Напишу-ка и я телетайпно. Приготовьтесь к ритмичным словам. В монолитах скрываются тайны, вдруг откроется что-то и вам? Вдруг и мне в окончательных титрах не вполне новостных словолент уготовано место арбитра на ближайшие несколько лет? Правда, судьи обычно до смерти, но от этого надо бежать, ведь возможность менять на конверте адреса, как возможность рожать - греет даже одною идеей, потому что идея в крови, вот и верим, что скоро посмеем, хоть остаться в себе норовим. И аминь. Адреса - это глупо. Расстояньем цепляя судьбу, мы похожи на бабку из ступы, что и ступу видала в гробу, и, сменяв на Кощея героя, упустила и времени ход - кто ж тебя поведет к аналою, коль себе помереть не дает?
Все же счастье - оно в совпаденьях. Время, действие, место - одни. И не раз пресловутое "где я?" пострадавшие выделит дни. И не раз пилигримы заплачут - "ну зачем мы уехали в степь?"... только тихо! тут гордость, а значит, этот плач и неправ, и нелеп.
Я сама уезжала когда-то. И, быть может, опять захочу. Мир непрочный. Он попросту датый, и исход из него по плечу. Самолеты летят словно птицы. Поезда словно ульи гудят. Бонус-карта - счастливые лица прикарманенных календарят. Только чтобы не сплавать в аферу, не родить ли себе якорей? Если целью не высшие сферы, есть ли смысл в переносе дверей? Ну, а если хотите, как ветер, из себя до последнего дня... Все равно вы вернетесь, поверьте. Как обиду простившие дети. Как любимые самые дети.