Войны банальное начало: 
Разгром, посланец, подкрепленья... 
Но потерпите до финала, 
И испытайте удивленье! 

На мрачном острове Хоккайдо, 
Среди снегов и отморозков, 
Стоят, от всех скрывая тайну, 
Форпосты древних когурьосцев. 

Листок пятная белоснежный, 
Спешит история раскрыться: 
"...Гонец примчался с побережья 
К воротам Западной столицы. 

Пришел, измученный дорогой, 
И вот кричит усталый витязь: 
- Вставайте, граждане, тревога! 
Проснитесь, граждане, проснитесь! 

И конь его хрипящий в мыле, 
Пришлось ему, конечно, туго... 
- Войну Хоккайдо объявили 
Народы Запада и Юга! 

- Вставайте, граждане, быстрее -- 
Никто вас в битве не заменит! 
Идут шилланцы из Кореи, 
Ямато, Ляо и чжурчжени! 

- Явился флот на берег скальный, 
Пришел внезапно и некстати, 
Там волны мертвых целовали -- 
В угрюмой бухте Хакодате! 

- Уже клюет таранов поршень 
Врата и стены замков наших, 
Уже грядет "железный коршун", 
И дома Цзинь "гвардейцы-башни"! 

- Вам новостей печальных мало?! 
От этих - в жилах кровь застынет! 
Ведут врагов не генералы, 
Войны - и боги, и богини! 

О них написаны поэмы! 
И первый вождь, питомец Кали -- 
Тьянь-Ван, ужасный битвы демон! 
Его Вань-Ну когда-то звали... 

Их дьяволик противен миру, 
Как смерть страшны, потомки гунна! 
И злобный Тайра Шигехира, 
И Минамото Ёсицунэ! 

Король Сеон из дома Пархэ, 
Тиран Шизонг - владыка Цзиней, 
Люге - назначен хилиархом, 
И Алучжень - Вдова-Княгиня! 

Да, положенье очень скверно, 
Но так легла на поле фишка -- 
Был век тринадцатый, наверно, 
Жестокий век, кровавый слишком... 

Питая страсть к военным играм, 
Как кошки африканских прайдов, 
Они сошлись, подобны тиграм 
В снегах холодного Хоккайдо -- 

Пылая завистью и злостью, 
Как черти, вырвавшись из ада! 
И как всегда - трещали кости, 
И кровь хлестала водопадом, 

На снег, подобно спелым грушам, 
Упали головы погибших, 
Бойцов потерянные души 
Неслись в Вальгаллу -- и повыше. 

Хрустел кустарник мицумата, 
И лед речной - предатель, тонок, 
И сам Небесный Император 
В ладоши хлопал, как ребенок. 

Нет слов - ужасные потери! 
Сменили цвет речные струи, 
Но вдруг - вошел Индрикотерий! 
Броня, седло и даже сбруя! 

Рожден в степной монгольской жиже, 
Питаясь век подкожным жиром, 
В лесах Хоккайдо чудом выжил -- 
Король Затерянного мира! 

Но пряник/кнут, в стандартном стиле, 
Плюс сладкий сон на сеновале -- 
Его бохайцы приручили, 
И на войну завербовали. 

Сквозь тьму времен к людишкам изгнан, 
Стоял у вод озерных Тоя, 
Как будто мезозоя призрак, 
(Но появился в кайнозое). 

Грозил жестоким самураям 
Взгляд, устремленный в поднебесье! 
Но времена - не Хокусая, 
Других людей, героев, песен... 

Сраженный дьявольским киданем, 
На сахалинском перевале, 
Он мертвым пал на поле брани, 
Его стервятники сожрали.



,