От северных круч и до быстрого Твида
Известно: клан Масгрев не терпит обиды:
Обидчик недолго живет.  
Всех яростней в битве Ивенхо отважный,
Безумный в атаке, в сражении страшный,
Он всюду прославил свой род.
Он силой давно превзошел тех, кто старше,
Средь юношей нет, кто бы был его краше,
Его не скудеет земля.
Но мрачной какой-то печалью томимый,
Он часто молчит и сидит нелюдимый,
Желания не утоля.
Пусть пир, и веселье, и праздник кругом -
Печален Ивенхо, и мысль о другом.

Что мучит героя, в чем тайна тревоги?
Об этом расскажет лишь дуб у дороги,
Что в Норхам отсюда ведет.
Когда его ствол толщиною был в руку,
Он видел позор, о котором ни звука
Ивенхо не вымолвит рот.
Мальчишкою Масгрев, исполнен задору,
Дразнил проезжавшего рыцаря свору - 
Бедро ему пес разодрал.
Ни крика, ни слез не увидел обидчик -
Таких у героя нет в детстве привычек,
И он отомстить обещал.
Вот годы проходят, Ивенхо растет,
Покоя о мщении мысль не дает.

Ужель испугался решительный воин,
Ужели он славы своей недостоин,
И трусость Ивенхо гнетет?
Но равного нет ему в яростной схватке,
И знает он рыцарской битвы повадки,
И меч - словно буря метет.
Иное: походные были одежды
На рыцаре этом, и нет уж надежды
При встрече узнать наглеца.
Не зная герба, кто противника сыщет?
Не пса же искать - их бесчисленно рыщет.
Отсюда печаль без конца.
Он мстить обещался, но некому мстить.
И злую обиду не может забыть.

Уж минули годы с той детской забавы,
И воинской славой гордится по праву
Отважный и юный герой.
Но шрам застарелый лишает покоя,
Отмщения клятвой врага удостоя,
Ивенхо снедаем тоской.
Быть может, и рыцарь тот в битве скончался,
От пса только остов безглазый остался,
Но клятва превыше всего.
Он Масгрев - и горько живет неотмщенным!
Узнала б родня - он б остался бездомным,
Вот это печалит его.
И снова средь празднеств и дерзких забав
Сидит он угрюмый, оружие сжав.