Восходящее солнце окрашивало склоны гор алым и золотым, изгоняя ночные тени, жмущиеся по расселинам, творя сказочную феерию цвета в честь начинавшегося дня.
Но ни оно, ни великолепие открывавшегося из окна вида не в силах были изгнать тревогу из глаз мужчины, стоявшего у огромного окна кабинета, расположенного в самой высокой башне белого замка, венчавшего одну из вершин.
Еще один рассвет... уже второй, с тех пор как пропал его сын. И до сих пор ничего - ни связи с ним, ни информации о нападавшем. Ничего.
Могущественный Лорд Востока, не одно тысячелетие носивший титул Смотрителя Земного царства, впервые ощущал себя беспомощным. Он, способный отследить местонахождение любого живого существа в подвластном ему мире, не мог почувствовать свою кровь! Только твердая убежденность в том, что мальчик еще жив (смерть сына он бы ощутил в любом из миров), помогала сохранять относительное душевное равновесие.
Кто мог подумать, что обычная ежемесячная инспекция привлечет внимание врага? Ведь о реальном задании никто, кроме отца и сына, не знал... Или это просто совпадение?
Маловероятно.
Это была его первая самостоятельная миссия. Они рассчитывали, что все сочтут ее лишь первым шагом по вовлечению наследника в дела царства после наступившего совершеннолетия. И никто не станет пристально следить за действиями неопытного юнца, в отличие от действий самого Лорда.
Дверь в кабинет открылась практически бесшумно, но вошедшего встретил твердый взгляд синих глаз, прячущий в глубине напряженное ожидание.
- Мой Лорд... - коротко поклонившись, черноволосый мужчина в форме внутренней стражи сразу же перешел к делу. - Видящим удалось засечь следы ауры нападавшего и определить направление исходящего портала. Это был ракшас. Направление портала - Земля. Точка выхода неизвестна. Координаты, заложенные Вашим сыном, были сбиты.
- Ракшас? - недоверие в потемневших глазах постепенно сменялось гневом. - Ракшас смог пробить прямой портал в цитадель? Ираван, ты понимаешь, что говоришь?!
- Да, мой Лорд. - Мужчина оставался невозмутим. - Это был ракшас. Но переход в цитадель был выстроен не им, а дэвами. Всевидящий подтвердил это.
- Ракшас, которому помогают дэвы... я знаю лишь одну кандидатуру на эту роль.
- Как и я, мой Лорд.
- Значит, война... Мы не успели. - Глаза владыки приобрели цвет грозовых облаков.
- Война еще не началась. - Возразил начальник разведки. - Я уверен, что дэвы не пойдут на открытый конфликт. Для достижения своих целей им вполне достаточно просто убрать несколько ключевых фигур на нашей стороне.
- Включая моего сына.
- И сыновей остальных Лордов.
- Всевидящий что-нибудь сказал о нем?
- Да, мой Лорд. Он сказал, что мальчик жив, но заблокирован, и он не может его увидеть. Единственный способ его обнаружить - послать в Земное царство кого-либо, связанного с ним кровным родством. Но Вы не можете покинуть цитадель в такое время.
- Да, Ираван, не могу. - Лорд Дхиртар тяжело оперся на стол, несколько секунд помолчал. - Но Арун может.
- Может быть, лучше Кенали...
- Нет. Она слишком любит брата и будет действовать безрассудно. Арун молод, но способен сохранять холодную голову в любой ситуации, даже когда речь идет о жизни побратима. Пришли его ко мне.
- Да, мой Лорд. - Начальник разведки поклонился и все так же бесшумно выскользнул за дверь, лишь боевой серп на конце косы тихо звякнул о притолоку.
Восточная цитадель перешла на военное положение...
Кенри
На кухне меня немедленно задвинули в угол, усадив на небольшой диванчик возле обеденного стола, явно не рассчитанный на мои габариты, и потребовав не путаться под ногами. Я только хмыкнул, отмечая двусмысленность сказанного, и покорно выполнил требование.
Давно забытое ощущение свободы и беспричинной радости, подобного которому я не испытывал с детства, буквально захлестывало меня, настоятельно требуя выхода.
С чего бы это?
Причину я мог назвать только одну, но достаточно весомую. Все-таки не каждый день чудом спасаешься от смерти. К бессмертию быстро привыкаешь, и неожиданное осознание того, что оно не гарантирует неуязвимости, многое меняет в привычной системе ценностей.
Однако... Следовало признаться хотя бы самому себе, что это состояние возникло, когда я, закончив комплекс и обернувшись, окунулся в море восхищения и восторга в глазах моей спасительницы. Так на меня еще никто не смотрел.
Во-первых, как бы я ни был хорош, рядом всегда находился кто-то не хуже, а часто и лучше меня. А во-вторых... все прелестницы, встречавшиеся на моем пути, были прекрасно осведомлены о моем статусе, что добавляло их чувствам изрядную толику расчетливости. Я же, будучи сильным эмпатом, о чем они не догадывались, прекрасно это чувствовал.
Здесь же все было настолько искренне, открыто, бесхитростно, что опьяняло сильнее лучшего вина.
Наверное, именно в этом кроется причина того, что мне так легко и просто в ее обществе. И вообще, я чувствую себя рядом с ней просто мальчишкой, еще не прошедшим инициацию, которому очень хочется произвести впечатление на девушку. И признанный мною долг по отношению к ней не только не тяготит меня, но и доставляет радость тем, что создает связь, стоящую выше наших сиюминутных желаний.
Откинувшись на спинку дивана, я наблюдал за Майей.
Маленького роста, изящная, но не хрупкая, она двигалась плавно и экономно. Недостаточно для воина, но вполне прилично для человеческой женщины. Вот если бы над ней потрудился мой наставник... интересно, а женщину он бы награждал такими же эпитетами, какими в свое время щедро оделял меня? Хм-м, вопрос риторический...
Ее внешность, конечно, нельзя было сравнить с совершенной красотой асури или дэви. Но... Внешность наших женщин - броская, разнообразная, прихотливая - походила на красоту тропических птиц. Первый взгляд поражает, а со вторым наступает пресыщение.
Майя же вызывала у меня отчетливую ассоциацию с чистым лесным озером, скрытым в чащобе от нескромных глаз. Его прелесть трудно разглядеть с первого взгляда, но, разглядев - уже не оторваться. Ореол внутреннего покоя и женственности неотрывно сопровождал ее, заставляя мужчин расправлять плечи и совершать глупости. Или она только на меня так действует?
От этих размышлений меня оторвал звонок в дверь.
Как и следовало ожидать, пришли брат с сестрой. Они мне нравились, но сейчас их появление вызвало почему-то глухую досаду. Пришлось вспоминать, что меня, вообще-то, воспитывали, как Асурендру*, и окружающие должны видеть на моем лице лишь то, что я считаю нужным им показать.
Впрочем, желание изображать из себя повелителя пропало у меня очень быстро. Слишком уж дружеской была атмосфера.
Так как стол был уже накрыт, вся компания мгновенно рассредоточилась по свободным местам и приступила к завтраку, параллельно засыпая меня вопросами о моем самочувствии, регенерации асуров и искренне радуясь моему выздоровлению.
Затем, когда посуда была убрана, Веник извлек из сумки прибор, подобный тому, что Майя использовала вчера.
- Я тут накопал кое-что. - Он развернул прибор лицевой частью ко мне. - По всему выходит, что проекцией твоей горы Сумеру в нашем мире является Кайлас. Вот, почитай... Есть еще несколько мест, полностью соответствующих твоему описанию мест Силы. Несколько - частично...
- Ты пол-Инета скачал за ночь, и хочешь, чтоб Кенри за час все прочел?! - возмущение в голосе Анны было неподдельным. Если бы я не знал, что они брат и сестра, даже не подумал бы об этом. Крупный, сероглазый парень с добродушной, чуть смущенной улыбкой и изящная черноволосая девушка, подвижная и эмоциональная. Они даже на энергетическом уровне воспринимались по-разному.
Майя решительно прервала еще не начавшийся спор.
- Ребята, прекратите, это не единственная наша проблема. Я предлагаю разделиться. Кенри и Анна остаются здесь и просматривают всю доступную информацию по местам Силы. Я и Веник отправляемся по магазинам.
Возмущенный вопрос: 'Зачем?!' прозвучал на редкость единодушно.
- А затем. Кенри, ты до своих мест Силы в простыне собираешься добираться? От твоей одежды остались только клочки. И еще сапоги. В простыне и сапогах ты будешь выглядеть на редкость колоритно. А если еще добавить перевязь с мечами... - она хитро прищурилась, - в психушке ты окажешься примерно через квартал.
Язва.
Но она права...
- И что ты предлагаешь? - стараясь улыбаться не слишком широко, спросил я.
- Сегодня суббота, магазины открыты. Поэтому сейчас я сниму с тебя мерки, и мы с Веником отправляемся покупать одежду.
- А Веник тебе зачем? - как я ни сдерживался, мой вопрос прозвучал слишком заинтересованно.
- Проконсультирует, что сейчас мужчины носят, а то ведь накуплю разных рюшечек-жабошек...
Судя по тому, как покатилась со смеху вся компания, это была какая-то старая 'семейная' шутка. Ну что ж, хорошо смеется тот, кто смеется последним....
Последующие полчаса тоже доставили немало удовольствия всем, кроме Майи. Вооружившись лентой с нанесенными метками, она сосредоточенно пыталась меня обмерить. А я... вспомнив свой опыт общения с дворцовыми портными, всячески ей мешал. Вовремя напрягаемые или расслабляемые группы мышц позволяли значительно менять размеры. Когда пять последовательно снятых мерок дали пять различных результатов, раскрасневшаяся и растрепанная Майя была готова меня покусать, придушить и отдать на растерзание Аресу. О чем она и заявила во всеуслышание.
Пришлось, пожалев пса (отравится ведь!), сдаться и позволить снять с себя мерки.
После этого отважная парочка отправилась на штурм магазинов, а я с Анной остался перерабатывать горы информации, собранные моими добровольными помощниками.
За чтением и горячими обсуждениями того или иного объекта время промелькнуло незаметно. Солнце клонилось к закату, когда Майя и Веник ввалились в дом, усталые, но весьма довольные.
Из их объяснений следовало, что меня обеспечили необходимым гардеробом на первое время, но к понедельнику необходимо все перемерить, чтобы заменить в случае необходимости. К моей радости, устраивать примерку прямо сейчас ни у кого не было сил, ни желания, и девушки занялись приготовлением ужина, а мы с Веником продолжили сортировать собранные им сведения.
Картина вырисовывалась следующая.
Местом, с наибольшей вероятностью удовлетворяющим моим требованиям, была гора Кайлас**. Древнейшие легенды этого мира называли ее проекцией горы Меру, четыре религии признавали святыней, да и современных свидетельств об необъяснимых явлениях в этой местности было в избытке. Что позволяло предположить, что Сила этого места еще не иссякла.
Были еще материалы о Столовой горе в Африке, о горе Шаста в Калифорнии, Гластонбери в Англии, о месте Карнак во Франции...
Веник самозабвенно рассказывал, показывал, зачитывал... приходилось признать, что работу за одну ночь он проделал значительную.
Но с горних вершин мы были безжалостно сброшены на землю.
Майя, уже довольно долго прислушивавшаяся к нашему разговору и ехидно ухмылявшаяся, вышла из кухни и, буквально через минуту вернувшись с маленькой красной книжечкой в руках, бросила ее на стол поверх вороха распечаток.
- Кенри, у тебя есть такая вещь?
- Нет. - Я взял книжечку в руки, рассматривая. - Что это?
- Всего лишь загранпаспорт. Как я понимаю, раньше ты границы государств не пересекал.
- Нет. В нормальном состоянии я могу выстроить портал в любую точку этого мира, равно как и любого другого, достаточно знать координаты выхода.
- Добро пожаловать в наш мир на правах смертного. - Улыбка ее была насмешливой, но в глубине глаз пряталось беспокойство. - Без этого документа пересечь ни одну границу тебе не удастся. Создать такой же сможешь? А заодно и все необходимые записи в архивах?
- Сейчас - нет. - Я ответил спокойно, полностью признавая ее правоту. Впрочем, даже в нормальном состоянии подделать записи в архивах было бы затруднительно. Для этого, как минимум, нужно четко представлять себе, где и что подделывать...
- Значит, не будем усложнять ситуацию. Веник, заканчивай со своими прожектами и покажи Кенри возможные места в России, желательно поближе к нам. Длинная дорога тоже может оказаться небезопасной - без документов и с такой внешностью.
Веник покорно вздохнул, видимо прощаясь с надеждами на необычное путешествие, и вновь потянулся к своему прибору, который они называли коротеньким словом 'ноут'.
- После ужина! - одновременно и весьма решительно скомандовали девушки.
'После' не получилось.
Утолив первый голод, вся компания вернулась к обсуждению животрепещущей темы, споря, передавая ноут друг другу и буквально заваливая меня разнообразными сведениями. Урал, Байкал, Кольский полуостров, Тянь Шань... Названия, описания, цитаты из дневников очевидцев - их было так много, что я уже начал уставать и думать о том, что стоит перенести принятие решений на завтра.
Наверное, из-за этого я не почувствовал перемену в состоянии Майи.
Момент, когда она резко встала, опрокинув табурет, стал для меня полной неожиданностью. Остановившийся взгляд широко распахнутых глаз, слепо шарящие по столу руки, побелевшее лицо - испугали не только меня. Жалкая улыбка в попытке сохранить самообладание резанула по сердцу, шепот 'Все в порядке. Сейчас все пройдет. А вы, оказывается, такие разноцветные...' поверг в недоумение. Разноцветные?!
Одним прыжком перескочив стол, я успел подхватить бессильно оседающее тело.
Разноцветные... Ракш!!!
С трудом останавливая начавшуюся трансформацию, я прошипел:
- Сколько ей лет?
- Тридцать. - Слегка запнувшись, ответил Веник.
- Когда исполнилось?
- Позавчера. Когда тебя нашли... Да что происходит-то?!
- Инициация. Она увидела наши ауры. Тридцать лет - возраст совершеннолетия для магов. Общение со мной спровоцировало спонтанное пробуждение ее сил.
Прижав к себе Майю, я направился в спальню, мимоходом отметив про себя, что мы поменялись ролями. Осторожно опустив ее на постель, я повернулся к брату с сестрой, стоявшим в дверях с совершенно растерянными лицами.
- Кто в ее семье обладает какими-либо необычными способностями? Мать?
- Нет. Она даже сказки ненавидит. - Судя по голосу, Анна сумела частично справиться с волнением. - Бабушка. Она живет на севере, в тайге. Местные считают ее колдуньей.
- Где она живет?
- На Кольском полуострове. Мы о нем сейчас читали.
- То есть места Силы там есть? Вот и определились. Мы едем к бабушке, причем в ближайшее время. Теперь это вопрос жизни и смерти для нас обоих.
* Асурендра (Pāli: Asurinda) - Предводитель асуров. Обычно глава клана или рода. Выбираются из сильнейших и мудрейших асуров, проходят специальное обучение.
** Кайлас - гора в одноимённом горном хребте в системе гор Гандисышань Тибетского нагорья. Ее выделяет среди других пирамидальная форма со снежной шапкой и гранями, сориентированными точно по сторонам света. Верующие четырех религий - индуисты, буддисты, джайны и последователи Бон - считают эту необычайную гору 'сердцем мира', 'осью земли'.