Лучанинов Александр Сергеевич: другие произведения.

Прятки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Двор дома номер пять по улице Строителей частенько пустовал. Не то чтобы детей здесь совсем не водилось, но так уж вышло, что предыдущее поколение из дворовых игр выросло слишком быстро, а нынешнее состояло всего из двух мальчиков Сережи и Андрея девяти и одиннадцати лет соответственно.

Мальчишки дружили буквально с пеленок. Все свободное от школы время они проводили вместе. Конечно их досуг был сильно ограничен, ведь не будешь же ты играть в футбол или прятки вдвоем. Теоретически это возможно, но очень уж скучно.

Одно время они собирались у Андрея дома чтобы поиграть в новомодную приставку, которую ему подарили родители на день рождения, но так как город был довольно маленьким, то игры для нее достать было большой проблемой.

По первой эффект новизны удерживал мальчиков возле чёрно-белого советского телевизора на долгие часы, но играть в одно и то же долго быстро надоело. Внутренний пожар, который присутствует во всех детях и не дает им усидеть на месте, снова влек мальчишек на улицу, во двор. Там они оставались один на один со своей фантазией и никакие телевизоры не могли передать того что происходило в их маленьких и буйных головах.

Часто двор из обычного газона с парой старых и уже успевших заржаветь качелей превращался в неизведанную планету или поле брани, заваленное телами погибших героев и рыцарей. Мальчишки хватали палки и воображая себя кем угодно, но только не обычными школьниками, ныряли в гущу событий, так любезно предоставляемую им гибким детским сознанием.

Главным источником вдохновения конечно же служил телевизор. Набиравшие в то время силу Голливудские боевики, в которых можно было с первого взгляда сказать кто окажется злодеем, оказали огромное влияние на ребят.

Однажды часов в девять вечера, как раз, когда родители начали гнать Андрея спать (в этом вопросе они были очень строги) на голубом экране появился его будущий кумир, тогда еще не окончательно облысевший Брюс Уиллис. Персонаж, которого он играл был полицейским и этого уже было достаточно чтобы Андрей, пустив в дело все свое детское обаяние, начал клянчить отсрочку сна. Родители естественно не отступили от своих принципов и насильно уложили сына в постель, но он не собирался сдаваться. Тихо, словно маленькая мышка, он прокрался вдоль коридора к гостиной и стоя в одних трусах мужественно посмотрел весь фильм через крошечную щель в двери. С открытым ртом он наблюдал за тем, как на протяжении полутора часов бедного лысоватого копа пытались убить все, кому не лень. Андрея до глубины души поразила воля к жизни и храбрость этого одинокого воина. Несмотря на все свои раны он все же смог выйти сухим из воды и одержать победу над главным злодеем.

Вечером следующего дня Андрей со всей присущей ему увлеченностью рассказывал своему другу, пропустившему этот, по его мнению, шедевральный фильм, как Брюс Уиллис полз по вентиляции в окровавленной майке и с зажигалкой в руке. Сережа, являясь фанатом более отвлеченных от реальности жанров не разделил такого энтузиазма, но общий посыл понял - в ближайшее время они будут много стрелять.

Вот так и жилось двум мальчишкам из дома номер пять по улице Строителей. Каждый новый фильм погружал их в свою реальность и подстегивал воображение.

Однажды у Сережи произошла большая ссора с родителями. Они, как и все порядочные и ответственные взрослые, не разрешали своему единственному сыну уходить со двора. Из окон их квартиры было хорошо видно то место где обычно играли мальчики и это внушало им иллюзию контроля, да и на ужин сына легко было звать, просто крикнув в форточку.

Сережа, в свою очередь, хотел большего, его воображение уже переросло маленький двор углового дома. Он был сыт по горло этими скрипучими качелями и полуразвалившимся забором из шлакоблока, тем более, что за этим самым забором находилась местная поликлиника, а участок, прилежавший к ней, по всем показателям превосходил Сережин двор. Большое поле с аккуратно скошенной травой и закрытое от всех ветров высаженными когда-то давно деревьями манило своими просторами девятилетнего мечтателя.

- Ну мам! - Сережа стоял с дневником в руке, - Ты же обещала, что разрешишь мне погулять в поликлинике. Вот!

Он протянул дневник матери. Она тяжело вздохнула, отложила недомытую тарелку и вытерла руки маленьким кухонным полотенцем.

- Ты же знаешь, мы с папой за тебя волнуемся, а за забором тебя видно не будет. Вдруг что случиться?

Она взяла дневник и пролистнула пару страниц.

- Ну мам, - протянул обиженно Сережа, - что может случиться? Вот во дворе ничего не случилось же?

- От сумы и от тюрьмы не зарекайся, - ответила мать и ткнула пальцем в дневник, - Где домашнее задание по литературе на субботу?

- У нас контрольная была и ничего не задали.

- Как в прошлый раз? - женщина нахмурила брови, а Сережа отрицательно замотал головой.

- Давай ка я Ане позвоню и проверю.

- Ну ма-ам!

Аня училась с Сережей в одном классе и в отличие от него на одни пятерки, гордость 5-Б. Его мама часто звонила ей чтобы поймать своего сына на лжи и временами ей это удавалось.

- Алло, Анечка? Это мама Сережи, здравствуй, - привычно протараторила она в трубку телефона.

- Мам, перестань меня позорить, - дернул ее за фартук сын, но она не обратила на него внимания и продолжила.

- Ты не могла бы мне сказать, что вам задали на субботу по литературе?.. Да, конечно, я подожду... Ага, спасибо, извини за беспокойство.

Женщина положила трубку и вернула дневник своему сыну.

- Видишь? Я свое обещание выполнил, теперь мне можно пойти поиграть в поликлинику?

- Я же тебе уже сказала, мы с папой будем сильно волноваться. Ты же не хочешь, чтобы мы волновались?

- Это не честно, я сделал все что ты хотела! - обиженно крикнул Сережа, - Троек за неделю ни одной, домашнее задание все сделал, в доме убрался, что тебе еще надо?

- Мне просто нужно, чтобы ты вел себя прилично, не врал матери и учился хотя бы на четверки.

- Ага, а в итоге ты все равно скажешь, что я и так должен был это делать и не пустишь меня гулять. Ты сама обманщица и делаешь только то что нужно тебе. Туда не ходи, то не делай, мы с папой волнуемся. Ты только прикрываешься этими вашими "волнуемся" чтобы заставить меня делать что ты хочешь.

- Сергей, не смей так говорить со своей матерью! - крикнул из зала отец.

- А тебе вообще все равно! - огрызнулся мальчик, - только на диване валяешься и футбол смотришь.

После таких заявлений Сережу ждал долгий вечер раздумий на тему справедливости. Он стоял в углу и рассматривал старые немного пожелтевшие обои.

"Вот убегу из дома, и они все поймут, - думал он, - будут плакать и просить, чтоб вернулся, а я не вернусь, никогда. Тогда и посмотрим, как вы волнуетесь за меня, обманщики."

Через неделю родители сменили гнев на милость, и Сережа снова вышел гулять в так опостылевший ему двор. Он прошелся по траве к остаткам забора, за которыми располагались сказочные просторы неизведанной страны "поликляндия" окинул их грустным взглядом и тяжело вздохнул.

Андрей вышел из подъезда и увидел своего друга, сидевшего на старой, проржавевшей до дыр горке и задумчиво смотревшего в даль.

- Здаров, Серега, - радостно крикнул он и подбежал поближе, - смотрел вчера со Сталлоне кино? Там ваще улет, они по горам лазили, и мужик вниз упал! Прикинь? А Сталлоне такой: Неееет!

Сережа никак не отреагировал на рассказ друга и только тяжело вздохнул.

- Чего грустный такой? - поинтересовался Андрей и потянул его за штанину, но тот нервно одернул ногу, - Да ладно тебе, чего ты? Ну получил двойбан, так это ничего. Вон если из школы погонят, тогда да, а так...

- При чем тут двойбан? - перебил его Сережа.

- Ну а я откуда знаю? Ты ж молчишь как партизан.

- Сам ты партизан... Родители не пускают в поликлинику, а я очень хочу там погулять, вот и поссорились, - он спрыгнул с горки и снова подошел к забору, - посмотри сколько места, там можно бежать прямо дольше десяти секунд и ни во что не упереться. Во дворе такое никак не получиться.

- И что тебе мешает? - удивился Андрей, - дыра в заборе же тебе по пояс. Возьми да перелезь.

- Нельзя, мама говорит, чтобы я гулял только там, где она будет видеть меня из окна, а за забором меня не видно.

- Да ты чего? Это же взрослые, они такое говорят только, чтобы сказать. Им главное себя успокоить, а где ты гуляешь совершенно не важно.

- В смысле? - спросил Сережа.

- Ну вот, смотри, - Андрей резко шагнул вперед и толкнул друга в грудь, да так сильно, что тот, потеряв равновесие, перевалился через старый шлакоблок и упал во двор поликлиники.

- Ты че? - Сережа пришел в себя и вскочил на ноги, - меня же опять на неделю дома запрут!

Он попытался перелезть обратно, на разрешенную сторону, но Андрей не дал ему этого сделать, снова толкнув его.

- Тихо, слышишь? - спросил мальчик, приложив палец к губам.

Сережа прислушался, но не услышал ничего кроме пения птиц и шуршания шин, редко проезжавших мимо автомобилей.

- Нет, - ответил он озадаченно, - а что я должен был услышать?

- Вопли твоих обеспокоенных родителей.

В этот момент Сережа понял, что пытался показать ему его друг. Тем временем Андрей одним ловким движением перемахнул через забор.

- Видишь, я же говорил, что они за тобой не следят. Все их россказни - чепуха, пыль в глаза. Они убедили тебя в том, что пристально следят за тобой все время, а ты и уши развесил.

- Но зачем такое делать? - озадаченно и немного обиженно спросил Сережа.

- Ну как это зачем? Ты думаешь, что предки следят за каждым твоим шагом и ведешь себя хорошо, а они все это время спокойно занимаются своими делами. Очень хитрая уловка, ты как-бы сам себя контролируешь. Как выросту постоянно буду ей пользоваться.

Сережа аккуратно взглянул через забор на окна своей квартиры. Обычные деревянные окна, окрашенные в похабный коричневый цвет. Он никогда не понимал, что могло толкнуть человека на покупку такой краски, хотя скорее всего либо другой не было, либо эта была дешевле остальных. Форточка была закрыта, а за стеклом просматривался слегка освещенный коридор. Это было хорошо, ведь Сережа ожидал увидеть разочарованное лицо мамы или суровый взгляд отца, говорящий, что угол в гостиной ждет маленького нарушителя, но за стеклом никого не было.

- Ну? Чего застыл? - Андрей потянул своего друга за руку, - Пошли, ты же хотел здесь погулять.

- А? Да, - растерянно кивнул Сережа. Он испытывал смешанные чувства. С одной стороны, его наглым образом обманули собственные родители, а с другой - он теперь получил доступ в заветную "поликляндию". Разве не этого он хотел? Он обрел свободу передвижения, но радости это ему не принесло.

- Да пойдем уже, все веселье пропустишь!

С этими словами Андрей сложил пальцы так, будто держал пистолет и оглядываясь по сторонам словно самый настоящий секретный агент побежал по зеленой траве. Сережа не растерялся и выхватив из-за пазухи свое "оружие" побежал следом.

Таких перестрелок у мальчишек еще не было. Большое открытое пространство обеспечило им место для маневра, а количество нападавших на них плохих парней превысило все мыслимые и немыслимые масштабы.

Андрей, уворачиваясь от копий и гранат представлял себя лысеющим, но не сдающимся полицейским и кувыркался по аккуратно скошенной траве. Сережа прятался за деревьями и, изредка выглядывая, шквальным огнем прикрывал друга.

Битва длилась несколько часов и настолько увлекла мальчишек, что они совсем забыли про время. Солнце уже подкатило к горизонту, когда последний враг пал.

- Фух, - выдохнул Андрей, лежа на траве и пытаясь восстановить дыхание, - это было весело.

- Ага, - Сережа упал рядом и уставился на пожелтевшее небо, - тебя мамка заругает, - после непродолжительно паузы сказал он.

- Чей-та? - удивился Андрей.

- А ты весь зеленый.

Мальчик приподнялся на локтях и посмотрел на свою одежду. На ней то там то тут виднелись зеленые пятна, которые оставила густая трава.

- Да ерунда, - отмахнулся он, - отстирается.

- Не, я один раз в школе на физкультуре в футбол играл и на коленках такие же пята по оставались, так маме пришлось кожаные накладки пришить, чтоб штаны не выбрасывать.

- Да? - Андрей встал на ноги и попытался оттереть зеленые кляксы, но ничего не вышло, - Блин! Ну ничего, поругает и простит.

Сережа осмотрел себя в поисках таких же пятен, но по всей видимости ему повезло больше, и одежда оказалась просто слегка пыльной. Он встал, отряхнулся и зашагал в сторону забора.

- Стой, - Андрей догнал его и дернул за руку, - ты куда?

- Как куда? - удивленно спросил Сережа, - Во двор.

- Ты чего? Какой двор?

- Как какой? Тот в котором я живу. Уже темнеет и лучше оставаться там, если мама позовет домой.

- Вот зануда ты, что еще сказать... - наигранно фыркнул Андрей, изображая крайнюю разочарованность другом.

- Это чего это я зануда, а? - еще больше удивился Сережа.

- А того! Ты же сам хоте здесь погулять, а теперь так спешишь обратно?

- Так погуляли же уже?

- И это ты называешь погуляли? Это только начало. Мы даже поликлинику не посмотрели. Пойдем! - он потянул друга за собой.

- Да чего там смотреть, я мимо нее каждый день из школы домой хожу, насмотрелся.

- А вот и нифига, у нас дом с улицы совсем не такой как со двора. И здесь, я уверен, все так же, - Андрей на секунду задумался, - Слушай, а что если у них бомбоубежище есть? У нас же все заварено давно, а это больница как-никак. Пошли поищем.

Сережа сопротивлялся не долго. Он конечно не хотел, чтобы ему влетело от мамы, но жажда открытий и детская отвлеченность от далеко идущих последствий сделали решающий выбор за него.

Здание с тыльной стороны действительно выглядело иначе. Совсем не похоже на то, что он видел каждый день по дороге домой. Скорее всего фасад недавно ремонтировался в отличие от всего остального. Старая штукатурка местами отвалилась, образуя на стенах неприглядные проплешины. Решетки на окнах первого этажа поржавели, а краска на рамах облупилась. Некоторые стекла были треснуты и укреплены более мелкими кусками, скорее всего, чтобы не было сквозняков. Солнце наконец перевалило за горизонт и тени, упавшие на поликлинику придали ей оттенок загадочности и грусти.

Обойдя вокруг здания мальчишки не нашли ничего похожего на бомбоубежище, что их немного разочаровало, но Андрей все не унимался.

- Иди сюда, - он поманил друга ближе к стене.

- Как-то мне здесь не по себе, - поежился Сережа, - может нам стоит вернутся назад?

- Не ной, - Андрей сморщил нос, - лучше подсади.

Он показал пальцем на выступающий из стены карниз. У строителей он называется выносной плитой, и служит для усиления конструкции, но мальчик собирался воспользоваться им не по назначению.

- Что ты хочешь? - спросил друга Сережа и неуверенно подошел поближе.

- Что, что, капшто. Ты меня никогда не слушаешь, да? Я же рассказывал тебе про кино со Сталлоне, про альпинистов.

- Да? - удивился Сережа.

- Балда! - огрызнулся Андрей, - Пока мы с тобой вокруг поликлиники обходили я заметил, что этот карниз вдоль всего дома идет. Ты меня подсадишь, а я тебя подтяну, и мы по нему пройдем по кругу, как настоящие альпинисты. Круто?

- Вообще, да... но я бы все-таки домой уже пошел. А вдруг мама меня ужинать зовет, а я не слышу?

- Да не бойся ты, вот пройдемся быстренько и сразу домой.

- Обещаешь?

- Ага, - Андрей уверенно кивнул.

Сережа оглянулся по сторонам, вокруг было ни души. Даже машин по улице почти не ездило. Скорее всего все работяги сейчас сидели дома и наслаждались вкусным ужином после тяжелого трудового дня.

- Ладно, но только быстро.

Он сцепил пальцы рук и подставил под ногу Андрея. Тот оперся на них как на ступеньку и подтянувшись залез на карниз, затем подал руку Сереже.

Мальчишки, прижавшись животами к стене, приставными шагами двигались вдоль здания. Идти приходилось медленно. В некоторых местах карниз был покрыт толстым слоем обсыпавшейся штукатурки вперемешку с пылью и больше походил на покатый склон нежели ступеньку. Ступать нужно было осторожно, потому как из-за неровностей ландшафта высота выносной плиты в некоторых местах достигала пары метров, а это уже серьезное падение.

В одном месте карниз стал таким узким, что нога перестала помещаться на него полностью. Андрей шел первым. Глубоко вдохнув, он задержал дыхание, встал на носочки и аккуратно прошел опасное место.

Сережа на секунду замер и посмотрел вниз, типичная ошибка начинающих альпинистов. До земли было не меньше полутора метров, а для девятилетнего мальчика это практически бездонная пропасть. Страх моментально сковал все мышцы.

- Ну что ты там застрял? - крикнул Андрей, но друг его не ответил, он продолжал смотреть вниз. По глазам было видно, что он не в силах сделать ни одно шага дальше.

- Сережа! - позвал Андрей, - Посмотри на меня!

Мальчик медленно перевел взгляд на друга.

- Слушай, ничего сложного здесь нет, просто не думай про землю.

- Не могу, - дрожащим голосом ответил Сережа, - а вдруг я упаду?

- Не упадешь. Просто не смотри вниз.

- А куда мне тогда смотреть?

- В стену смотри. Просто шагай и смотри в стену. Через десять шагов все закончиться. Главное шагай и не думай про высоту.

Сережа повернулся лицом к стене, желтая штукатурка была на расстоянии пары сантиметров от его носа. Каждой клеточкой своего тела он жалел, что согласился залезть на этот дурацкий карниз. Он бы сейчас мог сидеть в своем дворе, таком привычном и безопасном. Он бы просто сидел, смотрел как в доме одно за другим загораются окна и воображать, что люди делают в своих квартирах.

Он сделал первый шаг. Вот старушка с первого этажа включила свет на кухне, она хочет поставить чайник на плиту и заварить себе немного ромашкового чая, скорее всего слегка разволновалась, когда смотрела поле чудес.

Еще два шага. Небольшое облачко пыли вылетело из-под ноги Сережи, но он этого не увидел. Перед его глазами была занимавшая все поле зрения желтая стена, а в голове молодая пара с грудным ребенком сидели в гостиной и смотрели телевизор, который отбрасывал странные блики на окно.

Еще два шага и половина пути пройдена. "А не так уж и страшно" подумал Сережа и снова повторил свою ошибку, посмотрел вниз. Земля по-прежнему была далеко. Сердце забилось чаще, и он отвернулся к стене.

Маленькая девочка вышла на балкон и грустно смотрела с высоты. Она никогда не выходила гулять, скорее всего больна чем-то.

Фантазии немного успокоили Сережу, и он сделал еще два шага.

- Ну же, - Андрей протянул руку другу и слегка похлопал ладонью по стене, привлекая его внимание, - совсем чуть-чуть осталось.

Собрав остатки своей смелости Сережа буквально пробежал последние три шага и схватился за теплую, но грязную руку Андрея так крепко, будто от этого зависела его жизнь.

- Видишь, у тебя все получилось, а ты боялся.

Сережа хотел высказать ему все, что он думает по поводу всей этой затеи с альпинизмом, но мальчик улыбнулся и не дожидаясь ответа нырнул под подоконник, преграждавший путь дальше.

Подумав, что чем быстрее он позволит Андрею дойти до конца, тем быстрее они вернуться домой, Сережа двинулся следом. Пролазить под подоконником он не стал, ноги еще не до конца слушались, и по правде говоря он вообще сомневался, что сможет присесть. Вместо этого он схватился за откос окна и попытался пройти во весь рост, просто отклонившись назад. Стоя на носочках и уцепившись пальцами за прохладный цемент он переместил центр тяжести и повис над землей, пытаясь дотянуться второй рукой до противоположенного края окна. Слегка пошатнувшись он чиркнул пальцами по откосу, но не смог как следует схватить его. Тяжело вздохнув он попробовал еще и на этот раз ему удалось дотянуться. Оставалось только подтянуть ногу, и он был бы в относительной безопасности, но краем глаза Сережа заметил какое-то движение за стеклом. Повернув голову, он увидел свое собственное отражение. В помещении за окном не было никаких источников света и стекло превратилось в своеобразное зеркало. Сережа смотрел на отражение, но знал, что видел что-то другое, там, внутри. Он несколько секунд пристально всматривался в темноту, а она всматривалась в него.

Секунды тянулись одна за другой но Сережа не переставал смотреть. Он знал, что там что-то есть, какое-то неуловимое глазу движение не давало ему отвести взгляд. На мгновение он позабыл про страх высоты, про свой двор и про Андрея, который звал его идти дальше. Он, стоя на носочках и держась за откосы, словно распятый висел на двухметровой высоте, и подобно хищнику высматривал добычу.

Лицо, как черт из табакерки, вынырнуло из темноты, морщинистое слегка желтоватое. Маленькие черные глаза-бусинки злобно уставились на Сережу.

Мальчик ждал чего-то такого. После всех этих голливудских фильмов он ожидал именно этого, но несмотря на всю свою подготовленность рефлекторно отпрянул от стекла. Руки дрогнули и скользнули вдоль откосов. Сережа падал. Как будто в замедленной съемке он наблюдал за тем, как окно отдаляется от него, как его пальцы пытаются схватить изогнутый жестяной подоконник, но пролетают в миллиметре от цели. Ноги отрываются от карниза, и Сережа испытывает впервые в своей жизни ощущение свободного падения. Легкость и необычный трепет где-то в животе.

Желтая стена поликлиники, сменилась темно синим вечерним небом. Несколько звезд уже пробивались сквозь городской свет. Сережа успел насчитать шесть, но асфальт не дал ему закончить.

Удар был жестким и болезненным. Первой земли коснулась спина, а после и голова. В первое мгновение мальчик решил, что кто-то устроил фейерверк у него в газах. Окружающая реальность слегка дрогнула и исчезла, погрузив его в прохладный и безмолвный мрак.

- Эй, живой?

Темнота постепенно рассеивалась, и Сережа приходил в себя. Он открыл глаза и увидел, что над ним нависло то самое морщинистое и слегка желтоватое лицо, его обладателем был мужчина лет пятидесяти в старой выцветшей ветровке и спортивных штанах с полосками по бокам.

- Ты как? - спросил Андрей, стоявший рядом.

Сережа приподнялся и пощупал затылок, на нем вздулась небольшая шишка.

- Да вроде в порядке, - ответил он, - а что произошло?

- Ты с карниза грохнулся и головой видать сильно стукнулся, - мужчина помог Сереже встать на ноги, - Сижу, никого не трогаю, сканворд разгадываю. Вдруг, слышу, голоса. Ну, думаю, воры лезут. Пошел посмотреть, а там ты в раскоряку на окне висишь. Ну я хотел тебя шугануть, чтоб не повадно было, а ты возьми, да и упади. Испужался небось?

- Есть немного, - ответил Сережа.

- Вы чего вообще тут делаете, а? На кой хрен по карнизам шляетесь?

- Просто так, - Андрей изобразил свою самую дружелюбную улыбку, - в альпинистов играем.

- Ну и как? Твой друг небось уже наигрался? -сторож провел рукой по затылку Сережи, - Голова не кружиться?

- Болит чуть-чуть.

- Не мудрено, вон с какой высоты грохнулся. Как вы вообще так высоко залезли...

- Вы нас будете ругать? - спросил Сережа, предвкушая хорошую взбучку. Он уже представил себе долгий вечер в углу в коридоре. "Почему посторонние люди нам на тебя жалуются? Что ж ты за оболтус такой растешь? Смотри в стену и думай над своим поведением, может чего поймешь наконец." Как будто это хоть раз помогло.

- Да че ж вас ругать то? - хмыкнул сторож, - Я что, дитем не был что ли?

- Так нам не влетит? - удивился Андрей.

- Не, - мужчина как-то неприятно и холодно улыбнулся. У Сережи от этой улыбки по спине пробежал легкий холодок. Оба клыка на верхней челюсти сторожа были закрыты золотыми коронками, что придавало ему хищный и агрессивный вид.

- Вас, ребята, как звать?

- Я - Андрей.

Сторож кивнул и перевел взгляд на Сережу. Мальчик молчал, он не хотел говорить, ему не нравились эти золотые зубы и глаза-бусинки, которые, казалось, все время высматривают в нем что-то, какую-то малейшую слабость, чтобы потом ею непременно воспользоваться.

- Ты не боись, я ж не кусаюсь, - мужчина нагнулся и протянул вперед руку, - меня все дядей Колей кличут, я поликлинику сторожу, чтоб воры не воровали.

- Сережа, - резко ответил мальчик, но руку жать не стал.

- Да вы не обращайте внимания, - вмешался Андрей, - он просто посторонних не любит.

- Понятно, - дядя Коля выпрямился и похлопал себя по карманам в поисках сигарет, - а я уж было подумал, что он меня испужался.

- Не-е - протянул Андрей, - мы не из пугливых.

Не найдя в своей порыжевшей от солнца ветровке заветную пачку "Беломора" дядя Коля огорченно цокнул языком и поежился.

- Ладно, храбрецы, пошел я дальше сторожить, а вы больше тут это... не лазийте по окнам, а то наругаю.

Мальчишки кивнули и поплелись в сторону двора, а сторож к себе на пост, но дойдя до порога поликлиники он резко остановился, будто вспомнил что-то, затем развернулся и окликнул ребят.

- Эй, альпинисты! Подь сюды! - он поманил их рукой. Мальчишки переглянулись.

- Что ему еще надо? - с подозрением прошептал Сережа.

- Да мало ли что, - ответил Андрей, - пошли узнаем.

- Он мне не нравиться, странный какой-то.

- Опять ты за свое, все ноешь и ноешь, как болячка. Ладно, стой здесь, а я сам пойду.

Андрей побежал к черному ходу в поликлинику. Секунду посомневавшись, Сережа побежал следом, на улице уже порядком стемнело и ему совсем не хотелось оставаться одному в неизвестном месте.

- Слушайте, - сказал дядя Коля, когда мальчишки подбежали немного ближе, - а как на счет экскурсии?

Ребята тут же остановились.

- Экскурсии? - прищурившись переспросил Андрей, беря за руку друга. Однажды он видел в кино похожую ситуацию, все закончилось похищением и убийством.

Сторож заметил этот недоверчивый прищур и поспешил исправить положение.

- Вы ничего такого не подумайте, - он снова принялся искать пачку сигарет в карманах ветровки, - просто я здесь один совсем сижу и бывает временами скучновато и... Тьфу ты! - он вспомнил, что уже искал "Беломор" и нервно вытащил руки из карманов, - Одиноко мне, вот че.

- Одиноко? - переспросил Андрей еще крепче сжимая руку друга.

- Ага, - кивнул дядя Коля, - Я вам поликлинику покажу, поболтаем о том о сем. Тут вечером тихо, ни души.

Мальчишки переглянулись. В глазах Сережи читалось твердое "Нет!", но Андрей все же сомневался. В его голове шла борьба между любопытством и здравым смыслом. Он еще ни разу не гулял по взрослой поликлинике, а уже тем более вечером, когда никого в здании нет. Прогулка обещала быть увлекательной.

Заметив сомнение, сторож решил добавить, что не ругал их за карниз, а значит, он на их стороне и ему можно верить.

- Ну что, пошли? - шепотом спросил друга Андрей.

- Да какой пошли? Ты что, дурак? - Сережа явно нервничал, - Ты его видел? Типичный киношный злодей. А вдруг он нас там запрет и будет мучать, или...

- Ну вот опять ты ноешь, - Андрей не дал ему договорить, - Ты сам хотел сюда, так? А теперь отказываешься от всего веселья, ради которого нарушал родительский запрет. Не понимаю я тебя, вот хоть убей.

- Да чего тут понимать? Уже стемнело, нам домой пора, ужинать, а ты с незнакомым мужиком собрался гулять. Ничего странного не замечаешь?

- Нет! - огрызнулся он и отпустил руку, - можешь идти домой, к мамочке, а я здесь остаюсь.

- А друг твой что? - спросил сторож, когда Андрей подошел поближе.

- Ничего. Девчонка он, вот и все.

Дядя Коля равнодушно хмыкнул и открыл дверь.

Сережа стоял и смотрел, как его друг вместе с незнакомым мужчиной скрылись в дверном проеме. Он наблюдал, как его верный боевой товарищ возможно идет на встречу неминуемой гибели, но ничего не мог с собой поделать. Страх перед отцовским ремнем удерживал его на месте. Хотя на самом деле это была лишь отговорка для самого себя. Он множество раз получал нагоняй от родителей и уже давно не боялся никаких ремней. В действительности его пугал дядя Коля, его желтоватое, морщинистое лицо вновь и вновь выпрыгивало на Сережу из темноты. Оно появлялось перед глазами каждый раз, когда он моргал. Лицо скалилось холодной и злой улыбкой, а в глубине приоткрытого рта блестела пара золотых клыков.

"Нет! Никакая я не девчонка, - подумал Сережа и юркнул в закрывающуюся дверь."

Внутри поликлиника выглядела ненамного лучше, чем снаружи. Либо начальство откровенно подворовывало деньги, выделявшиеся на ремонт, либо их вовсе не выделяли. Пол был покрыт старой кафельной плиткой, маленькой и безвкусной. Меняли ее так давно, что в некоторых местах, она потрескалась, а кое где и вовсе вытерлась. Стены по старой советской традиции были окрашены до середины в тёмно-зелёный, а остальная часть вместе с потолком побелена. Сквозь прохудившийся от возраста слой мела то там то тут проглядывал серый бетон.

Сережа поднырнул под рукой удивленного дяди Коли, уже тянувшегося к двери, чтобы закрыть ее, и как ни в чем не бывало встал возле своего друга.

- Ты же домой собирался? - с легким недовольством буркнул Андрей.

- Я своих в беде не бросаю, - шепнул в ответ Сережа.

- В какой еще беде?

- Вот как он убивать тебя начнет, так сразу и узнаешь.

- Что вы там шепчетесь, - дядя Коля одним ловким движением запер черный ход.

- Ничего, - Сережа снова схватил Андрея за руку, - а вы зачем двери запираете?

- Как это зачем? - удивился сторож, - Начальством велено все запертым держать. Ну тут я на перекур выхожу, так что иногда открываю, а так, все всегда заперто. А то ж как не запереть, то выходит, заходи кто хош, да бери что хош. Накой я тогда нужон?

Дядя Коля улыбнулся своей неприятной хищной улыбкой и пошел вдоль коридора, дети последовали за ним. Он, не говоря ни слова провел их в центральный холл. Здесь располагалась регистратура, где хранились карточки всех пациентов, она была отгорожена от остального пространства деревянной стенкой с небольшими стеклянными окошками.

- Так, с чего б начать? - сторож задумчиво почесал подбородок. Короткая и жесткая щетина потрескивала под его пальцами, - Ну тут регистратура, это и так понятно, здесь толстые тетки целый день чаи распивают. Там аптека, но она закрыта. Что еще... А, точно!

Он протиснулся по пояс в одно из окошек и через секунду вылез обратно с ключом в руке.

- Во! - дядя Коля гордо продемонстрировал ключ ребятам, - Айда, железяки покажу, - он развернулся и жестом показал детям, чтобы они шли впереди.

Общий коридор разделял все здание на две половины. По обе стороны коридора располагались бесчисленные кабинеты и пара лестниц на второй этаж.

- Восьмой кабинет, - указал дядя Коля пальцем направление.

Мальчишки подошли к двери, на ней висела табличка: "Хирург". Сторож вставил ключ в замочную скважину и повернул, но замок не поддался.

- Вообще тут все на ночь запирают, а ключи прячут куда-то, мне не вверяют, но сегодня Павел Геннадьевич видать заработался, - он вытащил ключ и подул на него, как будто это должно было помочь открыть замок, - Звонит мне из дому. Тут у меня есть телефон на посту, так, на всякий случай, чтоб в милицию звонить в случае чего. Ага, так звонит, говорит мол забыл кабинет запереть. Дядь Коль, говорит, запрешь за меня? А мне чего б не запереть то? Запер конечно, - замок наконец щелкнул и открылся, - Ну вот, проходите гости дорогие.

Кабинет был небольшим, у стены стоял стол, за которым, по всей видимости, сидел в свое рабочее время врач. На стенах висели жутковатые плакаты с изображениями мышечной системы и внутренних органов человека. У окна стояла коричневая кушетка, небольшой шкаф и ширма.

Как только мальчики зашли в помещение Сереже в нос ударил сильный неприятный запах. Такой остается в каждой больнице после вечерней дезинфекции.

- Смотрите, че покажу, - сторож приоткрыл дверцу шкафа и просунул руку в образовавшуюся щель. Раздалось холодное металлическое позвякивание, и дядя Коля извлек на свет какой-то продолговатый плоский предмет. В полумраке Сережа не сразу понял, что это, но присмотревшись по лучше он увидел, сторож держит в руках хирургические ножницы.

- Видали? - он повертел ими у ребят перед глазами. За окном сверкнула молния и холодный блик пробежал по поверхности металла. Весенние грозы имели за собой вредную привычку налетать быстро, без предупреждения, а затем, пройдясь крупными каплями дождя по асфальту, так же быстро заканчиваться.

- Это ножницы? - поинтересовался Андрей. Его голос лишился былой уверенности.

- Ага, - кивнул сторож, - они самые. А знаете, что ими делают?

Мальчики отрицательно замотали головами.

- Режут! - последнее слово сторож выкрикнул, да так резко, что Сережа подпрыгнул на месте. Раскат грома, вместе с хохотом дяди Коли прокатился по пустым коридорам поликлиники.

- Вы знаете, - Андрей потянул друга за руку к двери, - нам уже, наверное, пора.

- Так быстро? Я же вам еще не все показал.

- Да мы лучше днем придем, с родителями. Они нас, наверное, уже ищут. Тем более на улице дождь собирается... мы пойдем?

Интонация у мальчика получилась слегка вопросительной, ей недоставало жесткости и создавалось впечатление, что он отпрашивается у вредной учительницы на уроке в туалет.

- Пойдете? Нет, я думаю вы останетесь еще не на долго. Или вы хотите, чтоб я милиции рассказал, как вы пытались залезть в государственное учреждение через окно? Хотите? - дети снова замотали головами, - Я мог бы им позвонить и сказать, что парочка местных ребят хотели украсть какие-то препараты из аптеки. Наркоманы, небось. А знаете, как в милиции любят малолетних наркоманов? Я вам скажу! Они бьют их резиновыми дубинками по бокам. Да, прямо по ребрам бьют. И ведь дубинки специальные, синяков не ставят. А еще обливают водой и не дают спать. Долго не дают. Вы хотите такого?

- Нет, - на глазах Сережи выступили слезы, - отпустите нас пожалуйста. Мы больше не будем здесь гулять, честно.

- Да, честно, - подхватил Андрей, а Сережа уже не мог себя сдерживать и завыл будто пожарная серена.

- Ну, ну, полно тебе сырость разводить, - сторож пару раз клацнул ножницами перед его носом, - отпущу вас, так уж и быть. Но с условием. Для начала вы должны развлечь старика.

Где-то вдалеке небо снова разрезала молния, а в полумраке кабинета блеснули желтые клыки.

- Развлечь? - лицо Андрея побледнело.

- Развеселите дядю Колю - пойдете домой, а нет - так звоню в милицию.

- Вам анекдот рассказать или что?

- Анекдот? - сторож недовольно хмыкнул, - Я здесь каждую ночь только и делаю, что анекдоты в газете читаю. Думаешь они еще способны меня развеселить?

Сережа прислонился своей мокрой от слез щекой к лицу Андрея и шепнул ему что-то на ухо. Тот сперва отпрянул, но через секунду кивнул и повернувшись к сторожу спросил:" Давайте играть в прятки?"

Дядя Коля расплылся в улыбке.

- Прятки, - он снова щелкнул ножницами, - прятки - это интересно. Давайте сыграем, только чур не жульничать. Я считаю до пятидесяти.

Он скрылся за ширмой, за которой обычно переодевались пациенты, и начал считать.

Мальчишки недолго думая бросились к выходу. Они неслись сломя голову по старой кафельной плитке, а откуда-то из-за спины раздавалось хриплое:" Пять! Шесть! Семь!"

Добежав до главного входа в поликлинику, они принялись искать заветную ручку, один поворот которой отделял их от свободы, но ее не было. Двери с обеих сторон закрывались на ключ.

"Черный ход" - выкрикнул Андрей, но Сережа остановил его.

- Там тоже самое, - он сел на холодный пол и закрыл руками лицо.

- И что теперь?

- Не знаю, можно попробовать через окно, но, по-моему, везде решетки...

- Значит придумаем что-то еще. Главное - не сдаваться, - Андрей схватил друга за плечи, - Мы спрячемся так хорошо, что этот хрыч подумает, будто мы умудрились сбежать. А когда он выйдет на очередной перекур, тут-то мы и выскользнем.

- Но ты сам его слышал, все на ночь запирают. Где мы будем прятаться?

Из глубины коридора донеслось:" Сорок девять! Пятьдесят! Я иду искать! Кто не спрятался я не виноват!"

- В туалете, - Андрей схватил друга в охапку и поднял на ноги, - ты пошел вместе со мной, чтобы доказать, что ты не девчонка? Так хватит ныть и начинай доказывать!

Дядя Коля прогулочным шагом вышел из кабинета хирурга и запер его. Ключ он кинул обратно, в окошко регистратуры.

Он проработал ночным сторожем в этой поликлинике уже много лет и знал каждый уголок и закоулок в здании. Все кабинеты были без сомнения заперты (теперь и включая хирургический). Он сам проверял их каждый вечер, это было частью его работы. Мальчишкам просто некуда было деться. Каждый этаж просматривался вдоль от начала до самого конца и спрятаться можно было только в никогда не закрывающихся туалетах. Оставалось только методично проверять каждый. По два туалета на этаж. Четыре этажа. В общей сложности восемь проверок. Проще простого.

Насвистывая "Прощание Славянки" и иногда пощелкивая в такт хирургическими ножницами дядя Коля начал свой вечерний обход.

Первый этаж - пусто. Второй - тоже. Молнии сверкали все чаще, а пауза, после которой гром гулким эхом прокатывался по коридорам поликлиники все меньше. Гроза приближалась.

На третьем этаже, в одном из туалетов сторож обнаружил открытое окно. Разумеется, это была хитрость, под окном не было ни карниза, ни балкона, а предполагать, что дети умудрились спрыгнуть с такой высоты и остаться в живых - просто глупость.

- Ах вы маленькие... - дядя Коля прищурился, - обмануть меня решили? Ну-ну.

Он выглянул в окно, только чтобы удостовериться, что под ним на земле нет двух маленьких трупов, это было бы неприятно. У него возникло бы множество проблем, решись эти мальцы на такой отчаянный поступок. Но все было в порядке, как он и ожидал. Никаких тел.

- Так и думал, - буркнул сторож и взялся за оконную раму, чтобы закрыть ее, но вдруг его глаза округлились. Дядя Коля вспомнил одну особенность, объединяющую практически все здания. Он опять выглянул на улицу, но только на этот раз он не смотрел вниз. Повернув голову направо, он увидел пожарную лестницу. Как он мог забыть про пожарную лестницу? Такая промашка просто непростительна.

- Вот гаденыши! - он захлопнул окно и побежал к лестнице.

"Они не могли далеко уйти" - думал дядя коля спускаясь вниз. Он прекрасно помнил, что все пожарные лестницы, а их в здании было три, еще в конце восьмидесятых обрезали на уровне второго этажа. Это была необходимая мера предосторожности, ведь при пожаре упасть с такой высоты не страшно, во всяком случае не страшнее чем задохнуться в дыму или сгореть заживо. А вот запрыгнуть на такую лестницу с улицы задача практически невозможная.

Пробегая второй этаж, сторож прикидывал, как далеко могли уйти мальчишки. Спрыгнуть с пожарной лестницы они были в состоянии, но без травм такое падение явно не обошлось. Это должно было их сильно замедлить, а значит еще есть шанс догнать их до того, как они смогут позвать на помощь.

Дети, в свою очередь, воспользовались неторопливостью и самоуверенностью сторожа. Стараясь передвигаться как можно тише, они поднялись на третий этаж и открыли окно, создавая тем самым впечатление отчаянного побега. Затем, вслушиваясь в "Прощание Славянки" как в оповещение об опасности, обошли дядю Колю по противоположной лестнице и спустились на первый этаж.

Сторож быстро шагал вдоль деревянной стенки, отгораживающей регистратуру. Полы порыжевшая от солнца ветровки трепало на ходу. Надо было спешить, ведь мальчишки могли наткнуться на какого-нибудь одинокого прохожего и все ему рассказать.

Вдруг дядя Коля остановился как вкопанный. Что-то промелькнуло у него в голове, какой-то смутный образ, легкое сомнение, которое витало на задворках сознания, но не решалось выйти на свет. "Почему окно было открыто на третьем этаже? Почему не на втором? Ведь гораздо проще и быстрее было бы спускаться со второго этажа. Может быть они запаниковали и поздно подумали про лестницу? Или вовсе по ней не спускались? Что, если открытое окно - это отвлечение внимания, попытка заставить меня открыть черный ход?"

Сторож заглянул в окошко регистратуры. Ключа от кабинета хирурга на столе не было.

- Ах вы хитрецы, - прошипел он и, стараясь не издавать лишних звуков, двинулся в сторону двери с цифрой восемь.

Сережа и Андрей сидели на полу за ширмой. Они вслушивались в тишину пустой поликлиники, изредка нарушаемую рокотом приближавшейся грозы. Затаив дыхание, они ждали, когда раздастся заветный шум отпираемого черного хода.

Сереже казалось, что он выплакал все запасы слез, которые у него были. Плакать он уже просто не мог и, облокотившись спиной о прохладную стену тихонько постанывал. Он по привычке пытался уйти в свое воображение, спрятаться от страшной реальности в очередном выдуманном мире, но голова просто отказывалась работать. Может быть страх был настолько силен, что полностью сковал его фантазию, либо мозг так говорил ему, что сознание нужно здесь и сейчас. Так или иначе ему приходилось мириться со всем происходящим и встречать проблему лицом к лицу, возможно в первый раз в жизни.

Андрей в свою очередь потерял весь былой запал. Он ругал себя за то, что умудрился влипнуть в такую переделку, за то, что в очередной раз вместо того чтобы хорошо подумать, поддался порыву, сиюминутному желанию. Но больше всего он корил себя за то, что позволил другу пойти за собой. " Он из-за меня сейчас здесь. Если бы не я, он бы сейчас сидел дома и спокойно ужинал. Девчонка, я обозвал его девчонкой. Разве Брюс Уиллис так поступил бы? Думаю, нет."

Андрей быстро встал, открыл шкаф, в котором хранились медицинские инструменты и заглянул внутрь.

- Ты что делаешь? - Сережа потянул его за штанину, пытаясь затащить обратно за ширму.

- Оружие ищу.

- Какое еще оружие? Вернись обратно! Вдруг он зайдет и увидит тебя?

- Это я во всем виноват, мне и отвечать, - он пытался разглядеть содержимое шкафа, но в кабинете было слишком темно и ему пришлось искать подходящий предмет наощупь, - мне стоило тебя послушать...

- Потом будешь ныть. Ты нас выдашь!

Нащупав что-то острое Андрей резко вдохнул и одернул руку. Из указательного пальца потекла маленькая струйка крови. Он рефлекторно засунул палец в рот, а другой рукой осторожно извлек из шкафа то чем порезался. Это был скальпель. Рукоять была металлической и прохладной наощупь.

Андрей сел рядом с другом и показал ему свою находку.

- И что ты собрался с ним делать? - спросил Сережа.

- Сам знаешь, что. Если до такого дойдет.

- Если до чего-то и дойдет, то ты ничего не сможешь поделать. Он гораздо сильнее нас двоих. Ему ничего не стоит...

Сережа остановился на полуслове. Он замер и жестом приказал другу молчать. Мальчики сидели и вслушивались в тишину.

То, что по началу казалось Андрею шелестом разбушевавшегося на улице ветра вовсе им не являлось. Этот звук издавали спортивные штаны сторожа. Старые, слегка грязные синтетические штаны с тремя белыми полосками по бокам. Как бы тихо не старался двигаться дядя Коля, полиэстер своим шуршанием предательски выдавал его приближение.

Шелест был все ближе и ближе. Мальчики прижались друг к другу. Сережа знал, что план не сработал, ведь если бы дядя Коля поверил в их обман он бы сейчас во всю спешил к выходу и по пути громко топал сапогами по старому коричневому кафелю, но он крался, а значит знал, что они все еще внутри.

Шелест становился все отчетливее и громче. Он приближался. Скрипнула дверь кабинета и наступила гробовая тишина. Сережа зажмурился, он кричал у себя в голове. Ему очень хотелось встать и заорать во весь голос, но собрав всю волю в кулак он стиснул зубы и молчал. Андрей напротив вовсе не выглядел напуганным. Он крепко сжимал рукоять скальпеля и был похож на кошку, затаившуюся перед прыжком.

Ожидание неизбежного затянулось на столько, что Сережа открыл глаза. Он подумал, что сторож, не заметив их в темноте, ушел искать дальше, но это было не так.

Молния ударила прямо в громоотвод на крыше поликлиники. Стало так светло, что мальчики увидели сквозь полотно ширмы мужской силуэт - это был дядя Коля. Гром своим невообразимо громким треском забил все вокруг и послужил для Андрея сигналом к действию. Мальчик со всей силы сжал скальпель и нанес первый удар. Лезвие прошло сквозь ткань, разделявшую жертву и добычу, но запутавшись в складках старой ветровки дяди Коли не нанесло ему никаких повреждений.

Сторож, не ожидая такой атаки, на мгновение замер, но тут же пришел в себя и схватил детскую тонкую ручку. Со всей силы дернув за нее он вытянул Андрея через образовавшуюся дыру в ширме.

- Ты что творишь!? - выкрикнул дядя Коля и ударил мальчика по лицу, - Ты меня убить хотел? Да?

Он ударил еще раз, рука Андрея ослабла и скальпель со звоном упал на пол.

- Я тебе покажу как надо! - сторож улыбнулся во весь рот и нанес еще удар, а затем еще один, и еще.

Сережа сидел у стены и не мог пошевелиться. Он смотрел как дядя Коля нещадно избивал его друга, но не мог найти в себе силы даже чтобы встать. Блестяще золотые клыки затмили все его сознание. Они смеялись над ним, над его слабостью, а он не мог оторвать от них взгляд. "Если бы только перестать смотреть, если бы только перестать бояться". За окном снова сверкнула молния и ее синеватый холодный свет яркой вспышкой отразился в лезвии скальпеля. Этот спасительный блеск вывел мальчика из транса и необъяснимым образом придал сил. Искра решимости блеснула в его голове, словно хирургическая сталь на кафельном полу.

Сережа вскочил на ноги и повалив ширму бросился на сторожа. Дядя Коля ожидал чего-то подобного и ловким движением руки сбил его с ног. Мальчик рассчитывал на такой исход и немного картинно упал. Его целью был вовсе не сторож, ведь даже при всем желании в открытой схватке шансов одолеть его практически не было. Как только Сережа коснулся пола он тут-же схватил скальпель, ради которого и было все представление. "Я вам покажу кто здесь девчонка!" - подумал он и нанес несколько быстрых ударов по ноге дяди Коли. Лезвие было слишком маленьким, чтобы причинить тяжелые травмы, но боль от порезов заставила сторожа отпустить Андрея. Мальчик без сознания упал рядом с Сережей, его лицо в нескольких местах опухло, а рот и нос были измазаны в крови.

Дядя Коля отступил на шаг назад и оказался вне досягаемости назойливого скальпеля. Он оттянул рукой окровавленную штанину, на ней виднелось несколько отверстий.

- Мелкий гаденыш, - прошипел он и перевел взгляд на Сережу, - Ну я тебе устрою.

Но мальчик не обратил на него внимания, он изо всех сил тряс друга, пытаясь привести его в чувства.

Андрей с трудом открыл заплывшие глаза. Комната ходила ходуном, а голову будто набили ватой. Он попытался собрать остатки сознания в кучу, мир вокруг плавно перестал вращаться и первым что он увидел отчетливо был массивный сапог дяди Коли, летящий Сереже прямо в подбородок.

Удар оказался довольно сильным, и мальчик застонав свернулся на полу калачиком. Сторож встал рядом с ним на колени и все своим весом навалился сверху.

- Смотри на меня! - он схватил стонущего Сережу за горло и начал сдавливать, - Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, ты, мелкий паразит. По-твоему, изрезать человеку ногу - хорошая идея? - лицо Сережи покраснело, а на висках вздулись вены, - Готов поспорить, сейчас ты так не думаешь.

Андрей смутно понимал, что происходит. Он осматривал комнату и не мог вспомнить где он, и как сюда попал. Мысли текли вяло и неохотно. "Что происходит? - подумал он, разглядывая как сторож душит Сережу, - почему они лежат? Почему я лежу? Что этот мужик делает? Он что, его убивает?" И тут Андрея озарило. Мозг завелся с большим трудом, словно двигатель стареньких "Жигули" после долгой зимы, но все же завелся. В одно мгновение он вспомнил все произошедшее этим вечером и сердце снова забилось с удвоенной частотой.

Шевелиться получалось плохо, но Андрей пытался. Он, слегка пошатываясь, приподнялся на локте и осмотрел комнату в поисках спасительного скальпеля. Его нигде не было видно. По правде говоря, Андрею сквозь заплывшие глаза вообще мало что было видно. Тогда он попробовал ногой толкнуть сторожа в бок, но тот отмахнулся от него как от назойливой мухи.

Лицо Сережи посинело, он то открывал, то закрывал рот, словно рыба на суше, а глаза его неотрывно смотрели на морщинистое, слегка желтоватое лицо дяди Коли. По штанам мальчика растекалось мокрое и теплое пятно.

Андрей понимал, что его друг умирает, и это сильно мешало сконцентрироваться. Паника поглощала его разум, а осознание того, что когда сторож закончит со своей первой жертвой, то тут-же перейдет ко второй, давило на него будто гора.

Ножницы шарнирные, прямые, остроконечные. Используются для рассечения тканей в неглубоких ранах, а также для оформления краев самой раны. Выглядят как обычные, домашние ножницы для шитья. Две части, соединенные небольшим винтом. Острая режущая часть и рукоять колечко.

Как раз такое колечко к радости Андрея и торчало из кармана ветровки дяди Коли. Недолго думая мальчик схватился за него и вытащил ножницы наружу. Затем, пока сторож не опомнился, он со всего размаху ударил его ими в спину.

Острый конец ножниц с легкостью прорезал ткань куртки. Хирургический инструмент прошел между ребрами как горячий нож сквозь масло и уткнулся сторожу в печень.

Дядя Коля взревел словно дикий зверь наступивший в капкан. Он отпустил Сережу и начал метаться по кабинету. Выкрикивая все матерные слова, которые пришли ему в тот момент в голову, он силился достать торчавшие из спины ножницы, но не мог этого сделать. Над поверхностью ветровки виднелись лишь два маленьких колечка.

Андрей, стараясь держаться как можно дальше от бесновавшегося сторожа, схватил друга за руки и через распахнутые двери вытащил в коридор. Лицо Сережи медленно приобретало естественный оттенок, но на шее остались два синюшных пятна, по форме напоминающих пальцы.

- Ты как? - спросил Андрей.

Сережа попытался ответить, но получился только странный булькающий хрип. Мальчик закашлялся и кивнул.

- Это хорошо, - он попытался поднять друга на ноги, но у обоих мальчишек сильно кружилась голова.

Тем временем дядя Коля пробовал снять куртку, мешавшую дотянуться до ножниц. Он с трудом освободил обе руки от рукавов, и она повисла на колечках рукоятки, будто прибитая гвоздем к спине. Всем своим весом ветровка надавила на торчавший наружу конец инструмента и острое лезвие еще сильнее впилось в печень сторожа. Стиснув зубы, он резко дернул край ветровки и ножницы, подобно пробке от шампанского, вылетели из тела дяди Коли.

Он с презрением осмотрел запутавшийся в ткани хирургический инструмент. Ножницы были покрыты темной и липкой кровью. Его кровью.

- Ну давай же, вставай, - Андрей помог другу подняться на ноги.

Мальчишки держась друг за друга облокотились о стену.

- Надо бежать, - еле слышно прохрипел Сережа.

- Я не смогу, - ответил Андрей, - голова кружиться. Да и куда бежать?

Сережа не успел ответить. Из дверей кабинета номер восемь вылетел товарняк по имени дядя Коля и на полном ходу врезался в ребят. Андрея впечатало в стену так резко, что от неожиданности он ударился затылком и снова потерял сознание. Сереже удар пришелся в ногу. Массивный ботинок сторожа угодил ему прямо в голень, упиравшуюся в край плинтуса. Раздался неприятный щелчок, и острая боль взорвалась фейерверком в голове девятилетнего мальчика.

- Исподтишка бьешь? - дядя Коля, не обращая никакого внимания на отползающего от него Сережу, схватил Андрея за шиворот и поднял над землей. Прижав его к стене как тряпичную куклу, сторож ударил ножницами ему прямо в шею. Струя крови брызнула на побелку. Андрей тут-же пришел в себя. Его ноги начали беспорядочно дергаться. Руками он пытался ударить сторожа по лицу, но места для размаха не хватало и выходили лишь слабые шлепки. Пульсирующая алая струя била в стену, кровь смешивалась с мелом в отвратительные бурые комки. Дядя Коля продолжал держать мальчика и смотрел как жизнь медленно покидает детское тело.

Сережа, борясь с приступами тошноты и невыносимой болью в ноге, отползал все дальше и дальше. Он видел, как его лучший и, наверное, единственный друг истекал кровью, но уже ничего не мог сделать. Оставалось спасать себя.

Пока сторож был отвлечен своей жертвой, Сережа неуклюже встал. Держать равновесие без опоры было практически невозможно, и он облокотился о стену. Нога уже начала опухать.

Тем временем Андрей совсем перестал шевелиться. Его глаза закатились и со стороны казалось будто у мальчика нет зрачков.

- Пали-стукали, - дядя Коля бросил безжизненное тело на пол, - теперь займемся мелким.

Он огляделся по сторонам и увидел, как Сережа, вцепившись двумя руками в перила, прыгал по лестнице наверх.

- Значит в догонялки? Ну хорошо.

Сторож сделал пару быстрых шагов, но тут же остановился. На расправу с первым мальчишкой он потратил больше сил, чем рассчитывал. Рана на спине дала о себе знать. Майка насквозь пропиталась кровью. Нужно было экономить покидавшие его силы. Немного переведя дыхание дядя Коля пошел дальше, но теперь гораздо медленнее.

"Нужно бежать, - думал Сережа, - бежать и не оглядываться. Но как можно бежать с такой ногой? Да и куда? Единственным вариантом была пожарная лестница, хотя вряд ли я смогу до нее добраться в таком состоянии. На одной ноге из окна не вылезешь, это точно."

Судорожно перебирая в голове все возможные варианты спасения, он сам не заметил, как успел допрыгать до второго этажа, а затем и до третьего. Сторож медленно следовал за ним не отставая.

"Ну упрыгаю я от него на самый верх, а дальше что? Не буду же я скакать на одной ноге до тех пор, пока он не упадет от потери крови? Или буду? Идея не плохая, но вот только беда в том, что, когда лестница закончиться я останусь без перил. А по ровному коридору оторваться от него нет ни единого шанса. Две ноги всегда выигрывают у одной." И тут в голову Сережи пришла идея, которая могла продлить его побег еще не на долго. Возможно, как раз на столько, чтобы просто пережить догоняющего.

Однажды их с Андреем сильно наругали за то, что они пролезли на чердак своего дома и бегали по нему, тем самым дико раздражая склочную соседку с четвертого этажа. Сережа даже в точности вспомнил ее слова, как будто она это говорила не полтора года назад, а вчера.

"Хулиганье! - кричала она, поправляя на носу, уже давно вышедшие из моды очки-кошечки - Я вам сраки да по надеру! Ишь чего удумали! Взяли моду по потолку бегать. А если штукатурка посыплется кто чинить будет? Вы что ль?"

Влетело мальчикам тогда не слабо, но сейчас это было не важно. Важно было то, что в поликлинике тоже должен был быть чердак и Сережа собирался его найти.

Во-первых, если дяде Коле было тяжело подниматься по наклонной лестнице, то что уж говорить про вертикальную, а во-вторых, с крыши Сережа мог получить доступ к заветной пожарной лестнице, что давало ему какую-никакую надежду на спасение.

- Куда ты бежишь? - спрашивал откуда-то сзади немного запыхавшийся сторож, - Ты загоняешь себя в тупик!

Но мальчик его не слушал и даже не оглядывался. Он вспомнил совет друга и смотрел прямо перед собой. Страх отступил куда-то на задворки мозга оставив править балом холодный расчет и веру в успех.

Сережа преодолевал ступеньку за ступенькой как ранее шагал по карнизу - по одной за раз. И каждый шаг приближал его к концу подъема.

Вот до четвертого этажа остался один пролет, теперь половина. Мальчик молился чтобы выход на чердак был в этой части здания. Ведь до противоположенного конца коридора он дойти уже не мог.

Осталось три ступеньки, две, одна.

Возможно его мольбы были услышаны, или же ему повезло (если можно назвать везучим человека, попавшего в такое положение), так или иначе слева от него метрах в десяти виднелась маленькая приставная лесенка, а над ней, в потолке - люк.

Выбираясь на крышу Сережа слышал, как дядя Коля кричит ему в след:" От судьбы не убежишь! Перестань врать самому себе!", но не обращал внимания и карабкался.

Ветер разбушевался не на шутку. Молнии то тут то там разрезали небо, а в воздухе пахло озоном. Сережа встал в полный рост и вдохнул, но успевшая уже приестся вонь больничных моющих средств никуда не делась. Ему даже на секунду показалось, что он будет обречен слышать ее до конца своей жизни, если умудриться спастись.

Из слухового окна, соединявшего чердак и крышу, показалась рука. Дядя Коля, не смотря на все надежды мальчика все еще был жив. Он схватил Сережу за ногу, за ту самую ногу. Глухая боль ударила в голову и мальчик, потеряв равновесие, грохнулся на шифер. Пытаясь высвободиться из мертвой хватки, он несколько раз ударил сторожа здоровой ногой, но никакого эффекта это не дало. Дядя Коля держал крепко. Возможно силы и вытекали из его тела через небольшую дырочку в спине, но удержать девятилетнего мальчишку он был еще способен. Желая закрепить успех, он попытался затянуть жертву через окно на чердак, но обувь, за которую он держался, соскользнула со ступни, и Сережа кубарем покатился к краю крыши. Металлический парапет, который должен был по задумке архитекторов остановить его от падения слетел с давно проржавевших креплений и полетел вниз. В последний момент Сережа чудом ухватился за водосточный слив и повис на высоте пятнадцати метров над землей.

- Эй, - крикнул дядя Коля, выползая на крышу, - та там упал, что ли?

Аккуратно ступая по шиферу, сторож подошел поближе и увидел побелевшие детские пальцы, вцепившиеся в тонкий жестяной лист.

- Молодец, - дядя Коля довольно хмыкнул, - а я уж подумал, что твой друг мне соврал. Не из пугливых... По-моему, он так сказал, ты не помнишь? - он заглянул за край и вопросительно кивнул головой, - Нет? А я помню. Именно так и сказал: Мы не из пугливых. Я тогда сразу подумал, что врет. Сколько я таких как вы повидал и все одинаковые. Как слышат деревенского простака так сразу храбрецы, а потом в штаны ссут и к мамочке просятся. Прямо безвинные овечки. Глазки слезливые раскроют пошире... Отпустите нас дяденька, ну пожалуйста. А мне то что? Я что, просто так все это делаю? Как будто оно мне одному надо. Вы же сами потом спасибо скажете! Хотя кого я обманываю... - дядя Коля раздосадовано махнул рукой, - Знаешь какие вы у меня по счету? М? Твой друг седьмой, а ты стало быть восьмой будешь. И до этого дня все как один врали, что не бояться. Человек не может не бояться. Нас такими Он сделал, - сторож пальцем указал куда-то вверх, - а значит, на то есть причина.

Он подошел еще ближе к краю крыши.

- Но вы... вы не боялись. Нет, конечно и слезы были и мокрые штаны, но сдачи мне еще никто не давал. А я между прочим святой человек, если вдуматься. Вот ты знал, например, что все умершие насильственной смертью попадают сразу в рай? А? Да! Вот так раз и в рай. Ты же хочешь в рай? - дядя Коля наступил своим сапогом на пальцы Сереже, - Сомневаюсь. Ты очень хотел мне ногу порезать это да. Я видел это в твоих глазах. Это был не страх, а ненависть. А друг твой так вообще за счастливый билет отплатил ударом в спину. Нет, так дела не делаются! Все чего я хочу, это обычная человеческая благо... благо...

Он не смог договорить. От потери крови сознание сторожа помутилось, а ноги подкосились. Словно срубленное дровосеком дерево, он начал крениться к краю крыши.

Сережа услышал, что сторож запнулся, а затем давление на его пальцы уменьшилось. Желая увидеть, что происходит он поднял голову и успел разглядеть, как дядя Коля головой вперед пролетает мимо него. Мальчик рефлекторно зажмурился и разжал пальцы.

Сережа падал вниз. Для него больше не существовало ни его родителей, которые, наверное, уже обзвонили все морги, отчаявшись найти сына, ни Андрея, который лежал на старом коричневом кафеле в луже собственной крови, ни даже отвратительных золотых клыков дяди Коли, которые преследовали его весь вечер.

Он летел и думал, что уже второй раз за день по нелепой случайности испытывает ощущение свободного падения. Наслаждаясь прекрасным чувством невесомости, он наблюдал как его догоняют первые капли дождя, наконец сорвавшиеся со свинцовых облаков. Одна из капель мягкой прохладой коснулась его лица и наступила темнота.

***

- Эй, живой? - перепугано спросил Андрей.

Сережа открыл глаза и, озадаченно щупая шишку на затылке, осмотрелся по сторонам. Солнце лениво заползало за горизонт, а где-то вдалеке гремела гроза.

- Что произошло?

Андрей, услышав голос друга, облегченно выдохнул.

- Фух, ну ты нас и напугал. Ты с карниза грохнулся. А что, не помнишь?

- С трудом... - ответил Сережа. Его не покидало ощущение того, что он только что проснулся от страшного кошмара, вот только вспомнить что же снилось он уже был не в состоянии.

- Погоди, - вдруг у Сережи пересохло в горле, - кого это нас?

- Как кого? Меня и дядю Колю, он за водой побежал.


Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) П.Роман "Земли чудовищ: падение небес"(Боевое фэнтези) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) А.Минаева "Академия Алой короны. Приручение"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) М.Эльденберт "Бабочка"(Антиутопия) Р.Гуль "Атман-автомат"(Научная фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"