Фундаментальные причины кризиса.

 

Человеку свойственно адаптироваться, в том числе, к уровню своего потребления. Чем богаче он становится, тем меньшую ценность для него представляет каждая конкретная вещь. В итоге степень материальной удовлетворенности или восприятия своего благосостояния растет для среднестатистического потребителя пропорционально логарифму стоимости потребляемых благ. Из-за этого с ростом потребления стимул к зарабатыванию того же количества денег падает, что приводит к фундаментальному кризису перепотребления. У этого кризиса две основные причины: ограниченность природных ресурсов и перенасыщенность потребителей. Точнее, природные ресурсы еще есть, но их добыча становится все труднее и труднее. На каждый процент прироста добычи (Д) приходится более процента прироста затрат живого труда (Т) и других ресурсов (dТ/dД>1). Технический прогресс уже не может компенсировать истощение ресурсов. С другой стороны, люди еще хотят увеличивать свое потребление, но уже не готовы настолько же больше работать. Точнее, для стимулирования одного процента прироста живого труда требуется более одного процента прироста потребления (dП/dТ>1). В итоге на один процент прироста добычи должно приходиться существенно больше процента прироста потребления (dП/dД=dП/dТ * dТ/dД>>1), но ему не откуда взяться, ведь чтобы больше потреблять надо во столько же раз больше добывать и производить (dП/dД~1).

Следует подчеркнуть, что хотя одной из причин этого кризиса является абсолютный рост потребления, он характеризуется именно соотношением между трудом и потреблением. Он может касаться и части бомжей, которые хоть и очень мало потребляют, но совсем не хотят работать.

Данный кризис является фундаментальным и отличается от экономического кризиса несоответствия производства и платежеспособного спроса. Стремление преодолеть этот фундаментальный кризис экономическими методами эффективно только до определенной степени, а затем порождает различные экономические кризисы. Данная проблема возникла еще в середине 20-ого века, но ее долго удавалось оттягивать, поддерживая рост потребления. Этому способствовали: приток людей из деревень в города, а позже гастробайтеров (с низким dП/dТ), научно-техническая революция (увеличивает dП/dД), захват ресурсов стран третьего мира (с низким dТ/dД), перенос производства в развивающиеся страны (где ниже dП/dТ). Людей стимулировали к покупкам при помощи рекламы и маркетинга, и давали им в долг, чтобы создать у них иллюзию богатства. В результате массовые покупки ненужных вещей и огромные долги, которые, в конце концов, привели к кризису 2008 года.

С другой стороны, к 2008 году были исчерпаны ресурсы, на которых развивалась новая экономика: упала до нуля процентная ставка, размеры долга превысили кредитоспособность для многих заемщиков, лопнул пузырь на рынке недвижимости в США. Тем самым возможности для наращивания долга остались только у государств, да и то к 2012 году они оказались почти исчерпанными. Важно заметить, что новая экономика возникла как вынужденный ответ на фундаментальный кризис перепотребления и отказ от нее сейчас обострит его снова.

 

Известные пути выхода из кризиса.

 

Дефолт и монетизацию долга за счет разгона инфляции подробно рассматривать нет смысла. Их апокалиптичность хорошо известна, хотя умеренная эмиссия доказала свою эффективность в среднесрочной перспективе. Тоже можно сказать про "маятниковые" финансовые операции: государства спасают банки, залезая в долги, затем банки списывают эти долги и за счет кредитного плеча создаются механизмы безопасности, но при этом у банков не хватает капитализации и государство вынуждено вкладывать средства в их капитал... Понятно, что фундаментальные причины кризиса при этом не уменьшаются.

Более подробно следует остановиться на сокращении расходов. Наиболее важным показателем, характеризующим платежеспособность государства, является отношение его долга к ВВП. При этом для производящих экономик развивающихся стран зависимость темпа изменения этого показателя от расходов (государства, домохозяйств) носит монотонный характер, поэтому сокращение расходов приводит к почти пропорциональному сокращению роста долга. Но для развитых экономик вследствие большой доли потребления в структуре ВВП картина приобретает иной характер (см. рисунок).

Докризисное состояние характеризуется на этом графике точкой А. При этом сверхпотребление финансируется, в том числе, за счет дефицита бюджета, но поскольку с ростом потребления растет ВВП, темп роста долга к ВВП остается на приемлемо низком уровне порядка 3% в год. В ходе кризиса эта величина доходила до 10% (точка D). В результате мер экономии удалось сместиться в точку В, но поскольку при этом упало потребление и, следовательно, упал или стал отрицательным рост ВВП и, кроме того, уменьшились налоговые поступления, то существенного снижения роста отношения долга к ВВП не произошло. Для того, чтобы действительно вернуть уровень долга к устойчивым 60% необходимо перейти к точке С и находится в ней 15-20 лет, в течение которых ВВП и потребление будет падать. Но даже если реализовать этот сценарий, что социально-политически почти невозможно, то резкое сокращение потребления приведет к падению рождаемости и через эти 15-20 лет количество граждан, достигающих трудоспособного возраста существенно сократится. Следует заметить, что сокращение расходов - это единственное мероприятие из числа рассмотренных, которое направлено на преодоление фундаментального кризиса перепотребления, но это происходит не только за счет резкого сокращения потребления, но и за счет перехода экономики с траектории развития на траекторию регресса, который имеет шансы приобрести устойчивый долговременный характер.

Конечно, сейчас никто всерьез не собирается в точку С. Преобладают надежды на некоторую комбинацию умеренной экономии (точка В), умеренной эмиссии и, возможно, частичных списаний долга. Но такой рецепт не устраняет фундаментальных причин кризиса и, скорее всего, приведет к десятилетиям стагфляции. А далее, в связи с ухудшающейся демографической ситуацией и сокращением ресурсов все-равно регресс. Или революция. Или война...

В связи с этим среди аналитиков преобладает мнение, что нужно придумать какой-то новый рецепт развития. Для тех, кто считает, что капитализм уже изжил себя, рекомендую мою работу "Основы концепции целевого государства", в которой описаны контуры строя, который может прийти ему на смену. Но возникает вопрос: можно ли все-таки что-то придумать в рамках наметившихся тенденций и существующего строя, или все резервы его развития уже полностью исчерпаны? Ниже рассматривается совокупность идей, которые претендуют на роль искомого рецепта. Правомерность и реализуемость этих идей требует специальных исследований, для проведения которых у автора нет возможностей. Кроме того, политически я не являюсь сторонником этих идей. Однако, надеюсь, что их рассмотрение окажется полезным, или хотя бы интересным.

 

Продолжение опережающего развития финансового сектора - политика суперкапитализма.

 

Развитие экономик развитых стран в последние десятилетия сопровождалось ускоренным развитием финансового сектора, что создало немало проблем и вызвало справедливую критику, включая протестное движение "захватчиков". Но на этот процесс можно посмотреть и с другой стороны. Если раньше мотивом граждан к зарабатыванию большего количества средств было стремление увеличить потребления, то теперь таким мотивом в большей степени является необходимость исполнения взятых на себя финансовых обязательств. Однако, если первая мотивация угасает с ростом потребления, то вторая от потребления не зависит, и определяется отношением долга к доходам. С другой стороны, рост потребления финансовых услуг не ограничиваться истощением природных ресурсов. (Здесь и ниже цена финансовых услуг понимается без учета затрат на возврат тела кредита).

Таким образом, если развитие экономики идет по пути увеличения доли финансовых услуг в структуре потребления граждан при постоянном или даже незначительно уменьшающимся объеме физического потребления, то тем самым удается преодолеть фундаментальный кризис перепотребления (причем обе его стороны). Фактически, это в значительной степени и наблюдалось в последние годы. Однако ресурсы для такого развития (снижение процентных ставок и др.) оказались исчерпанными. Кроме того, кредитование было направлено на увеличение физического спроса, что привело к проеданию доходов будущих периодов, в том числе пенсионных накоплений. Следовательно, искомый рецепт выхода из создавшегося положения должен включать увеличение потребления финансовых услуг, но за счет новых ресурсов. Другими словами, мотивация граждан к наращиванию кредита в виде снижающейся процентной ставки и роста цены недвижимости больше не работает. Надо придумать другую мотивацию. Решение достаточно очевидно - надо переориентировать налоговую политику со стимулирования физического спроса на стимулирование спроса на финансовые услуги. Спрос принято считать двигателем экономики, но потребление финансовых услуг в большей степени стимулирует экономическую активность граждан, чем физическое потребление. В худшем случае, если кредит проедается, потребление финансовых услуг приводит к росту физического потребления, но на величину превышающую стоимость финансовой услуги, т.к. цена услуги (процент) много меньше тела кредита. В лучшем для экономики случае кредит используется для инвестиций.

Практически, необходимо ввести регрессивную зависимость ставки подоходного налога от доли затрат на финансовые услуги в налогооблагаемых доходах. При этом ставка налога на граждан, не имеющих долгов, возрастет, и с течением времени будет и дальше расти. Рост этой ставки заменяет в качестве стимулирующей меры и ресурса развития уменьшение учетной ставки. При этом общая налоговая нагрузка существенно возрастать не будет, а будет перераспределяться с более обремененных кредитными обязательствами на менее обремененных. Это, кроме прочего, увеличит кредитоспособность, т.к. долги легче отдавать, если с ростом долга падают налоги. Аналогично, можно ввести регрессивную ставку налога на прибыль в зависимости от доли затрат на финансовые услуги для юридических лиц.

Поскольку себестоимость предоставления финансовых услуг (операционные расходы) для экономики в целом не велика и будет уменьшаться, то затраты на эти услуги для одних граждан становятся доходами для других. В результате рост потребления финансовых услуг оборачивается ростом доходов граждан, которые используются для приобретения еще большего количества финансовых услуг. Соответственно растет ВВП и налогооблагаемая база. Физическое производство и потребление существенно не растет. Доля зарплаты в ВВП и совокупных доходах граждан падает. В структуре затрат на потребляемые финансовые услуги уменьшается доля процентов по кредитам, и растет доля страховых выплат. Возрастает доля кредитов, используемых для инвестиций, да и потребление все больше рассматривается как инвестиция в собственный человеческий капитал.

В результате происходит тотальная капитализация всей экономики. При обычном капитализме доля граждан, оперирующих капиталами, и доля капиталов в денежных потоках сравнительно не велика. А в рассматриваемой ситуации эти доли приближаются к 100%. Поэтому данную фазу капитализма предлагается называть суперкапитализмом. Для его реализации необходимо:

1) мотивация граждан к все большему потреблению финансовых услуг;

2) мотивация к неиспользованию увеличивающихся доходов на увеличение физического потребления;

3) наличие неограниченного источника кредита;

4)создание условий для преимущественного реинвестирования гражданами полученных кредитов вместо их проедания;

5) повышения кредитоспособности, снижения системных рисков.

Первые два условия обеспечиваются налоговым стимулированием. Тртье условие в американской экономике уже имеет место, его лишь надо сохранить. Последнее условие рассматривается в последующих разделах. А что сделать для реинвестирования полученных кредитов?

Традиционно рядовые граждане развитых стран использовали кредиты на потребления, инвестиции в собственную недвижимость и операции с ценными бумагами. Все это не очень хорошо с точки зрения развития экономики. Потребительские кредиты краткосрочно стимулируют спрос, сдвигая его во времени, но их труднее всего отдавать. Инвестиции в недвижимость были хороши, пока цены на нее непрерывно росли, а спекуляции с плечом на фондовом рынке - это не для всех. Хороши инвестиции в малое предпринимательство, но не все могут быть предпринимателями, кому-то надо и работать. С другой стороны в 21 веке оптимальная стоимость рабочих мест будет быстро возрастать, и обычных способов привлечения инвестиций для этого малым и средним предприятиям может не хватать. Следовательно, надо создать механизм, позволяющий наемным работникам малого и среднего бизнеса инвестировать в свои рабочие места. Практически это может быть законодательно проработанная возможность увязывать трудоустройство с покупкой акций (скорей всего привилегированных). Нечто подобное уже существует в виде кооперативов, но могут понадобиться другие формы, позволяющие владельцам бизнеса сохранить контроль над ним у себя, а не отдавать его собранию работников. С другой стороны, такая мера поможет в борьбе с безработицей, т.к. создавать рабочие места за счет самих работников (полностью или частично) намного проще. Конечно, при этом необходимо создать законодательные гарантии от возможных злоупотреблений. Так, может потребоваться обязательное страхование бизнеса в пользу работников-соинвесторов.

 

Политика обмена гражданством.

 

Политика суперкапитализма приведет к повышению привлекательности гражданства избравших ее стран для людей инициативных и предприимчивых. Это связано с ростом доходов граждан, большими возможностями по созданию бизнеса и привлечению в него средств. С другой стороны, необходимость жить в долг, нестабильность доходов, высокий темп жизни для многих окажутся непосильными. Таким образом, с одной стороны будет много желающих переехать в такую страну, а с другой - тех, кто, имея гражданство, обанкротился или близок к банкротству, не имеет стабильных доходов, не может адаптироваться к новым экономическим условиям. Выходом для последних была бы возможность "продать" свое гражданство, рассчитаться с долгами и уехать в страну с более мягкими социально-экономическими условиями. С другой стороны, поскольку в рассматриваемой экономической системе присутствуют некоторые черты финансовой пирамиды, для нее крайне важен постоянный приток человеческого капитала извне и возможность освободиться от "социального балласта".

В большинстве развитых стран уже существуют программы, по которым можно фактически "купить" вид на жительство. Однако возможность приема новых граждан ограничена возможностями создания новых рабочих мест, нагрузкой на социальную систему и т.д. Поэтому необходимо организовывать обратные потоки людей. Например, можно разрешить использовать гражданство фактически в виде залога по "спасительным" кредитам на рефинансирование существующей задолженности. Практически потребуется создать что-то вроде биржи, через которую приезжающие смогут оплачивать долги уезжающих, причем количество приезжающих и уезжающих может находиться в любой требуемой пропорции. Кроме этого может потребоваться механизм организации многосторонних сделок, в комплексе решающих вопросы гражданства, трудоустройства, жилья, кредитования и социального обеспечения, как для приезжающих, так и для уезжающих. Имеется в виду, что уезжающие смогут получить гражданство (вид на жительство), работу и жилье в странах, где жилье и рабочая сила стоят существенно дешевле, а приезжающие смогут часть затрат на приобретение вида на жительство и жилья погасить за счет кредита. Разумеется, все это потребует соответствующего правового регулирования, как на национальном, так и на международном уровне.

 

Управление системными рисками.

 

Рассматриваемая выше политика суперкапитализма должна способствовать росту ВВП и собираемости налогов, что способствует ослаблению бюджетного кризиса. Но для полного его преодоления этого может оказаться недостаточно. Следовательно, размер долга развитых государств будет оставаться высоким и, скорее всего, будет медленно возрастать. Опыт таких стран как Япония и Великобритания показывает, что сохранение высших кредитных рейтингов возможно, даже если долг приближается к 200% ВВП. Важнейшим препятствием на пути к этому является, то что развитые государства несут на себе бремя рисков по затратам на антикризисное регулирование. Чтобы развитые страны могли нести возрастающую долговую нагрузку это бремя необходимо переложить с них на специально созданные финансовые организации (агентства по страхованию системных рисков).

Эти организации должны объединить в себе функции перестраховочных компаний, агентств по страхованию вкладов (круг ответственности которых будет расширен) и ряд новых функций: предоставление государственных гарантий и страхование рисков общенационального масштаба. Вместо того чтобы предоставлять госгарантии непосредственно, государство должно покупать их в данных агентствах, выплачивая им соответствующую страховую премию. Также страховая премия должна выплачиваться за страхование общенациональных рисков. Это потребует от государств дополнительных расходов, но зато их расходы станут более предсказуемыми и надежность государств, как заемщиков, возрастет.

Для подобных агентств должен быть установлен особый правовой статус, предусматривающий повышенные требования к прозрачности и четкие детальные правила ведения бизнеса, установленные извне государством и регулятором, включая методики расчета финансовых рисков. Капитал таких агентств должен формироваться по большей части за счет размещения на бирже привилегированных акций. Таким образом, аккумулируемые агентствами риски переносятся на биржевых спекулянтов. Наверное, целесообразно, чтобы эти агентства хранили резервные фонды страхуемых банков. Таким образом создается механизм для неограниченного предложения кредита, необходимый для политики суперкапитализма. Впрочем, в американской экономике он уже существует.

Известно, что антикризисное страхование банковской системы не эффективно, если страховой фонд размещается в самой страхуемой системе. При размещении страхового фонда надо стремиться не к его сохранности в обычных не кризисных условиях, а к тому, чтобы суммарные потери агентства при хранении и на страховые выплаты не зависели от фазы экономического цикла (рос или кризис). Поэтому капитал таких агентств должен храниться в значительной степени в виде достаточно ликвидных ценных бумаг, причем целесообразно иметь длинные позиции по защитным активам и короткие (возможно, в форме дереватитвов) по рискованным, включая страхуемые банки и акции других таких же агентств. Предполагается, что в каждой экономике их будет два-три. Такая структура активов агентства позволит в случае кризиса частично компенсировать потери на страховых выплатах и поддержать биржу закрытием соответствующих позиций.

Достаточность капитала таких агентств должна регулярно (положим, раз в неделю) пересчитываться по методикам расчета финансовых рисков на основании установленных регулятором норм. Такой нормой может служить вероятность нехватки средств на страховые выплаты в течение очередного прогнозируемого периода (положим, три месяца). Рассчитываемая вероятность должна находиться в установленных пределах. Если она оказалась выше верхнего предела, автоматически проводится дополнительное размещение акций агентства, а если ниже нижнего, то обратный выкуп. Разумеется, если все эти акции размещать на бирже, то такой способ регулирования капитала сработает не всегда. Если ситуация на бирже не позволяет увеличить капитализацию таким способом, то акции должен выкупать центральный банк за счет своих резервов или эмиссии денег. При этом доля акций покупаемых (продаваемых) центральным банком должна определяться по заранее установленному алгоритму автоматически. По мере роста курсов акций таких агентств центральный банк должен продавать их акции, уменьшая денежную базу. Если такой рост слишком долго не наблюдается, акции агентств недооценены относительно их активов, то регулятор должен увеличить нормы для расчета страховых премий, выплачиваемых агентству. И, наоборот, при систематической переоценке акций таких агентств норму следует снижать.

Таким образом, системные риски предлагается компенсировать последовательностью следующих мер: диверсификация обязательств по страховым выплатам, перенос рисков на биржу, компенсационный состав активов и эмиссия, как крайняя мера. Следует заметить, что при правильной настройке данной системы потребность во временной эмиссии должна возникать тогда и настолько, насколько данная эмиссия необходима для предотвращения дефляции. Настройка системы осуществляется за счет двух пределов вероятности нехватки средств на страховые выплаты и нормы для расчета страховой премии. Все это должно обеспечить такой системе достаточную устойчивость.

Основным ее недостатком является то, что на нее нельзя перейти во время острой фазы кризиса, т.к. формирование активов указанного состава обрушит биржу. Такой переход следует осуществлять постепенно, на основании слияния и переформатирования существующих финансовых институтов, занимающихся подобной деятельностью, и постепенного переноса ответственности за риски с государства на агентство. А в течение этого времени придется использовать среднесрочные меры, в том числе из числа известных.

 

Ограничения развития суперкапитализма и политика взаимной открытости.

 

Для того чтобы в бюджете гражданина доля финансовых услуг постоянна росла он должен или потреблять больше этих услуг или их цена должна увеличиваться. Первое связано с ростом отношения величины кредита к доходу гражданина. Но эта величина уже достигла критического значения (для американских домохозяйств - 130% в 2008 году) и под влиянием кризиса начала уменьшаться. Рост этого отношения без принятия специальных мер ведет к банкротствам и росту доли "токсичных" активов на балансах банков. Следует заметить, что учетная ставка и цена заимствования для государства должны оставаться на низких уровнях, поэтому рост цен на финансовые услуги может происходить за счет страховой премии за риск. Этот рост в целом компенсирует финансовые риски, но для каждого гражданина рост цены заимствования при увеличении размера кредита повышает вероятность его невозврата. Поэтому рост рисков при увеличении закредитованности является основным ограничением для роста кредитования, а, следовательно, и экономики в целом. Рассматриваемая выше политика суперкапитализма приводит к тому, что в кредитование оказываются вовлеченными те слои населения, которые еще недостаточно закредитованы, но, очевидно, что для длительного развития по данному пути этого недостаточно. Поэтому для реализации политики суперкапитализма необходимо повысить кредитоспособность граждан (и организаций) без существенного увеличения рисков невозврата.

Следовательно, необходимо развивать систему оценки кредитоспособности граждан и дифференцировать кредитные лимиты, кредитные ставки и страховые выплаты в зависимости от потребительского и инвестиционного поведения граждан. Для этого надо шире использовать электронные системы мониторинга этого поведения. Например, если по данным оператора платежной системы, которой пользуется гражданин, в его потребительских расходах присутствует повышенная доля алкоголя, то оценка его кредитоспособности должна уменьшаться, а если присутствует умеренная доля затрат на фитнес и образование, то увеличиваться. Если у гражданина высокий рейтинг в социальных сетях, то оценка его кредитоспособности должна повышаться, а если он проводит в них слишком много времени, то снижаться, и т.п.

Подобные идеи не новы, но чтобы данная система могла эффективно работать, ей необходима соответствующая законодательная поддержка. Закон должен предусматривать возможность добровольного предоставления гражданином права на доступ кредитной организации к подобной информации, собираемой различными операторами электронных систем, с целью более точной оценки его кредитоспособности, и определять, к какой информации кредитные и страховые организации могут иметь доступ, а к какой нет. Однако предоставления этого права должно быть увязано с обязанностью кредитной организации опубликовать свои алгоритмы оценки кредитоспособности, использующие данную информацию. В этом и заключается политика взаимной открытости. Кроме того, должны быть предоставлены реализованные законодательные гарантии того, что доступ к рассматриваемой информации будут иметь только соответствующий компьютерные программы с открытым кодом, а сами сотрудники кредитной организации и иные их программы такого доступа иметь не будут, поэтому использовать данную информацию в каких-либо иных целях будет невозможно, в том числе благодаря криптографической защите. Чтобы рассматриваемые способы оценки кредитоспособности были эффективны, потребуются и некоторые дополнительные законодательные ограничения, например, запрет продажи алкоголя за наличный расчет (иначе контроль при помощи платежных систем будет легко обойти).

Политика взаимной открытости должна позволить выделить из общей массы действительно надежных заемщиков, для которых увеличение кредитного лимита возможно без существенного увеличения рисков. С другой стороны, открытость алгоритмов позволит выдать каждому заемщику рекомендации по повышению эффективности его потребительского и инвестиционного поведения, и создаст стимул для следования этим рекомендациям. Вместо того чтобы тратить кредиты на приобретение ненужных вещей под влиянием рекламы и маркетинга, а также вкладывать деньги в "пузыри" (в том числе на рынке недвижимости) и другие сомнительные проекты, гражданине будут мотивированы на рациональное использование имеющихся у них средств и их приумножение, что приведет к повышению их кредитоспособности. Более того, по мере того как стимулирование потребления будет в большей мере осуществляться рассмотренными выше налоговыми методами, должны законодательно запрещаться или ограничиваться те ранее применяемые методы стимулирования сверхпотребления, которые приводят к нерациональному поведению (злоупотребление свободой договора, реклама, маркетинговые ухищрения).

Таким образом, основным драйвером экономики в эпоху суперкапитализма должно стать повышение эффективности потребительского и инвестиционного поведения, которое позволит повысить их кредитоспособность, а, следовательно, увеличить объем кредитов как за счет роста доходов граждан, так и за счет ограниченного роста отношения кредита к доходам. Это приводит к росту доли финансовых услуг в расходах гражданина, а, следовательно, росту экономики и, как следствие, росту доходов граждан. Рассматриваемый ресурс повышения эффективности поведения граждан не является неограниченным, но его может хватить на 20-30 лет развития.