Нет, снилось другое, чего уже и не вспомню, а песня Вертинского была саундтреком ко сну. Да, ветер еще запомнил - теплый, как средиземноморская вода, умеренный такой ветер. А потом голос. Не Вертинского.
- Достал дрыхнуть, просыпайся! Последний раз говорю - просыпайся.
Проснулся. Смотрю вверх, где потолок в темноте невидимый должен быть. А темнота такая, нереальная, даже бликов от уличных фонарей нет.
- Наконец-то, - сказал кто-то. - Разбудить тебя - весьма непростая задача.
Э... - ответил я. Я всегда так отвечаю, когда надо паузу выдержать, во время которой, возможно, хоть что-нибудь прояснится. - Э... Задача, согласен, непростая, но передо мной сейчас еще более сложная стоит - понять, что за ерунда происходит.
Ответом был до невыносимости тяжелый вздох. Так, наверное, вздыхают коровы на бойнях. А я окончательно проснулся и испугался. Вот женским голосом, к примеру, меня среди ночи ни за что не испугаешь.
- В общем, я закрываю глаза, и засыпаю, - пробормотал я. - Мало ли что причудится в майскую ночь.
- Размечтался! Даже не думай об этом. Глаза он закрывает, - снова произнес кто-то.
- А что делать? - спросил я. - Лежать вот так и пугаться? Мыслить о вероятности белой горячки? Ты - кто?
- Я? Впрочем, ты прав, закрой глаза, на минутку.
- Так-то лучше, - сказал я и закрыл глаза, подумав о том, что мне жизненно необходимо как можно быстрее заснуть.
- Не, засыпать не надо, - посоветовал голос. - Просто закрой глаза, а то ослепнешь.
И тут я все понял. Ангел-хранитель явился. Последний раз я его видел лет двадцать пять назад, когда еще маленьким был. Только потом я думал, что он приснился мне.
- Все, можно открыть глаза, - сказал Ангел.
Открыл. Точно - Ангел. В комнате прелым пухом, как от деревенских подушек, запахло. Сидит он на полу, в ореоле белого света, уставший такой, с крылышками поникшими.
- С чем пожаловал? - спрашиваю. - Пугаешь, блин, ночами... Чего надо?
- Мне?! - вроде как искренне удивился он. - Ты, парниша, совсем офигел! Наглец! Мне надо! Да ты всех достал, там наверху... Эх! И говорить совестно... Напридумывал техник всяких. Я, понимаю, тебе интересно, конечно, разведать, что там... Как там... Но дело даже не в этом. Желаниями своими ты достал.
- Я?! - настала пора мне удивляться. - Нет у меня никаких таких желаний, чтобы вас там доставать. И мне совсем неинтересно, как там у вас, и что там у вас. Было дело, ранее, согласен... Но - никакого шкурного интереса. Мне сам процесс интересен. Не более. Так что не ври!
- Ангелы никогда не врут, - сказал он. - Не зарывайся. А ты распахнул в свое время "форточки", а закрыть их не позаботился. В итоге - достал всех.
- Вот сами и закрывайте свои форточки, - отвечаю. - А я спать хочу! Пока!
- Что? Спать? Слушай, а ты что? Совсем не удивился? Ну, что я вот Ангел, сижу тут, в ореоле, разговариваю с тобой...
- Ну не знаю, - ответил я. - Думаю - не удивился. Чему тут удивляться? Ангел и ангел. Хорошо - не черт. Иногда, понимаешь, черти являются, нудные. А так... Да ну тебя! Чего тут удивительного? Если честно, я больше бы удивился, если бы вместо тебя телка какая появилась, из "Виа Гры", к примеру... Ты, говори, чего тебе надо, и вали обратно, к своим. А я спать буду. Завтра жена с дочкой рано приедут.
- Хам! - сказал он. - Ладно, пойдем, кино посмотрим. В какой комнате у тебя аппаратура?
А я только сейчас заметил, что в руках он коробочку держит, стандартную такую, для DVD.
- Кино? - Я посмотрел на часы. - Какое кино в четыре часа утра? Думаю, не стоит сейчас кино смотреть. У вас там наверху, что, совсем никакой техники нет?
- Есть, - отвел он. - У нас там самая лучшая техника в мире. Просто - тебе это кино посмотреть надо. Жизненно необходимо тебе его посмотреть.
- Ангел! Милый добрый Ангел! - как можно ласковее сказал я. - У меня вкусы такие, неформатные... А это что? "Дневной дозор"? Да? Так я его принципиально смотреть не буду. Я, Ангел, в одиночку противостою современной поп-культуре, а ты... Мне даже стыдно... Знаешь, как нелегко противостоять дурному вкусу толпы.
- Знаешь, не выводи меня из себя, - сказал Ангел. - Время идет. А кино это тебе придется посмотреть. И это, кстати, не "Дозор"...
- А что? Кто режиссер? А? Гиллиам? Джармуш? Линч?..
- Нет, - улыбнулся Ангел. - Скорее - Кустурица. Только и не Кустурица вовсе. Похоже, правда. Это - твое кино. Там, как бы это тебе сказать... Жизнь твоя. То есть - какой она будет, если небо не перестанешь терроризировать. Ты ведь знаешь - желания исполняются. Ну что? Посмотрим.
Заинтересовал Ангел! Нет, право, интересно стало. Что там за желания у меня такие? Ничего нереального не желаю. Да и интересно заглянуть в потенциальное будущее.
Закутался я в одеяло, Ангел коробочку бережно взял, пошли в другую комнату. Хранитель диск вставил. Я на диван сел. Сижу, зеваю. Зябко, кожа холодная у дивана, как у кита мертвого. На экран смотрю.
Ну, там заставка пошла, типа God Inc. представляет. О! Музыка! Супер! Точно - как у Кустурицы. Шизовая такая музыка обкуренного Бреговича. То есть - очень похожая на Бреговича музыка. Цыганская рок-н-ролльщина! Титры нескромные настолько, что я слегка засмущался. Типа - везде я приложил руку. Режиссер - я. Автор сценария - я. Оператор-постановщик, правда, не я. О! В главной роли - тоже я. Так-так... А это что? Какой хрена Дьявол в продюсерах? Ладно, потом у Ангела спрошу. Пусть так. Хорошо, что не Эрнст. Как говорится, и на там спасибо!
Титры закончились. Вижу - что-то не то. Фигня какая-то. Картинка - темная. Головы торчат, крылья, перья. Я даже не поверил глазам своим.
- Ангел, - осторожно так спрашиваю, - а ты не мог лицензионную копию принести? Это ведь... Контрофакт сраный, да? Чуваки какие-то ходят по залу... Обижаешь, Ангел...Тут ведь премьера! Да еще какая!
- Это не чуваки, - сказал Ангел. - Вот эта голова - Михаила, а вот эта, справа - Гавриила. Ты, пойми, я ведь ради тебя пошел на преступление. Копию сделал - у меня в тамошнем кинозале связи есть. Позволили снять потихоньку, во время обсуждения твоего поведения.
- Слушай, а где Он? Покажи, а? Любопытно посмотреть на него.
- Ты чего? Совсем спятил? Любопытно ему! Он - везде. Даже здесь. Прости меня, Боже! За сворованную копию потенциальной жизни этого неугомонного. За то, что показываю ему все это.
- И что? Простит? - ехидно так спрашиваю.
- Что? А! Конечно, простит, я ведь искренне каюсь.
- Что-то непохоже, ну да ладно. Давай смотреть.
Веселое кино. Три минуты посмотрел, а мне уже понравилось. И тут!!!
- Аааа! - проорал я. - Ура!!! Ангел! Спасибо! Так ее что уже издали? Да? Ее ведь только через год обещали издать.
- Нет, не издали, - ответил Ангел. - Не ори так, соседей разбудишь. И через год не издадут.
- Как не издадут? - не поверил я. - Как твою мать не издадут?
- Так вот не издадут, я позабочусь об этом.
- Не понял, - говорю я. - Кто тебе дал право, заботиться, да еще об этом. Да как ты смеешь!
- Вот так и смею - я ведь Ангел-Хранитель твой. У меня задача - охранять тебя, а не убивать.
- Ничего не понимаю, Ангел. Ты посмотри - какая клевая книга! А как красиво она издана. Знаешь, издадут ее. Спорим?
- И спорить нечего, - говорит Ангел. - Я твоему издателю память отшибу. Нет, без физического воздействия. Я гуманный!
- Да? А у меня другой издатель есть! Понял! - Показал я ему язык.
- Да? - удивился Ангел. - Я и с ним чего-нибудь придумаю. Ты кино будешь смотреть? Или поспорим?
Ладно, думаю, разберусь я с тобой. Смотрю кино. А в нем - гулянки какие-то, девушки, пальмы. И я - пьяный. По берегу моря шляюсь.
- Ангел, - спрашиваю, - а где жена с дочкой?
- А! Так ты просмотрел этот момент! Говорил ведь - не спорь.
- Что просмотрел? Какое-то быстрое кино. Блин! Кто монтировал?
- Не знаю, - ответил Ангел. - У нас там много великих монтажом занимаются. И после смерти их тянет к кинематографу. Подрабатывают таким образом. А насчет жены и дочки... Ушли они от тебя в этом кино. Тебя и так-то терпеть нелегко, а в этом кино ты совсем распустился. Так что - свободный ты человек!
Ну, не знаю. Как-то не по себе стало. Смотрю в экран, не один вроде, напротив - много народу. Только обреченный у меня взгляд какой-то... Сижу, смотрю, и вроде - веселые картинки показывают, даже зрители тамошние хлопают иногда, хохочут...
Черт! Я им что? Чарли Чаплин? Мордобои какие-то...
- Ангел, - спрашиваю, - а это что? Кокаин, да? Я его что? Типа нюхаю?
- Типа нюхаешь, - отвечает Ангел, - а иногда типа и колешь. А ты что? Кокаин не любишь? Смотри - блюдо какое огромное. До конца дней можно нюхать.
- Не знаю, Ангел, я его почти и не пробовал. Не по карману мне кокаин, сам знаешь.
- Не горюй, - подбадривает Ангел. - В этом кино тебе кокаин по карману. Черт! А вот эта смотри - классная, да. Везет тебе на девушек, парень!
- Не издевайся, - попросил я его. - Мне как-то не очень кино это... Я даже концовку уже предвижу, а это - плохо для кино... Блин, да промотай ты, пожалуйста.
- Ишь ты, засмущался, - рассмеялся Ангел. - А че? Клевое кино! Ты такое любишь! Ты тебе и панк, и треш, и паланики всякие с уэлшами... Не смущайся! Я просто хочу, чтобы ты одну вещь понял - желания сбываются, только люди часто не знают, что происходит после этого. А мы - знаем, поэтому и стараемся сохранить вас такими, какими вы задуманы, какими вы нужны нам. А вы - проклинаете небеса, считаете, что несправедливо с вами поступают. Техники всякие придумываете, чтобы закрутить колесо обманчивой фортуны...
Кино... Несмотря на плохое качество, вино в бокале, как настоящее... Музыка, не цыганская уже... Пишу чего-то...
- О! Еще одну книгу пишешь! Только знаешь, дерьмовой она будет. Хуже собачьего дерьма! Многие погорели на этом. Фамилии назвать? А я хочу, чтобы ты хорошие писал. Поэтому и работаю с твоими издателями не меньше, чем ты... Память им отшибаю.
А я и не слушаю его. Плохо мне стало от увиденного.
- Ангел, - скоро конец фильма?
- А ты шибко спешишь? А? В этом сценарии - скоро. Красивый будет конец! А может, выключить? А? Как думаешь? Знаешь, я ведь не враг тебе, - сказал он и щелкнул пультом. - Думаю, выводы сам сделаешь. И радуйся, что у тебя Ангел такой. Открою секрет - я не обязан вообще контактировать с тобой. Считай это моей личной инициативой.
- Спасибо, - благодарю его. - Нет, честно, Ангел, спасибо большое. Ты это... Иди к своим. Считай, что справился ты с задачей... Есть над чем подумать. Ты мне диск оставишь?
- Нет, не могу, сам понять должен. Пиратскую продукцию уничтожать надо, бульдозерами давить. Закон такой есть. - Он подошел к проигрывателю, вытащил диск, разломал его.
Разломал мой потенциальный сценарий. И я этому только обрадовался. А потом он исчез, а я пошел спать...