Лодыгин Николай Владимирович: другие произведения.

Третий лишний

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Он умер в своем мире. Но выбор есть и после смерти, он выбрал и ожил в другом мире. Впрочем и в этом мире сильный всегда прав. Стать же сильным не так-то просто. А ведь ему мало просто быть сильным...

Третий лишний

Annotation

 []
     Третий лишний (https://ficbook.net/readfic/5538836)
     Направленность: Джен
     Автор: Nikolachka (https://ficbook.net/authors/2274641)
      Фэндом: Naruto
      Рейтинг: NC-17
      Размер: планируется Макси, написано 435 страниц
      Кол-во частей:32
      Статус: в процессе
      Метки: Смерть основных персонажей, ООС, Насилие, Нецензурная лексика, ОМП, ОЖП, Фэнтези, Экшн, Дарк, AU, Попаданчество, Дружба, Смерть второстепенных персонажей
      Публикация на других ресурсах: Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
      Описание: Он умер в своем мире. Но выбор есть и после смерти, он выбрал и ожил в другом мире. Впрочем и в этом мире сильный всегда прав. Стать же сильным не так-то просто. А ведь ему мало просто быть сильным...


Пролог

     – Тааак, а вот это мне уже совсем не нравится.
     Ситуация была типичнейшей: группа уродов решила развлечься и затащила в кусты девчонку. Беда была в том, что я был один, ночью, в парке и в добавок без мобильника.
     Вариант уйти и забыть я не рассматривал; жить говнюком я не желаю. Да и у самого сестренка, а если и с ней вот также... Вариант позвать на помощь, так некого: в округе ни прохожих, ни даже телефонов-автоматов...
     Ну значит судьба у меня такая. Оглядываюсь и подхватив валявшуюся рядом палку, иду к кустам.
     Открывшаяся картина развеяла последние сомнения. Десяток парней, жаждущих запретной романтики, уже успели разорвать на девчонке блузку и прижав к земле отпускали похабные шуточки, ожидая, когда альфа-самец разорвет трусики и примется за "дело".
     — Эй ты! А ну вали отсюда! — Один из парней, не принимающий участие в "забаве", заметив меня, подошел поближе, "угрожающе махая" руками. И приглядевшись к нему, вижу, что веселиться компания начала задолго до парка.
     Твою-то мать они же либо пьяны, либо под кайфом. С одной стороны, это хоть какой-то шанс, а с другой, черт его знает, что они выкинут в следующий момент, им сейчас море по колено, а горы по пояс. Молча бью подошедшего по голове, он падает и ... компания даже не обратила на это внимание. Молча подхожу и бью ближайшего также в голову и ... опять ноль внимания.
     Да что с ними такое? Я бью третьего, только теперь меня заметили. Вырубить я сумел еще троих, а потом почувствовал дикую боль в спине, и потом все резко закончилось.
     А вот потом я почему-то завис в космической пустоте и слева от меня что-то мягко сияло, а справа клубилось что-то темное. При этом я чувствовал, как меня легко тянет и влево, и вправо, что выбрать? Я же неожиданно, даже для себя, просто пошел вперед, не люблю я, когда меня тянут куда-то... Вот опять странность, в космосе полагается летать, а я пешком хожу. Правда тут холодно, как... очень холодно в общем.
     Звезды раньше находящиеся где-то вдалеке резко приблизились, зависнув на уровне лица, точно елочные игрушки. Эм, я видимо должен выбрать? А почему должен? Обходя звездочки я прошел еще пять минут и ничего не произошло, только холод усилился. Ясно, если я не хочу куковать в пустоте в виде сосульки, то либо я выбираю понравившуюся звездочку, либо уступаю тем, кто меня тянет. Касаюсь звездочки раскрашенной во все цвета радуги и меня со страшной силой потянуло куда-то вниз.
     Резко открываю глаза и вижу перед собой женское лицо типично азиатской внешности, все я видимо очнулся, но почему азиатка? Открываю рот, но вместо слов слышу:
     — АААА, — тут же слышу громкие радостные голоса.
     Меня поднимают вверх, хммм, вижу лицо какого-то мужчины, тоже азиата, странно что он так легко и без всякого напряжения может держать меня, вроде бы не выглядит силачом, пытаюсь протянуть к нему свою руку и с ужасом осознаю, что это не моя рука, это рука младенца!!
     Мужчина видя мои потуги вновь радостно залопотал, на него кто-то шикнул, я же пораженно смолк и меня подкладывают под бочок к какой-то женщине... да чтоб меня я попал и попал в ребенка, в грудничка чтоб меня еще раз!!!

Глава 1. Детство

     Так ладно надо обдумать, то что случилось. Итак по порядку, то что я умер это конечно плохо, но по другому быть не могло. Девчонку я оставить не мог. Потом, хмм потом я умер и оказался где-то, а где?
     Ну этот вопрос явно останется без ответа, ибо что там после смерти не знает никто, но получается, что и после смерти есть какой-то выбор и я вроде бы выбрал? А что я в таком случае выбрал? И почему мне было там так холодно? Кстати когда я выбирал, то ведь не все звездочки приблизились, часть осталась на месте. Вывод если даже я и умер случайно, то вот после смерти явно кто-то вмешался и не оставил мне времени чтобы разобраться, что я вообще выбираю.
     И в итоге я попал не пойми куда и не представляю, что меня ждет. Оно конечно быть живым лучше чем мертвым, но это был МОЙ выбор, а меня "подтолкнули"!!
     Хорошо бы теперь надо понять переместился я во времени, или сразу в другой мир.
     Но увы и ах меня ждет скука и ничего неделанье, в своем теперешнем тельце я даже говорить и то не могу, а мне срочно нужно найти чем заняться. От безделья изо дня в день я или свихнусь, или впаду в детство, став ребенком. Так если никакие физические действия невозможны, то займемся умственной деятельностью. Раз переселение душ на моем примере сработало, то почему бы мне не помедитировать? Да и больше ничего на ум не приходит.
     Теперь я лежу, ногами руками не дрыгаю, закрываю глаза сосредотачиваюсь и... ничего, ну и ладно времени у меня мнооого, делать нечего, глядишь я еще и в Нирвану войду! Или в нее по другому входят?
     Дни тянулись похожие друг на друга, как две капли воды. Меня кормят, бросают две три фразы на своем языке, уходят, возвращаясь когда я заору, меняют пеленки или если они чисты просто успокаивают, ууу черт возьми, да когда я смогу сделать хоть шаг сам!!!
     Через пять месяцев во время моих медитаций стало становиться теплее, а я начинал видеть перед собой не надоевший потолок, а какую-то темную комнату, где абсолютно ничего не было.
     И с каждой медитацией я все дольше и дольше мог пребывать в этой комнате. Если сначала я учился входить и выходить из этой комнаты по своему желанию, то потом шаг за шагом начал ее обустраивать, сначала "повесил" лампочку, потом начал "затаскивать" мебель... В процессе выяснилось, что работая в этой комнате я очень быстро устаю и больше одного предмета за день я там разместить не могу, но сама работа – это было здорово!! Наконец-то хоть какое-то дело!! И плевать на усталость, мне даже стало интересно, а что еще можно сделать?
     Как довольно быстро выяснилось не мало, я стал наполнять комнату книгами, где были мои воспоминания и после второй задумался, а не является ли эта комната моим подсознанием? Тогда получается, что я не ухожу из тела куда-то, а изменяю свое подсознание? И еще в добавок ко всему, я стал магом или каким-нибудь псиоником?
     Но куда важнее, что мое тело окрепло настолько, что начал ползать! Впрочем ничего кроме радости моих, ну пусть будут родственники (не родители, родители в другом мире, без магии)... дальние. Так вот выползти из комнаты я не сумел, но их порадовал.
     Шло время, медитируя и ползая по комнате, я окреп настолько, что сделал первый шаг... За первым шагом, последовало первое слово "Николай", мое настоящее имя, но несмотря на это меня все звали Ога, Ога Камаиси мое второе имя, которое мне дали в этом мире.
     В своем новом доме я провел пять лет, пять мать его лет занятий медитацией, изучения языка и помощи по дому. Когда меня наконец-то выпустили за порог я радовался как никогда в жизни, ведь теперь я свободен!!
     Впрочем быстро выяснилось, что с радостью я поспешил.
     Жизнь в деревне, что может быть прекраснее!? Ну это кому как, лично мне жить в средневековой японской деревне, находящейся где-то в лесах средней полосы очень неудобно.
     И дело даже не в отсутствии привычных благ цивилизации вроде газа, электричества, канализации... нет дело в том, что я по прежнему не знаю где я и никаким образом эту информацию получить не могу, для местных мир заканчивается за оградой деревни, дальше только слухи и сплетни.
     Моя семья держала небольшой (и единственный) трактир в этой деревеньке. Но даже они, общающиеся с путешественниками и торговцами, время от времени забредавшими к нам, очень смутно представляли, что находится хотя бы в одном дне пути от нашей деревни. Моя жизнь уже была распланирована: как только вырасту, я должен буду стать новым хозяином трактира, но такая судьба меня не устраивала и я убедил своих родичей, что даже пока я мал, я должен приносить пользу и потому стану охотником. Это был очень странный разговор, мои аргументы были малочисленны и не очень убедительны, но при этом я чувствовал, что во время разговора я выпускал в их сторону сгустки какой-то силы. Собственно эта сила и оказалась главным аргументом, только почему ее никто не почувствовал кроме меня? Видеть то ее и я не видел, но не почувствовать как на тебя колдуют!?
     С другой стороны я и сам ничего в собственной магии не понимаю ни что это, ни как работает, ни даже почему я ей владею, ведь раньше у меня ничего подобного не было.
     Убедить одного из охотников нашей деревни удалось по той же схеме: несколько не очень убедительных аргументов и порция силы, причем после этого я почувствовал легкую усталость, гмм... моя сила не бесконечна, это плохо хотя и логично.
     И вот теперь я буду постигать ремесло охоты, или если по простому то научусь выживать в дикой природе, что во времена средних веков, мне сугубо городскому жителю, точно не лишнее, и может быть хоть немного разберусь куда же меня закинуло.
     За один год я успел выучиться почти всему, чему мог выучиться мальчишка, шести лет от роду и если медведя я добыть еще не мог, то вот кролика... при этом я не забывал ни о медитации, ни о физическом развитии. С моей хммм... "психической" силой никаких изменений не происходило, за исключением открывшейся способности чувствовать других... Выглядело это как огоньки в темноте и в начале, когда я еще не понимал, как этим пользоваться, то трижды чуть не погиб. Первый раз я пошел на самый крупный огонь и оказалось, что сила огня зависит не от расстояния до него (хотя как я потом выяснил и от него тоже, но намного меньше), а от того кто именно является носителем огня, то есть силы. Я же пришел к медведю, не панде которой вроде бы полагается быть в этой местности, а самому настоящему бурому медведю. Сбежал я тогда чудом.
     Второй раз я выслеживал какого-то мелкого зверька и в азарте едва не налетел на стаю волков. Когда же я уже хотел убегать выяснилось, что мое чутье огоньков тоже расходует силу и что этих сил у меня осталось только что бы на месте не упасть. В тот раз мне просто повезло, что волки не обратили на меня внимания, убежать я бы не смог.
     Третий и последний раз был связан с тем, что я хотел увеличить расстояние на котором могу чувствовать "чужую силу" и то ли я чего-то не рассчитал, то ли просто забыл поставить "ограничитель", но радиус моего "видения" стал резко расти, а мои силы стали убывать, так быстро, что я просто вырубился и если бы я проводил этот эксперимент не дома, на чердаке, а в лесу то там бы и остался. В себя я приходил пол дня и зарекся проводить эксперименты на себе, ну по крайней мере до тех пор пока все не рассчитаю и не проверю.
     Моего наставника-охотника, звали Акита Аомори и он был очень добродушным дядькой который взялся не только учить меня охоте, но и помог мне с тренировками которые очень сильно развили мою физическую форму. И в процессе этого развития я заметил, что чем больше я тренируюсь, то тем больше становятся мои физические возможности, причем рост этих возможностей был аномально высоким. Я становился сильнее, быстрее, выносливее... еще одно проявление моей силы?
     Когда же я спросил у своего наставника почему это происходит, то он ответил, что не знает почему, но так бывает. Сам он несколько раз слышал о таком, таким людям приходило приглашение от клана на территории которого находилась деревня о вступлении в клан.
     Также отдельное спасибо я ему сказал за то, что в оплату за обучение и тренировки я должен был отдавать половину всего, что добуду на охоте. Когда же я заметил ему, что я еще очень мал и больше двух кроликов никогда не добуду, он ответил, что он проверяет и себя, чему он может научить и сможет ли вообще.
     В итоге мой день выглядел следующим образом: утром с рассветом закалка организма (болеть в это время я не желал категорически), легкий перекус после чего тренировка три часа, после опять перекус (только чтобы утолить голод и вернуть силы, излишества в еде еще один повод для болезней которые в этом времени не умеют лечить) и я иду на охоту. Охочусь (проверка и установка ловушек, а также попытка разыскать и подстрелить какого-нибудь зайца) и либо с закатом, либо если привалила добыча, я возвращаюсь в деревню, где по приходу легкий перекус и медитации с учебой (чтение и письмо у матери по трем свиткам и одной книге) до темноты. В итоге к своим шести годам я выглядел на девять, а мог еще больше... Сверстников я почти и не видел, а когда видел, то просто проходил мимо, что мне могли дать 5-6 летние дети?
     — Значит все, уходишь? — С своей неизменно добродушной улыбкой спросил меня мой учитель.
     — Акита-сэнсэй, я уже научился у вас всему чему мог и теперь должен лишь набираться опыта и "качать мышцу", чтобы мог сойтись с волком или медведем. — Также в свою очередь мягко улыбаюсь.
     — Научился один такой, ты как, еще хочешь узнать что с тобой происходит? — А вот на лице легкое ехидство.
     — Хочу, еще как хочу, но ведь не у кого. — Огорченно вздыхаю.
     — Теперь есть, видишь к нам в деревню приехал караван? Это приехали за налогом клану на земле которого стоит наша деревня. С главой каравана тебе поговорить не удастся, а вот с охранниками можешь, только говори с теми у кого красные волосы.
     — Акита-сэнсэй, я...вы... спасибо вам огромное. — Тут я от полноты чувств его обнял, на что он как-то смутился и ... и вот тут черт дернул меня спросить:
     — Акита-сэнсэй, а как клан-то называется?
     — Какой ты нелюбопытный, Узумаки. — Вот теперь ехидства стало чуть больше.
     Я же по инерции уже успел сделать к каравану пару шагов, как меня словно по башке ударило, да так что я где стоял, там и сел. Узумаки, узумаки, бляяять, я оказывается попал в аниме. Проклятье, ну почему, почему я? Я же не фанат, я ни хрена не знаю ни о каноне, ни о техниках, ни о... да ни о чем! Все что я знаю — это несколько серий которые я смотрел вместе с сестренкой.
     Знаю что главный герой это Узумаки (чтоб они сдохли) Наруто ("Золушка" которой предначертано всех спасти) с двумя друзьями Учиха Саске (братишка он такой крутой) и Харуно Сакура (Сакура это вроде бы дерево? — Правильно брат она такая глупая!). Знаю что сначала героев прессовал, какой-то Орочимару, потом какие-то Акацуки, а под конец уже главный злодей Учиха Мадара (который был мега крут и слился как лох). Причем главный герой как водится тупой слабак, но он станет сильнейшим фанатиком, сражающимся за дело добра и света. Вот собственно и все, что я знаю об этом мире.
     И теперь совершенно непонятно, как мне вернуться назад в свой мир и могу ли я вообще вернуться, непонятно кто я в этом мире избранный или наоборот лишний, непонятно даже то почему я попал именно в этот мир ведь миров много и попасть можно было куда угодно. Все-таки меня сюда кто-то подтолкнул. Так ладно спокойствие, только спокойствие, могло быть и хуже, мог и вообще в какого-нибудь зверя или даже жабу переместиться.
     — Эй Ога, эй да очнись же парень, приди в себя! — Мой, теперь уже бывший учитель, ожесточенно тряс меня за плечи, так, что отвечая ему я только чудом не прикусил язык.
     — Аэм... Акита-сан?
     — Ну вот пришел в себя, — облегченно выдохнул он, — ты после пары шагов вдруг сел прямо на землю и просто перестал реагировать, что с тобой, ты в порядке?
     — Да я... я в порядке, спасибо вам еще раз Акита-сан, но теперь мне надо срочно идти. — С трудом промямлил я, потрясение никак не проходило.
     — Что, уже не хочешь поговорить с охраной? — С понимающей улыбкой спросил он.
     — Хочу, но разговор придется немного отложить, по чисто техническим причинам.
     — Каким причинам? — С удивлением спросил он, я же проклял свой язык, тут же деревня, да еще и средние века.
     — Мне надо прийти в себя.
     — Ладно иди, приходи в себя и больше на ровной дороге не падай. — Нет, все-таки он хороший человек, даже жаль, что я перестал быть его учеником.
     Зато теперь становится понятно, что у меня за сила и связанные с ней открытия вроде видения огоньков, увеличения физических параметров тела... это чакра парень.
     Помедетировав два часа в своей комнате, я уже решил спускаться, как услышал:
     — Приветствую вас Узумаки-сама.
     — Приветствую тебя, Саката Камаиси, я пришел чтобы поговорить о твоем внуке.
     Весь разговор был предельно вежливым и предельно завуалированным торгом. Узумаки, которого как выяснилось звали Аога, нужен был я для вхождения в побочную ветвь их клана, мой ото-сан был не против, но просто так отдавать меня не хотел. В итоге сговорились на том, что я ухожу в клан вместе с караваном, а где-то через год моя семья переедет ко мне, ближе к сыну, а также клану и связанным с ними деньгами и там они откроют свой трактир...
     Сначала я хотел их обоих убить, через десять минут желал им обоим нацепить ошейники и продать в бордель... Способность рассуждать спокойно вернулась через полчаса и в принципе все было вполне логично. Мои родители решили перебраться в более безопасное место, чем наша деревня, что в условиях войны кланов полезно и хорошо – это раз. Два – это желание Узумаки набрать больше пушечного мяса и проходных пешек по дешевке, за год во время войны семь чертей в ступе меняются, а на чем-то большем мой отец настоять не может весовая категория не та. Три – это желание родителей устроить меня получше, они же искренне считают, что даже в побочной ветви клана мне будет лучше чем здесь. А я... ну а меня, как выяснилось если отбросить эмоции, тоже все устраивает. Я буду обучаться пользоваться своей силой, получу знания по этому миру, а что не пригласили в правящую касту, то надеяться, что я сразу же из грязи стану князем идиотизм. Моя возможная свобода... у них война, брать в клан тех кто сразу по завершению обучения сделает им ручкой и уйдет на вольные хлеба, тоже идиотизм, да и не станут на будущего боевого мага вешать ошейник, так что тут ничего не поделать, обучение мне необходимо, хотя бы для того чтобы больше меня никто не смог продать. Но черт возьми, как же мне обидно!!!
     Я вышел наружу и присел поразмышлять у трактира...
     — Здравствуй мальчик. — И голос, и лицо добрые-добрые, и не поверишь, что этот человек фактически купил меня как какого-нибудь бычка на рынке.
     — Здравствуйте Узумаки-сама. — Мой голос еще добрее, сам я кланяюсь в пояс, в отличие от него, лишь качнувшего головой в мою сторону.
     — Ты знаешь, что являешься не инициированным шиноби? — Оооо, а вы знаете что вы избранный, кем и зачем мы конечно не скажем, но вы точно избранный, вот чуть-чуть вам подготовится и все можно нести добро в массы во имя своих учителей. У кого бы в шесть лет не снесло крышу от такого захода?
     — Кем?
     — Шиноби, тем кто может менять своей силой этот мир. — В голосе появились торжественные нотки. Как завернул, и ведь не врет, вот только вы не мир меняете, а головы друг другу раскалываете.
     — Однако, для того чтобы овладеть этой силой ты должен пройти обучение. Я переговорил с твоими родителями и они согласились отпустить тебя на учебу. — Ну все, меня заманивают как по методичке, осталось только поведать тайну моего рождения или великую миссию.
     — Узумаки-сама я слышал ваш разговор и... — нахрен, не хочу больше слушать этот бред, уж лучше открытый торг.
     — Гмм, жаль, но ты вроде бы не против? — Вся доброта мгновенно исчезла, лицо стало серьезно-равнодушным, я у него явно не первый такой догадливый, и он прекрасно знает, что идти мне кроме как в клан некуда, а даже если и есть куда Узумаки вполне переживут потерю одного деревенского мальчишки.
     — Я успел обдумать, то что услышал и потому нет не против. Только скажите, что такое побочная ветвь клана?
     Из объяснения выходило, что в любом клане есть две ветви главная состоявшая из овладевших в полной мере силой клана, а также же шиноби обладающих выдающейся силой или уникальными способностями. Побочная ветвь — это шиноби которые не владеют силой клана или владеют не полностью, также туда входят те, чья сила отличается от традиционной силы клана, но еще недостаточна для того чтобы с тобой считались. Это основа, далее у каждого клана свои заморочки.
     Когда же я решил посмотреть на его силу то с трудом сдержался от восклицания, если жители деревни виделись небольшими огоньками, он и другие охранники виделись громадными кострами. Тут он вдруг как-то странно на меня посмотрел и прищурившись спросил:
     — Ты еще и сенсор Ога-кун?
     — Прошу прощения, я кто? – Я же неподдельно удивился, так как в отличие от шиноби о сенсорах в народе слухов не ходило и я ничего о них не знал.
     — Прости забылся, ты можешь чувствовать чакру других людей? — А в глазах легкое удивление и столь же легкое торжество, как у грибника, что нашел полную поляну белых.
     — Не знаю на счет чакры, но я могу видеть других людей и зверей подобно огонькам в ночи, чем больше огонь, тем сильнее или больше человек.
     — Хмм, ну так даже лучше, а покажи, что ты еще можешь с помощью чакры...
     Показывал я часа три, меня похвалили, дали пару советов для лучшего использования чакры... Оказалось, что я ко многим действиям примешиваю чакру, пусть даже и не всегда осознаю это. Когда же я сказал, что мне не девять, а шесть лет, то это привело моего собеседника в восторг. Вот только почему я ему все рассказал и показал, ведь не хотел, какое-то воздействие на меня или просто опыт? Так все теперь за каждым словом слежу, а то мало ли... Его же советы надо брать на вооружение, он точно знает больше меня.
     По окончанию показа моих способностей, мне сказали, что караван задержится здесь чтобы к нам успела присоединится еще одна группа шиноби Узумаки. Я же тренировался в увеличении скорости и силы, была у меня одна мысль. Пока что я был предоставлен сам себе, с родителями этого тела я и так почти не общался, а уж после моей продажи... В итоге я решил сделать подарок моему бывшему сэнсэю. Подарком должен был стать тот самый медведь, на которого я напоролся во время своих экспериментов. Силы мои с того момента выросли, да и не собираюсь я с ним бороться в охапочку...
     Выследил я его почти мгновенно, когда он вылезал из берлоги, чтобы пойти куда-то по своим медвежьим делам, я напал на него и просто ударил топором по голове... он просто не успел никак среагировать. Мои скорость и сила которую я обеспечил себе чакрой решили дело, а незаметность... он не успел меня увидеть и услышать, а запах до него не доходил... Впрочем если бы не мое видение, то я бы тоже мог не успеть...
     Первые пять минут я от радости готов был прыгать до небес, потом же задумался, как мне дотащить тушу до деревни? В итоге пришлось тащить по лесу на закорках, а когда вышел на более менее ровную тропу, то сделал волокушу. Я отсутствовал черте сколько времени, но как же они все удивятся, ведь я завалил этого медведя!
     Удивляться было некому, деревня горела и как только я сумел это разглядеть и уже бросил волокушу, то кто-то выпустил просто огромную волну, которая не только потушила огонь, но и смела пол деревни разом. Так ясно – это не пожар, это разборки шиноби и если полезу очертя голову, то меня просто походя пришибут... Напитываю тело чакрой как могу и через дыру в заграждении, тихим, охотничьим шагом иду по деревне. Целых зданий не осталось только обломки и трупы, причем все как-то неестественно перекручены, их отравили, но как? А впрочем зачем мне знать это? Свое видение чакры не использую, а вдруг меня заметят, также как тот Узумаки? Выйдя к главной улице деревни, услышал:
     — Ха, хах к-как, видишь ничего у вас не вышло, хах, ты скоро умрешь и мы получим ваши секреты, даже против вашей воли, уф! – Несмотря на то, что парень через слово задыхается, я ясно слышу в его голосе торжество.
     — То-то ты отдышаться не можешь, что ротик кривишь головка бобо? А нет, это от того, что ты теперь совсем один, да? — В голосе второго явно слышна насмешка, как говорится если уж подыхать, так хоть отравить врагу всю радость победы.
     — Хорошо смеется тот, кто остался в живых, ты уже подыхаешь и я еще плюну на твой труп! — Тот естественно не может подобного допустить и возвращает укол, при этом добавив от себя ведро яда.
     Тут я пройдя по развалинам одного из домов увидел первого говоруна, выглядел он ну очень хреново, одежда в дырах и подпалинах, сам шатается и вздрагивает, но при этом, даже со спины видно, что он торжествует: ведь он выжил, а его враг нет.
     Но пока он не в форме, да еще и треплется, я могу... уже не вслушиваясь в то, что он вещает подкрадываюсь и со всей силы бью его топором через дырку в костюме, как раз на уровне позвоночника. Он кричит от боли и падает на землю, я тут же его добиваю...
     — Ха-ха-ха, да ты был прав, хорошо смеется тот, кто остался в живых и теперь мне втройне веселее! — В этом диком смехе слышится и презрение к тому кого я убил, и злобное торжество того кто пережил своего врага, успев плюнуть на его могилу.
     Тут я пригляделся и... мдааа, от парня который "приглашал" меня в клан осталась ровно половина, ниже пояса тела просто не было. И ведь черт возьми парень еще жив, да что там жив, говорит без запинок!!!
     — Прошу прощения, но я уверен, что ты скоро умрешь. Поэтому прошу ответить на два вопроса, что здесь случилось? — А вдруг тут еще кто-то есть, в душе была какая-то смутная надежда, надежда хоть на что-то, да и должен же я знать кто для вас враг и есть ли на вашей войне хоть какие-то правила.
     — Уже на ты, — тут он криво усмехнулся, — впрочем после того как ты убил этого сволочёнка, я бы тебе и больше дал чем ответы на вопросы, да только не успею теперь. Что же до произошедшего, то отряд который мы ждали возвращался из одного из наших убежищ, они эвакуировали часть нашего кланового имущества. Однако клан Харамар выследил отряд и запросив поддержку атаковал, сначала распылили яд, а когда он накрыл деревню, они пошли в атаку, заранее приняв антидот, дальше только описание техник, ну а конец ты сам знаешь. — Ну суки, распылили яд значит, а то что накроет еще кого-то кроме шиноби, так и плевать, не свои, не жалко. Что в моем мире, что в этом прав сильный и никто не укажет ему на не джентльменское поведение. Нет здесь правил, вообще никаких, кто первым череп проломил, тот и прав.
     — Последний вопрос, можно ли тебя вылечить вашими секретами или техниками? — А у самого внутри стало как-то пусто, потому что уже ощущал нельзя, не лечатся такие раны, моя надежда просто детская глупость.
     — Увы нет, я жив только благодаря нескольким стимуляторам и кое чему еще, о чем говорить бессмысленно, ты просто не поймешь. У меня еще остались силы, но лечить я не умею. Кстати, ты ведешь себя уже не как мальчишка, не скажешь почему? — На лице искреннее любопытство, то ли он на смерть просто плевать хотел, то ли наоборот, так боится что всеми силами старается говорить о чем угодно, но только не о ней.
     — Зачем? Ведь все равно же умрешь, — тут он улыбнулся, первое, — лучше скажи, что делать с вашими секретами и где они кстати?
     — Думаешь воспользоваться ими? — А в глазах понимание и хитринка.
     — Я же не веду себя как мальчишка. — Разумеется воспользуюсь, если смогу и буду понимать что делаю. Он это тоже понимает, но выбора у него нет, либо он отдаст секреты мне, либо нужно положиться на случай, ведь никто не знает кто и когда доберется до этой деревни первым: отряд узумаки, или же харамар, а могут заглянуть и вообще какие-нибудь третьи лица...
     — Ладно, пусть хоть тебе послужат, слушай внимательно секреты клана — запечатаны в последней повозке. Распечатать содержимое можно при помощи подачи определенного количества чакры, ты этого сделать не сможешь. Однако есть другой способ, на одной стороне есть узор приложи к нему руку, тогда чакру у тебя возьмет сам узор.
     — А повозку я...
     — Прости, но больше я ничего не смогу тебе сказать. — Он как-то резко оборвал разговор, видно повозка очень не простая...
     — Тебе помочь, или ты еще помучаешься? — На меня накатило равнодушие и апатия, плевать мне стало на него, секреты кланов превыше всего да? Ну так а я не в вашем клане, зато из-за ваших секретов моя деревня уничтожена, поэтому я его зарублю чтобы он не сказал.
     — Мучится не хочется, но мне все любопытней кто ты такой, то что ты не ребенок уже видно.
     Я молча поднял топор и ударил его по голове... и сразу после этого меня накрыло, силы резко ушли и я упал на колени. Меня долго рвало, вплоть до желудочного сока, после чего я отполз к повозке и прислонившись к колесу сел тупо уставившись в пустоту. Да это выдуманный мир, но убивают здесь по настоящему, простая истина, которую я уже давно должен был понять, но до меня доходило как до жирафа.
     Моя деревня... я никого здесь не любил, я не считал тех кто произвел меня на свет отцом и матерью, таких у меня всегда было и будет только двое и они слава всем богам в другом мире... но те кто жил здесь такого не заслуживали и я считал, что хотя бы спасибо должен был им сказать, а теперь? А теперь... теперь я должен похоронить их, это та малость которую я могу для них сделать.
     Однако это оказалось очень непросто, трупы из-за чертовой волны оказались разбросаны по не малой площади, а некоторые из них выглядели тааак... Когда я вырыл одну могилу на всех и сложил туда тела, то пришла ночь и я решил взглянуть на секреты из-за которых уничтожили мою деревню. И вот прикладываю руку к узору и уже через секунду вырубаюсь... В себя я пришел от солнечного луча, был полдень. Значит этот узор отправил меня в отключку, как минимум часов на двенадцать и значит мне надо как можно скорее заканчивать, задерживаться мне здесь совсем не хочется. В повозке изукрашенной какими-то узорами (до сих пор не понимаю как она уцелела) я нашел шкатулку, мешок со свитками, несколько костюмов и какой-то деревянный станок. Блять и это все, ВСЕ! Мать вашу, и из-за этого уничтожили целую деревню, у них что народа дохрена и больше, неужели нельзя было... нет, нельзя, война одинакова во всех мирах и временах, секреты чужого клана это полезно и хорошо для своего, а на простых людей насрать, к тому же если они не наши, то чего их жалеть?
     И теперь моя старая жизнь фактически завершилась, спасибо кланам. Теперь у меня только два пути: первый идти в клан Узумаки попутно доставив им их секреты, второй уходить на вольные хлеба уже сейчас.
     Первый путь, это тот же путь пешки, разве что мне выдадут благодарность за спасение кланового наследия. Большая ли будет благодарность? Едва ли, великих свершений и не было, а раз так, то поскольку я чужой, мне больших плюшек не положено. Плюс война, а пешек там не очень то и берегут, вывод в клан Узумаки или других шиноби я приду, только когда буду из себя представлять хоть что-то серьезное, иначе риск сдохнуть слишком велик.
     Второй путь более безопасен, если вести образ жизни отшельника где-нибудь в глуши, но при этом я вполне могу одичать, человек как известно животное социальное. Но теперь у меня есть кое-что от клана Узумаки, я могу хоть немного прокачаться, если не до уровня игрока или ферзя, то хотя бы до уровня офицера... А потом можно и в клан, вроде бы я шел-шел и даже дошел, а что так долго так война, а я еще маленький...
     С собой беру только мешок в котором оказались какие-то свитки и шкатулку (которую сунул в мешок, свитки наверняка помнутся, но я жадный и хочу унести побольше), все остальное включая повозку я сжег. Теперь все поймут, что на деревню напали, всех убили, секреты украли, чудом выжившие мертвых похоронили и ушли искать лучшей доли. Искать меня не будут, потому что во первых во время войны это очень непросто. А во вторых никто из шиноби не оставит свидетелей своих дел, так что меня если и будут искать, то не целенаправлено, а в фоновом режиме, вроде сбора слухов о том, что же все-таки случилось. Я же должен уйти отсюда как можно дальше и качаться, немного времени еще есть.

Глава 2 Первые друзья

     Я просто шел на запад. Шел я, избегая поселений (мало ли что там меня ждет, мир не без добрых людей, но и уродов хватает), живности в лесах и на полях хватало, а если добавить еще и разные травки и прочие ягодки, корешки (голод не тетка и я не брезговал ничем)... так что я даже отъелся немного. При этом мне хотелось материться с каждым днем все сильнее и сильнее.
     Дело в том, что просматривая на одном из привалов секреты Узумаки, я нашел карту этого мира.
     Чувство когда, автор запихал всю нашу Землю в этот мирок (который плоский, плоский черт возьми), попутно отрезав все "лишнее", не поддавалось описанию. А уж когда я увидел животных мутантов... При этом наблюдать за средневековыми деревеньками, зная что кланы уже дошли до компьютеров и расшифровки геномов, ох хорошо что я не пошел в клан, пришел бы точно свихнулся.
     В итоге я остановился в пещере, рядом с небольшим озером, окруженным лесом. Теперь я могу спокойно разобраться в секретах и подождать, когда эта война перейдет хотя бы к "холодной" стадии.
     Начав разбираться в свитках я быстро понял КАКОЕ сокровище в моих руках, и что меня ждет если я приду с этим в клан, в любой клан. Из убежища эвакуировали все, включая и материалы для местных школьников-студентов-шиноби, то есть я мог начать "прокачку" как и любой Узумаки... Свитки содержали упражнения и пояснения о чакре и развитии ее источника, о контроле и упражнениях по его развитию, о истории и политике, о начальных техниках, о... казалось бы обо всем, что следовало знать молодому магу-убийце-диверсанту. А самое поганое в том, что воспользоваться я могу только основами. Упражнения – это в полной мере, техники – только самые простейшие, не требующие учителя, рукопашный бой (или как тут говорят тайдзюцу) вообще никак, нужны и учителя, и соперники... В итоге я могу прокачаться до уровня новичка, который половину предметов "мимо прошел".
     Теперь мой день стал выглядеть так: встаю выполняю ряд упражнений на "физуху", контроль чакры, завтракаю. День охочусь, добыв ужин возвращаюсь, разбираю свитки с историей, географией, искусством печатей... вечер упражнения на "физуху" и раскачка источника чакры. При этом я постоянно чувствовал, что это именно знания новичка, особенно история. Например клан Узумаки выставлялся там чуть ли не последней надеждой и защитой Жизни и Добра во всем мире. Также серьезные вопросы оставались без ответа, например откуда чакра у всех живых организмов этого мира? В учебнике говорилось о том, что у животных чакра была изначально, а людям ее выдал Мудрец Шести Путей Рикудо, но у меня появился вопрос каким образом? В том же свитке говорилось о том, что прямых потомков у него два Индра и Ашура, тогда получается он всех прооперировал дав им очаг чакры и попутно прописал этот очаг в генах каждого человека, как черт возьми? Или например кто была мамкой Индры с Ашурой, откуда взялся сам мудрец... на вопросы не было ответов, новобранцу они не нужны.
     Также я раскопал несколько печатей для обустройства походного лагеря.
     Попутно я убедился, что легенды о Робин Гуде и его "лесных братьях", это именно легенды, прожить в лесу охотой и собирательством я мог только при помощи чакры, постоянно качая мою сенсорику (отряд Робин Гудов прокормиться бы здесь точно не смог, дичи бы не хватило). Также я чувствовал одиночество, я понял как мне не хватает банального общения, я прокачивался день за днем, но если бы у меня был хотя бы кот...
     И вот иду я к озеру, с тушей очередного оленя и слышу:
     — В этот раз я точно докину до другого берега, — боги, какой молодой, звонкий, голос, я ведь уже черте сколько времени не общался с людьми.
     — Добавь немного энтузиазма и у тебя все получится, в этом вся хитрость, — еще один голос, в котором явственно слышно ехидство.
     — Пх, если бы я захотел, то с легкостью докинул бы на другой берег, и кто ты такой вообще?
     — Сейчас я твой соперник по метанию камней по воде, но я уже докинул свой камушек на другой берег.
     Выхожу из кустов: пара ребят оба брюнеты, у обоих одинаковый рост, фигуры спортсменов... Один, что справа в черном кимоно и с прической ежиком, тот что слева в белом кимоно и прической под горшок. Оба резко поворачиваются и сжимают кулаки:
     — А ты кто такой? — Оба как-то сразу подобрались и стало ясно, что парни не простые, ни от кого в своей деревне я не ощущал скрытой угрозы и ни от кого так сильно не тянуло чакрой.
     — Живу я здесь, а что до имени, то меня зовут Николай, — поэтому будем спокойны и откровенны. Парни озадаченно обвели взглядом округу и лица их выражали явное сочувствие и еще более явное подозрение, что их обманывают.
     — А фамилия? — Требовательно спросил тот, у кого была прическа под горшок.
     — Чудов.
     — Ха, ты смеешься таких имен и фамилий нет, — Ёжик громко фыркнул, но от его фигуры еще сильнее потянуло угрозой, казалось еще секунда и камушек в его руке полетит не в воду, а в меня.
     — Во-первых есть, ты же не знаешь обо всех в этом мире, — кротко ответил я, парни же переглянулись с видом "И чего только в жизни не бывает?", — во-вторых сам-то ты кто?
     — Меня зовут Хаширама, не буду раскрывать свою фамилию, — и яркая улыбка на пол лица, такого и подозревать не хочется.
     — Мадара, — представился Ёжик, — про фамилию промолчу, — а вот у него какая-то кривая усмешка, точно говорящая, что вот его подозревать можно в чем угодно.
     — Вот и познакомились, — кивнул я, — шашлыки будете?
     — Шашлыки? — А сколько подозрения в голосе обоих, словно я предлагаю им нечто противоестественное.
     — Да вот этого оленя сейчас разделаем, а потом запечем, – указываю на тушу, судя по их посветлевшим лицам они уже ели что-то подобное, но называлось это у них по другому.
     — Да ты... ты что совсем, кто будет предлагать подобное сразу после знакомства?
     — Я не жадный, а в одиночку этого оленя мне не съесть, — с легким равнодушием пожимаю плечами, — кроме того мне мясо уже немного осточертело и я не против поделиться, чтобы провести время за беседой, — потому что легко отдать, если тебе это не слишком нужно, шла бы речь о рисе хрен бы я чего дал.
     — Ха, буду, но сначала я доброшу этот камень, в этот раз у меня получится! — Мадара подхватывает еще один камушек и взгляд у него становится прицельным.
     — Я тоже буду, подвинься чуть-чуть помогу с оленем, — и тут звенит первый звоночек, что Мадара, что Хаширама и камушек, и кунай держат умело, так необученный человек не возьмет. Да и откуда у обычного мальчишки кунай? Вывод эти парни начинающие шиноби. Но вот Мадара бросает, камушек тонет...
     — Да чтоб вам, какого вы встали позади меня? — Парень дико вызверился на нас, рот оскален, глаза только что молнии не метают. — Ни разу не слышали о том что стоять над душой человека не правильно?
     — Прости, — Хаширама как-то сник, даже голову опустил.
     — Просто тут самое лучшее место для шашлыков, — невинно заметил я.
     — Да не расстраивайтесь так сильно, — тут же сменил он гнев на милость, даже улыбнулся нам, — у меня привычка отмазываться и почему тут самое лучшее место? — с любопытством закончил он.
     — Озеро рядом, вы рядом, а идти куда-то мне лень, вот и все, — пожал я плечами.
     — А причем тут мы?
     — А поговорить, мне же любопытно.
     — Любопытно? — тихо вздыхаю в ответ.
     — Я уже давно ни с кем не общался.
     — Кстати, а как ты метаешь камни? — тут же прищурился Мадара.
     Я бросил и поскольку метанию меня не учили, а сам я эту дисциплину "прошел мимо" камень утоп на пол пути.
     — Ты специально!! — Он даже на месте подскочил.
     — Да ни разу, — отмахиваюсь от него, – просто не умею!
     — Ахаха, в швырянии камешков со мной не сравниться! — а Хашираму гордость просто распирает и улыбка до ушей.
     — Не выпендривайся, или сам полетишь вместо этого камня!! — Зарычал Мадара.
     — Прошу прощения, признаю свою ошибку, — вновь сник тот, — разрешаю тебе кинуть меня через реку вместо камня...
     — Эээ, ты чего, не нужно так... — Мадара удивленно воззрился на него.
     — Не надо никого бросать, там в воде труп плавает! — Прервал я обоих.
     — Что за?!
     И тут Хаширама подбежал к трупу и его пробежка по воде едва не отправила меня в астрал. Я уже знал, что это возможно, но вот увидеть это в реальности...
     — Ты тоже шиноби? — Мадара изрядно удивился, странно только, что он и меня в шиноби записал.
     — Значит война добралась и сюда, — с болью в голосе произнес Хаширама, — нам лучше сейчас идти домой, — негромко, но так, что мы оба услышали продолжил он.
     — Накрылись шашлыки, — вздыхаю, — ладно, приходите еще, глядишь и время на шашлыки появится.
     — Уммм, до встречи.
     — Только как все-таки твое имя? — Мадара не оставлял попыток выяснить кто я.
     — Это шиноби не должен открывать информацию о себе, — чисто и открыто улыбаюсь, — но я не шиноби, Николай Чудов мое настоящие имя и фамилия.
     Мне явно не поверили, но я нутром чувствовал они вернуться.
     Труп прибило к берегу и я его захоронил, предварительно сняв с него все оружие. Нужно учиться метанию, да и его катана мне пригодится, вот только мне опять не хватает учителя. Попутно я еще сильнее налег на тренировки, если Хаширама уже бегает по воде, а я могу только бегать по деревьям...
     Потом было несколько встреч, были разговоры ни о чем, были совместные поедания шашлыков, шуточные соревнования, в некоторых я даже побеждал, были спаринги (ооо наконец-то я начал хоть что-то изучать в тай)...
     — Используешь и ставишь печати, ты из клана Узумаки? — Когда они увидели как я делаю первую взрыв печать, то изрядно удивились и тут же попытались убедить меня в том кто и откуда.
     — Да сколько же мне говорить нет у меня клана, — рычу я в ответ, задолбали, — нету! Это не мои печати, я их просто использую! — даже если я по каким-то характеристикам тела близок к этому клану, узумаки я не стану никогда, также как не стану членом какого-то другого клана еще очень долго, знания, мировоззрение, мораль и прочее на дороге не найти, они приобретаются в процессе обучения и жизни в клане.
     — Ладно, ладно я был не прав, но как тогда ты поставил печать на той деревяшке? — на лице Хаширамы снова улыбка, так и хочется ему все рассказать и показать, ведь он просто любопытный, а не собирает информацию.
     — А чем по твоему мнению принципиально отличается печать и техника ниндзюцу? — Поэтому я лучше ограничусь теоретической лекцией, без всякой практики и конкретики.
     — Ээээ...
     — Ответ ничем, — в свою очередь улыбаюсь.
     — Да ладно! — Мадара в ответ на мою реплику чуть ли на месте не подскочил.
     — Ох парни, смотрите любая техника это какое-то воздействие на какой-то объект, получаемое из набора жестов и помощью которых ты преобразуешь чакру которая находится в тебе в какую-то технику.
     — Погоди, но ведь можно и без жестов-печатей! — прерывает меня Мадара.
     — Об этом чуть позже, — не даю сбить себя с мысли, — итак с техниками в самом простом виде разобрались, далее печать это какое-то воздействие на какой-то объект, при помощи набора знаков и символов которые ты наносишь в определенном порядке и напитываешь чакрой. Это тоже очень упрощенно. Идем дальше, техники без жестов и печати выжигаемые чакрой получаются за счет мастерского контроля своей чакры, но в этом случае те преобразования чакры которые выполнялись жестами, или дополнительными символами ты проводишь сам, однако они все равно есть.
     — Но печати можно использовать многократно, их можно хранить и... — в этот раз меня прервал Хаширама, не привычно задумчивый Хаширама.
     — А вот это уже плюсы печатей, но при плюсах есть и минусы, для сложной печати нужно очень много чакры, в разы больше чем на технику того же уровня, нужно чтобы в символьных конструкциях не было ошибок, иначе печать может взорваться прямо у тебя в руках, в то время как технику ты можешь отменить, или прекратить с печатью это не получится. Плюс скорость создания: техники, даже очень мощные, создаются почти мгновенно, а вот мощные печати нет, — проще говоря основа одна, а вот от этой основы идут разные пути-ветви искусства обращения с чакрой. И у людей так везде, к примеру есть английски язык, а есть французский, буквы те же языки разные...
     Парни переглянулись и кивнули сами себе, после чего вновь поинтересовались:
     — Но ведь все говорят, что у клана Узумаки есть способности к печатям!
     — Вот сейчас все дружно убьются о стену, ты тоже не будешь отрываться от коллектива? — Как то я перебарщиваю. Надо будет потом извиниться... к тому же я не отрицаю результаты многовековой клановой селекции, когда целенаправленно развивались строго определенные черты и качества, но максимум что они могли достичь, это предрасположенность к данному виду искусства, как у кого-то есть талант к шахматам, бегу или поэзии.
     — Хаширама, ты можешь используя только жест "дракон" создать какую-нибудь технику?
     — Издеваешься? — Тот в ответ хмурится, я определенно переборщил, мы еще не настолько друзья.
     — Нет, просто наглядно показываю, что для выполнения любой техники есть определенные правила, — надо будет сгладить углы. — Также и с печатями, но если правила по выполнению техник есть в каждом клане, то правила создания печатей есть только у Узумаки. А создать печать, скажем Б ранга с нуля, не зная ничего о том как это делается, не сможет никакой гений, — что и было одной из главных причин ненависти к этому клану, как это так они могут, а мы нет? — К тому же для серьезных печатей, как я уже и говорил, нужно очень много чакры. У Узумаки нет способностей к печатям, но есть огромные запасы чакры и феноменальная живучесть, — вот как раз последнее и было заслугой клановой селекции, часть результатов которой и достались мне.
     — Тогда почему все говорят о способностях к печатям? — в голосе Хаширамы было искреннее удивление, как это так то? Я же просто пожал плечами, чтение истории очень наглядно показало как сильно люди обманывают сами себя, искренне упорствуя в этом обмане.
     — На счет всех не знаю, а Узумаки просто вешают рамен всем на уши, но поскольку они шиноби это нормально, — да и кто эти все? У них не так уж и много соседей, убеди пяток, авторитетных личностей, и больше не надо, дальше они сами всех окружающих убеждать будут, ну и в итоге убедили.
     — То есть мастером печатей может стать каждый? — блин вот ведь... детский вопрос.
     — А каждый может стать великим шиноби? Великих как и мастеров всегда мало, но так ведь в любом клане, — и никаких геномов, сверх способностей тут не требуется, даже огромного количества чакры достигнуть несложно, просто упражняйся, тренируйся, большего не нужно, даже клановая алхимия не требуется, к двадцати пяти при правильном подходе чакры у тебя будет столько, что любой узумаки обзавидуется. Только кроме количества чакры нужно тренировать ее контроль, нужно изучать способы убийства ближнего своего, различные техники по использованию чакры, клановый этикет, ведь все шиноби аристократы, или слуги аристократов, нужны знания по политике, генеалогии, ведь что ты за аристократ, если не знаешь своих предков, хотя бы до седьмого колена, ну и необходимо находить время и на отдых. Вот потому и нужна алхимия, многим банально не хватает времени, но она не чудо источник, выпил и ты шиноби, она лишь усиливает то, что дают тебе тренировки и упражнения, а если не упражняешься, то и усиливать нечего.
     — Обидно! — да еще бы, кто бы не хотел стать великим, не прикладывая никаких усилий?
     — Не тебе одному, но в сторону разговоры, айда тренироваться, иначе точно не станем великими.
     — Хей, давно не виделись, — это Мадара, звонкий, радостный голос, парень полюбил наши встречи и эту поляну.
     — Хаширама слушает, — а вот у моего второго друга голос совсем не веселый, в нем была слышна глухая тоска и боль.
     — Как-то мрачновато ты выглядишь.
     Опять выхожу из кустов, опять с оленем и опять вижу эту пару, только если раньше Хаширама был сгустком позитива, то теперь он молча сидел и смотрел на озеро.
     — Привет Нико-лай. — Ну почему они не могут правильно произнести мое имя?
     — Здорова.
     — Говорил уже, зовите просто Ник, так и короче и привычнее, — или я вас тогда вообще по именам звать не буду.
     — Так что с тобой Хаширама? — в голосе Мадары озабоченность, ему явно не хочется чтобы Хаширама перестал приходить на эту поляну.
     — Все в порядке, — да нет судя по голосу не в порядке, раньше мы его таким не разу не видели.
     — Все нормально мы тебя выслушаем, — это уже я и не вопрос из любопытства, с парнем произошло что-то реально хреновое и лучше пусть он выговорится, мне очень не хочется терять его, кроме него и Мадары у меня в этом мире ни друзей, ни даже знакомых нет.
     — Все отлично.
     — Арр, мы к тебе заботу проявляем, — Мадара решил попробовать по другому, по методу лома, — быстро выкладывай все как есть!
     Он поворачивается к нам лицом, мдааа, настоящие парни тоже плачут, только молча.
     — Мой младший брат был убит, — вновь слышу боль в его голосе. — Я думал посидеть здесь, посмотреть на воду ... А вы зачем приходите сюда, у вас есть братья или сестры?
     — У меня есть... было четыре брата, — теперь и в голосе Мадары послышалась боль.
     — У меня никого нет, всю мою деревню вырезали, — а вот в моем голосе такой боли не было, я ведь не считал тех людей родными.
     Как на меня посмотрели. И удивление, и жалость, и любопытство, и даже гордость за своих.
     — Вот что значит быть шиноби, смерть окружает нас всегда и везде, — а вот теперь в голосе Хаширамы была только боль, смотреть как умирают те, кто его окружает ему явно надоело. — Единственный способ покончить с этим это быть честными со всеми и создать альянс шиноби. — Тут Мадара подхватывает с земли камушек и бросает его на другой берег, камушек долетает...
     — Ты и правда думаешь, что мы можем... — начинает он.
     — Всякий раз я прихожу сюда в надежде, что кто-то сможет добиться этого... Так или иначе, а теперь я не единственный кто докинул до другого берега, — и на лице Хаширамы появляется легкая улыбка. Ему действительно стало чуточку легче.
     — Ник, а как ты думаешь мы сможем, что-то изменить? — Интересуется Мадара.
     — Сможем, во-первых станем сильными, слабаков и неудачников никто не любит, и никто не слушает, — да собственно я других кандидатов и не вижу, именно мальчишки с мечтами и меняли мир. Просто говорили себе так жить нельзя, потом мечтали-думали как же можно, а потом росли набираясь опыта и сил, и меняли мир в соответствии с мечтами. Да что уж там, мудрых и опытных в мире полно, а война между кланами идет не первое столетие, кроме мальчишек с наивными и глупыми мечтами надеяться больше не на кого. — Во-вторых останемся верными своим идеям, если поддаться идеям мести или войны то лучше не будет никому, в том числе и нам самим, – то есть продолжать быть мальчишками, только им интересно будущее. И только они не станут мириться с настоящим и ждать пока появиться шанс, они своими руками создадут этот шанс.
     — Тогда нам нужно отточить свои навыки и устранить свои недостатки. Метни камушек.
     Бросок, камушек опять тонет в центре озера...
     — Видишь! — торжествующе возопил Мадара.
     — Да чтоб вам, ведь было же говорено, не стоять за спиной!! – в ответ рычу на него.
     — Отмазываешься! — но тот лишь ухмыляется.
     — Отмазываюсь, но за спиной не стой!
     — А если серьезно? — хмуро поинтересовался Хаширама.
     — А если серьезно, то навыки я подтяну, как смогу. А насчет задуманных изменений есть такое выражение: "если не мы, то кто!?".
     — Хорошее выражение, но мы еще дети, — замечает Мадара.
     — А вы бросьте взгляд назад во времени, взрослые вовсю истребляют друг друга не первый год и не второй, и прекращать они явно не собираются. Мы единственные кто может что-то изменить, потому что кроме нас это никого не интересует, — озвучиваю я свои мысли.
     — А ведь ты говорил, что у тебя уже нет клана, — задумчиво тянет Мадара, ну да, он тоже заметил, что говорю не так, как должен говорить необразованный крестьянский мальчишка.
     — У меня его и не было, — пожимаю плечами. — Я родился и рос в обычной деревне.
     — Да ладно, у тебя чакры как у шиноби — ооо, моя прокачка дает плоды — и кроме того ты умеешь ее использовать!
     — У меня есть несколько учебников, по чакре, — невинно улыбаюсь, не говорить же, что я из другого мира?
     — И все?? — вопль чуть ли не хором, мне вновь не верили.
     — Так я и не говорю о том, что я могу всех одним чихом убить, — слабо улыбаюсь, — образно говоря я могу накачать себе мышцы, но драться не научился, — огорченно заканчиваю.
     — Мдаа, — Мадара слегка обескуражен, моим учителем он стать не сможет, как и Хаширама, и это может стать проблемой, в этом мире грозным видом мало кого испугаешь.
     — Ничего, я и сам все понимаю.
     — Ну тогда до встречи Ник.
     — До встречи.
     Потом вновь, были разговоры и планы, были спаринги и показ простейших техник, мы потихоньку взрослели...
     — Ха, у меня есть новая, действительно крутая, техника! — Хаширама был бодр, весел и чуть ли не приплясывал на месте, так ему не терпелось показать нам свою технику.
     — Погоди чуть-чуть Хаширама, я хочу вам с Мадарой кое что показать, — а мне хотелось хоть на пару минут отвлечься, ну и была еще одна причина.
     — Где? — тут же интересуется Мадара, ему тоже хочется чего-то нового.
     — На вершине этой горы, — указываю на ближайшую гору, до нее было где-то полкилометра.
     — Давайте на перегонки! — тут же бросается к вершине Хаширама.
     — Да чтоб вас обоих! — уже привычно рычит нам в спину Мадара.
     Я успел первым, ха, все-таки я тоже кое что могу, особенно если тренировать это изо дня в день. Собственно это и была вторая причина, хотелось немного почувствовать себя победителем.
     — Хах, сегодня я победил! — В моем голосе усталость и нотки торжества, я все-таки сделал их, хотя это было очень непросто.
     — Фуф, должно же тебя когда-нибудь повезти! — Мадара скорчи предельно спесивую рожу, тон же его такой, словно король подает милостыню нищему.
     — Уф, ничего мы с Мадарой быстро отыграемся. А что ты хотел нам показать? — а вот Хаширама кривляться не стал, ему просто было интересно и весело.
     — Отсюда самый лучший обзор на всю округу. Жаль только, что вы не увидите заката или рассвета.
     — Я уверен в том что смогу разглядеть все что угодно, лучше вас двоих вместе взятых, будем спорить? — на лице Мадары расцвела торжествующая улыбка, ему тоже захотелось стать победителем.
     — С чего ты так решил? — удивился Хаширама.
     — У меня есть ша... — тут он резко замолчал, — хотя нет, я не так в этом хорош, — грустно и очень тихо закончил он.
     — Довольно странно слышать такое от тебя, — удивленно заметил Хаширама.
     — Если бы я действительно был хорош в этом то мои братья были бы живы, однако я не смог защитить их, — вот теперь в его голосе была боль даже большая чем в голосе Хаширамы, когда у того погиб брат.
     — У тебя совсем не осталось братьев? — спрашивает Хаширама.
     — Остался лишь младший брат, которого я буду оберегать во чтобы-то ни стало! — решительно и зло, сжав кулаки, отвечает Мадара.
     — Кстати, а почему бы не основать деревню шиноби прямо здесь? Земля ничейная, места много, вода рядом, опять же лес также рядом, короче куча плюсов, — перевожу я тему.
     — Ага и детям не нужно будет убивать друг друга. — Хаширама уже согласен.
     — Мдааа, только полным психам могло прийти подобное в голову!
     — А чего бы хотел ты?
     — Если бы мы построили здесь селение, то мне было бы легче присматривать за своим братом. — Судя по улыбке, Мадара тоже согласен.
     — И создадим школу, где дети будут обучаться и становиться сильными! — Хаширама торжествующе вскинул руки вверх, его голос зазвенел, а на лице появилась просто ослепительная улыбка.
     — Не только это, не только... — я тоже улыбаюсь, построить нечто новое и уникальное, изменить мир, почему бы и нет!?
     — В смысле? — мою последнюю реплику не поняли.
     — Идеи нет, — поясняю я.
     — Чего?
     — Смотрите, если скажем клан Учиха придет к Хьюгам и предложит союз против Сенжу, то что они ответят? Они ответят идите в лес, Сенжу не наши проблемы и так с любым кланом, каждый клан воюет только за себя, свое величие и процветание. Поэтому объединение невозможно, незачем им объединяться. Для кланов текущее положение нормально. При этом, даже если какой-то клан одолеет своих врагов, то его будут бить соседи, ранее бывшие нейтральными, ведь конкуренты никому не нужны. Эту проблему можно решить только новой идеей.
     — Я не понял, к чему ты ведешь? — хмуриться Хаширама.
     — И какая еще новая идея? — того поддерживает Мадара.
     — Так это как раз и есть наши разговоры и планы! Деревня где все живут вместе, школа для шиноби, не просто мирный договор, а перестройка всего мира! — это самое главное, могли ли они дойдя до вершины своих кланов заключить мир? Возможно что и да, но это не остановит войну, скорее даст передышку воюющим, хотя может и этого не будет, ведь у каждого клана всегда больше одного врага. Нет подобное меня категорически не устраивает, только мир, только новая деревня, иначе либо мне придется становиться отшельником, либо стать еще одной жертвой войны.
     — Мдааа, ты точно псих, — вот уж чего я не ожидал от Хаширамы, так это этих слов.
     — Поддерживаю, — а вот от Мадары ожидал.
     — Вот видишь, а Мадара меня поддерживает, — шучу я.
     — Я поддерживаю Хашираму! — зарычал в ответ на мою шутку Мадара.
     — Да брось, все всё поняли.
     — А если серьезно?
     — А если серьезно, — в подтверждение своих слов я даже тон своего голоса сменил, теперь там не было и намека на шутку, — то прекратить эту проклятую войну можно только если переделать все, мирный договор не прекратит войны, а лишь на время остановит, когда кланы восстановят численность и ресурсы, то война начнется вновь. А мир большой, изменить его можно только большой командой. Именно для того чтобы всех объединить в такую команду и нужна наша идея, проблема лишь в том, что нам надо вырасти и стать достаточно сильными и влиятельными, — потому что как бы не была хороша идея, если ее несут слабаки, то веры им нет.
     — Ха, и все?
     — Ну да.
     — А теперь держись, будем тебя делать сильным, — нехорошо улыбнулся Мадара.
     — Ага и влиятельным, — поддержал его Хаширама.
     — Так нечестно и вообще за что? — возмутился я.
     — За занудство, — смеясь ответили оба.
     Мои первые друзья дали мне очень много и не только в плане силы. Но при этом я понимал, что это не надолго, они из разных кланов и очень скоро мы расстанемся, а значит мне надо планировать свой следующий шаг уже сейчас.
     Я могу уйти в один из кланов (либо к Мадаре, либо к Хашираме), но во первых это точно испортит мне отношение с другим другом, во вторых рискованно, знакомство с одним из членов клана ВИП персоной меня не сделает, а значит либо пешка на фронте, либо нож в спину, разумеется во имя клана (пока друг занят и на меня не смотрит) и эпитафия "хороший был парень, но их было больше и мы не успели". Второй же путь...
     И вот в очередной раз иду к озеру и слышу шум и звон стали. Правда в этот раз у меня в качестве трофея не олень, а пара кроликов. Вот только я слышу новые голоса и два голоса совсем не детские, а значит там драка.
     Затаившись в кустах, вижу как, в центре озера, между собой рубятся пара мужиков и пара пацанов, а за этим наблюдают Мадара с Хаширамой, находясь на противоположных берегах озера. Видимо соклановцы за парнями проследили, а заметив противника решили не откладывать дело в долгий ящик и бить сразу, а может есть и еще какие-то причины. Вот только если одна из сторон одержит победу, то нашу мечту можно будет забыть...
     Вот парни с головой ушли в сражение между собой и перестали обращать внимание на своих старший товарищей, те тут же переводят взгляд на них, вашу ж мать, теперь либо техника, либо кунай и уже есть два трупа. И я ничего не смогу сделать, если только...
     Бросаю кроликов на манер тех же кунаев, попадание, мужики падают, мгновенно вскакивают и вместе с пацанами отпрыгивают к Мадаре и Хашираме, теперь три на три.
     — Да, чтоб вас, у меня получилось!
     — Сопляк! — рычит тот мужик, что стоит рядом с Мадарой.
     — Щенок! — вторит ему тот, что около Хаширамы, при этом оба не отрывают взгляда друг от друга, на меня посмотрели мельком, да и то это были их молодые спутники.
     — Ник! — а вот это уже мои друзья, причем хором.
     — И не зачем так орать, еще не хватало чтобы вы тут поубивали друг друга, нам еще мир менять! — ору я в ответ.
     — Похоже что нашей дурацкой мечте не суждено сбыться, — криво усмехается Мадара, уже не орет, но его голос слышен всем.
     — Мадара ты действительно..? — Хаширама опешил, то, что его друг в единый миг стал врагом, а мечта превратилась в нечто далекое и несбыточное изрядно его шокировало.
     — Мне было весело, пусть это было и недолго, Ник, Хаширама, — уже не улыбаясь, с легкой грустью продолжил Мадара.
     — Не говори, что ты и в правду сдался!? После всего что мы пережили за это время.
     — Два моих брата погибли от рук Сенжу, я бы хотел чтобы все сложилось по другому, но ты тоже Сенжу, при следующей нашей встрече...
     — Хватит уже пороть херню!!! — я просто не выдержал. Черт побери, на войне погибли два брата, поэтому чтобы сберечь последнего он решил продолжить эту войну.
     — Ник, ты... — начал он, но договорить ему не дали.
     — Заткнись и убирайся отсюда мальчишка, в этот раз ты можешь уйти, у меня уже есть враг.
     — Поддерживаю, беги отсюда, здесь тебе не место, — отцы моих друзей, мдааа, щедрое предложение, однако начать новый раунд я вам не позволю, перебьётесь, но прежде чем уйду надо сказать хоть пару слов Мадаре, конечно мозги на место не встанут, но может хоть задумается что он делает и к чему это приведет.
     — Мадара, мы уже говорили и если бы я не вмешался, то у тебя, с Хаширамой, был бы труп брата и радость от смерти другого пацана, но это брату не замена! Либо мы изменим мир, либо сдохнем, как два этих тупорылых маразматика, которым смерть врага дороже жизни своих детей!! — Тут в глазах Мадары появился шаринган с одним томое.
     — Мальчишка, ты... — зло начал отец Мадары, но я не дал ему продолжить, сложив печать.
     — Берегись, взрываю!
     Искусство печатей, теперь я понял почему Узумаки один из сильнейших кланов, возможность переделать поле боя под себя, воздействовать на все что тебя окружает..., жаль что я даже не ученик, но наклепать простейших взрыв печатей и усеять ими берег озера и окружить само озеро барьером..., в итоге получилась ловушка для не слишком сильного шиноби... Делал я это только на случай нападения на меня, барьер был одним из моих "трофеев" и ненадолго мог накрыть все озеро. Единственное слабое место этой задумки: я должен был стоять в центре озера, но после наших тренировок, появилась идея "запасного командного пункта", перестановка заняла не мало времени, но зато теперь я устроил взрыв, разогнавший шиноби, не боясь подорваться сам. То что мой взрыв кого-нибудь убьет я не боялся, печатей было много, но они были слабые, для талантов-силачей какими были Сенжу и Учихи нужны были куда более мощные печати, впрочем они этого не знали, а выглядело все очень опасно. К тому же подрыв был не мгновенный, чтобы активировать ловушку мне потребовалось время (три секунды), а вот мою команду на подрыв Хаширама и Мадара уже успели изучить за время тренировок... в общем я всех разогнал, никого не убив и теперь мне надо срочно сворачиваться, потому что когда за мной придут сопротивляться я не смогу.
     Итак, чего я достиг? Мое количество чакры и ее контроль уже выше чем у клановых шиноби, но это все мои достижения. В тай я могу только затягивать бой, победить Мадару или Хашираму я не смог ни разу. Печати – только три, самые простые, плюс немного теории. Техники – также только самые простые, о еще каких либо дисциплинах не имею ни какого понятия. Мне необходим учитель, дальнейшее развитие без него невозможно.
     Первый путь – в какой-нибудь клан для меня невозможен, а значит я должен использовать второй – использую свиток для получения контракта с призывным животным. Да это огромный риск, но после того как я вмешался в драку Сенжу и Учиха, меня в покое не оставят, так сказать вопрос престижа, а значит я должен на время исчезнуть.

Глава 3 Учитель

     И вот я телепортируюсь, в прекрасное далеко (странно, ощущение словно вновь, на какое-то мгновение, оказался в звездной пустоте, после смерти), но вот ноги ударились о землю и ... Мдааа, это я неудачно зашел.
     С одной стороны вот мой учитель, с другой это огромный, бурый, спящий медведь. И теперь большой вопрос стоит ли его будить, учиться хочется уже сейчас, да и спят медведи иногда очень долго, но если кто-то попробует меня разбудить не вовремя, то я и ударить могу, а мне и одного удара этой туши за глаза хватит.
     Итак большая берлога, может я найду еще кого-нибудь? Хотя ходить по чужому дому, не спросив разрешения у хозяев... проклятье я очень неудачно зашел.
     Выхожу из берлоги: солнце, лес, птички поют, блиин, надо ли было телепортироваться, чтобы вновь очутится в лесу? Надо, ох надо, если не Учихи, то Сенжу бы меня достали и хорошо если бы убили быстро и без мучений, все-таки здесь менталитет средневековый, пытки никто официально не осуждает, а я по их гордости прошелся знатно. Так что или я ухожу, или мне помогут уйти. К тому же... мне было любопытно, я хотел не только найти учителя, но и отправится в "прекрасное далеко". Странно раньше я за собой подобного не замечал, это влияние мира, нового тела, большого количества чакры? Или я просто раньше не мог себе позволить чего-то подобного и не давал желаниям ходу, а как появилась возможность, так сразу воспользовался. Надо помедитировать, попробовать разобраться в себе... Вот рядом со входом есть очень подходящая площадка.
     — Эээм, а ты кто? И как вообще попал сюда? — слышу удивленный голос, с рыкающими нотками, у себя за спиной.
     — Между прочим по всем правилам сначала надо поздороваться и назвать свое собственное имя, — быстро оборачиваюсь, медведь, медведь, очень удивленный медведь.
     — Грамотный да, — он прищурился, отчего его глазки и так маленькие стали почти незаметны, — ну хорошо здравствуй, меня зовут Ноба, а теперь, что насчет моих вопросов?
     — Здравствуй Ноба, — кланяюсь в пояс, — я Николай Чудов, сюда прибыл при помощи свитка призыва для обучения и чтобы найти ответы на вопросы.
     — Обучение значит, да еще и ответы – если раньше он посматривал на меня с любопытством, то после моего ответа, начал медленно впадать в ярость и как на грех только сейчас я вспомнил, что медведи не брезгуют человечиной, — давай я лучше просто тебя прибью? И тебе легче, и нам напрягаться не надо?
     С трудом уворачиваюсь от его броска и бегу к деревьям, быстро добираюсь до веток и начинаю хаотично прыгать от одного дерева к другому...
     Ноба также был бурым медведем, его размер был под три метра, но в отличие от обычных медведей, он весьма быстро бегал и по горизонтали, и по вертикали, а вот с прыжками у него не сложилось.
     — Ты чего взбесился, — прыжок, — я же даже о контракте и не заикался? — приземляюсь и тут же падаю на ветку ниже.
     — Если предложишь сдохнешь медленно и мучительно, — этот добрейшей души мишка, прыгает следом, — а так я тебя быстро убью!
     — Да в кого ты такой уродился!? — возмущенно ору я, плевать уже, что всех медведей перебудим, долго я такой марафон не выдержу.
     — Не твое дело, хватит уже убегать! — ревет он в ответ.
     — Это от работы я не бегаю! — вновь прыгаю и схватившись за ветку, —бросаю себя на уровень выше. — А от психованных медведей с навыками боевого мага все боги велели сбежать, ты хоть скажи чего на меня взъелся!? — совершаю в воздухе сальто и приземлившись тут же прыгаю вновь, со злорадством наблюдая за мишкой, у него тело для подобного неприспособленно.
     — Как ты меня назвал? — оскорбился тот.
     — Психованным медве...
     — Вторая часть!
     — Боевым магом?
     — Да!
     — А что разве не правда? Ты же чакрой владеешь?
     — Владею и получше тебя! — в этот раз в его голосе было пренебрежение, ну да мне тоже непросто представить шиноби, делающего тоже, что и я.
     — Верю, но раз владеешь чакрой значит ты маг! — в моем же голосе зазвучала абсолютная убежденность в сказанном.
     — Ктооо? — кажется он взъярился еще больше, проклятье, не учел я что тут таких слов не знают.
     — Ну человек, а блин, медведь который может больше других медведей, чакрой не владеющих.
     — Есть медведи которые могут больше меня, — вновь прыгаю и краем глаза замечаю какое-то шевеление в пещере, похоже что ее хозяина мы все-таки разбудили.
     — Они архимаги.
     — Ноба хватит уже! — вот это рык! Деревья покачнулись! А мой преследователь резко замер.
     — Отец да этот, этот... — начал он, продолжая буравить меня очень нехорошим взглядом.
     — Хватит! — отрезал вышедший из пещеры. — Раз продержался отведенный срок, значит его можно учить.
     — Да он мне даже удара не нанес! — возмущенно возопил Ноба. Я же пока мы стоим пытаюсь отдышаться.
     — Неважно, — послышалось ответное ворчание, — иди и разбуди остальных, — тот сделал какое-то странное движение головой и удалился.
     И вот молодой мишка уходит, а я остаюсь вместе с огромным медведем, да кой черт, медведищем, и мне очень хочется чтобы проверки закончились, чакры очень мало, на второй забег меня не хватит.
     — Спрашивай, — он улыбается и меня очень нервирует его улыбка, как-то в ней слишком много острых клыков.
     — Я так предсказуем? — изо всех сил пытаюсь не смотреть на его улыбку, но что-то в ней притягивает взгляд, видимо.
     — Ты не первый с кем мы контактируем и да предсказуем.
     — Как ваше имя, ну или как к вам обращаться? — а то мало ли, еще раз ошибусь с незнакомыми словами и меня-таки прибьют.
     — Сенсей, — странно, в его голосе на миг проскользнула боль, неприятные воспоминания, уже был учителем? Но вот улыбку он убрал и я вздохнул с облегчением. — Ты ведь хотел учителя, а свое имя я тебе открою когда окажешься достоин контракта.
     — Сенсей-сама, а когда и как вы меня обнаружили? — с любопытством спрашиваю его.
     — Давай без суффиксов и приставок с прозвищами, — фыркнул он, — обнаружили тебя сразу по прибытии, а как... ты знаешь о природной энергии? — мдаа, накрылись мои планы подучиться сенсорике.
     — Я читал...
     — Тогда знай, что использование чакры человека отражается на течении природной энергии. Поэтому твое появление засек бы любой, кто присматривался. Ты ведь сенсор?
     — Да, а как вы можете быть таким огромным, сенсей? — с еще большим любопытством спрашиваю и демонстративно оглядываю его, это сколь же нужно мёда, чтобы прокормить такого мишку?
     — Природная энергия, — ответил тот хмуро на меня поглядывая.
     — А... — вопросов у меня было еще много.
     — Потом, — отрубил он, — идем Ноба уже разбудил всех кого нужно, тебя надо предстать перед ними, иначе если они тебя случайно встретят то могут и убить.
     — Меня же засекли сразу как только я появился? — удивился я.
     — Я засек, потому что лишь дремал, остальные спали, — печально вздохнул он, ну да, нелегко жить без собеседника, — ты первый человек за 400 лет кто появился в нашем лесу, будет жаль если убьют по ошибке.
     — Мдааа, ну у вас и порядки.
     — Готовься, мы пришли.
     Угу, мы пришли, я чтобы успеть за этой горой бегу из последних сил тратя остатки чакры. И вот я резко выбегаю на огромную поляну, даже поле, идеально круглое поле по краям которого растут огромные дубы, которые тянуться куда-то к небу... По краям поляны сидят четверо огромных бурых медведей.
     — Зачем ты нас разбудил? — бурчит один из них.
     — У нас гость, любопытный, но не жадный, — ответил Сенсей.
     — Этот, может он просто умный? — хмыкнул на это другой мишка.
     — Тогда мы тем более должны согласиться, — заметил на это третий.
     — Так ли нам это нужно? — с сомнением в голосе протянул четвертый.
     — Об этом уже говорили, — рыкнул Сенсей, — зачем еще раз все повторять? — уже более спокойно закончил он.
     — Ладно, я согласен.
     — И мы также согласны, — подвел итог встрече третий, — кто будет учителем?
     — Я и мой сын, когда придет время разбудим следующего.
     — Ладно, пусть так.
     — Ноба, покажи Николаю лес.
     — Идем парень, лес не маленький, а скоро закат, — и молодой мишка потопал куда-то в чащу.
     — Понял, иду. — Чего тут не понять, показать меня показали, а когда перешли к внутренним вопросам чужака быстренько и под благовидным предлогом услали. Возможно тут и еще какие нибудь резоны есть, тоже питание, это им, сидящим на природной энергии есть уже не надо, а мне даже очень... Лес оказался точно таким же как и тот из которого я телепортировался, ну за исключением той поляны. Ноба оказался кем-то средним между мальчишкой семи лет и парнем 25, вопросы выживания, медицины, боевых искусств и чакро-пользования он знал на уровне ветерана (не мастера), а вот в остальном был на уровне новичка. Так что мы договорились, что он учит меня, а я учу его.
     И вот начались мои тренировки, уроки по выживанию, медицине, тренировки и еще раз тренировки. Меня учили тайдзюцу, наконец-то системное обучение, наконец-то я смогу хотя бы пару раз Мадаре по роже дать, учили медицине (на вопрос зачем мне это, сенсей пояснил, что во первых знания лишними не бывают, а во вторых меня лечить может только Ноба, что явно маловато при моих нагрузках и количестве тренировок), учили лучшему контролю чакры и развивали источник...
     — Сенсей, а зачем вам люди? — тут он очень удивленно на меня посмотрел, так что я чуть ускорил свою речь. — Нет я не отказываюсь и не хочу сбежать, но вы знаете не мало и точно смогли бы прожить без нас, равно как и отбиться от слишком назойливых.
     — Как раз без людей мы и не можем прожить, — тяжело вздохнул он, — иначе вы бы не могли попасть ни в один из миров призыва. Отгородиться проще чем отбиться ученик. А зачем вы... ты знаешь когда появились первые РАЗУМНЫЕ звери?
     — Нет.
     — Когда вы люди начали активно применять чакру, — он задумчиво посмотрел на небо, — как и любая чакра она после завершения техники рассеивалась в мире, из чего состоит чакра помнишь? — обратился он ко мне.
     — Смесь из инь и ян человека... — неуверенно начал я.
     — Ян усваивалась любым живым организмом включая и растения, — прервал он меня, переступив с лапы на лапу, — а вот инь усваивалась лишь частично ее излишек же уходил за барьер и частично поглощался различными животными. Как ты думаешь, почему так мало призывных животных одного вида, почему все племя разумных медведей за сотни лет жизни насчитывает меньше трех десятков? Ответ прост сами мы инь чакру не можем вырабатывать, а природная чакра инь не заменит, наши дети рождаются неразумными и со временем приходится их хоронить, — тяжело вздохнул он, — обрести бессмертие могут только те, кто способен мыслить.
     — Стоп, но ведь ты же мыслишь, а значит можешь вырабатывать инь! — я удивился настолько, что не только прервал его, но и обратился на ты, чего раньше себе не позволял, впрочем он не обратил на это внимания.
     — Нет не могу, — нет не могу качнул он головой, — инь лишь задержалась в моем теле по какой-то причине, получить что-то и владеть этим разные вещи, никто из призывов не может вырабатывать инь, поэтому и заключаются контракты, плата за призыв ваша чакра, то есть рождение наших детей. Единственное ограничение сила призывающего, чтобы не служить какому-нибудь ничтожеству, не способному ни на что серьёзное, — раздраженно закончил он, видимо уже был опыт.
     Что же, кое-что понятно, но вопрос почему они поближе к людям не перебираются и почему он сказал служить, ведь если контракт, то они партнеры? Да еще один вопрос почему после призыва не забрать с собой парочку людей? Нахватал пленников и дои из них чакру сколько влезет... Надо бы спросить...
     — Насчет пленников все просто, — ответил мне он, — их инь будет слишком концентрированной и слишком яростной, ведь передадутся еще и эмоции, дети родятся, но при этом захотят убить родителей. — Значит и наркота отпадает...
     — А насчет двух других вопросов, время еще не пришло... — поморщившись заявил он.
     — Понял, — или не мое дело, или просто незачем сейчас обсуждать это, — иду тренироваться, — иду на поляну, где отрабатывал раньше приемы тай.
     — Давай, — согласился мишка, в один шаг поравнявшись со мной, — пора уже переходить к серьезным вещам. Пришло время тебе изменить твое тело, чтобы увеличить твои возможности, — задумчиво протянул он, я же слыша это — споткнулся на ровном месте.
     — В смысле? — удивленно восклицаю я.
     — Как ты думаешь постоянное использование чакры сказывается на организме, инь влияет на мозг, а удар в полную силу влияет на кости и мышцы? И почему постоянные нагрузки не истощают другие твои органы, да и вообще твое тело?
     Хммм, вообще-то да, постоянное использование огромного количества энергии не может не сказаться на теле и разуме (мозг ведь тоже часть тела, а разум напрямую зависит от мозга), плюс стресс от жизни убийцы-диверсанта, теперь хотя бы понятно почему тут полно психов, а среди сильнейших шиноби нормальных почти нет. Да и для того чтобы додуматься до укрепления костей и мышц в мире со стимуляторами, укрепляющими печатями, техниками регенерации... гением быть не надо, вот только есть проблема:
     — Эмм, прошу прощения, но у меня нет необходимых снадобий, — собственно алхимия, это первое, что пришло мне в голову, печати есть только у узумаки, а мед. техники известны далеко не каждому клану.
     — А у твоего клана? — намекающе спрашивает он.
     — У меня нет клана, — спокойно отвечаю.
     — Ты последний из клана?
     — Я родился вне клана, в обычной деревне, которую уничтожили, я одиночка, — после этой моей реплики он пять секунд приходил в себя, пытаясь справиться с охватившим его удивлением.
     — Хорошо, — с трудом выдавил он из себя, — а то что в твоей шкатулке, которую ты принес ко мне в берлогу? — уже более спокойно закончил он.
     — Я понятия не имею что там и как этим пользоваться, — равнодушно пожимаю плечами.
     — Там то что нам нужно, — уверенно заявил он.
     — Откуда вы это знаете? — с немалым скепсисом спросил я.
     — Я уже говорил, что ты не первый из шиноби которого мы учим? Да мы не можем дать тебе например печати, но вот помочь модифицировать тело вполне, а если у тебя есть все необходимое, то все еще больше упрощается.
     — Что именно упрощается? — решил уточнить я.
     — Все что тебе нужно — это принимать препараты, остальное моя забота.
     — А я не сдохну в процессе? — мой скепсис и сомнения, и не думали уходить.
     — Ноба, я и еще три медведя будут следить за твоим состоянием, ты не умрешь, мы тебе не дадим, — успокоил он меня. — А потом перейдем к настоящим тренировкам.
     — Раз надо, значит надо, — вздохнул я, — когда начинаем?
     — Через неделю.
     — Сенсей, а откуда вы знаете медицину? — решил немного полюбопытствовать я.
     — Я живу 650 лет и научился многому, — чуть повернув голову он понимающе посмотрел на меня.
     — Скука, — ответил я столь же понимающим взглядом.
     — Да, — кивнул он, — к тому же, постоянно ничего не делать, а только есть, спать и медитировать... вы люди не можете так жить, мы же рождались вам подобными. Новые знания и умения для нас очень и очень важны, чтобы не деградировать до уровня растений и это еще одна причина для заключения контракта, — намекающе закончил мишка.
     — Тогда я пойду готовиться, Ноба обещал мне пару приемов показать...
     — Иди ученик.
     Итак шкатулка, надо найти описание на нее, чтобы хотя бы знать что и в какой последовательности принимаю. Хммм, а в описании говорится, что некоторые препараты применяются уже очень давно, в течении столетий... проклятье опять у меня возникают вопросы по поводу этого мира: о том какой была эта алхимия до появления Рикудо (ведь инь и ян в человеке были, не было лишь очага их смешивающего), как и кто использовал энергию природы (не верю что никто до этого не додумался), и вообще что такое "чистый мир" куда попадают после смерти? Насколько я помню шиноби не религиозны, но в свитках прямо указано, что после смерти туда попадают все разумные, это от того, что они все персонажи манги, или еще какая-то причина? Теперь даже умирать нельзя, иначе тоже могу попасть туда... А Сенсей на вопросы не отвечает, мол рано мне еще.
     Что я могу сказать о процессе модификации? То что это было больно, очень неприятно и очень скучно. Все что от меня требовалось это выпить зелье, лежать в центре поляны и терпеть манипуляции медведей, ожидая изменения своей тушки. Кстати мишки, все как один уменьшились до размеров Нобы, а на мой вопрос: "как такое возможно?", мне ответили что если кто-то может увеличивать свое тело (Акимичи), то почему кому-то не научиться уменьшать его? Да и сами медведи не всегда были размером с гору...
     Так что пока физические нагрузки невозможны, я решил качать сенсорику. Я конечно продолжал ее качать, но теперь когда мне даже шевелиться нельзя... Мир ощущался странно, я чувствовал природную энергию повсюду, равно как и ее пользователей, но почему тогда я не ощущал подобного будучи в обычном мире? Или просто мои чувства стали глубже? Вот опять вопросы, лучше буду думать о новых техниках, учить им меня будут нескоро, но что мешает самому изобрести? Что мне сейчас нужно больше всего? Атака, защита – нет, меня учат, угрозы для жизни нет, печать – как вариант, нужно начинать готовиться к будущему, помощник-клон, мне очень нужен кто-то кто возьмет на себя часть нагрузки, отработка приемов тай очень монотонна, упражнения на контроль чакры, пробуждение и контроль стихий... Помощник-клон может очень существенно помочь мне. Где я его возьму? Насколько я знаю есть множество техник клонирования от начальной "иллюзорный клон" для отвлечения внимания, до техник создающих клона из стихийной чакры. При этом одна общая особенность была у всех техник: при сильном повреждении клон разрушался. А теперь вопрос если клона делать из инь чакры и не отпускать в "на свободу"? Есть ведь нити чакры, прицепить одну к клону и при разрушении вся чакра притянется к нити! Хотя нет не вся, часть все таки рассеется, но ведь Сенсей говорил, что инь чакра несет в себе разум человека, даже с учетом потерь я могу получить память клона и таким образом прокачать те навыки, что не требуют моего непосредственного участия! Да в бою "клонов на веревочках" не используешь, но при тренировке вполне.
     Также стоит подумать над техниками тай и медициной, анатомия моя и медведей сильно различается, что очень влияет на практику занятий (организм на природной чакре это вообще нечто запредельное), нужно подумать и о новых печатях... Пока я занимался таким обдумыванием все закончилось, боже сколько всего можно изучить и как мало времени! Вот как подумаешь сколько всего могут достигнуть шиноби если объединяться, то хочется материться не переставая, от их дебильной гордости и тотальной секретности.
     — Быстрее ученик! — слышу командный рык над ухом.
     — Куда еще быстрее! — возмущенно шиплю, но разумеется Сенсей все слышит, и я тут же слышу новый рявк.
     — Не сбивай дыхание!  
     — Да мы уже хрен знает сколько бегаем! Где перерыв! — возопил я.
     — Какой еще перерыв!? Ты всего лишь третий день бежишь! — зарычал в ответ мишка.
     — Чтооо, да ты издеваешься, всего лишь третий!? — уже просто взвыл я.
     — Хотел стать сильным? Тогда беги! — голос медведя стегнул словно плеть, а я стиснул зубы и побежал, покричали, подурачились и ладно, прав он, хочешь быть сильным изволь работать над собой.
     Модификация тела оказалась успешной, теперь я еще более вынослив, силен... однако остался психологический затык, для меня очень многое было нереальным (ведь я помнил свою прошлую жизнь и знал, что люди не могут прыгать на 10 метров, ходить по воде...), с Мадарой и Хаширамой работал элемент соревнования и игры, теперь этого не было, а я оказался способен на еще более нереальные вещи. И Сенсей решил помочь мне с "привидением в норму", вот только норма у него была такой, что страшно и помыслить...
     — Сенсей, а появляются ли еще кто-то вроде вас? — спросил я его как-то во время одной из передышек.
     — О чем ты? — недоуменно спросил он.
     — Ну еще какой-нибудь разумный-не человек способный использовать природную энергию?
     — На будущие говори зверь, — неодобрительно фыркнул мишка, — я не стал человеком, и не перестал быть медведем. И нет не появляются и уже не появятся, — с легкой грустью закончил он.
     — Почему? — теперь уже я был в недоумении.
     — Ты вообще понимаешь, ЧТО такое природная энергия? Ведь определение чакра мира в корне не верно, чакра это инь и ян слитые воедино, и если с ян составляющей все в порядке, то инь ни растения, ни животные не производят, — под конец реплики в его голосе была целая гамма эмоций, основными из которых были злость и безнадежность.
     — Но тогда получается...
     — Инь компонента берется от тех кого вы называете биджу, — а вот теперь в его голосе явственно можно было уловить ярость направленную на хвостатых демонов.
     — Что... как, ведь чакра биджу ядовита... — я же в это время был в страшном недоумении и не обратил внимание на эмоции в голосе мишки.
     — Каждый активный чакро-пользователь выпускает чакру, даже не желая этого. Только если люди выделяют очень мало чакры, то вот биджу наоборот очень много, поэтому их и могут чувствовать даже те, кто не обучался использовать чакру. Что же касается ядовитости чакры, то биджу в спокойном состоянии и биджу которого хотят поймать или который вступил в бой — это две большие разницы. Ты ведь тоже меняешься, если кто-то нападет на тебя.
     — Но моя сила остается той же что и раньше, — мое недоумение прогрессировало, теперь я всерьез задался вопросом, как можно изменить всю свою суть за мгновенье?
     — Но и они не ты, поэтому меняются не так как ты и другие люди, — подобное конечно объясняло почему, но не объясняло как, впрочем я отложил на время размышления об этом безумном мире и внимал своему учителю. — Но ты не дослушал, биджу источник "природной инь", но чакра идет не прямо в мир, а к "сердцу мира" и уже потом, после прохождения "сердца" в мир. Каждый из хвостатых зверей связан с миром напрямую, поэтому их нельзя убить, связь удерживает их от смерти и спустя определенное время они возрождаются. Но даже очищенная "сердцем" чакра небезопасна и ее избыток может превратить в камень. Поэтому тебя никто не учит ее использовать, ты не выдержишь нагрузки на тело или не удержишь контроль над чакрой.
     — Ясно, а что такое "сердце мира"?
     — Я не отвечу ученик, я пообещал не отвечать на этот вопрос, — пообещал, но кому? Ведь сам же сказал, что у него был лишь один шиноби. Я с трудом сдержал рвущийся наружу вопрос, и так понятно, что не ответит кому дал обещание, и что именно он обещал.
     — Хорошо, а что будет если запечатают всех биджу, мир умрет? — я спросил почти не надеясь на ответ, но к моему удивлению это знание запрещено не было.
     — Ты сейчас используешь природную энергию? — фыркнул в ответ Сенсей. — Или другие люди, или растения, или может звери? Мир не умрет, за время существования мира в нем скопилось очень много природной энергии, а в местах подобных нашей поляне, что по сути источники природной энергии, этой энергии просто прорва. Но постепенно энергии будет все меньше и когда-то она иссякнет, — равнодушно закончил медведь.
     — Когда-то? — удивленно моргнул я, как-то мне еще не встречались в этом мире предсказания о конце света.
     — Через 700-800 лет, точнее не скажу, — мишка безразлично отмахнулся лапой, ну да раз не знаешь каким будет мир через десяток другой лет, а тут на почти на тысячу лет вперед предсказать надо, просто нет смысла задумываться о подобном.
     — Так много?
     — А кто ее тратит? Для поддерживания жизни нужны крохи, за всю историю мира использовать ее научились единицы, для мира это не критично. Но мы отвлеклись от твоего первого вопроса. Разумные, подобные мне, или еще кому-нибудь из сенинов, не появляются из-за отсутствия пустых миров с источниками природной энергии, все они заняты, а конкуренты никому не нужны. Если раньше я родился используя уже накопленную инь, то теперь это невозможно, после одного события чакра людей уже не просачивается через барьер также как раньше, так что наши неразумные дети умирают раньше чем поглотят достаточно инь, чтобы осознать себя. Ну а о пользе призыва я уже говорил.
     — Накопленная инь? — этот момент был для меня особенно важен, а вдруг остались еще растения или звери, что накопили в себе много природной инь, но разумными не стали, интересно же!!
     — Медведи всеядны, — мишка, не желая дополнительных вопросов, парой слов напрочь отбил охоту расспрашивать его о этой теме. Нет больше никого и ничего с накопленной инь, сожрали.
     — Вопросов нет.
     — Тогда беги, до утра еще много времени.
     Техника "клонов на ниточках" получилась через три недели непрерывных попыток и в итоге я занимался в центре поляны, а клоны:
     — Первый десяток на тай, второй на контроль, третий на стихии, работаем парни у нас впереди большое будущее!! — радостно кричал я ждущей действия ораве.
     — Есть командир! — те в ответ жизнерадостно скалясь дружно разбрелись по поляне.
     — Ученик, а ты выдержишь? — с легким беспокойством с просил Сенсей. — Идея любопытная, но три десятка клонов передающие тебе информацию, это не может вызвать шок или еще какую-нибудь "перегрузку мозга"? — последние слова он выговорил с легкой заминкой, непривычен он еще к таким выражениям, но учится, э-хе-хе. Впрочем на проблему он мне указал правильно, развей я клонов всех разом и черт его знает чем все обернется.
     — Я буду их развеивать одного за другим, по одному я должен выдержать, — после короткой паузы ответил я.
     — Хорошо удачи, я буду рядом, — задумчиво покивал Сенсей, — кстати а ты не думал о том как бы улучшить технику и избавиться от этих нитей? — все также задумчиво спросил он, с любопытством посматривая на меня.
     — Думал, — кивнул я, — но тогда нужно будет увеличивать количество чакры и менять технику, то что я использую это модификация иллюзорных клонов.
     — А почему бы не попробовать, к тому же это будет первая твоя техника, — бодро поинтересовался он.
     — Попробую чуть позже — машинально ответил я, почти не заметив вопроса, одна мысль захватила меня с неожиданной силой.
     — А пока вернемся к отжиманиям, — мишка прекрасно видя мое состояние прекратил беседу и возобновил тренировку.
     Я пробовал еще три недели, но все-таки сумел доработать технику, чакры она стала тратить в разы больше и меня стало хватать лишь на два десятка клонов, но я избавился от нитей. Но в голове накрепко засела мысль, а почему технику не доработал Сенсей? Ну или почему он и его племя не познают мир при помощи науки, как в моем мире, ну или хотя бы при помощи чакры? Да уровень каждого из них огромен, мне до такого еще расти и расти, но почему они больше не развиваются?
     В какой-то момент тренировки прервались и мне предложили определить могу ли использовать стихийную чакру.
     — Ученик у тебя две стихии огонь и молния.
     — Это плохо? — вздохнул я, хотя уже понимал ответ, звери бояться огня.
     — Нет, но мы тебя можем обучить пользоваться только молнией, огнем мы не владеем, — судя по голосу мишке было неприятно признавать то, что он чего-то не умеет, и я его понимал. Но вот опять же вопрос, а почему они не обучились владению огнем? Страхи преодолеть им вполне по силам, особенно владея остальными стихиями. — Учителя этой стихии ты должен будешь искать в своем мире.
     — Хорошо, я готов.
     — Тогда вот первая техника «Высвобождение молнии», — между когтями на медвежьей лапе пробежало несколько разрядов.
     — Похоже на электрошокер, — и я вновь мысленно проклял свой длинный язык.
     — Что? — на лице мишки недоумение от очередного непонятного слова медленно уступало место подозрению.
     — Это я о своем, — заявляю, приняв самый невинный вид.
     — Эта техника поможет тебе отработать контроль стихии и поможет в тай за счет простоты, — мишка сделал вид, что поверил мне и продолжил показ техник. — Следующая техника «Молния». — Эта техника напоминала классическую ситскую молнию с рук, но в этот раз я сумел удержаться от очередной реплики.
     — Третья техника «Шаровая молния». — Так же классическая шаровая молния.
     — Четвертая техника «Разряд грома». — Удар по площади, центр использующий технику.
     — Пятая техника «Шоковая волна». — Волна молний, удар по площади на средней дистанции. — Этих техник тебе хватит, если освоишь их убить тебя будет очень непросто. А потому перейдем к отработке техник, готовь клонов.
     Помимо этих техник я также попробовал изучить простейшие техники остальных стихий, но тут увы потерпел фиаско, также продолжал развивать свое тайдзюцу, контроль стихий и источник чакры, сенсорику..., а вот изучение печатей, чакро-медицины у меня не продвигалось никак, нужны учебники и учителя, знания медицины тех же мишек мне почти не подходили.
     Прошло не мало времени, я не считал дни, тренируясь как одержимый, слишком велики были желание стать сильным и любопытство, чего я вообще могу добиться. Но пришло время возвращаться в мир, надо набраться опыта, стать еще сильнее и подготовиться к следующему шагу в моей жизни:
     — Ты уходишь ученик, но ты еще не достиг предела своих возможностей, режим отшельника для тебя еще не посилен, — в голосе Сенсея звучало искреннее огорчение.
     — Да, но я должен вернуться, набраться опыта и отточить силы и способности, найти ответы на вопросы, многое я могу сделать только там, к тому же я устал от такой жизни нужно отдохнуть, сбросить пар... Однако учитель, перед уходом я прошу о настоящем спарринге с вами, чтобы знать к чему стремиться.
     — К бою ученик!
     Боя не было, больше всего наш спарринг был похож на избиение, я даже не успел двинуться, как Сенсей провел стремительную серию ударов и я упал не в силах пошевелиться. Даааа, мне многому еще надо научиться, а я возвращаюсь в мир.
     — Ученик, прежде чем ты вернешься нужно сделать две вещи, первая подписать с нами контракт, твое ученичество еще не закончилось, да и твоя страсть к силе многим понравилась, — как ни в чем не бывало заявляет мишка.
     — Хорошо, только а вдруг я начну с ума сходить от своей страсти? — Сквозь зубы прошипел я, с трудом поднимаясь на ноги, хорошо еще, что мишка не стал бить меня в полную силу и у меня нет переломов костей.
     — Мы всегда были хозяевами леса, хозяин не может быть слабаком, а если будешь сходить с ума мы тебе поможем, — он вновь улыбнулся мне со значением и я, сглотнув, вновь с огромным трудом смог оторвать свой взгляд от его улыбки, — но мы отвлеклись, после контракта ты должен дать мне имя.
     — Прошу прощения, что? — непонимающе уставился я на Сенсея.
     — У каждого разумного есть имя, но имя дается либо родителями, либо выбирается самостоятельно, я был первым разумным медведем и мои родители не могли дать мне имени. Сам я не мог взять его, просто не понимал зачем, а потом первый клан с которым мы подписали контракт дал имена всем медведям, кроме меня тогдашний ученик не успел завершить обучение, его убили, — разъяснил он мне ситуацию, я же улыбался, теперь кое-что прояснилось, мой собеседник несколько веков жил неполноценным! У всех были имена, а вот у него нет! И он не мог сам взять себе имя, ведь все имена племени медведей дал человек.
     — Балу, так звали одного из мудрых медведей, учивших молодых, — собственно я не раздумывал над именем и вновь слишком поздно спохватился поняв что именно ляпнул.
     — Не знаю его, — пробормотал мишка, я же вновь принял самый невинный вид, а медведь вновь очень подозрительно стал на меня посматривать, — но пусть так, — сдался он через минуту, — последнее, чтобы найти ответы на вопросы, что тебя мучают, загляни в архивы кланов Сенжу, Учиха, Хьюга и Узумаки. Удачи ученик.
     — Спасибо сенсей.
     Я лихо улыбнулся, готовясь вернуться в мир, настало проверить с пользой ли я провел свое время у медведей.

Глава 4 Первые шаги

     Я вновь оказался в пещере рядом с озером, теперь меня точно не смогут убить за пару секунд боя и надо решать, что мне делать дальше. Вернуться назад в свой мир... я не представляю как, а на исследования порталов, меж мировых переходов и прочей подобной хрени нужны знания, время, ресурсы... У меня же нет ничего из требуемого, даже времени так как в любой момент из за гребаной войны могу встретить какого-нибудь шиноби который захочет меня пленить или прибить. Также я не могу выбраться из этого мира тем же путем, каким попал: если умру то попаду в местный "Чистый мир", а не на "Звездную пустошь" ну или где там я оказался после смерти.
     Я могу либо пойти и попробовать вступить в клан, например к тем же Узумаки, с непредсказуемыми шансами, или же могу попробовать карьеру наемника. Вступая в клан получу знания (минимум), боевых товарищей, оружие, деньги, командиров и идею, а также недоверие, высокомерие, право сражаться в первых рядах и возможность карьерного роста.
     Путь наемника можно описать так: что хочу, то и ворочу. Нет никаких ограничений и никаких бонусов и ресурсов, что добудешь, то и твое. Пока же мне надо решить вопрос с одеждой, моя износилась и если медведям на это было плевать и я мог тренироваться хоть голым, то здесь я буду выглядеть как бомжующий нинзя, что либо смешно, либо грустно. Денег у меня естественно нет и занять их не у кого. Да и показаться кому-то в таком виде... Вывод: нужно кого-нибудь ограбить, свидетелей можно не оставлять в живых, заодно проверю себя в деле. Так что по заветам классиков будем грабить награбленное, попутно истребляя самих грабителей. Хорошо что у меня осталась амуниция того мертвеца из Хагоромо и я научился ее использовать. Только надо будет сенсорикой проверить есть ли там шиноби...
     Использую клонов и сенсорику, после чего иду к ближайшему скоплению людей в лесу...
     Итак лагерь с 30 людьми, пятеро из которых здесь явно против своей воли. Судя по виду это какие-то торговцы, которым не повезло остаться в живых после нападения и теперь банда решила развлечься пытками.
     Проклятье! Теперь я не могу ударить по площади, конечно можно положить всех, но мне надо с чего начинать, мне нужна команда и эти торговцы могут мне пригодиться. К тому же не факт что я засек всех разбойников, сенсорика это хорошо, но шиноби-сенсоры появились не вчера и защита от них уже отработана. Поэтому не торопясь, не шумя, и не привлекая внимания, вновь рассылаю 5 клонов, чтобы они окружили лагерь и взглянули на него с разных сторон. После чего один из клонов отступает и нанося себе рану развеивается, оказывается есть еще два не замеченных мной часовых, из за того что они не шиноби и при таком количестве народа, на этом клочке леса, я их не почувствовал. Заранее оборудовав себе площадки для наблюдения, они могли оставаться невидимыми, контролируя при этом ближайшую территорию, меня еще не увидели только из за умений охотника и желания присоединиться к забаве. Хорошо что я не бросился сломя голову в бой, один выстрел из лука и я был бы трупом. Теперь когда неожиданностей не осталось (ловушки они делать не стали) я могу атаковать.
     Когда наблюдатели рухнули на землю с кунаями в горле на целых пять секунд наступила полная тишина, местный палач был шокирован настолько, что выпустил из рук раскаленный железный прут, уронив его себе на ногу. Когда же от кунаев и сюрикенов упали еще пятеро все разом заорали и в панике забегали по лагерю.
     — Это шиноби!
     — Бежим!
     — К бою, защищайтесь идиоты!! — главарь, сохранивший самообладание и оказавшийся покрепче остальных, понимающий, что сбежать не получиться, его я убил сразу же после того как он подал голос.
     — Я не причем, я здесь случайно оказался! — только вот мне плевать, раз подался в банду, то получай и все к этому прилагающиеся.
     По лагерю стремительно двигалось четверо клонов, щедро раздавая удары рук и ног, постоянно напитывая их чакрой, "Высвобождение молнии", кунаи... Противники закончились уже через десять секунд, буду знать, что простые люди шиноби, даже плохо обученному, не помеха, особенно если они расслабились и не подготовились к нападению.
     — Приветствую вас добрые люди, прошу извинить что я спасаю вас в таком виде, но иногда на жизненном пути появляются непредвиденные обстоятельства.
     — Мы понимаем, ибо сами столкнулись с такими обстоятельствами. Можем ли мы узнать ваше имя? — И все дружно отвешивают поклон, а в тоне у говорящего со мной старика легкое подобострастие.
     — Николай Чудов, — их лица сначала выразили легкое недоумение, почти сразу же исчезнувшие, все понятно, шиноби на задании, потому и представился псевдонимом, и даже начни я их убеждать в обратном, не поверят.
     — Простите, мы не знаем такого клана, где его владения? — С любопытством спросил меня какой-то молодой паренек, тут же получивший от остальных такие взгляды, что сжался став меньше ростом и втянул голову в плечи.
     — У меня нет клана, — машинально ответил я и тут же проклял свой язык, понимая как сглупил, теперь я в глазах этих людей бывший почти полубогом, стал обычным наемником, просто очень сильным. — Теперь когда вы свободны нужна ли вам еще какая-нибудь помощь?
     — Всех наших спутников и охрану перебили, нам необходима помощь чтобы доставить груз в город, — его голос не изменился, в нем по прежнему было легкое подобострастие, но вот взгляд, старик смотрел на меня с почти неуловимым пренебрежением, как к тому, кто не имеет ни кола, ни двора. Я подобному не удивлялся, да я его спас, но при этом я был шиноби, из-за которых по всему миру и творилась подобное, а раз так то почему бы этому старику не уязвить ненавидимого шиноби? Пусть даже и про себя, глубоко в душе.
     — Я готов помочь, но разумеется не бесплатно, — я остался спокоен, по сути плевать мне на этих людей, даже их имена не интересны, помочь помогу, получу свои деньги и забуду про них, наглеть и хамить они не осмелятся, а добиваться от них чего еще нет смысла.
     — Безусловно, сколько вы хотите? – и во взгляде появляется хитринка, а откуда мне знать расценки? А раз так, то почему бы не обсчитать сильного, но мало знающего юнца?
     — Что у вас за груз и куда вы хотите его доставить?
     — У нас груз тканей, мы должны доставить его в Отофаку, — голос он держал ровным, явно ожидая торга, где честно даст мне уговорить его, на заранее просчитанную сумму.
     — В таком случае предлагаю сначала добраться до места, а потом уже рассчитаемся. — Все равно мне сейчас деньги не нужны, у меня трофеи есть, благо что у меня есть аж три свитка для запечатывания. Также я прошу вас немного подождать пока я закончу со сбором трофеев. — На лице старика мелькнуло легкое разочарование, но увы торга не будет, а придя в город я быстро узнаю сколько чего стоит, с другой стороны для того кто уже готовился к смерти, остаться живым, да при товаре — это тоже немало, а по приходу в город всегда можно сказать, что он торговец честный и всегда честно платит за работу.
     Запечатываю все добро с трупов в свитки, не очень-то и много добра, какие-то вчерашние крестьяне мне попались, попутно переодеваюсь в тряпки одного из разбойников: и мерзко, и неудобно, но мне сейчас не до того чтобы привередничать. Странно, почему я теперь почти не реагирую на убийство? Да, я охотник, уже повидал мертвецов, да черт возьми, даже не смотря на то, что я уже убивал, не мог же я так измениться!?
     Как выяснилось товаров было немного, всего два воза. Только если разбойники несли товар аж в два десятка рыл, то оставшиеся пять торговцев носили бы свой товар от лесного лагеря до оставшихся на дороге повозок часов шесть если не больше и я предложил помочь:
     — Давайте я вам помогу с переноской, иначе можно тут до вечера провозиться, — после этой фразы они все остановились, дружно уставившись на меня все более расширяющимися глазами.
     — Простите, но разве шиноби должен заниматься подобным? – Проклятье, тут же шиноби вроде как на вершине социальной пирамиды, им подобное невместно, как и любому аристократу выполнять работу черни.
     — У нас ситуация приближенная к боевой, плюс тяжелые потери, так что я вам помогаю, а вы потом никому ничего не рассказываете. — Создаю 30 клонов для помощи и контроля обстановки, может тут появится еще один шиноби, а у меня руки будут заняты. — Пока же я прошу вас ответить на несколько вопросов, я здесь недавно, хотелось узнать что в мире делается?
     — Конечно спрашивайте.
     После окончания расспросов мне захотелось схватится за голову. Оказывается в мире медведей я пробыл аж семь лет и ничего, ничего блять, не изменилось. Я в этом мире 14 лет а тут по прежнему шла война кланов, по прежнему все друг друга резали, взрывали и душили. Также по прежнему мир находился в состоянии феодальной раздробленности, где несколько городов и клановые замки-убежища составляли очаги культуры. Разумеется в тотальном бардаке было полно разбойников, восстаний против тиранов феодалов, для того чтобы вернуть-привести на трон "правильного" правителя. Но главное в том, что людям, вроде тех же торговцев, уже порядком осточертела эта война и если шиноби не прекратят истреблять друг друга, то простой народ их сам перережет. Разумеется какие-нибудь монстры владеющие сверх техниками могут истреблять этот самый народ в любых количествах, но если они перебьют друг друга, то рядовым придется очень кисло ибо два-три выживших "чемпиона" могут банально закидать трупами. Иными словами все плохо, что и не удивительно во время войны, но мириться никто не хочет, потому что "нельзя поступиться своей гордостью". Их мать, их отца, их деда и бабку! Где мудрые и хитрые главы кланов, где опытные и коварные политики, организующие заговор против этих глав кланов? Нееет, надо тупо истреблять всех врагов, друзей-союзников нет, даже временных партнеров, которым впоследствии шею свернешь, быть не может. Союз Нара-Акимичи-Яманака единственный, но даже он никак не расширяется и не развивается. Также мне удалось выяснить, что Мадара с Хаширамой наследники глав своих кланов и слава об их силе уже гремит в этой части мира. Хорошо если они не оставили нашу идею об изменении мира, а если плюнули и занялись другими делами?
     Можно конечно и самому менять мир, но я слишком многого не знаю, мало умею, у меня нет ни ресурсов, ни команды для этого, а пока я их соберу весьма вероятно, что "канон возьмет свое". Единственный хороший момент был в том, что в крупных городах, в один из которых мы направляемся, не устраивали шумных разборок. Города были источником денег, заказов и различных товаров, так что их не разрушали и они оказались настоящими оазисами спокойствия. При такой жизни появились дезертиры, которые уходили в леса поближе к городам и соответственно те из клановых кому-то хотелось более спокойной жизни — эти шли в охрану-телохранители больших шишек. И если у крупных кланов вроде тех же Учих, Сенжу или Хагоромо дезертиров практически не было, один-два человека не в счет, то вот в мелких или почти истребленных кланах ситуация была иной. Хотя я этому не удивлялся, ну кто побежит в неизвестность, с большими шансами сдохнуть, от более-менее стабильной и сытой жизни.
     Разумеется в любом городе было полно шпионов различных кланов и разумеется разбойничьи банды и шайки рядом с городами иногда целиком состояли из шиноби нападающих на врагов-конкурентов прикормленных шишек.
     — Почти приехали, остался лишь один час и мы увидим город, — в голосе старика огромное облегчение, ведь до одного из немногих безопасных мест рукой подать, я же усиленно сканировал окрестности, понимая, что разбойникам куда легче поставить ловушку не на дороге, по которой не факт что кто-то поедет, а у города, куда обязательно кто-то заглянет.
     — Остановите повозки, впереди отряд, и лучше пообщаться с ними заранее.
     — Говорить будете вы?
     — Среди них есть шиноби, вы можете не пережить такой беседы.
     — Тогда мы останемся здесь и будем ждать вас час, если вы не вернетесь мы попробуем обойти этот участок дороги, — я не стал говорить старику, что никуда он уйти не сможет, если я проиграю, то этот неизвестный шиноби просто проверит дорогу в оба конца, чтобы узнать кто пришел по его душу.
     — Обойти?
     — Тут есть несколько дорог, ведущих в объезд, но времени придется потерять много.
     — Хорошо, пожелайте мне удачи, — удачи мне желали от всей души, видимо нутром понимая, что никакие объезды их не спасут. Я же полностью очистив голову от ненужных мыслей двинулся к месту засады.
     Шиноби в том отряде один, а мне нужна команда и рекрутировать я могу либо разбойников, либо дезертиров. Тактика рекрутинга проста: "крепкие объятия, после крепкой трепки".
     Создаю десяток клонов, выясняю что отряд разбойников состоит из одной куноичи и десятка мужиков, точь в точь как те кого я уничтожил в лесу. Итак передо мной либо очередная шайка разбойников, либо небольшой отряд диверсантов, организованный каким-нибудь кланом.
     Броском кунаев убиваю всех крестьян и тут же куноичи в свою очередь бросает в моих клонов сюрикены, отбиваю и клоны дружно развеиваются. Да можно было бы продолжать их использовать, но я по прежнему хотел проверить себя, а простые разбойники для этого не подходили.
     — К-кто, кто это сделал? — А ведь она испугалась, значит либо разбойник, либо новичок из клана, хотя нет, к новичку приставили бы опытного командира.
     — Я, — выхожу на дорогу, — можешь тоже выйти, нам нужно поговорить.
     — После того как ты убил моих людей? — смещается мне за спину, а вот голос раздается с прежнего места, где я ее засек, иллюзорный клон или гендзюцу?
     — Но ведь тебя я и пальцем не тронул, даже не бросал в тебя ничего, — игнорирую ее действия, продолжая вещать, как ни в чем не бывало.
     — Сдохни щенок!! — Бросок кунаев в спину и затылок, значит клон. И как она определила мой возраст? В свою очередь отскакиваю вправо, попутно бросаю пару кунаев целя ей по ногам.
     Она стремительно сближается, хмм, моя скорость явно быстрее, я также сближаюсь. Обмениваемся ударами, бьет она слабее чем я, но сама она явно более умела в тай. Резко отпрыгивает, складывая печати:
     — "Облако яда" — выдыхает в мою сторону небольшое, но очень плотное, белое облако, отпрыгиваю назад, в свою очередь складываю печати и бью сквозь технику:
     — "Молния" — вкладываю самый минимум чакры, чтобы случайно не убить.
     — Неплохо, но мимо щенок! — в свою очередь бросает сквозь технику сюрикены и кунаи с взрыв-печататями. Мне просто повезло, что я заранее ушел влево, но даже так, даже не смотря на напитку тела чакрой, я получил три осколка: в плечо, кисть и бедро.
     — "Шоковая волна" — это ее пробрало и она упала, надеюсь все-таки живая.
     Посылаю клонов к торговцам, надо быстрее добраться до города, а то вдруг еще кто-нибудь заявится. Также создаю клонов, чтобы подлечили меня, проклятье, как же мне нужен учитель, я трачу прорву мед-чакры там где опытный медик справился парой капель. Ну вот я в порядке, можно будить дамочку и начинать переговоры.
     — Просыпайся, нам по прежнему надо поговорить. — Девушка лежит на земле, я понемногу вливаю в нее мед-чакру, также ее голова на коленях клона, который гладит ее по волосам, ощущения ведь передадутся мне, а я уже давно не видел девушек.
     — Ооох, ч-что, что со мной, — голос страдающий, но чувствую, что это у нее явно не первое тяжелое пробуждение, ее глаза почти сразу же впились в меня, ловя каждое мое движение.
     — Тихо, тихо, спокойно. Ты проиграла.
     — Ах ты, щенок, я не... — она тут же сжала кулаки и начала разгонять чакру по телу.
     — Тихо говорю, — обрываю я ее, — я тебя сейчас лечу, но могу и изувечить, если будешь дергаться.
     — Думаешь если победил, так я тебе ноги целовать буду!? — рычит она, и явно готовиться снова броситься в бой.
     — Говорю, что ирьенин из меня хреновый, — чуть повышаю голос, — а если ты будешь дергаться, то сделаешь только хуже, — и уже тише заканчиваю. — К тому же мы еще не поговорили, — она сделала над собой видимое усилие, после чего спросила:
     — И о чем будем говорить? — мрачно, но уже куда более спокойно.
     — О будущем естественно, — спокойно и очень серьезно гляжу на нее, этот разговор я уже продумал. — Твоем и моем. Вот каким ты видишь свое будущее?
     — О будущем значит... — протянула она зло, — сначала я собираю немного денег, потом покупаю небольшой дом-лавку, нахожу себе мужа и живу долго и счастливо, — и не нужно говорить, что меня с моими планами в этом будущем нет.
     — Немного денег ты соберешь ограбив пару караванов? — грустно вздохнув, уточняю я.
     — А что с того? — с вызовом интересуется она.
     — То что денег у торговцев не так и много, пары караванов не хватит, — еще более грустно замечаю, прекрасно понимая, что она мне ответит.
     — Я не собиралась делиться, — презрительно заявляют мне в ответ. И ей глубоко плевать что нужно убить примерно сотню человек, и это по самым скромным подсчетам, стоит ли удивляться тому, какие чувства испытывают к самим шиноби простые люди? Потому что лично я не верю, что эта строительница своего будущего есть нечто особенное, скорее уж одна из многих.
     — А если бы наткнулась на шиноби, который не стал бы с тобой разговаривать? — Я ведь тоже не есть что-то уникальное, охранников-шиноби имеют может и не все, но очень многие из торговцев.
     — Убила бы! — вновь рычит она. Мдааа, вот что значит незнание истории и чересчур высокое самомнение.
     — Тогда давай я скажу тебе твое будущее, ты либо сдохнешь при атаке на караван, либо сдохнешь в своем домике-лавке, потому что территория уже поделена между кланами. Новый шиноби покупающий дом в городе или деревне это либо шпион от которого избавляются, либо диверсант от которого также избавляются. Разбойник может дожить до старости только если пойдет на службу к власти, сам станет властью, или же уйдет в отшельники, но ты в отшельники не хочешь, — собственно так и было, всю историю, никто не смог в одиночку построить свое маленькое счастье, у всех успешных строителей была своя команда, были прикормленные люди в верхах, чтобы власть прикрыла глаза на твои шалости нужно или делиться с ней, или стать частью властной машины, по другому никак.
     — Придурок, по твоему в городах нет шиноби? — Вот только реплика у тебя вышла какая-то вялая, судя по лицу мои слова тебя зацепили, заставив задуматься.
     — Слушай во первых не хами, — я добавил в голос капельку угрозы, а в ее тело легкий болевой разряд, судя по быстрому кивку она прониклась, — во вторых за шиноби клан их поддерживающий связями и ресурсами, в третьих они в городах работают, но ты то там собираешься жить! Не телохранителем важной шишки и не охранником среди таких же шиноби, а в одиночку, — да в городах не устраивали шумных разборок, но главным было именно слово «шумных», тихие убийства и мелкие диверсии случались там с завидной регулярностью, а уж когда эту девчонку, совсем не блещущую искусством маскировки, вычислят, то ее похищение, со всеми последующими прелестями, станет делом одной недели.
     — То есть у меня нет будущего? — с вновь появившейся злостью в голосе спросила она, я ее понимал, вроде уже и жизнь спланировала, да еще и без грязи, с трупами, что вообще почти невероятно для шиноби, а тут появляется какой-то хрен с горы и мало того, что по шее надавал, так еще и все воздушные замки на куски разнес.
     — В одиночку нет.
     — И будущее возможно только с тобой? — с еще большей злостью она буквально впилась в меня своими глазами.
     — Не только со мной, — качнул я головой, — вариантов много, — только вот предлагать я буду лишь один, — просто в одиночку и у меня нет будущего, — в свою очередь предельно серьезно и открыто смотрю ей в глаза, я не соврал ни в чем и она должна это почувствовать.
     — Чего, постой ты что тоже сбежал из клана?? — на ее лице и в голосе разом отразилось столько чувств, что даже не понял какие именно эмоции она испытывает.
     — У меня нет клана, я одиночка и то, что я тебя победил не означает, что я буду побеждать во всех боях и дальше. Мне нужен учитель, мне нужны соратники и ресурсы, в одиночку я либо очень быстро сдохну, либо стану разбойником живущим только одним днем, с предсказуемым итогом такой жизни, — я по прежнему держал серьезное лицо, и избегал любого вранья.
     — В смысле?
     — Плевать на завтра, прожил день и слава богу. А когда поймают хорошо если убьют быстро.
     — И что в итоге? Построишь дворец и заведешь себе сотню охранников шиноби? — с легкой насмешкой и тщательно скрытым
     — Хуже, — возвращаю ей насмешку, после чего продолжаю с прежней серьезностью и открытостью, — моя цель остановить войну и изменить мир.
     — Ты что издеваешься, или свихнулся!? — вновь слышу злость в ее голосе.
     — Вообще-то у меня есть план и есть единомышленники. Да и потом это единственный наш шанс на нормальную жизнь, — чуть-чуть надавливаю голосом на окончание фразы. — Потому что когда мы объединимся, — она слегка поморщилась от этого когда, — то составить конкуренцию даже малым кланам будем не в состоянии, единственное изменение — для нашей ликвидации отправят не три, а семь шиноби. И путь наш будет по прежнему либо в разбойники, либо в отшельники.
     — Ну хорошо и кто твои единомышленники? — после короткой паузы сдалась она.
     — Сенжу Хаширама и Учиха Мадара.
     — Чтооо!? — опять дикая смесь эмоций, но в этот раз можно было выделить недоверие и раздражение.
     — План прост, многие устали от войны и хотят ее прекращения. За примером далеко ходить не надо, ты из клана ушла не от хорошей жизни. Только надо не мирные договора заключать, а объединять кланы по настоящему. — Коротко пересказываю ей нашу идею про деревню шиноби. — Почему мирными договорами не обойтись понимаешь?
     — Да, я не дура.
     — Тогда продолжу, если объединяться мелкие кланы, то крупным от этого будет ни жарко, ни холодно, они смогут отбиться и жить по старому. Поэтому я и говорю о Сенжу и Учихах. Идея объединения родилась в процессе переговоров Хаширамы и Мадары, но если Хаширама может заключить мир и пойти на объединение, то Мадаре не дадут его старейшины и традиции клана. Поэтому нужно использовать метод "крепкие объятия, после крепкой трепки", — а вот теперь начинаю кое-что умалчивать и местами откровенно врать, хорошо еще, что она не до конца восстановила контроль за своими эмоциями и не смогла понять, что начинаю ей врать.
     — То есть? — При этом сама идея ее заинтересовала, поэтому, чтобы не было лишних вопросов перехожу к конкретике.
     — Сенжу и Учиха в равном положении и имеют примерно равное количество сил. Задача отряда который я собираю сместить равновесие в пользу Сенжу. Сделать это можно заключив перемирие между Сенжу и Узумаки. Да между ними нет открытой войны, но и мира нет и они держат войска друг напротив друга. Перемирие освободит эти отряды и Сенжу смогут победить Учиха. Когда это произойдет Мадара убедит Учиха, что либо они мирятся, либо их перебьют.
     — А как ты хочешь повлиять на Узумаки? — тяжело вздохнув, она стала смотреть на меня уже как-то почти смирившись со своим новым будущим.
     — В свое время Узумаки потеряли ряд материалов из своего убежища, включая учебники для молодняка. Все это им вернут, или если они будут упрямится, то разошлют всем кланам, — и это было самым скользким моментом в плане, я просто не представлял как поведет себя клан печатников, если они не поддадутся на шантаж мне очень и очень повезет если я успею сбежать. Я делал ставку на усталость от войны и ее бессмысленность, а также на то, что узумаки не допустят утекание их секретов в чужие руки, я понимал, у меня очень высокие шансы на то, что мое требование выполнят, но понимал и то, что мне могут отказать, просто из гордости.
     — Серьезно? Ты и вправду думаешь, что все это получится сделать? — В ответ на это я позволил себе грустную улыбку, просто это ведь не значит легко.
     — Единственная сложность это во-первых дожить до его реализации, — что непросто на войне, —  а во-вторых собрать достаточно сильный отряд, иначе с нами и разговаривать не будут, а попытаются прибить при встрече, — как я уже и говорил ранее, без команды никто и ничего не добьется, но повторять я это не стал, — да и саму войну нужно заканчивать или шиноби сами себя истребят, а тех кто останется завалят трупами простые люди, и в итоге шиноби вообще исчезнут как класс, — что кстати уже начало происходить, по миру уже пошли слухи, что монахи из некоторых храмов, активно использующих чакру, смогли нанести поражение нескольким мелким кланам и стать с ними вровень, разумеется это далеко не угроза, да и кто будет доверять слухам, но это может стать началом конца, ведь народ поголовно на стороне монахов, — итак ты со мной? — она успокоилась и задумалась, между нами повисло долгое молчание, впрочем я знал что она выберет. Я разбил ее мечты и одолел ее в реальности, так что она согласиться следовать за мной, когда выбирать приходится между безумным планом и весьма вероятной смертью, как правило выбирают план, теша себя иллюзией того, что в любой момент можно сбежать... Само собой разумеется она по прежнему будет мечтать о своем маленьком счастье, но добиваться она его будет исполняя мой план, а большего мне не требуется.
     — Хорошо, — после десяти минут молчания решилась она, — но если ты полезешь ко мне между ног, я тебя прикончу, — предельно серьезно обещает она, после чего протягивает руку в знак нашего союза.
     — Уговор, — руку ей пожимает клон, она не сенсор и отличить клона от оригинала не сможет, а я пока еще не собираюсь ей безоглядно доверять. — Кстати мне нужен учитель, да и я сам могу кое-чему тебя научить, что скажешь?
     — Согласна.
     — Меня зовут Николай Чудов.
     — Недзуми.
     — Приятно познакомится. Вставай, скоро подойдут торговцы.
     — Зачем они нам нужны? — она поднимается опираясь на мою руку, не делая попыток атаковать или отравить, не умеет или не надеется на успех?
     — Нам нужны деньги и связи, первое нам потребуется сейчас, — потому как грабить простой люд я не намерен, для того чтобы план был исполнен мне нужна максимально чистая репутация, никто не будет доверять разбойнику, — второе не сразу, а когда соберем команду, — ведь максимум кого я смогу завербовать это середнячки, а им потребуется время чтобы научиться действовать в команде. Никто из глав кланов не выйдет мне на встречу для переговоров сколько бы я их не звал, не услышат, мне нужно "очень громко постучаться к ним", и иметь достаточно сил, чтобы меня не прикончили очень раздраженные соклановцы, что придут проверить, кто стучит и зачем. — Каждый шиноби хочет пить, есть и много чего еще, вот тут и помогут простые люди вроде тех же торговцев.
     — Хорошо.
     — Тогда первая просьба: ты можешь сыграть моего старшего товарища и определить плату за спасение и охрану торговцев? А то я не знаю расценок, — у Недзуми вновь началось буйство эмоций, и она явно хотела расспросить меня о том в какой дыре я провел свою жизнь, но она сдержалась, ограничившись лишь вопросом по сути.
     — Спасение? — Коротко пересказываю историю с разбойниками.
     — Потом идем в город, закупаемся провизией, — тут она слегка морщиться, действительно зачем покупать если можно взять даром? Но увы мы на особом положении и не можем себе позволить разбоя, а ну как объявят месячник чистоты и устроят охоту на всех кто живет по ту сторону закона? Мы пока еще не в том положении чтобы рисковать. — После мы находим там самый дорогой бордель и начинаем приятно проводить время.
     — Да ты, тыы... — она от негодования аж воздухом подавилась.
     — А теперь серьезно, первое я нормально не общался с людьми семь последних лет, — ибо медведи со своими медвежьими делами и привычками людям не замена, — второе любому человеку нужно отдыхать, а я с шести лет только и делал что смотрел на трупы и тренировался чтобы стать сильнее, третье потребность в сексе естественна, гормоны придумал не я, а природа и тот кто это игнорирует начинает вести себя очень странно, — к тому же, после использования клановой алхимии, я получил и все, что к этому прилагается, в частности ускоренное взросление своего тела. К тому же я не забыл свою прошлую жизнь и то, как это у меня было... а тут у меня и гормоны шалят, и прямо под боком красавица куноичи, да еще и после длительного воздержания по причине недозрелости, нет, не сдержусь, так что лучше мне сбросить пар.
     — Н-но, но почему бордель, да еще и самый дорогой!? — в ее вопросе разом слышалось и удивление, и возмущение.
     — А куда еще? — с не меньшим удивлением спросил я. — Ресторан-трактир какой-нибудь, так во первых в борделе профессионалки, а не любительницы, а во вторых шиноби в городах сдерживаются и чем ближе к центру тем не только дороже, но и безопаснее. К тому же сразу после отдыха мы город покинем, нам ведь отряд собрать надо, — под конец моего пояснения она успокоилась и на ее лице появилось легкое предвкушение, видимо если меня интересовал только сброс гормонов, то вот она решила хоть на время забыть о окружающей реальности и устроить себе праздник.
     — А как именно мы будем его собирать? — вяло полюбопытствовала она, мысли ее явно ушли далеко, к предстоящему веселью. — И прекрати уже гладить меня по волосам! — внезапно зарычала она, ну вот что не так? До этого она ведь не реагировала на клона.
     — Также как и с тобой, уверен твой случай не уникален, что до волос — ты первая девушка за всю мою жизнь, я просто не могу удержаться, — с мечтательной улыбкой отвечал клон, ведь именно его она и приняла за оригинал, тяжело вздохнув, гладить ее он прекратил, теперь главное развеять его так, чтобы она не заметила...
     Как ни странно, мы смогли не только отдохнуть, но и покинуть город без помех. Девушка подобрела, вот что хороший сек... отдых делает. Причем не сказать что я опозорился, девушка осталась мной довольна, но вот Недзуми развлекалась почти вдвое дольше меня, после чего еще добрую неделю посматривала на меня с легким превосходством, я же тяжело вздыхал про себя, увы тело было еще слишком неопытным да и я сам никогда не был половым гигантом, а как воздействовать на организм чакрой... в этом плане я не знал может достаточно просто направить чакру к... тому месту, а может нужны какие-то спец техники, я не стал экспериментировать, а ну как вообще стоять не будет? Ставить над собой опыты по такому поводу, да еще и не имея целителя под рукой, обойдусь, лучше потом просто неделю буду чуть румяниться под взглядом Недзуми.
     В тренировках с ней мы провели еще две недели, быстро выяснилось, что она даже не достигла среднего уровня, просто одна из пешек клана, которой пожертвовали в одной из миссий, ей чудом удалось спастись, что вкупе со множеством других не слишком приятных воспоминаний подтолкнуло ее к уходу из клана и постройке своей тихой гавани. Чтобы усилить ее я дал ей техники "теневых клонов", "водяного пистолета" и "вакуумной пули", давать ей что-то еще было бессмысленно она просто не могла бы этим воспользоваться, а она мне "облако яда" и помогла с печатями и тайдзюцу, собственно это было все чем она владела, я напрасно опасался быть отравленным ядами, Недзуми ими не пользовалась, хотя и имела.
     Как выяснилось каждый клан так или иначе знаком с фуиндзюцу, но их знания отрывочны и применимы только в очень узкой области и на минимальном уровне вроде простейших взрыв печатей. Так же я показал методику тренировки Узумаки, от которой Недзуми была в шоке.
     — П-почему, почему ты мне все это показываешь? — она поражена и смотрела на меня как на безумца, разбазаривающего бесценные сокровища.
     — Потому что мы в одной команде, ты просто этого еще не поняла. Потому что я считаю глупым держаться за эти секреты, в погоне за силой и властью кланы забыли что можно получить куда больше если не хватать все сразу, а подождать немного. Союз между двумя кланами даст колоссальную силу потомкам, родившимся в результате этого союза. — Я тяжело вздохнул и посмотрел на нее с легкой грустью, да правящим кланами нужен результат здесь и сейчас, никто не планирует на 10, 20, 30 лет вперед, а ведь и 30 лет для истории лишь миг. и в итоге имеются множество мелких вершинок куда способны забраться гении кланов, а ведь могли бы объединить усилия и построить лестницу до неба!!! И чтобы построить такую лестницу мало будет объединить кучу народа в одну артель, нужно еще чтобы эта артель работала сообща, не таясь друг от друга. Нельзя чтобы знания, большие и малые скрывались за замками необходимо их использование и обмен знаниями, тогда то что не увидишь ты заметит другой. Разумеется мой подход не понравится никому из шиноби, но должен же кто-то положить начало этому пути? А в собираемом мной отряде сделать это намного проще чем где-либо еще. — Ты дала мне знания о печатях которых у меня не было, точно также как я дал тебе свои и в итоге мы оба можем больше чем раньше, — а еще эти знания не уникальны, за исключением теневых клонов. А последними ты толком пользоваться не сможешь, чакры мало. К тому же это позволило мне получить еще одну привязочку и новые знания, но это было во-вторых и третьих, на первом месте стояло закладывание новой традиции... — Стоп, к нам быстро движется два отряда шиноби один преследует другой, — нам можно сказать не повезло, только-только мы остановились передохнуть после тренировки, как появились гости, а ведь мы тренировались вдалеке от чужих глаз и чтобы добраться сюда нужно было приложить определенные усилия.
     — Убежать не успеем?
     — Я могу, ты нет, чакры может не хватить, — потратили мы не так уж и много, но мой запас и ее были несравнимы, чакры у нее осталось слишком мало, для долгих забегов, кроме того, — если будем убегать можем напороться на засаду, преследователи могли и предупредить о том кого и куда гонят. — Разумеется не факт, что нас вообще заметили и уж совсем не факт, что даже если нас заметили, то непременно атакуют, но у преследователей мог быть сенсор в команде, а рассчитывать на то, что команда убийц не станет убивать тех, кто не принадлежит к их клану, я бы не стал.
     — Значит сами ставим засаду. Сколько клонов ты можешь использовать? — Недзуми думала лишь пять секунд и я был с ней согласен, что вызвав молча используя технику.
     — Сейчас 53 штуки. Я дам тебе десяток. — Каждый шиноби владел тем, что я про себя окрестил пассивной маскировкой, максимальное замедление тока чакры и максимальный покой, разумеется и при такой маскировке чакра покидала тело, правда уже и в куда меньших объемах, отчего опытные или сильные сенсоры раскусывали такую маскировку на раз, но при погоне как правило смотришь только на бегущих, а у меня кроме того были еще и экспериментальные печати для маскировки, моего собственного изготовления, но еще ни разу не протестированные...
     — Ладно, вот эта полянка подойдет, я буду справа ты слева.
     Интерлюдия Сузуме Нара.
     Она бежала, бежала из собственного клана. Бежала потому что переворот затеянный ее мужем и его братом провалился и теперь уже не важно, что они хотели как лучше, не важно, что у нее сын и дочь которым лишь 13 лет, они проиграли и теперь их убьют, потому что такова цена игры в политику.
     Если бы она была одна то могла бы оторваться от преследователей, но с ней были дети, а они еще не могут выдержать ее темпа. Несколько раз она хотела принять бой, выиграть время чтобы ее дети могли скрыться, вот только против десятка шиноби она долго не продержится.
     Их нагнали на одной из полян, что же значит ее время пришло, она была к этому готова, вот только дети... Надо постараться выиграть им побольше времени, да она знает, что они далеко не убегут, но она все равно без боя не сдастся.
     — Зря ты сбежала Сузуме, останься ты в клане и Увабами вас бы помиловал, но и сейчас еще не поздно сдаться, — с показной грустью в голосе начал вещать их командир, проклятье не могу вспомнить его имени, ну да и не нужно в общем-то.
     — Это ты хочешь меня рассмешить или тянешь время, пока твои подчиненные занимают позицию? Даже если ты и возьмешь меня живой неужели ты думаешь, что я не смогу умереть по своему желанию? — Громко и гордо кричу в ответ, раз уж мне не удастся выбраться, то уйду с поднятой головой.
     — А где кстати твои щенки? Неужели ты думаешь, что я направлю на тебя весь отряд? — в его голосе послышалось презрительное удивление. — Сдашься, обещаю, что убью их быстро, нет — убью, медленно и у тебя на глазах!
     — Мучить детей на глазах матери, ну ты и тварь! — да давай расскажи мне как ты велик, а я пока вколю себе оставшиеся стимуляторы, левая рука нащупала в кармане последний, вкалываю прямо через одежду, что очень не рекомендуют делать медики клана, но мне плевать, мне уже на все плевать. — Я лучше попробую убить как можно больше твоих бойцов! — тут в меня бросают кунаи и я вижу как ко мне устремляются тени, прыгаю вверх, в свою очередь бросаю кунаи и сюрикены. Вот только меня быстро загнали в угол, но тут неожиданно слышу:
     — "Шоковая волна". — С двух сторон моих преследователей накрывает электрические разряды. Резко бросаюсь к единственному ушедшему от техник и пробиваю его горло кунаем.
     — Не знаю кто вы, но спасибо, прошу вас помочь мне и защитить моих детей, — плевать мне кто они, сейчас важны только мои дети, поэтому в моем голосе слышаться не командные ноты привыкшей к подчинению, а страстная мольба матери.
     — Не нужно, ваши дети в безопасности. Шиноби преследовавшие их обезврежены также как и те кто напал на вас. Они еще живы и надо решить, что с ними делать? — На поляну спрыгивает... ребенок, да он выше меня, да он возможно сильнее меня, но его лицо, глаза... ребенок обезвредил целый отряд в одиночку! Впрочем через секунду рядом с ним появляется куноичи.
     — Как быстро они придут в себя?
     — От техники они придут в себя через полчаса, но у моей спутницы есть яд, который парализует их на два часа, да и потом они не сразу смогут броситься в погоню, — очень любопытно, судя по всему именно он и применил эту технику, но в таком возрасте? Получается гений, чтож раз моя прошлая жизнь закончилась мне не помешают сильные попутчики, хотя бы на первое время, нужно только будет выяснить у них кто они и как здесь оказались. Впрочем эти мысли не отразились на моем лице, я только показательно задумалась секунд на двадцать.
     — Используйте яд, только оставьте мне вон того шиноби. — Подхожу к тому, что хотел пытать моих детей и перерезаю ему глотку. Остальные же, да они хотели схватить и убить меня, но они мой клан и они просто выполняли чужой приказ.
     — Хорошо, а по дороге предлагаю поговорить о будущем. — Странно какое будущее мне может предложить мальчишка? Или у него тоже есть планы относительно меня, кстати а ведь детей он мне так и не вернул, осторожен? Это уже не так хорошо, с умными людьми всегда не просто.
     — Ник, ты что собираешься и их тоже? — То есть, главный здесь именно он, а не куноичи? И судя по тому, что я не вижу символа его клана, в отличае от девчонки одного попутчика он себе уже завербовал, чтож послушаем что он скажет.
     — Ага, вместе веселее, — мальчишка улыбнулся, правда глаза его остались серьезны, — пойдемте Сузуме-сан ваши дети вас ждут, а на ближайшем привале мы с вами поговорим.
     Конец интерлюдии.
     Итак нас стало пятеро, молодая мама с детьми даже не спорила, вот что значит правитель, пусть и бывший, мгновенно все просчитала и поняла, что либо она добьется успеха с нами, либо сгинет от убийц из клана в одиночестве, либо станет родильной машиной для другого клана. Теперь нас уже пятеро, и пусть мы еще не можем двигать горы, у нас еще куча времени впереди, научимся!

Глава 5 Исполнение плана

     Наша группа двигалась в основном по лесам, в одиночестве, редко заходя в небольшие деревушки, но вот когда нам приходилось двигаться по открытой местности, то мы часто натыкались на трупы крестьян или торговцев. Как быстро выяснилось шиноби в войне друг с другом мало обращали внимание на черноногих, ведь "родятся они легко и быстро, это для обучения полноценного шиноби нужно лет двадцать". Тот факт что даже если черноногие и родятся "легко и быстро", умирают они еще быстрее, а учатся ничуть не меньше, прошел мимо них.
     Поэтому мы легко вербовали информаторов, предупреждающих нас о крупных отрядах, которые и не скрывались, народ должен знать власть предержащих в лицо. Как мы быстро выяснили презрение шиноби к обычным людям и задания вида "давайте вырежем три-четыре деревни, это ослабит наших врагов" сделало шиноби с одной стороны люто ненавидимыми, а с другой простые люди мечтали попасть в клановые поселения, так как только там можно было найти хоть какую-то безопасность.
     По пути мы вербовали в наш отряд одиночек и парочек шиноби, по уже отработанной методике, из разбойничьих отрядов. Разумеется далеко не всех нам удавалось завербовать, кого-то оставляли своей судьбе, кого-то убивали...
     Уже через год в моем подчинении было пол сотни шиноби. Разумеется из них поднялись выше среднего уровня только пятеро, хорошим бойцам незачем бежать из клана. Однако отряд оказался куда сильнее чем отряды кланов такой же численности, за счет разнообразия тактик и техник. Все шиноби быстро нашли общий язык друг с другом, без клана за спиной война быстро потеряла смысл. Я же постоянно учился, учился всему, новым техникам у шиноби, раскачивал всеми силами очаг чакры, усиливал контроль, мудрил с печатями... У меня получилось улучшить покров молнии, идея была проста: как в детстве я хотел руку-меч. В итоге я смог дотянуть покров до плеча, ускоряя и усиливая удары. Также я научился формировать «лезвие молнии» из-за чего моя ладонь, покрытая молнией, приобретала вид клинка. Попутно мне удалось покрыть молнией ноги до колен. Огонь я освоил намного хуже, но мог использовать несколько техник и научился «реактивной струе», поток огненной чакры из руки или ноги, также освоил фаерб.. то есть «огненный шар»...
     Я учился и управлению отрядом, попутно открывая для себя простые истины. Например не надо руководить каждым человеком в отдельности, ты один, а их много и даже клоны тут не помогут. Нужны заместители, помощники... Также еще раз убедился, что истории о Робин Гуде это именно сказка и ничего больше. В лесах, как быстро выяснилось, довольно голодно и большой отряд должен либо грабить, причем не только богатых, либо получать "материальную помощь".
     Попутно я разработал новую форму для отряда: штаны, жилет-разгрузка со множеством карманов стали обязательны к ношению. Впрочем против никто не высказался, удобство формы оценили очень быстро, а хорошие доспехи мы бы все равно не достали.
     Проблему с деньгами решили предложив охрану купцам и нескольким деревням, прибыль от такой охраны была мизерной, но мы получали провиант и небольшие суммы денег на необходимые походные мелочи, также мы грабили и убивали местных разбойников и мелкие отряды диверсантов, противостоять нам они уже не могли. И если поначалу многие были против, то уже через несколько недель, когда была сформирована из ничего сеть осведомителей, это стали воспринимать вложением в будущие, хотя ропот так и не утих.
     Но главная опасность заключалась в том что план, для реализации которого и собирался отряд, основался не на фактах, а на предположениях. Да я помнил что и Хаширама, и Мадара были искрении в своих мечтах и чувствах, да были слухи о благородстве Хаширамы и его желании мира, но все остальное было слишком зыбким, малейший просчет в плане и меня, вместе с отрядом, прибьют, за то что влез в чужие разборки. Даже первый пункт плана, переговоры с Хаширамой, мог сорваться из-за того что меня могли послать вдаль, потому что глава клана с разбойником не общается.
     С другой стороны ничего другого мне не оставалось, уйти в разбойники или основать свой клан я всегда успею.
     Также постепенно с ростом численности отряда и количества куноичи, меня начали усилено соблазнять. С одной стороны я был не против, но с другой я понятие не имел почему я обрел такую популярность и потому, до прояснения ситуации, сопротивлялся как мог.
     — А ты не перегоришь? —  Вот опять, только я начал медитировать, тренируя контроль, как ко мне на полянку пришла... Сузуме ну чего тебе с детьми не сидится?
     — Нет, к тому же скоро начнем выполнение плана, Хаширама и Мадара стали во главе кланов, а мы накопили достаточно сил. Скоро у меня не останется времени на такие тренировки. — Она еще и грудью прижалась ко мне, меня что соблазняют?
     — Наконец-то, многие уже заждались. — И руками обнимает, ну точно меня соблазняют.
     — Ты ведь понимаешь, что до тех пор пока мы не натренируем командную работу у нас нет никаких шансов, Сенжу и Узумаки это не те мелкие кланы, c отрядами которых мы встречались, — пытаюсь высвободится, но бесполезно, она явно не намерена меня выпускать. — Они спокойно могут направить против нас отряд в сто шиноби, при этом шиноби этих кланов сильнейшие, и уж точно сильнее нашего отряда. Мы можем выиграть лишь используя внезапность, численное превосходство и командную работу, — новая попытка освободится, которую она вновь игнорирует.
     — Ты не поцелуешь меня?
     — Сузуме зачем тебе мальчишка который почти ничего не знает, а умеет даже меньше чем знает. — Поворачиваюсь и смотрю ей прямо в глаза. Мдааа, зря я это сделал, огромные зеленые глазищи, смотрящие прямо в душу, еще немного и я не сдержусь.
     — Этот мальчишка собрал отряд шиноби, который идет именно за этим мальчишкой. Этот мальчишка намерен изменить мир к лучшему, а не нахапать себе побольше денег и перетрахать всех в округе. И кроме того он высокий красавчик и характером не высокомерный ублюдок, — под конец на ее губах расцветает улыбка.
     — Ему просто повезло и везло на протяжении всей жизни. Техники, друзья, соратники, отсутствие действительно сильных противников, мне просто повезло, — мрачно отворачиваюсь, в этот раз разорвав кольцо ее рук.
     — Везение также необходимо любому шиноби. — Вновь улыбнулась Сузуме и вновь обняла меня. Отстраниться я не успел и с удивлением обнаружил что меня целуют. При чем поцелуй был совсем не дружеским, умелый, напористый поцелуй призывал ответить и быстро перерос в схватку за первенство в которой победила Сузуме.
     — Маааам, ты где, ты срочно нужна мне с сестрой. — Парень я готов пожать тебе руку, да ты нас обломал, когда я уже почти согласился, но спасибо тебе, впрочем погожу я со спасибами, а лучше вернусь к тренировке. Сильных шиноби в нашем отряде только пятеро и тренировка есть насущная необходимость.
     — Засранец, нет ну надо же так не вовремя. — А вот Сузуме явно разозлилась.
     — Мы же рядом с лагерем, хорошо что нас не застали в процессе.
     — Согласна, пойду посмотрю зачем я потребовалась.
     Интерлюдия Сузуме Нара.
     — Итак Рью зачем ты меня прервал? — Видимо этот разговор назрел и пора объяснить свои действия, но жаль что они не поняли этого сами...
     — Мам, но ты правда нужна мне с сестрой у нас... — начал ее сын.
     — Кого вы хотите обмануть!? — холодно оборвала она его.
     — Почему мам, почему именно он? — ее дочь возмущенно всплеснула руками.
     — Потому Каору, что он мне нравится. — Оба молодых Нара после этого поперхнулись воздухом.
     — Мам ты, что серьезно? — неверяще начал Рью.
     — Рью ты правда думаешь что я ничего не знаю о тебе и... — сам он между прочим уже начал засматриваться на ту же Недзуми.
     — Маам! — смущенно и возмущенно прервал он ее, а вот его сестренка тот час же навострила ушки, не знала?
     — Хорошо продолжать не буду, — от ее дочери донесся разочарованный вздох, — а что до меня, то мне уже достаточно лет чтобы понимать что я хочу. Красавчиков обладающих потенциалом главы клана, постоянно развивающихся и при этом не имеющих характер конченных уродов очень мало. И если та же Недзуми ждет прекрасного воителя, что на золотом драконе заберет ее в свое царство, где будет любить ее и только ее, то я уже успела вырасти. Вам как и мне пора уже думать о будущем, — если свою речь она начинала спокойно и с легкой улыбкой, то вот закончила она ее с металлом в голосе.
     — О будущем? — с легким недоумением спросил ее сын, а дочь подтвердила вопрос своим взглядом.
     — Дети, вы же Нара! Неужели голова у вас только чтобы в нее есть? — или что куда опаснее у них начался период первой любви и мозги временно недееспособны, не приведи боги, сейчас они не в том положении чтобы позволить себе подобное.
     — Мааам! — теперь уже оба синхронно смутились и возмутились.
     — Ну хорошо, что случится когда план по примирению удастся?
     — Э-э, мы будем строить деревню для шиноби, — неуверенно ответила дочь.
     — А потом? — с поощряющей улыбкой подтолкнула она.
     — Ну мы будем собирать кланы чтобы они вошли в эту деревню, — уже более уверенно ответила дочка.
     — Собирать, ох Каору, — она тяжело вздохнула, — ну кто из кланов сможет противостоять союзу из Учиха и Сенжу? А в кланах сидят далеко не идиоты и понимают, и то что такой союз положит конец войне, ведь для того он и заключается, также там понимают и то как устали все от этой войны. Как только союз оформится и покажет свою силу на каком-нибудь всем ненавидимом клане, все наперебой станут просится в деревню.
     — Ну и что? — хором спросили дети, нет у них явно любовь, только от нее так дуреют, причем у обоих и если ту за кем ухаживает сын она знает, то вот на кого засматривается ее малышка?
     — Да то что сами кланы не исчезнут! — с легким раздражение выдала она. — Они будут работать в команде, как наш отряд. Но борьба за влияние, поиск перспективных людей, чтобы сделать их шиноби своего клана, все это останется. А теперь подумайте о том почему из восьми куноичи четыре пытаются соблазнить его мягко, а три из них готовы перейти к активным действиям? — закончила уже с откровенной злостью, нет ну как все сегодня хорошо сложилось! И вот ее сын все испортил, разумеется из самых лучших побуждений, чтобы она не совершила ошибки спутавшись с бесклановым.
     — То есть они...
     — Они тоже не собираются ждать когда кунай приставят к горлу. Когда заключат союз и Учиха, и Сенжу также попытаются перетянуть парня к себе, а дать они могут не мало и мне банально не хватит времени, — намек был столь явным, что дети синхронно сглотнули и втянули головы в плечи.
     — Но ведь мы не можем вернуться в клан! Так зачем тогда...
     — Сейчас нет, не можем, — прервала она его, взмахнув рукой, — Увабами не захочет присоединятся к союзу и его быстро убьют свои же, вот когда это случится мы и вернемся. — Тут она понимала, что немного лукавит и выдает желаемое за действительное, Увабами мог и присоединиться к союзу, но и в этом случае ее с детьми призовут обратно в клан, просто чтобы геном ее клана не расползался по деревне, вместе с тайнами клана.
     — То есть это ради клана, а как же любовь? — Ох, дети вам надо еще очень многому научиться.
     — Я, — она на секунду запнулась, но потом уже уверенно, приняв решение, продолжила, — мне он нравится, но это не мешает мне продумывать и другие резоны. Ваш отец, я уважала его, но не любила, брак по расчету, ради клана и нашего рода. Сейчас же я хочу добиться Николая, в том числе и для себя, — ну а если не получится, то это будет не первый ее брак без любви.
     Конец интерлюдии.
     Для передачи сообщения о переговорах Хашираме был выбран командир крупного обоза с продовольствием. Командиры пограничных отрядов были слишком мелкими сошками чтобы докладывать прямо главе клана, а отряды например перевозящие деньги могут оказаться слишком сильными. Обоз же с провизией был достаточно важен, чтобы на его защиту послали шиноби как минимум средней руки.
     — Ну что все всё знают, так что готовьтесь, они будут здесь через пол часа, — отдавал я последние распоряжения.
     — Ясно, — спокойно отвечали командиры групп.
     — Сенжу могут использовать стихии воды, земли и дерева, но главное у них может быть сенсор, поэтому возьмите эти печати, на один час они скроют вас от любого сенсора. — Моя последняя и самая лучшая разработка, недалеко впрочем ушедшая от изначальной, на создание уходит прорва чакры, создается долго и наше выступление затянулось еще и потому, что я не успевал наделать таких печатей.
     — А подействует? — с легким сомнением спросила Сузуме.
     — Да, проверено.
     И вот этот обоз, десяток телег прикрывают три десятка шиноби.
     — «Шоковая волна».
     — Засада, к бою! — я сумел накрыть лишь десяток, остальные успели прыжком уйти от техники. Их тут же атаковали остальные, пытаясь разделить сработанные команды на одиночек которых они легко одолевали.
     — «Ядовитое облако». — Нескольких Сенжу накрывает плотное белое облако.
     — «Теневое удержание». — Тени удлиняются и еще несколько шиноби замирает на месте.
     — «Град отравленных сенбонов». — Замерших тут же забрасывают сенбонами с парализующей отравой. Но на ногах остается еще десяток Сенжу.
     — Живыми решили взять!? «Водяной пистолет». — Трое из наших уходит заменой из под удара. Я же вычислил командира, умелый и сильный, будет непросто.
     — Кто вы вашу мать!? «Водяная волна». — Выдыхает в нашу сторону поток воды, и тут же покрывается камнем. — «Каменный доспех». — Сближаюсь с ним под покровом и мы обмениваемся ударами.
     — «Покров молнии» — мои удары быстрее и пробивают его доспехи, он отпрыгивает от меня и тут же посылает в меня град камней и водяных пуль, черт возьми, сколько же у него чакры, ухожу прыжками.
     — «Водяная пушка» — в меня летит водяное ядро, также пара ядер летит слева и справа от меня, чтобы я не смог уйти от удара и также в спину мне летит кунай с взрыв-печатью, от другого Сенжу.
     — «Реактивная струя» — взлетаю вверх и сверху бью молнией по тому кто помог моему противнику, он оказался занят боем с Рью, поэтому увернуться не успел. Чувствую как в меня летят еще несколько водяных ядер, ухожу заменой, создаю несколько клонов и вместе идем в атаку, клоны бегут слева и справа, я атакую в лоб.
     — Ха, меня таким не проведешь, «Каменные пули» — теневых клонов он еще не видел и принял их за иллюзорных, в меня летят камни, петляю под обстрелом, пока клоны сближаются для атаки. В последний момент он понял что это другая техника, но уже поздно.
     — «Высвобождение молнии» — моего противника с обоих боков бьют клоны и он падает...
     — Все победа за нами, что с нашими? — слышу радостный голос откуда-то слева.
     — Убитых и раненых нет, только несколько синяков, — тут же отвечает ему Недзуми.
     — Серьезно, так просто? — а вот я не верю, мы же не на банду напали, а на серьезный клановый отряд.
     — Так засада, техники, численное превосходство, слабость противника, да и вообще что я тебе рассказываю ты ведь сам все спланировал, — на лице Сузуме легкая улыбка и не понять то ли это ехидство, то ли радость от того что она не ошиблась с выбором и все обошлось.
     — Ладно Сузуме, теперь переговоры и надо поскорее уходить, нас вполне могли засечь.
     — Парень, парень просыпайся нам срочно нужно поговорить. — После того как командира связывают тенью, бужу его дозой мед. чакры. Первое что командир сенжу сделал это быстро огляделся посмотрел на нас, на себя и своих подчиненных и просто не смог сдержаться от рыка.
     — Да кто вы такие вообще! — Впрочем я его понимал, вот ты Великий Клан, а тебя и твой отряд скрутила шайка каких-то разбойников, собранная из отбросов из мелких кланов.
     — Спокойно все живы, просто в себя придут через пару часов. А что до того кто мы, то ты ведь не думаешь что мы назовем себя?
     — И что вам в таком случае нужно? — Хммм, а он не хамит, вот что значит умный.
     — Чтобы ты передал главе клана вот наше послание, — также спокойно отвечаю ему.
     — И почему я должен это делать? — вот теперь взгляд у него стал задумчивым и он вновь уже медленно и очень внимательно оглядывает нас. Видимо решил, что теперь мы поставим его перед фактом взятия заложников и требования выкупа.
     — Ты нам должен одну услугу, — я чуть-чуть улыбаюсь. А чего ты ожидал, что просто отпустим? Не согласишься помочь нам действительно разыграем эту комбинацию.
     — Какую? — тот скривился как от зубной боли.
     — Ты жив, твой отряд жив, синяки не в счет и груз ваш цел, — тут он малость расслабился, раз не убили сразу, то может и дальше не убьют, в конце концов бандитам интересны совсем не трупы. — Нам очень нужно чтобы наше послание увидел глава клана и если ты его просто выкинешь, то через неделю мы начнем уже не бить, а убивать ваших шиноби, — тут я подпустил в голос угрожающих ноток, а мой собеседник вскинулся словно его ткнули шилом пониже спины.
     — А сил хватит? — он презрительно хмыкнул, шайка разбойников угрожающая великому клану иначе как чьей-то насмешкой им не воспринималась.
     — На тебя хватило, значит и еще на кого-нибудь хватит. Оно вам надо, лишние проблемы когда мы можем быть союзниками? — отвечал я с доброй улыбкой на лице.
     — Союзниками, хорошо где послание? — Достаю лист бумаги и быстро пишу...
     — У вас что еще нет послания? — Теперь уже и мой отряд удивляется.
     — Слышали о отравленных чернилах, или отравленных письмах? Теперь по крайней мере он увидит, что я не хочу хитрым образом отравить Хашираму, или переслать в клан хитрую чакро-печать. — Я отвечал своим, проигнорировав пленного, и все сразу все поняли и одарили меня одобряющими взглядами, ведь отравить кого-то подобным способом здесь в порядке вещей, а вот пленнику явно не понравилось, что его игнорируют.
     — А когда и куда тебе принести ответ? — А в глазах надежда, но увы придется обломать, мести не будет, я еще не совсем дурак.
     — Не нужно мы сами обо всем узнаем. Сейчас мы уйдем, но клоны останутся, они просуществуют пол часа, потом вы продолжите движение. Будь командир.
     — Как твое имя? — вот какой... упорный парень, раз нет шансов устроить нам засаду сразу после передачи письма решил разузнать о нас побольше и принять чужой заказ на наши головы. В конце концов были и те кому наша деятельность мешала и они охотно бы поделились информацией о нас, сам заказ еще не взяли только потому, что овчинка выделки не стоила, но вот сейчас, когда великий клан задет за живое и получил от нас такое оскорбление они могут пойти на принцип и этот парень явно хотел в этом участвовать.
     — Николай Чудов, — можно было бы и соврать, но лучше сказать правду и знать, что когда пленный попросит возглавить отряд и разобраться с наглой бандой его крепко обломают собственные вожди, потому что интересы клана будут требовать прямо противоположного.
     Как только мы отошли от каравана на сто метров, Сузуме тотчас же по интересовалась:
     — А что было в послании?
     — "Если ты хочешь исполнить свою мечту, то я нашел способ, детали предлагаю обсудить за шашлыками." Это дословно.
     — Я понимаю насчет мечты, но что такое шашлыки и как мы узнаем ответ на наше послание?
     К нашему разговору стали прислушиваться остальные, кое-кто даже приблизился чтобы лучше слышать, да уж людское любопытство это одна из констант вселенной и неважно, что это за вселенная.
     — Шашлыки это особым образом приготовленное мясо, я его уже как-то делал, но суть в том что мы с Хаширамой ели шашлыки только в одном месте, — я невольно улыбнулся парочке непрошеных воспоминаний, эх-хе, детство как же хорошо было бы вернуться в него. — Он хорошо помнит в каком именно, так что знает куда прийти.
     — А если он пошлет туда карателей? — Тут кое-кто напрягся, Сенжу они не ровня, а если место известно врагу, то и сбежать оттуда будет почти невозможно.
     — Если будут каратели, то уйдем при помощи моего призыва, — а вот эту часть фразы я произнес так, что меня услышала только Сузуме, — для этого я оставлю клона, главное для нас добраться до места, оно на границе с учихами, если у Хаширамы дорога прямая, то вот нам придется двигаться скрываясь от чужих отрядов, — что тоже задача не из легких, если соклановцы Хаширамы еще могут получить приказ не трогать нас, то вот учихам посторонние отряды на границе нужны как собаке пятая нога.
     — Постой у тебя еще и призыв есть? — этот ее вопрос тоже слышал только я, ну чтож по крайней мере часть моей проверки она прошла.
     — Да есть, поторопимся времени у нас мало.
     Вот и то озеро, где мы с парнями мечтали, странно следов моего подрыва практически нет, неужели все успело так быстро исчезнуть, или это из-за природной чакры? Отряд я укрыл в пещере, где жил раньше. Места хватило впритык, но зато отряд замаскирован и готов к переносу, теперь если я все-таки ошибся то они смогут уйти.
     Я же день за днем сидел на берегу озера и ностальгировал, черт возьми как же хочется вернуть то время, когда мы лишь тренировались и соревновались. Когда не нужно было убивать вчерашних крестьян, ставших разбойниками, потому что на их полях столкнулись шиноби и сражаясь друг с другом, уничтожили весь урожай. Когда не нужно было нюхать сгоревшие трупы и смотреть на трупы утопленников, которые остались после нападения на караван. Когда мне не требовалось решать убивать человека или же принять в отряд, а может просто уйти, когда весь мир сузился до размеров озера и леса его окружающего...
     — Здравствуй Ник, давно не виделись. — Хаширама, вырос, заматерел, настоящий глава клана, но вот его улыбка, та же что и раньше. Кстати одет в обычные штаны и обычную рубаху, оружия я не вижу, значит переговоры будут! А я мудак! Надо же было так уйти в себя, что совершенно перестал следить за окружением! Рефлекторно сканирую окрестности, есть один небольшой отряд, хорошо маскируются, но я тоже не левой пяткой сморкаюсь. К тому же, несмотря на численность, чакры у каждого из того отряда прорва, если захочу сделать подляк на переговорах меня тут же похоронят. Обидно что мне до конца не доверяют, но я разбойник, к тому же я уже один раз напал на клан, видимо меня решили выслушать, но страховка еще никому не вредила и Хаширама не настолько наивен как в молодости. Кстати сканирую самого Хашираму и ... ну ни х...рена себе вот у кого прорва чакры! Он тот отряд в одиночку раскидает! Даже завидно, вот что дает классическое клановое обучение.
     — Здравствуй Хаширама и вправду давно не виделись. — Пожимаем друг другу руки и я, неожиданно даже для себя, рывком обнимаю его за плечи, мдаа, и вправду сильно я расчувствовался.
     — Ха, а ты почти не изменился, даже приветствие тоже! — Да ладно! Я вас с Мадарой только несколько раз так приветствовал! И вообще почему я не изменился, да я выше его!
     А потом мы шутили, смеялись вспоминая былое, ели шашлыки и снова смеялись, шутили... Но вот солнце стало клонится к закату и настала пора серьезного разговора.
     — Как ты хочешь исполнить нашу мечту Николай? — Серьезный Хаширама, он мгновенно изменился весь, лицо, взгляд, даже положение тела... Пересказываю ему мой план, он недолго молчит и потом тихо вздыхает:
     — Все не так просто, Мадара не хочет мира, я уже дважды предлагал ему его.
     — Хочет и не меньше тебя, — не соглашаюсь с ним, качнув головой, — но кроме мира он хочет еще и мести, возвышения клана и тому подобного. Для этого и нужна трепка, чтобы направить его мысли к миру, помнишь ведь что он говорил о своем брате? Силы ваших кланов примерно равны, но если ты усилишься, хоть и не надолго, и победишь его в честной драке, то он станет сговорчивее. Клан Учиха уважает в первую очередь силу. Сколько времени я должен выторговать у Узумаки? — перешел я на деловой лад.
     — Шесть месяцев. — Он опустил голову, потому что сама идея повлиять на великий клан силами пяти десятков, далеко не самых сильных шиноби, абсурдна. Сам он наверняка пытался уже проделать подобное и не преуспел.
     — Дай мне послание к главе клана Узумаки о заключении перемирия на этот срок. — Передаю ему листок с чернильницей и кисточкой, он что-то быстро пишет, после чего передает листок мне, не глядя быстро скатываю листок в трубку и засовываю в один из специальных кармашков на жилете, как раз для свитков.
     — Я выторгую эти шесть месяцев. И последний вопрос в том отряде, что прикрывает тебя, есть Тобирама? Я спрашиваю, потому что если есть, значит я научился различать людей по их чакре, — увы не научился и это я точно знаю, проверенно на членах своего отряда, отряд прикрывающий Хашираму я просто чувствовал, благо что чакры у каждого из них было немало и они особо и не скрывались. Чакры у одного из них было значительно больше чем у остальных и я решил просто выстрелить наугад.
     — Я... я не брал с собой никого! — И тут к нам из леса выходит Тобирама, он также вырос, но если Хаширама открыт и добродушен, то лицо его брата — мыслящий кирпич.
     — Скажи Хаширама от этой встречи был хоть какой-то толк? — меня явно считали кем-то вроде навозной мухи: и пахну противно, и на нервы действую, и теперь нужно либо прибить, либо прогнать подальше, если настроение хорошее. Собственно для этого я и "позвал" его, чтобы выяснить отношение ко мне.
     — Тобирама я ведь сказал тебе что пойду один!! — Хаширама начал злится и я куда лучше почувствовал его чакру. Такое впечатление, что передо мной море, пока еще спокойное, но уже начавшее волноваться.
     — А я не мог отпустить тебя одного, раз он напал один раз, может напасть и во второй! Ты нужен клану и ты нужен мне, мы не можем потерять тебя! — А он спокоен, видимо уже продумал варианты разговора, на меня он даже не смотрел, но я почувствовал сканирование, очень грубое и примитивное, ну сучара, да он даже не считает нужным скрывать свои действия и что самое поганое я ничем и никак не могу ему ответить, он лучше во всем.
     — Ник я... — прерываю Хашираму, незачем ему оправдываться, даже передо мной.
     — Все нормально, лишняя страховка, лишней не бывает. — Эта моя реплика вызвала удивление у обоих, но если Хаширама своих эмоций не скрывал, то Тобирама справился с собой почти мгновенно. — К тому же сейчас война, так что я все понимаю.
     — Спасибо.
     — Ты не должен извиняться перед ним! — холодно резанул Кирпич.
     — Тобирама это мой друг! Который к тому же нашел способ закончить эту проклятую войну!
     — И что же за способ он смог найти? — Тобирама дал волю эмоциям и его презрение ко мне стало чуть ли не физически ощутимым. Но убеждать его я не собираюсь, этим займется Хаширама. Первый пункт плана выполнен.
     — До следующей встречи Хаширама. Теперь мне нужно торопиться, эта война и так уже забрала слишком много жизней, — о даааа, кое-кто, кого я проигнорировал, идеально удержал лицо по прежнему выражая презрение ко мне, но вот его взгляд, ооо даааа, выкуси говнюк. Тот явно хотел мне что-то приказать, но Хаширама заткнул его одним взглядом.
     — До встречи Николай.
     Проклятье, а ведь сколько я еще должен ему сказать, о скольком спросить! Но при Тобираме ничего не получится, а я скорее всего сорвусь и наговорю, или даже наделаю лишнего.
     До границ Узумаки мы добрались быстро, отряд, видя воплощение плана в реальность, перестал роптать, ведь теперь остался фактически последний рывок, а дальше мир. Знали бы они сколько еще придется сделать, ведь новый мир сам собой не появиться!
     Патрульный отряд мы нашли также очень быстро, они почти и не скрывались, своя же земля. В этот раз было решено не плодить врагов и обиженных, а прибегнуть к дипломатии. Опять укрываю отряд печатями, а сам просто выхожу на середину одной из окрестных дорог и запускаю в небо пару молний с рук, хммм, мой контроль и умение растут, раньше я мог выпустить только одну молнию.
     — Кто ты и что тебе нужно? — Передо мной на землю спрыгнул высоченный, красноволосый парень, с лицом, точно вырубленным из камня. Бросаю ему свиток с информацией о печатях найденный мной среди наследия Узумаки.
     — Откуда это у тебя, это наши знания! — Он мгновенно взъярился, у него даже глаза вспыхнули. Я же почувствовал как меня начал окружать его отряд.
     — Попали благодаря случайности, я отдам все, но попрошу об ответной услуге, — скрещиваю руки в примирительном жесте.
     — Ты отдашь все сейчас или... — мдаа, это не явно Тобирама, тот несмотря на презрение все-таки спросил меня, а этот типичный дуб. У тебя есть то что мне нужно? Так давай сюда!
     — Парень спокойнее, ты и вправду думаешь что у меня с собой есть еще что-то, или я действовал один? Даже если ты меня сейчас на куски порвешь, то ничего не получишь.— Тот немного успокоился и сделал знак отряду, — значит он тоже сенсор? И моя самопальная печать может обмануть сенсора Узумаки? Едва ли он бы стал отзывать своих если бы почуял, что я надеюсь не только на его благоразумие.
     — А если мы тебя хорошенько расспросим? — он еще и шаг вперед сделал, нависая надо мной и давя взглядом, боги, ну вот как такой мог стать командиром? Ведь видит же и понимает, что расспросами от меня ничего не добьется, но нет надо же хоть как то уколоть, не желает он просто договориться, ему еще и нужно меня трусом выставить, ведь отступи я и сразу можно сказать испугался сопляк.
     — То вы насладитесь моими криками и все, идиотов на этой войне уже давно перебили, — сам стою на месте и с трудом сдерживаюсь от того чтобы не податься вперед.
     — И чего ты хочешь? — сказал как сплюнул, теперь он тоном голоса и видом лица выражал презрительное высокомерие аристократа который снизошел до разговора с разбойником.
     — Заключить перемирие с вашим кланом. Кто в вашем клане может решать такие вопросы? — я же терпел, оставаясь внешне спокойным.
     — Только глава клана.
     — Значит я должен говорить с главой клана, — мое терпение было вознаграждено сторицей, дубинушка взъярился так, что у него вновь глаза засверкали.
     — Щенок, ты что сошел с ума, ты и правду думаешь что глава клана будет говорить с тобой?
     — Речь идет о знаниях, что составляют силу вашего клана, так что будет, — кротко парировал я, отчего мой собеседник взъярился еще больше. Было видно, что он вновь захотел прибить меня, но изо всех сил сдерживается, все-таки речь идет о будущем его клана. Если секреты Узумаки станут известны другим, то клану придется очень кисло.
     — Где будет встреча? — сквозь зубы прорычал он.
     — Да прямо здесь! Земля ваша, ловушек тут не поставить, засаду не устроить и войска скрытно не подвести. — Он опять стал успокаиваться, черт возьми, он что припадочный, чтобы с такой скоростью эмоции менять?
     — Глава прибудет через три дня.
     — Хорошо, я тоже прибуду через три дня. — Тут он нехорошо прищурился.
     — Ты, а разве ты глава клана?
     — Нет моя роль — предварительные переговоры, чтобы заранее все согласовать и на подписании перемирия не началась драка. Мной можно пожертвовать, а вот главой клана нет. — Он молча разворачивается и уходит.
     И вот через три дня я стою на том же месте и вижу перед собой доброго и обаятельного дедушку, на лице улыбка, в глазах смешинка, узкие руки поглаживают длинную узкую бородку... Образ портит только рост и размах плеч, как у борца, ну и количество чакры лишь немного не дотягивает до Хаширамы. Старичок уважительно склоняет голову, причем самый минимум, только дань приличиям, черт, а ведь приятно что хоть кто-то из незнакомых тебе шиноби с тобою вежлив. Кланяюсь в ответ, намного ниже чем он.
     — Приветствую юноша, мое имя Рю Узумаки, сначала позволь поинтересоваться, а из какого клана ты сам? Я не вижу клановых меток, да и ты сам не сказали о нем.
     — Приветствую вас Рю-сама, я сирота, у меня нет клана, но есть отряд единомышленников.
     — Однако ты говорил о перемирии с каким-то кланом. — В глазах старичка интерес, молча передаю ему бумагу Хаширамы и когда он закончил читать, рассказываю ему о нападении на мою деревню.
     — Вот как, клан Хамар значит, — задумчиво протянул он, — что же своих врагов надо знать, но что с нашими знаниями? — он очень внимательно посмотрел на меня и у меня возникло какое-то странное ощущение, словно и он меня сканирует, вот только это было совершенно непохоже на сканирование Тобирамы.
     — Я отдам все, сразу же как только будет заключено перемирие.
     — Наш клан не против перемирия, особенно с Сенжу, почему не отдать все чуть раньше? — мягко улыбаюсь, оценив шутку.
     — Я хочу жить, если отдам раньше, то даже если и заключат перемирие, я об этом уже не узнаю, — потому что принципиально не верю в доброту шиноби.
     — И если я не приму твои условия, то секреты уйдут тем же Сенжу или Хамар? — Старик смотрел со все возрастающим интересом и тоже мягко улыбнулся.
     — В ваших секретах нет ничего больше чем линии, знаки и слова. Копии будут разосланы всем кланам без исключения, — моя улыбка стала чуть шире.
     — Всем? — Теперь мне удалось его удивить, ровно на секунду, после чего передо мной вновь был улыбающийся старик.
     — Да, — кивнул я,— у меня нет клана чтобы думать только о его возвышении.
     — И что же спасет тебя после заключения перемирия? — с интересом спросил он, явно уже начал просчитывать варианты моего поведения и способы как повернуть ситуацию в свою пользу.
     — Я понимаю опасность жизни шантажиста и не стану распространять эти знания ни до, ни после подписания договора. Даю слово что верну все что унес тогда из деревни и не стану распространять копии, если конечно ваш клан не будет пытаться меня убить, — теперь отвечаю уже без улыбки, предельно искренне и серьезно.
     — То есть я должен поверить тебе на слово? Серьезно? — Вот только твой взгляд, почти не изменился, ты наверняка уже знаешь, что я отвечу, да и то сказать, какие именно гарантии я могу дать?
     — А какова гарантия перемирия? — возвращаю ему шпильку, у меня нет репутации чтобы мне верили на слово? А у тебя репутация убийцы и далеко не всякий тебе поверит. — Вы подписываете бумажки и жмете друг другу руки, но перемирие будет держаться на вашем честном слове. И если кто-то из вас захочет нарушить свое слово, бумажки его не остановят. Даже если в качестве гарантии не распространения ваших знаний я должен буду вступить в клан, то вам все равно придется верить мне на слово. Ведь из любого клана можно сбежать и любой клан можно предать, или же стать чужим агентом в этом клане. Разумеется меня можно обмануть и например заманить в ловушку или "золотую клетку", но и тогда придется нарушать свое слово, — мою речь Рю слушал все также мягко улыбаясь.
     — Гммм, хорошо, а что ты хочешь получить из всего этого? Узумаки получат назад свои секреты и гарантии того что они не попадут в чужие руки. Также мы вместе с Сенжу получим перемирие позволяющие нам разобраться со своими врагами. Но зачем это тебе, ты не состоишь ни в каком клане и явно не стремишься в них вступать. Так зачем? Ведь ты ничего не получишь от этого перемирия, — вот теперь меня слегка царапнуло и я стал смотреть на него очень подозрительно, зачем эти вопросы, что он действительно хочет узнать? Мои мотивы? Смешно, таких как я в этом мире толпы, я пока еще лишь фигурка на игральной доске, или ему нужно знать то, ради чего все затевается, конечную цель? Пожалуй, всегда полезно знать планы своих будущих союзников.
     — Все это ради будущего. — Быстро пересказываю ему идею о построении деревни шиноби и по ходу моего рассказа выражение лица старика меняется с доброго на задумчивое.
     — Ты правда в это веришь? — в вопросе Рю был скепсис, очень много скепсиса.
     — Я верю, что шиноби могут быть куда большим чем убийцы-диверсанты-телохранители, клан Кагуя может контролировать свою костную ткань, клан Акимичи управляет своей плотью, пусть и ограниченно, также у кланов есть множество модификаций и улучшений. Объединив все это можно добиться чуть ли не бессмертия, но единственное что можно сделать это выпить и думать о приятном. Так как никто, никто во имя всех богов сколько их не есть, не желает ни то что объединяться, но даже перемирие заключать! Для этого перемирия, которое всем выгодно, мне потребовался шантаж вашего клана. Шиноби гибнут в каждой стычке, губят себя, ресурсы, простых людей, которые их уже люто ненавидят, и абсолютно ничего не меняется! Границы кланов за время клановой войны практически не изменились, так какой смысл во всей этой войне? — По мере произнесения своего монолога я начал распаляться и с трудом удержался от того, чтобы повысить голос, старик не вклинился в возникшую паузу и я продолжил. — Мой отряд это шиноби разных кланов и они оказались сильнее отряда Сенжу, никто не погиб в том бою, мы же сумели взять всех Сенжу живыми. А ведь они великий клан, в моем же отряде почти никто не поднимется выше среднего уровня, объединение в разы увеличит силу шиноби, — а вот глава клана Узумаки чуть-чуть, одними уголками губ, улыбнулся. Все относительно, а должности и титулы на двоих не делятся, кто-то будет первым, а кто-то вторым, кто-то будет приказывать, а кому-то придется подчиняться, поэтому многие шиноби из верхушек кланов не захотят идти в деревню. Я встретился с ним взглядом, показав, что понимаю это.
     — Хорошо я согласен с твоими доводами и принимаю твое слово, — его голос отвердел, он принял решение.— Мое слово таково: Узумаки заключат перемирие с Сенжу на шесть месяцев в обмен на наши знания, которые ты передашь после заключения перемирия. С одним условием, в твоем отряде будет один шиноби моего клана, в качестве твоего подчиненного конечно. — Ну все понятно тут и проверка как я держу свое слово, и возможность посмотреть, что из себя будут представлять будущие отряды шиноби. Сомневаюсь что ему не доложили о составе моего отряда, если уж меня есть сеть осведомителей, то у одного из великих кланов этих осведомителей толпы. Ну и как бонус — возможность затащить меня в клан, перемирие перемирием, но лишний шиноби лишним не бывает.
     — Тогда мне потребуется что-то, что может в 99 случаях из ста спасти жизнь шиноби. — Ведь если наблюдателя убьют мне и моему отряду могут задать очень много неприятных вопросов.
     — Хорошо, у тебя будет одноразовая печать, также ты должен присутствовать на заключении перемирия. — Черт, дедушка явно что-то задумал и мне явно будет плохо, вот только я пока еще не понимаю этой задумки.
     — Но зачем? Дела кланов это дела кланов, причем тут я? — я попытался отказать от этой сомнительной чести.
     — Ты вмешался в эти дела, и без тебя этот договор бы не подписали еще очень долго, ты должен присутствовать, — но моя попытка была проигнорирована, а под конец фразы дедушка даже чуть-чуть надавил голосом.
     — Хорошо. Но как я узнаю о времени и месте подписания договора? — лишний раз я спорить не стал.
     — Шиноби моего клана, который должен присоединиться к твоему отряду, будет ждать тебя через четыре дня в полдень, на этом месте.
     — Спасибо, до встречи Узумаки-сама.
     — До следующей встречи юноша.
     Интерлюдия Рю Узумаки.
     — Рю-сама, зачем вы так легко и быстро согласились с требованиями этого мальчишки?
     — Но как же иначе? Ты ведь слышал все Синдзи, он же меня за горло взял. — И на губах старика появилась легкая улыбка.
     — Вы опять пытаетесь шутить, я не должен знать причин, так? — Его собеседник смотрелся настоящим великаном, на голову выше своего собеседника, но первое за что цеплялся взгляд это не мощные мускулы, а умное лицо и пронзительный взгляд.
     — Если ты хочешь серьезного разговора, то забудь на время о этикете, его мне и в клане хватает. — Тут старик зло сверкнул глазами. — Что до твоего вопроса, то перемирие с Сенжу пойдет нам на пользу, нам ведь почти нечего делить, поэтому это перемирие быстро перерастет в полноценный союз. Не заключили перемирие только из-за самых твердолобых членов нашего клана, тех что с пеной у рта вопят "Узумаки великие!". — Тут старик скривился, будто лимон раскусил.
     — Но ведь мы и правда великий клан!! — удивлено и оскорблено вскрикнул Синдзи, еще бы! Никто не смеет сомневаться в том, что их клан велик!!
     — Не их стараниями, — глава клана в ответ на вспышку своего человека выдал еще одну мягкую улыбку, — ты ведь с ними общался и достаточно часто, знаешь их точку зрения. Раз мы великие нам все должны уже из-за самого факта нашего существования. Им нужно с каждым годом все больше и больше: и власти, и денег, да вообще не важно чего. При этом сами они в захвате острова не участвовали, а теперь когда там не осталось противников они его не покидают, доходы свои они берут с торговли и ремесел. И если раньше бы я мог их очень просто заткнуть, то из-за войны и потерь они стали очень влиятельны.
     — А причем тут перемирие с Сенжу? — после короткой паузы спросил его собеседник.
     — Да при том что бесплатно и задаром они бы мириться не стали, им нужно слишком многое! — раздраженно сверкнул глазами старик. — А Сенжу глубоко плевать на все их величие, они бы не стали прогибаться, этот мальчишка оказал мне серьезную услугу, сам того не понимая. Секреты Узумаки не должны принадлежать кому-то другому, наши твердолобые согласятся на перемирие, иначе просто разорятся, ведь на продажу идут именно простые вещи, которые имея на руках наши знания кланы легко смогут производить сами. Коротко говоря нужен был толчок для сближения и мальчик его обеспечил.
     — Но...., но ведь никто из умных не поверит в историю с шантажом, а они также очень влиятельны!
     — Им хватит и просто перемирия, как я уже говорил перемирие даст очень многое так что и тут проблем не будет. А что касается шантажа, то его не было, был торг. Да этот мальчик на меня надавил, но ответ себя ждать не заставит. — В этот раз улыбка старика полностью соответствовала его имени.
     — Но ведь получается мы ему еще и должны? — Великан удивился.
     — Ничуть, он хотел перемирия и он его получит, и все. Также мы должны сделать все чтобы он пришел в наш клан. Ты и твои люди ведь не заметили его отряд?
     — Отряд? Наши сенсоры заметили лишь его сопровождающих.
     — Сопровождающие почти не скрывались, а вот остальных я засек только благодаря эмпатии. И сделать это он мог только благодаря нашим знаниям. Он гений, понимаешь Синдзи, мальчишка очень правильно сказал о том что кланы загубили много людей, но главное гибнут лучшие люди, а остается балласт. Наш клан вырождается и нам как никогда нужна свежая кровь. Что еще одна причина для перемирия. К тому же его вхождение в клан окончательно обезопасит наши секреты. Подбери ему правильную девочку, — произнося последнею часть фразы командным голосом Рю ясно дал понять, что разговор закончился.
     — Слушаюсь глава, — склонил голову Синдзи.
     Конец интерлюдии.
     Вот и все, конец. Перемирие рано или поздно перерастет в союз, а значит у Сенжу появилось преимущество, которое они со временем реализуют. Значит деревню шиноби все-таки построят, все дело только в том скольких придется убить, чтобы мечта стала реальностью. А значит мне нужно найти способ убедить присоединиться к союзу клан Учиха.
     Но пока, пока у меня подписание договора, а значит время еще есть.

Примечание к части

     Внес несколько дополнений, прошу прощения, что не сообразил сразу.
>

Глава 6 Завершение плана

     И вот торжественный миг, подписание перемирия, делегация Сенжу во главе с Хаширамой и делегация Узумаки во главе с Рю, в парадной одежде, с символическими подарками...
     И я только теперь понял, как же сильно меня подставил чертов старик. Да Сенжу и Узумаки хотели заключить мир друг с другом, да перемирие было выгодно обоим кланам, да было много других причин, но я влез во все эти клановые дела и делишки, хотя никто меня об этом не просил. И мало того я еще и способствовал заключению перемирия, формально именно моя инициатива увенчалась успехом, малолетний сопляк-разбойник преуспел там, где не добились успеха все клановые дипломаты! И если у Узумаки было опять же формальное оправдание, торг, то с Сенжу я договаривался, малолетний сопляк-разбойник смеет о чем-то договариваться с великим кланом!! И мало того он еще и присутствует на заключении перемирия между двумя кланами, почти как равный им!!! Теперь едва ли не все присутствующие Сенжу, кроме Хаширамы, смотрели на меня с неприкрытой неприязнью. В этот клан мне дорога закрыта и поддержки от него я не дождусь.
     Слава богу я стоял в сторонке и изображал из себя одного из статистов. Если бы я оказался среди главных действующих лиц этой церемонии, то меня бы уже ненавидели, причем оба клана. Сама же церемония, если отбросить "традиционную мишуру", очень напоминала встречу и договор двух серьезных мужчин. Встретились, "поговорили за жизнь", разобрались кто с чего будет "стричь бабки" и разошлись по своим делам. Вот только из-за "традиционной мишуры" это все затянулось часов на шесть и это несмотря на то, что все уже было согласованно. К концу церемонии я уже чуть ли не зевал и готов был скандировать подбадривающие кричалки.
     Но вот все закончилось и кланы повернулись к друг другу спиной, ко мне подходят четверка Узумаки, блииин, как там говорил Арлекин: "Бывают ли девушки с голубыми волосами?", это он еще в "Наруте" не был, ибо ко мне сейчас подходят девушки с темно красным цветом волос и все описываются словами "мужская погибель". Чертов старик, одна ведь останется со мной, я ведь понимаю зачем это, как понимаю и то, что секс за деньги будет куда дешевле, чем с любой из этих, ггммм, девушек. Одна молча протягивает руку, и я передаю ей мешок.
     — Здесь все? — а спрашивает таким выражением лица, словно мелкого воришку поймала за руку.
     — Да, здесь все что у меня есть. — Мне передают печать, которую я тут же прячу в маленький тубус на поясе.
     — Для ее активации необходимо, — дальше последовала короткая лекция о правильном использовании печати, — также нужна капля крови того, кого хочешь вылечить, в активном состоянии она может находится час. Прощай, — а тон голоса такой, что в воздухе буквально повисло, и сдохни поскорее.
     Издеваешься, зараза, мне еще жить и жить, а уж с вашим кланом не только жить, но и работать, ваш клан я бы очень хотел увидеть в будущей деревне. Три куноичи разворачиваются и уходят, остается одна, самая фигуристая. Грудь твердая четверочка, попка орешком, тонкая талия, лицо напоминающие хитрого лисенка...
     — Ну будем знакомы, — вздыхаю, — Николай Чудов или Ник.
     — Усаги Узумаки. — голос у нее спокойный, она же сама очень внимательно осматривает меня, я же чувствую, как рот сам открывается, от удивления. Она кролик!? Кто и почему дал ей такое имя!? Ну ведь вылитая лиса!! Или же это ее псевдоним?
     — Хорошо, предлагаю сразу перейти на ты.
     — Согласна. Каковы мои обязанности?
     — Сначала скажи каковы твои способности. В своем отряде я стараюсь от каждого получить максимум пользы. И кстати мы не скрываем друг от друга своих техник.
     — Я понимаю. — Откуда!? Чертов старик, ты и тут меня обошел!! — Я целитель, не плохой целитель, но вот с печатями и атакующими техниками у меня плохо. — Зато наверняка хорошо со шпионством, а медтехники может освоить не каждый, плюс они на среднем уровне, так что если она кого и научит, не страшно. К тому же нет стыдливости и мастерство "постельной битвы" поднято до высшего уровня, итого — передо мной типичная "профессиональная медовушка", жаль, что от нее не избавиться.
     — Значит будешь работать поддержкой.
     — Поддержкой?
     — В отряде только три человека имеют понятие о медицинских техниках, но их уровень низок, как целитель ты нам нужна как воздух. А теперь пойдем, перемирие заключено, а значит нам нужно спешить.
     — Но куда спешить?
     — Объясню по дороге, идем. — Хотя меня задрало уже объяснять свой план, который как это не парадоксально начал выполняться. Во время рассказа она смотрела на меня как на безумца, на лице просто читалось — псих...
     И вот я снова встречаю закат у озера на границе между Сенжу и Учиха. Если наш отряд мог двигаться немедленно, то вот Сенжу потребовалось время для того чтобы собрать силы в ударный кулак. Мы же пока отдохнули, пополнили запасы, вырезали пару банд и мне наконец-то показали мед. техники. Да они были простые, но они были. Я же передал Усаги технику теневых клонов и несколько техник молнии... А теперь сидел на берегу озера и кидал камушки на другой берег, камушки как заколдованные тонули точно на середине озера.
     — Зачем ты взял в отряд эту сучку? – Поворачиваюсь и вижу Сузуме которая выражений, равно как и эмоций не сдерживает. Я невольно залюбовался ей, щечки чуть-чуть покраснели, зеленые глаза сверкают, грудь, третьего размера, гневно колыхается... Я с трудом смог ответить спокойным голосом.
     — Дела клана, — тяжело вздыхаю, — старик не мог позволить мне отдать секреты Узумаки кому-либо еще, поэтому и дал сопровождающего. А также это попытка затащить меня в клан, новая кровь нужна всем. А чтобы не было конфликтов дали не великого воина, а вроде как целителя.
     — Вроде как? Да какой она целитель, шлюха она и все!! — Сузуме же продолжала яриться.
     — По сравнению с нами целитель, — потому что из нас целители просто никакие, — а то что шлюха, так и это уже твои эмоции, — потому что я сильно сомневался в том, что присмотр за мной доверят простой медовушке, скорее уж это была одна из постельных убийц, которые не только сами себе выбирают партнера, но и могут лишить некоторых частей тела тех, кто с этим не согласен. — Поэтому будь очень осторожна, я уверен, что она и десятую часть своих возможностей не показывает. Пустышку к нам не послали бы, она должна не допустить передачи секретов, а значит вполне может вынести весь наш отряд, — тут я чуть сгустил краски, заставив Сузуме призадуматься, все-таки конфликты с новенькой мне не нужны, а для очень многих она будет тем же, что и красная тряпка для быка.
     — И ее не прогнать... твой план выполняется, многие в отряде поражены этим — поняв, что больше о Усаги я говорить не буду она резко перевела тему, чему я был рад, говорить о навязанном спутнике не хотелось. — Но скажи, что будет если Учиха не захотят идти на перемирие с Сенжу, даже после победы последних?
     — Мадара больше всего хотел защитить своего брата от этой войны, он потерял уже двоих братьев и не желает терять третьего. Поражение клана заставит его перейти к миру. Если же нет, то будет еще одно поражение, ведь это перемирие быстро станет союзом. Плюсы перемирия оценят быстро, а значит у Сенжу появилось преимущество, которое они со временем реализуют. Учиха могут измениться сами или же им помогут.
     — А отряд, что будет с отрядом? — Она сделала шаг ко мне, теперь если я протяну руку, то коснусь ее.
     — И мой план, и отряд созданы для конкретной задачи, все строится на скорости. Быстро набирается отряд, быстро отрабатывается командная работа и обмениваются простейшими техниками, после чего сразу же идет выполнение плана. У отряда нет базы, нет запаса прочности, даже одно наше поражение может завершить нашу историю. Да можно было бы основать базу, копить деньги и иные ресурсы, но... этого не требуется, я хочу закончить войну, а для этого нужен лишь союз двух сильнейших кланов. База и накопление ресурсов требует очень много времени, план же можно выполнить куда быстрее.
     — Но риск слишком велик, ты ведь сам говорил, что тебе постоянно везло.
     — Дело не только в везении, люди руководствуются не только логикой, но и эмоциями, причем все а не только ты или я. Хаширама хотел не построить деревню, он хотел изменить мир, сделать так чтобы детям не пришлось убивать дуг друга, чего хочет Мадара ты уже знаешь, точно также многие в кланах хотят совсем не войны. Нужен лишь первый толчок, начальное действие и кланы объединятся. Ведь большинству кланов нечего делить, границы кланов почти не изменились за все время войны. Люди хотят мира, они устали от этой войны. Даже правящие в кланах чувствуют это. Неужели ты думаешь, что великий клан Сенжу, или Узумаки не смогли бы найти управу на меня? — Тут я грустно улыбнулся. И вновь повернулся к озеру.
     — Ты не хочешь меня видеть? — Тут Сузуме опять прижалась ко мне грудью.
     — Хочу, я рад тебя видеть, — мои губы сами собой растянулись в улыбке, — но я очень волнуюсь, Учиха очень сильны и становятся еще сильнее в бою. Сенжу могут проиграть, даже с полученным преимуществом, — в моем голосе зазвучало беспокойство, — я волнуюсь, потому что в этой части плана от меня ничего не зависит и потому что если Хаширама погибнет строить деревню будет не кому. Плюс ко всему прочему у меня не получается растянуть покров на все тело, — уже шутливо закончил я.
     — Хаширама так важен? — Судя по голосу Сузуме явно удивилась.
     — Он единственный кто хочет только остановить войну, остальные хотят очень многое и потому война будет продолжаться, ведь у них всегда найдутся множество других желаний и хотений.
     — Тогда обними меня, — тихий шепот. Меня опять пытаются соблазнить. Поворачиваюсь и она стремительно целует меня в губы. Легкий поцелуй стремительно перерастает в нечто больше.
     — Сузуме еще немного, и я не сдержусь. — Невольно улыбаюсь.
     — Тем лучше, — она тоже улыбается. Обнимаю ее, и женщина с готовностью льнет ко мне, после чего вновь следует поцелуй и ее ладони мягко скользят по плечам.
     — В этот раз нам никто не помешает, Ник, я об этом позаботилась. — По губам Сузуме скользнула хищная улыбка, а зрачки расширились.
     — Использование положения в своих личных целях, тебя надо наказать, — наша речь стала сбивчивой, а дыхание прерывистым.
     — Ты слишком долго убегал от меня. Никаких наказаний, сегодня ты станешь моим! — Ее пульс участился, грудь напряглась, и она глубоко поцеловала меня. Я быстро стал отвечать и в конце концов перехватил инициативу. Мои руки обнимают ее, мы увлеченно целуемся и пожар желания постепенно сводит нас с ума. Мы стоим друг перед другом, и я начинаю освобождать ее от одежды попутно чертя дорожку поцелуев к ее грудкам. Вот мои губы накрывают сосок и...
     — Ааах, Ник прошу быстрее! — Сузуме выгибается от удовольствия. Я же не останавливался, целуя стальной крепости животик, медленно подбираясь к ее жаждущему лону. Вот я касаюсь его, и она не сдерживаясь кричит от наслаждения. Я же углубляюсь языком в ее киску, первой ладонью ласкаю грудь Сузуме, а второй ее попку. Она поддается мне навстречу...
     — Нииик, я... яаа кончаюуу! — Она выгнулась, и я едва успел ее подхватить, не давая упасть, пока она закрыла глаза, переживая оргазм. Я тихо опускаю ее на снятую одежду и сам раздеваюсь.
     Мутноватый взгляд женщины скользнул по мне и остановился на низе живота. «Да дорогая, при клановых модификациях учитывают и это…» — лицо Сузуме приняло предвкушающие выражение, и она явно ощутила новый прилив возбуждения, предвкушая, как вот этот инструмент пронзит ее…
     — Готова, я вхожу.
     — Быстрее, не тяни.
     Одно движение и Сузуме тихо охает подо мной. И мир исчез, осталась только она, ее глаза, полыхающие желанием и азартом, ее тело отзывающиеся на каждую ласку, ее руки в свою очередь ласкающие меня... Но вот еще один толчок и она вновь содрогается на пике и сладко кричит. Спустя несколько мгновений Сузуме поняла, что ничего не кончилось и я по-прежнему вхожу в нее. Она тут же извернулась, оказавшись сверху и уперлась мне в грудь руками.
     — Даже не думай победить! — После чего началась бешеная скачка, вот я чувствую, что уже на пределе и прижав к себе прекрасную наездницу впиваюсь в нее поцелуем, резко увеличиваю темп. Она какое-то время держится, но вот ее лоно сжимается, и мы вместе достигаем пика... Она какое-то время лежит на мне, потом встает и пробует уйти, он я аккуратно, со спины ловлю ее и тихо шепчу:
     — Куда же ты, а как же твое наказание? — И мягко, но плотно вхожу в нее...
     Мы угомонились лишь через пять часов, в конце концов я одержал победу, заставив ее просить пощады, но Сузуме заверила меня что она не сдастся и еще сумеет меня одолеть. Дааа, такого я от себя не ожидал, буря чувств, к ней я совершенно не был готов. Правда теперь же я понимаю НАСКОЛЬКО опасна та Узумаки, хорошо что она в только-только принята в отряд и не успела очаровать и влюбить в себя...
     Встречать рассвет на природе у озера, после прекрасной ночи, с красивейшей женщиной, спящей у тебя на груди, это просто не описать словами, это надо испытать.
     — Вставай красавица, нас ждут великие дела.
     — Пусть еще подождут, — тихо ворчит она.
     — Дела подождут, а вот отряд нет, еще немного, и кто-нибудь точно увидит твою прекрасную попку. Давай искупаемся и вернемся к трудовым будням.
     Пока мы купались я с удивлением понял, что исчезли все волнения, а главное нутром чувствую, что теперь могу держать покров на всем теле. Все-таки чтобы не говорили, а постоянное воздержание и целомудрие вредно. После быстрого купания идем в отряд, и я замечаю уважительные взгляды от мужчин и легкую зависть от женщин. А вот Узумаки никаких эмоций не проявила... Хотя должна была, хоть какую-нибудь, значит даже если я ее полюблю, то ответного чувства рискую не дождаться, а значит надо держаться от нее как можно дальше.
     Пробую покров, да работает! Теперь если и не смогу победить, смогу сбежать.
     Два месяца мы провели на границе, Хаширама разбил свои силы на несколько крупных отрядов и углубился на территорию Учих. С одной стороны, он вроде бы забуксовал, гоняясь за отрядами красноглазого клана, с другой он не собирался уничтожать их, поэтому сознательно давал Мадаре время для того чтобы собрать свои силы для боя.
     После же его ухода к Сенжу зачастили бандиты и диверсанты, у клана было что брать, а только учихами их список врагов не ограничивался. Поэтому наш отряд носился как ошпаренный защищая Сенжу, чтобы они не отвлекались, опыт отряда, его сила и мастерство стали стремительно расти, мы стали одним из самых боеспособных подразделений и Сенжу скрипя зубами выделили нам пару бойцов для координации действий. Парни оказались на диво веселыми и компанейскими, они довольно быстро влились в отряд. Попутно рассказали, что между кланами Сенжу и Узумаки наладилась торговля и даже произошел обмен техниками, как я и говорил перемирие уверено перерастает в союз.
     Также стала выправляться моя репутация у Сенжу, теперь большинство клана перестали считать меня прыщом-выскочкой.
     Но вот Мадара собрал свои силы в кулак, и они с Хаширамой сошлись в генеральном сражении. Я скрыл отряд рядом с полем боя, оборудовав нечто вроде полевого госпиталя, клоны под покровом должны вытащить как можно больше шиноби и плевать из какого они клана. Вытаскивать предполагалось раненых, для шиноби, как мне рассказали, например, потеря конечности — это не проблема, так что чем больше я вытащу, тем больше будут жить. Клоны под покровом были невероятно быстры, и нагружены тройным комплектом дымовых шашек, в гущу сражения я их не отправлю, так что есть шанс, что их не заметят, а если заметят, то не догонят. Тактика их действия проста: накинули маскировку (не хенге, а настоящие протекторы со знаками клана, протекторы подделка, но с ходу этого не определить), засекли раненого с краю поля, кинули пару дымовух, под покровом метнулись, вырубили если можно и утащили к госпиталю, если вырубить нельзя, капаю на уши о нанятом отряде медиков для уменьшения потерь. Все это происходит очень быстро, чтобы не было крика о помощи, или атаки. Клонов я заготовил заранее и передал Усаги, что бы она их запечатала и хранила на крайний случай. Заодно выяснил что любой предмет, а также любого человека хранить можно лишь определенное время...
     Я же окутался покровом и стал ждать, сенжу из моего отряда (приказу о лечении и сенжу, и учих они подчинились с большим недовольством) прикрыли меня каким-то барьером, а мои клоны с печатями скрыта были наблюдателями. Их задачей было следить за Мадарой, Изуной, Тобирамой и Хаширамой, они не должны были погибнуть, от каждого из них зависит слишком многое.
     Вот одна армия шиноби бросается на другую, летят техники огня, воды и молнии, появляются защитные барьеры, стены воды, земли и дерева... Мадара оказывается внутри высоченной синей фигуры с парой кинжалов, против него выходит Хаширама верхом на деревянном драконе, а я остро чувствую свою неполноценность. Кой черт я тут забыл со своим полным покровом? Тут идет такое колдунство, что ландшафт меняется, пара холмов уже перестали существовать... А главное я тут совершенно лишний, чего стоят все мои усилия? Скольких я спасу, а сколько погибнет? И Учихам, и Сенжу нахрен не нужны ни мир, ни деревня, хороший враг в лице соседнего клана, вот все что им нужно...
     Блять, да что со мной, ну да я слабее чем главы кланов, да я совершенно не к месту со своими инициативами и чрезвычайно раздражаю этим, да я вообще в этом мире лишний, меня не должно быть в этой истории, ну и что! Теперь мне убиться о дерево!? Да всех мне не спасти, но кого спасу того спасу. Не нужны никому мои инициативы, а мне плевать на всю вашу спесь и хитрожопые планы, вы будете строить новое будущее, или сдохните от моих рук, ну или же сами друг друга перебьете. Эту ебаную войну надо остановить, и я ее остановлю, так как у меня получится, а кому не нравиться идите на фиг, на хрен, на хуй!
     Ваше желание оставить все как есть и ничего не менять убого, да все работает и герои, и владыки, и все прочие на своих местах. Да у вас глубокая и тонкая культура, а сколько легендарных личностей в мире! Вот только я в отличие от местных знаю две вещи первая это история, вторая — это не единственный мир. Для колонизации Японии европейцам не потребовалось ни великих усилий, ни великих жертв и спасла их не великая культура, а отсутствие ценных ресурсов и реформы. А раз мир не один, то в любой момент может начаться вторжение Ктулху, зергов и вообще чертей пополам с розовыми поняшами. Желание ничего не менять идиотизм, в детстве нельзя остаться навечно. Я ведь точно знаю, что другой мир возможен и создать его ростки попробую. А что до этой истории, то покинуть ее я не могу и как это сделать не знаю, так что будем устраиваться тут.
     Сражение между тем подходило к концу, госпиталь быстро заполнился и отряд чуть ли не весь оказался при деле. Также один из клонов развеялся, передав что Усаги применила мед. техники, превосходящие то, что она показывала раньше, не удивительно я понимал, что она может больше чем хочет показать. И учих, и сенжу в чувство не приводили, держа под снотворным, а то мало ли что они выкинут.
     Сенжу явно побеждали, но судя по их потерям это будет пирова победа. И Мадара, и Хаширама между тем казалось не устали, со стороны Мадары били струи огня, усиливаемые ветром, Хаширама отбивался водой и наносил удары древесными техниками. В это время сошлись в бою Тобирама с Изуной. Я же тихо выматерился, битва шла в центре и на таких скоростях, что я мог просто не успеть вмешаться. Да все были уже потрепаны, но техники у них были поистине убийственные.
     И тут неожиданно моя сенсорика потеряла Тобираму, он словно исчез из мира!!! А потом появился рядом с Изуной и на все поле слышится:
     — Божественно-громовой удар! — Окутанный молниями клинок катаны разрубает бок Изуны, это что телепортация? Проклятье, только решил обустраиваться в этом мире, как выясняется, что выход из этого мира уже найден!
     — Изуна! — Тобирама быстро переносится куда-то в сторону, а рядом с Изуной оказывается Мадара, быстро подхватывая и не давая ему упасть. Рядом с ним оказывается Хаширама и что-то говорит, но Мадара подрывает дымовую шашку и уходит заменой, проклятье далеко, но я должен помочь ему, если Изуна уйдет в страну вечной охоты, то Мадара точно слетит с нарезки. Да и... к черту, я просто хочу ему помочь и к лешему все хитрые планы, вместе с умными мыслями, он мне друг, а я не разбрасываюсь друзьями. Использую реактивные струи и поднявшись на полем боя использую технику "телесного мерцания" в сторону Мадары. Бой фактически выигран кланом Сенжу, но вот потери у них немалые, теперь все зависит от того успею ли я. Сверху видно, как братья учихи сделали минутный привал, видимо чтобы попробовать подлечить Изуну. Приземляюсь в двадцати шагах от Мадары и тут же уворачиваюсь от струи огня, после чего перемещаюсь к Мадаре, хватая его за руки. Ну я хотя бы быстрее, хоть какое-то утешение.
     — Спокойно я не собираюсь убивать вас, — быстро отхожу на пять шагов, скрещивая руки на груди.
     — Нииик, это ты? Ты совершенно не вовремя, я должен помочь брату, уходи мы будем говорить позже. — А сам просто впился в меня взглядом, да и что у него с глазами? Красные и какой-то странный рисунок, не похоже на легендарный шаринган... К черту, потом разберусь.
     — Я как раз чтобы помочь, ты мед. техники знаешь? Если чакры мало возьми у меня, — голос у меня предельно ровный, сам стою даже не шевелясь.
     — Откуда ты вообще здесь? — Судя по голосу он в мою помощь не верит.
     — Я наблюдал за вашим сражением и оборудовал небольшой госпиталь для раненых, собственно я и тебе помочь хочу.
     — Для всех раненных? — тут же спрашивает Изуна.
     — Да для всех, мне плевать кто из какого клана, — чуть поворачиваю голову, отвечая на вопрос, — но об этом чуть позже, рана Изуны очень опасна если не залечить сейчас, то он умрет, — вновь переводя взгляд на лицо Мадары. — У меня осталось море чакры, но нет нужных знаний, у тебя они есть? — И тут на лице Мадары проступает отчаяние.
     — Нет, я не знаю таких техник, — я на секунду впал в ступор, да ладно, блять, это вообще как? Уничтожать все и вся и не уметь лечить даже обычный порез!? Быстро вынимаю тубус с печатью, шпионка обойдется без страховки, а я потом отбрешусь, сейчас жизнь младшего Учихи важнее.
     — Что это? — Мадара вновь напрягся.
     — Лекарство, я его выторговал у Узумаки за те свитки что мы изучали у озера.
     — Брат он, — уже с трудом начинает Изуна, тут же его прерываю, все сейчас на нервах, а мне веры нет никакой, но Мадара сейчас все что угодно сделает лишь бы спасти брата.
     — Если бы я хотел тебе смерти, то просто бы стоял и смотрел, Мадара только что признался, что спасти тебя не может, не мешай и будешь жить, — резко говорю, заканчивая подготовку печати.
     — Он врет, — да чтоб ты онемел! Вновь обрываю его.
     — Согласен на любые предосторожности, вроде куная у горла, только решайте сейчас нужна ли вообще вам помощь, эта печать у меня только одна, а на поле еще куча раненных.
     — Делай, — быстро провожу пальцем по ране, собирая кровь и капаю в центр печати. Та тут же начинает светится темно зеленным. Мадара уже освободил Изуну от верха одежды, и я кладу печать прямо на живот. Парня охватывает зеленое свечение, и рана зарастает почти моментально, уходят все ссадины и ушибы... Вид у него как будто только что родился, с той только разницей, что родился уже таким. Видимо эта печать получает с кровью образец, модулирует на его основе образец тела и мед. техниками выправляет все нарушения реального тела. Черт возьми! Это какое же мастерство и какие перспективы! По сравнению с этим взрыв-печати лишь идиотская трата времени и чакры.
     — Брат что со мной, я чувствую, как излечилась рана, да что там у меня даже ни одного шрама не осталось! — изумленно возопил Изуна. — Я как будто заново родился, — уже более спокойно закончил он, я же рассказал им о своей догадке, теперь меня слушали уже очень внимательно, подозрения ушли.
     — То есть ты не знаешь, что именно делает эта печать, — задумчиво протянул Изуна, увы я оказался не прав, его подозрения никуда не исчезли.
     — Я просил у Узумаки средство для гарантированного излечения любого шиноби, но неужели ты думаешь, что они рассказали бы мне все тонкости работы этой печати? — Изуна продолжал подозрительно на еня поглядывать, а вот Мадара явно отбросил свои подозрения в сторону.
     — Чего ты хочешь за это? — требовательно спросил он, твою-то мать ты серьезно? Что с тобой стало черт возьми!!
     — Брат, ты не должен... я сам расплачусь, — решительно заявляет Изуна, и по его лицу видно, что он не отдаст долг, а избавится от него вместе с кредитором.
     — Да блять, вы кем меня считаете? Я помог тебе потому что ты мой друг, потому что мы вместе мечтали там у озера! — с каждым словом мой голос повышался, и я с трудом удерживался от того, чтобы не заорать на них. — Мне не нужна никакая плата от тебя! Я друзей ни на что не променяю, у меня их и так мало! — Так спокойно, а то еще немного, и я выдам каждому по морде.
     — Извини, просто слишком многое навалилось, — на секунду Мадара смутился, — но ведь зачем-то же ты пришел? — но уже к окончанию фразы вновь требовательно впившись меня взглядом.
     — Нужно поговорить о будущем, твоем, моем и вообще всего мира, — к этому моменту я уже успел успокоиться и вновь заговорил ровным голосом. — Сенжу уйдут, им нужно оправиться от этой битвы, их потери слишком велики. Также передышка нужна и вашему клану, я буду ждать тебя на нашем месте, до встречи.
     — До встречи.
     Ухожу "телесным мерцанием", госпиталь еще не обнаружили, но это вопрос времени, а значит нужно торопиться и уходить. Появившись на секунду над полем, смотрю как выжившие Сенжу ходят между трупов, своих лечат и утаскивают в тыл, чужих добивают. А у меня просто свербит вопрос зачем, зачем все это? Пирова победа хороша лишь в дебильных мультяшках. Ладно я как раз и хочу прекратить все это. Перемещаюсь в госпиталь, вижу недоуменные взгляды, ну да они тут работали, а я не пойми где бегал, поэтому говорю:
     — Я договорился с Мадарой о переговорах, если убедим его, то война закончится. Но нам нужно срочно уходить, нас скоро обнаружат.
     Все тут же прониклись и начали эвакуацию, учих запечатала Усаги и тут от клонов пришла информация о том, что нас засек Тобирама. Причем о том, что такое техника теневых клонов он знал и начал выбивать их по одному. Но вот два последних клона ударили по площади, вырубив его вместе с несколькими сенжу, все времени не осталось, нужно уходить немедленно. Но осталось еще несколько не долеченных сенжу, поэтому поднимаю руки вверх и запускаю в небо огненные струи, сигнал увидят и шиноби помогут, а умереть немедленно им не грозит.
     Проклятье, даже устрой я тут пожар, догадаться что я лечил тут учих вместе с сенжу несложно, а значит мои отношения с Сенжу опять испортятся. С другой стороны, я выполнил еще одну часть плана, остался последний шаг.
     И вот я уже в который раз сижу на берегу озера, готовлю шашлыки, наверное, последние, зверья в округе почти не осталось. Мне нужно многое обдумать, например, телепортация Тобирамы, или то что показали Мадара с Хаширамой. И как у них вообще могло подобное получится? Что именно я должен развивать и должен ли вообще? Может мне лучше просто попробовать уйти из этого мира? И ведь мне действительно интересны и эти техники, и устройство мира, я хотел бы разобраться в этом...
     А собственно почему я должен выбирать? Я еще молод, а значит пойду по всем дорогам!
     — Приветствую Ник, о чем именно ты хотел поговорить? — Дежавю, опять я ушел в себя и опять ко мне подбирается шиноби который может меня уделать одной левой. Быстро сканирую его, мдаа, чакры меньше чем у Хаширамы, но больше чем у меня. При этом если Хаширама ощущался как нагретое солнцем дерево, то Мадара ощущается как холодный металл.
     — Здравствуй, а поговорить я хотел о будущем, каким ты его видишь?
     — А ты? — Ну да раз пригласил, то и разговор начинать мне.
     — Тогда бери шашлык и слушай.
     — Ха, а ты не изменился, но по правде я скучал по твоим шашлыкам. — Он взял одну палочку-шампур, значит все-таки доверяет, может и получится его убедить.
     — Еще бы, у вас с Хаширамой получалось либо мясо на углях, либо угольки. До правильной готовки вы так и не дошли. — В моем голосе легкое самодовольство, сам же смотрю на его лицо и вижу, что реакция на имя Хаширамы негативная, блеск глаз и сжатые кулаки — это плохо, мириться он ведь должен не со мной, а с ним. Отложив на время свой шампур начинаю говорить:
     — Если ты не знал, то между Сенжу и Узумаки заключено перемирие, они уже начали торговать друг с другом, а по слухам и обмениваться кое-какими техниками. По моим расчетам перемирие перерастет в союз примерно через полтора месяца. После этого твой клан начнет очень стремительно проигрывать, с таким союзом ваш клан справиться не может. Твой клан изрядно проредят, а потом предложат мир и союз, согласишься будешь строить деревню шиноби, нет вас перебьют, — закончив говорить я принялся за шашлык, Мадара же на время позабыв о нем напряженно о чем-то размышлял.
     — Понятно, но откуда тебе известно о перемирии? — голос у него спокойный, но вот взгляд стал очень недобрым, понял, что мое появление не случайность.
     — Я был одним из тех, кто помогал его заключить, — я же не стал юлить.
     — Что! — Мадара мгновенно вскочил сжав руки в кулаки. — Так это из-за тебя проиграл мой клан!? И после этого ты говоришь мне о помощи! — Его черные глаза затапливает красным, а зрачок превращается в три связанные между собой запятые, точки которых словно проколоты, это что еще такое? Обычный шаринган так себя не ведет. Я, продолжая сидеть, смотрю ему прямо в глаза и тихо говорю:
     — Помнишь, о чем я говорил когда мы расстались?
     — О том, что мы изменим этот мир? О да, у тебя получилось его изменить, — в его голосе с трудом сдерживаемая ярость, все-таки хорошо, что я спас его брата, иначе бы он уже атаковал меня.
     — Я хочу остановить эту войну, ты захотел бы мириться с Сенжу? — прямо спрашиваю его.
     — Никогда! — в ответ отрубил он.
     — Поэтому я и пошел к Хашираме. Он хочет мира и по-прежнему желает построить деревню для всех шиноби.
     — Он мне говорил, и я уже устал повторять это идиотская мечта! — Но судя по лицу Мадара взял себя в руки, и можно переходить к уговорам.
     — А то что творится с вами и вашими кланами это полет мысли? — я атаковал с ходу, не сильно упирая на логику, раз уж за все годы войны о не никто не задумывался, то едва ли Мадара сейчас обратит на нее внимание. — Два ваших отца желали убить друг друга и уничтожить вражеский клан, любой ценой и любыми средствами, а теперь ты подхватил ту же заразу!
     — Это мой долг, долг главы клана, этого не понять такому как ты! — попробовал контратаковать Мадара, но я не дал ему этого сделать.
     — Да ты хоть знаешь из-за чего эта война!? Кто-то кому-то плюнул в чай и теперь кланы поколениями режут друг друга. Какой в этом смысл, зарезать соседа пока не зарезали тебя? Ведь у твоего клана, как и у Сенжу во врагах едва ли не все окружение! И если Сенжу вам как кость в горле, то остальные чем провинились? Ну вот ответь ты знаешь причины ваших войн с соседями? — На его лице мелькнула тень недоумения.
     — Нет не знаю, но, — тут его лицо ожесточилось, — они убили очень многих из нашего клана. Для войны этого достаточно.
     — А может уже хватит воевать, я, черт меня побери, сколько ни брожу по миру, а постоянно натыкаюсь на трупы. Причем трупы не только шиноби, но и всех подряд от крестьян до феодалов, — последних правда видел лишь один раз. — И каждый раз как не заведу разговор о мире, все кричат о том, что я идиот. Неужели не ясно, что кто-то должен положить этому конец, или конец положат нам. Да будет трудно и да придется пойти против справедливых требований о мести, но блин вашему клану с кланом Сенжу нечего делить, также, как и с остальными кланами! Рядовым членам вашего клана плевать на все ваши долги и планы, они хотят мира! Неужели не видно, что эта война ведет лишь к взаимному истреблению! Ты ведь хотел защитить своего брата, хотел этого больше чего либо другого, так куда это все ушло? Почему я сейчас на месте своего друга вижу еще одного маразматика, желающего убить своих врагов любой ценой и любыми средствами!! — Я едва не сорвался на крик, но сделав над собой усилие успокаиваюсь и сняв с пояса свиток разворачиваю его: — Кстати это тебе, пока мы не начали убивать друг друга.
     — И что это? — холодно спросил он.
     — Твои соклановцы, все, кого я смог вытащить с того поля.
     — И это должно склонить меня к миру? — На лице мелькнуло презрение, проклятье, он что от брата заразился?
     — Это те, кого я хотел тебе отдать в любом случае, — зло ответил я, — а не отдал во время прошлой встречи, только потому, что ты сказал, что не знаешь мед. техник. Каждый из них был ранен, некоторые тяжело, отдай я их тебе в прошлую встречу и многие из них не выжили бы.
     — Тогда распечатай их, — пожав плечами распечатываю двадцать девять спящих шиноби, мы их подлечили, но продолжали держать под снотворным.
     — Они без сознания? — Мадара нахмурившись оглядывает каждого соклановца, ищя раны, и особое внимание уделяя глазам.
     — Они спят, мы держали их под наркозом. Отряд учих, сразу после неудачного боя, да еще и в одном госпитале с бойцами сенжу мог натворить очень многое. У меня же лишь чуть больше полсотни воинов и все заняты помощью раненным.
     — Сенжу в одном госпитале с учихами? Ты что смеешься надо мной? — Но судя по твоему лицу ты мне веришь.
     — Они тоже умирали на том поле, я вытаскивал всех, кого мог и их также держал под наркозом. Я хочу мира и союза между вашими кланами и если бы ты тоже хотел этого, то я пришел бы с предложением к тебе, а не к Хашираме.
     — Зачем, зачем тебе все это? — спросил он, продолжая задумчиво оглядывать лежащих перед ним.
     — Мы ведь говорили о будущем, твое я тебе сказал, теперь очередь моего будущего. Мой отряд насчитывает 53 шиноби, мы можем стать разбойниками и в конце концов сдохнуть, как и любые другие разбойники. Мы можем основать базу, то есть попытаться протиснуться в ряды кланов. Это означает, что я должен буду стать тем самым маразматиком, что убивает всех своих соседей, ведь новому клану потребуются земля и ресурсы. А хочу я три вещи: первое разобраться в устройстве мира, потому что мне это интересно. Второе найти ход в другой мир, потому что о путешествии в другие миры я мечтал с детства. Третье дом куда я могу вернуться и где мне на встречу выйдет жена и выбегут дети с криком "Папка вернулся". Я хочу закончить эту войну и построить деревню, потому что во время этой войны единственное, о чем можно думать это о выживании. Вот скажи есть ли у тебя девушка? Не временная подруга, чтобы снять пресс гормонов, а та, с кем ты хочешь связать свою жизнь? — Его же лицо окаменело, но вот глаза стали прежними, человеческими. Он медленно сел, механически взял себе еще шашлыка и тихо произнес:
     — Я всегда хотел защитить брата и допустим, что я захотел заключить мир, почему не ограничиться только им? — Я лишь грустно покачал головой.
     — Потому что когда вырастут дети и будут восстановлены ресурсы все начнется по новой, ведь так уже было на протяжении вашей истории, постройка деревни сломает эту систему.
     — Хорошо согласен, — тут я мысленно пустился в пляс, — тогда где гарантии что мой клан займет тоже положение что и Сенжу?
     — Ты ведь уже успел изучить Хашираму, ему и даром не нужно подчинение. Если хочешь просмотри участок моей памяти с переговорами, я слышал, что вам это доступно.
     — Ты... ты сам хочешь показать мне свою память, серьезно? — Он поражен, странно, а разве у вас в клане никто так не делает?
     — Во-первых не всю память, а часть. Во-вторых, мне нечего скрывать, а убить меня ты сможешь и так.
     — Только часть, тебе есть что скрывать? — тут же подозрительно поинтересовался он.
     — Переговоры ты увидишь полностью, но не давно я был с женщиной и показывать тебе этого не хочу, это только мое, — тут он неожиданно смущается, неужели и правда нет девушки? Его глаза вновь меняются, и мы оказываемся в моем сознании. Ну ничего себе! Он что может воздействовать на человека одним взглядом? Как с ним еще ухитряются сражаться!?
     Мое сознание между тем имеет вид лесной поляны с добротным каменным домом в центре, в который Мадара явно не смог войти, даже гордость взяла за проделанную работу.
     — Подожди, сейчас открою, — открываю перед ним дверь.
     — Это какая-то защита? — А лицо хмурое, не ожидал такого, или привык почти не встречать сопротивления?
     — Я очень хотел свой дом, он закрыт всегда, в мою голову попадут только если я сам проведу, ну или если сломают защиту. — Лицо сразу разгладилось, защита даже от своих, это нормально. А то вдруг они технику какую-нибудь подсмотрят?
     — Обычно мы копаемся в чужой голове, вызывая отклик на определенную информацию и по этому отклику и просматриваем воспоминания, или же проверяем защищенные участки. У тебя так не получится, как мы найдем нужное воспоминание? — А еще у него проглядывает явный интерес к происходящему, сам не умеет вытворять подобное?
     — Пройдем в библиотеку, все воспоминания там.
     Вся библиотека представляет собой комнату со стеллажами с книгами, глубоким креслом и плоским телевизором с экраном два метра на метр перед ним. Поднимаю руку и в ней оказывается книга в черном переплете.
     — Ловко, а почему переплет черный?
     — Это же мой дом, — добавляю в голос капельку гордости, — а переплет черный у всех. На экране ты увидишь все что видел я, если коснешься экрана или откроешь эту книгу, то переживешь все пережил я. Разница в том, что во втором случае получишь не только информацию, но и все что я чувствовал.
     — Я возьму книгу.
     — Хорошо сядешь в кресло или на пол?
     — На пол.
     После просмотра на его лице появилась какая-то тоска, да нет, так не бывает, неужели у него не только девушки, но и друзей нет? Выходим из моего сознания, странно времени прошло секунд двадцать, у меня уходят на подобное часы, это еще одна грань силы шарингана, или у Мадары просто обширная практика?
     — Спасибо.
     Долго, очень долго молчим смотря друг на друга.
     — Тобирама и многие из Сенжу не согласятся на союз, — учиха сидел, задумчиво глядя на пару оставшихся палочек с шашлыком, — ты это понимаешь, — пришел черед логики и аргументов.
     — Глава Сенжу — Хаширама и он именно глава, а не кукла. Несогласных заткнут приказом, — ответил я.
     — А новая деревня какой будет она? Ведь мы говорим о будущем еще и моего клана — по прежнему задумчиво, но уже глядя мне в глаза спросил он.
     — Разве можно в деталях разглядеть будущее? — я чуть улыбнулся. — Пока на ум приходит кланы, что будут селиться своими колх... кварталами, которые объединяет глава селения и общая стена деревни. Плюс наверняка должны быть, и академия для будущих шиноби, и какое-нибудь торговое представительство, и ремесленные мастерские, жилые кварталы... В двух словах мы создадим еще один город, но это будет город под руководством шиноби. Ты ведь и сам знаешь какими бывают города.
     — Глава селения? — Да кто, о чем, а вшивый о бане! А как еще заставить пахать на деревню? Моего удивления от этого вопроса хватило бы на троих.
     — А как вообще заставить работать множество шиноби из разных кланов, и работать сообща? Ты ведь глава клана, так зачем мне объяснять тебе прописные истины?
     — То есть все-таки подчинение? — Он хмурится, но прежнего негатива нет, судя по всему начал обдумывать варианты.
     — Ты сможешь объединить кланы? — я вновь атаковал и вновь делал это максимально прямолинейно. — Именно объединить, а не завоевать, сейчас мы не можем позволить еще и войну на завоевание. Эта страна разорена, кланы потеряли слишком много людей, а страх перед завоеванием может толкнуть на союз против завоевателя.
     — Нет этого я не смогу, — задумчиво произносит он, я же не даю ему продолжить.
     — Но ты сможешь превратить клановые отряды в одну команду-армию. Я собрал о вас всю информацию, какую можно, благо о главе клана потрепаться каждый хочет, а ваш характер к секретной информации не относится. Хаширама по натуре строитель, его дело построить деревню, он силен, но он не воин. Ты же по натуре именно вождь, военный, ты станешь тем, кто создаст меч деревни и впоследствии, командуя, ты захватишь весь этот мир.
     — Весь мир, ты серьезно? — вот тут он просто не сдержал свое удивление и я целый пять секунд мог любоваться теми чувствами, что сейчас бушевали в его душе, а творился там самый настоящий раздрай. Он и хотел мириться и не мог, не собирался мне уступать и ощущал, что должен это сделать, ведь я спас его брата...
     — Объединить все кланы, со всего мира за один раз мы не сможем, но сможем создать базу для последующего завоевания и создания единого государства, — начал я говорить после короткой паузы. — Что же касается мира, то глядя на нас будут созданы и другие селения. Может получится так, что мы вместо войны кланов, получим войну селений шиноби. Для этого и нужен завоеватель вроде тебя, ты объединишь мир железом и кровью, а Хаширама скрепит его общим делом и не даст развалиться.
     — Значит Хаширама будет строить и объединять, а я создавать армию, воевать и завоевывать, так?
     — А кто еще? Тот же Тобирама тебе ни разу не ровня! Да и Хаширама по-прежнему считает тебя лучшим другом. — Вновь долго молчим, после чего он медленно, словно роняя камни произносит:
     — Я пошлю парламентеров с предложением о мире, но и при заключении мира, и при выборе главы селения ты будешь присутствовать. Ты был во многом прав, а я же хочу, чтобы каждый знал о тебе и чтобы ты увидел, как исполнится твоя мечта.
     — Я между прочим был на заключении перемирия между Сенжу и Узумаки, первые после этого при моем появлении хотят сплюнуть, — попробовал я увильнуть от грядущих проблем.
     — Мне нужен союзник, я отвечаю еще и за клан, — но увы, Мадара не оставил мне выбора. — Ты же умеешь не только мечтать.
     — А знаешь я не против, я тоже хочу увидеть, как ты пожмешь руку Хашираме.
     — Тогда до встречи, я пришлю весть прямо сюда.
     Проклятье! Да теперь Сенжу меня возненавидят, если конечно не посчитают кем-то вроде парламентера, действующего строго по плану главы клана. Да и Мадара тоже прав, со своей стороны, а главное мне просто не хочется торговаться, я действительно хочу посмотреть на заключение мира. Ха, безумный, глупый, невозможный план удался. Теперь наконец-то настанет мир, а я вплотную займусь своими навыками и поиском ответов на все множащиеся вопросы. Впереди еще целая жизнь и у меня еще есть прорва времени.

Глава 7 Общий враг

     А дальше начались переговоры и торги, почти сразу же завершившиеся. Как я и говорил кланам почти нечего было делить. У каждого клана была своя территория с которой они получали доход, была своя область приложения сил, свои торговые компании...
     И вот исторический момент, берег озера, на границе кланов, где все и началось. С одной стороны, сенжу, все строго в белом, черные только эмблемы клана. С другой стороны, учихи, все строго в черном, выделяются только красно-белые эмблемы. И замыкая озеро в своеобразную подкову стоит мой отряд: слева от нас сенжу, справа учихи. Нас куда меньше чем клановых, и мы стоим одной шеренгой почти смыкаясь с ними...
     На середину озера выходят главы кланов и жмут друг другу руки. При этом выражение лиц у них такое, что кажется они решили переломать друг другу пальцы. Я быстро перевел взгляд, сейчас улыбка совсем не к месту. Как выяснилось большинство из сенжу не знало о моей роли во всем происходящим, поэтому считали, что я здесь из-за моей помощи во время боя с учихами и последующим налаживанием переговоров. Узнай они о том, что я вытащил Изуну с того света и атаковал Тобираму, то большой вопрос как бы все повернулось. Тот же Тобирама явно не знал меня, мою чакру и мои техники, поэтому в ходе того скоротечного боя с моими клонами он не понял с кем сражался. Кстати о чакре и учихи, и сенжу ощущались также, как и свои главы кланов, да ощущение было значительно слабее, да к ощущениям примешивались посторонние нотки от каждого конкретного шиноби, но в каждом случае было что-то общее. И это еще один вопрос, разумеется чакра соклановцев будет похожа друг на друга, но не так сильно, а главное у всех их проскальзывали какие-то общие нотки, что было уже совсем странным. Мдаа, сенсорика это круто, хоть я и могу почувствовать подобные нюансы лишь при такой концентрации народа.
     Но вот я отвлекся от сенсорики и пройдясь взглядом по клановым понял одну простую истину — то что лидеры пожали друг другу руки, не означает что все всё сразу забудут и начнут жизнь с чистого листа. Нет кое-кто готов забыть, мир не без добрых людей, кто-то устал от войны и радуется миру, но были и такие кто не собирался ни забывать, ни прощать. А ведь с ними надо будет что-нибудь делать, потому что от мести они не откажутся. И главное надо как-то убедить остальных в том что правы именно мы, те кто заключил союз, а не они.
     Я лежал тупо смотря на проплывающие облака, чакры осталось мало, но я сумел завершить создание еще двух техник стихии молнии: «Град молниеносных игл» и «Копье молнии». Первая техника представляла собой множество иголок-сенбонов из чакры молнии, вторая была подобна пилуму также из чакры молнии. Собственно, ничего нового я не изобрел, только воплотил в чакре, но даже на это воплощение ушла куча попыток.
     — Ооо, — сколько предвкушения в этом голосе, — Ник ты зачем тут лежишь?
     — Чакру восстанавливаю, — спокойно отвечаю, — на новые техники потратился, а что такое Сузуме, у нас же сегодня отдых?
     — Да ничего, — она села рядом со мной, — но теперь, когда союз заключен, ты не думаешь, что отряд распадется? — и не обращая внимания на мои робкие попытки сопротивления, положила мою голову себе на колени.
     — Он не может не распасться, ведь именно для принуждения к этому союзу он и создавался. Когда цель достигнута, пути разойдутся. Да и смысл в удержании отряда? Ты ведь хочешь вернуться в клан, а остальные? — она задумчиво начинает перебирать мои волосы, ммм, мне нравится, усталость куда-то улетучивается, и я улыбаюсь, ее визит оказался как никогда кстати. — Многие хотят вернуться, там ведь их дом и семья, единственное условие — это нормальная работа, не шлюхой или палачом. Но ведь в кланах тоже не дураки и выгоду от возвращения ребят, у которых хорошие связи в новой деревне, новые техники и прочие, и прочее там просекут быстро. Есть еще и те, кто хочет мирной жизни и они тоже не останутся в отряде. Держать тех, кто хочет уйти бессмысленно.
     — Понятно, ну раз все по плану, то пора переходить к главному, — и она, хищно сверкая глазами скинула одежду и наклонилась к моему паху.
     — Сузуме ты что задумала!?
     — В тот раз ты применил бесчестный прием, но в этот раз я готова!
     — Я согласен на ничью! — тут же шевельнул я руками, в шутливой капитуляции.
     — Низачто!! – Я улыбаюсь и сделав пару движений располагаю ее на мне. Мы замираем в классической позе 69, она возмущенно вспикнула, проглядев мои движения.
     — Ну раз так то держись! — я тоже был не намерен уступать, да, все-таки этот ее визит оказался очень хорошей идеей.
     Сразу же после заключения союза началось строительство деревни и быстро выяснилось, что среди шиноби нет архитекторов, землекопов, ... а значит необходимы обычные люди. Если те же сенжу могли выкрутиться, используя техники стихий земли и дерева, то среди учих таких мастеров не было. Да и сама идея великому клану просить помощи у другого великого клана, в постройке кланового квартала... К тому же техники лишь помогали и ускоряли работу, а не делали ее всю. А ведь нужно было провести канализацию, водопровод... иными словами присутствие простых людей было необходимо, поэтому стало необходимо и присутствие торговцев, снабжающих стройку и самих строителей. И как следствие всего этого резко выросли расходы кланов. Да каждый рё шел в дело, но ворчащих на союз стало больше. Также увеличилось количество караванов на территории кланов и соответственно количество разбойников и диверсантов. Надо же знать, что там добрые соседи устроили, а когда узнали, решили помешать, ибо нефиг, раз у нас нет союза и деревни, то и у вас не будет, если не союза, то хотя бы деревни.
     И вот тут мой отряд сделал хитрый ход — подал весть клану Сарутоби. Разумеется, этот клан не был нашим союзником, или должником, но это и не требовалось. В свое время отряд выполнил несколько заказов по охране их караванов и уничтожению тех, кто нападал на них, так что нужно было лишь передать информацию о "стройке века". А дальше они сами увидели возможность торговать сразу с двумя великими кланами, а также перспективу новой идеи и стали прощупывать почву на предмет присоединения. Сарутоби не спешили полностью присоединятся к союзу, только торговля и все, но я, из истории, помнил, как сильно привязывают деньги, так что скоро к союзу присоединятся и Сарутоби. Больше чем в новой деревни им заказов получить негде.
     Но это предел, дальше нужны какие-то действия чтобы показать силу и перспективу союза, а значит опять война, но уже против кого-то третьего. Нужна умелая дипломатия, потому что верхушки кланов не захотят просто так отдавать власть, да и когда они присоединятся, то ждут их не руководящие посты. Также нужно наладить отношения с феодалами, ведь один из них должен стать главой объединенной страны...
     В отличие от кланов в моем отряде недовольных не было, но когда началось строительство деревни, большинство уверились в том, что до объединения всех соседних кланов осталось считанные месяцы и стали копить деньги на свой дом... Людям хотелось как можно быстрее перейти к мирной жизни, я же после пары разговоров сумел их убедить, что это делать лучше командой. И вот мой отряд вновь на границе отлавливает разбойников и диверсантов. Также нам время от времени предлагали сопроводить караваны с разными ресурсами до деревни.
     И в такой обстановке большая часть сенжу была занята на стройке, минимум на границе и в цитадели клана. Учихи активно патрулировали границы общих владений, а на стройке они были представлены в очень небольшом количестве. Так было сделано для предотвращения столкновений между кланами, но о такой системе быстро стало известно и кое-кто решил нанести серьезный удар союзу и захватить хотя бы один клановый замок. Удайся такой удар и строительство деревни как минимум существенно замедлится, если не остановится. Там и клановую казну можно вывести и престиж клана подорвать, и заказчиков к себе перетянуть...
     — Я чувствую множество шиноби двигающихся к нам. — Хмурюсь, это очень плохо, наш отряд минимум вдвое меньше. А ведь рядом с нами нет никого кто может передвигаться такими отрядами, значит враги, что же вот еще одна старая истина, везение имеет свойство заканчиваться невезением.
     — Наши? — тут же слышится голос Сузуме.
     — Нет, в этом районе только два патруля с общей численностью два десятка человек, тут же не меньше сотни, — она все поняла правильно, в свою очередь нахмурившись.
     — У нас лишь караван с провизией, для чего такие силы? — Что мне в ней нравится — ее спокойствие, даже сейчас при смертельной угрозе она спокойна.
     — А что такого ценного или важного может находится рядом? — тихо спрашивает нас Каору.
     — Только клановый замок Сенжу, — грустно улыбаюсь, — а ведь там почти никого нет.
     — Значит бросаем этот караван и двигаемся к замку, поможем с обороной, — слышится голос кого-то позади нас.
     — Но нас мало, — тихо сказала она, после чего я также тихо добавил, — но и терять клановую цитадель нельзя, ведь деревня еще только начала строиться, а она наше будущее, к замку, — завершаю разговор командой всему отряду.
     А пока бегу попробую разобраться, нужна ли мне драка, с очень высокими шансами умереть? Итак, сама драка не нужна, я умирать не хочу, но вот хочу ли я бежать? Нет однозначно нет, я никогда не бросал своих, а тут и мой отряд, и моя девушка. Жизнь, я сохраню жизнь себе если сбегу. Вот только это будет жизнь крысы, нет уважения к себе, нет доверия окружающих, уж слухи о таком поступке разнесутся быстро, или от врагов, или от союзников. Да и сама жизнь крысы лишена радостей, это скорее существование, так что нет, это не для меня. Да это не мой мир, да я очень не хочу умирать еще раз, но если я хочу хоть чего-то добиться, то я должен сражаться за свое будущее, в том числе и сейчас.
     Спасать отряд, уведя его от замка, ... тоже можно, но отряд создавался не сам по себе, а с конкретной целью, подобный же побег переводит цель в разряд недостижимых, крысы никому не нужны. Сомневаюсь стоит ли вообще заводить разговор на тему побега, хотя стоит, впрочем, после крика о том что происходит и куда мы направляемся никто не свернул, чтож все ясно, пусть будет драка.
     Пока мы бежали к замку встретили один из патрулей сенжу и два учих, все патрули также, как и мы отступали к цитадели и были потрепаны, имели потери и почти не имели чакры. Поэтому они перешли под мое начало, а мы в свою очередь их подлечили и как могли восстановили им силы. Попутно я почувствовал, что к нашим преследователям присоединилось как минимум две сотни шиноби, черт возьми откуда столько!? Ведь кланы не оперируют такими отрядами!
     Замок клана Сенжу выглядел как... обычный японский средневековый замок. Почти добравшись до него мы встретили пятерку весьма сильных шиноби, во главе с Тобирамой.
     — Приветствую, что происходит, зачем вы здесь? — Быстро пересказываю ему, что случилось. Он на секунду замирает, после чего опускается на колени и касается земли указательным пальцем и прикрыв глаза говорит:
     — Я чувствую лишь две сотни шиноби. — Но я уверен в своих чувствах, а наши противники могли просто прикрыться от сенсоров, в конце концов враг тоже может использовать военную хитрость. Что я Тобираме и сказал.
     — Это не имеет значения, врага мы будем встречать здесь, у замка, в замке нам не развернуться, — а еще ты не хочешь тащить в родной дом посторонних, а бросить их ты не можешь, после заключения союза тебя не поймут свои же.
     — Пусть так, командуй, тут твоя земля. — Ой как он удивился, даже лицо не удержал. Вроде бы мой отряд больше его, да и я вроде как командир, а пост ему уступаю. Но у их замка должна быть хоть какая-то защита, а что это и как действует я без понятия, да и опыта руководства в открытом бою, в отличие от него, у меня нет.
     — В замке 50 шиноби, 30 из них помогут нам в бою остальные останутся в замке. Сама территория замка почти не имеет укреплений, а все ловушки вынесены за 500 метров за стены замка. Я их активирую через пять минут. Но среди пояса ловушек есть безопасный проход, это дорога к главному входу в замок, ее мы и будем защищать. — Ну все понятно, среди шиноби крестьян нет, вот и оставили тем дорогу к замку. А тутошние защитные системы не разбирают кто ты, если обойдешь значит выживешь, если нет значит нет. Поэтому перекрыть защитой еще и дорогу нельзя, защиту шиноби крестьяне не пройдут.
     — Учитывая, что врагов слишком много, прошу позволить использование части клановых запасов стимуляторов, лекарств, печатей. — Мдааа, вроде и одно дело делаем, и защищаю я его клан, а без просьбы никак нельзя, сам он подобное не предложит. Он быстро кивает, и его четверка бойцов бежит в замок.
     — Следуйте за мной.
     Что сказать, дорога как дорога, слева и справа сколько видит глаз тянуться поля, а за спиной лес, также лес виднеется в пятистах метрах впереди. Получилось кольцо полей охватывающие замок. Судя по всему, это было сделано специально, чтобы знать где начинается и кончается защита. Тобирама положил на землю лист бумаги, размером примерно полметра на метр с какими-то символами, сложил пару печатей и приложил руку в центр листа и от него побежали синие змейки-разряды, почти сразу же погаснувшие. Я о таком только читал, набор печатей для активации пояса ловушек, но это работа Узумаки, откуда она у Сенжу? И почему лист такой большой, меньше нельзя или это ранняя версия, я читал про куда как меньшие наборы? Выходит когда-то Узумаки были дружны с Сенжу? А почему тогда их отряды не помогли им в бою с теми же учихами? Черт мне бы добраться до их архивов...
     — Ловушки я активировал, теперь безопасно только на расстоянии в сто метров от дороги.
     Хммм, фермопильский бой, может еще и сможем отбиться. Предложенный план был прост, сенжу образуют сплошную линию обороны, учихи атакуют из-за их спин, мой отряд — резерв и поддержка. Я, вместе с Усаги, дополнительно устанавливаем несколько ловушек...
     — Ты уверен, шансов мало, слишком мало. — Это Усаги, но за нами следят почти все, даже Тобирама. Делать сейчас почти нечего, а тупо ждать когда тебя придут убивать втрое большее количество врагов страшновато.
     — Конечно можно убежать, но если тебе не за что умирать, то не зачем и жить.
     — Что? — Тут на меня с удивлением стали смотреть уже абсолютно все.
     — Все прекрасно понимают о важности этого замка для клана Сенжу и как следствие для будущей деревни шиноби. Да можно убежать, я останусь жив и в будущем могу многое сделать, но люди верить в идею взаимопомощи перестанут, ведь если один из главных носителей этой идеи сбежал сразу как горячо стало какова ценность этой идеи? А именно на ней и будет стоять деревня — мы решаем свои проблемы вместе, плечом к плечу, иначе нет смысла начинать, все передерутся и разосрутся. Да и вообще бросать своих, это не по-людски, так только тараканы бегающие от каждой поднятой палки делают.
     — Но ведь твои люди могут не разделять твоих взглядов, — Тобираме действительно интересно, ну или он решил еще раз прощупать мотивацию моего отряда.
     — Каждый из них уже насмотрелся на шиноби-одиночек и каждый побывал в шкуре такого шиноби, — тут отряд как по команде грустно улыбнулся, — и понял, что в одиночку не выжить. Деревня — это не только моя идея, это шанс для них на хоть сколько-то нормальную жизнь, потому что никто не предложит им другую. Поэтому они и будут защищать свое будущие до последнего.
     — И поэтому они так спокойны? — от Тобирамы вновь плеснуло удивлением, как по мне слишком уж показным удивлением.
     — А какой смысл бегать по округе и кричать "Спасите, помогите, мы все умрем!!"? Каждый из них через многое прошел и многое повидал, каждый понимает, что его могут убить, но это нормально для любого шиноби, мы постоянно ходим рядом со смертью. И поэтому постоянно к ней готовы. Этот случай отличается от других только тем, что шансы умереть тут выше.
     — То есть ты фаталист?
     — Я все обдумал и сделал выбор, за будущие стоит бороться и стоит умирать. Именно поэтому я так спокоен. Кстати, ты ведь тоже можешь умереть, но тоже спокоен и готовишься к бою. — На что он спокойно пожал плечами.
     — Я брат главы клана, я не могу убежать из своего дома.
     — Они уже близко готовьтесь, — донесся до нас крик одного из учих.
     Первый отряд в два десятка шиноби и тридцать земляных клонов подорвался на ловушках, пытаясь зайти нам во фланг. Причем я очень сомневаюсь, что таким образом можно пробить проход через защитную полосу, видимо также думал и противник, поэтому на нас бросились сразу 150 шиноби, на ходу создающими клонов и засыпая нас кунаями, сюрикенами и взрыв-печатями. Я быстро создал пять клонов с покровом, драться они не смогут, а вот вытащить кого-нибудь из-под удара... Сражение пока еще не перешло в ближний бой, противник активно применял разнообразный метательный арсенал, заставляя нас тратить чакру на защиту.
     Время от времени мы атакуем используя быстрые и точечные техники вроде вакуумных пуль и убиваем какого-нибудь из шиноби. Я быстро заметил две вещи, первая наши противники индивидуально слабы и по запасам чакры и по количеству техник их превосходят даже бойцы моего отряда. Второе мы медленно отступаем, выбивая командиров, значит у Тобирамы есть козырь в рукаве...
     — «Великая разрывная стена воды» — Вот значит какая задумка, заманить отряд врага в узкий проход, выбить почти всех командиров, чтобы не смогли организовать защиту, а потом накрыть всех разом одним цунами... Неплохо, но у них осталось больше сотни бойцов и если у Тобирамы нет второго козыря нам придется кисло.
     — «Великая каменная стена», — атаку Тобирамы останавливают, но она свое дело уже сделала, отряд с которым мы только что бились мертв, на смену ему уже бегут оставшиеся, эти уже куда сильнее, а у многих наших бойцов осталось меньше половины запаса чакры. Теперь хотя бы понятен план врага, сначала атака пушечным мясом, а когда его выбьют, растратив силы, атака уже настоящими бойцами. Часть учих и сенжу уже приходится заменить, на бойцов своего отряда, а их уровень все-таки хуже, чем у бойцов великих кланов.
     — «Великое драконье пламя», — атакуют центр нашего построения.
     — «Великая каменная стена», — о как у Тобирамы еще и стихия земли есть, хотя логично, он же сенжу. Да и прикрыть от такого удара может только техника такого уровня. Почти сразу же он прикладывает руки к стене и слышится крик, — «Разрыв скалы», — видимо эта техника для поражения противника чем-то вроде осколков камня, летящих с высокой скоростью. И судя по крикам кого-то с той стороны задело. После чего следует быстрое сложение нескольких печатей, и каменная стена начинает рушиться по направлению к противнику.
     — «Песня огненных драконов», — в Тобираму летят несколько огненных драконьих голов.
     — «Летящий бог грома», — тот уходит от удара своей техникой телепортации. Вот только чакры у него почти не осталось. И к сожалению сенсоры есть и у противника.
     — Что Тоби, чакры не осталось!? — Одному из детинушек со знаками клана Хагоромо приспичило поговорить, а нет, пока он говорит и атакует катаной, под землей к ним движется пятерка шиноби, чтож брат главы клана взятый в плен, это всегда почетно и всегда выгодно. А значит пора мне присоединятся.
     — «Копье молнии», — пятеро клонов синхронно атакуют подземных пловцов и синхронно их убивают, после чего приземляются в боевых порядках врага. Тут же их атакует десяток каких-то одинаково одетых здоровяков, которых поддерживают слабыми техниками остальные. Будучи под покровом клоны успешно уклоняются, в ответ щедро швыряют взрыв-печати и сюрикены. Ну что же остановить их атаку получилось, но вот как ее отбить!?
     — Тварь, ты ответишь за смерть Танаки-сана!! — Кого? Видимо какая-то шишка, но почему такая бурная реакция, все-таки у нас война, а на ней убивают.
     — Ну все Тоби, теперь пощады не жди! — Либо они неадекваты, что часто бывает на войне, либо "зазвездились" и не привыкли к смертям и потерям серьезных людей.
     — Пора тебе отправиться вслед за своим братцем «Лезвие грома», — по клинку катаны пробегает разряды молний, и она режеет катану его противника. Но тот успевает применить какую-то воздушную технику и Тобираму отшвыривает поток воздуха.
     Мои клоны тут же синхронно выполняют технику «Шаровая молния» и рассеиваются полностью исчерпав запас чакры. Пятерка взрывов убивает окружавших их противников на месте, а остальных отбрасывает назад, наших закрывает каким-то барьером Усаги.
     Говорун тоже выжил, и даже не получил повреждений, закрывшись каменной стеной. Я тут же создаю уже десяток клонов, но без покрова. Тобирама успел прийти в себя, но его шатает, чакры осталось крайне мало, он сейчас не боец и пара моих клонов утаскивает его в тыл.
     От врагов осталось три четверти, но вот чакры у нас почти не осталось, если так пойдет и дальше, то они нас тупо задавят. Между тем Говорун что-то командует и на меня одного бросается едва ли не половина вражеских бойцов, во главе с ним. Черт возьми, он что решил, что отомстить мне важнее победы в этом бою!?
     — Ты сдохнешь тварь, ты сдохнешь!! — ну точно, важнее.
     — «Разряд грома», — техника убивает подступивших ко мне шиноби, а я получаю по кунаю в левое плечо, правую ногу и чудом уворачиваюсь от града каменных пуль. Так как я под покровом, то ранения поверхностные, но даже с клонами меня могут банально закидать техниками, поэтому иду в ближний бой. Клоны помогают, как могут, но врагов просто больше и поэтому каждый из них вновь использует «Шаровую молнию», окружающих противников вновь убивает, я же успеваю уйти используя свою скорость и технику телесного мерцания.
     Вот только оставшиеся противники атакуют нас огромным огненным валом и вдобавок разгоняют его воздухом. У меня же нет серьезных защитных техник, а Усаги с ее барьерами, равно как и большинство сенжу уже почти без чакры и отбить этот удар не смогут.
     Поэтому на остатках чакры создаю пять клонов с покровом и хватаем ближайших к нам бойцов и уходим от этого вала телесным мерцанием.
     Проклятье! Чтоб вы суки сдохли!! Наших накрыло, часть смогла уйти от удара, часть спряталась под землю, но не меньше половины наших погибло.
     — Готовься к смерти сучонок! — на меня бросается Говорун, на ходу складывая печати и покрываясь каменным доспехом. Ну дурак, я в свою очередь бросаюсь к нему и на бегу подпрыгиваю и бью в голову, сбивая того с ног. Тут же посылаю ему вакуумную пулю в голову, увернуться он не успевает...
     — Того-сама, будь ты проклят выродок!! «Великий огненный дракон», — на меня несется огненный змей, я на реактивных струях с рук ухожу от удара вверх и использую телесное мерцание появляюсь почти вплотную к противнику, — «Шоковая волна».
     Мой удар накрывает последних противников, и я падаю на колени, а затем вырубаюсь, чакры не осталось.
     — Он приходит в себя, срочно позовите кого-нибудь. — Ох как же мне хреново, вот значит, что такое чакроистощение, мне даже шевелиться не просто, да что там шевелиться, я дышу с трудом!
     — Прошу вас не шевелитесь, ран у вас нет, но почти не осталось чакры и если сделаете хоть какое-нибудь усилие, то впадете в кому. — Какой-то молодой паренек с закрытым, врачебной маской, лицом склоняется надо мной. Да какое ему блин усилие, я сейчас и от жука не отобьюсь!!
     — Парень скажи мы победили и сколько времени прошло после битвы? — с трудом выдавливаю из себя вопрос.
     — Да о том ли вам нужно волноваться? — Возмущение пополам с удивлением в голосе такое, что и на пятерых хватит.
     — Дурак молодой, — шиплю я сквозь зубы, — если победили раны заживают быстрее! Ну говори уже!!
     — Прошло два часа, мы победили, вот только...и— я его уже не слышу теряя сознание.
     В себя я пришел на следующий день, ближе к полудню. Да мы победили, но от наших сил осталась половина. Большая часть потерь пришлась на сенжу, сражавшихся в первых рядах и мой отряд. Учихи получили максимум несколько ранений и чакроистощение, но это не удивительно, они вели бой на дальней дистанции. От моего же отряда осталось в живых 23 шиноби, да им помогут, подлечат, но, блять, мой отряд уменьшился больше чем наполовину!
     Но главное это то, что я потерял Сузуме, во время второй атаки на ее детей навалилось сразу семеро противников, и ее атака позволила им отступить, но вот она сама погибла. Ее же дети не пережили атаку огненным валом от Хагоромо... как не пережила ее мой первый боец Недзуми.
     Проклятье!! Я должен был защитить их, но они мертвы. И теперь, теперь я своими руками копаю могилу для своей любви... И тут в голове возник поганеннький голосок, а любви ли? Может просто детская влюбленность? Потому и не спас, что нашлись дела поважнее!?
     Я с яростью давлю его, я делал то что должен, да я не могу сказать любовь это или просто влюбленность, но от этого ничего не изменится. Я не мог ее спасти, как не могу спасти всех, кто попадется на пути. Да мне сейчас очень больно, но я не остановлюсь. Я совершил ошибку в этом бою и потому должен стать лучше...
     Я хочу изменить этот мир и буду его менять, даже если кто-то против. Вот только все эти рассуждения мгновенно вылетели из головы, когда я увидел тело Сузуме. В тот момент я просто остановился и молча заплакал. Изменить мир да? Ну вот теперь, когда я впервые по настоящему ощутил чувство потери все мысли о великом ушли на второй план. Захотелось лишь одного, перебить Хагоромо всех до одного, перебить голыми руками, смотря им в глаза...
     Мне просто повезло что я был почти без сил, я был вынужден после похорон присесть чтобы немного передохнуть. А когда передохнул, то начал изо всех сил давить свои эмоции. Да меня трясет от ярости и желания отомстить, но если я дам волю эмоциям, то ничего хорошего не получится. Мой отряд это 23 человека, все раненные и с чакроистощением, против клана, претендующего на звание великого они не противники. Идти мстить самому? Я также истощен, да и не могу противостоять клану в одиночку...
     И потом... я ведь вроде как один из тех, кто хочет закончить войну, но вот мне сделали больно и все, плевать на все мои предыдущие слова и дела, пока не отомщу не успокоюсь, так что ли? Нееет, я сдержусь, я не стану вопить о священной мести, потому что иначе чем я вообще отличаюсь от сопляка которому палец дверью прищемили и у которого нет забот важнее, кроме этого пальца? Да и такое случилось не только со мной, таких трагедий тысячи! Если я хочу изменить этот мир, то придется в первую очередь думать о мире, а не о себе. Те, кто думает только о мести, пусть даже и справедливой, до сих пор не могут из войны выпутаться, как ни обидно, но придется поступиться своими желаниями.
     Так что стиснуть зубы и терпеть, а моя месть... моя месть свершится позже, ведь клан Хагоромо напал не потому что его глава встал не стой ноги. Они явно не хотят вступать в союз, а значит и дальше будут ему противостоять. Если же будут противостоять, то у меня будет случай отомстить. Главное это не пороть горячку, требуя убить всех немедленно, вот прямо сейчас, а подождать, остыть и разобраться кого именно я хочу убить (не может же быть целый клан виновен в смерти одной женщины), отморозков, которые истребляют все живое, во вражеском лагере, тоже мало кто любит и уважает.
     — Как ты? — Тобирама, тоже пришел в себя и теперь явно хочет проверить, что со мной, психованный мститель ему рядом с братом, принимающим решения за весь клан, и даром не нужен. Да и поговорить после такого боя, это нормально.
     — Сам ведь все понимаешь, каково может быть после такого боя и таких потерь, — поворачиваю голову в его сторону и отодвигаюсь чтобы он тоже сел.
     — Но ты очень спокоен, — он садится рядом.
     — Я просто не даю волю чувствам, — негромко замечаю я, — благо что есть пример перед глазами, — криво усмехаюсь.
     — Пример?
     — Мы бы не победили, если бы Хагоромо смогли правильно провести атаку. Но даже с гигантскими потерями они могли нас всех перебить если бы сдержали свои эмоции и не пытались немедленно отомстить мне, — и не сдержавшись презрительно фыркаю. — То есть они запороли хороший план дерьмовым исполнением, а исполнение дерьмовое как раз из-за эмоций. Сначала презрение к тем, кто шел в первой волне атаки, их ведь заранее списали в расход, а потом из-за тупого желания отомстить мне немедленно, здесь и сейчас, — вот тут я вторично скривился, иметь такое преимущество и так его просрать, это надо суметь.
     — Ну в клане Хагоромо особая ситуация с правящей и побочной ветвями — задумчиво заметил Тобирама. — А ты убил двух сыновей одного из старейшин. Они должны были отомстить, — закончил он.
     — Они должны были победить, а в итоге проиграли и теперь мертвы, — эту фразу я произнес так, словно сплевывал на трупы Хагоромо. — Что очень яркий пример, если я сейчас выпущу эмоции из-под контроля, то ничего хорошего не получу. Вдобавок я ведь как ни крути за прекращение войны и заключение мира, — уже спокойным голосом продолжил я, — подумай, как посмотрят на идею мира, если после произошедшего я начну кричать о мести, или даже буду пробовать отомстить сам? Ведь трагедий подобных моей полно и у учих, и у сенжу, да я хочу отомстить, но прекращение войны важнее, чем потакание своим эмоциям. — Тут он на короткое время замолчал раздумывая, после чего вновь стал меня зондировать.
     — То есть ты откажешься от мести? — он резко повернул голову, впившись в меня глазами.
     — Ты правда думаешь, что нападение было случайным? — я ответил ему легкой улыбкой. — Или что уже завтра Хагоромо пришлют послов с извинениями и предложением мира? — моя улыбка медленно превращалась в оскал. — Они явно не желают ни мира, ни присоединения к союзу, а значит к миру их придется принуждать. Я еще успею отомстить, а пока надо еще разобраться кому мстить, убивать всех Хагоромо подряд это не месть, а психоз. — Тут я в очередной раз скривился.
     — И ты не будешь уговаривать моего брата уничтожить этот клан? — На его лице вопрос, в глазах интерес.
     — Проблему Хагоромо придется решать, рано или поздно, поэтому уговоры не потребуются, потребуется выжать из этого максимум пользы, — я же вновь был спокоен.
     — Тогда знай, что я тебя поддержу, — и он протягивает мне руку, его лицо теряет всякое выражение, превращясь в маску второго шиноби в великом клане, проверки закончились, молча пожимаю его руку, чтож я не обольщаюсь, это временный союз, но даже так не плохо.
     Помимо качественной мед. помощи мы получили такую сумму, что хватило на постройку каждому из бойцов хорошего дома и еще столько же осталось, что тут скажешь, родовой замок Сенжу не собачья будка, ценят его как надо.
     Гора перед будущей деревней шиноби.
     Я, Хаширама, Мадара, Изуна и Тобирама стояли и смотрели на будущую деревню. Стройка уже набрала обороты и чувствовалось, что ее конец не за горами.
     — А ведь когда-то еще детьми мы сидели здесь и мечтали, — Хаширама смотрит вдаль и мягко улыбается, вспоминая.
     — Тогда я думал, что это были пустые мечты, хотя и говорил, что нет ничего невозможного.
     Мадара также улыбается и неожиданно ловит пролетающий рядом листок.
     — Мечты воплощаются в реальность, клан Сарутоби также хочет вступить в наш союз, — продолжает Хаширама и его улыбка становится чуть шире.
     — Я бы не был так категоричен, скорее они прикидывают выгоды от присоединения и лишь торгуют с нами. Вступать или присоединятся к союзу они не спешат. — Тобирама говорил негромко, но мы все слышали. — Да и Сарутоби не присоединились, потому что мало времени прошло с начала сотрудничества.
     — Значит нужно убедить их в том, что за союзом и деревней будущее. И их, и другие кланы, — рубанул рукой глава учих.
     — А как ты хочешь убедить их? — задумчиво спрашиваю его.
     — Сарутоби уже с нами торгуют и уже прониклись идеей объединения, — тут он кинул косой взгляд на главного своего соперника, — иначе бы не затевали строительство своего квартала. Но чтобы клан полностью перебрался в деревню нужно убедить их в том, что деревня сильнее отдельных кланов. Ведь какой смысл присоединятся к деревне если ее завтра сожгут, — закончил небольшой провокацией, поглядывая на Хашираму.
     — То есть ты хочешь уничтожить Хагоромо? — вздохнул тот.
     — Причем здесь мое хочу? Первое как я уже сказал деревня должна показать силу, второе послов с предложением если не союза, то мира к ним отправили, — Хаширама коротко кивнул, — но они все равно напали, а значит послы мертвы и мира они не желают. Также скажите, что лучше всего объединяет людей?
     — Общее дело, — тут же ответил Хаширама.
     — Общий враг, — поправил его Мадара, оба даже не раздумывали.
     — Общее дело, это наша деревня, — негромко заявляю я, кивая на деревню, — а общий враг — это как раз Хагоромо. Хаширама явно хочет возразить, но я не даю ему прервать меня.
     — Далеко не все из обоих кланов готовы пожать друг другу руки и забыть то что было, но там у замка Сенжу я своими глазами видел, как бойцы сенжу прикрывают учих от атак хагоромо, а те в свою очередь не бьют в спину сенжу, а сражаются с ними против общего врага. Союз кланов должен пройти через бой, это тоже своеобразное испытание, ведь если ты не можешь подставить своему союзнику спину, то какой он союзник? — после этой реплики Хаширама подумав секунду кивнул, непонятно только мне или своим мыслям. — К тому же шиноби уважают в первую очередь силу, если не ответить на удар по тому замку, то нас будут считать слабаками, а за слабаками никто не пойдет, — в ответ на эту фразу Мадара предвкушающе оскалился. — Ну и последнее строительство деревни это немалые траты ресурсов, их вполне можно возместить из казны Хагоромо. И после всех причин причем тут чьи-то хотелки? — теперь уже и Изуна с Тобирамой синхронно согласились со мной.
     Я же впервые понял, что если человек во власти не будет сдерживать эмоции и желания, то плохо будет не только ему, но и тем, кем он руководит. Да и история, настоящая, а не киношномультяшная раз за разом убеждает именно в этом. Хагоромо слишком хотели быть первыми и слишком сильно были уверены в своей исключительности.
     — Вновь война, — Хаширама признал мои доводы, но не хотел еще раз видеть побоище, и его улыбка погасла. Мадара же в предвкушении уничтожения целого клана маньячно скалился. Тобирама и Изуна просто стояли и смотрели на строящуюся деревню, сильных эмоций по судьбе чужого клана они не испытывали.
     — Как раз это и убьет войну, — а Мадара с ним не согласен, — Хагоромо на ножах со всеми соседями и мало того они и не хотят мириться, если их убрать, то все нам только спасибо скажут. Если же этого не сделать, то никакого мира не будет. Хаширама ты идеалист и мечтатель, ты необходим для постройки деревни, без тебя ее бы не было. Но пойми твои идеалы и мечты разделяют далеко не все люди. Тем же правящим Хагоромо нужна лишь власть и ресурсы, да побольше, они никогда не примут предложение о мире, потому что их цель уже достигнута и плевать им на все остальное. Более того если они войдут в союз, то перестанут быть абсолютной властью, даже в своем клане, поэтому с точки зрения правящей ветви станет только хуже. Нам в свою очередь необязательно вырезать всех подряд, достаточно лишить клан этой самой правящей ветви, как оставшиеся попросят мира, — вот только он умолчал об одной детали, без правящей ветви клан прекратит свое существование. Все техники, геномы, финансы, знания и мастера сосредоточены в правящей ветви. Тут на лицо Хаширамы вернулась улыбка, видимо решил, что груды трупов можно избежать и все обойдется "малой кровью, могучим ударом".
     — Кстати, деревню надо как-то назвать, у кого какие предложения? — спросил я.
     — Коноха, деревня, скрытая в листве, что скажете? — Вот дался Мадаре этот лист, хотя мне в голову вообще ничего не приходит, пусть будет Коноха.
     — Ха, ну ты как скажешь братишка! — хихикнул Изуна.
     — Пфффф, — Тобирама.
     — Вот так просто, из-за одного листка? — Хаширама же начинал веселиться.
     — Да пошли вы! — тут же вспыхнул Мадара. — И Ник, а ты чего молчишь!?
     — Да в голове пусто, — пожимаю плечами, — а вы что скажите? — поворачиваюсь к остальным, и тут же отворачиваюсь, — Чтож, раз все молчат значит решение единогласное, отныне и впредь и на веки веков, это Коноха, деревня, скрытая в листве.
     Вот тут глаза выпучились и челюсти по отвисали абсолютно у всех, а потом грянул дружный хохот. Общий враг окончательно соединит кланы. А когда Хагоромо падут другие быстро поймут, что их ждет при продолжении войны. А значит у меня будет вполне достаточно времени чтобы отомстить, и целая жизнь чтобы не совершать больше таких ошибок. А пока я пойду и отдохну за постройкой своего дома, время еще есть.

Глава 8 Основание деревни

     Как я выяснил клан Хагоромо был весьма многочисленен и вполне мог бы стать великим, как те же Сенжу, или Узумаки, но во-первых у них не было яркой черты, вроде шарингана, или же стихии дерева, а во-вторых их война со всеми соседями не давала им вырасти в по настоящему опасного соперника тем же великим кланам. Но зато как это часто бывает их амбиции и самомнение зашкаливали за все мыслимые пределы. Поэтому после того как в ходе противостояния удалось захватить несколько пленных выяснилось, что побочной ветви уже надоело быть пушечным мясом. Так что шанс закончить противостояние уничтожив правящую ветвь был очень велик. И это устраивало всех, Хаширама не хотел крови, Мадара не хотел тратить время на слабаков из побочной ветви, Тобирама и Изуна хотели закончить поскорее эту войну (хотя и по разным причинам) и не видели смысла в тотальном уничтожении целого клана. Я же умом понимал, что рядовые из побочной ветви ни причем и вина только на правящих кланом, а так правящих было решено перебить, то и меня тоже все устраивало.
     В итоге объединенные силы сенжу и учих неспешно выдвинулись к замку хагоромо, это позволило избежать ненужных потерь, и собрать в замке всех представителей правящей ветви. Потеря ими родового замка, со всеми его ресурсами и большей частью армии и территории, автоматически опускала их до уровня шайки разбойников.
     В итоге армия союза насчитывала чуть больше 700 шиноби, хагоромо имели тысячу бойцов. Наши шиноби были сильнее и имели лучшее снабжение и снаряжение (Сарутоби и Узумаки), у Хагоромо лучшая позиция и численное преимущество.
     Командовал в этом походе Мадара, Хаширама легко ему уступил, а Тобирама стиснув зубы признал его превосходство, в вопросах касающихся исключительно войны.
     — Может предложим им сдаться? — Хашираме, не смотря ни на какие доводы, не хотелось доводить до сражения.
     — Ты бы сдался? Вот и они будут сражаться! — Мадара же совершенно наоборот, жаждал этой битвы.
     — Каков будет план? — Взгляд у Тобирамы мрачный, он явно хочет закончить все поскорее, чтобы Мадара перестал быть лидером, пусть даже и временным.
     — План прост: основные наши силы идут в лобовую атаку, атакуют в основном учихи, сенжу прикрывают их от ответных атак и подлечивают по мере надобности. Их основная задача сковать силы Хагоромо. Так как мы не хотим полного уничтожения клана, то отборный отряд должен прорваться к цитадели и быстро уничтожить правящую ветвь. Я и Изуна освоили "Совершенное Сусаноо" и поэтому мы будем находится над полем боя, координируя атаки.
     Тут у всех присутствующих на лицах появился вопрос, из объяснений следовало, что сусаноо, это и есть та огромная, человекоподобная хрень, может эволюционировать и в ходе эволюции становится похожей на демона тэнгу. Поэтому Мадара хотел использовать крылья, для того чтобы подняться в воздух и обозревать поле боя с высоты, а также связь разумов при помощи иллюзии. Такое использование иллюзий ему подсказал я, много раз видевший различные компьютерные игрушки с их миникартами в углу экрана. Мой отряд несколько раз использовал такой прием, но у нас координатором был один из Яманака. Также мы быстро выяснили подводные камни этой техники: сильная уязвимость к иллюзиям. Но на учих почти невозможно наложить иллюзии, да и они сами управляются с ними куда лучше. В итоге, когда Мадара сначала испытал этот прием на себе, а затем сам воспользовался им он даже взял несколько уроков по контролю сознания. Именно этот парень, Рисей, помог мне с техниками защиты сознания, глупости о том, что в своем сознании ты царь и бог он быстро развеял переносом разума, всему на свете, и защите сознания тоже, нужно было учиться. Мадара же после нескольких уроков смог координировать и отдавать команды десятке бойцов. Дополнив же подобное своим сусаноо он получал прекрасную защиту и возможность видеть все с высоты птичьего полета, правда трюк с миникартой у него все равно не получился.
     — Хаширама, с Тобирамой и Ником возглавят атаку на правящую ветвь, если что-то пойдет не так, то я или Изуна поддержим, атакуя с воздуха. Сразу же после того как убьют правящих кланом, подается сигнал и войска отступают, после чего начинаются переговоры. Если оставшиеся не захотят полного уничтожения, то сдадутся и присоединятся к союзу.
     Ник твой отряд будет в резерве. — Я кивнул соглашаясь, мой отряд не дотягивал и до уровня клановых, да и в этот бой не рвался. Их главная ценность была в имеющемся опыте командной работы, который они активно использовали на первых порах, помогая формировать отряды из учих и сенжу. В итоге они стали кем-то вроде ветеранов, передающих свой боевой опыт новобранцам. И если для того чтобы сформировались первые такие отряды требовалось присутствие одного из братьев учих, или сенжу, то уже после недели показательных тренировок, мои бойцы стали нарасхват, эффективность "комбинированных" отрядов превосходила три "однородных", а умирать в шаге от мира никому не хотелось.
     На этом разработка плана завершилась, Мадара посмотрел каждому из нас в глаза, после чего проделал это еще с несколькими командирами отрядов. Теперь если что Мадара может связаться с нами, передав о том, что ждет впереди.
     Но вот Мадара с Изуной окутываются чакрой принимающей облик гигантского тэнгу и взлетают, по ним тут же начинают бить различные техники, но сусаноо пробить почти невозможно и они командуют атаку. Хаширама призывает огромного деревянного голема, которого обвивает деревянный же дракон, который кажется змеёй по сравнению с големом.
     Я в свою очередь создаю полтора десятка клонов и вместе с ними окутываюсь покровом молний. После чего мы вместе с Тобирамой и Хаширамой на голове голема двигаемся к цитадели врага. Разумеется по нам сразу же стали бить различными техниками, но голем также как и сусаноо был прекрасно защищен, а атаки по нам самим Хаширама блокировал деревянным драконом.
     В свою очередь мы с Тобирамой атаковали комбинированными техниками воды и молнии. Но вот мы у цитадели и перед нами правящие кланом Хагоромо, окруженные лучшими бойцами своего клана. Стоящие в плотном построении, нас что, даже после всего что мы сделали, всерьез не воспринимают?
     — Решили втроем нас уничтожить? Идиоты вы лишь упростили нам задачу, «Песня огненных драконов»! — Это вопит какой-то молодой парень, на вид лет восемнадцать, видимо и правда самомнение у правящей ветви Хагоромо зашкаливает.
     — «Великое драконье пламя», — эту технику использует сразу половина наших противников.
     — «Великий воздушный поток», — помогает им другая половина, но Хаширама спокойно подставляет голема под эту атаку, тот спокойно ее выдерживает, лишь слабо обугливаясь. Тобирама забрасывает врага кунаями с меткой телепортации, сверху от Мадары с Изуной прилетает какая-то странная атака, по виду чакроожерелье составленное из магатам. Я же с клонами в свою очередь использую «Град молниеносных игл» и несколько копий молнии, свои атаки стараюсь использовать так, чтобы их скрывала атака противника, благо огромная огненная струя этому помогает. В итоге от одной такой атаки половина наших противников трупы. Тогда они видимо поняв, что слабее нас рассыпались, не давая бить по площадям и заставляя использовать точечные атаки.
     Хаширама тут же вырастил из земли множество побегов, скрутивших врага, Тобирама использовал свою технику телепортации, появляясь то тут, то там и убивая врагов точечными атаками, в основном в спину. Я же вместе с клонами, на полную катушку использовал преимущество в скорости и под покровом и пошел в ближний бой. Мои противники обладали куда лучшей техникой боя, но я был быстрее, плюс покров давал сильную защиту и не менее сильную атаку. Так что враги у нас очень быстро кончились, но как выяснилось главы клана среди тех, кого мы убили не было, а значит необходимо было искать его в цитадели. А там, внутри мы уже не могли использовать свои самые масштабные техники.
     В итоге нам пришлось разделиться, Хаширама остался снаружи, прикрывая нас от тех шиноби, кто остался снаружи, Тобирама и я отправились в замок, после чего он отправился к покоям главы клана, а я к вершине замка. Мне нужны были дети правящей ветви, и искать их нужно было на вершине замка. В первую очередь я хотел навсегда покончить с этим кланом, из той же истории я прекрасно знал, что из детей получаются и мстители, и великие правители возрождающие былую славу и могущество... поэтому я был намерен убить всех, кто старше двух лет. К тому же ни Хаширама, ни Мадара не пойдут на подобное и они не должны творить подобное, им еще мир менять, а мне... мне можно, я до сих пор никто и зовут меня никак.
     Бегу вверх, встречаю десяток шиноби, откровенно слабые, видимо именно поэтому и не участвующие в бою. Тут же на ходу бросаю несколько игл молнии, парализуя одного из них. Они в свою очередь бросают в меня кунаи, а один из них начинает складывать печати.
     — «Воздушная пуля», — подпрыгиваю, уворачиваюсь и в свою очередь запускаю молнию, убивая атаковавшего меня.
     — «Лезвие молнии», — мои руки окутывает чуть более плотная чакра и удлиняется, принимая форму мечей, после чего я стремительно сближаюсь и убиваю сразу пятерых. Оставшиеся трое бросаются на меня с катанами, я использую град игл молнии и убиваю и их. После чего подхожу к парализованному и начинаю допрос.
     — Я хочу знать, где дети правящей ветви и где ваш глава клана. Если не скажешь, начну нарезать кусками, а так как я медик, то быстро умереть не рассчитывай — и по моему телу пробежали разряды.
     — Я...я хочу жить, если я все скажу, оставь мне жизнь! — Парень ты что идиот, кто оставляет за спиной врага? Но эти мысли на моем лице не отразились.
     — Хорошо, ты мне не нужен, говори, — сразу после рассказа убиваю его, как можно верить всему, что тебе говорит враг? Благо что сенсорика позволяют худо-бедно проконтролировать говорил он мне правду, или же врал. А оставлять за спиной врага, с учетом того, что я действую в одиночку, нет уж здесь не детские мультики. Ничего такого важного он не сказал, дети были в самой верхней комнате, ловушек на пути не было, из-за самомнения клана, ведь если враг прорвался в замок, то какой мы великий клан? Пробиться на вершину оказалось даже как-то слишком просто, охраны почти не было и была она откровенно слабой. Но вот я добрался до верха и клон выбивает двери и тут же получает в грудь воздушное лезвие, развеиваясь. Перед собой вижу трех куноичи.
     — Мы не дадим тебе даже пальцем тронуть наших детей! — Молча ускоряюсь и двумя выпадами лезвий молнии убиваю двоих из них. После чего тут же уворачиваюсь от еще одного воздушного лезвия, в этот раз куда более мощного, как и у меня, у нее достаточно много сил, но мало опыта и умения. Вот только если я кое-чего успел повидать, то она явно не выходила из замка.
     — «Молния», — но она применяет какой-то воздушный щит, и моя техника бессильно разбивается об него, она в свою очередь использует мощный воздушный поток, и стена за моей спиной разрушается, я пустив чакру в ноги замираю на месте. Видимо она не надеется меня убить и решила просто выдавить меня наружу, падение с высоты мне точно здоровья не прибавит.
     — «Разряд грома», — но и разряд ее не достигает. Она усиливает нажим, попутно посылая несколько воздушных лезвий в пол.
     — Готовься к полету уёбок! — Поток ветра еще больше усиливается, и она вновь швыряет в пол лезвия ветра. Я создаю пятерку клонов, они создают передо мной живой щит, прыгаю на потолок и метаю сверху копье молнии. Через секунду кусок пола вместе с клонами вылетает наружу, а мое копье пробив-таки щит попадает ей в голову.
     — Ник, Ник ты как, — Мадара видимо увидел падение клонов.
     — Я в порядке, — но он меня разумеется не слышит, и я через дыру в стене выпускаю молнию, Мадара видит это и успокаивается.
     Я же перевожу взгляд на столпившихся в углу детей, девять мальчиков и три девочки. И их взгляд... страх, ненависть, а главное властность и презрение к бесклановому, эти дети уже знают о своей судьбе, судьбе детей великого клана и будущих правителей. И не только знают, но уже распробовали прелести власти и высокого положения. Они никогда не согласятся на будущее в побочной ветви другого клана, или жизнь бескланового шиноби. А значит если оставить их в живых сейчас, то они наверняка займутся местью и восстановлением своего клана, а значит точно станут проблемой в будущем. Даже если они и войдут в деревню, то они полезут наверх, ведь жить простой жизнью они не желают, а поскольку они явно будут недовольны своей судьбой и тем как сними обошлись, то в деревне может развернуться если не открытая война, то уж холодная точно, ибо такие люди обязательно захотят отомстить. Да возможно эти их желания справедливы, но кроме этих детей с их желаниями есть куча людей чьи желания прямо противоположны и есть куча людей, которым уже надоели войны и холодные, и горячие. И если ты стоишь на вершине, то будь готов к тому, что будешь отвечать и рисковать куда больше чем обычный обыватель, а думать придется не только о себе любимом и распрекрасном. А еще... еще я просто хочу отомстить, отомстить по-настоящему, так чтобы проняло и чтобы никто никогда не возродил этот клан.
     Их я убил быстро, очень быстро, но когда все закончилось я на секунду замер, что я делаю, прав ли я? И если я прав, то почему мне так мерзко? Я...да я прав, нельзя чтобы из этих детей выросли мстители, или возродители своего клана. Нельзя чтобы на территории будущей деревни началась гражданская война. Да детоубийство — это тяжело и плохо, и гордится тут нечем, но кто-то должен это сделать. Вот только если это сделают кто-то из братьев учих или сенжу, то получат славу хладнокровных детоубийц, а ведь они будущие лидеры деревни, объединять кланы с такой славой им будет на порядок сложнее. А мне... мне можно, максимум что получу, это славу психованного мстителя, а таких во время войны не мало, любить не будут, будут подозрительно коситься, но и только.
     А то что мне плохо, и даже знание, что теперь дети Сузуме отомщены радости не принесло, так я и не маньяк чтобы радоваться подобному, хотя нет, какое-то удовлетворение в душе появилось, этот долг я оплатил. Но вот я отмер и заметил три небольшие люльки-колыбельные, но убивать еще и грудных детей, это оказалось слишком для меня, мои клоны подхватили их и выпрыгнули с ними наружу и понеслись к Хашираме. Пусть этих детей воспитают в других кланах, и они никогда не узнают о своих родителях, пусть клан Хагоромо исчезнет, но этих детей я убивать не стану.
     Ну а теперь я должен навестить главу клана, он как ни странно находился в подземном помещении цитадели. Что он там делал и был ли он до сих пор там допрошенный мной охранник не знал и знать не мог, так что я решил поспешить. Судя по отдаленному грохоту Тобирама сошелся в бою с резервом клана, ну или кем-то еще... не важно, в подземных помещениях было спокойно, а значит до главы клана он еще не добрался, иначе бы был подан сигнал и Мадара дал бы команду на отход.
     Добраться до главы клана оказалось куда сложнее чем на вершину замка, и я отправил три десятка клонов на разведку. Под замком оказалась сокровищница, полигон для испытания техник, подсобные помещения, хранилище провизии... Глава клана находился рядом с сокровищницей и судя по всему он намеревался сбежать, мастера сенжу как могли перекрыли все потайные ходы из замка, воспользоваться ими, они не могли и никто не мог, от этого их хорошо защитили. Но нет гарантии, что должным образом подготовленный шиноби не сможет выбраться из замка используя эти ходы, а уж в сокровищнице клана наверняка есть все для бегства. Я поспешил, охраны на пути не было, попутчиков глава клана решил не брать.
     И вот я успеваю добежать до него, и мы замираем напротив друг друга в большом круглом помещении, судя по всему тоже когда-то бывшем полигоном.
     — Фух, а я у думал, что не успею, ты куда собрался крыса? — Нет серьезно, он решил бросить все и просто сбежать? Да он мог понять, что его клану не победить, но он же глава клана, черт возьми!!
     — Ты вообще кто такой щенок, — да почему все мало-мальски серьезные мои противники указывают на мой возраст!? — Впрочем мне сейчас не до скачек и драк, если уйдешь с моей дороги, то возьмешь из сокровищницы все, что сможешь унести, если нет я тебя прикончу, — и все это говорится с выражением лица, словно мне подают милостыню.
     — Знаешь тебе не идет это выражение лица, для крысы, бегущей с тонущего корабля у тебя слишком много спеси, я и так возьму все что захочу, когда сверну тебе башку.
     — Посмотрим щенок, — все, пиздец тебе сука, — «Каменный доспех», «Каменные клоны», «Град камней», — он почти мгновенно покрывается камнем, и отправляет в атаку клонов, а перед ними в меня летит множество булыжников. Я в свою очередь покрываюсь покровом молний, прыгаю на потолок, уворачиваясь от летящих камней и под конец сам создаю клонов, моих клонов больше, и они быстро выбивают вражеских клонов градом игл молний.
     — «Молния», «Шоковая волна», — падаю с потолка, запуская по врагу четыре молнии с рук, и тут же бью по площади, пока мои клоны готовят копья молнии. Враг уклоняется от молний, просто проехав по полу, а шоковую волну принимает на специально выращенный из камня щит, земля слабее молнии, но он вложил больше чакры.
     — «Каменная трясина», — мои клоны, вместе со мной начинают тонуть в полу, — «Сад шипов» По полу к нам стремительно движется множество каменных шипов. Клоны тут же метают копья молнии, а я вновь оказываюсь на потолке. Он прерывает технику и пытается увернуться, вновь проехавшись по полу, но одно из копий его все-таки задевает, ударив в ногу, но тут я просто взял количеством, он не смог увернуться от всех.
     — Поганый сопляк, ну чтож ты сам напросился «Пыль Шинигами», — в меня летит облако каменной пыли, я тут же отбегаю от него к входу в помещение и чувствую, как от соприкосновение с этим облаком пропадают теневые клоны. Тут я вижу, как ко мне подбегают три шиноби Хагоромо, видимо также как и их глава решили смыться пока не поздно, ускоряюсь, бегу по потолку, оказываясь за их спинами. Вновь создаю клонов и вместе с ними толкаю эту тройку прямо в это поганое облако, они просто не успели среагировать и я вижу, как облако полностью поглотило их плоть, и на пол падают три скелета в одежде, правда и техника прекращает свое действие, облако исчезает.
     — Что решил пожертвовать своими дружками щенок?
     — Уже не узнаешь своих соклановцев, впрочем, ты же крыса, что с тебя взять, — мы оба готовимся, мои клоны создают копья молнии, он с тремя клонами какую-то заковыристую технику. Чакры у нас почти не осталось, этот удар станет последним.
     — Зря ты не отступил «Поглощение материи», — он с клонами касается руками земли, я еще до окончания техники прыгаю на него используя одного из клонов как ступеньку. Земля под ногами моих клонов стремительно поднимается смыкаясь над их макушкой, клоны рассеиваются, но ко мне не возвращаются их воспоминания! Также стремительно как земля поднялась, она и опустилась, пол вновь стал гладок. Я же пока был в воздухе запустил по врагу молнии с рук, в этот раз он не увернулся и получил четыре молнии в грудь. Он отлетает назад, но его клоны остались, а значит он еще жив, и я будучи под покровом иду в ближний бой, но эти клоны не сравнить с оригиналом, чакры у них мало и я разрушаю их в одно касание.
     Мой враг между тем успел встать и направив в мою сторону открытую ладонь он использует еще одну технику и из центра ладони в мою голову летит булыжник. Я рассекаю его ударом лезвия молнии, после чего полосую врага по груди, его доспех я прорубить сумел, но рана не была смертельной, и он сократив дистанцию бьет меня в грудь. Я уворачиваюсь и отрубаю ему руку вторым лезвием молнии.
     — Ааааа, я сдаюсь, сдаюсь! — Вот только я не поверю в это, у тебя почти не осталось чакры, но хватит на удар в спину, или еще одну какую-нибудь технику. Наношу второй удар.
     — Стоой, прекрати, я же сдался, я могу принести пользу твоему клану!
     — Да как такой трус и говнюк стал главой!? — После чего рублю эту тварь на куски и в этот раз я уже не тороплюсь, вот этого урода я хочу убить, причем очень медленно.
     После чего поднимаю его голову и создаю одного клона, я возвращаюсь назад, к Хашираме, а клон направляется на разведку, чтобы меня на обратном пути не прибили.
     Когда я вышел из замка, тут же подали сигнал, и наша армия отошла от замка. Как быстро выяснилось, безвозвратных потерь у нас не было, были раненные и многие тяжело, но целители из сенжу великолепные и все раненные встанут на ноги. Да что уж там, Хаширама прямо после боя показал мастер класс целительства, вылечив всех одним прикосновением!! Я, когда подобное увидел, просто ошалел, при моих знаниях медицины он только что сотворил настоящее чудо!! Такие способности просто не реальны, даже для шиноби полностью посвятившему себя именно медицине.
     Среди рядовых хагоромо потери также были незначительны, но вот правящую ветвь клана, вместе с их ближайшим окружением мы выбили полностью. Что было очень показательно, поэтому уже через десять минут к нам вышел парламентер. Переговоров как таковых не было, парламентеру просто сказали, что либо они сдаются и присоединяются к союзу кланов и деревне, либо их перебьют всех до одного. Парламентер ушел и через пол часа вернулся с согласием. Амбиций правящей ветви у рядовых не было, умирать им не хотелось, а кроме того у многих из них был шанс войти в один из великих кланов, в его побочную ветвь.
     — Зачем, ну зачем ты это сделал, неужели месть тебя ослепила? Чем перед тобой виноваты эти дети!? — Хаширама голоса почти кричал, он был в ярости и с трудом сдерживался от того чтобы ударить меня. Мадара и Изуна смотрели с неодобрением, ярости не было ведь я убил врага, но вот убийство детей они не одобряли. Тобирама же смотрел на меня очень странно, вроде и хочет помочь, но идти против брата не желает. Хорошо еще, что мы одни на этой полянке.
     — Да причем тут месть, проклятье, неужели у вас нет никаких причин к действиям кроме ваших эмоций! Ты вообще этих детей видел? А вот я видел! И одного взгляда мне хватило, чтобы понять, что эти детки достойные продолжатели дела своих родителей!! — Как это ни странно я был спокоен, я предвидел нечто подобное, хотя и не думал, что Хаширама настолько выйдет из себя.
     — И что, обязательно было их убивать, почему нельзя отдать на перевоспитание и переобучение? Ведь люди меняются! Эти дети тоже могли измениться!! — кааак на него посмотрели все присутствующие, я такие взгляды видел лишь однажды, так на душевнобольных смотрели.
     — Нет Хаширама, нет, не могли, — тяжело вздыхаю, только такой человек и сможет стянуть воедино кланы убийц и властолюбцев, и нужно будет как-то убедить в этом Мадару. — Никто из них не захотел бы меняться, каждый из них уже распробовал власть. Мы уничтожили их клан, убили родителей, старших братьев и сестер, фактически лишили их прекрасного настоящего и сверкающего будущего. Подумай кто из них забыл бы об этом, кто из них не захотел бы возродить клан и отомстить? Таких людей полно, зачем тебе, им, мне, или деревне новые враги, к тому же искренне нас ненавидящие, причем живущие в самой деревне, ведь ты именно там стал бы их переобучать? Нельзя чтобы из этих детей выросли мстители, нельзя было оставлять их в живых, просто потому, что все то, что я только что сказал поняли бы и другие, как я уже говорил достаточно было просто взглянуть на этих детей. — И тогда бы уже тебе, или тому, кому ты прикажешь пришлось бы их убивать, никто из играющих по высоким ставкам не будет плодить себе лишних угроз и конкурентов. Поэтому Хашираме либо придется соглашаться с мнением подавляющего большинства и убить этих детей, либо идти против всех, с призрачной надеждой вырастить из этих детей союзников и продолжателей своего дела. Но это я говорить в слух не стал, кто захочет поймет сам.
     — И ты убил их, чтобы этого не пришлось делать Хашираме? — Один уже понял, Тобирама смотрел заинтересованно, а в глазах было обещание поддержки, он понимал, что нельзя всем понравиться, и эти дети станут или одной из угроз для будущего деревни, или трупами. Рисковать же в надежде на исчезающе малый шанс, что кто-то из них забудет о мести и простит их, он считал просто глупым. А поскольку он был прагматиком, причем весьма жестким, то убийство детей его не сильно трогало.
     — Он будущий лидер деревни и именно он в будущем будет собирать кланы, — Изуна нахмурился, а Мадара отвернулся, — слава же детоубийцы ему в этом сильно помешает, таких никто не любит. Поэтому и присоединятся не сильно захотят, только под угрозой. А одно дело, когда ты под угрозой смерти идешь в деревню которую основал человек, который не особо напрягаясь уничтожил целый клан с женщинами и детьми и совсем другое когда ты присоединяешься к сильному и благородному клану, вместе с многими такими же как ты строя будущие. А психованных мстителей везде полно, главное их до власти не допускать. — Хашираму после этой речи словно чем-то тяжелым ударили, и он начал медленно краснеть, ему явно стало стыдно за свои обвинения, да и Мадара с братом стали смотреть как-то виновато. Черт возьми, неужели тут никто не думал о том, что будет после победы, ведь мало победить врага, надо суметь воспользоваться плодами победы и построить мирную жизнь!
     — Прости Ник, я... я не думал о... о таком, — сколько раскаяния в его голосе, даже странно слышать это от убийцы, а уж как в очередной раз на посмотрели остальные, мне эти взгляды даже сравнить не с чем. — Но как тогда с другими кланами?
     — А с другими будем договариваться, — резко вмешался Тобирама, — судьба Хагоромо очень показательна, — тут он на секунду замолчал, после чего продолжил, очень выразительно поглядывая на брата. — Но это понятно прагматикам и логикам, а таких в руководстве кланов очень мало. Однако у тебя Хаширама колоссальная сила убеждения, разве не замечал, КАК тебя слушают, причем не только сенжу, но и учихи, — тут он перевел взгляд на братьев, те сделали вид что не понимают о чем речь, и их шиноби вовсе даже не прислушиваются к словам своего злейшего врага, — и даже те немногие шиноби сарутоби, что присутствуют в войске? — было их ровно два десятка, наблюдатели и снабженцы. — Когда ты говоришь о лучшей жизни в будущей деревне, когда ты говоришь о самой деревне, о прекращении войны, тебе верят, тебе просто верят и все, — тут учихи синхронно скривились, — и именно поэтому убили тех детей, если бы ты приказал их убить, или же сам убил, то это бы убило и всю веру в твои слова, — ой, что-то я сомневаюсь, — человеку который хладнокровно убивает детей уже никто бы не поверил. Точно также как не поверят мне, или Мадаре, — тут последний скривился еще раз, ну да обсуждать бой и хвалить Мадару за умелое командование и вообще говорить хоть что-то хорошее об учихах Тобирама не будет.
     — А почему не поверят мне или моему брату? — Изуна с любопытством перевел взгляд на меня, игноря Тобираму.
     — Вы непонятные и страшные, к тому же у вас глаза красным светятся. А если серьезно, то твой брат ни разу не дипломат, что и так видно. — На это заявление Мадара презрительно фыркнул, а Изуна грустно вздохнул, будь иначе возможно именно их клан был бы победителем. — При этом ваши силы не понятны и потому пугают людей, а ты сам тянешься к брату. Ты не поведешь людей за собой, потому что ты не первый и не стремишься им быть, ты хочешь помочь брату. — После этой реплики Мадара хотел сказать что-то резкое и злое, но наткнулся на мягкую улыбку своего брата и промолчал.
     — То есть это последний бой? — Хаширама заметно повеселел от того что больше не придется убивать.
     — Недовольные будут и будут мелкие стычки и драки, — качнул головой я. — Главное теперь есть шанс привести кланы в деревню, не уничтожая их, мы можем объединить их миром, а не железом и кровью.
     После этих моих слов Мадара отвел взгляд, он не верил в подобное, но понимал, что войну продолжать нельзя, от нее уже слишком устали.
     Николай Чудов, Коноха.
     Я сидел в одном неприметном кабачке в Конохе и медленно надирался до свинского состояния, попутно размышляя о будущем, своем и деревни.
     Я стал как-то слишком легко убивать, да этот мир жесток, но вот я сам? Ведь раньше я никогда не стал бы убивать детей. Я изменился и продолжаю меняться, смерть Сузуме отразилась на мне сильнее чем я думал, да тех детей надо было убить, я убивал их пусть и быстро, без мучений, но я хотел их убить. А значит мне нельзя быть одному, нужна подруга или друг, иначе хорошего будет мало. Далее, то что я все-таки убил главу клана Хагоромо говорит о том, что моя сила растет, но мне еще многое можно и нужно улучшить. Мне нужны учителя, нужны знания кланов, впрочем, как получить последние я знаю. Так с собой я более-менее определился, теперь о деревне.
     Тут я невольно презрительно улыбнулся, любовь, понимание, Хаширама не знаешь ты историю, не знаешь!! Новый мир, новую страну, или цивилизацию никогда не построить только любовью и хрен тертый, чтобы плакалось легче, на всю рожу тем недоучкам, которые думают иначе!!! Рим строил свою цивилизацию и империю огнем и кровью, убивая всех, кто был с ним не согласен. Варвары для постройки нового мира спалили Рим, предварительно вырезав население. Христианство насаждалось силой и даже Русь крестили силой, не спрашивая простое население, какую религию вводить. В последствии Европа не сильно стеснялась захватывая колонии и устанавливая там свои законы. И в конечном итоге судьбы держав и цивилизаций решала не любовь, а именно сила.
     Силу же мы продемонстрировали, а так как держать людей в страхе глупо и накладно, то в дальнейшем придется договариваться, звать в лучшую жизнь путем резни и кровопускания не получится, а если будем завоевывать кланы, то они сразу же, при первом же удобном случае или поднимут восстание, или просто убьют нас, никто не хочет жить в страхе, или подневольным холопом. В этом случае как раз и нужно завоевать сердца и души, что мастерски проделывает тот же Хаширама, ему бы только понимать несколько банальных истин, понять, что не только любовь, но и кровь лежит в основе деревни.
     — Но ведь договорится можно только с ближайшими кланами и узнав о деревне где-нибудь начнут строить еще одну такую же, — гляжу, а напротив меня сидят братья сенжу, а по бокам учихи, черт я уже так напился что начал монологи на публику выдавать? Тобирама кивает, нет все, теперь пью только дома, и только в подвале. Хорошо еще, что подошли они лишь к концу монолога.
     — Деревни наверняка будут основаны и не одна, или две, но этому мы помешать не можем, нам банально нечего есть, война разорила эту землю. Также необходимо из кланов, что придут в деревню, создать армию, а на это требуется время. Необходимо наладить повседневную жизнь, ведь не смотря на то, что деревню основали, о ее будущем в слух не было сказано ни слова. — В общем мы сидели еще очень долго, попутно мы говорили о экономике, социальном статусе, взаимодействии с феодалами и объединении провинций в одну страну... алкоголь развязал всем нам языки, а у меня еще и обострил память, заставив вспомнить большевиков и всех революционеров вообще, которые также столкнулись с проблемами построения государства. Когда все разошлись и я остался один на один с Тобирамой, он хмуря лоб, меня спросил:
     — А кем ты видишь себя в деревне? — вот так вот в лоб, да? Видимо и ему пить нельзя, ну или столько пить нельзя.
     — После основания деревни рай не наступит, деревня — это просто шаг к объединению всего мира, я и дальше буду искать ответы на свои вопросы, развиваться и убирать препятствия на этом пути. Хаширама не может мараться в крови и дерьме, а Мадара не станет, я же могу и стану. Объединение и последующее создание государства — это политика, а она состоит из крови и дерьма, от этого никуда не деться, как бы не хотелось обратного. — Тут он молча протянул мне руку, и я ее пожал, союз был продлен на неопределенный срок, моего собеседника захватила идея объединения всего мира и связанных с этим перспектив. Я же был одним из тех, кто следовал этой идее и был готов взять на себя часть проблем. Особенно когда понимал, что ничего другого мне не светит, до открытого руководства меня никто не допустит, да и до теневого тоже, а вот грести дерьмо — это пожалуйста. Вот только это единственный шанс для меня хоть как-то повлиять на деревню и хоть как-то развиваться, сейчас бесклановому шиноби в деревне мало что светит.
     А дальше кланы наперегонки стали присоединяться к деревне. Часть из них пришла сама, часть сменила руководство, путем переворота и также присоединилась к деревне, с кем-то пришлось договариваться... Деревня стала расти, стремительно превращаясь в город, причем очень немаленький город. Я и мой отряд были заняты тем, что привлекли в деревню несколько отдаленных кланов и зазывали в деревню торговцев и мастеров, самого разного профиля, от булочников, до портных и кузнецов.
     Нам никто не отказывал, кланы были маленькими и не надеялись отсидеться, а простые люди шли в деревню в надежде на лучшую жизнь. После войны, как водится, есть было не чего, поля заброшены и пустуют, бандитов полно, а местные феодалы дерут три шкуры, оставляя ровно столько, чтобы с голоду не перемерли... С мастерами было еще интереснее, им просто не кому было сбывать свой товар, торговля из-за войны кланов стояла, и они просто последовали к источнику доходов.
     Попутно я смог наконец-то увеличить количество тренировок, начал развивать стихию огня, занялся защитой разума под руководством Рисея и начал более плотно изучать чакромедицину под руководством Усаги. А вот различным печатям и барьерам она обучать меня отказалась. Единственное, чему она согласилась меня научить это изготавливать запечатывающие свитки, для предметов. Обучать чему-то большему ей было запрещено кланом, но даже так я был не против. Вот только когда я спросил, как вообще работает свиток, куда происходит запечатывание, почему в свиток нельзя запечатать две вещи подряд, одну за другой... Это судя по всему это были тайны правящей ветви клана Узумаки.
     И вот когда я с отрядом пришел из одного такого похода, счастливый, с улыбкой до ушей Хаширама передал мне свое приглашение на свадьбу с принцессой клана Узумаки, Мито. Я тепло его поблагодарил, обещал, что обязательно приду, после чего отправился в свой небольшой свеже-построенный домик, где тщательно закрыв двери и убедившись, что за мной никто не следит, спустился в подвал и там заковыристо матерился добрых десять минут. Проклятый, старый, мерзкий, хитрожопый Узумаки!! Как он все провернул!!!Хаширама не откажется от этой свадьбы, такой союз очень выгоден его клану и ему самому, но вот сами Узумаки в деревню так и не вошли, а после свадьбы на них и давить не получится. Экономически они полностью независимы, политически тоже, у нас на дворе феодальная раздробленность, в военном плане они сильны, а угрожать ближайшим родственникам своей жены Хаширама не будет и другим не позволит. И в итоге старый глава Узумаки получит и союз с одним из правящих кланов Конохи и независимость для своего клана, а значит в перспективе у нас под боком будет еще одна деревня шиноби, а ведь пословица о двух медведях в одной берлоге есть и в этом мире. Ладно, это будет еще не скоро, в будущем может и удастся все переиграть.
     Также стал вопрос что я могу подарить на свадьбу. Техники, так мои в основном на стихии молнии и не подойдут ему, а мелкие дарить глупо. Деньги или какое-нибудь снаряжение, так мои возможности и возможности кланов не сопоставимы и мой подарок будет в разы хуже чем у других. Хотя есть одна вещь, которая есть в моем бывшем мире и еще ни разу не была мной встречена в этом. Торт. Большой торт. Огромный трехъярусный торт с... так стоп, что-то я разогнался, торт мне придется делать самому, а значит нужен очень простой по рецепту и по составу.
     Усаги Узумаки, Коноха.
     Она шла по этой деревне и пыталась разобраться в своих чувствах и мыслях, с одной стороны она не верила в план того мальчишки, не верила в союз кланов, не верила в то, что нечто подобное этой деревни вообще может возникнуть. Но вот пожалуйста есть и союз, и деревня, и план этого мальчишки исполнен, а он сам... бесклановый, нууу пусть уже не мальчик, но еще не мужчина, а скорее юноша. Да он добился того, что планировал, но он по-прежнему не имеет ни положения в обществе, ни значительных ресурсов, не важно денежные они, или, скажем, людские. У него нет уникальных техник, а его технику теневых клонов он уже передал в ее клан. Единственное, что у него есть, это его страсть к изучению всех техник, учиться он умел и любил. С одной стороны, это тоже не мало, у нее было полно знакомых, кто просто не желал учиться, даже зная, что эти знания спасут жизнь, или сделают эту жизнь проще. У паренька было очень много чакры и он уже использовал две стихии, но на этом все хорошее заканчивалось. Техник стихий у него почти не было, его покров молнии и еще несколько техник молнии были не до конца доработаны и тратили много чакры впустую, а их эффективность не так велика, как могла бы быть. Но главное у него не было Учителя, если он сам часто передавал свои техники окружающим, то вот окружающие не спешили делиться своими тайнами. Да если бы он вошел в клан Учитель для такого как он нашелся бы очень быстро, таких как он мало, и они вырастают в гениев и от таких в будущем могут родится сильные дети. Вот только как он сам сказал: "В клан Узумаки или Сенжу ему дороги нет, а к учихам или хьюгам идти нет смысла, а другие кланы можно не рассматривать". Кстати вопрос, а почему он рассматривает только эти четыре клана? В итоге перед ней перспективный парень с огромным потенциалом, способный добиваться поставленных перед собой целей и уже изменивший мир, но без какого-либо внятного будущего.
     А главное, что делать ей? Её задача была следить за ним и не дать передавать техники ее клана и убить его если он захочет это сделать, или, когда будет реальная угроза захвата его в плен. Еще одна её цель, привести его в клан, любым путем, если она это сделает, то может забыть свою работу и провести остаток дней так, как сама захочет. Надо признать глава клана знал, как мотивировать, работу ради блага клана она уже возненавидела. Впрочем, если она передаст клану уникальную технику, то также может сменить работу. Техника теневых клонов, которую она уже передала собственно и позволила надеется на второй вариант.
     Сам же парень был весьма красив, честно говоря она была бы не прочь выйти за него, таким образом вернуться с ним в клан и начать строить семейную жизнь. Вот только он явно понимал, что не сможет ей сопротивляться и крайне редко оставался с ней один на один, причем такие случаи были очень кратки, она даже соблазнить его бы не успела! Потом вмешалась эта Сузуме! То, что они делят одну постель она поняла довольно быстро и это едва не заставило ее устроить конкурентке несчастный случай, первая любовь, проклятье, этой любовью должна быть она, а не эта... Сузуме!! Но она ушла в лучший мир и без ее помощи, и хотя она в том бою выложилась на полную все-таки стала немного бояться того, что Ник обвинит ее в смерти своей любви, или просто скажет возвращаться в клан, ведь она обманула всех на счет своего уровня сил и способностей. Это стоило жизни многим из отряда и то что она сделала это по приказу главы клана ничего не меняет. Но он не стал долго убиваться, вместо этого качнувшись к другой крайности, что оказалось немногим лучше, в таком состоянии его спасала лишь работа и тренировки. Она видела, как он пытался задавить свои эмоции, и это ее не радовало. Собственно, только этот факт и заставил ее смотреть на Ника не как на мальчика, а как юношу, что уже поумнел, но не понял, что эмоции никуда не исчезнут и однажды прорвутся.
     Мстителей она уже навидалась за свою жизнь предостаточно, и то что он не стал губить остатки отряда, или себя самого, зациклившись на мести было ему в плюс, как и то что он вместе с главами кланов учих и сенжу проработал и исполнил план по уничтожению клана Хагоромо. План был, наверное, лучшим из возможных, о чем говорило хотя бы отсутствие потерь, вот только до конца он сдержать эмоции не смог и убил тех детей. А зачем выплескивать свою ярость на детей? Они же ни в чем не виноваты! После этого он вроде бы успокоился, вновь, с удвоенным рвением налег на тренировки и она стала одним из его учителей, это позволило ей с ним немного сблизится и теперь ей нужно прояснить несколько моментов, чтобы понять к чему склонить парня, к женитьбе, или же к разработке уникальной техники.
     А вот кстати и его дом, небольшое двух этажное здание, ну вот спрашивается, что ему стоило хотя бы построить нормальное поместье? А ведь ответ на этот вопрос прост, у него не было для этого денег, а брать достаточно крупную сумму даже за уничтожение главы вражеского клана он не стал, ограничившись лишь историческими хрониками, да он всегда интересовался историей, но за этот выбор его окончательно стали считать одержимым идеей, а связываться с одержимым всегда опасно. На подходе же к дому ее встретил целый отряд его теневых клонов, нагруженных провизией.
     — Здравствуй Усаги-сан, — хором сказали они, а Усаги невольно удивилась, зачем ему столько муки и яиц?
     — Здравствуй Ник, я пришла к тебе по вопросу тренировок, ты ведь хотел продолжить обучение? — Тут он неожиданно клоны разом улыбнулись.
     — Усаги–сан, в ближайшее время нам будет необходимо заняться другим делом и нам срочно требуется твоя помощь, поэтому мы все здесь находящиеся, просим тебя о помощи, — и все клоны разом сделали просящие выражения лица.
     — Хорошо, а что вы задумали?
     Коноха Николай.
     — Свадьба, тебя пригласили на свадьбу главы клана Сенжу и принцессы нашего клана? И в качестве подарка ты хочешь подарить новое блюдо? — Тут Усаги задохнулась от возмущения, ну действительно зачем главе клана торт?
     — А больше мне дарить нечего, деньги дарить я не могу, да и сам Хаширама не бедствует. Техники Хагоромо я подарить тоже не могу, я просто сам еще в них не разобрался, а каких-либо артефактов у меня нет. Именно поэтому я хочу подарить торт, — я развел руками, как бы извиняясь, мол и рад бы по-другому, да не получается.
     — Тогда почему ты не передашь свои техники молнии? — на что я скривился.
     — У Хаширамы нет стихии молнии и пробуждать ее он не будет, подарок которым он не может и не будет пользоваться — бред или издевательство.
     — Но откуда у тебя техники Хагоромо!? Ведь ты брал только исторические хроники!! — Усаги только что не подскочила от удивления. После чего требовательно стала смотреть прямо в глаза. Я хитро улыбнулся.
     — Просто вы недооцениваете историю и меня, — пакостно улыбаюсь. — Я не стал тянуть руки к их техникам и деньгам, потому что получил куда больше, только окружающие этого не поняли. Скажи кто у вас в клане пишет подобные хроники? Наверняка слабейшие, или покалеченные, сильные и умелые нужны на войне, так?
     — Ну да, — она стала морщить лобик, пытаясь понять где связь между техниками, историей и теми, кто историю пишет.
     — А теперь задумайся, кто писал историю на заре клана, ведь клан могут основать только сильные шиноби. И пишут они не тупо перечисляя факты, нет их записи это по сути дневники-автобиографии — моя улыбка становится шире. — Вот в таких записях и можно найти описание техник и их создание. Разумеется, там далеко не все техники, но и того что есть достаточно. Получив эти хроники я нашел интересующую меня информацию, нашел несколько новых техник, с описанием их создания и не стал никого раздражать выторговывая себе что-то нужное самим кланам, — после такого откровения у нее натурально отвисла челюсть. Она явно считала меня этаким альтруистом, полностью отдавшим себя служению идее деревни.
     — Но... тогда почему ты мне все это рассказываешь? — она явно в замешательстве и пытается найти время для того чтобы прийти в себя и вернуться к причине своего визита.
     — Мне действительно нужна твоя помощь и не только в приготовлении торта, — возвращаю себе серьезный вид. — А просить помощи и при этом врать в лицо идиотизм. К тому же это знание не опасно для меня, даже если ты прямо сейчас пойдешь к тем же сенжу и скажешь о том, что у меня есть техники хагоромо они просто пожмут плечами, ведь и у них они тоже есть, я не их подчиненный, а союзник, пусть даже маленький и слабый. Я ведь ни в чем их не обманул и взял только то, что просил. — Тут я вновь хитро улыбаюсь, а она вновь в удивлении.
     — А в чем тебе нужна помощь?
     — Мне нужна подруга, я чувствую, как становлюсь одержим идеей силы. Мне интересно изучать новые техники и развиваться, но жизнь — это куда больше и мне нужен кто-то кто сможет покажет мне насколько больше, а кроме тебя никого нет. Поэтому я прошу тебя о помощи, ты поможешь? — Я действительно заметил за собой подобное, я не перестану стремиться к силе и развиваться, но она мне нужна иначе я точно превращусь в психа, какими являются все одержимые. — Мне нужна не постельная грелка и не горничная с посудомойкой, а боевая подруга, что поможет и поддержит.
     Усаги зависла, у нее был шок, она давно к этому стремилась, но явно не знала, как перейти к активным действиям. А тут я фактически предлагаю ей все к чему она стремилась. Причем из моих объяснений видно, что я чуть больше чем наивный юноша, со взором горящим.
     — Я...я согласна, но как ты себе это представляешь? Ведь я служу клану, — у нее даже голос немного сел.
     — А я и не прошу уходить из клана, просто подумай, твой клан уже строит квартал в деревне, присоединятся к деревне они явно не планируют, но вот присутствовать в деревне будут обязательно, единственное, о чем я тебя прошу это жить со мной, а не в клановом квартале.
     — Кстати ты знаешь какая у тебя репутация? — А в глазах вопрос, она явно надеется на еще одно откровение, чтож мне не сложно, кто захочет понять мои мотивы, поймет, а до идиотов, верящих во все что им скажут, мне дела нет. Поэтому я рассказываю ей все, она молчит, все-таки она видела этот мир с изнанки и не строит иллюзий.
     — Но скажи, а моя репутация тебя не смущает? — Тут она виновато потупилась.
     — Мы провели не так уж мало времени в походах, я уже успел заметить, что ты не сексуальная маньячка и не страдаешь нимфоманией, для тебя это просто работа, причем не любимая. А что до репутации, — криво усмехаюсь, не детоубийце потерявшему больше половины отряда вместе с той, кто был дорог осуждать чужую репутацию, — то есть мнения большинства, то мне плевать, я и сам не святой и даже не девственник. Как и подавляющие большинство простых шиноби я и ты несовместимы с привычной моралью, или хорошей репутацией, такая вещь как пытки пленников, или насилие над ними, с убийством свидетелей и мирного населения для шиноби обыденность. Мне же нужен товарищ, чтобы не свихнуться окончательно. И тут ты лучшая кандидатура, кроме тебя только Рисея я мог бы назвать товарищем, но он вернется в клан. Что скажешь? — я вопросительно посмотрел на нее.
     — Я... я согласна, — и она неожиданно улыбнувшись протянула мне руку, которую я пожал.
     Мы сейчас больше товарищи, поддерживающие друг друга и помогающие друг-другу, а не друзья, или любовники и это хорошо, я не хочу сейчас врать о большой и чистой любви, да и не нужна мне сейчас любовь, мне нужна именно поддержка товарища.
     Моя жизнь начала налаживаться. У меня есть дом, есть друзья которые разделяют мои взгляды (пусть и частично), есть учителя и направления развития, есть даже боевая подруга, чтобы меня слишком не заносило. Я могу наконец-то начать искать ответы на свои вопросы и попробовать заглушить боль от смерти Сузуме. А главное я уже не хочу уходить из этого мира, я хочу в нем остаться. Деревня фактически основана, да предстоит еще куча работы и нужно решить прорву вопросов, но главное эта проклятая война закончилась и теперь я готовлюсь к свадьбе своего друга, а не думаю о том, как бы прожить еще неделю. У меня, кланов и всего мира шиноби есть будущее.
     И теперь у меня есть время, на все.

Примечание к части

     Внес в главу несколько правок, прошу указать узкие и спорные моменты, которые я не увидел.
>

Глава 9 Разговоры и планы

     Коноха, дом Николая, Николай
     Собственно идти на свадьбу я решил с Усаги, как ни крути мне нужна спутница, а больше мне идти и не с кем. Да и сама Усаги, умница-красавица, не белоручка, много умеет, а главное она знает меня и не станет предлагать вступить в клан. Сарутоби уже предлагали, но так, что я с трудом удержался от того чтобы выкинуть их из моего дома и вежливо с ними расстаться помогла именно она.
     Что тут сказать, клановое общество, кто не в клане, тот никто и зовут его никак. Обидно только отношение их к простым людям, властность и высокомерие это нормально, простой человек шиноби не ровня, но вот презрение и спесь, это уже перебор, это даже опаснее ненависти, а ведь шиноби уже ненавидят и с этим тоже надо что-то делать, иначе никакая контрразведка не поможет. Тому кого ненавидишь хочется навредить, причем любым способом, а уж если этот кто-то постоянно "подливает маслице в огонь" своим презрением... Всеобщая ненависть страшная вещь, и чтобы изменить это необходимо нормальное отношение к людям, вот только тут нужна долгая работа, за пару лет подобного не добиться. Черт, еще одна проблема, ладно надо будет позже поговорить об этом с Хаширамой...
     Испечь было решено "Наполеон", благо я помнил рецепт, а достать все необходимое было не сложно. Вот только прежде чем получилось получить хотя бы один приличный корж пришлось убить кучу времени, нервов, провизии и чакры, а также я чуть не разругался насмерть с Усаги. Тортище, который мы испекли, был полуметрового диаметра и я в полной мере ощутил то, что испытывает придворный повар.
     — Послушай, а ты точно хочешь именно это подарить своему другу? — Ее лицо выражало все сомненья мира.
     — Я уже говорил, больше дарить нечего, увы но я ему не ровня, — уже пятый раз за день ворчал я, окидывая взглядом кухню, мдаа, картина ужасала.
     Обломки коржей валялись повсюду, пятна от крема были даже на потолке, одна из тумбочек была разнесена вдребезги, когда Усаги подскользнулась на куске сливочного масла... и все это было припорошено мукой. Со вздохом я создал пару клонов, которые бросив на меня страдальческий взгляд взялись за уборку. Я же старался отогнать о себя мысль, что воспоминания ко мне все-равно вернуться.
     — Но он огромен, его не съесть даже за неделю! — выдавила Усаги, возвращая меня в реальность, сама с легким испугом поглядывая на произведение кулинарного искусства.
     — И ничего подобного! — возмущаюсь я. — К тому же торт получился хороший!
     — Хорошо, подарок есть, теперь нам нужно подобрать себе одежду. — С одной стороны действительно надо, праздничной одежды ни у меня, ни у нее не было. С другой поход по магазинам, с женщиной, весь мой опыт говорил о том, что этого делать нельзя ни в коем случае.
     — Ладно, а нам обязательно идти вместе? — тщетно попытался я увильнуть.
     — Обязательно, — на ее лице расплывается зловещая улыбка, — ты же раньше не был на клановых праздниках? Вот я и начну тебя учить, в том числе и этому.
     Ну в принципе да, мне необходимо учится и этому тоже, мне с кланами жить.
     — Хорошо я согласен, — в моем голосе была покорность грешника, понимающего, что ада он не избежит.
     — Тогда через час пойдем, — ее улыбка была уже откровенно пугающей.
     Мы шли по Конохе, а я, неожиданно даже для себя, улыбался. Несмотря на все походы, примерки, и медленное поедание моего мозга в течении пяти часов я улыбался, как же хорошо просто пройтись вот так. Шиноби и их секретные задания, или эпичные битвы это хорошо только на экране, а не когда сам принимаешь участие.
     Вот допустим дали задание и ты бежишь его выполнять, ты его выполнил, дали другое и каким ты будешь после двух недель беготни по полям и лесам? Организовать же душ можно не всегда и не каждый может применить стихию воды. Плюсом идут отсутствие нормальной еды, так как готовить приходится "на бегу" или питаться пищевыми пилюлями, плюс ненависть у простых людей, потому что клановая война "во имя гордости клана" всем осточертела. А главное между простыми шиноби и шиноби правящими кланами появился серьезный разрыв, это нормально, ведь на войне в первую очередь гибнут лучшие, а худшие сидят по тылам. Братья сенжу и учиха это исключение, а вот глава Хагоромо это правило. Та же печать-клеймо для побочной ветви клана Хьюга, это как раз для того чтобы задавить назревающий переворот и не растерять войска. Последнее мне рассказала Усаги, когда я попросил ее немного просветить меня по поводу других кланов. Были и другие случаи, не столь яркие, но их было не мало. Да и сама жизнь шиноби...
     Вот тебе дали задание уничтожить деревню на вражеской территории, чтобы ослабить врага, кто-нибудь, когда-нибудь чувствовал как пахнет сгоревшая женщина, смотрел в глаза детям, которых также нужно убить, хотя бы для того, чтобы не обрекать их на голодную смерть? Или шпионить, используя древнейшее средство добычи информации...
     И эта еще одна причина по которой я так стремился к построению деревни, объединение кланов и как следствие объединение феодальных владений в одну страну, кардинально меняет мир шиноби. Небольших отрядов, которыми действуют шиноби, для страны недостаточно, необходима армия, а поскольку основная военная сила этого мира шиноби, то именно они и станут основой армии. А значит им придется выходить из тени и большинство перестанет быть убийцами и станет солдатами.
     Поэтому я шел и понимал все наладится и изменится, рая не будет, но будет новый виток развития, объединение мира, новые открытия... Да и просто было приятно пройтись, а не бежать чтобы убить еще какого-нибудь разбойника и не думая о ловушках на твоем пути. Как говориться нельзя постоянно пребывать в напряжении, нужно расслабляться.
     — Ты выглядишь сейчас очень странно, с одной стороны ты улыбаешься, с другой у тебя очень грустная улыбка, — Усаги тоже улыбалась и ее улыбка также была грустной.
     — Как и ты. Я рад сменить охоту на разбойников на поход по деревне и покупки в магазинах. А грущу от того, что понимаю сколько всего еще нужно сделать в этой деревне.
     — А причем тут ты? — тихо вздыхаю, да просто я знаю историю и знаю на какие грабли не надо наступать. Но для этого разговора улица не годится.
     Быстро оглядываюсь и веду Усаги в одну из небольших кафешек, где занимаю самый дальний столик, и заказав чай и данго начинаю излагать свои планы.
     — Нашу деревню строили Сенжу и Учиха, а значит править будет один из братьев, шиноби предпочитают единоначалие, так? — откусываю пол шарика и делаю глоток чая, увы если данго тут еще ничего, то вот чай явно ниже среднего уровня, даже в моем отряде и то заваривали лучше.
     — Да, хотя я не совсем понимаю зачем ты задал этот вопрос? — она сделала тоже самое и судя по ее лицу пришла к тем же выводам.
     — Дело в том, что Тобирама и Изуна не годятся на роль правителей, они вторые, братьев своих любят и первыми стать не стремятся, остаются Хаширама со своим идеализмом, или Мадара со своим неприятием любой работы, что не касается напрямую войны и армии, — еще один тихий вздох с моей стороны, увы, но это тот самый случай, когда из двух зол выбирают меньшее.
     — Постой ты что хочешь сам стать главой деревни? — тут она даже немного испугалась.
     — Я не дурак, должность главного разгребателя дерьма, это максимум что я могу получить, к тому же меня и тогда будут контролировать, — качаю головой. — Я хочу уберечь руководство от ошибок. Например Мадара не должен даже пытаться стать главой деревни, эта должность не для него, или опять же, для примера, Хаширама, как я слышал хочет устроить выборы главы деревни, вопрос зачем? А если после выборов не захотят менять эту систему и придется проводить выборы каждый год? — под конец я не смог скрыть отвращения в голосе, выборы, чтоб Хашираме икалось, это в клановом-то обществе убийц!
     — Почему каждый год? Да и вообще главу любого клана выбирают старейшины и мастера клана, — она явно была удивлена моими претензиями.
     — Поэтому мне и грустно, — залпом допиваю чай, вроде бы подобное не одобряется, но чем издеваться над собой я лучше слопаю побольше данго. — Нельзя управлять огромным союзом кланов, властвующим на огромной территории, также как и одним кланом на небольшом куске земли, да еще и во время войны, — чувствую, что начинаю раздражаться. — Есть же разница между тем что было и тем что стало, — поэтому заканчиваю и умолкаю, она в ответ тихо фыркает и поняв мой замысел в свою очередь расправляется с чаем.
     — На тебя не угодишь, тебе все не нравиться и у всех ты смотришь на недостатки.
     — Ошибаешься, я смотрю не только на недостатки, но и на достоинства. Недостатки же я хочу максимально ослабить, или вообще убрать. Разговор о недостатках я веду, потому что я их вижу, а вот например ты — нет, — в очередной раз вздыхаю, не только генералы готовятся к прошлой войне, и разумеется Усаги тщательно ловящая мои вздохи сумела умыкнуть последнею палочку. — Деревня уже основана, но окончательные очертания еще не приобрела, вот я и хочу хоть как-то повлиять на эти очертания. — Я в свою очередь оглядываюсь по сторонам, и подозвав официантку заказываю еще сластей, но главное на нас никто не смотрит и не слушает. — Собственно разговор о будущем деревни это вторая причина по которой я иду на эту свадьбу.
     — А какая первая?
     — Это твое будущие, — тут она на секунду замерла, не донеся шарик до губ, — свадьба единственный для меня способ поговорить с главой твоего клана, твоя служба клану не закончена и поэтому я хочу поговорить о том чтобы тебе дали бессрочный отпуск. — Усаги опустила голову и тихо произнесла:
     — Спасибо, — но уже в следующую секунду она взяла себя в руки и продолжила расспросы, — но кажется я запуталась, кого ты хочешь видеть во главе деревни?
     — Не за что, Хашираму.
     — А почему не Мадару?
     — Мадара военный лидер, полководец, вождь, но для главы деревни нужны другие навыки и желания, это будет скорее работа пахаря. Если нужна аналогия, то это будет тоже самое что и замена капитана корабля открывающего новую землю и рискующего постоянно, и торговца методично строящего свою торговую империю, плохо от этого будет обоим, понимаешь? Мадара через неделю сожжет все документы, резиденцию, просителей и устроит войну только чтобы не пришлось заниматься рутиной.
     — Но и Хаширамой ты недоволен.
     — Он идеалист и гений, а значит невероятно упрям, это помогает делу, но чаще мешает, потому что как все гении он будет идти к цели прямо, либо пока не преодолеет все препятствия, либо пока не расшибется в лепешку.
     — А разве это плохо, ведь идет-то он в правильную сторону, ты ведь сам говорил, что он хотел построить эту деревню, — она удивленно посмотрела на меня.
     — Говорю же он идеалист, он строит не просто деревню, а идеальную деревню, но ты ведь не первый день живешь на свете и должна понимать, можно ли построить идеал в реальности.
     — То есть все плохие, скажи, тебе не кажется, что подобный взгляд ребячество? — Вот только твой взгляд не соответствует вопросу, на лице да ехидство, но в глазах ожидание, этот разговор явно проверка, а каков я по суждениям и убеждениям? В принципе понятно, нам ведь жить вместе, и то как именно мы будем жить лучше узнать заранее...
     — Не все плохие, а все люди и у всех свои недостатки и достоинства, да мне бы хотелось чтобы у правящих деревней не было никаких недостатков, чтобы они были и сильными, и умными, и волевыми, и друг за друга горой стояли, и все их решения были без ошибок, но увы выбирать приходится из того, что есть, — после чего резко меняю тему разговора, понимание пониманием, но я так далеко зайти могу.
     — Ты говорил о том, что разговор о моей судьбе это первая причина твоего присутствия на свадьбе, а как именно ты хочешь убедить главу моего клана? — с легким любопытством в голосе поинтересовалась она, прости, но мой способ тебе не подойдет.
     — Да очень просто, сейчас наступает период мира, а значит твои навыки не будут требоваться клану так как раньше, я же предложу ему все техники которые знаю, чтобы ты стала еще одной узумаки которая живет в этой деревне, — простодушно ответил, и от моего ответа она на какое-то время просто зависла, я же поглощал тушенные мясо и овощи, исподтишка поглядывая на нее.
     — Послушай как ты вообще можешь так легко разбрасываться техниками? — но вот она пришла в себя, и тут же выразила мне свое возмущение подобной глупостью, мол как же так, все что откроешь и создашь надо хранить под семью замками.
     — Все не так просто, я охотно раздаю техники по двум причинам, первая я хочу создать общую библиотеку знаний, пусть даже там и будут самые примитивные техники и самые простые приемы по взаимодействию с чакрой, — начинаю я. — А это поможет всем бесклановым шиноби, — но тут она резко перебивает меня.
     — Стой, какие еще бесклановые? Ведь сейчас их практически нет!
     — В том-то и дело, что сейчас нет. Однако уже сейчас территория нашего союза кланов слишком велика, — терпеливо продолжаю. — У кланов из-за этой войны огромные потери и они разумеется будут их восполнять, но в клан вступить очень не просто и возьмут не каждого. Так вот теперь задумайся вот пришли в обычную деревню, вот кого-то из деревенских взяли на обучение, но что будет с теми кто не подходит клану, но при этом может быть шиноби? Подумай о том что сейчас в деревне огромное количество народа, не являющегося шиноби, будут ли у них дети, могущие стать шиноби? И если да, то куда их девать?
     — Эммм, об этом я не подумала, — тут она немного смутилась, — ну а вторая причина?
     — Я распространяю и делюсь техниками только низкого уровня, исключение только теневые клоны, делаю я это, потому что других не знаю и потому, что в кланах они давно известны. Я помогаю конкретным людям, попутно черпая крупицы их знаний. Техники молнии я не передал никому, для нашего бывшего отряда они бесполезны у них нет ни такого количества чакры, ни сродства со стихией, по той же причине я не учил техники Сузуме, управлять тенью я не могу, — я грустно вздыхаю, а ведь хотелось уметь использовать все техники.
     — Но зачем ты вообще помогаешь другим? Ведь ты отдаешь больше чем получаешь! — Она вновь возмущена, ну какой шиноби поможет кому-нибудь из другого клана?
     — Потому что мой дом в этой деревне, придет день когда у меня появится семья и дети, также как и у моих друзей и хороших знакомых. Поэтому я хочу всеми силами и способами делать жизнь в этой деревне лучше, — твердо ответил я. После чего добавляю чуть мягче— и делать шаги в этом направлении я буду уже сейчас.
     — Но тогда почему ты не вступаешь ни в какой клан? Ведь тогда у тебя будет намного больше возможностей, — тут на лице и в глазах явный интерес, ну да хочется ввести меня в свой клан, жить бы ей стало и проще, и легче.
     — Это правда, но у меня будут и обязанности перед кланом, — лукаво улыбаюсь ей, — сейчас надо мной лишь глава селения, а вступи я в клан надо мной встанут еще и глава клана со старейшинами. Сейчас я могу просто поговорить с Хаширамой или Мадарой, пусть даже это и использование дружбы, и не одобряется, но я могу. А вот когда стану клановым, то эту возможность потеряю, сейчас контакты между кланами только с одобрения главы клана.
     — То есть они будут править, а ты им будешь подсказывать? Но ведь ты сам говорил, что ты им не ровня, — во взгляде и на лице вновь ехидство.
     — Я даю советы и высказываю замечания, они не мои хозяева, а их действия прямо влияют на мою жизнь, поэтому я не стану просто стоять и кивать каждому их движению, — столь же ехидно возвращаю укол. — И подсказывать им совсем не нужно, они и сами не дураки, два-три замечания это максимум. Причем неужели ты думаешь, что кроме меня никто им и слова не скажет? Если провести аналогию с кланом, то они его глава, но я не старейшина, а просто сильный шиноби. Я подчиняюсь главе и не оспариваю его приказы, но при этом не боюсь высказать свое мнение, в надежде, что к нему прислушаются. А ведь есть и другие главы кланов, есть человек который в будущем станет главой всех простых людей которые живут на контролируемой нами территории. По твоему все они будут молчать? — под конец ехидство в моем голосе уже начало выплескиваться через край.
     — Понятно, пойдем нам еще многое надо купить. — Она явно задумалась, с одной стороны рада, что я не зазвездился и не стал претендовать на роль серого кардинала, что хорошо. С другой, то что я не собираюсь стоять в стороне от дел деревни ее явно печалило, она судя по всему хотела тихой жизни. Вот только я хотел сделать жизнь хоть немного лучше, а для этого о тихой жизни придется забыть.
     — Итак примерь это и это, — как быстро выяснилось у меня нет еще и чувства прекрасного, и теперь я работал манекеном, попутно внимая тому как нужно выбирать себе одежду. Также я с удивлением смотрел на себя самого, если раньше как-то и не обращал внимания, то вот теперь глядя в зеркало...
     Больше всего я стал напоминать медведя, высокий, под метр девяносто, широкоплечий мускулистый амбал, при этом лицо с большими, анимешными, глазами синего цвета, и коротким ежиком смолисто черных волос. И поначалу я даже впал в ступор, откуда это все, у меня же не должно быть такого, да я использовал стимуляторы и модификаторы узумаки, да я должен был вырасти и мое тело должно было сформироваться быстрее чем у обычного человека. Собственно члены правящей ветви любого клана, дефектов и уродств не имеют, но ведь и таких фигур тоже! Да я видел не все кланы, но вот те же узумаки, чьи препараты я использовал, выглядят и пониже, и мускулатурой пожиже. Тут явно вмешались мои первые наставники, разумные медведи.
     С другой стороны, а что я хотел? То что работу препаратов нужно корректировать и следить за изменениями я знал, вот допустим изменения стали уходить в ненужную сторону, медведям надо их корректировать. Разумеется внося коррективы, они вносят в меня свои черты, так как доступа к аналогичным средствам и приемам узумаки у них нет. Так что в том, что в свои 17 выгляжу как бугай, винить могу только себя, лично я не против, но ведь у таких изменений есть и отрицательная сторона, например у медведей повышенная волосатость...
     — Ты меня слушаешь? — меня легко тронули за плечо и повернувшись я вновь вижу добрую улыбку Усаги, от которой мне вновь не... страшно, да совсем не страшно.
     — Прости я на секунду задумался, — извиняюсь, глаза опускаю и всем своим видом демонстрирую раскаяние..
     — Тогда примеряй, и кстати как тебе мой наряд? — она сделала шаг назад и мило улыбнувшись крутнулась словно в танце.
     — Ты... ослепительна.
     — Гмм, спасибо, но давай уже переодевайся.
     Квартал Сенжу напоминал деревеньку где я рос, точно такие же домики, разве что отделанные побогаче, точно также повсюду деревья и цветы, также деревья окружали квартал по периметру...
     На саму церемонию в небольшой храм, нас не пустили и мы дожидались ее конца в банкетном зале поблизости. Попутно я болтал с парой мужчин сенжу, интересуясь разными мелочами, слушая разговоры остальных и попутно отмечая как сильно война проредила кланы. Собственно это было заметно и раньше, когда объединенная армия сенжу и учих оказалась меньше армии хагоромо. Но вот тут в мирной обстановке, я мог узнать, а заодно и увидеть вырождение клана. Война это всегда отрицательная селекция, да на верх вынесены выдающиеся люди, на братьев сенжу равняться можно и нужно, у них есть чему поучиться, ну а если взглянуть на одну-две ступени ниже? Ведь те же старейшины в бой не ходят и их приближенные тоже не сильно рискуют и рисковать не спешат. Если раньше таких сдерживали, то теперь когда большинство шиноби выбили... А ведь и это тоже проблема, с внезапным холодком, думал я и ведь ее тоже надо решать, причем их не получится просто выгнать вон, или посадить под домашний арест, это не те люди, их влияние, сила и знания слишком велики. А значит убивать их придется мне, ведь тот же Хаширама, или Тобирама не могут казнить своих родственников, особенно в таком количестве, а значит убивать их придется мне... Иначе, начнется гражданская война в деревне, ибо им очень хотелось завершить войну и "поставить клан Учиха на предназначенное им место". А ведь и среди учих тоже есть нечто подобное, а значит и среди них нужно проводить чистку, причем это опять придется делать мне...
     На свадьбе мне естественно выделили самое крайнее место, Хашираму я мог видеть только мельком, но тут уж ничего не поделать, бесклановый, не богатый, не родовитый, хорошо еще, что не погнали прочь. Но даже так и я, и Усаги улыбались и тихо радовались, первая свадьба в этом мире, где я присутствую.
     — Усаги ты чему радуешься? Ты ведь Узумаки, твое место среди твоего клана, а мы с тобой сидим в самом конце, — интересуюсь, не буду врать мне приятно рядом с ней находится, но не сочтет ли ее клан, что я оскорбляю ее, а через нее и весь клан печатников, тем, что привел ее на место недостойное ее положения.
     — Дурак ты Николай, — она почти неслышно фыркнула, — кто возьмет на свадьбу такую как я? Меня сюда допустили только потому, что я с тобой, но вот мечтать мне никто не запретит и когда-нибудь я точно также пойду со своим избранником, — и у нее заалели щечки.
     — Понял и вправду дурак, — я тоже покраснел, но по другой причине.
     Между тем молодожены вошли в помещение, в клубах подсвеченного дыма, начался прием, подали первые блюда и начали говорить речи. Речи были сухи и строго формальны, супруги удалились сменить наряды, речи продолжались уже в их отсутствие, с совершенно каменными лицами, моя коротенькая речь, с простыми пожеланиями, вызвала неожиданное оживление, на тему "смотрите кто тут голос подал". Вот супруги возвращаются и начинается первый свадебный танец и я чуть не опозорился, с трудом протанцевав с Усаги и чудом никого не задев, ни одного танца я не знал и изучать в ближайшем будущем не собирался, а окружающие соответственно не знали к примеру вальс.
     — Ты словно танцуешь первый раз! — возмущено шипела она мне в ухо, при этом умудряясь улыбаться окружающим.
     — Почему словно? Я и вправду танцую первый раз, — с легким равнодушием отбивался я.
     — Тебе многому надо научиться.
     И ведь не поспоришь, на меня и раньше косились, а уж теперь вообще смотрят как на кривоногого гоблина на эльфийском празднике. Вот танец заканчивается, все переходят к столам, произносят тост и начинается легкая трапеза. Молодожёны ещё раз переодеваются и снова «драматически» выходят в зал, на этот раз для ритуала зажжения памятных свечей. Свечи расставляют на столах гостей, и пара проходит по кругу, зажигая их.
     Вот только если Хаширама счастливо улыбался и был готов поделится своей радостью со всеми окружающими, то вот Мито смотрела на меня как на какашку за обеденым столом, а когда встретилась взглядом с Усаги, то неожиданно смутилась и слегка зарумянилась.
     — Я понимаю почему она так смотрит на меня, но с тобой-то что не так?
     — Просто я была одной из ее наставниц в вопросе постели и не только, — вот тут я чуть не поперхнулся воздухом и с трудом удержал лицо.
     — Серьезно? А как... как это вообще допустимо? Как же мораль и честь клана? — голос я все-таки не удержал, и на меня начали коситься соседи.
     — Тише, какая еще мораль? — зашипела моя спутница. — Вот у тебя сколько было женщин и сколько по твоему было женщин у Хаширамы, или думаешь он хранил себя для нее всю свою жизнь? К тому же единственное к чему ее подготовили, это первая брачная ночь, чтобы она не лежала колодой в постели, думая "ой что будет, что будет!". Также ее провели через первую любовь, ты никогда не сможешь забыть Сузуме, первая любовь всегда врезается в память, поэтому ее провели и через это, чтобы никто не пролез во власть в клане через... известное место, — лицо она держала и голос не повышала, но вот тон ее голоса очень походил на голос учителя объясняющего два плюс два уже в пятый раз. Я же чувствовал себя дошколенком, ведь мог бы догадаться, что если шиноби уничтожают людей сотнями, или устраивают диверсии и всячески пакостят соседям, то и мораль у них своеобразная. Плюс еще и низкая рождаемость среди сильнейших... А раз так, то почему дама должна себя ограничивать? Сил у нее если и меньше, то не намного, положение высокое и мечтала она явно не о Хашираме, наверняка были планы на свою жизнь и судьбу. Единственное что наверное не дозволялось, это иметь детей до замужества, все-таки принцесса, должна быть видимость приличий.
     — Также она не редко расслаблялась со мной и не только со мной, — вот тут я лицо удержать уже не смог, быстро впрочем взяв себя в руки. Хотя тоже ведь не сложно понять ситуацию, гормоны бушуют, хочется многого и побольше, но секс с мужчинами это возможная беременность, о презервативах ведь тут не знают, а постоянный контроль невозможен, иначе какое удовольствие? Да разумеется можно высчитать дни и пойти еще на какие-нибудь ухищрения, но зачем, когда рядом есть столько красивейших и опытных куноичи? Да и связь с мужчинами все-таки не одобряется, дети глав кланов себе не принадлежат, они должны принести пользу клану, вот как сейчас.
     После этого следует ещё несколько речей, тостов и фотографий. На этом приём завершается церемонией вручения цветов. Правда тут уже молодожёны вручают цветы родителям.
     А я внезапно понял, как меня вымотал этот прием, вымотал не физически, а морально, постоянно следить за собой, своим лицом и эмоциями, строго формальные речи и пожелания с серьезными лицами... да уж лучше пьянка когда наутро гости лежат под столами! Да это бескультурье и не принято, зато куда искреннее, а тут даже и не понятно праздник это, или просто еще одна обязанность для главы клана, мол вот тебе еще и девица на шею, используй по назначению, ну или просто еще одна формальность для заключения союза.
     Но вот прием заканчивается и я иду к группе красноголовых шиноби. Один из них хотел меня перехватить, но его быстро одернули, сейчас он в гостях и не может применять силу в чужом доме, если я конечно не начну распускать руки, или язык.
     — Приветствую вас Рю-сама, — и поклон, очень низкий поклон.
     — Оооо, приветствую юноша, любопытно встретить тебя снова, — вот опять и лицо добродушное, и голос добродушный, но вот глаза холодные, а поклон чисто символический, больше на наклон головы похож.
     — Увы, но в этот раз я пришел просить вас об услуге, — вновь кланяюсь.
     — Неожиданно, что же внимательно слушаю, — он же просто огладил бородку.
     — Я прошу вас освободить Усаги Узумаки от ее клановых обязанностей.
     — Я не против, но какова будет выгода клана? Ведь если я все понимаю правильно, то она хочет остаться в клане, но при этом жить с тобой? — и он поощрительно улыбается.
     — Единственное что я могу предложить великому клану, это свои знания, все остальное у вас уже есть.
     — Понятно, тогда предлагаю сделать так...
     В итоге сошлись на том, что я передаю клану все техники молнии, а Усаги в свою очередь получает нечто вроде бессрочного отпуска и может заниматься чем хочет, разумеется не вредя клану, а во время войны она естественно возвращается на службу. Также меня освободили от моего слова не распространять знания узумаки, так как они уже передали, в рамках союза, эту часть своих знаний сенжу.
     — Спасибо вам Рю-сама.
     — До следующей встречи юноша...
     Рю Узумаки, Коноха, квартал Сенжу.
     — Этого юношу определенно ждет удивительное будущее, а что думаешь ты, Синдзи? — глава одного из великих кланов довольно щурился, глядя на уходящего мальчишку.
     — По моему обмен неравноценен, — хмуро заявил его собеседник, — да мы получили несколько новых техник, но стихия молнии среди нашего клана почти не встречается, ими просто некому будет воспользоваться. При этом мы отдали ему фактически одну из наших куноичи, ведь он не просто так просил о ее свободе, сначала они будут жить вместе и учиться, потом у них будут дети. Дети которые будут нести в себе потенциал нашего клана и которых он будет учить всему, что знает сам.
     — Ты во многом прав, но твоим суждениям не хватает глубины, никакого обмена не было, я просто взял то, что он мне предложил, — с улыбкой ответил ему старик.
     — Прошу прощения, но ведь вы говорили о услуге и цене за нее? — удивился тот.
     — Синдзи, ты знаешь чем занимается та девочка? — тон голоса главы клана чуть-чуть похолодел.
     — Постельная убийца?
     — Да, а теперь подумай о том нравиться ли ей это и хочет ли она другой жизни, семью например завести?
     — Но ведь она Узумаки!! — возмущенно вскинулся молодой собеседник. — Она должна...
     — Перестань, — прервал его глава, вроде бы и мягко, но взгляд у него был такой, что Синдзи сразу же смолк, — да она Узумаки, но не только она должна клану, клан тоже кое-что ей должен, в конце-концов она не раб, — неодобрительно продолжил он. — Но главное в том, что любого человека можно нагружать строго до определенного предела, иначе он либо сломается, либо скинет груз. И ты, и я работаем для блага клана, но при этом и ты, и я отдыхаем, имеем семьи и друзей, а она? Да я мог бы отказать юноше, мог бы не отпускать к нему девочку, отговорившись клановыми интересами, но тогда бы получил только ее ненависть к клану. Ведь заметь война закончилась, все начнут строить семейные гнезда, а ей в этом отказано, работа у нее такая. При этом в деревне, или в собираемой стране она работать уже не сможет, в деревне о ней знают, а в стране будут работать куноичи из Конохи и конкуренты от союзников им и даром не нужны. Ее надо было отпустить... на время, — закончил он с легкой хитринкой.
     — На время? — голос Синдзи удержал, и тот остался спокоен, но в его взгляде мелькнуло удивление.
     — Я что по твоему такой дурак, что буду разбрасываться умелыми и преданными людьми направо и налево? — желчно заявил он. — Сейчас мы ей дали почти свободу, но сейчас время мира и строительства, деревень, стран, торговых империй, сейчас не до войны и главное не до шпионов, — уже более спокойно продолжил он. — Никто не предполагал возникновения Конохи и никто не знает, что например будет в пустыне, еще одна деревня, или множество кочующих племен, никто не будет отправлять людей в неизвестность, нужна хоть какая-то информация. Ее дадут торговцы, а для появления торговцев нужно наладить разоренное войной хозяйство. Поэтому девочка будет наслаждаться той свободой, что ей дали. А если вдруг что-то случится, то мы всегда можем позвать ее назад, ведь из клана она не уходила.
     — То есть мы сделали то, что должны и при этом получили несколько техник?
     — Да.
     — Хорошо, кстати, а почему вы считаете, что этого юношу ждет удивительное будущее, — Синдзи неопределенно повел рукой, — ведь он постоянно совершает ошибки?
     — Уже то что он жив достижение, — улыбнулся старик. — Он задумал изменить мир, а затем сделал задуманное, пусть и не в одиночку, он постоянно учится и постоянно увеличивает свою силу, в прошлую встречу он был слабее чем сейчас. И в стороне от деревни и ее дел он не останется, это ведь его цель, то к чему он стремился.
     — Но он бесклановый, ему просто не дадут занять сколько-нибудь серьезное место! — вновь удивился Синдзи.
     — Во первых он дружен с главами кланов основавших деревню, — наставительно заметил старик, — что уже не мало, во вторых он сам все понимает и сам займет место на которое никто не позарится, наверняка что-то вроде главного золотаря деревни. Копаться в дерьме мало кому захочется, хотя и придется, ведь строительство деревни еще не означает, что все стали лучшими друзьями и проблем ни у кого не осталось. А у юноши просто нет выбора, какое-то другое место ему занять не дадут.
     — И это еще одна причина по которой Усаги будет с ним?
     — Да, лучше чтобы с ним был наш человек, лишним это точно не будет. Теперь пойдем, нам пора возвращаться в наш квартал, — старик замолчал, а Синдзи молча склонил голову, признавая его превосходство и неспешно двинулся следом за ним к выходу из квартала.
     Николай Чудов, Коноха.
     Усаги пошла с соклановцами, нужно было как-то оформить ее пребывание в Конохе, вне кланового квартала. Поэтому следующий, с кем я говорил был Тобирама, видимо церемония изрядно его достала, или он просто хотел узнать мое мнение по ряду вопросов.
     — Приветствую Николай.
     — Приветствую Тобирама-сан.
     После мы обменялись несколькими ничего не значащими фразами, а когда протокол был соблюден и Тобирама попросил перейти на ты, мы присели в небольшой забегаловке, чтобы обговорить интересующие нас вопросы.
     — А что ты думаешь о будущем деревни, какой она будет?
     — Если ничего сейчас не изменим, то будет плохо, — после рассказываю о том, что Хаширама хочет ввести систему выбора главы деревни.
     — И по твоему это плохо? Ведь ты же знаешь, что те же учихи, — тут он скривился, – не согласятся на династическое правление, да и дети увы не всегда оказываются достойны родителей.
     — С этим я согласен, но представь себе ситуацию, вот тебя выбрали как главу Конохи и к тебе приходит глава какого-нибудь клана и говорит, дай мне вот это и это, иначе инициируем выборы и переизберем тебя, выбрав того кто даст требуемое. Выборы главы деревни это нормально, но после никаких перевыборов быть не должно, — припечатываю голосом последнею фразу, — глава правит вплоть до своей смерти, или до достижения 70 лет, когда уже голова правильно работать перестает.
     — Гммм, понимаю, но это еще не все? — задумчиво спросил он.
     — Нет, вопрос кто будет выбирать? Главы кланов? Да сейчас кроме них никого и нет, а через десять лет, или пятнадцать? Например сейчас завершается объединение страны и тот, кто станет ее главой наверняка будет взаимодействовать с деревней, но ведь весь вопрос как он будет это делать. Хаширама хочет сделать главой страны Усу Сумудзуро, главу той территории где правил клан Нара, по нескольким причинам. Первая и главная, он первый и пока единственный кто встретился и вел разговор на эту тему с Хаширамой.
     — Откуда ты это знаешь? — прервал он меня.
     — Ты ведь завел этот разговор, потому что не считаешь меня дураком, так? — улыбаюсь ему, он остался невозмутим. — Узнать слухи, о приезде этого человека в деревню, не сложно, а потом нужно только подумать зачем он мог поехать, через разоренную войной страну.
     — И ты против? Но ведь он умен и при этом достаточно волевой, он может стать хорошим дайме страны. — В глазах удивление, ну как это так, как сильный и умный человек может оказаться плох?
     — И может, и станет, — киваю в ответ. — Задумайся только, шиноби могут не только убивать или разрушать, деревня которую так быстро построили прекрасный пример, да что там далеко ходить, твой клан ведь может воздействовать на природу, на растения и животных? Чтобы ты сделал на месте главы государства с поселением, где живут те, кто может решать, едва ли не все проблемы твоего государства. Разве не захочешь поставить эту силу под контроль? — а вот теперь моя улыбка была очень неприятной. — Ты же брат главы клана, неужели не понимаешь, что умный, сильный и волевой правитель не будет терпеть независимое поселение на своей территории? И не важно кто там живет, глава у государства может быть только один. Вот зачем нам лишние проблемы?
     — Что ты предлагаешь? — после короткой паузы спрашивает он.
     — Дайме должен быть туп, слаб и ленив, такой есть у яманака и учих. Серьезными делами должны управлять его советники, которые находятся на жаловании у деревни и полностью от нее зависят. Законы и правила по взаимодействию деревни и дайме прописываются нами заранее, а потом советники доносят их до дайме. А в двух словах, шиноби Конохи может приказывать только другой шиноби Конохи, — закончил я, не терпящим возражения голосом. — Не тебе говорить, что сила, это не единственный способ воздействия на человека, — странно что он не отреагировал на мой тон, надо признать, что я увлекся и лишь в к последней фразе сумел вернуть себе спокойствие.
     — То есть ты хочешь чтобы деревня была независима? — с любопытством уточняет он, по прежнему храня на лице невозмутимость.
     — Нет, я хочу чтобы деревня правила страной. А впоследствии правила миром.
     — Однако, не ожидал у тебя таких амбиций, — вот теперь мне наконец-то удалось пробить его маску и на его лице появилось легкое удивление.
     — Мои амбиции не ограничиваются только этим миром. Сразу как только мы объединим этот мир, начнем подготовку к вторжению в соседние, — тут он даже глаза в удивлении распахнул.
     — Проклятье, ты серьезно? Ты ведь был против клановых войн, а теперь хочешь перейти к войнам миров? — не сдержавшись даже голос повысил, от чего на нас стали коситься соседи.
     — Во-первых это будет не завтра и не послезавтра, этот план рассчитан на несколько поколений, — успокоил я его. — Во-вторых объединить людей можно общим врагом и общим делом, другого пока еще не придумали. И эта деревня построена именно так. Сначала собрались вместе под предлогом того, что поодиночке не проживем, клан Хагоромо был общим врагом, его прибили и поняли, что вместе легче, — ну тут я подгоняю желаемое под действительность, поэтому, чтобы не было уточняющих вопросов, добавляю огня в голос. — Появилось общее дело, деревня, вместе строим, становимся еще сильнее и живем еще лучше. А чтобы не разбежались обратно, говорим о том, что враги тоже готовятся, строят свои деревни и точат на нас зубы.
     — Но ведь это правда, они тоже объединяются, — лицо у Тобирамы вновь ничего не выражало, но вот голос стал неприятным, не сулящим объединяющимся ничего хорошего.
     — Начинают объединятся, ни Хаширамы, ни даже Мадары среди них нет. Так что объединятся они будут долго, мы же можем завершить все преобразования и подготовиться к будущей войне, — поправил я его, и судя по блеску глаз ему это не понравилось. — А победив в войне можем начать объединять мир под своим руководством, общий враг в лице чужих деревень сменится общим делом преобразования мира и подготовки к переходу в другой мир.
     — Но зачем, зачем такой план, тебе что целого мира мало? Почему нельзя просто жить...
     — Поживать и добра наживать, нельзя ни мне, ни тебе, ни человечеству. Человек и человечество развиваются только если перед ними есть какие-то препятствия или испытания, когда все хорошо и ничего не угрожает, нет жесткой необходимости и человек, и человечество деградируют. Пока ты чего-то хочешь достичь и добиться, горы свернешь, когда тебе нужны только деньги и то, что можно на них купить, превратишься в животное вроде кролика, дом-норка есть, еда есть, крольчиха, с крольчатами есть, а больше ничего и не надо. — Собственно так и разваливались все империи и государства. Пока куда-то стремились и хотели чего-то больше чем набить брюхо, их никто не мог одолеть, ну кроме таких же стремящихся, а когда переходили к пацифизму и "наживанию добра", разваливались, или же превращались во что-то вроде музея. Вроде бы и есть, и территория не маленькая, и всего прочего хватает, а ни веса, ни голоса, ни перспектив не имеют, как та же Испания, что владела огромными колониями и богатствами, например.
     — Но ведь люди могут стремиться и добиваться сами, по своему желанию! И таких людей не мало! — Сколько экспрессии и негодования, да ты гений и твой брат также гений, ну а сколько не гении и даже наоборот?
     — А сколько не хотят и хотеть не желают и это сейчас, во время войны, а когда трудности и испытания станут исчезать из жизни, обще системные законы и законы больших чисел никто не отменял. Многие ли захотят рвать жилы и будут мечтать о Великом? А ведь поэты или скульпторы которые будут творить удивительные по красоте произведения искусства, цивилизацию не спасут. — Голос мой приобрел откровенно язвительные нотки, тот же Рим, вместе со всей Римской империей разнесли варвары, имевшие, по сравнению с Римом, просто никакой уровень культуры. Или та же Япония всех окружающих считала варварами, да и сейчас в общем-то тоже, варясь в своем котле и не думая о том, что есть еще кто-то кроме них. А когда к ним приплыли европейцы и стали колонизировать, пришлось меняться и очень быстро, очень многое перенимая именно у варваров, у них лучше оказалось. Так нужно ли доводить ситуацию до уровня Рима, или Японии, может сразу взять планку повыше?
     — Хорошо, я понял твою... точку зрения, но что ты будешь делать сейчас? — 
     — Хаширама бывает удивительно упрям, он не изменит своего мнения о Сумудзуро, — просто потому, что верит в лучшее в людях и не видит ничего плохого в сосуществовании с другим центром власти, — а значит кто-то должен позаботиться о нем, скоро он отправиться в свой замок-резиденцию, по дороге на него нападут разбойники и убив всех разграбят процессию, ну или еще что-то нехорошее с ним произойдет. — Все слово сказано, или он поддержит меня и мои притязания, или придется вступать с ним в противостояние.
     — Пусть так, но ты уверен, что мой брат не изменит свое мнение? Меня ты убедить сумел.
     Мдаа, врать или недоговаривать своему брату он явно не хочет, но я никогда не поверю, что кланом руководит только идеалист Хаширама, наверняка уже были решения, о которых он узнавал потом, а значит и это будет таким же.
     — Но ты прагматик, а он идеалист, — в глазах Тобирамы на миг проскальзывает усталость, непросто ему с таким братом. — Он не изменит своего мнения, потому что хочет только хорошего, причем хочет чтобы хорошо было всем. Интересы Сумудзуро, когда он станет дайме, будут во многом противоположны интересам деревни, то есть всем хорошо сделать не получится. И Хаширама наверняка попробует договориться полюбовно, но законы власти и управления однозначны, сильный и умный дайме будет стараться подчинить деревню независимо ни от чего, либо он власть, либо нет. Сумудзуро умен, даже если его и убедят, что можно жить вместе, как союзникам и товарищам, он понимает, что равноправных союзов не бывает, в любом союзе появляются главные и ведомые. Естественно, что главным захочет быть он.
     — Такое чувство, что ты недоволен Хаширамой, — вроде и голос у него спокойный и лицо равнодушное, но что-то меня неприятно кольнуло, стало ясно, против брата он не пойдет и не даст этого сделать другим.
     — Ошибаешься, Хаширама мечтатель и строитель, без него деревни бы не было, он сделал первый шаг к ней: представил себе ее, а потом начал менять реальность в соответствии со своими мечтами и за это я его очень уважаю, — в его глазах мелькнуло одобрение. — Но вот следующий шаг, признать то, что реальность и мечты это разные вещи он не делает, он по прежнему руководствуется идеалами, а должен руководствоваться логикой. По этому я и хочу скорректировать некоторые его решения, он будет строить деревню, но если сейчас ничего не сделать, то потом будет много проблем, — тут он молча соглашается, потому что и сам занимается подобным.
     Мы говорили еще о многом, о бесклановых и их появлении, о кланах и их восстановлении, о воспитании будущих шиноби, о науке и создании новых техник...
     В конце-концов Тобирама кивнул мне и пожав руку пошел по своим делам.
     Тобирама, Коноха.
     Разговор с этим Николаем оставил очень двоякое впечатление. Его позиция и мнение очень любопытны, да что там о многом он думал и многое из этого готов был поддержать. С другой стороны ряд его идей вызывал был категорически неприемлем. Например идея чистки клана, разумеется он ее не высказывал прямо, но вот его слова о том, что война забирает лучших и о том, что восстановить клан крайне сложно, можно понимать как то, что остались худшие и в первую очередь именно их дети определят будущие клана.
     Конечно он понимал, что в кланах вообще и в его клане в частности много проблем, что война действительно забрала очень многих и в его клане действительно усилилось влияние худшей части, но вот убивать своих родственников, пусть и дальних, он был не готов, равно как и просить об этом кого либо. Да он понимал, что паршивая овца все стадо портит, а уж когда таких овец не одна, а куда больше и влияние у них не малое... но вот поделать с собой ничего не мог. Вроде бы чистка что предлагал этот парень и правильно, но принимать это не хотелось.
     Да и эта история с Сумудзуро, когда он фактически решил скрыть от брата свое решение. Он согласился с тем, что тот будет для деревни опасен и нельзя допустить, чтобы он стал дайме. Да он уже не первый раз делает что-то без ведома брата, расскажет потом, когда у них появится дайме, но вот тот факт, что количество несказанного брату увеличиться... и так во всем. И теперь возникал вопрос, а что с этим человеком делать? Деревня основана, взаимодействие с кланами налаживается само, посредник уже не нужен, можно задвинуть его в дальний угол, дав какую-нибудь мелкую должность, или же...
     То что он нацелился стать главой тех кто будет заниматься деликатными поручениями, это нормально и объяснимо. Поставить туда своего человека? Кланы не дадут, у них и свои люди есть, так что бесклановый лучший вариант. Однако за ним необходимо приглядывать, узумаки судя по всему будут делать это через его спутницу, которая по слухам его еще и обучает, а их клан?
     Клан признавал пользу, которую принес этот парень, но смотрели на него с раздражением и последние нужно было исправлять. Открытое противостояние уже невозможно, в этом парень опять был прав, даже если его клан и одолеет своих врагов, то сам уже не оправиться от потерь. Значит теперь начнется скрытое противостояние кланов, за влияние в деревне, за лучшие места, за власть и в этом противостоянии его клан должен выиграть. Этой деревней должны править Сенжу. А для этого необходимы друзья и союзники, этот парень будет одним из них, так что настроения в клане нужно изменить, а еще сделать его другом клана, да подобное ко многому обяжет, но выгода будет больше, а главное его не перетянут учихи, также наверняка желающие занять первое место в деревне. Брат его поддержит, он и так с ним дружит и хочет хоть как-то отблагодарить его за помощь. Также хорошо бы поговорить с ним насчет обмена знаниями, за свои техники он ведь особо не держится. И надо подобрать нескольких своих специалистов по деликатным поручениям, пусть будут для него коллеги и учителя.
     Кроме того парень видит множество проблем и намерен их устранить, это прекрасно, пусть пытается, но вот от этого его клан должен максимально дистанцироваться, любые попытки что-то изменить всегда вызовут негативную реакцию тех, кого затрагивают изменения. Просто потому не все любят изменения, а кто-то уже приспособился и получает выгоду от сложившегося порядка вещей, так что пусть все эти люди направят свое неудовольствие на этого Николая, они лишь присмотрят, чтобы его не убрали слишком рано.
     А теперь, когда решение он принял, теперь можно немного отдохнуть, праздник все-таки, а вот завтра, завтра он через нужных людей пустит по клану нужные слухи и подберет для него коллег. Он улыбнулся, его клан не выиграл войну, но так даже лучше, ибо править все равно будут они.
     Николай Чудов, Коноха.
     Итак ближайшее будущие определенно, я становлюсь мастером по деликатным поручениям, попутно занимая должность начальника таких людей.
     Также активно учусь всему чему можно, благо что учителя уже есть. Также не стоит выпускать из виду руководство деревни, иначе потом проблем будет куча, никогда общество построенное только по принципам какой-либо идеи не приходило ни к чему хорошему и приходилось на ходу корректировать то что строили, по той простой причине, что не всё общество разделяет идеи строителей.
     А пока я просто шел по деревне, у меня есть еще один день, прежде чем я вновь окунусь в убийства и тренировки, а по попросту в кровь и дерьмо, и это хорошо.
     Да и надо подождать Усаги, сходить с ней на свидание, время еще есть, немного, но есть.

Глава 10 Завершение деревни, переход к рутине

     Николай Чудов, Коноха.
     Я сидел в одной маленькой забегаловке, краем уха слушал местные разговоры и ждал, когда кандидат в будущие дайме отправиться в родной замок. Других шиноби рядом не было, а я не имея клановых- меток сошел за одного из охранников местных торговцев.
     Разговоры как водится касались текущего положения вещей, все радовались, что война закончилась и построена деревня, где кланы будут жить в мире, перестав убивать друг друга, попутно уничтожая всех тех кто их окружает. Был даже тост за Хашираму и Мадару, как положившим начало концу войны и ставшим основателями деревни. Высказывались предположения о том, что дальше будет сделано со страной и кланами, собственно ничего удивительного в этом не было, клановая спесь и презрение к нешиноби достали многих, равно как и феодальная система со множеством местных царьков и господ, а также расплодившимися шайками разбойников и множеством пошлин, поборов и налогов... Ну что же по крайней мере есть хоть какой-то кредит доверия, чтобы проводить какие-то реформы и преобразования в обществе и стране.
     Но вот Сумудзуро вместе со своими сопровождающими выехал из деревни, я создал пару теневых клонов и отправился на перехват. Клоны же остались в Конохе, один будет выполнять мелкую работу по дому, второй начнет обучаться вместе с Усаги, чакры я в них влил порядочно, должно хватить надолго, а сам я не стану задерживаться. Моя задача облегчается тем, что саму страну, шиноби почти не патрулировали, сейчас все силы сосредоточились в деревне и патрулировали территорию лишь на пол дня пути вокруг нее. Тут все было понятно, решения о том каким будет будущие деревни и кланов еще не озвучили, власть официально еще не выбрали, ситуация еще не устаканилась и потому все серьезные люди хотели иметь под рукой свои армии, а то мало ли... В итоге процесия медленно ехала по дороге, я скрытно двигался в полукилометре справа, а четыре моих клона образовывали квадрат (с длиной стороны в два километра) с процессией в центре, их задачей было отслеживание обстановки вокруг. Собственно я мог бы напасть почти сразу как только мы покинули границу патрулирования, но с Сумудзуро отправилось аж десять шиноби. Один слабенький клон, замаскированный под птицу (пока выучивал подобное семь потов сошло) выяснил, что там идет активный торг, Сумудзуро хотел поддержки кланов Абураме и Сарутоби, тогда судьба поста дайме бы предопределена, Сарутоби уговорили бы Шимура, а Нара – Яманака и Акимичи, плюс еще Сенжу и доброе слово Узумаки, у других соперников не было шансов. Шиноби были не против видеть его на посту дайме, но вот в цене пока не сошлись. И этот торг ломал весь план, такое количество шиноби разбойники одолеть не смогут. А торговаться они могут вплоть до приезда в замок, я же допустить подобного не мог, но вот с тихими убийствами у меня было плохо, да и само по себе убийство сейчас... это очень плохо скажется на обстановке в деревне, у нас ведь мир как ни крути, тайные убийства во время мира, особенно если мирились давнишнее враги...
     Оставался только несчастный случай, но вот смогу ли я?
     Возможность представилась во время привала, шиноби отошли в сторону, посовещаться и перекусить, функций охраны на них не возлагали, по этому сидели кучкой и в сторонке. Сам Сумудзуро расположился на отдых под большим, с виду крепким деревом, его свита разумеется расположилась вокруг него, ну а я помня охотничье ремесло создал трех клонов, которые подняв четырех оленей погнал их в сторону стоянки, сам перед этим затихарившись в кустах неподалеку. Расчет оправдался, шиноби быстро прикончили одного оленя и стали его разделывать, а вот Сумудзуро и его сопровождающие азартно бросились в погоню за тремя другими, дичины хотелось всем, а охота это ведь весело?
     В итоге я просто подождал когда Сумудзуро вырвется вперед и один из оленей перед самой кромкой леса развернулся и насадил его на рога. После чего его сразу же убили. Я же стиснув зубы от головной боли возвращался в деревню, я не яманака, хоть Рисей многое мне показал и многому научил я не могу подчинить себе человека, но ведь зверь это не человек? Подчинить его проще, шиноби разумеется над таким только посмеется, но вот в таких ситуациях... Сначала установить контакт с разумами трех оленей, после чего отойти на периферию, просто внушив им направление движения. Единственный момент когда я вмешался был момент когда олень поднял на рога Сумудзуро. Клон разумеется сразу отменять технику не стал, нужно было убедится в смерти и развеялся после смерти оленя. Чтож дело сделано, теперь ход за Тобирамой, выберет он наверняка кандидата от яманак, учих он не терпит, если есть альтернатива тому что они предлагают, он выберет альтернативу.
     Как я понял из своих с ним разговоров и его действий, он резко против учих и это внушает серьезные опасения, его нельзя выдвигать на первые роли, он тут же начнет подавлять учих, как второй номер он идеален, но вот как первый...
     Но так или иначе, а я возвращался в Коноху, наследников можно было не бояться, им нужно время чтобы принять дела покойного в полном объеме, а главное чтобы у них появились те же мысли и желания.
     Николай Чудов, Коноха.
     Собственно когда я прибыл то узнал две вещи, первая пласт знаний по медицине, что передал первый клон, вторая, что прошли выборы на пост деревни и с огромным преимуществом победил Хаширама, Мадара все-таки выставил свою кандидатуру, но его не поддержали. Меня разумеется не приглашали, да и зачем? Бесклановый, слабый, неимущий... Но вот выборы прошли и у меня дома неожиданно стали собираться и Мадара с братом и чета Сенжу с Тобирамой...
     – Приветствую всех вас, – на что Мито скривилась, Хаширама широко улыбнулся, остальные же держали каменные выражения на лицах, хотя на лице Мадары на миг мелькнула эмоция, но что это за эмоция я прочитать не успел.
     – Здравствуй Николай, теперь я глава Конохи, у нас все получилось, – тут Мадара скривился так, словно съел три лимона сразу.
     – Чтож, чтобы не стоять тут на пороге, приглашаю всех на шашлыки.
     – А кстати, где ты был сегодня? – Мито с подозрением смотрела на меня, судя по всему весть о гибели Сумудзуро уже достигла Конохи, но вот ей подоплеку дела Тобирама не объяснял.
     – Какое-то время дома, какое-то время изучал медицину, какое-то время тренировался.
     Шашлыки определенно удались, Хаширама был в восторге, Мадара сидел мрачнее тучи, Изуна пытался его растормошить, Мито и Усаги о чем-то шептались, а я и Тобирама чуть в сторонке готовили еще одну порцию шашлыков...
     – Что случилось с Сумудзуро? – Тихий, на грани слышимости вопрос.
     – Погиб от рогов оленя, не повезло, – на секунду в его глазах мелькнуло удивление, простых животных шиноби обычно не использовали.
     – Хорошо.
     После чего он отошел к Мито, Усаги ушла за какой-то мелочью в дом, Хаширама зашептался о чем-то с Изуной, а ко мне подошел Мадара.
     – И вот все случилось как ты и говорил тогда, я теперь глава войска, обязанного защищать Коноху. И я боюсь за клан, жизнь меняет людей, а жизнь во власти меняет еще сильнее, ты был прав когда говорил, что я не могу стать главой деревни. Когда увидел работу по подготовке выборов, постройке деревни... это не мое, но вот сейчас, сейчас я боюсь.
     – Хаширама не изменится, он ведь гений, но главное не в этом, ты глава армии и ты решишь какой она будет, а через армию пройдут все, ну или подавляющие большинство, ты не стал главой деревни, но можешь быть тем кто его воспитает, как ученика. – Тут его взгляд на секунду сверкнул, лицо разгладилось, а на губах мелькнула хищная улыбка.
     – Так я ситуацию не рассматривал, спасибо, но нам пора присоединяться к остальным.
     Мы еще немного посидели, как водится выпили и возник вопрос как именовать страну и главу селения.
     – Кстати, а какой у тебя титул?
     – Титул?
     – Ну а как иначе? Название у деревни есть? Есть, а значит тебе как главе селения полагается титул, не называть же тебя постоянно глава Конохи, да и название страны которую собрали из разрозненных провинций нужно. У кого какие предложения?
     – Назовем страну по названию одной из стихий, это будет сильное название.
     – А какой стихии?
     – Так как мы шиноби и если уж нам определять название страны, то назовем по тому как сильно распространена стихия чакры в стране.
     – То есть огонь, ведь именно он распространен сильнее всего?
     – Ну да, Страна Огня. Звучит!?
     – Звучит, тогда если продолжить линию шиноби, то глава селения должен зваться "Тень Огня", то есть Хокаге, ведь шиноби действуют из тени, по крайней мере должны.
     На мою последнею реплику одновременно фыркнули все присутствующие, ну да они всю жизнь ходили в лобовую атаку, да и правили не сильно стесняясь кого-либо.
     – И не надо фыркать, шиноби сидящий на троне и руководящий страной, а лучше пальцеводящий, ходящий на приемы и прочие светские мероприятия, соблюдающий все церемонии, это не реально. На троне будет сидеть обычный человек, а вот его тенью пусть и зримой, будет Хокаге руководящий шиноби, а заодно и окружением дайме, но последние я вслух говорить не стал.
     – А что я не против, пусть будет Хокаге, – Мадара, ему огонь близок, после чего его поддерживает Хаширама и Тобирама.
     – Мы не против.
     – Четверо против двоих, названия утверждены.
     – А как же остальные, те же кланы? – Изумился Изуна, выбор названия деревни он не застал и теперь весьма удивился, также как и Тобирама с Мито.
     – Обойдутся, они выбирают главу селения и хватит с них, как называться главе селения он решит сам.
     Посидели, посмеялись, выпили, после чего пришла пора озвучивать причину собрания:
     – Это все конечно весело, но что дальше? Мы построили деревню, но теперь нужно сделать следующий шаг, все смотрят на нас и ждут того как мы будем действовать – Тобирама прямо озвучил главную причину собрания, да Мадара признал то, что он не может быть Хокаге, да Хашираму утвердили в качестве правителя, радости море, они смогли, но вот что дальше? Раньше во время войны в клане приказал – выполнили, сомнения не допустимы, все известно, задачи просты, а теперь?
     – Да очень просто, нужна перепись.
     – Что?
     – Да просто чтобы что-то планировать, нужно знать какими ресурсами обладаешь и тут также, шиноби жили заказами и разумеется продолжат ими жить, но вот распределять заказы будет Хокаге, а чтобы знать кого и куда посылать, и нужна перепись. – Собственно ничего другого я предложить не мог, так понятия не имел ни о том какие ресурсы есть в распоряжении деревни, ни какие ресурсы есть у кланов.
     – А попутно мы выясним, хоть приблизительно у кого какой уровень мастерства и силы.
     Хаширама дополнил мою идею, а дальше пошли предложения от остальных.
     – Нужно очистить страну от разбойников, за это нам все спасибо скажут, плюс получим деньги за их ликвидацию и от продажи того, что они награбили.
     – Нужно определиться с дайме, провинции объединяются, но вот единой власти, как в деревне у них нет, – тут Тобирама выразительно посмотрел на меня. Я пожал плечами и спросил:
     – Какие кандидатуры? Кто-то из ваших глав провинций?
     – Нет не только не наш, ему 65 лет, он уже думает о смерти, а не о подданных.
     – Тогда предлагаю нашего дайме, он еще молод ему 30, – после этого предложения Мадары Тобирама смотрел на меня волком, ну не любит человек учих, не любит. Я же пожимаю плечами, у меня предубеждения к учихам нет.
     – Кто что думает?
     – Пусть ваш человек будет дайме, я не против, – Хашираме тоже было по фигу, равно как и Мито, она пока еще радела за свой клан, ну и немного за своего мужа.
     – Значит решили, – Тобирама кривиться, изо всех сил стараясь сдержать раздражение таким поворотом событий, – тогда следующий вопрос, как будем гасить ту ненависть, что осталась со времен войны? Ведь не смотря на то что у нас мир и деревня общая, ненависть и желание пырнуть тех с кем вчера воевал не исчезло.
     – И что ты предлагаешь? – Мито заинтересовалась, но вот тон вопроса, словно король подает милостыню.
     – Для начала сделать так, чтобы ненависть не перекинулась на следующие поколение, как сплачивают клановые отряды?
     – Общий бой...
     – Не пойдет, у нас мир.
     – Тогда общая работа.
     – А раньше? Ведь не с пеленок идут в бой?
     – Ну обучение у клановых наставников, изучение истории клана...
     – Вооот, нужно общее обучение, с наставниками, что скажут деревня это хорошо, а если разбежаться по одиночке будет плохо, а уже потом общая работа с командой одноклассников – в общем и здесь ничего нового я не сказал, общее образование и полный контроль для идеологической обработки.
     – А при этом обучении не будет трупов? – Изуна нахмурился, ну да они с братом начали убивать рано, равно как и братья сенжу.
     – А для этого и нужны наставники, детей они угомонить смогут. Плюс нужны хорошие преподаватели, не сильные шиноби, а хорошие наставники шиноби, – тихо улыбаюсь вспоминая свой первый мир и свою школу, черт возьми как же здорово в детстве!! И жаль что я не могу туда вернуться...
     – А давайте, сделаем госпиталь для шиноби, – робко сказала почти молчавшая до этого момента Усаги, – где можно будет лечиться всем.
     Мы все как-то удивленно переглянулись, простая вроде бы мысль и польза от такоого госпиталя огромная, особенно тем кто не силен в мед. техниках, а вот озвучили эту мысль не мы.
     – А что, это хорошая мысль, – и все согласились с этим, особенно учихи, у них с медициной было совсем плохо.
     – И еще потребуется наладить хоть какую-то разведку, а то где-нибудь начнут образовываться новые деревни, а мы и не знаем. Да и вообще после переписи хорошо бы провести разделение обязанностей.
     – Разделение обязанностей? Зачем? – Странный вопрос, ведь знают же, что одни шиноби сильны в одном, а другие в другом, да и до разделения труда здесь уже додумались, хотя в клановом обществе все вопросы решает клан и не важно плохо или хорошо получается. Что я и сказал, опустив разумеется последнею часть.
     – Да после всего что мы тут запланировали я от письменного стола отойти не смогу! – Наш Хокаге натурально схватился за голову, а Мадара ехидно оскалился.
     – Разумеется не отойдешь, а если еще добавить разные записки и доносы с просьбами, то ты в получившейся макулатуре утонешь! – После этого оскалился еще и Изуна.
     – Да чтоб вам, вы же специально!
     – Специально, но ты не сможешь руководить деревней в одиночку, поэтому тебе необходимы помощники, кто-то кто возьмет на себя госпиталь, академию молодых шиноби, армию... Поступи так же и с бумагами, найди себе толковых секретарей и начни создавать чиновничий аппарат, – тут все сморщились, чиновников они тоже не любили.
     – Зря морщитесь, без них все равно не получиться, мелких вопросов и проблем будет куча и решать их должны будут именно они. Например вопросы закупок продовольствия или заданий по ликвидации обычных банд, где нет шиноби. – Нет ну в самом деле, как они намеревались строить новую жизнь, впятером!? Да все революционеры снося государство, все равно потом отстраивают его вновь, пусть уже и другое. А любое государство это всегда какая-то управляющая структура.
     – И ты знаешь кого-нибудь, кто может работать с бумагами? – Мито смотрит вроде бы спокойно и лицо спокойное, и тон голоса спокоен, но я нутром чую как усиливается ее подозрительность, она явно не хочет что бы я стал серым кардиналом. Могла бы успокоиться, переходить от управления 50 людьми к управлению целой страной я не собираюсь, навыков не хватит.
     – Нет не знаю, но неужели у вас в кланах нет никого кто занимался бы бумажной работой?
     Тут они в легком удивлении переглядываются, то ли у них таких специалистов мало, то ли нет вообще и с бумагами работают по принципу нарядов.
     – Или же можно взять гражданских специалистов, для работы с бумагами чакра не нужна...
     Мы ели шашлыки, пили саке, выдвигали предложения по улучшению жизни деревни, спорили и я чувствовал как мне становится легче на душе, все у нас наладится и все будет как надо...
     В итоге общим голосованием распределили должности и обязанности, так Изуна стал главой будущей Академии шиноби, Мито главой госпиталя и барьерного корпуса, Тобирама главой разведки и контрразведки. Усаги направлялась в госпиталь, подчиненной Мито, я же отправлялся в контрразведку, подчиненным Тобирамы.
     Разошлись мы часа через четыре, но перед уходом Хаширама и Мадара обрадовали меня, сказав, что теперь я официально друг кланов Учиха и Сенжу. Суть этого заявления была именно в его официальности, это давало мне возможность использовать клановые библиотеки, разумеется исключая закрытые разделы, также мог рассчитывать на помощь клана в разных ситуациях, опять же разумеется не за просто так... Мог и попросить учителя для своих навыков, но тут пришлось бы договариваться и с самим учителем, впрочем и клан также мог обратиться ко мне с точно такими же просьбами. Но главное для меня был доступ к архивам, история тайной не считалась.
     Но вот все разошлись и мы остались с Усаги вдвоем, следы посиделок убрали быстро, после чего я сел под деревом, задумчиво смотря на небо.
     – Теперь ты еще и друг двух великих кланов, твое положение стало еще прочнее и лучше, но что ты думаешь о том как будешь расплачиваться за подобное? – Усаги тихо подошла и села рядом, положив голову мне на плечо.
     – Платить не придется, это своеобразное спасибо после того, что я сделал, одному помог заключить мир, а второму спас брата и клан. Они хотят продолжить нашу дружбу, но они не могут дружить с каким-то простым парнем "с той улицы", положение не позволяет, а вот с официальным другом клана уже могут, это тоже не одобряется, но уже куда слабее. Также Тобирама и Мадара хотят чтобы я находился под влиянием их кланов и помогал с проведением политики выгодной в первую очередь их кланам. – Тут я грустно улыбнулся, вот уж чего мне не хотелось, так это оказаться в роли каната который перетягивают два клана.
     – Но ты ведь этого не хочешь?
     – Не хочу, я собираюсь на время отойти в тень, мне многому нужно учиться, а если меня втянут в клановые разборки времени у меня не будет ни на что. Сейчас многое нужно создавать с нуля, громкой и важной должности у меня нет и на какое-то время меня оставят в покое, а потом меня просто забудут, если конечно я все сделаю правильно. Собственно как с техниками которые я раздаю, тут Усаги от удивления даже подняла голову с плеча, чтобы заглянуть мне в глаза.
     – О чем ты? – Я приобнимаю ее, вновь кладя ее голову себе на плечо.
     – У всех редких, сложных и опасных техник всегда указывают автора, просто на всяких случай, если вдруг что-то произойдет, имя автора стирается если есть официальные вести о его смерти. Теперь подумай кто из клановых будет учить техники бескланового, в мирное время, причем немалая часть этих техник лежит в закрытых архивах, до которых допустят далеко не всякого.
     – То есть, – но я ее прерываю.
     – То есть техники которые я передал будут учить 3-5 человек, которые дойдут до закрытых секций и не обратят внимание на имя автора.
     – Почему так мало? Ведь техника скажем теневых клонов очень полезна!?
     – А много стало ее учить хотя бы в твоем клане? Ее знаешь ты, но ты выучила ее будучи в моем отряде, во время военных действий, а твой клан, вот например Мито ее знает? Она помолчала, но потом неуверенно сказала:
     – Не знаю, но наверное нет.
     – А будет учить? – Тут она тихо вздохнула.
     – Нет.
     – И так во всем, если я отойду в тень то меня перестанут замечать, рядом есть прорва куда более ярких личностей, которых будут перетягивать на свою сторону, есть кланы с интереснейшими и очень сильными техниками. Мою фигуру, при всем моем самомнении, не сравнить с целым кланом например Акимичи, или Инузука – тут она тихо рассмеялась и поцеловала меня.
     – Пойдем в дом, – от тона этого голоса я почувствовал как во мне забурлила кровь и подхватив девушку на руки я понес ее в спальню, по пути постоянно целуя.
     И вот мы в спальне, наша одежда валяется на полу, а мы сами лежим на кровати и с упоением целуемся, но Усаги аккуратно и шаг за шагом берет инициативу в свои руки, ее губы, язык и пальцы творят чудеса и я изнемогаю от желания.
     Она шаловливо улыбаясь и дразня меня, постепенно опускается к моему паху и захватывает стоящий колом член в сладкий плен своего ротика. Вот несколько движений, немного облизываний и...
     – Усаги перестань, конч... ооох.
     – Ха, ни за что!!
     Я взрываюсь у нее во рту. Но и ей и мне этого мало и через одну нестерпимую минуту она уже прижимается ко мне грудью направляя в себя мой член и тихо ахает принимая его в себя. Мои руки ложатся на ее груди и легонько ласкают их, она начинает двигаться и вскоре мы кричим и стонем в унисон. Я держусь изо всех сил, но она торжествующе улыбается и вскоре мы вместе кончаем.
     Вот я раззадоренный меняю позицию, переворачивая ее на спину она обхватывает меня ногами и обнимает за шею руками...
     Мы угомонились лишь под утро, а когда я встал и направился в душ, то увидел там Усаги и просто не удержался и прижав ее к стенке ванной...
     Правда за обедом мне было с тихим смехом сказано, что хоть я и хорош, но можно и лучше, так что обучать меня будут и постельным премудростям также. Сначала я обиделся, но подумав где-то через час, вздохнув про себя, заметил, что профессионалом в постели не являюсь, а значит не грех и поучиться, тем более когда это так приятно.
     Она рассмеявшись сказала что приложит все силы, чтобы я стал мастером и в этом деле тоже. А потом мы разошлись по своим делам, она к будущему госпиталю Конохи, я в башню, теперь уже башню Хокаге.
     Там я получил назначение в отдел по "анализу криминальной обстановки в Конохе и рекомендациям по ее улучшению". Со стороны это смотрелось ссылкой в "куда по дальше", шиноби не ровня кучке воров, или грабителей из подворотни, да они появились и в деревне, да их нужно было приструнить, но это совершенно не моего уровня проблема. Так было на первый взгляд, на второй это была почти официальная синекура, вроде как Хаширама определил своего друга на главную должность ничего не значащего отдела, где тот мог получать деньги, ничего не делая.
     В действительности же мы не только анализировали обстановку и предлагали рекомендации по ее улучшению, но и сами же выполняли эти рекомендации.
     Наш отдел состоял из трех сенжу, четырех учих, двух яманак и двух инузук. Это были либо мастера по "деликатным поручениям" (сенжу и учихи), либо слабая кровь (яманаки и инузука). Перезнакомившись с ними я, расспросил их о их умениях и способностях, выяснилось что у меня в подчинении будут три мастера гендзюцу (учихи), два мастера тайдзюцу и два ирьенина (оставшиеся учиха и сенжу), у яманак и инузук ярких талантов не было, даже сенсорика была развита слабо.
     Соответственно первым делом я создал пять теневых клонов и занялся... бумажной работой, финансовыми документами, каталогизированнием информации которую передали нашему отделу,... самим же шиноби была поставлена задача вычислить все более-менее организованные банды и преступные группы в деревне и главное, я особо это подчеркнул, не уничтожать их, ни самим, ни в компании с кем-то другим.
     – Но почему мы не можем просто перебить всю эту дрянь? – Молодой инузука явно обладал горячей головой и явно впервые берется за такую работу, те же сенжу и учихи вопросов не задают, хотя тут может быть и другая причина.
     – Тогда в свою очередь ответь мне на вопрос, можем ли мы победить подобное, хотя бы в нашей деревне? – Если ответит да, то здесь ему не место и выкидывать его из отдела можно прямо сейчас.
     – Эээм, нет не сможем, – да еще бы!!! Никто не смог победить криминал, потому что проблема в первую очередь в людях. Среди людей всегда будет некоторое число тех, кто хочет напиться, побуянить, снять податливую девчонку, заплатить деньги, чтобы залезть в самое злачное место и оторваться там по полной. И я совершенно не против того, чтобы им дали эту возможность. Потому что пока еще не найдено способа сделать всех людей святыми, да даже если и найден, я не собираюсь этим заниматься. Более того, я совершенно не против того, чтобы такие люди заплатили за эти свои пристрастия… ну, скажем так, чуть больше того, что они планировали. Но именно чуть. И именно такие. А что касается остальных не надо лезть к ним. Иначе будет плохо. Вот это и надо донести до банд. О чем я ему и сказал.
     – Но в деревне не проведены границы, а у людей нет значков можно или нельзя грабить.
     Ага нет границ! Попробуй пройти незваным хотя бы в другой клан, даже и не великий, посмотрю как получится. Но дискуссию пора прекращать.
     – Мы и дальше будем дискутировать на эту тему? – Парень смутился:
     – Нет, прошу прощения за вопрос.
     – Не извиняйся, я твой начальник, а не хозяин, – мягко пояснил я, – на земле, на любой земле, в любом городке, провинции, стране может быть только один хозяин. И это правильно, потому что если хозяина нет, а равно как и если хозяев много, ну как бы все, каждый понемножку, то такая земля очень быстро приходит в запустение. Потому что общее – это как бы и ничье вовсе. А ничье – не жалко. И мы должны стать, – тут я добавил твердости в голос, – хозяевами, мы должны не истреблять ворье, а установить правила и надзирать за их исполнением, пока правила соблюдаются, мы не вмешиваемся, правила нарушены – мы отрываем головы.
     – А почему мы занимаемся этим именно сейчас? – Это вопрос от одного из учих, в общем-то правильный вопрос, дел у нас еще куча.
     – Во первых документацию разберут и оформят теневые клоны и тратить на это время не будем. Во вторых мои слова о людях которым хочется чего-то незаконного относятся и к шиноби, они ведь тоже люди. Сейчас, когда только-только закончились выборы главы деревни, начнутся трения за влиятельные места, контракты и должности в деревне и рядовые шиноби будут на коротком поводке, никто не хочет в самый важный момент лишиться чего-то, из-за того что кто-то из твоего клана занимается грабежом, или крышует его. Но как только положение немного стабилизируется, то банды начнут брать под контроль, простые люди шиноби не противники. И когда они это сделают, нам станет втройне сложнее.
     Шиноби молча склоняет голову, мол понял не дурак, после чего один из сенжу остается со мной, а остальные расходятся на задание.
     – Странно что вы не проверили насколько мы сильны, ведь наши слова, это только слова.
     Вот это "вы" явно далось ему с трудом, я ему не ровня, ни по силам и умениям, ни по знаниям и положению, но у него есть приказ и он будет его выполнять.
     – Во первых я еще не дошел до уровня братьев сенжу или братьев учих, не факт что я смогу у вас выиграть, а ронять авторитет не хочется. Во вторых очень скоро начнется перепись шиноби, с попутным выяснением кто и что может, там я и узнаю ваши силы.
     – Ясно тогда предлагаю перейти к тренировкам...
     Я создаю пять клонов, которые отправляются для обучения в госпиталь, еще шесть клонов отправляются в архивы кланов сенжу и учиха...
     После чего я направился на отработку приемов тай, выслушал советы по контролю чакры (у сенжу был свой взгляд на подобное, пусть и не слишком отличный от взгляда узумаки), потом пришел черед нидзюцу...
     Я учился, учился всему что мне могли дать, я знаю еще слишком мало...
     А когда я пришел домой, то там меня ждала улыбающаяся Усаги, на столе был ужин, а потом, когда мы обсудили пару мелочей в госпитале, мы прошли в спальню где тихая, улыбчивая красавица начала мое обучение постельным премудростям, вместе с практикой. Я же тихо улыбался, да в моей жизни началась рутина, но я был даже рад этому, хотелось немного спокойствия и уверенности в завтрашнем дне.
     Банд в деревне оказалось 12, восемь главарей мы убили сразу, четырем оставшимся мы сделали предложения от которых не отказываются, двое впрочем попробовали и их тут же убили. Двое оставшихся согласились и в итоге стали нашими осведомителями, или по простому стукачами. Впрочем никто не собирался гонять их на доклад каждую неделю, но вот обо всех пришлых, что подозрительно, или просто очень странно себя ведут они должны были сообщать, также как и о случаях когда к ним будут подходить шиноби и предлагать взять их под свое крылышко. Указывались районы Конохи, где не следовало проворачивать громких дел, вне зависимости от их прибыльности и ряд других правил...
     После этого мы взялись за квартал красных фонарей, хорошо хоть там не пришлось никого убивать... После чего наш отдел стал расширяться, появлялись в основном шиноби с низким уровнем чакры, но я был не против, даже наоборот.
     По сути мы создавали эффективную структуру, способную противодействовать тем, что появятся в других деревнях, а это требовало непременной формализации множества различных функций. Это только в криминальных или шпионских боевичках ловкие воры или хитроумные вражеские агенты от начала и до конца ловятся такими же ловкими и обладающими волчьей интуицией ментами и контрразведчиками. В жизни все гораздо банальнее. Большую часть преступников и вражеских агентов на самом деле ловит… клерк. Ибо развитая государственная машина способна формализовать и пропускать через себя чудовищные потоки информации, являясь пусть и сильно усложненным аналогом банальной паутины, по которой тут и там развешаны этакие настороженные, причем очень часто именно по банально формальным признакам, «колокольчики». Так что когда злобный и хитрый враг, выполняя свои тщательно разработанные, но все-таки криминально-враждебные планы, именно вследствие этого цепляет один из них, вся система приходит в некое часто даже не слишком торопливое, формально-стандартное, но неуклонное движение. К месту «звоночка» устремляется дополнительное внимание. Другие «колокольчики» получают некую корректировку уровня и направленности своей настороженности. И вот приходит еще один «звоночек», затем еще и еще, и лишь только вслед за этим в действие включаются те самые наиболее талантливые и обладающие волчьей интуицией менты и контрразведчики. Уже вооруженные знанием о том, кого они ищут, о его вкусах, предрасположенностях, вероятном направлении действий, короче, обо всем том, чем их снабдили совсем не талантливые и вовсе даже скучно-формальные «колокольчики».
     Так что мне были нужны не великие и могучие шиноби, могущие сносить горы со своего пути, а именно клерки и секретари. Да что там, они и сами были не против! В клане им ничего не светило, в "поле" тоже (разницу между собой и теми же учихами они понимали очень хорошо), поэтому они были просто рады спокойной жизни и твердому заработку.
     В итоге я занимался долгим и жутко нудным выстраиванием "паутины" (пока только в деревне), постоянными тренировками моего нин и тай, а также улучшал свои знания медицины и мед.техник, попутно изучая историю кланов Учиха и Сенжу.
     Примерно через неделю утвердили программу проверки навыков шиноби, прогнав через нее всех шиноби Конохи. Собственно и программу, и звания шиноби, полученные после ее прохождения, утверждали без меня, но это нормально, ведь я не пуп земли и многое будет сделано без моего участия. А вот результаты переписи были скопированы в том числе и в мой отдел. По результатам переписи в деревне около 5300 шиноби, из них рядовых-генинов 3500, командиров среднего уровня-чунинов 1000, командиров высшего звена-джонинов 300 и 500 токубецу-джонинов, специалистов в какой-то одной области бытия шиноби.
     Разумеется были дополнения вроде того, что джонины это шиноби с высокими навыками во всех областях искусства и навыков ниндзя, которые они должны были подтверждать. А например чунинами могут быть шиноби с уровнем сил генинов, но понимающие в тактике и командовании на поле боя...
     Также было около двух десятков шиноби владеющих уникальными техниками, более никому не доступными, или могущих в одиночку выходить против вражеской армии, как Хаширама или Мадара. Этим шиноби ранг не присваивали, вроде как подчеркивая, что они настолько круты, что стоят над системой и их нужно просто знать. Правда потом все-таки появился ранг S.
     Также присвоили ранги техникам и каталогизировали их, я также добыл копию этого каталога и соответственно прошел проверку на уровень своих навыков. По итогам проверки мне присвоили звание джонин. Хотя лично я рассматривал это больше как аванс и настоящим мастером шиноби я себя не считал.
     Кендзюцу я не знал вообще, равно как и не умел накладывать гендзюцу, тай у меня был средним, ниндзюцу хорошие и их несколько, плюс хороший контроль и огромные запасы чакры, которые я продолжал наращивать. Также я имел неплохую защиту от гендзюцу (хотя от сильного или очень тонкого воздействия она не спасала) и уже средний уровень владения мед. техниками. Командовать я мог максимум полусотней, да и так проиграл четыре боя из десяти штатному экзаменатору по тактике. Свой максимум я определял как очень сильного чунина, но не как джонина, впрочем я не унывал и не спорил, а решил подналечь на тренировки, чтобы соответствовать своему званию.
     Так например я могу наконец-то призвать моих учителей-медведей и закончить у них обучение, также один из сенжу заметил, что контроль чакры зависит от того сколько видов чакры ты можешь использовать, мед. чакра, разные виды стихийной чакры, манипуляции с обычной чакрой, чем больше разнообразие приемов, тем больше сложность и больше контроль.
     Также нужно было обдумать ту информацию, что увидел заглянув в архивы сенжу и учиха. А то что я там увидел... вопросы стали просто роиться в моей голове. К закрытым или самым раним разделам у меня доступа не было, но и того что был мне хватило за глаза, итак оба клана очень древние, по документам их история прослеживается вплоть до Рикудо, то есть либо они его ближайшие ученики, либо прямые потомки, документы о том кто был прародителем кланов мне посмотреть не дали. Но даже так уже появляются вопросы, Рикудо мифическая фигура или нет? Кланы постоянно враждуют, на протяжении нескольких сотен лет, почему? В чем причина начала вражды, ведь судя по тем документам изначально такого количества кланов не было, что учиха, что сенжу мог просто отойти на несколько сотен километров, после чего накопить силы и вернуться, почему не поступить так? Значит драка была не за ресурсы и территорию, а за что тогда?
     Также в самых ранних документах, что я увидел, упоминалось родственники из противоположного лагеря, вроде я твоего отца брата двоюродного брата внука, короче седьмая вода на киселе, но тем не менее кланы изначально создавались родственниками, но также там упоминаются и ряд других кланов, вопрос почему никто не разобрался с этими другими? Почему не взял в союзники? Далее в документах нет упоминаний ни о том, что дает элемент дерева, ни о том что такое глаза Мадары или Изуны (описываются только шаринганы с одним, двумя или тремя томоэ). Разумеется я нашел в документах не мало техник и все заботливо скопировал, но вот например техники иллюзий учих были для меня практически бесполезны, ибо основывались на шарингане и так было не только с иллюзиями...
     Также мне пришла в голову мысль о изменении и переделке нескольких техник, например техника "Большого огненного шара", этот шар "выдувался" изо рта использующего технику, напрочь перекрывая ему обзор, также как и "Большой водяной снаряд", я же хотел пускать подобное с рук получая как в "Высвобождение огня: Техника огня отшельника феникcа"
     маленький огненный шарик. Или например использовать струю огня как "Водяной резак", также концентрируя пламя...
     Итак мой день стал выглядеть следующим образом: утром вместе с Усаги завтракаю, о чем-нибудь шутя или переговариваясь на различные мелкие темы, потом она и пять моих клонов в госпиталь, еще пять в архивы кланов, двадцать на тренировку по тай, двадцать на тренировку по нин, двадцать на отработку контроля, а я сам иду в отдел где поставив задачу подчиненным по продолжение сплетания паутины, создаю тройку клонов для работы с этой нудятиной, а сам иду уже на обучение меня у мастеров сенжу и учих (к слову некоторые мои идеи они также взяли на вооружение), обучение идет строго до вечера, потом я возвращаюсь домой, где мы ужинаем и говорим с Усаги о многом и всяком, после чего ложимся спать.
     Потом я узнал, что Хаширама создал специальный полигон, для джонинов и тех кто претендует на это звание, полигон назвали "Лес смерти". И когда я увидел подобное, то просто выпал в осадок, после чего пил размышляя о случившемся часа три, не меньше. Делал я это сидя на горе, смотря на деревню и немного удивился когда услышал вопрос.
     – Может уже хватит? – Ко мне подошел Мадара, и судя по голосу он очень не одобрял происходящее.
     – Только что моя картина мира треснула и я должен приложить усилия, чтобы она не лопнула.
     – Напиться? – Теперь неодобрение стало куда сильнее.
     – Просто ты не понимаешь, для тебя это привычно и ты просто не обращаешь внимание.
     Мой голос звучал тихо, собственно я почти закончил с примирением себя с окружающей действительностью.
     – И чего я не понимаю? – Я молча протягиваю ему бутылку с саке.
     – Выпей, на трезвую голову это воспринимать невозможно, – под моим взглядом он делает маленький, чисто символический глоток, – итак первое, Хаширама создал лес.
     – И что? Он так несколько раз делал, – в голосе Мадары удивление, черт неужели он не понимает?
     – Любая техника со временем прекращает действовать, любая, пусть техники скажем стихии земли развеиваются очень медленно и каменная стена которую ты создашь может стоять неделю, она все равно развеется, Хаширама же создал то, что не только не развеивается, но еще и растет, и развивается, создал то, что противоречит всем техникам шиноби.
     Мадара сделал теперь уже очень большой глоток, не дав ему ничего сказать я продолжил:
     – Во вторых, деревья живые, это не колья или бревна из-под земли, это именно живые деревья, то есть он создал жизнь из ничего, как бог.
     Тут Мадара поперхнулся следующим глотком. Прокашлявшись он зло сказал:
     – Он не бог!! И никогда им не был!
     – Да, но он сделал что-то, что под силу лишь богу, как и ты, и это третье.
     Тут он с пол минуты стоял, после чего залпом допил оставшееся в бутылке и потянул руку за новой:
     – А что я сделал божественного?
     – Это твое Сусаноо, ты никогда не задумывался, что это такое? Ты материализуешь свою чакру, придавая ей конкретную форму, то есть ты можешь создавать форму для чего-то из ничего.
     – И что, – он делает глоток из новой бутылки, я брал с большим запасом, – что в этом такого? Любая техника так действует!
     – Ошибаешься, в технике ты выпускаешь чакру и она преобразовывается в какую-то стихию, никто не атакует ЧИСТОЙ чакрой, даже хьюги так не могут, их "небесное вращение" это выпускание чакры из тенкетсу и вращение, но это не создание формы как у тебя, к тому же я уверен, что ты можешь изменить форму своего Сусаноо, а вот хьюги форму своей защиты менять не могут. Никто кроме тебя не смог материализовать чистую чакру, даже у Хаширамы она преобразована.
     – И это делает меня богом?
     – Богом нет, что говорят о том как был создан этот мир? Пришел бог и создал все нас окружающие, но ведь как он это сделал? Он продумал что хочет создать, потом вылепил-вырезал-выстроил-сделал форму из своей силы, ведь ничего другого не было, и наполнил ее своей силой. Так и получился мир, потом когда мир стал заполнятся по той же схеме, продумал что-то новое, сделал форму, наполнил ее силой и появилось что-то новое, живое, или неживое это уже зависит от мысли Творца. Так что ты не бог, ты можешь сделать первый шаг, создать форму, а Хаширама второй, наполнить форму силой и оживить ее.
     Тут я залпом допиваю следующую бутылку, тоже делает и Мадара и судя по глазам, он начинает пьянеть.
     – И поэтому ты пьешь?
     – И поэтому тоже, ну а еще, потому что у меня в друзьях два полубога, которые не создают миры или новые формы жизни, а перекладывают бумажки, вчера случайно с Хаширамой пересекся, или пьют вместе со мной саке, – тут Мадара хмыкает.
     – Ты ведь сам говорил, что это нужно и важно.
     – Это самое печальное, потому и пью, что надо смириться с действительностью, а третья причина, это мечты о том что можно сделать, в конце-концов боги могут многое. К тому же ты читал историю своего клана? Начало вашей истории, кто был родоначальником вашего клана?
     – Нет, – и качает головой, все пьян.
     – Прочти, ты узнаешь четвертую, самую важную причину.
     О том, что скорее всего Рикудо реален и дела его реальны, что биджу это и есть форма и сгусток силы, заключенный в эту форму, что силу ваших кланов можно объединить... Но это я говорить не буду, это он должен понять сам.
     Потом нас двоих, тихо и медленно пьющих и думающих о своем, нашли Хаширама с братом и Изуна, я повторил все уже сказанное, с пожеланием посмотреть историю и в конце-концов пить стал даже Тобирама. И уже через два часа мы пили и горланили песню:
     В жизни давно я понял, кроется гибель где:
     В водке никто не тонет, тонут всегда в воде.
     Реки, моря, проливы — сколько от них вреда!
     Губит людей не водка, губит людей вода.
     Скажем, в работе нашей друг незабвенный мой,
     Водку всего однажды взял и развел водой.
     И, улыбнувшись криво, крикнул он в день суда:
     «Губит людей не водка, губит людей вода!»
     Если душевно ранен, если с тобой беда,
     Ты же пойдешь не в башню, ты ведь придешь сюда.
     Ты здесь вздохнешь счастливо, крякнешь и скажешь: «Да!
     Губит людей не водка, губит людей вода!»
     Собственно даже вопросов ни у кого не было, саке – рисовая водка, башня – это башня Хокаге. Но нам было весело, мы отрешились от проблем и просто радовались жизни, даже Тобирама не косился на учих.
     И это было хорошо, не так уж и много у нас таких возможностей. Но главное, мы смогли перейти от войны к мирной жизни и рутине, а значит все у нас получится, мир будет наш, нужно только хорошо поработать. Я улыбался, у нас будет все, а пока можно отдохнуть и расслабиться, время есть, пусть и только до завтра.

Глава 11 Рутина, тренировки

     Николай, Коноха.
     Как ни странно, но утро у нас выдалось вполне нормальным, все-таки шиноби парни крепкие, а уж шиноби уровня каге... к тому же я и Хаширама были ирьеринами, так что о нашей попойки ничего не напоминало.
     Вот только вопросы которые роились в моей голове никуда не ушли. Почему биджу не умирают, я знаю мой первый Учитель сказал мне это, связь с сердцем мира, но откуда эта связь взялась? Когда и зачем создали этих биджу? Или они были с начала мира? И можно ли создать своих биджу? Да и вообще, что за глаза у Мадары и Изуны? Как работает техника перемещения Тобирамы и можно ли ее приспособить под меж. мировой портал? И откуда черт возьми у всех узумаки красные волосы, это ведь не нормальный цвет волос!? Вопросов была еще прорва, но как это ни обидно, но ответов я добыть не мог, ведь самая интересная часть архивов была закрыта, а читать о том кто кого убил на протяжении нескольких веков и кто возглавлял клан на протяжении этих веков было и вправду бессмысленно, тут как и на протяжении любого феодального времени, кто сейчас вспомнит всех князей и их дела, на протяжении того же времени на Руси? Единственный плюс от таких хроник, это описание новых техник, впрочем когда кланы выросли и завели себе хронистов эти описания сошли со страниц, оставив только названия. Так что читал я только начальные хроники и хроники последних пяти десятилетий, чтобы понять в каком состоянии находится мир.
     Из ранних документов можно было понять, что эпоха раздробленности началась как раз с того момента как разосрались учихи и сенжу, несколько разных документов, которые явно забыли убрать в закрытую секцию, говорили о том, что была если не мировая империя, то по крайней мере единое крупное государство. Но опять же почему вступили в драку, если столицы где сидит князь-глава-владыка нет, великого артефакта дающего великую силу тоже нет, как и упоминаний о них. Нет и какой нибудь земли благословенной где всем хорошо, а главное и простые шиноби этих кланов не знают почему началась эта эпопея, и главы кланов тоже не знают из-за чего все началось! Но в сторону эмоции...
     Можно говорить еще и о восстановлении государства, ведь оба клана с которых все началось трудятся в одной команде. Также меня очень заинтересовал клан Хьюга, в документах о нем упоминается только мельком, внимание сосредоточенно на противостоянии кланов, но о хьюгах можно говорить как о клане, чья история также начинается в том первом государстве, тоже самое и с историей клана Узумаки. Но почему тогда кланы не могли друг с другом договориться, ладно учихи и сенжу на ножах, но почему не договориться учихам и хьюгам, или хьюгам и узумаки?
     Тихо вздохнув я вернулся в реальный мир к окружающей действительности. Оглядываюсь, Хаширама и Изуна улыбаются, хорошо вчера посидели, а над серьезными вопросами они в отличие от меня не заморачиваются. Тобирама и Мадара держат лица кирпичом, но вот их взгляд... оба явно не здесь, обоих зацепил вчерашний разговор о богах, Рикудо и биджу.
     Но вот мы расходимся и я придя домой вижу Усаги стоящую у плиты, вроде ничего не случилось, но в воздухе буквально висит обида.
     – Здравствуй Николай.
     – Доброго утра Усаги, – подхожу ближе и кладу руки на ее талию, – что готовишь?
     – От тебя пахнет саке, – ну это и не удивительно, после всех наших ночных посиделок.
     – Я пытался сохранить свою голову, без алкоголя было никак, – тут она резко поворачивается в моих руках и пронзительно смотрит прямо в глаза.
     – От чего?
     – Я расскажу, но вечером, на трезвую голову это не смог воспринять даже Тобирама, так что нам нужен алкоголь, а пить сейчас, после того как я пил всю ночь будет неправильно, мне все-таки в отдел нужно, а тебе в госпиталь.
     – Тобирама? – Тут на ее личике проступило удивление, глаза расширились, брови взлетели...
     – Ну сначала Мадара, а потом братья сенжу и Изуна, так что...
     Но она уже не слушает и обнимает меня, а затем еще и глубоко целует меня.
     – Не нужно алкоголя, просто я навыдумывала себе разных глупостей, а теперь чувствую себя дурой.
     Тут даже говорить ничего не надо, она свой выбор сделала, но мы не муж и жена и даже никаких слов и обещаний друг другу не давали и сейчас ей банально некуда идти. В клановый квартал она пойти не может, там ведь находятся лучшие, мастера великого клана, что должны быть лицом клана среди других, худородных и ее там мягко говоря не ждут. Там при взгляде на нее будут или губы кривить, или хихикать за спиной... В клан она вернуться также не может, там ее тут же заставят работать по основной профессии, мол вернулась в клан, возвращайся к работе. И вот ей видимо показалось, что я гульнул, а ведь все куноичи во первых красавицы (хотя некоторые свои шрамы принципиально не сводят), а во вторых все клановые и у очень многих клан на первом месте.
     – Нет рассказать я расскажу, твой клан это тоже затрагивает, хоть и краешком. А о всем прочем не думай, я тебя бросать не собираюсь.
     – Догадался? – Она опустила взгляд.
     – Да, кстати неужели я единственный вариант, ты же красавица и умница, неужели никто тебе хотя бы цветов не подарил? – Тут она тихо и грустно смеется.
     – Глупый, разумеется и цветы дарят, и комплименты говорят, но это делают шиноби которые все клановые, с простыми людьми я просто общаюсь. И если сенжу, хьюга или учиха на меня не обращают внимания, то вот простые кланы... если из правящих просто хотят трахнуться, либо если они из рядовых то я общалась лишь с двумя и они хотят удачно выйти замуж и хоть как-то улучшить свою судьбу. Я ведь работаю в госпитале и сейчас мы активно принимаем тех кто получил травмы и увечья на войне, нужны лучшие, а у лучших жизнь уже расписана.
     Мдааа, и сказать нечего, хорошо когда ты свободен, силен и богат, а плохо когда наоборот, такого и в моем старом мире полно, на старушке Земле тоже не мало тех, чья судьба не сложилась.
     – Кроме того у меня есть ты, не глупый, красивый, сильный и не высокомерный парень, – а может я и поторопился насчет судьбы? Тут она глубоко целует меня...
     – Мммм, даже жаль что пора на работу, но вот вечером, вечером мы ммм...
     – Тогда до вечера.
     Придя в отдел как обычно создаю клонов для работы с бумагами и начинаю думать, что дальше? Криминал в деревне взят под контроль, да и было того криминала... бордели тоже, осведомители среди уличных торговцев также завербованы, завербованы и первые стукачи из клановых шиноби, сунувшихся к бандам и попавшие на крючок, тут никого учить было не надо, это подчиненные умели даже лучше меня... Организовать работу отдела я сумел как мне кажется на должном уровне, по крайней мере никто не говорил (ни в лицо, не за спиной) что я самодур, или дурак и надо по другому.
     Началось построение аналогичных служб "паутин" в крупных городах страны, расходы разумеется выросли, но пока средств выделяемых на отдел хватало, но уже впритык, а службы надо было разворачивать в срочном порядке... Но главное нужна была информация о большой политике, о том что происходит в кланах и какие там ходят слухи и настроения, а вот с этим были проблемы. Осведомители из кланов которых мы завербовали были рядовыми и "мало знали, а в основном исполняли", да и мало их было...
     Также требовалось иметь хоть какую-то информацию о том, что происходит в банковской сфере и среди крупных торговцев. Ведь любая война-восстание-революция это деньги, на одном только энтузиазме и стремлении к свободе-справедливости далеко не уедешь.
     И вот тут ждала еще одна проблема, если банковская система была традиционно закрыта и уже обладала неслабой системой безопасности, то вот крупные торговые компании частично срослись с определенными кланами шиноби, как тот же клан Сарутоби. И разумеется ни банки, ни торговцы не собирались делится информацией ни с кем посторонним, не важно он Хокаге деревни в которой ты живешь, или разбойник с большой дороги, как говорится "мы соблюдаем коммерческую тайну и дорожим репутацией".
     Хорошо хоть не нужно было заботиться о разведке, это было целиком в ведении Тобирамы, также в его ведении были все лаборатории и мастерские по производству снаряжения шиноби...
     И мне очень хотелось узнать, что там в лабораториях, местный технический прогресс буквально застыл на месте. Судя по документам и по словам всех кто меня окружает ни прорывов, ни открытий в мире не происходит, от слова совсем. Все пользуются лишь уже открытыми возможностями и проверенными практикой изобретениями. Оружие не разрабатывалось, есть чакра и шиноби, производство строго ручное, ведь есть чакра и шиноби, наука – ею занимаются шиноби... И с этим никто ничего не может сделать, развитие оружия невозможно, от первого огнестрела до автомата огромная дистанция и выходить с каким-нибудь кремневым мушкетом даже против генина идиотизм. Поэтому это направление и не развивается, производство не развивается по причине не любви к конкурентам, кто-то что-то открыл, создал и конкурент нанял шиноби, а те или убили того кто открыл, или все разнесли, разорив создавшего что-то новое. Да и создать что-то, что превосходит чакроаналоги дано не каждому, скажем освещение здесь на чакре и те же фотоаппараты, связь, компьютеры, все сколько-то технологичное на чакре и простому человеку конкурировать с подобным очень непросто, особенно когда ему еще и мешают, ну там война, неурожаи, разбойники...
     А самих шиноби все устраивает, ведь они и так на вершине мира, поэтому и не двигается наука, все идут проторенными дорогами, особенно если идти почти некому, с распадом на кланы, количество тех кто занимается наукой резко упало. Такое чувство, что с распадом того первого государства и появлением кланов прекратилась всякая теоретическая деятельность, хотя может и прекратилась, ведь клановая война началась, думать не надо, надо учиться убивать, а потом просто убивать...
     Поэтому мне и хотелось посмотреть, что там в лабораториях. В конце концов могу и подсказать пару идей, не совсем еще дурак, слава богу кое-что помню.
     Также при моей робкой и осторожной попытке (шифровался как мог) узнать о создании библиотеки для шиноби, в которой будут только простейшие техники и методики по управлению и использованию чакры, тут же натолкнулось на ярость кланов, все принадлежит им и по любому вопросу, связанному с чакрой, только в клан. После такого я долго боролся с желанием перебить всех старейшин кланов конохи.
     Надо же думать хоть на три хода вперед! С появлением деревни и соединением провинций в одно государство появятся и бесклановые шиноби, это неизбежно, государству нужна армия, а кланы с их небольшой (относительно потребностей государства) численностью и низким ростом, армию дать не в силах. Поэтому будут набирать рекрутов из простого народа. Да многие из них сдохнут, но те кто останутся живы могут, во первых высоко подняться, во вторых дать потомство. И сами выжившие и их потомки явно не проникнуться благодарностью к кланам за их высокомерие, скрытность и не желанием ничем делиться.
     А самое веселое, что государству кланы не нужны!! Ведь логика клана – все ради блага клана, в первую очередь свобода (во всех смыслах и формах), в том числе и от государства, а логика государства – все ради блага государства, а потому свободные и независимые кланы ему не нужны, как не раз говорилось "Империя превыше всего!". И в итоге кланы будут ставить под контроль, если и не Хаширама, то его приемник. И бесклановые, вполне могут стать не только сменой кланам, но и их могильщиками.
     В итоге, чтобы готовиться к подобному, могли бы стать учителями для бесклановых, могли бы стать полезными государству и вписаться в систему, но они просто закрылись в своих кварталах! Как страусы засунули голову в песок!! За ресурсы, заказы, перспективных людей они готовы драться, а на все остальное им плевать!
     Нет я понимаю, что они только-только воевали друг с другом и любовью к государству еще не прониклись, но хоть какой-то план развития и будущего у них быть должен, черт побери это на войне "прожил день и слава богу"! Сейчас же война закончилась, а ни каких-то предложений от кланов нет, каких-то серьезных планов по улучшению жизни тоже нет, проклятье, даже Нара молчат, а ведь умные, неужели не понимают, что если так и пойдет и дальше, то кланы заменят на более послушное пушечное мясо.
     В общем клановая система это была еще одна проблема.
     Но главной проблемой стал прогрессирующий идио..лизм Хаширамы. Складывалось такое чувство, что после основания деревни он начал новую жизнь, по новым правилам, позабыв о том, что остальные продолжают жить по правилам старым. До сих пор не было даже намека на создание гвардии или каких-либо спец. служб (потому и занимался этим сам, на пару с Тобирамой). И когда я трижды пытался навести его на мысль об их создании, он просто отшучивался! После третьего раза я буквально схватился за голову! Власти всегда нужны были люди для выполнения секретных-личных-грязных поручений, всегда нужны были безусловно верящие власти, всегда, везде, всюду у власти были люди образовавшие тайную-секретную-личную службу. И всегда везде был отбор в элитный отряд телохранителей-порученцев-мастеров на все руки, которые также должны были безусловно поддерживать власть и образовывать гвардию. Да подобное еще со времен появления кланов было, у каждого главы кланов были несколько человек для секретных поручений и отряд подчиненный лично ему, а тут ничего этого еще Хаширама даже не предполагал!!!
     В конце-концов я озадачил этим Тобираму и если насчет секретной службы все было понятно, то вот насчет гвардии, он придумал взять двоих учеников Сарутоби Хирузена и Шимура Данзо, которых будут обучать он сам, Хаширама и еще несколько учителей шиноби, с которых и начнется гвардия. Парни оказались настоящими самородками и учились не только у них всех, но и у Мадары с Изуной, время от времени бывающих в башне хокаге, что уже не очень нравилось Тобираме и напротив нравилось Хашираме...
     Между тем, придя в отдел, я узнал, что наконец-то вскрыли сеть наркоторговцев в деревне, собственно все как всегда, наркотики были во все времена. И вот тут я приказал убрать всех, кто в этом задействован.
     – Эммм, но ведь раньше мы ставили подобное под контроль? – Вот опять этот молодой инузука, неужели он не может подумать молча и про себя, или просто не привык к такому и ему надо разжевать и озвучить?
     – Мы ставили под контроль только то, что и так постоянно присутствует в жизни шиноби, бордели, вымогателей-грабителей, бары... – тут я вздыхаю, – наша работа такова, что очень и очень многим нужно потом расслабиться, скинуть стресс и тому подобное. Поэтому шиноби любят выпить после миссии, иногда они ходят в бордели, а сами миссии зачастую заключаются в убийствах, добыче информации, в том числе и пытками, и уничтожении чего-то ценного. Поэтому глупо уничтожать тех, кто занимается тем же чем и ты, это никогда не заставит людей прекратить подобное занятие, ведь пример обратного прямо перед глазами.
     – Но... но ведь есть и другие миссии и другие задания, есть...есть в конце-концов целители!
     Вот тут я краем глаза вижу, как один из ветеранов сенжу не сдержав эмоций смотрит на парня как на дурачка.
     – Есть, но и миссии о которых я говорю тоже есть, а достаточно иногда и одного примера, после же клановых войн примеров было много. Но возвращаясь к наркотикам, никто из шиноби их не употребляет, слишком быстро и легко получается подсесть и слишком быстро и легко превращаешься в дерьмо, во всех смыслах. Также и с людьми обычными, кто начинает употреблять, быстро перестает быть человеком. Они не нужны и по сути просто способ выкачивать деньги, попутно уничтожая людей. Поэтому приравниваются к прямой угрозе деревни. Убить всех кто в этом замешан. – В конце маленького монолога мой голос затвердел и последней фразой я уже отдал приказ. На лице же молодого инузуки было выражение пылающего энтузиазмом солдата, когда после разъяснения маневра все просто и понятно, и главное самому думать не надо.
     – Есть, исполняем.
     Пара моих наставников, из учих и сенжу разумеется осталась.
     – Категорично, даже чересчур.
     – Скорее хочу дать пример страха, если будут знать, что положено за подобное, то еще долго не сунуться. Спрятаться от шиноби простому человеку очень не просто, особенно когда хочешь посадить на отраву побольше народу.
     – А почему не сделать так с остальным отребьем?
     – Я уже говорил, потому что бесполезно, запрещать и бороться с борделями и барами где наливают бессмысленно, к этому тянуться и это требуется очень многим, запрети мы это и ликвидируй, все равно возникнет в другом месте. С грабежами же проблема в том, что рано или поздно к криминалу присоединятся и некоторые шиноби, поскольку шиноби и сами часто получают задания вида уничтожь караван-факторию-какого-то человека, то часть таких шиноби будет грабить и своих односельчан, просто желая жить побогаче, или не делая разницы, между своими и чужими. Убрав таких получим только недовольство кланов, потом на их место придут другие, ведь мы ликвидируем не причину появления таких шиноби, а лишь самих шиноби. – Тут я вздыхаю, не хотелось повторять еще раз, – и убрать их очень быстро, мы не сможем, нас во первых немного, а во вторых они не идиоты и скрываться могут получше простых людей. Мы можем лишь ограничить их правилами, вот это вам можно, вот это нельзя, кто против прибьем.
     – Учиха могли бы переловить их очень быстро, – сенжу говорит, но судя по его лицу он и сам не верит в то что говорит. И в ответ на его реплику высказывается учиха.
     – Переловить можем, но никто не будет этого делать, мы ведь великий клан, бегать за мелкими бандитами невместно, это роняет престиж клана, – тут уже учиха кривиться, грязи он повидал явно не мало и урона своей чести в ловле бандитов не видел.
     – То есть ликвидировать эту проблему полностью мы не можем, – возвращаю я себе инициативу, – к тому же, мы не одни в мире, очень скоро начнут образовываться другие деревни и они разумеется начнут интересоваться, что у нас происходит. И искать осведомителей они будут в первую очередь среди криминала, они ведь и так против власти.
     И это еще одна причина не уничтожать криминал, а контролировать его. По этой же причине я и приказал вербовать шиноби работающих с криминалом, лучше заранее знать свои слабые места, чем потом после удара судорожно их выискивать.
     – А наркоторговля? – Задал вопрос сенжу.
     – Как я и говорил без нее вполне можно прожить и пользы от нее нет, а значит можно уничтожить, заодно и кое-какие горячие головы успокоятся.
     – Ясно, тогда мы на задание, командир. – А ведь это он без сарказма, серьезным тоном, я и в правду становлюсь их командиром, ну хоть что-то меня радует.
     Этим вечером я, закупив алкоголя, долго разговаривал с Усаги, о богах, о кланах и как я ей предсказывал, новость о том, что нами правит полубог, который воюет с бумагами на своем столе, а другой полубог вчера вместе со мной в пьяном виде орал песни на горе, над Конохой, выбила ее из колеи также как и всех остальных, кто пил со мной.
     – Кстати, ик, нам пора переходить от теории медицины к практике, ик. – Улыбаюсь, да и я, и она пьяны, но я улыбаюсь, выглядит она сейчас ну очень смешно, а я могу наконец-то не думать о проблемах и вопросах деревенского и мирового масштаба, а могу просто любоваться красивой женщиной.
     – Выпей, а то икота не пройдет, да и какая практика, я же и так практикуюсь постоянно, пусть и при помощи клонов.
     – Я итак пью, ик, а практика это значит что ты перейдешь к лечению живых, ик, людей, сейчас о том что медик знаю лишь я, ик, да и трупы живым людям не замена.
     Кривлюсь как от кислоты, мдааа, она конечно права, но вот мне хочется всего, пусть и не сразу. Я хочу знать и медицину (так как помню как Мадара не мог вылечить своего брата), хочу быть сильным воином-магом (так как помню как убили мою здешнию семью), хочу сделать деревню лучше (так как на одних мечтаний Хаширамы для этого мало), хочу разобраться в этом мире (а значит нужна информация из закрытых архивов), а главное я не хочу выбирать что-то одно, я хочу все!
     – Я хочу все, у меня куча занятий, но я не хочу бросать ни одно, – я был спокоен, потому что только все для себя решил. Она тихо хмыкнула, мол все хотят, но ни у кого пока не вышло.
     – Во первых не получится, как не получилось ни у кого до тебя, во вторых тебе времени не хватит.
     – Встал, в отдел, семь часов там, серьезных дел и задач перед нами пока еще не ставят и все спокойно. За эти часы клоны учат теорию и отрабатывают известные техники и приемы тай, потом в госпиталь шесть часов практики, клоны учат теорию и печати, что ты хочешь мне дать. Потом пять часов на само развитие и усвоение пройденного за день и шесть часов на сон, – я смотрю как она хмурится и грустно улыбаюсь, – я выдержу, ты даже не сомневайся.
     – Я не услышала где в твоей программе отдых, ты ведь сам говорил о том, что нужно расслабляться, – вот тут мой взгляд твердеет.
     – Очень скоро мирное время закончится, деревня на плаву и крепнет, выводы из этого сделать не сложно. Поэтому как только закончится объединение других провинций, под другими деревнями и накопят достаточно ресурсов начнется мировая война между деревнями шиноби. Вот только бои пойдут не отряд на отряд, а армия на армию. Я должен быть готов, иначе, – и тут пересказываю ей историю со спасением Изуны и гибели моей здешней семьи. Она на глазах мрачнеет и прикусывает губу и судя по ее потяжелевшему взгляду весь алкоголь куда-то исчез, она совершенно трезва. – Поэтому такая программа, а отдыхать я буду один день в неделю.
     – Хорошо я поняла и тоже буду готовиться, пусть и не так как ты, – тут она улыбается и ее улыбка словно смывает всю мрачность и я улыбаюсь в ответ, после чего подхожу к ней, подхватываю ее на руки и несу в спальню.
     И началась моя лютая учеба, темп я выдержал, но обнаружилось, что за день можно развеивать лишь 50 клонов, иначе от избытка информации голова болит тааак, что с трудом получается лежать и не выть от боли. А главное при большем количестве клонов информация образует натуральную кашу. Впрочем и 50 клонов были тяжелым испытанием, впрочем как я выяснил, это только в том случае если они действовали часы и скопили большой объем информации, если клон развеивался быстро, то я мог держать уже около 350 клонов, когда я подобное увидел, то даже слегка ошалел.
     Также меня наконец-то научили делать свитки для запечатывания людей. И разумеется я тут же начал с ними экспериментировать. Разумеется я первым делом решил запечатать себя, ну а точнее клона и проверить, что будет если пройдет срок распечатывания. Тут нужно сделать маленькое пояснение, у каждого свитка запечатывания, не важно для чего, предметов или людей, было время хранения в нем. И если во время не распечатаешь, то лишишся того, что запечатал (разумеется были нюансы вроде сроков хранения, мастера таких свитков могли вплетать в них и элементы самоподзарядки от природной чакры, равно как и элементы защиты от посторонних, но Усаги таким мастером не была), вот я с помощью клона и хотел попробовать посмотреть куда именно запечатывают.
     Разумеется ничего не получилось, свиток просто оказался пуст, а информация от клона не пришла. Опыт с запечатыванием тоже ничего не дал, я распечатав ее не увидел ничего, ни одного снятого кадра.
     Тогда следующий шаг, опять с клоном, но уже под завязку накачанного чакрой и в этот раз я должен был выдернуть его техникой обратного призыва через пять секунд после того как выйдет время распечатывания. Собственно применить подобное я мог лишь один раз, этот раз остался у меня от старых времен, еще когда в моих руках были свитки Узумаки, возвращать его я не стал, это не тайна для любого клана имеющего контракт с призывными зверями.
     И вот клон возвращается, в совершенно ошалевшем состоянии, запас свой он растратил на четверть, а когда он развеялся, то я сел где стоял и схватился за голову. Никаких других миров, никаких подпространств, клон чувствовал, благодаря сенсорике, ту самую звездную пустошь, где я оказался когда умер на своей Земле.
     Это открытие давало ответы на некоторые мои вопросы, например что такое это запечатывание, в пространство между миром Наруто и пустошью выталкивается предмет или человек, а само течение энергий там такое, что все что ты туда вытолкнешь, будет стремиться именно на пустошь, то есть образно говоря "уплывают в мир смерти", где разрушаются. Поэтому во первых создается "веревочка" для того чтобы вернуть запечатанное обратно в мир Наруто. Веревочкой служит вариация техники обратного призыва, также вокруг запечатанного объекта создается энергетический кокон, который какое-то время защищает его от любых воздействий и одновременно на этот кокон и настраивается обратный призыв. Собственно именно этот кокон и есть та сложная печать, что наносится на свиток, ну и еще кое какие элементы для призыва его обратно и чем больше элементов в печати, тем лучше кокон.
     То есть получалось что-то вроде груза, опускаемого в кислоту, вынешь вовремя, все в порядке, нет, кислота разъест груз. Поэтому нельзя запечатать две вещи одну за другой, техника призыва уже настроилась и встроить в нее новый элемент нельзя, понятно и чем отличаются свитки для запечатывания человека и предмета. Для запечатывания человека нужно учесть большее количество защитных факторов, ведь он например имеет душу, чье пребывание рядом с пустошью может очень негативно сказаться на человеке.
     Также я понял принцип действия техники Тобирамы, он ставил метку-маяк для обратного к ней призыва, запечатывал сам себя, после чего распечатывал, направляясь к уже поставленной метке, сенсорика для подобного была необходима как воздух, а он славится как великий сенсор, также необходимо защитится от действия междумирья куда попадаешь после запечатывания. И вот тут у Тобирамы были проблемы, ему дали далеко не все сведения Узумаки и его защита явно жрала прорву чакры, поэтому он не применял свой "полет бога грома" очень активно. Также из междумирья можно было попасть куда угодно, в любую точку мира, где есть твоя метка, в реальности же туда где ты сможешь почувствовать свою метку, впрочем радиус все равно получался очень большим, ведь никаких помех там не было, да и сканировать там было проще... Также в теории можно было достичь других миров или вселенных, но на практике энергия кончится раньше и ты сдохнешь. Плюс еще и необходимо знать куда идешь, времени на раздумье и поиск пути может просто не быть...
     Также то что я понял принцип действия техники, еще не значит, что я могу ее использовать, нужно много экспериментов, нужно видоизменить некоторые техники, вроде той же техники обратного призыва, нужно время, а его у меня теперь не хватает...
     Также меня научили простеньким печатям для укрепления костей, связок и стольже простеньким усилениям мышц, собственно это были даже не печати, а скорее руны, наносимые на кожу, а простые, потому что по словам Усаги она видела куда более сложные по виду и куда более действенные печати. Собственно такие печати одна из причин живучести ее клана и их феноменальных возможностей.
     Когда же я задал ей вопрос о связи ее клана со смертью, она жутко перепугалась и сказала мне никогда не говорить об этом вслух ни перед кем из ее соклановцев, иначе могут начать убивать на месте, этот секрет один из самых охраняемых в клане.
     И это наталкивало на уж совсем странные размышления, я ведь сказал именно смерть, а не мир смерти, значит и она подумала о смерти, так черт возьми тут у них можно поговорить, заключить сделку, как-то взаимодействовать с самой Смертью? Или наоборот нельзя и теперь никого к этому не подпускают, во избежание?
     Подождав когда она успокоится, выяснил, что это секреты правящей ветви и ей разумеется никто ничего не объяснял, но вот о том, что клан как-то связан с местным богом смерти знают очень многие в клане.
     Жизнь вновь вошла в колею, я тренировался и учился как безумный, так что даже мои немногие друзья стали меня подкалывать или советовать мне отдохнуть немного, но я прекрасно понимал, у меня крайне мало времени, очень скоро начнется наращивание сил и чистка страны от всех кто не хочет жить так, как прикажут. Сейчас шиноби активно притирались друг к другу, формировали команды и отряды, оттачивали взаимодействие и в стране активно еще не работали.
     А значит меня вполне могут послать на подобные миссии, под каким-нибудь предлогом, ибо многим из клановых не нравился сам факт того, что я занимаю кресло начальника, пусть даже с виду это и синекура, презрение и спесь, пополам с самовлюбленностью не редкость, достаточно вспомнить мой мир и "долг белого человека", а также государства индейцев, которые просто обнулили под крест и корону, люди везде люди, равно как их характеры и психология.
     Так что я тренировался где-то шесть месяцев, а потом стал командиром одного из отрядов шиноби, нашей задачей стало объяснить некоторым феодалам, что теперь когда появилась страна огня, главный в ней дайме и кое-что поменялось, в частности нужно теперь платить этому дайме. Было и еще несколько моментов, но дайме громким и визгливым голосом возмущался именно этим обстоятельством. Дайме был выбран из провинции учих, Тобирама злился по этому поводу, но ничего поделать не смог и лично подобрал ему трех из четырех советников, по самым важным вопросам, один из таких советников и должен был вручить нам задание и обговорить оплату, но не повезло и прямо во время наших переговоров к нам зашел этот чертов дайме. В результате мы минут пять слушали его вопли и визги о том, что "мы должны покарать предателей и сволочей, бунтующих против законной власти". После такого я готов был согласится с Тобирамой о том, что нужно было выбирать на должность дайме феодала яманак, этот мало того что туп, так еще и истерик. Никто его не предавал, равно как и не присягал ему, просто не успели еще и власть его не была законной, не написали еще законов, просто его назначили на эту должность, кто-то с этим согласился, а самые умные уже начали обустраиваться у трона, а кто-то не захотел лишаться привычной жизни и теперь вроде как бунтовщик и предатель, или как в нашем случае просто хотел сам сидеть на троне.
     Но вот дайме вроде как отдав нам приказ гордо вскинув голову ушел, а мы продолжили переговоры, оказалось нам нужно было добиться признания власти дайме трех областей на границе страны, владельцы которых заключили союз и выступали против "назначенца" и всех кто с ним связан. Проблема эта осложнялась тем, что к феодалам стали стекаться все местные разбойничьи шайки, включая и шиноби.
     И похоже они решили сделать ставку на блиц. Быстро собирается подобие армии, которое усиливается шиноби, столица берется штурмом, масса войск, при поддержке шиноби, это вполне могут, особенно если при самом дайме только пятерка телохранителей уровня ниже среднего. После чего самого дайме казнят, вместе с окружением по обвинениям в кровной мести, подсылании убийц и вообще любой причине которую выдумают (ну или они погибают при штурме).
     После чего немедленно посыльный в коноху, "мы не против вас, нет ни в коем случае, мы только против этого конкретного человека. Да мы поступили плохо, но он сам был такой плохой, что воооообще, а мы хорошие и все договоренности с вами признаем и можем даже сделать несколько дополнительных уступок"... Убивать еще и этих? Так может и феодалов не остаться, их и так не слишком много, да и за что их убивать? Нынешний дайме далеко не святой и они могут быть правы, потом торг по тому, что мы получим если признаем одного из них дайме и все закончится, большинству шиноби плевать кто сидит на золотой табуретке (именуемой троном) только чтоб не тянулись им указывать, а они став властью могут или все поправить и стать силой с которой нужно считаться, или просто пожить в свое удовольствие. Вот примерно таким планом они могли руководствоваться.
     На секунду мелькнула мысль о том, как будут выкручиваться эти феодалы при проверке их на предмет связи с конкретными кланами? Но эту мысль я сразу же отбросил, не будет никаких проверок, кроме расспросов, проверка любой крупной фигуры при помощи чакры и связанных с ней приемов, это несмываемый позор и клеймо говорящие о том, что на руку нечист, ведь никто просто так подобное не применяет. А серьезных доказательств у меня нет, слово нескольких человек (советники), против слов феодалов и все.
     Проблема была в том, что сегодня-завтра они могли перейти в наступление, а у дайме под рукой были лишь войска для поддержания порядка, для полевого сражения, даже с нашей поддержкой их было мало. Время когда можно было подтянуть собственные армии он упустил, равно как и не было времени чтобы внедриться к аристократам и поубивать их, одного еще да, но их трое и всех наверняка хорошо охраняют. Если же их армии перейдут в наступление, то все еще больше осложнится, разбойников в стране огня не мало и армия феодалов будет расти как снежный ком, от присоединения этих шаек, собственно она и сейчас растет. У меня же сейчас под рукой сотня бойцов и нас могут тупо забросать пушечным мясом.
     – Почему мы говорим об этом только сейчас, почему вы не послали весть в деревню раньше? – Пять секунд он просто стоит, словно выпавший из реального мира, а потом его лицо каменеет, а в глазах появляется гневный блеск.
     – Мы посылали весть дважды, вы пришли после третьей.
     Мдааа, все еще хуже чем я думал, либо на это в родной деревне плюнули, либо что куда вероятнее кто-то хочет вот таким вот образом утвердить своего человека на посту дайме. Потому и послания не доходили, а потом наверняка обнаружатся какие-нибудь ошибки или недочеты, ведь толковой системы по получению заданий еще не создали, раньше шиноби сами решали куда идти и что делать, ведь раньше они фактически были хозяевами своих провинций, а теперь вроде как наемные работники.
     Узнать о том, что деревня не организовала свои силы и не вмешивается в то, что происходит в стране не сложно, нужно только иметь в самой деревне пару своих людей, информацию по организации армии скрыть невозможно, вот только это означало то, что о помощи просить бесполезно, она просто не успеет. Письмо или не дойдет, или дойдет слишком поздно. Можно самому сбегать в Лист и добежать я смогу очень быстро, но пока добегу, пока все согласуют и выделят шиноби для боя (ведь сформированных отрядов пока еще мало и они все уже отправлены наводить порядок в стране), за это время феодалы уже достигнут столицы, если они не дураки, то уже получили весть о выдвижении моего отряда и выступили.
     Можно было выкрасть дайме и спрятать его и советников, тогда вся эта авантюра может закончится пшиком, даже если они и возьмут столицу, то потом... а вернут ли они ее потом это большой вопрос, трусов и проигравших никто не любит. Да и тогда умные и сильные парни взявшие столицу для многих окажутся куда предпочтительнее трусливого истерика. А наследным правителем он не является, его на это место назначили, так что все очень неоднозначно. Защищаться в столице? Опять же нас слишком мало, равно как и войск этого дайме, который видимо приказал послать весть в деревню и забыл о проблеме, ведь раньше такие вопросы решал клан, он только просил и выделял деньги.
     Тоже самое явно понимал и стоящий передо мной советник, поэтому он задавил свой гнев и... договорились мы минуты за три, после чего я... еще два часа походил по дворцу (но уже под маскировкой) и вернулся к отряду.
     Главное, что я решал по пути к отряду это стоит ли игра свеч? Может и в правду свалить за помощью? Авторитет я потеряю и второй раз командование мне не доверят, но мой пост останется со мной, тут меня выручит моя дружба с Хаширамой и Мадарой и уже сформировавшиеся мнение у Тобирамы, так что я в общем-то останусь при своих, потеряю разве что время на оправдывание и еще репутацию, но все это я смогу пережить и при этом сохраню свой отряд.
     Но вот дайме у нас в стране сменится и он будет весьма сильным и волевым (другой на подобную авантюру не пойдет), то что деревне как раз и не надо, нынешний дайме представляет из себя именно то, что я хотел видеть. Советники у него думают о борьбе с друг другом, а не о том чтобы контролировать только что созданную деревню, а значит львиная часть власти в стране будет находится в руках Хокаге. Если же смена все-таки произойдет, то кланы помогшие это провернуть получат обговоренные плюшки, а деревня почти наверняка лишние проблемы, ибо сильный не захочет чтобы ему кто-то указывал и рано или поздно дорожки дайме и деревни разойдутся.
     А значит придется выйти сотней шиноби против армии.
     Впрочем не все так плохо, основная масса тех кто идет к столице это простые люди, если они пойдут на нас в атаку, то мы проиграем, но вот если атакуем мы... Они не выдержат, то что привычно для шиноби у обычного человека вызовет ужас. Это для шиноби привычен огненный шар, простой человек побежит от него и плевать ему на любые приказы, в огонь он не пойдет. А ведь не малая часть войск идущих к столице – разбойники, эти точно побегут, давить массой народа и отвлекать от главного удара они могут, но вот стоять насмерть нет.
     Опасны для нас были только личные отряды феодалов и присоединившиеся к ним шиноби. Личные отряды были опасны тем, что могли собрать и двинуть против нас уже побежавших,
     ведь нам могло банально не хватить чакры и один раз испугав людей мы могли просто выдохнуться. Шиноби же были опасны тем, что во время войны кланов они много чего повидали и стеной огня их не испугаешь, да и неизвестно сколько еще этих шиноби...
     С другой стороны шиноби могли и не сражаться за феодалов, умирать за них они явно не хотели, не для того из кланов уходили и при серьезной атаке сбежать и разбойничать как раньше. Короче это самая скользкая часть плана, тут можно лишь разобраться на месте.
     Далее когда нам атаковать? Ночью и только ночью, раз большая часть в войске простые люди они должны и будут спать, поддерживать свой организм чакрой они не могут. Разумеется будут охранение и часовые, но у меня есть несколько учих и несколько сенжу, и даже если часовыми будут шиноби у них нет шансов, уровень не тот.
     И разумеется отряд горячо поддержал мой приказ о атаке на армию феодалов, что не удивительно, ведь в отряде было лишь 30 ветеранов клановых войн. Из этих 30 лишь десяток обладал уровнем джонина и токубецу-джонина, остальные были средничками. Еще 30 человек в отряде также были средничками, но вот войну уже не застали и опыт у них был одна-две миссии, оставшиеся были новичками уровня сильный генин-чунин. И если ветераны сразу поняли опасность и синхронно нахмурились, то вот остальные также синхронно засверкали глазами и чуть ли не стали выкрикивать "Разбойник должен висеть!" (ну в самом деле какие-то разбойники решили взять столицу, пойдем да перебьем всю эту погань, что засоряет страну). Я же твердым голосом стал разъяснять все нюансы. И то, что врагов будет очень много, но большинство простые люди и надо не всех убить, а всех напугать, а именно при ночной атаке, при помощи сильнейших стихийных техник. Да этих людей будут прикрывать шиноби, но это будут люди ушедшие из кланов разбойничать, а так как у нас есть трое учих и четверо сенжу. Первые своим шаринганом могут видеть чакру и вычислить всех часовых, вторые владеют стихией земли и могут проплыв под землей тихо ликвидировать этих часовых. Также могут помочь иллюзии насылаемые на простых людей, сопротивляться им они не смогут. Вот с иллюзиями все было хуже, они были двух типов, первый иллюзии направленные на одного человека, такие были самыми сильными и действовали когда чакра иллюзиониста попадала в мозг атакуемого, минусом было то, что больше одного человека таким образом атаковать невозможно.
     Второй тип это чакроконструкции в реальном мире, подобные иллюзорному клону и мне нужны были именно они, но подобным владел лишь клан Курама, а их у меня в отряде было только двое новичков. Но они заверили меня, что на пару крупных иллюзий их хватит. Далее мы все дружной компанией двинулись на встречу армии, а по пути у меня состоялся небольшой разговор с ветеранами, как и ожидалось они быстро поняли, что не все так просто.
     Разговор был очень непростым, как я и говорил, они не понимали, почему нужно рисковать собой из-за того, что кто-то решил скинуть истерика с трона. Ведь это не угроза клану, деревне, их семьям... но я в свою очередь привел свои аргументы о том, что именно истерик и полезен для деревни, что взятие столицы будет благом лишь на первых порах, а потом начнутся проблемы... после всего этого смотрели на меня странно, ведь я предлагал жертвовать собой ради деревни и это было им в новинку.
     – То есть мы будем убивать и умирать ради деревни?
     – Ради нее и ради будущего, деревня оказалась лучше клановой системы, причем не только для шиноби, но и для простых людей. А значит деревня будет и жить мы или наши потомки будут в деревне, поэтому я и хочу заранее убрать проблему.
     Они переглянулись, да ребята если хотите жить в обществе, то кто-то должен ставить его интересы выше своих, на одних только кланах деревню не построить.
     – Понятно, приказывай командир.
     Собственно еще какие-то слова были излишни, они уже привыкли убивать по приказу, главное чтобы приказ был обоснован, обоснование я привел, а их сила и умение гарантировали, что они смогут выйти живыми или просто сбежать из боя, попутно вытащив одного двух молодых, все-таки равных джонинам, ветеранам клановых войн там не было. А раз так, то зачем спорить?
     Также во время атаки было решено изображать демонов, вроде как за то, что пошли против дайме на них напали потусторонние силы, но вот идею с масками одного молодого парня из клана курама я отмел. Какой смысл? Простому человеку хватит обычной техники перевоплощения, а шиноби масками не смутишь, поэтому лучше без масок, так проще.
     Когда же мы подошли к лагерю оказалось что перед нами почти трех тысячный табор, за исключением центра, где судя по всему были личные отряды феодалов и шиноби, приученные к дисциплине на войне. Войск в центре было очень не много (на глаз человек 400) и стояли они ровным квадратом после шла пустая полоса в тридцать шагов, после чего располагались остальные "войска". Никакого порядка не было, палатки, навесы, а иногда и шалаши стояли как попало, без всякого порядка, напоминая кляксу вокруг квадрата. Видимо армия была армией только за счет обещаний будущей хорошей жизни и шиноби, которые удерживали разбойников в узде. С одной стороны лагерь примыкал к лесу, с другой стороны в ста шагах от лагеря была река...
     А ведь они могли бы нас одолеть, если бы атаковали сами, перевес в живой силе слишком велик, а у меня в отряде действительно мощных бойцов мало, и их вполне можно компенсировать атакой тех двух сотен шиноби, что я почувствовал.
     – Часовых у этого сброда мы уже убрали, – теперь на лице ветерана было лишь отвращение к тем кого он будет убивать, все мысли о побеге уже улетучились, сбежишь от таких перестанешь себя уважать. – Как именно будем атаковать?
     – Раз мы рядимся под демонов, то лучше всего применять огонь и молнии, также активно используем взрыв-печати и атаки из-под земли. Атакуем так, чтобы загнать их в реку или лес. Феодалов по возможности брать живьем. Парни как быстро вы сможете создать иллюзию демона размером с дерево? – Члены клана Курама переглянулись.
     – За тридцать секунд, – мдааа, новички как они есть.
     – Начинаем сразу после появления иллюзий, первую минуту атакуем только сохраняя дистанцию, главное поднять как можно больше шума и разбудить всех. После первой минуты, атакуем самыми мощными техниками и под их прикрытием идем в ближний бой.
     – Ясно.
     Дальше быстро проверили снаряжение, те кто будет атаковать из под земли и огненными техниками передали свои взрыв печати новичкам, кто-то стал наносить яд на катану, кто достал пару свитков с метательным железом...
     Вот мы разошлись, так чтобы охватить этот лагерь полукругом, а я дополнительно усилил отряд сотней клонов, чакры в них немного, но могут сыграть роль массовки и живого щита.
     Но вот рядом с нами появляются два огромных, огроподобных, ярко алых oni и мы резко убираем маскировку, также перевоплощаясь в алых oni и забрасываем спящий лагерь взрыв печатями и огненными шарами.
     Разумеется тут же раздались крики, вопли и началась паника, лагерь стремительно просыпался и к концу минуты на ногах были все. Кто-то из шиноби и людей феодалов пытался навести порядок, кто-то продвигался через толпу чтобы атаковать нас...
     И тогда мы зашли с козырей и ударили разом своими сильнейшими атаками. И как раз перед нашей атакой демоны-великаны синхронно зашлись хохотом.
     – "Великое огненное уничтожение" – одна из моих сильнейших огненных атак, но вот печати для подобного мне приходится складывать в течении десяти секунд! Мадара как первый раз увидел, что я могу подобное похвалил за прогресс, а когда узнал о том сколько времени и сил трачу, то хохотал минут пять.
     Также вижу как сквозь мою стену огня пролетает несколько огненных драконьих голов и слышу как взрываются где-то в лагере, также успеваю увидеть как несколько шиноби пытающиеся навести порядок погибают насаженные на каменные колья...
     Тут же раздались крики "Это демоны спасайся!", "Бегите к воде, прочь от огня!" "О великие боги спасите нас!" и все прочие в том же духе. Разбойники и несколько мелких отрядов шиноби, никого больше не слушая, бросились к реке в лес не побежал никто. А те что в центре выдержали, шиноби там было 100 человек и они успели защитится техниками земли. Чакры у многих после этого не осталось, но они были живы, не побежали, а рядом с ними стояли войска феодалов, победить после бегства своего пушечного мяса они уже не могли, но вот при атаке на них у нас бы наверняка были потери. И судя по тому как они стали занимать круговую оборону они решили, что сейчас их будут убивать и готовились драться до последнего. Что было очень любопытно, ни разбойники, ни шиноби так себя не ведут, разбойники понятно почему, шиноби же нужен простор и маневр, их главная сила в скорости, эти же по какой-то причине ушли в оборону...
     – Все, – холодно сказал один из ветеранов рядом со мной, – теперь когда эта шваль побежала, у тех что остались нет шансов, особенно в такой позиции, – тут он презрительно усмехнулся, в его понимании ни один шиноби не стал бы стоять на месте.
     А у меня появилась мысль, о том стоит ли мне вообще убивать этих людей? Они поднялись против законной власти? Так нет еще никакой власти, система еще только строиться, это в детских играх "я захватил столицу и теперь все государство мое". Да и моя задача не истребление всех кто против, эти люди вполне могут стать частью системы, если покоряться...
     – Я поговорю с ними.
     – С ума сошел, их еще черте сколько! А если убьют!? Да и зачем с ними разговаривать!? Просто закидаем их техниками и все!! – Вот законченный шиноби, думать только до боя и после него, и думать только о миссии, обо всем остальном пусть думает командир.
     – Они отлично подойдут для службы на границе.
     – Что! Командир опомнись!!
     Убегающие достигли реки и засадный отряд, дождавшись когда почти все убегающие шиноби побегут по воде, пустил по реке гигантского электрического дракона, убившего почти всех шиноби...
     Но я уже направлялся к обороняющимся. Даже очень быстрая пробежка по лагерю (под покровом) не спасла от чудовищного запаха горелой человеческой плоти, я держался от того чтобы сблевать, а вот чем ближе я был к оборонявшимся, тем явственнее слышал как кто-то себя не сдерживает... Я остановился в двадцати шагах от строя, где вперемешку стояли шиноби и некто, кто очень сильно напоминал мне самураев.
     – Приветствую. Могу я поговорить с тем кто командовал данным походом? – В меня молча кидают пару кунаев, но покров они не пробивают и я также молча запускаю молнию с руки и метатели падают с дырами в груди, также падают и те кто стоял за ними, молнии были слишком сильными...
     – Нам не о чем говорить, мы не собираемся сдаваться, лучше умереть сейчас, чем под пытками или хохотом толпы. – Это уже голос откуда-то из глубины строя обороняющихся.
     – Да я как-то и не предлагал сдаваться, я предлагаю поговорить.
     – И зачем нам это?
     – Ваши люди успокоятся и перестанут блевать, ваши шиноби отдохнут и хоть немного восстановят чакру, а вы может услышите что-то хорошее и мы сможем договориться. Вам ведь уже терять нечего.
     – И правда, чтож я иду, – ко мне, пройдя через строй, выходит старик в помпезной броне и сразу видно, что этот старик из тех, что до смерти сохраняют силу и живость ума. Лицо как из камня, в глазах ум и решимость... Такого и толкать на авантюру не надо, он сам не будет подчиняться ничтожеству, что представляет из себя нынешний дайме и наверняка двое оставшихся феодалов этому под стать. – О чем именно будем говорить?
     – О будущем, о вашем будущем, вы не желаете сдаваться, а я не желаю вас убивать, значит надо решить как вы будете жить. – В ответ на мою тираду он криво улыбается.
     – Не хочешь убивать, это почему же? – Фыркаю.
     – А что я получу кроме груды трупов?
     – Выполненное задание и деньги за него, решение проблемы. – Теперь уже фыркает он.
     – Деньги за подобное это единственное удовольствие, а решение проблемы – тут я кривлюсь будто съев лимон, все ведь на поверхности, – никто ведь не брал в поход детей и жен? Когда убьем вас нужно будет переходить к карательной операции и убивать уже членов ваших семей, ведь они не забудут о вашей смерти. А поскольку они будут защищаться всеми способами и средствами, то мы получим еще три горы трупов на месте ваших замков и разоренные окрестности этих замков, так как не все шиноби отличаются сдержанностью и милосердием, а такое развлечение как пытки и грабеж известно очень давно. А главное потом все равно нужно будет кого-нибудь сажать на ваше место, восстанавливать округу, налаживать жизнь... короче делать то, что можете делать вы сами. Я не вижу чести или радости в бессмысленном убийстве своих и считаю, что любая война должна приносить прибыль, а не разорять свою же страну.
     – Своих значит.... то есть мы должны просто повернуться и уйти, после чего забыть обо всем, что здесь произошло? – Он в легком удивлении хмуриться.
     – За исключением нескольких важных нюансов, да.
     – Хотите сами править страной?
     – Хотим, но править страной в одиночку мы не сможем, нужны простые люди которые возьмут на себя часть работы.
     – А нам бросаете кость, чтобы утерлись и были довольны.
     – Предлагаем кусок пирога и просим не сопротивляться прогрессу.
     – Кусок пирога? Да ведь это вы собрались править и львиную долю власти собрались взять себе!! Да даже так, править ведь будет то ничтожество, что вы посадили на трон! Я потеряю даже то, что у меня было до этого, это ваш прогресс!? – А дяденька начал выходить из себя.
     Он случаем не оратор? А то ведь я его не переспорю... а что до прогресса, то почему-то везде считается, что феодальная раздробленность хуже чем централизованное государство. Плохо разве что феодалам и их приближенным.
     – Первое править будут советники дайме, в число которых войдут феодалы, второе всегда для правления крупной страной нужны наместники в их число также могут войти феодалы, третье касательно потерь от прогресса это вы о себе или о всех людях? А то что-то подавляющие большинство людей с которыми мне довелось говорить были искренне рады объединению страны. Деревня шиноби будет и страна будет, вы можете или красиво сдохнуть, или присоединится к выстраиваемой системе. – Теперь я добавил твердости в голос, шутки в сторону, либо соглашается, либо нет.
     – Ты говорил о нескольких важных нюансах. – За время моего монолога он успокоился и взял себя в руки.
     – Их два: первый все шиноби должны прибыть в Коноху, второй скажи с какими кланами ты говорил перед своим походом.
     – Вот так просто? А если я например не хочу отдавать своих людей!?
     – Все шиноби этой страны так или иначе войдут в деревню, никому не хочется повторения сегодняшнего и никому не хочется чтобы у кого-то кроме деревни в стране была своя карманная армия из шиноби.
     – Они ведь не ровня деревне. – Он вновь хмурится, ну да не сложно понять, какое преимущество будет у того у кого есть шиноби, но это означает, что все опять могут разойтись по кланам, феодалам, провинциям...
     – Сейчас не ровня, кто знает что будет потом?
     – Если они придут в деревню, что их там ждет?
     – Кому-то предложат вступить в клан, кого-то раскидают по подразделениям, а оставшихся наверняка направят на границу, страна большая и ей нужны люди.
     – А если они сами этого не захотят?
     – Ты их набирал из разбойников? – Собственно на этом разговор и завершился, либо шиноби идут в Коноху, либо остаются разбойниками, со всеми вытекающими.
     Мы договорились, он был умен и не хотел умирать, потому смирился с тем, что не станет дайме, а решил занять пост советника, два других феодала нацелились на посты наместников провинций. Разумеется сразу как только они вернуться, то выплатят дайме его долю, примут его законы... короче говоря станут элементами системы, в надежде, что если не они, то их потомки когда-нибудь станут во главе системы. И он и два его коллеги были теми людьми, для кого препятствия служат только чтобы их преодолевать.
     А это выступление есть ничто иное как "попытка шиноби-разбойников под маскировкой и техникой перевоплощения ограбить столицу, под предлогом смены власти". Как я и говорил у дайме было лишь пятеро не самых сильных шиноби телохранителей, поэтому из-за подобной ситуации нужно решение о добавлении ему телохранителей которые будут его охранять, а заодно и следить чтобы советники грызлись друг с другом, а не объединились и строили козни против деревни. Феодалы отправились в родные замки (также с ними отправилась половина моей сотни, накрыв их отряд маскировкой и техникой перевоплощения, чтобы выглядели как караван торговцев), шиноби бывшие с ними ушли в Коноху, я же с оставшейся полусотней направился в столицу. В столице я быстренько доложился советнику, получил вознаграждение и благодарность (он действительно был умен и понимал, что конкуренты у него появятся все равно, а затевать карательные акции едва завершив клановые войны идиотизм), после чего доложился дайме, предъявил ему головы тех шиноби, что якобы рядились под его честных вассалов и даже продемонстрировал как именно рядились. После чего заверил, что уже послал весть и получил ответ, его власть они признают, а первые денежные поступления прибудут через неделю, а дальше уже какая система налогообложения. Большего не требовалось, ничтожеству на троне нужны были лишь деньги на свои причуды и признание власти, поэтому я выслушав его благодарность и получив перстень как подарок двинулся в деревню.
     – Ты и вправду поверишь разбойникам? – Разговор между парой джонинов-ветеранов и мной состоялся на первом же привале после посещения столицы. Они в принципе были не против разбойников (за свою жизнь повидали всякое), но некоторые моменты нужно было прояснить.
     – Во первых разбойники из них не больше чем из меня и тебя, и я, и ты занимались убийствами, пытками и грабежами караванов, вся разница в том, что у тебя было разрешение главы клана, у меня заказ от конкурентов, а у них ничего этого не было. Во вторых они не побежали, хотя совершенно точно могли бы сдохнуть, мы могли бы их просто перебить, всех до единого, но они остались вместе с тем, кто пообещал им лучшую жизнь. Сбеги они и ничего кроме смерти их не ждало бы, даже скройся они то убьют либо когда будут ловить, либо после того как поймают, такие люди, что могут побороть страх смерти и остаться сражаться всегда нужны. И в третьих, и главных, знаешь сколько шиноби было в объединенной армии учих и сенжу, когда они штурмовали замок хагоромо?
     – Это так важно? – Киваю. – Нет не знаю.
     – Семь сотен, против их тысячи. – Тут он с легкой недоверчивостью смотрит на меня, но я был невозмутим.
     – И это есть в ваших архивах, война слишком сильно проредила кланы, а страну требуется защищать уже сейчас, поэтому я и не стал убивать таких людей, пусть лучше служат на границе.
     – Но что скажут кланы, очень многие из них не захотят видеть подобных шиноби в своих рядах.
     – Этих "очень многих" заткнут умные и прагматичные, которые пока и управляют кланами, они прекрасно понимают ситуацию и тот факт, что нужны люди. – Если бы они еще хоть как-то с этими людьми взаимодействовали, а они видимо решили, мы элита, а умирать будет за нас свеже-набранное пушечное мясо.
     – Но они ушли из кланов, уже один раз нарушили свою клятву. – А лицо спокойное, равнодушное, ему явно плевать с кем работать.
     – Это правда, но из кланов сбегают не от хорошей жизни, да и сама по себе жизнь разбойника тоже не сахар. Мы предложим им нормальную жизнь и нормальное будущее, для них и их детей, поэтому они и примут предложение Хокаге. Ну или сдохнут, как и любые разбойники.
     – Предложение Хокаге? А он предложит? – Теперь на лице явный скептицизм, то какой Хаширама идеалист известно уже видимо всей деревне.
     – Предложит, он хочет как можно быстрее навести порядок и мир в стране, а убивать тех кто может и хочет служить тебе глупо.
     – Но они могли получить больше останься.
     – Могли, но все шиноби страны огня будут служить конохе, исключений не будет. – И легко улыбаюсь, он быстро все понял и на лице вновь равнодушная маска.
     Мы возвращались, и в дне пути "неожиданно" встретили тех самых разбойников, что были с феодалами и отправились в Коноху, после чего путь продолжили уже вместе. Я же всю дорогу улыбался, три клана, чьи имена назвал мне феодал, они мой пропуск в большую политику, надо только правильно построить свою линию поведения и диалогов с ними, время у меня всего один день, но мне хватит!

Глава 12 Передышка

     Коноха Николай Чудов.
     Касательно пропуска в большую политику я слегка погорячился, обдумывая мой диалог, я пришел к выводу, что положение патовое. Я знал кланы, помогшие в выступлении феодалам (Абураме, Акимичи и Хьюга), но вот как на них надавить? Слова феодалов? Так есть техника перевоплощения, это все враги подстроили. Задержка задания? Так система еще не совершенна, мы тут вообще не причем. Разумеется были люди которым хватит и просто моих слов, но и Хаширама и Мадара не станут терпеть рядом с собой таких ловкачей, а деревня не может позволить себе потерять сразу три клана (тем более что Акимичи могут потянуть за собой Нара и Яманака), особенно если учесть сколько времени прошло со дня основания, увы политика и благородство несовместимы.
     Но и кланы тоже не могли просто плюнуть и забыть, а ну как я и в самом деле расскажу обо всем кому-нибудь? Да я сам рискую получить серьезные неприятности, но они рискуют получить обвинения в предательстве интересов деревни. А Хаширама как и всякий благородный идеалист, вместе с благородным, но совсем не идеалистом Мадарой могут просто потребовать головы предателей. А это главы кланов и возможно их приближенные. И у них также нечем на меня надавить.
     Угроза смерти? А если есть еще несколько человек, которые знают? Те же сенжу или учихи, ветеранам этих кланов плевать на подобные угрозы. Деньги и положение, так я никак от кланов не завишу. Организовать мне неприятности попросив об услуге кого-то третьего? Так могут как появиться лишние вопросы, так и я могу в свою очередь рассказать лишнее...
     Единственный вариант что для них, что для меня это Тобирама, он достаточно умен чтобы понять весь расклад, и он теоретически мог все сделать правильно и тихо, но это означало мою войну с этими кланами (надо же на ком-то отыграться) и полное отсутствие какого-либо диалога.
     Все это я обдумал по пути в деревню, бывшие разбойники, желающие стать частью конохи держались рядом с моим отрядом, но при приближении к деревне выразили желание подождать решения главы деревни в стоящем рядом лесочке.
     Доклад касательно задания и моих мыслей насчет него, Тобирама выслушал молча, не меняя выражения лица. Собственно, как-либо комментировать и не требовалось, главы трех кланов сволочи? Так это и так всем известно, не первый год они правят, да и остальные не лучше. Планировали словчить и обойти остальных? Они этим занимались еще во времена клановых войн и было бы идиотизмом считать, что они успели измениться со времен основания деревни. Победа над сборной армией разбойников? Было бы чем гордится, шиноби разгоняют толпу безчакровых людей...
     А вот новость о том, что к нам захотели присоединится до сотни шиноби отступников, ранее бывших разбойниками на секунду пробила маску его равнодушия.
     – Разбойники и отступники вместе с клановыми шиноби? Ты что серьезно, да кланы прикончат и их, и тебя за такое предложение!
     Я просто подхожу к карте, висящей в его кабинете и обвожу пальцем предполагаемою границу страны огня.
     – Сколько шиноби нужно чтобы прикрыть границу и удерживать порядок в стране? Скажи хотя бы приблизительное число.
     – Минимум десять тысяч, но лучше пятнадцать.
     – У нас круглым счетом 5300 шиноби, но это включая вообще всех кого можно отнести к данной категории. И вот границу государства прикрывать надо сейчас, а у нас хронически не хватает людей. Ведь всех шиноби мы послать не можем, кто-то еще не готов, кто-то выполняет задания клана по стране, кто-то должен остаться в деревне. Принимая такие вот отряды мы можем во-первых, хоть как-то увеличить число своих солдат, во-вторых, это избавляет страну от разбойников (ведь они у нас на службе), в-третьих, они все как один поддержат деревню и ее руководство, ведь это они дали им шанс. – Проклятье, да что тут думать, у тебя нехватка людей жуткая, у тебя границы оголены и нет возможности быстро нарожать клановых бойцов, чего тебе надо!? Не нравиться этот ход? А кто говорил, что все будет только хорошо и идеально!? Лидеры только тогда лидеры, когда могут принимать и не популярные решения. И видимо что-то из моих мыслей он на лице увидел.
     – Кланы все равно не согласятся на подобное. Я могу понять твои доводы, мой брат может простить этих людей и принять их в деревню, но другие слишком горды и не примут отступников.
     – Ты прагматик, но ты не единственный прагматик, в кланах достаточно и других. Также нас поддержат те кто навоевался и не хочет новых потерь, ведь некоторые кланы потеряли очень многих шиноби, от их кланов остались только отряды и они еще не успели восполнить убыль личного состава. Еще мы можем рассчитывать на помощь тех кланов, что занимаются торговлей и банковским делом, им очень на руку ликвидация разбойников, а если мы перебьем ту сотню, что хочет к нам присоединится, то остальные сделают выводы и будут драться насмерть.
     – Я все это понимаю, но ты недооцениваешь клановое воспитание и клановую гордость, если ты предал клан и ушел из него, то ты враг этого клана, а врагу руку не протягивают.
     Тут я не удержавшись, скривился, клановая мать ее гордость, а подумать, что дальше будет!?
     – Тогда пусть примут как тех кто хочет присоединиться к деревне, как бесклановых, как новый отряд.
     – А они сами готовы к такому? Ты ведь должен понимать, что твой случай и твое положение уникально, другим будет в разы тяжелее, ведь клан не оставит в покое тех кто из него ушел. – На что я фыркнул, а они разве совсем дураки и не понимают, что их ждет?
     – У них с выбором не богато, либо они присоединяются к деревне, где жизнь у них будет не сахар, либо они остаются разбойниками и их рано или поздно перебьют.
     – А если среди них есть те на ком слишком много крови и трупов?
     – Таких всегда можно убрать потом, по тихому, когда нехватка людей не будет такой острой.
     – Хорошо я поговорю с братом и старейшинами, также я привлеку к этому Хирузена и Данзо, они клановые наследники и также могут помочь, ты поговоришь с Мадарой?
     – Да, также я хотел бы поговорить с главами кланов, которые подбили феодалов на выступление, предлагаю этот вопрос решить немедленно, сейчас за отрядом приглядывают мои клоны, прикрывая его от патрулей, но вечно я их держать не могу.
     – Согласен, я сейчас направляюсь в клановый квартал, Мадара сейчас гоняет подчиненных на восьмом полигоне, а главы кланов с которыми ты хотел поговорить находятся также в клановых кварталах.
     Мадару как ни странно удалось убедить весьма быстро, он прекрасно видел как сильно не хватает людей и прекрасно понимал, что быстро взять их просто негде. К тому же отступников среди учих еще не было.
     Разговор с главами кланов шел куда сложнее, каждый из них сначала пытался указать мне мое место, не желая разговаривать по тому ничтожному поводу, из-за которого я пришел и заявляли кто и когда рассмотрит это дело. Я же просил передать имена феодалов и имена посланников кланов, которые говорили с ними.
     После этого начинался совершенно шаблонный разговор (повторявшийся трижды), где сначала меня пытались слегка напугать, а когда не получалось пробовали купить, когда же не получалось и это, собственно и начинался настоящий разговор, я предлагал забыть обо всем, они в свою очередь не препятствуют присоединению разбойников-нукенинов к деревне. Разумеется они пытались спорить, но тут уже я стоял на своем.
     – И ты не потребуешь ничего сверх этого?
     – Нет, да и зачем? Сейчас вопрос ставится ребром: либо вы с деревней, либо нет. Говорить о том будете ли вы и дальше интриговать бессмысленно, всем и так понятно, что будете. Так было всегда и во все времена, единственное, что я могу сделать: это или принять взятку, или заставить вас приложить усилия на благо деревни, о том то что получит деревня от присоединения нукенинов я уже говорил.
     – А если мы не согласимся?
     – Тогда эта информация дойдет до Хаширамы и Мадары, после чего вашу судьбу решат они.
     – Чтож тогда...
     И они после пятнадцати минут споров соглашались. В конце концов бывшие разбойники стали рядовыми генинами конохи и их тут же раскидали по подразделениям, после чего дав три месяца на обустройство и притирку. А у меня появилось в активных недоброжелателях три клана, ибо я прекрасно понимал, что такого мне не простят.
     Интерлюдия главы кланов Хьюга, Нара, Акимичи, Яманака, Абураме особняк главы клана Хьюга, Коноха.
     Они были уже не молоды, им уже давно перестали нравиться шумные гулянки вроде тех, что устраивал Хаширама, они считали лучшим времяпрепровождением приятный разговор с умным собеседником. Или же – приятный и нужный разговор.
     Как сейчас, например.
     В небольшом чайном домике, стоящим на самом берегу одного из небольших прудов, пили чай пять человек, облаченных в церемониальные одежды. Пятеро тех кто вел кланы во время войны и теперь намеренных правильно истолковать перемены в мире. Радушный хозяин Изао Хьюга и дорогие гости, Увабами Нара, Кен Акимичи, Кенджи Яманака, Хидео Абураме.
     В беседку их призвали дела, однако, будучи людьми воспитанными и почтительными, они не позволили себе превратить приятнейшую во всех отношениях встречу в рабочее совещание. Нет. Только не в этом доме, поэтому началась встреча с обсуждения событий незначительных.
     Сначала поговорили о погоде, отметив, что столь замечательный день сам собой располагает к общению. Вскользь коснулись программы, которую собираются вводить в Академии Шиноби, немного посмеялись над этим, ведь все равно никакая Академия с ее программами не заменит кланового обучения. И лишь после этого перешли к делу.
     – Итак наш замысел провалился с треском, о нашем вмешательстве знают не только этот бесклановый сопляк, но и наверняка его начальник, Тобирама и только биджу знает кто еще. – Изао говорил совершенно равнодушным голосом, на его памяти было уже достаточно побед и поражений, чтобы не паниковать по поводу еще одного.
     – Но слухи о нашем провале не циркулируют и никто не пришел к нам, чтобы призвать нас к ответу. А значит сведения есть лишь у нескольких шиноби бывших с тем бесклановым и его начальника. И они все будут молчать, топить нас им не нужно. – Хидео также был внешне совершенно невозмутим, но вот насекомые которые нет-нет, но мелькали в его волосах, говорили о сильном внутреннем волнении, отражавшемся на его чакре и жуках-симбионтах.
     – Это почему же? Ведь мы вроде как пошли против них и деревни. – А вот Кен Акимичи в противоположность им был обеспокоен и внутренне, и внешне, и считал, что при откровенном разговоре с союзниками незачем притворяться и лицемерить.
     – Мы пытались в ходе нашей авантюры улучшить свое положение, деревне это никак не угрожало, мы лишь нарушили приказ нашего хокаге, но подобное будет еще не раз и не два, никто из клановых верхушек еще не стал святым и идеальным. И все это понимают, интриги среди тех кто во власти это норма, единственное чего стоит опасаться это наказания за наши действия. – Увабами был еще более невозмутим чем хьюга и флегматично пил чай. Он заранее просчитал все варианты развития событий и именно поэтому не стал влезать в авантюру, единственное чего он не знал, это то кто будет командиром отряда, направленного против феодалов. Впрочем сразу после того как отряд выступил эта информация перестала быть тайной.
     – Но ведь нас не казнят? – А вот яманака был молод и не опытен (предыдущий глава клана не пережил переворот) и от его необдуманных высказываний иногда морщились даже невозмутимые хьюга и нара.
     – Нет, это политически не выгодно, но наказание все равно будет суровым.
     – А разве требование этого бескланового не наказание? – От этого высказывания молодого Яманаки Нара в очередной раз скривился, надо же понимать, что если пошел против власти, то и разбираться с тобой будут те кто держит власть в руках. Предложение мальчишки приняли чтобы создать хотя бы видимость перемирия, они подчеркивают, что признают свою ошибку и поломавшись для вида, намекают парню, что не будут пытаться сжить его со свету, во всяком случае через чур активно и не соблюдая правила приличия, а он в свою очередь обещает молчать и также обязуется не нарушать правила приличия.
     – Нет, это просто наглость и использование ситуации, наказание нам определит Тобирама.
     – Тогда нам остается только ждать? – Голос абураме спокоен, его вид расслаблен, но насекомые вновь показались в волосах, он не любил ждать неизвестно чего и предпочитал действие.
     – Да, а еще решить два вопроса, первый поддерживаем ли мы деревню? Если да, то нам придется лишится части привычек и подчинятся главе деревни, второй такой авантюры уже не потерпят. Да и вообще придется работать сначала на деревню, а потом на клан и себя, иначе в деревне нет смысла. – Тут все на несколько секунд задумались, над этим вопросом они еще серьезно не размышляли, раньше их мысли сводились к передышке-перемирию и "а давайте посмотрим, что из этой затеи выйдет, на первый взгляд вроде получилось неплохо". При этом каждый был главой маленькой провинции, причем абсолютным главой, каждый руководил кланом, каждый отдавал приказы и требовал их исполнения. И теперь каждому нужно было решить поступиться ли своей властью и признать над собой хокаге и назначенных командиров, или же попробовать продолжить жить по старому.
     – Поддерживаем разумеется, ведь деревня объединяет страну и конкурентов никто терпеть не станет. Если мы выйдем из деревни, то в одиночку никто не продержится, нам придется либо самим объединятся и противостоять конохе, либо объединятся с кем-то за границей страны. А объединившись ставить на первое место интересы объединения. Уйдя из деревни сейчас, мы ничего не изменим и нам еще надо суметь уйти из деревни. – Акимичи был прям и честен, и лицо его выражало только недоумение, мол чего тут решать, все и так ясно.
     – Согласен, мы уже не можем уйти. Да и нет смысла уходить. Так что я также за поддержку деревни. – Яманака был краток.
     – Я также поддерживаю, знаете вчера мои сыновья пришли и хвастались как они дрались и мирились с твоим. И я рад, что они могут жить нормальной жизнью детей, а не готовятся резать глотки и шпионить. – Нара ухмыльнулся глядя на Абураме.
     – У меня те же чувства, я рад уже тому, что мой сын вернулся домой, одного я уже хоронил и не хочу хоронить второго. – Тот ответил с неожиданными нотками благодушия, он действительно был рад миру и возвращению сына домой, лучше увидеть синяк на лице сына, чем услышать, что он мертв и его тело уничтожили, чтобы оно не досталось врагу.
     – Чтож, деревню мы будем поддерживать, второй вопрос это тот бесклановый, нам мало кто может угрожать и лично я не хочу терпеть подобное. – Тут Изао все-таки не сдержал эмоций и позволил раздражению выплеснуться наружу, на что остальные легко улыбнулись, его властолюбие было известно.
     – Я тоже, но что мы вообще можем ему сделать? Мы ведь не можем убить его, не можем лишить денег или как-то надавить своим положением, официально он подчиняется только Тобираме и его брату. К тому же приглядитесь повнимательнее, нам просто не дадут его тронуть, сейчас. Дело даже не в его дружбе, а в его предложениях, он предлагает очень важные и нужные вещи, для деревни разумеется. И если мы хотим чтобы деревня процветала, то делать предложенное, или что-то подобное все равно придется. Но вот только нравиться это никому не будет, а если что-то не нравиться, то ищут виновного в этом. Этот мальчишка нужен для того, чтобы было кого ненавидеть, как громоотвод. – Нара грустно улыбнулся, он тоже не любил этого бескланового, но понимал, что он нужен и тронуть его не дадут.
     – То есть получается он неприкосновенен?
     – Сейчас неприкосновенен, у деревни множество проблем которые надо решить, например, шиноби слишком мало, нужно увеличить их численность и несколько шаек разбойников из нукенинов клана эту проблему не решат. Необходимо будет набирать пополнение из простого народа, а ведь подобное всегда бесило всех твердолобых, к тому же теперь часть набранных пропустят через академию и далеко не все станут клановыми шиноби, большинство останется бесклановыми, что взбесит твердолобых еще сильнее.
     – А он вообще может предлагать подобное? – На эту реплику Кенджи все опять внутренне скривились, но виду не подали и Увабами ответил.
     – Он начальник и пусть его отдел синекура, но у него есть такая возможность, а вот утверждать его предложения или отвергать их будет хокаге, вместе с Советом Кланов, однако после утверждения твердолобым потребуется кто-то кого можно активно ненавидеть, а нашего хокаге ненавидеть не получается, значит будут ненавидеть того, кто предложил.
     – Да уж, этого Хашираму обожают чуть ли не все. Потому и нужен этот Николай, чтобы именно его все ненавидели.
     – То есть мы можем избавиться от него позже, когда будут приняты все непопулярные решения? – На эту реплику хьюги все задумались, а нара внутренне выругался, нельзя же быть такими ограниченными и обидчивыми властолюбцами!! Да парень позволил себе лишнего, но и они тоже, да он бесклановый и это раздражает, но его например очень раздражает необходимость время от времени посещать туалет и он ничего с этим поделать не может. Также его очень раздражают люди которые занимаются уборкой туалетов, но если таких выгнать, то уборкой туалетов придется заниматься самим. И с этим бесклановым также, раздражает он вас, ну и что!? Любить его и не надо, достаточно использовать, не хотите делать другом, сделайте союзником, какие вы к биджу политики, если идете на поводу у чувств!! Он уже глава отдела в аппарате деревни, он друг хокаге, он сильный шиноби, он мог бы стать очень полезен, но нет вам надо его убрать чтобы свое эго потешить. А главное, что вы добьетесь кроме морального удовлетворения!? И ведь проблемы будут появляться и дальше, и не все их можно будет решить в чистых перчатках, так не лучше ли переложить грязь на плечи таких вот бесклановых?
     – Да, к тому же сейчас за нами очень пристально наблюдают, мы не можем позволить себе ни резких движений, ни даже резких высказываний.
     – Ну чтож, тогда будем работать на благо деревни и ждать, благо что это мы умеем. Кроме того не обязательно избавляться самим, это опасно и неудобно, проще послать его на какое-нибудь задание, где ему придется иметь дело не с обычными разбойниками, а уже с настоящими шиноби. Сейчас границы на картах условны, а значит будут стычки, победит молодец, утвердит авторитет деревни, проиграет и проблема решиться сама собой. – Нара сохраняя внешнее спокойствие напряженно думал о этом мальчишке (раньше как-то повода задуматься не было, да и других проблем было навалом), точно ли его отдел синекура, или не все так просто? Друг Хокаге и Мадары, а также их кланов не может быть бездельником и слабаком. Поэтому лучше отправить к нему в отдел пару своих соклановцев, аналитики ему лишними не будут, а он будет в курсе что в том отделе творится.
     – А мы сможем послать его на задание? Он ведь как уже было сказано начальник, а значит должен работать в деревне. К тому же к моменту появления серьезных угроз у деревни уже будет достаточно командиров.
     – Большая часть командиров будет готовить армию деревни, еще часть уйдет нести службу, останется совсем немного тех, кто может быть ему альтернативой. А так как его отдел синекура, то кланы обязательно захотят послать его на задание, просто чтобы сложил голову он, а не их люди.
     Николай Чудов, Коноха.
     Я вновь сидел на горе над деревней и пил, впрочем в этот раз я не пьянствовал, а просто цедил маленькими глотками одну единственную маленькую бутылочку...
     Несколько отрядов нукенинов ситуацию не выправят, нужен масштабный набор в академию, а ведь количество мест там ограничено, нужно будет набирать пополнение среди простых людей, а что они знают о шиноби? И ведь большинство придется учить прямо "в поле", а значит их качество будет не выше чунина и это максимум, большинство же будет на уровне генина.
     А главное их потребуется не меньше пяти тысяч, а это сила с которой нужно считаться, они наверняка захотят влиять на политику деревни, но ты попробуй заикнуться о том, что кланам придется поделиться властью и решения лучше принимать уже сейчас, а не когда тебе начнут угрожать и выдвигать ультиматумы! А ведь попутно всех их нужно кормить-поить, им нужно снаряжение и обмундирование... И деньги, на первых порах, можно взять только у кланов, дальше придут налоги, деньги за задания,... но вот "первый взнос" должны делать кланы. А это еще одна причина для ненависти.
     Также меня стало напрягать поведение Мадары, он стал более замкнут и раздражителен, стал куда чаще пропадать в своем клановом особняке. Вот только при этом у него не появилось девушки, да и следов вредных привычек я не замечал... Чувствовалось, что с ним что-то происходит и чем дальше, тем больше, но он по своему обыкновению пытается разобраться во всем сам. И это меня напрягало, ведь проблем у него на первый взгляд не было, в формирующейся армии он уважаем, в клане у него есть противники, но они и раньше были. Да они усилились, но не настолько чтобы в одиночку запираться дома. Я не находил видимых причин такого поведения и очень хотел разобраться, ведь друзей у меня не так уж и много. Вот только как мне его расспросить о происходящем? Он ведь жутко гордый, может и отказаться говорить на эту тему. Разве что через Изуну попробовать?
     – Ты опять здесь сидишь и пьешь?
     – Нет, в этот раз я даже эту бутылку не допил, это так, чтобы легче думалось.
     – О чем в этот раз?
     – О проблемах конечно.
     – Ты всегда в работе, почему бы не отдохнуть? Вон например Хаширама каждую неделю сбегает из резиденции, о его гулянках уже истории рассказывают.
     – Даже если и так, то он перед тем как сбежать работает другим на зависть. Да и касательно отдыха, я ведь тоже отдыхаю. Просто очень не долго.
     – Почему не отдохнуть подольше?
     – Ну о чем ты говоришь, вот если бы ты сейчас переселился в ребенка учиху, стал бы забивать голову тем как достать сладкое пирожное? Или попробовал бы изменить историю клана к лучшему? Вот и я также, могу отдохнуть час, два, максимум ночь с вами песни горланить, но уходить в детство более чем на день я уже не смогу. Просто скучно становиться. Мне куда интереснее тренироваться, пытаться разобраться в мире и пытаться изменить его и все выше перечисленное дает мне куда больше удовольствия. А кутить изо дня в день, так и алкоголиком стать не долго, а от них даже пахнет плохо.
     – И над какими проблемами ты задумался в этот раз? – Пересказываю ему свои мысли насчет набора пополнения.
     – Давать голос в большой политике вчерашним крестьянам, это смешно, они же просто не смогут с ней справиться, управлять чем-то и кем-то тоже нужно учиться, ты ведь должен понимать это.
     – Вот поэтому я сижу думаю над проблемой, ведь вопрос встанет ребром: либо вы делитесь властью, либо они попробуют ее отобрать. И плевать будет на то, смогут ли они с ней справиться, они просто захотят власти и права влиять на решения деревни в которой будут жить и за которую будут умирать.
     – Ну и что ты предлагаешь?
     – Совет из лучших. Хотя нет, из лучших не получится, критерии оценки не ясны, у каждого свой идеал, предлагаю совет из сильнейших. Джонины это командиры высшего звена и вполне могут представить последствия своих решений. Да и самих джонинов будет не слишком много.
     – Гммм, а по поводу обучения?
     – Ну вот тут уже не мне тебя учить, тут ты и сам кого хочешь научишь. Уж чего-чего, но тому как нужно тренировать людей в кланах знают уже давно, да и сделать что-то сверх программы "полевой тренировки" затруднительно. Число мест в академии ограниченно и увеличить их хотя бы до тысячи, вот как ты себе это представляешь?
     – То есть с этой проблемой ничего не сделать?
     – А кто сказал что у меня есть ответы на все вопросы и решения для всех проблем? Но есть еще один вопрос, в этот раз уже к тебе.
     – Ко мне, ну хорошо давай свой вопрос.
     – Что с тобой происходит? Ты изменился, пусть и незначительно, но заметно. Изменилось твое поведение, ты зачем-то закрываешься у себя в доме и это уже заметно не только мне. В чем дело, что происходит и могу ли я помочь?
     – Это только мое дело, тебе не зачем лезть в это.
     – Хорошо.
     – Вот так просто, не похоже на тебя, тебе ведь до всего дело есть и раньше ты бы просто так не отступил.
     – Я уважаю твое мнение и твой выбор, ты говоришь, что помощь тебе не нужна, я тебе верю и стоять за спиной не стану. Я стану чуть в стороне, чтобы не мешать, но успеть подхватить если начнешь падать. Но сначала скажи в чем дело, повторюсь, что с тобой происходит?
     – А если я не хочу говорить? Если это и вправду только мое дело?
     – Первое и главное: ты мой друг, а не собутыльник в трактире, я не могу просто махнуть на тебя рукой и уйти. Второе я не прошу полного расклада, скажи коротко. Если например дело в политике или клановых заморочках я именно что буду ждать в сторонке, в этих делах я как слон в посудной лавке и мой максимум это убийца неугодных.
     – Ты серьезно? Я мог многого от тебя ожидать, но не такого.
     – Чему ты удивляешься? Тому что я прямо сказал тебе о подобном? Так прятаться за увертками я не хочу, к тому же то что ты мой друг не значит что все в твоем клане мои друзья. Или дело в том, что они свои и из своей деревни, так будем откровенны есть в этой деревне не мало таких своих, что лучше бы на их месте были чужие.
     – Я не думал что ты станешь убийцей на службе деревни.
     – Кто-то все равно бы им стал, ты достаточно умен и циничен чтобы понимать какое дерьмо политика и что кому-то достанется разгребать это дерьмо. А стал я это делать потому что больше мне ничего не оставили, все прочие должности для клановых, они как раз сейчас их расхватывают. И убийца на службе деревни, это лучший шанс для меня, потому что другого нет.
     – И отдел твой такой же?
     – Почти, там есть еще несколько функций, но мы уходим от темы, ты скажешь что происходит или нет?
     – Друг значит... хорошо приходи ко мне домой завтра после захода солнца, там я все объясню.
     – Договорились.
     После чего Мадара уходит, а остаюсь продолжая медленно тянуть саке из злосчастной бутылки. Мысли были мрачными и даже согласие Мадары эту мрачность не разгоняло, ведь есть еще целая куча проблем. И одна из самых главных это планирование будущего. Ведь без этого невозможно никакое развитие, нельзя же жить только настоящим. Жить по принципу "прожил день и славу богу", не годится ни для человека, ни для государства. Но вот взгляды на будущее у меня, Мадары, Тобирамы и Хаширамы разнятся весьма сильно. И если моим мнением можно просто пренебречь, то вот как будут договариваться остальные большой вопрос. Хаширама категорически против будущих войн, Мадара хочет именно войны, а Тобирама мечется, сам он понимает необходимость войны, но вот поддерживать учих вообще и Мадару в частности не желает.
     Также в каждом клане есть старейшины, мнения которых разделились (кто-то за мир, кто-то за войну, а кто-то просто плюнул на все, без него разберутся). Как бонус шел тот факт, что старейшины потеряли часть влияния, раньше кланом управляли глава и они, теперь добавился Хокаге с назначенными командирами и слово этих командиров было выше чем у них (правда на командиров могли просто не обратить внимания). И поэтому развернулись активные клановые баталии. Так что видимо выдвигать идею набора пополнения опять придется мне, конечно буча будет жуткая, конечно предложение примут (пусть лучше умирают бесклановые, а не свои), но вот меня начнут тихо ненавидеть (еще бы учить чернь искусству шиноби, при этом еще кормя их на свои деньги, кто же такое потерпит!). Но единственный путь для нас, как можно быстрее провести все преобразования и давить начинающиеся строиться деревни пока они не вошли в силу, тогда трупов будет немного, иначе же...
     Вновь делаю маленький глоток, итак, что меня ждет в будущем? Первое можно все-таки попробовать разобраться что же такое с Мадарой и решить эту проблему, второе когда я выдвину предложение у деревни появиться армия, но меня сразу же попробуют отослать с глаз долой, чтобы больше не было таких предложений. Предлог найдется быстро. Значит моя передышка закончится очень скоро и нужно готовиться заранее, зайду в пару лавочек узумаки, приобрету несколько печатей, также можно попробовать приобрести несколько стимуляторов акимичи, они конечно злы на меня, но послать не должны. И когда я уже допил бутылку и собрался уходить...
     – Приветствую Николай. – Вежливо кланяюсь, хоть и не люблю ее, но этикет этикетом...
     – Приветствую Мито-сама. – Она также вежливо кланяется, что уже странно, обычно она предпочитает смотреть на меня, как на что-то мелкое и пакостное, большего я видимо еще не заслуживаю.
     – Я сейчас везде ищу моего мужа, где он может по вашему быть? – Ну вот у Хаширамы очередной загул и он в очередной раз скрылся ото всех кому нужен. А ее видимо это уже достало и нужно спустить пар...
     – Честное слово я понятия не имею где он сейчас. – Она держит лицо, но вот в глазах боль и гнев, не такого она ожидала от жизни и не такому ее учили... Хотя уже то, что она сказала мне "вы" заслуживает продолжения разговора. – Но почему вы это спрашиваете? – Тут в ее глазах остался только гнев, мол ты что совсем дурак?
     – О чем вы? – Это такая попытка дать мне объясниться? Ладно, но вот готова ли ты к откровенному разговору?
     – Это будет непростой и откровенный разговор, предлагаю вам присесть, – если да, то продолжим если нет, то разойдемся, она садится и я продолжаю – скажите вы не задавались вопросом, почему в этой деревне так мирно и тихо? Ведь здесь собраны кланы еще недавно ожесточенно воевавшие друг с другом вплоть до полного истребления.
     – Это как-то связано с моим мужем?
     – Как раз в нем все и дело. Вы знаете каков его брат и имеете представление о братьях учихах, только Изуна достаточно миролюбив, но он замкнут, весь мир сейчас держится только на Хашираме. Он устраивает попойки и гулянки, работает так, что мне иногда завидно, он весел и добродушен, я могу перечислять еще долго, поэтому буду краток, он не ведомым мне образом не только сдерживает людей чтобы они не вцепились друг другу в глотки, но и подводит их к мысли, что деревня это благо и она должна быть, при любых обстоятельствах.
     – Неожиданно, я не думала, что ты будешь говорить о нем... так. – Переходим на ты? Ладно я не против...
     – О нем можно говорить по разному, но без него деревни бы не было, он не идеален, но может то чего не могут другие. – Вот только это его достоинство медленно превращается в недостаток, он воплощает образ классического светлого паладина и потому совершенно не годится на роль правителя государства. Сейчас он необходим, он единственный кто может превратить кланы в единое целое, без большой крови, но чем больше это единение, тем меньше он нужен. Ведь любой светлый паладин никогда не перестраивал миропорядок, он должен превратить в рай порядок существующий. Он не желает уничтожения поднимающихся деревень, он не желает мировой войны, он не хочет захватить власть, нет он как я понимаю хочет чтобы эту власть ему отдали добровольно, ну а кто сам и по доброй воле пойдет на такое!?
     – И его попойки это необходимость?
     – Я задам встречный вопрос, ты сильная и умная женщина, ты с рождения обучалась тому как править, ты многое знаешь и многое умеешь, ты сможешь делать тоже что и он? Сможешь удержать кланы от того чтобы они вцепились друг другу в глотки и превратить их в монолит? – Она отвела взгляд, ответ не требовался, не сможет. И никто бы не смог, или смог бы, но не так: были бы горы трупов и реки крови. А раз не можешь, то не вороти нос от методов того кто может, он как может, так и справляется и когда она вновь заглянула мне в глаза я ясно увидел там понимание, что при выборе: ее душевное спокойствие или деревня он выберет деревню.
     – А второй мой вопрос будет куда более откровенен, – жду разрешения, она молча кивает, мол продолжай, – ты беременна?
     – Еще один такой вопрос и я тебя убью. – Глаза у нее чуть ли не вспыхивают, но черт возьми я ведь предупредил, не готова к таким разговорам, так чего на них соглашаться?
     – Он необходим по очень простой причине у нас откровенный разговор и если да, то поздравляю, если нет, то задумайся о том возможно ли это вообще.
     – Либо ты объяснишься, либо я тебя атакую. – Сдерживает она себя явно из последних сил, еще немного и пар она спустит на мне, а может и правда убьет...
     – И ты, и Хаширама шиноби колоссальной силы, вспомни много ли у таких детей? В качестве примера возьми например свой клан, много ли детей было у твоих родителей? И много ли детей было у шиноби схожего с твоим уровнем силы? – Из нее словно воздух выпустили, глаза потухли, плечи поникли... Но вообще-то странно, что я должен говорить ей это, тот факт что у нее нет сестры или брата разве не о чем ей не говорит? И ведь ее случай не единичный, большая семья сильных шиноби это исключение, а не правило.
     – Детей? – У нее даже голос изменился...
     – Да, чем сильнее шиноби, тем ему труднее с продолжением рода, а таким как вы вообще почти не реально, его беганье за юбками просто попытка хоть как-то получить потомка, для сравнения тот же Тобирама не девственник, а потомков у него нет и если так пойдет и дальше, то и не будет. – Да и не только у него подобная проблема и у меня, подобное и братьев учих...
     – Я...я беременна, от него.
     – Кхм, поздравляю, без всяких шуток, поздравляю, а он знает? – Нет я и вправду был рад за друга, это и вправду чудо.
     – Нет, я хотела сделать сюрприз. – Мдаа, я как-то даже челюсть отвесил, сюрприз черт возьми, да ведь дети у таких как они это же чудо, подарок судьбы, а она молчит!!
     – Тогда мой совет такой, когда он вернется поколоти его скалкой, потом крепко поцелуй и порадуй своим сюрпризом.
     – Поколотить, а потом поцеловать? – Сколько удивления, опять она лицо не удержала, хотя если подумать... клановое воспитание, плюс нежелание выносить сор из дома... Также вполне возможно, что желание клана узумаки получить сильного союзника в деревне привело к тому, что глава клана вполне мог надавить на девушку, чтобы вела себя именно как идеальная жена...
     – Да, это старый как мир способ, – еще бы, так помниться Скобелев замирял, используя, "объятья и поцелуи после хорошей трепки", – только колотить надо без чакры и за дело, а потом целовать крепко. Ты должна стать ему другом, опорой, соратником, а главное чтобы он видел тебя живым человеком, я не знаю чему именно тебя учили, но оставляй все это за дверьми своего дома. В доме ты должна быть только собой, а не идеальной женой.
     – То есть я должна просто плюнуть на этикет и правила приличия?
     – Зачем они тебе в твоем же доме, наедине с тем кто их тихо ненавидит? И я не говорю отбросить все правила и начать ходить на ушах, но попробуй отбросить хоть часть правил, просто попробуй. – В конце концов тому же Хашираме важна твоя любовь и искрение эмоции, а не правила и традиции, он уже нарушил прорву правил и традиций, когда основал деревню отказавшись от мести.
     – Хорошо я попробую, до встречи, – черт, странный какой-то разговор, зачем он вообще? Ей что не с кем поговорить, хотя может и не с кем: Тобирама примет сторону брата и может просто послать (разумеется предельно вежливо), все прочие кланы не годятся, не стала бы она с ними откровенничать, свой клан также не подходит, союз нужен им чтобы остаться независимыми, а раз так, то благо клана превыше всего, терпи, тем более что не так уж и много нужно терпеть, он ведь не бьет или насилует, а что гуляет или попойки устраивает, так и среди узумаки не все святые... Поэтому видимо и выбрала меня по принципу, на безрыбье и рак рыба, Хашираме я друг и кое-что о нем знаю, трепаться по деревне тоже не стану, сам все таки не слабак и кое-какое положение занимаю, а может просто хотела пар спустить или выговориться, кто теперь разберет. Но теперь может хоть станет относится ко мне чуточку лучше, а я пойду уже домой, готовиться к завтрашнему дню.
     Следующий день начался с совещания в тесном кругу: я, братья учихи и братья сенжу, вместе с Мито. Причем Хаширама имел роскошный синяк под глазом и такую довольную рожу (лицом это было не назвать), что чуть ли не все нет-нет, но бросали на него заинтересованные взгляды, а он же казалось светился изнутри. По лицу же Мито блуждала легкая, умиротворенная улыбка. Чувствуется, что вчера она все-таки последовала моему совету и теперь скинув напряжение находилась в гармонии с собой и миром.
     Тема же собрания была неприятной, как водится при наведении порядка в стране нашлось не мало тех кого вполне устраивал беспорядок. И как водится наводя порядок не все смогли выполнить задание идеально, кто-то чересчур увлекся, кто-то недосмотрел и упустил кого-то, кто-то просто совершил ошибку... И теперь требовалось как-то наказать этих шиноби. И сейчас все ломали голову, ведь система права в стране соответствовала средневековой системе права Японии, а проступки и ошибки были незначительны.
     – У кого-нибудь есть какие-то предложения?
     – А какие вообще есть варианты? – Хаширама и Мадара судя по их лицам впервые с этим сталкиваются, хотя в военное время проще, там и законы проще и жестче, и с проступками яснее (заснул на посту – подставил товарищей, смерть на месте; убил пару-тройку крестьян случайно, хрен с ними они не клановые шиноби)...
     – Смерть, каторга, публичная порка, изгнание, ссылка, штраф, конфискация имущества и понижение в должности. – Тобирама судя по лицу тоже ломал голову какое из наказаний применить в нашем случае.
     – Это же все бред, какие еще смерть и изгнание с ссылками, у нас и так шиноби не хватает, да и большинство проступков до этого не дотягивают! Да и каторга, где вы найдете такую каторгу, с которой они не удерут, а штрафы... платить-то будет клан. – Изуна скривился, да уж действительно подобное можно было применять во время войны или же когда и ошибка тянет на преступление, а смерть пары крестьян попавших под тот же огненный шар – это разве преступление?
     – А публичную порку также не применить, ее используют очень редко, шиноби же не рабы какие, только если серьезное нарушение дисциплины. Тут же чего-то подобного нет, несколько упущенных разбойников или несколько убитых в запале крестьян не стоят публичного унижения, кланы на порку не согласятся. – И это тоже правда, такого никто не поймет, шиноби выше прочих.
     – А рядовых в должности понижать не получится. И в итоге у нас нет каких либо действенных наказаний кроме штрафов. А этого мало, да и не хотелось бы сводить все только к деньгам. – Да еще бы, тут Хаширама прав на все 100%, если начать оценивать жизни тех же крестьян в деньгах, то мы и до крепостных можем дойти.
     – Тогда осталось придумать новое наказание. – Все тут же повернулись ко мне, черт и дернулся же у меня язык, теперь опять предлагать и опять я буду выносить это предложение клановому собранию, а они разумеется выскажут мне все что обо мне думают.
     – Какое?
     И тут мне пришло в голову только мытье сортиров в армии. Не страшнее штрафа, но куда показательнее и унизительнее.
     – Ну например какие-нибудь мелкие задания вроде уборки навоза на фермах, как знак недоверия к профессионализму.
     – И насколько их нужно отправить?
     – Зависит от степени вины. Также такие задания могут стать официальным предлогом подольше держать детей в деревне, оттачивая их навыки. – А заодно сбивая лишнюю спесь с детишек.
     – И разумеется это позволит улучшить отношения между шиноби и простыми людьми. Вот только шиноби подобное презирают, а многие из них презирают тех кто не использует чакру! – На эту реплику Тобирамы все скривились, выход вроде и был найден, но для кое-кого он может оказаться неприемлемым, гордость у некоторых больше жизни.
     – Ну во первых команды сплачивают либо серьезным врагом, либо тяжелым трудом. Во вторых жить среди тех кто тебя ненавидит плохая идея и улучшать отношения все равно придется. Это кстати еще одна причина отправить на такие задания. – Равно как и обламывать самых горделивых, все чувства хороши только когда они в меру и от чрезмерных гордецов в будущем проблем может быть немерено.
     – А мне нравиться эта идея. – Хаширама... хотя тут ничего удивительного, работы он не боится, у самого характер легкий... такому убирать ту же морковку не проблема и без чакры, а вот Мадара кривиться так жутко, что видно сразу если кто-то попробует провернуть с ним подобное, то он скорее спалит эту гребанную морковку, чем прикоснется к ней.
     В итоге было решено утвердить подобный вид наказаний. Тобирама с Изуной о чем-то заспорили, а остальные вместе со мной отправились на заседание совета кланов. Разумеется когда я внес свое предложение меня только что матом не покрыли, разумеется меня тут же выставили вон, не чего мне делать среди серьезных людей и разумеется мое предложение, после жарких дебатов приняли.
     Меня уже стало раздражать подобное! Каждый раз выслушивать кучу упреков и получать неодобрение, а иногда и ненависть кланов, за то что в итоге этим кланам и самим нужно! Ну вот почему мне все приходится говорить им, неужели сами не могут прийти к подобному!?
     После чего я скривился, нет не могут, не может потомственный клановый шиноби предложить посылать в качестве наказания убирать морковку или картошку, нельзя, кастовая система, чтоб ей пропасть.
     За оставшуюся часть дня я более-менее пришел в себя и подходя к дому Мадары был в уже нормальном состоянии. Встречал меня хмурый Изуна и это уже настораживало, обычно он или мягко улыбался при встрече, или держал равнодушную маску.
     – Здравствуй Ник, тебя он тоже позвал, – так и так тебя с твоей самостоятельностью, Мадара, неужели ты даже брату открыться не смог?
     – Да, пока не вошли, ты можешь хоть примерно сказать что с ним?
     – Точно разумеется не скажу, но догадываюсь и не буду говорить здесь, об этом только внутри, – проклятье, что у вас происходит если даже посреди кланового квартала поговорить нельзя.
     Мадара встречает нас и сделав одного огненного клона молча ведет в подвал. В подвале обнаруживается маленькая лаборатория, но если учесть, что Мадара ни разу не ученый, то тут видимо разрабатывались какие-то средства для лечения, вопрос только что именно хотели вылечить и если же кто-то из братьев болен почему не обратиться в госпиталь, большинство целителей сенжу, но есть и из других кланов. Да и сам Мадара должен понимать какой из него целитель. Но вот он дойдя до стола с какими-то снадобьями резко замирает и словно бросаясь в омут говорит:
     – Я слепну, в этом заключается моя проблема, с каждым днем я все больше слепну, я перепробовал все снадобья которые известны учихам, но ничего не изменилось, только замедлилось. – Я тихо выругался, теперь многое понятно, он не может обратиться ни к одному целителю, они все принадлежат другим кланам. А так как глаза это то, что делает учих учихами, то хоть какие-то сведения о них не должны достаться другим кланам, пойди Мадара в госпиталь и на него может ополчиться весь клан. Даже мое присутствие здесь не желательно, а не будь я официально друг клана, то мог и не присутствовать. Также понятна и таинственность, у Мадары кроме сторонников есть и противники, а узнай они о том что он слепнет...
     – Ты понимаешь от чего это происходит?
     – Да, у шарингана есть три ступени, по числу томоэ, четвертая ступень это мангекё шаринган и именно от использования последнего и слепнут мои глаза, – после короткой паузы, – и глаза моего брата. – Ну просто полное дерьмо, когда Тобирама ранил его брата он едва не слетел с нарезки, а теперь чего ждать? Ухода с громким хлопком дверью, или красивой смерти? А ведь я не великий целитель, я выше среднего уровня, но и только.
     – Ты поможешь если что пересадить мои глаза брату? – Мадара бросил на Изуну резкий взгляд, но тому было до свечки, он любил брата и ради него был готов на все, даже на такую просьбу.
     – Подождите с подобным, давайте сперва попробуем разобраться, что такое ваша четвертая ступень и как она вообще у вас появилась, ведь не мутанты же вы?
     Тут они синхронно отвернулись, черт в этот-то раз в чем причина? Неужели не видели как работают те же целители? Ведь они всегда спрашивают, что и как, чтобы знать с чем придется работать.
     Но оказалось все куда хреновей, мангекё у братьев появился когда они убили своих друзей. Когда я услышал подобное, то длинно выматерился, теперь понятно почему они так одиноки, учихи вообще очень дорожат своими близкими, любимыми и друзьями, а эти совершив убийство своих друзей фактически оказались в положении, когда поздороваются и руку пожмут, но вот за стол уже не пригласят.
     Причем, что поганей всего эти друзья хотели вывести клан из войны и заключить мир с сенжу (за что их собственно и убили), то есть сделать то, что сделали сами братья.
     – Тебе так важно было это узнать? – Мадара был хмур и немного зол.
     – Да, ты ведь знаешь, что ваши глаза напрямую связаны с мозгом? С учетом того что ты не циничный и равнодушный выродок, ты должен пережить дикий накал эмоций и очень негативных эмоций, ведь убийство своего друга никого не радует. Раз чакра циркулирует по всему телу, то и по мозгу тоже, сильные же эмоции которые вы испытали могли отразиться на ваших глазах, потоки чакры от мозга к ним могли изменить их. Ведь если испытываешь сильные эмоции очень трудно сохранить контроль, а если они еще и негативные, да еще и во время боя... В принципе я уже догадываюсь, что с вашими глазами.
     – И что же?
     – Скажу сразу после обследования, – тут меня прерывает Мадара.
     – Ты же просто хочешь понять что такое шаринган.
     – Хочу, но одно другому не мешает, обследование все равно необходимо, одних ваших слов для понимания проблемы недостаточно.
     Собственно ничего особо сложного обследование не представляло, с ним бы справился и целитель похуже среднего. Сложнее было с результатами. Как выяснилось у учих к глазам подходило несколько мелких чакроканалов, при использовании определенного количества томоэ использовались определенное количество каналов. Причем каналы для обычного шарингана были одинаковы, что у Мадары, что у Изуны. А вот при использовании магекё шарингана помимо основных-идентичных каналов использовались и несколько дополнительных каналов. И вот эти дополнительные каналы во первых проводили очень большие объемы чакры, а во вторых расположение этих каналов различалось у каждого брата.
     – Ты понял почему мы слепнем?
     – Да, если говорить очень грубо, то при мангекё ваши глаза работают в режиме перегрузки. По нескольким дополнительным каналам к ним подходит дополнительное количество чакры, эти дополнительные каналы у обоих отличаются расположением и проводимостью. И вам необходимо еще большее количество чакроканалов чтобы перераспределить нагрузку на глаза во время их использования. Если опять же говорить грубо и уподобить глаза скале, то у вас на них приходят сильные волны чакры, что и разрушает глаза, поэтому снадобья не помогут, волны чакры разрушат их накатываясь раз за разом. Если добавить чакроканалов, то количество чакры останется прежним, но волны станут чаще и слабее.
     – А это не одно и тоже?
     – Нет ну ты как скажешь, пять слабых ударов не равны одному сильному.
     – Хорошо, тогда что дальше, ведь ты не умеешь выращивать чакроканалы.
     – Это был бы самый простой путь, но мне он и вправду недоступен, однако есть другой вариант. Я находил в ваших исторических хрониках описание операций по пересадке глаз. После таких пересадок глаза работали так как надо, то есть чакроканалы глаза и тела соединились, после чего заработали ничуть не хуже чем до пересадки.
     – Но ведь ты сказал, что нужны дополнительные чакроканалы, чем поможет твоя пересадка глаз?
     – Если пересаживать глаза обычного учихи, то ничем, но если ты и твой брат обменяетесь глазами, то все будет по другому. Помнишь я говорил о том, что дополнительные чакроканалы в ваших глазах разные? При пересадке каналы от чужого глаза дополнят те, что идут от твоего тела. Сама операция будет настолько проста, что вы и сами можете выполнить ее, без помощи целителей, примеров подобного в вашей истории достаточно.
     – Но ты поможешь?
     – Да.
     – Но если ты ошибся?
     – Хуже не станет, ни тебе, ни твоему брату, максимум ничего не произойдет и все останется как есть. Проблема в том, что такая операция не проводится за несколько часов, вам придется провести не мало времени в трансе, полностью ограничив движение чакры, чтобы каналы могли сформироваться. В трансе вы не сможете даже шевелиться, так что любой кто захочет вам навредить сделает это без проблем. Да и вы сами очень серьезные фигуры в деревне, вы не можете просто взять и исчезнуть, это сразу заметят и станут задавать вопросы.
     – Понятно, мы подумаем над этим, куда ты сейчас?
     – Пойду напьюсь.
     – Проклятье, в этот то раз зачем и что у тебя за привычка каждую проблему топить в алкоголе.
     – Не каждую, не надо перегибать, только те проблемы которые не объяснить логически, не когда не хватает информации, а когда с точки зрения логики нет приемлемых объяснений в принципе. Для того и нужен алкоголь, чтобы мозги не вскипели.
     – Тебя так поразил мангекё? А чем именно?
     – В первую очередь меня поразил сам шаринган, мангекё поразил потом, еще сильнее.
     – Сам шаринган? То есть, его способности?
     – Сам факт того, что нечто подобное существует. Это вам привыкшим к нему чудо не кажется чудом, но подумайте, в обычном состоянии ваши глаза ничуть не отличаются от глаз любого человека, когда же вы подаете в них чакру все меняется. Если же я подам чакру к глазам, то ни хрена не произойдет. – Тут Изуна захотел меня прервать, но я не обратил на него внимания. – Ваш шаринган может видеть мир по другому, он видит чакру. И на логичный вопрос как это возможно нет ответа, он дополнительно позволяет запоминать движения, увеличивает скорость и ясность восприятия, благодаря чему вы и копируете техники и приемы тай, то есть шаринган дополнительно связан с мозгом, ваше восприятие зависит именно от шарингана, без его активации вы не ускоряете восприятие. Он также удивительно помехоустойчив, на него не действуют например яркие вспышки, но это может быть следствием другого видения мира. Далее вы можете накладывать иллюзии поймав взгляд противника и сами устойчивы к ним. И если последние также объясняется тем, что вы видите мир по другому и быстро заметив обман скидываете иллюзии, то как вы объясните то, как вы их накладываете? Да взгляд в глаза это своеобразный контакт с мозгом, через посредника, но как вы направляете вашу чакру и откуда именно она исходит, ведь если бы дело было только в опыте и контроле, то вы бы накладывали иллюзии и без шаринганов.
     – А мангекё?
     – Он еще хуже, его техники необъяснимы, а его появление , это вообще без комментариев. А уж тот факт, что если кому-то пересадить ваши глаза и он может использовать все их возможности, это вообще нечто.
     – А что в этом не так?
     – Если мне, или например тебе, пересадить жуков абураме, или скажем заменить кости на кости акимичи то ничего хорошего не получиться, для того чтобы использовать силы других кланов необходимы годы тренировок, для того чтобы просто получить возможность использовать эту силу, еще больше времени требуется для того чтобы овладеть техниками кланов. Для шарингана требуется только подождать время операции и пока срастутся чакроканалы глаза и тела. После чего можно приступать к использованию, разумеется шаринганом тоже нужно учиться пользоваться, но его техники осваиваются в разы быстрее, а уж техники мангекё вообще зависит не от тренировок, а от эмоций, ведь никто из вас не тренировался чтобы получить сусаноо. Но главная проблема даже не в этом, а в том, что ваш шаринган не воспроизводим.
     – Не воспроизводим, ты о чем? Не один улучшенный геном кланов не воспроизводим. Поэтому и образовались кланы.
     – Ошибаешься, возьми клан Юки, он и используют стихию льда. Эта стихия получается при смешивании стихий воды и воздуха. То есть при пробуждении этих двух стихий можешь пробудить и их соединение, третью стихию.
     – Ты серьезно, но тогда почему по твоему никто этого не делает.
     – Потому что для того чтобы использовать стихии нужны прорва времени и постоянные тренировки, а для пробуждения их смеси, нужны еще больше времени и тренировок. На обретение подобного потребуется лет десять не меньше. Причем ничем другим заниматься нельзя, ни тай, ни ген, ни кен... только этим. Поэтому никто из шиноби, не станет заниматься подобным, иначе просто не выживут, ведь даже если тебе повезло и ты прожил эти десять лет, то техники для этой стихии тебе придется разрабатывать с нуля.
     – Ну и что? Что ты хочешь этим сказать?
     – Тем что это теоретически возможно, ваш же шаринган необъясним с точки зрения логики и потому не воспроизводим, никто просто не знает что нужно делать, чтобы получить шаринган. Без обид, но ваш предок согрешил либо с богом, либо с демоном чтобы получить эти глаза, я могу только так объяснить их свойства.
     Ну тут они ухмыльнулись, мол ну ты как скажешь, разумеется наша сила от бога и не надо думать о том, что это и как пришло в клан, надо учиться этим пользоваться. А я же думал о том, что гипотеза о существовании Рикудо перестает быть гипотезой и становиться фактом, бог действительно мог наделить своих потомков чем-то выходящим за грань логики. Но даже если и нет, и я ошибся, то шаринган это не развитый с нуля геном (как у тех же Юки) и не случайная мутация, это именно благоприобретенное от кого-то, кто человеком не является...
     В итоге я вновь сидел на скале над конохой, в этот раз правда пил только воду (а то и правда алкоголиком стану) и думал о четырех кланах, учихи обладающие шаринганом, который явно является нечеловеческим геномом, сенжу их родственники, если не ближние, так дальние и хьюги, чьи глаза также являются чем-то выходящим за грань обычной логики. А еще есть узумаки, которые также также являются великим кланом и берут свое начало в тех же временах, что и три других великих. Единственный кто имеет системные знания о уникальном искусстве печатей. Все эти кланы должны точно знать ответ на вопрос о том, был ли Рикудо. Но сведений и в архивах, и в официальной пропаганде кланов о Рикудо и его делах нет, только легенды. Нет ни доктрины, ни плана этого бога, словно он был, был и испарился, оставив только легенды после себя. И меня мучил вопрос, почему? Неужели совсем нечего было после себя оставить? И как получили свои глаза хьюги? Если учихи потомки бога, то кто хьюга? В документах неоднократно подчеркивается, что хьюги и учихи родственниками не являются, так что Рикудо почкованием размножился? Или узумаки с их невероятной живучестью, неужели никто не задался вопросом: откуда? В этом мире Бог реален, но где хоть какие-то свидетельства о нем и его делах, кроме легенд?
     Также я вновь скатывался на думы о деревне, сейчас создавался государственный аппарат и чуть ли не все кланы плевались и тихо матерились в сторону чиновников. И подобное в свою очередь люто бесило меня.
     Любой гос. аппарат создается не для высасывания денег и не по приколу, а для выполнения каких-то функций государства, это в кланах могли не замарачиваться подобным, спихнув это на пять-десять человек, в огромной, по сравнению с клановыми провинциями, стране так уже не получиться. И потому чиновники необходимы, сколько бы вреда от них не было, но шиноби это бойцы-воины и потому не терпели бумагомарак. Что хуже всего их не терпели и Хаширама, с Мадарой, тормозя создание и формирование сильной гос. машины. Тут единственная надежда была на Тобираму, он более-менее понимал, что и зачем нужно и постепенно продавливал нужные решения.
     Еще одной проблемой, буквально свербевшей в мозгу, был вопрос, как я сюда попал и почему именно сюда и не выкинет ли меня отсюда уже завтра в какое-нибудь новое тело или новый мир? Но вот задать этот вопрос я могу только Богу этого мира, так как он должен хоть немного знать что-там за пределами его мира.
     А главное для очень многих в деревне я становлюсь лишним и у меня остался максимум месяц передышки, потом наверняка найдут новое задание, где я должен свернуть шею. Я грустно улыбнулся, раньше времени было полно, а теперь всего-лишь месяц.

Глава 13 Деревня скрытая в Реке

     Николай Чудов, Коноха.
     И вот прошло лишь две недели как мне дали новую миссию, правда в этот раз мой отряд сократился уже до десятка шиноби. Задание, на первый взгляд, было самым простым, передать приглашение на переговоры о проведении официальных границ страны Огня и страны Рек.
     Но это лишь на первый взгляд, там также началось строительство своей деревни шиноби и там также начали создавать отряды составленные из бойцов разных кланов, которые конечно оказались в разы сильнее отрядов составленных из бойцов только одного клана. И разумеется у многих из тамошней верхушки начали отказывать тормоза, о Хашираме и Мадаре они явно ничего не знали, кроме нескольких сплетен, равно как и о кланах Листа. Поэтому могли решить договариваться после того как хорошенько вломят нашей деревне. Особенно если учесть то, что в тамошней местности было очень туго с земледелием и как следствие очень часто стояла проблема голода. Разумеется они хотели часть земель где можно решить проблему с продовольствием, а у верхушки деревни разумеется было свое мнение насчет того где должны пролегать границы страны. Поэтому главная опасность заключалась в том, что страна Рек могла и не захотеть вести переговоры и сразу же перейти к войне. Да и вообще нельзя было предсказать как поведут себя наши соседи, увидев на своей земле чужих шиноби, даже идущих с белым флагом и дипломатической миссией.
     А самое поганое, что сообщение о встрече и переговорах нужно именно доставить и передать из рук в руки. Не было еще других способов по доставке посланий. Письмо, а где гарантии, что писали его в Конохе? Использовать призыв, а где гарантии, что призыв от тех, что в конохе, ведь пока еще никто не знает какие у нас призывы. Также не было никаких условных знаков и сигналов, вроде азбуки морзе, чтобы можно было договориться с большой дистанции, только личный контакт. Нет потом все возможно, но только потом, первый контакт будет лицом к лицу.
     Разумеется такие отряды посылались ко всем соседям, что вызвало скрежет зубовный половины нашей элиты, ведь зачем договариваться с соседями? Нужно просто перебить, захватить, присоединить эти страны и деревни.
     Тот факт, что воевать со всем окружением идиотизм прошел мимо них. Поэтому в деревне с новой силой вспыхнул бардак и разборки между ними и теми, кто хотел мира, покоя, спокойно выращивать детей и зарабатывать по крупному. Последним были очень нужны мир и покой на границах, ведь ту же провизию можно было продавать втридорога в той же стране Рек или стране Песка...
     В итоге и я, и мой небольшой отряд изрядно нервничали, задание и важное и нужное, но из него запросто можно не вернуться, поэтому вооружались как на последнею миссию в своей жизни. У каждого из отряда были несколько печатей-барьеров, несколько стимуляторов, множество запечатанного оружия и множество взрыв печатей, набор ядов и противоядий, печати обратного призыва, одежду и оружие обрабатывали узумаки... Но мы все равно нервничали, у наших возможных противников арсенал был не хуже (разве что одежды с оружием от узумаки не было), но их было в разы больше, а чтобы воспользоваться тем же обратным призывом нам нужно было три секунды времени, которых нам могли не дать. Нас могли запросто отравить, просто распылив отраву, без цвета и запаха в месте, где мы будем передавать послание и приняв противоядие заранее могли или перебить нас, или использовать как источники информации. На нашем пути могли устроить ловушку-засаду любого уровня сложности... А самое паршивое – нам вполне могли ударить в спину наши же патриоты, желающие войны для возвышения деревни. И последнее заставляло тихо материться, как меня, так и Тобираму с Мадарой на пару, они оба знали о подобных настроениях в деревне и оба говорили о том, что к большой войне мы просто не готовы, не готова ни армия, ни экономика, не было достаточного количества шиноби,... Война сейчас, пусть и с деревней находящейся в еще более худшем положении ничем хорошим не закончится. Любые потери лягут в первую очередь на кланы, а им и так нужно восстанавливать свою численность, а любое напряжение экономики может вызвать ее коллапс, ведь клановые войны изрядно разорили и опустошили страну. Да и потом, после победы, что будем делать с приобретением? Остатки тамошней деревни можно влить в свою, но потерь это не компенсирует, а в ту землю придется вкладывать свои деньги, как и после любой войны. Единственный вариант это послать туда отряд тяжеловесов и просто уничтожить ту деревню, но на это был категорически не согласен Хаширама.
     – Ты все-таки идешь?
     – Я не могу не пойти, эта миссия от которой не отказываются, для совета кланов я начинаю превращаться в кость в горле, вот они и решили убрать меня, пока я не стал ножом в боку. Когда все разом голосуют за то, чтобы я возглавил этот отряд отказаться не получится.
     – Я твой начальник и могу отдать тебе другой приказ.
     – Нет Хаширама, нет не можешь, ты начальник которого выбрали на этот пост и ты должен играть по правилам, и учитывать волю и мнение тех кто тебя выбирал. Если хочешь другого положения вещей, то измени систему правления и сделай свою должность пожизненной. Сейчас когда у тебя бешеная популярность и тебя поддерживает куча народу ты вполне можешь это сделать. – Тут его лицо скривилось в жуткой гримасе, я ему с подобными разговорами надоел просто до одури.
     – Вот опять ты об этом! Неужели ты не можешь говорить о чем-то другом? Да даже сейчас мы говорили о совершенно другом! – Нет друг мой, именно об этом, из-за этой демократии мы и имеем, то что имеем, то что происходит просто первая ласточка. Ты не можешь принимать непопулярных решений, иначе тебя просто переизберут и поставят на твое место другого. Конечно тебя так сразу не скинут, но если не скинут сразу, то скинут чуть позже, при выборной должности не учитывать интересы тех кто тебя выбирал невозможно. Тут или ты будешь править или Совет кланов. А это неизбежно ведет к противостоянию с Советом и значит начинать надо уже сейчас.
     Вот поэтому я и капаю тебе на мозги, пока еще система сырая и можно без серьезных проблем вносить в нее изменения. Сейчас у тебя огромная поддержка и огромная популярность, но еще лет шесть и система начнет костенеть, войдет в плоть и кровь, станет привычной и никто не захочет ее менять, а кое-кому эта система придется очень кстати.
     Вот только Хаширама идеалист, ему хочется чтобы и волки были сыты и овцы целы, то есть чтобы правителем был лучший, выбранный за заслуги и способности, и которого могут переизбрать, если он запятнает свое имя, или начнет например сходить с ума, или воровать в особо крупных размерах. Тот факт, что могут переизбрать просто потому, что мешаешь воровать другим он не воспринимал.
     – Ну ладно-ладно, умолкаю, давай хоть обнимемся, а то мало ли...
     – Ты говоришь так, словно прощаешься, а это примета плохая! Может лучше выпьем по чуть-чуть, – мдаа, были и тут свои приметы, так например уходя на задание не прощайся, а тому, что у любого серьезного начальника должна быть заначка с серьезным алкоголем я его сам научил.
     – Ну давай, но только по чуть-чуть.
     – Я надеюсь, что они не захотят воевать, их слишком мало, одна война и их не останется вовсе. Они должны это понимать.
     – Мы оба знаем насколько могут быть сильны эмоции, их может просто захлестнуть ими. К тому же одни они и не пойдут на войну, их поддержат Дождь и Песок, которым также хочется что-нибудь от нас урвать, мы ведь не станем делиться?
     – Нет, граница проложена по клановым владениям, мы не взяли себе ничего лишнего.
     – Тогда я пойду, нет смысла оттягивать неизбежное и бегать от работы.
     – Кстати держи опознавательный знак, он будет показывать к какому именно селению ты принадлежишь. – И дает мне легко узнаваемый протектор с символом Листа. Мдаа, вроде это вещь лишь этого мира, но все равно повеяло домом, самым первым домом, как же моя сестренка часто бегала с этим протектором на поясе...
     Из деревни до страны Рек мы добирались пять дней. И за это время навидались столько, что пара моих спутников всерьез хотела устроить революцию в одной отдельно взятой стране и начать строить там социализм. Поля пустовали, деревни частично сожжены, а частично разграблены, в городках попадавшихся на пути провизию можно было купить только на золото или серебро, бумагой можно было разве что подтереться, а медь просто не брали. При этом мяса, птицы и рыбы не было, как не было в некоторых деревнях собак и кошек. Зато ростовщиков и спекулянтов было море, также в каждом городке начинали устраиваться представители новой власти, которых по большей части можно было описать уравнением дурак плюс взяточник и сумму умножить на разбойника. При этом угнетало даже не это, а отношение этих людей к простому народу, мало того, что местные вельможи смотрели на людей сверху вниз и очень внимательно следили не решиться ли кто кинуть косой взгляд (пример при приближении феодала все поголовно должны были кланяться, не поклонился смерть), так они еще и принялись выжимать из людей все соки, по принципу: "мне плевать на все ваши проблемы, мне мое подай сейчас".
     Да были честные, умные и великодушные люди, но они были исключением из правил. Но даже так мы видели как кто-то начинает вновь отстраивать деревню или работать на полях, а главное в людях вспыхнула надежда на лучшую жизнь, каждый испытывал огромный душевный подъем. Ведь эпоха клановых войн наконец-то закончилась!!
     А уж как нахваливали Хашираму и Мадару, это никакими словами не описать. Как мы быстро выяснили, сплетни вещь такая, что могут распространяться быстрее лесного пожара. И чуть ли не каждый житель страны Огня знал, что начало миру положили два великих клана, а точнее их главы. И не уставали благодарить за это.
     Так что я сделал в уме заметочку, через семь-восемь лет, при таком воодушевлении и подъеме, мы восстановим экономику и можем переходить к захвату мира.
     Граница страны Рек и страны Огня, Николай Чудов.
     Граница с нашей стороны уже была прикрыта и нам несколько раз встречались патрули. Как мы выяснили, что шиноби с противоположной стороны уже начинали пошаливать, разумеется объясняя это тем, что к ним разбойники зачастили, но теперь когда они сделали пару рейдов на нашу территорию разбойников не осталось. Правда сожгли при этом пару деревень с нашей стороны, но зато перебили всех разбойников начисто. Тоже в общем-то ничего удивительного, мир меняется, будущие пока еще в тумане, а значит народ тянется ко всему, что плохо лежит и забирает это к себе, а шиноби может забрать много. Страна Рек это в основном горы, леса и реки, брать там особо нечего, в стране Песка и Дождя ситуация очень похожая, добром там тоже не разживешься, поэтому и ходят к нам то "ловить разбойников", а то и просто пограбить. Нашим же отрядам было напрямую, приказом Хокаге, запрещено устраивать ответные акции на территории страны Рек. Хаширама хотел договориться о мире, а также не хотел нового витка войн, теперь уже между странами. И в этом как уже говорилось его поддерживали и Тобирама, и Мадара, да и я тоже. Но вот теперь когда я увидел сожженные деревни на нашей стороне и пустые земли на той стороне, то понял простую вещь, никакого долгого мира между нами не будет. У них просто нет в достаточном количестве ресурсов и нет никакого желания жить впроголодь, так что единственное что они могут это взять эти ресурсы у других, или же расширить свою страну, прирезав ей земли с этими ресурсами. Тут даже усердие и трудолюбие не поможет, просто не над чем трудится. А создать что-нибудь уникальное, с которого все будут кормиться... очень сильно сомневаюсь, что они смогут сделать что-то подобное.
     Но вот на пути отряда становится один из шиноби, одетый в самурайские доспехи, с катаной наголо:
     – Стойте, кто вы и куда следуете? – А позади него отряд в три десятка шиноби. При этом единого обмундирования у них еще нет, это Лист уже разработал и внедрил одинаковую униформу для своих войск (пусть пока и только для тех кто находится на границе, или как мой отряд направлен за пределы страны).
     – Мы послы к лидеру вашей деревни, мы направляемся туда с письмом от нашего лидера, от деревни страны Огня. – А те в ответ хмурятся и переглядываются, на ряженных мы не похожи, так как патрули в таком же обмундировании они уже встречали не раз, но допускать на свою территорию чужих им явно не хочется и при этом они понимают, что как ни крути, а переговоры о том как жить дальше необходимы и все равно пройдут, рано или поздно. Также выделяется примерно десяток с бандитскими рожами и одежкой явно снятой с чужого плеча желающие нас порешить прямо тут, явно занервничав и боясь, что их призовут к ответу за "охоту на разбойников на чужой территории".
     – Мы согласны пропустить вас, но с условием, что с вами отправятся четверо моих людей.
     Ну да тоже верно, мало ли куда мы в действительности путь держим, а четверо это уже команда, если что хоть один, но спасется. Но вот только что на уме у этой четверки вопрос, в конце-концов отравить жратву у нашего отряда можно и в одиночку.
     – Согласны, но даже когда идем одним отрядом, едим раздельно, пьем только из своих запасов и постоянно все на глазах друг у друга, просто во избежание неясностей.
     – Даже если, – но я его прерываю на взлете.
     – Даже если, вы не верите нам и не хотите погромов в своей стране, мы же хотим вернуться назад живыми и здоровыми, комбинированные и медленно действующие яды придумали не вчера, равно как призывы и систему сигналов и посланий. – Командир морщится, но кивает согласившись, бандиты продолжают хмуриться, а остальные же явно хотели вздохнуть с облегчением, их перспектива боя с нами и будущей войны с Листом не радовала.
     – Согласен, с вами пойдут вот эти четверо, – к нам делают шаг четверка также в доспехах и с катанами за плечами.
     – Пусть так, в путь отправляемся немедленно.
     Дорога до деревни страны Рек заняла два дня и если двигаясь по стране дождя я видел разруху и людей начинавших восстанавливать страну, то в стране Рек разруха оказалась в разы больше, а людей, кто пытался восстановить хоть что-то почти не было. Как мне сказал один из наших спутников красиво жить хотят все, а ресурсов не хватает. Собственно это все и объясняло, из людей выжимали соки так же как и в стране Огня, но там "земля богаче". Поэтому кроме откровенных разбойников, которые боялись что при заключении мира и раздела границ ими пожертвуют, большинство рядовых были против будущей войны. Страна и их деревня могли не пережить такого. А вот те кто правил... как мне также сказали единого правителя – каге не было, среди кланов образовавших деревню Скрытую Рекой не нашлось достаточно сильного и харизматичного лидера, поэтому пока что правили коллегиально.
     Когда отряд добрался до деревни нас разместили в одном из небольших домиков на окраине, деревня еще строилась и внутрь нас пускать не хотели. А рядом с нами находился домик, где расквартировались, судя по их одежде, шиноби Песка. Впрочем я не удивлялся, выгода от такого союза очевидна, а в Песке не дураки. И Реке, и Песку необходимо решать проблему с нехваткой продовольствия и обоим пока еще нечего делить, а такой союз для нас еще не оправившихся от клановых войн уже опасен. Да даже если Песок тупо кинет их нам не легче, они ударят и отряды на границе их разумеется не удержат, они пойдут в глубь страны... Поддержат их или нет, а мы потеряем то не многое что еще осталось в тех областях и даже если мы их потом перебьем это ничего не исправит.
     Но само поганое, это как нас встречали и как с нами разговаривали, на нас смотрели не как на равных, а сверху вниз, примерно как клан Хагоромо, мол ну да вы тоже шиноби, ну и что? Мы все равно сильнее и лучше, ведь мы же шиноби страны Рек! Те же песчаники смотрели на нас куда настороженнее. Собственно можно было уже сейчас уходить обратно в деревню, никаких переговоров не будет, они просто не захотят этого.
     Да и что мы могли предложить? Официально утвердить границы? А оно им надо? Им нужна куда большая территория, а на это в Конохе никто не пойдет, с чего бы там кому-то делиться? В тоже время Песок может куда больше... пообещать, вроде вы начнете, мы подхватим и в итоге продиктуем нужный нам мир, а вы потом нас отблагодарите. И все против этого никакие аргументы не помогут, этих самовлюбленных, эгоистичных дебилов даже напугать не получится, нас просто не считают за противников, точнее Песок-то возможно и считает, но это ничуть не помешает им в натравливании на нас шиноби Реки, а потом если не выгорит развести руками и говорить "мы тут не причем, совсем не причем".
     Но вот нас вызвали в Зал Совета Деревни, наш отряд входит, передо нами полукругом сидят одиннадцать человек, сесть разумеется не предлагают, я толкаю речь о мире и покое наступившем с прекращением клановых войн, раскрываю послание и передаю его тому кто сидит в центре, он молча читает, после чего мне толкают ответную речь, что они согласны и поддерживают мирную инициативу и готовы к переговорам. Мне в ответ передается послание, которое я должен передать Хашираме. При этом говорили со мной так, словно делали убогим одолжение.
     Причем лица тех одиннадцати что мы видели несли явные признаки деградации, что уже было совсем не хорошо, среди шиноби красавцев и красавиц полно, как говориться всем хочется выглядеть получше, а чакра помогает, если же она уже не помогает... то ситуация зашла уже очень далеко и выправлять ее надо прямо сейчас. С подобной проблемой столкнулись и кланы Конохи, но там ситуация еще не зашла так далеко. Как мне мельком рассказывали Тобирама и Мадара, а также я узнал из архивов причина подобного была в традициях кланов. Глава клана это военный лидер, он ведет клан в бой и светлое будущее, а вот старейшины должны были обеспечивать движение к светлому будущему и были не обязаны участвовать в боях. Разумеется в каждом клане были нюансы отношений и например у учих если ты не имеешь три томое ты неполноценен, а получить их можно только в бою... но не смотря на все нюансы старейшины освобождены от постоянных сражений и имеют свою толику власти. И разумеется они хотят увеличить свою власть, и совершенно не хотят умирать, поэтому браки заключаются только с сильнейшими и знатнейшими, а таких всегда не много и зачастую они находятся в твоем же клане. А если добавить сюда еще и клановую войну, где убивают в первую очередь лучших и крайне малый приток свежей крови в элиту и как итог деградация. В стране Огня это не стало такой проблемой как в Реке, потому что сражения были ожесточенней и чаще, кровопускания не давали загнивать окончательно, а вот в Реке элита кланов не часто ходила в атаки...
     И теперь глядя на одиннадцать лиц тех кто является властью в стране Реки, а они с неприкрытым презрением смотрели на меня и если раньше я хотел избежать лишней крови и лишних жертв от возможной войны, то вот теперь я ясно осознал что иногда пустить кровь это не попытка убить, а один из способов лечения.
     В общем-то все их мысли были кристально просты и понятны, они решили убрать не наш отряд, а главу нашей деревни с его отрядом на переговорах.
     Но вот ответное послание получено и нас выпроваживают из деревни. Мы отправляемся в обратный путь и по пути решаем заскочить в одну небольшую деревушку, на предмет пополнить запасы провизии и воды...
     Вот только подойдя к деревне мы услышали вопли о пощаде и увидели трупы, которые судя по их виду приносили в жертву маньяки сатанисты местного разлива. После чего мы услышали пояснения четверки наших спутников:
     – Это культисты Джашина! Нам нужна помощь, мы в одиночку с ними не справимся.
     – Поможем, этих сволочей нужно перебить как можно скорее.
     Тут мой отряд посмотрел на меня как на адреналинового маньяка, у нас ведь есть конкретное задание и чужие проблемы нам должны быть до свечки. Но мне позарез нужны были ответы на мои вопросы, а если этот Джашин и в правду существует он мне их даст, ведь если здесь есть Рикудо, то почему бы не быть Джашину? Также необходимо разобраться, что это за культисты и что им нужно, пока они устраивают свои дела на чужой территории, а заодно спустить пар, от посещения селения скрытой в Реке. Да и просто по человечески нужно давить таких... В моем отряде двое учих, двое хьюг, четверо нара (чтобы смотрели по сторонам и запоминали что и как) и двое целителей сенжу. Я передаю послание Реки целителям и командую им держаться на расстоянии от деревни, если мы победим, то вновь соединимся и продолжим путь, если проиграем, то путь они продолжат без нас. Учихи и двое нара запрыгивают на деревенские домики и двигаются по верху, мы же бежим по улице на которой то тут то там виднеются трупы...
     – Ничтожества умрите во славу Джашина!
     – Стоять ублюдки, не трогайте их!
     Выбегаем на деревенскую площадь и видим кучку деревенских согнанных в подобие загончика из трупов на кольях и пятерку тех кого так и тянет назвать демонологами, одеяния строго темно красного или черного цвета, у всех медальоны с одинаковыми символами, слабо светящимися алым, сами стоят вокруг к треугольника вписанного в круг, а в этом символе какой-то бедолага расстается с жизнью и у каждого в руке по катане, а руки в крови аж до локтя.
     – Смотрите кто к нам пожаловал, ха, Джашин всегда рад новым жертвам! Оставьте этих насекомых, они все равно никуда не денутся, лучше займемся этими еретиками!!
     Сканирую эту пятерку... очень странное ощущение, это определенно шиноби, но какие-то неправильные, такое чувство, что им что-то подмешали в чакру. Их чакра чуть выше среднего чунина, но вот эта странная примесь... а ну как это какой-то неизвестный катализатор? И они превратятся в берсерков, что и Мадару узлом завяжут.
     Шиноби из Реки синхронно выхватывают катаны и разом бросаются на сектантов, один из учих кричит, – Гендзюцу на них не действует, – я в свою очередь напитываю чакрой пласт земли подомной, после чего делаю сальто на месте, отправляя в крайнего правого сектанта пласт земли, перекрывающий ему обзор, а следом сразу же бросаю "копье молнии". Этому приему я научился в спаррингах-тренировках с Мадарой и Изуной, с их клятым шаринганом видящим любое движение пришлось искать способы наносить такие вот удары.
     Мой план был прост, либо сектант уворачивается и разбивая построение уходит в сторону, после чего остается в одиночестве и его можно скрутить техниками нара, либо он отходит за спины товарищей и тогда можно продолжать атаковать, сбивая врагов в кучу...
     Однако тот просто перерубил летящий на него пласт земли, а на "копье молнии" просто не отреагировал, в результате чего получил дырку в груди на месте сердца. И... ничего не случилось, даже кровь не текла, он просто расхохотался, глядя на подобное все малость ошалели и как следствие притормозили, с противниками не обращающими внимания даже на смертельные раны никто еще не сталкивался.
     – Тупорылые обсосы, избранники бога бессмертны, ваши жалкие фокусы вам не помогут, действуем братья, "Поле крови". – Граница символа резко расширяется и всю площадь окрашивает алым. Причем внутренний треугольник остался таким же как раньше, равно как и загончик из трупов, что это за техника? Какая-то разновидность шинобского проклятья? И что с трупами на кольях, это действительно какой-то барьер? Те же узумаки ни о чем подобном не говорили... Тут же создаю теневого клона, тот падает на землю, а оказываюсь на нем, стоять на этом "поле" я не желаю.
     – "Теневые клоны", – создаю четыре отряда по пятнадцать клонов в каждом, два прикрывает мой отряд, остальные разбегаются по площади, выхватывая кунаи и сюрикены и напитывая их молнией... Даже если они и бессмертны, регенерировать мгновенно не могут, дырку в груди одного из этих избранников я до сих пор вижу. А значит можно бить их по глазам-ушам (барабанным перепонкам) чтобы ослепить-оглушить, также использовать электричество чтобы не давать двигаться, или вообще вырубить, хотя последнее уже вряд ли.
     – Не плохо обсосы, но вам это не поможет, "Длань Бога", – они разом втыкают катаны в землю и все, кто стоял на границе символа получают по клинку в ноги. Я успеваю подпрыгнуть и избежать ранения, также ранения избегают нара, а вот хьюги и бойцы из Реки падают на землю. Также развеиваются разом все мои клоны, но перед этим успевают выпустить в противника все свое метательное железо.
     – Бить их по конечностям, отрубать руки и ноги!! Восстановить их они не смогут!
     – "Проклятие неупокоенных", – пятерка быстро встает плечом к плечу и скрещивает руки, и перед ними из крови возникают клоны убитых, принимающие на себя удар и распадаются кровавыми брызгами. Я вновь создаю клона и приземляюсь на него, а не на наверняка проклятую землю.
     – "Стальной ветер", – шиноби Реки, стоя на коленях, разом взмахивают катанами и посылают в культистов нечто очень напоминающие лезвия ветра, только сияющих светло голубым. Те отбивают эти лезвия запустив в ответ точно такие же лезвия, но алого цвета.
     Но учихи сидевшие на крышах также запустили уже настоящие "лезвия ветра" и двое джашинитов падают без ног и рук.
     – Ах вы суки недорезанные!! – Центральный избранник заорал так, что и дракон бы убежал. И поднял руки для еще какой-то техники... Я же вновь создаю три десятка клонов и мы все атакуем "иглами молнии". Оставшаяся тройка вновь закрывается своим "проклятием неупокоенных" и моя атака не проходит, а учихи с крыши вновь используют "лезвия ветра" и на ногах остается лишь центральный джашинит.
     – Ха наконец-то!! "Сила избранного богом", я призываю своего бога, чтобы он покарал неверных!!
     Тут же то, что покрывало землю резко стягивается к нему и на земле вновь остается лишь круг с вписанным в него треугольником. Также развеиваются все клоны, а все кто был на проклятой земле падают и вырубаются, видимо эта техника вытягивает почти всю чакру из тех кто на проклятой земле, оставляя только минимум без которого невозможна жизнь. Также понятно чего этот урод тянул с этой техникой, если двое и больше активируют технику, то возникнет критическая ошибка, чакру нужно передать кому-то одному, а ее тянут на себя несколько этих жрецов...
     – Теперь я перебью вас всех до единого!!! – Последних из джашинитов приобрел нечто вроде покрова из крови, совершенно черные глаза, без белков и зрачков, выпуская в пространство просто убойную жажду крови, жители деревеньки от нее просто попадали в обморок. В свою очередь окутываюсь покровом из молний и кривлюсь чакры осталось мало, а у твари передо мной наоборот, что странно, его теперешний объем в пять раз больше того, что был, он же буквально может лопнуть... ах да, бессмертие плюс игнорирование боли, плюс еще наверняка какие-то козыри в рукаве у него остались.
     Разом бросаемся друг на друга, он наносит горизонтальный удар с такой силой, что описывает полный круг, не знаю что за технику он применил, но сражаться в подобном режиме он явно не умеет, или умеет, но очень плохо... Бью его в спину, в районе позвоночника, но ни один из пяти ударов не пробивает его покров, а "иглы молнии" что я зажал между пальцами ломаются. Джашинит резко отпрыгивает назад, попутно посылая в меня три "кровавых лезвия", использую телесное мерцание и ухожу сначала в сторону, а потом резко сближаюсь и всаживаю два "копья молнии" ему в плечевые суставы, но вновь не пробиваю покрова, лишь отбрасываю того на десять метров. И его тут же опутывают тени, а рядом с ним оказывается двое учих дополнительно опутавших его проволокой и мгновенно пустив по ней "дыхание дракона", но тот выдержал и это, разве что его покров и глаза слегка померкли.
     – Поганые ничтожества, не вам противостоять Джашину! – И его покров идет волнами, разрывая проволоку и тени, после чего от покрова разлетаются несколько капель-пуль, но учихи благодаря шарингану уворачиваются, а нара сразу же после того как их техника перестала действовать разорвали дистанцию и успели увернуться от техники джашинита. Я же в свою очередь успеваю увернуться почти от всех пуль-капель, но одну специально ловлю рукой, покров не пробило, но капля тут же превращается в какой-то знак, но я успеваю его сжечь чакрой. То есть он тоже не может пробить мой покров, но вот благодаря техникам проклятия может меня достать.
     Я ухмыляюсь и в третий раз создаю клонов, на этот раз уже пятерку. А жрец между тем впал в режим берсерка...
     – Поганые насекомые, я вас этой катаной в жопу выебу!! Говьтесь к невероятной боли выродки поганые!!! – Катану обволакивает покров и после чего он разрастается, да так что катана приобретает вид двучника.
     Но вот его покров потускнел еще сильнее...
     Теперь он вновь бросается в ближний бой, но уже к одному из нара, но тот быстро совершает замену на одну из деревянных колод в деревне. Я с клонами в свою очередь сближаюсь с ним, бьет мне на встречу и покров на его клинке резко удлиняется, развеивает двух клонов, но я успеваю проехаться на заднице и снизу вверх, точно в лицо бью молнией, попутно ударив жреца в стопами ног в колени. Тот отлетает на пять метров, стараясь проморгаться от резкой вспышки, получает три взрыв печати от клонов в ту руку, что держит катану. Взрыв, короткий посыл сенсорики, обнаруживаю его и вновь бросаюсь к нему с двумя "копьями молнии", его покров выдержал взрыв, но вот катану он в руках не удержал и она куда-то отлетела. Первое копье летит в лицо между глаз, он легко уворачивается и ухмыльнувшись бьет ногой, ведь ноги длиннее рук... но замирает на месте, нара вновь его связали.
     Копье в моей руке исчезает, охватывая руку до плеча, заставляя ее сиять ярче обычного и на короткое время придавая дополнительную силу и многократно увеличивая пробивную способность.
     – "Лезвие молнии" – пробиваю в этот раз покров и сношу ему башку...
     – Ах вы паскудные твари, все равно вы все сдохните!!! Никто не уйдет от жрецов Джашина, никто!!! – Тут я и оставшиеся на ногах шиноби вновь ошалело переглянулись.
     – От него ведь осталась одна голова, как такое возможно?
     – Поганый еретик, со мной милость самого Джашина!! – Голова не переставала орать, жутко кривляться и уже начала переходить от пожеланий того как мы все сдохнем к обычному мату, поэтому ее быстренько заткнули самодельным кляпом... После чего дали сигнал нашим целителям, чтобы они бежали сюда и ставили на ноги пострадавших, я же также присоединился к целителям, моих умений и знаний для этого хватало. Но сам же думал о том, почему голова живет отдельно от тела, это было за гранью здравого смысла, я бы еще понял, если наоборот, в теле очаг чакры и та может поддерживать тело, но голова? Тут я видел только один вариант: Джашин все-таки реально существует и потому, как и Рикудо может дать своим последователям такую же плюшку, как например шаринган. Кстати, что любопытно именно последователям, а не потомкам...
     В итоге мы смогли поставить на ноги всех пострадавших и привести в себя деревенских, ох как же они нас благодарили... даже немного неудобно стало. Зато весь мой отряд перестал на меня коситься, не смотря на то, что многие шиноби чуть-чуть не нормальны, откровенных маньяков и садистов тихо ненавидят и стараются уничтожать. Ну а люди на кольях и множество деревенских принесенных в жертву Джашину прямо указывали на то кем именно являлись эти жнецы.
     – Чтож, мы победили, что будем делать теперь? У нас вроде как пятеро бессмертных пленных, которые к тому же жрецы какого-то божка и могут не обращать внимания на любую боль. – Шиноби Реки явно не желали брать пленых, получить какую-то информацию нельзя, ценности в качестве носителей геномов они явно не представляют и завербовать таких невозможно, да и заставить заплатить за убитых в деревеньке очень хотелось.
     – Сначала предлагаю кое-что попробовать, – была у меня одна мысль, как начать налаживать диалог с этими фанатиками, я подхватил одно из тел еще не очнувшегося жреца и перенес его подальше от остальных, после чего принес к нему отрезанные руки и ноги. После чего сосредоточился и направил на эту тушу струю огня с двух рук, фанатик горел очень медленно чакры на его сожжение ушло как на одно "Великое огненное уничтожение", я почти вырубился от чакро потери, но довел дело до конца.
     – То есть эти твари все-таки смертны!? Спасибо вам Николай-сан теперь по крайней мере будем знать что с этими тварями делать, – тут я малость удивился, они же явно не первый раз с подобными фанатиками сталкиваются, так неужели не нашли способа их уничтожить? Но как выяснилось, все не так просто, кланы в стране Реки слабее тех, что в стране Огня и один клан не может тягаться с фанатиками. Да и отличить действия фанатиков от действий кланов при ведущейся междоусобной войне крайне сложно, и шиноби, и джашиниты стремятся не оставлять свидетелей. Хотя конечно по разным причинам, шиноби стремятся делать свои дела в тайне, джашиниты просто хотят всех перебить. Также и те, и другие не стесняются использовать пытки как для получения какой-то информации, так и для того чтобы развлечься или скинуть стресс. Так что если находили уничтоженные деревни это не всегда были джашиниты и их почти не трогали, требовалось в первую очередь разобраться с соседними кланами, да и было тех джашинитов очень мало... Поэтому никто не задавался вопросом как их уничтожить, сталкивались с ними только шиноби уровня генина и чунина, и попросту сбегали, те кто имел уровень джонинов сражались с кланами соседями. Ну а теперь просто окружи такого жнеца и отрубив ему руки-ноги, и положи в костер, а дальше только не забывай подбрасывать дровишек, огонь все сделает.
     – То есть вам эти жрецы нужны только в виде трупов?
     – Да.
     – Тогда мы возьмем себе эту голову? Просто чтобы похвастаться. Да и хочется узнать о том что они могут побольше.
     – Пожалуйста, почему нет.
     В деревне мы остались на два дня, залечивая раны и восстанавливаясь, мертвых похоронили, а джашинитов сожгли и развеяли пепел по ветру, тут вариантов почти не было, закопать части тел жрецов в разных концах деревни, чтобы вместе не собрались тем же деревенским было боязно, а ну как узнают об этом оставшиеся джашиниты? Кто там разберет, что они могут? Отнести части тел в деревню Реки, для экспериментов над ними не хотели по той же причине, дескать незачем рисковать, а огонь это надежно.
     Я же поговорил с оставшейся головой последнего жнеца и хотя за сделанное он возненавидел меня люто, о чем не раз мне заявил. Но когда я, в самых высокопарных выражениях, заявил, что уверился в силе Джашина и хочу с ним поговорить, дабы понять чего он хочет и к чему стремится, то мы сразу же стали, если не друзьями, то уж точно союзниками. Как мне тут же было сказано существует два основных обряда первый это призыв Джашина в качестве аватара в этот мир, он может выполняться только жнецом. Второй, используемый куда чаще, это установление прямого контакта между Джашином и кем-то, кто будет целью обряда, но сам Джашин остается где-то там в своем измерении. Подобное проводилось для того чтобы узнать волю бога или обратить кого-то в "единственно правильную веру". Я становиться этим кем-то отказался наотрез, мало ли что со мной случиться при контакте?
     Поэтому я заявил, что целью обряда будет сам жрец, тот был совсем не против еще раз связаться со своим богом, но заявил, что во первых в виде отрубленной головы он может пребывать не больше месяца и это крайний срок, а во вторых для обряда связи с Джашином потребуется кровь, а именно не меньше пятидесяти жертв, а лучше шестьдесят.
     Через границу страны мы перешли уже вполне мирно и тихо, местные бандюги уже отсутствовали, видимо дезертировав, от греха подальше, сведения же, что мы уничтожили пятерку джашинитов всех очень обрадовали, мол последние резали всех подряд, не делая различий. И сил, чтобы бороться с фанатиками, у патрулей страны Реки не хватало, но теперь-то найден способ и скоро пришлют подкрепления, а значит будет устроена большая облава с целью переловить проклятых фанатиков... Все это мне вещал начальник патруля шиноби Реки, уже не молодой и начавший седеть мужчина, я же крепко про себя матерился, мог бы ведь и догадаться! Деревню Реки уже начали строить, а значит объединившись, должны были навести порядок на своих землях, но они видимо сразу решили воевать. Большое количество шиноби от толковых сенсоров спрятать очень трудно, особенно от тех, что пойдут с нашим Хокаге, а при таком подходе их и прятать не надо! Зачем рядом с местом переговоров так много шиноби Реки? А они охотятся на джашинитов, облава ведь не проводится мгновенно, а главное не подкопаться, мы сами видели сектантов, сами с ними сражались и не можем не упомянуть о подобной проблеме. А вот нам подтягивать дополнительные войска резону нет, на нашей стороне границы джашинитов не засекали, по крайней мере официально о них нигде не упоминается, поэтому Хаширама не отдаст такого приказа, а ослушаться его не получится, в открытую наплевать на волю Хокаге, да еще и перед лицом шиноби из чужой деревни, за подобное могут убить на месте.
     – Спасибо, но зачем мне знать о том, что вы планируете делать на своей территории?
     – Очень многие из нас считают, что одной только этой облавы недостаточно для того чтобы уничтожить всех убийц в нашей стране. Но и я, и еще очень многие шиноби считают, что у нашего руководства не хватит воли для проведения следующей. – О как, оказывается не все в Реке довольны своим руководством и явно хотят поговорить о будущем своей деревни, но уже с моим руководством. То есть готовы были поддержать нас в будущем бою и планировали переворот, с собой во главе и нашей помощью и пусть.
     – Гммм, я понял, благодарю за честность, я передам моему Хокаге ваши слова, возможно он сумеет убедить ваше руководство о том, что нельзя останавливаться на пол пути.
     Как только мы оказались на своей территории и отметились на одной из баз местных патрулей, то мы сразу же активировали технику обратного призыва и оказались в Конохе.
     Ответное письмо было торжественно вручено Хашираме на очередном собрании Совета Кланов. После чего нас сквозь зубы поблагодарили и в предельно вежливых выражениях отправили обратно в отделы, на рутинную работу.
     Нара, хьюги и учихи стали описывать что видели и слышали, сенжу отправились в Госпиталь, а я пошел на доклад к Тобираме...
     – То есть по твоему они хотят убить Хокаге и развязать войну, а когда победят, то продиктовать нам мир, который сочтут нужным – на лице моего начальника было его обычное выражение равнодушного булыжника, только глаза внимательно меня разглядывали.
     – Они хотят жить богато и красиво, причем именно сейчас, ну или в ближайшем будущем.
     – И при этом не желают работать? Тебе не кажется, что это слишком по детски и ты просто подгоняешь реальность под свои мысли и желания о объединении мира путем войны? – А вот теперь он чуть-чуть скривился, словно не желая мне верить, мол чего дурь городишь?
     – А тебя так удивляет желание взять что-то силой? Мы ведь говорим о шиноби, которые только этим и занимаются. Природа, Бог создавший этот мир и жизнь распорядились так, что земля страны Огня куда богаче, чем страны Реки. Да у них есть перспектива стать богатыми и превратиться в тихую гавань нашего мира, но перспектива потому и называется перспективой, что она далеко. На нее нужно работать. Ради нее необходимо от чего-то отказываться. Хватит ли у них воли использовать свои возможности и положение для построения будущего, не отвлекаясь на авантюры? Ведь клановые войны только-только закончились и в кризисе все. А война всегда считалась прекрасным выходом из тупиковых ситуаций. На войне ведь думать и сомневаться не надо. – Тут уже я скривился, сколько можно черт возьми! Да я считал, считаю и буду считать что мир нужно объединить, но это не значит что я псих и подгоняю реальность под свои мысли, разве мало в мире людей желающих получить все и сразу? Все эти казино, игровые притоны, да даже наперсточники получают доход именно от тех кто надеется на удачу. А уж про тех кто берет свое силой даже говорить не хочется.
     – Но мы не можем позволить себе войну сейчас, мы еще не готовы, а тем более ты говоришь, что Реку может поддержать Песок.
     – Песок также как и все новообразовавшиеся страны начал строить свою скрытую деревню шиноби и столкнулся с проблемой продовольствия, со жратвой в пустыне всегда было плохо. Поэтому они и хотят присоединится к Реке, но как и мы они еще не могут позволить себе войну, если Река победит и им все удастся, тогда они пришлют своих, отпинать лежачего много усилий не требуется. А попутно можно ограбить ту землю по которой пройдут, война ведь сама себя кормит и в конце-концов не забыть в "выгодном мире" свою малую долю. Такая операция почти не потребует ресурсов, а вот принесет наоборот очень много всякого. А вот если они увидят, что вместо легкой прогулки им головы отрывают, это убедит их подождать с нападением годиков эдак десять-пятнадцать, пока у самих не будут готовы к войне армия и экономика. – Тут я пожал плечами, слабого всякий пнуть может, а если он еще и богат, то пнут обязательно.
     – Резонно, но а что сама Река? Ты говорил что они бедны и слабы, как они вообще собираются побеждать тех кто сильнее и богаче их? – Тут в его глазах мелькнуло удивление пополам с презрением, идиотов он не терпел. – Нападение на нас что сейчас, что потом с их стороны самоубийство.
     – Во первых они и нападают потому что беднее, это нам война не выгодна, кроме траты ресурсов нам это ничего не даст, они же надеются пограбить и отяпать себе кусок земли куда богаче чем их собственная. А что до силы, так они уверены в обратном. Они знаешь ли считают сильнее себя.
     – Бред, у них нет ни одного великого клана, нет ни одно шиноби уровня моего брата, почему ты думаешь что они так глупы, ведь достаточно просто воспользоваться сенсорикой чтобы понять это. – Вот тут удивление с презрением отразилось не только в глазах, но и на лице.
     – Зато у них есть небольшая, но уже хорошо организованная армия, отряды которой состоят из тех кто прошел войну кланов и умеет работать командой, а также деградировавшее руководство. А Хашираму или Мадару они в глаза не видели, так что тут никакая сенсорика не поможет, все кого они видели, это патрули на границе, а поскольку они набираются из побочных ветвей кланов, то они считают, что разгромить армию из таких шиноби им вполне по силам.
     – Деградировавшее руководство? – Тут он не удержался и скривился, эта проблема касалась всех кланов и его тоже. Да и мало ли в истории было дураков стоящих у власти?
     – Учихи и хьюги сейчас пишут рапорты, там они все опишут детально, но некоторые признаки можно увидеть не вооруженным глазом, их получится убедить только пустив кровь. Кстати кое-кто из их подчиненных также недоволен своим руководством. – Тут я кратко пересказываю мой разговор с начальником патруля.
     – Это хорошо, но вот что делать дальше, я не знаю смогу ли я убедить своего брата в том что Река попробует его убить на переговорах. – Тут уже скривились мы оба, Хаширама с его миролюбием заставлял чуть ли лезть на стенку.
     – Если не сможешь, то и не надо пытаться, тогда соберите делегацию из сильнейших шиноби деревни, направлять против вас все свои силы Река не будет, к тому же часть тех кто должен вас убить будут вам союзниками и ударят этим ловкачам в спину.
     – Но ты там не будешь присутствовать? – В его глазах мелькнуло любопытство, ну да я достаточно силен чтобы принять там участие, да и Хаширама с Мадарой наверняка захотят меня там видеть...
     – Я происхождением и положением не вышел, побыть немного почтальоном это еще куда не шло, а присутствовать на историческом событии, уже перебор. – А еще меня ждет ритуал и ответы на вопросы, поэтому, чтобы не скучать, получаю заказ на благо деревни, убить нескольких шиноби из принятых недавно банд, крови на них было слишком много, тот случай когда слишком многие желают мести. Молча киваю, все нормально, я знал что так будет, чистка была необходима кое-кто не заслуживал второго шанса, главное не превратится в фанатика вроде джашинитов.
     – Понял все сделаю.
     – Хорошо, но я думал ты не станешь убивать своих.
     – Я уже говорил свои бывают разные, некоторые свои будут похуже врагов. – Тут я вздохнул, – к тому же я прагматик и понимаю что кто-то должен это делать, как и то, что ни Мадара, ни Хаширама этим заниматься не будут и своему окружению не позволят. Они на своем месте, командовать людьми и создавать армию, а также объединять людей, делая из сборища кланов одну команду я не смогу. Каждому свое.
     Я торопился, времени по словам сектанта у меня всего месяц и это крайний срок, а значит нужно спешить с ритуалом, ведь мне могли в любой момент выдать новое задание. Нужно было все устроить и оформить необходимые для моего отсутствия бумаги, впрочем если поспешить то я все успею.

Примечание к части

     С Новым Годом!!!
>

Глава 14 Разговор с богом

     Николай Чудов, Коноха.
     Первое что я сделал, прежде чем отряд Хаширамы ушел посольством к деревне Реки я обучил братьев учих и сенжу своей технике теневых клонов. Учихи естественно смогли овладеть техникой раньше сенжу и тут же взгляд в сторону Тобирамы "Криворукий лошара, которому просто по жизни везет!", когда же я описал достоинства и недостатки техники, и что сенжу с их гигантскими запасами чакры она будет полезней, тут же ответный взгляд Тобирамы "Ошибки природы!".
     Между тем мой отдел по "анализу криминальной обстановки в Конохе и рекомендациям по ее улучшению" оказался официально переименован в отдел по "анализу криминальной обстановки в стране Огня и рекомендациям по ее улучшению". Простое изменение названия позволило проводить операции уже не только внутри деревни, но и по всей стране, так что официально я ехал на анализ криминальной обстановки нескольких портовых городов страны Огня.
     Также со мной отправился небольшой отряд шиноби из моего отдела, сам я по всюду успеть не смогу, да и не должен бегать за всеми в одиночку, я же начальник все-таки. Но главное это позволило мне "взять в помощь" нескольких шиноби, ведь отделу требовался рост... И самая соль была в том, что теперь я сам мог сделать предложения интересующим меня шиноби...
     – Привет Рисей, как жизнь, как сам? – Мой бывший подчиненный-учитель-боевой товарищ сидел в небольшой забегаловке акимичи и с мрачным выражением лица гипнотизировал стоящий перед ним чай.
     – Николай... жизнь лучше чем вчера, а сам я наслаждаюсь гармонией, зачем пришел? – И тон, и взгляд говорили об обратном, никакого наслаждения не было, а тут еще я со своими кривыми шуточками и дурацкой веселостью...
     – А переходи в мой отдел, будем вместе, плечом к плечу, как в старые добрые времена. – Тут в его глазах мелькнула искорка интереса, быстро сменившаяся равнодушием.
     – А-ха-ха, старые добрые времена, когда они у шиноби вообще были? – Я улыбнулся, а он фыркнул, после чего вновь перешел на равнодушный тон, – а насчет твоего отдела, зачем мне эта головная боль? Мне и в клане неплохо. – Да уж знаю как тебе неплохо, равно как и то, что тебе нужно больше чем "неплохо".
     – Зато у меня работа строго по графику и зарплату платят больше чем в клане.
     – Слушай давай уже говорить серьезно, – Он убрал с лица равнодушие и взглянул на меня так, как смотрел когда мы планировали операции в ходе войны кланов.
     – Пожалуйста, но тогда ответь на мое предложение, – я ответил таким же взглядом.
     – Твой отдел это синекура, – тут он скривился, ну... парень он амбициозный, – я не вижу смысла идти туда, я хочу от жизни большего и лучше я попытаю счастья в клане, – ага как же, просто менять синекуру в родном клане, на такую же синекуру в моем отделе глупо.
     – Ты кое в чем ошибаешься, – я легко улыбаюсь, не догадался, и хорошо чем больше таких как он, тем у меня жизнь проще – мой отдел лишь выглядит как синекура, в действительности мы не только занимаемся анализом и разработкой рекомендаций мы еще и сами исполняем их.
     – Вот как... контрразведка или, – тут он криво ухмыльнулся, – грязные делишки? Поэтому я и понадобился?
     – В перспективе и то, и другое, а понадобишься ты в любом случае, если не мне так Тобираме, мечта любого разведчика и контрразведчика знать замыслы врага, а их условный рефлекс никому не давать совать нос в свои дела. Ваш клан просто подарок для меня или него и насколько я в курсе слухов кое-кто из вашего клана уже перешел под начало последнего, – тут он удержал лицо, но вот взгляд... я понимал каково ему, он не только гений, он очень амбициозен и мог быть очень полезен и Тобираме, и его отделу, вот только клан не простил ему ухода и не собирался позволять делать карьеру. Да он понадобится и очень сильно, но весь вопрос когда, через пять лет, десять, а ему хочется действовать уже сейчас.
     – Тогда почему бы мне не остаться в клане, – тут он легко улыбнулся, мол нет у меня никаких проблем, уже завтра старейшиной сделают – и не подождать выгодного предложения? – Пробуешь поторговаться? Ох, не с тем ты связался, я ведь тебя изучить успел, да и сведения о тебе и твоем положении имею, зачем по твоему сетью Коноху оплетаю?
     – Мы точно говорим серьезно? – Впрочем если хочешь можно и поторговаться, – мы оба знаем, что ты если и не гений, то очень и очень талантлив, – тут он вновь улыбнулся, – и из клана ты ушел не только потому, что твой внезапно погибший отец был на ножах с его главой и тебя тихонько выживали вон, – а вот теперь его улыбка медленно уходит уступая место сдерживаемому гневу, война-войной, а власти себе подгрести надо в любом случае, и он мог бы многое рассказать и о подлости, и о высокомерии, и о жестокости клановой верхушки. – Кроме этого ты очень амбициозен, тебе всегда хочется большего, ты не мог остаться в клане, где тебя хотели из главной ветви отправить в побочную, а потом просто сжить со свету, – вообще то мог, но не захотел, тут и гордость и амбиции, и подталкивания в спину, и желание показать себя и доказать "этим гадам", и многое другое заставили уйти из клана, ошибка твоей молодости, которой я охотно воспользовался. – И со мной ты пошел не из-за того, что прямо сразу и вдруг поверил в мой план, а потому что я предлагал нечто большее, чем: "Ограбим этих лохов и нажремся до упаду".
     – А чуть ближе к настоящему, – гнев он подавил достаточно быстро, ну так Яманака, странно было бы не умей он управлять эмоциями.
     – Мы уже дошли до него. Ты восстановил свое положение в клане, но это потолок того что ты можешь там достигнуть, – тут он уже не сумел сдержаться и скривился, впрочем я его понимал, из-за одной детской ошибки у него чуть было жизнь под откос не пошла. – Твоя гениальность и техники по работе с сознанием и его защите дали тебе эту возможность. Но тебя не любят, ты не станешь старейшиной, а уж тем более главой клана, – а проще говоря тебе приготовили роль изгоя. – Тобирама не сделал предложение именно тебе, потому что не по чину, он сделал предложение клану, а там твою кандидатуру даже не рассматривали. Отправлять тебя к брату главы деревни, чтобы ты делал карьеру, твои соклановцы не хотят.
     – А ты решил использовать мое положение? – Конечно да, мы ведь боевые товарищи и я знаю на что ты способен, а еще ты мне действительно нужен.
     – Скорее мне нужен мастер твоей специальности и я не смог пройти мимо тебя, – поэтому чуть смягчу формулировки, оба ведь понимаем, что к чему.
     – Ну что же, я согласен, но ведь одним мной дело не ограничится?
     – Не ограничится, я послал заявку на несколько мастеров, разумеется мастеров не будет, будут хорошо если специалисты, и хорошо если их будет хотя бы трое, но это твои будущие подчиненные, – потому что если я кому и доверюсь, то только таким вот изгоям, у остальных сначала клан, а потом все остальное и давать этим остальным право командовать хоть кем-то я буду только если больше ставить некого.
     – Ладно, а пока скажи много достиг в работе с разумом? – Мдааа, сильно тебя достало бездействие, иначе зачем сразу интересоваться отсутствием моих успехов и тем, что я тебе предложу в обмен на дальнейшее совершенствование в этой области.
     – Довел до ума только то, что ты мне показал, а экспериментировать на себе, да еще и с такой тонкой штукой как разум, я не идиот, – он по прежнему остался равнодушен, но тут не нужно было никаких способностей чтобы понимать, он хочет продолжить мое обучение, в обмен на знания узумаки, которыми я обладаю. Возможность работать с сознанием Яманака ограничена тем, что они во первых тесно завязаны на собственную чакру, как только прекратилась подпитка техника прекращает действие, во вторых тонкие воздействия при таком подходе практически невозможны. Использование печатей позволит обойти эти недостатки.
     – Ладно, если захочешь, продолжим твое обучение.
     – По старой схеме, ты мне я тебе? – Я улыбаюсь, разумеется, а как иначе, но так даже лучше, в гендзюцу я почти ноль, мне необходима защита, а если кто-то начнет объединять знания кланов, то я только приветствую это.
     – Да, меня например интересуют кое-какие печати узумаки – я улыбаюсь, они интересуют всех, а больше мне и дать нечего. – Используя их можно сделать еще более сильную защиту для разума.
     – Тогда я тебе скажу сразу, кто-то вроде Тобирамы додумается не только до установки защиты, но и о установке печатей воздействующих на разум также как и ваша подчиняющая техника, – что вполне очевидно, он жесткий прагматик, да я и сам не против подобного помня о шахидах и камикадзе моего мира и том, что всегда были те кто использовал подобные средства борьбы.
     – Ты сам сказал, что у него уже есть несколько моих соклановцев, так что додумается, к чему ты ведешь? – А в глазах понимание того, что я ему прикажу, пусть и под видом просьбы.
     – К тому что что-то подобное нужно будет делать и нам, но тебе нужно разработать не только такие печати, но и способ их снять.
     – Уже приказываешь? – В глазах и голосе легкая улыбка, ведь своего согласия он еще не дал, но оба понимали даст и никуда не денется, кроме как ко мне ему идти некуда.
     – Мы его официальные подчиненные и свою игру еще долго не начнем, – тут в его глазах мелькнуло одобрение, он хотел очень многого и был рад тому, что собираюсь подняться повыше, но тут его ждет разочарование, я не собирался становится серым кардиналом деревни, а лишь выйти из подчинения Тобирамы, иначе рано или поздно он столкнет меня с учихами, а я этого не хотел, в моих глазах, что они, что сенжу были на одно лицо, – тебе не нужна такая печать, впрочем тебе или мне ставить не будут, а вот более мелким сошкам могут. Только вот я считаю что от любого яда нужно иметь противоядие, мало ли когда понадобится, к тому же служить нужно не за страх, а за совесть. Толпа болванчиков вместо отряда верных шиноби идиотизм, – что уже не раз подтверждено историей, необходимы те, кто будет служить не ради награды, не ради карьеры, а потому что это их выбор. Потому что они – часть Великой Деревни Сокрытой в Листве. Это их путь и их судьба. Эксперименты – по программированию болванчиков любопытная тактика, однако стратегически они ведут в никуда. Общество не способно опираться на исполнительных, но безынициативных слуг.
     – Ты же понимаешь, что не всегда можно использовать верных, что иногда нужны именно болванчики, – увы но да, иногда нужны.
     – Я не отрицаю то, что они нужны, но они лишь помощь, вспомогательное средство, основа верные, не будет их любое государство развалится, мне нужна в твоем лице страховка от тех идиотов, что не понимают этого, – потому что Тобирама не сможет руководить всем в одиночку, а значит в кланах узнают о подобных начинаниях и захотят ими воспользоваться, в своих интересах. Болванчикам ведь достаточно просто приказать.
     – Хорошо, но мне потребуются подопытные и много, где брать будем?
     – Сначала среди разбойников и неугодных, потом посмотрим, – жалости к местным робин гудам я не испытывал, насмотрелся на их дела, что же до неугодных, то тут ничего не поделать, неизбежные жертвы. – Меня кстати направляют на инспекцию нескольких портовых городов. Так что материал будет.
     – Хорошо, а пока ты инспектируешь я разберусь с бумагами и обживусь в твоем отделе. Кстати слышал слух? Твой друг Мадара также как и ты отправился с посланием в только что образованную страну Травы и столкнулся там с очень любопытными шиноби, которые могли... – тут я просто отвесил челюсть, да как и кто мог направить его в качестве посла?
     – Можешь не продолжать, результат и так ясен. Мадара вломил тем шиноби, полностью запоров все переговоры.
     – Как догадался? – Он уже ехидно улыбался, его мрачное настроение развеялось как дым, он снова был в деле.
     – Это не сложно, достаточно знать Мадару, его силу и то, что дипломат из него, как из тигра-людоеда домашняя кошечка. Какой дурак его отправил на переговоры?
     – А вот тут самое интересное, это была его инициатива, – тут я ошалел еще сильнее, а ему-то это зачем? Ведь знает же какой из него переговорщик!
     – Все чудесатее и чудесатее, он же знал о том, что дипломат из него никакой, зачем было лезть? Так ладно, я по делам, а ты в отдел обживаться, – пожав друг другу руки мы расходимся.
     И вот Рисей устраивается в отделе, на должности моего зама, а я отправляюсь на задание, нагрузившись свитками по запечатыванию людей. С сенжу и учихами служившими в моем отделе я коротко поговорил и претензий у них не было, они понимали, что являются серьезными специалистами и куда важнее и нужнее в качестве учителей-наставников.
     Мой отряд вновь состоял из десятка человек, трое учих, трое сенжу, двое нара, один абураме и один инузука. Причем инузука был как раз тем молодым и горячим парнем, после короткого совещания было решено провести его через это задание, чтобы парень не воображал себя борцом со злом и несправедливостью. Наш отдел создан не для этого и его прислал к нам клан со вполне конкретной целью.
     По пути к городам мы наткнулись на несколько банд, ничего серьезного для нас не было, простые крестьяне решившие улучшить свою жизнь ограбив округу. Их даже не убивали, а либо вырубали и запечатывали, либо вязали на месте.
     – А что ты с этими будешь делать?
     – Да как обычно – часть разденем и развесим на деревьях, а остальных сдадим в городе, надо же отчитаться о уничтожении банды, – усмехнулся я. Инузука скривился.
     – Опять?! Но, так мы можем дождаться или мора, или – как минимум – падежа скота…
     – Не дождемся, – не согласился один из учих. – Сейчас прохладно. Дожди еще дня два точно будут идти, а это значит, что жары не будет. Да и им не долго висеть. Дня три-четыре повисят – и достаточно. Пусть народ полюбуется на то, чем закончили те, кто решил разбогатеть разбойничая… – Каждый из нас знал, что как раз завтра крестьянские телеги потянутся в город, на рынок: продать чего есть, купить чего надо, так что, до того как трупы будут сняты, эту «наглядную агитацию» успеет увидеть достаточное количество людей. Достаточное – для того, чтобы проникнуться и рассказать другим. Рассказать о том, что новая власть вполне окрепла и никому не позволит стричь своих овец, а также о том, что жизнь в стране теперь будет становиться безопасней, ну и, естественно, о том, чем кончаются вот такие «способы подзаработать».
     – Ну а потом из города отправят людей, которые снимут и захоронят останки.
     Разбойнички из тех кто был в сознании взвыли.
     – Разумеется мы не садисты и готовы помиловать некоторых из вас, если вы готовы сотрудничать с нами. – Те выразили горячую готовность сотрудничать и вообще были готовы на все. Допрос этот был нужен для того чтобы не затягивать с поиском тайников. Разумеется и после того, как нам выдадут все тайники никого отпускать и миловать не собирались, как сказал один из учих "за сделанное они должны ответить, за сданные тайники просто не будем пытать, а раз они убивают, грабят и насильничают, то и нам один раз соврать можно". Поэтому в сознании оставляли в первую очередь вожаков банд.
     Но вот тайники были найдены, оставшиеся в живых бандиты упакованы в свитки и мы продолжили свой путь.
     – Зачем тебе столько людей? Ведь для того чтобы отчитаться о уничтожении банды достаточно одних главарей, все прочие им и даром не сдались, проще убить на месте.
     Молодой инузука действительно не понимал, вот ведь мальчишка, мы, млин, боремся только против плохишей и сволочей, на нашей стороне только разумное, доброе и прекрасное.
     – Это для нас. Для деревни.
     – Для деревни? – на лице одного из учих мелькает легкое удивление, быстро сменяющиеся пониманием, – Но опыты на людях или отработка на них приемов и техник официально запрещена, – вот только никаких эмоций на лицах нет, только инузука готов возмутится, а остальным и так все понятно. Если бы подобное разрешили официально, хрен бы кто стал жить в деревне, но ведь скажем проверить новый стимулятор надо? И ведь не на своих же проверять? Будем проверять на отловленных нукенинах и простых разбойниках, просто втихаря.
     – А еще убивать плохо и воровать нехорошо, – тут все кроме надувшегося инузуки фыркнули, ну не одобряет общественная мораль существование шиноби. – У каждого клана есть исследования и опыты, для которых нужны живые люди. Приемы медиков требуют отработки не только на трупах, но и на живых, также как и приемы иллюзионистов и мозгокрутов, с печатниками, люди требуются для отработки новых препаратов, переноса геномов и много чего еще, это было раньше и продолжится теперь, только уйдет к нам, в секретные и неприметные отделы. – На лице парня медленно проступало понимание, зачем его послали в наш отдел – чтобы выполнить формальное требование по комплектованию специалистами, а в след за пониманием приходила злость, мало кому нравится ощущать себя не нужным слабаком. – От старых привычек очень сложно избавиться, к тому же ты знаешь как многие из руководства кланов относятся к жизни простого крестьянина, как ты думаешь как долго они будут думать о том нужно ли проводить испытания на бандитах и насильниках? – Тут инузука зло насупившись отворачивается, какие-либо слова излишни, ни один клан не станет менять свои привычки, только потому что это аморально и простые люди погибают, они как раз на убийствах свои деньги и делают. И он ничего не сможет изменить, его даже слушать не станут, не то что главы кланов, но даже простые соклановцы, на жизни бесчакровых всем плевать с высокой колокольни.
     – Но я вижу, что это нужно не только им, но и тебе, – а вот один из учих не успокоился, и решил расставить все точки над и, черт бы побрал их глазастость, заметил мою заинтересованность и сделал выводы. И ведь теперь нужно подбирать слова очень осторожно, я не знаю смогу ли его обмануть, а если он не поверит мне и начнет следить, то может услышать что я, не из этого мира и что станет тогда с моей жизнью большой вопрос, возможно даже с неприятным ответом.
     – Мне нужно только шестьдесят человек, остальное деревне, мы собрали уже 73, главарей из них двое и неизвестно сколько еще мы встретим разбойников.
     – Но ты не ученый и не исследователь, да и не маньяк-мститель, зачем тебе это? – Главный вопрос выделенный и голосом, и взглядом, психи поехавшие крышей или ставших одержимыми какой-то идеей и мне встречались, равно как и идеалисты решившие исправить все проблемы мира года за три.
     – Мне нужны ответы на несколько вопросов, а получить их можно только после ритуала, где я убью этих людей, – выдерживаю пронзительно изучающий взгляд и отвечаю столь же пронзительным.
     – Ритуала? – Тут он как-то странно на меня посмотрел, ну да я не отличался религиозностью и с чего бы мне начинать проводить ритуалы, никому не молясь?
     – Джашиниты и их культ. Для нашей службы они почти идеальны, – тут один из сенжу слышавший наш разговор сплюнул, ну да мало приятного когда целителя равняют с маньяками, пусть даже целитель лечит в основном от жизни – убийства не нравятся ни мне, ни тебе, а им в радость, вот я и хочу понять можно ли их использовать. – А ведь я и вправду так думаю, джашиниты могли бы стать находкой для нашего отдела, если бы конечно служили деревне, а не только своему богу...
     – Они безумны! – Инузука все-таки не выдержал и его возмущение, и злость, выплеснулись в настоящем крике души.
     – Если они не убивают всех встречных и поперечных, то не так уж и безумны, скорее фанатичны. – Я делаю неопределенный жест рукой, в конце концов мало кто пойдет на работу ликвидатора, зная что убивать придется своих, а у нас проблема с кадрами, нет возможности использовать своих, будем использовать чужих, в конце концов шиноби позиционируют себя как наемники. Инузука же явно начал закипать, как так-то нанимать фанатиков, когда есть столько клановых шиноби, готовых послужить деревне, то что можно и фанатиков использовать ради блага деревни он признавать не желал. – При этом заметь, что в стране Рек они как-то жили, хотя их никто не любит. Но даже так кто-то на них работал и они как-то добывали деньги на свои нужды, ведь согласись, что землю ни один из них пахать не станет, а ту же жратву им задаром никто не отдаст. – Нет ну в самом деле уничтожать деревни во имя бога и торжества веры это отвратительно, а вот ради победы клана это нормально, сажать на кол это мерзко и жестоко, а вот затравить собаками с последующим разрыванием на части это в порядке вещей. Вот почему нельзя скажем договорится о переносе их храма, ну или что там у них на территорию страны Горячих Источников, чтобы были как Запорожская Сечь для Руси, нееет это не благородно, а потому неправильно. Инузука явно почувствовал что я тоже начинаю закипать и подавился следующей репликой.
     – То есть ты хочешь... – но я не даю нара продолжить.
     – Я хочу понять насколько они вменяемы, можно ли с ними вообще дела вести. – Взглядом поясняя остальное, не будут резать тех на кого им укажет деревня, будут резать всех подряд на чужой территории, за чужих голова не болит, только вот инузуке об этом слышать не надо, у него и так день откровений.
     – А зачем тогда ритуал?
     – С этими культистами говорить бесполезно, да и никто не гарантирует, что они скажут правду. Поэтому я хочу поговорить с их богом. – Вот тут все посмотрели на меня как на полного психа, мало того, что шиноби не сильно верят в богов, так я еще и намерен договариваться с одним из самых психованных, а чего бы тогда не договариваться с биджу?
     – А это возможно? – В глазах нара явный скепсис.
     – Ритуал.
     – А тебе не наврали? Сам же говорил могут и соврать, – в глазах и тоне нара явственно слышно сомнение.
     – Во первых говорить этот бог будет через своего сектанта, во вторых от него осталась лишь голова, мне ничего не угрожает, во вторых сектант тепичный фанатик, он будет просто счастлив вновь услышать своего бога. А вот их бог врать не будет, не та фигура.
     – Хорошо, есть какие-то требования к этому ритуалу?
     – Нужно только чистое место и время для самого ритуала. Обычного сарая хватит.
     – Согласен, тебе лучше проводить его в городке, а то кое-кто даже из нашего отряда может понять тебя неправильно. – Последние фразы я и нара почти шептали, угадывая слова по движениям губ собеседника, молодому инузуке еще рано нырять в дерьмо с головой, хватит и того, что пока он в нем по пояс.
     Прибыв в первый городок, который мы должны посетить и начав изучать местную обстановку, мой отряд тихо ошалел, а вот я тихо улыбался, все как всегда. Като Шимару, наша цель и несколько его ближайших приближенных из бывшей шайки имел вполне заурядную, для тех лет, биографию. Выходец из побочной ветви клана Акимичи, быстро понял, что не станет великим и сильнейшим, способности судя по данному нам описанию дотягивали максимум до среднего чунина. Поэтому он решил, что раз не сможет хорошо устроиться в клане, нужно устраиваться за его пределами, к тому же клан воюет, а умирать за чужой интерес он не хотел. Какое-то время он потратил на то, чтобы организовать побег из клана, а после чего, оказавшись на свободе, быстро сколотил банду из нескольких таких же беглых как он шиноби и нищих крестьян, чтобы хорошо заработать на "лучшую жизнь". И стал разбойничать рядом с тем самым портовым городком, где сейчас находился. Был он по описанию человеком жадным, завистливым и жестоким, но при этом далеко не глупым. Как только пошел слух про образование деревни и присоединении к ней кланов, он резко свернул всю деятельность и стал искать надежный угол, куда можно забиться, понимая, что новая власть будет наводить в стране порядок и начнет именно с разбойников. Но тут с моей подачи объявили о присоединении нескольких отрядов шиноби-нукенинов к деревне и чуть ли не амнистии для остальных, тех кто захочет присоединиться. Поэтому сразу после того как подтвердились слухи о том, что нукенинов приняла на службу деревня, Като подгоняемый жадностью решил попробовать накопить еще немного денег, попутно став "властью" и направился также как и многие другие в деревню, устраиваться на службу.
     Шимару, помня о своих делах в деревне не задерживался, понимая, что могут прибить даже не смотря на то, что он вроде как присоединился и воспользовался "вторым шансом", поэтому сразу же как только были оформлены бумаги о поступлении на службу, он сунул взятку чиновнику и выдвинулся, со своим отрядом, к уже знакомому ему городку, устанавливать там порядок и помогать местной власти. Когда власть дайме дошла до этого города, а если точнее, то доехал присланный чиновник-управитель, он спокойно занял пост наблюдателя от Конохи и стал отвечать за безопасность городка от крупных разбойничьих шаек, также он обеспечивал безопасность крупных чиновников и присматривал за настроениями горожан, чтобы не затевали бунтов и восстаний. В общем он и его отряд стал кем-то вроде городского спецназа, заявив, что контролировать каждый шаг и разбираться с мелочью вроде мелкой кражи, или пьяной драки в кабаке он не собирается, передав это в ведение городской стражи, его мол интересовали более серьезные дела.
     Используя свое положение, он быстро подчинил себе сначала городские шайки, а затем и тех, кто действовал недалеко от городка, сопротивляться шиноби, поддерживаемым властью они не смогли. И в итоге Като Шимару быстро стал главой всей местной "мафии". На каковой "должности" и развернулся по полной, сбив из разрозненных шаек и банд, а также из свеженабранного молодняка, свою «бригаду». После чего довольно быстро подгреб под себя городок, установив на нем свои порядки. Их было немного, но, так как он дал волю своей жадности, даже этого немного хватило. Впрочем сначала он даже слегка снизил мзду, каковую купцы и торговцы обычно выплачивали помимо городского сбора. Собственно в этом не было ничего удивительного, крупные купеческие караваны в городок не ходили, а те что ходили были не в состоянии справится с окрестными бандами без серьезных потерь, поэтому платили. Но когда он только начал становится реальным хозяином города, то слишком многие были им недовольны, кого-то пришлось убить, кого-то купить... С какими-то бандами шла жестокая война и очень многим было не до сбора дани, а иногда и некому было ее собирать... Но люди не зная о мотивах Като активно его поддерживали, всем было понятно, что тяжелые времена не закончатся мгновенно по прибытию шиноби, а значит надо помочь им. Като же активно использовал эту поддержку, мол времена сейчас тяжелые, денег у людей поубавилось, так что «мы идем навстречу простому человеку и избавим его от разбойников, взяточников-чиновников (чтобы расставить на этих местах своих людей), мы будем жестоки, но справедливы и твердой рукой поведем наш город к светлому будущему». Вследствие чего окрестные крестьяне, составлявшие немалую долю рыночных торговцев, по первости на него едва ли не молились. Но этот праздник продолжался недолго. Потому что считанные единицы задумались над тем, что бороться с взяточничеством и разбоем, под руководством такого же разбойника, это тоже самое, что ставить волка присматривать за отарой овец, самому уйдя в сторону. Уже через два месяца, когда Като взял город под контроль и отпала необходимость притворяться, собираемая мзда вернулась к прежним значениям. Только уже под маркой того, что времена сейчас тяжелые, стражи мало… А еще через пару месяцев заметно выросла. Как уже говорилось Шимару дал волю своей жадности… Где-то около полугода ему, пользуясь извечной людской надеждой на то, что все как-то само рассосется, удавалось вполне успешно стричь местных купцов, ремесленников и крестьян, выжимая из них все соки, а потом народ буквально взбунтовался… Для города это обернулось огромной дракой и пожаром на рынке. А для Като – отправкой двух шиноби-иллюзионистов, которые довольно быстро докопались до всей подоплеки событий и приказом моему отряду ликвидировать его и несколько подобных ему в соседних городках…
     И если мой отряд поглядывал на меня с осуждением, мол вот зачем ты устроил прием и амнистию всем нукенинам? Теперь из них вырастает вот такое непотребство, а нам разбирайся. Но я улыбался, потому что знал, что именно так все будет.
     Что Махно был в свое время союзником красных трижды, и комбригом был, и комдивом, и кавалер ордена Красного Знамени за номером четыре, и собеседник Ленина, и его люди брали с Блюхером Перекоп... И в итоге стал сволочью, бандитом, и вообще "таким гадом"... Что Григорий Котовский был награжден тремя орденами Красного Знамени и Почетным революционным оружием, был комдивом и командиром корпуса... Грабящий всех, кого имело смысл и возможность ограбить, а что-то из награбленного раздаривающий бедным иногда и под настроение. Сидел он за грабеж и за изнасилование, а потребность в борьбе за всемирное дело трудящихся обнаружил в себе не ранее момента, когда партия, уже начинала писать себя с большой буквы и подразумевать «Партию» (1919 год, а революция и борьба за счастье трудящихся началась в 1917) и в итоге был застрелен при невыясненных обстоятельствах. По одной из версий, Котовского убил муж женщины, с которой у него был роман, по другой убили по заданию ЧК за неумеренную коммерческую деятельность. Вот и у нас тоже самое, глупо не использовать тех кто может принести немалую пользу, а при противостоянии будет приносить ничуть не меньший вред.
     – Судя по тому как ты улыбаешься, ты предвидел подобное и все идет как ты хочешь, – мой отряд задумчиво смотрел на городок, где нам нужно было восстановить порядок.
     – Не все, – тут я скривился, – я действительно предвидел возникновение структуры подобной той, что создал Шимару, но не предвидел его жадности и глупости, из-за который мы его и убьем, ну и еще нескольких человек из его окружения, – я действительно ждал появления удельных князьков, что станут властью на местах, ведь ранее кланы были такой властью, а теперь ушли в Коноху, но чего я не ожидал, так это того, что найдутся те, кто вместо шерифа Ноттингемского захочет стать Робин Гудом. Всегда и везде были бароны, графы и прочее, и прочее что грабили народ, но при этом они же заботились о нем и первые поколения таких баронов и получались как раз из грабителей и разбойников, нормальный карьерный рост. Но тут типичный Робин Гуд, граблю всех кого можно и плевать, что там дальше будет, всего ума хватает только на организацию грабежа.
     – А разве не за то, что он грабит население этого городка, а также всех купцов и крестьян кто прибывает в городок и торгует там? – тут я скривился еще сильнее, а кто их не грабит? Мы? Так только потому, что за нас их грабит дайме, потом отдавая нашу долю, потому и не терпят других разбойников, что это конкуренты. – И разве мы не должны ликвидировать всю его организацию? – должны, вот только что останется, сейчас власть в городке принадлежит именно Като, если его и его организацию убрать начнется анархия и период безвластия. А главное зачем убирать то, что все равно возникнет вновь? Проще изменить то, что существует.
     – Простые вы ребята, даже немного завидно. Раз нарушил закон прибьем, а подумать что нам вообще надо? – Тут молодой инузука едва не начал вещать, что "Как так-то злодей же, нарушил закон, его просто необходимо покарать!", удержал его только мой жесткий взгляд, достал он меня, а вот остальные особенно нара крепко задумались. – Мы ведь шиноби, само наше существование, это существование убийц, воров и диверсантов, у нас не бывает таких простых решений. Мы же не самураи живущие по кодексу, – потому что по тому же самурайскому кодексу увидел шиноби – убей.
     – В смысле?
     – Чем вообще недовольны люди? Первое тем что Като установил такие поборы, что платить их нет возможности, мигом разоришься, но ведь раньше платили, дело не в самом факте поборов, а в их величине. Кто-то платил страже, чтобы скажем первой подошла к твоему прилавку, кто платил бандитам, кто-то совал взятку чиновникам, так или иначе платили все. Второе что бесит людей это то, что Като никак не достать, на его стороне закон, который исполняют продажные чиновники, на его стороне городская стража, за исключением нескольких умных или принципиальных, вот поэтому и случился бунт, раз не дают жить нормально и нет возможности как-то это изменить законно, то народ решил поменять свое положение с помощью бунта.
     – И где тут наш интерес? Разбойник вырос и стал хозяином этого городка, но где тут наша выгода? – нет не понимают, не на то мышление заточено, увы но даже у нара.
     – Этот парень во первых взял под свое начало, всех окрестных разбойников, чем пришлось бы заниматься нам, а это ни хрена не просто, если разбойничающих крестьян мы передавим за три дня, то вот шиноби-нукенинов нет, бегать и прятаться они научились очень неплохо, а уж найти генина даже в этом городке почти непосильная задача. Теперь же никого искать не надо, он сделал за нас нашу работу убрав своих конкурентов и создав организацию, которая и нам самим пригодится, – тут в глазах у нара мелькнуло понимание, порядок, вот что установил Като, пусть даже этот порядок многим пришелся не по нутру, убери организацию Като и образуется вакуум власти. – Второе ни для кого не секрет, что раньше страной владели кланы шиноби, у каждого клана был источник доходов откуда они черпали средства для жизни и на войну с другими кланами. И разумеется никто не станет отказываться от них, но дело в том, что деревне требуются деньги и значительно больше чем те суммы что ей дают кланы, а главное ей требуются источники дохода, независимые от кланов, – по сути это было предложение стричь деньги с населения пусть и чужими руками, организуя лавки и компании за пределами деревни, что было запрещено, ведь деревня получает деньги только от дайме.
     – Я понимаю к чему ты ведешь, но брать деньги так, это не принято, – да, это вызов традициям и сути наемников, какими мы и были, но я хотел изменения шиноби, мы уже не можем остаться группкой тех, кого может нанять кто угодно, мы часть государства, его армия, а это всегда дорогое удовольствие.
     – Мы берем деньги за убийство людей, за воровство у одних, чтобы передать уворованное другим, мы похищаем людей и ставим над ними опыты или разбираем на запчасти, чем этот способ заработка хуже всего выше перечисленного? А насчет того, что мы якобы не имеем права напрямую собирать деньги с народа, так это можно сделать косвенно и с тех, кто не докладывает о своих делах, – то есть сколько они заплатят нам, чтобы мы позволили им жить. – Кроме того есть еще одна причина убить только Като, оставив его организацию, лишь немного ее видоизменив. Нам нужны осведомители.
     – Осведомители? – Один из учих не притворно удивился, зачем они вообще? Вот ведь действительно клан воинов, Мадара изрядно постарался и теперь там почти не осталось тех, кто может мыслить как шпион, а не как диверсант.
     – Шпион который подойдет к тебе с словами: "Дружище, начальство уже совсем задолбало, военная тайна позарез нужна, ты парочку не знаешь?", не встречается даже в сказке. О том что у тебя завелся вражеский шпион или кто-то оказался дятлом и сливает информацию на сторону как правило узнают далеко не сразу – я улыбнулся, а вот учиха нахмурился, обидно было за свой промах. – Например к какому-то бандитскому главарю прибыли карманники, доложились, вступили в шайку, но денег приносят маловато, почему? Потому что тупы или ленивы, или потому что времени на промысел нет, а они заняты совсем другим? Или например какой-то чиновник живет не по средствам, почему? Потому что берет взятки, обломилось наследство, или кто-то взял на содержание? Но чтобы эти вопросы вообще появились и нужна максимально плотная сеть осведомителей и агентов, из разных слоев общества, мы не можем контролировать всех, к каждому шиноби не приставишь. А значит должны следить.
     – За всеми? – С показным равнодушием спросил один из сенжу. Ну так раньше они присматривали только за главами провинций. А для этого хватало и десятка шиноби, остальные направлялись на войну.
     – Придется, за месяц можно натворить столько, что исправлять лет десять придется.
     – Я так понимаю ты хочешь видеть здесь тоже что и в Конохе? – Наконец-то! Хоть бы нара понял чего я хочу. Мы не можем уничтожить криминал, значит будем его контролировать, попутно приобретя глаза и уши повсюду, мы не имеем права организовывать свои предприятия по добыче денег за пределами деревни, это сделают за нас подставные фигуры.
     – Да. Деньги с народа должны идти только хозяину, – а хозяева мы и на меньшее я не согласен, – остальные лишь имеют право собирать их и получают за это зарплату и возможность жить.
     – Тогда наша задача?
     – Като и его отряд ликвидируем, чиновников взяточников, вместе с верхушкой бандитов торжественно сжигаем на площади, – слишком уж замарались, князей, что одной рукой грабят, а другой строят из них не получится, – а их замам последнее предупреждение. Либо будут вести себя нормально, либо их тоже когда-нибудь прикончат.
     – А почему именно сжигаем на площади? – Ну да, шиноби не палачи и вообще это грязная работа, вот только от бедности и беззакония народ всегда звереет, поэтому лучше отдать ему тех кого он ненавидит. Их нельзя просто по тихому прикончить, народу нужно именно показательное наказание виновных, он не доверяет ни власти, ни нам шиноби, так еще и мы направили сюда Като и его отряд, нужно реабилитироваться.
     – Потому что народ хочет их крови, надо дать ему порадоваться. А потом делим группировку на три-четыре банды и объясняем правила поведения, сбора их доли с населения и то сколько они будут нам платить, – оставлять организацию единой я не хотел, а то как бы опять не попытались взять власть в свои руки, пусть лучше будут разделены.
     – Нам?
     – Деревне. Все работаем, идем к Като.
     Никакого боя не было, мы просто пришли к шиноби, занимавшим один из особняков в городе и сказав, что пора мол отдавать долю деревне, что вас сюда направила, спокойно прошли в здание, на предмет изучения бухгалтерии. Мол раз грабите народ, так готовьтесь отстегивать наверх. Нам не сопротивлялись и Като просто умер от моего удара в спину, а его подручных связали тенями нара, после чего им сразу нацепили печати блокирующие чакру, связали, а учихи еще и обработали их гендзюцу. Также вышло и с чиновниками, благо что мы знали кто именно продался и был человеком Шимару.
     Дальше была торжественная казнь и обещание народу, что больше подобного не повторится, народ ликовал, ведь публичная казнь это здорово, особенно если казнят тех, кого народ возненавидел. Дальше началась рутина, уже знакомая нам по Конохе, собрать нескольких бандюг и разделив между ними криминальную часть организации Като каждому объяснили правила поведения и то, что если кто-то нарушит их, то получит не хилые проблемы. Объяснили чиновникам, что если коррупцию не искоренить, то коррупционеров вполне и надо малость умерить аппетиты, а для наглядности нескольких торжественно сожгли. Привели в порядок городскую стражу, также очень плотно поговорили с теми кто остался честен и среди стражников, и среди чиновников сделав их начальниками, а также нашими глазами и ушами...
     Собственно ничего запредельно сложного, все это мы уже проделывали в Конохе, поэтому я ограничился помощью десятком клонов в помощь своему отряду. Для разговоров и указаний хватит, а так как я начальник, то большего мне не надо. Я же занялся проведением ритуала, один из пустых складов в порту идеально мне подошел. Четыре клона под маскировкой на шухере и я под чутким руководством головы сектанта вычерчиваю кровью жертв ритуальный круг.
     – А круг обязательно чертить кровью? Чем плоха краска.
     – Это подношение Богу, к тому же в крови жертв – сила, человек не может говорить с Богом, он слаб, но можно взять силу нескольких людей и тогда Бог может услышать тебя, – а сколько фанатизма в голосе! И вправду как это какой-то человечек может говорить с богами! Если в этом мире все боги такие, то я лучше буду атеистом.
     – То есть можно прирезать сразу всех?
     – Нет обряд этого не допускает. Каждой жертве свое время. Положи меня в центр круга, я буду молиться Богу и установлю с ним контакт. Ты же во время молитвы и призыва будешь лить кровь жертв в круг. Все время призыва в круг должна литься кровь.
     – Ладно, я понял, начинаем.
     Тут жрец затянул на одной ноте какую-то песню на незнакомом языке, или же это просто была какая-то абракадабра вроде: кары-мары, фокус-покус,... кровь, что я лил в круг, стекалась к границе и символам, от чего они сияли зловещим темноалым светом все ярче и ярче. Но вот молитва-призыв закончилась, жертвы тоже, кровь без остатка впиталась в круг, а меня пробрало ощущение мощной яки, жажда убийства была колоссальной, также было ощущение присутствия чего-то очень могущественного и стоящего на "темной стороне силы", как если бы рядом со мной оказался Мадара в своем совершенном сусаноо.
     – Хааа, я вновь касаюсь этого мира, человечек для чего ты решил призвать меня?
     То что жрец в круге был расположен затылком ко мне этому божку никак не мешало, быстро понял что к чему. Вот только с места я не двинулся, не хочу чтобы он на меня смотрел, лучше уж с затылком разговаривать, спокойнее.
     – Приветствую, мне нужны ответы на несколько вопросов. – Голос держу ровным, спокойным, чувствую что тут как с крупным зверем, дам слабину или попробует атаковать меня, или просто плюнет и уйдет куда-то к себе.
     – Наглая букашка, – последовал презрительный фырк, – ты очень предусмотрителен и я не могу до тебя сейчас добраться, но ты просто глуп, если решил, что можешь меня о чем-то спрашивать и я отвечу. – Однако раз ты меня сразу не послал, значит шансы у меня еще есть.
     – Я букашка, которая может принести пользу, собственно уже принес, твой жнец жив, – тут я выделяю голосом последнее слово, – хотя мог бы быть трупом, скажи какова цена ответов, я готов платить, – голос вновь ровный, спокойный.
     – Вот как, любопытно, – теперь в голосе проскользнуло удивление, – что же посмотрим на тебя и твои вопросы, встань так, чтобы я мог видеть тебя, войди в круг, – и легкое предвкушение, эмоции этот божок явно контролировать не умел, да это в общем-то ему и не требовалось, но теперь понятно откуда такая... несдержанность у джашинитов, подражают своему богу.
     – Я не идиот и в круг не войду, незнание лучше смерти.
     – Ха, верно букашка, – вот только в голосе прорезалась неприкрытая досада, – чтож спрашивай, цена каждого вопроса одна жизнь, – а теперь вновь предвкушение, черт возьми, откуда такая быстрая смена эмоций, да и что он вообще ожидает, что я стану торговаться? Вот уж действительно мелкий божок с гигантским самомнением, не представляющий что такое гос.машина и скольких она может уничтожить, хотя может его просто жертвами не балуют и он решил подкормится?
     – Первый вопрос, ты знаешь чем я отличаюсь от всех кто рожден здесь? – Собственно самый главный вопрос, потому что единственное мое отличие от всех, это то что я не из этого мира и живу уже вторую жизнь и если он этого не видит, то разговор не имеет смысла.
     – Ха, еще бы это увидит любой мне подобный, ты смертная букашка, от здешних отличаешься лишь тем что ты здесь чужой. Тебя здесь быть не должно.
     – Второй вопрос, как мне вернуться к своим.
     – Никак глупец, я такого способа не знаю.
     – Третий вопрос, почему я не получил забвение, по всем верам такой как я не должен был получить второй шанс.
     – А-ха-ха!!! Правильный вопрос букашка! У всех тебе подобных есть право выбора и при жизни, и после смерти, – а сколько в голосе злости! Ха, ты права выбора не имеешь и при жизни!!.
     – Но в этом мире я один такой?
     – Да.
     – Тогда получается, что если я умру, то вновь смогу вернуться в этот мир или выбрать другой? – Вот это было бы не так уж плохо, с одной стороны обидно конечно начинать все заново, да еще и вопрос куда я попаду в следующий раз, но с другой стороны если я не буду умирать окончательно, то это все окупает, мне еще интересно жить.
     – Букашка, ты уже выбрал, это и есть твое посмертие, другого не будет. – А в голосе злорадная радость, обломись человек, вечной жизни тебе не дано. Хотя он тоже прав, я не пуп вселенной и даже не пуп этого мира, мне дали шанс, выбрать то, как хочу провести посмертие, я им воспользовался, а значит дальше должен уповать на свои силы.
     – Один из моих знакомых уже выходил за пределы этого мира, значит ли это, что ты мне соврал? – Тоже очень важный вопрос, ведь если я достиг одного мира, который выдуман не мною, то почему бы мне не добраться до другого мира, который также выдуман не мною, там глядишь и новую жизнь обрету или домой вернусь, теперь мне тот удар ножом плюнуть и растереть.
     – Букашка, я никогда не вру, сколько твой знакомый пробыл вне мира? Чтобы дойти до другого мира тебе потребуется настоящая сила, сила которая есть лишь в руках бога, с твоими силенками ты сгинешь за минуту.
     – То есть путешествие назад в мой мир все-таки возможно?
     – Букашка, кроме свободы выбора у вас есть еще и свобода творить, – тут злоба в голосе казалось станет материальной, ха, мы букашки оказались настолько сильны, что сотворили и его, и весь этот мир, а вот ему остается только мечтать о подобном, – есть миры созданные Творцом, а есть миры созданные вами букашками, вроде того же Рая и Ада. – Да уж приятно конечно осознавать что людям по плечу творить миры и богов, вот только сталкиваться в реальности с этими творениями это совсем не не то, что смотреть на них издалека. Но на мое лицо все равно выползает злорадная улыбка, завидуй тварюга. – Ты можешь перемещаться между любыми из них, но для этого должен обладать соответствующей силой, чтобы достичь миров созданных Творцом, тебе нужна сила равная его силе. А за всю историю миров Творец был лишь один. – Мдаа, ну Творцом я в ближайшем будущем не стану, а значит о дороге домой придется забыть.
     – Но это возможно, я могу стать богом?
     – Да, это возможно. – О как, то есть в свой родной мир я не вернусь, но вот богом стать это вполне реально, знать бы еще как, впрочем этот вопрос задавать бессмысленно, этому божку явно не в радость будет смотреть как одна из букашек становится богом.
     – Тогда три последних вопроса. Тебя называют богом, какую именно силу ты символизируешь как бог?
     – Смерть. – Я моргнул от удивления, не понял, бог смерти это вроде Шинигами? Или тут просто расхождение во взглядах как у католиков, протестантов и православных? Или же как у ислама с христианством, когда чем-то похожи, а чем-то отличаются? Впрочем плевать, поклоняться я ни кому не собираюсь, а по-тому плевать.
     – Почему я не вселился в какого-нибудь кланового шиноби, пусть даже и новорожденного?
     А то ведь насколько бы легче было окажись я в каком-нибудь клане, а еще лучше на месте главных героев этой истории.
     – Потому что ты лишь букашка, а-ха-ха, ты слаб, ты ничего не знаешь о работе с душами и ты ничего не умеешь а этом плане. – Мдаа, мог бы и догадаться, нечего на зеркало кивать если рожа кривая. Раз уж выбрали мы технический прогресс так чего теперь жаловаться, что магией не владеем, а что не попал в того же Хашираму, так хорошо еще, что вообще в кого-то попал, не знал ведь в какой мир перемещаюсь и перемещаюсь ли вообще, да и табличек, "Идите туда там вас ждет богатство и сила" не было. Мог бы и вообще угодить к поняшам и пускать радугу из под хвоста.
     – Тогда почему ты вообще отвечал на мои вопросы, я слаб и вообще лишь букашка, какой тебе смысл откровенничать?
     – Я Бог! Я могу быть откровенен с букашкой! Да и что дала тебе моя откровенность? Что изменили мои ответы? Ты же не побежишь рассказывать о этом разговоре?
     – Они дали мне знание и цель, я готов перестать быть просто букашкой, что проживет свою жизнь и погаснет как свечка. Я не могу достигнуть других миров, но готов попробовать это сделать, – теперь у меня в голосе зазвучал металл.
     – Именно, ты готов – а остальные? – В его голосе зазвучало злобное веселье. – Им нужны другие миры? Тебе ведь придется помочь им принять правильное решение. А для этого придется перебить не мало народу.
     – Я могу убивать и сам, собственно уже убиваю.
     – Именно, ты далеко не первый кто желает изменить мир, так что до встречи букашка. А неудачника проигравшего тебе можешь убить, он мне уже не нужен, – и расхохотавшись напоследок он удалился.
     Превратив голову сектанта в пепел и уничтожив все следы ритуала я пошел к своему отряду тихо матерясь и сжимая кулаки. Вот же чертов божок! Не требуется и семи пядей во лбу чтобы понять что этой твари надо, смерти и как можно больше и не важно будем ли мы договариваться о союзе или нет, даже если обходиться без его помощи, трупов будет много, а Смерти ведь по большому счету все равно кто убивает жнецы своими ритуалами или же обычные люди кухонными ножами, главное чтобы убивали. Вся разница, что если будут убивать следуя ритуалу, то появится больше всяких божков вроде Джашина или Шинигами и потребуют себе жертв, да побольше. Хорошо хоть чтобы объединить деревни хватит и сил Конохи, а потом когда начнем осваивать другие миры нам его помощь и даром будет не нужна. Тогда можно будет выловить всех жрецов и прикончить их, смерть разумеется никуда не исчезнет, люди по прежнему будут и убивать, и умирать, но вот этот... Джашин, нас беспокоить перестанет.
     А вот его слова о том, что богом можно стать... Хмм, сомневаюсь что богом можно стать просто перебив массу народу или заставив тот народ себе поклонятся, было бы так просто Хаширама уже давно бы стал бы богом во плоти, а он пока человек. Но вот сама идея... очень любопытно, среди богов в этом мире выделяется Рикудо... я конечно не знаю японского пантеона, но Рикудо там точно нет, ведь и шиноби в моем мире нет, значит именно он и есть человек ставший Богом. А учихи с сенжу, это получается не потомки бога, а потомки человека с божественной силой. И если все так, то этим кланам не просто можно, а нужно объединяться, сила одних, дополнит других, а главное ни одна грань силы не исчезнет.
     В легендах Мудрец Шести Путей раздал людям чакру. Значит единственный способ стать богом, это собрать достаточное количество чакры, в принципе это возможно, сейчас людей больше чем во времена Мудреца, но вот как это сделать и что делать с собранным? Чакры потребуется невероятное количество, тело человека столько не удержит, даже если использовать печати накопители, а главное непонятно сколько именно чакры нужно. Вариант с тем, что собрав сегодня всю людскую чакру можно получить сил уже для двух Рикудо вполне реален, а значит дело не в людях и их чакре, она тут не причем, должны быть более однозначные способы стать богом. И тут я вспомнил о биджу. Они ведь чистая чакра, принявшая форму, так? Причем каждый биджу обладает строго определенным количеством чакры, увеличивать свою силу ни один из хвостатых не способен. Кроме того я уже раньше подозревал, что они творения Рикудо, а теперь я в этом почти уверен, как и в том, что если они и не ключ к божественности, то как минимум один из ключей, а потом подумал и уже в который раз проклял кланы и их секретность. Ведь мало просто собрать хвостатых, нужно как-то объединить их силу, а например сила Огненного Лиса и Треххвостой Морской Черепахи не сочетаются никак. Умом я понимал, что знание о том как стать богом никто и никогда не выложит на всеобщее обозрение, но секретность меня уже достала. Поэтому мысли о том как стать богом придется отложить на потом.
     Так что я вернулся к наведению порядка и уже привычной рутине, после первого городка последовал второй, за ним третий...где-то ситуации были похожи как две капли воды, где-то были отличия, в одном городке наше вмешательство и не требовалось. Я больше не проводил никаких ритуалов, а на вопрос будут ли джашиниты союзниками объяснил, что это фанатики, которые во первых считают свою веру истиной, а все прочие считают ересью, во вторых они служат Смерти, а значит никаких мирных договоров или пленных они не признают и в третьих совершенно не приспособлены к интригам и максимум что могут это убить интригана. Как наемный отряд ликвидаторов они сгодятся, но держать их нужно только на чужой территории, у себя выйдет слишком дорого, во всех отношениях.
     Итак эта история завершилась, я определился с тем, что не смогу покинуть этот мир, потратил кучу времени на рутину по убийству местечковых Аль Капоне и получил седую прядь на память о разговоре с Джашином.
     И вот я возвращаюсь в Коноху, а там уже готовятся к празднику, ведь мы победили!Победили и нагнули целую деревню! Теперь там лояльное нам руководство, ставшее нам союзниками! Мир не будет нарушен!
     Но вот когда я выяснил подробности этой победы и переговорил с Тобирамой и Хаширамой, то три часа разносил полигон учих, дико матерясь добрых пол часа. Эти... гении не сделали НИКАКИХ выводов из случившегося. Руководство Деревни скрытой в Реке оказались кучкой дегенератов и довели своих же людей до переворота и перехода на сторону врага, вот мол и все проблемы. А тот факт что попутно на стороне реки было двести шиноби Песка, это так мелочи. Хаширама даже теперь не собирался думать о том, что мир между деревнями шиноби невозможен, что у каждой деревни есть свои интересы и тот же Песок всегда будет врагом Листа, просто потому что там нет плодородных земель, а у нас есть, нееет, вся проблема в руководстве деревень, убрать оттуда дегенератов, дураков и сволочей и все станет прекрасно, как в сказке.
     Но и Тобирама от него ушел лишь на шаг вперед, он понимал, что будет война, что деревни нужно объединять в единое целое. А вот тот факт, что не только чужие деревни и кланы имеют в руководстве дегенератов, но и свои он не воспринимал, в кланах все отлично, никакой чистки не нужно, вот учих да, их нужно почистить, но только их.
     Никто из братьев сенжу не желал учиться на чужих ошибках, а братьям учихам было плевать, их сейчас занимала проблема своих глаз, как мне объяснил Мадара он нашел место где можно сделать пересадку глаз, именно ради поиска этого места он и ходил послом в страну Травы. Как он мне сказал есть один старый, уже разрушенный город, в котором проживают множество ниннеко, косвенно связанные с кланом Учиха - там члены клана хранят свое снаряжение, за которыми присматривает несколько семей обычных людей, также проживающих в городе. Учихи там уже почти не бывают, война закончилась, снаряжение проще и дешевле получить в деревне... Там и можно провести операцию, так чтобы никто из противников Мадары не прикончил его пока он беспомощный будет приходить в себя после операции. Единственная проблема, нужен был тот кто пересадит ему с братом глаза, собственно ему вновь нужна была моя помощь и я согласился.
     После чего пошел на скалу возвышавшуюся над деревней и уже в который сел и начал ждать, глядя на деревню и ожидая заката.
     – Ты опять здесь и опять в одиночку, – Усаги стояла рядом со мной и очень напоминала Мито когда та гоняет Хашираму после его попоек, как бы и меня тоже не стали лечить подобным образом.
     – Просто мне сейчас это надо. Как лекарство. – Смотрю на нее грустным и усталым взглядом.
     – К биджу такие лекарства, лучше пойдем на праздник, повеселимся, развеемся, чем плохо? – это видимо хороший вариант, не приму его, будет как с Хаширамой.
     – Плохо что праздник для всех шиноби, все выйдут на улицу праздновать, в том числе и клановая элита, а что может быть лучше для таких чем показать свое превосходство бесклановому? А если он не поймет так и объяснить могут. – И как раз из-за того что ты клановая, был бы я один просто смотрели бы как на прыщ на ровном месте, а так надо объяснить как я не прав.
     – Ты ведь не мальчик для битья, вполне можешь ответить.
     – Могу и отвечу, но вот праздновать при таком подходе не получится, скорее это будет тренировка на остроумие и терпение. Я лучше тихонько посижу тут и не буду портить праздник ни им, ни себе.
     – А по какой причине пьешь сейчас, ведь праздник же? И опять ты ищешь только плохое, почему ты не хочешь жить мирно и тихо, почему не хочешь вступить в клан, очень многие готовы принять тебя? – Мдааа, понятно откуда ветер дует, ведь в деревне отсутствовал всего ничего, а ей уже мозги продули.
     – Это тебя Мито так обработала, Крольчонок? – Впрочем и так понятно, что тут трудились все узумаки, что есть в деревне, Мито нужно спокойно родить и вырастить ребенка, а остальным узумаки нахрен не нужно объединение деревень, не для того они строили свою деревню, отдельно от страны Огня. Вот они огляделись, и решили притормозить Лист, Хашираме поддержку, Тобираме часть своих знаний, чтобы занимался исследованными и разработками, учихи пока выпали из их поля зрения, занявшись своими проблемами и они видимо решили воздействовать на тех кто может свободно общаться с Хаширамой, а я уже давно говорю о том, что деревни надо объединять. – Вот только те кто тебе советует подобное не учитывает несколько небольших нюансов. Первый я используя "Великое огненное уничтожение" могу уничтожить небольшой город, а если использую усиление в виде теневых клонов, то могу уничтожить и столицу страны. А ведь я такой не один, есть те кто владеет например "Дождем молний", есть те у кого в ходу "Сокрушающая водяная волна", да и вообще тех кто может уничтожать людей тысячами, попутно круша то, что эти люди создали, не так уж мало. И далеко не все эти люди в нашей деревне. Сейчас повсюду мир, а как будет дальше? На стороне Реки уже выступил Песок, Мадара крепко задел шиноби владеющих геномом позволяющим использовать смесь из трех стихий, эти шиноби ушли в страну Камня и как ты думаешь какие чувства ими владеют? А ведь далеко не каждого можно убедить в своей правоте только словами. Мирно жить деревни шиноби в принципе не смогут. Потому и обучают своих детей убивать. – Говорил я грустным и по прежнему усталым голосом, обрыдло мне все это повторять раз за разом, даже Усаги и ту смогли перепрограммировать, а что самое поганое я как-то даже и не обижаюсь, узумаки хотят блага своему клану, ну так они и селятся отдельно, обидно только за Лист, что в лице своих лидеров верит всему сказанному.
     – Я... понимаю это, но почему не жить тихо и спокойно, почему не строить и детей не растить? В чем проблема? Лист сильнейшая деревня, мы можем отбиться от любой угрозы.
     И даже слов нет, одни ругательства, увы и ах, но нельзя жить спокойно тому кто сидит на лучших землях с кучей ресурсов, неужели непонятно, что есть на свете жадные и завистливые, что есть государственные интересы, что наконец в истории полно примеров того что быть первым, сильнейшим и лучшим это не право, а испытание и его либо проходишь, либо нет и тебя сталкивают на обочину дороги. Что нужно стремится хоть куда-то и хоть к чему-то, а не просто жить и детей растить, детей и звери растят, и заботятся о них, и защищают, вот только человек выше зверя, а значит и планка желаний и хотений должна быть выше. И если твои желания жить попроще я еще понимаю, то вот то, что эти же желания и у твоих и моих начальников уже начинает бесить, на кой они вообще нужны такие? Поставь на их место крестьян ничего не изменится. Ох ладно, попробую объяснить хоть ей.
     – А потому что есть движение вверх, а есть вширь, чтобы расти вверх, открывать новое, нужна работа многих, это как курган, понимаешь, кланы были кучкой мелких курганчиков и достигли многого, но когда кланы объединили в одну деревню, посмотри как мы рванули вверх, сколько проектов, идей и новых решений, умники и прагматики из кланов уже не рвутся выйти из деревни, вместе оказалось лучше. Да есть отдельные личности, кто интригует, но интригуют против соперников и за место в деревне, а не против нее. – И это не только Тобирама с его техниками и открытиями, есть Госпиталь где активно сплетали техники узумаки и знания сенжу, есть отдел планирования почти полностью окупированый выходцами из нара, что очень помогло Хашираме, есть отряды сенсоров из яманак, хьюга, инузука и абураме, от которых почти невозможно спрятаться, у каждого шиноби есть пара стимуляторов от акимичи... А ведь есть кланы за пределами страны Огня, с не менее выдающимися способностями, объединить всех и мы рванем вверх как ракета!
     – И что? – Меня словно током дернуло, действительно и чего такого? Ну могут люди стать сильнее, крепче и чуть ли не вровень с богами, ну и что? Зачем покорять другие миры, искать новые вселенные, идти сквозь пространство? Ведь лучше войти в историю, как тот кто захватил-таки у соседей вооон тот пригорок с березой и пару деревень рядом с пригорком, впрочем кое-кто и этого не хочет, ему вообще ничего не нужно, раньше не понимал тех злодеев кто хотел уничтожить мир, а вот сейчас как услышишь такое, так сразу мысль развести огонь под задницами, чтобы хоть тогда начали шевелиться, уже не кажется идиотской.
     – А то, что можно подняться еще выше, если соединить всех шиноби в одно целое. А иначе движение вверх закончится и будем расти вширь. Вот только такой подход применим и к другим деревням шиноби, они ведь тоже будут расти и в конце концов мы столкнемся боками и начнем уничтожать друг друга, так стоит ли доводить до этого? Может лучше сразу присоединить их к себе? Иначе клановые войны просто выйдут на новый уровень, превратившись в войны между деревнями и спокойно жить все равно не получится.
     – Ну если так смотреть, то может ты и прав, но ведь ты ругал еще и Тобираму, почему? Он ведь не против войны.
     – Да тут дело в его воспитании, оно ведь клановое, а там первая и главная мысль "Все для клана, клан на первом месте".
     – Это плохо?
     – Видишь ли, ты интересовалась кто правит кланами? – И тут я разразился настоящей речью на тему элиты, уж очень мне нужно выговориться, – правит ведь не только глава и его заместитель, там еще есть старейшины, есть мастера обучающие молодняк, есть сильнейшие шиноби клана, это и есть элита любого клана. Вот только она не законсервирована во времени, а живет по принципу направленному на свое обеспечение максимальной независимости от условий окружающей среды, то есть от народа. Идеальной в данном случае представляется ситуация, когда элита ничего не делает, ни за что не отвечает, находится в полной безопасности и потребляет все имеющиеся в обществе ресурсы, – тут она очень недоверчиво на меня посмотрела, мол ты чего совсем уже? Я же ответил ей грустной улыбкой, увы но такое явление как деградация правящей элиты в моем мире уже стало привычным. – Нормальные люди (желающие лишь добра для всех) в элиту не попадают. А если и попадают, то долго там не задерживаются. По причинам: им тошно в этом гадюшнике и при удобном случае они возвращаются к нормальной жизни, или их съедают при первой возможности. Это облегчается еще и тем, что нормальные люди, вместо того чтобы лезть по головам, интриговать, врать и тому подобное, пытаются заниматься всякой (с точки зрения элиты) блажью, например улучшением жизни вверенного народа. И, естественно, проигрывают.
     Следует различать элиту, хмм, работящую и паразитирующую элиту. – С трудом удержался от того чтобы употребить термины из теории этногенеза, подобного в этом мире не водилось и начни я употреблять хотя бы термины из университета... – Работящая элита - вещь неприятная, но по-своему необходимая, без нее мы ничего не добились и до сих пор жили бы жизнью дикарей. Паразитирующая элита – самая поганая. Им власть нужна для только для перевода ее в материальные блага.
     Следует подчеркнуть, что и те кто приносит пользу, и те кто паразитирует поголовно индивидуалисты, наглядный пример Хаширама прущий к цели напролом, не сильно интересующихся ни мнением большинства, ни даже мнением своих ближайших сторонников, они мол не правы, только сами еще этого не знают, но когда дойдем все будет прекрасно, польза от него и его действий огромна и несомненна, но сам он законченный гений-индивидуалист. А народ, в лице простых шиноби, может только косвенно влиять на ситуацию, оказывая молчаливую поддержку той или иной группе элиты, взявшихся реализовывать близкие им идеи. Разница между элитой работящей и паразитической заключается в том, что первых интересует, так сказать, сам процесс, а вторых полученные в результате оного материальные блага. Те кто работает на общество в процессе реализации своей идеи вполне может лгать, предавать и тому подобное, приглядись к тому же Тобираме. Но он, в отличие от паразитов, может и жизнь за свою идею положить и работать только за зарплату, не тягая деньги для себя любимого из бюджета деревни. Для таких главное, это ощутить ВЛАСТЬ над судьбами людей. Одним словом "комплекс власти" одолевает. Хорошего мало, но пользу приносит. Паразит же на подобное не способен.
     Главное же народ не в состоянии контролировать свою элиту, рычагов для такого у него просто нет, и их появления не предвидится. Элиту может контролировать только другая элита. Конкурирующая, например. Поэтому для поддержания элитарной иерархической пирамиды "в тонусе" ее верхушка может использовать следующие методы: ротация кадров, периодические чистки, выдвижение из народа, отработанную систему подготовки и назначения кадров, создание дополнительного внутреннего стержня, перевороты (замена верхушки пирамиды). Плюс разная экзотика вроде периодических проверок при помощи гендзюцу, сывороток правды или техник яманак. – Разумеется всех и каждого нельзя отнести только к одной из трех категорий, люди существа сложные, но были и те кого можно, как минимум пятерку паразитов среди элиты я мог назвать сходу в любом клане. А ведь были и те кто не собирался мириться с существованием кланов с которыми рубился всю жизнь и их также придется убирать...
     А теперь повторюсь вспомни кто правит кланами, там ведь не только прагматики и умники, хватает и высокомерных дураков, с откровенными сволочами. И чем старше клан, тем больше сволочей и дураков, война которую они ведут чуть ли не со времен своего основания не только позволила отточить навыки и придумать новые техники, но и провела отрицательную селекцию среди самих шиноби. А наиболее заметно это, среди долгожителей сенжу и узумаки, у них если ты отошел от работы в поле, можно сидеть на своем месте очень долго, а Хаширама заметь вовсю вещает о том, что мы на пороге лучшего мира, что мы шли к этому и все-таки пришли и теперь все настраиваются на отдых, и вкушение плодов мира. При отсутствии идеи, мирном времени, богатстве страны паразиты будут плодится только в путь.
     – И ты сидишь грустишь, из-за того, что Тобирама не разделяет твоих идей о чистке внутри клана?
     – Я грущу потому, что ни Хаширама, ни Тобирама, ни братья учихи не считают выше перечисленные проблемы, проблемами. Они не не могут этим заниматься, могут, но они не понимают зачем этим нужно заниматься. У каждого своя правда и чужая ими даже не рассматривается. Хаширама не готовится к войне, не потому что занят другим, а потому что желает жить со всеми в мире, то что не всем это нужно и кто-то прямо нацелился на войну, он как факт не воспринимает. Тобирама не трогает свой клан, потому что это его родня, пусть и дальняя, это его клан и нельзя убивать соклановцев, то что предатели получаются как раз из своих и что сволочи бывают в любом клане, до него также не доходит. И у Мадары с Изуной та же проблема, для Изуны убийство своих это нечто немыслимое по своей сути, а Мадара слушает брата, тот ведь родной и хочет только добра клану. Но самое плохое, это то что это еще не все проблемы, проблем куда больше.
     – И ты опять будешь пытаться решить все проблемы?
     – Хех, сейчас не буду, праздник же, а вот завтра-послезавтра буду делать доклад на совете кланов, сама подумай зачем меня вообще держат на моей должности? Вот как раз ради этого, чтобы я собрал все шишки на свою голову. Меня не любят очень многие из кланов сенжу и учих, просто потому, что я посмел не только влезть в их разборки, но и закончить их, за то что я стоял наравне с кланами, когда они подписывали мир. Высокомерие и клановая гордость не дают спокойно смотреть, как какой-то бесклановый смеет стоять рядом с ними и не гнуть спину. Меня не любят остальные кланы потому, что я начальник, как так-то, какой-то бесклановый смеет быть начальником, а один из моих людей еще не имеет должности!! Моя защита это умники-прагматики, иначе кланы бы меня уже давно услали на границу. Тот же Тобирама, хоть и не дружим мы, хоть и ругаемся, но он меня поддерживает и не дает меня выкинуть из отдела, прикрывая от интриг кланов. Потому что я во первых работаю громоотводом, озвучивая очень неприятные проблемы с очень неприятными решениями, разумеется не со всем соглашаются и не все принимают, но главное что все шишки сыплются на меня, а не тех кто породил эти проблемы, также я фактически приглядываю за порядком в деревне и стране, а значит меня рано или поздно возненавидят все, ведь клановые шиноби не собираются все разом становится святыми, а если я укажу на кого-то, кто нарушает законы или правила, клан естественно будет на стороне своего шиноби, только если он уж совсем не замарается. Посади на мое место того же учиху или сенжу и шишки начнут сыпаться уже на него, и его клан, чего понятное дело никому не хочется. – Вот только узумаки я уже категорически не устраиваю и они явно предлагают мне договорится по хорошему, а если не соглашусь, то спокойной семейной жизни у меня не будет.
     – Знаешь я шла сюда вытащить тебя на праздник, а вот теперь я хочу напиться.
     – Можно осознать, что счастливых периодов в истории не бывает, и всяк озабочен по-своему, и там хорошо, где нас нет. Можно почитать одного неплохого поэта: «Работай, работай, работай – ты будешь с уродским горбом за долгой и честной работой, за долгим и честным трудом». Можно, наконец, сказать себе, что все то, что мы сейчас переживаем, и есть нормальная жизнь. Вот так вот она устроена. Не убивают невинных по ночам? Не пытают на виду у всех? Уже хорошо. Да и кто сказал, что мы рождены для счастья? Как птица для полета? Чехов? Вот к нему и претензии. Можно тренироваться, учиться и готовится к будущему. Можно вспомнить, что «жизнь есть борьба». То, что мы переживаем сегодня, далеко не самое худшее и трудное из всего, что бывало с людьми, кто-то ведь и до этого не дожил, сдохнув под пытками. Это утешает и даже вдохновляет.
     – А кто такой Чехов? – А черт, язык мой, враг мой или все-таки надо лучше контролировать себя.
     – Один очень неплохой писатель, но того что он писал сейчас не найти, давно писал.
     – И в будущем нас не ждет ничего хорошего, только войны и борьба, с тем что нас окружает, с другими деревнями, с теми кто просто хочет жить в свое удовольствие, с биджу наконец?
     – Знаешь есть очень простая истина, несчастья здорового, богатого и сильного не сравнить с несчастьями бедного, слабого и нищего. Каждый раз когда мы делаем что-то мы порождаем ошибки, мы ведь не идеальны, все люди совершают ошибки, мы пытаемся исправить свои ошибки, совершаем другие, и это происходит бесконечно, кто-то скажет что все бессмысленно, что незачем пытаться и дергаться, все равно идеал недостижим. А я скажу что с каждой исправленной ошибкой, с каждым шагом мы становимся сильнее, мы покончили с клановыми войнами, породили деревни шиноби, часть проблем оказалась решена, часть обострилась, появились новые проблемы. Но это не значит, что все плохо, или напрасно, это значит что надо идти дальше, не закрывая глаза на проблемы и те что остались, и те что появились. Мир деревень шиноби лучше чем мир враждующих кланов шиноби. И кстати, я хочу пригласить тебя кое-куда, ведь праздник все-таки.
     – А как же нежелание идти в деревню?
     – Мне нужно было выговорится и теперь стало легче, так что скажешь?
     – А пойдем!
     Время у нас было только до завтрашнего утра, но я был рад даже такой малости.

Примечание к части

     Глава сырая так что очень прошу критикуйте.
>

Глава 15 Проблемы

     Николай Чудов, Коноха.
     На следующий день, Усаги направили с миссией к дайме нашей страны, а я придержал свои предложения для совета кланов. Собственно все было просто как мычание, клан Узумаки я основательно достал и потому мне стали перекрывать кислород. Теперь я был лишен и своей девушки и своего учителя, что пытался объяснить мне то немногое, что она знала. Само собой один из мастеров печатников, придя к нам домой, объяснил мне как важна миссия Усаги и как страдает дайме, что пришлось отправлять к нему медика приказом, даже не дав толком собраться и попрощаться, и улыбаясь при этом злорадно и неуязвимо, с выражением лица "Знай свое место холоп!". Я же прекрасно понимая чья это инициатива и зачем, улыбался оскалом акулы решившей перегрызть трансатлантический кабель.
     Сора-ку, Николай Чудов.
     – Любопытно, очень любопытно, а кто строил этот город? А главное зачем, кланы ведь враждуют постоянно, а такой город одному клану оборонять невозможно. Да и в хрониках кланов о нем ни слова. – Я вовсю крутил головой, осматривая этот город-призрак. Попутно болтая с Мадарой.
     – Об этом никто не знает, но этот город уже давно разрушен и заброшен. – То есть передо мной остатки того мира, что был до клановой войны, а возможно и прихода Рикудо. Очень любопытно, может создать пару клонов, чтобы прошлись и посмотрели, что как?
     – Тогда как вы пришли к мысли устроить здесь склад боеприпасов? – Нет вы что серьезно, неужели никто не заметил огромный полуразрушенный город?
     – Мы всегда хранили здесь амуницию и всегда были те, кто присматривал за ней. Правда с каждым веком их все меньше.
     Всегда? И никто не попробовал вас спалить вместе с этим городом? Нет возможно жители этого, гммм, города, помешали бы подобному, но тогда почему не использовать их в войне? А главное, если вы всегда использовали это место, то где хоть какие-то упоминания о нем, в архивах я этого не нашел... И ведь никому до этого города дела нет, а ведь это мегаполис, с остатками небоскребов, значит могли строить подобное, так почему не вернуть себе эти знания и возможности, почему не начать самим строить подобные города? Но нет, склад боеприпасов это максимум того как можно использовать этот город. Как-то это мне напоминает ранее Средневековье, когда снесли Римскую Империю, попутно похерив и все что с ней связано, включая даже элементарную гигиену. В этом же мире получается отказались (или просто забыли?) от мира без чакры.
     – А ниннеко? – Еще один большой вопрос, кто они такие? И почему обретаются в этом городе, ведь там нет ни одного источника природной чакры, да и они сами этой чакрой не оперируют, ни одного упоминания об этом в архивах также не было.
     – Они не говорят о себе, но тоже всегда жили в этом городе. – Всегда значит, то есть их не изгнали откуда-то? А как они вообще жили? В заброшенном несколько столетий городе еду-воду найти не получиться.
     – Но призывными животными не являются?
     – Нет. – Мадара, идя справа от меня, сохранял на лице отрешенно надменное выражение. Блин вот что значит порода и воспитание, он всегда будет выше других, просто потому что он Глава Клана Учиха.
     – Хммм, это еще любопытнее. Нам они помогут?
     – Могут только предупредить, если кто-то приблизится, – ясно, собственно раз этот город никого не заинтересовал даже после заключения мира, приблизится сюда могут только учихи, а поскольку ни у кого из учих нет миссии поблизости, то здесь могут оказаться только персональные враги братьев. И коты сражаться с ними не будут, для них нет большой разницы между учихами.
     – Сколько времени займет операция?
     – Два часа, но после необходимо полтора дня для того чтобы чакроканалы от глаз пришли в норму, как я и говорил вам это время придется провести в трансе. Кстати а почему ты выбрал именно это место для операции?
     – Ну положим убежищ не так уж и много , все-таки на территории которую контролировали учихи много укрытий не разместишь, и большая часть этих укрытий под скрытым наблюдением, а проводить такую операцию в землянке в ближайшем лесочке ты бы отказался? – Кривлюсь, Изуна, да так наподдать надо уметь, клановое, блин, воспитание.
     – Отказался, – в теории я мог бы и в землянке, но только в теории, в реальности я не настолько хорош и могу упустить какую-нибудь мелочь, которая потом аукнется, лучше уж в этом городе. Пусть тут нас легче найти, но зато операция пройдет как надо. Или как сказал Изуна, хреновый из меня медик. – А кто расставил наблюдателей?
     – Этого не знаю, наблюдатели побочная ветвь нашего клана, с несколькими простыми печатями и парой призывных воронов. К ним просто в одну из ночей подошел человек с шаринганом и дал задание присматривать за убежищами год. Если же кто-то попробует войти, то использовать печать чтобы подать сигнал, – а от Конохи до этих убежищ максимум три часа быстрого бега. И если людей можно просто перебить, то вот с призывными животными так не получится, а те могут и не говорить кто их поставил следить и иллюзии на них не факт что подействуют. Разумеется можно попробовать устроить засаду и попытаться выманить своих противников, но не факт что удаться выманить всех. Да и потом если спросят зачем убил, что отвечать? Он на меня напал? На главу клана и сильнейшего? А если скажешь правду, то большинство старейшин, желающих быть в Конохе первым номером и поставить сенжу на место, могут потребовать смены главы клана. А если учесть Тобираму и его нелюбовь к учихам, и то что учих поддерживает лишь треть деревни, вполне может начаться если не гражданская война, то восстание декабристов на местный манер. А так как урезонить старейшин Мадара может только силой своих глаз, то вполне может после этого ослепнуть окончательно.
     – Ну чтож, будем думать что они не знают где мы и ты сможешь покончить с ними после операции. – Нотка оптимизма от Изуны.
     – Кстати, а почему ты хочешь проводить операцию в подвале?
     – Потому что это классика. – А еще потому что именно подвалы лучше всего защищены и лучше всего сохранились, особенно подвал центрального госпиталя. В чем я заранее убедился.
     Как я и ожидал, за центральным госпиталем, как и за еще несколькими строениями в этом городе тщательно следили, внутри было стерильно чисто, жаль только что здешние устройства и печати не работали. На мой же немой вопрос кто создатель, как это все работает и как... мне же было сказано, что это такая же часть прошлого как и сам город. А прошлое никому не нужно. Следят же за зданиями просто потому что таким был приказ основателя клана, просто раньше жителей было много и следили за куда большей частью города... Но вот Мадара приказом выгоняет всех из госпиталя и вместе с братом ложиться на кушетку...
     Сама операция прошла как-то просто и буднично, словно я не две уникальных пары глаз пересаживал, а совершал еще одну рядовую операцию по сращиванию перелома руки. Впрочем то, что никаких осложнений-заражений-травм нет тоже хорошо. Также я взял у Мадары и Изуны по пробирке крови, чтобы попробовать исследовать их на досуге и разобраться в их генах, и чем черт не шутит, может смогу выделить ген их прародителя?.
     А примерно через три часа один из ниннеко подал сигнал, что к границе города приближается двенадцать шиноби. Чужим здесь делать нечего, так что я вышел на бой, мысль сбежать мелькнула и быстро пропала, не собираюсь я бросать своего друга, да и не дадут мне этого сделать. А вот касательно плана самого боя... в городе мне его давать нельзя и дело тут не в ниннеко, а в том, что за дюжиной шиноби я могу банально не уследить и если они не ставят себе цель истребить меня, то кто-нибудь, да доберется до братьев учих, а они сейчас биться неспособны вообще. Значит лучше не пускать их в город и драться на окраине, кроме того будет легче с заменами – у меня они есть, а у противника нет... Быстро распечатываю десяток теневых клонов, которых после посольства в деревню Реки всегда ношу с собой в свитках, и те, уже под покровом молнии, разбегаются по окраине, пока еще скрытые от чужих глаз. Сам же я принимаю боевые стимуляторы: блокиратор боли, комплексный усилитель тела и спец. препарат от яманака, для обострения сенсорики. Последний был жуткой мерзостью на вкус, с очень поганым откатом, но он был необходим, так как я очень слабо развил свою сенсорику, а в битве она мне определенно потребуется. И так клоны затаились на окраине города, а я решил рискнуть и выйти учихам навстречу, если что меня вытащат заменой, однако, учихи смотрят на очень многих сверху вниз и есть немалый шанс что всерьез меня не воспримут.
     Выхожу им на встречу и... ох ты ж вашу мать, отца, деда и бабку!!! Двое мужчин и женщина, все трое седые, одеты в парадную одежду и лица имеют возвышенно-одухотворенные, подобно тем кто идет на смертный бой против воплощения зла на земле. А вот девять оставшихся это три старейшины учих, каждый с парой телохранителей. И у этих девяти во первых за спиной у каждого огромный свиток, во вторых ярко алые доспехи по виду точь в точь доспехи Мадары, с нанесенными на внешнюю сторону печатями, в третьих у каждого несколько свитков на поясе, даже на первый взгляд явно не взрыв-печати и умирать они совершенно не намерены, только побеждать.
     Проклятье, ну почему я не учел того, что узумаки могут продать учихам образцы своего искусства? И плевать, что ничего подобного нет в свободной продаже, договорились, язык же есть!? А уж как учихи используют полученное, это ведь только их дело... И так передо мной дюжина шиноби одного из самых сильных кланов, к тому же у большинства еще и спец. снаряга от другого сильнейшего клана, одно только радует, чакры у меня больше чем у них всех вместе взятых, причем в разы... Едва завидев меня один из старейшин учих быстро складывает несколько печатей и я чувствую укол боли в висках, машинально замираю на месте, с отсутствующим видом, после чего слышу:
     – Иллюзия подействовала? – Ну да чего еще ожидать от таких, судя по голосу меня явно ни в грош не ставят.
     – Да он будет скован где-то час. – Перебьешься сучонок, лишь Мадара с братом могли пробить мою защиту мгновенно и только с помощью своего мангекё. Собственно трюк с застыванием я на них и отработал, именно с его помощью и получилось достать их кулаком, первые два раза... А пока я постою, вы только поближе подойдите, есть у меня одна очень не плохая площадная техника.
     – Тем лучше, Мадара не пережил операцию, потому что его друг предал его, желая забрать его глаза себе, увы мы слишком поздно вмешались и смогли спасти лишь глаза нашего лидера. – Ну да козлов отпущения еще никто не отменял, равно как и политические интересы кланов, учихам есть что предложить и если сторгуются, то меня вообще назовут воплощением зла на земле.
     – Сначала умрет Мадара с его братом, потом это ничтожество. – Оооо, сколько презрения ко мне и ненависти к братьям, это уже не какая-то мелкая обида, Мадара с братом причинили им настоящую боль. Хотя почему тогда у этой тройки нет мангекё? Или просто не используют на жалком мне? Ну мне же легче, заодно может и сверхглазами разживусь.
     – Он не умрет, он еще должен рассказать о своем подлом плане захвата власти в деревне, а уже потом его казнят.
     – Хорошо пусть так, где укрыты эти твари? – Мдааа, такое впечатление, что они почти безумны, как они при таком уровне ненависти не набросились на братьев еще в деревне? Или им не дали набросится, держа как запасной вариант, если найти другого козла отпущения не выйдет?
     – Не так далеко, через семь минут доберемся. – Ближе, еще чуть-чуть, буквально пара метров и я вас достану...
     – "Разряд грома"!!
     Техника задела всех учих, трое мстюков, как я их про себя окрестил, упала задергавшись от разрядов пронзивших все тело, а девятка с снаряжением от узумаки лишь скривилась и отпрыгнула и по выхватывала кунаи и катаны. Проклятье, я этой техникой уже убивал шиноби хагоромо, а эти же... действительно великий клан, так у них еще и защита от узумаки, придется либо заваливать их техниками, либо идти в рукопашную. Вот только от техник их защищают доспехи, а в рукопашной я им не противник, впрочем есть у меня пара трюков, что могут сработать и сократить их число.
     Покрываюсь покровом молнии и стремительно бросаюсь на ближайшего учиху, на ходу запуская в него молнию с левой руки. Тут же скрытые до этого клоны переходят в атаку и издалека засыпают всех множеством игл молнии, мстюки выбывают окончательно, слишком много попаданий, учиха же на которого я напал уворачивается от молнии, но попадает под град иголок, однако доспех узумаки это выдержал и он уходит телесным мерцанием. Ко мне же приближается один из телохранителей, в одной руке катана, в другой листок с какой-то печатью, двигаюсь ему навстречу, складывая три печати, и выпуская трех иллюзорных клонов, грозящих атакой сверху, а затем трех теневых атакующих по бокам и в лоб. Как я и надеялся этот еще ни разу не видел теневиков и не отличил их от иллюзорных клонов, как сказал мне сам Мадара в обоих случаях видна лишь фигура из чакры, различается лишь их яркость.
     – Недоумок, учих не обмануть подобными фокусами!! – Сближаемся, он явно намерен просто пробежать сквозь клона, тот при сближении ударом отводит катану в сторону и... его засасывает в печать которую держал учиха, после чего та сгорает прямо в его руках. На его лице появляется удивление, но он тут же освободившейся рукой пытается сложить печать, не успевает, получает от клонов слева и справа по сенбону в локоть и колено, я же сблизившись буквально вбиваю пальцы ему в глаза. Он открывает рот, но еще до того как он закричал я сворачиваю ему шею, минус четыре. В одного из моих клонов прилетают несколько сюрикенов, а рядом с другим из телесного мерцания выходит один из старейшин, в одной руке печать узумаки (судя по рисунку уже другая), в другой руке раскаленная проволока из чакрометала, тут же следует удар, клон рассеивается, а в меня из печати летит поток воды. Прыжком ухожу в сторону, получаю удар в спину, который бросает меня вперед. В полете разворачиваюсь, чтобы падать на спину, надо мной появляется еще один старейшина и ударом вбивает в землю, через мгновение напротив него появляется один из телохранителей с намерением вогнать мне в чакроочаг катану, по которой бегают алые всполохи. Да чтоб биджу вам эти проклятые доспехи в жопу засунул! Эти поганые железяки дают вам силу и скорость, лишь немного уступающие моим.
     Один из клонов проводит замену на меня, я оказываюсь среди тех кого распечатывал, а там где я лежал грохочет взрыв. Приглядываюсь, старейшина ушел от взрыва заменившись на труп, а вот тому кто рассчитывал пырнуть меня катаной не повезло, доспехи спасли его и он был жив, но одну из рук ему оторвало, опалило лицо и судя по движениям явно контузило и переломало несколько ребер. Впрочем только я обрадовался, как он схватился за пояс и выхватил печать, засветившуюся ярко-зеленым, после чего буквально через две секунды все его раны затянулись, я же захотел громко выматериться.
     – Щенок ты зря решил сопротивляться, теперь сдохнешь медленно!! – Это голос одного из старейшин, что отправил в нашу сторону россыпь мелких огненных шариков, но один из клонов тут же выпустил огромный огненный шар, подавив технику. Давайте еще уроды, мне выгоден даже такой размен, чакры у вас слишком мало для боя на истощение.
     Быстро складываю три печати и теневиков вновь десять. Мои противники между тем вновь решили попробовать наложить на меня иллюзию, но защита выдержала, я же с клонами в ответ сложил печати и запустил четырех огненных драконов, уйти они не могли и я увидел как один из учих сдергивает из-за спины гигантский свиток и его отряд накрывает золотистая полусфера. Я же быстренько глотаю сразу две чакропилюли акимичи.
     – Что обсосы, даже с силой узумаки не можете меня одолеть, странно еще, что сенжу вас как клопов не передавили, – все равно пока вы за щитом мне вас не достать, а раз так почему бы не поговорить? И если телохранителям мои слова до свечки, то вот старейшины явно не привыкли к подобному и впадают в бешенство.
     – Когда мы здесь закончим, обещаю займемся твоей подругой, трахать ее прямо на колу будем! – О как, один все-таки не выдержал, аж желваками заиграл, ну да и неудивительно, чем обучаться сдерживать эмоции, он явно учился противоположному, хмм, может тоже хотел мангекё шаринган? Но раз ты так разволновался, это надо усугубить.
     – Она узумаки, так что на свою сладкую попку не рассчитывай, даже если опять дашь, к моей девчонке тебе даже подойти не позволят!! – Тот аж задохнулся от бешенства, ха, видимо только за резаную бумагу и желтые кругляши вам печати продавать отказались, пришлось просить и торговаться, а вы это делать не привыкли, для вас просьба равносильна унижению. Тут неожиданно, на грани слышимости, раздается мелодичный звон и двое телохранителей уходят под землю, в пространстве барьера появляется десяток огненных клонов, а старейшина что кричал мне, в каждой руке сжимая по катане, делает два шага вперед. Хорошо еще что клонов на стихии огня и воздуха создать очень сложно, по словам Изуны получившиеся клоны требовали относительно много чакры для своей стабилизации.
     – Сдохни ничтожество!! – Старейшина использует телесное мерцание и оказавшись в шаге от меня пытается ударом с двух рук перерубить меня пополам клинками, по которым бегает какое-то белое пламя, я же успеваю сложить печати и направить ладони вниз оказавшись на плечах появившегося клона, который тут же развеивается попав под удар. Я же отправляю в череп учихи кунай и тот напитанный чакрой входит по рукоять.
     – "Смертельный ливень", – из печатей которые достали учихи на меня несется мощнейший поток ветра, в котором мелькают капельки воды, из-за чудовищной скорости ставшие опасней картечи. Я и пять клонов успеваем уйти заменой, вглубь города, а вот остальные с запускают в учих шаровые молнии и с хлопками исчезают, по пришедшей от них информации узнаю, что клонов уничтожило всех, а вот сами учихи выжили и готовились вновь воспользоваться печатями узумаки. Я сенсорикой, чувствую как под землей движутся двое учих, один остановился в соседнем со мной доме и начал подниматься на поверхность, а второй продолжил движение под землей к Мадаре и его брату. Создаю еще десятку клонов и те тут же уходят телесным мерцанием к пятерке учих и начинают забрасывать их простенькими техниками, вроде игл молнии и воздушных пуль, те еще не до конца пришедшие в себя и потратив немало чакры вяло отвечают мелкими огненными техниками и метательным железом. Сам же, используя телесное мерцание оказываясь в шаге от дверного проема и врываюсь в дом, на ходу создавая "Копье молнии", всаживаю его в башку учихи, успевшего выбраться на поверхность, но не успевшего увернуться. Ха, выкусите паскуды, минус шесть. Двое из оставшихся клонов развеиваются попав под лезвия ветра выпущенные из печатей.
     Использую замену и появляюсь в операционной, на месте кресла. Учиха уже рядом, буквально в метре под Изуной. Я создаю трех теневиков и те подхватив братьев учих, оказываются на потолке, а сам же всаживаю копье молнии в поднимавшегося на поверхность учиху, но попадаю по доспехам. Тут же прыгаю на потолок, а пол покрывается каменными шипами. Два клона с учихами на руках уходят заменой на верхний этаж здания, оттуда они эвакуируют братьев в глубь города, третий клон прыгает в угол подвала, я же схожусь в рукопашной с учихой, чуть ли не вылетевшем из под земли, не давая ему оглянуться и заметить клона. Обмениваемся ударами, я сильнее и быстрее, он искуснее и опытней, а благодаря своему шарингану и предсказанию моих движений он быстро навязал мне свой рисунок боя, и стал загонять меня в угол, попутно несколько раз обойдя мою защиту и оставляя на мне синяки, даже покров не помог. Но вот я прижат к стене, на его лице торжество, в руке появляется кунай:
     – Не тебе тягаться с учихами насекомое! – И его удар летит мне в печень, я отклоняю корпус уходя от удара и... все, учиха мертв, кунай клона вышедшего из телесного мерцания пробил его затылок. При помощи замены вновь оказываюсь на окраине, в одном из домиков. Из пяти клонов осталось два, чакры у них почти не осталось, но зато они смогли достать и прикончить однорукого, не давая себя оттеснить с окраины вглубь города. В дверном проеме вижу бок одного из учих, использую телесное мерцание и бью ногой, окутанной молниями, в бок, попутно запустив кунай в висок. Тот успевает отбить кунай, но получив удар отлетает в сторону и стиснув зубы метает в меня три куная со взрывчаткой отпрыгивает назад. В свою очередь телесным мерцанием ухожу к клонам, складываю печати и появляются еще пяток клонов, а я широко оскаливаюсь.
     – Недоумок, – двое оставшихся старейшин в свою очередь скалятся, – ты забыл почему учихи считаются сильнейшим кланом, – складывают три печати, что не раз видели в моем исполнении, – "Теневое клонирование", АААААА! – Да уж, чакроожог очень болезненно, а главное напрочь лишает возможности складывать печати, а если не умеешь терпеть боль, то вообще руками шевелить не сможешь.
     Выкусите обмудки, все я знаю про ваш клан, для того и складывал эти печати, чтоб вы их скопировали и неправильно выполнили технику. Я, я создал теневое клонирование и никакие печати мне не нужны, только воля и концентрация. Меня в свое время лечил и страховал мой Учитель, а вот вам я вылечиться не дам!
     Я и клоны идем в атаку, телохранители быстро заслоняют старейшин, запуская в нас три десятка сюрикенов, после чего запускают еще десяток, подбивая первую партию сюрикенов, чтобы те разлетаясь по множеству различных траекторий и выбили клонов. Но я не стал соревноваться с учихами в подобном искусстве, все равно бесполезно, и вместе с клонами, используя телесное мерцание, и оказавшись в шаге от телохранителей, бросаем кунаи им в лица. Они уворачиваются и с катанами, уже без чакры на лезвии, идут в ближний бой.
     Я в свою очередь отпрыгиваю назад, а к учихам бросаются четыре клона, те сделав рывок, синхронно рубят их всех на уровне пояса. Но клоны не исчезают с хлопком, а превращаются в яркие разряды, окутывающие учих. Выкусите, стихийных клонов я тоже знаю, Хаширама показал своих деревянных и земляных клонов, и рассказал, что к чему, дальше нужно было лишь немножко пошевелить мозгами. Тут же три оставшихся клона в гигантском прыжке оказываются над телохранителями, и забрасывают старейшин мелкими огненными шариками, те разумеется отпрыгивают, но в разные стороны, клоны бросаются к ближайшему стремясь прикончить его.
     – Помоги мне Акира, – развеивает первого ударом ноги, его коллега жутко морщась снимает свиток со спины, – быстрее, я не справлюсь один!! – Второй клон получает небольшой огненный плевок в упор и также развеивается, третий же ударом ноги ломает колено и перехватив ответный удар руки всаживает в локоть сенбон. Я же бросаюсь к телохранителям, один оказывается парализован и я всаживаю ему кунай в глаз, а вот второй отводит мой удар и сам пробивает мне в грудь, да так, что я отлетаю метра на три, после чего прыгает к Акире.
     – Ставь барьер! – И эту пару накрывает уже виденная мной золотистая полусфера, после чего вход идет печать лечения. Видя подобное второй старейшина тут же кричит:
     – Стой, подожди, я сдаю... – клон выдыхает тому прямо в лицо "Облако яда". Тот не успев закрыть рот хватанул предельную дозу, мгновенно схватился за горло и получает сенбон в глаз.
     Итак я с клоном остался против двоих противников, печатей у них почти не осталось, чакры тоже, да и боевой дух упал, но и у меня чакры тоже осталось мало, стимуляторы уже не принять и так слишком много химии в организме, но главное не осталось трюков, мне уже нечем удивить моих противников, разве что... Старейшина стоит за спиной телохранителя, держа руки на уровне груди, а тот в свою очередь пытается меня уговорить:
     – Послушай нет смысла в дальнейшем сражении, мы уже не сможем убить Мадару и его брата, поэтому готовы уйти. Мы готовы взять все смерти на себя, чтобы ты по прежнему оставался другом клана... – В это время старейшина буквально впивается в меня взглядом и голову пронзает игла дикой боли. Сучьи твари!! Один прикрывал другого, заговаривая мне зубы, пока тот складывал печати!! И в это время звучит звон, барьер исчезнет через две секунды.
     – Отмену мне!! – Клон тут же оказывается рядом со мной и приводит в чувство. Учихи выхватывают пару свитков с печатями.
     – "Сокрушающие водяное ядро", – в меня летит огромный шар воды, ускоряемый потоком ветра, я вместе с клоном синхронно отпрыгиваем влево, клон прикрывает меня и получает удар катаны телохранителя, а в меня летит три куная, два я отбиваю, третий же входит мне в бедро. Через мгновение за моей спиной оказывается старейшина, целя кунаем в затылок.
     – "Воздушный поток", – над нами появляется клон и нас троих вжимает в землю, те клоны, которых я отправил вглубь города, эвакуировать учих, вернулись, попутно прихватив пару печатей у тех кого я убил в городе. Мдааа, последний мой трюк, клон бросает в лежачих учих кунаи, целя разумеется в голову, телохранитель, даже прижимаемый к земле потоком ветра сумел извернуться и отделаться царапиной, а вот старейшина нет.
     – "Водяной резак", – но последний учиха и сейчас сумел не погибнуть, а лишь лишиться правой руки по локоть. После чего обе техники прекращают свое действие и учиха встав в полный рост рычит:
     – Молись всем богам тварь!! – После чего бьет ладонью в центр груди, доспехи резко становятся угольно черными, а на его лице проступают все сосуды, также становящиеся черными. После чего тот бросается в рукопашную, первый клон рассеялся в тоже мгновение, не успев отразить удар, после чего я едва увернулся от тычка в висок, получил пинок и отлетая в сторону почувствовал как развеивается второй клон. Если раньше я был быстрее и сильнее, будучи под покровом, то теперь мы сравнялись и если я не придумаю еще один трюк, то точно проиграю, даже не смотря на то, что он с одной рукой.
     Мы сближаемся, он бьет, я блокирую одной рукой и ожидаемо получаю пинок, от которого вновь отлетаю, но перед этим успеваю подбросить прямо перед его лицом активированную взрыв-печать. Из-за покрова и напитки чакрой тела взрыв мне практически не повредил, а лицо я прикрыл, мой же противник остался с одним глазом и бежал на меня ревя от ярости и боли. Я же успеваю создать трех клонов, противник вновь бьет, один из клонов уже не блокирует, а ловит руку врага в захват, учиха бьет ногой, но под этот удар успеваю подставится я и у меня трещат ребра. После чего второй клон бьет учиху под колено, валя нас на землю, а последний вырывает ему оставшийся глаз.
     – АААА, не думай что победил, недоносок!!! – Следует мощный взрыв, от которого я улетаю куда-то метров на сто...
     – Оооох, будь прокляты все печатники, что сражаются не на моей стороне, – с трудом открываю глаза, болит все, что может болеть, чувство такое, что на мне плясали и прыгали три десятка человек. Сам лежу на боку, в какой-то лужице, от которой пахнет очень гадостно.
     – Хорошо что ты пришел в себя, мы уже думали, что ты не выживешь. – Медленно фокусирую взгляд на говорящем, перед моим лицом сидит какой-то черный кот, с белым иероглифом на лбу, одетый в синее кимоно. Пытаюсь приглядеться к иероглифу и не могу, меня мутит.
     – Чч-что с ббб-братьяяя-ями? – Еще и голос прыгает и заикается, вообще блеск, определенно препараты которые я употребил не стоит смешивать.
     – А что им будет, лежат себе в трансе. – Вот же... животное, голос такой жизнерадостный, что чуствуется острейшая необходимость его огорчить хоть как-то.
     – Тааа-ам у тех кооо-ого я убиии-ил были печааа-аати, ттт-ты не мог бы принести их мне?
     – Принести могу, но той, что тебе нужна у них нет.
     – Кк-как нет? Ты что сс-смешься надо мной? – Да чтоб они сдохли еще раз!
     – Ничуть, я и остальные нинеко собрали всех учих и их снаряжение, ну то что можно использовать после вашего боя, – морщусь, я видимо еще и головой ударился, мог бы и догадаться, что далеко не все печати уцелели, – чтобы можно было вылечить кого-нибудь из них, но нужных печатей мы не нашли, – тут я вздохнул, и слава богу, что не нашли!! Если хоть один из учих встанет, об меня даже руки пачкать не будут, ногами запинают. Да и то сказать, кто я здешним обитателям? Учихи им друзья-товарищи, а я? Хорошо еще, что меня не прибили пока я валялся.
     – Как долго я лежааа-ал?
     – Восемь часов, мы тебя повернули, чтобы ты не захлебнулся в своей блевотине, и немного подлечили, – сволочь блохастая, то-то запах такой поганый. Хотя надо бы сказать им спасибо, выиграть бой против дюжины учих и помереть захлебнувшись в своей блевотине, это будет похуже любого анекдота. И я конечно скажу, после того как побрею их всех.
     – Много учих выжиии-ило?
     – Двое. – Видимо те кого я парализовал в начале не смотря на все произошедшее остались живы. Дерьмо, надо добивать, а то мало ли как все повернется, но вот боец из меня сейчас...
     – Ггг-где они? – Опять голос дрожит, мдаа, сильно я повоевал.
     – Вон там, я тебя провожу, – встает и отходит в сторону.
     Итак я победил и даже сумел сохранить свой организм целым, все остальное не в счет, это можно вылечить, осталось только добить тех кто еще жив. Кряхтя, медленно встаю и иду к городу, следуя за котом, при этом, точно астматик с приступом, через каждые тридцать метров делаю перерывы иногда отдыхая, стоя на месте, чуть ли не по пять минут. Меня именно что подлечили, кровотечения не было, но сильнейшая боль словно бы гуляла по всему телу, плюсом к этому шла еще и сильнейшая слабость.
     Медленно тащусь и вижу ряд тел, два из которых лежат отдельно, головами ко мне, вот только я так слаб, что просто не смогу метнуть кунай, да и нет у меня никакого оружия, а подходить к ним не хочется, иллюзию они еще вполне могут наложить.
     – Послушай усатый, а как к тебе вообще обращаться и не мог бы ты дать мне один из кунаев? – Останавливаюсь в двадцати шагах от тел, переводя дух и ожидая куда-то быстро ушедшего кота. Мдааа, великий шиноби как он есть, кот быстрее меня, даже не переходя на бег.
     – Мое имя Тэкео, а ножик твой вот. – Тот оказывается у моих ног, и я кряхтя и тихо ругнувшись подбираю его, едва не падая при этом.
     – А я Николай.
     – Будь ты проклят тварь!! Ты слышишь меня!? Будь ты проклят, пусть твои дети сдохнут в муках, а ты сам увидишь как они умирают!! – Разумеется учихи услышали как я подошел, но вот что-либо сделать не могли, они были живы, но и только. Конечности, у двоих мужчин, которых я видел, были неестественно выгнуты, а некоторых у них не было вообще. Лица были залиты кровью и я сильно сомневался уцелели ли их глаза. При этом их ненависть была чуть ли не физически ощутима.
     – Почему, почему ты защищаешь выродка, что ни за что убил наших детей!? – Подойдя к ним убедился что можно было не опасаться, они потеряли свои глаза. Теперь это были не войны из опаснейшего клана, а просто куски мяса, одной ногой уже в могиле. Поэтому я просто ударил их кунаем в шею. Теперь все наконец-то закончилось, и я просто упал, и остался лежать рядом с трупами. Даже на то, что еще и в крови перепачкаюсь было плевать.
     – Спасибо что убил этих двоих, признаться сложившаяся ситуация была очень неприятна.
     Кот сел прямо перед моим лицом и охватил лапы хвостом.
     – Поясни. – Мной еще и воспользовались, да и кто воспользовался, какой-то кот, я уже совсем докатился.
     – Мы не люди, с учихами нас связывает договор запрещающий вредить им. Мы могли лишь не вмешиваться в твой бой. – А могли и не говорить о операции, что я провел, сучьи твари.
     – А нельзя было просто плюнуть на договор?
     – Мы не люди, если мы нарушим договор, то вымрем, – озадаченно молчу, получается этот договор не просто бумажка? И как вообще подобного добились, почему тогда кланы не заключили коллективный договор о защите деревни? Или все дело в том, что ниннеко не люди? Проклятье, чем дольше живешь в этом мире тем больше вопросов как он вообще существует, а не развалился на части. Ну или мне просто в уши дуют.
     – А почему тогда вы вылечили этих двоих и не дали им умереть? – Или этот ваш договор можно толковать по всякому, что вы и сделали, имея свой интерес?
     – Мы хотели знать почему учихи пытаются убить своего лидера. Раньше подобного никогда не было. – Хмм, а вам-то какое дело до всего этого? Две собаки грызутся, кот не встревай. – Эти двое были живы, и мы позаботились чтобы их жизни не оборвались в ближайшее время, за восемь часов мы услышали как их историю, так и причину подобного. – То есть секрет появления мангекё шарингана. Все страньше и страньше. – Но после того как они все рассказали нужен был кто-то кто прервет их жизни. Ты. Мы не могли допустить того, чтобы они выжили. – И рассказали о том, что вы знаете. Тогда почему вы меня живым оставили?
     – Тогда вы мне должны, – кот как-то вяло дернул ухом и вновь замер неподвижно.
     – Почему же? Ведь ты бы все равно их убил.
     – Убил бы, но вы мне должны не за это, а за сам бой, ведь это вы подали весть о операции.
     – У учих есть способ связи с нами, когда нам задали вопрос мы просто не стали лгать. – Да и не сильно-то хотели. У вас явно намечается своя партия и начало вышло удачным.
     – Ну и что? Кровь, что пролилась здесь, пролилась в том числе и из-за вас. – Вы виноваты и мне должны, просто так, просто потому, что я не собираюсь выбрасывать из головы эту битву. И раз вы не захотели попутно и от меня избавиться, то я вам зачем-то нужен, а раз так, то будем наглеть.
     – Что ты хочешь, – у кота вновь дернулось ухо, – восстановиться побыстрее? – Ну да, чего еще хотят шиноби? Деньги с котов не потребуешь, техники тоже, а завтра возможно снова в бой... но если восстановление возможно, то передо мной те кто также как и шиноби нашел способ использовать чакру, но при этом не являясь призывными животными, то есть передо мной новая раса? Чем дальше в лес, тем чудесатее и чудесатее.
     – Честный ответ на один вопрос. – Больше мне от вас все равно не получить.
     – Хмм, хорошо спрашивай. – И опять ухом дернул, а значит не хочет отвечать, так что лучше я сперва в норму приду, ведь долг можно отдать, а можно от него избавиться, вместе с кредитором. Нужен то я нужен, но вряд ли незаменим и если вопрос будет слишком... просто слишком, я могу не услышать ответа. А спросить мне их хочется о очень многом...
     – Чуть позже, у меня сейчас мысли из-за химии путаются.
     – Хорошо, но помни один вопрос. – Странное чувство, словно меня переиграли, заранее просчитав мои действия.
     Кот гордо вздернув хвост трубой ушел. Я же занялся проверкой своего организма. До истощения чакры я не дошел, но оказался очень близок к нему, отравления, от всей принятой мной химии, также не было, но откат будет мучить меня еще часов восемь и новых стимуляторов, мне не принять. А значит об ускоренной регенерации можно забыть, как и о лечении чакрой, я увы не Хаширама, что может лечить без печатей, я сейчас просто не удержу концентрацию, что требуется мне для медчакры. А коты, блохосборники недорезанные, даже воды не принесли, поэтому лежи и терпи казак, авось атаманом будешь, зараза!!
     Ладно, пока займемся размышлениями и анализом, говорят это полезно, а поскольку лежать мне тут еще долго начнем с самого начала. Итак я попал в иной мир где жизнь простых людей представляет собой самую что ни на есть грустную форму феодального государства с торжеством невежественного консерватизма. Феодальная элита, то бишь шиноби, опираясь на деньги, выкачиваемые из народа, держала этот народ в повиновении и вела бесконечные войны с неясными целями, в то время как простой народ находился в плачевном, практически катастрофически плохом положении. Также для народа непонятна сама элита, знаний у простого народа о чакре и шиноби практически нет, народ должен землю пахать, да сапоги тачать, серьезные вопросы будут решать серьезные дяди. Плюсом шло то, что серьезные дяди изрядно деградировали: война с ее отрицательной селекцией, браки между своими на протяжении нескольких веков... Да чего далеко ходить, передо мной заброшенный мегаполис, который кто-то построил и рядом с которым Деревня Сокрытая в Листве смотрится откровенно убого, как и любая деревня по сравнению с мегаполисом, ну пусть не деревня пусть городок. А ведь в Лист вкладывали максимум усилий и средств, жить ведь хотели в лучшем месте на белом свете и вот теперь глядя на то, что осталось от Сора-ку понимаешь, что шиноби просто неспособны творить, не под это мозги заточены. Учись, создай технику-прием-артефакт, убей-ограбь врага-следи за друзьями-союзниками, продолжи род, передай накопленный опыт, умри за клан – это все, максимум из того что могут и хотят шиноби, что-то еще вне их культуры, интересов и стремлений. Я то, дебил, думал что Хашираму прозвали Богом шиноби из-за силы и способностей, вот только видели эти способности и силу лишь те кто окружает клан Сенжу. Богом его прозвали за то, что он сумел родить и воплотить идею, перекроившую весь мир, да еще и сама идея оказалась очень не плоха. Но идем по миру дальше.
     Местные капиталисты-торговцы вплоть до мира между кланами и начала строительства деревень испытывали радикальные трудности с бизнесом. Их жизнь и деятельность были осложнены настолько, насколько это только было возможно, что и не удивительно при тотальной войне всех со всеми. Также как и у торговцев была осложнена жизнь изобретателей, новаторов из простого народа, ведь все мало-мальски сложные производства и изделия были завязаны на чакру, а конкуренты никому не нужны. В самих же кланах исследованиями и разработками занимались только в главной ветви, разумеется после отработки клановых техник, различных интриг, руководства рядовыми и экономикой клана...
     Плюс жречество. Сильное, тотальное и всепоглощающее, парализующее всякую активность населения. Это нельзя, это не положено, а шиноби вообще другое человечество. О том, что чакро пользователи посланники дьявола не говорилось, но почти никто из местных святых отцов не мог смириться с тем, что рядом есть те, кто в отличае от них может творить реальные чудеса. И небольшое число тех кто решил пойти по пути познания и использования чакры многократно перекрывалось теми, кто не желал знать ни чакры, ни тех кто ее использует.
     В итоге этот мир представлял из себя крайне стабильную систему, где солью земли были шиноби, которых не понимали и ненавидели абсолютно все. Для того чтобы нарушить равновесие в этой системе потребовались шиноби с уровнем силы полубогов, будь у Хаширамы, Мадары и их братьев меньше сил, то никакого мира между кланами бы не было, их бы просто убрали желающие продолжить резать друг друга, усталость от войны испытывали лишь рядовые, да малая толика верхушки, основная часть элиты была не против непрекращающейся драки.
     Но вот мир заключили, Мадара согласился стать вторым, только если у него будет возможность стать первым, что и давали выборы главы деревни, эту систему охотно поддержали лидеры остальных кланов также мечтающие стать первыми. При этом глава сидел не до смерти, а пока шиноби им довольны, что уже вызывало у меня раздражение. Но Хаширама был хороший парень, идеалист и иногда упрямее осла, в результате чего в деревне установилась одна из вариаций плутократии, корпорократия, ибо доверить выборы своего лидера черни или рядовым даже для Хаширамы было чересчур. Но он не унывал и за короткий срок довел свою популярность среди населения в деревне и стране Огня до обожания, ну да еще бы! Войну завершил, страну объединил и... все. У него образовался огромный кредит доверия, но он им совершенно не собирался пользоваться. Все слои населения ждали от него реформ, действий, но он будучи идеалистом и увидев как его мечта воплощается в жизнь собирался просто наслаждаться этим воплощением. А ведь должен знать как народная любовь превращается в разочарование. И в итоге признавая за ним главенство, жизнь в стране стали менять другие люди, с другими мечтами. Что тоже не есть хорошо, но теперь перейдем ко мне.
     Я же занял в этой деревне должность подчиненного Тобирамы, став начальником создающейся контрразведки на местный лад, попутно став кем-то вроде новатора-реформатора. Благодаря знанию истории, советов у меня было много и... и вот на этом моменте меня словно дубиной по башке огрели. Да так, что чуть ли не все размышления разом из головы вылетели и я лежал без единой мысли минут десять. Я знаю историю, а другие? Я понимаю необходимость набора простых людей, их тренировку и создание армии из них, а остальные, с их клановой гордостью и секретностью? А ведь умный человек уже давно сказал: "Давать советы всегда глупо, но давать хорошие советы просто губительно", или если на разговорном: "Куда ты нахрен лезешь! Без тебя разберуться!!", бляяять, хотел ведь уйти в тень, так нет же поперся на свет, да еще как, теперь обо мне только глухой не знает. А ведь примеров того что со мной будет из истории знал предостаточно, фавориты становящиеся объектами всеобщей ненависти были во все времена и во все времена плохо кончали.
     Благодаря дружбе с первыми людьми деревни и тому что меня не одернули, я просто зарвался. Что разумеется радостно приветствовали все главы кланов, а также умники-прагматики. Все твердолобые, консервативные, излишне гордые могли узнать кто выдвигал предложения по набору бесклановых, или введению наказаний в виде уборки картошки, за убийство крестьянина. Кланового шиноби, из великого клана Хьюга, на картошку за убийство какого-то ничтожества!! Законы человеческой психологии таковы, что если факт нельзя отменить бить виновного в факте, чего-то нежелательного, хочется очень сильно. Хаширама благодаря силе, положению, популярности был недосягаем, а главы кланов умело переводили все стрелки на меня, в результате чего я заработал сильнейшую неприязнь абсолютно всех шиноби Листа, ведь как известно все хорошее идет от начальства, а все плохое от подчиненных, а я был именно, что подчиненным. Авторами всех решений улучшающих жизнь простых шиноби, вроде организации Академии или Госпиталя, разумеется были серьезные личности, я же был автором проектов вроде создания аппарата чиновников, или амнистии нукенинов. Как итог подобного большинство шиноби не желало меня видеть не только на моем посту, но и в деревне вообще. Умники-прагматики меня защищали, но ведь не будут же они вечно прикрывать меня на моем посту!?
     Пост, мой пост... когда я задумался еще и об этом, захотелось выть. Я мог добиться максимум поста начальника контрразведки, став главным золотарем деревни, и я этого добился. Вот только не подумал готов ли я к такому посту. Увы, но я оказался совсем не гений и Берии из меня не вышло. Так мало того мне еще и приходилось бегать в качестве посла, или разбираться с тем, что происходит в провинциальных городках по заданию выдаваемым родной деревней или "любимым" начальником. Ни в первом случае, ни во втором я не был нужен, и без меня бы справились, но эти задания отнимали у меня самое важное – время, мне необходимо было учиться (причем и у своих же, "вроде как подчиненных") быть шиноби, быть главой службы,... Служба сама учит, это так, но я должен научиться слишком многому и слишком быстро, ведь мой отдел должен будет разрастаться, нужно будет разбираться с финансированием, с кадрами, с сетями осведомителей... А ведь на мое место полно желающих, собственно теперь понятно и то почему меня поддерживают прагматики или тот же Тобирама. Я нужен только как громоотвод, для недовольных, как только иссякнут проблемы требующие немедленного решения и появятся приказы с моей подписью о, например, создании лабораторий для опытов над людьми, тут же окажется, что я не соответствую занимаемой должности и от меня избавятся как от использованной туалетной бумаги, как говориться хотел убирать дерьмо, ну так и получи. И стану я либо одним из сотрудников своего отдела, либо вообще отправят на границу с Рекой, бумажки оформлять. А еще хотел отпочковаться от Тобирамы, самому стать начальником и подчиняться хокаге напрямую, не давать гнобить учих, ага как же!!
     Тобирама переиграл меня, вместе с моими хотениями, даже не прикладывая усилий и я это уже никак не смогу изменить, начни я учиться управлять и становится начальником, мои учителя-колеги-подчиненные, сенжу, дадут знать в клан и меня попросят освободить кресло уже через неделю. А уж мое наивно-тупое желание прикрыть учих от Тобирамы и его интриг! Почему я вообще решил, что он немедленно продолжит противостояние с учихами? Он просто решил выждать, укрепится в деревне, попутно расставив своих людей на ключевых постах, сделай он подобное и учихи навсегда станут вторыми, а после мировой войны, когда они потеряют изрядное количество своих бойцов, можно будет переходить и к противостоянию, меня с моей детской нетерпеливостью в очередной раз макнули в водичку (чтобы в себя пришел), благодаря уму, натренированному десятилетиями клановых интриг и войн, и потому умеющему строить планы на годы вперед, а не стремящемуся решить все проблемы здесь и сейчас. Как я был рад тому, что он оказал мне услугу и в моем отделе появились учителя-мастера шиноби, с какой радостью передал в их ведение тренировку не многочисленных новичков, а ведь мог бы догадаться, что они пришли не просто так, такими спецами не разбрасываются . К тому же я выступивший как друг учих ему на своем посту и даром не нужен, так что моя дружба – это еще один повод убрать меня с глаз долой, или понизить до рядового. Да и вообще только-только закончились клановые войны и начали строиться деревни шиноби, само-собой, что в мире они жить не будут, но зачем об этом говорить прямо и во всеуслышание? Человеку умному и так все ясно, убеждать его не надо, а остальные захотят заткнуть такого говоруна поскорее и по надежнее, так что я дополнительно имею еще и ненависть всех не желающих новых войн, а это не только шиноби.
     Единственное что мне удалось, это заслужить уважение у своих подчиненных, но это, как я теперь понял, было уважением к временному управляющему, а не начальнику, пришедшему надолго. Не стал почивать на лаврах? Молодец. Стал создавать шпионскую сеть, брать под контроль и наблюдение деревню? Очень хорошо... Стал пытаться улучшить жизнь в Деревне, выдвигая предложения на Совете кланов? Отлично... Но ведь хороший начальник не будет заниматься не своими делами и потому меня рассматривали только как временного управляющего, пусть и очень хорошего.
     Главный же вопрос, почему я раньше ни о чем таком не задумывался? Единственный ответ который я мог дать – это сумма мальчишеского максимализма и нетерпеливости, с мировоззрением человека 21 века и хронический недостаток опыта в некоторых областях, помноженное на чакру, а точнее огромное ее количество, что я пытался увеличить всеми силами. А ведь мне еще мой Учитель говорил, что использование чакры сказывается на организме, да тела шиноби проходят различные модификации, в зависимости от кланов, но мозг такие модификации почти не затрагивают. А ведь разум и мозг неотрывно связаны и если по телу циркулирует огромное количество чакры, то это не может не сказаться. Вот и у меня сказалось, ощущение огромной силы, своей правоты, ведь я же не хотел ничего дурного, плюс не самая приятная окружающая действительность, плюс знание о том, что можно построить мир куда лучше существующего... Хорошо хоть сейчас, когда растратил почти всю чакру, смог понять каким дураком был.
     Чакра, с размышлений о прошлом и будущем мысли перетекли на бой против старейшин, мдааа, хорошо, что Мадара с братом в коме, и не увидели моего позора. В тай я проигрываю любому учихе, мыслить тактически почти не способен, навести на противника даже простейшую иллюзию не способен вообще... Огромное количество чакры, подходящие для атаки стихии и несколько очень удачных техник, вот все чем я могу похвастаться. Будь у меня скажем земля и вода, я бы проиграл. Но даже так я сражаясь с теми, кто упражнялся в первую очередь в интригах, управлении, экономике я мог лишь пытаться задавить чакрой, надеясь, что успею их убить прежде чем свалюсь с истощением. Разумеется можно успокоить себя тем, что узумаки сделали им не хилый подгон, в виде доспехов, позволив почти сравняться со мной в покрове, но это отговорки и самоуспокоение, тот же Изуна раскидал бы всю эту шайку даже не сильно вспотев, а уж Мадара над подобными противниками только посмеялся бы.
     И если со старейшинами учих все предельно ясно, деградация как она есть, плюс упертость в том, что братья учихи повели клан по неверному пути, самомнение, гипертрофированная спесь, с отсутствием серьезного боевого опыта (ведь сильнейшие бойцы воюют, а не руководят кланами, плетя бесконечные интриги), как там в одном мультике говорилось: – "Возьмите лучших из лучших!!" – "Лучшие из лучших зализывают раны." – "Тогда возьмите лучших из худших.", вот и здесь я сразился с лучшими из худших. Да и если подумать, они очень сильно ограничены, ведь сильнейшие и искуснейшие мастера печатников сейчас отстраивают свою деревню, Сокрытую в Водовороте. Те кто в Листе во первых завалены заказами по уши, а во вторых не все из них могут сотрудничать, та же Мито будучи одним из сильнейших узумаки – жена Хаширамы, и не может участвовать в убийстве его лучшего друга, ни прямо, ни косвенно, ни опосредованно. К тому же учихи наверняка торопились, ведь Мадара с братом все время находились в деревне, а там они их устранить бы не смогли. О проблеме Мадары с глазами они явно знали, но вот то когда и где будет проводится операция нет. Доспехи им узумаки успели сделать, а вот остальное... получив весть от этих клятых ниннеко учихи скорее всего просто взяли то, что было и отправились брать власть, хотя могли иметь куда более сильный и разнообразный арсенал печатей, да и самих печатей могло бы быть куда больше.
     А вот на что надеялись узумаки? Вычислить их мастеров большого труда не составит, не так уж много тех, кто может создать доспехи укрепленные печатями и свитки с серьезными техниками стихий и у каждого такого создателя очень характерный и узнаваемый почерк.
     Да ничего официально предъявить узумаки нельзя, броню сделали? Так и у Хаширамы, и у самого Мадары, и у их братьев, тоже броня сделанная узумаки. Печати продали? Так они их всем желающим продают, только плати, просто у старейшин было чем заплатить, а у меня, например, нет. Только вот кроме писаных правил есть неписаные, никто из глав кланов не хотел чтобы оппозицию, которая была у каждого из них, поддерживали чужие кланы, иначе так можно дойти до еще одной клановой войны. Так что любая открытая поддержка оппозиции была запрещена. Внутренние дела кланов решаются только самими кланами, все прочие вмешиваться не имеют права.
     Итак по самим узумаки: глава клана ни причем и следить за своими мастерами не может, он деревню строит и произошедшее ему в вину не поставишь. Местные узумаки? Так во первых рядовые и не могли ничему помешать, им ведь не докладывают, а старшие просто не углядели опасности, ведь о покупателях никто не знал. Как итог всему клану в вину ничего не поставишь, только конкретным мастерам.
     Разумеется были те, кому никаких доказательств и не нужно. Но даже так, что они могли?
     Итак возможные варианты действий: наложить какой-нибудь штраф, просто пользуясь властью Хокаге? Это будет худшее из решений. Кроме того тот же Мадара особо разбираться не станет и наверняка захочет их убить, но это надолго, если не навсегда, сделает печатников врагами Листа, Мито за них вступится, свои все-таки, да и Хаширама будет против убийства и в итоге в деревне может начаться молчаливый раскол или гражданская война. Единственный вариант это выслать в Водоворот, чтобы там свои интриги крутили. Выслать, выслать... а не на это ли они рассчитывают? Ведь в Конохе они может и представители великого клана, но никакого голоса на совете не имеют, дать возможность влиять на политику деревни клану, что решил построить свою деревню... Мое предложение ограничить печатников лишь совещательными функциями вызвало единодушное одобрение всего совета кланов и горячую неприязнь всех узумаки. Собственно после этого совет кланов и решил не трогать меня, предоставив мне возможность и дальше собирать все падающие шишки на свою голову. Поэтому власть у узумаки была только косвенная, как у глав барьерного корпуса, мед. службы, ну и плюсом шел обмен услугами между кланами, когда они барьер на клановый квартал или пачку печатей, а им ответную услугу.
     Вот видимо и решило несколько мастеров вернуться, таким вот образом, к своему клану, чтобы там решать и влиять, а если получится расколоть Лист противостоянием, так и вообще прекрасно, никакого объединения деревень не будет, а им почет, уважение и много плюшек. Разумеется все могло быть по другому и Хаширама мог принять сторону Мадары, и жизнь хитрой кучки печатников и всего клана могла ооочень осложниться, и если скажем план бы удался, а деревня раскололась, то на деревню узумаки вполне могут напасть кланы строящейся Деревни Сокрытой Туманом, слабое место красноголовых в том, что быстро построить оборону невозможно и именно сейчас союз с Листом им нужен как воздух. Но это все мои мысли и прикидки, а на другой стороне возможность получить-вернуть себе власть, над десятками шиноби и тысячами бесчакровых, которыми уже командовали, тут вопрос лишь в том как долго печатники раздумывали, рискнуть или нет. И самое поганое мне придется, ради блага деревни, помочь им перебраться в Водоворот, рисковать расколом в Листе я не могу.
     Итого мне нужно убедить Мито выслать из деревни сотрудничавших с учихами, попутно не дав их убить Мадаре с братом. В принципе это вполне возможно, наработки есть, но в этот раз мне нужно сделать все без ошибок.
     – Тэкео, где ты?
     – Да здесь я, здесь, я никуда и не уходил. – Кот обнаружился правее в двадцати шагах, да и кто бы сомневался, а ну как я каким-то образом вмешаюсь в вашу партию и сломаю всю игру? Убирать меня видимо не выгодно, да и Мадара с братом может подобного не понять, но проконтролировать надо. Вот и дежурит около меня кот, договоримся хорошо, не договоримся, ну что же тут поделать, придется решать вопрос радикально.
     – Тогда мне нужна твоя помощь. – Медленно с кряхтением поднимаюсь, откат еще не прошел.
     – А ответ на вопрос уже не нужен? – И нагло скалится. Тоже понимает, что косяк за ними уже есть, если убьют меня, Мадара с братом могут всерьез разозлиться, но и я мог наглеть только до определенного предела.
     – Нужен, но я вот тут подумал и увы, помощь мне сейчас нужнее. – Я объяснил расклад, к которому пришел и договориться удалось почти мгновенно. Единственный минус, с меня взяли слово, я не расскажу о том, что усатые расспросили учих, как выразился Тэкео ответная услуга, за то, что коты не вступали в бой. Меня даже подлечить решили и через три часа лечения я был полностью здоров, свеж, бодр, чист, умыт и готов был чуть ли не расцеловать этих благодетелей. Единственное что мешало, это то что я видел и чувствовал, вода в этом богом забытом городе была в диком дефиците, потому и не предлагали умыться сразу как очнулся, а уж когда давал слово, хребтом понял если нарушу – буду умирать очень мучительно... Объясняло все это только одно – коты всерьез решили, что я действую в соответствии с их планом. Впрочем я был не против.
     – Ну что как самочувствие? – Братья учихи медленно подтягиваются и встают с лежанок.
     – Как ни странно я почти не чувствую изменений, – задумчиво тянет фразу Изуна.
     – Тогда попробуй чего-нибудь простое и быстрое.
     – "Аматерасу" – и лежанка на которой Мадара провел 36 часов исчезает в черном пламени.
     – Ха, я не чувствую боли, а ну ка "Сусаноо"! – Его тело окружили темно синее ребра.
     – Ну как?
     – Ха, отлично, все получилось, получилось во имя Ками и Рикудо!
     – Тогда у меня для вас плохие новости. – Пока я рассказывал мы вышли на поверхность и когда я закончил, то даже Изуна желал убить хоть кого-то, а уж Мадара не отправился вершить правосудие, только потому, что я не сказал, кто продал старейшинам их снаряжение. Уговаривал я их минут пятнадцать и если бы не операция которую я провел, даже тогда не удалось бы их отговорить от убийства.
     – Хорошо мы не будем убивать этих гадюк, но неужели ты хочешь, чтобы мы просто забыли о подобном? – У Мадары на лице холодная ярость, но я смотрел в его глаза, они вновь изменились, теперь к его старому мангекё словно добавились глаза брата, посмотрев в глаза Изуны, замечаю в них тот же рисунок, как во имя биджу!? Как так могло получиться!? С трудом заставляю себя вернуться в реальность и ответить.
     – Разумеется нет, план уже есть, в случае его исполнения эти хитрожопые мудрецы все равно сдохнут, но, – и тут я жестко улыбаюсь, – удовольствия они получат несравнимо больше. А главное не придется самим им головы отрывать.
     – Что за план? – Трачу минут пятнадцать на рассказ.
     – И это сработает? Ты так в этом уверен? – Я вновь улыбаюсь, да сработает, да уверен.
     – Если не сработает, то вы всегда можете вернуться к своей мести...
     – Надеешься, что мы остынем? – Хмуро спрашивает Изуна.
     – И на это тоже, а еще на то, – тут я тяжело вздыхаю, – что удастся склонить на нашу сторону Хашираму, я категорически против раскола в деревне, поэтому и не хочу рубить с плеча. – И по тому, что от узумаки деревне серьезная польза, выдавив их мы потеряем очень многое, а также потому, что мне мало только пнуть узумаки, я хочу выжать максимум из данной ситуации.
     – Хорошо, мы подождем, но если твой план не сработает, – тут оба очень жестко смотрят мне в глаза, – мы все сделаем сами, по своему. – Взгляд двух пар нечеловеческих глаз – это сильно, но я выдержал и взгляда не опустил.
     – Тогда следующий вопрос, у тех старейшин, что я убил, дети были? – А вот после моего вопроса Изуна отвернулся, уткнувшись взглядом в один из полуразрушенных небоскребов, ему явно не понравилось куда я клоню.
     – У двоих. – Мадара отворачиваться не стал, но свои глаза дезактивировал. – У одного мальчик и девочка, у второго сын. Все уже стали шиноби клана. Я понимаю, что ты задумал, но нет. – Тут он нахмурился, – Николай я все сделаю сам, тут твое вмешательство излишне.
     – Я тоже все понимаю, но один раз ты уже убил своего соклановца и посмотри к чему это привело, – тут я хмурюсь, скрещивая руки на груди, – клан стал раскалываться на твоих сторонников и противников, если старейшины просто хотели вести клан единственно правильной дорогой, с собой в первых рядах, то вот те три мстителя хотели только твоей смерти, плюнув на любые последствия. А теперь подумай как поведут себя дети старейшин, когда узнают о смерти своих родителей? – Мадара тоже хмурится, он прекрасно понимает как поведут себя детишки.
     – Они напали на меня, я в праве ответить.
     – Не они, а их родители, и не на тебя, тебя ведь нет здесь, помнишь? – Я грустно улыбаюсь, а Мадара кривится, все понятно без лишних слов, увы, но не мог глава клана скрываться от своего клана. – Ты сейчас официально совсем в другом месте. Поэтому никто не поймет если ты казнишь этих троих. – Вот тут я заметил, как Изуна повернулся ко мне и в его глазах было облегчение, его другом я не был и он был рад, если я возьму эту кровь на себя.
     – Послушай, почему тебе это так важно? Почему ты так стремишься собрать все дерьмо? Ведь после такого ты уже не сможешь быть другом клана.
     – Ну сначала это была необходимость, – порожденная моей недогадливостью, – а теперь, что может повредить роже после кислоты и пожара? Большинство в твоем клане уже и так кривиться при виде меня, поэтому хуже я не сделаю. – Потому что уже слишком далеко все зашло. И тут я искренне улыбаюсь, а раз так, то можно не стесняться и не заморачиваться, восток дело тонкое, поэтому будем работать по русски, без лишних намеков, сразу дубиной между ушей.

Примечание к части

     Критикуйте
>

Глава 16 Последнее слово

     Николай Чудов, Коноха.
     По приходу в деревню я первым делом отправился на рынок и закупился провизией. А после того как сварганил новое в этих местах блюдо разостлал приглашения на дегустацию Хашираме с женой и братом, а также братьям учихам...
     И вот они зашли, и мы уже успели раскланяться и перейти на ты...
     – Что? Это?? Такое??? – Абсолютно все пришедшие изрядно удивились, как можно было приготовить такое? И зачем?
     – Это плов! – Потому что японская кухня меня достала, а для своего любимого блюда я не успел собрать нужных ингредиентов. Ну и еще потому что мне захотелось лишний раз уколоть Мито с её правилами и этикетом.
     – А почему тут только казан с этим... пловом, где все остальное? – Мито в легком недоумении оглядывала стол, где отсутствовали даже палочки для еды.
     – А в этом главная особенность этого блюда, больше ничего и не нужно.
     – То есть мы должны есть руками? – Недоумение у нее начинало переходить в легкое раздражение, а вот Мадара с Хаширамой начали излучать немалый энтузиазм, соскучились по нашим посиделкам?
     – Да, представь, что ты в походе. К тому же есть плов руками не только приятно, но и полезно для пищеварения. Тактильные ощущения передаются прямо от кончиков пальцев в спинной мозг, после этого начинает обильно выделяться желудочный сок. Поэтому плов попадает в уже благоприятную почву для быстрого и максимально полного усвоения. – После этой фразы все как-то странно на меня посмотрели... но все-таки стали рассаживаться за стол.
     – Серьезно? Ну попробуем. – Ели вспоминая старые дни, курьезные случаи, а несколько клонов прислуживающих нам подавали к плову сдобные лепешки и зеленый чай. После поедания плова клоны принесли каждому по очереди тазик и полили им на руки воду из кувшина, после чего передали полотенце, чтобы вытерли руки. Тут я смог немного реабилитироваться в глазах ревнителей традиций и этикета, объяснив, что это тоже необходимая часть трапезы и было предусмотрено мной заранее.
     – Ну как плов?
     – Странно, очень странно, я не могу назвать его хорошим блюдом, но и плохим назвать не получается, – ну тут ничего удивительного, это просто другая кухня, к тому же мастером в кулинарном искусстве я не являюсь, – ты не пробовал поговорить о своих странных рецептах с Акимичи? – Ох Хаширама, простой ты парень, да они просто слушать меня не станут, в этой деревне очень мало тех, кто при встрече со мной хотя бы поздоровается.
     – Им мои рецепты не нужны, как ты сам заметил ничего выдающегося у меня нет, а значит нет смысла в переговорах, – что увы правда, чем-то выдающимся мой плов не выделяется, а поскольку Акимичи подминают под себя все кафе, рестораны, и прочие подобные им заведения, я им сейчас нужен как собаке пятая нога. – Хотяяя, есть еще один рецептик, к нему равнодушным остаться невозможно. Так что через три дня приглашаю вас на дегустацию еще одного блюда. Только Мито-сама прошу задержитесь на три минуты, это по поводу Усаги. – Хаширама удивился, но все-таки вышел вместе со всеми, я же сев напротив красноволосой приступил к тому ради чего и затевал эту встречу.
     – Вот как, я внимательно слушаю тебя Николай. – На лице уже маска как у куклы, словно тумблер переключили, а ведь еще пять минут назад смеялась и шутила, как они вообще с Хаширамой уживаются? Тот свои эмоции никогда не скрывает. Я тоже постарался сделать свое лицо максимально невозмутимым.
     – Я хочу женится на Усаги, поэтому прошу клан Узумаки не мешать нашему счастью.
     – Понимаю, это все? – На лице не дрогнул ни один мускул, оно так и осталось маской, но вот взгляд стал откровенно презрительным, того что я стану по детски просить она явно не ожидала. Я же все также невозмутимо продолжил.
     – Нет, несколько мастеров узумаки продали снаряжение старейшинам учих, что напали на меня, пытаясь убить. Я хочу чтобы их больше не было в Конохе. – После этой фразы я изо всех сил пытался держать лицо, чтобы на него не вылезла злорадная улыбка. Мне просить у твоего клана попросту глупо, я уж лучше буду ставить ультиматумы.
     – ООО, ты решил что можешь что-то требовать от моего клана, черноногий? – Угадала, презрение появилось и на лице, и в голосе, на меня стали смотреть как на таракана, что вдруг решил заговорить с хозяином дома, на предмет выселения последнего.
     – А ты думаешь что я позволю убить себя и даже не придумаю как ответить? Хотите драки за мной не заржавеет! – Теперь позволяю улыбке появиться на лице.
     – В таком случае всего тебе доброго, посмотрим много ли ты можешь. – Сказала как сплюнула, ну чтож удачи, она тебе еще понадобится.
     – До встречи через три дня. – И даже не стала узнавать подробности о том как и почему на меня напали, мдаа, сильно я ее разозлил.
     На следующий день я имел долгую беседу с главой клана Нара, говоря о будущем и настоящем, как выяснилось кланы тоже хотели кое-что поменять в Конохе и уже обговорили ряд изменений, так что я со своими предложениями пришёлся очень кстати, прекрасно понимая что меня вновь намерены сделать громоотводом, я изобразив инициативного дурачка, на следующий день отправился на совет кланов. Где выслушав выступление Хокаге, в свою очередь попросил слово, свое последнее слово, выразил свое почтение и уважение собравшимся, после чего набрав воздуха в грудь выдал:
     – Свобода! Равенство! Братство! – произнес я свои первые слова с ходу приведя слушателей в состояние тихого ошаления и зарождающегося бешенства. – Вот фундамент, на котором нам нужно строить нашу деревню. Нашу! Одну на всех! Одну для всех!
     После чего помолчал, выдерживая маленькую паузу, отслеживая реакцию. Едва сдержался от усмешки, ибо с на меня смотрели ТАКИЕ лица… А уж реакция Мито гнев и предвкушение, наконец-то все поймут кто я такой и меня выкинут вон из деревни! Рано, ох рано, ты дурочка радуешься...
     – Свобода есть право каждого делать все, что он пожелает, кроме прямо запрещенного или вредящего окружающим, и прежде всего делам деревни. Равенство есть принцип, при котором должности и посты должно занимать лишь сообразно способностям и навыкам. Братство же состоит в стремлении жить в согласии с окружающими и сообща строить величие нашей деревни!
     После чего вновь сделал паузу.
     Тишина была такой, что слышно было копошение жуков абураме. Эти нечем не сдерживаемые эмоции, на обычно невозмутимых рожах, говорили сами за себя. Собравшиеся медленно переваривали услышанное и готовились максимально полно объяснить мне где я не прав. В этот раз я не удержался и едва заметно улыбнулся Мито. Я ведь только что озвучил идею, зародившуюся в недрах Великой французской революции и проявивший себя ярче всего в период империи Наполеона. Только что прозвучало то, что только-только стало произрастать в умах людей, еще не оформившись в нечто явное и ясное. Просто на уровне смутных ощущений и переживаний, вроде: раз мы стали набирать бесклановых, так может им и должности давать придется? Я же сделал прыжок вперед и опередил время на 30 – 40 лет, а может и больше!
     – Перед нами сложная задача! И великая цель! – продолжил я, не давая перебить себя.
     – Для ее достижения предлагаю вам новые принципы устройства Деревни Сокрытой в Листве.
     Прошел шелест – люди решили дослушать, а я начал вещать, голосом свихнувшегося пророка.
     – Первое! Управляя надо считаться с широким общественным мнением. Наша деревня – общее дело. – Тут меня смогли разгадать только Увабами Нара и Мадара, но оба показали это только глазами, мы ведь уже считаемся с Советом кланов они и так весьма влиятельны, я же к нему в противовес намеревался добавить "общество", то есть будущий "Совет джонинов" интересы которых куда ближе деревне, чем интересы кланов и с которыми будущим Хокаге будет куда легче договориться. Ведь в этом совете, по моему мнению, будут лишь бесклановые, за клановых джонинов будет говорить клан.
     – Второе! Не делать различий между высоким и низким происхождением. Мы все шиноби и все служим Конохе и все должны присягнуть ей на верность. – Вот тут Мито побледнела от бешенства, Коноха ведь строилась на добровольном присоединении кланов, а те следовали принципу "вассал моего вассала, не мой вассал". Хокаге мог приказывать только тем шиноби, которые клан предоставит деревне. Этим постулатом кланы были очень недовольны, но переглядываясь друг с другом, смирялись, так как понимали, что чужих шиноби в деревне быть не должно, и если уж выбрали присоединение и главу над собой, то придется служить, к тому же какие-то порученцы у кланов все равно останутся, а вот клан узумаки работал в первую очередь в интересах своей деревни Скрытой в Водовороте, прими они присягу Листу, как быть? Двум господам служить не просто, а предложить рядовым узумаки Лист мог очень многое...
     – Третье! Судить только по делам, стремлениям, разумению и поступкам. Ибо только так правильно. – Тут меня поддержали взглядами почти все, привилегии Великих кланов хотели отменить очень многие, а что до суда с бесклановыми, так ведь судьи-то кто? До присяжных с адвокатами тут еще не дошли, да и кровное родство никто не отменял... И если привилегии учих и сенжу Мадара, с Тобирамой закрепили законодательно, то вот у остальных подобного не было.
     – Четвертое! Отказываться от всего, что мешает нам идти вперед и развиваться. Коноха важнее любых мелких и ничтожных желаний, страхов и слабостей.
     – Пятое! Учиться у тех, кто смог превзойти нас в чем-либо. Потому что сегодня нас превзойдут в одном, завтра в другом, о послезавтра оставят позади, мы первые и мы лучшие, и так будет всегда!! Поэтому Коноха возьмет себе 30% от суммы каждого заказа выполненного шиноби. – Вот тут мне уже явно выразили недовольство, ведь до этого момента все шиноби деревни жили по тем правилам, что сложились во время клановых войн, плата за заказ распределялась между выполнившими, те делились с кланом (или кланами), а клан с деревней. Но все понимали, что деревне нужны деньги, а Академию или Госпиталь сенжу в одиночку обеспечивать не станут и потому медленно успокаивались, кроме одной принцессы узумаки, взглядом обещавшей мне скорую и мучительную смерть, ведь я лишил ее клан ТАКИХ сумм!! До этого момента они ведь не делились с Конохой и не сильно-то собирались делиться...
     Ничего нового в этих идеях не было, для меня… Все просто и банально. В переводе на местный язык и местные реалии, разумеется. И все мои предложения примут, не могут не принять, да будут спорить, да выскажутся о том какой дурак, но предложения все равно примут, пусть и с правками-поправками, но интересы деревни тоже приходится учитывать, даже им.
     Я сидел в небольшом кафе рядом со зданием Совета Кланов, а напротив меня сидела Мито, и от моего убийства ее удерживало только наличие рядом толпы народу.
     – Чего ты добиваешься Николай? – Она чуть ли не цедила слова сквозь стиснутые зубы, а уж глаза у нее просто сверкали, – ты же должен понимать, что не сможешь победить и уж точно не сможешь добиться того, что требовал от меня, – тут она зло улыбнулась.
     – Победить возможно и нет, а вот нанести неприемлемый ущерб легко, – отвечаю на ее улыбку своей, – к тому же видите ли, я не все вам сказал, убить пытались не только меня одного, но еще и Мадару с его братом. Я попросил их дать мне возможность разобраться самому, но если я проиграю и у меня ничего не получится ваш клан ждет примерно следующие, – и я ей быстренько пересказываю свои умозаключения. И уже по ходу рассказа вижу, что мои слова для нее, как удар дубиной по голове, причем неоднократный. Учихи это великий клан и каким будет итог вражды с ними предсказать невозможно, равно как и то, чью сторону в конфликте примет Хаширама и даже если я прямо сейчас исчезну станет только хуже. Неожиданно мелькнула мысль, что она же беременна и надо бы с ней полегче, впрочем эта мысль ушла еще быстрее чем пришла, раз охота диктовать и влиять, то пусть терпит.
     – А если ты не прав, если несколько мастеров узумаки просто выполнили заказ нескольких старейшин учих? – Она со злостью посмотрела на меня, ну да, могло быть и так, только...
     – Да мне честно говоря плевать, – с показной веселостью смотрю на нее, – кланы всегда будут интриговать, бороться за хлебные места и влияние, мешать этому, это все равно, что пытаться волка сделать вегетарианцем, – после чего резко меняю тон на серьезный. – Но без снаряжения от ваших мастеров никто из старейшин не стал бы выходить на бой против братьев учих, прямо или косвенно, они виноваты в том, что произошло, как и в том, что могло произойти, то есть попросту говоря нарушили неписаные правила поведения между кланами, – и именно поэтому я и начал этот конфликт, одно дело когда кто-то пытается взобраться по карьерной лестнице и совсем другое когда чьи-то действия угрожают существованию всему Листу. – И мне трижды плевать хотели они подобного или нет, пусть проворачивают свои сделки у себя дома, а не у меня. – Да изгнание очень тяжелое и позорное наказание, даже если как сейчас изгоняют домой, и я не мог требовать такого основываясь только на домыслах и предположениях. Не мог требовать официально, также как не могли этого требовать учихи, вот только кого и когда это могло остановить? Учихи наверняка бы не остались в рамках правил, Мадара потребовал бы крови узумаки, Мито бы его послала, Тобирама бы ее поддержал и покатилось бы..., потому я неофициально потребовал у принцессы клана выкинуть из Листа часть ее клана, что по сути является хамством. А хамить великим кланам дело неблагодарное, еще одна шишка на мою голову.
     – У тебя дома? Деревня это не твой дом, это – вот тут я не выдержал, перебив ее.
     – Это и мой дом тоже. И я готов вступить в драку с любым ради его процветания. – Чтоб меня, не выдержал, хорошо хоть голос удержал и не заорал как сопляк-дошколенок. А ведь заранее готовился к этому разговору, это ведь самая главная часть задуманной мной комбинации, пойми Мито, какую цель я преследую, разгадай она меня и она с легкостью может поставить меня на колени, да еще и заставит ей обувь вылизать. Ведь фактически больше мне на нее давить нечем, и начни она противостояние с учихами – мне придется помогать тем, на чьей стороне окажется большинство деревни, и это будут не красноглазые. Для очень многих они непонятны, а значит чужие, к тому же слишком уж недавно закончилась война, слишком быстро объединились кланы, проскочи сейчас хоть одна искра, и все в момент вспыхнет.
     – А твое первое требование, разумеется поможет процветанию деревни, – язвит Мито.
     – Мое первое требование лишь дополнение ко второму, деревня для меня на первом месте, но и себя я забывать не собираюсь. В конце концов я не механизм, у меня тоже есть желания и чувства, – этот вопрос я ожидал и никакого отклика он у меня не вызвал.
     – И как же ты намерен жить дальше? – По прежнему язвит, видимо нужно время чтобы обдумать ранее мной сказанное и понять, что делать со мной и сложившейся ситуацией.
     – А это зависит от вас, Мито-сама, кем вы видите меня и как намерены относится ко мне. Она чуть было воздухом не подавилась, дело даже не в обращении, а в том, что я предлагаю ей союз и фактически быть одним из тех кто решит мою судьбу. О Скобелеве и его теории она явно не слышала.
     – А кем видишь себя ты в своем, – она выделила голосом, – доме? – Ха, два-один алая швабра, пусть лицо у тебя что маска, а голос совершенно не изменился, твой взгляд тебя выдает, я вновь сумел тебя ошарашить.
     – Собака.
     – Эмм, собака?
     – Да, – улыбаюсь с легкой грустью, – сторожу покой дома, кусаю тех кто готов поджечь его, а в остальное время сплю или гавкаю если вдруг кто-то опьянев делает то, что в нормальном доме делать не положено, – последнее как раз про твой клан, то-то ты так зло прищурилась – еще могу вилять хвостиком, или будучи собакой умной: вынести мусор из дома и обратить внимание хозяев на что-нибудь лежащие не так как положено.
     – Скажи а ты не мог прежде чем кусать и лаять попробовать поговорить по человечески.
     В голосе лишь легкий оттенок яда, значит полностью пришла в себя, теперь наступает самая сложная часть этого разговора.
     – А вы и вправду думаете что на совете кланов я озвучил только свои мысли? – И чуть ускорил свою речь, не давая ей перебить меня, – мысль о присяге мне озвучил один из нара, работающий в моем отделе, о суждении по делам молодой инузука, причем заметьте предложения это просто мысли вслух, их можно принимать, а можно и не принимать, – а поскольку их принимают, то я тут вроде как ни причем, и это не я на тебя давлю, а деревня напоминает о правилах поведения и том, что раз уж у вас своя деревня, то извольте вести себя как союзники. И судя по ее лицу она это поняла и сильно задумалась, при этом на ее лице какое-то странное выражение, словно она тайком под столом поднимает сорокакилограммовую гирю. Их знаменитое сканирование? Решила прощупать эмоции, чтобы прикинуть насколько я искренен и правда ли, что против нее не я один?
     – А что с мусором и вниманием? – И поэтому вновь решила потянуть время.
     – Все знают, что создание Госпиталя заслуга Мито Узумаки, хотя мы оба помним что и идея принадлежала не ей, и кроме нее там пахала еще куча народу, все знают, что именно я выдвинул идею убрать из совета кланов представителя клана узумаки, вот только никто не знает, что эту идею меня попросили озвучить, просто никто не стал заострять внимание на мелких деталях, они никому не интересны. – Тут Мито просто впилась в меня глазами. но... Полуправда, самый худший вид лжи и никакая эмпатия тут не поможет, особенно если еще и используешь защиту, в чем я только что убедился, относительно узумаки никто никогда ни о чем не просил, но Мито, прощупывая меня, этого не поймет, ведь я точно знаю, что часть моего утверждения правда. Первая цель достигнута. Эмпатия узумаки основана на чакре, также как и любое сканирование, и ее вполне можно обмануть, от нее вполне можно закрыться, также как и от любого другого сканирования. А заодно принцесса уже не желает меня убить, только указать мне мое место, чтобы понимал, что нельзя безнаказанно хамить. Что впрочем не сильно лучше убийства.
     – А что касается мусора... Я приведу два примера, первый это случай с ликвидацией Като Шимару и банды, что он создал – то есть убийство своих, что не оправдали надежд. – Я хмурюсь, мне это задание удовольствия не доставило, нет ничего хорошего в убийстве своих. – Второй пример... одна из главных слабостей вашего клана, также как и многих других шиноби, это иллюзии, если опять же брать для примера ваш клан, то вы развивали искусство печатей, добавив к нему тай и нин, вы научились эффективно использовать мед.техники или же использовать печати их заменяющие, но с мозгом вы не работали и для вас это темный лес. Иллюзии один из немногих способов легко и быстро одолеть вас, – в ответ на эту реплику она смотрит на меня с легким неудовольствием, мол незачем напоминать, да еще и так прямо. – Один из моих подчиненных, яманака, разрабатывает защиту для разума, в бою со старейшинами учих она прошла полевые испытания и даже шаринган смог пробить ее далеко не сразу, и это притом, что защита еще далека от завершения. Мой подчиненный готов совершенствовать ее и дальше, но для этого, как и для многого другого ему нужны подопытные и не только ему. – Все было высказано почти прямым текстом, и судя по ее вспыхнувшем глазам она примет мое предложение, не сможет отказаться от возможности усилить свой клан, а значит ей придется отложить мое наказание до тех пор пока я не дам ей новый повод, ведь если ты делаешь с кем-то одно дело, то если будешь гнобить этого кого-то – прослывешь или неблагодарной свиньей или предателем. Вторая цель достигнута.
     – Но ты ведь должен понимать, что при таком подходе долго не на своем месте не усидишь.
     Пробный шар, да? Предсказуемо, слишком предсказуемо, разумеется если я потеряю кресло, то стану рядовым и меня можно направить куда угодно и сделать там со мной все что угодно. И разумеется решать куда меня направить будут кланы.
     – А я и не собираюсь, я просто не готов к такой должности. Мне еще очень многому нужно научиться. – И это я тоже предусмотрел, так что не надейся, ничего у тебя не выйдет, ни у тебя, ни у кланов.
     – И как же ты видишь свою дальнейшую жизнь?
     – Какое-то время буду одной из гончих в большой своре, а потом зависит от того, что Хаширама сделает после дегустации на которую я вас пригласил. – И то что он сделает или не сделает важнее всего, каков поп таков и приход, каков Хокаге, такова и деревня.
     – Хммм, в таком случае будучи хорошей собакой не выполнишь ли ты мою просьбу? – Все я победил, она решила уступить и не доводить до противостояния с учихами, попутно взяв все что я могу предложить. Впрочем я понимал, ни о каком прощении речь не идет, меня просто не смогли раздавить здесь и сейчас, но немедленно сделают это, едва только представится случай.
     – Сделать так, чтобы Хьюги перестали пытаться скинуть вас с поста главы госпиталя, – вновь легко улыбаюсь.
     – Отку... понятно, умная собака в курсе того, что творится у нее дома, но тогда почему бы ей не сделать все самой и заранее?
     – Как раз потому что я умная собака, я мог бы сделать это задолго до нашего разговора, но это означало влезть в клановые разборки, на одной, конкретной стороне. Кроме того у вас наверняка есть свой план чтобы удержаться на посту. – А еще потому что нужна была эта просьба, сейчас я ничего не получу, для того чтобы показать, что я хорошая собака придется работать даром, но вслед за ней будут и другие просьбы, и не только от узумаки, за которые я уже потребую плату.
     – А теперь?
     – А теперь никто не свяжет меня с узумаки, я ваш враг номер один, и найдется немало тех, кто будет убеждать вас в этом, – да по ее блеснувшим глазам понятно, что убеждать не придется, она мне обязательно припомнит и изгнание ее соклановцев, и мои требования...
     – Тогда почему ты решил помочь? Ведь я не дам тебе сладкой косточки, враги подобного не делают. – Ну да официально мы враги и будем такими еще очень долго, да и неофициально тоже совсем не друзья.
     – Потому что я никогда не считал вас и ваш клан врагами, только нескольких членов вашего клана и только после сделанного ими, но такие личности есть в каждом клане. Вас же я считаю союзниками и поэтому готов помочь. – А еще потому что мне и деревне нужно от вашего клана очень многое, а от врагов ничего получить не удастся.
     Через час я сидел в своем кабинете, перебирая и оформляя некоторые бумажки, когда ко мне зашел Рисей, демонстративно осматриваясь:
     – Мдааа, как-то у тебя тут небогато, не устроено, дикие края, – улыбаясь, заявил он мне, едва переступив порог кабинета. С одной стороны мне было очень обидно, я ведь работал, а не отбывал часы, с другой стороны я понимал, что о том какими должны быть контразведка или полиция имею очень смутные представления, равно как и о систематизировании информации, и о... поэтому парировал.
     – Вот и берись за дело, чтоб к моему возвращению все работало как часы и сапоги у всех блестели.
     – Угу, а ты как истинный руководитель будешь в это время работать в поле, разбираясь со всякими владыками преступного мира какого-нибудь Зажопска – тут он фыркнул, ну да руководитель должен именно руководить и сделать так, чтобы "все работало как часы", если он работает вместо своих подчиненных, то он дерьмовый руководитель, с Като Шимару разобрались бы без меня, справедливый упрек.
     – Не руководить это слишком напряженно, я буду пальцеводить, и вообще я тут хозяин, или как? Где твое почтение и преклонение, где преданность во взгляде? – Включив дурака, я картинно нахмурился и затопал ногами.
     – Слушай хватит уже, – из его глаз ушла веселость, они похолодели, – ты ведь раньше никогда от работы не бегал, так почему сейчас не занимаешься делами отдела! Ты ведь его начальник все-таки!! – Да начальник, только есть тут одна проблемка...
     – Во первых есть клоны и бесчакровые, с мелочью и бумажками они справятся. А во вторых посмотри на меня, что ты видишь? – Вот тут я тяжело вздохнул, признавать свои ошибки перед кем-то и говорить какую глупость совершил, оказалось очень неприятно.
     – Ээээ, в смысле? Ну ты сильный шиноби, мой товарищ и начальник, – а дальше легкое недоумение во взгляде, ведь больше ему обо мне сказать нечего, а перечисленного маловато для должности которую я занимаю.
     – И это все. Я просто сильный шиноби, твой товарищ и начальник. – И да мать его, увы это все, к сожалению я не великий организатор и не гениальный управляющий, я просто парень из другого мира, знающий историю, с дипломом института по специальности радиотехника. – Я слишком мало умею и знаю, я понятия не имею о финансах и работе с ними, я руководил отрядом в пятьдесят человек и это был мой потолок, а отдел работающий по всей территории страны Огня это чуточку больше, – проще говоря я не на своем месте, я прыгнул выше головы и меня утвердили в должности только благодаря моей дружбе, что даже по меркам обычных людей совсем не хорошо. – Да можно научится руководить, но выучиться быстро я не смогу, а дело нужно делать уже сейчас. И это главное, я еще не дошел до уровня "Я начальник, ты дурак". Кто-то должен взять на себя работу с деньгами и ряд организационных вопросов. Собственно те несколько учих и сенжу, что есть в отделе уже взяли на себя подготовку личного состава, чтобы соответствовал стандартам великих кланов, я подсказал пару простейших техник и пару идей, но в сам процесс не вмешиваюсь, им руководят они. – Проще говоря мне нужен приемник, который и станет нормальным главой отдела, но это я говорить уже не стал. Шимару и сам догадается зачем я его вызвал.
     – Я один тоже не смогу сделать этого, положим в финансах я разбираюсь не лучше тебя, – судя по глазам и тону он слегка озабочен и решил, что я намерен поручить ему должность зама. Ну а он тоже не великий лидер и не все умеет, а команды подчиненных у него еще нет.
     – Поэтому вот твое задание: набирай по тихому людей из кланов, там есть не мало тех кто обижен на руководство и готов пойти в наш отдел, работать на деревню, делая в ней карьеру, – о чем узнать было совсем нетрудно, информация от осведомителей в деревне и тех нескольких шиноби из кланов, что малость замарались в неприглядных делах поступала исправно и несколько амбициозных личностей на примете уже было. – Насчет финансов и работы с ними, у нас в отделе есть несколько нара, а они прирожденные стратеги, также я поговорил с главой их клана, чтобы к нам перевели еще нескольких, можно еще привлечь нескольких сарутоби и бесчакровых, для работы с деньгами чакра не требуется.
     – Послушай ты ведь понимаешь, что в таком случае главой будешь только номинально, а на самом деле отделом будут управлять другие люди? – Вот теперь и его тон изменился в нем тоже появилось легкое недоумение, вроде не настолько я туп, чтобы не понимать прописных истин. А зачем в одном отделе два главы? В ответ на его реплику я ухмыльнулся:
     – Сегодня я опять сделал несколько предложений совету кланов, причем предложения были такими, что они уже не смогли сдержать чувств. Они понимают, что эти предложения вполне логичны и направленны на благо деревни, но это еще не значит, что им нравится подобное. От резких движений в мой адрес меня прикрывает только дружба с учихами и сенжу, а также одобрение Тобирамы и прагматиков кланов.
     – Хочешь сказать, что любому другому придется куда сложнее на этом посту?
     – Конечно придется. Когда ты в клане у тебя есть не только привилегии, но и определенные обязанности. И ты не можешь просто плюнуть на все и всех. А какой клан например захочет урезать свои доходы? – И кратко пересказываю ему сегодняшнее заседание совета. И в течении этого пересказа мой товарищ тихо шалел, под конец не выдержав:
     – Ты просто псих!!! До такого я даже додуматься бы не смог! Нет ну это надо же, предложить подобное этой шайке!! – Ну хоть кому-то сделал приятное и вызвал восхищение. Впрочем успокоился Рисей быстро. – Да уж, такие предложения ни один клановый не озвучит. Но ты ведь понимаешь, что среди тех кого я буду набирать, могут найтись и те, кому просто захочется стать властью.
     – Положим идиотов, жадных до власти, ты набирать не будешь, зачем тебе лишние проблемы? – И легкая усмешка, зачем ему или мне идиоты? Толку чуть, а проблем выше крыши. – Да и не получится меня подсидеть у идиотов, ты же сам этого и не позволишь, тем кто просто плывет по течению власть и даром не нужна. А умных ты много не наберешь, они и в кланах устроятся не плохо, здесь же, те немногие умные, что придут в отдел, быстро поймут на какое место собираются взобраться, этот отдел ведь создан с определенными целями, мало кто захочет взять на себя грязь и кровь, – потому что в нашей большой деревне не получится утаить то, что у отдела новый глава и шишки посыпятся уже на них, а кому это надо?
     – Но я могу воспользоваться идиотами, или еще пара тройка людей, ведь есть те, кто не испугается грязи и крови, – и коварно улыбнулся, в стиле супер злодея, на что я грустно усмехнулся. Теперь он понял кем я хочу его видеть, но стань он сейчас начальником – просидит не больше меня, а может и меньше.
     – Можешь, но не будешь, это не потребуется. Я сам уйду. – Потому что усидеть не дадут, а раз так зачем цепляться за то, чего все равно лишусь? – А ты должен будешь оказаться на моем месте, поэтому тех трех-четырех умных, что могут составить тебе конкуренцию сделаешь членами своей команды, сколько у тебя будет времени для подготовки я тебе скажу через десять дней – тут мой собеседник мастерски разыграл удивление.
     – Не понял, а это-то тебе зачем? Ну не можешь ты сейчас руководить отделом так как надо, но ведь ты же сам сказал, что научишься! Я тебя просто не понимаю. – А может и вправду не понимает? Ведь он не участвовал в политической жизни деревни, а общался или с членами моего бывшего отряда, или с несколькими соклановцами, да и общение это было на уровне привет-пока, пообщайся он подольше и поглубже... Тихо вздыхаю.
     – Ты упускаешь из вида фактор Тобирамы и кланов. Узумаки, например, категорически не устраивает предлагаемое мной объединение деревень, они не для того отделялись, поэтому они будут раз за разом усложнять мне жизнь и пытаться по тихому меня скинуть. А кланы никогда не будут мне доверять или подчиняться сколько-то долго, – я всегда буду безклановым выскочкой, и судя по глазам Рисея он и сам все понял, политика, и меня просто перекосило от злости, надо же мне было так ошибиться!! Да шиноби объединились, черт возьми, но вот менять традиции и привычки, а значит отказываться от безусловного доминирования никто не собирался. А я не хотел следовать ни в чьем кильватере, за что и получу очень скоро здоровеннейший пиздец. Не мог я быть командиром клановых шиноби, не мог я быть хоть сколько-то наравне с ними, по рождению я ниже их и так должно оставаться. – И как у любого жесткого прагматика у Тобирамы всегда есть запасной план, причем и на этот отдел тоже. К тому же я друг учих, а для него это проклятый клан, со всеми вытекающими.
     – В смысле проклятый? – На лице легкое удивление и скепсис, шиноби сами будучи магами местного разлива не верят в мистику с проклятиями и благословениями, есть чакра и техники выполняемые с ее помощью, а все остальное ересь, бред и мракобесие, ну разве что судьбу и удачу немного учитывают.
     – В ходе клановой войны сенжу смогли достать несколько трупов учих и исследовать их, глаз они разумеется не получили, но смогли выяснить что сила глаз зависит от силы чувств испытываемых учихами. Это связано с чакроканалами в голове учих. И если любовь, радость и им подобные чувства почти не влияют на учих, то вот отрицательные пробуждают силу их глаз, а на войне сам понимаешь какие чувства появляются чаще – Рисей смотрел на меня с легким недоверием, знаменитый геном великого клана, который оказался завязан именно на негативные чувства, в этом было что-то очень неправильное. – Причем заметь, что если скажем учиха потеряет любовь и приобретет ненависть и станет сильнее, он может во первых подняться выше по клановой лестнице и влиять на политику клана, а во вторых ненависть не всегда избирательна. Есть те, кто ненавидит не только того кто убил их друга, но и все окружение убившего. – Что не однократно можно было увидеть на страницах хроник сенжу и учих, учихи пробуждали силу своих глаз, только в бою, или же терпя потери и копя ненависть и боль, мангекё шаринган пробудил только Мадара с братом, но даже одно томое шарингана и у братьев, и у остальных никогда не появлялись, например, после усиленных тренировок, только через гнев, боль и ненависть.
     – Так и было с Мадарой? – С легким интересом спросил он.
     – Да, я сумел его остановить, только когда начал напирать на судьбу его единственного оставшегося в живых брата, но даже так, если бы не Хаширама с его иррациональным миролюбием, то не знаю, – устало вздыхаю, брат оказался Мадаре дороже клана и если бы Изуна погиб, то ни чего бы я не добился, но даже так тяжелее всего было Хашираме, убедить клан заключить мир с учихами, после того как победил их, это наверное только ему одному было под силу.
     – И поэтому этот клан проклят, из-за того что ненависть дает им силы? – Презрительно фыркает, – бред какой-то, – да еще бы, как будто среди сенжу нет психов и сволочей! Если убивают жену, сына и дочь, крыша поедет и у учихи, и у сенжу одинаково, и желания у них будут одинаковые. Или дело в том, что у сенжу прироста сил не будет? Так есть такая штука как хитрость и умение, трупов в итоге будет не меньше чем у охваченных ненавистью учих.
     – Но что там с Тобирамой? – Мягко возвращается он к теме нашего разговора.
     – То что его не устраивает друг учих на моем посту, сейчас пока на меня сыпятся шишки он меня поддерживает, но еще год и текущим проблемам будет найдены приемлемые решения, приказы будут мною подписаны, и я стану мягко говоря нахрен не нужен на этой должности. Причем Хаширама человек благородный, ему тоже не слишком нравится моя должность, если ему предложат толковую кандидатуру на мой пост он вполне может утвердить ее. А Тобирама будет от всей души рад избавить меня от этого бремени и посадить здесь своего человека, из тех кому учихи враги по гроб жизни.
     – А ты сам? – В голосе легкое любопытство, ему явно хочется самостоятельности и если я захочу остаться в отделе, то мне нужно будет становится вторым номером. Вот только мои желания сосредоточены не на отделе. Я и раньше не стремился сидеть там до смерти.
     – А я хочу дом, нормальный крепкий, добротный дом, с детьми, что будут расти на моих глазах, мне интересен мир и я хочу познавать его. Должность которую я занял это максимум того на что я мог рассчитывать, но это не предел моих мечтаний. Да и занял я ее лишь для того чтобы направить Хашираму на объединение других деревень, попутно собирая на себя всю грязь, что возникнет в ходе объединения и подсказывая решения вроде создания Академии для шиноби. – И вот тут у меня наметились серьезные проблемы. Слишком многие не хотят меня видеть в деревне, а сам я хочу видеть ее совсем другой.
     Любое совместное дело строится на доверии, пусть даже и минимальном, а кланы доверяют друг другу только в мелочах, а кварталы кланов – закрытые крепости, вдруг враги нападут? Враги, млин, в родной деревне, что должна стать домом для кланов. Вот уж точно сказано, что самый страшный враг человека – это его сосед. И теперь посторонним запрещен вход в кварталы кланов, а разве не обидно быть посторонним в своей деревне? И это еще далеко не все проблемы... А главное проблемы не торопятся решать, и если так пойдет и дальше, то мне придется строить свой дом в другом месте. Ведь ситуация начинает устаканиваться, а мои желания и мечты отдаляются все дальше, библиотеки кланов мной уже просмотрены-прочитаны (ну кроме закрытых разделов), расширяться-воевать-вести экспансию мы не собираемся и потому мне предложена роль туалетной бумаги, решить несколько текущих проблем, а потом отправиться в небытие и беспамятство.
     – Но это не получилось и теперь ты решил бросить все? Как-то это не похоже на тебя, раньше ты не отступал так легко. – Нет еще не собрался бросать, но если так пойдет и дальше, то придется уходить, когда возьму все, что может мне дать деревня. А раньше... раньше ситуация была намного проще, я не мог сдаться, это означало смерть, мой план это стечение обстоятельств и дикое везение, а только идиот будет постоянно уповать на удачу. Поэтому я и решил уйти со сцены и поработать в тени.
     – Знаешь я сказал нашему Хокаге раз, сказал два, даже пример конкретный привел в виде ситуации в деревне Реки, но он хочет только мира и добра. Никакие мои слова и аргументы на него не подействуют, ныть же "Ну давай войну замутим, ну пожааааалуйста!", это вообще кретинизм. Его надо или кувалдой по башке лупить, чтобы дошло, – хотя я уже понимаю, что и кувалда не поможет, – либо брать дело в свои руки и делать так, чтобы у него выхода не было, только воевать, и только до победы, а там уже ему кланы не дадут отступится и присоединят к себе остальные деревни. Поэтому единственный путь который я вижу, это самому развязать войну. – Тут мой будущий приемник чуть ли не воздухом подавился.
     – Начать войну? Ты представляешь хотя бы, что говоришь!? – Лицо его исказилось, а голос сорвался на крик, хорошо, что мы говорили в моем кабинете, где нас не слышали.
     – Я не вижу другого пути, война начнется обязательно, и ты это понимаешь, войну можно только оттянуть, но если сделать это, то потери будут огромные, об объединении можно будет забыть еще очень надолго. Столкновение тысячных армий шиноби – это будет похлеще любого стихийного бедствия, а если учесть еще и диверсантов, то плохо будет вообще всем. Если ты знаешь как этого избежать и объединить деревни, то я слушаю. – И скрещиваю руки на груди и откидываюсь на спинку стула, я не против того чтобы мне указали на ошибки, пусть все мои мысли о будущей войне будут чушью...
     – Но тебя объявят предателем и нукенином! – Увы, но в том, что война будет Рисей тоже уверен.
     – Все будет сделано скрытно, я не собираюсь жертвовать собой. Собственно это первая причина, по которой я уйду со своего поста. Мне нужна свобода и незаметность, а на посту главы отдела, который заметь будет разрастаться я этих качеств буду лишен. – Тут он малость успокоился, поняв, что я не отчаялся и решил пойти напролом, а просто добиваюсь своего уже другими методами.
     – А приказать кому-то? Зачем тебе рисковать самому?
     – С подобным не каждый справится, тебе например подобное будет не по силам, без обид, а те кто справится не факт что будут это делать. Даже наш разговор – уже заговор против деревни и я не хочу рисковать. Да и не собираюсь я разжигать войну завтра с утра, нам еще многое нужно сделать, лет десять еще пахать придется. – Увы, но слишком многие разделяют идеи мира которые распространяет наш Хокаге и тягаться с ним я в принципе не могу. Деревня которую я мыслил своим домом перестает быть таковым в моих глазах.
     – Хорошо, а еще есть причины твоего ухода с поста?
     – Недовольство мной! Что уж ты в самом деле!? Меня никто из кланов не любит, а кое-кто просто ненавидит, так зачем давать им возможность отправить меня в какую-нибудь дыру? Я ведь говорил, что я буду главой только пока нужен, когда необходимость пропадет они вполне могут отправить меня на границу с той же Рекой. – Поэтому и намерен уйти раньше чем меня уйдут, по заранее выбранному маршруту.
     – И я тебе нужен как продолжатель твоего дела так? – Я вновь тяжело вздохнул, увы но да, нужен, вот только я на твой счет не обольщаюсь, ты не будешь продолжателем, ты будешь ставить перед собой другие задачи, во многом отличающиеся от моих.
     – Но ты ведь понимаешь, что я стану человеком Тобирамы, учихи мне не друзья, а тягаться с одним из лидеров клана-основателей я не смогу и не захочу. – Серьезный тон, взгляд прямо в глаза, но я и правда все понимал: у учих будет на одного возможного защитника меньше, на одного соглядатая больше, а у Тобирамы появится еще один свой человек в руководстве деревни.
     – Это твой минус, но я не совсем идиот, чтобы искать идеального со всех сторон кандидата на свой пост, – я отвечал также серьезно и также глядя в глаза. – Ты будешь работать не на клан, а на деревню, также как и твоя команда, также как и те кого вы будете учить и это самое важное. Кланы не смогут мгновенно забыть свое прошлое, поэтому они будут меняться постепенно, шаг за шагом, и когда-нибудь придет день, когда большинство клановых будет ставить интересы деревни выше любых других. Вот только кто-то должен положить этому начало, ты мне нужен как пример, как тот кто разделяет мои стремления. Тебе не нужно жрать в три горла и перетрахать всех баб в округе, мечты рабов тебя не прельщают, радости надсмотрщиков в виде неограниченной власти тебе тоже не интересны. Ты знаешь кое-что послаще этого примитива. – Он ухмыльнулся.
     – Вот как, а я и не знал, какие же такие радости мне доступны?
     – Саморазвитие, ты ведь не просто так спрашивал про печати узумаки, уже сейчас ты можешь обучать тому что достиг в работе с разумом и не думать о завтрашнем дне, даже за минимальные твои наработки тебе будут платить золотом. Ты же хочешь стать лучшим пусть и в одной области, тебе нужна вершина которую ты покоришь. Но, что еще более в тебе ценное, – тут уже ухмыльнулся я, – это твоя жажда действия, ты хорошо понимаешь насколько страшен и поганен наш мир и хочешь его переделать в лучшую сторону. Тебе мало просто развиваться и становится сильнее, тебе нужно куда-то прикладывать свою силу.
     – И ты в этом так уверен? А если я просто притворяюсь?
     – Я видел твои глаза в тот день когда заключали мир между сенжу и учихами. Поэтому давай не будем отнекиваться, этот миг ты не променяешь ни на какой другой, потому что тогда наш отряд смотрел как меняется мир, в том числе и от наших действий. – Теперь мы улыбаемся оба, вспоминая как стояли и смотрели на рукопожатие Хаширамы и Мадары.
     – И это самое важное во мне? – Немного помолчав спросил он. Я в ответ кивнул.
     – Да, взгляни на Хашираму, наглядная иллюстрация того, что мало быть просто сильным, надо еще и к чему-то стремится, он же после постройки Конохи решил законсервироваться во времени и заметь никакой внятной идеи куда дальше идти нет, всё, мы построили рай на земле, надо только мебели добавить и будем здесь жить.
     Какое-то время мы молчали, я перебрал несколько бумажек, даже не смотря на их содержание, Рисей молча стоял смотря себе под ноги, но вот прошла пара минут и он поднимает на меня взгляд:
     – Ладно подытожим, я должен начать набирать людей из кланов и собирать свою команду, чтобы когда ты уйдешь возглавить отдел. Ты же будешь подписывать приказы и выдвигать разные предложения, причем очень недолго, а потом главой становлюсь я, а ты моим подчиненным?
     – Знаешь мне стыдно это говорить, но да. – Горько на языке и в душе, у меня больше не будет перерождений и шансов, а я по собственной глупости едва не разменял свою жизнь на пару строк в летописи. – Я планировал многое, планировал уберечь руководство от ошибок которые они могут совершить, а в итоге сам совершил ничуть не меньше, я планировал занять свою должность и помочь тем кто будет объединять деревни взяв на себя кровь невинных и грязь, чтобы потом в новом мире, которого мы достигнем, начать новую жизнь, планировал 10-12 лет тянуть эту лямку и потом уйти с этого поста, в Единой Империи Людей, но увы оказалось, что большинству новый мир не нужен, а я сам не соответствую своей должности и мне еще многому нужно учиться. А кроме того нужно еще и о будущем думать. Именно тебе придется налаживать работу всего отдела, потому что я этого не смогу, не готов. – И именно ты и определишь каким будет будущие этого отдела.
     – Все в интересах деревни, да? – А сам смотрит как-то поощряюще, мол я все понимаю, но лучше это скажешь ты и в слух, а не про себя, чтож не будем подводить человека.
     – А как иначе? Пиры устраивать каждый день, так печень не выдержит. Властвовать над всеми? Так у тех же учих есть очень качественные иллюзии, в которых можно играться жизнями скольких угодно людей. Преодолеть, изменить себя, сделав лучше это куда больший кайф и несущий заметь куда больше пользы. А сколько было тех кто дошел до вершины, став лучшим кузнецом, мечником, да хоть лучшим булочником на отдельно взятой улице? И люди желающие быть лучшими не переводятся. При этом всем окружающим от них польза, ну там вкуснейшие булки, крепчайшие мечи и так далее. – Голос у меня зазвучал силой какая наверное была только у Хаширамы, ведь я в это верил, действительно считал, что человек рожден для дела, и что закончив одно дело, надо начинать следующие, больше предыдущего. И все беды именно от безделья, не получается у человека ничего не делать, нужно к чему-то стремится и куда-то прикладывать силы.
     – А от перестройки мира будет еще лучше? – Улыбается он, ну да чего уж мелочиться, если менять так весь мир, замахиваться на меньшее не интересно.
     – Это максимальное действие, самое большое что может сделать человек, Хаширама хотел изменить мир так, чтобы в нем перестали умирать дети и в конце концов создал нашу деревню. Он изменил мир и получает от этого огромное удовольствие, попутно принеся всему миру огромную пользу, за что его просто боготворят. Глупо растрачивать себя на мелочи вроде пиров, ты можешь получить куда большее удовольствие и принести всем огромную пользу. Творчество самая сладкая штука и никакие глюки его не заменят. – Потому во все времена и во все эпохи были те кто хотел менять мир или свою страну, кто хотел творить, познавать... и ведь их никто не заставлял, но они упрямо перли вперед, сжимая кулаки и стискивая зубы.
     – Я согласен, – и мы пожали друг другу руки.

Примечание к части

     В мире моего фика у пользователей природной чакры есть два уровня: первый Отшельник (начальный уровень, природная энергия лишь усиливает тело), второй Мудрец (более продвинутый уровень, природная чакра добавляется в техники, дает новые способности). По просьбе одного читателя после этой главы займусь правкой начальных глав.
>

Глава 17 Поворот в судьбе

     Через три дня мне удалось найти все необходимое и я отмобилизовав все свое невеликое умение начал готовиться к завершению своего плана. Но вот все приготовления завершены, блюда приготовлены, приглашения разостланы и я встречаю гостей, которых неожиданно оказалось чуть больше ожидаемого:
     – Коннитива, Хокаге-сама, Мито-сама... – перечислял-приветствовал-кланялся пришедшим, с удивлением отметив, что вместе с ними пришли и, – приветствую вас Хирузен-сан, Шимура-сан.
     – Николай ну сколько можно говорить, что в таких случаях я просто твой друг, а не Хокаге и не нужно таких официальных приветствий, – эх Хаширама, дорогой мой друг и просто хороший человек, да та же Мито не прояви я хоть формального уважения охотно убьет меня, причем совсем не фигурально выражаясь, может ты здесь и не как Хокаге, а как друг, но вот некоторые из твоих спутников явно не рады меня видеть и пришли лишь потому что пришел ты.
     Но как и раньше ритуал приветствия закончился, Мадара предложил перейти на ты, его поддержали и мы все заходим в заранее подготовленную комнату, где нас ждет...
     – Что? Это?? Такое??? – О дааа, мало того что они все вновь в удивлены, если не сказать ошарашены, так еще и у Тобирамы дергается глаз, а Мито судя по ее лицу прикидывает чем бы накормить меня самого, металлической стружкой или толченным стеклом? Я уже начинаю получать удовольствие...
     – Это борщ!!! – В середине комнаты стоял большой прямоугольный стол, в центре которого исходил паром огромных размеров котел с густым ярко-алым варевом, недалеко от него по бокам стояли две крынки со сметаной. На столе стояли восемь огромных суповых тарелок, справа от которых лежали ложки, а слева хороший кусок ржаного хлеба, также перед каждой тарелкой стояли сто грамм самогона, который я тайно начал заготавливать едва обрел свой дом. Собственно именно получение последнего было самым сложным, клоны осваивавшие самогоноварение загубили столько ценнейших ингредиентов, что я уже начал отчаиваться...
     – Оооо, это что-то удивительное, давайте попробуем?! – Хаширама просто воспылал энтузиазмом. Мы рассаживаемся, я на правах хозяина щедро разливаю борщ, желаю всем приятного аппетита, слыша в ответ итадакимас и выпив сто грамм мы начинаем есть. И глядя как меняются лица гостей я начинаю улыбаться, про себя, особенно радует выражение лица Тобирамы, ему явно понравился борщ, но он изо всех сил пытался этого не показать и сохранить равнодушную маску.
     – А из чего вообще состоит это... этот борщ? – Хмм, у Мито какое-то странное выражение лица, на меня она смотрит как на алхимика, что неожиданно получил философский камень из опилок, воды и мела.
     – Ну, картошка, капуста, морковь, свекла, лук, томаты, мясо, перец полусладкий, чеснок, петрушка и соль, лимон, последний только для вкуса. – Теперь на меня начинают смотреть уже как на безумного алхимика... – А в чем собственно дело?
     – Дело в том, что я сегодня сотворила несколько печатей, потратив примерно тридцать процентов своей чакры, твой же... борщ восстановил потраченное. – Ну вообще-то любая пища восстанавливает чакру, но что бы так... ха, что тут скажешь, это будет явно посытнее их мисо супа. Пожимаю плечами.
     – Если это так важно, то я готов поделиться рецептом и изготовить тестовый образец.
     – Да это важно, думаю многие из моего клана не против научиться готовить... борщ, – Мито сама невозмутимость, я же чуть не подавился, узумаки которые учатся готовить борщ, вместо того чтобы самим учить, большего сюрреализма я представить не мог... Хотя там конечно будут еще и переговоры о том сколько печатников окажутся в моем отделе и какие именно печати будут предоставлены нам, но даже так борщ им все равно придется научиться готовить, ехе-хе-хе... Но вот первое благополучно съедено:
     – Эмм, раз с борщом мы покончили предлагаю перейти к шашлыку, – а главное к истиной цели, из-за которой все мы собрались, обсуждению будущего деревни. Клоны вносят шампуры со свеже-прожаренным шашлыком, и две громадные бутыли самогона. Причем Хирузен с Данзо ничуть не удивились, видимо Хаширама будучи одним из их учителей уже успел показать им радости жизни. Ну а то, что они еще вроде как не совершеннолетние, так шиноби могут съесть и переварить даже гвозди, если их конечно помазать салом.
     Но вот выпито двести грамм, для развязывания языка, первая порция шашлыков съедена и начинается то, для чего я слал свои приглашения.
     – Кстакти, Ник, твои предложения, я не ожидал, что ты выдвинешь что-то подобное, как ты вообще додумался до такого? – Тобирама, а ведь ему интересно, да он меня прикрывает и будет прикрывать еще какое-то время, но это ведь не означает, что я могу творить все, что душе угодно, вот и захотел выяснить, чего еще от меня можно ждать.
     – Касательно общественного мнения, так об этом разговор уже был с Мадарой, – после чего пересказываем тот разговор, все, ну кроме Хаширамы, стали такими задумчивыми, им явно не по вкусу, тот факт, что придется делиться властью, – уже сейчас среди первого набора в Академии треть бесклановых, и среди них наверняка будут самородки, которые превзойдут многих клановых, не всех, но многих. Поэтому я и выдвинул такое предложение, чтобы не доводить до крайностей, – но Тобирама не унимался.
     – А два следующих твоих предложения? Такое впечатление, после твоих "Свобода! Равенство! Братство!", что ты решил устроить народовластие. – После такого пассажа я на него смотрел с огромным удивлением. Он что считает, что если я из народа, то мне наверняка захочется вырвать власть из лап проклятой аристократии?
     – Я так похож на вредителя-идиота? – Да одну большую глупость я совершил, но ведь вредителем никогда не был. Народовластие, это после феодализма-то. Нет уж если и сходишь с ума, так хоть других за собой в пропасть тащить не надо.
     – Эм, в смысле? Ведь твои слова, – он еще что говорил, но я не слушал, грустно вздохнув. Они ведь и вправду не понимают.
     – Это лишь начало, дальше нужно будет сделать еще очень многое. – А дальше мне потребовалось три часа и почти все запасы самогона, чтобы рассказать обо всех будущих предложениях, попутно объясняя, что дело не в словах и лозунгах, они могут быть какими угодно, дело в реальном положении вещей. И то, что, несмотря на явно не прописанные привилегии, последних стало только больше.
     Когда поняли – удивились и озадачились, вот оказывается как можно. Мне же... мне было стыдно, это ведь не мои мысли, придумавший такое в здешних условиях мог бы стать гениальным правителем, я же просто повторил то, что уже было придумано и опробовано другими. По сравнению с подобными предложениями и Хаширама, и все прочие выставлялись дилетантами, а ведь я точно знал, что я ничуть не лучше, просто... знаю чуть больше, и ничего нового я не выдумывал, все та же формула: сильный становится сильнее, богатый – богаче.
     Другое дело, что глупо при этом унижать широкие массы тех, кто приносит тебе это богатство, или же грабить их чуть ли не до исподнего. Зачем богатым и влиятельным людям восстания и мятежи? Это же рушит отлаженную систему, портит им жизнь и снижает доходы. Обычная дурость, тех кто, не знает другой жизни. Поэтому мне было еще и грустно от того, что приходится объяснять элементарные вещи, вроде раз жить среди тех кто тебя ненавидит глупо, сделай так, чтобы ненавидеть перестали, измени их жизнь и свое к ним отношение. Объясняя что нужно хоть немного снизить налоги, упразднить таможни внутри страны, снизить давление на немногочисленных ремесленников,...
     – Но ведь и жизнь простых людей ты тоже пытаешься улучшить и намного значительнее. Зачем? К чему тебе заботится о бесчакровых, какая от них польза может быть польза? – Это уже вопрос от Хирузена, в его глазах и голосе искреннее любопытство, интересно парню, понял, что я не совсем дурак и некоторые мои мысли стоит послушать.
     – Мне почти никакой, польза будет стране и деревне. И польза очень большая, именно из этих людей будет строиться будущие.
     – Будущие? Из крестьян и кучки лавочников? По моему ты перепил, я еще понимаю торговцев, они выдают нам заказы, но как ты намерен строить будущие при помощи тех, кто всю жизнь копался в земле? – Изуна, в голосе и на лице пренебрежение, а ведь нормальный вроде парень, но видимо слишком часто общается с одними только клановыми, вот и стал нос задирать выше звезд.
     – Ты забываешь о том, что нужно увеличить количество шиноби почти втрое, а кланы не могут быстро их нарожать. Мы набираем кандидатов в шиноби из простого народа, но они не грибы растущие после дождя. Поэтому я и хочу улучшить их жизнь, голод не рождает ни мудрецов, ни силачей, если мы хотим иметь армию нужно заботится о потенциальных рекрутах. И точно также нужно заботится о тех кто будет кормить наши будущие армии, основа любой экономики это сельское хозяйство, количество и качество народа как раз и зависит от того чего и сколько они едят. Проще говоря голод или рацион из одного риса для здоровья вредно. Нужно кроме риса еще что-нибудь и в нормальных количествах, а не так, что лизнешь и тарелка чистая. – Я не надолго прервался, а остальные переглянулись.
     На чем стоит сельское хозяйство нашей страны? На земледелии - в очень простой, легкой, доступной, но, в тоже время наименее эффективной форме, так наверное еще восемьсот лет назад, при Рикудо было. Также были рыболовство и охота, но без особого размаха. В результате длительной клановой войны обширнейшие территории населялись очень скудными популяциями людей. А это, в свою очередь, влекло за собой ничтожный объем товарного продовольствия и, как следствие, слабое развитие как городской культуры в целом, так и ремесел в частности.
     Конечно, какие-то деньги капали с прибылей от торговли с странами Песка, Дождя, Воды. Но все эти невеликие прибыли уходили на нужды войны. Того же оружия, доспехов и прочего...
     Население страны было чрезвычайно бедно, что порождало застой в экономическом и социально-политическом развитии, тенденций к объединению как в средневековых городах Европы просто не возникало. В том числе и удерживало их на стадии перехода от феодального строя к единому государству. Вот эту основу экономики я собирался усилить-облагородить. В конце-концов для войны нужны деньги, войны выигрывают не армии, а их тылы... эти истины стали известны задолго до моего рождения.
     – Второе очень и очень скоро нашей деревне придет примерно такое предложение: а давайте вы возьмете сотню крестьян, будете тренировать их до упаду, развивать их, чтобы по силе не уступали генинам, а потом подучите владеть копьем и луком. Разумеется мы полностью обеспечим их всем необходимым, от кормежки, до снаряжения и даже заплатим инструкторам. Плюс можно поставить пару простеньких печатей на оружие и тело таких ребят, дополнительно выдав взрыв-печати, наборы ядов... Год тренировок и на выходе мы увидим мощный, а главное многочисленный отряд, который уже вполне способен противостоять командам чунинов, а ценой высоких потерь уничтожать и джонинов. А отрядов таких можно создать множество, даже страна Огня хоть и разорена, но способна кормить 10000 тысяч таких вот бывших крестьян. – Собственно сама идея такой армии ни разу не откровение, натаскать кого-то до уровня генина не сложно, научиться стрелять из лука тоже, а если использовать арбалеты, то все упрощается еще больше. Взрыв-печати может использовать каждый у кого есть чакра, а она есть у всех живых существ в этом мире. Простенькие печати наносимые на оружие известны в любом клане. Также как и печати наносимые на тело, другое дело что эти печати давали заметное усиление лишь на уровне генинов, чунины и выше почти не замечали их действия, при этом печати еще и сокращали срок жизни, исключением были лишь узумаки использующие намного более совершенные печати и среди красноволосых встречались шиноби в печатях-татуировках с макушки до пят. Но поскольку срок жизни шиноби и срок жизни крестьянина живущего впроголодь очень сильно отличается, то и тут проблем не возникнет, от добровольцев отбоя не будет. Также не возникнет проблем и с ядами, получить достаточно простые и убойные составы не сложно, единственное, что может вызвать затруднение это обучение владению копьем, среди шиноби нет мастеров обращения с этим видом оружия, с другой стороны мастера и не нужны, хватит и обычных мастаков. И что самое поганое додуматься до подобного очень просто и армии возникнут у каждой страны. Да страны разные и армии у всех будут разными, но все крупные соседи выступят против нас, Камнем управляют те, кем двигают обиды и жажда отомстить плюс им, как и Песку нужны наши земли, а Туман просто агрессивен и готов перебить всех кто его окружает... И едва ли не все сидящие задумались, ведь придется делиться властью, придется учитывать подобные армии в планах и раскладах сил... а главное такое число бойцов не получится держать в состоянии быдла, нужны изменения в законах, и в отношении к людям, ведь если те кто служит узнает о том, что его отца, мать или еще кого из семьи убили шиноби, отделавшись двумя днями уборки картошки ничего хорошего не получится. После трех минутной паузы я продолжил.
     – Третье необходимость постоянного развития, а поскольку знания это курган, то чем выше ты хочешь его насыпать, тем больше народу должно этим заниматься, потому и нужно поднимать простых людей до своего уровня, или хотя бы просто тащить вверх. Помнишь слова о бисере и свиньях?
     – Помню, но к чему ты ведешь?
     – Хм, видишь ли я видел свиней воочию и могу точно сказать там речь идет не о гордости. Вообще ни разу. Свиньи не знают что такое бисер и потому он им и не интересен. Поэтому, если чтобы работать с ними, то нужно свиней развить до того уровня, чтобы они начали интересоваться бисером. А работать придется, поскольку запасного человечества ни у кого нет. В противном случае максимум чего мы добьемся это роль пастуха этого стада свиней, а лично я не считаю его идеалом человека. Ну и четвертое это отличная провокация для того что против нас начали действовать в открытую, а мы могли вырезать наших противников. – Конечно я мог добавить и пятое и даже десятое, но и этих причин хватит.
     – Проклятье, да почему ты все время хочешь кого-то убить, почему у тебя все заканчивается смертью? – После моей последней реплики Хаширама не выдержал, закричать не закричал, но голос повысил.
     – Потому что поздно лечить то, что уже пора ампутировать, – ядовито ответил я, – как целитель ты должен это понимать, – и еще более ядовито продолжил. – Вот тебе простейший пример, кланы шиноби вели войну и потому повседневной жизнью их провинций руководили не они, а поставленные ими феодалы. Вот только изначально это были гордые и сильные духом люди, которые просто не понимали зачем им и остальному люду нужна война за гордость Хьюга или Сенжу. Ну а поскольку шиноби очень скрытны и милосердием не страдают то разъяснения давались так: "Ты не понимаешь зачем мы ведем ту войну? Ты говоришь что в этой войне просто сгорают люди и ресурсы? Вот тебе каменый кулак в челюсть приди в себя и вали работать, нам нужна победа! Ты чего-то не понял? Вот тебе сокрушающий водяной поток вместо клизмы и иди работай, победа уже не за горами!! Ты все никак не успокоишься? Чтож огонь средство надежное и когда ты сгоришь в нем вместе с семьей мы найдем себе более покладистого зицпредседателя!". Никто из кланов не давал вмешиваться ни в какие серьезные вопросы, ведя селекцию и выращивая послушных вторых номеров. Из дворян считанные единицы имеют свое мнение и не боятся его высказывать, остальным нужен пастух. – А проще говоря вы сумели создать систему, а теперь когда все резко изменилось нужно менять и ее, вот только меняться хочет лишь малая часть этой системы, вроде идеалистов подобных Хашираме или умных прагматиков вроде Тобирамы. Остальных придется менять прикладывая немалые силы, ну или убирать ставя на их место новые винтики.
     – И вот дайме страны слизняк, делами занимается несколько его подчиненных, которые умны, горды, честолюбивы и постоянно кусают друг друга, апеллируя к нам, как к высшей власти. И это полезно и хорошо, дела делаются, против нас никто ничего не замышляет, выясняя отношения между собой, мы на вершине власти и можем строить новый мир, такой какой пожелаем. – Тут в глазах всех, кроме Хаширамы, мелькнуло одобрение подобного подхода, даже в глазах молодых учеников, а я в очередной раз увидел, как Хаширама далек от нас всех. Слишком белый, для нас серых. Но требовалось продолжить свою мысль.
     – Но эти умные и честолюбивые только в столице, туда уже перебрались практически все им подобные, а в остальных городах и городках остались вторые, после ухода шиноби неожиданно ставшие первыми. И разумеется первое что они решили сделать это дать понять окружающим насколько они выше простонародного быдла. А когда отстроили себе дворцы и завели гаремы, то стали выжимать все соки из простолюдинов, видимо для того чтобы еще и кушать на золоте, на серебре ведь кушают лишь нищеброды. При этом экономикой, или созданием новых производств они не занимаются, ведь никогда раньше этого не делали, да и вообще ничем не занимаются, а рыба между прочим гниет с головы – Тобирама вместе с учениками переглянулся, они поняли куда я клоню и какова озвученная мной проблема, но не знали как ее решить, а точнее знали, но этот вариант решения уже предлагал я сам – вырезать всех подряд.
     – И вот теперь объясни как можно изменить тех кого кланы выращивали несколько веков, у кого уже есть семьи и сложилась жизнь, кому лет больше чем мне и тебе. И кто уже ощутил прелесть власти, богатства и ничего неделанья. Кого уже отучили хотеть большего.
     Потому я и хочу их всех перебить, потому что их уже не переделать, а казнь отдельных представителей этой золотой моли ничего не даст, нормальных там слишком мало, поэтому есть где взяться новым паразитам. На их место вполне можно посадить простолюдинов, к которым присматриваются кланы как раз за их способности в плане управления и ведения подобных дел. – Разумеется это было далеко не все, лишь первый шаг, но его было необходимо сделать, потому что изменившись феодалам придется работать, а зачем работать если у них и так сытая, богатая и легкая жизнь? В дальнейшем нужно замкнуть всю систему на центр-столицу, так как сейчас у нас все еще система феодальных провинций.
     – Люди могут меняться, а вылечить можно любую болезнь, это я тебе как целитель говорю. – Тихо но твердо сказал наш Хокаге, я же в душе яростно матерился: целитель, гений и идеалист, вот ведь сочетание боги и демоны! Всегда будет бороться за жизнь, он ведь целитель, никогда не свернет с пути, потому что гений и никогда не изменит своим идеалам. Вот только не каждую жизнь стоит спасать, кроме твоего есть и другие пути, а у других людей людей будут другие идеалы.
     – Но ты один и тебя не хватит на всех, а кроме тебя целителей нет. – Так же тихо и твердо сказал я, переубедить его я уже не надеюсь, но хоть попробую убедить в том, что он не сможет быть везде и спасти всех.
     – Кстати твои предложения затрагивают и шиноби. Их ты тоже хочешь почистить? – Негромко спросил Данзо, возвращая нашу беседу в нужное русло.
     – Им необходимо объяснить правила новой жизни, шиноби должны на первом месте видеть благо деревни, а не клана. Или по крайней мере добиваясь чего-то для себя не ухудшать ситуацию. – И обратившись к Хашираме: – Ты уже знаешь о проблемах Госпиталя? – Я про себя улыбнулся и внутренне собрался, начиналась самая главная часть задуманного мной разговора.
     – Каких проблемах? – Хаширама удивился, а вот Мито чуть-чуть напряглась.
     – Не знаешь значит... Деревне нужно очень много всего, до последнего времени основным поставщиком был клан Сарутоби, собственно мы их услугами пользовались со времен основания деревни, Госпиталь всем потребным также обеспечивали они. Но недавно трем кланам: Абураме, Сидар и Некомо стало известно, что благодаря своим связям и умению торговаться Сарутоби закупают товары за 90% их стоимости, пять процентов они кладут себе в карман, еще три идет чиновникам чтобы ничего не менялось, а два оставшихся возвращается в казну Листа. – Ну если чуть точнее, то это не они узнали, а им подбросили пару намеков на подобное, умельцы из моего отдела, они сначала проверили, потом начали уже целенаправленно копать... – В итоге всем хорошо и никому не плохо, кроме тех кто в этой схеме не участвует, поэтому клану Сарутоби сделали предложение поделиться и допустить кланы к кормушке. Те не стали доводить дело до скандала и договорились с тройкой кланов полюбовно, в результате теперь у Госпиталя другие поставщики. И расходы уже увеличились на десять процентов, ведь торговать тоже надо уметь, а таких связей как у Сарутоби у остальных кланов просто нет. – Тут все обратили свои взоры на Мито, но та ответила удивленным взглядом человека, впервые о подобном слышащем, а вот Хирузен смотрел на меня с раздражением, ведь я затронул его клан.
     – А сама Мито повлиять на ситуацию не может, Сарутоби уступили сами, тройка кланов еще ни в чем не замаралась, а власти просто снять их людей у нее нет, они напрямую к Госпиталю не относится. Так мало того Хьюга решили использовать этот случай и сместить ее с поста главы Госпиталя, а если бьякуганистые поставят там своего человека ситуация станет еще хуже. И о обоих ситуациях я узнал лишь случайно, причем о хьюгах кроме меня пока еще никто не знает, Мито разумеется теперь придумает контр интригу и останется главой, но ей нужно нормально работать, а не интригами заниматься. – Спрашивать меня почему не надавил на Сарутоби, запрещая красть, не стали, все-таки умные, понимают, что умный и умелый вор может быть полезнее честного идеалиста, ни к чему не способного, если конечно кормится от хорошо сделанного дела, ну и когда за ним приглядывают, не давая зарываться. Также в глазах Мито можно было увидеть легкое недовольство, я ведь мог помочь и не привлекая Хашираму, но мне нужна была его реакция (или ее отсутствие) на уже озвученные события.
     – Почему ты считаешь, что хьюги так плохи? – Изуна, ну да глазастые сближаются друг с другом, а тут я лезу со своим мнением о том кому быть главой Госпиталя.
     – Потому что на пост главы пихают Мичи Хьюгу, он великий целитель и уступает в этом искусстве очень не многим, но он никакой организатор, навыков управления у него почти нет. И ничего удивительного в том, что именно Мито, а не профессионал вроде Мичи руководит Госпиталем. Ей не нужно лично заниматься исцелением болячек или пришиванием конечностей. Её дело организовать людей, которые справятся с этими задачами. – Вот только это дает ей возможность влиять на деревню, потому Хьюги и решили поставить на ее место своего человека. Который к слову совсем не рвется быть главой, но клан сказал надо, Мичи ответил ладно...
     – Зачем ты рассказал все это?
     – Да затем, что три клана руководствуясь своими клановыми интересами сделали деревне хуже, а еще один собирается сделать, а я, например, никак не могу повлиять на происходящие, – а другие не хотят. Я промолчал, но Хаширама понял и стал активно буравить взглядом шашлык, но судя по лицу он это так просто не оставит. – Также как вы проводили селекцию дворян, вы растили и своих собственных соклановцев. Только главная мысль была "Все для клана, все для победы!". Мы изменили мир, но шиноби какими были, такими и остались. – И чихать хотели на деревню, а новое поколение, которое можно воспитать в другом ключе, еще не подросло. Последняя фраза вновь не была мною сказана, но буквально повисла в воздухе и сидящие за столов чуть-чуть напряглись, никто не хотел отказываться от того, что достигли, никто не хотел возврата к клановым войнам. Однако если идеи деревни не приживутся, она будет подобна карточному домику, вроде и стоит, а тронешь вмиг развалится.
     – Ты не прав, люди меняются и шиноби тоже меняются, просто медленнее, тебе же хочется немедленных изменений. – Хаширама не испытывал сомнений, причем было ясно видно, что руководствуется он не логикой, а верой, верой в светлое будущие, в хороших людей, да и в общем-то плевать во что он верил. Главное было в том, что он меня почти не слышит, какие бы аргументы я не привел, никаких серьезных мер принято не будет.
     – Возможно я не прав, но тогда не прав и ты, в любом клане достаточно тех, кто не хочет меняться и делать этого не собирается. Задумайся что мешает например полноценному объединению кланов Хатаке и Инузука? – Они переглянулись и дружно вперели в меня весьма скептические взгляды, объединение кланов, зачем, это же глупости, как можно даже думать о подобном? Я же невозмутимо продолжал. – Польза от того что два клана станут одним видна даже невооруженным глазом: Хатаке получат собак-симбионтов, что в разы облегчит им возможность овладения и использования природной энергии, может среди них даже появится кто-то равный Мудрецу. Инузука получат доступ к контракту Хатаке и соответственно также смогут овладеть природной энергией, ну и разумеется оба клана могут взять лучшие от методик подготовки обоих кланов и разработать нечто новое, – вот после этого они всерьез задумались о описанной мной перспективе.
     – А геномы? У Инузук нет стихий, а у каждого Хатаке минимум три. – О сколько удивления, а у кое-кого, не будем показывать пальцем на Мадару с Тобирамой, заинтересованности, ведь если я отвечу на этот вопрос, они могут всерьез начать рассматривать возможности усилить свой клан поглотив чужие, например кланы из той же деревни Сокрытой Рекой.
     – Когда человек рождается у него есть только чакроочаг и все. В колыбели никто огнем не пыхает и молниями не бросается. Все это будет только в будущем, после грамотного, за века отточенного обучения, также имеют значение жизненный опыт, характер, да и много чего еще, но суть в том, что все это приобретенное, как стихия дерева у Хаширамы. Иначе нужно признать, что наши гены могут меняться, перекраивая весь организм, причем несколько раз. – Тут они переглянулись друг с другом, в общем-то не так уж и сложно понять, что если можешь менять свои гены, то можешь менять и клетки своего тела, ткани, органы... Но никто ничем подобным не занимался.
     – То есть геномы это?
     – Самая ближайшая аналогия – память крови, геномы могут лишь облегчить овладение чем-либо, но они не гарантия того, что ты это обретешь. Точно также и ты сам можешь обрести что-то новое и передать память об этом своим детям. Это кстати знали все генетики кланов, поэтому в кланах нет тех кому пересадили все пять стихий, которые раздобыть было не так уж и сложно, их нет просто потому, что каждой стихией необходимо овладеть, развить ее, а что и как делать с огнем те же сенжу не имели никакого понятия, огневиков среди них не было. – На лицах легкая задумчивость, они ведь и сами понимали это, просто пока еще на уровне догадок и предположений. Почему у учих не проявляется весь шаринган с его тремя томое? почему многие шиноби, не гении, годами пытаются овладеть какой-либо стихией? почему у одного брата появилась стихия дерева, а у другого нет (не верю что эта стихия появилась сразу-вдруг, и что Хаширама скрыл от своих, то как он ее получил)? Ответ прост до банальности у людей этого мира есть лишь один, безусловно доминирующий ген – ген формирующий чакроочаг и чакросистему. И все. Все остальное можно получить только тренируясь и развиваясь, а поскольку из курса биологии я точно знал, что в результате тренировок мутаций меняющих организм не бывает, геномы это именно память и не больше. Иначе бы в кланах не было побочных ветвей. Правда вот глаза двух кланов... что это такое и откуда? Я не представлял как они функционируют, а главное как можно получить подобное... может быть в моей теории есть ошибка?
     – Ты говорил о кланах. – Прервал мои размышления Тобирама.
     – Ну вот представьте себе все мной описанное. А всему этому мешает лишь одно, у такого клана будет один глава и только десять старейшин. Из-за власти, денег и двадцать двух родов кланы будут разделены, будут порыкивать друг на друга, интриговать и грызться друг с другом. Но на это все плюнуть и растереть, со временем это можно выправить. Однако среди десяти старейшин каждого клана есть пара-тройка тех, кому мир как серпом по яйцам, они руководили, влияли или же просто делали немаленькие деньги, а теперь они оказались не у дел. – Хаширама с Изуной и своими учениками вновь задумались, хотя это опять была прописная истина, почему началась война, почему она длилась так долго? Только из-за эмоций и принципов? Нет еще и потому что были те кому она выгодна. – Деньги делают другие, влияние уменьшилось и руководить как раньше не получается, вот они потихоньку, не крича на площадях, рассказывают о том как хорошо было порознь и стало плохо вместе. Понятное дело что им мало кто верит, но есть и такие, а кроме того у нас будут накапливаться как проблемы так и ошибки. И придет день когда они попробуют вернуть их кланам независимость. – Что для меня тоже ни разу не откровение, всегда были те, кто при сопротивлялся переменам, просто потому что теряли больше чем могли получить.
     – И именно от них ты хочешь избавиться? Но тогда деревня развалиться на куски, никто из кланов не даст согласие на подобное. – Для нашего Хокаге как всегда жестокость была неприемлема, наверное я все-таки ошибся когда говорил, что он будет хорошим правителем, Мадара на его месте смотрелся бы куда лучше. А гасить ненависть людей он мог и будучи вторым лицом в деревне.
     – Ошибаешься, ты судишь по своему клану, в других же большинство будет просто счастливо если избавить их от властолюбивых идиотов, они готовы принять новые правила игры. Нара уже согласны и начали переговоры о подобном с Акимичи и Яманака, ну а трех старейшин Учих я уже убил.
     Тут Хаширама с Тобирамой синхронно подавились, а Хирузен с Данзо замерли с недонесенными до ртов стаканами. А чего интересно вы ожидали? Нара быстро понял, что именно я предлагаю и кто поддержит такое предложение. Высшая клановая аристократия представляла ценность только как носители кланового генома или же как носители клановых секретов, вроде особо хитрых или мощных техник, которых не было в арсенале рядовых шиноби и побочной ветви. Вот только техникам можно обучиться по записям в клановой библиотеке, а численность носителей генома можно восстановить, что называется усердно трудясь на ниве размножения, благо что сейчас со всеми мир, да и вырезать требовалось далеко не всю клановую аристократию, а особо упертых... поэтому Увабами и захотел почистить свой клан от тех кого официально убрать не мог, а неофициально сил не хватало.
     Ну а ситуацию с кланом красноглазых даже комментировать не нужно, Мадара бы и сам прибил там кое-кого, не спрашивая ничьего разрешения, да только я успел раньше.
     – Ты понимаешь, что...
     – Да понимаю и как видишь ничего не случилось, я только перестал быть другом учих и не могу входить в их квартал. – С одной стороны обидно, с другой хорошо еще, что меня не обвинили в убийстве, раз Мадары и его брата официально не было в Сора-ку, то официально учихи, которых я убил, просто шли туда чтобы обсудить несколько важных вопросов с котами, что обитали в городе. А там встретили меня, я на них напал... меня не обвиняли, только потому, что Мадара, как глава клана, замял дело, ну и потому, что никто из серьезных людей не верил в официальную версию происходящего. Вот только слухи по деревне гуляли и статуса "друг клана Учиха" я лишился, тот кто убил старейшин клана пусть и при очень неоднозначных обстоятельствах другом клана быть не может.
     – Потому и завел этот разговор, многие в кланах понимают, что даже одна паршивая овца все стадо портит, и потому хотят от нее избавиться, но не желают пачкаться в крови. Я готов взять это на себя.
     – Нет, этого не будет, мы не для того заключали мир и строили деревню, чтобы теперь построив ее вновь начать убивать друг друга. – После этих слов Тобирама резко отвернулся, даже его чувств к брату оказалось недостаточно, чтобы принять подобное.
     – А дворяне из провинций? Что с ними? – Если он и эту проблему будет решать лишь добрым словом, то нужно будет или переворот готовить, или побег из деревни. Дружба дружбой, дом домом, но с таким руководством ни мне, ни деревне не светит ничего хорошего.
     – Делай то что нужно. – Его лицо, такое ощущение, что он переступил через себя, даже эти его слова, ведь прямого приказа не было, он не сказал убей... но я не стал требовать его вынести приговор, все-таки мы друзья, этих его слов мне вполне хватит.
     – Сделаю. – А потом мы просто чуть-чуть подправим законы, и... впрочем этим будут заниматься уже другие люди...
     – Послушай, но ведь это можно поручить другим, те же кланы могут сами избавиться от тех кого породили! Зачем тебе пачкаться в крови? – Конечно кланы все могут, и от феодалов избавиться и свои ряды почистить, но зачем им самим устраивать резню, когда можно переложить эту почетную обязанность на другого? Кроме того всегда есть те кто "делает бизнес".
     – Избавиться могут, но никогда на это не пойдут, в каждом клане достаточно тех, кто ведет свой род от феодалов, вы ведь в первую очередь из них набираете пополнение. Также полно и тех, кто ведет с ними дела и получает свою долю от того, что они выжали с крестьян или ремесленников. – Что вполне нормально, так во все времена было, собственно для этого и придумали крепостное право и все с ним связанное, только вот опять же, я знал что это путь в тупик, а сидящие передо мной нет, поэтому и настаивал на ликвидации феодалов, после чего можно проводить реформы общества.
     – На тебя уже косятся в деревне, а если всплывет правда о подобном, тогда лучше тебе в деревню не возвращаться. – Верное замечание, Данзо прав, если всплывет мое участие в резне, то горячие головы не удержатся, особенно если их будут науськивать обиженные из кланов.
     – Я не столь глуп чтобы подставляться. И работать буду не в одиночку. – У меня есть отдел, и работать будет он, так что даже если и пойдут слухи, то говорить будут не только обо мне, а о всех кто входит в отдел, ну и попутно о моем начальнике. – К тому же слухи ходят о каждом из нас, за исключением разве что ваших учеников, они еще слишком молоды. К тому же есть очень хороший стишок, как раз в тему:
     Добро должно быть с кулаками.
     Добро суровым быть должно,
     чтобы летела шерсть клоками
     со всех, кто лезет на добро.
     Добро не жалость и не слабость.
     Добром дробят замки оков.
     Добро не слякоть и не святость,
     не отпущение грехов.
     Быть добрым не всегда удобно,
     принять не просто вывод тот,
     что смысл истории в конечном
     в добротном действии одном –
     спокойно вышибать коленом
     добру не сдавшихся добром!
     – В смысле? По моему дичь какая-то. – Да нет, все всё поняли, вот только кое-кто не может принять подобное как руководство к действиям.
     – Ошибаешься, в этом стишке Добро отличается от Зла лишь тем, что оно победило Зло, вот и все. Также и в жизни. – Причем постоянно, люди все-таки очень странные существа, им мало победить, нужно еще и убедить всех окружающих, что победили умные, добрые, правильные люди, а их противники гады, сволочи, тупорылые дегенераты. Хотя всем ясно видно, что одна кучка сволочей свалила другую. Вот и гадай, то ли мы стыдится научились и у победителей нет желания признаваться в том какие они мерзюки, то ли мы просто лицемерные уроды. И вновь вижу как мои слова о Добре и Зле вызывают неприятие только у Хаширамы, ну и еще у Мадары, все-таки последний благородный воин.
     – Объяснись. – Негромко говорит он, ему явно не нравится куда пришел разговор.
     – Все помнят о клане Хагоромо? А о том какие они были? – Присутствующие чуть ли не синхронно кривятся, этот клан кровь попортил всем своим соседям, да и не только соседям, за что собственно его и выбрали на заклание. – Я совершенно случайно, листал учебники нашей Академии шиноби, – вру, не случайно, хотелось поглядеть, чему учат молодых, – и там где говорится о том как была основана наша деревня этот клан изображается такими тварями, что с ними не каждый демон может поспорить. – А роль моего отряда старательно затеняется, мол да были такие, но это просто курьеры и нечего упоминать такую мелочь. Когда возник пиар? Тогда же, когда возникла демократия. Ведь надо же разъяснить народу кто и что сделал.
     – И что?
     – Да то что мы ничуть не лучше и это каждому известно, вот только нас в этих учебных пособиях изображают почти святыми. Понимаешь? Мы просто убили тех кто нам мешал и не хотел жить так как хотели мы, и вас теперь прославляют. – И если мы вновь вырежем тех кто мешает, то вас вновь будут почитать и прославлять, ну а в крайнем случае будут говорить о том, что это было тяжелое, но необходимое решение. Никто и никогда не судит победителей.
     – А мы обязательно победим, если вырежем тех о ком ты говоришь? – В тоне Изуны легкое сомнение, а на лице скептическая улыбка.
     – Разумеется, – а вот я сомнений не испытываю и в моем голосе абсолютная уверенность в своей правоте, – на нашей стороне будут крестьяне, ремесленники, торговцы после того как мы проведем реформы и чистку феодалов. После того как мы проведем чистку с реформами в кланах нам будут благодарны все побочные ветви, все прагматики и умники кланов, нам скажут спасибо все главы кланов со всеми теми кто им верен, за нас будут абсолютно все. – Как собственно и всегда было, народу всегда нужны враги, по другому как-то не получается, нужно кого-то ненавидеть или хотя бы не любить. "Ученые" из Римского Клуба в свое время уже пыталась назначить на роль всеобщего врага бедность, безработицу, экологические проблемы... не получилось ни хрена. Упомянутые безликие явления не могут быть врагами для миллионов и миллиардов людей и не стали. Врагами могут быть только другие люди, народы, страны и регионы, в которых массы увидят виновников их несчастий или угрозу их благополучию. И в этом мире люди точно такие же, нужны простые и понятные враги, и борьба с ними, с последующим их уничтожением. Плюс не любовь к клановой аристократии и интриги внутри кланов... главное как и везде не перегибать палку и не резать всех подряд.
     – Ты не понимаешь и не поймешь, ты никогда не был в клане, клан это семья, а в семье вопросы и проблемы не решают смертями. Всегда можно договориться. – Начальник да ты ведь врешь, ты любишь свой клан и потому пытаешься его обелить, почитай историю, в ваших летописях не однократно описывались как перевороты, так и грызня за лучшие места.
     – О такой дружной семье как Хьюга упоминать нужно? – В моем голосе неприкрытая ирония, это ведь такая дружная семья, что не на чужих людей ошейники надели, а более чем половине своей семьи рабское клеймо на лоб поставили, как эта семья будет относиться к чужим людям после такого вопрос риторический.
     – Это исключение. – Тобирама тут же каменеет лицом.
     – Скорее крайность, до которой дошел лишь этот клан, но в других ситуация лишь не намного лучше. В каждом клане есть побочная ветвь, к которой относятся как к браку, кучке неполноценных, в каждом клане есть множество тех кто уже начинает ненавидеть старейшин и иже с ними, за то что не ходят в бой, за то что живут как в сказке, за то что у них есть дети, которых они всячески оберегают и так далее. Раньше их сдерживали главы кланов и те не многие сильнейшие из кланов, которых допускали до клановой политики, а теперь и роль глав кланов, и роль сильнейших уменьшилась, а вот роль хозяйственников и экономистов наоборот, равно как и интересы последних, им хочется многого и побольше. И очень скоро они начнут требовать этого многого от своей семьи, а та в свою очередь начнет требовать этого от Хокаге. Если ты не хочешь новой войны, то эту проблему придется решать одной из первых. – Очень выразительно смотрю на нашего главу деревни, а тот в свою очередь хмуро поглядывает на меня, наверняка от него уже что-то требовали, пока наверное только собственный клан, но это уже показатель.
     – Я...я понимаю и разберусь с этой проблемой. НО чистки не будет, эту проблему можно решить по другому, я покажу тебе это. – Все, в голосе металл, он больше не намерен обсуждать это.
     – Тогда последний и самый важный вопрос, – шиноби. Мы – убийцы и диверсанты, после того как наберем побольше народу среди нас появятся войны и солдаты, которые кроме как сражаться умирать и убивать ни на что способны не будут. Это нужно изменить и начинать делать это стоит прямо сейчас. – Тут все присутствующие стали на меня как-то странно посматривать, я начал вещать что уж совсем для них непонятное. – Нам нужны творцы и созидатели, а не только разрушители. Мы почти никак не изучили окружающий нас мир и его законы, что уж говорить о их использовании. Когда мы первый раз встретились каждый уже умел убивать, исцелять мы учились значительно позже. Это и нужно менять, нужно начать обучать шиноби строить и создавать новое, укреплять и перекраивать мир, поддерживать жизнь... Если этого не сделать, то война неизбежна, ведь хлеб для нас это или смерть, или разорение тех кого нам определили во враги. – Зачем я вообще завел разговор о подобной проблеме, если не верю в мир между людьми? Мне нужны были новые области применения чакры, возможность созидать, в моем мире всегда было так, рыцарей, самураев учили не только мечами махать. Да даже в СССР не только танков было больше чем во всем мире, но был и балет, космос... И я собирался этому учиться. Но также мне нужно было принципиальное отличие Листа от других деревень, которым станет новая идеология или религия, не знаю что именно создаст Хаширама. Но главное это во первых склонит на мою сторону Хашираму, что будет сражаться за торжество своей идеи, как сражался он ради Листа, во вторых даст еще один толчок цивилизации, как в свое время дало тоже христианство, ну и еще это станет идеей для масс, вытеснив поклонение Ками и прочим Джашинам, экспансия возможна только при четкой идеологической базе, в которую всегда можно ввести изменения.
     – И какие у тебя предложения? – прищурившись спросил Изуна.
     – Никаких, я осознаю проблему, но не знаю как ее решить. – Мой спокойный ответ вызвал легкую оторопь у всех присутствующих, все уже как-то привыкли, что у меня всегда есть что предложить, по любому вопросу, но... не в этот раз. Я прекрасно понимал, что это не мое, не по силам мне менять души людей, но зато это по силам Хашираме, вот пусть и ломает голову, я могу лишь... да ничего я толком не могу, даже умение убивать и то на уровне любителя.
     – Хорошо, я понял, предлагаю перейти к шашлыку, осталась как раз последняя партия...
     Коноха, скала над деревней, через неделю, Николай Чудов.
     – Я знал что найду тебя здесь. Опять ты смотришь на деревню. – Тобирама, только его мне и не хватало для полноты счастья. Хмуро отвечаю на его "приветствие".
     – Это то немногое что позволяет мне успокоиться.
     – Из-за смерти твоей подруги? Ты ведь раньше говорил, что надо сдерживать чувства и сдерживал. – Я стиснул зубы от ярости, какого тебя принесло, с твоими вопросами? Да я сдерживаюсь, сдерживаюсь потому что ничего не могу сделать!!! Несколько выродков, что Мито убрала из Конохи, отдали приказ моей девушке заглянуть в один небольшой провинциальный городок, который оказался на пути у Девятихвостого Лиса, и после того как он прошел там, городок превратился в руины, а все кто там был в обугленные трупы. Ошибся ли я недооценив печатников? Или дело в том, что слишком сильно их достал и они просто обязаны были ответить? Или это просто случайность? Нет ответов, все предусмотрел, меня никак не могли достать и вот теперь моя девушка мертва, а даже не знаю кого винить, себя или других. И потому четыре последних дня спал на работе и надо признать если бы не Рисей, загрузивший меня тренировками и следящий чтобы я даже ночевал в отделе, то не знаю до чего и додумался бы. А когда малость отошел и узнал, что за прошедшую неделю сделал наш Хокаге, то ушел грустить на скалу над деревней.
     Вот только Тобираме на все мои чувства плевать, чихать и кашлять, он уже схоронил отца, мать и брата, и если я сейчас начну кричать, попытаюсь ударить его или еще хоть как-то проявлю обуревающие меня эмоции, то единственное чего добьюсь – это неприкрытое презрение с его стороны. Да мне может быть больно и очень больно, но и другим ничуть не легче, у того же Мадары мертвы два брата, отец и мать, и он такой не один. К тому же я как ни крути пытаюсь влиять на решения меняющие жизнь во всей стране, а значит должен соответствовать, неделю меня никак не трогали дав справиться с болью, а теперь видимо труба зовет, появилась новая проблема требующая решения.
     Поэтому я изо всех сил стал загонять всколыхнувшиеся эмоции вглубь себя и после долгой паузы ответил.
     – Ее смерть я бы выдержал, – собственно я и выдержал, хотя как мне сказал Рисей "У тебя уже не блестят глаза", что-то во мне надломилось, ушел энтузиазм, порыв души. Любил ли я Усаги или это была просто привязанность, каким бы было бы наше будущие, не знаю, нет ответов, но жизни без нее я уже не мыслил. Вот только и к деревне, что построена на моих глазах, я тоже был не равнодушен. Поэтому терпя боль от потери моей женщины, я взглянул на деревню и не увидел того чего очень хотел видеть, – я в отчаянии от Хаширамы и его действий, а еще больше от его бездействия. А ведь он глава нашей деревни и всей страны. – И вот это оказалось выдержать куда труднее, знать то, что твориться, и знать что можно это изменить, но видеть, что никто никаких изменений не только не проводит, но и не хочет проводить, а у самого изменить ничего не получается... такое выдержать оказалось значительно сложнее.
     – Но ведь все твои просьбы он выполнил, что еще тебе нужно? – На что я язвительно фыркнул.
     – А остальные проблемы? – Ну разобрался он с парой проблем, к Мито теперь никто не лезет, клан Сарутоби вновь главный поставщик Госпиталя, я получил нескольких из них в свой отдел и все. – Передел сфер влияния идет полным ходом, кланы вовсю интригуют друг с другом, а Хаширама не желает вмешиваться в это и не вмешивается. – На что Тобирама мне ответил.
     – Придет время и положение стабилизируется, каждый клан хочет получить свой кусочек доходов и он его получит. – А тон опять скучающе-поучающий, как у доброго дяденьки, что уже в пятый раз объясняет дурачку, что дважды два – это четыре, и кто бы спорил, для того и деревня, для того и объединение, чтобы у каждого был свой кусочек. Вот только мы трое мечтали не о том и если так пойдет и дальше, то и Хаширама, и я с Мадарой станем не нужны, а о всех мечтах, ну кроме как хапнуть побольше, лучше сразу забыть. В чем главный минус демократии от Хаширамы, вождя в любой момент времени можно переизбрать, как говориться "Не люб ты нам, иди отсюда, другого найдем!", а что самое смешное не оговаривалось кто именно может быть кандидатом в Хокаге, официально любой генин мог выдвинуть свою кандидатуру. И если Хаширама продолжит ничего неделанье, то и его самого, и его мечту ждет более чем печальный конец, а вместе с ним и его брату с кланом поплохеть может. И мир вновь вернется на круги своя.
     – Есть прекрасная фраза, хотели как лучше, а помойка получилась сама собой. Неужели непонятно, что если не решаешь проблемы, то они будут лишь осложняться, если не занимаешься строительством будущего, то это будут делать другие люди. А ведь у них другие мечты. – С трудом удерживаю сухой и равнодушный тон, уж очень хочется начать поучать, как Тобирама, но тогда у нас разговор может совсем не пойти, парень он гордый и особо прислушиваться ко мне в таком тоне не станет. – Хаширама может говорить о добре и мире сколько угодно, и у него даже получается говорить так, что ему верят, остальным, лично мне, хочется плюнуть в лживые хари. Но кроме слов должны быть дела, а вот с этим туго. Ни простой народ, ни рядовые шиноби строить рай не собираются, да и остальные не сильно спешат, – в чем и была главная беда всех мечтателей, революционеров, идеалистов – люди не спешат разделять их мечты и идеалы, большинству нужен лишь собственный дом-огород и тихая спокойная жизнь. Строить свою утопию он может только опираясь на свой клан и ту систему, что будет построена им же, поэтому если он пустит все на самотек, то итогом станет та самая помойка, когда говорят одно, делают другое, а хотят третье. Разумеется рай не построят, ну или построят, но не сейчас, но нечто новое, возникшее в результате этого строительства будет куда лучше старого, правда только в том случае если прикладывать усилия к этой стройке.
     – И тебе хочется это изменить и помочь моему брату? – В голосе появилась готовность поддержать, ведь я наверняка могу предложить что-то полезное для Хокаге и его власти, он это предложение дополнит и в итоге власть его брата еще чуть-чуть окрепнет, а все шишки опять упадут на мою голову, нет уж спасибо. Поэтому "сокрушенно" вздыхаю:
     – Хочется, но один в поле не воин, – так что больше никаких предложений Совету кланов, тем более что их и так было достаточно, – раз Хокаге не хочет строить свою систему и она по его мнению должна строиться сама, я за него это сделать не смогу. Или смогу, но это будет моя система. – И я даже не знаю стоит ли пытаться, мало возможностей и почти нет желания.
     – Понимаю, ты хочешь действий, именно на это рассчитаны твои предложения и именно этого ты не видишь у Хаширамы. Но ты просто не понимаешь... – Все хватит, достал он меня со своим поучающим тоном.
     – Сколько у меня осталось времени? – Резко меняю и направление разговора, и тон голоса, теперь в нем отчетливо лязгнул металл. Тобирама в легком недоумении смотрит на меня.
     – Либо у нас будет откровенный разговор, либо разговора не будет вообще. Сколько еще я должен сидеть на своем посту? – Смотрю ему в глаза, ожидая ответа, он же с невозмутимым лицом смотрел на меня минут пять, прикидывая стою ли я того, чтобы откровенничать со мной. С одной стороны я во всем ниже его и так по его мнению и должно быть, такие как я должны делать то, что им прикажут, а лезть в руководители, или требовать от него откровенного разговора... С другой стороны эта откровенность ничего уже не изменит...
     – Год. – А у самого во взгляде мелькает легкая насмешка, вот узнал я ответ и что? Готов бороться за свое кресло?
     – Год значит, тогда знай я все понимаю, понимаю даже лучше чем тебе кажется, я не случайно пригласил вас всех на дегустацию плова и борща. – Он истинный светлый паладин, такой какими были наверное некоторые крестоносцы, описанные в легендах, идущие не грабить, а именно отбить Гроб Господень. Он искренне верил в свою идею мира во всем мире. И такие как он просто необходимы миру, это я уже успел понять, но он не на своем месте и от этого все проблемы.
     И как и любого искренне верующего его крайне сложно переубедить, и как истинный светлый паладин он не рассматривает ни насилие как инструмент насаждения идеи, по его мнению верить можно только добровольно, ни то, что сама идея жить в мире со всеми не жизнеспособна. Для того я его и пригласил, чтобы убедиться в этом, смысл был не в том чтобы я смог поныть и рассказать как все плохо, смысл был в тех трех часах, когда я предлагал устроить мягкую революцию и физическое уничтожение несогласных с ней. А также я вел к тому, что мировая война шиноби будет несмотря на все усилия и миролюбие Хаширамы. А мы не готовимся к ней, потому что Хокаге занят всеобщим умиротворением, а кланы интригами.
     – Мои предложения могут изменить очень многое и в экономике, и в отношении простых людей, и еще во многом, но главное они делают врагами деревни или оставляют не у дел всех тех в кого я хотел уничтожить. Благодаря чему те же чистки можно вести на законном основании или же не бояться вмешательства тех, кто против, так как сделать они ничего не смогут. Но то что Хаширама отказывается как-то всерьез влиять на кланы лично мне кажется политикой отсроченного самоубийства.
     – Я понимаю твои слова о тех кто хочет все больше и больше, как и то, что такие есть не только в Листе, но ты и вправду не понимаешь, никто не пойдет против своей семьи, никто не захочет убивать своих, особенно после того как устал от убийств и пожав всем руки спрятал клинок в ножны. – В ответ на эту реплику я презрительно кривлюсь и поймав его взгляд указываю сначала на него, а затем на себя. А те кто решает и не должны делать только то, что хочется, они должны исполнять свой долг и свои обязанности, как бы пафосно это не звучало. Как это делает сам Тобирама, или как этого он требует от других и если кто-то в твоей семье вредит вправь мозги, выкини прочь или избавься. В любом другом случае не будет ничего кроме проблем.
     – Должности глав кланов выборные, что было нормально для войны, когда глава мог умереть в очередной атаке-ловушке-обороне и тому подобное, но теперь мирное время и очень многие захотят видеть того главу, что отстаивает их интересы и не учитывать это не получиться. – Очень скоро мы из-за этих интересов начнем экономическую экспансию и торговые войны, начнутся диверсии, убийства неугодных и неудобных. Ведь если скажем кому-то из наших кланов мешает кто-то из страны Земли или Воды, то его можно и нужно убить, ведь договариваться и долго, и не всегда удобно, и не факт, что договор будет таким, каким хочется.
     – Ты считаешь войну неизбежной. – А у самого во взгляде появились сильнейшие сомнения, он понимал неизбежность войны, верил тем аргументам, что говорили в пользу войны, но у него был брат. Брат которому он хотел верить и который утверждал обратное. И вера в слова старшего брата едва не перевешивала все доводы разума и все аргументы.
     – Да, и вижу что мы к ней не готовимся, не нравятся мои предложения, я не гордый, делайте так как считаете нужным вы сами, но делайте хоть что-то!! – Я видя его взгляд опять вспыхнул, для меня чужая вера во что-либо аргументом не являлась. Тобирама же после минутной паузы тихо сказал:
     – Я говорил с Хаширамой, – еще одна пауза, – он решил принять часть твоих предложений, но не сейчас а через пару месяцев. Изменения будут, но не мгновенно, а постепенно. – И это стало бы идеальным решением, моей маленькой победой, любые изменения и должны быть постепенными, меняться всегда очень сложно, вот только есть одно большое НО. И это НО мировая война, которая изменит все, как и любая война, и чем ближе будет ее начало, тем сильнее будет меняться жизнь людей. Поэтому и необходимо было провести все реформы сейчас, потому что проводить реформы во время войны крайняя форма идиотизма. А с учетом того что всем мил не будешь и недовольные всегда имеются в товарных количествах любое затягивание с реформами лишь усложнит проблемы, к тому же:
     – У старейшин будет время и возможность защищаться, причем заметь как-то повлиять на них крайне сложно, они экономически независимы, физически их уничтожить нельзя, а с тем же Хаширамой они не общаются, так что и переубедить словами их нельзя, потому что говорить так как говорит наш Хокаге не может никто. Впрочем это ваше дело, делайте его так как считаете нужным. – Специально, напоказ, добавляю в голос смирения и равнодушия. По сути же сейчас у меня просто нет аргументов, мне нечего противопоставить вере Хаширамы в мир и в то, что он сможет убедить других в своей правоте, а действовать самостоятельно я просто не смогу.
     – Но и бездействовать ты не собираешься, – замечает он, приняв мое смирение как должное, – тебе необходимо какое-то дело, хочешь остаться на своем посту? – Пробный шар или попытка поторговаться, черт его знает, разбираться не хочу, я для себя уже все решил.
     – Нет, слишком многие не желают меня там видеть, я стану одним из сотрудников отдела.
     – Станешь? – После моего спокойного ответа он с легким интересом взглянул на меня, мол, а откуда такая уверенность, я вот как твой начальник могу все по своему обыграть.
     – Да, начальником отдела станет Рисей Яманака. – Вот тут его лицо просто окаменело, такого он от меня не ожидал, на отдел видимо уже были планы, а тут я со своим Рисеем, как пятое колесо для телеги.
     – Почему именно он, ведь если не хотят видеть тебя, то почему ты считаешь что к твоему человеку будут относиться иначе? – Голос спокоен, но от этого спокойствия сильно веет холодком.
     – Во первых он не мой, он свой собственный человек. Во вторых сейчас стать главой отдела могут или сенжу, или учихи. А я этого не хочу, для них клан на первом месте, я же хочу чтобы на первом месте была деревня. – Тут лицо моего собеседника чуть мрачнеет, у него тоже на первом месте клан. – Рисей и его команда станут теми кто положит начало подобному... подходу. Ну и в третьих он готов стать твоим человеком и играть в твоей команде. – Вот тут на его лице появилось легкое недоумение, зачем ставить своего человека, если он уйдет в другую команду? И он стал активно буравить меня взглядом.
     – Но ведь даже став моим человеком он будет прислушиваться к тебе, – с легкой иронией замечает он.
     – Я хочу изменить шиноби, – я продолжаю, не замечая его реплики. – Рисей и его команда первое из таких изменений, первые из тех для кого дом не клан, а деревня, а за ними пойдут другие, – и я вернул ему его взгляд.
     – А если ты ошибаешься и он просто преследует свои цели?
     – Даже если и так, то учихи тебе все равно не отдадут отдел, вашим кланом не довольны многие и многие хотели чтобы вы играли как можно меньшую роль в жизни деревни, – в чем собственно и была главная проблема деревни – никто не мог занять в ней доминирующие положение. Кланы подчинялись одному выбранному руководителю, но не клану от куда тот был родом, не для того резали друг друга, чтобы потом пойти служить. Тобирама же понимая это хмурился. – Когда ты захочешь подмять отдел, то учихи заявят протест, оба ваших клана вывалят друг на друга компромат из моего сейфа, дело дойдет до Хокаге и тот уступит отдел учихам, – после этой фразы Тобирама нахмурился еще больше, он прекрасно понимал, что да, Хаширама уступит, при этом возможно еще и отдел переподчинят Хокаге напрямую.
     – То есть у меня нет выхода? – С легкой угрозой в голосе спросил он, ну да еще бы, мне ни по чину, ни по положению, ни даже по силе не полагалось загонять его в угол.
     – Почему же? – Я пожал плечами. – Выходов много выбирай любой, я предложил лишь один, если он не нравится, всегда можно найти другой.
     – Но ты искать его не будешь?
     – А мне это зачем? Я получу нормального начальника, отдел толкового главу с умелой командой спецов, деревня красивый символ, сенжу возможность диалога или даже союза с кланами Яманака-Нара-Акимичи. В итоге всем будет хорошо и никому не плохо, – и я ухмыльнулся. Он не откажется, также как и Мито, просто не был готов к такому ходу.
     – А учихи? – С легкой иронией спросил он.
     – Иногда чем-то приходится жертвовать.
     – А чего в таком случае хочешь ты? – В глазах вновь появилась равнодушие, плевать ему на все мои желания и хотелки, но вот учитывать то, к чему я стремлюсь он будет.
     – Завершить обучение, не отвлекаясь на посольства и разных Шимару, пусть в мелких миссиях даже не рассматривают мою кандидатуру как исполнителя.
     – Но ведь ты будешь находиться на службе, – иными словами никто не собирается ждать, просто дадут другие задания.
     – С кем-то вроде мелких уголовников справятся и шиноби уровня чунин, – я согласен служить, но не бегать гасить каждый пожар.
     – Хорошо, я понимаю тебя и даю слово, когда я переговорю с Рисеем? И какие у тебя дела с Мито Узумаки, – беседа перешла в нужное ему русло, в его тоне явственно послышались начальственные нотки, начальнику ведь полагается знать, что делает подчиненный. А просьбы последнего, ну разве стоит им уделять больше трех минут времени?
     – С Рисеем поговорить можно завтра, в полдень я пошлю его к тебе с докладной запиской. А с Мито у нас, – коротко рассказываю о конфликте и разговоре с ней.
     – Ты же понимаешь, что твоя договоренность с ней ничего не значит и год она ждать не будет? – В его голосе появилась легкая тень озабоченности, ведь если меня убьют раньше времени часть его планов придется менять, причем на ходу.
     – Разумеется понимаю, но по другому было нельзя, – и криво улыбаюсь. – Все должны думать, что мое выступление на Совете кланов было высказано из-за того, что я захотел поставить узумаки на место и разъяснить им некоторые правила поведения, – как там было, в одном очень хорошем мультике? "Я хотел помочь людям! Это же так просто!! Неужели вы этого не понимаете!!!". Нет, не понимают и не поймут, вот месть или ответный удар – это и просто, и понятно, а вот попытка сделать жизнь окружающих тебя людей лучше – это же бред, глупость!! И потому в подобное поверит только наш Хокаге.
     – А ты хотел улучшить жизнь в деревне и твои предложения никогда бы не приняли, если бы не узумаки. А что твоя идея с защитой разума? Ведь тебе потребуются деньги и помещения для лабораторий и полигонов, – тоже хочет войти в это дело, чтож я буду рад любой помощи. Поторгуемся.
     – Деньги у меня будут от банд ну и деревня мне немного даст, – и этого "немного" мне хватит на очень многие проекты, сорить деньгами отделу никто не позволит, но и влачить полуголодное существование ему тоже не грозит, – а что касается помещений, то мне остается только начать закапываться в землю. Ни одно здание в деревне не может быть такой лабораторией или полигоном, слишком велика опасность обнаружения и рассекречивания, – ну да, пытаться вести исследования и разработки на виду у тех, кого специально учат подобное выкрадывать, на благо клана, идиотизм. Конечно куда лучше было бы устроить подобное вне деревни, где-нибудь в горной долинке, но не все сразу, да и самому отделу нужна база, вот и будем строить, точнее рыть.
     – Хорошо, я передам в твой отдел планы и расположение лабораторий и полигонов, – ну еще бы, кто платит тот и заказывает музыку, ну или планирует застройку. – Также я направлю в твой отдел нескольких целителей, они определенно потребуются, – ну еще бы, целители всегда нужны, также как и сенжу очень не помешает защита разума.
     – Пусть так, но они будут работать не только в лабораториях и на полигонах.
     – Они будут подчиняться начальнику отдела, – ну вот и договорились, он мне целителей в помощь, я ему доступ к результатам, а то что будут подчиняться начальнику отдела, так ведь Рисей не вечен, а Тобирама твердо нацелился прибрать отдел к рукам если и не сразу так позже, все понятно и объяснимо, либо мой приемник станет его единомышленником, либо на должность главы отдела со временем сядет его соклановец. – Кстати, из страны Реки приходят слухи о том, что джашиниты резко увеличили свою активность, – ну а почему бы и нет? Ведь почти всех сильнейших их шиноби мы выбили.
     – Мы планируем вмешаться?
     – Мы можем лишь послать помощь нашим союзникам. И сделаем это через полгода. Там будет в основном те, кому не нужно возвращаться, твои слова... убедили меня. – А план просматривается даже невооруженным взглядом. Джашиниты вырезают всех в Реке и попутно устраивают резню по всей территории страны, мы тянем с помощью, ведь если поможем Реке пока стоит деревня шиноби, тогда нам просто скажут спасибо и все, Реке банально нечего нам дать, мы оттуда уже все выгребли. А когда простой люд взмолится хоть о каких-то спасителях, то тут же появятся многочисленные шиноби из Листа. В итоге мы сможем говорить о присоединении страны, получении знаний уничтоженных кланов (культистам они без надобности), уничтожении опасного культа под боком, нескольких несогласных из нашей деревни, ну и попутно можно будет проредить или уничтожить группу Песка. Последняя будет обязательно, Река наверняка пошлет за помощью ко всем соседям, между гибелью от рук культистов и не удовольствием Листа они выберут второе, вот только Песок поступит также как и Лист, по той же причине.
     – Команда большая?
     – Да. – А раз большая команда, то наверняка будут те, кто захочет чтобы я стал героем посмертно, потому он меня и предупредил, мне еще рано умирать.
     – Чтож, тогда я начну готовится.
     Итак моя жизнь сделала очередной поворот и едва не вылетела на обочину, чтож буду учиться на своих ошибках, время есть, полгода это не так уж и мало.

Глава 18 Мысли вслух

     Тобирама Сенжу, Коноха, скала над деревней.
     «Это было просто, так просто, что он постоянно подозревал подвох. Разговор с этим мальчишкой Николаем... весь этот разговор он демонстрировал лишь те эмоции, что хотел показать сопляку, вывести его из равновесия тот смог лишь один раз, когда заявил о своем добровольном уходе с поста. И надо признать этот ход он не предусмотрел, никто из кланов не будет добровольно уступать такой пост и он ожидал того же и от мальчишки, а тот возьми да и уйди.
     Вот только один ход как бы хорош он не был партию не выиграет, тут по его губам скользнула легкая улыбка, да мальчишка хорош, очень хорош, но он банально не знает и не понимает ряд основополагающих вещей. Можно иметь задатки великого шахматиста, но, если ты ленишься изучать стандартные дебюты и эндшпили, тебя побьет любой, кто не ленится. Просто потому, что для него общее место то, что для тебя великое открытие, а время партии ограничено. Мальчишка должен был с позором выкинут со своего поста, а сам его отдел расформирован, после чего уже он лично сформировал бы новую службу контрразведки, такую какая нужна конкретно ему и его клану. Сенжу отказались бы дружить с таким человеком, а брат не предложит дружбу кому-то столь... жестокому и кровожадному, а вот благородные учихи наверняка бы решили помочь парню и в конце концов тот бы стал еще одним камешком, который поможет утопить клан красноглазых. Теперь же об этом плане придется забыть. Но... эта партия ведь еще не окончена.
     Ход со сменой главы отдела легко парировать разрастанием отдела, ведь Рисей ученый-изобретатель, ему банально не хватит времени на руководство отделом и эксперименты. А потому он охотно уступит пост главы тому, на кого укажет его начальник. Так что ход Николая не опасен, скорее обиден, но так даже лучше, иногда нужно напоминание, что никто не идеален и может ошибаться, причем именно такое напоминание, последствия которого легко исправить.
     К тому же ему сделан немалый подарок! Возможный диалог, а затем и союз с тройкой кланов, ради подобного можно потерпеть этого мальчишку на его посту и больше года. Ведь его клан воевал не только с учихами, эти кланы также были в числе противников. Да мир подписали, но этого было мало. Необходим именно союз, только он может при столкновении интересов учих и сенжу "помочь" принять сторону его клана. А это столкновение обязательно будет.
     Пока же нужно поразмыслить над остальными словами сопляка. Его слова о брате и о неизбежности мировой войны... они логичны, а значит нужно готовить клан и деревню к...»
     Тут взгляд Тобирамы упал на Башню Хокаге, а губы скривила презрительная усмешка.
     «Да все слова мальчишки были логичны, вот только одной только логики мало, человеку мало. Логично было добить учих после того как сенжу победили их? Логично, чуть ли не весь клан настаивал на этом, но его брат поступил по своему, пошел против большинства и в итоге изменил все. И теперь чуть ли не в каждом клане заявляют, что они были готовы к такой инициативе, что только ждали удобного момента, что если бы не они... пожалуй один из немногих плюсов Николая в том, что он никогда не заявлял подобного.»
     Тут он стиснул зубы и сжал кулаки, эта деревня построена его братом, всем остальным лишь позволили присоединиться, никто и никогда из них не будет равен их клану!!!
     «И точно также как объединял кланы страны Огня его брат объединит деревни шиноби, а он точно также как и раньше поддержит его и прикроет ему спину. И он никому не позволит хоть как-то уменьшить силу своего клана, лишь ничтожество, не имеющие семьи и дома может давать советы о том, что нужно убить кого-то из своей семьи.
     Но вот в качестве инструмента он будет очень полезен, особенно если удастся подтолкнуть его к чистке других кланов. Так что в намечающейся бойне в стране Реки за ним присмотрят, просто чтобы никто не воткнул кунай в спину, ну а если этого будет недостаточно, чтож у него еще не мало инструментов, потеря одного не критична. А пока же нужно заняться переговорами с кланами, ведь за просто так дружить с бывшими врагами не станут, попутно стоит изготовить новые инструменты, его ученики идеально подойдут, кроме того мальчишка очень правильно сказал о том, что придется поделиться властью, а значит нужно заранее прикинуть кто завладеет кусочком власти и дать понять ему с кем нужно дружить, а с кем не стоит... И если другим деревням шиноби хватит наглости или глупости отказать его брату, то с ними поступят также как и с учихами, сначала врежут посильнее, а затем присоединят, на правах младших братьев.»
     Учиха Мадара и Учиха Изуна, Коноха, квартал клана Учиха, дом главы клана.
     Братья сидели друг против друга и вяло переставляли фигуры на доске для сёги, мысли обоих были весьма далеки от игры.
     – После смерти старейшин против нас и идеи деревни выступают лишь двое мастеров и один из учителей молодняка, – Мадара двинул вперед одну из своих пешек, – их попытки навербовать новых сторонников и удержать старых от перехода в наш лагерь мы можем с легкостью парировать тремя новыми старейшинами, которых мы выберем. – Изуна ответил аналогичным ходом. – С нейтралами я уже провел переговоры, они нас поддержат.
     – Хорошо, но ты ведь не оставишь их в живых? – В тоне младшего брата были равнодушные ноты, он прекрасно понимал что именно будет с теми кто пошел против старшего брата.
     – Не оставлю, – Мадара хищно улыбнулся, делая ход конем, – у меня нет повода отправить их с какой-то миссией, но повод легко придумать. Через полгода мы направим в страну Реки серьезный отряд шиноби и они войдут в состав отряда. Их главной задачей станет застолбить за кланом кое-какие участки земли. Двое из старейшин уже готовы уйти на покой, а они станут кандидатами на эти посты, если конечно справятся с заданием и вернуться... – Тут его улыбка трансформировалась в жестокий оскал хищника.
     – Ты вновь хочешь довериться этому Николаю? – На лице Изуны мелькнуло пренебрежение к черноногому. Его брат внутренне тяжело вздохнул, Изуна по прежнему считал его лучшего друга лишь разменной пешкой. И потому его не волновало, что эта пешка спасла его жизнь, клан, жизнь его брата... в конце концов пешка и должна защищать своего короля. Вот только Николай их пешкой не был...
     – Он уже давно не этот, он мой друг и друг клана, – взгляд Мадары сверкнул металлом, а в голосе был холод, – формальности ничего не значат. Сразу после того как он вернется из этой операции он вновь станет другом клана. Но нет, – он немного успокоился, делая следующий ход, завершая мини комбинацию, позволившею лишить своего противника коня, – в этот раз проблему решат мои люди, которых я также пошлю в этот поход. Николай же ликвидирует детей старейшин.
     – Значит на этом вопрос с оппозицией мы закроем на ближайшие двадцать лет, – Изуна никак не показал, что тон и слова брата его задели, и его голос был спокойным. – Следующий вопрос о том как и чем будет зарабатывать клан, хотя бы на первых порах. Раньше мы могли собирать налоги, брать деньги за проход по нашей территории и торговать тем немногим, что производилось на территории нашего клана. К сегодняшнему дню мы уже лишились этих источников заработка, а казна клана почти пуста, строительство деревни удовольствие не из дешевых, – он в свою очередь провел мини комбинацию, лишая брата слона.
     – До полного истощения еще далеко, что с заказами? – Ровным голосом спросил Мадара, этот вопрос он предвидел, клан жил на широкую ногу и он прекрасно понимал, что никто не собирается затягивать пояса, особенно сейчас, когда заключили мир и начали строить новую, лучшую жизнь.
     – Их не мало, но этого не достаточно, нас кормила война и наша земля, а теперь мир и у кланов нет земли, есть только страна Огня. – Тут он криво усмехнулся, кто бы что не говорил, но мир полезен не для всех, благосостояние их клана в первые годы мира изрядно пошатнулось.
     – Во время своего действия отряд Николая занимался в том числе и защитой купцов, в том числе и тех, кто торговал чакрометаллом, – с легкой задумчивостью начал он, – пара таких купцов действовала в интересах клана Хагоромо, который мы уничтожили. Они в свою очередь решили затаиться и выждать немного, боясь, что под предлогом добивания Хагоромо у них отнимут рудник. В конце концов рудник у них все же отняли, только это были трое шиноби из бывшего отряда Николая, и теперь они просятся в клан, в качестве дара передавая нам дарственную на этот рудник. Купцы же сгорели вместе с семьями, и к нам за справедливостью не придут, как и остальные члены отряда.
     – Но у них нет шарингана, они не могут быть учихами. – По одному из клановых законов те кто к тридцати годам не обретет полноценный шаринган отправятся в побочную ветвь клана, равно как и те кто не способен его обрести, это изрядно ограничивало клан, не давая быстро восполнять потери, особенно сейчас, когда были возможны браки с другими кланами, ведь не каждый пойдет в побочную ветвь, но учихами может править только учиха.
     – Они готовы войти в побочную ветвь, их родные кланы не желают видеть их в своих рядах, поэтому они намерены поискать счастье в другом месте. – Впрочем время от времени находились те, для кого сытая служба была лучше голодной свободы.
     – А почему бы нам просто не забрать у них все нужные бумаги, к чему нам смутьяны или не только смутьяны? – С легким намеком в голосе поинтересовался Изуна.
     – Они не причем, дело в их начальниках, точнее в самых твердолобых из их кланов, они не желают видеть тех кто ушел рядом с собой, и своими детьми, – тут по лицу Мадары скользнула презрительная усмешка, даже если не рассматривать рудник, идиоты сами сделали его клану такой подарок, что их стоило поблагодарить за подобное. Пусть даже Николай не прав и его клан не сможет научиться тому что умеют эти трое, смогут их дети, а если же Николай прав... – С ними проблем не будет, да они и сами все понимают.
     – Чтож, тут тоже все понятно, на территории страны Огня больше нет залежей чакрометалла и у нас просто не будет конкурентов, даже Сарутоби с их связями, придется нам уступить этот сектор рынка. – Оба чуть-чуть оскалились, еще один кирпичик их великого будущего, и очень немаленький кирпичик, монополия – высшая форма экономической организации, только при монополии можно получить максимальную прибыль. А их монополию просто не кому оспорить.
     – Самое важное ты приберег напоследок? – Мадара по прежнеу скалясь сделал очередной ход, готовя новую ловушку своему брату.
     – Да, наш клан брат... – а вот его брат резко стал серьезнее и почти перестал смотреть на доску, вглядываясь в лицо своего визави, – они поддержали тебя и твое решение, но какое будущие нас ждет? Раньше все было просто, а теперь? – Самый главный вопрос над которым хоть раз, но размышлял каждый в клане, они уже привыкли, что они первые, а в теперешней ситуации их отодвигали на место вторых и клану очень хотелось знать, что думает об этом их лидер.
     – Ничего не изменилось, мы рождены чтобы быть первыми и мы ими будем, – голос Мадары зазвенел, лицо исказилось, словно он вновь был на поле боя, а в глазах вспыхнул мангекё шаринган. – Очень скоро учихи займут предназначенное им место и поведут народы и кланы, – но вспышка долго не продлилась и успокоился он быстро, шаринган исчез из его глаз.
     – Прости, но можно поконкретнее? – Его брат чуть расслабился и вновь вгляделся в ситуацию на доске.
     – Пожалуйста, Николай во всем прав, нас ждет война. Война к которой Хаширама не готовится и которой не желает, которую он будет всеми силами стараться предотвратить. И которую у него предотвратить не получиться, – по его губам скользнула полупрезрительная усмешка, его заклятый друг не желал учиться на своих ошибках, забыв, что перед тем как построить деревню кланы веками убивали друг друга, а их союз был скреплен не только рукопожатием, но и кровью, чтож если он не хочет учиться, то этим глупо не воспользоваться. – И когда война все-таки начнется, наш лидер во-первых изрядно потеряет в авторитете, а во-вторых поручит командование армией мне или вообще передаст шляпу Хокаге. Он не воин и не военачальник, жизнь и судьба заставили его стать и хорошим воином, и неплохим военачальником, но это не его суть, – он начал решительную атаку на позицию своего брата, двинув вперед свои фигуры. – Это моя суть и я уже являюсь командиром армии, так что я стану победителем-завоевателем, а если он не передаст мне шапку Хокаге сразу, то я им стану на волне популярности вызванной победами над врагами.
     – А победы будут? Николай ведь говорил о том что нужно как можно быстрее подготовиться и бить, пока другие деревни нас не нагнали, – в голосе Изуны было легкое недоверие, ведь один раз они проиграли, и ему очень не хотелось проигрывать второй раз.
     – Им никогда не достичь нашего уровня силы, мы потомки Бога, точно также как Сенжу, и Хьюги, а остальные лишь отщепенцы ухватившие крошки с нашего стола и успевшие сбежать. Они нам не ровня, – в голосе первого учихи зазвучало высокомерие, властное превосходство человека стоящего на ступень выше. – Николай хочет ускорить начало войны лишь для того чтобы уменьшить потери, но как раз этого я и не хочу, – жестко продолжил он, – Тобирама решил переиграть наш клан, собрав коалицию из множества меньших кланов, что при демократии даст ему нужное количество голосов почти при любом положении. Мы никогда не обретем столько союзников, но нам и не нужно, ведь лицом союза Сенжу будет Хаширама, а не его брат. Огромные потери которые понесет Лист из-за миролюбия нашего Хокаге, победы одержанные под моим руководством и бесклановые идущие в бой по моему приказу, ха, этот союз сам развалиться, – пренебрежительно махнул он рукой, – ведь никто не любит неудачников, особенно если их не понимают, а идеи Хаширамы непонятны очень многим. Ну а когда я стану во главе всего мира, то можно будет многое изменить... И еще, –Мадара сделал последний ход, – ты проиграл.
     Хирузен Сарутоби и Саске Сарутоби, Коноха, особняк главы клана Сарутоби.
     – Отец?
     – Слушаю тебя, сын.
     Невысокий, смуглокожий юноша в мужском темно-синем домашнем кимоно, с короткими каштановыми волосами, которые выделялись тем, что очень походили но щетину ежа, опустился на татами рядом с мужчиной лет пятидесяти в практически таком же кимоно. Тот сидел рядом с низким столиком, на котором находились маленький чайник и пиала с чаем. В руках мужчина держал журнал, который он положил рядом с собой, когда к нему обратился сын.
     – Сегодня я побывал на одном очень странном мероприятии, которое устроил этот бесклановый.
     – И-и-и? – приподнял бровь мужчина.
     – И я хочу тебе рассказать очень многое. – Рассказ длился добрых два часа и отец Хирузена, Сарутоби Саске, слушал сына, не ослабляя внимание ни на секунду.
     – Оу, – сказал мужчина по прошествии двух часов и потянулся, было, за журналом, но отдернул руку. – Любопытно и очень интересно, но что же ты от меня хочешь?
     – Объяснений. И ответа на вопрос, а зачем мне вообще бывать на таких мероприятиях?
     – Эх, – вздохнул мужчина и грустно посмотрел на журнал. После чего еще раз вздохнул и взял пиалу с чаем.
     – Ты неисправим, отец, – вздохнул Хирузен, – опять «мужской» журнал втайне от матери смотришь?
     – С чего это ты взял? – с легким равнодушием спросил глава клана.
     – Ну да-ну да… Так что там с моим вопросом?
     – Ну ходить тебе нужно потому, что во первых этот бесклановый во всем прав. А во вторых...
     – То есть как это прав!? – Вскричал Хирузен.
     – А очень просто, – его же отец был каменно спокоен, – ты разве не задумывался, зачем его держат, почему позволяют выдвигать предложения на Совете Кланов? Какой смысл нам всем слушать дурака? Да еще и черноногого по рождению.
     – Но как же его слова о нашем клане и о необходимости чистки? Мы что и правда согласимся с тем, что нужно убивать своих? – Его же сын вместо того чтобы успокоится продолжал кипеть, да так, что отцу пришлось убрать с лица равнодушие и взглянуть на сына по настоящему серьезно, что малость отрезвило того.
     – Сын запомни одну очень важную вещь, – негромко начал глава клана, – если все окружающие тебя знают о том, что ты поступил ну скажем не хорошо, то лучше честно признайся в этом. Только честный и благородный признает свою вину. В благородстве и честности унижения нет. Унижение будет если ты будешь вести себя с кем-то вот так: "раз я в основном хороший, значит ни в чем вообще не виноват, а вот ты, гад, виноват, что неприятно мне делаешь". Исключение из этого правила может быть только в том случае, если ты сможешь заткнуть глотки всем кто тебя окружает. Ты должен был отшутится, а не молчать, все равно Тобирама узнал бы об этом эпизоде, ведь он начальник Николая и имеет не мало людей в его отделе, узнал бы и его брат, твое молчание ничего не изменило, но показало, что воры из родного клана для тебя дороже, чем правда или интересы деревни, ты показал себя не с лучшей стороны сын, – огорченно закончил отец. Хирузен задумался, очень сильно задумался.
     – С чистками тоже все не так просто? – После короткой паузы и чуть успокоившись спросил Хирузен.
     – Да нет тут как раз все просто, на поверхности, – чуть шевельнул рукой Саске, – нам предложено фактически избавиться от оппозиции и тех кто выступает против теперешнего положения вещей, ну а попутно отдел этого мальчишки будет разрастаться, обретая определенную власть и силу, – улыбнулся он своему сыну.
     – Но тогда получается, что прав Хокаге! – В ответ на эту реплику захотелось ругаться, ну нельзя же быть таким близоруким!? Чему его вообще учили!? – К чему усиливать этого бескланового!? Можно сделать требуемое и без крови, так как говорит Хаширама – ну как он не понимает, дело не в том мальчишке, а в том, что его отдел создавался с конкретными задачами и его численность, влияние, сила и прочее будет зависеть только от поставленных перед ним задач и того как он справляется с ними. Ведь и в их клане есть те кто присматривает за недовольными, нет надо будет поговорить с мастерами... а уж что касается Хокаге.
     – Еще одна твоя ошибка, да наш Хокаге и силен, и весьма харизматичен, но его оппоненты тоже и сильны, и достаточно харизматичны, а главное просто не станут с ним разговаривать. Наши старейшины и так знают чего от жизни хотят, и разъяснения Хаширамы им не к чему, – теперь в его словах была легкая грусть, ему бы очень хотелось, чтобы недовольных переубедили, чтобы не нужно было убивать своих, вот только он понимал, что это невозможно. – Максимум чего может добиться наш Хокаге это избавиться от оппозиции в собственном клане. А вот нам, после того как мальчишке не разрешили вырезать несогласных, придется бороться с ней самим.
     – Но ведь они наш клан, наша семья! – Возмущенно вскрикнул Хирузен вновь выйдя из равновесия. Его отец вновь тяжело вздохнул про себя, теперь сына он будет учить лично.
     – А рода Тейджо и Суйсена? Те с чьими отпрысками ты дрался так, что только вмешательство одного из клановых мастеров тебя остановило? – С легкой иронией спросил глава клана. Тот случай оба запомнили очень хорошо и если для Саске он запомнился лишь большим количеством жалоб на своего наследника, то вот его сын... он с сыновьями тех родов даже не здоровался. – Всегда будут недовольные сын, всегда будут те, чьи амбиции чересчур велики, в обычных условиях они бы ограничились злобным ворчанием, а я громким рявком, чтобы вели себя потише. Но наш мир изменился и эти рода потеряли слишком многое, либо они найдут способ вернуть утраченное или обрести новое, либо им придется уйти в стан вторых, – чего они не хотят.
     – И они готовы пойти против деревни? – Удивленно спросил Хирузен.
     – Не только они и не прямо сейчас, в открытую, недовольных много, объединившись они могут или вернуть все к тому с чего начинали, – то есть проще говоря развязав новую войну всех против всех, что не так уж и сложно, ломать ведь не строить, – или устроить большой передел сфер влияния, – вот только поскольку все уже поделено, то новый передел не обойдется без трупов и нового витка ненависти, – как ты понимаешь для власти любой вариант недопустим. И если до недовольных в чужих кланах мне дела нет, то вот за эти два рода я отвечаю, и если их поймают за руку, то как и в случае с Госпиталем отвечать будет весь клан, – собственно по другому кланы приструнить было нельзя, рисковать своей жизнью для шиноби было привычным делом, но вот подставлять клан многие были не готовы, да и сам клан не желал подставляться, потому и сдерживал потенциальных смутьянов.
     – Но ведь можно использовать другие методы, не только убийства, – как-то обескураженно произнес Хирузен.
     – Можно, – кивнув его отец, сделал глоток чая и с сожалением убедился, что тот безнадежно остыл, пришлось приложить чуточку чакры, чтобы тот вновь можно было пить – но я не Хаширама, у меня нет его силы убеждения, я смог договориться с родами Кея и Кику, а вот два первых мои предложения и аргументы отвергли.
     – И их необходимо убить?
     – Нет, не необходимо, сейчас их влияние и возможности сильно ограничены, но тут как с травой, сколько ты ее не подрезай, она все равно будет расти, – правда эту траву не обязательно выпалывать или жечь напалмом, можно и дальше подрезать, то есть не давать оппозиции усилиться, раз за разом оставляя их у разбитого корыта, вот только при таком подходе всегда есть шанс, что трава разрастется слишком сильно. – Пройдет время и рода вернут себе и влияние и ресурсы, – проблема в том как и за счет кого это будет сделано. – Я лишь хотел не накапливать проблем на будущие и переложить сомнительную честь убийства своих на плечи этого Николая. Кстати присмотрись к нему повнимательнее, поговори с ним...
     – Предлагаешь завести с ним знакомство? – С сильным сомнением и еще более сильным удивлением в голосе спросил Хирузен.
     – Да, он один из будущих командиров в твоей будущей армии, – ответил на вопрос Саске, делая еще один глоток чая из пиалы.
     – Моей армии? – С легким шоком переспросил его сын.
     – Да, – кивнул отец, – когда ты станешь Хокаге.
     – Отец мне обидно такое говорить, но я не смогу превзойти Хашираму, – выдержав паузу и оправившись от шока, вздохнул Хирузен, каждый мечтает взобраться на вершину и очень неприятно осознавать, что есть вершины которые ты покорить не сможешь, даже будучи гением наследник Сарутоби прекрасно понимал насколько он далек от первого Сенжу.
     – И не нужно, – спокойно и очень серьезно произнес Саске. – Да ты слабее нашего Хокаге и говорить так так он не сможешь никогда, но ты все равно потенциально очень силен, а со временем научишься убеждать ничуть не хуже, не благодаря вере, а благодаря аргументам и логике. Ну а сам Хаширама не так уж и долго пробудет Хокаге. Как и говорил Николай, – тут он чуть улыбнулся, – война неизбежна.
     – Я понимаю то, как именно война повлияет на деревню и кланы, и то, как после нее станут относиться к Хашираме и его брату, но есть еще и клан Учиха, Мадару я так же не смогу превзойти. Или мне вновь не потребуется делать этого? – С понимающей улыбкой спросил заметно оживившийся после его последней реплики сын.
     – Не потребуется, у Мадары свой взгляд на вещи, а у клана учих своеобразная репутация, после победы в войне он захочет изменить очень многое, включая и теперешнюю систему власти, – Саске говорил с легким пренебрежением, ведь предсказать как поведет себя тот кто руководствуется эмоциями не так уж и сложно, а у учих на первом месте именно эмоции, а раз можно предсказать их реакцию, значит не так уж и сложно подготовить свой ход, – что вызовет горячее неодобрение кланов. И когда они его выскажут им потребуется новый лидер, ты, – ведь лучший это не значит идеальный, это означает, что все остальные хуже.
     – А почему не Хаширама или ты сам? – Удивленно спросил Хирузен.
     – Потому что оценивают за результат, а не за намерения, у Хаширамы прекрасные намерения, но результатом его действий станут огромные потери в войне и разорение хозяйства, – теперь в тоне его отца зазвучала откровенная неприязнь, – ведь ничего менять он не станет, по его мнению все и так хорошо, а значит в нем разочаруются еще и простые люди, а они как ты знаешь из вашего поедания шашлыка тоже получат толику власти. Ну а я, я уже слишком стар, я просто не смогу быть Хокаге, – он хорошо понимал, что что ему просто не хватит сил усидеть сколь-нибудь долго, а потому не желал становится правителем на час.
     – Отец этот твой план, он слишком не надежен, – Хирузен задумчиво покачал головой, – в нем слишком много "если" и "вдруг", а ведь кроме меня есть не мало тех у кого не менее амбициозные планы, например вместе со мной обучается еще и Данзо.
     – Поэтому ты и будешь заводить новые связи и укреплять старые, ты будешь тренироваться и учиться, – ведь именно в этом была главная сила их клана, в накоплении ресурсов, связей и умении ждать, планируя свое будущие на десятки лет вперед, – я помогу тебе со стихией ветра, сенжу с водой и землей, а вот молнию и огонь тебе придется развивать с учихами и с тем бесклановым. Среди нашего клана есть мастера стихии огня, но мы уступаем учихам, а вот мастеров в стихии молнии у нас нет вообще.
     – А меня вообще будут учить?
     – Будут, ты еще не стал частью команды сенжу, Мадара может учить и не будет, а вот с Изуной возможны варианты, но даже если и нет, как я и сказал есть мастера нашего клана.
     – А если бесклановый откажется учить меня?
     – Постарайся сделать так, чтобы не отказал, – его тон говорил о том, что лучше постараться, очень сильно постараться, – я в свое время допустил ошибку в отношении него, я предлагал ему вступить в клан, но вот исполнители сильно подкачали и предложение было высказано так, что прими он его и ноги бы об него не вытирал только ленивый, не повторяй моих ошибок сын, не плоди неприязнь, ненависть и вражду на пустом месте, – он прекрасно понимал, что на той встрече можно было обсудить интриги очень многих кланов, благо, что никто не собирался вести праведную жизнь, но именно его клан нанес тому мальчишке оскорбление, и он ответил. – Тебе не нужно дружить с бесклановым, но с ним совершенно не обязательно враждовать, он может стать очень ценным инструментом и глупо отбрасывать его.
     – Я понял, спасибо отец, – будущий Хокаге склонил голову в уважительном поклоне.
     – Тогда иди тебя ждут тренировки, а меня этот журнал.
     – Ооох отец, – тяжело вздохнул Хирузен, – ну почему ты занимаешься подобным? Ведь и мама этого не одобряет и...
     – Иди-иди, посмотрим каким ты будешь через восемь лет... – усмехнулся Саске.
     Увабами Нара, Коноха, квартал клана Нара, особняк главы клана.
     Широкоплечий, двух метровый великан, с короткими, смолисто-черными волосами и лицом простодушного богатыря и рубахи парня меньше всего походил на одного из самых умных шиноби своего поколения. Впечатление еще больше усиливали глаза, огромные и синие как небо, больше подходящие именно герою поэм, а не убийце.
     – Ты уже очень долго сидишь в этой беседке, о чем размышляешь так сильно? – К нему неслышно подошла невысокая, ладно сложенная, черноволосая куноичи, со столь же огромными и синими как небо глазами.
     – О том разговоре. – Негромко отозвался Увабами.
     – С бесклановым? – Жена села напротив него, с любопытством смотря на его лицо.
     – Да. То что он мне тогда многое сказал, это действительно может изменить все, мы действительно сможем объединить мир, – если лицо главы клана по привычке ничего не выражало, то вот взгляд блуждал где-то далеко, в том будущем, что сумел нарисовать ему Николай.
     – А стоит ли?
     – Стоит, я был бы рад поразмышлять над такой задачкой, – улыбнулся он, возвращаясь в реальность. – Да и если мир станет един всем станет хорошо и прекрасно, в этом мире без войн, а если нет и мы все-таки потерпим неудачу, то ничего не изменится, о мировой войне он тоже говорил, просто будем воевать за свою мечту, – с ленцой пожал он плечами.
     – Но дело ведь не только в этом? – Своего мужа она знала прекрасно, как и многих из клана лентяев она устраивала ему время от времени головомойку, но когда он решал какую-то сложную задачу она превращалась в надежную опору для него, ведь его дело решать сложные задачи, ведя клан вперед, а ее дело помогать решать эти задачи.
     – Не только, – задумчиво отвечал ее собеседник, – те реформы о которых он говорил, жизнь шиноби они изменят значительно, но мы бы и сами пришли к этим изменениям, к тому же о большей их части мы между собой уже договорились, он лишь озвучил наши еще не принятые решения, а вот жизнь простого народа... фактически если провести в жизнь его предложения, то страна Огня превратится в место пересадки на пол пути в Рай, простые люди валом бы валили в нашу страну и с пониманием бы отнеслись и к набору рекрутов, и к сбору налогов, просто потому, что там в соседних странах еще хуже, в разы хуже. Начни мы реформы сейчас и к началу Мировой войны Песок с Туманом были бы экономически полностью от нас зависимы, – потому что голод не тетка, а на одной рыбе долго не проживешь, быстрое развитие экономики позволит привязать эти деревни к Листу надежнее чем что-либо иное, – даже не смотря на тяжелый начальный этап мы обязательно бы выиграли эту войну.
     – Но этого не будет и поэтому ты уже который час сидишь здесь и даже чай не пьешь.
     – Не будет, часть его предложений приняли, но по сути эта часть мелочи, только то, что необходимо было сделать, все то в чем не было острой необходимости так и осталось словами повисшими в воздухе, – а потом будут сказаны другие слова, что-то заболтают, что-то забудут и в итоге пользы будет чуть. Часть предложений Николая которые он озвучил при их разговоре были выдвинуты Хаширамой, на Совете Кланов, но он не настаивал на их принятии, просто сказал, что можно сделать и привел аргументы, но в его словах не было той невероятной веры, что обычно буквально пропитывала его слова, кланы должны были понять и принять их самостоятельно, а им это просто не было нужно, они уже на вершине этого мира, так и зачем что-то менять? Тем более что может оказаться так, что кому-то придется спуститься с вершины. Некоторые из предложений приняли, но изменения будут минимальными. – А это в свою очередь означает, что в будущем нас ждет война со всеми кто нас окружает и хорошо если это будет не коалиция.
     – И это не изменить? – Напряженно спросила она, будучи Нара она понимала чем может грозить подобное, равно как и понимала почему ее муж так задумчив.
     – Нет, тот мальчишка уже попробовал, безрезультатно, а значит не получится и у меня, мне нечего противопоставить Хашираме и его вере, – он уже знал о посиделках, что прошли у бескланового и догадывался о чем там говорили, также как и о том что каждый остался при своем мнении. А раз Хашираму не смогли переубедить брат, друзья и старейшины, то и у него не получиться. – Поэтому нужно начинать готовить клан к войне уже сейчас, – задумчивость ушла из его голоса, в нем появилась решимость вождя, готового вести клан через любые препятствия и одолеть любого противника.
     – Также как мы готовились к вхождению в деревню? – Тут перед обоими мелькнули воспоминания, эта операция была одной из самых сложных за всю историю клана, в первую очередь потому, что потребовалось донести мысль не лезть во власть в деревне не только своим старейшинам, но и союзникам. Простая мысль, что не смотря на все миролюбивые заявления и желание прекратить войну, деревню строят вовсе не для того, чтобы кто-то третий мог прийти туда и стать во главе построенного, весьма долго доходила до некоторых шиноби. А когда дошла, то они по плану Нара бросились не бороться за посты и влияние, а захватывать собственность в деревне, так Акимичи подгребли под себя все точки общепита, а Яманака весь цветочный бизнес, вкупе с ингредиентами для алхимии кланов и мед.препаратов. Нара же подмяли под себя ряд строительных компаний, ведь Коноха и сейчас еще продолжала строиться, также им удалось получить контроль над несколькими лесозаготовительными артелями... в общем никто не был в накладе, а посты и должности они все-равно получили, просто потому, что были специалистами высшей пробы в некоторых областях.
     – Почти также, наш клан традиционно силен в планировании и традиционно выступает в союзе с Яманака и Акимичи, значит нужно настоять на том, что будущие команды будут представлены именно тройками бойцов наших кланов с командиром капитаном из любого другого клана, – их кланы уже неоднократно сражались вместе, а раз так то, им будет куда проще сражаться в одной команде, ну а остальные пусть привыкают друг к другу, особенно когда начнутся проблемы, а решать их придется не притершимися командами. – Также ты и твои подруги должны ускорить переход наших торговых домов под крылышко Сарутоби, мы не сможем конкурировать с ними, а будущая война ударит по торговле очень сильно, – это было одной из главных особенностей их клана, именно женщины контролировали финансы клана, правя кланом наравне с мужчинами. – Также нужно увеличить число наших людей в разведке, контрразведке, штабе армии и фин. отделе Листа, а также необходимо иметь своих людей в столице.
     – Это не поможет избежать потерь, война все равно заберет очень многих, – глухо, с болью в голосе сказала его жена, в клановой войне она потеряла очень многих, от целого рода осталась лишь она одна.
     – Но поможет сохранить костяк клана и его независимость, – жестко ответил он, – в отличие от скажем собачников, что уже сейчас вынуждены унижаться перед торгашами, – на лица обоих выползло ничем не сдерживаемое презрение. Клан Инузука в последние годы войны потерял очень многих бойцов, включая и своего главу вместе с наследником, так мало того они еще и понесли крупные финансовые потери, не утратив при этом привычек и амбиций. Желание жить как великий клан, отсутствие толковых союзников и недостаток финансов привели этот клан к Сарутоби. Те охотно поделились частью заказов и даже подбросили несколько от себя, при этом незаметно и постепенно привязывая собачников к себе и если молодой глава Инузук этого не видел, то вот Нара был уверен, что еще лет пятнадцать и Сарутоби бросят просить, и начнут приказывать.
     – То есть нам остается только готовиться к будущему?
     – Готовиться и ждать, мы ждали не одно столетие наблюдая за тем как сражаются другие, можем подождать и еще немного, когда наши великие лидеры ошибутся мы будем рядом, в шаге от трона, – в его голосе явственно послышались пренебрежительные ноты, будучи логиком он не понимал как можно строить что-то основываясь на эмоциях, отбросив уже всем известные факты, – ну а когда ошибется тот кто придет им на смену новым Хокаге станет Нара. И построит новый мир, основанный на планах, а не на мечтах, – его голос не оставлял сомнений, он действительно был готов бороться за титул первого шиноби и главы деревни.
     – Но мы никогда не были также сильны как сенжу или учиха, – озадаченно заметила его жена.
     – Однако мы можем стать если и не выше их по силе, то хотя бы вровень, не сразу разумеется, далеко не сразу, но вот уже через два-три поколения один из Нара сможет претендовать на пост Хокаге. Наша задача создать возможности для этого, работа в разведке и контрразведке даст нам и техники, и методики по развитию в самых разных направлениях, ведь через эти службы будет неизбежно проходить подобная информация, развитие гениев из бесклановых, трофеи после побед... нам даже красть не нужно, достаточно просто запомнить нужную информацию, – план был составлен, по лицу его собеседницы расплылась улыбка, теперь можно было и пошутить.
     – А лень ты в своем великом плане куда денешь? – скорчив рожицу ехидно спросила она.
     – А кто сказал что Хокаге может быть только мужчина? – Улыбнулся он, – тень может отбросить и женщина, – какое-то время она с шоком смотрела на него, а потом с счастливым визгом бросилась ему на шею.
     Хоши Такахаси, Химачи, столица страны Огня, поместье в центре столицы.
     В одной из комнат особняка сидели двое, один еще очень молодой, четырнадцатилетний мальчишка, с лицом ангела, пронзительно голубыми глазами и короткими светло русыми волосами. Второй был крепким стариком, со снежно белыми волосами, и уже поблекшими, утратившими цвет глазами, в которых по прежнему светился не малый ум и стальная воля.
     – Ты звал меня дедушка? – Звонкий детский голос резко контрастировал с серьезным лицом, глава рода Такахаси улыбнулся про себя, его внук оправдывал ожидания, уже сейчас он был умнее многих взрослых.
     – Да Акира, завтра к нам в дом прибудут городской глава и командующий армии страны Огня.
     – Командующий армией? И шиноби тоже? – Уколол его внук, да определенно он умнее многих.
     – Шиноби не армия, они сами по себе. Кроме тех о ком я говорил придут их жены и дочери. Ты увидишь своих будущих невест. Твоей старшей женой будет дочь командующего, одной из младших дочь главы города, – о его будущем они поговорили еще год назад и надо признать внук его не подвел, он спокойно выслушал деда и отца, их аргументы и согласился с ними обоими, но при этом поставив одно условие: у него будет любимая, та кого выберет именно он.
     – Дед... ты решил опять? – Его голос дрогнул, а в глазах мальчишки на миг мелькнул страх, тень того ужаса, что их род пережил, когда их глава пошел на авантюру с захватом трона страны Огня. Тогда их не стали убивать, но еще добрую неделю они вздрагивали, ведь их могли обмануть, с тем молодым шиноби могли не согласится... Закручивающуюся интригу он разгадал почти мгновенно, его дед контролировал все финансы страны, а когда он получит поддержку армии смена дайме станет лишь вопросом времени.
     – Нет, в этот раз все будет по другому, – усмехнулся в бороду Хоши, – мы не объявим о помолвке до тех пор, пока не заключим союз с шиноби, что придет к нам ради помощи в борьбе за власть, – он хорошо умел учиться на своих ошибках, жизнь научила, раз шиноби не согласны с самоуправством феодалов пусть сами дадут добро на смену правителя.
     – А если он придет не к нам? – Негромко спросил Акира.
     – В этом случае мы ничего не потеряем когда сменится дайме, все просто останется так как есть, – безразлично пожал плечами Хоши, – но придут именно к нам, у меня есть... основания думать именно так, – потому что прекрасно знал, какие проблемы появятся в деревне. А главная проблема в неудовлетворенных амбициях, каждому из кланов хотелось быть на вершине, а вершины не предназначены для толп, там место одиночкам. Да сейчас все наслаждаются миром и даже не думают о войнах и переворотах, но пройдет время и все изменится, великие кланы привыкли править и если простые кланы еще могут смириться с подчиненным положением, то вот великие никогда. А значит к нему придут, хьюги, учихи, узумаки, сенжу не важно кто, каждому нужны ресурсы для переворота или чтобы удержаться у власти и с каждого он возьмет плату за поддержку.
     – А зачем нам это деда, чем плохо то положение что мы занимаем? И чего нам так не хватает? – Хоши улыбнулся, с затаенной гордостью, видя перед собой будущего главу их рода, или даже будущего правителя страны Огня. Этот человек уже видел ту жизнь, что ведет дайме и поблагодарил отца с дедом, за то, что те не дали ему превратится в свинью в человеческом обличье. Но теперь нужно было направить этого человека вверх, указав ему звезду выше горизонта.
     – Мы не распоряжаемся своей судьбой, мы не свободны в решениях, сейчас Час Шиноби, они меняют и нашу страну, и весь мир, – и никто и никак не может с ними поспорить, потому что экономика страны лишь начинает выправляться после войны, армия еще только в проекте... – Но они меняют руководствуясь в первую очередь собственными интересами и собственным мировоззрением, они взяли власть и посадили на трон марионетку, но властью не пользуются, оставив почти все так как было, а я считаю что нужны серьезные перемены, да и просто не понимаю, почему должен слушать приказы людей, все достоинство которых заключается в большом количестве чакры и умении ей пользоваться, умнее они от этого не становятся, как думаешь? – В его голосе чувствовалась непоколебимая сила и убежденость в своей правоте, он действительно считал, что шиноби будут никудышными правителями. И так считал не только он один, все аристократы руководящие страной считали также и только поэтому его род еще не свернул себе шею, подскользнувшись на лестнице. Потому что каждый из родов задумавших заговор хотел переделать страну Огня по своему разумению.
     – Нам не простят дед, второй раз не простят, – тихо произнес, практически прошептал его внук.
     – Именно поэтому я и не иду в одиночку, будущий брак это лишь одно звено, видимое, нас поддерживают очень многие внучек, – улыбаясь произнес он, но вот за его легкой и безмятежной улыбкой было предвкушение, слишком многие ненавидели шиноби, слишком многие были готовы на все, лишь бы убрать диктат чакропользователей из своей жизни. И скоро это станет возможным, объединение провинций в одно государство и концентрация кланов шиноби в одном месте дали правителям этого государства колоссальные ресурсы. Работа действительно велась по всем направлениям, должна была появиться армия, с которой пришлось бы считаться, должна была окрепнуть экономика и появиться свои собственные лаборатории и мастерские... в итоге шиноби должны были оказаться против всего государства, ну или по крайней мере большей его части, чтобы столкнувшись занять одно из мест за тем карточным столом где уже сидели остальные игроки, да возможно они станут кем-то вроде привилегированного игрока, но перестанут быть хозяевами казино.
     – А если нас просто предадут? Или шиноби вмешаются раньше чем мы будем готовы? – Хороший вопрос, можно ведь даже и не уточнять кто эти "они", те рода с которыми заключат помолвку, шиноби, с которыми он вступит в союз, да даже некоторые члены его рода, что имеют свое мнение по очень многим вопросам... Но это тот риск без которого не обойтись, если идешь во власть, да и не настолько он доверчив, чтобы его можно было предать. А вот шиноби...
     – А что такого мы делаем? Выбираем тебе невест из людей твоего круга? Так это нормально и повсюду знатные люди поступают так, – Хоши прекрасно понимал, что работа которая ведется принесет свои плоды далеко не сразу, что он может даже не увидеть то, как исполняется его план, что он такой не единственный и есть другие игроки, и именно это и становилось лучшей маскировкой, он просто был как все. Кроме того между игроками в столице действовало секретное соглашение, в междоусобные разборки шиноби не вмешивать, ведь главной целью каждого игрока была независимость от шиноби, пусть даже и относительная. Да и целью самой игры было не уничтожение конкурентов, а доминирование в этом их союзе. – Мы становимся влиятельны? А вот этого они как раз и не заметят и до нужного нам часа мы будем лишь одним из множества игроков в столице, – собственно больше всего усилий приходилось прикладывать именно к тому, чтобы шиноби не заметили как постепенно все нити управления страной сходятся в руках нескольких человек, как гос. аппарат выполняет не приказы дайме, а приказы одного из игроков, как наместники провинций следят не за реакцией дворца, а за слухами что циркулируют в одном из поместий...
     – Я понял дедушка, но а если никто из девушек не подойдет мне в качестве невест? – Не громко спросил его внук, а перед глазами старика встал его сын и его первая жена, оба сильные личности, оба властолюбивы и в итоге сразу после рождения внука его невестка умерла от после родовой горячки, или внутри родовой, он не вникал как и чем ее отравили.
     – Тогда они станут твоими младшими женами, – потому что долг превыше всего, благо их Рода превыше всего, даже личного счастья его любимого внука.
     – Хорошо, я понял дедушка.
     Хаширама Сенжу, Коноха, башня Хокаге.
     Он сидел за своим столом, вяло перебирая скопившиеся бумаги, время от времени ставя на них резолюции. Он вспоминал свой разговор с Мито, тогда они первый раз повысили друг на друга голос, но так больше продолжаться не могло, что он ей и сказал, либо она его жена и они идут по жизни вместе, либо она свободная женщина и тогда со всем справляется самостоятельно, или она часть деревни и его рода, или она принцесса узумаки... Она попросила один день на раздумья и первый раз они ночевали отдельно друг от друга. А вечером следующего дня она сообщила, что теперь главой узумаки в Листе является один из мастеров пришедших с ней. Он прекрасно понимал, что клан ее так просто не отпустит и продолжит лоббировать через нее свои интересы, что будет пытаться влиять и на него и на деревню, но теперь она была по крайней мере свободна от ноши официального главы клана, теперь она хотя бы на людях может быть его женой. И она сказала что у них будет сын, а значит она может хотя бы год быть в стороне от политики. Что радовало, да что уж там, он был просто счастлив, что она выбрала семью... Но потом он вспомнил их посиделки, когда Николай предложил ему изменить всех шиноби и радость ушла, пришло раздражение.
     Изменить!!! Такой простой вопрос, а сам он собирается меняться? Или еще более простой вопрос, почему этим должен заниматься он один? Остальные что по прежнему будут грабить и убивать всех кто за пределами их дома, деревни, страны? Пусть все вокруг станут добрыми и благородными, ну а я как и раньше могу ножом в спину... Да и что он должен придумать? Люди давно уже придумали и правила, и мораль, просто живи по совести и чести, не выдумывая отговорок вроде "вон тот человек в моего бога не верит-моему господину не подчиняется-не член моего клана...", значит его можно убить, а все добро забрать...
     Он и сам не понял как его кулаки сжались, кроша стол.
     Да эта идея захватила его, но как именно он должен претворить эту идею в жизнь? Ведь все те кто его окружает говорят о новой войне, о том как объединят весь мир, о подготовке новых диверсантов, убийц, о чистке кланов и подчинении кланов воле Хокаге...
     Он прекрасно понимал насколько прав Николай, но ведь есть же и другой путь, другая правда, его правда!! Правда человека, который отказался от бесконечной мести клану учих, протянув им руку. И как оказалось для того чтобы изменить все и сделать мечту реальностью главное совсем не сила. И вот теперь вновь планируют объединять деревни, мир и вновь силой, а почему не пойти по его пути? Почему сразу, всем не поступить так как поступил он? Почему нужны смерти и убийства, если можно протянуть руку!
     Он бросил взгляд на деревню и слабо улыбнулся, ее ведь тоже было невозможно построить, чуть ли не все кто его окружал говорили это, но вот она деревня!! А раз так, то и шиноби тоже можно изменить, главное верить в себя и свою мечту и не сдаваться.
     Поэтому он исполнит просьбу Николая, изменит шиноби, всех шиноби, сначала своей деревни, а затем и всех остальных. Изменит раз и навсегда, так чтобы больше не было войн. Ни Мадара с его амбициями, ни Тобирама с его планами, ни Николай с его аргументами, ни деревня с ее жела