Страшного? Нет, не знаю страшного... Да и зачем? А?
Вот недели две назад сел ужинать, в окно смотрю, на дом, что на другой стороне улице стоит... Наши дома - как два пижона, друг перед другом стоят, выебываются. Высоченные! Я на двенадцатом живу. Смотрю через дорогу - ворона на крыше сидит. Обыкновенная, серая ворона, их Юрий Михайлович очень не любит. Вы помните, наверное, про нашествие ворон, про отстрел... Заразу разносят, вредят людям, вороны эти. Вредят! Кто бы спорил. Только вот скажу, что эволюция не стоит на месте. И мстить людям птицы стали. Нет, не как у Хичкока. Я, к слову, не верю Хичкоку. Неубедительно, а коль так, то и не страшно совсем...
Сосульки огромные. И вот сидит ворона и долбит лед. Я глазам не поверил, бинокль взял, смотрю... Сколько ж она сосульку эту клювом мучает? И тут до меня доходит, что сейчас люди с работы возвращаться начнут... Сосулька, я посмотрел вниз, в метре от подъезда упадет, слева.
И что делать, господа хорошие? Сосулька ведь убить может человека, я знаю, постоянно в газетах пишут - снег с крыши, сосульки, детей или взрослых убивают. Лотерея такая. Идет человек с работы, думает о хорошем, о пятнице, о пиве.
Бац!
И нет человека. Лишь кровь на снегу, пятном темным.
А ворона долбит и долбит.
Не могу на такое смотреть. У меня в кладовке винтовка спрятана, снайперская, я ее в 1995 году на крыше нашел, когда загорать на крышу вылез. С тех пор и храню. Хорошая винтовка, иностранная, немецкая, 7,62, с глушителем. В магазине еще два патрона было, так я их вытащил, походил с ними по местам нужным, чтобы прикупить боеприпасов. На всякий случай!
Достал я винтовку, окно приоткрыл, прицелился. Прямо в центр вороны. Нет, я не снайпер. Так, любитель. Поэтому и не учел, что сбился за полгода прицел. В последний раз-то давно стрелял, когда пацана одного бить стали. А что делать? Разбудили утром, шум подняли. Я бинокль взял, обстановку оценил, зачинщика выявил, у него зубы были такие, как у лошади.
Бац!
Словно гнойник лопнул. Голова у хулигана, говорю, как гнойник была. И вот он лопнул. Думаю, с тех пор эти ребята вряд-ли бычить на кого будут...
Я к тому, что давно это было, и не учел я, что оптика сбиться могла. Ну, я винтовку на антресоли храню, иногда достаю, полюбоваться. Видимо, сбил оптику, ненароком.
В ворону - бац! Звук такой, приятный... плотный. А пуля ниже ушла, по сосульке этой, проклятой. И она вниз... А там семья стояла, знакомая. Я как увидел, что из-за вороны этой произошло, так и оцепенел.
- Мы так рады, у нас ребенок будет.
- Мы искусственное оплодотворение сделали.
- Да, этот мальчик для нас теперь - смысл жизни.
Это папа с мамой мне говорили, когда мы здоровались на улице.
Сосулька прямо в коляску попала. Некрепкой коляска оказалась...
Я винтовку - на пол, бинокль хватаю, вниз смотрю. Петр на коленях, а жена его рядом лежит, и коляска на боку, и ребенок. А ворона - так и осталась на месте, сука.
- Я без Инночки жизни не мыслю, - говорил мне Петр.
- Понимаю, - отвечал я.
Смотрю на ворону, и шепчу:
- Что ж ты, уродина летающая, сотворила. Как теперь Петр будет жить без Инночки? И без ребенка? Куда ему теперь? Он ведь теперь будет страдать остаток жизни.
И... Вот не поверите, но уверенность появилась... Что надо гармонию внести в эту трагедию.
Беру винтовку. Глазомер у меня хороший. Целюсь, в этот раз умышленно, в еще один ледяной клык верхней челюсти дома.
Бац.
Сосулька - вниз. Петр падает рядом с женой.
Ворона каркнула.
И... Хуй его знает, что произошло, но Инночка зашевелилась. Я это точно через прицел видел. Глаза открыла. Она, наверное, в обморок упала, только что уж теперь об этом...
- Сука! - прокричал я вороне. - Сука!!! Как она теперь жить будет, а? Уродина!
Высмотрел еще одну сосульку.
Бац.
Вроде, все. Переместились они все в другое пространство, никто из них страдать не будет... А ворону наказать надо...
Бац!
А уже люди забегали, внизу, засуетились, в скорую звонить стали с мобильников. Это понятно. Такое происшествие! В нашем дворе ничего подобного уже полгода не происходило. После случая с Мальчиком-Гнойником.
И вот знаете, разгадал я замысел вороны. Она не Петра убить хотела. И не Инночку. И даже не их ребенка. Я математик, у меня МГУ за плечами. Я очень хороший математик. Я быстро все просчитал. Весь ее коварный замысел.
Машина на стоянку заехала, вылез оттуда... Неопределенной национальности. Все знали, что он бандит. Рожа, одним словом. Ему воронья сосулька достаться должна была. Как раз бы к тому моменту, как он к подъезду приблизился, она и должна была отвалиться.
А я ошибся.
Ошибки надо исправлять, я вас спрашиваю?
Вы уже поняли? Ну, про "бац"?
Убрал винтовку, чай остывший допил. Вниз пошел. Там суматоха. Девица из "Петровки-38" бегает с микрофоном, как следователь, допрашивает всех. Медики, менты. Сплоченность людская ощущается.
Я девице той честно сказал, что ворона виновата. Что эволюционируют они, против людей восстают...
Миша ко мне подошел, машинист из метро. Бледный. Страшный человек! Они все такие, в метро. Потому что им часто приходится трупы из-под колес доставать. У него легенда есть, страшная, вот берите на здоровье, коль страшного хочется... Миша говорил, что есть особый, проклятый, вагон в метро, и все, кто проедет в нем - умирают через три дня. Откуда он знает? Откуда у него статистика? Кто когда умирает? Но Миша упорствует. Твердит про крыс в метро, и про вагон этот, что по разным веткам ездит. Сам он с катушек уже поехал. Впрочем, понимаю его. Трупы под поездом - страшное, наверное, зрелище. Кишки, кровь, кости, как ветки обломанные... торчат...
Мне подруга одна рассказывала про метро, она спец по астральному каратэ, все меня пыталась в свою секту заманить. Тренируются, они, каратэки астральные, и приходит момент, когда на людях надо умения проверить. В любом скоплении людей, или даже в случайных прохожих они жертву выбирают. Метро - рай для них. Столько людей, на любой вкус. Выбирают, и давай энергетические удары наносить. И лупят, лупят, лупят. Понятно, что слабые, по идее, могут и под поезд свалиться, сознание потеряв...
А Миша потом трупы вытаскивает, из-под поезда. И с ума сходит.
Вот такая хуйня в мире творится.
А вам все страшного не хватает, да? Упыри вы хуевы!
В следующий раз про медсестру вам расскажу, из больницы на Ленинском. Вот это действительно страшно...