С некоторых пор я перестал обедать в офисе, предпочитая ему полуподвальный бар, который располагался в старинном доме напротив нашей конторы. Нехитрая перемена места питания привела к хорошим результатам - в середине дня у меня открывалось второе дыхание. Почти час в баре настолько отвлекал от работы, что я несколько раз забывал о времени, и возвращался на минут десять-двадцать позже. Мне доводилось слышать о конторах, похожих на концлагеря, где за подобные "нарушения" сотрудников наказывают материально. У нас такого безобразия нет. Главное, конечно, не борзеть, пару часов, тебе, разумеется, никто не позволит гулять, но небольшое опоздание не считается смертным грехом.
Моя работа незатейлива - я дизайнер всякой полиграфической фигни для небольшой типографии. "Фигня" - это корпоративные календари и календарики, плакаты, буклеты, но чаще всего приходится верстать этикетки для подозрительной и нездоровой пищи. Самое трудное в моем деле - "влезть" в голову очередного бизнесмена, и понять - а чего, собственно, этот важный хрен, хочет. Чаще всего они сами не знают, как должна выглядеть упаковка, в которую они станут расфасовывать свои чипсы или сухарики. Если так, то надо постараться внушить заказчикам, что предлагаемые мною идеи зародились в недрах их сознания. Очень сложно с бывшими жителями СССР, приехавшими из нерационально-солнечных республик. Эти ребята быстро позабыли некогда основной язык великого государства, и даже не догадываются о существовании такой профессии как "переводчик ". Большей частью это напрягает, но иногда нехило веселит.
Как вы поняли, я - обычная офисная амеба. Хотите с такими познакомиться поближе, покатайтесь утром или вечером в электричках, маршрутках, вагонах метро. В наших, привыкших к клавиатуре и "мышке" руках всегда что-нибудь да находится - КПК или телефон с очередной книгой, рекламная газетенка, бутылка пива или воды. Мы идеально вписываемся в общественный транспорт. Скажу больше - мы разноцветные пятна, солнечные зайчики этих мрачных скотовозок.
Ага, очень приятно, я Макс! А вас как зовут?
У нас, если хорошенько подумать, чрезвычайно вредная сидячая работа. Большую часть жизни мы, как преступники, оказываемся прикованными к одному месту. Целыми днями, близоруко щурясь, смотрим на мир через монитор. Молоко за это не дают, вместо него - бесплатные йогурты, в которых "живые" бактерии-мутанты уютно соседствуют с подозрительными Е-добавками. Очень условно нас (а может и всех жителей Земли) можно поделить на три вида: алкоголики, наркоманы, спортсмены. Все - в легком весе. Все стараются соблюдать грань, переход за которую предвещает скорую поездку на кладбище в лежащем положении. Впрочем, "чистые" сторонники того или иного "вида" встречаются редко из-за пониженной жизнеспособности в эволюционной борьбе. Спортсмен, чтобы не сойти с ума от однообразия бытия, плавно перетекает в разряд алкоголиков, а наркоман начинает заниматься спортом, что не исключает его периодической тяги к алкоголю. Всяко, короче, бывает, но все без исключения, то и дело ратуют за здоровый образ жизни. Фитнесс-центры, ноотропные препараты, витамины, пробежки, бассейны, диеты, велосипеды, и так далее... Скачут коники по кругу. Скучно? Правильно! Именно из-за этого мы являемся основными потребителями "продвинутого"... чего? Да всего! Музыки, курортов, шмоток, фильмов, причесок, и так далее... Это спасает нас от ощущения, что мы такие же, как и вы - скучные обыватели. Но кто поверит в большую цену какого-то ощущения. Поэтому признаюсь - мы такие же, и даже занятия йогой (сноубордингом, парапланеризмом, тантрой, и так далее) не приводят к просветлению, и не дают права задирать нос. Только, чур, я вам этого не говорил. Ежевечернее слушание изысканного амбиента ничего толком не дает, зато как звучит! Я не про музыку, которую пишут люди, сумевшие при жизни превратиться в роботов, а скорее про изысканные разговоры об этой музыке. Они так греют душу! А еще можно говорить о чиллауте, лаундже, и многом другом! От нас приятно пахнет парфюмом или благовониями даже в самые жаркие дни, даже в час пик, даже в забитой людьми скотовозке. И еще, упомяну о важном: мы никогда не впечатаем в вашу голову биту, чтобы отнять какой-нибудь задрипанный мобильник. Мы - хорошие.
Хм... Какой-то манифест получился. Я. Мы. Вы. Не обращайте внимания, и даже не думайте обижаться, если чувствуете, что вы - обыватель. Повторюсь, мы - такие же. Просто вся эта мишура помогает нам выжить в мире. Мы ваши дети. Такие, какими вы нас воспитали. Есть хорошая старая поговорка: "Чем бы детишки не тешились, лишь бы не вешались!" Вот и я о том же. К счастью или сожалению, но в этом мире ничего не меняется. Вас грели походы на природу, где вы ласкали изгибы желтых гитар, а у нас похожее мероприятие называется опен-эйером. Вы толпами ходили слушать Евтушенко и Вознесенского, дык и сейчас люди собираются, чтобы послушать-поржать над тем, как Гайдук толкает со сцены свои телеги. И, поверьте, режиссер Джармуш не менее замороченный тип, чем Тарковский.
Это не манифест, а скорее, предисловие, легкая подготовка к невероятной истории, которая произошла со мной...
Апрельским днем 2008 года я, как обычно, пошел в бар. Очередные грузины-заказчики все-таки вывели меня из равновесия, несмотря на профессиональную привычку "не обращать на них внимания". Привычки иногда дают сбой. Мне так и не удалось уловить, что они подразумевали под "красывым шрыфтом". По мне грузинские буквы и так красивы - естественной красотой, поскольку они чем-то похожи на микроорганизмы, которые живут в капле воды из Москвы-реки. (Друг-биолог как-то настоял, что я посмотрел на эту живность через микроскоп) Слегка расстроенный я вышел из офиса, и меня чуть не сбила какая-то гламурная (простите за невольный, но справедливый штамп) сучка, когда я переходил дорогу в неположенном месте. До положенного места - подземного перехода топать целых метров восемьсот. Лень
Плохо, что иногда даже мантра: "хрен с ними со всеми! Ом!" не помогает. Хуже то, что на своем постоянном месте, в сумрачном уголке бара, который всегда ассоциировался с нежной маткой, заполненной теплой плацентой, я не только не почувствовал себя спокойно, а напротив - испытал отдаленное приближение невроза. Будь я рыбкой или кошкой, такое состояние духа можно было бы охарактеризовать не иначе, как "Люди! Прячьтесь! Грядет землетрясение! Цунами на подходе, а убийственные астероиды всего в паре световых дней от Земли! Великий Стрём грядет! Скорее, скорее! Паникеров и мародеров будем расстреливать на месте! Ага, из пулеметов".
Молчаливая несимпатичная официантка принесла заказ. По средам он состоял из овощного салата, солянки, бефстроганова, пива, и нескольких сигарет. Вот уже месяц я не курю на рабочем месте. У коллег - а их, как и козлят - семеро - четыре девочки и три мальчика - весеннее обострение. Они на спор бросили курить, обвинив табак причиной всех их многочисленных бед - нарушение обоняния, дерьмовую работу вкусовых рецепторов, запах изо рта, скверную кожу, и многое другое. Я пытался бороться, нарочно стал курить чаще, но недовольное злое шипение остальных амеб выводило из себя. Более того, Инна, девушка с самым высоким индексом ебабельности в нашем небольшом коллективе, заявила, что перестанет трахаться со мной по пятницам, после работы. Я бы не обратил внимания на ее предательство, если б она не добавила, что и Светлана, у которой индекс был немногим ниже Инниного, тоже поговаривает о том, чтобы бойкотировать меня, но уже по субботам. Мне пришлось курить в специально отведенном для этого месте. Потерплю. За два года работы они уже проделывали такую хуйню с курением несколько раз, после чего начинали наверстывать упущенное с утроенной силой.
Аппетит - нулевой.
Медитативно погрузившись в обрывочные мысли, ковыряюсь вилкой в салате.
Глухо хлопнула дверь. Зазвенел китайский ветер. В противоположной стороне, рядом с выходом, охранник Дима вежливо здоровается с педиком Валерой. Валера - безобидный, работает в фирме по продаже "комплектующих". Думаю, что остальные продавцы быстренько пронюхали про его ориентацию, и отказались делить с ним трапезу. Хм... Ого! Он обедает в этом баре с начала зимы, уже месяца три. Быстротечность времени всегда убивает в упор, наповал. Черт, а кажется, что мы совсем недавно зверски его избили. Знаете, я считаю так - трахайся ты хоть с гориллами-гамадрилами, но помалкивай об этом, дорогуша. Не популяризируй. А он пришел в незнакомый бар, выбрал самое хорошее местечко, подсел ко мне, и завел беседу... Бля, мне и на работе пидоров хватает... Не сдержался, точнее, у меня рука сама вылетела... как только он к ней прикоснулся. Защитная реакция организма. Бац! Дима подбежал (это его работа), на удивление (он тугодум вообще-то) быстро все сообразил, и давай месить Валеру ногами... С тех пор Валера и близко ко мне не подходит. Свободных мест в баре всегда хватает. Вокруг много самых разных контор, но большинство амеб предпочитают питаться на месте.
Иногда мне хочется посетить это место вечером. Зачем? Может для того, чтобы его не узнать? Мне хочется верить, что вечером и ночью здесь все по-другому. Весело, одним словом. Бардачно, если двумя.
Может, я заболел? Мне холодно. Аппетит - ерунда, обычное - хе-хе - дело, но подозрительно мерзнуть таким теплым днем. Пока ковырялся в салате, остыла солянка. Молчаливая официантка всегда тащит все сразу. Я не хочу с ней ругаться. Вдруг, она немая, а может и глухая... Инвалидам у нас и так непросто живется. Иногда я прихожу сюда с Инной или Светкой. Ну, чтобы поиграть в отношения, что-то там выяснить, приревновать, поцарапаться, короче... для ощущения полноты жизни! Нам далеко-далеко за двадцать. Природа просит и вопиет семьи, детей, но на полноценную жизнь не хватает времени. Я до работы добираюсь полтора часа в один конец. По выходным предпочитаю растекаться по дивану, получая от этого кайф, сравнимый с лежанием на средиземноморском пляже. Девушки-коллеги на роль жены не рассматриваются. Табу! На этих двадцати квадратных метрах настолько все перетрахано-запутано, что становится страшно от одних мыслей о женитьбе на той же Инне, или Свете. В коллективе они обречены на то, чтобы остаться в девках, если, конечно, не брать в расчет заказчиков, которые, заигрывая, дарят нашим барышням цветы, конфеты и коньяк.
Бац! Дзинь!
С китайского ветра упала оторванная медная трубочка.
Дзинь! Бац!!!
В бар с грохотом ворвались два бородатых мужика, которых охранник Дима просто обязан тут же выставить, пинками, обратно на улицу, за нагло-откровенное несоблюдение фейс-контроля. Мужики с топотом промчались по зальчику, и остановились возле моего столика.
- Где она? - рявкнул один из них.
--
Вас Валера интересует? - Я решил пошутить, тем более за ними уже стоял разъяренный Дима.
--
А ну-ка мудаки, пиздуйте отсюда по-хорошему! - в своем стиле попросил он их.
Мужики моментально повернулись ко мне спинами. Брр! От запачканных грязью ватников валил непонятно откуда берущийся вонючий пар. Кирзовые сапоги. И штаны тоже ватные, стеганные... Откуда они здесь взялись?
--
Где она? - нисколько не смутившись охранника, повторил мужик.
--
Кто?! - вскипел Дима, и попытался сгрести мужиков в охапку.
--
Она! - вскричали мужики одновременно, вырываясь, в результате чего оказались заваленными на стол.
Пообедал, называется. Бля. Солянка в одну сторону, бефстроганов с пюре - в другую, мне на брюки. Я выскочил из-за стола и прокричал:
--
Ааа! Понятно! Димка, это ролевики хуевы заигрались! Черт, ребята, здесь не Измайловский парк... Прекратите, вашу мать! У вас помутнение!
Мужики рычали в ответ, в четыре ряда зубов кусая Димку за руки.
Подбежала и вмиг убежала официантка, Вася прикрывался рукой, будто били его, кто-то из посетителей быстро покинул кафе, бармен прицеливался в безумных мужиков бутылкой джина с безопасного расстояния - из-за стойки...
На моей памяти такого здесь не было никогда!
О чем думал я? О том, что эти ребята, которые бегают с мечами, играют в орков, гоблинов и прочих сказочных ратоборцев, со временем теряют ощущение реальности, становясь опасными для остального общества. Черт побери, их давно пора загонять в опутанные "колючкой" резервации!
--
Именем бога! - проорал один из них, которого для удобства можно назвать более старым. Каких-либо других различий между ними я сумел заметить. Морды заросшие, но почему-то я сразу понял - это не бомжи. Бомжи - более скромные.
Зачем-то, не к месту, вспомнил, что таинственный вопрос: "Где она?" в такой вот гавкающей интонации, мне приходилось слышать и ранее. Это случалось на моей прежней работе, где в штате было более четырехсот амеб. Так вот, ближе к финалу очередной корпоративной пьянки вопрос "Где она?" становился очень популярным, превосходя в рейтинге другие извечные русские вопросы. А ответ на него прост: "Иди и ищи, сохатый! Кабинетов-закутков много! Хо-хо-хо!"
Мощный Димка с трудом удерживал мужиков, и я понял, что ему необходима помощь. Иначе он обидится и никогда больше не впишется за меня. Но как? Как победить брезгливость? Где взять волю, чтобы забыть на время о чесоточной фобии, свойственной всем пассажирам скотовозок? Если бы знать точно, что это - ошизевшие ролевики, а не бомжи... А вдруг? С чесоткой, как и с открытой формой туберкулеза, шутить, бля, не стоит. Роман Альбертович, нынешний шеф, устал однажды в пробке, распсиховался, бросил на обочине машину, спустился в метро, и после очень-очень долго, по слухам, лечился от чесотки. Эти невидимые твари накинулись на него, как на редкую добычу, словно его кожа обладала дополнительными деликатесными свойствами. Не повезло!
(Сколько, однако, мыслей может пронестись в голове за одну минуту)
Я, наконец-таки, понял, что мне следует поднять с пола вилку, и с ее помощью попытаться запугать мужиков. Вместо вилки я подобрал осколок тарелки, но воспользоваться им не успел - явилась милиция. Да, два милиционера, особо не разбираясь, замахали дубинками, что напомнило деревянную игрушку Медведь и Мужик. Ну, если очень-очень быстро дергать за палочки. Разница в том, что в игрушечном варианте Медведь с Мужиком лупцевали друг друга, а здесь, в баре, милиционеры мочили буйных дядек. Димке тоже доставалось, а я успел отбежать к стойке.
Звуки от ударов дубинками по человекам нервируют. Когда их слышишь, становится не себе. Будто часть удара достается тебе, а не тому, кого пиздят. Даже глаза зажмуриваешь, вздрагивая. Это подтверждает теорию общей психосферы земли. Знакомый DJ специально ходит на всякие мероприятия, где существует потенциальная возможность получить по хребту. Нет, он не мазохист. У него с собой цифровой диктофон, на который он пытается записать как можно больше ударов. Если DJ не врет, и если он умудрится остаться в живых, то когда-нибудь мы услышим охуенно-оригинальную симфонию.
Бац! Бац! Бумс! Бац! Бумс! Тыдыщ!!!
Вот и все. Конец шоу. Парампарам.
В бар зашел третий милиционер, с планшетом, интеллигентного вида. Он что? Специально стоял за дверью, чтобы не травмировать свою нежную психику во время непосредственного задержания хулиганов? Само собой, сейчас начнется написание-подписание протокола и прочие бюрократические штучки. Димка трясся, как вспотевший рысак, которого остановили на половине пути. Милиция сапогами попрала Димкину профессиональную гордость. Ему хотелось расправиться с ними в одиночку! Печальна участь одинокого прохожего, который подвернется Димке под руки-ноги, когда последний, сдав смену напарнику, выпьет крепкого пива, и направится домой.
Только сейчас появилась заведующая, которая ничего не видела, отсиживаясь, вероятно, в своем кабинете, что не помешало ей принять активное участие "в расследовании".
Суета, бля, сует! Одни мужики молчали. Наверное, решили закосить под немых.
Я пошел в туалет - смыть с джинсов сливочную подливку. Кусочки мяса отпали сами. Мне следовало поспешить, меня, блин, ждала работала. Смочив теплой водой кусок бумажного полотенца, принялся приводить штаны в порядок.
--
Они ушли? - раздался тихий женский голос, которой я, не задумываясь, списал на "померещилось".
Списать-то списал, но ляпнул:
--
Нет, они еще здесь, скотины...
Высказал, что называется, вслух свое отношение к произошедшему. Подлива отчистилась, но большое пятно от воды... Словно обоссался. Хорошо, что на вешалке остался мой длинный плащ - добегу до офиса без риска быть пристально рассмотренным прохожими, среди которых всегда до хрена любопытных. А если снять штаны и просушить, пользуясь сушилкой для рук? Ох, зачем я постоянно все усложняю.
Клацнула щеколда, и меня передернуло. Словно разряд пробежал, по диагонали - от правого уха до левой пятки.
- Кто здесь? - спросил я, поежившись. - Кто, а?
Условная тишина. Обрывки долетающих из зала реплик и капающая из плохо закрытого крана вода.
И вдруг кто-то, несомненно женского пола, забавно чихнул.
Очень приблизительно это звучало так:
- А-а-п-с-и-к!
Я сразу понял, что в одной из трех кабинок мужского туалета пряталась та самая, которую искали безумные мужики в фуфайках. Не спрашивайте, почему я даже не засомневался в таком вот предположении. Некоторые мысли являются к нам с таким зарядом достоверности, что опровергать их... Извилины не поворачиваются!
Мы, офисные амебы, очень ценим различные незапланированные приключения. Может быть, мы и живем ради них, и сидим, как прометеи, прикованными к компьютерам, тоже ради них. Когда из месяца в месяц ничего непредвиденного не случается, и драка в баре сойдет... Но ведь совсем недавно мы с Инной стали свидетелями ограбления. Нам пришлось падать на асфальт, чтобы не попасть под автоматную очередь. Полученных эмоций должно было хватить еще недели на полторы. А до этого ограбления не менее знатное ЧП случилось прямо на работе - дизайнер Кирилл как-то неловко повернулся на стуле и упал, сломав ногу в двух местах. В общем, недостатка во впечатлениях не было, поэтому небольшая буча с потенциальными ролевиками могла претендовать только на самые отстойные места в моем хит-параде.
Если бы не этот "А-а-п-с-и-к!", черт побери! Еще одна мысль-аксиома жгла мозг: "Это не старуха! Так чихают молодые, оригинальные телки, которые сначала изображают из себя фей, а потом прячутся в мужских туалетах".
(Мне уже надо быть на работе!)
Мысль-аксиому сменила мысль-теорема: "А вдруг там, за дверью, на толчке, твоя судьба?"
Да уж... Чего только в голову не придет.
Зачем-то набрав воздуха в легкие, дернул одновременно за две ручки. Двери открылись. Мимо! Они оказались пустыми. Осталась еще одна. Закрытая! Я прицелился костяшками пальцев, собираясь постучать, но послышались шаги - в туалет вошел Димка. Его короткие волосы испугали меня сплошной сединой. Они... темными они были. Разумеется, я никогда не приглядывался к его волосам, но когда каждый день обедаешь в одном месте, очень многие предметы и люди, на которых не обращаешь внимания, самостоятельно прописываются в сознании этаким фоном.
- Упппссс! - Я выпустил воздух.
- На работу не опоздаешь? - буднично поинтересовался охранник, расстегивая штаны возле писсуара.
- А он ушли? - спросил я. - Все?
- Кто? - удивился он.
- Ну... менты, мужики в фуфайках.
- Какие менты? - Димка прицелился в писсуар. - Ааааа! - протянул он, показывая, что принадлежит к отдельному виду мужчин, которые считают, что следует украшать различными звуками обыденный процесс мочеиспускания. Просто так ссать им, наверное, скучно.
Я решил подойти с другой стороны:
- Ты когда поседеть успел? Посмотрись в зеркало...
Димка закончил ссать, подошел к зеркалу, схватился руками за голову, и произнес банальное:
- Ни хуя себе! За что?
- Стрессовая ситуация, Димка, тебя покусали... А почему рубашка чистая?
- Никто меня не кусал. Бля, вы ебанулись в своих офисах. Рубашка чистая, потому что Людка ее только вчера постирала. Черт, мне всего двадцать два года... Как дальше жить?
- Краску купи, - посоветовал я. - Или налысо побрейся.
В моей голове, пока шел этот краткий диалог, вовсю разрезвились безжалостные мысли-пираньи. Самая глупая из них: "Это были люди в черном! Они нападают, а потом стирают память у охранников". Средне-идиотическая: "Память стирают милиционеры! Им выдали нано-стиратели!" Самая умная: "Я нездоров!"
- Закуришь? - Я протянул Димке пачку.
- Я бросаю, - ответил он. - Макс, ну ты подумай, как я Людке приду седым? Она меня выгонит...
- Ты ведь говорил, что она старше тебя на двадцать лет...
- А, блядская жизнь. - Димка махнул рукой, еще раз напомнил, что мне надо спешить, и вышел из туалета.
Я, как иногда случается, оказался на распутье. Одна дорожка вела обратно в офис, вторая - за дверь сортира, где тупик, но не только... Непростой выбор.
- Немедленно открой дверь, - попросил я. - Все ушли, а те, кто остались ничего не помнят.
Шорох. И робким таким голоском:
- Я в Америке?
Опля! Кажется, этого приключения должно будет хватить на много месяцев. Умалишенная? Наркоманка? Два в одном?
- Нет, - честно ответил я, - ты в сортире. Открывай!
- Мне в Америку надо.
- Черт побери, девушка, завязывай.
- Что? - спросила она.
К счастью, щелкнула щеколда, я распахнул дверь, и понял, что тоже могу поседеть. От переизбытка эмоций.
Она стояла за дверью, и на ней ничего не было. Ничегошеньки, кроме совершенства. Индекс ебабельности - нереально-космический! Мысль-аксиома кричала: "На Земле таких не производят!"
- Как твое имя? - с трудом ворочая пересохшим языком, спросил я.
- Меня зовут Сатана! - не без гордости, ответила она.
Странный ник, подумал я, хотя бывают и страннее. Но такая красивая и безумная!
- Ты москвичка? - не скрывая сомнения, спросил я.
- А кто это?
- Проехали... А где одежда?
- Нет. Ты дашь мне одежду?
Так сразу?
Я растерялся. Просто так уйти, и потом жалеть всю жизнь? Я уже позабыл и о мужиках, что охотились за ней, и о милиции, и о поседевшем Димке. Даже о работе на мгновение забыл, но тут же, правда, вспомнил.
Что делать? Что, бля, делать?
Раздался ожидаемый звонок.
- Где ты, твою мать?! - орала в трубку Инна. - Тебя шеф прибьет.
- Инн, не ори, пожалуйста. Я рядом. Тут необъяснимые природе явления происходят, понимаешь? Ты не могла бы поделиться одеждой?
- Что?! Ты где?
- В баре, в туалете... Черт! Инна, я сейчас приду... Ну, хотя бы пальто дай...
Короткие гудки. Обиделась? На что?
- Мне надо в Америку, - подала голос Сата... Да пусть называет себя, как хочет. Сатана, короче.