Логинов Анатолий Анатольевич: другие произведения.

Мир царя Михаила. Три миниатюры с прологом и эпилогом.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    В этих трех миниатюрах я попробовал показать, куда же реально ведет дорога "позитивных развилок" МЦМ. А в миниатюре Монолог Имперца - еще и поведение наших суперпатриотичных сторонников СССР типа некоего Nazgul, кричащих спустя 20 лет о своей приверженности социализму и льющих клевету на всех кто с ними не согласен.

  Мир царя Михаила. Миниатюры с прологом и эпилогом.
  В году одна тысяча девятьсот первом заболел Его Императорское Величество Николай Второй. Болезнь была неизвестной, скоротечной и неизлечимой. После смерти ЕИВ на престол взошел его наследник и брат Михаил Николаевич Романов, ставший Императором и Самодержцем Всероссийским под именем Михаила Второго. Новый Император очень любил технические новинки и отличался характером более жестким, чем его предшественник. Над Российской империей взошла заря новой эпохи.
  И вечный бой.
  Алексей поправил ленту, подтянул винт и дал пробную очередь. Пламя выстрелов забилось в надульнике, ослепляя и мешая рассмотреть что-нибудь на нейтральной полосе. Поэтому Алексей прикрыл заслонку и присел, ожидая пока глаза отойдут. Тем временем в ответ на его очередь заполошно ответил пулемет 'оранжевых', где-то несколько раз выстрелили одиночными, судя по громкости выстрелов, из винтовки, протрещал автомат. Обычное развлечение ночной смены, помогающее скоротать часы дежурства. Огонь в районе пулеметной точки утих, но спорадически возникал где-то дальше, то на одном, то на другом участке длинной линии окопов, перерезавшей, казалось, всю необъятную равнину. В капонир заглянул напарник Алексея, доброволец Георгий Орлов, невысокий крепыш, родом откуда-то из центральных губерний России.
  -Что, развлекаетесь, господин юнкер?- спросил он.
  -Проверил готовность пулемета, а заодно напомнил 'оранжевым', что мы не спим,- усмехаясь, ответил Алексей: - Слушай, у тебя махорка осталась? Дай курнуть, рассчитаюсь, когда тыловые крысы подвезут.
  -Держи,- Орлов курил немного и всегда охотно делился табачком с заядлыми курильщиками, вроде Алексея. Оба свернули по небольшой самокрутке, осторожно расходуя бумагу, и присев у стенки капонира, чтобы свечением не выдать себя, закурили.
  - Слушай, Алексей, ты ж у нас из юнкеров, - последние дни Георгий разговорчив и весел, он получил с оказией письмо от родных, успевших эвакуироваться в Сибирь: - вот и скажи мне, кому и зачем весь этот бардак нужен был? Нет, я еще могу понять крестьян, они ж упертые и до земли жадные, чернорабочие... ну это теж крестьяне. А вот благородные и купчины- то чего? Разве им совсем плохо было, а? Да и нам, рабочим порядочным неплохо жилось. Я на заводе Телефункена аж 700 рубчиков заколачивал. Эх, жизнь..
  - Так вот ты первую причину и назвал. Кто у нас заводами командовал? Симменсы, Гальске, Круппы... А наших почти никого и не осталось, разорялись да немцами давились. А хлеб? Такие хитрые тарифы были, что у них наш хлебушек дешевле, чем в России стоил. Вот ты говоришь, 700 рублей в год получал. А немецкий рабочий на таком же участке получал бы втрое больше. И хлеб ему дешевле стоил и мясо. Вот и сравни. А наши товары они к себе не пускали и у нас всю русскую промышленность давили. Вот тебе и повод для купцов и промышленников недовольными быть. Благородные, как ты говоришь... , а кому охота в пристяжных ходить? Именно так и обстояло дело последние предвоенные годы. Ведь мы все больше и больше на положение какой-нибудь Бельгии скатывались. Вроде и самостоятельные, а все у кайзера спрашивать надо.
  - Погоди-ка,- докуривший свою самокрутку Георгий привстал, прислушиваясь.
  - Что, услышал что-то? - спросил, нервно и глубоко затягиваясь, Алексей. Дотянув в два вздоха оставшуюся часть самокрутки и поспешно бросив окурок под сапог, он приподнялся к пулемету и открыл заслонку бойницы.
  - По ходу банка стуканула, - сказал Григорий и потянулся к висящему над входом на крючке сигнальному пистолету с осветительной ракетой.
  - Не надо, не трать ракет! Я слышу, в районе шестого колышка!- крикнул Алексей и, доразвернув пулемет, дал две короткие очереди по заранее пристрелянным ориентирам. В ответ раздалось несколько винтовочных и автоматных очередей, где-то неподалеку от капонира рванул 'мильс'. Только английская 'ананаска' рвалась с таким противным звуком и жужжанием осколков. Русские и немецкие гранаты рвались более глухо, да и осколки у них не жужжали, а свистели.
  'Точно бриты 'оранжевых' снабжают, правильно отец Афанасий говорил,'- подумал, Алексей и обернувшись, увидел как падает Григорий, из горла которого фонтанчиком бьет кровь. 'Осколок рикошетом', - мелькнуло в голове Алексея, но тут ему стало не до этого. Прикрывая отход засветившейся штурм-группы, по окопам Гвардии Возрождения ударили тяжелые девятисантиметровые гранатометы. Успев прикрыть заслонку, Алексей прижался к боковой стенке капонира, моля Бога, чтобы осколки не влетели в капонир сзади.
  Огневой бой неспешно разгорался над равниной, на очередь 'оранжевых' гранатометных и пушечных выстрелов имевшие мало боеприпасов гвардейские орудия отвечали несколькими снарядами. Но лучшая выучка гвардейских артиллеристов сказывалась, постепенно 'оранжевые' орудия и гранатометы замолкали, или подавленные, или решив не рисковать. Второе, как показалось Алексею было более вероятным, тем более что и штурм-группа скорее всего уже отошла на нейтралку и где-то там, среди мешанины воронок, останков, сгоревших броневиков и укрывалась, ожидая, пока все утихомирится. По крайней мере, так поступил бы сам Алексей, имевший за плечами кроме двух лет юнкерского училища еще и годовой опыт этой проклятой войны всех против всех.
  Алексей печально усмехнулся, посмотрев на уже застывшее, перевалившееся через порог, тело Григория. Вот и все, очередной напарник отправился туда 'где несть ни радости, ни печали, а токмо жизнь вечная'.
  Еще печальней его улыбка стала, когда он вспомнил свои мысли года полтора назад. Придурок малолетний, как говаривал Григорий, вечная ему память.
  Как он радовался, что Михаил II отрекся, как ждал, что наконец-то в стране наступит желанный порядок и счастье. Впрочем, так думал не он один. Всем уже давно надоел и сам государь император и его политика, всемогущество третьей его императорского величества канцелярии, жандармы и корпус охраны, постоянные кризисы в экономике и засилье немцев, скупающих все самое вкусное, завалившее всю страну своими товарами. Ему, как будущему военному противно было, что армия целиком зависела от немецких советников царя, составлявших Военный Совет и командовавших основными округами. Все эти Рененкампфы, фон Бредовы, набравшие силу после Великой войны, пользовавшиеся неизменным покровительством царской четы, это преклонение перед Священной Империей Германской нацией. Подумаешь, победители. Раздавили лягушатников, а с бриттами так ничего сделать и не смогли. Да и с французами нашей помощи потребовали, хорошо тогда у Императора хватило соображения отказаться под предлогом подготовки удара на Индию. Ударили, как же. Кому нужно через пустыни и горы неведомо куда лезть, когда с Японией воевать надо.
  Да, а в итоге... вот такая вот даже не война, а смута. Оказалось что вокруг полно спасителей родины, каждый из которых имеет единственно верный ответ и стремиться его в жизнь воплотить. И каждый такой спаситель, если только ему удавалось собрать группу единомышленников стремился установить с ее помощью свою власть на таком клочке бывшей Империи, на каком удавалось. И каждый из них устанавливал на своем клочке территории свои законы. Еще и немцы сразу вмешались и наложили лапу на Польшу, Прибалтику и Украину. Теперь там были протектораты, гетьманства и рейхслянд.
  Исповедь имперца.
  - Здравствуйте, дамы и господа. Разрешите представиться. Николай Семенович Врангель. Нет, не родственник... однофамилец. Очень приятно, Василий Семенович и Юлия Павловна. Очень приятно, Артур Исхакович.
  'Н-да... не за что бы не подумал, что у господина с такой внешностью может быть фамилия Назгуладзе...'
  - Куда еду? К родственникам в Нижний. Там говорят сейчас спокойно. Оранжевые еще не добрались, кагэбисты тоже, а совнардеп местные еще раньше разогнали. Гвардия Возрождения? Так она туда вроде и не дошла. Да и вряд ли дойдет, она с татарскими националистами, кажется, воюет не на жизнь, а на смерть. А в Нижнем спокойно. Вот и попробую пережить потрясения там. Ну что вы, что вы, какой же я военный. Так по 'программе Михаила' проучился на специальных курсах при университете. Молодость, знаете ли, романтика победы... 'Гром победы раздавайся, веселися храбрый росс', подвиг 'Варяга', Сыпингайская битва, разбитые япошки. Да все мы тогда были патриотами...
  Что, простите? А, социаль-дэмократы. Ну, они тогда отбросами были, такими и сейчас и остались, не так ли господа? А вы, господин Назгуладзе, не из них будете? Нет? Извините, конечно, но вы о них вспомнили, не к ночи будь упомянуто. О, так вы конструктор. Да еще и оружейник. Вам тогда совсем неплохо можно устроиться, немцы, говоря, приглашают всех знающих инженеров. Нет, погодите-ка. То есть вы патриот и за Россию страдаете. Тогда вам в Возрожденцы надо. А, так вы в отставке. Понятнооо..
  А не сыграть ли нам дамы и господа в покер. Ну что вы, какие деньги, на интерес конечно, чтобы спать не хотелось. А то говорят здесь пошаливают и купэ грабят. А еще слышал банда анархистов - черных появилась в окрестностях. Иногда и на поезд... Что за... извините, мадам, пообщаешься со всякими и невольно переходишь на их язык.
   Так, похоже охрану бандиты добивают. Спокойно, господа, кто со мной? Вы, Василий Семенович? О, вижу резервиста навыки не забывшего. Идемте. Оружие? А по случаю достал....
  ....
  Ну, вот мы им и показали, что такое настоящая война. Но вы-то, вы-то, мадам, зачем под пули полезли? Риск благородное дело, но не женское. Мы и сами справились. Или вас пулеметчица анархистская вдохновила? Так видите, чем для нее игра в войну закончилась. Смерть всегда некрасива, а уж такая смерть... ладно, не будем. Народ то у нас каков а? Сидели и думали, но нас все же поддержали. А если б сразу, вместе, с охраной? Глядишь и убитых меньше было ...
  Интересно, а где же наш конструктор? И чем тут так пахнет нехорошо в купе? Эй, господин хороший, вы что ? Вылезайте из под лавки, вылезайте. Да и ... сходили бы вы, не при даме будь сказано, в ватерклозет, поменяли бельишко...
  Вот так вот Василий Семенович. Как он распинался о предателях - офицерах, о политиках антипатриотических. Как за Империю переживал.... А как до дела дошло и имеем, что имеем.... Нет, в купе положительно не продохнуть, пойдемте в соседнее, оно свободно... вечная память его прежнему обитателю.
  Признаюсь вам честно, Василий Семенович, офицер, угадали вы. Не кадровый, из студентов.
  А вот про это не будем. Или будем?
  Тогда скажу так. Присягал я, как вы наверное помните, раз из резерва, Его Императорскому Величеству. А он меня от сей присяги освободил, м-да. Отрекшись от престола и не назначив преемника. И кто у нас остался в законной власти? Чьи приказы я выполнять должен? Своего начальника, понятно. А ему кто прикажет? Военный министр? Покончил самоубийством, дезертировал короче. Комитет Государственного Благоустройства? А почему? И чем он лучше Совета Народных Депутатов или Временного Военного Правительства? Вот Гвардия Возрождения... да, туда и еду.
  А вообще, есть тут у меня заветная фляжечка. А после боя и по чуть-чуть нам доктор обязательно советовал. Так что - будем! За то что бы все возродилось! За Россию!
  
  Если бы Николай не умер тогда.
   Профессор истории Санкт-Петербургского университета Сергей Сергеевич Ольденбург еще раз осмотрелся, проверяя, не забыто ли что-нибудь в спешке и печально вздохнул. От печальных размышлений его оторвало деликатное покашливание стоящего у дверей извозчика. Вытесненные в мирное время таксомоторами, сейчас, при полном отсутствии топлива извозчики брали реванш и немалый, сли смотреть по деньгам. Впрочем деньги обесценивались довольно быстро, так что цены росли непрерывно и уже мало кого пугали суммы в сто и двести рублей.
  - Все готово барин, можем ехать, - сказал извозчик, типичный 'Ванька' откуда-нибудь из-под Пскова или Новгорода.
  - Да, едем, едем, - профессор снял с крючка вешалки простую пыжиковую шапку и вытащил из кармана ключи. Выйдя на площадку, он под пристальным присмотром извозчика и дворника, татарина Ахмета, тщательно запер дверь и отдал связку Ахмету.
  - Нэ волнуйся, барин, Ахмэт присмотрит, все хорошо будит, - успокаивающе сказал дворник, пряча в карман 'петрушу' и связку ключей.
  Профессор лишь кивнул головой и, спустившись по парадному вслед за дворником, сел в коляску на дутых шинах, в которой его уже ждала жена.
  Спустя час профессор и его супруга поднимались на борт дирижабля компании 'Люфтганза Рус' 'Лемберг', готовящегося к отправке в рейс Санкт-Петербург - Хельсинки- Стокгольм.
   Разместившись с помощью стюарда, молодого, расторопного ярославца, в каюте, профессор оставил жену отдыхать, а сам отправился на обзорную галерею. В стоящих там плетенных креслицах несколько пассажиров рассматривали царящую в ангаре предполетную суету. Заметив наконец своего спутника, профессор подошел и уселся в соседнее креслице.
  - Здравствуйте, Сергей Сергеевич, - поздоровался, казалось бы ничего не замечавший, полусонный пассажир, видом напоминавший военного, по недоразумению одевшего гражданское платье.
  - Здравствуйте, Александр Александрович, - ответил негромко профессор.
  - Вы решились, Сергей Сергеевич? -спросил так же негромко военный.
  - Да, я согласен,- ответил волнуясь профессор.
  - Тогда до встречи в Лондоне,- сказал, вставая, военный, оставив на кресле пакет, поспешно убранный профессором во внутренний карман пиджака.
  Через неделю в Лондоне, по Гайд-парку прогуливались, беседуя, пара джентльменов, в одном из которых посторонний наблюдатель признал бы профессора Ольденбурга.
  -... Император Николай II не любил торжеств, громких речей, этикет ему был в тягость. Ему было не по душе все показное, искусственное, всякая широковещательная реклама.
  При этом Государь обладал совершенно исключительным личным обаянием. В тесном кругу, в разговоре с глазу на глаз, Он умел обворожить своих собеседников, будь то высшие сановники или рабочие посещаемой им мастерской.
  - Это очень хорошо, профессор. Вы убедительны в описании характера покойного Государя, - ответил ему собеседник, внимательно слушавший до того монолог профессора: - но это не совсем то, что нужно нам сейчас. Мы планируем воссоздание монархии во главе с Александрой Федоровной..
  - Извините, но я вас перебью, князь, - профессор заговорил несколько более взволнованно, чем раньше:- Вы же понимаете, что если бы ЕИВ Николай не умер тогда то Государыня Императрица правила бы вместе с ним? И не было бы тесного союза с Германией, а в результате и войны, потому что немцы не решились бы воевать с коалицией трех великих держав, имея в союзниках Австро-Венгрию и Италию. Развитие промышленности продолжалось бы как и в предыдущие годы за счет привлечения французских и английских капиталов, в результате она была бы намного сильнее и поглотила бы избыток крестьянского населения. Вот эти возможные позитивные результаты и дают нам, белым, необходимую опору для агитации в пользу ЕИВ Александры.
  - Что же, прошу извинить мою поспешность в выводах, похоже вы правы профессор, - удовлетворенно ответил князь: - Хотелось бы еще узнать, как вы оцениваете последние новости с родины?
  - Трудно сказать что-нибудь определенное, князь. По-моему, красные, несмотря на разрыв своего временного союза с черными, морально проиграли. Их советы пользуются все меньшей поддержкой даже у рабочих, не говоря уже о культурных классах населения. Грабеж и расстрелы, развязанные черными в Санкт- Петербурге настолько поразили всех, что даже вытеснение и уничтожение красными ответственных за это отрядов анархистов не прибавило им популярности. Меня сейчас больше волнуют отряды националистов и сепаратистов, все эти зеленые и оранжевые.
  - Не думаю чтобы они представляли серьезную опасность, - небрежным жестом отмел этот тезис князь: - мусульмане, не имеют хорошего вооружения и солдат, а сепаратистов поддерживает меньшинство населения. А что вы думаете о Гвардии Возрождения?
  - Игра в солдатики, князь, игра в солдатики. Жаль, что она отвлекает от нашей партии множество действительно полезных будущей России людей. Но лишенная внешней поддержки группировка, несмотря на все предварительные успехи, обречена на поражение.
  - Даже несмотря на то, что они овладели Приволжскими районом военной промышленности и Тулой?
  - Даже несмотря на это, князь. Надолго ли хватит им запасов сырья и материалов для производства оружия? А как только все это закончится, сразу же прекратятся и их успехи. Москву у красных они может и успеют отобрать, а дальше... - профессор укоризненно покачал головой.
  Эпилог.
   Над Москвой гулко разносился перезвон колоколов всех 'сорока сороков' церквей и храмов. Перекрывая его, над улицей звучал оркестр, играющий почему-то не слишком радостный и если подумать, мало подходящий для такого радостного события, марш 'Прощание Славянки'.
  Под пронзительно-печальные звуки марша по улицам, стараясь четко печатать шаг и деражть равнение, рота за ротой шли войска Гвардии возрождения. Шли, в новеньких, еще не истрепанных, но уже грязных мундирах взятых на складах ополчения , в старой, неоднократно штопанной, но бережно сохраняемой форме прежних полков Русской Армии, в гражданской одежде с погонами. Шли в одном строю бывшие гимназисты и юнкера, офицеры и солдаты, резервисты и запасники, рабочие и крестьяне, купцы и предприниматели. Вот, неся на плече ручные пулеметы, прошел взвод поддержки во главе с прапорщиком Алексеем Ивановым, бывшим юнкером. За пехотным батальоном, заглушая звуки оркестра грохотом гусениц и моторов, прополз броневой взвод из пяти броневиков. Из люка первого из них, нижегородского производства Т-18 выглядывал штабс-капитан Врангель, Николай Семенович.
  Они шли и шли, все как один русские. Ибо русский - это не немец и не англичанин. Русский это прилагательное к своей стране. И если убьют одного русского - на его место придет другой, неважно, какой национальности, чувашин, великоросс или татарин - и снова будет жива Россия.
  
  
  Примечания-
  Гранатомет- миномет, калька с немецкого Гранатверфер
  Броневик- танк, тоже подражание немецкому. Бронеавтомобиль обычно называется бронеавто.
  Вооружение - в противовес Германии правительство Михаила Второго пыталось создать мощную армию за счет создания военных кафедр при высших учебных заведениях для подготовки офицеров запаса и создания Резерва из благонадежных лиц и отставников, для которых в различных районах страны были созданы склады вооружения. Эи склады сыграли важную роль в развязывании Гражданской войны.
  

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"