Локи 0: другие произведения.

  История эта началась за синагогой, возле кладбища, где сошлись Беня Крик и старый Мотя Терц. Беня был уже тогда Королем, но что такое Король для человека, который тридцать лет как похоронил сам себя, в душе у которого вечная сушь, а глаза видят дальше, чем вы можете себе представить?

  - Я вам скажу вот что, - говорил Беня. - Я вам скажу, что если я не получу с вас таки этих несчастных денег - и видит Бог, дело уже не в деньгах, потому что когда они есть - это даже не праздник, а когда их нет - так это для того, чтобы мы не спали, как тетя Рая, когда у нее вынесли из дому всю мебель, - то вы просто сами не знаете, каким вы станете знаменитым. Про ваш сад не только напишут в газетах, но будут еще сочинять мемуары, а вы станете с этого плакать.

  И вы знаете, что ответил ему старый Терц?

  - Приди и возьми, - сказал он. И еще он сказал: - Тридцать восемь раз ко мне приходили, чтобы взять моей вишни. И где они теперь?

  И Беня, который не мог так просто поднять руку на почтенного старика, крикнул дико и пошел, не оглядываясь, в сторону, а шоколадный его пиджак развевался и топорщился как хвосты турманов, которых разводят младшие Кофманы, пока не подрастут и не окажутся пристроены к делу.

  И, конечно, Беня позвал молодого Севу, русского, который давно просился к нему, и которого надо было попробовать, и сказал ему вот что:

  - Ты знаешь старого Мотю Терца, и ты знаешь его сад. Мне нужно, чтоб не было больше этого сада, и чтобы люди, вспоминая, говорили - "Ай, какой был сад у Терца", и чтобы все поняли, что если Беня Король сказал "раз" - так это раз, и не меньше.

  Сева, полный румянца и молодой отваги, только тронул свой револьвер и пошел прочь, и солнце за его спиной было как прожектор во французском цирке, из которого сбежала акробатка с Моней Артиллеристом, так и не найдя с ним своего французского счастья.

  

  Беня сидел у Любки Шнейвейс, когда прибежал маленький мальчик Ленька, которого знали все, и который редко делал что-то хорошего, и мальчик Ленька стал кричать с самого порога:

  - Король, Король, убили Севу!

  И Беня узнал, что старый Терц видит далеко, и что обрез его хорошо смазан и не дает осечки. И вот теперь Севу и троих, что он взял с собой, уже оплакивают родственники, и они желают спросить у Короля - почему случилось то, что случилось?

  Страшным сделалось лицо у Бени, и он стал собирать людей, но тут встала Любка Шнейвейс, прозванная Любка Казак, которая не боялась никого и ничего, которая шла по жизни прямо, как сорвавшаяся с горы тачка, полная бьющейся живой рыбы, и Любка сказала так:

  - Ты пойдешь со своими людьми на старика, Король? И потом будут говорить - о, Король думает так быстро, что не успел заметить, что людей у него много, а старик - один?

  Беня сжал зубы, и глаза его налились кровью, как те вишни, что заботливо охранял Мотя Терц.

  И тогда Беня устроил поминки - такие поминки, которых редко можно было видеть в Одессе. И пока люди пили и гуляли, Беня пропал и никто его не видел. А когда он вернулся, все уже знали, что в саду у Моти Терца случился пожар, и что сад сгорел, а старик остался живой, потому что в то время как раз повез продавать своей вишни.

  Старый Терц не простил пожара, и оказалось, что Король был кругом неправ, позволив ему продавать свой последний урожай, но это уже совсем другая история, которую я расскажу как-нибудь позже.