[Фердинанд]

  Былым мело сугробам в стык 
  Во все предместья. 
  Петрович сторожить привык 
  Своё поместье. 
  Как по весне худой щенок 
  ходить устанет, 
  Так и Петрович в снег залёг, 
  Не скоро встанет. 






  Метель лепила из него, 
  Чего хотела. 
  Петрович - съёженный в комок 
  Тугого тела... 
  На свежезамерший ледок 
  Он, как растенье, 
  Ползти и двигаться не мог 
  От угрызений... 






  И падал хрустко Master Card, 
  Как дробь по насту. 
  Петрович - тот ещё магнат, 
  Он картой хвастал. 
  И потерялся кошелёк, 
  Тугой и спелый. 
  А где ж зелёный огонёк 
  И суши в белом? 






  Из неотложки вышел врач, 
  И очень важно 
  Ругал Петровича и дачу 
  Многоэтажно. 
  Мело в сугробе между тем, 
  И очень смело 
  Петрович тихо засопел 
  И сделал дело. 

[Иван Петрович]
 









  Февраль. Залечь в сугроб и плакать! 
  Поплакать о себе навзрыд, 
  Пока дворовая собака 
  Не покусает, не простит.

  








  Нанять таксиста за сто баксов... 
  Чрез Пешков-стрит, чрез дым побед 
  Туда, где видит Коля Басков 
  Рублёвских окон нежный свет. 

  








  Где, как облупленные туши 
  Олигархических затей, 
  Лежат на блюдце дряблым суши - 
  Пустые образы идей... 










 ...Вот что-то тает подо мною 
  Я поплыву в конце пути? 
  О, Фердинандик, буря мглою... 
  Прости, за всё меня прости!