На пути в пещеру кольнуло правое сердце, и Шору пришлось остановиться, перевести дыхание. Каждый день, два месяца подряд, Шор спешил с работы, потому что... О, Шор доверял своей Ру, но самка - есть самка, да и не получалось быстро привыкнуть к новому чувству давящей ответственности. Душа устаревшей капсулы, которая досталась ему в свое время, не позволяла переживать полный спектр эмоций, но ответственность он уже ощущал. Шор знал, что второй шанс для них, как и для многих других, не представится никогда. Таков закон. Всё - в их двенадцати - на двоих, руках... или ногах, в зависимости от используемой функции.
Глубокий вдох. Хорошо, не больно, можно ползти дальше.
Фиолетовое Це наполовину скрылось за горизонтом. В реке, которая протекала вдоль дороги, резвились большие черные жуки. Он шел и думал о том, какие новости поджидают его сегодня. Осталось каких-то полгода! Капсула закончит развитие, и у них, наконец-то, родится малыш. Он думал о соседской паре, которая не сумела сберечь капсулу, и Совет, проанализировав возможные последствия, отказал им в праве на рождение потомка. Им очень не повезло. Ррааззз! И все потеряно, кроме очень-очень-очень печально-долгого бездетного существования.
Пещера. Он буквально влетел в нее. Ру дремала на сухих листьях. Пульсирующий контроль-пульт находился рядом с ней. Почти постоянная мысль о том, что они не справятся, усилилась, облекаясь в густую тревожную ауру.
- Ру! - прокричал он. - Ру! Проснись! Ты снова уснула!
Она зашевелилась, ее перламутровые чешуйки - шшшшиич- шшшшиич-шшшшиич приятно затрещали.
- Ру!!
- Что? - Ру окончательно проснулась и невинно моргала четырьмя красивыми глазками. - Ой, прости, я снова заснула. Прости!
- Как он? - От волнения Шора трясло, а изо рта вылетал едкий желтый пар.
- Все хорошо, - сказала она, посмотрев на пульт. - Пока я дремала, там прошло всего несколько недель. Успокойся.
Чтобы Шор окончательно пришел в себя, Ру пощекотала ему хвостиком подбородок.
Они сидели возле пещеры в свете черной Ны, и мечтали о том, каким будет их малыш.
- Я следую почти всем инструкциям, - сказала Ру. - Не забывай, что и на мне лежит часть твоей ответственности. Не волнуйся.
- Постараюсь, - ответил ей Шор, - но я не могу допустить... Ошибка соседей беспокоит...
- Такого с нами никогда не случится. Не вспоминай о них. Да, сегодня ко мне приходила Зу. Она сказала, что через пять лет подойдет их очередь, и они получат свою капсулу. Я так за нее рада!
- Я не знаю, что такое радость, - ответил он. - Ты и твоя капсула - много моложе меня. Тебе повезло.
- А как повезет нашему маленькому! - обрадовалась Ру. - Он будет много лучше нас. Знаешь, Зу сказала, что капсул не хватает. Скоро соберется внеочередной Совет. Они внесут какие-то корректировки. Что это значит?
- Это значит, что тебе надо будет внимательнее следить за капсулой. Мы не знаем решения, которое примет Совет. Если ситуация действительно серьезная, то возможен массовый забор капсул. Может, это скажется на нашей капсуле? Как?
Ны медленно двигалась по небу. Под её тенью Шор и Ру проговорили до самого утра.
С тех пор, каждую ночь они садились на порог пещеры и говорили до первых светло-фиолетовых лучей Це. И Ру никогда не выпускала пульт из рук.
Через три месяца произошло несчастье. Капсула чуть не разрушилась. Ру не заметила важных изменений, которые произошли в питомнике. Не поняла сразу, что капсуле стало плохо, из-за чего произошел конфликт, а потом и еще один. Несколько дней подряд из её глаз лились желто-оранжевые слезы. Шор готовился признать поражение. Индикатор на пульте пугал цифрами, но красную черту, после которой капсула признавалась негодной, стрелка так и не перешагнула. Да, можно было созвать Совет, но мало кто мог надеяться на его положительное решение. Строгие Старейшины были тверды, как камни, и всегда беспристрастно следовали закону. Они не могли позволить нарушить гармонию бытия из-за одной бракованной капсулы. К их счастью, Ру сумела восстановить ход развития, согласно инструкции, после чего индикатор вернулся в нормальное положение.
Много дней Шору снились одинаковые сны. В них он и Ру снова и снова проходили процедуру получения пульта с инструкцией.
Странный, возбужденный Хранитель, проводит их в большую пещеру, где в серебристом тумане, за черной тканью, мерцали миллиарды звездочек.
- Эта занавеса, - говорил Хранитель, откидывая ткань, - легкий обман зрения, намек на бесконечность. Капсулы данного периода очень качественные. При условии хорошего наблюдения, но это зависит от вас. Берегите её, но помните о грани, которую лучше не переходить, как бы вам не хотелось. Она должна быть жизнеспособной, закаленной. Кажется, они начали догадываться о нашем существовании. Но основная легенда для них, разработанная предками, пусть плохо, но все еще работает. Скажу по секрету - ресурс почти выработан. Вы - из последних. Максимум через десять лет Главный Жрец проведет обряд полного обновления. Цикл начнется сначала. Мы ускорили время внутри системы. Сами знаете, какая напряженка с этими капсулами. Мы увеличили температуру, чтобы ускорить созревание. Удлинили шкалу индикатора. Есть вопросы?
- Скажите, - грустно произнесла Ру, - почему у нас так сложно устроен процесс рождения?
- Ну... - Хранитель развел четыре руки в стороны. - Думаю, даже Главный Жрец не знает ответа. Так идет испокон веков! Еще вопросы...
- Что происходит с бракованными капсулами?
- Вы хотели сказать с их духом?
- Да.
- Они отправляются на переработку. Субстанция проходит очищение прежнего опыта...
Сны Шора обрывались, когда красный мох на стенах пещеры, начинал пронзительно кричать, оповещая о приходе нового дня. Шор никогда не успевал их досмотреть.
Жуки из реки, которая протекала рядом с дорогой, улетали. По традиции все выползли из пещер, чтобы их проводить.
- Через четыре дня мы забираем дух капсулы, - сказала Ру. - Пришло время. У нас будет не лучший ребенок, ты понимаешь это?
- Но и не худший, - ответил Шор. - Главное, что он у нас будет.
Кривоглазый дед Валентин лежал под тонким тюремным одеялом. Во сне он был далеко, в родном брянском краю, где мальчишкой бегал босиком по ромашковой поляне. Ветреная республика Коми ночами исчезала из реальности. Лагерь строго режима, куда Валентин попал после очередного убийства, сменялся на картинки из детства. Молодой Валька хохотал и плакал в тех снах, но они были такими счастливыми. Он часто проклинал Бога за то, что в один из дней, давно, его жизнь круто изменилась. И побежала, спотыкаясь, под бесконечную горку. Ему снился отец в белой рубахе.
Из темноты к нему подкрался человек, который схватил Валентина за горло, и задушил, утихомиривая рвущийся острый кадык грубой, словно пластмассовой ладонью. Дед только и сумел, что дернуться пару раз.
- Вот и ответил за все, сволочь паршивая, - прошипел человек.
Ру и Шор проснулись, вскочили от резкого крика мха, но это был другой крик. Звук, раненой цей вылетал из индикатора. Красная стрелка на нем словно пыталась вырваться из корпуса.
Шор изменил цвет - превратился из серого в синего. Ру испуганно попятилась к выходу.
- Ты его не уберегла, - прорычал он. - Стой...
Он успел схватить её за брюшко возле выхода, и повалить на песок.
- Шор! - кричала она. - Не надо!! Я не виновата!!!
Он уже не слышал её воплей. Ответственность. Не сумели. Только это. И еще Шор понял, что в полученной его родителями капсуле было много гнева. "Так вот, что такое гнев...", - думал он, вгрызаясь в упругое горло Ру.
Далеко-далеко, Хиии почувствовала себя неуютно. Она плавала на поверхности зеленой воды, но резко пошла ко дну... У нее не было пульта, да и зачем он, когда Хиии видела все внутренним взором. Её капсула погибла. Она знала, что капсулу зовут Ру. Рождение ребенка Хиии, без души, не состоится. Никогда.
Реакция мгновенно пронзила другие миры. Ломались надежды и ожидания. Импульс иссяк. Круг замкнулся в лагере строгого режима, который располагался в холодной и ветреной республике Коми.