Лукьянова Антонина Владимировна: другие произведения.

Приволжские волшебные сказки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Самое счастливое детство - со сказкой в каждое мгновение.


А.В. Лукьянова

   История первая. Старушка с носками
   Мама с дочкой шли на Волгу купаться. Был жаркий-жаркий день. Они шли по утоптанной тропинке, накалённой солнцем. Было тихо, только звенели кузнечики, подогревая и без того горячий воздух. С одной стороны от тропинки тянулись рельсы полузаброшенной железной дороги, а с другой буйно разросся бурьян. Девочка притомилась от ходьбы и жары.
   -- Мама, давай поговорим о чём-нибудь.
   -- Давай. О чём?
   -- Ну, хоть сказочку какую-нибудь расскажи.
   -- Хорошо. А какую сказку тебе рассказать?
   -- Ну, какую-нибудь!
   -- Какую-нибудь сказку? Знаешь, это ведь нет так просто: выбрать какую-нибудь сказку.
   -- Почему?
   -- Потому что сказка может начаться в любом месте.
   -- В любом?
   -- Ну да. Посмотри!
   Из бурьяна высунулась козья голова. Обычная козья голова: рожки вверх, ушки вбок, бородка книзу и трава изо рта свисает.
   -- Вот тебе и начало сказки.
   -- Какое же это начало сказки? Это обыкновенная коза. Вот и верёвкой к колышку привязана. Она тут траву ест.
   Коза помотала головой, отгоняя мошкару, и скрылась в бурьяне.
   За таким нехитрым разговором мама с дочкой дошли до пляжа. Они расстелили покрывало, разделись и стали купаться. Мама быстро наплавалась, вышла на бережок и легла на покрывало с книжкой. Почитала-почитала свою книжечку, потом вытащила дочку из воды. Усадила её на покрывало, вытерла полотенцем и опять в свою книжечку уткнулась. А дочка смирненько сидит и из песка камушки выбирает. Набрала она камушков всяких разных -- и белый камушек, и розовый, и полосатенький. Даже один зелёный попался. Потом она откопала гвоздик и стала этим гвоздиком по камушкам стучать. Получилась у неё своя музыка. Она и по белому камушку постучала, и по розовому, и по полосатенькому. А потом по зелёному -- он ей больше всего нравился. Вот так постучала: тук-тук-тук!
   А камушек-то возьми да и откройся! Смотрит девочка, а там крошечная старушка сидит. Да такая чудная, прямо как из сказки: сидит в кресле-качалке, на голове -- белый чепец, на носу -- круглые очки, и платье до полу, старомодное. Старушка тоже девочку увидела и поманила её к себе. Девочка, конечно, тут же к ней подбежала.
   -- Здравствуйте, бабушка!
   -- Здравствуй, дитятко!
   -- А вы из сказки?
   -- Да что ты! -- засмеялась старушка. -- Я самая обыкновенная.
   -- А почему же вы так одеты? Так только в сказках одеваются.
   Старушка поджала губы и строго посмотрела на девочку.
   -- Какие дети пошли невоспитанные! Я вот про твою одежду и слова не сказала. Хотя так ходить совершенно неприлично.
   Возразить старушке было, конечно, нечего, потому как на девочке были надеты только трусики, да на плечах -- полотенце. Но она не отступалась.
   -- А почему же вы живёте в камушке?
   -- Я? В камушке? Разве мой дом похож на камушек? Ох уж, эти детишки! Чего только не придумают! -- старушка снова развеселилась.
   Девочка огляделась кругом. Действительно, они со старушкой были в хорошенькой комнатке. На камине уютно тикали часы, в пузатом буфете блестели чашки, на столе была постелена кружевная скатерть. Девочка глянула вниз и немного сконфузилась: с её ног на чисто вымытые половицы насыпался волжский песочек.
   -- А что это вы делаете?
   Старушка посмотрела на неё поверх очков:
   -- Вот чудеса! Неужели не знаешь?
   Девочка робко пожала плечами.
   -- Да я же носочки вяжу! -- старушка приподняла с колен своё вязанье.
   -- Игрушечные носочки?
   -- Почему же игрушечные? -- оскорбилась старушка. -- Самые настоящие.
   -- А почему же они тогда такие малюсенькие?
   -- Совсем даже не малюсенькие, -- старушка снова принялась за вязанье. -- Как раз впору будут. Это же носочки для котят.
   -- Носочки для котят? -- девочка подошла поближе. -- Чтобы у них не мёрзли лапки?
   Старушка хмыкнула.
   -- У котят лапки и так не мёрзнут. Носочки им нужны для красоты. Ты разве не видела котят в белых носочках? -- старушка подозрительно глянула на девочку, не переставая вязать.
   -- А я и не знала, что это -- ваши носочки, -- застенчиво сказала девочка.
   -- Что-то, как я посмотрю, ты мало что знаешь, -- сурово отозвалась старушка.
   Девочка внимательно смотрела, как старушка вяжет. Носочек вырастал прямо на глазах. Вдруг старушка вскрикнула:
   -- Ай! У меня кончается шерсть! -- и трижды постучала в окошко.
   Окно тут же распахнулось и в комнату всунулась козья голова. Обыкновенная козья голова: рожки -- вверх, ушки -- вбок, бородка -- книзу и трава изо рта свисает.
   -- А я знаю эту козу! -- радостно закричала девочка.
   -- Очень хорошо! -- одобрительно посмотрела на неё старушка. -- Тогда скорее бери гребешок и начеши мне шерсти с этой знакомой козы.
   Девочка взяла гребешок и подошла к окну. Коза сразу подставила ей свой косматый бок и пропела весёлый мотивчик, мотая бородой.
   -- Торопись! -- сказала старушка. -- Если не успеем, то появится котёнок с белыми носочками только на трёх лапках!
   -- А как же четвёртая? -- девочка даже перестала чесать козу.
   -- Не отвлекайся! -- прикрикнула на неё старушка. -- Четвёртая лапка будет босая, чёрная,... -- она взглянула на свои часы на каминной полке, -- нет, серая будет лапка.
   Девочка начесала целый ком козьего пуха и повернулась к старушке. Но тут раздался лёгкий звон и три маленьких белых носочка, лежащих на столе, исчезли.
   -- Ну вот, не успели, -- мрачно сказала старушка, -- давай сюда шерсть.
   -- Как же так? -- растерялась девочка.
   -- Давай-давай! Надо спешить! Ты думаешь, что на свете появляется мало котят? Из-за таких копуш, как ты, некоторым даже одного носочка не достаётся!..
   -- Ну как, высохла? Согрелась? -- мамина рука погладила девочку по волосам, по спине. -- Давай-ка, искупайся ещё разок и пойдём домой.
  
  
   История вторая. Домовой в бутылке
   Девочка лежала на покрывале. Она уже высохла, но мама ещё не разрешала ей снова залезть в воду. Лежать просто так было скучновато. Мама читала книжку. Но вот девочка заметила чёрного блестящего жучка. Жучок деловито полз по песку. За ним тянулась узенькая полоска следов. Было похоже, что след оставил маленький трактор. Вот жучок добрался до пустой пивной бутылки. Бутылка из тёмного стекла лежала на боку, полузасыпанная песком. Жучок начал взбираться на бутылку. Девочка слегка её толкнула. Жучок свалился и упал на спину. Он быстро-быстро стал сучить лапками, перевернулся и снова стал забираться по гладкому бутылочному боку. Девочка опять бутылку -- толк! И жучок снова упал и снова забарахтался в песке. Но он, видимо, был очень настырным существом. Вот он в третий раз начал карабкаться по стеклу. Девочке стало смешно. Она в третий раз протянула руку, чтобы толкнуть бутылку. Но только она до неё дотронулась, как из узкого бутылочного горлышка высунулась маленькая голова. Голова покрутилась из стороны в сторону, увидела девочку.
   -- Ага! -- строго сказала голова. Из бутылки быстро вылез маленький человечек и уселся сверху, свесив ножки. Был он похож на малюсенького дедушку: седые волосы, седая неровная бородёнка, непонятная серая одежонка ("Это, наверное, зипун? Или, может быть, армяк?" -- неуверенно подумала девочка.) На ногах -- серые валеночки с заплатами на пятках. Острые глазки дедушки сердито уставились на девочку:
   -- Ты чего же это безобразничаешь?
   -- Да я просто так...
   -- Ничего себе: просто так! Я уж начал думать про самое страшное!
   -- Простите, пожалуйста, я ведь нечаянно, -- как можно вежливее сказала девочка. Старичок хмыкнул и надулся, выставив вперёд бородёнку. Набравшись храбрости, девочка спросила:
   -- Дедушка, а вы кто?
   -- Я-то? -- дедок неодобрительно на неё посмотрел. -- Я -- домовой. А вот ты кто такая?
   -- Я просто девочка, -- ответила девочка. -- А если вы домовой, почему же вы в бутылке живёте?
   -- Умная какая! Я в бутылке не живу! Я в ней прячусь! Стал бы приличный домовой в бутылке жить! Я там весь в какой-то гадости перемазался! -- старичок попытался рукавом стереть с коленки большущее бурое пятно.
   -- Это, наверное, там пиво осталось, вот вы в нём и испачкались, -- с готовностью пояснила девочка.
   Домовой взглянул на неё с упрёком.
   -- Она думает, что мне от этого легче! Пиво -- не пиво, -- он понюхал рукав. -- Воняет-то как!
   -- А почему вы прячетесь?
   -- Ни почему не прячусь. Просто мы, домовые, темноту любим. Вот в бутылке и пережидаю, пока ночь не настанет.
   Дедок достал из кармана гребешок и маленькое зеркальце и принялся расчёсывать бороду. Но вдруг он застыл и опять подозрительно уставился на девочку.
   -- А ты почему интересуешься? Ты бутылки собираешь?
   -- Нет, я не собираю. Тут мальчик какой-то ходит, вот он собирает. Недавно прошёл с полными сумками. Идёт и звякает! Смешно!
   Домовой печально покачал головой:
   -- Ей смешно! А кому-то горе!
   -- Какое же от этого горе? Наоборот, на пляже чище становится. И мальчик себе денег заработает.
   -- Так-так-так-так! Вот, значит, как они всё ловко устроили! Всем и невдомёк, на кого этот "мальчик" работает! -- домовой закусил кончик бороды и насупился.
   -- Как это? -- удивилась девочка.
   -- Этот "мальчик", как ты его называешь, не бутылки собирает, а нас, домовых!
   -- Да зачем же ему домовые?
   -- Ему-то, конечно, домовые ни к чему. Он их собирает по приказу своего хозяина, старого гнусного Монакра, -- старичок, прищурясь, начал внимательно осматривать пляж. -- Монакру нужны домовые, он из них себе рабов делает.
   Девочка даже рот открыла от изумления:
   -- А кто такой Монакр?
   Дедок мельком глянул на неё и снова стал наблюдать за берегом:
   -- Мала ты ещё, лучше тебе об этом страшном лиходейщике ничего не знать.
   -- Так зачем же вы на пляж приходите? Спрятались бы где-нибудь! -- заволновалась девочка.
   -- И-эх! Мы же тут по делу, а не просто так, как некоторые! -- старичок снова глянул на девочку и сердито хмыкнул.
   -- А что же у вас за дело?
   -- Здесь много новых домов строится. А в каждую квартиру домовой полагается. Вот мы и приплываем сюда. Из Кижей-то только по воде добраться можно, -- терпеливо объяснил старичок.
   -- Откуда, откуда?
   -- Из Кижей. Далёко! Да ты ещё не знаешь. Ночью на пляж высаживаемся, день в бутылках отсиживаемся. Если повезёт, то следующей ночью уже в своих домах будем. Всё бы хорошо, если бы не этот злобный Монакр. Ходят, бродят его слуги, бутылки собирают. Вам-то хорошо: и пляж чище, и "мальчики" зарабатывают.
   Домовой пригорюнился, сидя на своей бутылке. Девочка смотрела на него и что-то быстро соображала, закусив губу.
   -- Дедушка, а, может, вам в банку из-под пива перепрятаться? Их ведь много, и никто их не собирает!
   Старичок укоризненно покачал головой:
   -- Хорошо придумала! Да ты знаешь, как эти банки раскаляются на солнце! Не знаешь? Ну, конечно, если тебе нужен жареный домовой, то давай, запрятывай его в банку! -- и он отвернулся.
   -- А если вот под эту корягу залезть? Вас и видно не будет!
   -- И откуда такие глупые девчонки берутся, скажите, пожалуйста! Я же домовой! Мне стены и потолок полагаются! Не могу я под корягой сидеть, как бродяга какой! -- дедок даже раздулся от возмущения, бородёнка у него вся встопорщилась. Стал он похож на растрёпанного воробья.
   Девочка задумалась.
   -- А если... а если я домик построю?
   Домовой смерил её презрительным взглядом с головы до ног.
   -- Ты -- и домик построишь? Ты, небось, ещё и в школу-то не ходишь, а уже собираешься дома строить! Да для этого знаешь, сколько учиться надо!
   Девочка слегка покраснела и сказала:
   -- Я немного умею строить. Из песка. Вот увидите.
   Домовой фыркнул недоверчиво, но стал смотреть. Девочка раскопала мокрый песок, насыпала горкой, утрамбовала ладошками, прокопала вход, сделала окошечки и даже балкончик с перилами. Потом она робко обернулась к домовому:
   -- Вот, готов домик.
   Домовой спрыгнул с бутылки, подбежал к домику и заглянул в дверь.
   -- А не обвалится? -- он постучал по песочной стене, забежал внутрь, посмотрел в одно окошечко, посмотрел в другое, вышел на балкончик и довольно сказал:
   -- Ну, молодец, ничего не скажешь! Кто бы мог подумать, что такая пигалица что-то умеет!
   -- Вам правда, нравится?
   -- Ничего, ничего. Удобств, конечно, никаких. Ни тебе печки, ни даже батареи. Но на один-то денёк сойдёт, -- старичок важно заложил руки за пояс и стал прохаживаться по балкончику, зорко поглядывая по сторонам.
   Но девочка всё ещё тревожилась:
   -- Дедушка, а дедушка!
   Домовой благосклонно к ней обернулся:
   -- Ась?
   -- А много вас, домовых, сегодня приехало?
   -- Семеро было, -- старичок снова запечалился.
   -- А они не согласятся в песочных домиках спрятаться?
   -- Они-то согласятся, если их твой "мальчик" ещё Монакру не оттащил. Ты же говорила, что он сегодня уже проходил с полными сумками.
   -- А вдруг ещё не успел!
   И девочка с огромной скоростью принялась разрывать песок и насыпать его кучками. Скоро выстроилась в ряд целая улица из семи песочных домов. Девочка прокапывала дверь в последнем доме, когда домовой вдруг закричал сдавленным голосом:
   -- Идёт! Идёт злодей! Опять полные сумки тащит! Чтоб ему споткнуться!
   Мальчик с сумками при этих словах действительно споткнулся, но не упал. Он увидел бутылку, в которой раньше сидел домовой, и направился прямо к ней. Дедок быстро юркнул внутрь своего песочного дома. Мальчик подобрал бутылку, сунул её в сумку. Пустыми равнодушными глазами он посмотрел на девочку и её песочные постройки. Потом развернулся, задел ботинком крайний домик и пошёл по пляжу, высматривая добычу. Девочка сидела ни жива ни мертва. И вдруг она засмеялась. Она старалась смеяться негромко, но не могла справиться со своим смехом. Домовой высунулся из окошечка, с осуждением посмотрел на насмешницу. А она закрывала рот руками, пытаясь сдержать смех, и только глазами показывала домовому на мальчика, удалявшегося по песку. Мальчик не видел, как из его сумки горохом высыпались один за другим крошечные дедушки в заплатанных валеночках. Они топали к песочным домикам, вбегали в двери и, тяжело дыша, выглядывали из окон: заметил? Или нет? Последний дедок подбежал к дому, который мальчик наполовину разворотил своим ботинком. Домовой в отчаянии заломил свои ручки, но девочка быстренько схватила побольше мокрого песка и в один миг домик стал как новенький. Только успел спрятаться последний домовой, как слуга Монакра обернулся. Тяжёлым взглядом он обвёл пляж. Но домовые уже все надёжно попрятались. А девочка делала вид, что играет с чёрным жучком, который заполз под корягу...
   -- Что, мальчик забрал бутылку? -- мама оторвалась от своей книжки.
   -- Забрал.
   -- Пустую?
   -- Пустую!
   -- Вот и хорошо. Сразу стало легче дышать. Пойдём, ещё разок искупнёмся.
  
  
   История третья. Дельфин-письмоносец
   -- Мама, мы уже тут целый день сидим, а сказки что-то нет и нет!
   -- Правда? Какое безобразие! Может быть, нам её самим сделать?
   -- Самим сказку сделать?
   -- Ну да.
   -- А из чего их делают?
   -- Сказку можно сделать из чего угодно! Пойдём лепить из песка.
   Мама поднялась со своего покрывала. Вместе с дочкой они подбежали к воде. Вода тихонько плескалась у бережка.
   -- Мам, я буду песочный замок лепить.
   -- Да?
   -- Так, знаешь, на всякий случай.
   -- Ага, понятно. А я ещё не знаю, что буду лепить. Сейчас посмотрим.
   Девочка стала нагребать мокрый песок горкой, а мама насыпала песок длинным валом.
   -- Это что будет? Стена?
   -- Нет-нет, не стена. Вот сейчас увидишь.
   Мама с дочкой некоторое время молча трудились.
   -- Мам, а Кижи -- это что?
   -- Кижи -- это маленький островок на Онежском озере. Там сейчас музей всяких древностей.
   -- А наша Волга из этого озера течёт?
   -- Нет, что ты. Но люди соединили Волгу с Онежским озером каналом, -- мама бухнула ещё две горсти песка. -- Из Онежского озера можно по воде добраться до нас.
   -- А куда ещё можно добраться из Онежского озера?
   -- Можно приплыть в Белое море.
   -- Белое море? А где это? А почему оно Белое?
   -- Я думаю, что его назвали Белым, потому что в нём плавают белые льдины. -- мама прихлопывала руками свою постройку: шлёп-шлёп. -- Ведь Белое море далеко на севере, там очень холодно, -- и снова: шлёп-шлёп. -- А ещё в нём плавают белые дельфины, -- шлёп-шлёп. -- А по берегам растёт белый мох. Этот мох едят северные олени.
   -- Они тоже белые?
   -- Нет, северные олени чаще всего серые. Но белые тоже изредка попадаются.
   Мама последний разок подровняла песок.
   -- Всё, я закончила.
   -- Ой, да это же дельфин! Прямо как настоящий!
   Мама улыбнулась и снова улеглась на своё покрывало, а девочка стала рассматривать песчаного дельфина со всех сторон. Он был очень хороший, с плавниками и хвостом, но чего-то в нём не хватало. Ну, конечно! Мама забыла сделать ему глаза! Девочка покопалась в песочке и нашла два одинаковых круглых камешка. Она приладила их к голове дельфина, и он как будто повеселел. Потом девочка стала гладить дельфина по бокам. Он сразу заёрзал на животе и захихикал:
   -- Ой, перестань же! Щекотно!
   Девочка быстро отдёрнула руки. А дельфин шлёпнул хвостом по песку и сказал:
   -- Терпеть не могу щекотки! Тебя бы так по бокам да под мышками!
   -- А я не знала, что дельфины боятся щекотки.
   -- Хм, могла бы и догадаться! Только они её не боятся, они её просто не любят.
   -- Может быть, вас столкнуть в воду? -- предложила девочка, стараясь загладить неловкость.
   -- Не надо меня сталкивать! У меня на этом берегу дела!
   -- А какие у вас дела на берегу? -- девочка широко раскрыла глаза от удивления.
   -- Я -- письмоносец! Письма разношу!
   -- Письма? А где же вы их носите?
   -- Как где? В сумке ношу! На животе!
   -- В сумке на животе? -- ещё больше изумилась девочка. -- Да ведь сумки на животе бывают только у кенгуру и у этих, как их? Кажется, сумчатых мышей?
   Возмущению дельфина не было предела:
   -- Всем почтальонам полагаются сумки! Одни носят сумки на спине, другие -- на боку, а третьи -- на животе! Ты полагаешь, что если у меня сумка на животе, так я -- сумчатая мышь? Вон смотри! -- девочка обернулась туда, куда тыкал носом рассерженный дельфин. -- Дядя идёт. У него на животе сумка. Это тоже кенгуру? Или всё-таки это сумчатая мышь?
   По пляжу действительно шёл очень полный мужчина с сумкой на поясе. А дельфин бушевал и бил хвостом по песку. Девочка поспешила его отвлечь:
   -- А откуда вы приплыли?
   -- Я плыву с севера, из Белого моря.
   -- А как же мама говорила мне, что там все дельфины белые?
   Дельфин, который начал было успокаиваться, снова рассердился:
   -- Вот глупый детёныш! Я же там не живу! Я туда письма принёс, ответы забрал, теперь их адресатам разношу!
   -- А на нашем берегу кому письмо?
   -- Одной престарелой даме. Пишет её подруга с Белого моря.
   -- Какая подруга?
   -- Очень милая и вежливая старушка. Тебе бы у неё поучиться хорошим манерам. Она там белые чулочки вяжет.
   -- Чулочки? Для котят?
   -- Каких котят! На Белом море нет котят! Для оленят!
   -- А, для северных оленят! Интересно, из чьей шерсти она их там вяжет? -- задумчиво сказала девочка.
   -- Из кенгуру! -- ехидно ответил дельфин. -- Ну, мне пора!
   -- Так столкнуть вас потом в воду?
   -- Не надо. Вон плывёт катерок. От него будут большие волны, с ними я и нырну.
   Действительно, вдоль берега промчался катер и высокие волны с шумом стали накатываться на берег. Дельфин приподнялся, помахал девочке ластом:
   -- Прощай, детёныш! -- и скрылся под водой.
   Девочка с грустью смотрела ему вслед и махала рукой...
   -- Ну что, дочура, размыли волны нашего дельфина?
   -- Не размыли. Он сам нырнул.
   -- Ага, понятно. Давай и мы с тобой занырнём!
  
  
   История четвёртая. Летающая мороженщица
   Мама с дочкой прыгали через волны, набегающие на берег. Это были волны от речного трамвайчика. Трамвайчик проплыл маленький, но волны от него были очень большие и шумные. Вдруг недалеко от их покрывала села на песок чайка. Никогда ещё они не видели чайку так близко.
   -- Ой, мама, какая она красивая! -- тихонько сказала девочка.
   Они хорошо рассмотрели и тёмный капюшончик на её голове, и белоснежную грудку, и сизые крылья. Розовые лапки были у неё, как и положено чайке, с перепонками между пальцев.
   -- Это ведь редкость, чтобы чайка села так близко, правда? -- девочка обернулась к маме.
   -- Да, правда.
   Девочка стала понемножку подходить к птице. Вот так стала подходить: топ-шлёп-шлёп. Чайка подозрительно присматривалась к ней чёрным круглым глазком, потом легко раскинула свои узкие крылья и взлетела. Через мгновение она была уже над серединой Волги. Мама с дочкой следили за её полётом.
   -- Хорошо уметь летать! Только для этого нужны крылья, -- вздохнула девочка.
   -- Ну, летать можно и без крыльев, -- ответила мама.
   -- А как?
   -- Ну, например, на воздушном шаре.
   -- А-а! Знаю, знаю!
   -- А можно летать вообще без крыльев и воздушного шара, -- сказала мама и взяла полотенце, чтобы вытереть дочку.
   -- Без крыльев и без воздушного шара? -- недоверчиво спросила девочка.
   -- Ну да. Вот смотри, как летит листок, -- мама показала на тополиный лист, который, плавно кружась, летел вдоль пляжа.
   -- Да он не летит! -- разочарованно сказала девочка, выворачиваясь из полотенца. -- Его ветер гонит!
   -- Ну да, если бы мы говорили про ветер и спросили бы: что он делает? Мы ответили бы: ветер гонит листок, -- говорила мама назидательно, как учительница бестолковым ученикам. -- А сам листок? Что он делает? Листок летит! -- мама торжествующе встряхнула полотенце и оглянулась. -- А вон, смотри, летит конфетный фантик!
   По песку, кувыркаясь, неслась яркая бумажка.
   -- Но его тоже ветер гонит!
   -- Да, конечно, ветер гонит. Может быть, этот фантик из самой Костромы летит!
   -- Не может быть!
   -- Почему не может? Какая-нибудь девочка в Костроме взяла конфетку, развернула, конфету -- в рот, а фантик бросила. Вот он теперь и летит целых сто километров и даже больше. Как будто у нас своего мусора нет, -- мама присела на покрывало. -- Мороженое хочешь?
   -- Хочу! Хочу! -- закричала девочка.
   -- Тогда сбегай, купи.
   Мама вынула денежку, а девочка обулась (потому что песок был уже такой горячий, что босиком по нему не побегаешь!) и отправилась за мороженым. Под широким раскидистым тополем изнывала от жары девушка над ларем-холодильником. Ей, конечно, было не очень-то весело: все на пляже отдыхали, а она работала.
   Но мама на покрывале не успела даже страничку прочитать, а девочка уже вернулась и с тяжким вздохом протянула ей деньги:
   -- У неё мороженое кончилось. Но она сказала, что скоро ещё привезут. А в воду можно?
   -- Нет, давай ещё немножко подождём.
   -- А что будем делать?
   -- Давай в слова поиграем.
   -- Да ну!
   -- А в "виселицу"?
   -- Ну, можно. Загадывай.
   Они стали играть в "виселицу". Мама загадала слово, потом девочка, потом снова мама. Потом должна была девочка загадывать. Она оглянулась вокруг, чтобы отыскать слово потруднее, и ойкнула:
   -- Ой, мама!
   -- Что такое?
   -- Мама! Мороженщица летит!
   Мама обернулась туда, куда показывала девочка. По ясному голубому небу величественно плыл ларь-холодильник, а девушка-продавщица лежала на нём поперёк и с ужасом смотрела вниз.
   -- Да нет, она не летит. Это её ветер гонит, -- сказала мама равнодушно и отвернулась.
   -- Куда гонит? Зачем? -- спрашивала девочка, изумлённо следя за перепуганной продавщицей.
   -- Я полагаю, что за новым мороженым, -- спокойно отвечала мама. -- Ты будешь слово загадывать?
   -- А? Сейчас, сейчас! -- девочка заворожённо смотрела за мороженщицей, пока та не скрылась из глаз. Потом они с мамой ещё немножко поиграли в "виселицу", потом в слова. Когда же девочка снова оглянулась на раскидистый тополь, там стоял как ни в чём ни бывало ларь с мороженым и девушка-продавщица.
   -- Мама! Мороженое прилетело! -- закричала девочка.
   -- Мороженое? -- мама глянула в сторону тополя. -- Тогда давай купим.
   Девочка снова запрыгала по песку. Она протянула продавщице деньги, попросила два пломбира и вежливо сказала:
   -- Как вы быстро слетали за мороженым!
   -- Это не я летала, -- устало отвечала мороженщица.
   -- Ага, понятно! Мне и мама говорила, что это ветер, -- и девочка запрыгала обратно.
   Они с мамой съели по стаканчику пломбира, закусили его печеньем и запили водичкой. Они ели и наблюдали, как от противоположного берега отваливает огромный теплоход. Вот он плавно развернулся носом вниз по течению и медленно поплыл, слегка дымя широкой трубой.
   -- Мам, а от него волны будут?
   -- Будут, только нескоро.
   -- А можно мне в воду?
   -- Можно, можно. И я с тобой.
   И они побежали купаться.
  
  
   История пятая. Вьюнковый эльф
   Мама с дочкой возвращались с купания. Сегодня они были на Волге вечером, поэтому шлось им легко: заходящее солнце не жгло, а мягко светило в спину. Под кустами уже притаились тени. Вот зайдёт солнце, они медленно выползут оттуда и наступит ночь. Было очень тихо и спокойно. Видимо, все очень устали за этот долгий знойный день. Мама с дочкой тоже сначала шли молча, но вдруг девочка вспомнила:
   -- Мам! Ведь сегодня не было сказки! А мы уже почти до остановки дошли!
   -- Хм! Ну и что же? -- мама слегка нахмурилась.
   -- Но без сказки совсем неинтересно!
   -- Интересно бывает и без сказки! Вот мне, например, интересно, который сейчас час? И где, интересно, мои часы? Кажется, где-то тут, -- мама остановилась и стала рыться в сумке.
   -- Часы? -- удивилась девочка.
   -- Куда же они запропастились? -- мама оставила сумку и оглянулась вокруг.
   -- Ну, судя по вьюнкам, около семи часов. Посмотри-ка, они уже закрылись! -- мама показала девочке на заросли рядом с тропинкой. Трава была густо оплетена цветущим вьюнком. Но нежные розовые граммофончики были плотно закрыты.
   -- А почему?
   -- Многие цветы закрываются на ночь. И каждый -- в своё время. В семь часов закрывается вьюнок, -- мама взяла девочку за руку и они пошли дальше. Девочка с интересом рассматривала бурьян.
   -- А как же вьюнок узнаёт время? Разве у него есть часы?
   -- Нет, -- раздался нежный голосок, -- часы есть у меня.
   Девочка тут же остановилась и обернулась на голос. В гуще травы на узеньком листе осоки сидел грустный человечек. За спиной у него были прозрачные крылышки, похожие на стрекозиные. Девочка его сразу узнала. Он был как раз такой, каким она его и представляла.
   -- Добрый вечер! -- вежливо поздоровалась девочка. -- Вы, наверное, эльф?
   -- Да, эльф! -- печально отозвался человечек. -- Но сегодняшний вечер для меня недобрый!
   -- А что случилось? -- встревожилась девочка.
   -- Видите ли, сударыня, каждый вечер в семь часов я закрываю вьюнковые цветы. Но сегодня, -- он понизил голос и пугливо оглянулся, -- на меня напал слуга Монакра!
   Девочка ахнула и прикрыла рот ладошкой.
   -- Он повредил мне крыло! Я больше не могу летать!
   Эльф встал и прошёлся по листу вперёд-назад. Лист почти не шелохнулся под его лёгкими шагами.
   -- Более половины моих цветов останутся открытыми. За ночь Монакр их все погубит, представляете? Ведь он ненавидит красоту! Ах, мои любимые вьюнки! Нежные, беззащитные создания! -- казалось, эльф с трудом сдерживает рыдания.
   -- На вас напал тот самый мальчик, который собирает бутылки на пляже?
   -- Нет, совсем нет, -- невесело усмехнулся эльф. -- Вы полагаете, сударыня, что у Монакра всего один слуга? Нет, этот был похож на милую барышню с сачком. Он делал вид, что гоняется за бабочками, а ловил эльфов! Он чуть не раздавил меня! -- эльф поёжился, вспоминая пережитый ужас. -- Я притворился мёртвым, он бросил меня и ушёл. Я остался жив! Но моё бедное крыло! А мои бедные цветы!
   -- Неужели никак нельзя помочь? -- растерянно спросила девочка. Она только теперь разглядела, что одно крылышко эльфа жестоко разорвано. -- Неужели уже совсем ничего нельзя сделать?
   Эльф снова сел на листок и задумался, уставившись на своё повреждённое крыло. Затем он внимательно посмотрел на девочку.
   -- Какие у вас прелестные длинные волосы, сударыня! Вот если бы... -- он замялся.
   -- Что?
   -- Вот если бы вы подарили мне ... один волосок...
   -- Да?
   -- Можно было бы попробовать зашить крылышко...
   -- Конечно! -- девочка решительно распустила волосы, отделила один волос, зажмурилась и храбро за него дёрнула. Волосок она осторожно протянула эльфу. Он тут же подхватил его и церемонно поклонился:
   -- Я вам очень признателен, сударыня! Надеюсь, было не очень больно?
   -- Ни капельки! -- бодро ответила девочка.
   Эльф подбежал к стеблю чертополоха, отломил от него колючку и вдел в неё волосок, как нитку в иголку. Затем он застенчиво обратился к девочке:
   -- Сударыня, вы так добры! Не могли бы вы ещё чуточку помочь? Подержать крыло, пока я зашиваю? Если это вас не очень затруднит!
   Девочка с готовностью шагнула на лист осоки. Лист оказался очень неустойчивым. Эльф сочувственно смотрел, как она с трудом удерживает равновесие и посоветовал:
   -- А вы садитесь на лист верхом! Так будет гораздо удобнее.
   И она села верхом, а эльф подошёл к ней и протянул крыло. Девочка осторожно соединила разорванные края. Эльф, морщась от боли, стал мелкими стежками сшивать крыло. Прилетели два светлячка, и девочка подумала, что это очень кстати, потому как в траве было уже довольно темно. Но вот эльф закончил работу, осторожно взмахнул крыльями и раз, и другой и засмеялся:
   -- Как хорошо!
   Он взлетел с листка и вынул из-за пояса золотистую палочку с маленькми шариком на конце. Он взмахнул палочкой, как дирижёр, поклонился в воздухе и пропел:
   -- Благодарю вас, прекрасная незнакомка! Вы даже представить себе не можете, как осчастливили вьюнкового эльфа!
   Он сделал над девочкой несколько стремительных виражей, потом застыл в воздухе, посмотрел на свои часы и озабоченно сказал:
   -- Но мне пора! Ещё столько цветов не закрыто! Прощайте, сударыня! -- и эльф направился к ближайшему розовому граммофончику...
   Девочка шла по тропинке и смотрела, как один за другим закрываются вьюнки. В траве то тут, то там вспыхивала искоркой золотистая палочка и то тут, то там слышалась весёлая песенка...
   -- Скорей, скорей! -- кричала ей мама. -- Там наш автобус! Если мы немножко подбежим, то успеем сесть!
   Девочка последний раз оглянулась и побежала к маме.
  
   История шестая. Что ты здесь делаешь, золотая рыбка?
   По самой середине Волги маленький и закопчёный кораблик толкал длиннющую баржу. Баржа сидела в воде почти по самые края, потому что была нагружена огромными кучами песка. Даже с берега было видно, как осторожно плывёт кораблик с баржой, чтобы не рассыпать эти золотистые горы. Девочка знала, что он называется буксир-толкач, но ей было интересно совсем другое.
   -- Мам, и зачем это столько песка везут?
   Мама оторвалась от своей книжки и мельком взглянула на реку.
   -- Ну, мало ли. Для стоительства нужен песок.
   -- Для настоящего строительства? -- удивилась девочка.
   -- Ну да, песок в цемент добавляют, цементом кирпичи скрепляют, а из кирпичей стены кладут,.. -- мама перевернула страничку в своей книжке.
   -- Мам, а от него волны будут?
   -- От кого "от него"? От песка?
   -- Да нет, нет, это, от неё, от этой баржи!
   -- Конечно, будут. Только надо подождать, она очень далеко от берега плывёт.
   -- А сказка? Сказка от неё может начаться?
   -- Конечно, сказка всё может. Подожди немножко.
   И девочка стала ждать.
   Буксир осторожно толкал баржу, она, не спеша, сминала воду, и длинные водяные усы расходились от её носа. Баржа уже доплыла до моста, когда усы дотянулись до берега, и волны стали набегать на песок. Золотистые горы на барже сверкали на солнце. Волны одна за другой накатывались и снова отступали, что-то невнятно шелестя. А вообще-то было очень тихо.
   Вдруг очередная волна вбросила на песок толстенькую рыбку. Чешуя рыбки нестерпимо блестела на солнце, как золотая. Золотая! Рыбка несколько раз стукнула хвостом по песку.
   -- Что ты здесь делаешь, золотая рыбка? -- прошептала девочка.
   Рыбка ещё раз шлёпнула хвостом, подпрыгнула и превратилась в маленькую золотую карету. Окошечки в ней были закрыты узорчатыми занавесками, а на козлах озабоченно сидел кучер в расшитой ливрее. Пегая бородёнка его топорщилась и казался он чем-то очень знакомым. Девочка приветливо улыбнулась, но кучер на неё нисколько не смотрел. Он тревожно оглядел пляж, уставился в какую-то точку, тоненько засвистел и призывно замахал рукой. Девочка пригляделась: кого это он зовёт? По песку торопился блестящий чёрный жучок. Жучок подбежал к карете, кучер дотронулся до него кнутиком и жук превратился в стройного вороного коня! Конь быстренько впрягся в оглобли, кучер привстал на козлах, закрутил кнутиком над головой и присвистнул. Карета рванулась с места и в один миг скрылась из глаз! А по песку уже прыгала другая золотая рыбка. Вот и она стала каретой, подбежал жучок, превратился в коня и умчал золотую повозочку. Ну и чудеса!
   А волны продолжали накатываться на берег. Вот опять что-то блеснуло на песке. Ещё одна рыбка! Девочка следила за ней, затаив дыхание. Ага, и эта рыбка стала каретой, но кучер в ливрее всё крутит и крутит головой, высматривая своего скакуна. Что-то не видно жучка. Девочка тоже стала оглядываться. Ах, вот в чём дело! Жучок, перелезая через корягу, опрокинулся на спину! Он изо всех сил сучит лапками, старается перевернуться, но у него ничего не получается. А кучер от нетерпения прыгает на козлах и занавесочки на окнах кареты немного раздвинулись. Наверное, пассажиры тревожатся из-за непонятной задержки. Девочка взяла травинку и осторожно сунула её жучку. Жучок тут же ухватился за неё лапками. Тогда девочка перенесла его к карете и опустила на песок. Кучер занялся своей лошадкой, а дверцы кареты раскрылись и на песок вышли две крошечные девушки. Они поклонились девочке, придерживая свои длинные платья, и мелодично проговорили:
   -- Благодарим вас, о прекрасная великанша!
   -- Какая же я великанша? -- удивилась девочка. -- Я -- маленькая девочка!
   Девушки переглянулись и засмеялись. Потом они снова изящно поклонились:
   -- Благодарим вас, о прекрасная маленькая девочка! Вы спасли нас от страшной участи!
   Конь нетерпеливо бил копытом. Кучер тревожно оглядывался. Девушки забрались в карету и стали махать зелёными платочками:
   -- Прощайте, маленькая девочка! Мы никогда не забудем вашу помощь!
   Тут кучер гикнул, свистнул и золочёный экипаж умчался вдаль. Девочка долго смотрела вслед, хотя кареты уже не было видно.
   -- Холодное пиво! Вяленая рыба! -- вдруг раздался грубый голос.
   Девочка вздрогнула и обернулась. По пляжу шёл неприглядного вида старик. В одной руке он нёс сумку с бутылками пива, а в другой -- сетку с рыбой. Из сетки торчали серые корявые хвосты. Девочка села на покрывало, прижалась к маме и потёрлась носом о её плечо.
   -- Мм-м? -- сказала мама, не отрываясь от книжки.
   -- Мам, а старик-то опоздал! -- тихонько сообщила девочка.
   -- Какой старик? -- мама подняла голову. -- А-а, этот!
   -- Угу.
   -- Ну, я очень рада. А ты?
   -- И я очень, -- и девочка стала закапывать травинку в песок.
  
   История седьмая. Медвежья лапа
   Сегодня -- небывалое дело! -- на заброшенной железнодорожной колее, ведущей к Волге, стоял небольшой поезд: маневровый тепловоз и несколько вагончиков. Тропинка пересекала рельсы прямо под вагоном и некоторые лихие люди, идущие на пляж, бесстрашно и ловко подлезали прямо под него.
   -- Мам, а он не поедет? -- тревожно спросила девочка.
   -- Не знаю... Но мы под вагон не полезем! -- решительно сказала мама.
   -- А вдруг поедет? -- дочка изо всех сил прижималась к маминому локтю. -- А вдруг сейчас загудит?
   -- Не бойся! Если поедет, мы сразу отойдём в траву подальше. Ничего страшного.
   Они дошли вдоль путей до тепловоза. На задней его площадке стоял румяный парень в замасленной одежде.
   -- Можете тут перелезть, -- сказал он им.
   Они поднялись по лесенке на тепловоз. Тут было жарко и гулко. Немного постояли на площадке.
   -- Зачем же вы сюда заехали? -- спросила девочка.
   -- Спецрейс! -- важно ответил парень и поправил чумазую кепку на кудрявых волосах.
   Мама с девочкой спустились с другой стороны тепловоза и пошли дальше привычной тропинкой.
   На пляже было очень мало народа. Зато по песку прыгал весёлый спаниелька шоколадного цвета. Его хозяйка бросала в воду палочку, а он, размахивая ушами, бросался вперёд, усердно грёб лапами, хватал палочку и мчался обратно. Как только хозяйка забирала у него выловленную добычу, он тут же принимался скулить и нетерпеливо подпрыгивать: просил, чтобы её снова бросили. Ему нисколько не надоедало носиться в реку и обратно. Хозяйка смеялась, трепала неугомонного пёсика по волнистой шёрстке, снова и снова кидала палку в воду. Девочка долго следила за шоколадным спаниелем. Потом они ушли. Мама читала книжку. Девочка оглянулась на неё, встала и подобрала палочку, которую оставила на берегу хозяйка весёлого спаниеля. Она повертела её в руках (на палке остались следы собачьих зубов), несильно размахнулась и бросила её в Волгу.
   И тут же что-то громадное обрушилось в реку, подняв фонтан брызг. Девочка ахнула и попятилась. Здоровенный бурый медведь, прыгая по мелкой воде, догнал палочку, подхватил её и выбрался на берег. Палку он положил на песок, а вода лила с него в три ручья. Он стал яростно отряхиваться от кончика носа до кончика хвоста. Холодные капли полетели во все стороны. Девочка поёжилась и ещё немножко отодвинулась. Тогда медведь повернул к ней свою широкую морду, оглядел её весёлыми маленькими глазками и сказал довольным басом:
   -- Что, малявка, холодно?
   -- Ага, -- робко сказала девочка, но тут же вспомнила, что в сказках следует отвечать не так, и прибавила погромче, стараясь, чтобы голос не дрожал: Тепло, медведюшка!
   -- Тепло? -- изумился медведь, ещё раз встряхнулся, окатил девочку ледяными брызгами и уставился на неё выжидающе.
   -- Холодно! -- честно призналась девочка, потому что, судя по всему, это была другая сказка.
   -- То-то! Это же примета такая: медведь лапу в воду опустил -- и всё! -- он приподнял свою переднюю лапу и посмотрел на неё с уважением. -- Баста! Вода холодеет и купаться больше нельзя!
   -- Так вы специально пришли лапу в воду опустить? -- удивилась девочка.
   -- Хм! -- сказал медведь. -- Не пришёл, а приехал!
   -- На поезде? -- радостно догадалась девочка.
   -- Еле успел. Ещё бы чуть-чуть -- и совсем без письма бы остался.
   -- Какого письма?
   Медведь покатал лапой палочку по песку, покачал огромной башкой.
   -- Мне письмо пришло, а ты его выкинула. Мыслимое ли это дело -- так чужими письмами разбрасываться?
   Он сел на задние лапы, передними взял палочку и стал её крутить и рассматривать.
   -- Простите, пожалуйста, я ведь не знала, что это для вас, -- с огорчением сказала девочка.
   Медведь только строго хмыкнул, не отрываясь от своего "письма".
   -- А что вам пишут? -- как можно вежливее спросила девочка.
   -- Да так, ничего особенного. Вот, можешь сама прочитать, -- и медведь протянул ей палочку. Девочка растерянно смотрела то на палку, то на медведя.
   -- А-а! -- догадался мишка. -- Читать не умеешь! Ну, что с тебя взять, совсем несмышлёныш.
   Он встал с песка и ещё раз отряхнулся. Теперь во все стороны полетел мокрый песок. Далеко полетел, даже попал на мамину книжку. Мама возмущенно обернулась и увидела медведя. Он тут же перестал отряхиваться и лукаво ей подмигнул. Мама только фыркнула, сдула песок с книжки и перевернула страничку. А медведь посерьёзнел и засобирался:
   -- Заболтался я тут с тобой. Мне ещё в тридцать речек лапы окунать. Охо-хо! Прощай, малышатик! -- он взял своё "письмо" в зубы и вприпрыжку поскакал по песку.
   -- До свидания! -- тихонько сказала ему вслед девочка и села на покрывало.
   -- Мам! -- потормошила она маму, -- А купаться можно?
   -- Можно, если хочешь, -- ответила мама, не отрываясь от книжки.
   -- А ведь медведь лапу-то уже опустил!
   Мама перестала читать, посмотрела на дочку и улыбнулась:
   -- Да ведь это шуточная примета. Просто август наступил, жары большой уже не будет. Но те, кто любит купаться, и зимой в воде плещутся. Их ещё моржами за это называют.
   -- Моржами? Значит, зимой купаться ... моржно?
   -- Моржно-моржно, а сейчас ведь лето. Ещё просто можно! Иди, не бойся!..
   ...Когда они возвращались домой, девочка старательно наступала в медвежьи следы, ясно видные на песке и на мягкой земле. Следы кончались около железной дороги. Поезда на рельсах уже не было. Они с мамой пошли прямо по шпалам.
   -- Мам, а мы всегда-всегда будем ходить на Волгу?
   Маме почему-то не хотелось отвечать. Она смотрела вперёд, туда, где рельсы упирались в горизонт и распахивалось огромное тихое небо. Потом глянула на дочку и ответила, улыбаясь немного торжественно и печально:
   -- Да, конечно. Всегда-всегда. Ну, ты же знаешь.

Приволжские волшебные сказки

  

15

   15.04.2005 18:05
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Эванс "Фаворит(ка) отбора"(Любовное фэнтези) Eo-one "Зимы"(Постапокалипсис) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"