На сладкое остались вафли и кофе, но я решила еще растянуть удовольствие и закурила еще одну, хотя делала это довольно редко. Но и сейчас со мной творилось что-то такое, что происходит не с каждым. Так что, раз этот день решил сломать всю мою привычную жизнь, так значит, я подстроюсь под него, как раньше с легкостью подстраивалась под все остальное.
  А потому я абсолютно не удивилась, что он уверенно подошел ко мне и сел за мой столик напротив, лишь все так же странно усмехнувшись. Он развалился на стуле, как на сиденье в автобусе, где я его впервые увидела. Тот самый парень, который пялился на меня тогда. На этот раз того чувства не было - он открыто, не наблюдая заранее, подошел ко мне и всем своим видом заявил, что хочет поговорить. Мое лицо ничего не выражало. Я стряхнула пепел и глотнула кофе, все так же глядя на дождливый серый день вне кафе, моего временно убежища.
  - Я не нападать сюда пришел.- Махнул он мне рукой, положив их на стол, показывая, что не вооружен, замечая, как я одной рукой дернулась к карману, в котором я скрывала тот самый нож. Голос у него был не приятный и не противный, зато он был уверенным и очень спокойным. Я не могу сказать, что он был прямо-таки самоуверенным. Он просто знал наперед, что от меня можно ожидать. Разве что, можно добавить то, что он был очень рациональным. Он смотрел на меня, чуть прищурившись, с явным интересом. Дурацкая молодежная шапка все так же была на голове, но очки были убраны во внутренний карман куртки. Не найдя, как еще лучше начать со мной разговор, он решил представиться.- Я - Демон...
  - Тупая кликуха.- Я вновь отвернулась к окну и вновь затянулась.
  - Ну, знаешь...- Он приподнял одну бровь.- Кажется, ты меня с самого начала не полюбила.
  - Есть за что?- Я перевела взгляд полный озлобленности на него.- Зачем вы следите за мной?
  - Лично я просто хотел поглядеть на столь знаменитую личность в столь знаменательный для тебя день.- Пожал он плечами, заговорчески улыбаясь.- Я, знаешь ли, по сути, личность абсолютно левая. Здесь подмог, там подпортачил - и умыл руки. Вот и все дела.
  - Я знаю, что вы все из каких-то Орденов.- Я говорила тихо, не отрывая от него взгляда. Для нас сейчас вокруг ничего не существовало.- Могу предположить, что их не один и не два.
  - Как и тот, в которого ты осколком бутылки зарядила, я из Ордена Мысленных Нитей.- Демон оперся локтями о стол, а голову положил на ладонь.- По сути, наш орден только косвенно помогает союзу других, а потому я абсолютно независимо сейчас здесь. И, как я уже сказал, мне просто было интересно поглядеть на избранницу Минотавра.
  - Почему сегодня?- Я пыталась не выдавать, что теряюсь в полученной информации оттого, что пыталась соединить ее в одну общую нить.
  - Потому, что через девять месяцев твой день рождения. Не делай такой потерянный вид, это нумерология, а в ней все предельно своеобразно. Первой точкой отсчета является пять лет - у каждого из таких, как мы, в это время случалось что-то такое, что жить потом не дает спокойно.- Я нахмурилась, вспоминая смерть отца, потупила взгляд. Заметив это, Демон несколько мгновений понимающе кивал.- Пять - время твоего соединения с четырьмя другими союзническими Орденами, относящиеся к одной из стороны Двери.- Он поставил солонку в центр стола.- Число один - это ты, но не как человек или социальный индивид, а как дух, ведь духи - они, как известно, не принадлежат материальному миру.- Затем он поставил вокруг солонки четыре зубочистки.- Есть некая Дверь, сквозь которую некогда прошли силы, создав этот мир, а вернее укротив его, ведь им правил Хаос, а если быть точнее, его сыновья - Духи. Ммм, если тебе будет так понятно, типа демонов.- Демон усмехнулся.- Только они были не такими... Да и вообще, не такими уродливыми, как их привыкла современная культура изображать. Так вот, из-за всей этой мешанины, Дети Духа были изгнаны за Дверь мира, а вот Странники, сила которых была равна богам, были заперты наоборот, у Двери. Четыре ученика с одной стороны, четыре сына с другой. Отсюда и это число силы - четыре.
  - Так вот почему тот парень говорил о каких-то Темных и Светлых.- Приподняла я бровь, понимая, что, хоть это все звучало невероятно, кусочки мозаики постепенно складывались воедино.
  - Ну... Типа того.- Скривив кислую гримасу, вынужден был признать Демон.- Только, знаешь, и в Орденах тех, кто остался у Двери есть такие подонки, что кровожадные маньяки им и в подметки не годятся.
  - Хочешь сказать, что Темные лучше?- Усмехнулась я.
  - Ой, я тебя умоляю.- Махнул он рукой на меня.- Ты прекрасно понимаешь, что это разделение нужно больше для удобства, либо лишнего фанатизма. Знаешь, это как расовая ненависть: кто осуждает, кто поощряет, а кто относится... никак.
  - И как же относишься ты?- Хитро прищурилась на этот раз я.
  - По-особому.- После некоторой паузы аккуратно ответил он.- Как ты уже могла понять, силы тех, кто основал Ордена, передались их ученикам и наследникам, но они не передаются по наследству с генами или кровью. Они передаются с числами, датами рождения, ведь математика из покон веков была орудием не только прогресса, но и чего-то мистического. Люди назвали это магией. Мы же не настолько примитивны. Мы назвали это - наукой. Самым популярным ее названием сегодня является - Аркейн.
  - Аркейн.- Усмехнулась я.- Что-то я пока все равно не замечаю пока связью с собой.
  - Двенадцать - число судьбы.- Невозмутимо продолжил Демон.- Оно обозначает, сколько циклов прошла душа, набирая обороты и начиная резонировать с прочим астральным и энергетическим миром. Только вот обороты эти душа начинает приобретать тогда, когда произошло зачатие в теле матери. У кого как, но примерно за девять месяцев до рождения.
  - Твою мать...- Кисло добавила я, внезапно осознавая, что и вправду ровно через девять месяцев наступит мой день рождения. Ровно двенадцатого числа в двенадцать ночи.- Значит, из-за этого сегодня все это началось? Сегодня моя душа стала максимально резонировать, и появились эти силы. Стали появляться.
  - Именно.- Кивнул он.- И лишь в этот день можно точно понять, к какой же ты стороне и Ордену относишься. Заранее говорю - сам не скажу к какому! Могу поспорить, у тебя уже на теле появилась отметина, но если я хотя бы на нее взгляну, некоторые "светлые" могут посчитать это за переманивание к себе. Идиоты везде встречаются, правда ведь?
  - И из-за этого резонанса я могу чувствовать резонанс душ у других существ, а еще лучше у тех, кто относится к Орденам. Так я могу чувствовать приближение опасности, предугадывать мысли и замечать слежку.
  - И вновь в яблочко.- Демон сделал вид, что хлопает мне, то ли с издевающейся улыбкой, то ли с игривой.- Я хотел узнать, правда ли сегодня в тебе начнут просыпаться твои способности, а потому и сел в тот автобус. Извини, если рассердил или выглядел странно, но весь этот Слой для меня...- Он хохотнул и хлопнул проходящую мимо официантку ладонью прямо по ягодицам. Та не то, чтобы не заметила, даже не шелохнулась от неожиданности. Она этого просто не заметила. Я удивленно смотрела на это, закуривая третью сигарету.- Они нас не видят.- Констатировал Демон.- Они видят сейчас как ты медленно, но с кайфом, допиваешь их дрянненький кофе, и радуются, какие же они хорошие повара. Фокус в том, что мой резонанс подобен нитям, исходящим от меня. Мои нити проникают сквозь тело и сознание и касаются души других. Таким образом, я могу чувствовать или читать мысли, даже внушать свои.
  - А у Темного Хаоса??- Тут же любознательно уточнила я, вспоминая название, которое мне сказал тот парень в подъезде.
  - Они в основном за тобой и гоняются, хотя двоим из них ты уже головы разбила.- Демон словно помрачнел, погрустнел, глядя на стол.- Из-за них нас и запечатали за девятью печатями за Дверью мира. Те, кто отдались духу Хаоса, а впоследствии бросили его в заточении в его клетке и стали управлять его силами призвания всякой чертовщины из других Слоев. Их учителя могут вызывать настоящие исчадия ада, так что их стоит остерегаться.
  - Ордены, Слои, Духи, Резонансы...- Пробормотала я, почесывая голову. Поверить в это? А вы бы на моем месте, что бы сделали? Мне пришлось принять все это за факт, пришлось принять за веру слова человека, который мог изменять мысли других, но почему-то не воздействовал на меня. Тряхнув головой, я заглотила остатки вафлей и махом допила кофе. Затем пристально посмотрела на его чуть наглое лицо.- Мне придется во всю эту фантастику поверить, но что дальше?
  - Ты к этой "фантастике" привыкнешь.- Усмехнулся он.- Тем более что телом каждый из нас - человек. Мы так же дышим, так же едим, занимаемся любовью, радуемся и плачем. В нас ничего не меняется. В нас другая душа. Она не больше, не сильнее, она по своей сути другая. Вообще, это и не душа вовсе, просто на этом языке ей нет названия. В нас нечто совсем иного характера. Словно кусочек силы того древнего Странника, который передал нашему роду частичку себя. По сути, наша душа - это его имя, имя одного из девяти. Все души делятся на три составляющих узла - в голове, в груди примерно между легкими и в животе. Это определяет твой темперамент. Позже, если выберешься из этой передряги, ты научишься чувствовать какой из узлов души у человека в приоритете, а значит чувствовать его психологическое состояние. Например, я четко чувствую, что у тебя полностью лидирует грудной узел.- Я поднесла руку к тому месту, где был мой моторчик. В ответ на это Демон лишь тихо засмеялся.- Заинтересовало всех в тебе то, что на твоей душе есть отпечаток. Ты не одна такая, но над каждым таким человеком наблюдают большинство Орденов, так как влияние на душу Минотавра так до сих пор и не изучено - его не может достать никто уже которое тысячелетие.
  - А кто-нибудь его вообще в руках когда-нибудь держал?- Усмехнулась я.
  - Да.- Серьезно ответил Демон, я даже не ожидала!- Тот самый Дух, которого и заковали первые девять Странников. Минотавр невозможно взять, он попадает в руки лишь достойному, он сам выбирает себе друзей и у него не может быть хозяина. У каждого Ордена есть свое пророчество на счет того, как в руки к Духу попал Минотавр и как тот его использовал. Могу поспорить, все пророчества верны и неверны равноценно. Это было слишком много времени назад и оставило лишь свое тяжелое наследие битв и конфликтов.
  - Спасибо, что угостил информацией.- Сказала я, кидая пару тысячных бумажек на стол и вставая.- Можешь дальше в подробности не углубляться. Скажи лишь, что ты хочешь за свой рассказ, и давай уже на этом месте разойдемся.
  - А знакомство мне уже начало было нравиться.- Усмехнулся Демон, поглядывая на меня.- Я хочу, чтобы ты знала, что сам Орден Мысленных Нитей к твоей слежке непричастен, просто некоторые наши новички лишь обуяны жаждой прославиться.
  - Могу поспорить, у вас есть куда лучшие средства слежки по мыслям окружающих людей.- Я смотрела на него спокойно и холодно.
  - Именно.- Лишь гордо кивнул Демон.
  - Надеюсь, больше не увидимся.- Кивнула я ему и быстро оделась и удалилась из кафе. Даже не оборачиваясь несколько мгновений спустя, я могла понять - Демона там больше нет. Лишь пустая посуда из-под еды и крупная сумма для расплаты за труды персонала. Чаевые я им оставила просто золотые, ничего не скажешь. Меня там теперь точно надолго запомнят.
  Итак, куда же теперь? Не осталось в этом мире больше такого мета, где эти треклятые сектанты не могли бы меня найти. И тогда я решила поступить так, как не поступила два года назад в той своей скверной ситуации. Виляя между домов, я направилась к маме на работу!
  
  
  //час 7й, 15.30//
  
  "Ведомый своими алыми детьми,
  Лишь Один осколок может все решить,
  Дверь за девятью Вратами приоткрыв,
  Дух закованных освободив иль поработив"
  
  Некоторое время спустя после разговора с этим странным парнем, которого не видели окружающие, мне стало на время не по себе, а потому я просто ходила кругами по улицам, хотя и держалась направления маминой работы. И, не смотря на то, что мои преследователи могли появиться в любую минуту, я не слишком осторожничала. Лишь посильнее закуталась в свой широкий шарф, скрыв наполовину лицо. От того кафе я была уже на приличном расстоянии длинной примерно в три-четыре остановки. Дождь уже смешался с мокрым снегом, осадки усилились и теперь от колес машин на дороге расходились целые волны грязекаши. Ветер усилился, нагнав холодного воздуха. От всего этого становилось и так не по себе, а мне еще и своих проблем хватало. Меня заставили поверить в то, что все вокруг хуже, чем я полагала. Интересно, фантасты и кинорежиссеры просто догадываются, как порой они близко к истине творят свои произведения или они одни из этих... Входящих в Орден личностей.
  Но именно в эти минуты я поняла, что мир сказал мне "СТОП!". Для меня мир остановился и выпала не просто из системы, я пропала из всех систем сразу. Я больше не принадлежала к чему-либо отсюда. Я отчетливо понимала, что дом мой где-то там. Это навеивало тоску.
  Я поглядела на символ, вырисовывающийся на моем запястье. Значит, и я к какому-то Ордену принадлежу, осталось выяснить - к какому. И получается символ - имя одного из тех древних. Моего предка? Ну, пожалуй, так можно сказать, даже если не телесно - душевно. И теперь я стояла прямо на середине тротуара, смотрела на свою руку то ли с отчаянием, то ли с надеждой в глазах, а люди шли вокруг, даже не смотрели на меня. Ведь им было невдомек, что я оказалась не такой уж и обычной. И тут я вспомнила о маме. О, мама, прости меня, я не хотела, чтобы этот день приходил, не хотела, чтобы твои труды были напрасными. Всего лишь одно имя, всего лишь один иероглиф изменил мою жизнь, перевернул ее с ног на голову, и, словно песочные часы, оставил протекать до своего завершения. Я глянула на часы в сотовом - еще восемь часов и этот день закончится, как и вся моя предыдущая жизнь. Лена Ветрова, которую знали все вокруг, исчезла, моя душа, наконец, начала свою полноценную жизнь. А что значила я сама? Я физическая. Неужели до этого дня я лишь была телесной болванкой, носителем какой-то силы, которая когда-то должна была пробудиться. Или же я до этого и не жила вовсе, лишь пребывала в полубреду, созданным обществом и моим сознанием.
  Я оглянулась. Еще восемь часов назад я была такой же, как и вы, я была человеком. Но у каждого есть шанс когда-нибудь проснуться, возможно, и вы его просто не видите, либо ваша душа не готова. А, возможно, вам нужно всего лишь сделать шаг вперед, всего лишь шаг в бесконечность.
  Все вокруг покрылось рябью, стало моментально серым, а затем вновь набрало краски. Было похоже на землетрясение без тряски, словно лавина без смертельной волны снега. А за этой волной пришла другая - волна теней. Это было похоже на желе, словно оно окутывало за моей спиной фонари, людей, уходивших в нее, ларьки, фонари, сам воздух. И одновременно с этим, волна теней была живой - извивалась, как тысячи змей, переливалась как вода. А я лишь смотрела на нее, как она надвигается на меня с холодом стали в глазах. Все было как в заторможенном кино.
  Это было уже не просто опасно, это было страшно.
  Ужасно.
  Кошмарно.
  Игра уже началась на выживание.
  Дело простое: я уже была определена к одному из Орденов, а если я не могу принести Минотавр другому, то меня можно смело устранить. Так, чтобы меня не было. А ведь про меня даже, наверняка, никто не вспомнит, никто и не усомнится, что моя мать - одиночка, проживающая день за днем в темной квартире и тоской на душе, которую невозможно заполнить ничем, кроме как спиртным. Они изменят все, сделают так, чтобы меня стерли из этого мира.
  Из волны вырвались фигуры. Они двигались с кошачьей грацией, делая длинные прыжки по машинам, лоткам, заборам. Словно облаченные в ничто, в некие цельные комбинезоны из теней, они резиновыми попрыгунчиками тянули свои словно игрушечные руки ко мне, желая забрать меня в эту волну и растерзать на маленькие части. Уничтожить. Распылить в этом астральном мире.
  Это конец. Меня больше нет.
  Я исчезла.
  Больше нет...
  Исчезла...
   Исчезла...
   Конец?
  
  Я сжала челюсть так сильно, что громко заскрипела зубами. Очерчивая ногой в грязном снеге полукруг, я повернулась к надвигающейся волне теней.
  - Идите ка вы на хер!- Выкинула я средний палец правой руки им на встречу и усмехнулась. Да, я усмехнулась. Ведь это была моя игра, моя любимая игра, которой я была бы даже не прочь проиграть. Но до этого я буду бороться. До последнего вздоха, до последних сил.
  Пока не выйду победителем.
  Резко развернувшись, я рванула вперед, мимо пешеходов, прочь от теней. Сорвалась с места, словно спортсмен-атлет, словно собака, погнавшаяся за фигуркой кролика на бегах. Я рассекла воздух рукой и рванула вперед. И вместе с этим скользнула в настоящий мир, к которому так привыкла за эти годы. Я бежала вперед, как в моем сне. Еще быстрее, еще сильнее - меня никто не мог остановить.
  И вот теперь люди смотрели на меня, не понимали, чего же это я так несусь вдоль оживленной улицы. Извините, народ, но я действительно бежала от своей смерти - от волны, которую вы не могли разглядеть. Да, ее не было видно всем обычным людям, ведь это было подобно ультразвуку - это лежало за пределами человеческого восприятия. Ведь в отличие от них, я могла видеть то, что не принадлежало нашему миру, как животные могли слышать, собственно, тот же ультразвук.
  Я маневрировала между прохожими, словно это был бег с препятствиями, но Волне на них было наплевать. Плюс она еще каким-то образом оказывала влияние и на этот Слой, очевидно, потому, что Слой, в котором находилась она сама, был к нашему экстремально близок. А потому за моей спиной сталкивались машины, лопались лямки на сумках, сталкивались одни люди, другие начинали ругаться или искать что-то. Некоторые взялись за голову и начали молиться, материться или хохотать. Все, что было скрыто в желаниях людей, не плотские, а именно душевные желания - все всплывало у людей на поверхность, они были просто не в состоянии сдерживать их. Гнулись фонари, лопались балки щитов, ломались приборы - экраны в витринах, сотовые в руках, плееры в карманах. И все это происходило ровной линией, четко по моей траектории движения.
  Оставлять все так же было просто не допустимо, иначе люди друг друга покалечат. Но как мне от них отвязаться??? Ведь эти тени - по сути, призраки. Не найдя выхода более рационального, я свернула на хайвей - дорогу в три полосы одностороннего движения. Расстояние между домами тут было приличное, а на дороге царила очередная пробка. Но машины все же двигались, и это было практически самоубийством.
  Для обычного человека.
  На перекрестке выезжала какая-то иномарка. Я прокатилась по ее капоту, чуть помяв его своим телом от удара. Сгруппировавшись, я мелькнула так быстро, что когда приземлилась на ноги, водитель только окончил торможение. Пробежав мимо поста ГАИ, проигнорировав их призыв остановиться, я выскочила на проезжую часть.
  Итак, километр бегом по дороге, наполненной машинами, особо сложный и опасный участок на мосту, поворот направо к перекрестку, где расходилось движение и оттуда до маминой работы будет рукой подать.
  Как кусок пирога! Вперед!
  Мозг получил приказ от моего моторчика в душе, и в этот самый момент я почувствовала, как словно во мне старый духовный центр замедлился, но начал работать новый - где-то в затылке. Словно стальной прут, словно столб, пробивающий голову. Стало на мгновение так больно, но слезы брызнули из глаз. Но уже секунду спустя я мчалась по оживленной дороге так быстро, как только могло мое тело, а мозг не замечал сигналы опасности, он не замечал, как мне гудели водители и моргали фарами. Мой мозг реагировал на опасность с той же быстротой и четкостью, с какой я наваляла тем парням у магазина и в подъезде. Я понимала, что одно неверное движение и мне конец. Это была моя любимая игра на смерть, моя проверка на вшивость самой жуткой ситуацией в моей жизни. И я могла ее выдержать.
  А мир за моей спиной рушился, ломался, взрывался - попадая под эту волну смерти, все разрушалось. Стиснув зубы, я скользила от машин и автобусов, которые безвозвратно исчезали в этой волне страхов и желаний. А от моих сапог в разные стороны волнами разлетался мокрый снег, так и норовя сделать мне подножку и уронить. Ну, уж нет, не дамся!
  Впереди оказался КамАЗ - вывернувшись телом, он задел меня совсем чуть-чуть, но оборвал мне всю куртку. На ходу избавившись от нее, мой шарф тут же зацепился своим кончиком за боковое зеркало проезжавшей мимо легковушки. Прокрутившись вокруг себя, я избавилась и от него, чтобы моя любимая вещь меня же и не задушила. Блииин, как же обидно! Мне был дорог этот шарфик. Но горевать было некогда.
  Оставшись в одной легкой кофте с тонким капюшоном, я закинула на плечи сумку и побежала еще быстрее. Это было так легко делать! Как и в моем сне, я бежала от опасности так быстро, так сильно. Но только беда была в том, что во сне тигр нагоняет меня. В реальности я не могла позволить этому случиться.
  Помощь пришла от врага. На меня ехал мотоциклист, и потому, что он прибавил на меня газу, ехал на таран, я поняла, что это был враг. Тогда я побежала прямо на него, ускорилась, согнув голову чуть вперед. Мы неслись друг на друга, как сумасшедшие и мы оба были уверены в том, что справимся. Только вот я была права, а он меня недооценивал. В последний момент я чуть отступила от линии бега и сделала затяжной прыжок. Пролетая мимо мотоциклиста, я выкинула к нему одну руку так, чтобы его шея угодила прямо в мой захват. Из-под шлема раздался сжатый хрип, и мы оба рухнули в грязь, а мотоцикл еще немного прокатился вперед и так же упал, ударившись о какой-то автомобиль. Движение вокруг нас тут же остановилось, повыскакивали какие-то люди.
  Мне было некогда предупреждать их об опасности, сами справятся. Я лишь резко встала, и, не отряхиваясь, нанесла прямой удар ребром сапога в шею мотоциклиста. Это было жестоко. Он обмяк. Я же, не теряя времени, рванула к мотоциклу, с первой попытки подняла его, села и понеслась дальше уже на этом железном коне. Не думайте, я не вру! Я и вправду так и сделала! Да, я шестнадцатилетняя девочка весом в пятьдесят килограмм. И, да - я никогда не водила мотоцикл. Но я это сделала. Просто взяла и сделала. Удивляться было некогда - волна хоть и замедлила свой ход, но уже настигала меня.
  Я абсолютно понятия не имела как именно, но все, что я делала, словно вспоминала. Движения получались так, будто мое тело делало это уже который раз. Это было отнюдь не просто. И мне было чертовски страшно, казалось, мое сердце было готово остановиться. Но я не остановилась потому, что знала - небольшое промедление, и меня не станет. Это была борьба за выживание - так я говорила себе каждую минуту, когда уже было отчаивалась в своих малых силах, и, кажется, это помогало!
  Дернув руль на себя, я проехалась прямо по машине передо мной, использовав ее, как трамплин, выжав газ на полную силу. Затем, повернулась телом и мотоциклом, приземляясь на лобовое стекло другой машины обоими колесами. Железное днище промяло автомобиль, но этот прыжок был выигрышным потому, что я моментально вырвалась из пробки. И помчалась дальше вдоль дороги. Вот теперь уклоняться было даже проще, а скорость, с которой я ехала вперед, была куда быстрее моего бега.
  Конечно, от этой скорости я получала куда меньший кайф, чем от бега, но это было тоже неповторимо. Когда капли холодного дождя скользят по твоим скулам, щекам, лбу, руки сжимают крепкий руль, а тело чувствует, словно летит, парит над землей. С автомобилем никогда не сравнится.
  Перестраиваясь от линии к линии, я сама себе напомнила компьютерные игры, в частности аркады - там было нечто похожее, только куда легче. Несколько раз я ударилась боками и ногами о проезжавшие мимо машины. Один раз я даже больно проехалась вдоль автобуса, пытаясь протиснуться в узкий проход между транспортом. После этого, я поняла, что ушибов на мне столько же, сколько на этой дороге машин. Надеюсь, травмы не серьезные и сильных повреждений нет. Оставалось лишь надеяться.
  Я промчалась вперед, вписавшись в нужный поворот, но практически тут же стукнулась плечом в медленно ехавшую машину, пытаясь не заваливаться сильно в бок. Тело пронзила боль, но мне оставалось лишь сжать зубы и рвануть по дворам центрального района к офисному зданию, где работала моя мать. Вихрем я порвалась в закоулки, легко проезжая те места, куда автомобиль просто бы не вошел. Резко тормозя и помогая поворачивать ногами, я проехалась по детской площадке, на которой, естественно, в такую погоду никого не было, и мокрому песку, распугав ревом мотора местных воробьев и старушек у подъездов.
  Скользнув между качелями, я выехала на менее оживленную улицу и рванула вперед прямо тротуару. Здание было уже практически передо мной, но прямо у его входа маячили еще народ из Орденов. Один оказался ближе остальных и просто прыгнул на меня, но я резко свернула и помчалась дальше. Следующим был парень с битой в руках. Против его встречного удара, я просто вновь дернула руль на себя и въехала в его лицом передним колесом, а затем всем весом железного коня проехалась по его жалкой тушке. Рука сама собой молниеносно на лету схватила его биту и нанесла сокрушительный удар в висок какой-то девушке, пытающейся сбить меня палкой, как копьем. Девушка лишь ахнула и свалилась на мраморные ступеньки с разбитой головой. На моей бите блеснула кровь, несколько капель даже попали мне на лицо. Особенно когда я огрела еще одного парня, который пытался всего лишь уклониться - он получил четкий удар с размаха в затылок. Уже не замечая вокруг никого, я рванула по лестнице здания к находившиеся впереди двери.
  Как это бывает во многих красивых современных центральных офисных зданиях, по обоим бокам двери были стеклянные стены. Нельзя сказать, что они не крепкие, особенно учитывая то, что они там в два слоя стоят. Но на такой скорости меня было бы сложно остановить - прикрыв голову руками, наклонившись боком, я влетела в стекло мотоциклом вперед, в полете слетая с него. Как только я коснулась пола, я сразу же кувыркнулась, чтобы шею не подвернуть, но пара осколков все равно воткнулись в мое плечо и бок. Щурясь от боли, я сразу же встала, подобрала валяющуюся неподалеку окровавленную биту, и кинулась в боковые помещения.
  Меня не удивил тот факт, что в здании не было ни охраны, ни персонала. Я скорее, наконец, осознала, что все это было для того, чтобы меня сюда загнать. Какая же я дура!!! Конечно, такая как я, вроде как, обычная девочка, побежала бы к маме просить помощи в экстренной ситуации - если они за мной так четко следили, конечно, они знали об этом. Им надо было лишь создать вид того, что охота за мной продолжается.
  Я юркнула в небольшую темную коморку, где хранился инвентарь для уборки помещений. Забившись там, в темном углу, я беззвучно зарыдала. Да, я заплакала. Я почувствовала себя маленькой бессильной мышкой, которая лишь может убегать и чувствовать кота, нависающего сверху. Несколько минут я просто дрожала, прижавшись головой к холодной бетонной стене, зажав голову руками. Через десять минут я успокоила слезы, нашарила рукой рабочий фонарик и осмотрела свои повреждения. Зажав в зубах какую-то щетку, я вытащила из себя осколки стекла. Как бы я не старалась не издавать звуков, боль была такая, что я просто орала. Этот ужасное чувство, когда что-то острое рассекает твою кожу с характерным хлюпаньем, надолго засело в моей голове.
  Быстрыми движениями я скинула с себя ошметки былой куртки, так же быстро перевязала довольно глубокие раны. Осторожно выглянув в коридор, я поняла, что та волна теней настигла меня в этом здании и заперла на том Слое, где была сама. По крайней мере, никак иначе то, что здесь не было вообще никаких людей в разгар рабочего дня, я объяснить не могла. Весь свет в коридорах был выключен, никаких грязных следов, хотя на улице была такая непогода. И чувство в душе было такое, словно... нет, не наблюдают - ждут меня, выслеживают. На меня началась охота, но уже в рамках совершенно чужой реальности.
  И тут меня качнуло в сторону. О-хо-хо... Потеря крови оказалась слишком большой. Ну всего лишь несколько ран, подумаешь. Но телом я сейчас была все той же маленькой девочкой. В голове метались страшные мысли о том, выберусь ли я, выживу ли - от мысли к мысли. Но силы уходили куда быстрее. И я смогла лишь доползти до своего укромного темного уголка, и, зажав между ног окровавленную биту, словно спасительную волшебную палочку, меня вырубило примерно на полчаса.
  
  
  //час 8й, 16.45//
  
  "Деяниями своими правя,
  Один осколок может освободить Дух,
  Дав возможность Ему вновь творить,
  Замысел древний закончить, иль его запретить"
  
  Полчаса спустя я пришла в себя лежа на левом боку, прижавшись щекой к холодному мраморному полу. Все внутри было словно промерзшим, словно меня только-только вынули из холодильника и уже готовились положить в микроволновку разогреваться. Черт, еще это жуткое зудящее чувство пониже живота. Если так подумать, я с начала дня еще ни разу не сходила по меньшей нужде, но теперь это чувство неотвратимо настигло меня. Как-никак, телом я - человек. Обычный и смертный.
  Но ровно также мне было чисто по-человечески страшно. Дико страшно. Выйти, посмотреть, где я, сколько времени прошло. Что вообще, к черту, произошло. Холодно и страшно. Страшно. Мне было страшно.
  Я устала и была готова расплакаться. Мир, в котором не было возможности убежать от тех, кто гнался за тобой лишь потому, что ты им зачем-то нужна. Мир, в котором нет отдыха усталым, нет возможности сделать очередной вздох и вырваться из этого кошмара. Бежать... Просто убежать. И действительно - я ужасно устала, ослабла, ведь лишь на миг опасности моторчик внутри придавал сил, но позже он отнимал их в куда большем объеме.
  Пошарив рукой вдоль косяка двери, я нащупала выключатель и включила единственную лампу в ржавой висячей люстре-блюдце. Потолки были высокие, а шкафчики с ведрами и швабрами уродски-кривыми. В дальнем углу этой каморки я сделала то, что мне так хотелось. Уж извините, но описывать это я не буду. Не принято как-то это. Зато замечу - раны мои подзатянулись и больше не кровоточили. Осколки стекла, которые пронзили меня раньше, валялись на полу, обмазанные моей высохшей кровью. Я вновь села в другом углу, чуть ближе к двери и скорчила кислую рожу. Это регенерация?
  Что-то звякнуло - за рукав зацепился тот самый символ, который я отобрала у нападавших. Приглядевшись к нему, я зажала его между тремя пальцами левой руки так, чтобы он мог коснуться кончиком того символа, что вырезался у меня на запястье. Опять возникло жжение, и я прикусила губу, но не убрала его. И символ засветился желтоватым светом, словно раскалился, как будто его температура скакнула раз в десять вверх. Мои глаза округлились, и я поднялась на ноги, чуть шевеля пальцами, буквально ощущая энергию, которая циркулировала сейчас в моей руке. Чувствуя, как эта энергия закручивается на моей ладони, я поднесла ее к мои ранам. Затем двумя пальцами коснулась больных мест. Энергия теплым потоком вошла под кожу, и жжение разошлось уже там. Несколько секунд было противно и чуть больно. Хотелось расчесать это место, было жуткое раздражение. Но секунды спустя раны продолжили затягиваться, а кровь сама по себе осыпаться с кожи. Обалдеть!
  Эта энергия жжения... Я заставила ее проникнуть ко мне под кожу сотней маленький ниточек-иголочек и "починить" поврежденные ткани. Фокус замысловатый, но просто чудотворный. Я была сама от себя в шоке. Это как раз из тех случаев, когда еще раз специально повторить фиг получится... Уж извините меня за просторечные выражения. Я была на эмоциях.
  Но эмоции нужно было унять ровно так же, как нужно было выбираться из этого проклятого места... и пространства. Ведь то, что меня насильственным образом переместили в другой Слой, даже не было сомнения. Спросите, с чего это я взяла? Вы просто никогда этого не ощущали, хотя, возможно, чувствовали нечто подобное, во снах, например. Оглянитесь вокруг - вы чувствуете температуру воздуха вокруг, вы дышите, чувствуете поверхность, на которой стоите или сидите. А теперь представьте, что все эти чувства меняются. То есть, вы чувствуете, что стоите или сидите, но это чувство совершенно другое, чем то, каким оно было раньше. Вы по-другому видите, слышите, даже дышите. Одежда на мне так же чуть изменилась, как будто под "рамки" этого Слоя - стала какой-то серой, чуть удлинилась, но теперь она хотя бы целая. Теперь на мне был какой-то недо-плащик с длинными рукавами и ремнем-застежкой на воротнике.
  Спрятав нос за воротником, я подобрала биту и совсем чуть-чуть приоткрыла дверь. Взгляду открылся черный темный коридор, уходящий вглубь здания. Стены были покрыты старыми трещинами, известка местами осыпалась, на полу была вековая пыль. Оставалось надеяться, что с мамой все в порядке, и она осталась в родном Слое не тронутой. Я сжала крепче биту от яростной мысли: ублюдки, не трогайте родственников - это касается только меня... и вас. Я абсолютно трезво понимала, что мне предстоит стать чем-то большим, чем человек. Мне нужно полностью выйти за рамки понимания, чтобы стать такой же... нет! Сильнее, чем они.
  И сейчас я не могла себе позволить бояться, хотя меня и пробивала жуткая дрожь, ноги кое-как держали меня, а мое оружие то и дело покачивалось в стороны. Да, мне было очень страшно, но я была непоколебима. Иначе - все, мне крышка. И потому я ловко юркнула из двери к противоположной стене, согнувшись почти напополам. Осмотревшись, я поняла, что поступила опрометчиво - в мою сторону направлялась некая фигура странной качающейся походкой. Приближался этот некто довольно быстро, а потому я скрылась за каким-то выступом, кажется это свая, на котором держится здание. Я зажалась в самый угол и прижала к себе биту, губами почувствовав ее холод. Звук приближающихся шагов становился все громче, и чем громче он становился, тем тше я дышала. Казалось, я уже вдавливаюсь в стену. Волна холода пролетела по телу, ноги на секунду стали ватными, и я поняла - если сейчас не сдвинусь с места, просто упаду на колени. И в этот момент показалось это - ходячий труп непонятного пола, абсолютно голый, иссушенный как мумия, какими-то отростками на руках и ногах.
  Он размеренно топал в ту сторону, откуда я ворвалась в это здание. В руках его была какая-то ржавая труба, и кусок какого-то окровавленного тельца... кажется кошки, вернее совсем котенка. От этого я только и могла, что надрывисто вздохнуть и ахнуть, чем чуть не выдала себя. Все это время мне было чертовски страшно, но страх - наркотик сознания, но также он может быть и своеобразным тонизирующим средством. Все мои чувства были на пределе возможностей, мир вокруг казался таким медленным. Представляю себе, какое в тот момент у меня было лицо. Я сделала шаг и со всего размаха ударила битой этой твари по голове. Послышался звук наподобие того, как рвется ткань, и хруст с которым ломаются кости и суставы. Я вложила в этот удар всю свою силу, чтобы уж наверняка, но как оказалось и этого было мало - тварь выронила бедную тушку, чуть пошаталась в стороны, но потеря гнилой головы ей не помешала. Тварь сразу кинулась на меня. Я помню, как издала короткий крик, который разлетелся эхом по коридору, а затем почувствовала, как труп тянет ко мне свои прогнившие руки. Не найдя ничего лучше, чем пнуть его в живот, я отскочила на шаг назад и от безвыходности заскрипела зубами. Все остальные противники были живыми и ощущали боль от моих ударов. Это же был другого сорта противник. Но... если так подумать, ничто не сможет двигаться, если сломать ему пару-тройку "важных" костей. И я решила пойти на изощренную, по моим меркам, хитрость.
  Я решила обмануть труп.
  Сделав шаг к нему, я позволила кинуться на меня вновь, ведь разума у твари так же не было, как и чувств, а это и оказалось его слабой стороной. Когда он своим непонятным чувством вновь заметил меня, он подался вперед, размахивая руками, но я юркнула под его рукой и оказалась за его спиной...
  Лена, знакомься - это открытая спина ходячего трупа, спина, знакомься - это бита Лены... На! Тебе по хребту!
  Вновь раздался противный хлюпающе-трескающийся звук, и тварь свалилась на пол, чуть шевеля руками. А я, что есть мочи, кинулась прочь по коридору, все дальше уходя от главного входа в здание. Забежав в один из офисов, я вновь затаилась в углу, под столом, прислушиваясь к тишине этого мрачного здания. Я боялась того, что крикнула, и голос мой должен был далеко разойтись по коридорам. Мало ли что еще может прийти на него.
  И как в воду глядела - пять минут спустя я услышала, как раздались тихие звуки клыков по полу и глухое утробное рычание. Боже, это же собаки! Я глянула через щелку под столом в коридор, где на мгновение появилась та самая собака - большая, мерзкая и столь же живая, как и предыдущий мой знакомый. Единственный целый глаз светился бледно-красным светом и весь ее вид, мягко говоря, выдавал ее не очень доброжелательные намерения. Наверное, меня опять спасло то, что у этой мертвечины почти полностью отсутствуют чувства, обычная собака давно бы меня почуяла. Секунды спустя пес ушел, а я, оставаясь настороже, задумалась, как же мне быть.
  На улицу, пожалуй, самоубийственно выходить, либо не принесет никакого эффекта. Я глянула за окна офиса - там была лишь тьма, словно все за этим зданием окутывал непроглядный черный туман. Разбить стекло, и, даже если получится, вылезти наружу? Что-то мне очень не хотелось этого делать. Интуиция подсказывала, что со мной ведут очень нехорошую игру, гоняются, как за мышкой. Вернее поместили мышку в лабиринт и решили проверить, выйдет ли. Из этого я сделала логичный вывод, что вход в лабиринт - главный вход в здание, в который я так удачно влетела. Здание направлено десятью этажами вверх, а значит... выход на крыше.
  Я усмехнулась. Бред? Хм, а почему бы и нет? Выбора-то особо все равно нет. Надо продвигаться дальше.
  Подождав, пока мертвая псина уберется подальше, я вновь выглянула в коридор, но на этот раз, оглядевшись в обе стороны. А то, может, собака берет с меня пример и будет атаковать из-за угла. Но нет, на удивление, все было тихо и спокойно. Я вооружилась битой, словно та была неким подобием меча, отвела ее чуть в сторону, чтобы при любом удобном случае осыпать противника градом сокрушительных ударов, и засеменила в сторону лифтов.
  Каждый поворот давался мне через определенное усилие - я заставляла саму себя заглянуть туда, поборов чувство, что оттуда сразу же выпрыгнет очередной труп и начнет пожирать меня. От одних таких мыслей, меня передергивало, и я старалась гнать их подальше из головы. Но вот за очередным поворотом, наконец, показался лифт, но вместе с ним и очередной труп, стоявший у открытых дверей и что-то выглядывающий в шахте лифта. Картина эта была странная, но мне сейчас было не до шуток. Разбежавшись, я со всей силы ударила его ногой в спину с прыжка. Бедный труп даже не успел оглянуться - так и полетел вниз. И только тогда я поняла, что этот труп был... каким-то не таким. Более крупным что ли. Ну и ладно - всем им дорога обратно в ад. Ударившись о противоположную стену шахты, он улетел куда-то далеко вниз, словно под нами был еще не один подземный этаж.
  Фонариком, которым я разжилась еще перед тем, как меня вырубило в коморке, я подсветила шахту - ничего не видно, ровным счетом ничего. Казалось, что шахта была бездонной и, кажется, вырытой снизу, словно это был огромный подкоп. Также мне показалось, что я слышу какой-то шорох в глубине, а чуть позже по стенкам пробежала легкая дрожь и словно волной пронеслись тени. Я ипуганно отскочила от входа в шахту и заметила старую-старую вывеску у кнопки вызова: "Лифт ходит только с 3го этажа!" Хм, Слой другой, а характерные черты моей родной страны на лицо - построено надежно, но по-дебильному. С другой стороны, это значило, что мне нужно добраться лишь до третьего этажа, а дальше, если повезет, на лифте. Никакого подвоха в этом плане я не видела.
  Вот только дверь на лестничную площадку была завалена с другой стороны, что значило - мне придется вернуться по коридору к другому крылу. А там ведь бродит эта собака... Стоп! А собака это через что сюда вообще попала. Я, конечно, понимаю, где очутилась, но хоть какие-то правила логики здесь действовать должны! Оглядевшись, я прошлась вдоль боковых офисов, заглядывая с фонариком в каждую дверь через стекло. Шла я очень аккуратно и как можно тише, чтобы еще собак не собрать, да и чтобы приближение противника услышать.
  В офисах творился жуткий беспорядок. Луч от фонарика скользил по столам и пыльным тумбочкам, отражаясь белыми бликами в осколках разбитых стекол от шкафчиков и кое-где осыпавшегося кафеля. Это место было огромной могилой, кладбищем, где когда-то произошло что-то. Что-то ужасное. Что-то, что убило все вокруг, возможно, что поглотило весь этот Слой, так похожий на мой родной. Страх навеивала та мысль, что, а вдруг, с моим случится нечто похожее. Из-за меня или моих действий. Что такого в моей душе и что это за метка такая.
  Я глянула на символ, болтающийся на цепочке, намотанной у меня на руке. Возможно ли такое, чтобы кто-то помог мне? И я вспомнила ту встречу в подъезде моих подруг, когда меня окружило двое мужчин, которые смотрели друг на друга как соперники. Это были явно важные шишки, а значит дело плохо, раз за мной такие ребята пришли. Да и кто они вообще? То, что за мной представители каких-то Орденов гоняются - еще ничего не объясняет толком. Да и как много у них власти, раз они такое (я оглянулась и еще раз осмотрела черные стены здания) творить могут.
  Вокруг все так же было тихо, лишь пыль под моими ногами чуть хрустела. Проходя между дверьми, я смотрела на трещины на стенах. Здания тоже хранят память. Вернее, стены в зданиях. Это такая своеобразная индустриальная память поколений. Трещины, дырки от пуль, следы от ремонта - любое мало-мальски приличное здание всегда может чем-то таким похвастаться. Трещины же этих коридоров говорили, что все здесь мертво уже который год. Наверное, так выглядит мир без живых людей, а я впервые за долгое время ступаю по здешней пыли. Я посмотрела на найденный фонарик - чуть помятый, но ржавчиной не пошел... Да и к чему бы - он алюминиевый... вроде. Я в металлах не разбираюсь. Хорошо, что хоть батарейки работают. Хотя, опять же - надолго ли?..
  Долго об этом рассуждать не пришлось - я нашла комнату, в которой был проломлен потолок. Со второго этажа свисали осколки паркета, какие-то загнутые трубы и металлические стержни, а так же полузглоданный скелет. Я нервно проглотила ком в горле - кажется, нашла. Аккуратно открыв дверь, я осторожно начала проходить внутрь, поглядывая по сторонам, напрягая все органы чувств. Обходя столы, я обогнула комнату полукругом и уже поглядывала, как бы забраться наверх поудобнее, как свет фонарика скользнул по столам к некой простейшей постройке из паркета, столов и крышек стульев. Я замерла. Это была будка. Собачья будка, построенная самими собаками - их логово. И оттуда тут же показались красные глаза очередной псины.
  Она злобно зарычала, выглядывая из своей берлоги, мертвыми глазками пробежалась по столам и заметила на стене блюдце света от фонарика. Недолго думая, собака заинтересованно подпрыгнула к этому блюдцу, но свет тут же накрыл ее. Собака тупо посмотрела на отбрасываемую собой тень, а затем перевела взгляд на фонарик... который уже уютно располагался на столах сбоку, подпертый стулом, а я аккуратно, как могла, карабкалась вверх по загромождению.
  Пока мертвая псина изучала новую вещь, я, ломая ногти, надрывалась и поднималась. Но как всегда я не учла одну деталь. Когда я поравнялась с тем трупом, что свисал со второго этажа, его рука вцепилась мне в правую руку, неживая голова скелета поднялась, и начала что-то... хрипеть. От страха у меня потемнело в глазах, и я с криком вырвала руку. С моей рукой вырвалась и костяная ветхая рука трупа, зато собака моментально переключилась с фонарика на меня и тут же кинулась мне в след. Пара мертвых лап оттолкнула ее от земли со скоростью реактивного снаряда, по крайней мере, так показалось мне, а из клыкастой пасти вырвался черный дым.
  И тут же она встретилась с подошвой моего ботинка. Я лягнула ее не больно, зато оттолкнула назад на первый этаж и получила импульс для рывка. Забравшись на второй этаж, я, не замечая, что к руке моей прицепилась рука скелета, кинулась к ближайшему шкафу и начала его усиленно раскачивать, чтобы уронить на собаку. Но я была девушкой, и даже не смотря на все мои "пробудившиеся" способности, силы физической во мне было не так много. Собака тем временем нервно поводила мордой и вновь прыгнула на меня, как можно шире раздвинув свою жуткую вонючую пасть.
  - Да падай же ты!!!- Из последних сил пискнула я, и в тот момент, когда между мной и псом было не больше метра, его пасть встретилась с не очень вкусной полкой упавшего шкафа.
  Послышался звук ломающегося стекла и хруст позвонков псины, улетевшей опять вниз. Не уверена, что это ее прибило, но очень хотелось бы в это верить. Упавший шкаф же напрочь заблокировал проход вниз, что значило - ни я не сбегу, ни мертвечина с первого этажа сюда не проберется.
  Когда пыль наконец улеглась и я откашлялась, я поняла, что нахожусь в небольшой каморке, где проявляли фотоснимки. Плохой новостью было то, что так полюбившаяся мне уже бита улетела при всем этом на первый этаж. Я с горечью взвыла, поглядывая на упавший шкаф. Ну... что поделать. Откинув от себя противную костлявую руку назад в успокоившийся труп, которому упавший шкаф снес голову, я выудила из кармана нож, повертела его, взвесила в руке и взяла лезвием вниз, обратным хватом. Оглядевшись, я не нашла ничего полезного и прикинула, что же мне делать дальше.
  Итак, я не так далеко ушла от лестничной площадки, а рядом с ней шахта лифта. Это значит, мне осталось немного пройти по коридору, свернуть на лестницу, оттуда на четвертый этаж и в лифт.
  Звучало не так сложно, но вот только что еще за сюрпризы мне готовит это место?
  В раковине в углу капала чистая (по запаху) вода, я поставила пол нее отбитые пальцы. Подсвечивать я теперь могла себе только сотовым, а потому видно было плохо. Кажется, в воде было что-то намешано - ранки сразу защипало, и я искривилась от противной точечной боли. Как жаль, что сейчас при мне нет никаких перчаток.
  Минуты спустя, я тяжело вздохнула и решила сделать последний рывок к выходу - пробежаться по коридору к лестнице. Осталось не так много и меня не интересовало то, что дверь может быть так же завалена, что на пути могут встретиться враги, что лифт вообще может оказаться нерабочим (хотя и тусклый свет в той каморке каким-то образом включился). Нет, что вы, мне хотелось лишь выбраться оттуда - надежда, как известно, последней умирает. И все остальное сейчас мне было глубоко безразлично.
  Вырвавшись из той комнаты, я оказалась в таком же, как и на первому этаже, коридоре, их различали лишь разная планировка самих комнат и офисов. Мельком глянув в темноту, не убирая нож, я рванула в сторону лестницы, не задумываясь о какой-либо безопасности и тишине...
  И как оказалось - зря.
  Пульс бил в вески, ноги лихорадочно несли меня в практически непроглядной тьме - стоило вытянуть руку и кончиков пальцев уже не видно. А ведь, по сути, я вообще ничего видеть не должна. Что это: закон нового Слоя или моя новая особенность? Я была стрелой, мчавшейся по коридору, я молнией вырвалась из комнаты, но уже мгновения спустя за мной раздался звук... крыльев, рассекающих застоявшийся воздух коридора. В глаза брызнули слезы - от безысходности, от чувства настигающей меня опасности. И тут же меня что-то подхватило за одежду, подкинуло в воздух и чьи-то острые когти вонзились в мое тело.
  Я дико закричала, пытаясь хоть как-то сориентироваться в пространстве, но пола под ногами не было, а кровь начала струиться по цепким лапам твари, что, судя по довольному хрюканью, доставляло ей дикое удовольствие. Мы несколько раз ударились о стены (или это был потолок с полом - я не могла разобрать точно), что позволило мне хоть чуть-чуть освободить руку с ножом. Тварь издала какой-то рокочущий звук и начала кружиться в разные стороны, но я так впилась руками в нож, что уже боялась сломать его рукоять. А поскольку лезвие и так было направлено вниз, я крутанулась телом и вонзила его твари в лапу. Хватка чуть ослабла, и я решила повторить попытку, но меня еще раз тряхнуло, и я чуть не выронила нож. Тварь не унималась и снова попыталась схватить меня одной лапой. Почувствовав, ее движение, я чуть подтянулась, а затем качнулась вниз, слегка ударившись об пол. Лапа твари просвистела над головой - еще бы пара сантиметров и она бы мне в ухо когтями угодила. Мысленно выдохнув, я воткнула нож прямо в грудь летающей мертвечине в районе сердца, проворачивая его в ране и ведя вдоль линии ребер. На меня брызнул поток черной вонючей крови. Это было настолько невыносимо, что меня чуть не стошнило.
  Оставалось надеяться, что этой твари тоже было не сладко... Если это вообще было возможно.
  Мы сделали еще одну бочку в воздухе и затем резко свернули в сторону, а затем наверх, и я поняла - мы в шахте лифта. На секунды я разглядела стоящий наверху лифт. Как оказалось, на верхних этажах тускло горят фонари, поочередно мерцая в окружении проржавевших балок. Лавируя на кожистых крыльях меня нес непонятного вида труп, похожий на тех, что я уже встречала. У этого не было нижней челюсти и глаз, зато руки, как полагалось жуткому трупу из фильмов ужасов, были с острыми когтями. Не знаю .кем он был при жизни, но явно - не человеком!
  Теряться было некогда. Собрав последние силы, я вырвала окровавленную левую руку и схватилась за черепушку трупа, держась за пустые глазницы. Мертвец тут же начал снова кидаться в стороны и резко махать крыльями. Мы быстро приближались к лифту и такими темпами уже могли врезаться в него, разбившись в лепешки.
  - Покойся в мирах.- Прошипела я, вонзая в него нож, не чтобы повредить, а чтобы удержаться на весу.
  Левой же рукой, я подтянула к запястью тот символ и коснулась его кончиком знака на руке. Моментально нити энергии закружились в ладони. Кажется, опасность вновь придала с адреналином остроту восприятия. С жутким рыком, я ударила левой рукой в эту тварь, но не кулаком, а самим символом, высвобождая накопленную энергию в гнилое тельце противника. Было такое чувство, что нити сами по себе моментально размотались из аккуратно собранного клубка, они пробежались в теле противника, причиняя ему этим жуткую боль. Именно боль - мертвеца били конвульсии, словно он вновь ожил. Нити обмотались вокруг лезвия ножа и секундой спустя, когда я почувствовала, что они пронзили его насквозь, ногами оттолкнулась в сторону, спиной пробивая полуоткрытую дверь в шахту, влетая на третий этаж, довольно сильно повредив левую руку. Наверное, вывих.
  Полуразрезанный мертвец сделал в воздухе еще пару попыток удержаться, но, как я это успела заметила, со всей силы инерции гнилой лепешкой разбился об дно лифта и вниз полетели лишь его разрезанные крылья, пролетая мимо того входа, куда я довольно удачно влетела.
  Я тяжело дышала, кашляла, подтягивая к себе уже заветные нож и символ. Я вся была в крови, грязная, оборванная, да и вообще, представляла собой далеко не прекрасную картину. Я ослабевала с каждой минутой, ноги почти не держали меня, но и сейчас расслабляться было некогда.
  - Я уже заждалась тебя, деточка.- Вместе с этим женским голосом я услышала, как мне аплодируют. Подняв голову, я одним глазом увидела высокую женщину, стоящую в тени... Нет, это тени стояли вокруг нее - клубились, словно любовники льнули к ее рукам и ногам. Они были ее рабами, а она была их радостно хозяйкой. При всем этом она была одета в свободное платье с большими вырезами, ее чуть вьющиеся черные волосы элегантно ложились на плечи, что добавляло ее образу некий своеобразный мрачный шарм. Плюс к этому эта странная женщина игриво прикусывала указательный палец, не опасаясь, что испортит черный маникюр. В правой руке она держала некий жезл, то ли из металла, то ли из дерева, украшенный резьбой и огранкой с позолотой. И ее глаза словно горели в темноте. Подобно газам тех трупов... Она поднесла жезл к подбородку и тихо засмеялась.- Если честно, ты меня даже удивила! Ты сама чему-то уже научилась, что-то уже поняла... Наверное, не каждый на твоем месте смог бы так быстро оседлать такую силу. Поэтому - мои аплодисменты.- Она даже сделала небольшой элегантный реверанс... всем своим видом она показывала, чтло смеется надо мной. Сразу же, словно в подтверждение моих мыслей, взгляд е стал холодным и жестоким.- Однако ты оказалась более склонной не к тому ордену. Что за беда - я так хотела побольше позабавиться с тобой, поласкать тебя в более приятной обстановке...- Она жалостливо вздохнула, чуть лизнув жезл.- Но наш орден просто не может отдать тебя кому-либо еще или оставить в этом Слое на съедение Ордену Нежизни.
  Она усмехнулась, поддернув свой нос, а я прикусила нижнюю губу, чтобы клокочущая ярость во мне помогла встать.
  - Ты из Темного Хаоса?- Спросила я, пытаясь потянуть время, заставляя свое тело подняться. Черт! Болело просто все! Бедная левая рука просто отваливалась от многочисленных ударов и падений.
  - Ого! Ты уже знаешь о нас.- На мгновение удивилась женщина, но тут же вновь приняла свой скучающе-насмешливый вид.- Ну конечно, ты же так никого и не убила, пока убегала по расставленными нами ловушками. И сама же попалась собственных человеческих чувствах.- Она чуть наклонилась ко мне.- Ты на много слабее нас, хоть и так вышло, что ты можешь чувствовать Минотавра. Ты уж прости меня, негодную, но эта способность малого стоит, пока ты...- Она на пару секунд задумалась.- Ничего не умеешь - скажем так. Ты же даже ничего не поймешь, если я нашими обычными терминами выражаться стану.
  - Значит, я обязана принять ваши правила игры?- Прохрипела я, делая вид, что разминаю правое плечо. Кровь затекла в левый глаз, но в принципе сейчас это была не беда. Я еще могу победить. Мой взгляд скользнул в сторону. Коридор большой в отличие от тех, что были ниже, дверь на лестницу была чуть левее. Проблема была лишь в этой тетке. Тени были ее слугами - она вызывала их отовсюду и пляшущие аморфные тела окружали нас, заключая в своеобразную арену. Значит, у меня есть несколько шансов на победу, но один промах и...
  - Ты как-то поздно это поняла.- Вновь усмехнулась тем временем она, взмахнув своим жезлом.- Неужели, ты еще и тупая такая? Не ожидала, честно.- Она сделала грустный вид. Артистичная, сучка.- Тебе надо было давно принять наши правила - глядишь, может, победить смогла бы...
  - Ради вас же не принимала.- Прошептала я, сильно нахмурившись.
  - Что?!- Приподняла одну бровь она, снижая бдительность.
  И в следующий момент я выкинула правую руку с такой скоростью, что могла бы даже саму себя удивить. Это был один удар - точный и четкий. И бил он прицельно - в шею. Я собрала всю свою духовную силу, напрягла все свои чувства. Я в тот момент была машиной, мной двигал инстинкт убийцы, безжалостный инстинкт, который твердил: либо ты - либо тебя. Повинуясь своим возникающим знаниям, я сделала самый сильный удар, на который только была способна... И упала без сознания - просто вонзила на половину лезвия нож в пол! Тело отказывало двигаться, я почти не могла ходить. Заревев, как дикий бешеный зверь, я просто кинулась на нее, подхватив на ходу нож и просто начала избивать, размахивая ножом и кулаками.
  - Слугиии...- Хрипела она, прикрываясь свободной рукой, а руку с жезлом подняла как можно выше. Из жезла тут в разные стороны рванулись нити из черных теней, царапая пол, отрезая куски от стен - они были подобны лучам смерти, которые призывали ее слуг, теней на помощь в схватке.
  Вокруг меня начало образовываться плотное кольцо из тварей самого разного вида: аморфные, рогатые, клыкастые. А я все продолжала избивать ее. Она пыталась управлять ими, резать меня этими черными нитями, но я не останавливалась. Ее твари откусывали от меня кусочки тела, доставляли мне невообразимую боль, но я безостановочно наносила удар за ударом. На этот раз я потерялась в собственной ярости. Я делала вид, что уворачиваюсь от ее тварей, а на самом деле била ее. И это я отрезала от нее кусочки. А чуть позже она начала кричать, просто уже отмахиваться руками, но ничего не помогало. И когда она уже не могла двигаться, я все равно избивала ее хорошенькое личико, пока не вбила ей нос в голову. Затем, посмотрев устало на свои окровавленные руки, я собрала нож, спрятала его в укромное место на куртке.
  А затем я улыбнулась.
  Радостно и... невинно - я победила, но у меня уже не было сил больше ни на что. Судя по тому, что могла делать эта тетка, она вызвала ту волну теней и вряд ли взяла сюда еще помощников, чтобы расправиться с такой "легкой" целью, как я.
  Не помню уже точно, что и как было дальше. Но спустя довольно много времени, я подтащила ее тело к шахте лифта, держа ее за волосы. Когда мы оказались у самого входа, она начала как-то сопеть и кашлять. Черт, да что же это, этих гадов ничего не берет. Отрезать голову? Ножом?! Нет уж, я на такое пока не способна. Я усмехнулась своим мыслям - пока не способна.
  Лифт, как я и мечтала, работал, но подниматься на нем я не рискнула. Вместо этого я придумала кое-что более изощренное для этой тетки-извращенки. Я сбросила ее тело вниз. Поглядев ей вслед, я удостоверилась, что она улетела далеко вслед за тем мертвецом, которого я столкнула на первом этаже. Затем, я поднялась по лестнице на два этажа выше и с помощью символа и своих способностей, буквально пережгла стальной трос, держащий кабину лифта. Тот сразу же рухнул вниз. Я очень надеялась, что это стало ее окончательной могилой или, по крайней мере, местом заточения. Ее странный жезл я взяла с собой и выкинула с крыши подальше в чернейшую тьму. Вот и все.
  А, ну да! Стоит добавить, что до крыши я добралась довольно благополучно, не учитывая то, что мне пришлось подниматься пешком. Это заняло у меня довольно много времени и сил, но я справилась.
  Вывалившись на холодную черную площадку на вершине здания, я просто легла прямо посередине и закрыла глаза, вслушиваясь в звенящую тишину - здесь даже не дул ветер, словно все под черным непроницаемым куполом. Я лежала с зажатым символом в одной руке и ножом (на всякий случай) в другой, хотя если сейчас на меня еще кто-нибудь нападет, я уже просто не в силах буду отбиться. Моя карта бита.
  И тут я почувствовала вновь - Волна приближается. Я улыбнулась и потерялась в небытии, четко осознавая то, что меня вынесет в родной Слой, как человека на берег, ведь я еще телом принадлежу ему, я родилась в нем.
  Проваливаясь в бессознательное состояние, я задумалась о том, какой сон мне снился. Меня настиг тот самый тигр - целая волна самоуверенности и различных сверхъестественных трюков разбились об меня, как волна разбивается об гору. А они ведь, наверное, называют себя непобедимыми магами... или еще как-нибудь пафосно и безвкусно. Они лишь не учли того, что когда загнан человек, он становится загнанным зверем. Что мне их фокусы, когда я ножом и приемами самообороны могу их просто избить до смерти. Они могли меня ослабить, но поблажек мне никто давать не собирался, никто не думал давать мне отдохнуть.
  Как это поется - "нет отдыха ослабшим".
  Я смогла, я справилась...
  Я...
  
  
  //час 9й - 19.00//
  
  "Вернется ли мир на круги своя,
  Иль замысел свой некто сотворит.
  Что бы ни было в конце, завещали Девятеро:
  То, что завершит мир вернет его в Стихию."
  
  Я очнулась оттого, что кто-то теребил меня за рукав оборванной кофты. Боже, как же было чудесно вернуться в свой Слой, даже не смотря на то, что мое лицо яростно хлестал осенний ливень. Уже стемнело, но из-за дождя не было видно ни звезд, ни луны. Так значит уже часов семь вечера. Я облегченно вздохнула и чуть улыбнулась. День беготни и шпионских игр близился к концу. Но все ли закончилось?
  Чуть повернув голову, я увидела некого молодого человека сидевшего на корточках рядом, растерянно глядя на меня сверху вниз. Был он ни урод, ни красавец, просто такой с немного угловатым подбородком, растрепанными темными волосами, переплетенные с какими-то странными средневековыми косичками. Цвет глаз не особо хорошо можно было разглядеть в темноте наступившего вечера, но кажется, в них смешался карий и зеленый. Он был в каких-то странных деревянных сланцах, такой же странной одежде, словно ее шили от руки или украли из исторического музея. Всю эту странную картину дополнял еще и японский меч на поясе, перевернутый в ножнах лезвием вверх. Он смотрел на меня как-то непонимающе, но одновременно с интересом, словно доктор осматривал пациента.
  - Ты еще кто?- Сделала я кислую рожу. Слишком уж усталость была велика.
  - Мда.- Последовал он моему примеру, скорчив обескураженное лицо.- А я уж думал, ты концы отдала. Гляди.- Он поднял над моими глазами левую ладонь, но вместо того, чтобы ударить, показал на внутренней стороне такой же знак, какой был у меня на запястье. Мои глаза округлились сами по себе. Обалдеть... Неужели союзник? Вот теперь он чуть улыбнулся.- Сесть хоть можешь?
  - Попробуем...
  Я попыталась сесть, даже приняла его руку помощи. Тело ломило, болело практически все, вплоть до ягодиц и... гм... промежности. Плюс к этому - я промокла до нитки, меня почти сразу начал бить озноб и я кое-как поковыляла к выходу с крыши. Парень накрыл меня своей курточкой из какой-то шкуры. Дождь был для него не преградой. Я глянула мимоходом на его руки - они были все в шрамах от многочисленных порезов. Сам по себе парень оказался не таким уж мускулистым, зато довольно жилистым - было видно, как мышцы сжимались и двигались под кожей. Было понятно, что, не смотря на то, что он словно из средневековья вынырнул, он точно умел обращаться с той штукой, что висела у него на поясе. Он же на меня практически не глядел, лишь озирался вокруг. Ну... не удивительно, учитывая то, через что я уже прошла...
  Добежав до какой-то двери в углу площадки, я, наконец, поняла своим промерзшим мозгом, что я до сих пор нахожусь на крыше, но уже в "реальном" мире, откуда меня так бестактно вытащили. Очень жаль, что с возвращением в реальность мне еще не вернули и мою привычную жизнь.
  - Могу поспорить, ты сейчас думаешь о чем-то типа того, что ты хочешь перевыбрать таблетку.- Усмехнулся он на ходу. Ух, ты, он осведомлен о современных фильмах! Не такой уж он и "средневековый". Он тут же усмехнулся и искоса глянул на меня.- Ты еще не знаешь, но по Нитям можно определить поток мыслей, они ведь через душу пробегают. Орден Нитей Мысли может и не такое, с ними лучше не связываться - опасные ребята, непонятные.
  - Ты вернул меня?- Прохрипела я, прислоняясь к стене в темноватом коридоре, ведущим с крыши. Тускло светила и противно моргала одна флуоресцентная лампа, что в изобилии можно встретить в школах и спортзалах. Зато тут было сухо, и не донимал дождь. Капельки воды стекали по моим волосам и носу и разбивались на полу в маленькие лужицы. Я шмыгала носом, укрываясь в куртку этого парня, а тот осторожно поглядывал на крышу, чуть прикрыв дверь.
  - Ммм... не совсем.- Изрек он после некоторой паузы и лишь потом обеспокоенно глянул на меня.- Как бы тебе... В общем, ты скользнула меж Слоями сама, но я тебя... типа, выловил. А то ты так бы и осталась в Слое Теней... Мы то место Кситионом называем.- Он махнул мне рукой, чуть качнув головой, показывая, что не любит этот самый Кситион.- Глубь Теней, место довольно опасное, особенно для неопытных.- Он окончательно закрыл дверь и спокойно выдохнул, вновь взглянув на меня.- Они хотели тебя кинуть куда-нибудь от всех подальше, чтобы выиграть время. И у них это, в общем-то, получилось!- Он усмехнулся, отведя голову в сторону.- Но ты все равно оказалась им не по зубам. Как ты сделала это?
  - Не помню.- Грустно сказала я, опустив голову, почти закрыв глаза. Я сползла по стене вниз, обхватывая ноги в рваных джинсах.
  - Как?- Был ошарашен он.
  - Так.- Грустно пожала плечами я.- Я не помню, как это все делать, как я этого добилась. Раньше я думала, что я - что-то большее, чем человек. Сверхчеловек. Но знания и умения мне подарили. Вся эта сила, которой я могла повелевать... ее дал мне Минотавр, тот самый камешек, который я могла изредка видеть через короткие ведения...- Теперь усмехнулась я.- Бредово звучит, блин... Но я просто знала как действовать, что делать, как двигаться...- Я сделала паузу, зарывшись в куртку и сказала уже оттуда.- А теперь не знаю. И теперь по-настоящему страшно.
  - Ты просто мыслишь все еще как человек, принадлежащий этому Слою.- Дружелюбно улыбнулся он, присев рядом на корточки, положив на мое плечо руку. Я немного высунула голову, посмотрела на него одним глазом. Он понимающе кивнул и сам откинулся к стенке.- Теперь можешь чуть расслабиться - они могут проникать в этот Слой только через Волну, а ее еще долго не будет.
  - Никогда нельзя расслабляться.- Буркнула я тихо.
  - Это верно.- Кивнул он и встал, подавая мне руку.- Если что, меня Вадимом зовут... Хотя имя, конечно, не настоящее.- Он усмехнулся, почесав затылок.- Псевдоним как бы.
  - Ник.- Подытожила я вставая.- Меня ты знаешь, как зовут, просто наверняка...
  - Ну, я же не пророк...- Тихо вставил он, чуть подняв палец.
  - ...но раз так принято, сократим мое имя до псевдонима - Лен.- Закончила я, возвращая ему куртку.- Как мне вернуться домой?
  - Вообще-то мы на крыше твоего дома. Не узнаешь?
  - Откуда бы, я на крыше своего дома как-то никогда не была...- Я посмотрела на него снисходительно.- Вообще-то.
  - Ладно-ладно, чего ты к деталям прикапываешься.- Смутился Вадим, немного нервно посмеявшись.- Ты иди... наш учитель ждет тебя.
  - Мой дом больше не моя крепость, верно? - Я криво улыбнулась.
  - Мы не убивать тебя пришли.- Посмотрел он на меня, критикуя мое поведение. Я прошла несколько шагов к лестнице, но, услышав его слова, оглянулась и вперила в него ответный осуждающий взгляд. Он немного поежился и скрестил руки на груди.- Ну, да, день у тебя выдался тот еще и ты кое-чем отличаешься от остальных. Но за всеми приходят.- Он указал на себя руками.- За мной тоже в твоем возрасте пришли...
  - За тобой тоже психопаты гонялись, которые от тебя хотели только того, чтобы ты им нашел чего-то?- Злоба начинала закипать во мне.
  - Нет, конечно, но...- Начал, было, он.
  - Ну, вот и не надо тут мне.- Махнула я на него рукой, медленно идя, прихрамывая к лестнице.- Ты от них побегай сначала, а потом я на тебя погляжу.
  Он лишь всплеснул руками, вздохнув. Извини, я не в духе сейчас. Чувствую, парень ты не плохой, но к девушкам иногда лучше не приставать. Не хотелось бы говорить, что я в гневе хуже любого урагана, но сейчас, пройдя через такое, я была готова побить кого угодно и без тех навыков, которые мне давал мой покровитель.
  В подъезде, слава Богу, никого не было. Только собака соседей с верхнего этажа как-то нервно посмотрела на меня, сидя у запертой двери. За что же ее так... Или, может, ждет пока ее впустят. Самовыгуливающаяся собака - это круто. Но даже такие мысли не выдавили из меня улыбки. То ли чувства во мне умерли, то ли я так сильно устала. Только вот чем ближе я подходила к своей квартире, тем больше возникало чувство того, что все еще впереди.
  Вадим за мной не последовал - так и остался стоять там. Должно быть, он скользнул еще куда-нибудь или же попросту остался сторожить тот вход... Мне показалось, он был в Ордене чем-то вроде секьюрити... вернее скорее вышибалой, который из инаковерующих дух вышибает, чтобы о себе много не думали. При всем этом он был довольно спокоен на словах и не делал лишних жестов - наверное, хорошая закалка и обучение. Если вспомнить все опасные моменты, через которые я прошла, мне стоило брать у него пример.
  Решив уже не утруждаться и не перестраховываться, я позволила себе просто вызвать лифт и спуститься на нужный мне этаж. Ну, не бегать же по площадкам и выискивать стоящих в тенях ниндзь-врагов. Перед этим я достала символ, вгляделась в его очертания, повертела в руках. Затем дотронулась до знака на запястье - жгло. Даже, пожалуй, больше, чем обычно.
  А все оказалось просто: попытавшись дотянуться до Минотавра подсознательно, он вновь ускользнул от недостойного, но надолго не мог оставить душу, которая притягивала его, словно магнит, давая ей (мне) свои бесконечные силы и знания, чтобы спастись из этой передряги. Память прошлых жизней - вот что он поднял во мне. Ну, не прямо память - скорее, ощущения. Память чувств. Но теперь, когда я переходила несколько раз между Слоями, Минотавр лишь ускользнул еще дальше, а значит, оставил мне лишь мои врожденные духовные силы, перестав их блокировать своими. Хорошо, что хоть оставил их "пробужденными", а не такими, какими они были до сегодняшнего дня. И на том спасибо, мой дорогой повелитель!
  Блин...
  Я выкинула символ вражеского Ордена в мусоропровод. Подумала, как бы еще его обгадить, но не нашла ничего изобретательнее того, чтобы плюнуть вдогонку. Но это тоже было бы слишком смешно, потому, посмотрев в черную трубу, где небольшой предмет моментально исчез, я отправила туда же изорванную кофту, оставшись лишь в рваных джинсах и потной белой футболке. К черту все!
  После всех этих нехитрых операций я почувствовала кое-что. Это чувство настигло меня так же внезапно, как днем я поняла, что могу пользоваться Нитями, только это чувство было куда реальнее. Я почувствовала себя... свободной. Я остановилась на площадке и посмотрела на квартиры вокруг, затем оглянулась и почему-то посмотрела на окружающие потрескавшиеся от времени и стараний вандалов стены. За ними были люди, соседи, знакомые, друзья, которые живут в системе, играют в свои человеческие игры - любовь, измену, хвастовство, геройство. Для них это было жизнью. Для них играть друг с другом было существованием, ощущением себя разумным. Вот она, та сама машина, к которой подключены все люди. Эта машина - человеческое общество. Старая несмазанная машина, гордо зовущая себя социумом.
  Я закинула голову, раскинула руки и засмеялась - тихо, еле слышно, как могла. Я смеялась и плакала от счастья. С моих плеч словно свалился многотонный груз. Я улыбнулась и шмыгнула носом. Все эти сложности... они пробудили меня. Я больше не хочу отчаиваться, я больше не буду сворачивать со своего пути. Зажав кулак, я смотрела, как он наливается кровью, физической силой, а затем и силой моего духа, заплетая внутри клубок нитей энергии. И в тот момент я сказала кое-что, поклялась той силе, которая заплеталась во мне: я найду тебя, Минотавр! Чтобы ни случилось, найду!!!
  Я спустилась домой, не желая прикасаться к грязным стенкам лифта. Чуть качаясь, я пыталась осознать то странное чувство, что я больше не принадлежу этому Слою, словно созревшее яблоко, оторвавшееся от ветви и упавшее в воду. В отличие от яблока я могла сопротивляться течению и учиться передвигаться по нему. Я была по-настоящему живой...
  То, что квартира оказалась открытой, меня мало удивило. Нет, ну честно, после того, как они открывали складные двери, словно прожигали полиэтилен, я была рада, что дверь в мою квартиру вообще целая стоит и за ней не видно следов разбоя. Тихонько войдя, я щелкнула выключателем и включила свет в прихожей. Нет, это абсолютно странное чувство, словно сквозь меня то и дело проходит энергия... что же это? Кажется, я начала входить в правила и этой маленькой игры.
  - Где ты.- Окликнула лишь я, тяжело вздыхая.- По всему дому ходят твои Нити, так что не почувствовать их сложно.
  - Это потому, что я не хочу пугать тебя, Лена. К тому же, у тебя на квартире довольно хорошая интуитивная защита! Я удивлен.- Послышалось из глубины квартиры. Недовольно шикнув, я вспомнила, как "просто так" наговаривала слова перед уходом из квартиры. Раздумывать времени опять не было - голос послышался вновь.- Я тут.
  Покачав головой, я пошла на его голос в свою комнату. В ней было все так же, ничего даже не думало измениться. Даже кошка лежала на своем любимом месте - моем компьютерном стуле. Но даже не включая света четко было видно Бенедикта, того самого денди, которого я повстречала тогда в подъезде. У него была светящаяся аура в прямом смысле - в темноте его очертания словно чуть светились желто-рыжим сиянием. Он стоял ко мне спиной, но прекрасно меня видел и без глаз. Его Нити были настолько сильны, что я почти физически ощущала, как иду по ним и сквозь них. Но стоило только мне появиться в комнате, как он их словно подобрал - все Нити моментально скрылись в его очертаниях и передо мной вновь стоял обычный мужчина средних лет, любящий одеваться в английском стиле.
  - А я думала, демонстрация силы.- Немного приподняла бровь я.- Чего ты хочешь? Я больше не могу чувствовать Минотавр.
  - Я знаю.- Кивнул он, поворачиваясь ко мне в пол тела, пропуская мое замечание про его силу. Может, он и вправду решил мне показать, что куда сильнее всего того, с чем мне удалось встретиться, да еще и в несколько раз. А то и несколько десятков раз.- У тебя дивный вид из окна. Твоя душа нашла отличное место, где поселиться.
  - Ты так говоришь, словно я и моя душа - это вещи абсолютно разные.- Я устало опустилась на краешек высокой тумбочки у двери.
  - Ну... определение грубое, но правда в нем есть.- Бенедикт указал в меня своей тростью, которую я днем при первой нашей встрече кинула в другого мужчину.- Душа обычно рождается с телом, но иногда тело выбирается для души. Тогда человек имеет возможность знать о своих прошлых жизнях и пользоваться некими осколками их памяти.
  - Очень приятно знать, что мое тело - лишь болванка-носитель.- Усмехнулась я.- Но я-то сама тут причем?
  - Спроси маму, когда она вернется.- Чуть улыбнулся Бенедикт.- Это было решение твоих родителей сделать тебя... такой.
  Вот так. Значит, еще и мои родственники в этом замешаны. Значит, в том, что я так опережала своих сверстников, нет ничего необычного - я вспоминаю все то, что всегда знала. Интересно, все вундеркинды вот такие как я... И все изначально делалось для того, чтобы я была... вот такой.
  - Все ясно.- Лишь обронила я грустно, сдерживая слезы.- Я... создавалась, чтобы чувствовать Минотавр.
  - Не вини мать, Лена, она искренне любит тебя и этот проклятый камень здесь ни при чем.- Как-то грустно сам покачал головой Бенедикт. Ничего себе, у мистера утонченность тоже есть чувства.- Есть много вещей, которые ты пока не в состоянии понять. Наделить своего ребенка таким духом, как у тебя, считается среди Орденов большой честью, но в то же время это считается обязательством. При этом сплетении душ не ясно к какой части... к какой стихии будет относиться ребенок. К какому именно Ордену.
  - И именно в этот день можно узнать, к какому Ордену я отношусь. Да-да, я уже, блин, догадалась.- Закивала я, поднимая ладони перед собой. Вспомнился разговор с Демоном. Вспоминать его в тот момент я не хотела и не придала этому парню в тот момент особой значимости.- Дай я догадаюсь. Я к твоему Ордену отношусь, а ты его, вроде как, настоятель?
  - В точности, как ты сказала.- Улыбнулся он, оживившись и сделав небольшой поклон. Следующий его взгляд был просто пронизывающим, но вдохновленным.- Мы относимся к Ордену Алых Нитей, прожигающей силе звездного, солнечного, света и энергии.
  - Могла бы догадаться.- Немного вздохнула я, чуть сжимая кулак.- Ну, ладно, а теперь от меня ты что хочешь? Тебя Бенедиктом зовут - я помню как вы с тем мужиком "прелестно" переговаривались, словно меня и не было. Рада знакомству и все такое...- Я сама взглянула на него исподлобья.- Но теперь-то что вам надо? Если у вас больше дел нет, прошу вас свалить из моей жизни.
  - А что ты будешь дальше делать?- Пожал он плечами.
  - Нет, ну как...- Задумалась я, посмотрев в потолок. Хм, он поставил меня в тупик. Языкастый, чертяка!- Ну, есть, спать, учиться... Я не знаю! Что делают у вас там, когда такое происходит?! За мной что, теперь всегда такая охота будет?
  - Нет, что ты.- Усмехнулся он.- Минотавр окончательно и бесповоротно ускользнул от тебя, а некоторые другие Ордены рассматривали тебя лишь как своеобразную жрицу-носительницу этого камня. Никакой слежки - можешь вздохнуть спокойно. Но есть и плохие новости - тебя этим днем силой отодрали от этого Слоя. А души наши это такое дело... отодрешь - больше не приклеется.
  - Ну и выражения у вас, дяденька.- Усмехнулась я над ним, но тут же погрустнела. А ведь он прав - для меня теперь нет границ путешествий взад-вперед по миру, я могу теперь и вверх-вниз по Слоям путешествовать. Считай, могу путешествовать в пространстве на любое расстояние. Я, наконец, получила ту силу передвижения, о которой так сильно мечтала в своем сне. Но все же...- Ты просто хочешь сказать, что я больше не смогу жить той жизнью, которой жила?
  - Да.- Просто кивнул он, убрав руки за спину.- Некоторые, конечно, пытаются, но в результате теряются среди Орденов, становятся их служащими или случайно перемещаются в Слоях и теряются уже в них. А там как повезет - может, абсолютно новый мир находят, а может, находят мир в желудке какой-нибудь твари.
  Я вспомнила Кситион и тамошних мертвецов и меня всю передернуло. Бенедикт на это лишь вновь усмехнулся.
  - Могу себе представить.- Кивнула я.- Понимать, что все вокруг лишь малая толика того, что существует, что многие доводы, на которых строится общество, лишь теоретические или вообще неправильные. А таблетки от памяти-то и нет... Это даже жестоко. Но как иначе? Отправляться искать новый дом через Слои - самоубийство, оставаться в этом - бессмысленно и так же опасно, а третий путь? Какой третий путь ты можешь мне предложить? Ты искал меня, я из твоего Ордена. Можно сказать, ко мне пришел директор, важная шишка в совершенно другой системе... Ты собираешься принять меня в Орден?
  - Да.- Быстро утвердительно ответил он с такой ответственностью в голосе, что я невольно поежилась.- Не думай, что у нас есть какая-то особая школа или учреждение. Нет, мы не выдадим тебе никаких бумаг - среди нас бюрократия, к счастью, практически мертвая деталь. Но я могу взять тебя туда, где живут такие же люди, как и ты, такие же, решившие обучиться управлять своей силой.
  - На чье благо?- С каким-то лишним цинизмом заметила я.
  - На свое.- Был готов к такому вопросу Бенедикт.- Без следующих слов ты не смогла бы даже найти путь в наше убежище, но...- Он прочистил горло, и, кажется, это был не просто намек на тишину.- Я, Бенедикт Белая Звезда, даю разрешение и официальное приглашение ученице Лен на прохождение обучения в Ордене Алых Нитей. Так сказано Духами, так будет в Стихии. Аминь.
  И в следующий момент я почувствовала, как одна из Нитей Бенедикта моментально обхватила мою левую руку в районе запястья и словно там и завязалась, оставаясь среди моих собственных сил. Я похлопала глазами и посмотрела то на руку, то на Бенедикта.
  - Вау.- Лишь выдавила я.
  - До встречи.- В прощальном жесте приподнял руку тот и его очертания стали заполняться тем самым желто-оранжевым светом, все больше и больше теряя четкость. Я с удивлением смотрела, как человек в моей комнате поглощается за секунды странным сиянием, и, секунды спустя, когда уже возникло чувство, что он вот-вот взорвется, как бомба с замедленным механизмом, он просто исчез в воздухе, оставляя после себя лишь легкое колебание в воздухе. Я медленно подошла к тому месту - воздух был чертовски горячим и сухим.
  Итак, еще один этап был позади, теперь осталась еще парочка.
  Бенедикт исчез, а за ним собирался, наконец, свалить и этот дурацкий бесконечный день, который, как ураган, изменил мою жизнь. Поставил вверх ногами и толкнул в пропасть непознанного, где мне еще предстояло долго разбираться, где что. Все это напоминало еще один дурной сон.
  Черт...
  Я глянула на часы - мама скоро придет.
  В общем-то, мне больше не оставалось ничего больше делать. Ну не уроки же. С подругами я так же решила не переписываться. Что мне им сказать? Девчонки, извините, что не пришла, за мной тут паранормальные маньяки весь день гонялись, вот, только освободилась? А школа? А тренировки? Неужели, так все и пойдет прахом? Наверняка, мама что-нибудь придумает... на крайний случай, подделает пару подписей для успокоения некоторых личностей. Да и кто знает, быть может, я еще вернусь сюда, хоть друзей повидаю... если они меня еще помнить будут.
  Я набрала ванну. Откуда мне знать, будет ли еще возможность помыться - надо воспользоваться любой возможностью, раз таковые имеются. Пока набиралась вода, я нашла еще одну свою сумку - наплечную, большую и удобную, с которой я ходила два последних года в школу. Туда поместился даже ноутбук, туда же отправились женско-девчачьи штучки и принадлежности, туда же отправились некоторые шмотки. Я положила на всякий случай немного теплого, немного легкого.
  Сумку бросила у входа.
  Отмокая в ванне, настроив горок из пены, я скрылась по нос в горячую воду и задумалась. А надо ли мне это? Может, поступить так же, как некоторые и не ходить никуда. Ну, подумаешь, день противный, переживем его уж скоро. Буду ходить дальше в школу. Теперь будет и возможность познать не просто мир, но и его сущность. Но я тут же мысленно одернула себя. Ага, попытаюсь я его понять. И что из этого выйдет?! Перемещусь в тот Слой, где все затоплено водой, и какие-нибудь акулы-мутанты плавают, там мне и конец. Да и без того символа использовать какую-никакую силу Нитей не представляется возможным. Да даже если как-нибудь и справлюсь, что будет? А что, если я не сдержу их и наврежу не только себе, но и родным.
  Мне стало страшно от той мысли, что люди могут быть такими хрупкими... Словно это за меня говорил какой-то странный голос. Я замотала головой, чтобы вытеснить противные мысли и нырнула в ванну с головой.
  Домылась.
  Привела в себя в порядок.
  Пошикала над зудящими и щиплющими ранами.
  Высушилась.
  Оделась в новую, удобную, и, что немаловажно, целую одежду.
  Покончив со всеми обычными бытовыми делами, я вновь дико захотела есть. Пожалуй, это можно было назвать хорошим признаком. За полчаса я опустошила почти весь холодильник и устроила себе ужин и с первым, и со вторым, и с третьим, и с четвертым. Я не жадная и не обжора - просто так много потратила сил физических на те навыки, к которым не была готова, что сейчас пыталась восполнить их любыми возможными путями.
  Чуть позже в дверь позвонили, вернулась мама. Я была такой уставшей, что не смогла встать и открыть ей. Она нашла меня на кухне в полной тьме. Сбоку лишь святилась небольшая лампочка над плитой, озаряя меня и мое грустное лицо мягким светом. Даже не верилось, что все так... грустно заканчивается. Испуганная, и не знающая, что и подумать, мама увидела мои ссадины и синяки на лице и руках, уронила на пол коридора какие-то пакеты, наспех разделась и подскочила ко мне.
  Она теребила мое плечо, спрашивая, что же случилось, все ли со мной в порядке. А я лишь грустно улыбнулась ей и повернула руку запястьем вверх, чтобы она могла рассмотреть выступивший знак. Глаза мамы моментально расширились, и она рухнула на колени, тихо рыдая.
  - Я из Ордена Алых Нитей.- Лишь сказала я, не глядя на нее, отведя взгляд в темноту двора за окном.
  - Как и твой отец.- Тихо ответила мать, легко обнимая меня.- Он предупреждал меня, что когда-нибудь этот день настанет...- Некоторое время зависло молчание, прерываемое редкими всхлипами, но затем она посмотрела на меня полными боли глазами.- Я была обычной девушкой, обычным человеком и если бы не они и их приказ, то вполне может быть, что ты была бы обычной.- Она на секунду прикусила губу.- Но брак стихийца и обычного человека, как в старых романах, восприняли плохо... Трибунал сказал, что наш брак будет одобрен, если мы дадим нашему первенцу одну из древних душ.
  - И папа погиб из-за этого.- Кивнула я, начиная соединять все части мозаики.- Это была его жертва за нас.
  - Практически.- Отвела взгляд мама. Неужели, она так страдает? - Главное - мы защитили тебя, я так надеялась, что они так и останутся наблюдать со стороны. Но... Минотавр...
  - Уже ускользнул от меня.- Усмехнулась я, обнимая мать.- Я больше им не нужна, мама. Лишь своему Ордену, где я смогу научиться контролировать то, что вы решили сделать из меня.
  - Не говори так!- Отпрянула от меня мама, вперив свой уже твердый взгляд, который через ее слезы воспринимался еще больнее.- Сплетение душ, как объяснял твой папа, это как генная инженерия - получается абсолютно новый дух. Обычная душа сплетена из двух душ, твоя же получила силу еще и третьей, силу давно умершего человека, прожившего довольно много жизней. Такие часто манят Минотавра к себе, словно муху на мед, словно железо к магниту. А Минотавр будоражит умы всех сильных стихийцев, всех, у кого есть силы, как у тебя или твоего отца. Такие души сложно получить и в результате мы стали для них большим экспериментом. Но поняли мы это уже слишком поздно. Твой отец "ушел" вскоре после этого.
  - Но это же было ваше решение.- Обронила я.
  - А что нам еще оставалось делать?!- Воскликнула мама, обнимая меня крепче.- Трибунал, союз Орденов, слишком властен... Ты...- Она заикнулась, отпуская меня и поднося руку к губам, смотря в сторону, боясь спросить.- Ты уже что-то решила? Ты пойдешь к ним?
  - Да.- Так же, как и Бенедикт твердо сказала я, мягко, но уверенно посмотрев на маму.- Но я клянусь, что вернусь! И клянусь, что буду навещать тебя! Чего бы мне это не стоило... Я чувствую, что в отличие от людей, передо мной стоит совершенно другая задача, хотя, кажется, ближайшее, что мне предстоит - все так же учеба.
  Я хоть как-то жизнерадостно хихикнула, мягко обнимая мать, вытирая ладонью ее слезы. Она с гордостью глянула на меня, хотя ей было очень сложно отрываться от меня. Даже не представляю, каково это - отпускать собственного ребенка из дома не просто в большой мир... а в огромные МИРЫ.
  Но что же еще оставалось моей бедной маме?
  - Ты так похожа на своего отца...- Она лишь шмыгнула пару раз носом, встала, прошлась к шкафу, порылась в нем и в темноте блеснула стеклянная овальная бутылочка с узким горлом. Я приподняла бровь, смотря на маму со взглядом, говорившим о том, что я еще, по человеческим меркам, маленькая. Но мама немного посмотрела на меня, потом на бутылку, потом снова на меня, а затем изрекла так неуверенно.- Может... по рюмочке в честь внезапного прощального вечера?
  А секундой позже мы разразились громким дружным хохотом.
  Было грустно, было сумбурно, было спонтанно...
  Да, но куда деваться?
  Остаток недолгого вечера мы провели в прощальной обстановке и воспоминаниях о былом. Что ж... это и был конец моей человеческой жизни. Теперь я - стихиец.
  
  День 2
  
  //час 10й - время сна//
  
  Провалиться в долгожданный сон было бы не так плохо, если бы не хотелось расставаться с мамой. Как бы ни хотелось не расставаться, хотя бы часика четыре поспать надо было. Мы не напивались и не рыдали вместе, просто грустно сидели на кухне, освещенной тусклым светом и вспоминали все то, что прошли вместе. Я ни на что не жалуюсь - просто была немного недовольна тем, что мама знала все заранее, это было как-то... нечестно, что ли. Но так было заведено у этой шизанутой касты нелюдей. Или "почти" людей - уж больно не хочется говорить, что тем, кем я стала, были сверхлюди. Это было как-то уж слишком убого. Как и то, что я оказалась на своем месте не случайно и меня не избирали. Вся соль была в том, что меня вывели, как вид, как животное, эксперимент.
  Я, на удивление всем, удалась, в смысле, как эксперимент. Прошла все стадии, как Ордены и предполагали, я развивалась, как им нужно было. Только они напортачили, спугнули меня, и я интуитивно потянулась к Минотавру, а тот испугался, хоть и тянулся ко мне сам. И вот, я лежу последний раз на своей кровати, проваливаюсь в сон, но уже не такая, какой была двадцать четыре часа назад. День перевернул мою жизнь, с другой стороны, он начал мою новую жизнь. А еще с другой стороны моя жизнь началась только сейчас. И я решила принять эту оптимистическую сторону, чтобы уж совсем не вдаваться в уныние, а то это было как-то... уныло, вот и все.
  Тем временем сон ожидал меня с распростертыми объятиями, и на этот раз, слава Богу, никто за мной не гнался и ни от кого я не убегала. Сон начался с того, что я стояла на оживленной улице города. Была глубокая ночь, но людей вокруг было столько, что можно было смело сказать - в городе кипела ночная жизнь. Витрины, рекламные щитки, остановки - все было освещено желтым светом ночных фонарей, которые отбрасывали довольно своеобразные черные тени на лица людей, сновавших туда-сюда, прикрывая шею воротниками плащей и курток. Они были словно второстепенными персонажами, лица и личности которых невидимый режиссер не счел нужным продумывать. Люди вокруг были обычными декорациями, не более, но кто-то впереди стоял и ждал меня. Сквозь медленный поток людей, словно на замедленном воспроизведении, на меня смотрела девушка взглядом коварным и дружелюбным одновременно.
  Я моргнула несколько раз и поняла, что сон довольно реалистичен и если вам никогда не снились сны, после которых вы пытаетесь вспомнить, а было ли это на самом деле, вы - везунчик. Мне, очевидно, нужно было уже привыкать к такому, а потому, не особо удивляясь, я шагнула вперед, протискиваясь мимо этот поток. Пока я пыталась перебраться через улицу, я не отрывала взгляда от этой девушки, а потому успела хорошо разглядеть ее: у нее были не крашенные темно-русые волосы, заплетенные в две косички по восточному стилю у ушей, насыщенно-карие глаза отражали скрытую мудрость, хотя она выглядела чуть старше меня, но явно была куда опытнее. И опасней. Ее голова была чуть опущена, а взгляд был из-подо лба, но она смотрела не агрессивно - она хитро улыбалась, что придавало всему ее виду шутливую напыщенность.
  Когда я подобралась еще ближе к ней, она так же быстро, как шла я, отправилась куда-то в сторону, в переулок и только тогда я заметила, как по ее пояснице чуть постукивает при движении полуторный меч в ножнах на перевязи. Меня это немного смутило, но поскольку она в моем сне не выхватывала его с криками "Chaaarge!!!", значит все еще не так плохо. Глядя ей в спину, ругаясь по поводу количества прохожих, я протиснулась в переулок, наблюдая за тем, как она спокойно шла вперед все дальше в темноту.
  Несколько раз она оглянулась на меня, мол, не отстаю ли. И каждый раз я видела ее добрую улыбку, словно направляющую меня за ней. Интересно, это ведь вряд ли во мне просыпаются какие-то новые силы как в популярных романчиках. А значит нужно исходить из принимаемой действительности - кто-то из Ордена вторгся в мой сон и пытается что-то сказать. Но из какого...
  В переулке, куда не глянь, творился полнейший хаос. Были и крики, и стоны, и мольба о помощи. Как бы не было парадоксально, какая-то девушка в кожаной куртке лихо размахивала японским мечом, так же лихо отсекая им головы и прочие конечности. Когда я проходила мимо нее, она воткнула меч в живот противника, чуть провернула его в ране, наблюдая, как противник корчится от боли, а затем рывком выдернула правой рукой, а левой рукой быстро вошла в рану, чуть дернула его вверх и вырвала резко вниз внутренности бедной жертвы. Это было жестоко и отвратительно. Лица девушки я не видела, но, кажется, услышала тихий смех.
  С другой стороны в переулке был странный молодой человек, одетый в старый свитер, двигающийся так, словно устал или уже просто без сил. Но в руках его был боевой нож, который он держал лезвием вниз. Он не делал колющих ударов, лишь небольшие порезы в одну и ту же точку, словно писал что-то, а после нескольких таких ударов у жертв, словно сами собой, отлетали конечности, разрывалась кожа, вылетали изнутри сердца, словно легкоатлеты на беговую дорожку. Это было даже элегантно, но все также мерзко.
  Тем временем я заметила, как та девушка, за которой я шла, остановилась у железной двери какого-то ночного клуба, поманила за собой рукой и зашла внутрь. Недолго думая, я последовала за ней и аккуратно заглянула внутрь, осматриваясь. Как это и следовало ожидать, здесь творилось практически то же самое, что я видела снаружи. Моргал свет, лучи проходились по беснующейся толпе, которые с небольшого возвышения входа были похожи скорее на свору двигающихся червей под ритм транс-музыки. По полу была разлита черная грязь и многие занимались сексом прямо в ней, а некоторые тут же поедали кого-то упавшего без сил. Рядом же кто-то испражнялся, а кто-то что-то кричал, приподняв черную испачканную кровью книгу.
  Я в шоке стояла на входе, осматривая этот мерзкий зал, олицетворяющий человеческую жизнь, но из этого состояния меня секундами спустя вывело чувство, что на меня смотрит кто-то. Подняв взгляд от зала к небольшим помостам под потолком, я увидела тьму, не просто тень, а настоящий мрак, словно у него были очертания, странное гуманоидное тело. Эта тень смотрела на меня ярко-ярко-голубыми глазами, и холод их цвета словно прокрадывался в мою душу, заставляя проснуться и не смотреть на все это. Несмотря ни на что, он был не страшным, а даже по-своему родным.
  Я чуть приоткрыла рот, словно что-то пыталась сказать, но эта фигура лишь спрыгнула с помоста в толпу и в этот же миг люди, окружавшие его, вспыхнули, словно спички. И тут же померк свет, исчезла музыка, оставив в ушах лишь противный звон барабанных перепонок - стало слишком тихо. Справа от меня появилась та самая девушка, она подошла ко мне откуда-то сбоку и положила мне на плечо свой подбородок. Я, не отрывая взгляда от затемненного танцпола, прищурила взгляд и оперла голову об ее лоб, словно она была моей родной сестрой или близкой подругой.
  - Кто ты?- Лишь спросила я.
  - Алина.- Дружелюбно ответила она довольно мягким голосом.- Во мне есть силы Призрачного Покоя, но я мало отношусь к Ордену. Ты прости меня за эти сны, но они помогут тебе так же, как помог предыдущий осмыслить тот день, который ты кое-как пережила.
  - Так значит, меня ждут лишь смерть и разрушения?- Горько спросила я.
  - Зависит от того, какие действия предпримешь ты в будущем.- Она усмехнулась, повернув свою голову в сторону картины горящих людей и той голубоглазой фигуры.- Ты бы не пережила и этот день, если бы не новые союзники и сила какого-то камешка глубоко в твоем сердце.
  - Но ведь силы больше нет...
  - С чего ты взяла?- Удивленно подняла голову Алина посмотрев на меня. Я так же посмотрела на нее, и мы оказались в полнейшей темноте, видя лишь друг друга. Она мягко отпустила меня и прямо в воздухе села в позу лотоса.
  - Ну, как...- Уже ничего не понимая, покачала я головой, но меня вновь оборвали.
  - Минотавр мог многое вселить в твои мысли.- Покачала Алина укоризненно.- Но я-то думала ты куда умнее обычных его последователей.
  - Но я не его последователь.- Уточнила я.
  - Ага.- На этот раз с широкой улыбкой кивнула она.- Но ты из-за души своей "душистой" склонна питаться от его сил. Обычно, его последователи черпают из него свои силы, ища способы, как найти его, но не каждый понимает, что этим самым отгоняют его от себя все дальше, как неумелый охотник, топающий по лесу, от которого разбегаются животные. Используя его силы, ты словно говоришь: я тут, привет, я тебя хочу поймать, так что дай мне пять баксов и знай - я тут, рядом.- При этом она встрепенулась, и, изображая эту сцены, помахала рукой.
  - И ты хочешь сказать, что я не слишком-то использую его силы, плюс приманиваю от природы, а значит, у меня еще есть все шансы поймать его?
  - Ну... типа того!
  - Все равно не клеится - Минотавр дал мне силы, чтобы выжить...
  - ДЭЭННННЬ!- Издала она гортанный противный звук, похожий на гудок неправильного ответа на различных телевизионных шоу, вновь перебив меня. Выглядела Алина явно недовольной.- Блин, ты только во сне такая "тугая"? Понимаю - мозг не так работает и все такое...- Она вздохнула, положив руки на ладони. Все, что она говорила и делала, было максимально спокойно, равномерно, даже если она пыталась выглядеть взволнованной, эмоции у нее все равно казались спокойными. Она вновь посмотрела на меня усмиряющим добрым взглядом.- Ты - это ты, как бы банально не было. Все твои навыки были лишь чуть усилены проснувшимися "каналами" с Минотавром, не больше. Теперь, Минотавр исчез, но навыки остались. Я хочу сказать, не зря же ты училась всему на протяжении всей жизни. Ситуация была опасная, ты была загнана в угол и навыки особые перемещались с навыками природными, банальным адреналином.
  - Ну ладно.- Согласилась я, пожав плечами.- Но что теперь?
  - А ничего.- Повторила мой жест Алина.- Продолжай идти, продолжай свой путь и в следующий раз мы встретимся наяву.- Она усмехнулась, вновь посмотрев на меня тем самым загадочным взглядом.- Ведь жизнь - ничто, но сон...
  
  ...сон, от которого просыпаешься, словно тебя током ударили. Снова - то самое чувство, снова, словно с крыши упала в собственное тело. Неприятно, но терпимо, зато знаешь, что жив. И все то, что, что было - лишь сновидение. Иллюзия, в которую тебя пригласили, чтобы ты мог осознать: за тобой продолжают следить.
  И в следующий момент я вновь дернулась от неожиданности и страха - моя любимая кошка сделала очередной налет на мой покой. Поворчав на нее немного, я села на кровати, понимая, что до звонка будильника осталось несколько минут. Удобно, блин.
  Я спала чуть меньше четырех часов, но спать совсем не хотелось - удачно разбудили...
  Покурить перед тем, как последний раз одеваться в своей комнате? Не хочу.
  Я глянула за окно - белый туман покрывал улочки нашего города, покрывая инеем застывшие на безветренном пространстве лужи. В небе пролетали неугомонные птицы, а с небес тихо падал редкий снег. Зима приближалась широкой поступью и за ночь температура довольно резко снизилась, что означало - меня ждет холодная дорога из дома, что в принципе хорошо передавало мое настроение.
  Покурить? Может... Все-таки? Не хотелось... Я выудила свою заначку табака, несколько минут рассматривала ее. Затем открыла аккуратно окно и быстро выкинула пачку в белый туман, пока ледяной, уже зимний воздух, не успел заполнить комнату. Пачка, крутясь вокруг своей оси, оставила на себе отпечатки и вмятины от моих пальцев и почти сразу скрылась в молочной реке ледяного воздуха. Поглядев ей в след, я мягко прыгнула на подоконник, прислонила голову к стеклу и глянула в непроглядную даль.
  Я вздохнула, но о своей мысли не пожалела.
  С сегодняшнего дня я бросаю курить.
  
  
  //час 11й - сбившееся время//
  
  Не могу сказать точно, в какой час я стояла на той остановке, возможно, около четырех тридцати - я словно выпала из времени, пока мама провожала меня, сейчас я последний раз глянула на свой дом. Мама сказала, куда нужно идти и что делать. Около получаса в гору через дачи, потом минут двадцать вглубь леса. Чуть было не подумав о том, что и мама моя помутилась рассудком, я, на свое удивление, вышла на дорогу.
  Это было странно - видеть в чаще леса старую побитую асфальтовую дорогу, которой тут вообще не должно быть. Я хмыкнула, качнула головой, рассмотрев впереди остановку, поправила рюкзак с самыми необходимыми вещами за спиной, и двинулась в ее сторону.
  Через несколько минут я уже стояла за спинами еще каких-то странных людей, которые даже не обратили внимания на меня, когда я подходила. Меня терзали смутные сомнения - а туда ли я вообще попала? Я стояла там одна такая молодая, хотя люд был там самый разнообразный. Были и потрепанного вида с кирками на плече, и настоящие джентльмены с трубкой в зубах. Они поглядывали на время, иные смотрели по сторонам, обсуждая то, как быстро в Слои пришла зима. Я слушала их невольно, но с интересом. Силы природы действуют везде одинаково. Очевидно, они шире того мира, который мы привыкли видеть за окном ежедневно.
  Нет-нет, мне точно туда! Вот, я заметила двух странных парней с мечами наперевес, хотя и одетых вполне современно - в широкие штаны и балахоны. Боже-Боже, ну и вид у них! Я отвернулась в другую сторону, чтобы не поймать, чего доброго, взгляд одного из них. Кратко оглянувшись, я поняла, почему на ролевиков так странно смотрят в моем привычном мире.
  И ведь все чего-то ждут, но не волнуются, не торопятся - все спокойны и довольно дружелюбны. А еще никто словно и не замечает, что этот странный туман начинает как будто сгущаться вокруг нас, беря в кольцо... или наоборот отделяя нас от внешнего мира. На секунды мне стало страшно, словно вас заперли в стальной комнате и начали опускать под воду. Хотелось выйти, но было некуда. Нельзя было впадать в панику.
  Но сладостный омут страха затягивал меня все глубже и глубже. Взгляд заметался из стороны в сторону, от человека к человеку. На секунду показалось, что передо мной серая непроницаемая стена, что меня не выпустят, затем показалось, словно все эти люди вокруг из разных Орденов, следят за мной, как падальщики. Показалось, что бежать сейчас - спасти себя, словно так говорил инстинкт самосохранения. Осталось только напрячь мускулы, оглядеться и найти максимально удобный путь к бегству.
  Дело было в том, что я должна была бежать. Я хотела бежать.
  И в этот самый момент меня, словно ударом молота по голове, вырвала из этих размышлений рука, которая с хлопком опустилась мне на плечо. Я чуть вздрогнула, довольно громко вздохнув, и резко обернулась. А передо мной оказался молодой человек с растерянным и чуть взволнованным лицом.
  - Ой, простите!- Обеспокоенно сказал он, показывая руками, что я могу успокоиться - он мне не зла желает.- Не хотел пугать... просто вышло немного резко.- Он сделал мученическое выражение лица, и это выглядело даже не наигранно! Ничего себе, еще один добряк. - Эм... я просто хотел сказать, что, кажется, я не опоздал - автобус сейчас подойдет.- Он немного нервно хмыкнул, почесав затылок, растрепав чуток свои нечесаные черные волосы. Из-под ворота осенней куртки звякнул и на секунду блеснул серебряный католический крестик.
  И тут я поняла - это тот самый парень, которого я видела во сне! Тот самый, что ножом виртуозно вырезал символы на телах противников, после чего их тела рассыпал, словно Буратино уронили на пол. Мои зрачки расширились, и я сделала небольшой шаг назад, чуть приоткрыв рот.
  Парень видимо решил, что я еще до сих пор в шоке и тяжело вздохнул.
  - Не волнуйся... Извини, я не хотел...
  - Ксер.- Выронила я в ответ на его нелепые извинения. Он моментально изменился в лице и за секунду из верующего простачка превратился в саму серьезность. Его взгляд излучал сконцентрированность и холод, которым хищники пронзают свою жертву.
  - Откуда?- Лишь выронил он, имея в виду то, откуда я знаю его имя.
  - Алина.- Прошептала я, горло внезапно пересохло. Что я еще могла сказать? Начать истерично объяснять? Пара движений и я стану горкой органов для продажи покалеченным умирающим людям. В тот момент я играла в русскую рулетку - Ксер мог оказаться запросто врагом той Алины из моего сна и исход был бы одинаковым. Но он оказался ее другом - он тут же расслабился и уже спокойно поглядел в сторону дороги, как и прочие находившиеся на остановке.
  - Ясненько!- Подмигнул он мне, спрятав руки в карманы куртки и покачиваясь на каблуках своих сапог. Я недоверчиво глянула в сторону дороги и вновь посмотрела на него. Наши взгляды встретились. Мой ошарашенный с его изучающим.
  - Я еще Юлю видела...- Не нашлась я что еще сказать, вспоминая внезапно всплывшее имя той кровожадной мечницы из моего отвратительного сна.
  - Тогда я понимаю, почему ты так глянула на меня.- Внезапно хохотнул он и дружелюбно улыбнулся.- Я не буду оправдываться, Лен, но нам приходится убивать - это наша работа.
  - Тебе Алина сказала?- Скромничала я.
  Он кивнул.
  - Мы иного сорта... существа, не такие, как те, кто входят в Ордены, стихийцы.- Он пожал плечами, вновь глядя вдаль.- Я не назвал нас людьми потому, что за такое время уже перестаешь видеть в нас людей... И знаешь, в отличие от многих людских фильмов, ты радуешься этой вести, а не дрожишь от ужаса.
  - Радуешься тому, что в тебе нет человечности?- Не понимала тогда я.
  - А что, человечности много в самих людях? - Коротко хохотнул Ксер.- Это вопрос тысяч философов по всем Слоям, коих ты еще увидишь за свою, надеюсь, долгую жизнь. Автобус уже едет.
  Все люди и вправду как-то оживились, стали приглядываться и прислушиваться, ожидая транспорт, который должен появиться из тумана. Некоторые взяли свои сумки, некоторые оживленно заговорили. Кто-то заворчал о том, что уже замерз так долго здесь стоять. Очевидно, автобус зависел от Волны и их появления, а значит точного времени его прохождения просто нет. Вот почему народ приходит ждать его заранее.
  - Автобус отвезет меня, куда надо?- Почему-то спросила я.
  - Откуда мне знать, куда тебе надо?- Приподнял бровь Ксер, глянув на меня.- Я тебя тут вообще по чистой случайности встретил. Хотя, это было интересно! Хоть скажу Алине то, что ты отправилась в Слои раньше, чем она скажет мне.- Он как-то по-детски хихикнул.- Не дождусь момента, когда увижу удивление на ее лице!
  Туман чуть разошелся со стороны дороги и к нам выехал небольшой автобус, на вид самая обычная маршрутка. И народ, как обычный люд на остановке, засуетился, спеша сесть внутрь, в тепло. Я приподняла бровь, увидев издалека номер автобуса - "999"! Читала я как-то рассказ одного начинающего писателя про такой вот автобус с таким номером. Так вот, ничем хорошим это для главгероя не кончилось - автобус отвез его прямиком в ад. Только вот в отличие от того рассказа сейчас было утро, довольно светло. Однако я не верила, что он отвезет меня наоборот в рай. Но делать было нечего.
  Платить надо было заранее, и я торопливо пошарилась в карманах в поисках ценных бумажек, в то время как другие начали заходить. Но я ничего не потеряла - мне уступили место. Я благодарно кивнула, дико посматривая по сторонам. Ксер на некоторое время задержался рядом.
  - Я, кажется, понял. Тебя пыталась прогнать Тропа.- Сказал он, чуть наклонившись ко мне так, чтобы я расслышала.
  - Чего?- Пыталась я понять его.
  - Тропа.- Повторился он.- Ну, я про тот момент, когда я только подошел к тебе.- Он тихо засмеялся, замотав головой.- Глупо вышло... Ты была подавленной какой-то. И, мне кажется, это Тропа уже тогда и там воздействовала на тебя. Если так подумать, тебе только на нее дорога, хотя ты не совсем подготовлена для того, чтобы пройти по ней. Считай это экзаменом.
  - Так, где мне выходить?- Решила я не торопить события.
  - На конечной.- Кивнул он мне.- Тропа - она... как живая, хотя это огромнейшее место. Места иногда тоже обладают собственной душой, а у Тропы...- Он надул щеки, изображая величие.- Просто ДУШИЩЩА!
  - Е-мое...- Только и смогла выдавить я.
  - Вижу, тебе пока все это дико.- Закивал Ксер.- Но ты не бойся - приживешься. Ты главное привыкай - просто все выглядит не так, как ты привыкла это видеть. Немного тавтология, но все же.
  С этими словами, еще раз подмигнув, Ксер удалился к задним сиденьям, и еще раз я его увидела лишь тогда, когда он выходил на предпоследней остановке - он махнул мне на прощание, сопровождая дружественный жест своей доброжелательной улыбкой, и исчез из моей жизни еще на довольно долгое время.
  Пока я ехала, за окном постепенно менялся пейзаж, однако общая картинка была довольно однообразной. Сначала был лес, потом равнины, какие-то то ли дачи, то ли базы отдыха. Теперь я понимаю, откуда берутся эти странные автобусы без номеров и с темным салоном рано утром, подбирающие одиноко стоящих людей на остановке сбоку. Возможно, многие из нас видели эти странные автобусы в другие миры, наполненные самым странным путешественниками. Мы усмехались, мол, вот, на какую-то не сладкую работу едут, или, вот бы и мне так бесплатно и не в толпе уезжать. А они, Странники, просто так скользят мимо нас, уходя, даже не думая о том, что остальные живут в неведении.
  Пока мы ехали, я несколько раз тяжело вздохнула, натыкаясь на подобные мысли, вспоминая день минувший, и представляя, что мне готовит день грядущий. Судя по тому, что показала эта странная Алина, бегать я ни от кого больше не буду. Кажется, я буду знакомиться. Тогда это казалось не такой страшной перспективой, а потому на час я позволила себе расслабиться.
  И вот, целый час мы ехали куда-то из города, объезжая по грязным дорогам, подпрыгивая на крутых кочках, затем вновь выезжая на проезжую дорогу. Такое чувство было, словно мы, как кролики, заметали следы. Хорошо, что хоть водитель оказался приличным - вел быстро и старался особо не трясти. В общем-то, никто и не жаловался.
  Иногда мы делали остановки, но практически никто не выходил. Кондуктор, лениво развалившись на своем кресле у выхода, сонно объявлял какие-то странные остановки, словно говорил на незнакомом мне языке. Мы проехали несколько длинных невысоких зданий, похожих своими трубами на заводы, а затем дорога резко взяла вверх и тут-то люди засуетились, подбирая разложенные сумки.
  Я глянула в окно - на горе много выше от дороги был какой-то комплекс, вроде странной базы или какого-то загороженного парка. Это была та самая предпоследняя остановка. И если до этого выходило один-два человека, то тут вышли все. Я хотела было поинтересоваться, что это вообще за место такое, раз все тут выходят, но потом решила, что все равно, даже если скажут, я вряд ли пойму их названия.
  Пока что для меня это было сложновато.
  Когда все пассажиры вышли, кондуктор с удивлением и интересом глянул на меня.
  - А ты что это, на конечке?- Будучи человеком пожилым, он немного шепелявил и его движения были резковаты.
  - Угу.- Кивнула я, словно сова.
  - Ишь, молодежь какая.- Крякнул он с кривой ухмылкой на устах, пересчитывая прибыль.
  Решив ему ничего язвительного не отвечать, я продолжила ждать у окна. Назойливое чувство того, что скоро что-то произойдет начало все сильнее крутиться у меня в груди, и я одновременно с радостью и страхом узнала о том, что "...остановка конечная, спасибо за путешествие...", и все такое прочее.
  С улыбкой кивнув кондуктору, я выпрыгнула из автобуса, сразу же осматриваясь. Автобус же почти тут же развернулся и исчез вниз по дороге в надвигающемся на меня грозном тумане. Я посмотрела на туман, туман посмотрел на меня. Я показала туману язык. Кажется, туман не нашел, что ответить.
  Потресканная асфальтовая дорога вела наверх к какому-то жилому дому, девятиэтажке, вроде, панельной, которая располагалась на этой горе буквой "П". Извилистая дорога вела прямо во двор, а потому выбора пути особо не было. Рядом был лишь какой-то решетчатый забор, а за ним был лес, лес, и только бескрайние просторы леса, в которые мне совершенно не хотелось углубляться.
  Ну что ж, сказано наверх - идем наверх. Подъем к девятиэтажке занял около пяти-десяти минут и это оказалось не так уж просто. Словно дышать было трудно, как в горах. Я энергично мотала руками, глядя себе под ноги. И вот тогда я заметила - мои кроссовки изменились. Да и джинсы тоже! Как тогда, когда я очутилась на другом Слое... Так значит, и сейчас то же самое - я ушла оттуда. Нет, особо меня это не шокировало, даже, наверное, наоборот, порадовало, но все равно... Было как-то не по себе.
  Это значило, что я уже стала полноценной стихийницей.
  Прошли минуты, десятки выпущенных изо рта облачков пара, десятки метров подъема к дому.
  А это был дом. Девятиэтажка. Самая обычная, с двориком, качельками и электронными будками, раскиданными по большой жилой площади. Даже стоянка была, пустая, правда... Стоп! В том-то и дело, что пустая! Тут вообще, словно жизни нет!
  Я прошлась вперед, нашла более-менее сухую скамейку и стала разглядывать окна - пустое занятие, там ничего не было видно, словно еще не вставшее солнце отсвечивало и мешало разглядеть то, что за ними было. Через несколько минут этого бесполезного занятия, я повесила голосу, глядя в мокрый песок площадки. Тишина оглушала - был слышен лишь тугой стон барабанных перепонок и изредка свист ветра, доносившегося свысока.
  Как будто я в бермудском треугольнике, источающий этот вязкий туман - в дворике этого самого тумана не было, но на самой дороге он словно как клубился даже.
  Я поежилась - жутковато это все. На этой мысли я отправилась к дому и заглянула в один из подъездов. Тишина и серый свет из пролетов встретил меня благородным молчанием. Даже запахи отсутствовали, что говорило о том, что подростки и наркоманы в этом доме вряд ли живут. Если тут вообще кто-то живет.
  С другой стороны, это точно - то место, куда мне надо, я точно ничего не перепутала. А значит, просто нужно пошариться по этажам и дело с концом. Это было единственно правильным решением, и я вышла из подъезда, прошлась вдоль дома: налево, направо, а затем вошла в ближайший подъезд, на который упал взгляд.
  Просто так, как обычно, взяла и вошла.
  Меня встретили тяжелые железные двери, словно это был вход в какой-то бункер или тайную базу пришельцев, однако за ними открывался всего лишь широкий подъезд, расходящийся в разные стороны налево и направо. Настоящий муравейник, а значит дом по своей планировке не хуже элитного. Сколько же на этаже квартир? Штук шесть - минимум, и они были далеко не маленькими.
  Пожав плечами, я сразу пошла к лифтам налево, поглядывая на однотонно покрашенные двери квартир. К слову говоря, на них не было номеров, не было звонков и покрашены они были под серо-голубой цвет стен. Со свистом выпустив воздух изо рта, я окинула взглядом подъезд и нажала на кнопку вызова лифта. Осталось только подождать.
  Сказать то, что мое минутное ожидание было награждено - не сказать ничего. Меня ожидала еще одна неожиданная встреча. Клянусь, после этого мне уже как-то страшно с людьми знакомиться.
  Двери лифта раскрылись, и я уже хотела шагнуть в просторную кабину, но уж совсем я не ожидала того, что из нее мне на встречу выйдет молодой человек. Уже как-то привычно вздрогнув, я отступила на шаг назад, тупо уставившись на него, лихорадочно пытаясь найти, что сказать, но кроме как банальных "привет" или "ой, мама" ничего в голову не приходило. Его же выражение лица не выдавало никаких особых эмоций, как и его внешность не говорила о том, кем он являлся. Сероватые джинсы, черный свитер с высоким воротом, рукава засучены до локтя, руки спрятаны в карманы. Волосы его были темно-русого цвета, а глаза... Вот в глазах-то и была вся загвоздка - они были, как два синих драгоценных камня, большие и очень красивые. Они словно светились в темноте, словно прямо говорили: "привет, я тот самый жуткий образ, что сжег всех людей в твоем сне, только сейчас у меня по погоде четка внешность".
  - Спасибо.- Вдруг сказал он почему-то, оглядывая меня.- Это какой этаж?
  - П-первый.- Чуть заикаясь, выдавила я, пару раз моргнув.- Конечно же...
  - Конечно же?- Повторил он мои слова, чуть приподняв бровь.- Ты, видимо совсем ничего о Тропе не знаешь?
  - Не знаю.- Мотнула я головой.
  - Бедная.- Вздохнул он в ответ и прошел мимо, чуть махнув рукой.- Ну, удачи, спасибо, что выпустила.
  - Ты... куда?- Жуткое чувство того, что этот персонаж был невероятно важным, не оставляло меня, однако я не знала, что сказать. Надо было его просто как-то хоть немного удержать.
  - Как, куда?- Удивился он, глянув на меня.- Выход искать.
  - Так, вон же он.- Указала я на спуск к выходу из подъезда.
  - Ты совсем ничего о Тропе не знаешь.- Выдохнул он с ухмылкой, которая так и говорила: какая же ты смешная. Это было обидно, я насупилась и угрюмо глянула на него. Он лишь коротко усмехнулся, как старики усмехаются над неразумными детьми.- Позволь мне сказать чужие слова, раз Смотрителя здесь нет. У тебя есть два пути для того, чтобы пройти по Тропе: лифт и шахта лифта. Оба пути опасны и лишь смирение поможет тебе пройти их.
  - А лестница?- Не понимала я таких простых вещей. В тот момент я забыла лишь одно: все на самом деле не такое, как мы привыкли воспринимать.
  - Она разрушена.- Пожал он плечами, не вдаваясь в подробности.- По лифту ты можешь подниматься бесконечно долго, но по шахте ты наверняка погибнешь. Короче, советую лифт! Сам я на нем вдоволь покатался, а потому еще раз спасибо за то, что освободила меня.- Он чуть поклонился. Надо же, какой странный...
  - Так значит, либо смерть, либо заточение в небольшой коробке лифта?- Развела я руками.- Ну, просто отлично. Скажи хоть, кто ты, а то я даже не знаю, кого благодарить за такие жизненные советы.
  - Пожалуй, зови Мистером Краули.- Словно и не заметил он издевки в моем голосе. Да и вообще! Что за прозвище такое странное?!
  Подняв брови, я лишь смотрела ему в спину, наблюдая, как он удалялся дальше по коридору, словно и забыв про меня. В обычной бы жизни, если бы я так же застряла в лифте, а меня вытащил кто-то вызвавший его, я бы так же поблагодарила его и пошла дальше по своим делам. Но, то был обычный мир, а я нахожусь, мягко говоря, непонятно где. Расскажи я это, например, в школе, чтобы меня простили за опоздание, меня бы точно отправили к школьному психологу. Но теперь я постепенно начала воспринимать вещи в другом смысле. Обычно, мы видим предмет и мы знаем, что он значит. Мы видим дом - и это дом, мы видим лифт - и это лифт. Но ЭТОТ дом, был место совершенно отдельным, словно пролет между этажами, миром между мирами. А лифт был платой за то, что я пользуюсь этим пролетом. Платой жестокой и далеко не гуманной.
  - А я - Лен!- Кинула я ему вдогонку, приподнявшись на носках, словно это бы помогло ему меня услышать.
  - Привет передавай Бенедикту от Мастера.- Махнул он рукой, не оборачиваясь, открыл дальнюю дверь в квартиру и скрылся там, а после вновь стало тихо, как в могиле, лишь открытые двери лифта приглашали меня внутрь.
  Вот так, Краули просто увидел во мне те самые нити ожога, который относит меня к моему ордену. Ну... по крайней мере я так тогда решила, а позже это вообще не важно стало. Во мне их было не так много, но он не зря назвал себя Мастером. И неким Мистером. Что это? Еще одна организация типа Орденов? Я понимала, что я знаю так мало, что разбираться мне в этом еще предстояло немало времени.
  Опустив голову, я собралась с мыслями, окинула взглядом просторный лифт, и, собрав смелость в кулак, вошла в него, нажав на девятый этаж. Двери закрылись, и я, сама того не понимая, ступила на Тропу Грез, миновав ее, Бездну.
  
  
  //час 12й - заключение//
  
  Когда я начала сходить с ума, прошло много-много часов. Так много, что я уже сбилась со счету, и мне было уже даже страшно считать их заново. Не хотелось знать, сколько я здесь. Дни? Недели? Может, месяц уже прошел. Я пыталась ждать, я пыталась молчать, я скреблась в стены, пыталась открыть двери, но сил не хватало.
  Некоторое время спустя, я начала кричать. Кричала и кричала, пока не посадила голос, наверное, потому он до сих пор у меня такой сиплый. К тому времени я заметила выцветшие надписи на стенах лифта - некоторые просили прощения, некоторые молили о помощи. Но в основном там было написано: девятиэтажка лишь тропа. Лишь много часов спустя я поняла смысл этой надписи.
  А еще было страшно то, что я не хотела есть, не хотела справлять нужду, я прекрасно обходилась даже без воздуха. Хотелось лишь спать, но когда я пыталась это сделать, чудовищные воспоминания из прошлого заглатывали меня в свой омут, и я с криком просыпалась, а желание поспать пропадало еще на очень долгое время.
  То была пытка тишиной и движения - лифт все это время куда-то двигался, словно ходил по кругу от первого к девятому этажу, а потом вновь оказывался внизу и вновь двигался вверх. Это был непрекращающийся кошмар, который я не могла остановить.
  А позже я начала говорить с собой. "Я-темная" и "я-светлая" вели свои беседы словно без меня, словно я оставалась телом и, в общем-то, уже не нужна была им в их споре о правоте действий. Потом пришли воспоминания об утраченном отце, о плачущей матери, о разбитых мной лицах и избитых преследователях, которые старались загнать меня. В этот миг мне стало их жалко.
  Потом я лежала, свернувшись калачиком в углу.
  Потом я танцевала в лифте.
  Потом я пела.
  Потом я рыдала.
  Рыдая, я отмахивалась от тех видений, которые непроницаемым бредом крутились вокруг меня, кусая за руки, растягивая за щеки. Я умоляла их исчезнуть, я просила их отпустить меня. Но затем нечто во мне со всей злостью и раздражением закричало на все это, забилось, взбудоражилось. И я закричала им о том, чтобы они мне позволили пройти сквозь них, сквозь эти кошмары. Тогда я поняла, что я сплю, что мне снятся кошмары, что я иду по Тропе Грез, оставляя весь бред за своей спиной, прорываясь вперед. Сновидения били меня, но я шла вперед, раздвигая их руками, я продвигалась туда, где была дверь из лифта. И на лице моем не было и капли эмоций.
  Я шла к моему будущему, я оттолкнулась от той площадки, которая осталась позади и бежала по темному коридору ледяной пустоши, а тем временем моя кожа, мои волосы, да и все мое тело расходилось по ниточкам, по желтым раскаленным ниточкам.
  И я видела:
  ... Денис, подрывающий в воздух волны огненной энергии...
  ... Вадим, пролетавший в воздухе, группирующийся в полете для нанесения удара мечом...
  ... Бенедикт, рыдающий, обнявший меня в свои крепкие объятия...
  ... Турнир, школа Эррата, парень с появляющимися лезвиями из-под ботинок, новые друзья, новые враги...
  И Демон, с дьявольским оскалом и мечом в руках, уходящий по темному коридору, заполненному трупами.
  Все это будет, все это еще ожидает меня, но смогу ли я добраться до этого будущего. Разрешат ли мне выйти из самой себя? Это я и спросила у Тропы, когда закричала от нахлынувшей волны боли, от того, что тело мое превратилось в тысячи длинных желтых нитей, разлетевшихся по ветру, уносящий все прочь.
  На том мое сознание обрывается, а двери лифта открываются.
  Тропа пройдена.
  
  Ровно двенадцать часов, ровно половину суток, Лена рассказывала свою историю, а ее новые друзья внимательно слушали. Бенедикт то и дело кивал и улыбался, слушая интересные подробности и замечая важные детали ее путешествия.
  Денис то и дело презрительно фыркал и надменно смеялся то над ней, то над поступками тех, с кем Лене удалось повстречаться.
  Вадим же тихо сидел на подушках, как истинный самурай, хоть и далеко не был японцем. Зато нрав у него был такой, какой надо.
  А Лена, закончив свою долгую историю бесконечной беготни и шпионской игры, наконец, осознав, что весь этот кошмар окончен, спокойно раскинулась на мягком кресле в главном зале Резиденции, счастливо улыбнулась и лишь сказала в завершение:
  - Наконец-то ослабшим есть время отдохнуть.
  
  Г. Красноярск
  08.04.09
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Черновые записи
  "Тропы грез",
   не вошедшие в рассказ
  
  
  
  
  
   Неяркое солнце вышло из-за серых туч, которые нависали над пустошью Смерти просто какими-то адскими тоннами. Нигде здесь не было ни души, кроме некоторой горстки существ, которые, нагнали-таки молодого человека, высокого ростом, со светлыми волосами, одетого в дорогую практичную дорожную одежду. Парень ждал их, вставая в боевую стойку.
  Мечи прозвенели чередой ударов, парируя друг друга. Сделав глубокий выпад, с ожесточенным лицом, Николь отрубил противнику руку, тем самым, послав его в "нокаут".
  Ему на смену пришел второй, чуть не отрубив Николю голову. Его топор отрезал от куртки Николя приличный кусок, оголяя вшитое под куртку железо. Пока второй противник пытался нанести еще один удар, Николь одним ловким натренированным движением вонзил меч прямо ему в шею.
  "Еще трое!"- лихорадочно работали мысли парня, игравшего со смертью посреди огромной степи, покрытой короткой зеленеющей сорной травкой. Одна искра и тут был бы ад... Снова.
  Танец смерти продолжался. Трое существ, гуманоидов с серой кожей и желтыми глазами, больше похожие на жаб, набросились на него. В долю секунды Николь осмотрел всех их и понял, кого атаковать первым. Удар, скрежет. Правой рукой он прижал одного врага, а, подняв левую руку, снес со своего пути второго сорвавшейся с руки черной молнией.
  Один колющий удар в сторону, и первый так и не достал до Николя и рухнул на землю мертвым. Но на третьего никак не оставалось времени. А он мог быть слишком близко. И в тот момент, когда парень повернул к нему голову...
  ...
  Удар был таким сильным, что Николь отлетел на несколько метров назад, выронив меч, прокатившись по пыльному полю безвольным кулем. Враг навис над ним, словно гора, крепко сжимая в своих руках мечи, которые были словно продолжения его рук. На пару секунд Николь потерял сознание, а когда пришел в себя, понял, что находится в отнюдь не завидном положении. Полуметаллический враг ухмылялся над ним. На его лице была широкая усмешка, только Николь не мог видеть ее. Он лежал на животе, и его глазам открывалась лишь сухая мертвая земля, которая была практически по всему этому Слою.
  - Проклятье на семью дракона!- Пробурчал Николь, чувствуя, как зуб в его челюсти неприятно начинает качаться.
  - Ты неудачник.- Сказал враг скрежечащим, почти не понятным голосом. Его нижняя челюсть была заменена на железный протез, глаза были закрыты специальными очками, которые за сотни лет уже вросли ему в кожу. Серая кожа блестела в свете тусклого солнца.- Тебе не стоило приходить на этот Слой, неудачник. Ты явно мало, что смыслил об Ограничениях. Правила работают для всех, даже для таких как ты. А неудачники умирают.
  - Извини, не мой день.- Выдавил из себя Николь и одно резкое движение. Взмах ногами, удар пятками по противнику. Он крутанулся по своей оси, резко вскочил на ноги, и, точным ударом ноги, пока противник не очнулся, со всей силы нанес удар в его нос, от чего тот закашлялся собственной кровью и отлетел на несколько метров назад. На лице у Николя появилось радостное выражение.
  Их схватка в мертвой пустоши могла еще продлиться долго, либо закончиться в мгновение. По крайней мере, это грело организм, не давая смертельному холоду пробраться в тело. Это был слишком опасный Слой, но пройти его надо было. А у каждого Слоя есть свой защитник. При чем не один. Вот один из этих защитников и стоял сейчас перед Николем. Был бы он в Слое повыше, он смог бы просто раздавить этого наглеца, но приходилось справляться, как есть. Николь встал в боевую стойку, украдкой посмотрев жалобно на свой длинный односторонне заточенный меч, валяющийся в стороне. У врага их было два, и защитник уже пришел в себя, готовясь вновь ринуться в атаку.
  По виску Николя стекла капля пота. Сложно. Это был нижний слой, а здесь на него особенно действовали Ограничения: аномалии, искажающие его способности. В родном Верхнем Слое он мог без проблем одной мыслью поднять в воздух пол мегаполиса. Но здесь... Защитник резко сжался, готовый в следующую долю секунды кинуться в атаку. Николь даже не заметил до конца это, что значило неминуемую и быструю гибель, но вот только...
  Огромное лезвие двуручного меча, которое было в ширину ничуть не меньше двадцати пяти сантиметров, обрушилось всей своей тяжестью на плечо защитнику и погрузилось в его крепкую плоть, постепенно разрубая его сверху вниз. Поток темно-красной крови, которая больше была похожа на слизь, хлынула на Николя, который застыл в изумлении, наблюдая, как высокая молодая девушка, хрупкая и красивая на вид, с длинными темными волосами и серыми глазами, поднимает из трупа противника двуручный меч, одним резким движением стряхивая с него кровь. Причем делала она это абсолютно с хладнокровным лицом и без лишнего приложения физической силы, словно меч был пластмассовый, а девушка эдакой топ-моделью. Все это произошло за считанные секунды. Николь застыл в боевой стойке, наблюдая, как защитник Слоя безжизненно падает на мертвую землю, заливая мелкую сорную траву своей темной телесной жидкостью.
  И повисла тишина.
  Стало темнее: серые облака вновь закрыли тусклое солнце.
  - Ты идешь?- Наконец тихо спросила девушка, убирая меч в специальные ножны за своей спиной.
  Она зашагала вперед ровным, размеренным шагом, словно ничего и не случилось, просто переступив через трупы. Николь, пораженно посмотрев на нее, поплелся чуть позади, не в силах сказать что-то, пытаясь пролепетать:
  - А ты всегда так знакомство начинаешь???
  
  
  //7//
  
  Проход открылся и Лан вышел из него, тяжело ступая вперед с закрытыми глазами и выставленными вперед руками. Все эти переходы вызывали у него чувство незабываемого холода во всех его венах. Порой это было больно, порой тошнотворно: один словом - неприятно. Но это было необходимо. Если Танаке это даже нравилось, то Лан был вовсе от этого не в восторге. Тем более, что он был совсем не доволен даже тем, что он Странник и вообще способен путешествовать между Слоями. Но он БЫЛ Странником, и ему НУЖНО было путешествовать. Хотя в последние столетия он осел в одиночестве на нижних Слоях.
  Зов Отца был настолько сильным, что не было возможности противостоять ему. Воле Отца вообще не было возможности противостоять. Единственный, кто сделал это, был Кеоко за то... Он поплатился вечным заключением, что показывало, что Отец никогда не шутит. Лан иногда пытался вспомнить, как же на самом деле звали его родителей, но вместо имен все время всплывали слова: Отец и Мать. Это было не важно. Отец звал...
  Но когда Лан оглянулся, то понял, что вновь попал не на тот Слой: вокруг открывался не вид светлого и теплого Эмио, а тусклый свет, холод и мелкая зеленеющая травка огромной степи, распростершейся вокруг на миллионы миль. Рядом лишь находился большой холм, на вершине которого находилось огромное дерево, хоть и засыхающее постепенно, но, тем не менее, очень зеленое и широкое. Оттуда слышались мелодичные звуки свирели, по направлению к которым и направился Лан, рассматривая по пути серое и тусклое небо, затянутое бесконечной пеленой туч и какого-то мрака, напоминающего туман в небе.
  Чем ближе Лан приближался к холму, тем лучше он мог разглядеть фигуру мужчины с длинными водянистыми волосами, облаченного в облегающую и удобную одежду. Лицо этого мужчины казалось Лану очень знакомым, но пока он не мог узнать его. Мужчина был достаточно взрослым, можно сказать, в возрасте. Морщины покрыли его небритое лицо, сливаясь с его шрамами. В волосах виднелась седина. Но, тем не менее, было видно, что он в отличной боевой форме: прямая спина, накаченные мускулы и проницательный взгляд холодных карих глаз.
  - Приветствую тебя, Странник Лан.- Приветствовал Лана этот крепкий мужчина таким же крепким голосом.- Рад видеть тебя вновь, на этот раз на равных позициях.- Мужчина издал смешок.- Не в умирающем виде.
  И вот тогда Лан узнал его.
  - Данил!- Воскликнул Лан, быстро сближаясь к нему.- Ты жив! Ты все-таки оказался сильнее!
  - Это точно.- Крякнул мужчина.- Тогда на Венере ты спас меня, всего лишь дал мне чистой воды. Но ты спас меня, когда твой старший брат Кеоко и младшая сестра Танака разрушали целый материк на Венере, на одном из Нижних Слоев. Но я выжил, я смог добраться за помощью.
  - Но откуда тебе известно про меня и мою семью?- Тут же насторожился Лан, нахмурясь, но встретил лишь добрую улыбку.
  - Пойдем, он уже ждет тебя.- Лишь сказал Данил и повел его за собой наверх холма.
  Всю дорогу Данил шел впереди, полностью доверяя Лану, и не говорил ничего. Он лишь мягко улыбался, смотря вверх. Лан не боялся того, что могло случиться дальше, если бы даже на него налетела армия существ, обитающих на этом Слое. Ограничения здесь не слишком действовали на него. Он мог беспристрастно использовать свои способности светлого хаоса и спалить этот Слой практически дотла при желании. Но Лан никогда так не делал в отличие от всего остального своего семейства. Однако Лан был готов. Ко всему.
  Данил вел его вверх, туда, откуда доносились мелодичные звуки свирели. Мелодия была прекрасной и успокаивающей. Лан даже почувствовал в ней что-то знакомое, словно как будто его мать играла ее в детстве. Данил не изменялся в лице. Мелодия продолжала играть, но было понятно, что она достигает своей кульминации. И вдруг с вершины холма, до которой оставались считанные шаги, раздался мягкий мужской голос, напивая песню под ту мелодию, которая играла ранее:
  
  
  Песня Кеоко, которую его брат пел перед тем самым днем, когда он уничтожил их мать, превратив ее из обычного существа в целый мир с помощью Минотавра! Вот это уже не нравилось Лану, хотя он и был готов ко всему. Этой песней Кеоко хотел сказать, что все, что делают странники - это лишь предательство перед всеми остальными, что их семье не хватает одного - чувств. Тот, кто пел эту песню, великолепно знал о существовании семьи Лана. Так что же это? Вызов на поединок? Но какое существо может сравниться с его мощью?
  А, может, этого и добивался обладатель голоса: смятение Лана. "Главное - быть рассудительным!"- решил Лан, слегка наклонив голову. Одна его мысль могла обратить этот холм в прах. Но он решил, что нужно уметь держать себя в руках. Его дух - это крепость. А крепость - это твердыня его духа.
  Когда они подошли достаточно близко к огромному дереву, Лан увидел, как какой-то парень сидит на одной из верхних веток. К тому времени он как раз закончил петь песню и вновь начал играть на свирели. Взгляд Лана плавно перешел от играющего на еще двух существ, стоявших под деревом. Это была красивая молодая девушка с огромным двуручным мечом за ее спиной, который был даже больше нее, и молодой человек с абсолютно белыми волосами, даже скорее седыми, что было не вполне обыкновенно для его возраста. Но на разных Слоях разные существа. Вопрос в том, что они тут делают.
  - Ооо! Вы уже тут!- Воскликнул Данил, увидев этих двоих, быстро подходя к ним. Песнь продолжалась.
  - Да, я привела его.- Тихо сказала девушка, коротко кивнув и представив молодого человека.- Николь Голденблэйд, Странник из Верхних Слоев.
  Лан шел медленно, рассматривая их, не понимая, зачем все они здесь собрались. И опять, когда заговорила девушка, что-то в ней показалось ему знакомым, как и во внешности стоящего рядом парня.
  - Данил Леяев, с Винеры. Я с Нижних Слоев.- Поприветствовал добродушно Данил, протянув вперед руку.
  - Николь.- Поприветствовал его беловолосый парень, немного помолчал как-то смущенно.- Рейн спасла мне жизнь, но так и не рассказала, зачем вела меня сюда. Вообще...
  "Рейн и Николь! Конечно!"
  - Друг мой, Данил.- Обратился вдруг подошедший Лан.- Объясни мне смысл того, что я оказался здесь, с вами. Как будто вы ждали моего прихода. Мне кажется все это странным, ибо клянусь: я знаю всех вас.
  - Истинно!- Встрепенулся Николь, широко раскрыв глаза и подходя Лану на встречу.- В моем родном мире, когда все мои друзья погибли, ты помог мне раскрыть секрет моей крови. Ты спас мне жизнь, ты направил ко мне помощь, когда я умирал от дьявольского огня машин врага среди груды мертвых тел моих боевых товарищей. Если бы ты мне не объяснил, кто я есть, я бы не выжил.- Глаза Николя горели.- Я бы не смог путешествовать сквозь Слои.
  - Я тоже встречалась с тобой.- Кивнула девушка, скрестив руки на груди.- В сети, в Визуальном Интернете, на моем родном Слое. Ты обратился ко мне в то время, когда я была в сети. Твой дух обратился ко мне, помог выкарабкаться из тяжелой ситуации. Вот откуда я знаю тебя.
  - Вопросов много, а ответов нет.- Покачал головой Лан.- Что же мы все здесь делаем?
  - Они ждут тебя.- Раздался голос свысока, и только теперь Лан понял, что песня давно прекратилась. Взгляд Лана метнулся за его спину, дабы заметить, кто же обращается к нему.
  В этот самый момент, с одной из самых высоких веток огромного дерева спрыгнул тот самый молодой человек, который пел песню Кеоко и престал пред ними, пролетев вниз не менее десяти метров и даже не присев после прыжка. Как только парень оказался на иссушенной земле, Лан почувствовал, что потоки эфира так сильно колыхнулись, что чуть не сбили Лана с ног: врожденное шестое чувство работало отменно.
  - Ты не хочешь найти Минотавр.- Сказал молодой человек очень мягким голосом, но получилось это так, словно он отрезал кому-то часть тела. Его голос был медлительным и очень мягким. Холодные, очень светлые голубые глаза смотрели словно насквозь. Мягкая улыбка была будто насмешливой. Длинные, слегка вьющиеся темные волосы свисали на его лицо прядями, частично закрывая правый глаз. Он был красив.- Ты боишься его искать. В отличие от Танаки, ты помнишь прекрасно свою мать. В тебе осталась человечность. И тебе все равно, что случится с могущественным камнем: ты хочешь жить, а не существовать.
  - Камень на Нижних Слоях.- Сказал в ответ Лан. Этот парень интересовал и одновременно настораживал его. Века, проведенные далеко от всего этого глупого поиска, вдалеке от своей семьи не могли не отложить отпечаток на Лане. Но теперь, внезапно встретив эту компанию, Лан стал заинтересован в том, что же все-таки происходит.- Ты это знаешь. Но к чему все это?
  - Знаю.- Согласился парень, слегка кивнув.- Потому, что видел Минотавр своими глазами.
  - Что?!- Не мог скрыть возбуждения Лан.- Кеоко?...
  - Я великолепно знаю твоего брата.- Прервал его молодой человек.- Я прекрасно знаю все ваше сумасшедшее семейство, обреченное на маниакальное преследование Минотавра.
  - Как ты смеешь?- Нахмурился Лан, разглядывая усмехающуюся ухмылку молодого парня. Но тот был уверен в себе, и Лан практически перестал сомневаться, что попал в хорошо расставленную западню.- Кто ты такой?
  - Меня зовут в разных Слоях по-разному.- Усмехнулся парень.- Но в последнее время я пользуюсь своим старым именем. Меня зовут Данте. Я такой же Странник, как и ты.- Данте кивнул за спину Лана.- Как и они. Я путешествую по Слоям и записываю... нечто вроде... их карты. Если можно так выразиться, я картограф. Именно поэтому, случайно, должен признать, я и нашел Минотавр. Узнать про вашу семью тоже не составило труда. Особенно на Верхних Слоях, где Танака развела целую войну Слоев.- Он выдержал паузу и добавил немного тише.- Кровавую войну, должен заметить...
  - Не тебе осуждать нас, Картограф.- Колко заметил Лан, напряженно смотря на Данте.- Выходит, ты позвал меня сюда?
  - Нееет!- Рассмеялся Данте, замахав отрицательно руками.- Я не знаю, кто позвал тебя, скорее всего, твой Отец. Но, как и говорил Кеоко, что-то сбило зов, что привело тебя к нему. Я давно знаю его, повторюсь, поддерживаю с ним хорошую связь.- Данте хитро посмотрел на Лана.- А еще мне нужно было поговорить с тобой. Я узнал от Кеоко, что ты побывал у него, вычислил, что ты пройдешь здесь. Вот и все чудеса.- Данте развел руками.
  - И о чем ты хотел поговорить?- На этот раз усмехнулся Лан.- О Минотавре? Или о моем семействе?
  - Почти об этом.- Кивнул Данте, не заостряя внимание на чем-то именно.- Мне интересно вот что. Сможешь ли ты взяться за дело и попытаться достать Минотавр? В моих интересах, чтобы ты нашел его.
  - Почему?- Открыто спросил Лан.
  - Потому, что если он достанется Отцу, войну на некоторых Слоях уже будет не остановить.- Тяжело сказал Данте.- Ведь каждый Слой - это свой, неповторимый мир, где живут неповторимые существа. Танака же уничтожает все, что встречается ей на пути, и единственное существо, которое может хоть немного вразумить ее - это ты, ее старший брат, ибо в тебе есть еще человечность.
  - О! И ты тоже с этой человечностью!- Сокрушенно выдохнул Лан.- И чем она вам с Кеоко приелась? Слушай, Картограф, я делаю все для своего же блага, я не отличаюсь от своего семейства. Я найду Минотавр, и Отец вновь будет уважать меня. Ты об этом не думал?
  - Ты не винишь себя за то, что не помог Отцу и Танаке в борьбе с Кеоко много сотен лет назад.- Покачал головой Данте.
  - Я помню тот день.- Сказал хриплым голосом Данил, грустно смотря в землю.- Именно тогда Лан спас меня. Я помню, как двое мужчин, словно раскаленными ножами разрезали ткань мироздания. Сколько катастроф случилось в тот день, сколько жизней ушли в мир иной. И я думал, что последую за ними, но...- Данил вздохнул тяжело и посмотрел на Лана.
  От этого взгляда Лан слегка вздрогнул: столько боли было в этом взгляде.
  - В мече Рейн осколок Минотавра.- Сообщил Данте с легкой улыбкой.- Поэтому она может с легкостью владеть им. Этот меч вел ее через Слои, он способен высчитывать волны между ними, чтобы находить Проходы. Он поведет вас.- Посмотрев на Рейн, Данте встретив одобрительный взгляд и короткую улыбку. Затем Данте перевел взгляд вновь на Лана.- Минотавр находится в родном мире Николя. А единственный, на кого не подействует смертоносное излучение Минотавра - это Данил. Он единственный Странник, не болеющий болезнью от излучения Минотавра. Лан... Я знаю, ты никогда не был согласен со своим отцом, поэтому ты и ушел в изгнание. И поверь мне, твой отец уже тоже ищет камень, используя своих подручных. Не только Самарилл, но и твоя сестра.- Зрачки Лана расширились.- Никому не известно, что будет, если она поддастся искушению взять камень. Выбор за тобой. Отец ищет так же и тебя. Ищет для того, чтобы изолировать от поисков. На самом же деле он боится. Боится, что слова старшего брата подействовали на тебя.
  - Сколько я тебя ни слушаю, все мои способности работают на полную выкладку.- Сообщил вдруг как-то отстраненно Лан.- Но пока ни одно из них не сработало в критическую сторону. То есть, ты говоришь мне полную правду.- Лан осмотрел со стороны собравшихся здесь.- Ты не внушаешь мне доверия, Картограф. Я Странник с огромным опытом сражений и путешествий. И Минотавр нужен мне так же сильно, как и остальным. Только поэтому я отправлюсь с вами на его поиски. Сложен ли путь, по которому мы пойдем?
  - Сложен.- Кивнул Николь.- Сложно поймать волну, ведущую сразу в мой Слой. Нужно будет пройти два или три. И путь этот будет далеко не безопасным. Надо быть готовым к противостоянию, а самое главное к тому, что ограничения очень сильно будут сковывать нас.
  - Удачи, Лан. Не потеряйся в себе по пути.- Сказал тихо Данте.- Твой брат нуждается в поддержке.
  Это были его последние слова перед тем, как воздух буквально поглотил его, оставив лишь пустое место: проход между Слоями закрылся так же мгновенно, как и появился.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Части из "Хэй, Мистер!",
  которые не вошли в рассказ
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  - Кажется, этот ваш мир кардинально отличается от моего родного.- Юля, наслаждаясь каждой падающей каплей, стояла в душе под горячим потоком воды и с закрытыми глазами слушала, как Ксер разбирает пистолет на чистку где-то там, в соседней комнате.
  - Ты все еще думаешь, что путешествуешь по мирам?- Усмехнулся тот. Он говорил достаточно громко, чтобы перебить шум воды. Его громкий четкий голос справлялся с задачей просто замечательно. Наверное, он мог бы стать прекрасным оратором.- Сразу видно, что ты путешествовала не так много...- Ксер сделал паузу и посмотрел с упреком на голую девушку, стоявшую под душем. Его квартира была большой, но скромной. Все комнаты были соединены в одну. Туалет и ванна тоже. Мебели практически не было, но бетонный пол закрывал чистый линолеум. Ксер положил рядом с разобранным пистолетом Библию и расстегнул пару пуговиц на черной рубашке. На воротниках рубашки были пришиты православные христианские кресты, что для него было нечто вроде оберега.- Собственно, нет такого понятия, как "миры" или "измерения". Есть понятие "Слои". Они наложены друг на друга, как стопка блинов или этажей. Жители Слоев не могут перемещаться между ними, и ясно почему - они, как часть Слоя, не могут покинуть его. Это то же самое, если оторвать от человека кусок и пустить его погулять. Ну... Ты меня понимаешь?
  - Как в психоделической сказке.- Усмехнулась Юля, любуясь своим новым телом: достаточно симпатичное, возможно, слишком молодое, немного угловатое, но вполне стоящее. Она надеялась, что девочка, умершая ради нее и отдавшая для воплощения Юли свое тело, не слишком разозлилась... или огорчилась...- Допустим, что если человеку руку оторвать, то она вряд ли сможет сама по себе гулять не то что по мирам... Извини, Слоям. Она и за молоком-то сбегать не сможет. Ну и что? Что дальше то?
  - Дальше - Волна.- Ксер взял широкое фиолетовое полотенце с дивана, подошел к открытому душу и подал гостье.- Когда душа человека соприкасается в контакте с душой другого человека (это может быть даже банальное физическое общение), их души начинают резонировать. Это рождает волны от обеих душ на невидимом астральном уровне, ибо есть эфир - особая субстанция, окружающая все и находящаяся в каждой клетке. Эфир передает астральную духовную энергию живых душ и энергию давно умерших душ, ожидающих себе новые тела для нового рождения. Совокупность всех душевных волн порождают одну большую Волну, которая то и дело сотрясает весь Слой. Когда это происходит, Странник, путешествующий по Слоям, переступает с Волны на другой Слой: выше или ниже.
  - Это очень похоже на то, как я ушла из своего мира.- Задумчиво сказала Юля, проходя, закутанная в полотенце, дальше в комнату, чтобы облачиться в свою новую одежду. Она встала напротив зеркала, разглядывая свое отражение: зеленые глаза, прямой нос, широкий лоб, тонкие губки, чуть широкие плечи.- Но ведь это не мое...- Она осторожно взглянула на Ксера.- Ведь это только моя оболочка.
  - У ангелов нет тела.- Пожал плечами Ксер.- Поэтому ты и смогла перейти в наш Слой. Во всех Слоях есть такие существа, которые стоят как бы... над гранью всего, что ли.- Руками Ксер показал две разные рамки и человечка, шагающего между ними.- Есть прирожденные Странники. Это такие существа, которые были рождены вместе со Слоями. Их есть целая раса. У них есть дети. И все они, до единого, сверхсильны в Слоях. Практически ничто не может им противостоять. Это я к тому, что до них нам далеко. Так мы простые слуги Слоев. Ты - павший ангел не из нашего мира, тебе, очевидно, помогли перейти. Ищешь что-то?
  - Пророк.- Произнесла Юля, надевая свою новую одежду. Она посмотрела хитро на Ксера, но тот грустно смотрел на улицу через окно, сидя на подоконнике.- Мне сказали его здесь можно найти. Не знаешь такого?
  - Знаю.- Кивнул тот, Юля так и подпрыгнула на месте - не ожидала положительного ответа.- Я его часть.
  - Н...- Смутилась она.- Не поняла...
  - Мистер Пэрри Мейсон,- начал Ксер,- мистер Тинкертреин, мистер Кроули, мистер Чарли, мистер Элоумер, мистер Элон Парсон, мистер Алеанор Ригби, мистер Джунки, и, наконец, я, мистер Арнольд Лейн. Все мы, девятеро, составляем Пророка. Это нечто вроде кружка по интересам.
  - Чего-то я не уловила.- Покачала головой Юля.- Тебя же Ксер зовут... Ааа! Это ваши прозвища! Поняла. И чем же вы тогда занимаетесь, Пророк? Я думала, я найду здесь что-то более существенное.
  - Мы - мастера.- Пожал плечами Ксер.- Мы смотрим, чтобы ничто не мешало людям умирать и возрождаться. С какой-то стороны, мы слуги смерти, ангелы смерти, если хочешь. Только все мы разные, просто выполняем одну и ту же работу. Понимаешь, человек - очень странное существо. Он все время придумывает себе неприятности. Только дело в том, что его страхи все время новые, а старым деваться некуда. Сейчас среди людей идет 2056 год от рождества Христова. И человечество пережило такую вещь, как Апокалипсис. Наверное, христианство не умрет никогда, так что оно сейчас выше правительства, но дело в том, что старые прислужники Антихриста, все его архидемоны, уже забыты. Они стали никому не нужны, но остались среди людей. Казалось бы, почему бы им вновь не взяться за старое, но не тут-то было.- Ксер хлопнул в ладони.- Ничто не вечно. Если тебе говорят, что внезапно зло, ожившее после тысячелетней спячки, вновь тревожит мир, это полная чушь. И вот почему: всегда есть Пророк. Пророк очищает мир людей от старых, всеми забытых страхов. Лично я - старый священник католической церкви. Но мир мертвых призвал меня во время третьей мировой войны, теперь я выше всего этого. И одновременно ниже. В отличие от ангелов или демонов, большинство из Пророка имеют кровь и плоть.
  - А боятся ли посланники смерти самой смерти?- С усмешкой спросила Юля, перевязывая одну из своих катан шелковой тряпкой.
  - Я хочу смерти.- Холодно ответил Ксер и так посмотрел на Юлю, что ту даже как-то невольно пробрал озноб.- Однако если один из мистеров умирает, что-то обмануло саму смерть, сам эфир, который управляет Слоем, а значит сила эта выше, значит это один из Странников или существо с той же силой.
  - А есть ли такие существа кроме Странников?- Юля подошла к выходу, взмахнула мокрыми волосами. Капельки воды упали с них на линолеум и превратились в бесформенные брызги серебра. Прическа же тут же сама уложилась, а волосы моментально высохли.
  - Нет.- Ксер посмотрел ей в спину.- Будь осторожна в этом городе, это не тот Слой, на котором ты раньше жила. Этот город отличается от твоего родного. Хотя у людей вечно будет сполна грехов. Взгляни через астральное чувство на мой дом - он стоит вне этого Слоя, как подпорка. У некоторых мистеров подобное жилище в этом городе. Кроме меча у тебя есть чем защищаться?
  - О, да.- Горько улыбнулась Юля, смотря, как по ее руке медленно тянется от локтя к пальцам, прямо из-под кожи, тонкая алая ленточка. На прощание, она благодарно посмотрела на Ксера и открыла дверь.- Подарок от учителя.
  И Юля ушла в ночь.
  Ксер достал крестик и тихо помолился.
  За окном, где-то вдали, завыл вурдалак.
  Ксер тяжело вздохнул:
  - Твой учитель, как и Катан, всегда делал нелепые подарки...
  
  
  //7//
  
  Прилегая плотным потоком, машины спешили вперед, словно одна быстрая река, рассекали ночные просторы, дарили свет бешеным глазам и заглушали вой города. Машины ехали, машины шумели, машины дарили жизнь этому городу в ночное время суток. Сверху все они казались немного смешными. И красивыми. Словно один живой поток света лился по каменному руслу фантастической реки, по дорогам. Так уже было: внизу все было освещено светом от фар этих самых машин, все было желтым, зеленым, красным... Как на светофоре. А наверху тени стекались ближе к крышам домов. Люди почему-то никогда не обращают внимания на крыши, хотя они защищают их, или дарят им лишь чувство защищенности, хотя, нужно признать, не защищают от смерти. Именно поэтому стоит все время помнить о ней. Это такое неписанное правило: мементо мори - помни о смерти. Особенно когда чувствуешь ее дыхание на своей шее, когда она своими соками впитывается все глубже и глубже тебя. В конце концов, она завладевает твоим разумом, и ничто не может выбить ее оттуда.
  
  - Раз!
  
  И ты умираешь.
  Все умирают - ничто не вечно. А что, тоже правило, которое, почему-то пытаются нарушить ученые, но даже в середине двадцать первого века как-то они далеки от этой цели. От смерти не уйдешь. Ничто не уйдет от смерти. Ни человек, ни павший и всеми забытый бог, ни буйный дух, ни высший демон с самого далекого круга ада. Смерть придет когда либо за каждым. Судьба - это смерть, это нечто, живущее вне нашего понимания, вне человеческой души. И только тот, кто смог абстрагироваться от таких земных понятий, как Бог, душа и тело, сможет понять, что же такое судьба. Судьба выбирает нас, судьба ведет нас, управляет. Только порой спрашивает:
  - А как ты хочешь? А как ты сделаешь? Твои действия?
  Ну и все в таком духе.
  
  - Два!
  
  Судьба мешает нам, когда мы делаем что-то уж слишком неверное и наоборот подталкивает, когда мы идем той дорогой, которую она для нас приготовила. В нее можно верить, а можно и не верить - разницы вообще нет. Можно о ней даже не думать. Все равно это будет то, что останется вне Странников, вне Слоев. Что же это... Это то, что ждет нас... так много веков... так много миров. Это то, к чему ведут все дороги-кресты. Ответ прост.
  
  - Слишком плохо, ты сдохнешь!
  
  Островками боли разлеталось сознание по уголкам, но потом собиралось в одну целую цепь. Страшно и смешно. Но чего бояться, коли все, что создается и уничтожается, уже написано судьбой. Бездна. Наверное, это место и было судьбой, хотя, кто знает. Все равно попасть туда по своему желанию невозможно, да и кто будет желать пропасть в пустоте. Мистер Кроули, Денис...
  
  - Это все из-за гребаного понимания...
  
  Как часть Пророка, Алина великолепно знала Дениса, часто встречалась с ним, пока он бодрствовал. Он ведь был таким: спал от поручения к поручению, даже если дела, требующие его появления, происходили раз в несколько лет, раз в несколько сотен лет... Он и Света были неразлучной парочкой. Алина же была одиночкой, она была тем, кто любит работать один, даже если это практически самоубийство. Вот и сейчас она всерьез задумалась над этим.
  Когда взялась за ручку двери ночного клуба.
  
  Словно перемотка назад: она лежит, встает спиной вперед, лезвия вынимаются из ее окровавленного тела, она бежит назад спиной, прыгает, смотрит на того ублюдка, который довольно хохочет на месте ди-джея. Клуб темный, заполненный каким-то одурманивающим газом, но Алину беспокоит не это. Тот ублюдок - в нем что-то невероятно знакомое, невероятно родное. Убивать его не просто рука не подымается - не хочется! Что же это? Что же произошло?
  
  Алина моргнула и открыла дверь ночного молодежного клуба. Посмотрев чуть назад, она холодным взглядом проводила охранника, который осуществлял на входе фейс- контроль. Девушек пускали после полуночи бесплатно. А эта ночь была особенно хороша - красная луна была полной, а значит, силы Алины были тоже на пике. А названия клуба ведь уже выдавало здесь давних поклонников японского сериала, клуб назывался прозаично: "Murder club". Все здесь было сделано в соответствующем стиле: черно-красные стены, грубая отделка. Молодежи такое нравилось. В воздухе было столько легких наркотиков, что каждый входящий сюда, спустя лишь несколько минут, впадал в эйфорию. Алина, скромно спрятав руки в свою кожаную куртку, посмотрела украдкой на стойку ди-джея. Она находилась на том месте, где и была - видения ее еще ни разу не подводили. Там, как и положено, находился бешенный ди-джей, который крутил пластинки и играл совершенно непонятную музыку, даже более беспорядочную, чем сам хаос. Но, наверное, в это время такая музыка была очень популярной. Танцпол был полон людьми. У некоторых из носа шла кровь, у некоторых пена изо рта.
  Алина тряхнула своими черными и очень длинными волосами (до самого пояса, а то и ниже) и усмехнулась всему тому, что предстало перед ней: ну и мерзость. Но это было любимым занятием людей, предаваться всему этому. Это их выбор. Ведь они продолжают свою жизнь - куда деваться. А здесь было так много молодых людей, что не могло не беспокоить. Они не зря скапливаются в таких местах. Еще до третьей мировой подобные места были притонами всякой нечисти. Люди, конечно, не верили в такую чепуху, как вампиры, зато те были вполне довольны таким положением дел. Они и сейчас довольны.
  Но нельзя было отвлекаться от цели: приказ есть приказ. Трибунал опять связался с Алиной в темноте сна. Они обращались к ней только в тех случаях, если сталкивались с необычным врагом и не могли сами справиться с ним.
  Здесь если и был банальный высший вампир, значит, он выбрал себе далеко не последнюю роль в жизни клуба - они существа предсказуемые.
  - Директор где?- Алина поймала за руку какую-то официантку. Она была в противогазе и как можно сильнее раздета (одни трусики и какие-то ботиночки). Через стеклянные глазки мелькнул испуганный взгляд. Та указала пальцем в сторону одного из столиков, за которым сидел...
  Алина не поверила своим глазам и медленно зашагала туда, грубо отталкивая всех проходивших мимо. Девушки просто отскакивали в стороны, парни отлетали. Не заметить этого было просто невозможно. Сердце похолодело, зрачки сузились - Алина выходила из себя. Ди-джей как-то притормозил, следя за ней, моментально поймав взглядом. Музыка, соответственно, тоже постепенно угасла и все вокруг разом посмотрели на нее. Сначала взгляд их был обескураженный, слегка испуганный, они немного разошлись, освобождая ей дорогу. Но человек за столиком тут же сделал едва заметный жест рукой, и люди вокруг тут же посмотрели на нее иначе. Посмотрели красными огненными глазами. Алина перевела взгляд, нащупывая эфес своего старого меча. Человек за столиком, на которого указала официантка, беседовал с кем-то, словно и не замечал происходящего.
  Едва заметное движение.
  Алина уже думала, что на нее нападают, но к ее удивлению к ней подбежала какая-то девушка и встала с ней спина к спине. Алину это, мягко говоря, немного удивило. Подбежавшая демонстративно держала перед собой самурайский меч, катану, и холодно смотрела на окружающих.
  - Ты что здесь делаешь?!- Прошипела сквозь зубы Алина, коротко взглянув на девушку за ее спиной.
  - Только я покидаю Ксера, сразу натыкаюсь на нечто еще более интересное.- Промолвила та рассуждающе. При упоминании мистера Арнольда Лейна Алина слегка вздрогнула и немного удивленно взглянула на неожиданное подкрепление. Девушка быстро подмигнула, улыбнулась своей коронной кривой ухмылкой и слегка выдвинула меч.- Я просто Юля. Проходила мимо, думаю: зайду, покалбашусь. Знаешь ли, любила я это когда-то, а в этом Слое нравы другие, интересные. Захожу я, значит, сюда. Вах! А тут нежити, как кур не резанных. Ну, думаю, веселуха предстоит. Глядь: а тут и ты выходишь.
  Молодежь тем временем окружила их плотным кольцом.
  - Мне помощь не нужна.- Холодно сказала Алина.
  - Дура что ли? Ты справишься со всей толпой? Я, конечно, из любезности могу тебе оставить большую часть, но...
  - Дура!- Отрезала Алина, выхватила меч, сжала его за лезвие, по которому тут же закапала темно-красная кровь девушки. Затем, резко схватив за эфес, резанула воздух перед собой.
  Это дало невероятный эффект. Такого Юля даже еще не видела: черная волна пошла вперед от Алины, сметая все вокруг, засасывая в себя, отрывая куски, раскидывая в щепки столики. Словно сама реальность почернела, обуглилась и начала стирать все, что было не угодно Алине. Эта волна дошла до самого столика директора, но внезапно остановилась в каких-то сантиметрах от него. При этом Алина уже была у столика, словно вспышка, она ускорилась в несколько раз и, оставляя за собой лишь короткий шлейф, пронеслась к цели.
  - Ого.- Присвистнула Юля, глядя за свою спину.- Шустрая!
  - Привет, мистер Чарли.- Улыбнулся, как чеширский кот, человек, сидевший за тем столиком. Он снял с глаз широкие солнцезащитные и посмотрел на Алину белыми, словно слепыми глазами. Сомнений не было - это был тот мужчина из видения. Алина крепко сжала челюсть, в ее глазах появилась ярость. Человек положил на столик свой красивый меч из синей стали.- Я ждал сегодня ночью тебя, Алина.
  - Мне везет встречать вас.- Прошептала Юля, слегка отступая назад медленно, чтобы не провоцировать отупевшую молодежь на танцполе. Газ в воздухе превращал частых посетителей бара в подобие кукол. Все остальные, не поддавшиеся пока действию газа, уже выбежали вон.
  - Мистер Элон Парсон.- Горько сказала Алина, признавая друга.- Объяснись. Был дан приказ Трибуналом на "очищение" этого места.
  - Я знаю.- Элон встал из-за столика, чуть отошел в сторону, держа меч наготове. Его веки и кожа вокруг глаз были белыми, словно опаленными.- Поэтому я тоже здесь. Потому, что я сильнее тебя.
  - Эй, мистеры, а вы разве не друзья должны быть?!- Нервно спросила Юля, поглядывая то на них, то на шипящую, словно змеюку, толпу.
  - Должны.- Горько ответила Алина и тут же злобно посмотрела на своего уже бывшего товарища.- Но приказ был убить.
  - Не обольщайся, дурочка.- Мягко сказал тот, вставая в боевую стойку.- Я поклялся ей в верности. Я полностью ЕЕ!
  С этими словами Элон со всей силы ударил мечом по полу, который тут же пошел трещинами, зашатался. Удар словно вызвал землетрясение: стены начались трескаться, свет замигал и вскоре выключился. Здание содрогнулось, начало разрываться по швам. Танцпол тут же провалился на несколько метров вниз. На нем уже зажигала Юля, орудуя своим мечом, словно отгоняя от себя бумажкой мух. Немертвая молодежь с нечеловеческой быстротой кидались на нее, но та не зря была в своем прошлом падшим ангелом: с одним мечом она быстрее ветра наносила удары. Глаза Юли были закрыты, что не мешало ей наносить удары по кругу, отрубая от врагов целые куски. Лишь на секунду она взглянула наверх, где на осколках крыши крутились две черные фигуры, в воздухе нанося друг другу удары.
  Алина перепрыгнула на обломок балки, парировала и тут же рубанула изо всех сил. Это задело врага лишь немного, по плечу. Элон отскочил в сторону и приземлился внизу у столиков.
  - Так меня не убить.- Усмехнулся он и посмотрел на рану на плече. Та сразу покрылась какой-то черной материей и мгновенно заросла. Он медленно перевел взгляд на Алину. Та, тяжело дыша, нервно взглянула на свой длинный меч, слегка светившийся синеватым призрачным светом. Элон злобно рассмеялся. На лезвии ее меча появилась небольшая трещина. Алина широко открыла глаза.- Чем больше ты таких наносишь ударов, тем меньше заряда остается у тебя на лезвии. Простым мечом меня можно и не пытаться убить, так что не мажь.
  - Не учи меня!- Взревела Алина, спрыгнув вниз, к нему, нанеся рубящий удар страшной силы. Причем рука ее и меч ее стали практически черными от непонятной материи, которая словно коверкала саму ткань мироздания, опустошая ее. На пути, пока она летела, эта черная материя втянула в себя ближайшие доски и осколки. А когда их мечи сошлись, по всему вокруг прошлась небольшая волна, словно это был небольшой атомный взрыв.
  Некоторые ходячие трупы попадали от этой ударной волны. Некоторые даже пришли в себя, ведь потолка, как, в принципе, и стен уже не было, и газ не мог воздействовать на их разум.
  - Эй, вы, может, мирно разойдемся?- Крикнула Юля, разрубая уже последнюю порцию и резко взглянув на дерущихся на площадке сверху. Также она заметила забавную деталь: диджейская стойка поднялась вверх, словно пьедестал, с которого невидимый зритель наблюдал, как Алина кое-как отбивает сокрушительные удары противника.
  - Раз!- Вдруг произнес Элон, отпрыгнул на несколько метров назад, останавливаясь у стенки, упершись в нее правой ногой. Алина при этом злобно шикнула.- Твой учитель великолепно тренировал тебя, теперь ты настоящий мастер. Твоя способность управлять пространством и временем, честно, поражает меня. Я заметил: ты отмотала время, чтобы не попасться на мой удар. На сколько же тебя еще хватит, а? Насколько хватит твоей силы и возможности "перемотать" настоящее и пройти его заново?
  - На тебя хватит.- В ее голосе была ярость, но усталость не давала ей дышать ровно. Было заметно, как ее руки дрожали. Свечение на лезвии меча чуть убавилось: Элон сам порой нарывался на ее удары, чтобы уменьшить заряд в мече. Теперь ей нужно поразить его жизненно важную точку, иначе он просто регенерирует. А если заряд хоть немного уменьшится, ей будет его не победить. А в запасе осталось сил лишь на одну перемотку времени. Все как в видении.
  - Ну что же ты?!- Элон поднял к ней руки, которые тут же начали заполняться черной энергией.- Мистер Чарли, мы же верные друзья. Иди - обнимемся!
  С этими словами он оказался за ее спиной. Просто взял и оказался, словно там и стоял, словно так и надо было. Он хотел схватить ее в черные объятия, дать пустоте, черной дыре, поглотить Алину. Но та, словно знала об этом, уже встретила его ударом ногой в нос. Элон отлетел и довольно посмотрел на Алину. Та была вовсе не рада, но удар ногой был единственным возможным - иначе она просто не успела бы, а оттолкнуть его просто было необходимо.
  Элон с хрустом вставил нос обратно, из него тонкой струйкой текла черная густая кровь.
  - Два.- Широко улыбнулся. Практически до ушей.
  - Запарил!- Сплюнула в сторону Алина и чудом парировала новый молниеносный выпад.
  Элон с довольным лицом резанул сверху, сильно наклонившись вперед. Алина кое-как отклонила удар, но в тот же момент раздался скрежет, хруст и ее меч развалился на три части, словно игрушечный. Терять уже было нечего: она кинулась тут же на него. Меч полоснул ее по бедру, но осколок ее меча с хрустом и хлюпаньем вошел в его левый бок. Элон взвизгнул, откинул ее ударом колена по ребрам и отпрыгнул в сторону, залетев на диджейскую стойку. Вот оно!
  Алина чуть не рухнула на пол от усталости, но Юля успела подхватить ее. По ее боку текла кровь, сил уже не было, и сопротивляться помощи она не могла. На несколько секунд воцарилась тишина. Элон, кривясь от боли и тихо матерясь, вытащил из себя осколок, вырывая его за эфес. Раны его дымились все той же черной материей, но не заживали, однако он и не собирался умирать, а значит, она проиграла.
  - Слишком плохо.- Хихикнул тот.- Ты сдохнешь.
  - Пасть завали!- Рявкнула на него Юля. Алина, как и сам Элон, удивленно посмотрели на нее.- Прыгаешь тут, как хер на резинке, сражаешься с такой милой девушкой. Эй, белоглазенький! У вас все такие "герои"?
  - Дура, он же тебя одним пальцем затыкать может!- Прошипела на нее Алина, не в силах встать.
  - Да он просто гребаный идиот!- Юля встала напротив Элона с мечом наготове, защищая собой Алину.- Мы его одной левой, как два пальца об асфальт!
  - Да ты хоть знаешь против кого идешь?!- Захохотал во все горло Элон, но тут же поперхнулся, злобно и удивленно смотря на Юлю. Та, спокойно закрыв глаза, держала в левой руке меч, а в правой пистолет. Дыра на шее Элона постепенно заросла.
  Блам!
  Элон вновь хрипнул, подождал, пока рана заросла, но вновь грянул выстрел, затем еще один.
  - Так его не убить!- Хрипом крикнула Алина и заметила, как по щеке Юли текла капля пота. Юля нервничала и прекрасно понимала, с кем встретилась, однако теперь она просто тянула время, выстрелами она не давала действовать врагу, тем временем придумывая план действий. Но в этой современной вариации "Пустынного орла" всего двенадцать патронов. Надолго ли хватит?
  - Да я, если понадобится, сама его пальцем затыкаю!- Воодушевленно сказала Юля, тем временем перехватывая меч в левой руке лезвием вниз.
  - Выскочка, знай свое место!- Наконец не выдержал Элон. Из его шеи брызнула струйка черной крови, но он этого даже не заметил.
  Он поднял руки вверх, все вокруг него стало искажаться черной материей. Затем он взмахнул рукой в воздухе, словно гладя его ладонью. Черная материя преобразилась в добрый десяток мечей, весящих в воздухе, лезвием направленных в Юлю с Алиной. Все как в видении. Черная материя могла всосать их в себя, не оставив и следа даже от их души. Элон, довольно хохоча, махнул рукой, и лезвия кинулись в их сторону. Все. Это был конец...
  ...
  ..
  .
  - Не дури со мной!!!- Взревела Юля, держа двумя руками свой меч так, что эфес немного хрустнул. Ее волосы немного приподнялись, кожа покраснела, а под ней что-то зашевелилось, словно один огромный червь в ее теле стал извиваться, вырываясь наружу. И он вырвался. Вернее они - широкие красные ленты, разрывая в некоторых местах ее кожу, молнией выползли наружу, отбили все летевшие в них мечи и полетели дальше в Элона.
  Диджейская стойка превратилась в щепки, Элон рухнул куда-то в сторону, на лету роняя свой красивый меч. Тот улетел в сторону и растворился где-то в обломках. Алина пораженно смотрела на Юлю, а та с яростным лицом, на котором проявились какие-то прежде невидимые широкие шрамы, посмотрела на врага. Красные ленты кружились и обвивали ее, словно вторая одежда. Лицо ее на половину так же было скрыто лентами. Мечи Элона отлетели от этих лент, словно те были крепче бетона. Это было не просто невозможно. Это было непостижимо.
  - Я называю их бетоношелком.- Ласково указала руками Юля на ленты.- Правда, забавные?
  - Что ты такое?!- Истерично взвизгнул Элон.
  - Ангел Павшего Рая.- Коротко усмехнулась она.- Когда я была живой, меня называли Юлей, мой создатель называл меня Милашкой, а другие ангелы просто Юльчей. Тебе-то что?- Она подняла руку на уровне глаз.- Что тебе дело до других? Ты же вон, какой крутой! Ножичком только горазд махать против девушек, а какую-то хрень черную вызывать. И это все? Да она тебя сильнее в сотню раз!- Юля посмотрела на пораженную Алину и подмигнула, добавив так, чтобы слышала только она:- Ничего, скоро мы тебя полечим чуток.
  - Ты права, мне дела нет до тебя!- Плюнул Элон. Его тело все было покрыто черной материей, словно черным огнем. Слепые глаза пылали светом, как и шрам на лице.- Я, мистер Элон Парсон, укротитель негативной материи черных дыр. Я предан Ей.- Его лицо вновь исказилось в зловещей улыбке.- Это все из-за гребаного понимания! Для меня она - цель жизни, а для вас она - враг. Хотя, возможно, она тоже ниспустит на вас свое благословение и возьмет с собой. Пока же у меня цель простая - превратить вас в прах!
  - Да заткнись уже.
  Блам.
  Элон...
  Юля...
  Алина:
  - Катан?!
  Элон (и, нужно заметить, детки, в глазах у него был такой страх, словно наш укротитель негативной материи черных дыр сейчас обделается) обернулся и увидел того, кто пустил в него пулю со спины, вырвав из его груди приличный кусок. При этом Элон еще мог частично двигаться и даже существовать, однако банальный страх сковал его всего.
  Юля застыла в немой стойке, словно призрака увидела. Ленты тут же убрались под кожу, которая стала нормального цвета. Ее глаза заблестели, и сухие губы тихо прошептали: "Химера".
  - Чего приперся?- Недовольно, но по-дружески, кинула Алина, истекая кровью.- Не видишь, у меня все под контролем.
  - Я заметил.- Довольно усмехнулся вошедший в обломки клуба парень. На вид лет двадцать пять или чуть больше. Среднее телосложение. Одет в черные плотные штаны, крепкие ботинки на невысоком каблуке, длинный темно-синий плащ, который был небрежно расстегнут. На поясе болтались кобуры с пистолетами такого калибра, что обычного человека бы могла оглушить отдача. За спиной виднелся широкий длинный меч из черной стали, надежно укрепленный на спине. Мягкие черты чуть вытянутого лица. Длинные ресницы и волосы, падающие с его плеч, были белого цвета, словно ему была не одна сотня лет. Голубые, словно выцветшие глаза, были чуть прикрыты. На лице сияла немного усталая, но довольная ухмылка, оголявшая два острых клыка. Он скромно и медленно отвел взгляд в сторону.- Испортили людям вечеринку.
  - И ни говори.- Слегка кашляя, посмеялась Алина.
  - Это еще кто???- Пришла в себя после воспоминаний Юля, теперь она не верила своим глазам.
  - Мистер Пэрри Мейсон.- Представила Алина.- Убийца богов, Катан.
  - Даже тебе с ней не справиться.- Прошептал Элон. Из его глаз ручьем текли слезы.- Слышишь, Катан, тебе ее не одолеть. Она уничтожит всех вас. Всех. Да прибудет ее сила...
  Блам.
  И у Элона стало недоставать головы.
  - А я думала, его пули не берут.- Юля подошла и попинала тело Элона, которое уже начинало обгорать и исчезать.
  - Мои пули из небесного металла.- Пояснил Катан, убирая пистолет назад.- Сделаны моим хорошим другом Антариилом, небесным кузнецом.
  - Катан, Элон сошел с ума.- Алина оперлась на какой-то кусок камня, в ее голосе звучала отчаяние.
  - Я заметил.- Кивнул Катан.- Давай тебя к Ксэру отнесем - он лучший врач на всех Слоях.
  - А что такого в его безумии?- Пожала плечами Юля.- Он, конечно, один из Пророка, сила, овладевшая им, должна быть невероятной, но, как говорится, раз в год и палка стреляет.
  - Ты не понимаешь, дурочка.- Крякнула Алина, которую поднимал на руки Катан.- Элон был самым мудрым и устойчивым из нас.
  - И...
  - Просто это реально страшная мощь.- Хмыкнул Катан обыденно и осторожно пошел вперед к выходу.
  
  //8//
  
  Когда свечи, наконец, догорели, шампанское было допито, а страсть утихла, Света оперлась локтями на диван и игривым взглядом проводила Дениса, который, чуть шатаясь, прошел к ноутбуку, взял стакан с водой, стоявший рядом и осушил его за один глоток.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага 2"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Г.Елена "Травница"(Любовное фэнтези) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"