Лошкарёва Виктория Витальевна: другие произведения.

Иного не желаю

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Я рано поняла, что главное в нашей жизни - это контроль. Не любовь, не наличие таланта или какой-то гениальности, не смелость и не храбрость, а именно контроль. Вездесущий и беспощадный. Именно он делает нас людьми, заставляя держаться, заставляя двигаться вперед, а не плыть по течению, в сторону водоворота. Он не дает нам наложить на себя руки, когда всё плохо, не дает сдаться, когда очень хочется и не даёт отступать, когда отступать некуда.

  Моя семья не была образцово - показательной: отец, закончивший физмат, в новой российской реальности держал несколько торговых палаток и мама, работавшая учителем музыки в школе по соседству. Деньги в доме водились, а вот счастья - нет. Отец изменял матери направо - налево, покупая шлюх, даря золотые цепочки соседкам по дому, не скрывая своих отношений и с продавщицами палаток. Он смаковал каждую свою измену, и каждый его загул обязательно доходил до матери.
  Мама же... мама держала удар, делая вид, что не замечает ни ехидного взгляда коллег, ни злобных шёпотков соседок...
  Это никогда не обсуждалось дома. Отец придирался к матери по каждой мелочи - она же, часто срываясь, отвечала тем же - но никогда ни один из них не затрагивая самую главную проблему. Просто каждый вечер мама стелила себе рядом со мной, в детской, отец же, выпивая пару бутылок пива, громко хлопал дверью, уходя куда - то в ночь.
  Так мы и жили.
  Однажды летом, когда мы проводили время на даче у родителей мамы, я сидела на большой старой яблоне и читала книжку, устроившись между толстых крепких веток - и удобно, и не упадёшь.
  Бабушка, прогуливаясь по саду с мамой, вдруг спросила.
  - Люда, может стоит уступить? Толька ведь мужик - а мужикам сама знаешь, надо...
  Мама тут же заплакала.
  - Знаю, - горько прошептала она, - объяснили.
  - Ну, Люда, - воскликнула бабушка, - уже ведь сколько лет прошло... Ты и себя изводишь, и его изводишь... Вы или уж совсем разойдитесь, или начните жить нормально. У вас же дочка.
  - А ты думаешь, я не хотела от него уйти? - вдруг громко воскликнула мама, истерично рассмеявшись. - Он меня два раза за шкирку домой притаскивал, когда я у подружек пряталась. А во второй раз сказал, что ещё одна такая выходка с моей стороны - и дочь я больше никогда не увижу. Он мне даже дверь открыл, позволив "катиться на все четыре стороны".
  - Да что ты, дочка, - всплеснула руками бабушка Аня. - Да разве ж живут так? Да разве ж это семья??
  - Я не знаю, - снова заплакала мама. - Не знаю... мамочка... Я ничего не знаю.
  - Ну, тссс, успокойся. - Бабушка, обняв маму, принялась её успокаивать. - Ну что ты, Людочка... Толик мужик не плохой. Смотри, как о вас заботится - и квартиру новую купил, и нам дом поставил. С Тайкой каждую свободную минуту возится.. .не мужик - золото. Может, ещё померитесь, а? Ребеночка ещё родите... братишку для Тайки? Ведь недаром от себя не отпускает... Дорога ты ему.
  Моя мама, отстранившись от бабушки, снова истерично рассмеялась.
  - Лечь с ним кровать после того что было?
  - Люда, так ведь уже девять лет уже прошло.
  - Да пусть все девяносто пройдет, - воскликнула мама. - Никогда больше. Никогда больше не дам ему к себе прикоснуться.
  Лето закончилось, я пошла в четвертый класс.
  Родители продолжали жить так, как жили раньше - только теперь я стала взрослее и наблюдательнее, примечая то, на что не обращала внимания раньше. Как отец пытается хотя бы слегка докоснуться до матери, как мать избегает подобных касаний, обходя отца, словно прокажённого, как злится отец, пожимая губы...
  А зимой стало ещё хуже.
  Это случилось в феврале, когда по городу, подгоняемая пронизывающими февральскими ветрами, одиноко носилась снежная поземка, а на небе, словно огромный прожектор, висела полная кроваво -желтая Луна...
  Мы уже ложились спать, когда отец, вернувшись с работы домой, заглянул в нашу комнату.
  - Люда, - позвал он мать, потрепав меня по голове. - Хватит. Пошли спать в нашу комнату. Тайка уже совсем большая девица. Завтра первый юбилей отмечать будем.
  - Я лягу здесь, - объявила мама, демонстративно взбивая подушку.
  Отец повёл бровью.
  - Хочешь при ребенке? - только и спросил он, но мама замерла.
   Я тогда не понимала - не могла понять - почему она так долго медлит взглянуть на отца, или хотя бы что - то ему ответить. Наконец, мама коротко кивнула, поднимаясь с дивана.
  - Ложись спать, котенок, - поцеловал отец меня в макушку.
  - Спокойной ночи, Тая, - прошептала мама, протягивая руку отцу.
  Они закрыли обе двери: и мою, и свою - но мамины крики были слышны даже через стенку. Всю долгую зимнюю ночь мама кричала - кричала так, что у меня стыла кровь в венах.
  Я лежала в своей кровати без сна, глядела на Луну и молилась, чтобы эта ночь поскорее закончилась. Это был единственный подарок, что я загадала на свое десятилетие. Чтобы ночь быстрее кончилась, и чтобы мама больше никогда так не кричала.
  Утром, когда родители разбудили меня завтракать, я заметила виноватый, но какой - то теплый взгляд отца.
  - С днем рождения Таечка, - радостно воскликнул отец.
  - С днем рождения, дочка, - с легким удивлением в голосе пробормотала мама. Так, словно она забыла, какой сегодня день.
  - Девочки мои, - поцеловав по очереди маму и меня, отец сообщил, что убегает - у него через двадцать минут уже первая поставка. Но он пообещал вернуться сегодня пораньше.
  - А давайте махнём куда - нибудь, а? Сочи там или Турция. А, Люд? Там и Тайкин День рождения отметим.
  - В Сочи сейчас тоже холодно, - равнодушно пожала плечами мама.
  - Зато там на лыжах можно покататься. На горных, - уточнил отец.
  - Она уже девочек позвала.
  - Так девочки же придут только в выходные, - встряла я.
  Отец расплылся в улыбке.
  - Ну, тогда решено.
  Ещё раз поцеловав нас обеих он выскочил из дома, а мама... мама вдруг неприятно мне улыбнулась.
  - Таечка, я наверное с вами не поеду.
  - Почему? - не поняла я, пугаясь, что это из-за прошлой ночи.
  - Устала я, - пожала плечами мама.
  - Но папа ведь...
  - У тебя, Тая, плохая наследственность... Это хорошо, что ты девочкой родилась. Может, в тебе и есть дурная кровь - но по крайней мере, ты не станешь причинять боль тому, кого любишь...
  - Мам, а как же...
  - Давай собираться, а то в школу опоздаем.
  Я училась в той школе, где мама преподавала музыку. Опаздывать в свой день рождения не хотелось - и так то и дело подружки попрекают, что, мол, к дочке учительницы особое отношение. А потому, быстро доев бутерброд, помчалась в свою комнату.
  Это утро ничем не отличалась от тысячи предыдущих - все та же дорога до школы, всё тот же хмурый дворник, подметающий наш двор, и всё так же соседская овчарка, снова убежавшая от хозяина.
  А ещё в этот день мне исполнялось десять лет - и папа собрался отвезти нас по этому поводу в Сочи. Или Турцию. В Турции я уже была, в Сочи ещё не разу.
  Я то и дело интересовалась у мамы о Сочи: тепло ли там сейчас, можно ли купаться в море, если ли там сейчас листочки на деревьях... Мама только вздыхала и отвечала на мои многочисленные вопросы. Потом меня окружили подружки, поздравляя с днем рождения. Я махнула маме рукой, и мы понеслись в класс.
  А на втором уроке к нам заглянула завуч и, как - то по особенному посмотрев на меня, что - то тихо сообщила Маргарите Ивановне, нашей учительнице.
  Маргарита Ивановна, громко ахнув, заплакала, тоже, почему -то глядя на меня...
  А завуч уже просила меня собрать вещи.
  - Опять на олимпиаду посылают?- спросила одноклассница, которая сидела впереди. Я пожала плечами.
  - Не знаю.
  - Давай, живее, Кузнецова, - подгоняла меня завуч... и вдруг побледнела. - Пожалуйста, Таисия, чуть быстрее.
  Я кивнула, закрывая портфель. Мы шли - нет, мы практически бежали по школьному коридору в сторону кабинета завуча, но всё равно не успели.
  - Училка музыки повесилась, - крикнул кто - то из старшеклассников. И я, резко остановившись, посмотрела на завуча.
  - Мама? - только и спросила я.
  Я не потеряла сознание, не заплакала и не стала биться в истерике - я просто смотрела на завуча, ожидая её ответа. И пожилая женщина кивнула.
  Моя мама.
  Я сидела в её кабинете до глубокого вечера, ожидая, когда за мной приедет отец... Но папа так и не появился. Я не знаю - до сих пор не знаю, что с ним произошло в тот день, только за мной приехали мамины родители и не скрывая слез объявили, что я в свой десятый день рождения осталось полной сиротой.
  Много позже, повзрослев и пытаясь разгадать причину случившейся трагедии, я как - то подловила бабушку и та призналась мне, что мама после родов не могла быть с мужчиной. Вообще. Мол, роды были сложные, это наложилось на общее состояние...
  - Что бы тебе не говорили, Тая, ты знай, они очень любили друг друга.
  Я цинично усмехнулась.
  - Так любили, что умерли в один день.
  - Не смей, - воскликнула бабушка.- Не смей, Тая.
  - Бабушка, я же помню, сколько у отца было женщин... в каждом дворе...
  - Девочка.... Ты ещё совсем молоденькая. Твой отец всегда отличался мужским темпераментом - заметив мой изумлённый взгляд, бабушка уточнила. - Это мне Люда рассказывала. Ему всегда требовалось много. А она.... - Бабушка всхлипнула. - Твоя мать после родов не могла быть с мужчиной. Вообще. Роды очень тяжелые были. То ли повредили там чего, то ли врачи что не так сделали... Ей бы время дать, чтоб оклематься, да... не утерпел твой отец.
  - Отец изнасиловал маму? - прямо спросила я.
   Бабушка вздохнула.
  - Тая, ну ты... ты же понимаешь, что в отношениях мужчины и женщины есть тонкая грань, которую нельзя переходить. Я не оправдываю твоего отца, но они, мужчины, устроены по другому... Они не всегда могут остановиться... вовремя.
  Я иронично посмотрела на бабушку. Ну да, вовремя остановиться.... А на мой день рождение, он, получается, опять не остановился...
  Я после этого ещё долго ненавидела отца, обвиняя его в уничтожении нашей семьи. Что с ним случилось в день гибели матери - нам так и не сказали, лишь какой- то отцов друг, судя по всему богач, перевёл на дедушкин счет крупную сумму денег - на воспитание Таи, то есть на меня - и с этим всё. Ни тела, ни могилы.
  Из всей семьи осталась только я. Испуганная, сбитая с толку, непонимающая, что произошло, маленькая десятилетняя девочка...
  Я... я не помню, как жила первые годы без родителей. Бабушка и дедушка делали всё возможное, но... это было не то. Я стала ненавидеть отца, винить мать, и дерзить всем, кто окружал меня на тот момент... оценки съехали ниже некуда и к нам уже пару раз приходили проверяющие из службы опеки.
  А через пару лет у меня началось ЭТО.
   И вот тогда я вспомнила последние слова мамы о "дурной крови": что - то звало меня, нагоняло тоску, требовало.... Выхода.
  Поначалу я даже не понимала, что происходит... но чем старше я становилась, тем сильнее делалось это чувство, усиливаясь ещё и жаждой...мужского тела.
  Мне было шестнадцать, когда я однажды, выходя с физкультуры, случайно кинула взгляд на снимающих футболки одиннадцатиклассников. Меня тогда словно током ударило. Я почувствовала ноющую боль внизу живота и мне захотелось... захотелось...
  Что шестнадцати летная девочка, живущая под неусыпным надзором бабушки и дедушки - особенно бабушки - могла знать о том, что ей "захотелось".
  Только где - то через полгода, а то и больше - как раз на весенних каникулах - подружка, такая же пайдевочка как и я, только немного боевее из за наличия старшего брата, показала мне какую - то видеокассету этого самого брата.
  - Что это?- поинтересовалась я у Каринки.
  - У Арсена утащила, - заговорчески подмигнула подружка. - Ох, недаром братец её в своем шкафу прячет, прямо за свитерами.
  Я выгнула бровь.
  - Ты что, лазаешь по его вещам?
  - А что такого, - возмутилась подружка. - Он всё - равно шкафом не пользуется, раз в Москву учиться уехал. А мне вещи куда - то складывать надо. Даже мама разрешила.
  Я так поняла, что тетя Эмма разрешила сложить куда то вещи Арсена... А Каринка под шумок нашла у брата компромат.
  - Что там? - поинтересовалась я.
  - Хочешь, вместе посмотрим? - предложила подружка. - Мои завтра на юбилей к дяде едут, весь вечер никого дома не будет.
  Тем же вечером, собравшись дома у Карины, мы включили видеокассету... Фильм, понятное дело, оказался только для взрослых. Карина морщилась, отводила глаза... А я впервые поняла, чего мне хотелось тогда на физкультуре. Это было желание. Мощное желание секса.
  Домой тем вечером я пришла очень поздно - ходила кругами возле дома и размышляла.... Нормальные пай девочки, вроде той же Каринки, не испытывают ничего похожего... Меня же это чувство вело словно наркотик. И я помнила историю моих родителей, особенно моего отца, который не пропускал ни одной юбки. А что, если его болезнь передалась мне по наследству? А потом я вспомнила последний разговор с мамой - и её фразу про "дурную кровь"... И меня бросило в холодный пот.
  Что если я стану как отец, которому было не важно с кем - главное- часто и много?
  Я проплакала весь вечер и всю ночь....
   С того момента всё поменялось - я не могла нормально спать, стала раздражительной - ненавидела ночи - особенно светлые лунные ночи, ненавидела себя и реакции своего тела. А они менялись. Я стала вроде бы лучше слышать и значительно лучше обонять - что иногда превращалось в испытание, особенно в раскаленном от жары, забитым до отказа людьми автобусе... А однажды... однажды ночью у меня на руках появились когти. Настоящие черные когти.
  Чтобы не пугать бабушку и дедушку, которые уже давно спали, я закрылась в ванной, и уже там, спрятавшись за шумом воды, ревела и резала - пыталась отрезать их... Меня охватила дикая, всепоглощающая паника. Кто я? Что я такое? Мутант? Какой - то странный подвид человека??? И человек ли я??? А может... демон какой - нибудь?
  Я опять прокручивала в голове все ту же давнишнюю мамину фразу о плохой наследственности. Она знала... знала, что со мной такое будет - потому что таким был мой отец. И следующая мысль принесла мне ещё больше горечи, но и она была верной. Мама покончила с собой, потому что не хотела иметь дел ни с отцом, ни со мной - его уродом.
  Проснувшись на следующее утро в ванной на полу, я с удивлением увидела, что у меня на руках привычные ногти - и даже не было никакого намёка на какие - то черные когти.... Но я знала, что это всё - равно во мне есть. Я чувствовала это.
  Я чувствовала себя уродом.
  Я попыталась найти близких отца - не родных: родных у него не было, но хотя бы друзей или знакомых.... Но дедушка к тому времени успел выкинуть все записные книжки папы, и единственное имя, которое мне удалось узнать - имя того самого друга, который перевёл крупную сумму денег на дедушкин счет.
  Мецената, позаботившегося о маленькой осиротевшей девочке, звали Владимиром Баевым. Рассудив, что имя такого человека (несомненно, очень богатого - ту сумму, которую он перевёл, вполне хватило на десять безбедных лет - бабушка и дедушка даже не трогали квартиру, доставшуюся мне от родителей), я принялась искать его имя в газетах... И нашла. Оказывается, он жил в совершенно другом городе, очень далеко от нашего сибирского городка...Владимир Баев был крупным бизнесменом, имеющим бизнес не только в России, но и за рубежом. Много внимание уделялось его немецкому и испанскому проектам... А на одной из последних газет в подшивке я увидела информацию о заказном убийстве. Баева убили вместе с женой и друзьями, подложив взрывное устройство под днище автомобиля.
  Так оборвалась единственная нить, ведущая к отцу и к самой себе.
  Я ...я не знала, как дальше строить свою жизнь - то, что передал мне отец, сильно влияло на мою жизнь, требовало подчинения, удовлетворения своих "животных" нужд и потребностей.
  Тогда я впервые за многие годы пришла в квартиру родителей. Бабушка сохранила там всё по- прежнему - как музей своей дочери; не допуская даже мысли о продаже или сдаче квартиры в наём. Денег, как я уже говорила, благодаря Владимиру Баеву, на жизнь хватало...
  Дома... я ходила по комнатам, по своей прошлой, по своей детской жизни, мгновенно взрослея - и теперь, глядя на всё другими глазами, понимала, что не только отец виновен в трагедии.
  Они оба утратили над собой контроль. Отец - допустивший насилие над матерью, и мама, предпочетшая сдаться, а не бороться за наше счастье. Если она ненавидела отца, если она ненавидела меня, как его продолжение, она могла уйти, начать всё заново - но не бросать всё так... нелепо.
  Глядя на мертвые вещи в мертвой квартире я поняла, что жизнь -это великий дар, и мы - только мы- можем ей распоряжаться. Независимо от того, что я получала в наследство от отца - я смогу это выдержать, смогу не поддаться.
  Смогу.
  Именно тогда, в пустой квартире моих родителей, родилось железное правило постоянного контроля над собой.
  Не скажу, что удержать это правило было просто - это было невероятно сложно. Но, помянуя об истории моих родителей, я отчетливо понимала: выбора всё равно нет. Или сражаться с самой собой, или...
  Но у меня получилось. Я поступила в Новосибирский технический университет на кафедру прикладной математики и информатики, закончила его с отличием, тут же получив выгодное предложение от одной московской it-компании.
  Переехала в Москву, стала продвигаться по карьерной лестнице, сбрасывая ненормальное сексуальное желание, как и прежде, в спортзале: несколько часов на тренажёрах отличный способ обмануть организм... Я так и не решилась "попробовать" запретный вид наслаждения, боясь, что после первого раза я не смогу остановится и превращусь в женскую версию своего отца... В перерывах я успела путешествовать и совершенствоваться.
  
  Мой день всегда расписан по минутам, я никогда не позволяю себе сбиться с графика, а если график сбит не по моей вине - я тут же составляю новый, пытаясь найти способ, как избежать подобной проблемы в будущем. Я никогда никуда не опаздываю, всегда плачу по счетам вовремя, никогда не забываю о днях рождениях и памятных датах моих друзей и знакомых. Я даже никогда не наедаюсь по ночам: не потому что боюсь потолстеть, а просто потому, что это ослабление контроля над телом - то, чего я избегаю.
  Я контролирую своё тело. И только я.
  И даже сегодня, в день, когда мне исполнялось тридцать лет, я старательно удерживала самоконтроль, не позволив подружке заказать ещё одну бутылку вина.
  - Но Тайка, - обиделась Наташка, - мы же только начали...
  - Мне хватит, - покачала я головой, накрывая ладонью свой бокал. - Теперь только сок.
  Подружка с укором посмотрела на меня.
  - Так ведь праздник же...
  - Вот мы уже и выпили, - согласно кивнула я.
  - Всего два бокала вина, Тай, - рыкнула Наталья. - Два бокала... Даже для тебя этого будет мало.
  -В самый раз, - подтвердила я.
  Подружка обиделась, надув щеки.
  - Ну, знаешь...
  -Нат, ну прости, - повинилась я. - Ты же знаешь, как я плохо переношу алкоголь.
  - Нормально ты его переносишь, - фыркнула лучшая подруга. - Не хуже, чем все остальные. У Железной леди не может быть слабостей.
  Я поморщилась.
  - Не называй меня этим дурацким прозвищем.
  - Тебя так весь отдел зовёт, - ухмыльнулась Наташка.- А кое - кто даже считает, что ты не человек.
  - А кто? - почувствовав холодный липкий пот между лопатками, затаив дыхание, спросила я.
  Наталья, ничего не почувствовав, хохотнула.
  - Квантовый компьютер, ни больше- ни меньше.
  Тут уже захохотала и я. От облегчения. Когти под столом сами по себе втянулись в пальцы.
  Пронесло.
  Заметив на дисплее телефона пропущенный от бабушки, я попросила подругу заказать мне сока, пока я отойду поговорить с родственниками.
  - Передавай им от меня приветы, - пробормотала подруга, изучая меню. Она уже давно знала, я никогда не праздную своё день рождения с родными... Родителям мамы всегда было слишком тяжело веселиться в день её гибели, поэтому мне всегда просто дарили подарок. За пару недель до праздника. И на этом всё.
  Я и не настаивала. Праздники - не лучшее время для людей, которые только и пытаются, что удержать контроль над собой... И не продемонстрировать всему миру чудовище. Вот только не понимаю, зачем я сегодня поддалась на авантюру Натальи? Надо внести этот пункт в свой блокнот... и как можно быстрее закончить этот вечер.
  Пообщавшись с бабушкой - в этот день меня традиционно не поздравляли, но звонили всё - равно обязательно, я вернулась в зал.
  Наташка заказала мне какой - то дикий напиток -какофония вкусов, причем химических.
  - У них не было сока, - поймав мой скептический взгляд, пожала плечами Наташка. - Но это тоже должно быть вкусно.
  Оно и было.. Первый бокал. Второй. Третий. Я слишком поздно почувствовала в напитке алкоголь.
  - Наташа, - рыкнула я. Подружка же только рассмеялась.
  - Тая, да расслабься ты. Просто расслабься. Хотя бы впервые за свою жизнь.
  А дальше... дальше мне захотелось приключений.
  Ресторан, где мы отмечали мой день рождения, славился хорошей кухней и хорошей живой музыкой... Музыку, под которую люди с удовольствием едят и ведут беседу, но никак не танцуют вытянув руки вверх.
  - Значит, расплачиваемся, и едем отсюда в ночной клуб, - предложила подруга. Я, потягивая очередную порцию непонятного коктейля (как Наташе удалось такой только здесь заказать), кивнула, попросив подружку подождать меня пару минут.
  Сегодня ведь был не только мой вечер. Но ещё и вечер моих родителей. Когда исчез отец. Когда мама приняла решение меня бросить.
  Поднявшись на сцену, я попросила музыкантов сыграть любимую мамину песню - я до сих пор помнила её наизусть. Бессмертная Пиаф и её " Я не жалею ни о чем".
  Я всегда знала, что кроме отцовских плохих генов, мне достались хорошие гены матери - у меня был и слух, и голос... Я грассировала, исполняя реквием по моей матери, реквием по нашей семье и по той маленькой девочке, чьё детство оборвалось когда - то в феврале... Я пела, лениво обводя взглядом расслабленную публику.
  - Хорошо поёт, - шептал пожилой мужчина своей спутнице.
  - Наверное, француженка, - завистливо фыркнула за другим столиком молодая блондинка. - И это маленькое черное платье прямо как по учебнику.
  - А её подружка?... нет, ты видела, она подмигнула моему Стасу, - зашептала ей рыжеволосая спутница.
  Я же продолжала петь, усмехаясь про себя... петь... выплескивая всю ту горечь, что копилась долгие десять лет. Петь, пока...
  Не натолкнулась на внимательный взгляд зеленых глаз.
  Этот взгляд изменил всё. Мне словно ударили в грудь, сбив дыхание... Я замерла, оборвав песню на полу ноте и продолжила, немного отстав от мелодии - так, что музыкантам пришлось подстраиваться под меня... А у зеленоглазого вдруг стали меняться глаза... желтеть, изменяться.
  Я чувствовала странный - необыкновенно сильный зов, исходящий от него... мой контроль, ослабленный алкоголем, уже не мог сопротивляться этому зову, и всё же... всё же я отвела взгляд, пытаясь не допустить возникновения когтей на людях. Такого сильного приступа у меня ещё не было.
  Допев припев, я поспешно поблагодарила музыкантов и поспешила к Наташке, надеясь как можно быстрее расплатиться и уйти.
  Официантка действительно подошла через пару минут.
  Зеленоглазый настиг нас у выхода.
  - Мадмуазель, - воскликнул он, хватая меня за руку и что - то быстро говоря по-французски.
  - Нет, - замотала я головой, перейдя на английский. - Я не знаю французского.
  -Но ты прекрасно на нем пела, - ответил мужчина. - А впрочем, неважно, выучишь. Я не верю, что, наконец - то, нашёл тебя. Откуда ты, из какой стаи?
  Глава 2
  Этьен
  Это было так удивительно, что я никак не мог в это поверить. Неужели девица, поющая сейчас на сцене, и правда моя пара?
  Втянув в себя немного воздуха, зверь удовлетворённо рыкнул: точно она. Я чувствовал, что начинаю терять контроль: зрачки то и дело переходят на волчье зрение... Да что там, я даже мог контролировать свои руки - когти на пальцах то вырастали, то снова прятались...
  Слишком долго я её ждал.
  Оборотни испокон веков ведут изнурительную борьбу... С собой, со своим внутренним зверем. То, что даёт нам силу, медленно же нас и убивает - рано или поздно зверь берет вверх, поглощая и уничтожая человеческую часть.
   Лишь избранная - настоящая наша пара - в силах навсегда остановить это волчье сумасшествие.
  Говорят, оборотней ведёт проведение... каждому из нас выпадает шанс встретить свою пару. Всего лишь один шанс... И не дай Бог его упустить.
  Я усмехнулся, припомнив историю моего кузена. По какой - такой надобности он потащился, в небольшой, уездный, общем - то, городок? Да, угодья у него там были замечательные, и доход приносили отличный, только вот все и так работало как часы, без его "физического" присутствия. Так нет же, в коей - то веке, Сирильо зачем - то приехал проинспектировать стаю - и тут же встретил суженую. Радуясь за кузена, я в тоже время сильно ему завидовал. И даже попросил взять мою стаю, если меня неожиданно накроет зверь. Кирилл рычал, убеждая меня подождать... И как всегда, старший братец оказался прав.
  Тем временем девушка на сцене закончила петь, и я сорвался с места, боясь упустить свою кррасавицу. Стройная, пластичная, она была необыкновенно хороша в этом облегающем черном платье. Короткое каре каштановых, слегка вьющихся волос, светло - карие глаза... А пахнет не совсем волчицей - скорее полукровкой. Я на минуту опешил от этих новостей, наблюдая за тем, как моя пара вместе со своей подружкой быстро улепетывают из зала.
  -Этьен? - воскликнул Дмитрий, появившись из служебных дверей. - Ты куда?
  
  Совсем забыл, что пришёл сюда оценить новое приобретение наследника московской стаи. Дмитрий неплохо развивал ресторанный бизнес в столице - благодаря, в первую очередь, утонченному нюху оборотней. Вот и сегодня, стоило нам лишь понюхать принесённое мясо, Дмитрий тут же унесся на кухню то ли увольнять, то ли наказывать "казнокрада".
  - Что? - спросил Дмитрий, заметив мой волчий взгляд. - Что -то случилось, да? Что -то с Настей?
  - Да причем тут жена моего кузена, - рыкнул я, продолжая взглядом следить за улепетывающими девицами .
  -Я нашел свою пару, - прорычал я, уже забыв о Дмитрии, об его ресторане. Да я ему хоть выводок своих мишленовцев пришлю - пускай прославляют французскую кухню за рубежом, у меня же сейчас была совсем другая цель...
  Моя испуганная пара в черном платье.
  Нагнал я её уже возле гардероба.
  Человеческая подружка сильно осложняла ситуацию - при ней мне приходилось сдерживать своего волка, впервые почуявшего запах своей самки. Немеченой ещё, между прочим.
  - Мадмуазель, - обратился я к своей самке. И несказанно обрадовался, заметив её по - волчьи блеснувшие глаза. Значит, заинтересовал - уже хорошо. А я уж испугался, что моя полукровочка не услышит зов пары - и придется искать другие способы привязки.
  Справившись с волнением, девушка заговорила со мной на английском.
  -Простите, я не говорю по - французски,- произнесла моя полукровочка.
  Не знает французского? Это она- то ??? Если бы я не слышал сейчас её исполнение Пиаф с прекрасным произношением, может быть и поверил бы. А так...
  Я усмехнулся, предположив, что девочка просто хочет поводить меня за нос.
  - Неважно, выучишь, - ухмыльнулся я, прилагая все силы, чтобы не взять её прямо тут. Хотя мой отель недалеко. Можно и потерпеть. Заметив, что подружка моей пары рассеянно переводит взгляд с меня на пару и обратно, я понял, что она, очевидно, плохо знает английский.
  - Наконец - то я тебя нашел, - произнес я, не таясь больше. - Из какой ты стаи? Кто твой Альфа?
  Я надеялся, что прелестница назовёт стаю отца Дмитрия - всё - таки московский Альфа сильно задолжал моему кузену, а значит, девочку мне отдадут безо всяких проблем.
  Конечно, если надо, я выдержу дюжину поединков, но отвоюю свою девочку.
  В любом случае, она уже моя - осталось только впиться в её тело, и дело сделано.
  Но кареглазка вдруг испуганно попятилась, не забыв прихватить подружку за руку...
  Это она зря.
  Тая
  Мы с Наташкой мчались к выходу, на ходу застёгивая пальто и обвязываясь шарфами.
  - Тайка,- закричала Наташка, слегка притормозив на пороге. - Тайка, подожди. Что происходит? Что он тебе сказал?
  Ах, да, Наташка, скорее всего ничего не поняла из фразы этого франкофона. И то хорошо, и то хлеб...
  -Наташ, давай не сейчас, - ласково попросила я приятельницу. - Давай чуть попозже.
  - Так ты его знаешь, да? - вытаращила на меня глаза подружка. - Ты его знаешь! Наша тихоня, железная королева - девственница, оказывается, втихаря встречается с парнями!
  -Прекрати, - зашипела я, схватив её за руку. - Пожалуйста, пойдем. Это может быть опасно.
  - Ты это серьёзно? - испуганно ойкнула подружка. И даже метнулась в мою сторону так быстро, как только могла. Только вот одна проблема - меня к этому моменту возле открытой двери уже не было.
  
  Что - то большое и темное схватив меня словно куль с мукой, потащило в холодную московскую ночь, не обращая внимания на мои слабые попытки вырваться.
  Впрочем, очень скоро я перестала противиться схватившему меня чудовищу: это было какое - то химическое вмешательство... Наверняка, мне что - то вкололи: находясь в странном состоянии, я не могла ни закричать, ни даже пошевелиться.
  Что - то тащило меня с бешеной скоростью по улицам Москвы. Мелькали, исчезая в темноте, очертания старых домов; калейдоскопом проносились заснеженные и безлюдные в поздний час столичные улицы и яркие пятна ночных фонарей.
  Пытаясь поднять руку, чтобы заслониться от слепящего желтого света, я не сразу поняла, что монстр остановился. Пролаяв что - то на незнакомом мне языке ( если это вообще был какой - то язык), он навис надо мной- и, кажется, посмотрел на меня с каким - то искреннем сожалением.
  - Же свьи дезоли, - выдохнул он, нацелившись на моё горло. Один резкое движение - и его зубы, разорвав в клочья мой шарф, куртку и даже ворот платья, впились в моё тело.
  Я пыталась закричать - правда, попыталась... Но моё сознание, решив сбежать от боли, окончательно померкло.
  
  С трудом залепив глаза, я вяло повертела головой, чтобы понять, где нахожусь. Судя по всему, это была какая - то дорогая гостиница - или не менее дорогие апартаменты. Высокие, украшенные старинной изящной лепниной, потолки; тяжелые классические шторы, и тусклое, в окладистой золотой раме, зеркало - во всех предметах чувствовалась история, дыхание времени... и огромные потраченные на это деньги.
  Тусклое зеркало, кстати, отражало испуганную меня - в синем купальном халате и с растрёпанными волосами. Халат на мне, кажется, был мужским. И пахло от него так дурманящее, что мои звериные когти вылезли сами по себе, безо всякого полнолуния.
  Что я здесь делаю? - подумала я, оглядываясь по сторонам. - И где это здесь? Мамочки...
  Прикусив губу, я резко втянула когти обратно и одним прыжком допрыгнула до зеркала. Оголив левую часть шеи, осторожно провела рукой по тому месту, куда совсем недавно впивалось атаковавшее меня чудовище. Раны там не было.
  Внимательно вглядываясь в своё отражение, я всё же заметила небольшой шрам. Откуда он у меня здесь? Когда он появился? От чего ? И почему я ничего не помню?
  Мне всерьёз казалось, что я схожу с ума, и что зверь, который атаковал меня - это тот самый зверь, которого я сама и представляю.
  Ой, мамочки...
  Сползя по стеночке вниз, я уселась на полу и, обняв колени, начала плакать.
  - Ты уже проснулась? - неожиданно кто - то спросил меня на английском языке. Подняв голову, я поняла, что нахожусь в комнате уже не одна: напротив меня, возле плотно прикрытых дверей, стоял знакомый зеленоглазый брюнет из ресторана, одетый, между прочим, в одни джинсы : ни футболки, ни обуви на нём не было. Только джинсы, смуглое красивое тело, и...
  .... всё портил жутко напряжённый взгляд.
  Неужели моё сумасшествие зашло так далеко, что я согласилась поехать к нему - и где - то по дороге из ресторана потеряла сознание?
  -А что... что произошло? - осторожно спросила я. - Как я здесь оказалась?
  -А ты не помнишь? - мягко поинтересовался мужчина, опускаясь на корточки возле меня.
  Я ничего не ответила - не рассказывать же ему весь тот бред, что мне почудился: со зверем, рвущим на мне одежду, и кусающим куда - то в шею.
  Моё молчание должно было напрячь незнакомца, но он, казалось, вообще не обращал внимания на такие мелочи. Осторожно касаясь моих растрёпанных волос, он нежно их припускал через свои пальцы - и улыбался при этом.
  -Я так и не узнал, как тебя зовут, - признался он с обезоруживающей улыбкой на лице. - Я - Этьен.
  -Тая, - представилась я, осторожно отстраняясь от его рук. И в то же время что - то внутри меня отчаянно бунтовало против этого. Шея - то самое место, куда в моём кошмаре впивалось чудовище, резко зачесалось, и я неосознанно приложила ладонь к эпицентру непонятных желаний.
  Этьен немигающе следил за моими действиями.
  -Крррасивое имя, - сильно грассируя, по-русски, произнес мужчина, глаза которого мгновенно потемнели. - Приятно познакомиться, Таис.
  Но вместо того, чтобы пожать мне руку, он впился ртом в мои губы, не прося - требуя раскрывать их по его молчаливому приказу.
  Я неосознанно подчинилась - уступив мужскому натиску, и... пропала. Моё тело, плавясь под умелыми прикосновениями мужчины, перестало мне подчиняться.
  Вначале его ласки были наполнены только лишь нежностью - так, словно Этьен, осторожничая, не спешил проявлять всю свою сущность. Но с каждой минутой, с каждым моим робким ответом, его действия становились всё страстнее, всё... нетерпимее.
  Измучив меня своими долгими поцелуями, он требовательно нажал на мои плечи, так - что моя голова оказалась на уровне его живота, а затем спустя ещё одно его усилие - ещё ниже.
  Только тогда я заметила, что на мужчине уже не было даже джинс, а его возбуждённый член стоит колом.
  - Возьми его в рот, - по английски прошептал Этьен, чей взгляд сейчас напоминал мой звериный взгляд в момент приступов сумасшествия. - Ну же!
  Уставившись на возбуждённый мужской орган, я покачала головой, не уверенная, что смогу это сделать.
  Этьен зарычал и прижал мою голову к своему телу, тут же слегка приподымая бёдра.
  -Ти вьен би дан та буш, - прохрипел он, тут же рыкнув по английски. - Соси его.
  Распаленная похотью, я была готова на многое... но это было всё же чересчур. Я хотела было вырваться и переменить положение, но мужчина держал меня слишком крепко, оттого - то я просто заслонила рукой свои губы и кое - как замотала в протесте головой.
  - Хорошо... Ти ме рен фоу... Сводишь с ума, - рыкнул Этьен, приподнимая меня вверх. - Оральные ласки мы оставим до следующего раза. А затем он начал рвать болтающийся на моих плечах, расстегнутый халат.
   Я всё - таки схожу с ума, - поняла я, понимая, что мужчина, рвущий сейчас острыми когтями плотную ткань халата, не мог выглядеть полузверем.
  Это моя болезнь... моё сумасшествие.
  Бросив меня на кровать, он опустился сверху и принялся тереться своим обнажённым телом об моё.
  Наши долгие поцелуи стали ещё яростнее, так - словно мы были не людьми, а животными на случке.
  - Укуси меня, - потребовал Этьен, устраиваясь между моих бедер. - Укуси меня, Таис.
  И даже шею подставил - так, будто изображал жертву вампирской любви.
  Не удержавшись, я е негромко хихикнула, в красках представив себе эту картину.
  - Ты должна подчиниться своему будущему Альфе, - рыкнул мужчина, которому очень не понравился мой смешок и неповиновение. Глаза Этьена сейчас даже отдалённо не напоминали человеческие.
   - ТЫ - МОЯ!
  И, прикоснувшись к моей обнажённой груди то ли рукой, то ли лапой, он сделал со мной что- то, отчего сознание моё почти полностью померкло, освобождая моё альтер - эго, моего зверя.
  -Сделай это, - снова потребовал мужчина, подставляя шею, на что моё "звериное я" отреагировало молниеносно, впившись клыками хищника в тело мужчины.
  И в тот самый момент Этьен сделал движение вперед, резко входя внутрь моего тела. Это было так неожиданно и так больно, что даже зверь, контролирующий сейчас моё тело, разжал челюсти и жалобно заскулил, тут же пыталась освободиться от источника боли. читать далее
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) А.Минаева "Академия Высшего света"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-3. Сила"(ЛитРПГ) Ф.Юлия "Я смертная."(Антиутопия) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) Э.Дешо "Син, Кулак и Другие"(Киберпанк) А.Минаева "Академия Высшего света-2. Наследие драконьей крови"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"