Такое бывало: пересекались пути великого мистика и великого философа. Так, однажды в Китае встретились Лао-цзы и Конфуций, после чего Конфуций запретил своим ученикам приближаться не только к Лао-Цзы, но и к его ученикам.
-Эти люди опасны, - сказал он.
Когда и где произошла встреча, о которой пойдет речь дальше, не имеет значения. Подобные факты, как и имена участников, зачастую отвлекают от главного: того, о чем нельзя сказать. Попытаться рассказать о не высказываемом... Для этого и слагаются сказки.
Случилось. Встретились учитель и мастер. Учитель был известным на всю страну ученым, познавшим писания. Он мог дать оригинальное и в то же время верное толкование любому священному тексту, мог ответить практически на любой вопрос. Никто не мог сравниться с ним в красноречии. Даже цари охотно приглашали его, чтобы услышать слова мудрости.
Мастер учил искусству владения мечом. С оружием в руках он был похож на тысячерукого бога. Тем не менее, за известностью он не гонялся, а жил спокойно в одном селении вместе с учениками, которых обучал смотреть в суть вещей, используя для этого меч.
-Меч служит для того, чтобы убить ваш ум, говорил он ученикам.
Однажды учитель остановился недалеко от селения, где жил мастер. Собрался народ. Всем хотелось лично услышать слова мудрости из уст такого великого человека. Всем, кроме школы владения мечом. Уязвленный учитель сам отправился в гости к мастеру.
-Вам не нужна истина? - спросил он.
-Ты предлагаешь истину? - ответил вопросом на вопрос мастер.
Тогда учитель произнес прекрасную речь, в которой он опирался на слова многих мудрейших людей.
-У тебя хорошая память. Но знаешь ли ты ее сам?
Учителю часто приходилось отвечать на такие вопросы. У него было несколько вариантов ответа. Но не успел он открыть рот, как мастер кинулся на него с мечом в руках. Он приставил клинок к шее учителя.
-Одно слово лжи, и я убью тебя, - его глаза подтверждали сказанное.
Перед учителем стояла сама смерть, и смерть задала вопрос, на который он не мог ответить. Впервые жизни он вдруг понял, что не знает, что ни одно писание не имеет цены перед смертью. Мгновенно он осознал, что всякая чужа мудрость, взятая из книг и писаний, не стоит ничего. Он вдруг понял...
Он низко поклонился мастеру и занял место среди его учеников.