Аннотация: Чтобы попасть в катастрофу на МИ-8, как VIP-охотники на Алтае, нужно очень постараться. У нас не получалось.
Разбилась тут на Алтае группа начальников, полетевших на охоту.
Даже Косопкин, мой былой коллега и приятель по депутатскому корпусу, сосед по дому, высоко взлетевший, погиб.
Жалко.
А ведь и у нас бывало......
***
Май-июнь 1988 года. Небо над Приаральем.
Я - в следгруппе Прокуратуры СССР под руководством Гдляна Т.Х. Расследуем коррупцию в высшем руководстве Узбекистана. При этом медленно выходим на коррупционеров из высшего руководства СССР.
Сейчас следаки со всех участков на территории Узбекистана откомандированы на базу в Ургенч, центр Хорезма. Идет массированная операция по изъятию ценностей, заначенных уже посаженным первым секретарем Каракалпакского ОК родной партии Каллибеком Камаловым (Хорезм и Каракалпакия - соседи. Прим. авт.).Зона охвата в радиусе 200 километров.
Для опернужд выделен армейский вертолет МИ-8 с экипажем. Машина в Ургенчском аэропорту. Солидная. С подвешенными ракетными установками.
Экипаж живет с нами в бывшем обкомовском коттедже с фруктовым садом за бетонным забором.
Молодые ребята. Боевые. Только что вместе с "вертушкой" выведенные из Афганистана.Командиру - капитану Сергею - еле-еле тридцать лет. Остальным и того меньше.
А машина - битая-перебитая, латанная-перелатанная. Стреляли.
По вечерам мы с ними пьянствуем водку и смотрим изъятые у баев американские видеофильмы. В то время это еще дефицит, как и видео вообще.
Гдлян включает меня в группу, по арестам и изъятиям. Мы почти ежедневно мотаемся на вертолете по аулам и кишлакам. Мы - это еще следователь Вася Янковский из Хмельницкого (так и доработал до пенсии в Хмельницком - прим. авт.), прокурор-криминалист Сева Бобров (сильнейший был специалист, а потом подался в национал-коммунисты - прим. авт.) из штатного состава генпрокуратуры, меняющиеся члены группы и отделение курсантов-автоматчиков для охраны.
Летим из далекого аула под самым Аралом, где только что приняли груз ковров, шуб и дубленок. Груз доставлен на двух прицепах от трактора "Беларусь" и перегружен в "вертушку". Имущество все того же Камалова. Под потолок салона.
Вертолету тяжеловато, но он летит.
Высота - 1500 метров.
Пользуясь дружбой с экипажем, сижу между двумя пилотами на откидном сиденье бортмеханика. На голове у меня летный шлем и я общаюсь с ними через внутреннюю связь. Иначе невозможно - рев неимоверный. В салоне пассажирам также разговаривать невозможно.
В предшествующие полеты Сергей-командир уже объяснил мне назначение главных органов управления вертолетом и значение основных приборов.
Сейчас он вдруг вспоминает вслух вчерашний видеофильм про полицейских. С гонками на вертолетах по-над самой землей. С залетами в овраги и буераки. Вспомнив, Сережа предлагает мне держаться покрепче и с силой отталкивает от себя ручку управления.
Геликоптер клюет носом. И со всем барахлом валится с полуторакилометровой высоты. Внутренности поднимаются к горлу. Члены мобильной группы в салоне падают на дверь пилотской кабины. В застекленный иллюминатор на двери, обернувшись, вижу их искаженные матом рты.
Земля приближается. В какой-то момент в наушниках писк зуммера. Как я уже знаю, это сигнал критической высоты - 20 метров.. Потом и зуммер затихает. Высота уже закритическая. Песочек с зелеными саксаулинами практически под самым носом.
Командир выравнивает машину и пускает ее в полет "по рельефу местности". То есть копирует полетом буераки и барханы. На высоте 10-15 метров. Точь в точь, как в видеофильме.
На лицо надвигается песчаная стена бархана. Сейчас воткнемся!
Но стена как-то уползает под нос, а потом и под брюхо вертолета. А под нами оказывается какая-то впадина. Машина тут же устремляется вглубь впадины и летит над ее дном. Вплоть до очередной песчаной стены перед носом.
При перелете очередного бархана показывается стадо овец, предводимое аборигеном. Овцы разбегаются. Абориген, как успеваю заметить, падает лицом на землю и закрывает голову руками. Прячется от "шайтан-арбы".
Воздушное, понимаешь, хулиганство...
***
А эти бедолаги на незагруженной исправной газпромовской "восьмерке" гепнулись.
Сильно слишком за краснокнижными баранами погнались.
2009 г.