Рассказать историю? Бля, как пива выпью, сразу на истории тянет...
Так вот, ребята, мне довелось познакомиться с американцами, англичанами, и... Кто-то был еще? Я, блин, не помню... А!!! Были австралийцы! Откуда? Хуй их знает!
Но!
Это были не просто американцы, англичане и хуй их знает кто.
Старики-старикашки, но от прочих их отличает следующее: они воевали, они шли по холодным волнам Северного-Баренцева-Белого моря... И многие из них не дожили до встречи.
И это - не все. Они впервые вернулись в эти места, понимаете? Через хрен знает сколько лет... Это 1993 сучий год. И вот кто-то взял под фракт судно у Новой Зеландии, чтобы...
Мелочи!
- Ты про "Статойл" написал, - спросил главный редактор.
- Написал.
- Вот и хорошо. Бери Ленку, и дуй в торговый порт. Там ветераны-конвойники прибыли. Потусуйся с ними все три дня.
Странное задание, да? То есть слово "потусуйся" - хреновое в данном контексте.
Торговый порт Мурманска. Посудина.
- Их уже нет, - сказал вахтенный. - Уехали.
Ха!
Нашли. Всю эту группу ветеранов, из которых особенно запомнился старик на протезах, с костылями, сразу видно - американец, какой-то там охуенный берет. Излучает высшей пробы милитаризм. Значки, повадки такие, наглые. Наемник какой-то.
Ленка его - щелк. Щелк. Щелк. Хорошие снимки.
Бабушки-дедушки буржуйского пошиба.
Ага, сразу картинка - кафе в Европе, и вот они такие, сидят, кофе пьют, божьи одуванчики.
Мероприятие в школе, речи, документальный фильм о войне.
Автобус.
Я - полный ахтунг. Патлы, косуха, на косухе - значок с "битловским" яблоком.
И тут старушка, что сидела сзади меня оборачивается, просит внимания.
Седые волосы, химическая завивка, очки в позолоченной оправе.
- Можно вас?
- Можно.
Пересаживаюсь к ней.
Рассказывает. Не воевала, но её муж остался навсегда в наших водах, еще тогда.
Она приехала на могилу. Пришла? Только не говорите, мне сыну рыбака, что приплыла. Не говорят так у нас, понимаете?
Рассказывает о муже. Молчу. Журналист и психотерапевт - одна профессия, я это сразу понял.
- А вот здесь я живу. - Показывает кодаковский снимок с домом. - А вот к нам королева приезжала.
- Круто, - говорю.
- Нет, вы не понимаете... - Старушка снова берет эту фотку. - Понимаете, вот её лимузин. Он так блестит, что в нем я отразилась.
Смотрю. Точно. Вот королева, а вот на двери - видна старушка, как отражение...
Порт.
Ко мне подходит старикан, от которого веет парфюмом. Знакомимся. Странно у них знакомятся. Он мне сказал первым делом:
- Я лейборист!
Я даже задумался, что мне ответить на такое. А он уже про политику начал. Про тори, и прочую хуйню.
Ну, сами знаете, от меня - ноль реакции.
Лейборист рассказал анекдот.
Ура!!! Я слушал безумно-несмешной английский анекдот от лейбориста. А он... Он, оказывается, в "Таймс" всю жизнь проработал, типо коллега... Беседуем.
Замечает яблоко "битлз". Улыбается. И поет, весьма громко:
- Е-е-еее!
Если вы не поняли, о какой песне речь, то грош вам цена, бля.
В конце беседы просит:
- Пришлите мне газету, где будет про нас, хорошо?
- Ок...
Пишет лондонский адрес.
Потом мы с Ленкой отмечаем, что, почему-то других СМИ нет, и мы снова - самые молодцы. Даже телевидения нет.
Потом? Выход в море, венки. И я увидел, по их лицам, что это серьезно. Что это, бля, было главное событие в их жизни. Война. И конвой. PQ-какой-то там номер.
Статью написал, и фоты классными оказались. Вспомнил про старика из "Таймc", лейбориста этого. Выслал ему пару газет.
А через три месяца, перед Новым годом получил извещение - вам посылка.
На почте вручили бандероль. Там лежал конверт, внутри которого ничего не было. Молодцы! Пишут на внутренней стороне конверта, типо экономия бумаги.
В общем, спасибо за газеты, одна их них хранится в музее моей школе, желаю того и того, и всего побольше, несколько строк о войне...
И еще две кассеты. "Музыка "Биттлз" в исполнении Лондонского Королевского Оркестра, "Музыка Русских Композиторов в исполнении..." Да, того же оркестра.
Блин, спасибо, конечно, но отвечать стал...
Но вот сегодня выпил пива, и вспомнилась история. Греет душу. Я первым встретил и написал о ветеранах Второй Мировой, которые хоть и поздно, но пришли на помощь СССР. Боюсь, что до сегодняшнего дня мало кто их них дожил. Пятнадцать лет прошло, как-никак.