Апельсины пахнут счастьем. В детстве, когда я болела, мне всегда приносили апельсины. Бабушка говорила, что они помогают лучше, чем лекарства. И действительно, стоило только сковырнуть упругую кожицу, как голова кружилась от упоения. Сколько всего меня ждет впереди! Сок брызгал и растекался, оставляя едкие оранжевые пятна на одеяле. Я знала, что мама будет ругаться, но мне хотелось, чтобы этот запах присутствовал повсюду, наполнил душную комнату, расширил её пространство, впитался в мою кожу, и вскружил голову, обещая, что всё будет хорошо. Апельсин обладает особым магнетизмом, его цвет - цвет радости, а вкус - сбывающихся надежд. В детстве я много болела, и у меня было много времени, чтобы поразмышлять, о себе, о счастье, о мире и об апельсинах...
- Осторожно! - крикнул Славик и дернул меня за руку. - Смотри под ноги. Я перескочила через мраморный бортик, и чуть не шагнула в поросший травой колодец, предупреждение пришлось кстати. Мы снова мчались, не разбирая дороги. Его рыжая куртка впереди, как командирский флаг, ведущий в бой, трепетала и хлопала на ветру. Нам повезло, что ночь выдалась такая светлая, звёзды свешивались с неба, точно спелые фрукты, норовя вот-вот сорваться в низ. Сколько ещё предстояло бежать до лодки? Ещё километров пять не меньше, но меня это не волновало. Усталости не было, кровь стучала в висках, ноги двигались уверенно и четко, а сцепленные руки лишь для того, чтобы ни на секунду не терять друг друга. Время от времени он оборачивался и подбадривал, я не слышала его слов, этого и не требовалось. У меня на бедре в парусиновой сумке лежали они, заветные и самые настоящие "золотые яблоки", ради которых мы проделали столь длинный путь, которые тщетно искали вот уже несколько лет и неожиданно нашли на этом далеком западном острове. Азарт, упоение, адреналиновый тонус и ощущение сумасшедшей влюбленности гнали нас вперед, к реке, к свободе и исполнению всех желаний. Буквально на минуту он остановился, сгрёб меня в охапку и крепко сжал: - Мы идиоты. - Почему? - Пока я бежал меня преследовали мысли о нашем безумии. - Ах, в этом смысле, тогда ничего нового, - я взглянула в его сияющие счастьем глаза, заметила разгоряченный румянец, прикоснулась к разноцветным взъерошенным волосам, - это опять начало увлекать, - Нам нельзя задерживаться. Земля вращалась под нами, ускоряясь с каждым новым толчком, возможно во всем мире в этот момент время опередило стрелки часов. Гулкие удары наших ботинок отдавались эхом в предрассветной тишине, разгоряченные тела пульсировали жаркими энергетическими волнами, этого невозможно было не услышать и не почувствовать. Именно в скорости заключалось наше преимущество, прятаться не имело смысла. Они всё равно нашли бы нас. Убогие стражи "золотых яблок". Я даже не предполагала, что всё получится так легко. Глупо ждала чего-то необыкновенного мистического... Но с тех пор как миром стали править люди, многое изменилось. Ни трехглавого змея, ни Гесперид, ни богини Идунн, всё очень прозаично - наблюдательные вышки, колючие проволоки и автоматы. Мы проникли в сад в огромных пластиковых бочках, наполненных обогащенной кислородом водой, и доставляемых сюда на самоходной барже, а потом провели трое суток на бескрайней апельсиновой плантации, пытаясь отыскать божественные деревья среди тысячи других. О том, что они обнаружили наше вероломство, стало ясно по тому, как лес наполнился тревогой. Славик прильнул к земле и уловил нарастающий гул, тогда мы побежали, и только потом услышали грозный рокот вертолетов. В лесу они не могли увидеть нас, но их собаки уже взяли след и мчались попятам. От единственного заброшенного поселка встретившегося на пути веяло античностью и горьким духом повергнутого величия. Тогда, среди поросших виноградом развалин каменных сооружений мы остановились в первый раз. - Ну, ты довольна? - он прижал меня к уцелевшей стене, - Я же обещал тебе, что помогу. Не представляю, как ты раньше хотела одна с этим справиться. Его белая футболка под курткой выглядела хуже половой тряпки, лицо покрылось пылью и грязью, на широких штанинах - въевшаяся травяная зелень. Судя по всему, мой вид представлял столь же печальную картину. - Осталась самая малость - выбраться отсюда, - я потрогала сумку. - Никогда не думала, что они теплые. Об этом нигде не сказано. - Ничего удивительного, это же маленькие солнышки, они должны быть теплыми, - отозвался он отстраняясь. - Покажи их. Я развязала ремешки, и золотистые блики трех апельсинов заиграли на наших лицах. - Здорово! - восхитился Славик, - Просто не верится, что именно мы вернем "золотые яблоки" нашим предкам. - Нашим предкам, увы, это уже не поможет. Но возможно... Где-то вдалеке послышался звонкий лай. - Бежим, - крикнул он, - Осторожно, смотри под ноги...
Больше остановок не было, лишь тогда, когда он упомянул про наше безумие. Сбежав с холма, мы прямиком выскочили на узкую асфальтированную трассу. Оставалось совсем немного, пересечь дорогу и всё время спускаться вниз. Но в этот момент, с правой стороны из леса выскочили две здоровенные овчарки. В отличие от нас собаки не растерялись и обе одновременно бросились на меня. Одна из них вцепилась в предплечие, другая принялась трепать одежду. В глазах потемнело, Славик что-то кричал, но я уже ничего не понимала. Только утробный рык озверевших псов. Жаркое дыхание и нестерпимая боль. Тишина и облегчение наступили одновременно...
Я точно знала, что не умерла, потому что истомное блаженство медленно разливалось по всему телу, заполняя каждую его клеточку. На губах - вкус лета, солнца и любви. Необычайная сила переполняла всё моё существо, я открыла глаза и увидела Славика обеспокоено склонившегося надо мной. - Ты что сделал? - Сама знаешь, - он облегченно вздохнул и поднялся на ноги, - Тебе рассказать, как ты похорошела или приберечь комплименты на потом? - Зачем? - Ты предпочитала умереть? - А где собаки? - Их нет, - коротко констатировал Славик, - Помнишь, я обещал тебя защищать.
Это промедление обошлось нам очень дорого, в предрассветном полумраке ярко желтые комбинезоны преследователей совершенно отчетливо различались среди деревьев. На лицах маски, за спинами баллоны, в руках длинные черные трубки. Мы мчались со всех ног, но газ всё равно распространялся быстрее. На меня он не действовал, а Славик сбавил темп, стал задыхаться, выпустил мою руку... Я подхватила его и мне это удалось, "золотое яблоко" наделило меня потрясающей силой. Когда бы я ещё смогла поднять на руки такого здорового парня, и это при моей комплекции. Только у самой кромки воды я остановилась, опустила его на песок, набрала в ладони воды, выплеснула в лицо, такое необычайно спокойное, даже немного строгое. Без привычных ужимок и чертиков в глазах, он казался чужим. И всё это ради нового мира, живущего в счастье и справедливости, незнающего смерти и старости. Ради великих и прекрасных богов, несущих в жизнь людей покой и радость. И, конечно же, ради меня, рискнувшей пробраться в заповедный сад. Сомнений не было. К чему сомнения? Без нас двоих мир не сможет стать таким, как мы этого хотели. Я достала второй апельсин. Божественный аромат растекся чарующей волной, сок чудесного фрукта едва не обжег мне ладони, стекая сквозь пальцы на бледные губы истинного потомка богов. Спустя несколько минут он приподнялся и встряхнул головой, точно прогоняя дурной сон. - Судя по всему, теперь я тоже неотразим? В его веселых глазах отражалось огромное, неспешно поднимающееся оранжевое солнце. - Я тебя люблю. Ты действительно прекрасен! У нас всё ещё есть последний апельсин. В этот раз вертолеты появились из-за холма совершенно неслышно. Мы слишком погрузились в собственные эмоции, и совершенно потеряли бдительность. Ну что они теперь могут сделать? У нас молодость, красота, мы не подвластны смерти... В наших руках новая жизнь! Автоматные очереди поливали землю огнем, взрывая песок и вспенивая воду, мы шагнули в лодку, и река сама понесла нас. Прочь от людской злобы, ненависти, оружия и колючих проволок. Славик поднял руку, один из вертолетов тут же стремительно завертелся и молниеносно рухнул прямо перед нами. Лодку захлестнуло волной... - Летим! - крикнул он и увлек меня ввысь. - Стой! - попыталась воспротивиться я, - Апельсин, выскальзывает. Я опять не могу удержать его... Но Славик не слышал. Позабыв обо всем, он наслаждался ощущением полета, с восторгом и упоением уносясь всё выше и выше, навстречу огромному золотому яблоку.
Бабушка тихо подошла и тронула меня за плечо: - Иди, ляг в кровать. Сколько можно торчать возле окна? Тебе опять станет хуже, и тогда ещё один месяц проваляешься в постели. - Не хочу, - раздраженно ответила я, отодвигая её руку. Нельзя вот так запросто врываться в чужой мир и разрушать его! Вечно она лезла с какими-то глупостями, точно чувствовала, что именно сейчас происходит самое важное. Бабушка приблизилась к окну, выглянула во двор, и недовольно задернула штору: - Опять этот Славик! И как ты не устала на него глазеть? Хочешь, я сама схожу и приведу его сюда? - Нет! - крикнула я, - Не хочу, ничего не хочу! Уходи! - Ты уверена, - бабушка задержалась в дверях, - Даже апельсинов? В тишине комнаты громко тикали настенные часы, а из-за стенки доносился звук работающего телевизора. В моем мире не было ничего, совсем ничего напоминающего счастье. - Нет! Не нужно, они не помогают. Впрочем... Давай... я попробую снова.