Лукпанова Камилла Алишеровна: другие произведения.

Горбун

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Лукпанова Камилла

На правах рукописи

Горбун

  
   В одном обычном королевстве жила-была обычная женщина, из обычной семьи, вышедшая замуж и родившая ребенка. Вот только ребенок родился не совсем обычный, а с огромным горбом, изуродовавшим маленькое тельце. Как всякая обычная женщина, она посчитала, что сын, конечно, урод, но кто знает, может бог взамен красоты дал ему ума. Может однажды этот орущий сверток станет первым советником самого короля, а, как известно, советникам не надо быть красивыми, чтобы получать самых сказочных принцесс и самые роскошные замки. Хотя в глубине души, женщина не верила всем этим мечтам, тем более что на мечты у нее времени не оставалось. За уродцем родились другие дети, которые тоже требовали внимания, но были гораздо больше похоже на нее или на мужа, что все чаще задерживался вечерами и сеял обычные подозрения.
   Вот лицо женщины начали бороздить ранние морщины, слух терзали четверо орущих детей, а ум успокаивал себя тем, что в доме достаток, дети растут и все хорошо, как подобает - нормально. Однако, особенно дождливыми вечерами, когда все ложились спать, ее вдруг одолевала смутная тоска по так и не исполнившимся юношеским мечтам. Принц, которого она так и не встретила, книги, которые так и не написала, дальние страны, что всегда манили ее, но разве можно уехать с пустыми карманами. А когда начинаешь работать, то работу уже надолго не бросишь, а потом муж, а потом дети, так и уплыли дальние путешествия.
   В такие особенно дождливые вечера женщина вспоминала о своем пятом сыне, самом старшем и самом страшном. Здесь тоже ее мечты не сбылись - в семь лет ребенок с трудом говорил, сидя целыми днями перед окном, уставившись в одну точку. Сначала другие дети дразнили его, потом кидались в него грязными тряпками и всяким мусором, что можно найти во дворе, а потом устали и сдались. Его выражение не менялось никогда, как и поза, в которой он застывал перед окном. Это было присутствием наиполнейшего отсутствия - а что толку оскорблять пустоту?
   Родители так и не дали ему имени: отец - потому что не признал, мать - потому что не полюбила. Да и толку от него было мало - за младшими не присмотрит, по дому не поможет, даже за хлебом не сбегает - так пустое место. Правда и ел он не много, так что мужчина и женщина, что представляли себя порядочными людьми, решили все же заботиться об этом горбатом растении.
   Но однажды, в самый обычный летний день, из стаи играющей детворы отделилась одна девочка с голубыми глазами и подошла к нему. В то время растение уже выводили во двор на скамейку - дома пятнадцатилетнее Оно начало все ж таки занимать место. Подойдя, маленький пришелец из внешнего мира долго и задумчиво покачивал ногой, рассматривая огромный горб. Затем, пошарив у себя в карманах, девочка решительно открыла рот растения и, втолкнув туда горсть сладких печений, убежала. То ли удивление от такого наглого вторжения в его небытие, то ли необычный для него сладкий вкус, но челюсти горбуна зашевелились, медленно прожевывая липкую массу. Тут Оно стало Им, а в пустых глазах появился взгляд, растерянно перебегающий с предмета на предмет.
   С этого дня он себя и помнил, хотя, конечно, он помнил, что было что-то до этой липкой массы. Что-то такое к чему всегда тянуло вернуться, что напоминало о себе разноцветными отголосками свежего солнечного утра, заливистым смехом малыша или теплом щенячьего тельца.
   Он начал узнавать окружающий мир. Понял, что бывает холодно, а бывает жарко, а бывает вообще ожог. Бывает вкусно и не вкусно, а бывает и вовсе отвратительно. Бывает красиво и не красиво, и бывает такое, как он.
   Он понял, что умеет любить свою мать, несмотря на то, что она его никогда не замечала, умеет любить ту девочку с голубыми глазами и большим бантом, которая к нему больше так и не подошла, умеет любить всех тех, кто играет во дворе и называет его уродцем.
   Он смирился с тем, что ни одна девушка никогда не посмотрит на него так, как смотрит на сына горшечника. Хотя, разглядывая себя в реке, он иногда думал, что был бы весьма и весьма красив, если бы не огромный, вспухший на спине горб. Одно только его беспокоило - он так и не знал кто он, какой он. Вот мама - нервная и уставшая, Ганс - сын плотника, веселый и задиристый, Йохан - сын горшечника, красивый и умный, Герда, дочь портного, милая и смешная. А он? Урод?
   И вот однажды, весенним вечером, когда он возвращался домой, до него донеслись всхлипывания - в маленьком переулке кто-то горько плакал. Он поспешил туда и увидел, как, жестко обронив какое-то слово, Йохан оттолкнул от себя ту девушку с голубыми глазами.
   - Уйди с прохода, урод! - отвесив ему пинка, сын горшечника скрылся за домами.
   Потерев ударенную ногу, горбун подошел к сидящей на мостовой девушке, наверняка из-за слез в ее голубых глазах появились красные ниточки. Ему стало жалко ее.
   - Привет, - не зная с чего начать, наконец, произнес он.
   Девушка вскочила и обернулась, ее лицо исказила гримаса отвращения.
   - А тебе что здесь надо?
   - Я хочу тебя пожалеть, почему ты плачешь? - он протянул к ней руку, вспоминая, как мама иногда обнимала младшую сестренку, если та плакала.
   - Не трогай меня! Омерзительный, тупой монстр! Пошел вон! - вдруг закричала девушка.
   Почему-то ему вдруг стало странно. Словно что-то обожгло его внутри. Ни разу до этого ему еще так не было.
   - Я... монстр? Почему? Я сделал тебе плохо? - запинаясь, пробормотал горбун.
   - Нет! Потому что ты - урод и делаешь плохо одним своим видом!
   - А-а, так тебе мешает мой горб. Хочешь, я отойду в тень? Хочешь? Тогда ты сможешь рассказать, почему ты плачешь, и тебе станет легче. И...
   - Идиот! - лишь выкрикнула девушка и, отпихнув его с прохода, побежала за Йоханом.
   Он упал и больно ударился, но внутри было еще больнее. "Наверное, я умираю". Но он не умер, а замерз. Поэтому пришлось подниматься с каменной мостовой и идти домой. Все прохожие оглядывались на согнутого огромным горбом человека, с непроницаемым лицом, бесконечно повторяющего себе "Разве я монстр? Нет, я не монстр... я же не могу быть монстром... я не монстр... не монстр".
   По дороге домой, он вдруг понял, что очень хочет, чтоб мама обняла его так же как обнимала маленькую сестренку, когда та падала или ударялась. "Мама еще точно на кухне. Быстрее! Надо успеть пока она не ляжет спать!". И горбун смешно заковылял по тесным улочкам города.
   Из кухни доносились голоса.
   - Сама родила мне этого выродка, и еще смеешь обвинять меня в изменах?! Дура! - на кухне хлопнула дверь в сад.
   Горбун ворвался в маленькую, жарко натопленную комнатку.
   - Мама! Мамочка! - он бросился ей в ноги, - обними меня мамочка, они называют меня монстром! Разве я монстр?
   Почему-то из его глаз хлынули слезы. Он замер, ожидая, когда она положит руки на его голову и начнет тихонько напевать колыбельную. Она молчала. Горбун поднял глаза - женщина его ненавидела.
   - За что меня так наказали? За что мне тупой уродец? - ее голос едва шелестел, ломая какие-то тонкие перегородки внутри, высушивая слезы. - Монстр! Сгинь с моих глаз!
  
   Он бежал так долго, как только мог, и когда ему показалось, что горб сейчас вдавит его в эту жижу под ногами, а легкие лопнут праздничными шариками, он побежал дальше. "Монстр? Да! Я выбираю быть монстром! С этого дня я им и буду! Я - Монстр!", - кричал горбун встающему солнцу.
   Вдруг он понял, что впервые улыбается. Эти животные ошиблись только в одном - он далеко не глуп.
  
   Он веселился как мог, но ему всегда было скучно, а еще вернее - никак. С того рассвета прошло десять лет. За это время он научился управлять ветром, огнем и водой, научился призывать драконов, в общем, обучился всему тому, чего так бояться люди. Вот только одно он так и не смог освоить - с детства он не хотел касаться земли, его тянуло летать. Но только в самых сказочных сказках колдуны летают, ведь чтобы оторваться от земли нужно стать легким, чтобы стать легким, нужно быть счастливым. Что нужно чтобы быть счастливым? Вот уже десять лет, как он отвечал себе на этот вопрос.
   Ни в чем себе не отказывать? Он не отказывал себе ни в чем. Он понял, что желание меняет не только человека, но, обладая определенной силой, заставляет меняться и мир вокруг. Дав нужную силу своему желанию и превратив его в приказ для вселенной, можно было управлять драконами, вызывать цунами, подчинять ветра и сеять пожары. А, обладая такими инструментами, можно получить все, что захочешь. Любых принцесс, любые королевства, любые деньги - всё. Кстати, принцессы его быстро разочаровали. Они сами кидались ему в постель лишь бы не стать драконьим завтраком (драконам принцессы на завтрак полезны). Он определенно ожидал от них большего.
   Потом молодой колдун решил, что счастье, наверное, приходит само, когда ты становишься тем, кто ты есть изначально. Тем, чем видит себя твоя душа, ведь это она желает, следовательно, это она меняет мир. А если она может менять мир, значит чего-то ей от этого мира надо. Что может быть нужно душе? Только быть тем, чем она всегда являлась. А эти человекообразные животные все время искажают душу, пытаясь убежать от себя. А иногда среди них встречаются вообще поразительные особи, пытающиеся перекроить себя только ради того, что они называют общественным мнением.
   Горбун усмехнулся - он никогда не верил в общую мудрость толпы дураков.
  
   С этой усмешкой на губах, колдун вскочил с постели и потянулся настолько, насколько позволял ему горб. По таким солнечным утрам он скучал даже больше обычного. Однажды, он выбрал стать монстром. Теперь ему это нравилось. Получше узнав людей, горбун отметил, что многие из них хотели бы стать холодными, жесткими и расчетливыми, чувствовать себя выше и лучше остальных, но боялись это сделать. Или им просто не хватало сил. Хотя это взаимосвязано - от страха слабеешь.
   Ему определенно нравилось быть монстром, только по таким солнечным утрам, ему казалось, что этот выбор он уже перерос. Пора бы найти новую шкуру. Услышать, что хочет душа, что она выбирает. Может счастье уже близко, и ждать осталось недолго?
   "А пока", - горбун развернулся к кровати и взглянул в два перепуганных глаза, робко выглядывающих из-под одеяла, - "Что бы мне с тобой сделать? Удовольствия от тебя мало. На завтрак дракону? Одни кости. Решено. Сегодня я буду добрым", - колдун схватил очередную принцессу за руку и через несколько мгновений они уже стояли у дверей его крепости. Он - одетый, она - босиком и в простыне.
   Горбун улыбнулся. Определенно ему нравился этот вид. Не зря он так долго старался над созданием крепости в скалах.
   - Иди. Чтоб когда я вернулся, тебя уже здесь не было, иначе скормлю собакам.
   Едва оживившиеся глаза вновь потухли.
   - К-к-как, к-куда идти? - ежась от страха и от холода, тихо спросила принцесса.
   - Куда захочешь, туда и иди. Везде скалы. Но туда ближе, - он даже удивился своей доброте. Это ж надо, снизойти до ответа такому скучному существу, что-то с ним происходит.
  
   Ночью молодой колдун вернулся раздраженный. Давно с ним не случалось такого неудачного дня. Все время его грызло какое-то ощущение пустоты, а к вечеру к нему присоединилась и тоска. Тоска по чему-то далекому, детскому и, как ни странно, очень светлому. А еще эта ошибка! Он, который никогда не ошибался, неправильно направил ураган. И ураган притащил ему не ту добычу. Горбуну однажды стало интересно, что же будет, если все принцессы переведутся, вот с тех пор он и шел к этой цели. Оставалось всего одна, и попасться она должна была сегодня. А из-за этой дурацкой ошибки ветер принес ему ее младшую сестренку - дочь королевы и королевского конюха. Король, конечно, об этом не знал, поэтому все считали ее принцессой. Но горбуна она не интересовала. К тому же этой девчонке только должно было исполниться двенадцать. Особенного удовольствия от нее не получишь, дракону не скормишь, помучить - не помучаешь. Скучно.
   Так он сидел перед камином, когда сзади тихо скрипнула дверь. Молодой колдун с удивлением оглянулся. Обычно своих жертв он никуда не запирал - далеко по скалам не убежишь. К тому же они все были слишком парализованы страхом.
   - Можно я посижу с тобой? Там очень холодно, а у тебя горит огонь. Если хочешь, я буду сидеть тихо-тихо.
   Он был искренне удивлен, впервые за долгие годы.
   - А тебе не страшно быть со мной?
   - Нет, а почему мне должно быть страшно?
   "Либо она глупа, либо издевается", - пронеслось у него в голове. Но над ним уже годы никто не смел издеваться, все лишь дрожали, как только слышали о горбатом колдуне.
   - Ты что, меня не знаешь?
   - Знаю, ты убиваешь принцесс и принцев, мучаешь людей и устраиваешь бури и ураганы, а еще у тебя на спине должен быть огромный горб, - она удивительно спокойно говорила, все время смотря в одну точку - куда-то в огонь.
   - Знаешь и все равно не боишься?
   Ребенок лишь покачал головкой. И тут, словно дубиной по голове, колдуна оглушила ее красота. Во всех обычных сказочных королевствах все принцессы до тошноты прекрасны, а она была красива. Мягкие каштановые волосы едва доставали до плеч, темно-янтарные глаза отражали каждый огненный блик, а алые припухшие губки никак не вязались с белизной кожи. На ней было атласное зеленое платье. "Конечно, в таком замерзнешь в скалах", - почему-то подумал горбун.
   - Ну что ж, садись. Только знай, отсюда никто не уходил живым.
   - Ты не подскажешь мне, где стоит кресло? Пожалуйста.
   Он удивленно посмотрел ей в глаза. Взгляд ребенка все еще был направлен в костер. Девочка была слепа.
  
   Весь следующий день колдун бродил по берегу далекого холодного моря, у него в голове стоял туман, а на душе задумчивость. Когда он вернулся, ему показалось, что крепость стала светлее, а чем ближе горбун подходил к главной зале, тем теплее становилось вокруг. И вдруг он понял - во многих комнатах теперь весело стрекотал огонь. Камины перестали быть беззубыми зияющими ртами в пустоту.
   Девочка спала на кресле, свернувшись клубочком. Он растерялся. Что должен делать монстр в такой ситуации? Разбудить, выпихнуть ее в скалы? По-хорошему, ее давно стоило скормить собакам.
   "Собакам?! Как же они ее еще не съели?", - горбун присел рядом, вглядываясь в полузакрытые глаза ребенка.
   Вдруг веки дернулись, глаза открылись, и девочка тут же улыбнулась.
   - Здравствуй. Скажи, а огонь в этом камине у тебя волшебный? Он сам по себе горел весь день.
   Спокойствие ее тона опять поразило колдуна.
   - Да, - буркнул он. - Странно, что тебя не съели собаки.
   - Одна приходила. Она разбудила меня утром. Она села рядом и рычала, так близко-близко, я даже чувствовала ее дыхание.
   - И что? - это девчонка не переставала его поражать.
   - Я подумала, что ей тоже холодно и одиноко в таком огромном замке. Но решила с ней пока не говорить. Она все равно рычала.
   - И ты не испугалась?
   - Нет.
   - И что потом?
   - Ну, я лежала, не двигаясь. Она рычала, потом ей, наверное, надоело, и она легла рядом с креслом. А потом и вовсе ушла. Я хотела пройтись, но твой замок такой большой, стены такие холодные, а ведь я не вижу. Поэтому я решила ждать, когда ты вернешься. А потом собака вернулась и позволила взять себя за шерсть. Тогда я решила сделать тебе сюрприз. Тебе, наверно, редко делают сюрпризы. Я попросила натаскать ее хвороста, а потом мы вместе нашли камины и разожгли их. У тебя очень умная собака.
   Теперь ее глаза смотрели куда-то через него.
   - А ты старый?
   - Не знаю.
   - Некрасивый?
   - Уродливый.
   - Из-за горба?
   - Да.
   - А может тебе только так кажется?
   - Что?
   - Ну, может тебе только кажется, что горб уродует, а на самом деле это не так? Или может это вообще не горб?
   - Горб.
   - Откуда ты знаешь?
   - Если ты не замолчишь, я тебя выгоню в темницу к дракону, его будешь расспрашивать.
   На минуту воцарилась тишина. Он смотрел в огонь, она - в себя.
   - Ты сейчас грустный?
   - Нет.
   - Ты всегда такой грустный?
   - Нет.
   - Тебе нравится убивать принцесс?
   - Да.
   - И людей вообще?
   - Да.
   - И всегда нравилось?
   - Да.
   - И даже до сих пор нравится?
   - Д... - слово застыло в горле.
   Вообще - то уже не нравится, вообще-то это уже осточертело, стало привычкой. Ему давно хотелось чего-то нового. И вдруг колдун понял, как он устал жить. Он жил не так уж много, но уже так устал. Слишком монотонно, паленой резиной тянулись дни.
   - Ты хочешь к дракону? Я сказал - молчи.
   И вновь несколько-минутная тишина.
   - А можно тебя спросить?
   - Нет.
   - А почему ты это делаешь, если тебе уже надоело убивать? - вкрадчиво спросила девочка.
   "Все! Хватит! К Дракону ее! Или хуже - в башню! К воющим!", - подумал горбун, со злобой вскакивая с кресла, хватая ребенка за руку и, резким рывком ставя на ноги. И вдруг он поймал себя на том, что впервые за все это время в ярости. После того рассвета, он еще никогда так не злился.
   - Ты злишься?
   - Да, - почему-то ответил он с усмешкой. Вдруг она подняла свои зеркальные глаза.
   - Скажи, ты сейчас смотришь мне в глазки?
   - Да. Почему ты не боишься? - колдун отпустил ребенка, устало упав в свое кресло.
   - Потому что не боюсь смерти, - ее голосок прозвучал так же спокойно, словно девочка рассказывала о кукле.
   - А боли?
   - Боль боюсь. Чуть-чуть. Но если сильно зажмуриться и представить себе, что ее нет, то становится легче. Когда у меня слишком сильно болит голова, я так и делаю.
   - Тебе же всего двенадцать.
   - Да, а что?
   - Странная ты, - помолчав, ответил колдун, удобно устроившись в кресле и закрыв глаза.
   - Ты тоже, - прошелестел голосочек в ответ.
  
   С того вечера девочка так и жила у него, не просясь домой, освещая его вечера.
   Однажды, возвращаясь, он еще издалека услышал, как воют собаки. Она лежала, зарывшись в подушки, на его огромной кровати. Когда девочка подняла голову, с ее ресниц сорвался один маленький кристаллик и, прочертив короткую кривую, пропал среди разноцветных перин. Первый раз он видел, как она плачет.
   - Ты скучаешь по дому?
   - Нет.
   - Тебе здесь стало одиноко, грустно или скучно?
   - Нет.
   - У тебя что-то болит?
   Молчанье.
   - У тебя что-то болит? Отвечай же!
   Ребенок бросился к нему на руки и, прижавшись всем тельцем, зарыдал навзрыд. Горбун, очень осторожно приподняв девочку, опустился со своей ношей на ближайший стул. Такое было с ним всего раз в жизни - одним весенним вечером в грязном узеньком переулке. Кажется, люди называют это жалостью.
   - Знаешь какую-нибудь колыбельную?
   - Нет.
   - Совсем? - по ее щекам опять покатились бесцветные капельки.
   - Ну... одну помню, только мотив, без слов.
   - И так пойдет, спой мне ее, пожалуйста.
   Первый раз в жизни, колдун попытался спеть. Мелодия не слушала его и ускользала, он знал, что ужасно фальшивит. Раньше он ненавидел песни, а сейчас он так жалел, что не может правильно соединить несколько нот.
   - Ты ужасно поешь.
   - Знаю.
   - Ты не любишь петь?
   - Нет. Почему ты плакала?
   - У меня сильно болела голова. Она давно болит.
   - И даже королевские врачи не смогли тебя вылечить?
   - Врачи, маги, папа всех собирал. Они сказали, что это ненадолго. Скоро я должна совсем излечиться и уже больше никогда не болеть, потому что меня просто не станет.
   Он взглянул на сосредоточенно-спокойное бледное личико, чем-то оно напоминало ему мордочку потерявшегося котенка.
   - Если бы я мог, то я бы сделал все, чтобы помочь тебе! - вдруг вырвалось у горбуна.
   Девочка лишь улыбнулась. Он испугался. Колдун впервые в жизни почувствовал страх. Он отходит от своего выбора! "Разве монстр может кому-то помогать?!". Он стал слаб! Никогда он больше не сможет сделать больно этому маленькому странному существу, не сделав больно себе.
   - Завтра я отвезу тебя домой.
   Ее огромные глаза на секунду стали еще шире.
   - Я что-то сделала не так? Я сказала тебе что-то плохое?
   Второй раз в жизни колдун улыбнулся.
   - Нет, наоборот, ты сказала что-то слишком хорошее.
   Минутное молчание. Он запоминал каждую ее черточку. Она, как всегда, смотрела в себя.
   - Тебе плохо? - наконец разорвала она тишину.
   - Да.
   - Ты хочешь от меня избавиться?
   - Да.
   - Потому что ты меня боишься?
   - Д... - слово опять застряло в горле, но если он сумел признаться в этом себе, то почему бы не рассказать ей, - и да, и нет. Я боюсь того, что ты заставляешь меня думать. Ты заставляешь меня изменять себе же.
   - Разве ты не хочешь быть со мной?
   - Хочу. Но разве монстр может хотеть быть с кем-то, разве он может хотеть помогать кому-то?
   - Если ты хочешь быть со мной, но избегаешь меня, разве не в этом случае ты изменяешь себе?
   Эта девчонка запутывала его! Ему захотелось сбросить ее с крепостной стены, но вот что потом? Прыгнуть вслед за ней?
   - Послушай, однажды я выбрал быть монстром. Это подошло моей душе, это был правильный выбор, потому что мне было комфортно и весело, - что-то внутри него ехидно добавило "вот только последнее время...".
   - Однажды мне подарили такое красивое, замечательное платье. В нем я чувствовала себя феей и почти не снимала его. Только потом я подросла, и платье стало мне тесно, и тогда я вдруг поняла, что мне уже так надоело чувствовать себя феей, - она замолчала.
   Он и не заметил, как собаки перестали выть. В камине огонь уже почти догорел. Она задумчиво накручивала на пальчик его черные волосы.
   - Знаешь, душа никогда не стоит на месте, она все время меняется. Но если ты хочешь быть тем, чем она была изначально, не надо много выбирать, надо всего лишь вспомнить. Ведь душа всегда все помнит.
   Он задумался.
   - Я не умею вспоминать.
   Девочка улыбнулась.
   - Я тебя научу.
   Через пять минут она уже крепко спала, зарывшись головой в складки его одежды.
  
   Всю следующую неделю колдун искал средство, что вылечило бы девочку. Он отказывался верить, что такого не существует, но найти это лекарство тоже не мог. Зато узнал, что план по искоренению принцесс близок к завершению. "Ошибку" горбуна украл какой-то старый чернокнижник из далекой-далекой страны. Теперь он в ней разочаровался и намеревался скормить какому-то морскому чудищу, с коим уже сразилось около десятка принцев, так и опочивших на дне залива.
   Когда он рассказал об этом девочке, та как всегда его удивила.
   - Так это же замечательно! Что правда собирается морскому чудовищу скормить?! Ой, как здорово! - повторяла она, прыгая и вертясь вокруг колдуна.
   - Ты так ее не любила?
   - Нет. Честно говоря, я ее почти не знала. Дело не в этом. Это же поможет тебе вспомнить!
   - Вспомнить?
   - Ну да! Мы отправимся ее спасать, вдруг тебе это понравится больше чем убивать. Так ты быстрее вспомнишь, кто ты есть на самом деле.
   - Но мне не интересно спасать обычную принцессу, гораздо интереснее посмотреть, как это морское чудовище ее сжует.
   Она на минутку задумалась.
   - Хорошо, давай так. Ты победишь этого чернокнижника и если ничего не вспомнишь и не почувствуешь, тогда просто оставишь принцессу на острове. Ну, или сделаешь с ней все, что захочешь. Ты же не обязан, победив чернокнижника, возвращать ее домой, верно?
   - Ты, правда, очень хочешь, чтобы мы отправились ее спасать?
   Девочка запрыгала на месте от нетерпения.
   - Очень-очень-очень! Но больше всего я хочу, чтоб это помогло тебе.
   - Хорошо, если ты просишь...
  
   Утро выдалось на редкость солнечное и свежее. Остров понравился девочке с первого звука. Небольшой островок был до краев наполнен веселым птичьим щебетом и щедро полит солнцем. Только с одной стороны были скалы, к которым чернокнижник и приковал принцессу. Горбуну определенно не хотелось ее отковывать, он с гораздо большим удовольствием сел и подождал бы морское чудище. Но сначала надо было справиться с чернокнижником, чей замок гордо возвышался над островом.
   Нейтрализовав несколько магических ловушек и наткнувшись на пару-тройку костей прекрасных принцев, колдун и девочка вошли в крепость. Вероятно, "злодей" ждал их на самом верху, чтобы сразиться на крыше - так бой ярче и красивее. Горбун усмехнулся, он всегда находил глупым излишний пафос.
   Без труда одолев домашних зверюшек противника, молодой колдун нашел лестницу, ведущую на крышу. Его маленькая спутница все еще немного дулась, она считала, что не стоило так жестоко поступать с цербером, всего лишь одна из трех голов намеревалась их атаковать.
   - И вообще ты не любишь домашних животных! Зачем ты убил минотавра чернокнижника? Он все равно прятался и боялся! И что плохого сделал тебе его оборотень? Они же...
   Девочка резко замолчала - лестница кончилась. Горбун облегчено вздохнул - наконец-то они достигли крыши.
   Чернокнижник оказался маленьким, квадратным старичком с остренькой козлиной бородкой. Он явно не ожидал увидеть такого "прекрасного принца". Горбуну же вдруг стало очень странно - неужели однажды он тоже станет таким? Старым, уставшим от жизни и будто вдавленным в землю злодеем? Где-то этот старик действительно разошелся с душой. Колдуну захотелось просто развернуться и уйти, может даже извиниться за всю искалеченную домашнюю живность. Но старик уже атаковал. Если бы горбун был один, он бы просто вызвал ураган и пропал, но это требует нескольких минут, а за это время чернокнижник мог бы навредить девочке. От старика пришлось избавляться.
   Колдун стоял и смотрел на помятый заклинаниями труп. Почему-то его не отпускала мысль, что чернокнижник ему благодарен. Погода испортилась, хлынул дождь.
   - И тебе тоже спасибо, - прошептал горбун старому "злодею".
   - Ну что? - на ее ресницах серебрились дождевые капли.
   - Не знаю.
   - Жалко? - спросила она, слегка дотрагиваясь до тела старика.
   - Нет.
   - Будем спасать принцессу?
   - А ты не устала?
   - Нет. Может, ты все же попробуешь, вдруг тогда что-нибудь вспомнишь?
   Горбун улыбнулся, с ней он улыбался все чаще и чаще.
   - Может, и попробую, пойдем.
   "В целом, принцы занимаются тем же, что и чернокнижники. Убийства колдунов и драконов ради славы и убийства других людей ради силы. Это мне уже не интересно", - подумал горбун, спускаясь с крыши. - "Вот только свободы у этих принцев меньше, ведь все время надо казаться хорошим и правильным. Да и с удачей напряги, ведь на 100 прекрасных принцев всего лишь 5 Иванов-Дураков, что вернутся живыми".
  
   Несмотря на то, что принцесса уже успела сгореть под солнцем, она все равно была тошнотворно прекрасна кукольно-глупой красотой. Вероятно, она уже вдоволь накричалась и налишалась сознания. Теперь девушка молча надеялась, что какой-нибудь прекрасный принц успеет появиться до морского чудовища. Колдун и девочка как раз подошли вовремя. Вода у подножия скал забурлила, вспенилась, и наружу вырвалась огромная голова на длинной бордовой шее. Чудище завыло и уже приготовилось слегка перекусить, как его атаковали. Удивленный такой наглостью морской дракон принялся искать прекрасного принца и его белоснежного скакуна, но на берегу стояли только двое людишек - слепая девочка и согнутый напополам горбун.
   Справиться с морской тварью оказалось гораздо тяжелее, чем можно было предположить. То ли потому что это был очень древний и злой дракон, то ли из-за того, что колдуну никак не удавалось сосредоточиться на нужных мыслях. Мысли расползались как червяки, разум отказывался работать, а где-то внутри что-то светилось, накатывало волнами и вновь исчезало. Что-то смутное, что никак не могло обрести четкие контуры.
   Но вот остался последний удар, и дракон побежден, горбун уже начал произносить заклятье как встретил взгляд чудовища. У него были огромные голубые глаза, и, как ни странно, тепла там было куда больше, чем в человеческих. Вдруг колдун почувствовал морского дракона. Почувствовал как грустно и одиноко бывает на тысячеметровой глубине, почувствовал, как дракон устал и как хочет стать чем-нибудь другим.
   - Освободи меня. Я так хочу домой, - огромные голубые глаза умоляли и грели, рассказывали и впечатляли.
   - Иди с миром и... будь благословен - колдун опустил руку, договорив заклятье.
   Ему показалось, что дракон улыбнулся. Он впервые в жизни видел, как улыбаются драконы.
   Огромное тело чудища обмякло и начало опрокидываться в воду. Колдун наблюдал, как труп дракона опускается на дно океана, поднимая фонтаны брызг.
   - Спасибо тебе, - прошептал горбун, когда острие окровавленной морды скрылось под водой.
   Теперь ему было легко и просто, он чувствовал себя счастливым. Вдруг стало очень больно, словно в спину всадили нож. По пояснице потекла какая-то теплая, липкая жидкость. Его что-то сильно дернуло назад. Где-то закричала принцесса. А у него перед глазами проносились картины. Он вспоминал...
   Колдун разогнулся. Наконец-то он может стоять прямо! Он потянулся к небу, а морской ветер играл с двумя огромными, белыми крыльями. Пусть еще где-то на них оставались кровавые пятна - дождь все смоет. Он может летать! Он вспомнил! Он самый обычный ангел.
  
   Свет, лившийся изнутри, обжигал до слез и разрывал сердце. Как давно он не смеялся! Целую жизнь или всего лишь жизнь? Он увидел, что быть монстром - довольно смешной, но необходимый выбор, надо же позволить другим побыть жертвами. Он понял, что счастья не ждут - его просто испытывают. Оно не зависит ни отчего, только от света внутри. Тут ангел вспомнил про маленькую девочку с зеркальными глазами. "Как она продрогла!", - думал он, бережно обнимая ребенка.
   - Ты вспомнил! Вспомнил! У нас получилось! - девочка, смеясь, прильнула к нему. - У тебя же крылья! - ее глазки удивленно распахнулись, а ручки все еще недоверчиво ощупывали "новшество". - А ты говорил, что это горб! Обманщик!
   Он лишь смеялся. Как она была красива, когда улыбалась!
   - Отвезем принцессу обратно? Пока она опять не лишилась сознания?
   - Отвезем, - улыбаясь, ответила девочка.
   И вдруг ее улыбка пропала, а глаза заблестели слезами.
   - Я тебя больше никогда не услышу, правда? Я не хочу, чтоб ты уходил.
   - Я всегда буду рядом. Благословляю тебя, мое маленькое чудо!
  
   Он наблюдал за людьми. За тем, как из мелких проблем они выращивают трагедии, как забывают, что каждый из них творит. Как, не признавая бога в себе, раздражаются, замечая его в остальных. Но ему было все равно. Однажды, каждый из них вспомнит, что он играет.
   Он наблюдал за людьми. За тем, как встречали двух принцесс, чудом спасшихся от страшного чернокнижника. Он знал, что девочке на земле осталось недолго, скоро болезнь вернет ее домой.
   "Я очень молодой ангел, но я постараюсь дарить тебе свет. Хотя скоро ты вернешься. А пока ты, может быть, полюбишь...благословляю вас!".
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Снежная "Академия Альдарил: цель для попаданки"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Освоение Кхаринзы"(ЛитРПГ) Т.Сергей "Дримеры 4 - Дрожь времени"(ЛитРПГ) Н.Князькова "Ядовитая субстанция"(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ) А.Респов "Небытие Бессмертные"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"