(часть 4)

***

Лицо человека в костюме было определенно знакомо Даратасу, но он никак не мог вспомнить, кому точно оно принадлежало... Короткая стрижка, приглаженная на бок челка, шикарные усы, поддернутые к верху, большие глаза, заключенные в круглые линзы очков... Настоящий интеллигент высшего общества века этак девятнадцатого в родном мире Даратаса.

- А вы не обделены вкусом, - проговорил маг, оставаясь стоять на месте. Нужно выиграть немного времени на анализ ситуации.

Неизвестный ехидно ухмыльнулся и, сделав еще один глоток, спросил:

- Виски?

- Нет, я, пожалуй, откажусь, - ответил Даратас, сто раз проверяя готовность своих щитов и заклинаний.

- Жаль. Очень хороший шотландский виски. Тридцать два года выдержки, однако, - проговорил франт и медленно встал. - Присаживайтесь, Александр.

- Нет, спасибо.

- А я настаиваю, - бесстрастно произнес незнакомец, и Даратас глазом не успел моргнуть, как все очертания комнаты сместились, а сам он оказался в мягком красном кресле прямо напротив чародея. Всю кожу на лице Даратаса стянули сократившиеся мышцы... Он даже почувствовал, как кровь отлила от тканей. - Так все-таки что насчет виски?

Даратас не успел ответить, а в его руке уже лежал прохладный стакан с выпивкой, в котором болтались кусочки льда. Маг поднес к носу напиток, вдохнул его сильный аромат, однако пить не стал. Незнакомец улыбнулся.

- Вы боитесь отравиться? Не думал, что столь сильный маг может бояться яда...

- Есть разные виды ядов, - деловито отозвался Даратас.

- Ах ну да, ну да... - кивнул незнакомец. - Да, забыл о манерах! Меня зовут Сильвестор Страйн. Ударение на последний слог в моем имени, - приподнявшись, сказал чародей. - Руки подавать не вижу смысла, ибо с недавних пор мы злостные враги, не так ли, Александр Данилович?

- Кто вы на самом деле? - прямо спросил Даратас.

- Наверное, Бог, - последовал ответ, после которого магу стало совсем не по себе. Этот Сильвестор просто издевался!

- Попрошу без сарказма, - заявил Даратас и сверкнул глазами.

- Правда? - ухмыльнулся незнакомец, и в следующую секунду он подался вперед, и его лицо исказилось в яростной гримасе, беспрестанно хохотавшей в течение минут двух... Даратас постарался даже виду не подать, но все его силы были в тот миг так напряжены, что ему показалось он вот-вот не вытерпит и вдарит по наглой страшной роже каким-нибудь заклятьем помощнее... Но пока не время... Еще немного...

Миг, и незнакомец стал спокоен, как и прежде... В костюме, с виски и умным видом.

- Зачем вы пришли, мистер Даратас? - вдруг спросил Сильвестор.

- Этот вопрос я хотел бы задать и вам...

Франт чмокнул губами и, выставив вперед палец, указал на карман робы мага.

- Эти штуки... Да, да, Семена Судьбы... Вы знаете что это?

- Нет, - честно признался маг.

- Ну и не стоит, - проговорил Сильвестор и залпом опрокинул остатки своего напитка. В тот же миг стакан наполнился вновь. - Их роль во всем нашем мероприятии весьма посредственна.

- Что за мероприятие, Сильвестор? - прищурив глаза, спросил Даратас. Сколько он не силился, он не мог почувствовать и капли чужой силы... Как ни в этом франте, так и нигде поблизости.

- Мы на своем языке называем это стиранием... Или форматированием. Как угодно...

- Форматирование? И кого ж вы это решили форматировать?

- Вас, - ответил Сильвестор и тут же дико расхохотался. - А точнее весь ваш драненький мирок с его никудышным населением... А вы все же виски попробуйте. Хороший виски.

Даратасу захотелось вылить напиток наглецу в лицо, но он сдержался, поставив стакан на стол.

- Зря, - равнодушно отметил чародей.

- Я пришел сюда остановить войну, - сказал Даратас.

- Тогда убейте меня, - пожав плечами, проговорил неизвестный.

- А я сделаю это, если потребуется, - стальным голосом проговорил маг.

- Не сомневаюсь. Ни капли, - пробормотал незнакомец и поднял глаза к потолку.

Даратас внимательно изучал незнакомца всеми заклятиями поиска, но как и в случае с Семенами, никаких эманаций силы он не обнаружил. Вообще никаких.

- Вы часто думали о том, что такое судьба, мистер Даратас?

- Да. А к чему это?

- Ммм, а нашли ли ответ? - не обратив внимания на встречный вопрос мага, спросил Сильвестор.

- Нет. Опять же, к чему эти глупые расспросы?

Франт резко мотнул шеей и уставился магу прямо в глаза.

- А что если я - ваша судьба, мистер Даратас? Да и ничего, что я кличу вас мистером, а не пафосным словечком мессир?

Идиотизм происходящего просто выводил мага из себя, но он еще держался.

- Я не могу тратить время на пустые разговоры! - заявил маг.

- Не волнуйтесь. Ваши братья-зверушки никуда не денутся. Время здесь не подвержено никаким законам. Могу гарантировать.

- Я вам не верю! - воскликнул Даратас и вскочил с места, отойдя на два шага от стола с креслами.

- Думаете в расстоянии дело? - склонив голову набок, спросил Сильвестор, и тут же пространство сместилось, разведя чародея и Даратаса на добрую сотню метров, а затем на тысячу, от чего помещение, где сидел Сильвестор стало маленькой точкой в океане тьмы. Затем вновь реальности сместилась, и Даратас снова оказался в кресле напротив чародея. - Или все же во времени? - все вокруг на несколько секунд будто утопло в вязкой жидкости. Веки Сильвестора, казалось, двигались целую вечность. Затем все снова стало на свои места. - От судьбы все равно не убежишь, не спрячешься, Саша... Она всегда рядом.

- Плевал я на ваши размышления. Меня ждет народ эльфов. Если все дело в вас, то защищайтесь!

- Ваша победа не решит ровным счетом ничего...

- Это уж мы посмотрим! - кипятился Даратас, вцепившись в подлокотники.

Сильвестор, почесав подбородок, внимательно посмотрел в глаза Даратасу и затем медленно и холодно сказал:

- Пойми, Даратас, все в мире состоит из множества тех или иных реальностей, которые порой существуют только в нашей голове... Все зависит от выбранной нами точки отчета. В той или иной плоскости нужны свои измерения, которые тоже частенько лишь каракули на бумаге и не более того... Судьба, Даратас, есть что-то высшее и непознаваемое... что-то подчинено всем законам сразу и в то же время ни одному из них. Творец создавал Арду, но кто создал самого Творца? Может ли ничто создать нечто? Может ли безмолвие породить звук? Разные умы пытаются найти разные ответы, но все они всегда будут искать лишь в той плоскости, которая доступна их знанию и весьма, и весьма посредственному сознанию... Так и ты, цепляешься за то, что смог постичь за сомнительный промежуток времени, и думаешь, что твои действия верны и непогрешимы... Что ты, великий, стремишься к столь же великим делам, а на самом деле чем больше брыкаешься, тем сильнее запутываешься в давно расставленную сеть... В прочем, я позвал тебя сюда, чтобы сказать лишь одну немаловажную для тебя вещь... Пускай набросок будущего ясен, но детали, в отличие от задуманной идеи, еще можно слегка подкорректировать... - на этом чародей сделал паузу, но не дав Даратасу возможности привести какие-нибудь контрдоводы, продолжил. - Семена подскажут время, а ты уже действуй по обстоятельствам... Не сочти сказанное мной как помощь. Все же ты не знаешь, кто я и кому служу... Да и вряд ли когда-нибудь узнаешь. Другое дело как именно ты используешь данную мной информацию... Хотя если ты умрешь... Все станет бесполезно, - развел руками чародей. - А теперь пора заканчивать переговоры. На двенадцатый удар вон тех часов, - Сильвестор показал на большие настенные часы, выполненные в форме деревянной тарелки, украшенной резьбой. - Я атакую тебя. Будь готов. Я не хочу легкой победы...

Сильвестор замолчал, и тут же раздался первый оглушительный часовой бой... Стрелка стала медленно двигаться к отметке двенадцать... Что-то давно забытое из родного мира всплыло в памяти.

Проклятый чародей спокойно сидел в кресле и медленно потягивал свое виски... Прошло уже четыре удара, а он даже не предпринимал никаких попыток подготовиться... Словно он сам был силой... Страх обуял все сознание Даратаса. Он мешал сосредоточиться, выбрать нужный канал и приготовиться к атаке. В этом месте удивительно свободно проходили все потоки, без каких либо проблем. Маг удерживал колоссальную мощь без всяких неудобств... Словно ничего и не было...

Прошел шестой удар часового механизма, и молниеносная догадка поразила сознание!

Ну конечно! Проклятый Сильвестор состроил отличную иллюзию, использовав сам канал силы! Скрыв его, он тем самым лишил соперника, то есть его, Даратаса, возможности почувствовать момент удара и построить защиту...

Сильвестор поднял стакан вверх и, ехидно улыбнувшись Даратасу, опрокинул его залпом в себя...

Раздался девятый удар...

Оставалось надеяться, что догадка была верной... Посмотрим, кто кого!

***

Нанося один удар, Мильгард уже делал дополнительное движение корпусом для резкого разворота и в какой-то миг наносил второй, срубая очередную тварь. Легкие как перышки клинки послушно летали в руках, делая немыслимые пируэты. Несмышленые тупые твари лезли на пролом, стремясь задавить стойко сопротивлявшихся эльфов числом, что у них, надо признать, неплохо получалось... Вынужденные отступать эльфы были загнаны в угол... Оставшиеся в живых бойцы некогда могучей армии, окружив собой группку изнуренных бойней Жриц, решили стоять до конца, ибо другого выхода не было... Враг отрезал все пути к отступлению... Тысяч шесть семь от силы против неисчислимого неприятеля смело держали брошенный вызов, распевая на ходу боевые песни... Какой-то чересчур ловкий музыкант, умудрившийся выжить в этой свалке, что было сил драл глотку и молотил по барабанам, выбирая самые дорогие любому эльфу ритмы... Все, кто в горячке сражения слышал эти звуки, тут же подхватывали слова и, иной раз захлебываясь воздухом во время очередного приема, старались все же не выпасть из общего хора. Такого единения своего народа Мильгард не видел никогда... Даже в дни ужасных поражений от менад! Все эльфы как одно целое крошили врага, действуя словно исполинский меч и щит! Но как бы храбры не были их сердца, враг не убывал...

Вражеские магики были отвлечены серьезным боем с кем-то из высших магов. Усталые жрицы более не могли вести полноценную поддержку и, уже валясь с ног, кое-как отбивали натиски несущихся во весь опор гигантов, ибо если они пройдут, то дело станет совсем худо.

Слава Тире, верховный маг не терял сил и с тем же рвением, что и вначале, рвал на куски наступающую армию... Но все же этого не достаточно. Неужели в этом и заключается план Даратаса? Нет, определенно не может быть! Видно еще не время!

- Держимся, братья! - воскликнул Мильгард, резким ударом подрубив ноги двум тварям. - Еще немного! Тира знает, что мы честно и храбро бьемся! Она не забудет нас! Она верит в нас...

Но верят ли уже сами эльфы? Большой вопрос... Скорее всего их сердца теплит лишь надежда.

- Даратас... Прошу, поспеши, - прошептал Мильгард, теряя всякую веру в победу.

***

Когда раздался оглушительный финальный бой часов, отразившийся многократно от стен, Даратасу показалось, что время будто завязло в трясине, двигаясь так медленно, что даже пыль застыла в воздухе. То ли Сильвестор неудачно применил свою уловку, то ли сами условия этого междумирья сыграли свою неясную роль, но Даратас успел нанести свой удар раньше, нарушив равновесие реальности. Поврежденные каналы силы затрепетали, колеблясь и разрушая сущность... Этот хрупкий мир, состоящий из этой комнаты, разлетелся на куски, рассыпавшись затем в прах, разнесенный силой магического ветра. Однако сам Даратас и его соперник остались. Они зависли в омуте бесконечной тьмы, лишенной очертаний и каких-либо объектов. Даратаса охватило удушье, и он тут же сотворил заклятие, помогавшее дышать в безвоздушном пространстве. Маг почувствовал холод... Посмотрев на себя, он обнаружил, что стоит без одежды.... Лишь с посохом в одной руке и мешочком с Семенами и Рогом в другой.

- Неплохо, - прогремел голос Сильвестора в сознании чародея. Проклятый магик также нагим завис чуть выше, метрах в двадцати (на глаз) от Даратаса. Несмотря на полную мглу, их тела отчетливо прорисовывались на темном фоне. - Но это был лишь маскарад... Теперь же будет праздник...

Чародей не договорив, атаковал. Схлестнувшись, оба мага стали крушить щиты друг друга чудовищными заклятиями, которые некогда разрушили природу на севере материка Гиперион. Однако здесь, в безжизненном пространстве, в полную свободу заговорила Сама Сила, и нечему было гибнуть под натиском безумной энергии, кроме самих бьющихся насмерть противников...

Даратас черпал безмерную мощь из своего волшебного Рога, применяя все известные ему разрушительные заклятия... Но, затем, осознав бесполезность той или иной формы магических заклятий, маг стал сыпать неприятеля аморфной силой, направляя так или иначе потоки и плетения. Враг делал то же самое. Он вообще предугадывал любую атаку Даратаса, умело ставя нужный щит... Однако маг отвечал тем же. Такая битва могла длиться вечно! Пока кто-то не совершит ошибку. И Даратас допускал любой исход...

- Так мы будем долго сражаться... Ты меня разочаровываешь! Я думал у тебя в запасе найдется нечто посильнее, - беззвучно молвил чародей. - Хотя, по правде сказать, это невозможно! - яростно взвыв в голове мага, Сильвестор удвоил усилия и, поймав Даратаса на неожиданной промашке. нанес мощнейший удар в обход щита, после которого вены на руках и груди Даратаса лопнули... Кровь брызнула во все стороны, на ходу превращаясь в маленькие шарики... Маг издал вопль, но лишь в своем сознании... Крик застыл в горле... Он почувствовал, что потерял равновесие и падает... Падает в непроглядную Тьму...

- Ну вот и все, Даратас, - донеслись слова Сильвестора. - Вот и все...

Глаза мага стали двигаться медленно... Удары сердца гулко отражались в висках, словно кто-то молотом наносил свои мощные удары... Тьма рвалась навстречу... Но... Маг слегка приоткрыл ладонь, и в глаза ему ударило яркое алое свечение одного из Семян... Жизнь...

Повернувшись в воздухе, Даратас тут же нашел глазами своего врага, победоносно взирающего на него сверху...

- От судьбы не уйти, - прошептал маг, увидев как расширились, от ужаса глаза Сильвестора.

Последнее, что увидел Даратас, был прекрасный и величественный Феникс, взмывший ввысь на своих огненных крыльях, а затем блеснувшие огнем обезумившие глаза так и не узнанного чародея ... Вспышка! И томная темнота наполнила вечность...

***

Враги сжимали кольцом оставшиеся силы эльфов, не ослабляя натиска ни на секунду. Вся каменная земля была полностью заброшена трупами тварей, по которым их еще живые товарищи, не стесняясь, рвались вперед... Эльфы отчаянно сражались, но, увы, уже только с одной целью - храбро умереть и мужеством искупить перед Тирой свое поражение. Прорываться сквозь несметную толпу усталым солдатам уже не представлялось возможным. Многие просто выпускали из изнеможенных рук красты, валясь под удар неминуемой судьбы. Поначалу кое-как действовала тактика двух линий, который менялись для того, чтобы совсем не выбиться из сил, но проклятый неприятель нещадно продолжал наступать, стремясь затопить меленький островок эльфийской доблести кровью своего безрассудства, и вскоре вынудил каждого солдата погибающей эльфийской армии держать дырявый строй, окружавший отбивающихся Жриц и пару десятков метких лучников.

Мильгард, в сотый раз проклянув ту секунду, когда доверился человеку, старался кое-как подбадривать воинов, убеждая, что благословение Тиры еще с ними, но его мало кто слушал. Вселявший последние капли надежды музыкант погиб, а почти лишенные сил солдаты сейчас уже ни во что не верили... Для них существовали только их руки и добрый меч или краста, пока спасающие им жизнь, и ничто иное не могло помочь сейчас... Кто его знает, может, враг все же кончится?

Принц не мог смотреть на эту ужасную картину... Ему хотелось рыдать... Рыдать от безысходности! Нет! Нельзя! Вперед! Только вперед! А там уж пускай нас рассудит Тьма!

Сделав резкий выпад, Мильгард заколол насмерть одну тварь, затем крутанув веером клинки, срубил других двух атаковавших его с флангов тварей, и, что было мочи воскликнув "Тира!", рванул в атаку.

- Ольвен, брат! Вперед! - прокричал принц, увлекая за собой остатки эльфов. - Что мы, как крысы помрем? Нет! Пускай в честной схватке, чем от тесноты и духоты! Вперед!

И более не раздумывая, Мильгард понесся вперед сквозь толпу врагов, кося одну за другой неповоротливую тварь. Будь что будет! Выбора более не осталось! Вперед!
И неприятель замялся... Натиск ослаб... Рыча не хуже всех вылезших из глубин тьмы демонов, эльфы из последних сил рвались напролом, опрокидывая неумелого противника. Вперед!

И случилось чудо... Враг развернулся и побежал прочь! Ничего не понимая, Мильгард замер в изумлении. Неужели силы противника иссякли? Или умелый тактический ход? Или... Даратас выполнил обещанное?!

На пути бегущей толпы тварей неожиданно возник непроходимый экран, закрывший доступ к спасительному выходу на третий ярус...

И был кровавый пир в то день! И гибли твари десятками, не оказывая никакого сопротивления. Получившие от неожиданной удачи силы эльфийские бойцы, не щадя ни одного гада, рубили на право и налево... Жрицы вместе с одним из высших магов жгли врага сотнями...

- Победа! - рвалось из глоток воинов. - Победа!

- Действительно... победа, - пробормотал запыхавшийся Мильгард.

- Но какой ценой... - пробормотал подошедший с боку Ольвен. Все его лицо было покрыто сажей и засохшей кровью.

Рыки погибавших врагов, отряжаясь от стен, неслись высоко вверх, где исчезали в непроглядной тьме. Тира принимала жатву. В ее честь!

- Помогите! - донесся откуда-то женский крик.

Мильгард развернувшись, увидел Дариану, согнувшуюся под тяжестью чьего-то нагого окровавленного тела...

Даратас! Ну конечно!

***

Огонь играл ярким светом на темной поверхности пещеры, славно потрескивая сухими дровами, кои по счастливой случайности отряд Гвоздя обнаружил в небольшом гроте, сложенном из камней. Судя по всему, здесь некогда располагалась усыпальница какого-то знатного существа, но теперь она была разграблена, и лишь пыль древних событий наполняла ее пустоту.

- Похоже на эльфийские руны, - пробормотал Бочонок, рассматривая странные надписи на камнях.

- Нет, - быстро кинул Мердзингер, подтягивая тетиву лука.

- Как так? - удивился Медведь. - Письмена точно не людей...

- Но и не эльфов, - вновь пробормотал Мердзингер и, отложив в сторону лук, потрогал вырезанные в камне руны пальцами. - Ромунд, есть догадки?

Юноша, доселе лежавший в полудреме, медленно приоткрыл глаза и посмотрел на эльфа.

- Я, думаю, гоншонов, - проговорил Ромунд, в который раз посмотрев на иероглифы, исполосовавшие камни стен, и отвернулся к стене, завернувшись в теплые походные одеяла. В прошедшем магическом поединке он потерял много сил и ему требовался отдых. Альма занималась этим еще с утра. После стычки с бойцами Таргуса отряд продвинулся в плотную к Шестнадцатому Валу, остановившись на ночлег в уютном гроте, откуда свет огня не был виден никому. Гвоздь сначала хотел пойти в ночь на разведку, но, имея на руках полуживых магов, бойцы рисковали попасть в засаду без видения какой-либо картины вокруг.

Эльф как-то загадочно улыбнулся и, склонившись над луком, продолжил занятие. Ромунд отлично знал, что Мердзингер не спроста перевел вопрос на него... не спроста. Проклятый получеловек с самой первой встречи как-то непонятно и подозрительно поглядывает на него, иной раз задает странные вопросы, что-то вроде: "Ты что-нибудь знаешь о Диоре?" или "Почему варвары сошли с ума?". Одно дело, если б только зыркал странно - можно было бы спихнуть это на всякие странности вояк... во всех смыслах. Но вот эти расспросы выводили Ромунда из себя. Ну, в самом деле, будто сам Мердзингер меньше знает, чем он? Будто память крови его отца не дает о себе знать?! В отличие от людей, эльфийское племя передает свои знания не только через бумагу.

- Это что за твари такие? - спустя пару минут спросил Бочонок. Видно его тугому военному уму приходилось долго обрабатывать отвлеченную от войны информацию.

- Потом как-нибудь тебе байку поведаю, - пробормотал эльф. - А может, в морду тебе дам, один черт...

Бочонок хмыкнул, оценив сугубо воинский юмор.

- Ложился бы ты спать, - сказал Медведь, тихо ворочаясь в своем углу. - А то и я тебе рожу набью. Скоро близнецы вернутся, и нам с тобой в дозор... Не болтай попусту. Дай поспать.

- Да, это точно, - резко кинул Мердзингер, вставая и закидывая лук на плечо. - Я выйду в ближние кусты, - сказал он и, успев заметить, что Бочонок уже заготовил шутку, быстро добавил: - нет, не за тем. Вдруг кто ваши очаровательные задницы решит на вертел насадить... Буду рядом, в общем.

Проваливаясь в сон, Ромунд слышал, как эльф покинул грот.

Во сне ему чудились всякие неприятные вещи, одна страшней другой... Горящий родительский дом... руины Умрада... Пару раз являлись сцены из двух пережитых недавно схваток, от чего юноша резко дергался и, просыпаясь на пару секунд, вновь окунался в Мир Грез... Пустынный пляж, дремучий лес... Однажды скала, окруженная бурным морем, в другой раз ревущий вулкан... А затем тихая гладь какого-то лесного озера, окаймленного сочной зеленью, так похожего на то, что он видел в детстве во время путешествия с отцом на север земель Республики! Так славно, так мило... Но затем налетел сухой, обжигающий ветер и всего этого не стало. Точно также, как когда-нибудь не станет нас...

- Ромунд! - резкий крик вырвал его из сна и заставил приподняться на локтях.

Продрав заспанные глаза, юноша увидел прямо перед собой сильно нахмурившееся рябое лицо Гвоздя. Вояка, схватив его за грудки, нещадно тряс и приказывал очнуться.

- Да все, проснулся, проснулся! Хорош! - пробурчал Ромунд.

- Отлично. Пять минут придти в себя. Вот фляга. Там немного огненной водицы, - сказал командир и стремительно вышел из грота.

Присев, Ромунд огляделся. Костер давно погас, оставив после себя лишь тускло догорающие угольки. Однако в гроте было тепло. И даже как-то уютно. В том углу, где недавно спал Медведь сейчас примостились Белка да Стрелка, повернувшись друг к другу спиной и положив клинки у изголовья. Оба бойца, побывав сегодня в нелегкой стычке и отсидев в дозоре, сейчас мирно отдыхали. Бочонок и силач Медведь ушли на посты. Альма все так же, как и несколько часов назад, пребывала в небытии мира снов.

Хмыкнув, Ромунд сделал пару нарочито затяжных глотков крепкого воинского напитка, от которых свело все мышцы на лице привыкшего к вкусу мягкого вина юноши и тут же встряхнуло его сознание...

Не прошло и пары мгновений, как Гвоздь вернулся в сопровождении Мердзингера. Пока Ромунд кривлялся и отходил от принятого на грудь, эльф опустил перед ним небольшую керамическую чашу, на дне которой было насыпано чуть-чуть порошка.

- Ты знаешь, что делать...

Конечно, Ромунд знал, ведь именно для этого он и был назначен в разведотряд.

- Да, да... - пробурчал юноша. Сон после принятия напитка как рукой сняло. - Только не здесь. Нужно узнать направление ветра. Лучше бы с какой-нибудь возвышенности что ли...

- Может, еще пару девок и хорошее вино? - вполне серьезно осведомился Гвоздь.

- Не помешало бы, - улыбнулся Ромунд, но поддержки в лице командира не увидел. - Но на улицу точно надо. Прикройте меня. Я буду слишком сосредоточен и не смогу защититься...

- Ясно. Следуй за мной, - быстро ответил Гвоздь.

Ромунд, взяв чашу в руки, медленно поплелся за командиром по узкому проходу, ведущему из-под земли наружу, чувствуя проникающий взгляд светящихся глаз Мердзингера у себя на затылке. Да какого хочет этот получеловек?

Свежий ночной воздух резко пахнул в лицо, заставив Ромунда скривиться от недовольства. Ах! Как же было противно здесь... И зачем, спрашивается, выгоняли из теплого и показавшегося на некоторое время уютно помещения? Проклятые вояки. Магу в какой-то миг даже захотелось пнуть навязчивого эльфа ногой в живот и пойти спокойно доспать свой законный сон... Но... Мечты! Мечты!

Вход в грот со всех сторон обступили густые джунгли. Изощренное волшебство заставляло растительность бурно цвести и развиваться, поэтому даже обычный папоротник мог стать препятствием на дороге... к сожалению для ближайших гор было километров двадцать пять отсюда, поэтому Ромунд, повертев головой туда сюда в поиске приемлемого места, решил просто отойти в тьму пальм, которая послужит хотя бы временной маскировкой, если кто-либо решит покуситься на его персону.

- Постарайтесь не издавать лишних звуков... Да и не делать лишних движений тоже, - сказал юноша и, не дожидаясь ответной реакции, приступил к делу. Высыпал порошок себе на ладонь, брезгливо проверил его содержимое (в нем обязательно должны содержаться маленькие гранулы бирюзы) и положил всю необходимую субстанцию внутрь принесенной Мердзингером чаши. - Целебро Фастима... - начал он читать заклинание. Магическое зелье стало постепенно разогреваться и набирать свет. Еще пару минут четкого прочтения слов и Ромунд, возвысив голос, произнес последние: - Умеберто Далатос! - порошок плавно взвился в воздух и, некоторое время покружив на месте, рванул по направлению ветра.

Через пару секунд Ромунду показалось, что его тело само по себе удлинилось, словно каждая частичка тела расщепилась на мелкие составляющие, и тут же полетело за магическим порошком вперед.

До этого Ромунд несколько раз "слушал" ветер, но каждый из них был отмечен своей особенностью...

Сегодня юный маг впервые чувствовал весь колорит природной жизни джунглей, сквозь которые неслась его магия. Он пропускал через себя огромные потоки информации, которые его мозг был просто не в состоянии обработать. Запахи, вкусы, звуки, целые куски пейзажей ночных джунглей, которые вырисовывались в его голове за счет отражения потоков об контуры объектов... Он мог слышать и шуршание муравьев в своих гнездах и редкие переклички птиц... Он мог слышать шелест листьев под нежными дуновениями ночного ветра и всплески воды в сотнях ручьев. Он мог чувствовать аромат каждого цветка и в то же время вонь гнилого дерева или болота... Но все это было не то... Совсем не то... Можно часами наслаждаться всей этой гармонией естества, задача была совсем иная и, увы, куда более приземленная. Пролетая сквозь пространство, Ромунд, отойдя от неожиданно нахлынувшей на него лавины ощущений, приступил к самому сложному - отработке получаемых данных и выборке необходимого. Несмотря на объем получаемых звуковых фрагментов, проанализировать источники человеческой речи было проще всего, просто нацелив внимание на взаимосвязанные звуковые сигналы, не имеющие периодичной цикличности. Однако такое невозможно по отношению к запаху - человеческий мозг чересчур туго анализирует ароматы...Опираться на силовые импульсы, отскакивающие от тех или иных объектов, не стоит - тут можно и цианоса с человеком перепутать. Короче говоря, вычисление признаков человеческого общения в радиусе пятнадцати километров (а более не требовалось в данной ситуации, хотя юноша при должной выдержке мог узнать даже то, что творилось на другом материке) заняло у него не более пяти минут. Все же он был одним из лучших в Академии по данной части магических умений. На западе и юге никого выявлено не было. Только какие-то животные да пара представителей местных племен. Однако на востоке же бродил десяток неизвестных людей. К большому сожалению, многословием они не страдали, и выяснить, что к чему, у Ромунда не вышло. Но вот к северу, а точнее к северо-западу, творилось что-то неясное. Оттуда никаких данных не пришло. Ромунд мысленно пытался прорваться туда и хотя бы ментально узреть что-нибудь, но тщетно. Стена. Как раз там, где был Шестнадцатый вал, в трех километрах от настоящего места остановки отряда, разнесся информационный провал. В теории подобные случаи связывались с чужим противодействием, но вот загвоздка -посторонней магии не чувствовалось и в помине. Попробовав еще несколько раз, Ромунд прекратил бесплодные попытки и, прошептав заклятие, вернулся в свое тело, рухнув от усталости на землю. Казавшееся ему столь простым волшебство сожгло очень много его сил...

К нему тут же подскочил стоявший неподалеку Мердзингер и помог подняться на ноги.

- Докладывай, солдат, - сухо приказал Гвоздь, сложив руки на груди. Он явно не шибко жаловал молодого мага. Вот непруха-то! То странный эльф, то суровый командир.

Ромунд, немного запинаясь из-за боли в голове, постарался пересказать все, что успел вызнать вокруг ... Гвоздь выслушал юношу с отстраненным, каменным лицом, а когда тот закончил, то, немного потерев подбородок в раздумьях, спросил:

- Ты уверен? Может, умения не хватило... Может...

- Вы думаете Альма сильнее меня? - улыбнулся Ромунд. - В деле воздушной магии на курсе мне не было равных. И я не говорю это из гордости, а из чистой пользы для дела. Альма не узнает больше моего, даже если очень сильно захочет. Тут дело не в магии.

- А в чем же? - удивился командир.

- Вот это и было бы неплохо выяснить. Во всяком случае путь до Шестнадцатого вала чист, - пожав плечами, сказал Ромунд. - Правда все же стоит помнить, что сия магия далеко несовершенна, и обойти ее действие достаточно просто, например, не общаясь... Отражение же от тел даст очень мутные картины...

- Что-то сомневаюсь я, что здесь дело в этом... - потирая подбородок, сказал Мердзингер.

- Ясно... - пробормотал Гвоздь. - Мерд, зови Медведя и Боча, я подниму остальных. Пока и правда неприятель нас не ожидает, нужно действовать как можно скорей. А ты, Ромунд, более не трать силы и приди в кондицию. Мне нужен сильный и крепкий маг.

Сказав это, Гвоздь поспешил в грот.

Ромунд, немного покрутив головой в разные стороны и разогнав кровь в руках да ногах, взял данную ему чашу и, проверив наличие в ней вновь вернувшегося порошка, достал из кармана кусок тряпки и веревку, которые он оставил после латания ремней на сапогах, и замотал в них чашу. Все же он главный поводырь. Альма не обидится. Она все и так хорошо понимает.

***

Данила очнулся от резкого толчка чьих-то грубых рук... Немедленно приподнявшись на локтях, вояка увидел перед собой облаченного в полный боевой доспех Яра, державшего руки на эфесе меча. Снаружи неслись неразборчивые крики и лязки стали.

- Ну, старичок, спать долго будешь? Враг у ворот, - улыбнувшись, сказал молодой воин.

- Как так? Как же? - пробормотал Данила.

- А вот так. Видно дозоры прозевали... Мда.

- И что, много их там?

- А то... Рены, Бреган Дэрт, Реньюн. Тысяча точно наберется, - проговорил Яр и вышел из палатки.

Не раздумывая более, старый охотник принялся натягивать на себя все доспехи, какие мог, делая это с быстротой опытных рук, и уже минут через десять бок о бок с Яром бежал к переднему краю редутов.

Повсюду туда сюда носились солдаты, спеша поднести припасы к арбалетным гнездам и длинные пики для выстраивающихся в ряд тяжелых ратников. Весь Лагерь пришел в движение. Такого еще никогда не было. Никто из врагов не пробирался так далеко в глубь территории Глефы. Поразительно!

- Яр, я в гнездо, - бросил охотник. По привычке сухо и без лишних сантиментов. Хотя, может, нужно было сказать юнцу пару напутственных слов.

Юноша кивнул и поспешил к строю пехотинцев.

Запрыгнув внутрь укрепления на передней линии обороны, Данила обнаружил в нем еще двух стрелков, которые узнали его и тут же добродушно пожали руку и похлопали по плечу, признав в нем командира их сформировавшегося расчета. В клане было правило - командиров не назначают, их признают. Многие члены Глефы прославились на весь Север своей отвагой и мужеством, поэтому каждый знал, кто поистине достоин взять на себя командование, а кто просто болтун и салага. Однако это не относилось к категории сенешалей. Они совмещали и командные должности и иные, на которые сеньору вздумается их назначить . В основном многие были связаны с внешней политикой.

Данила выглянул в приготовленное для стрельбы оконце. Несмотря на заросли, с позиций защитников враг был виден как на ладони. Медленно наступающая линия, бойцов в триста, сейчас двигалась в их сторону. Другие две обходили редуты с боков, тем самым распыляя силы Глефы, заставляя их разжать кулак и оборонять и фланги, и фронт тоже.

- А с тылу-то есть кто? - осведомился Данила.

- Ага, отряд Ромула, - отозвался один стрелок. - Строганов еще ночью их туда отослал. Десятков пять точно там... Чувствовал неладное небось.

Данила скрипнул зубами. Если с тыла зайдет пускай не тысяча, но сотни две-три, Ромулу не выстоять...

В это время в гнездо запрыгнул еще один стрелок. Данила узнал в нем своего старого приятеля Сашку Тощего, коего еще знал с первых дней вступления в ряды Глефы. Маленький, худой, этот вояка своим умением уже не раз доказывал врагам, что размеры особенного значения не имеют.

- О, брат, - проговорил Сашка, поправляя съехавший во время прыжка шлем.

- Да, здорово, здорово! Ну что, заварушка, а? - улыбнулся Данила.

- Ага, еще какая! Только не как в старые добрые времена... - пробурчал тот и посмотрел в сторону надвигающегося противника. - Теперь бьемся на своей земле. Проклятье. Кто-то крыса, Данила. С западного направления кто-то сдал обходные маршруты.

Данила нахмурился и хотел было что-то сказать, как неожиданно влетевший в оконце укрепления болт чуть не лишил его жизни, скользнув в паре сантиметров от его горла и застряв в земляной куче.

- Началось...

Слушай мою команду, бойцы, - донеслись в сознании каждого вояки слова Строгонова - Бьем по врагу с минимальной задержкой. Болты должны в прямом смысле заставить их залечь в траву. Не опасайтесь Большого огня. Маги будут сдерживать наступление противника так долго, как смогут. Ратникам до момента вступления неприятеля в зону вашего поражения сидеть под защитой земляного вала и деревьев, затем же вступить в схватку и исполнить требующееся от вас. Да хранят вас боги! За честь и отвагу!
- Ура! - пронеслось в строю... Теперь главное не сплошать.

Во всем лагере набралось от силы сотни четыре с половиной бойцов. Остальные пять сотен были разбросаны в различных деревнях для выполнения обговоренных услуг по защите сельчан, а также некоторая часть в другие дозоры по всей принадлежащей Глефе территории. Как же врагу удалось пройти таким числом? Не ясно... Быть может во всех постах они применили какое-то свое новое оружие, последствия коего, возможно, сам Данила и Яр уже имели неприятность лицезреть.

- Так, бьем по очереди, сменяясь, - сказал Данила, пока стрелки высчитывали последние шаги для начала ведения сокрушительного огня. - Старайтесь целиться, но не задерживайтесь в проеме - шальной болт может вот так, - охотник указал на торчавший из земляной кучи снаряд, - с вами быстро покончить.

Все стрелки кивнули и тут же уши заложили грохоты взрывов, шарахнувших по всему полю вокруг рощи, в коей устроился Лагерь. Противник пытался сразить их магией, но в ряду Глефы были и свои умельцы.

- Пли! - заревел Данила, когда неприятельские бойцы бросились в атаку, разорвав строй. Биться в плотной линии среди деревьев да кустов было просто невозможно.

И тут заработали стрелки все трех краев обороны. Арбалеты щелкали в ритм рвущихся Больших огней. Массированный обстрел болтами немилосердно смял наступательный порыв неприятеля, скосив не менее двух десятков в их рядах и заставив закрыться щитами от неумолимого потока снарядов.

- А, скоты, не нравится? - рычал Сашка, разгоряченный боем. - На, получи!

Даже закрывшиеся щитами вояки не были полностью защищены от мастерского выстрела. Данила двух или трех подстрелил в неожиданно открывшиеся места, вроде вылезшей ступни в результате попытки продвинуться вперед или плеча... Затем склонившегося от боли солдата добивал следующий идущий за ним стрелок.

- Бей, бей гадов! - орали сидевшие за редутами пехотинцы. - Бей проклятых!

Однако и сам неприятель порой отстреливался, угрожая шальным манером зацепить кого-нибудь из Глефы. Несмотря на всю мощь ведущегося огня, враг медленно, но верно продвигался. Все же если бы фланги не были увлечены боем, то наступавшие во фронт уже давно все до единого слегли бы в утреннюю траву. Но сейчас... Осталось еще метров сорок до первых зарослей рощи и тогда эффективность обстрела сведется к минимуму и начнется рукопашная. Вот тут то и появится реальная опасность не устоять под напором превосходящего числа...

- Во храбрецы! Вот сволочи, а! - бормотал Сашка. - Ну, точно рены на нас... Псы брегоновские уж давно смылись бы! Да стреляй ты точнее! Черт, моя бабушка лучше стреляет, чем ты! - ругал он одного из арбалетчиков.

- Я не... - хотел был возразить тот, но шальной болт взвизгнул, зацепив край проема, и вошел арбалетчику прямо в горло...

- Динс! - пробормотал подхвативший раненного другой стрелок. - Проклятье, Динс!

- Отставить, солдат! Будет время для разговоров с мертвыми, - бросил Данила, пристрелив какого-то чересчур уж прыткого бойца ренов. - Стреляй давай, если не хочешь присоединиться к товарищу!

И тот стрелял... И все они делали то, что от них требовалось, но враг в тот день все же был настроен решительно. Когда заросли оказались совсем близко, воины Ренессанса, повинуясь четко отданному приказу, раскрыли щиты и со всех ног рванули внутрь чащи, неся огромные потери... Один за другим первые две линии наступающих сложили свою храбрость в землю навсегда, но вскоре маги противника, прорвав отчаянное, судя по грохотавшим со всех сторон взрывам Большого Огня, сопротивление, нанесли массированную атаку на передние позиции Глефы, и защитники захлебнулись в пыли, крови и огне... Данила лишь помнил, как затрещали деревянные укрытия, сгорая в магическом пламени, и нестерпимую боль в горле, полного забившейся земли и пепла, оставшегося от чьего-то сгоревшего тела... Если бы не Сашка, он завалился бы там и остался б ждать, пока враги не заняли укрепления. Но старый и неказистый с виду вояка подхватил сильной рукой его обмякшее тело и поволок за собой в безопасное укрытие ко второй линии обороны, где засели воины. Почему он не сгорел в огне? Хороший вопрос... Возможно, угол взрыва был не тот, а возможно, заклятие применил слабенький маг, и наложенная на бегу магия защиты смогла отразит нелепый удар. Но еще один стрелок то не спасся! Во всяком случае, несильно контуженый Данила некоторое время полежал на земле близ нового арбалетного гнезда, приходя в чувство и вскоре, проверив свой арбалет, был готов к новой схватке, которая уже была в самом разгаре.

Завладев первой линией укреплений, рены не стали задерживаться на вновь приобретенной территории, а рванули дальше, к своему большому несчастью напарываясь на множество ловушек, расставленных то тут, то там в кустах. Самострелы с ядовитыми дротиками, волчьи ямы, торчащие острые колья.... Все эти прелести унесли жизни не менее двух десятков охваченных безумием сражения ребят, но не смогли сдержать их боевой пыл. Две сотни с лишним бойцов обрушились на позиции ратников, поначалу замявшись от сплоченного удара ратников с длинными пиками, но затем резво справившись с этой проблемой, наконец, вступили с Глефой в рукопашную.

Данила расстрелял весь свой боезапас прежде, чем ему пришлось взяться за два своих коротких кинжала. Конечно, при таком превосходстве неприятеля было трудно рассчитывать на легкое убийство вражеских солдат, поэтому главной задачей было морально выдержать натиск наступающих, храня себя под крепостью надежного щита, коего, однако, у старого охотника не было и ему приходилось в двойне тяжко. В конце концов, получив две раны на руке и ноге, он вышел из первой линии и, позаимствовав сумку с болтами у ближайшего мертвого арбалетчика, принялся за свое привычное дело.

План врага удался. Взяв отряды Глефы со всех сторон (пока, к счастью, не с тыла) неприятель теснил их, медленно сдвигая к центру Лагеря и заготавливая котел для последующего уничтожения. В принципе, схема вполне понятная: несущей колоссальные потери Глефе ничего не оставалось, как медленно подчиняться задуманному плану соперника. Но проблемой для ренов стала яростная и несокрушимая стойкость, с которой сражались забитые в угол бойцы вольного клана. Не сдавая и шага без ожесточенной схватки, воины Глефы в плотном строю все больше и больше стали колебать решимость ренов и так уже умытых своей кровью. Тогда неприятель стал осыпать защищавшихся эфирными эманациями своего зачарованного оружия, но спрятавшиеся где-то мастера земли спасали своих как могли... Но вот в какой-то миг каждый солдат Глефы ощутил, как ослабли его мышцы и в глазах все стало расплываться... Магия... Изощренная магия! Не имея возможности нанести удар Большим Огнем, проклятые чародеи решили этот вопрос по иному.

На дрожащих ногах Данила простоял недолго, схватившись за саднившие виски, он рухнул в ближайший куст, проклиная весь белый свет. Неизвестно, как бы сложилась дальнейшая судьба этой битвы, не обнаружь охотник в этих кустах своего... напарника Яра, склонившегося над какой-то книгой и быстро шепчущего слова заклятия.

- Ты какого делаешь? - пробурчал Данила и ужаснулся, когда юноша обернулся к нему, сверкнув налитыми кровью глазами. Охотник почувствовал, как ослабло давление чужой воли, когда он отвлек Яра. - Неужели ты?

- Венде...- хотел было выкрикнуть Яр, подбросив порошок, но движение опытных рук Данилы опередили его, вогнав маленький кинжал в его тело. Проклятый предатель успел сделать легкое движение, убрав сердце и подставив плечо. Гаденыш взвыл и схватился за кровоточащую рану. Лягнув Данилу ногой в лицо, он шарахнулся в сторону и выпрыгнул из кустов.

Освобожденный от давления чар, охотник от радости даже не заметил расквасившего ему нос удара и выскочил было за Яром, но тот куда-то скрылся, оставив, однако, свою черную книгу. Сунув на всякий случай ее себе в торбу, Данила поспеши на помощь к товарищам, которые с еще большей силой взялись крушить врага, даже начав теснить его и вскоре откинув за вторую линию обороны.

И тут раздался гром рога, возвестив о приходе подкреплений... к Глефе. Данила чуть не запрыгал на месте, когда увидел, как в чащу врывается целый полк наездников на мамонтах, ломая деревья и, попутно сминая ряды неприятеля. Доселе не сражавшийся вместе с воинами Строгонов, блистая в лучах утреннего солнца своими золотыми наплечниками, вел в победоносное наступление секретный отряд, ставший полной неожиданностью для врага. Ошеломленные и раздавленные во всех смыслах рены со своими союзниками после недолго сопротивления обратились в бегство, но в большинстве своем были настигнуты и либо перебиты, либо взяты в плен...

Часом позже, когда пленники были приведены в Лагерь, а вояки, достав бочки с вином, уже принялись праздновать победу, Строганов вдруг подозвал к себе Данилу и в присутствии пяти оставшихся в живых сенешалей, произвел старого охотника в соответствующий ранг командующего состава.

- Мой сеньор, я не достоин... - начал было Данила.

- Ой, ну не пой уж мне эту песню, - отмахнулся Строганов, сделав богатырский глоток вина из своего серебряного кубка. Огромный в росте и плечах лидер Глефы чем-то напоминал медведя. Даже волосы его большой головы были чем-то похожи на мех этого животного. Правда, лицо у Строгонова было добродушное, как у любого храброго воина из старых сказок.

- Нет, мой сеньор... Особенно в сфере последних событий... - сказал Данила и замялся на полуслове. - Мой напарник того... предатель... Я спугнул его, когда тот решил ослабить наших воинов. Вот какая-то книга, в которой он читал заклинания.

- Неужели? - удивился Строганов и, нахмурившись, выслушал описание произошедшего. - Ну! Товарищ мой дорогой! В таком случае ты более других заслуживаешь сего звания. Давай сюда книгу. Ага. Ну, я мало что в этом помаю, - положив ее к себе в походную сумку, пробормотал Строганов. - Дадим магам разбираться. А теперь выпьем же...

- Сеньор! Мой Сеньор! - прокричал кто-то, подбегая к Строганову.

- Что стряслось? - нахмурился сеньор. Его вновь прервали в попытке испить вина.

- Мастер Фолио... - задыхаясь пробормотал рыжебородый боец с кровоточащим предплечьем. - Убит. Жутко. А Патранакс... Он словно тот, что принесли. А самого больного нет... Только следы...

- И? - нетерпеливо пробормотал Строганов.

- Словно тварь какая-то прошла... неизвестная.

***

Гвоздь нетерпеливо поднял всех разом, заставив в кратчайшие сроки приготовится к выступлению. Несчастную Альму расталкивали всем отрядом, затем влив в нее мамонтову долю настойки целуфатоса вперемешку с огненной водой. Особенно последнее произвело на нее достойное впечатление, кашлем выбив из нее последние остатки сладкого Мира Грез.

- Давай собирайся! - прикрикивал Бочонок. - Итак, спала целый день! У нас с Медведем теперь руки вот отваливаются... Нет, конечно, не из-за твоего веса, а из-за продолжительности...

Альма залилась краской. Как она в последствии призналась, использованная ею магия там, у ручья, далась ей впервые в жизни. До этого все попытки координировать действия перемещаемых объектов оказывались провальными. Узнав сие "приятное" обстоятельство Гвоздь в командной, не терпящей лишних оговорок, форме объяснил, что дальнейшие эксперименты стоит "засунуть в самые дальние концы академических аудиторий" или себе в место, предназначенное для опоры... Отметив про себя очередной раз всю глубину воинских взаимоотношений, Ромунд помог девушке собраться и, активизировав по требованию командира, заклятие поиска, поспешил присоединиться к покидающему стоянку отряду.

Когда солнце еще только-только робко выглянуло из-за горизонта, лизнув хмурое небо, бойцы славной Республики с каждой минутой все ближе приближались к заветной цели своей миссии - Шестнадцатому Валу. Несмотря на сообщение о неизвестности происходящего впереди, бывалые вояки ни в коем разе не выказывали своей озабоченности по поводу предстоящего. Теперь, когда весь отряд двигался в полном составе, полностью доверив разведку Ромунду, ежеминутно получавшему информацию о происходящем в трех-четырех километрах вокруг, люди наоборот почувствовали большую легкость. Белка и Стрелка перманентно острили в сторону Бочонка, который умело парируя плоские и, на взгляд Ромунда, неумелые выпады, сам давал жару шутникам, иной раз заставляя покраснеть Альму, а Медведь, шедший рядом с юношей, комментировал словесную дуэль, порой ненароком принимая ту или иную сторону удачно вставленной фразой. Гвоздь же с эльфом хранили достойное молчание, соответственно возглавляя и прикрывая двигавшийся отряд. Наверное, командир предчувствовал, что ожидать что-то хорошее от предстоящей разведки Шестнадцатого Вала не представлялось возможным, поэтому давал некоторую свободу своим солдатам, дабы те немного развеялись и сняли лишнее и ненужное напряжение, возникшее после того, как Ромунд с дуру разболтал о полученных сведениях. Разок прописав юноше в живот, Гвоздь дал понять, что вся информация идет исключительно к высшим должностям, но никак не к низшим. Поэтому на все дальнейшие расспросы сотоварищей по оружию Ромунд отвечал односложным отказом, чем немало позабавил Белку и Стрелку, вдоволь нашутившихся о командире и самом новоиспеченном бойце.

Двигаться вперед и правда оказалось не так просто. Во-первых, в этих густых чащах обитало множество всевозможных тварей, с которыми было лучше иной раз не встречаться и не терять время на бессмысленное растранжиривание ценных сил, а, во-вторых, покрытая утренней росой земля превратилась в месиво, которое порой было трудно отличить от зыбучих песков. Несмотря на все старания Ромунда, немного неповоротливый Бочонок все же умудрился попасть в одну из таких природных ловушек... Пришлось вытаскивать и очищать незадачливого вояку. Опасаясь всевозможных препятствий, отряд двигался крайне медленно, делая достаточно долгие обходные маневры. Однако все было бы хорошо и благополучно, если бы на пути не встали крайне странные и необъяснимые вещи. Примерно через полтора часа после выступления магия Ромунда начала давать сбои. Первым, что подало тревожный знак, была стычка с несколькими хмурыми цианосами, устроившими привал под большой ветвистой пальмой. Никаких данных заклятие поиска не предоставило, и отряд вышел на существ совершенно неожиданно для них и для себя. Первым опомнился Мердзингер, уложив двоих противников молниеносной стрельбой из лука. Еще двое пали от одновременно пущенных огненных стрел Ромунда и Альмы. Первородные племена не шибко церемонились с людьми, ненавидя их всем сердцем, поэтому действовать по отношению к ним, к сожалению, приходилось категорично. После такого происшествия Гвоздь повторно сделал внушение в живот молодому магу, не получив, однако никакого конкретного объяснения. Начавший уже сомневаться в способностях Ромунда Гвоздь был тут же сильно озадачен заявлением Альмы о своем полном бессилии вести разведку. Она даже не смогла определить передвижение бабочки в нескольких метрах от себя. Причины были ей неизвестны. Ромунд же еще кое-что улавливал в эманациях заклятия, хотя повторное "слушание ветра" ничего так и не принесло. Слегка проникшись попытками Ромунда теоретически объяснить происходящее, Гвоздь все же выслал Белку и Стрелку на ближайший осмотр местности, чем немало угадал, когда наступило второе и самое тревожное обстоятельство - полный отказ магии поиска в подчинении. Как только Ромунд почувствовал, что более не получает ровно никаких данных, он поспешил заявить об этом командиру, но в тот же момент из густых зарослей вынырнули два ловких близнеца и с бледными, озабоченными лицами посоветовали сделать еще один крюк, обойдя целый лагерь гоблинов у Вертских холмов, за которыми в паре сотнях метров начинались первые укрепления. Теперь, потеряв всякую веселость, все члены разведотряда смотрел в оба, ожидая уже за каждым деревцем встретить врага.

- Придется выйти на заброшенную дорогу и по ней сразу до Полуденного тракта. Шариться в этих кустах мы можем еще хоть сутки! - заявил Медведь, когда Гвоздь решил сделать короткий привал для оценки ситуации.

Не согласиться с ним было просто невозможно. Отряд и так потерял три с половиной часа на прохождение расстояния, которое мог преодолеть максимум за час или полтора.

- Нельзя на дорогу, - коротко бросил эльф. - Только вдоль нее, под прикрытием зарослей.

- Ага, точно, а то будем как на ладони, - кивнул Бочонок. - Чикай из лука потихоньку и все...

Гвоздь, обведя всех взглядом, вновь выслал вперед братьев-близнецов, приняв решение о необходимости как можно скорее донести сведения командованию о произведенной разведке, и повел отряд в сторону заброшенной дороги. Некогда тракт забирал слегка южнее, чем шел сейчас, заглядывая по пути в достаточно крупную деревню, в которую стекались все потоки хозяйственных продуктов от фермеров приграничной зоны. Местечко было достаточно известное и прибыльное, но однажды деревня просто исчезла. Официально Сенат заявил о вылазке войск Таргоса, но по свидетельствам приходивших позднее с фронта ребят никакого проникновения противника зафиксировано не было. Шестнадцатый Вал не пропустил бы даже одного бойца, не говоря уже о таком количестве солдат, что способны стереть деревню с лица земли... Все в отряде знали о загадочных обстоятельствах гибели целого населенного пункта, но молчали, сделавшись угрюмыми и озабоченными.

Конечно, выходить из-под сени спасительных зарослей никто и не собирался. Поросшая высокой травой грунтовая дорога лентой пролегала сквозь джунгли, и по ее бокам кусты и деревья позволяли спрятаться целой армии. Отослав на ту сторону Белку, а на этой вперед Стрелку, отряд медленно и максимально тихо двигался по дуге старой дороги. Ощущение чего-то совсем унылого и печального резко навалилось на сердце. Ромунда била крупная дрожь, но он старался не показывать этого...Да еще и Альма, бледная как смерть, жалась все ближе к нему, чуть ли не наступая на ноги. Он пытался всячески успокоить испуганную девушку, но ничего не получалось. Ей было еще страшнее него, ведь она своим особым женским чутьем лучше ощущала приближавшуюся опасность. В воздухе витали тошнотворные запахи смерти...

В какой-то момент с той стороны дороги, где шел Белка, донесся предупреждающий вскрик попугая - условный знак опасности. Отряд тут же остановился и залег в разросшийся папоротник, напряженно вслушиваясь в тишину... По прошествии нескольких минут через дорогу раздался шум и треск, затем душераздирающий вопль и в секунду все стихло... Сердце Ромунда в прямом смысле ушло в пятки. Бойцы бездействовали. Гвоздь поднятым вверх сжатым кулаком приказал всем оставаться на месте... Но тут в метрах десяти от остальных, из кустов на дорогу выскочил Стрелка и, выкрикивая самые черные ругательства в адрес неизвестного, с мечами на голо рванул на ту сторону, нырнув в зелень зарослей. Через пару минут донеслось его ауканье и призывы откликнуться, обращенные к Белке. Гвоздь отдал приказ Бочонку, Медведю и эльфу двинуть на подмогу.

Целый час весь отряд на свой страх и риск обыскивал округу в поисках пропавшего воина, но безуспешно. Ничего, кроме одинокой сабельки Белки с окровавленным эфесом, валявшейся в кустах далеко от дороги, обнаружить не удалось. Стрелка побродил вокруг да около, но с понуренной головой согласился с необходимостью продолжить путь. Они на войне...

На этот раз в разведку отправился эльф. Оставшийся в живых брат-близнец шел позади остальных бойцов, погрузившись в себя.

Ромунд что было сил корил себя за произошедшее, но никак не мог взять в толк, как же у него не вышла самая простая для него магия? Или даже точнее почему она не возымела должного эффекта? Он не мог это определить... Один из самых лучших адептов магии воздуха оставался бессильным даже в том, чтобы выявить источник проблем, тогда, как это азы магического искусства!

Один раз, не выдержав, юноша в сердцах бросил на землю походную торбу, вытащил из нее необходимую чашу и, игнорируя летевшую в его сторону ругань сотоварищей, решил снова попробовать слушать ветер... Но ничего. Ровным счетом ничего. Словно вокруг было безвоздушное пространство.

- Проклятье! - рявкнул Ромунд и хотел было уже швырнуть ни в чем неповинную чашу в ближайшую пальму, но цепкая рука возникшего откуда-то эльфа сдержала его.

- Не стоит, - тихо молвил он.

Ромунд, высвободив кисть, все же кинул негодный инструмент, но только на землю и зажал кулаки от злости. Весь отряд молчаливо и надменно наблюдал за потугами юноши.

- Не понимаю... Как же так? - взмолился юноша, поглядев на серое небо, еле проглядывавшее из-за густых крон.

- Что ты не понимаешь?! - раздраженно кинул Гвоздь и угрожающе двинулся на юношу. - Не понимаешь, почему ты не способен справляться со своими обязанностями? - подошедший вплотную командир попытался провести удар правой, но Ромунд был готов и спокойно отбил атаку, тут же приняв боевую стойку. Глаза Гвоздя налились кровью, и он хотел уже бросится на дерзкого мальца и раздавить его, как котенка, но между обоими противниками возник тонкий силуэт Мердзингера.

- Успокойся, командир, юноша здесь не причем... - тихо проговорил он.

- Как? Что? - захлебнулся желчью Гвоздь. - Из-за этого урода погиб мой боец! - примечательно, но брат Белки оставался безучастным к возникшему конфликту.

- Он не причем, - повторил полуэльф.

Гвоздь издал что-то вроде стона отчаяния и резко развернувшись богом, сплюнул в землю.

- А кто тогда? - рявкнул он.

- Думаю, стоит дать магу высказаться, - подал голос Медведь, искоса поглядывая на застывшего Ромунда.

Юноша опустил руки и, поглядывая в землю, запинаясь стал объяснять, что к чему... Однако его пояснения никак не действовали на командира. Привыкший полагаться на свои руки и добрый меч вояка никак не мог взять в толк, что есть вещи никак не зависящие от человека...

- Ты же маг, черт тебя подери! - утверждал он. - Ты зачем пять лет учился? А? Небось, деньги государственные с бабьем просаживал!

- Да нет же...

- Заткнись! - зарычал командир.

- Послушайте! - вдруг вступила Альма. - Если другой чародей будет использовать магию, то это почувствует даже второкурсник, только-только приступивший к изучению защитных заклинаний! Да и как вы смеете нести такую чушь на Ромунда, когда именно он уничтожил вражеских магов, там, у реки, где весь легион попал в засаду? Именно он безошибочно определил место ведущегося огня! Именно он пробил их защиту и спас не один десяток таких вояк как вы! Все, что бы вам оставалось делать без него, то это забиться в кусты и ждать, пока вас поджарят! - на последнем слове Альма осеклась, заметив как расширились от гнева глаза командира, но он промолчал.

- Действительно, скрыть воздействие магии нереально, - развел руками Ромунд.

- Нет, есть один способ, - сказал Мердзингер. - Если направить воздействие на сами потоки силы...

- Но это неподвластно человеку! - тут же запротестовал юноша.

- А кто сказал, что мы имеем дело с людьми? - резко бросил эльф. При этих словах все тут же уставились на него с выражениями, полными непонимания и страха.

- То есть как? - пробурчал Бочонок.

- Это лишь догадки, - поднял вверх руки эльф, словно защищаясь.

- И на чем же они основаны? - спросил вдруг смягчившийся Гвоздь.

- Ну, первое на моем личном чутье. Уж поверьте, папка оставил мне некоторые... способности, - сказал Мердзингер, сверкнув своими яркими глазами. - Ну и по тому, что мы увидели на месте гиб... исчезновения Белки...

- Что же? - встрепенулся Стрелка.

- Отсутствие каких-либо следов. А шуму и треска было предостаточно... Нечто тащило Белку, сломав его телом пару кустов, но потом исчезло.

Повисло молчание. Альма в страхе зажала рот руками, переводя испуганные взгляды с одного бойца, на другого. Медведь, ухмыляясь, водил большим пальцем по своему страшному оружию, Бочонок вновь раскурил трубку, а вот Стрелка с Гвоздем напряженно сверлили взглядом землю.

- Как бы то ни было, нужно продолжать двигаться дальше, - проговорил Гвоздь. - примерно через сотню метров деревня, за ней шагах в ста Пыльные сопки - а это уже тыл Шестнадцатого вала. Посмотрим что к чему и уходим...

- А что смотреть-то? - хмыкнул Бочонок. - Мы не наткнулись ни на один патруль, черт возьми!

- Заткнись, Боч, - посоветовал Медведь. - Пойдем и узнаем, понял?

- Да я-то что... Я так... - тут же забормотал воин.

- Мерд, двигайся вперед. Всем остальным крыться под сенью зарослей, дабы не смогли обстрелять нас с той стороны, - приказал Гвоздь и, ткнув пальцем в сторону Ромунда, бросил: - Ты! Во главу колонны!

Юноша, кивнув, подчинился. Да и как было поступить иначе? Он и так проявил изрядную долю противления воинскому насилию, за которую ему еще придется ответить в будущем... Он не сомневался. Система наказывает.

Окружавшая тишина давила на сознание. Каждый старался ступать максимально тихо, чтобы, не дай бог, под ногами не треснула какая-нибудь палочка, иначе в этом природном молчании можно было легко выдать себя. Да и еще темнота... Несмотря на то, что уже утро вступило в свои права, в густой чаще из-за крон многочисленных деревьев свет проникал крайне неохотно, и сколько бы Ромунд не жмурился, вглядываясь в дальние заросли, ничего толком разглядеть не мог. Плюнув на все это, юноша предложил отряду использовать магию острого зрения. Пока они не на свету, она очень поможет... Гвоздь, сверкая глазами, отрицательно покачал головой. Им еще шагов двадцать, и джунгли кончатся... Далее, перед сопками, будет прогалина и там много света... Ромунд, пожав плечами, двинулся дальше.

- Ни одна пташка не вякнет, - сетовал Бочонок. Он вообще шел и постоянно что-то бурчал себе под нос. Гвоздь запретил ему курить, и тот очень сильно расстроился. - Сдохло тут все.

Однако Бочонок был прав - местность больше напоминала не сочные джунгли, где бурно кипит жизнь, а умерщвленную пустыню...Ромунду совсем не нравилось, что в округе отсутствовала какая-либо живая активность... Сие обстоятельство тут же раскопало в его памяти заметки многих магических экспедиций в Мертвые земли на севере Гипериона...

Но к большому счастью бойцов отряда их героическое прохождение через вселяющие недоверие и страх после смерти Белки джунгли прошло без новых сюрпризов, и на пути наконец-то у них возникла деревня... В этом месте дорога покидала густоту зарослей и выходила на поросшую высокой травой равнину, посреди которой высились ветхие крыши покосившихся домов, а далее Сопки, на которых были расположены первые посты Шестнадцатого Вала. С них должна быть видна вся деревня...

У последних, перед открытым пространством, кустов, засел Мердзингер, внимательно осматривая округу. Гвоздь сделал знак остановиться и залечь, а сам, тихонько, в наклоне, двинулся к застывшему эльфу. Ромунд, чувствовавший к этому времени ужасную боль в ногах от тяжелых поножей и сапог, уселся на землю невдалеке от командира и Мердзингера.

- Ну что там? - еле слышно спросил Гвоздь, но Ромунд все же разобрал слова.

- Тишина. Гробовая, - ответил эльф.

- Та самая деревушка? - осведомился Гвоздь.

- Да, она. Посмотри на траву вокруг, - кивнул другой. - Не примята. Здесь давно никого не было.

- Тогда лучше не соваться? Или что?

- Черт его знает. Если пройдем сквозь нее, то сможем быстро вбежать на холмы... Обойти все равно не получился... Дома все перегородили.

- А как же сопки? Оттуда нас перебить, как раз плюнуть! - удивился Гвоздь.

- Не знаю... На сопках вроде никого.

- Значит наших нет?

- Нет... Однако чую я, что скрылось нечто в этих домах...

- Проклятье, Мерд! Вечно ты что-то чуешь. Ты мне скажи, вести туда ребят или нет?

- Вести. Только предупреди магов, чтоб были наготове. При малейшей опасности пусть выжгут здесь все.

Гвоздь кивнул и быстро подполз к отряду, введя всех в курс дела.

- Значит быстро, не задерживаясь, двигаемся через всю эту рухлять и к холмам. Не отставать, нос свой не совать туда, куда не надо. Придется идти по главной дороге деревни, иначе по мелким улочкам заплутаем да и в капканы еще какие-нибудь угодим. Все ясно?

- Так в засаду угодить проще простого, - отметил Медведь.

- Так и так... То, с чем мы имеем дело, может быстро поменять свою диспозицию. Есть еще вопросы?

Все напряженно молчали.

- Хорошо, тогда пошли. Чародеи... - Гвоздь ядовитым взглядом скользнул по лицу Ромунда, - не подведите в этот раз.

- Тучи надвигаются, - пробормотал на ухо магу Бочонок, внимательно поглядывая на темнеющее небо. - Сейчас бы табачку...

Первым на равнине показался Мердзингер и стрелой помчался к ближайшему двухэтажному дому, с раскуроченным боковым окном... Упершись в стену бедром, эльф вытащил свои тонкие клинки и дал знак всем остальным двигаться к нему. Следующим был Ромунд. Бросив взгляд на лысые вершины сопок, видно некогда оголенных Большим Огнем, потом на угрожающий силуэт сторожевой башни, а затем на источавшую опасность деревню, Ромунд что было сил побежал вперед, к сотоварищу, опасаясь в любой момент получить стрелу или огненный шар в спину ... Всякая защита имеет свою слабину. Но ему повезло - никто из возможных врагов так и не удосужился обратить внимание на его скромную персону, как, в прочем, и на весь отряд: через несколько минут все бойцы были у стены...

- Идем по два... последние втроем, - тихо проговорил Гвоздь и, подумав немного, добавил: - Все же идем не быстро. Черт его знает, на что можем напороться...

Везучему сегодня Ромунду досталось идти в первой паре вместе с Мердзингером. Все внутри юноши сжалось в комок, когда они вступили на главную улицу вот уже несколько десятилетий мертвой деревни... Потемневшие от многочисленных дождей, полусгнившие, источавшие зловоние разложения тела домов грудой надвинулись на возникших из ниоткуда людей... Их черные провалы окон зловещей темнотой взирали на них, провожая все дальше в глубь ужаса... Каждый шаг отдавался болью в сердце... Каждый шаг приближал опасность. Все внутри Ромунда просто выло от страха, призывая бежать, но вот от чего и куда?

Главная улица пролегала, не петляя, сквозь весь поселок, шагов через триста упираясь прямиком в сопки, где и находил конец жилой район. От основной дороги лучами отходили улочки помельче, теряясь где-то среди многочисленных обветшавших зданий. Судя по всему, населения здесь было семей как минимум в сто... Да и как иначе? Торговая точка! Здесь текли золотые жилы, но однажды никого не стало... Лишь поломанные предметы быта, детские игрушки, части людской перепачканной одежды напоминали некогда о том, что здесь бурлила жизнь... Двери и ставни у большинства домов были взломаны, одиноко валяясь в пыли, кое-где стены имели следы чьего-то насилия... Словно их... грызли и скребли когтями. Однако трупов не было... Скорее всего убрали спасательные экспедиции Республики... Но вот сокрыть следы непонятной деятельности они не смогли. Да и не хотели, наверное...

- Что это такое? - пробормотал Ромунд. - Что ж здесь было-то?

- Тихо, - приказал Мердзингер.

Эльф мягко ступал по пыльной дороге, переступая щепки, куски черепицы, горки угля и золы, о происхождении которых Ромунд даже не хотел задумываться. Юноша старался подражать своему спутнику, но все же иной раз тихий треск раздавался из-под его сапог, заставляя эльфа хмурится и кусать нижнюю губу. Ему было также не по себе... Он что-то чуял.

Ромунд никак не мог отделаться от мысли, что за ними кто-то наблюдает. Все чаще и чаще приходили на ум вычитанные описания Мертвых земель, где день все равно что ночь, а мертвая, каменистая округа полна любопытных глаз... Так и здесь... Налетевшие откуда ни возьмись тучи застлали солнце, от чего вокруг стало еще темнее и Ромунд поспешил вновь задействовать острое зрение, ну а вот насчет чужого наблюдения... Да юноша мог поставить пять золотых на то, что некто неустанно следит за ними... Или все же это просто наваждение? Глупые иллюзии страха?

Когда отряд оказался уже где-то на середине деревни, у одного из домов с провалившейся крышей внутри что-то хрустнуло, и через какое-то время за стенами этого скорбного жилища раздался звук падения чего-то тяжелого ... Душа Ромунда ушла в пятки, ноги затряслись так, что, казалось, сейчас откажут ему. Мердзингер тут же подал знак отряду остановится...Пару минут напряженно вслушиваясь в тишину, эльф ткнул Ромунда в плечо и показал на проклятый дом и начал стаскивать с плеча лук.

- Приготовь огонь, - пробормотал эльф. - Откроешь дверь и тут же отскакивай. Я встану перед дверью и пальну, если что...

Вне себя от ужаса, молодой маг медленно двинулся к дому. Ему с трудом удалось достать шепотку пороха - руки тряслись и не хотели слушаться... Подойдя в близь, юноша посмотрел на застывшего в шагах трех от него Мердзингера с натянутым луком в руках, затем на весь остальной отряд напряженно ждавший в стороне, и, что было сил ударил ногой в прогнившую дверь, от чего та влетела внутрь. Поспешив отойти, Ромунд приготовил порошок к удару... Но все было тихо.

- Дай света внутрь! - сказал эльф.

Ромунд не сразу сообразив, что от него хотят, вернул порошок в мешочек и, прочтя легкое заклинание, сотворил в руках маленький шар света. Покружив в его руках, он проскользнул в открытую дверь и застыл посреди просторной комнаты, озарив все помещение. К дому поспешили Медведь с Бочонком и тут же ворвались внутрь. Через пару минут в дверном проеме возник Медведь и, пожимая плечами, пробормотал

- Пусто. Никого.

- Командир! - раздался оклик Бочонка из-за стен дома. - Командир, взгляни.

Гвоздь, окинув взглядом отряд, вошел в дом. Ромунд, не справившись с любопытством, решил войти следом. Да его никто и не останавливал.

Домишко оказался вполне обычным жилищем какого-нибудь крестьянина-средника: кухня, две спальные комнаты, столовая, посреди которой валялись обломки изрубленного стола, и лестница, ведшая на верх из столовой, видимо к кладовке и детским комнатам... Повсюду разбитая посуда, куски рваной ткани... Мебель преимущественно разгромлена, будто ее кромсали топором... В прочем, ничего более примечательного, если б ни чье-то тело, лежащее на животе внизу лестницы. Подойдя к нему, Гвоздь перевернул труп и тут же отшатнулся... Смотреть на это было едва ли возможно... Кусок мяса, изорванный в клочья. Комок подкатил к горлу Ромунда, и он еле сдержал приступ тошноты...

- Судя по гербу - наш, - проговори Гвоздь, справившись с отвращением. - Кровь недавно запеклась. Убит часа три назад, наверно... Судя по следам на лестнице, скатился вниз. Почему? Вот это интересно... Да и вообще, какого он делал тут?

- Вот это и хотелось бы узнать... - пробормотал Бочонок.

- Командир, - сказал эльф, держа лук в руках и не убрав стрелы, наложенной на тетиву. - Прикажи всех в дом. Нужно обдумать, что делать дальше...

- Все сюда! Живо! - коротко сказал Гвоздь, продолжая осматривать тело. - Что ж с ним сделали такое? Когтями что ль рвали...

Когда весь отряд вошел внутрь, Мердзингер резко сказал:

- Впереди что-то есть.

Оторвавшись от созерцания трупа, Гвоздь кивнул.

- Это уже ясно... Что делать то будем? Шагов сто - сто пятьдесят еще до сопок...

- Это не люди, - пробормотал эльф.

- Тоже понятно... Кто-то из племен диких...

- Сомневаюсь, - покачал головой Мердзингер.

Командир закатил глаза.

- Ну а кто, черт тебя подрал! - заявил Гвоздь. - Ну кто еще может быть?! Видно, деревню тогда помяли как раз уродцы из первородных. Кому ж еще придет в голову стены грызть?

- И ты думаешь, Сенат стал бы врать и винить во всем Таргоса, когда нападение диких стало бы хорошим предлогом для какого-нибудь крестового похода за отличной добычей? Всякие там защитники слабых и обездоленных племен заткнулись бы и никак не смогли бы помешать окончательному уничтожению еще недобитых первородных! А тут... - эльф замялся. - Как будто древнее зло из старинных легенд...

- Да не морочь мне голову! - скривился Гвоздь. - Легенды, зло... Чушь собачья... Решай давай, как нам через деревню пройти и не засветиться!

Послушав этот не совсем ясный разговор, Ромунд отвернулся и выглянул в ближайшее окно... Все же здесь, за стенами, жуткий страх слегка отпустил и пыльная улица теперь казалась вполне обычной... Пустынной и просто заброшенной улицей... Ромунд даже слегка улыбнулся своим страхам. Гвоздь скорее был прав - весь страх, вероятно, нагнало их собственное воспаленное последними событиями сознание... Скорее всего какие-нибудь твари, вроде цианосов или ненормальных тропосов, решили поживиться чем-нибудь в заброшенной человеческой деревне, устроив сначала засаду на зашедшего слишком далеко вояку, а затем на засветившийся отряд... Удовлетворившись сим объяснением, юноша уже хотел было с улыбкой выйти из дома и хорошенько плюнуть на один из темных домов, подтвердив тем самым свое презрение, как на перпендикулярной главной дороге улице показался человек... У юного мага перехватило дыхание... Человек улыбаясь, направлялся прямо к дому, где находился отряд! Ужас встряхнул Ромунда снова, как только он заметил, что у этого гостя распорото брюхо и отсутствует пол руки, а сам он есть ни кто иной, как Белка!

Сидевший рядом Стрелка кинул рассеянный взгляд в окно и как только он заметил происходящее, его глаза расширились от удивления, и он, более не мешкая, вскочил на ноги и бросился к появившемуся из ниоткуда брату.

- Белка! Ты ли? - крикнул он, выпрыгивая из дома.

Все происходило слишком быстро. Ромунд не успел остановить Стрелку... Схватить его за руку, удержать. Он видел, как силуэт Белки начал ненормально уносится обратно в ту сторону, от которой он пришел... Стрелка рванул туда, окрикивая брата...

- Стой! - вырвался глухой стон из груди Ромунда, но было уже поздно.

К тому времени, когда все бойцы выскочил наружу, Стрелка исчез из виду... Бочок с секирой на перевес хотел было уже побежать следом, как с той стороны, где исчез второй брат донеслись страшные вопли, будто кого-то линчевали на части, а затем все вновь стихло... Начавший было движение Бочонок так и застыл на месте...

- Что же убивает нас, черт подери? - зарычал Медведь, до боли в костяшках сжавший Моргенштерн. - Дикие племена, да?

И тут вся деревня наполнилась нечеловеческими криками и леденящим душу воем... Казалось, что стонет сама земля! Ромунд заткнул уши и упал на землю. Тысячи голосов наполнили его голову... Кровь хлынула из носа... Он еле оторвал взгляд от земли и увидел, что со всех концов к ним рвались тысячи теней... Из домов выползали какие-то твари с крыльями и острыми зубами... Плелись даже самые настоящие зомби! Их шли убивать!

- Маги, огня! - заорал что было сил Гвоздь и Ромунд с Альмой, забыв о страхе и дикой боли в висках, вступили в дело...

Слова заклятий срывались с их губ быстрее молний... Гром взрывов Большого огня и огненных шаров заглушил вопли и стоны злых духов - теперь здесь властвовал огонь! Он рвал на части разрушенные дома, рвал на куски летящих тварей. Все в округе заполнило пламя, лившееся от щедрой магии двух чародеев отряда... Не чувствуя усталости они изничтожали все, что хоть как-то источало опасность!

- Бежим к сопкам! - прокричал Гвоздь и все оставшиеся в живых бойцы, что было мочи, поспешили исполнить приказ.

Ромунд и Альма забрасывали заклинаниями все дома на своем пути, превратив в конце концов всю деревню в пылающий котел... Однако же их никто не тронул. Бегом они добрались до сопок, не повстречав больше никого. К тому времени все дома поселка охватил огонь, безжалостно выжигая последние останки истории... Только тогда, когда отряд взобрался на холм, Гвоздь дал приказ остановится и сделать передышку... Жар, исходивший от горевшей деревни обжигал даже здесь...

- Что ж это за дерьмо такое было? - вытирая кровь, залившую лицо, сказал Бочонок. Кровотечение из носа у всех остановилось только сейчас...

- Ту санай гра... - пробурчал по-эльфийски Мердзингер, держась за окровавленный бок. Видно что-то все таки задело его.

- Что? - раздраженно спросил Медведь.

- Воронка... - ответила за него Альма, от чего Ромунд почувствовал, как жесткий комок подкатил к горлу.

Они в ловушке.

***

Мерзкий смрад сочился из пор изувеченной земли, стелясь едким желтым туманом по каменным равнинам, в особенности залегая в оврагах и отступая лишь перед острыми холмами, в беззвучной злобе окружая безмятежные вершины...Он был настолько непереносим, что, казалось, будто его убивающая сущность въедается в самый мозг! Этот яд... Под сенью злого, полного пепла и алого огня горящих вулканов, неба, гниющий кусок мировой плоти источал самый настоящий яд... Мерлон чувствовал, что нечто хотело убить его плоть, но в отчаянии разбиваясь об стену непреодолимых препятствий, отступало, чтобы затем накинуться каскадом различных сюрпризов, исходивших из каждого уголка сего непривлекательного для смертных места.... Но не серные дожди, чьи разъедающие камни струи прожигали его сердце, ни потоки чистого огня, ни вихри пыли и грязи, ни толпы безумных зомби не могут сдержать Мерлона на пути к заветной цели! Цели, которую он не знал, но стремился, ибо так говорили голоса. Ведь они обещали жизнь и дали ее. Они обещают власть и ведут к ней! Но чем больше он прислушивался к ним, тем больше оставшейся частичкой сознания убеждался в своем окончательном помешательстве и смерти прежнего себя. Он сыпал в голоса проклятия, и они молчали, внимая ему. Они проклинали его, и он молчал в ответ... Тупая тоска, боль... Где прежний Мерлон? Где беззаботная душа? Разве он хотел власти? Великих богатств?

Это Харон, приятель, здесь всегда тянет размышлять...

"Возможно и так! Какая от этого разница?" - отвечал иной голос.

Молчи, несчастный! Глупец! Что твои пустые размышления? Они принесли тебе жизнь? Нет! Ее принесли Мы! И только Мы есть и альфа и омега, и только Мы знаем Истинный путь!

"Путь горя и страданий?"

Путь владычества и Истины!

Путь пропащих душ, - заключал про себя Мерлон, уже в сотый раз вычленяя этот диалог среди гомона тысяч голосов.

Куда он все же идет? Ему точно неизвестно... Куда-то на восток, в самый центр Харона... На восток... через эти ядовитые туманы и серные дожди... По этой острой, как бритва, земле, изрубившей сапоги Мерлона в жалкую требуху, которому, правда, почему-то было все равно. Нет гнева. Лишь безутешная тоска, рождавшая отчаяние... Порой ему хотелось забиться куда-нибудь в угол и зарыдать, как ребенку, но что-то грозное внутри него распыляло огонь, заставляя очнуться ярости и поглотить его! Все человеческое должно быть смыто!

- Зачем? - завопил как-то Мерлон и повалился на землю, скребя землю и расцарапывая руки в кровь. - Зачем?! - орал он, поднимая окровавленные ладони к грязному небу, чувствуя как они заживают за доли секунды. - Почему? Почему мне не сказали какова цена? - срываясь уже на рыдания, продолжал он кричать.

А помогло бы?

- Нет! Молчи! Молчи! - Мерлон вскочил на ноги и ему почудилось, что прямо перед ним возник его прообраз с надменно ухмыляющимся лицом... Такой же грязный и оборванный, только с черными, как смоль глазами... - Молчи, поганая тварь!

Неужто? Что же ты сделаешь, а? Вот скажи, Мерлон? Ты бы выбрал смерть там, на Гиперионе, захлебываясь кровью в агонии? - говорил двойник в сознании, но Мерлон рефлекторно закрыл уши.

- Молчи! Молчи! Молчи! - бормотал он, зажмурив глаза.

А ведь тебя предупреждали.... Делай выбор обдуманно!

- Вы использовали меня! Вы меня предали!

Ну! Наверное... Ты оказалась в дураках!

Не выдержав, Мерлон дал волю своим связкам, хлестнув округу, словно розгой, своим обезумевшим криком, на ходу из боли рождая гнев, из гнева всесокрушающий огонь!

Цепи холмов превращались в пыль, равнины обращались в глубокие расщелины... Болотистые гнилые озера испарялись в ядовитый пар!

Брось эти глупости. Найдется, что еще измельчить на атомы...

- Пошел ты! - рявкнул Мерлон.

Я-то пойду, - еще сильнее расплылся в улыбке двойник. - Только от судьбы ты не уйдешь!

И пламя, пожиравшее округу, взялось еще сильнее! И сам Мерлон взвился под огненные облака, кромсая своей яростью несчастные камни! Он мчался вперед, оставляя после себя ничто. Он был частью этого места! В симфонии мертвой земли, злого неба и всесильного гневного себя!

Пускай сегодня правит разрушение! И гром рвущихся взрывов был слышен далеко вокруг, заставив съежится каждого Стража на своем опасном посту.... Предвещалось нечто совсем нехорошее!

***

Четверо людей, закутанных в почерневшие от пыли и грязи одежды, напрямик пробирались сквозь ядовитый туман, преимущественно стелившейся недалеко от болотистых ручьев и озер, коих в Черной Долине (так на карте обозначалось это место) распласталось предостаточно. Конечно, будь путники без защиты, пропитанный отравой воздух уже давно превратил бы их легкие в кусок гноящейся плоти, как, в прочем, и все их внутренние органы, но в рядах Стражей дураков не водилось. Трудная служба миру вдолбила в головы своих покорных солдат, что есть некоторые вещи, соблюдение которых обязательно и никаким оговоркам не подлежит. Идешь за территорию Цитадели? Будь добр, используй очень простенькую магию защиты, не пропускающую всевозможные яды, кои можно вдоволь и на любой вкус найти как в воде, так и в воздухе. Путь их лежал с Южной Катабеллы - района руин, некогда бывших каким-то городком до Войны Сил. Название-то пристало к этому месту, когда лет сто тому назад бравый капитан Стражей с пятью десятками людей держал оборону на Южном тракте против сотен зомби, угрожавших слиться в один поток с тварям, рвавшимися к Цитадели по Северному пути. В результате поток атакующих лишился части своих сил, был ослаблен и легко разбит еще на подступах к крепости... Катабелла, как водится в таких героических случаях, пал и воплотился духом тех земель, по которым пройти врагу так и не удалось.

Будучи свидетелями неизвестной мощной активности, пробиравшиеся по болотам люди оглядывались по всем сторонам, поминутно проверяя магическую защиту. На их глазах, километрах в двух от сюда, Мрачный пик (один из высочайших холмов, острой вершиной уходивший ввысь) рассыпался на сотни мелких камней, устлав собою округу. После этого инцидента души у бравых Стражей ушли в пятки, и теперь они спеши как можно быстрее вернуться домой, хотя и не гнушались переброситься парой слов, тем самым хоть как-то сгоняя страх. В этих землях таиться было нечего. Если надо - услышат и так: всевозможные твари ориентируются больше на запах и даже могут улавливать недоступные человеческому слуху звуки.

- Это были вулканы, Трам! Ну послушай же! Я три года отучился в Академии Естествознания и знаю что к чему! - утверждал низкорослый коренастый мужчина, перепрыгивая через острые камни.

- Знаем мы чему ты там учился! Балбес! Ты лучше дурам в Цитадели это рассказывай, а не нам голову морочь!... Фигура в небе мне привиделась что ль? Или нужно больше доверять твоему примитивному уму, чем своим глазам? - горячился спутник, шедший впереди коренастого.

- Да мало ли что там со страху то привидится! И вообще, мои знания...

- Грош цена, - хихикнул замыкавший шествие человек.

- Ой, Андре, тебя то не спрашивали! Ты хоть читать умеешь? - не унимался карлик.

- Я хорошо мечом владеть умею. Хочешь проверить? - сверкнув глазами из-под капюшона, отозвался Андре.

- Да ну тебя! Знаю и так...

- Вот и рот закрой, - посоветовал четвертый Страж, шедший в голове отряда. - Наше дело достать информацию. Заниматься же ее обработкой не входит в нашу компетенцию...

- Да, да... - проворчал карлик. - Заговорила душа сановника...

Карлик даже моргнуть не успел, как получил увесистый удар в ухо, сваливший его с ног. Не успев подняться, он тут же схватил левый хук, от чего желто-красный мир Харона заполнился тысячами искр. Повалившись на камни, он в бессилии закрылся рукой.

- Мое прошлое не твое дело, идиот! - брызгая слюной орал четвертый. - Закрой свой паршивый рот или я вырву тебе язык! Усек?

Но карлик не хотел сдаваться. Его противник, охваченный гневом, подошел слишком близко к нему, тем самым совершив ошибку. Пока он произносил целую тираду сильных и громких ругательств, обиженный воин со всего маху ударил того под колено, защищенное лишь кожаной прокладкой понож, заставив согнуться в приступе дикой боли, и затем второй ногой лягнул в лицо, оказавшееся слишком низко. Поверженный соперник рухнул без сознания на землю. Остальные два Стража оставались безучастными и стояли в стороне. Когда карлик медленно поднялся, то Андре, вытащив меч, подошел к лежавшему без движения бойцу и одним ударом в сердце прервал его жизнь.

- Суд Сильных, - проговорил он, вытирая кровь с клинка. - В нашем деле не должно оставаться разногласий, - карлик в ужасе смотрел на мертвое тело недавнего спутника. - Иначе это чревато предательством в бою с тем дерьмом, что лезет на нас из глубин Харона. Согласен Найджел?

- Д.. да, - пробормотал он.

- Вот и славно, бери свою торбу и идем. О славном Ансе позаботятся и без нас, - кинул он на прощание мертвецу.

Дальше отряд шел в полном молчании. Лишь изредка Трамп что-то напевал себе под нос. Уничтоженный произошедшим, Найджел тупо смотрел в землю и плелся следом за Андре, остававшемся как всегда бдительным, и пару раз благодаря его внимательности, бойцы стороной обошли костяных кадавров - полуживых гомункулусов, созданных культовцами в страшные времена Войны Сил. Они напоминали пауков, имея шесть не покрытых тканью конечностей, и верхнюю часть туловища человека, слепленное из разных кусков. Отвратительное зрелище. Такая тварь опасна и непредсказуема. Быстрая, ловкая и чудовищно сильная. Противостоять ей в одиночку достаточно трудно, а если их еще несколько...

- Часа три-четыре еще до Цитадели, если ползти по туманам, - пробормотал Андре.

- Ты предлагаешь обойти эти места и поплутать подольше? - озадачился Трамп.

- Нет, конечно...Так, мысли вслух, - сухо ответил мечник.

Трамп хмыкнул и ничего не ответил. В таком месте всегда хочется поговорить. Даже с самим собой.

Когда они спустились в небольшую лощину, образованную кольцом крутых холмов, Андре почувствовал что-то неладное. Словно чьи-то глаза внимательно проследили за ним. Он приказал всем остановится, и сам стал внимательно вслушиваться в тишину. Но ничего, кроме далеких раскатов небольшого вулкана к северу отсюда, он не услышал...

- Почудилось видать, - пробормотал он и в следующую секунду чуть не отпрыгнул в сторону от удивления, обнаружив в трех шагах от себя неизвестного человека, закутанного в темный плащ... Появился он из ниоткуда, просто из воздуха!

- Что за? - пробормотал позади Трамп.

Незнакомец дико рассмеялся, держась за бока, а затем медленно вытащил из-за полы небольшой кинжал.

- В сторону! - приказал Андре, выхватывая меч.

- Глупцы... - прогремел голос пришельца, да так сильно, что показалось, будто он звучит с самых небес! - Поиграем? - вновь расхохотался он, и в какую-то секунду мир превратился в ад. По краям лощины на десятки метров ввысь взметнулся огонь, создавая непроходимую преграду. Внутри очага стало нестерпимо жарко. Поднялся сухой, испепеляющий ветер.

Андре не стал ждать и тут же атаковал с плеча, да так стремительно, что незнакомцу пришлось отступить и уйти из-под лезвия. Что-то коротко пробормотав, чародей взмахнул кинжалом, и в руке у него появился тяжелый палаш, коим, однако, он спокойно крутил в руке, словно и не чувствуя веса. К бою тут же подключился Трамп, размахивая двумя небольшими топорами.

- Ну, как же, джентльмены? - смеялся пришелец. - А как же честный бой?

Не говоря ни слова, Стражи вместе атаковали, заставив врага защищаться. Их задача -победить. Любой ценой.

Но неприятель оказался неожиданно ловким - он спокойно отражая атаки нападавших, не переставая смеяться. Всевозможные финты противостоящих ему воинов он угадывал заранее, но почему-то сам не атаковал. Он словно играл, отлично зная как закончить дело... Осознавая это, Андре прокричал Найджелу, чтобы тот присоединился и помог, но тот почему-то застыл на коленях в стороне, совершая какие-то немыслимые пасы.

Через некоторое время неизвестному мастеру надоела своя оборонительная позиция и, резко перейдя в атаку, он двумя точными движениями срубил обоих нападавших... Трамп умер сразу же, лишившись головы, а вот Андре завалился на землю, зажимая раненую шею.

- Как странно... - пробормотал неизвестный, превратив свое оружие вновь в кинжал и убрав его за полу. Огонь вокруг лощины исчез также внезапно, как и появился.- Никогда не учился владению оружием... Магия, все магия... - ухмыльнувшись, он подошел к корчившемуся в муках стражу, рывком поднял его голову, отдернул руки, запустил свои пальцы в рану и, придавив жертву к земле, разорвал горло. - Даже не знаю, что мне в этом больше нравится... - пробормотал он, рассматривая окровавленные руки. - Наверное, я все же свихнулся... - Он обернулся в сторону сидевшего на коленях последнего бойца. - Богу молишься? Ну молись, молись... Скоро он тебя повидает...

- О, Повелитель! Смилуйся над своим верным служителем! - запричитал тот, припав лбом к земле.

Незнакомец, опешив, остановился.

- Повелитель? - пробормотал он. - Что за чушь?

- "И восстанет Он из мертвых и придел его темный час... И умоется кровью мир неверных! Отмеченный Хаосом и Принятый Тьмой, принесет покой и Истину в дом детей наших!" Песнь седьмая Проклятых псалмов! Это предсказание... Все члены Ордена были предупреждены о вашем пришествии... Пророчества исполняются...

- Так значит... Все это... - проговорил темный пришелец. - Кому ты служишь?

- Великой Тьме! Я член Темного Ордена! - прощебетал тот, не поднимая головы. - Прошу, Повелитель, сохраните мне жизнь, дабы я узрел пришествие Истины!

Чародей резко подошел к Найджелу и, сбив с него шлем, схвати за волосы.

- И какого ты решил что я какой-то там меченный? - проревел он.

- Ваш лоб, мой Повелитель! На нем печать Хаоса... А ваш кинжал. Это Дар Тьмы, - пролепетал несчастный. - Только оно может менять форму! Посмотрите на лезвие... Этот рисунок! Дар Тьмы выбирает сильнейших! До вас им владел Первый Мастер Культа!

Отпустив Найджела, Мерлон коснулся головы. Он не заметил, как во время боя с него спал капюшон... Пальцы коснулись гладко черепа, лишенного волос, а затем чего-то горячего, словно выжженного, на лбу... Шестиконечная звезда.

- Повелитель, прошу, - пропищал Найджел. До сего момента он во все россказни своего Ордена, к которому всегда относился задним числом, особенно то не верил... Да и вступил-то в него, в прямом смысле, случайно, напившись вусмерть и подписав какую-то бумажку, подсунутую ему бесстыдной девкой... А сейчас надо было хоть как-то выкручиваться. Дурацкая легенда о Мстителе начинала оживать! Благо он все же удосужился прочитать главную книгу Ордена - Проклятые псалмы.

- Что ж, если ты говоришь правду, осел несчастный, это хорошо... - произнес Мерлон. - Ты знаешь путь к башне Культа?

- Да, Повелитель! - прохрипел темный.

- Тогда веди. До конечной цели быть может ты еще и поживешь... И рассказывай мне все, что тебе известно о происходящем в мире. Все. И как тебя звать?

- Найджел!

- Хорошо, Найджел, - криво улыбаясь, пробормотал Мерлон. - Веди... У нас с тобой долгая дорога...

***

Сторожевая башня, стоявшая на самой вершине голой сопки, была заброшена. Лишь только легкий ветер свистом гулял сквозь щели между досками. Само сооружение представляло собой вытянутый конус с множеством бойниц, раскиданных в достаточно произвольном порядке по четырем смотровым этажам. По идее - очень удачное укрепление (при поддержке магов, естественно). Но ни стражи, ни следов - ничего... Тишина.

- Так, ладно! - заявил Гвоздь, когда все этажи башни были проверены отрядом. - Я хочу знать, куда мы попали, почему мы попали и как нам отсюда выбраться!

- Да уж, товарищи маги, объясните нам, - поддержал командира Медведь, оперевшись на свой Моргенштерн. - Бочонок, достань пока еды...

- Хорошая идея, - кивнул тот и принялся рыться в своей заплечной торбе.

- Пусть поедят тоже, - заметил Мердзингер, держась за раненный бок. Во время одного из взрывов кусок деревяшки от дома угодил в него, разорвав кожаную броню и задев тело. Альма приняла все меры обеззараживания и остановки крови, поэтому рана была не опасна. Однако маневренность полуэльф потерял. На время, конечно.

- Так, вяленое мясо, - Бочонок понюхал один кусок и откусил от него, проверяя на вкус. - Соленое! И даже с перчинкой. Неужто наши повара решили поменять стиль? - на самом деле Бочонок не знал, что по Приложению боевой канцелярии Пятого Военного Отдела бойцам, направляющимся в поход обязательно полагались специи, дабы моральный дух не был испорчен поганой едой. - Так-с, вот тут хлеб есть. Ух ты! Погоди-ка, даже овощи! Ха! Ну, друзья, сегодня пир! Командир? Вина разрешаете?

Гвоздь сначала нахмурился, но потом утвердительно кивнул.

Когда Бочонок разделил всем полагающиеся порции, командир потребовал ответа на свой ранее заданный вопрос.

- Если честно, то ничего определенного сказать не могу, - разжевывая черствый кусок мяса, проговорил Ромунд. - Во-первых, вывод о том, что мы в воронке достаточно спорен хотя бы потому, что науке не известны вторичные признаки данного явления. Мы видели нечто, - юноша махнул рукой в сторону горящей деревни, - что можно узреть при иных обстоятельствах. Хотя, конечно, призраков никто не видел со времен Войны Сил.

- Однако есть одно но... - вдруг произнесла Альма. - Кто не любит летучих мышей?

Боровшийся до этого со своим куском Бочонок вылупил глаза от удивления и отложил еду.

- Я... - пробормотал он.

- А одни из этих тварей были в точь-в-точь гигантскими летучими мышами... Кто боится призраков? - не унималась Альма.

- Да все боятся, - заявил Медведь, тем самым дав понять, что о злых духах подумал именно он.

- Так-так, - пробурчал Ромунд. - А о зомби подумал я... Значит уже есть одно доказательство.

- Доказательство чего? - грубо спросил Гвоздь.

Ромунд вздохнул: объяснение будет долгим.

- О данном феномене нам стало известно из экспедиции Чарли Давенга к горам Полумесяца, да, да, тем самым погибельным горам. Собственно до цели-то они не дошли. Из того немудреного похода выжил лишь сам Чарли, спустя пол года в разорванных тряпках придя к воротам Умрада. Бедняга успел сказать немного и то под воздействием чар... Не смотрите так на меня - не я этим занимался. Вы знаете методы нашего... эм, Сената. Чарли умер спустя неделю после своего возвращения, но вот что он успел рассказать... - Ромунд сделал небольшую паузу, чтобы отпить вина. - Когда он и его люди оказались на южном берегу Алмазного озера, что-то пошло не так. Будто тяжесть такая, навалилась... Солнце стало тусклым... Все запахи мерзкими. Но обращать внимание на такие мелочи бравые исследователи не хотели и шли вперед. Тогда-то и начался кошмар. Тридцать человек состава экспедиции погибли у него на глазах. Причем всевозможными способами. Как он утверждал, сии способы рождались в их головах и затем реализовались на практите. Причем было совершенно необязательно думать о какой-нибудь твари... Могло и землетрясение начаться, и кислотные дожди, и, в общем, еще очень много различных веселостей... - последнее Ромунд сказал, увидев как побелели лица всех членов отряда. Медведь хмыкнул и отпил вина. - Вот, собственно и все... Как мы сюда попали? Вопрос достаточно сложен. Некоторые магистры считают, что воронка имеет территориальное воплощение с вполне четкими границами, а другие настаивают на том, что это некая Астральная активность, то есть что-то вроде общего транса, когда люди оказываются в вымышленном мире. В прочем, могут быть и иные предположения, потому что другие экспедиции не вернулись вовсе и новой информации так и не доставили...

- Или она оказалось засекреченной... - пробормотал Бочонок.

- То же верно, - кивнул Ромунд.

- Проклятье! - бросил Медведь, облившись вином.

- Как он выжил? - спросил Гвоздь.

- Кто? Чарли-то? - допивая вино до дна, сказал Ромунд. Ему было страшно как и всем, однако захвативший азарт немного подогревал храбрость. - Да толком никто не понял... Он утверждал, что в какой-то момент измотался от постоянной беготни и просто уснул...

- Просто уснул? - удивился командир.

- Так он сказал... Почему его не убили во сне? Трудно сказать...

- Есть только предположение, что аномалия работает с сознанием через его восприятие. Во время сна мы никак не контактируем с окружающим миром, и он для нас не существует, - вставила свою реплику Альма.

- Так что? Возьмем да и уснем что ль? Вон башенка... На чердаке вроде бойниц нет, поспать можно! - улыбнувшись, предложил Бочонок.

- Есть один момент... - сказал Ромунд и прочистил горло. - Срок, проведенный в воронке составлял около шести дней. На шестой день он и уснул. Когда была потеряна связь с Шестнадцатым Валом?

- Три дня назад, если я ничего не путаю, - ответил Гвоздь.

- Так-так...

- Но опять же, это не означает, что воронка будет действовать обязательно шесть дней. Это лишь предположение, - вжавшись в плечи, сказала Альма.

- Известно досконально лишь одно - эта аномалия чертовски вредна для жизни, - заключил Ромунд.

- Ясно... - одновременно выговорили Бочонок и Медведь.

- Почтим-ка память Белки и Стрелки, - вдруг сказал Гвоздь. - Хорошие ребята были. Боч, плесни всем на разок... - когда Бочонок закончил наливать, то командир высоко поднял свою кружку и сказал: - Кто бы он ни был, пусть сам Господь Бог, он ответит за ваши смерти! Но пока, покойтесь с миром!

После окончания трапезы, Гвоздь отдал команду двигаться вниз к подножьям холмов по другую сторону от злосчастной деревни, где стояли складские сараи, обозы и еще пара сторожевых башен.

- Значит еще три дня, говоришь? - сказал Ромунду Гвоздь, когда весь отряд уже был в сборе. - Здесь гарнизону тысяч десять, не меньше. Не думаю, что погибли все. Парня вон в деревне совсем недавно прикончили. Надо найти хоть кого-то и попытаться прояснить ситуацию. Верно? Может, все ваши заумности лишь чистый вымысел... В прочем, в любом случае пока уходить отсюда. Назад все равно дороги нет, а командованию такой бред в качестве разведданных не предоставишь...

Как и стоило ожидать, в сараях, кроме какого-то строительного хлама, отряд ничего существенного не обнаружил, если, конечно, не считать следов борьбы и пятен крови на стенах. Побродив вокруг еще непродолжительное время Мердзингер все же нашел нечто сильно не понравившееся Гвоздю - остатки чей-то живой субстанции, превращенной в кровяную кашу. Чьи-то неприглядные останки лежали в помойных рвах невдалеке от сторожевых башен.

- Такое ощущение, что беднягу переварили...- пробормотал Бочонок, разглядывая найденное.

- Боюсь, что бедняг, - кинул Мердзингер и, сняв с плеча лук, наложил стрелу на тетиву.

Последовав примеру эльфа, Ромунд сам изготовился к возможным неприятностям и ментально сплел простенькое, но достаточно мощное заклинание из школы магии Высших Порядков. Конечно, искусный маг легко отобьет грубую атаку этого заклятия, но всякие там твари...

- Так-так... - пробормотал Гвоздь, остановившись у одного из сараев. - Сейчас мы находимся на третьей линии, в основном состоящей из коммуникационных соединений... Если я не ошибаюсь, к северу на протяжении километров восьми-девяти еще семь таких вот небольших баз и где-то в центре главный склад со всем управляющим аппаратом. Есть там кто-нибудь? Да вот трудно сказать. Расстояние большое, все открыто. Разве что на главном складе кто сумел укрыться... Нет, вряд ли... Чересчур уж привлекательное для атаки здание. Только времени много потеряем... К северо-востоку в трех километрах отсюда начинается вторая линия укреплений, а за ней еще через два километра - первая. Главный фронт сплошь состоит из окопов, да боевых укреплений, поэтому никакого толка искать там людей нет. Но вот на второй линии обороны... На сколько я знаю, вдоль всех оборонительных позиций проходит подземная система сообщений, достаточно обширная, чтобы вместить уйму народу. Там казармы, помещения штаба, погреба, запасы оружия, провианта и так далее. В общем... Нам туда.

- Проклятье... - пробурчал Бочонок. - Ненавижу замкнутые пространства. Мне бы в поле... секирой махать!

- Ну-с, дружище, - сказал Медведь, хлопнув товарища по плечу. - Придется ею потыкать! В первой что ль?

- Ой, кто бы говорил! - буркнул в ответ тот и двинулся вперед за командиром.

Ромунд хотел было сделать шаг вслед за Бочонком, но тут его что-то остановило... Какое-то неожиданное замешательство, помутнение рассудка на какую-то долю секунды... Юноша обернулся и встретился глазами с эльфом. Его горящие очи тут же прожгли душу насквозь.

- Смотри в оба, - сказал он. - Чую, самое страшное еще впереди...

- Кто ты, Мердзингер? Почему наблюдаешь за мной? - вдруг в лоб спросил Ромунд. - Кто ты такой?

- Это совсем не важно, - пожал тот плечами. - Поверь, совсем не важно... Моя ниша останется прикрытой, если не возражаешь. Всю жизнь я жил по закону. Остальное - только моего ума дело. Что же касается наблюдения, то... - эльф на какой-то миг замялся, - обратись к лекарю, как вернемся. Эта болезнь даже вроде как-то называется.

Он прошел вперед, нарочно задев Ромунда плечом.

- Да нет... - пробормотал юноша. - Все далеко не так просто...

***

Даратас уже давно пришел в себя, но, не желая подавать вида, продолжал лежать с закрытыми глазами, вслушиваясь в тишину своей маленькой кельи. Все тело саднило, а руки вообще отказывались слушаться. Закрученные в мокрые от лекарственны настоек тряпки они бессильно лежали на его груди, словно у покойника. Правда если честно, даже у покойников лежбища получше...Каменные лежанки эльфов, наверное, худшее, что приходилось на долю мага... Даже встреча с Сильвестором прошла куда в большем комфорте. Мягкие красные кресла, виски... Ах! Как давно он вдыхал аромат этого напитка! Да нет, скорее аромат собственного мира, из которого его садистски вырвала насмешница-судьба... Весь вид Сильвестора напомнил ему прежний мир... Там, на Родине, остались родные, любимая девушка, друзья... Там осталась его жизнь... Здесь он играет в образ, но не живет. Проклятый Сильвестор читал его мысли и специально создал такую обстановку, чтобы подавить его волю к сопротивлению, но не тут то было. Хотя, если честно, не вступи в дело красный шарик его, Даратаса, уже могло бы и не быть... Как печально. Он оказался всего лишь пешкой в игре невиданных сил...

Неожиданно навалилась грусть, тоска... Вчерашний огонь и азарт грядущей битвы потухли, залитые изрядным дождем неприятных и тяжелых мыслей. Вчерашнее всесилие разбилось о глухую стену противоречий, с которыми он столкнулся после встречи с противником, который и желал ему смерти, и давал советы как ее избежать... Враг хотел уничтожить мир и тут же подсказывал, что все предрешенное не значит уже свершившееся... Этот враг был сильнее его, но Феникс... Нет, нет, это не было видением, это был настоящий Феникс! Даратас точно видел, как он безудержной мощью своего огня стремился ввысь, и эти глаза... Эти обезумившие глаза Сильвестора в тот миг, когда идеальная сила встала не его пути. Судьба.

Издав тяжелый стон, Даратас приподнялся на своем ложе, но тут же почувствовал, как кружится голова, и медленно опустился вниз. Удивительно, ему выделили отдельную келью, но ведь раненных должно быть целые сотни. Как он понял, битва была выиграна, теперь оставался вопрос какой ценой...

За дверью послышались шаги, чьи-то голоса... Затем тяжелая створка открылась и в келью прошел Мильгард, а за ним, согнувшись в три погибели, Дариана...

- Ольвен, успокойся, мы ничего плохого не сделаем! Ты брату своему не доверяешь что ли? - прошептал Мильгард.

- Все что я делаю, так это охраняю алахоэ, брат, - донеслось из-за двери.

- Ну и охраняй! Мы то здесь причем?

- Ни для кого нет исключений, - упирался Ольвен. - Если надо алахоэ сам позовет вас, когда возжелает! Тебе ли не знать наших традиций, брат! - последние слова прозвучали словно удары молота о наковальню.

- Да, конечно, ты прав... - вдруг замялся Мильгард.

- Нет, останьтесь, - с огромным трудом выдавил Даратас. Ему еще и собственные связки плохо подчиняются!

- О! - щелкнула пальцами Дариана, словно сняв проблему с повестки дня. - Наш герой очнулся.

- Алахоэ, можно нам остаться? - вдруг спросил Мильгард, согнувшись в низком поклоне.

Даратас чуть не опешил от такого жеста.

- Да... - просипел он. Его голос звучал так, будто он всю жизнь дымил самым отвратительным табаком, выжегшим его горло.

Дверь в келью закрылась. Видно Ольвен не нашел более оснований для споров и вернулся к своему посту.

- Как ты? - спросила Дариана, присев на край каменной кровати.

- Не спрашивай! - скривившись, произнес маг. - Какова ситуация?

Дариана покачала головой.

- Только с того света вернулся, и сразу о делах государственных! - усмехнулась волшебница.

- Контроль над происходящим полностью в наших руках, алахоэ, - возвестил Мильгард. - Враг уничтожен до последней твари. Они даже не сопротивлялись. Наши потери составили семь с половиной тысяч убитыми и две тысячи раненными. Спустя день после сражения наступил переходный период - все, кто принимал зелье, отходили от его действия и возвращались в обычный ритм. Прошло без эксцессов. Без смертей. Только несколько десятков заболевших. В настоящий момент передовые отряды заняли ключевые позиции на самых важных рубежах третьего яруса. По сообщениям разведки, Источник остается неактивным. Туман смерти исчез.

Даратас нахмурился. Все получалось крайне просто. К тому же Сильвестор упоминал местоимение мы, рассуждая о том, как некая компания называет уничтожение миров. Судя по словам безумного мага, а им Даратас почему-то был склонен доверять, Семена были лишь проводниками, далеко не оружием от надвигавшихся обстоятельств. Другое дело, конечно, в том, насколько сказанное Сильвестором соответствует действительности или, по крайней мере, то, в какой мере Даратас понял смысл этих слов.

- А ты хорошо поспал. Три дня, - усмехнулась Дариана.

- Так, так... - проигнорировав замечание волшебницы, пробормотал Даратас. - И каковы же результаты сей героической войны? - эта фраза далась Даратасу с трудом, и он зашелся в кашле. Весь организм был изнеможен... Маг, держась за грудь, кивнул головой гостям, что все нормально. Бывает, мол...

- Источник молчит. Враг разбит. Жители возвращаются к своим повседневным делам, - сухо проговорил Мильгард. - Зализываем раны и хороним своих мертвецов... Жжем бесчисленные трупы тварей, - когда эльф произносил эти слова, Даратас сразу же заметил некое напряжение на его лице. Губы еле шевелились, на лбу образовались глубокие морщины, уши стояли торчком.

- Когда венчание на царство, Мильгард? - напрямую спросил маг.

Принц резко встрепенулся, бросил косой взгляд на Даратаса и сказал:

- Его не будет.

- Как так? - просипел маг. - Недмэ просчиталась?

- Ныне покойная Недмэ как раз во всем была права, - тихо сказал эльф. - Только кандидатура на царство не моя.

- Чья же? - нахмурился Даратас.

- Ваша.

- Что? - до глубины души изумился маг и тут же подавился кашлем.

- Да, так и есть, - кивнула Дариана. - День спустя после битвы оставшийся в живых герольд Мильгарда собрал военный совет и предложил своего принца на царство, но воины на отрез отказались. Они, конечно, признали боевую удаль своего славного вождя, но отлично понимали, что битва была выиграна не на том поле, где они были. Все видели окровавленного Даратаса. Все тем более знают, кто ты такой.

- Ой, ну и аргументы! - попытался всплеснуть руками маг, но вышло у него это так коряво и смешно.

- Достаточные, - стальным голосом произнес Мильгард. - Мой народ храбро сражался, и он имеет право знать правду и видеть своего героя. Мы умеем чтить отвагу, если это слово вообще применимо в данном случае...

- Я не знаю, что применимо в данном случае, Мильгард, и можно ли назвать временный выигрыш победой, - сипел Даратас, постоянно прочищая горло. - Война не закончена, и этот бой...

- Не важно, - отрезал эльф. - На военном совете, а затем и на Совете Старейшин было принято однозначное решение.

- Проклятье, да я даже не эльф! - взмолился маг.

- Не имеет значения, - вздохнула Дариана. - Законы формально не запрещают... Формулировки не знают конкретных указаний, а лишь употребляют формы неопределенных лиц. Тот, кто... Каждый, иной, возможный. В древности никому и в голову не пришло проводить границы. Все казалось само собой разумеющимся.

- Но как же утверждение Недмэ, что эльфы не знают обходных путей, и что только ничтожные люди закрывают благом свои корыстные дела и...

- Недмэ умерла вместе со старым порядком, - потупив взор, сказал Мильгард. - Наша старая жизнь теперь нарушена. Все вокруг угрожает существованию моего рода. Тира отвернулась от нас. Мы не оказались достойными ее благости - не сломили врага, как завещали предки. Мы проиграли. Победил человек. По праву лидерства сильный ведет слабого. Иного не дано...

- Но послушай же, это абсурд!

- Нет. Это реальность, - убедительно сказал Мильгард. - Выздоравливайте алахоэ, вы нужны моему народу как можно скорее. А теперь прошу простить. Мне необходимо идти и проследить за приготовлениями.

Эльф взялся за ручку двери, резко ее открыл и вышел прочь.

- Бред, - прохрипел Даратас, опробовав ноги на подвижность, согнув и разогнув их пару раз.

- Увы, так сложись обстоятельства.

- Нет, поверь, они сложились еще хуже... Неужели Кельвин не знал, что делает? Проклятье. Назначь он любого из своих сыновей регентом, у того было бы больше прав!

- Не думаю, что Кельвин поступал неразумно, - вкрадчиво произнесла Дариана. Магу что-то не понравилось в ее словах, но он смолчал, продолжая слушать. - Ольвен умом не далек, Мильгард слаб духом... Они не смогут взять на себя сей тяжкий груз. А вот ты... Что ж, мессир, не расскажешь ли ты, каким богам задал трепку?

- А с чего бы тебе рассказывать? - прищурившись, спросил маг.

Девушка лукаво улыбнулась.

- А я знаю, как вернуть тебя к жизни, - нежно проговорила она, нарочно проведя пальцем по глубокому декольте.

- Однако... - улыбнувшись в ответ, сказал Даратас. - Даже не знаю, опасаться тебя еще больше или все же начать доверять?

- Эм, как хочешь... - верхняя петелька платья незаметно расстегнулась...

- Кажется, силы начинают пребывать... Только вот как-то жестко здесь будет.

- Расслабься лучше, - бросила девушка, медленно развязывая петельки. Даратас почувствовал легкое магическое покалывание на коже рук, и каменная кровать в миг стала мягкой. - Наши процедуры предусматривают состояние гармонии...

- Ммм, кого с кем? Или вернее чего с чем? - снова улыбнулся Даратас. Все его тело болело, но... лишь в определенной части.

- Ой, замолчи уж наконец! - с притворной злостью бросила Дариана, и распахнула платье.

Несколькими часами позже, Даратас, обнимая обнаженную Дариану, не спеша рассказывал все, что произошло с ним в загадочных пространствах Междумирья. Конечно, он не собирался выкладывать ей всю информацию, даже несмотря на такой замечательный подарок, преподнесенный ею. Фильтруя сказанное, маг давил на то, что некий очень сильный маг по имени Сильвестор (с ударением на последний слог) играл в непонятную игру слов, путая высказанные мысли и извращая их значение, стараясь главным образом выиграть время. Он не стал говорить, что этот более чем непонятный субъект пророчил гибель всего сущего, в то же время давая советы как ее избежать. В общем, он дал представление о некоем фанатике неизвестной веры, решившем покорить сущее... Но тут вмешалось другое Семя Судьбы и фанатика не стало. Вот таков был конец...

Конечно, Дариана отлично осознавала его недоверие к ней и всяческими уловками пыталась выведать иные обстоятельства дела, но даже расслабленный невероятно приятным событием, маг был непреклонен, и девушка, не узнав ничего нового, уснула у него на груди.

Сильвестор и его причудливая армия бесчисленных тварей беспокоили Даратаса, не давая ему забыться хотя бы на пару часов. Сложный и противоречивый разговор с представителем неких разрушительных сил окончательно запутал мага. До этого момента все казалось достаточно просто: плохие парни из Культа затеяли нечто темное, и доблестным воинам и волшебникам, как обычно повествуют хмельные барды, в очередной раз придется сразиться за правду, справедливость, добро, Свет, Творца и за все остальное в похожем духе. Однако данный незатейливый расклад был бессовестным образом перепутан парой свежих карт. Начнем с простого. Во-первых, Сильвестор не сделал никакого на намека в сторону Хаоса или Тьмы, коими клянут все, на чем стоит белый свет, приспешники Культа и Ордена. Да и магией он пользовался далеко не темной. В его заклинаниях были сплетены потоки многих сил, в чем, признаться, он, Даратас сильно уступал Сильвестору. Во-вторых, сей непонятный тип из Междумирья действует не один, если, конечно, у него не раздвоение личности, и он не имеет ввиду своего воображаемого компаньона, употребляя слово мы. В-третьих, Источник суть материя неразумная, использованная в качестве оружия, даже можно сказать некоего материала. Не стало владельца - не стало и рожденных тварей. Хотя как же быть с тем добром, что испускал Источник до прорыва неизвестной энергией плоти мира? Не понятно... В-четвертых, разрушение эльфийского царства не входило ни в чьи планы. Цель была одна - уничтожить сущее. Остальное лишь издержки. За сим, можно сделать вывод, что не ясно ровным счетом ничего. Кто? Что? Зачем? Почему? Все вокруг развивается стихийно: Дарли, Прорыв, Источник, Твари, Сильвестор... А в мире тем временем растет напряжение, войны грохочут без остановки... Ни врага, ни цели, ни фронта. То ли все вокруг - хорошо спланированная игра высших сил (кстати, исчезновение Ткача так ничем и не было объяснено) или даже очень смышленых политических кругов, то ли все совсем иначе, за гранью представления Даратаса... Да и эти Семена... Кстати, "подарочек" Кельвина случайным тоже не назовешь. Старик определенно просчитал такую возможность! Неужели и он впутан в эти дела? И что тогда? Кто же получается самой главной пешкой в этой интересной игре?

Даратас поежился... Он терпеть не мог политику... Его удел - созерцание жизни, всевозможных явлений, волшебства... Исследования, эксперименты. А тут за пару дней - смерть ученика, война, регентство и царство. А только на той неделе он думал посетить южные земли, навестить островок Патрос, провести некоторые исследования, заодно приобщиться к миру живой природы и отдохнуть от своей каменной и безжизненной тюрьмы. Да, если честно, и в Мертвых землях дел еще предостаточно... Как всегда. Мы предполагаем, жизнь располагает...

Впрочем, роптать последнее дело. Нужно смело смотреть на ситуацию и брать быка за рога. Проблема, конечно, где ж все-таки эти рога отыскать - бык-то в некотором роде "не той формы". Но да ладно!

Судя по тому, что Источник в данный момент затих, можно по крайней мере предположить, что удалось относительно выиграть время. Теперь необходимо узнать, что стало с той энергией, которая ушла на Харон... Прояснить положение Культа, провести разведку. И как это сделать? Есть масса способов, но почему-то Даратас уверен, что ничто лучше не подойдет, чем собственные руки да глаза. К тому же надо помнить, что мертвый материк сложен в энергетическом плане и не поддается никаким заклятиям поиска, исследования и всему тому прочему. Обращаться к посредникам бессмысленно. Харон чрезвычайно опасен, и чтобы выжить на нем, нужно иметь очень хорошие знания и магические навыки. И пусти туда хоть сто тысяч бойцов в лучшем вооружении, ничего, кроме бестолкового шума они не сделают. Об отряде же разведчиков и говорить нечего. Сгинут, и поминай потом... Те же Стражи ходят в десяток очерченных мест, а чтобы соваться в центр ни у кого и мысли не возникнет! Даже ассасины Шепростана связываются с миром только посредством телепортов - ни шагу за границы замка.... Но разве таки вещи могут испугать Даратаса? Да он исходил и вдоль и поперек этот материк, изучая явления, различные процессы, аномалии... Знает где Башня Культа, знает, где стоят их главные заставы... Знает даже все возможные ловушки и опасности, подстерегающие странника на пути... Ни монстры, ни магия, ни Хаос, ни его подружка Тьма не смогут остановить его, не смогут даже удивить чем-то новым! Но вот незадача... Что делать с царством, столь неожиданно свалившимся ему на седую голову? Куда деть обескровленный народ, потерявший веру в самих себя?

В прочем, цель ясна - Харон. Именно там происходит нечто странное. Изучать Источник не имеет смысла. Даратасу все больше и больше кажется, что недавняя кровавая бойня всего лишь репетиция. После возведения на Престол, которое скорее всего все же состоится, нужно действовать максимально быстро и четко. А пока... Пока можно слегка вздремнуть. И убаюканный этими мыслями Даратас заснул за пару минут. Есть вещи, которые хорошо усваиваются во все, словно Мир Грез как некий связующий канал между миром бытия и сущим, дает нам откровение, которое постигается лишь душой, но не разумом... И овеянный сладким дурманном сна в объятиях прекрасной леди могучий волшебник отдыхал и не слышал, как некто беззвучно прокрался в келью, тут же напав на разбросанные повсюду одежды, нашел платье, тихо засунул в него небольшой кусок пергамента и тут же вышел прочь.

***

Сумерки в дневное время пугали больше, чем всевозможные мысли о воронке и тех опасностях, которые затаились впереди. Ромунд пытался заставить себя не думать о том, что произошло, и о том, что еще может произойти, но голову раздирали мысли одна ужаснее другой ... Все три километра пройденного отрядом пути лежали по спускам и подъемам через долины, поросшие редкими кустарниками. То тут, то там валялись оставленные телеги, набитые провиантом, брошенное оружие, доспехи... В конце концов попалась и пара мертвых тел, изорванных похожим способом, что и бедняга в деревне. Солдаты отбивались до последнего - все клинки в крови и зазубринах, но это их не спасло...

Уже на подходе к видневшимся в дали первым боевым башням, грозной мощью своих высот вознесшихся к небу, отряд набрел на несколько домов, совсем уж не походивших на строгие военные здания. Обнесенные резным забором, ухоженные хаты с небольшими садами явно служили для чьего-то комфортного, отрешенного от армейских забот жилья.

- Офицерские семьи, - пробормотал Гвоздь, обследуя первый дом. Под кованными сапогами хрустели осколки посуды, щепки выбитых досок. Вокруг царил настоящий хаос... Повсюду следы размазанной крови и сломанное оружие. - За них рубились, не щадя себя...

- Для многих ребят, что годами живут в холодных ямах на треклятом фронте, -скрепя зубами, проговорил Бочонок, - дети командиров все равно что свои... А жены, словно матери... Мы в свое время могли бросить поле брани, только чтоб спасти то, что являлось для нас частичкой родного, домашнего тепла. И здесь не исключение, - последние слова он чуть ли не прошипел, выудив из-под осколков маленькую тряпичную куклу, перемазанную засохшей кровью.

- Тел нет, - заметил Медведь, сжимая побелевшими от напряжения руками свой Моргенштерн.

- Сожрали, небось, твари, - скривившись, словно от зубной боли сказал Бочонок. Ромунд заметил, как он медленно положил куклу себе в карман.

- Ладно, пора... - бросил Гвоздь. - Тут вряд ли кто-то есть, - командир вложил меч в ножны и двинулся к выходу. Не успел он пройти и трех шагов, как в проеме возникла чья-то фигура. Ромунд стоял в нескольких метрах от тут же замершего Гвоздя и хорошо видел гостя, коим оказалась девушка, облаченная в белое короткое платье... Длинные, развивающиеся на откуда-то взявшемся ветру рыжие волосы завораживали и приковывали взгляд. А ее глаза! Чистые, полные доброты, глаза! Бездонные океан невинности! Ромунд был готов поклясться, что в тот миг, когда их взоры встретились, ему захотелось сбросить с себя все оружие и упасть на колени!

- Иди сюда, - прошелестел ее голос по всему дому. - Иди ко мне! Я подарю тебе любовь! - сладко мурлыкала она и Гвоздь, стоявший ближе всех, после недолгого замешательства медленно двинулся к ней... Она протянула руку... Еще секунда и...

В воздухе что-то просвистело и девушку швырнуло в сторону. Раздался жуткий вой, и все в миг затихло. Наваждение как рукой сняло.

Выхватив меч, Гвоздь выбежал на улицу. За ним все остальные члены отряда.

В нескольких метрах от дома валялось нечто трудно различимое сквозь языки рвавшего его пламени... Видно было только несколько пар рук, ног и большую голову, лопнувшую от меткого попадания огненного шара. Чуть в стороне стояла Альма, заворожено смотревшая на огонь.

- Месмер, редкая дрянь, - сказала она. - Легко входил в контакт с сознанием и порождает галлюцинации. А затем сжирает...

- Где ты была все время? - строго спросил командир.

- Со мной, - бросил вынырнувший из-за спин Медведя и Бочонка эльф. - Ты пошел внутрь дома, но я подумал, что прикрытие не помешает. Оказался прав.

- Да уж, - хмыкнул Бочонок. - А то нашему командиру...

Договорить он не успел. Под ногами Гвоздя земля разверзлась в стороны, и огромные челюсти змееподобной твари раскусили того пополам... Сработав на рефлексе, Ромунд и Альма полоснули тварь молниями, выпустив той бурный поток оранжевой крови... Издав оглушающий вопль, тварь исчезла под землей...

На какой-то миг все стихло. Каждый боец неотрывно смотрел на истерзанное тело Гвоздя. А точнее его часть, истекающую кровью. Еще пару минут назад живые глаза командира застыли навсегда.

- Матерь божья... - прошептал Бочонок.

- Нам нужно убираться... - начал было Медведь, чувствуя как нарастает дрожь земли.

- Бежим! - взвизгнула Альма, но Ромунд не шелохнулся. Корка земли уже тряслась так, что устоять на ногах представлялось большой трудностью, а бежать... Просто сумасбродством!

- Аморе Ансента Нар! - выкрикнул он, вознеся руки к темным небесам. От напряжения потемнело в глазах, но юноша выстоял, удерживая канал. В какой-то миг всех членов отряда окружила огромная золотая сфера, и в ту же секунду об нее разбились десятки вырвавшихся из земли огромных тел, похожих на кольцевых червей. Они сгорели, осыпав людей пеплом...

Все стихло...

- Двигаемся! Быстро! - скомандовал Ромунд. - Долго я не удержу! За грань шара ни ногой!

Отряд побежал. Они рвались к видневшимся башням, обсыпаемые пеплом погибавших земляных гадов. Золотая сфера окружала их повсюду, даже под ногами, прорубая в почве колею и сжигая тварей, прорывавшихся снизу.

Земля ходила ходуном и устоять на ногах было чрезвычайно сложно. Бойцы, падали, но тут же поднимались вновь. Один раз Бочонок чуть не вылетел за грань сферы, обжегшись щекой о магическую сферу. Благо Медведь вовремя схватил его.

Через пару минут они были перед распахнутой дверью в первую круглую башню.

- Альма, замкни энергию на себя, иначе мы разрушим тут все к чертям собачим! - проревел Ромунд, концентрируясь на лезших отовсюду тварей. Он даже заметил несколько зомби, по дурости своей сунувшихся к живым.

Вбежав в холл башни, отряд, не останавливаясь, влетел по лестнице на верхний этаж. Сфера защиты тут же исчезла, а Ромунд повалился на землю. Альма немедленно подала ему флягу с настойкой целуфатоса.

- Ох, ну и дела, - пробормотал Бочонок.

Тем временем эльф, вскинув лук, бесперебойно расстреливал кого-то на первом этаже. Причем не обычными стрелами, а изрядно приправленными магией. Его безжалостные снаряды сжигали врагов, заставляя их выть от боли. На десятой стреле все смолкло.

- Зомби, - кинул он, рассматривая низ.

- Что это были за гады, выскакивавшие из земли? - прохрипел задыхавшийся после битвы Медведь. На себе он нес изрядную долю снаряжения, но от остальных не отстал.

- Варсонги, - ответила Альма, сняв шлем и водя рукой по длинным каштановым волосам, - или земляные черви, как их называют на Хароне Стражи. Эти твари в камнях прорываются, не то что в земле. Ох не знаю, сдержит ли их башня. На мертвом материке любую базу Стражи начинают с закладки десятиметрового в толщину фундамента. И то не всегда спасает.

- Так-так, кто подумал о варсонгах? - проговорил эльф. - Не Бочонок и не Медведь. Из подобных существ они наслышаны только о глотах, но те живут над землей, - оба воина кивнули. - Не я, так как к моему стыду допустил малодушную мысль о зомби, коих получил в достатке. Остаетесь вы, господа маги.

Ромунд покачал головой.

- Я был настолько поражен увиденным в доме, что мое сознание переполняли мысли о семье... - пробормотал он.

- Я же была с тобой, Мерд, - сказала Альма. - Ты высказался о мертвецах...

- А что относительно Месмера? - не унимался эльф.

- Ребята такого названия-то и не знают, - уверенно сказал Ромунд. - Насчет себя точно уверен, Альма вроде уже обосновала свою позицию.

- Ясно. Тогда что же получается? - нахмурился Бочонок.

- Что думаешь, Ромунд? - прищурив глаза, спросил Мердзингер.

Юноша пожал плечами, встал и выглянул в бойницу. Холмистая местность, изрытая ходами червей, хранила тишину.

- Тут два варианта, - наконец сказал он. - Или кто-то неподалеку размышлял о варсонгах, либо...

- О них уже подумали до нас... - закончила за него Альма.

- Верно! - щелкнул пальцами Ромунд. - Значит твари имеют способность оставаться даже вне зависимости от породившего их сознания...

- Рождаются не только в нашей голове и в материальном мире, - кивнув головой, сказал эльф. - Причем обрати внимание, количественной характеристики мои мысли о зомби не содержали, а появилось ровно семнадцать... Нет, не полные два десятка, а семнадцать.

- Что ты хочешь этим сказать? - поежившись, спросил Ромунд.

- То, что сила имеет ограниченные резервы и не может, допустим, взять и породить сотню зомби, которые разом бросятся на нас....

- Ага, значит нужно расходовать энергию еще на кого-то так? - согласился юноша.

- Стойте, стойте! - подняла вверх руки Альма. - Это предположение верно лишь в случае, если рядом с нами никого не было...

Ромунд покачал головой.

- В таком случае напасть должны были на подумавшего. Неустранимый изъян в теории...

- Да какая к черту теория! - зло сказал Бочонок, сунув трубку себе в рот. В руке он держал мех с вином. - Наш командир пал, а вы о теориях. Потом подумаем! Нужно почтить смерть храброго Гвоздя!

- С такими темпами вскоре будем петь задушевные песни в обнимку со страхами, - попытался отшутиться Ромунд, но все проигнорировали его замечание.

Сделав по затяжному глотку в память о Гвозде, бойцы сели в круг, задумавшись о дальнейшем походе.

- Ну что, Мерд, по старшинству ты теперь главный. Решай что и куда... - сказал Бочонок, убирая мех в торбу.

- Точно, - согласно кивнул Медведь.

- Так, так... Под землей не безопасно, - сказал Мердзингер после недолгого молчания, водя стрелой по каменному полу. - Твари смогут проникать сквозь ненадежный фундамент. Боюсь внизу мы найдем лишь трупы.

- Не думаю, - сказал Ромунд. - Живые есть, и они точно не прячутся в джунглях. В зарослях опаснее, чем в помещении, где хоть нападение можно ожидать только с двух сторон...

- Черт, да откуда ты знаешь? - всплеснув руками, сказал Медведь.

- Я чувствую...

- Нам бы твое чутье слегка пораньше! - сверкнув глазами, сказал он и отвернулся. Это замечание сильно кольнуло юношу, но тот смолчал.

- В словах мальца есть резон, - пропыхтел Бочонок, вусмерть накуриваясь своим отвратительным солдатским табаком. - Да к тому же нам толку бродить по округе нет... Налетят полки этих гадов и спрятаться будет негде.

После некоторого размышления, эльф согласно кивнул.

- Однако наша миссия разведка... - запротестовал вдруг Медведь. - Я, конечно, все понимаю, героизм и там все такое, но здесь армия нужна, а не порядком прореженный отряд! По-моему, уже есть что донести командованию...

- Армия здесь бесполезна... - твердо молвил Ромунд, и Медведь с недоумением поглядел ему в глаза. - Представляешь, если страхи тысяч солдат сойдутся воедино? Вот потеха то будет... Боюсь, что здесь произошло тоже самое. Нет, дружище... Маленький отряд сделает тут больше. По крайней мере, мы можем определить - надо здесь кого-нибудь спасать или же нужно выжечь всю местность к чертовой матери, не разбираясь что и как.

- Ага, как бы нас самих не пришлось спасать... - хмыкнул в ответ вояка.

- Не придется. У нас еще двое суток... - с виноватым лицом заявил эльф.

- Какого? - изумился Бочонок.

- Если связи с нами не будет по прошествии сорока восьми часов, территорию зачистят массированный Огнем. Здесь будет ад.

- Но мы под землей...

- Без разницы. Они запустят пламя и сюда. Я видел, как однажды выкуривали один из бункеров, занятых чересчур умным противником. В последствие мы нашли там только угольки.

- М-да, ребята... - процедил сквозь зубы медведь. - Тем более основание делать ноги.

- Мы убежать не сможем, маг же тебе объяснил, - хмуро проговорил Боч. - Там, - он махнул в сторону выхода, - не одна сотня милых червячков... Как я понял, свою защитную магию Ромунд может держать не долго. Как только она закончит свое действие, то мы разделим участь Гвоздя. У нас два дня. Черт! Этого хватит, чтобы завоевать все Королевство Таргоса! Ха! Чует мое сердце, что в подземельях мы найдем кое-что интересное.

- Что тогда? Вниз? - обеспокоено спросила Альма. Видно ей совсем не хотелось идти туда.

- Да, но не сразу, - поднимаясь, сказал Мердзингер. - Какое-то время побудем здесь. Для начала пойдем наверх и зажжем сигнальный огонь. Если кто на других башнях есть, то, надеюсь, ответят.

И эльф не ошибся... Когда дрова разгорелись получше, на всех башнях, на сколько хватало глаз, тут же зажглись огни,. Стоявшие на смотровой площадке члены отряда немедленно разразились бурным потоком радости, махая и улюлюкая ближайшей башне. Но всеобщее веселье тут же пресеклось предупреждающим знаком Мердзингера, сохранявшим невозмутимость и до рези в глазах рассматривавшим сооружение в неожиданно наступивших потемках.

- С нами решили поиграть, - медленно проговорил он.

- Что?! - в один голос изумились Ромунд, Альма и Бочонок.

- Это не люди. Уж поверьте моим глазам... Это тени.

Ромунд судорожно сглотнул и пригляделся получше. Он чуть не слетел вниз от страха, когда увидел, как напротив огня на противоположной башне резко встала некая фигура и помахала ему.

- Умные твари, - сквозь зубы проговорил эльф и приказал спускаться вниз. Сам же он затушил костер. В тот же миг погасли все другие огни на укреплениях...

Наказав Медведю, Бочонку и Альме прикрывать вход в башню, Мердзингер, взяв Ромунда, решил обследовать будущий путь. Открыв большой люк в дальнем углу нижнего этажа, эльф первым спустился вниз, через пару минут позвав за собой Ромунда. Уже тогда, когда они открыли проклятый проход в подземку, Ромунд почувствовал сладковатый запах разложения, затхлой сырости и почему-то грибов. Спустившись же по вертикальной лестнице на неровный пол катакомб, он чуть не зажмурил глаза от царившей здесь вони! Такое разительное отличие пятью метрами ниже первого этажа башни, продуваемого свежим ветром, слегка вдарило по голове... Хотелось вновь забраться вверх и ни шагу сюда!

- Факелы горят, - сказал эльф, медленно продвигаясь вперед. Длинный коридор, тускло освещаемый редкими огнями уходил метров на двадцать вдаль, затем резко сворачивая на право. По бокам от него располагались проемы, двери в которых были выбиты или сломаны наполовину. Под ногами хрустели щепки и пыль.

Обследовав несколько помещений, Мердзингер и Ромунд смогли с уверенностью заключить, что здесь шли бои... Жилые помещения, в нормальное время наполненные бытовой утварью, были захламлены разбитой и изодранной в клочья скромной мебелью и несмышлеными наборами глиняных сосудов . Тут и там была размазана запекшаяся кровь. Точно также... как в домах офицеров.

- Странно, но люк-то в башне цел и невредим... - пробормотал эльф, рассматривая кусок повисшей на петлях двери.

- Значит, нечто приходило изнутри подземелий. Оттуда, откуда ее не ожидали - кивнул Ромунд.

- Как и всегда...

Завернув по коридору направо, оба бойца не удержались от того, чтобы не зажать пальцами нос. Трупная вонь была просто непереносимой! Изувеченные тела лежали по всей длине коридора, также метров на двадцать шедшего вперед, в этот раз заворачивая налево. В комнатах по бокам ситуация была не лучше...

- Тут десятка три... - сквозь зубы процедил эльф. - Ты точно уверен, что мы найдем кого-то живого здесь?

- Уверен, - кивнул Ромунд, хотя в глубине души сам имел мало надежды.

Следующий поворот не принес ничего нового, разве что мертвецов стало поменьше.

- Нам нужна карта, - сказал Мердзингер. - Обыскивай солдат. У любого офицера должна быть карта. Даже у простого лейтенанта!

- Ты издеваешься? - выпучив глаза, спросил Ромунд. Ему совсем не улыбалась перспектива обыскивать разорванных в клочья людей.

- Делай, что я тебе сказал и не умничай! - резко сказал эльф.

Ромунд, вздохнув, склонился над первым же несчастным и, с трудом преодолевая тошноту, стал водить руками по тем местам на жилете, где приблизительно должны были быть карманы. Почти все бойцы были без доспех, в простых рубахах или кожанках... По-видимому, их застали врасплох. При таком положении дел определить, кто являлся офицером, а кто простым воякой было трудно... Никаких отличительных знаков на ребятах не было.

Ромунд обшарил порядка пятнадцати останков, один раз чуть все же не выпустив на волю свой недавний обед, когда наконец-то эльф зашуршал вожделенной картой в руках. Юноша чуть не вылил на него поток всевозможной словесной грязи, когда узнал, что проклятый половинчатый задавала нашел карту в чудом уцелевшей тумбочке, случайно заглянув в комнату.

- А раньше подумать было нельзя? - свирепо прошипел Ромунд, отплевываясь и остервенело вытирая руки платком.

Эльф лишь гневно взглянул на него, но промолчал, продолжая рассматривать карту. Старый кусок пергамента носил на себе множественные следы людской неаккуратности: кляксы от чернил, жирные пятна, въевшуюся черную грязь... Юноша уже хотел пошутить по этому поводу, быстро отойдя от произвола новоявленного командира, когда со стороны входа в катакомбы донесся лязг металла и множественные крики.

Переглянувшись, эльф и человек что было сил побежали обратно к люку. Они знали - товарищи в беде. И были правы. Не успел Ромунд высунуть голову на верхний этаж, как нечто тяжелое пролетело в нескольких сантиметрах от его носа, с грохотом ударившись о стенку башни. Бросив туда ошалелый взгляд, юноша увидел кусок тела с головой и плечом, только кожа да мясо на нем носили следы долгого гниения... Зомби.

- Лезь, черт бы тебя побрал! - прокричал снизу эльф.

Но Ромунду сей окрик и не требовался. Он видел, как десятки мертвецов рвались к трем отчаянно отбивавшимся по середине зала фигурам, и сам спешил на помощь. Медведь четко работал Моргенштерном, разнося в клочья воющих и стонущих зомби (чьи останки летели во все концы башни), а Бочонок, прикрывая колдующую Альму, косил снопами наступающие орды, что, правда, не шибко меняло ситуацию - зомби не было конца.

Пока мертвецы были заняты храброй троицей, у Ромунда было немного времени оценить ситуацию и принять нужное решение. Атаковать огненными шарами было опасно - можно задеть своих. Цепные молнии еще опасней... Требовалось нечто быстрое и эффективное...

- Справа! - проорал в ухо Мердзингер. Юноша, даже не поглядев на источник опасности, нагнулся, и вовремя - какая-то мутная тень мелькнула с того бока, обдав диким холодом, от чего у мага подкосились ноги.

- Что за? - вырвалось у него, когда он заваливался на спину. Перед ним застыло нечто темное с косой в руках... Медленно занесло ее над ним...

- Сгинь, мразь! - воскликнул эльф и спустил стрелу с тетивы. В воздухе она превратилась в сгусток пламени и со всего маху шарахнулась об тварь. Нечто взвыло и тут же исчезло. - Вставай, чародей! Наших жмут! - крикнул юноше эльф, не переставая расстреливать зомби.

А они наседали, не считаясь с потерями. Медведю уже было трудно размахивать своим убийственным оружием, поэтому он орудовал двумя небольшими кинжалами, закинув Моргенштерн за плечо. Бочонок, дико ругаясь, пинал мертвяков ногами, вдогонку посылая удары секиры. Альма ничем другим, кроме как молниями, отбиваться не могла... В такие минуты в хороших сказках обычно появляется добрый волшебник и одним взмахом своего магического посоха лишает жизни врагов... Но это лишь глупые сказки. В жизни в ход идет все, что только эффективно. Раз огнем тут не сладишь, можно попробовать и нечто иное...

- Уномар! - воскликнул Ромунд, когда один зомби вдруг отвлекся от общего веселья и поплелся к нему... Легкое черное облачко окружило голову восставшего мертвяка.

- Уномар... - прохрипел шатун и развернулся в сторону собственных товарищей...

Раз - и большая лапа зомби сносит с ног ближайшего мертвяка. Два - и голова недавнего спутника слетает с плеч. Три - еще один мертвец разваливается на двое....

- Уномар! - произносил Ромунд, обращая на свою сторону новых и новых мертвецов. Уже более двух десятков обернулось против своих же и принялось кромсать бездумно ползущих вперед мертвяков. Те не могли уразуметь, что их убивают свои же и просто рвались вперед... к живому мясу. И гибли. В отличие от инферналов, зомби умирают после поражения главных частей - головы или тела... Самая простая магия Смерти удерживает их жизнь только с привязкой к целостности их res extent. При нарушении этой целостности, чары неминуемо испаряются.

- Скорее, в люк! - с трудом проговорил Ромунд, чувствуя, как растет напряжение в его голове, и как сильно стучит сердце. Он никогда не ориентировался на магию Смерти и лишь пару раз практиковался на мертвых кошках...

Смекнувшие что к чему воины отряда поспешили убраться с дороги подконтрольных Ромунду зомби...

- За нами должок, парнишка! - крикнул пробегавший мимо Медведь.

А зомби тем временем все же проявили некую долю сознательности (хотя вряд ли они... скорее их контролер) и, видя как убегает, казалось, загнанная в угол добыча, твари неистово взвыли и поспешили атаковать дерзкого мага, разделавшись к тому времени с "предателями". Тут уж Ромунд был щедр на раздачу огня и молний. Все вокруг смешалось в полотно бушующего огня, не дававшего мертвецам пройти к удиравшему в подземелья отряду. Ромунд ловко слил магическое пламя в одну стену и обеспечил себе безопасный отход.

Когда крышка люка захлопнулась, все вздохнули с облегчением.

- Странно, - пробормотал Ромунд, запирая оба стальных засова. - Там все стихло...

- И никто не пытается нас достать... - улыбнувшись, проговорил Медведь.

- Не удивительно, - сухо бросил Мердзингер. - Нас сюда хотели загнать...

- Ребята, - прозвучал голос Альмы. - Ребята...

Все бойцы недоуменно посмотрели на девушку, затем в сторону ее указательного пальца...

- Не смешно, - пробурчал Бочонок, сжимая секиру.

Метрах в десяти от воинов застыло горбатое существо с длинными руками, опущенными на землю. На его бледно фиолетовом теле кое-где виднелись обрывки одежды в цветах армии Республики, а голову увенчивал открытый ратный шлем... Яркие голубые глаза твари горели яростным пламенем, а из перекошенного рта лилась мерзкая желтая слюна...

Ромунд ругнулся в сердцах. Ну зачем он подумал про инфернала! Проклятье... Это уже более изощренный способ поднятия усопших... С некоторыми, так сказать, модификациями в виде мутации конечностей и восприимчивости к повреждениям.

- Все назад! - рявкнул Ромунд. - Эту тварь возможно убить только одним способом - отстрелить башку!

Эльф только успел вскинуть лук, как инфернал, не медля ни секунды, рванул вперед, прыгая в разные стороны и не давая никому прицелится. Если бы не Бочонок, вовремя дернувший Ромунда назад, лежать бы тому с распоротым брюхом по соседству с сотнями бедолаг!

Промахнувшийся по первой цеди гад тут же сцепился с могучим Медведем, обхватившим тому запястья, не давая орудовать острыми как бритва когтями. Несмотря на всю свою грандиозную мускульную мощь, человек все же уступал магической силе инфернала, и его руки постепенно разъезжались в стороны. Пыхтя и надрываясь, Медведь, глядя прямо в синие глаза безжизненной твари, пытался сопротивляться, но тщетно - чудовище было намного сильнее его и, казалось, даже не испытывало никаких трудностей. Разве только слюна текла обильнее...

Неизвестно чем бы закончилась эта битва сил, если бы смекалистый Мердзингер не прыгнул сзади на инфернала и не вонзил кинжал тому прямо в затылок. В ту же секунду тварь обмякла и беззвучно повалилась на пол. Дело было кончено.

- Вот дерьмо! - нервно бросил Медведь, потирая растянутые руки. - Поначалу мне показалось, что гад слабак, но потом словно камень! Хоть бы хны!

- Да уж, - кивнул Бочонок и для проверки рубанул секирой по шее инфернала. - Вот теперь точно... все.

Мердзингер, выругавшись, повалился на каменный пол. Альма, постоянно кривя нос, стала проверять содержимое своей торбы, звеня колбами.

- Спасибо, - кивнул Бочонку Ромунд. Если б не он, то все...

- Однако, однако, - сказал Бочонок, отмахнувшись от Ромунда, мол, обычное дело.- Вонь здесь знатная... Похожая на ту, что принесли с собой зомби.

- Не удивительно. Здесь полным полно мертвецов, - слегка задыхаясь, сказал Мердзингер.

- Ясненько... Итак, мы здесь. Причем, как мне кажется, не только по собственной воле, - с некоторой издевкой молвил Медведь. - Куда дальше, командир?

Эльф не ответил, присосавшись к фляге с водой.

- У нас проблема, - сказал Бочонок, снимая шлем. - Сумка с припасами осталась там, наверху...

Повисла тишина. Согласно тому, что Ромунд успел ухватить на кратких лекциях по особенностям боевой обстановке, каждый в таких ситуациях чаще всего думает о трех вещах: почему я? Почему так? Что делать дальше? Однако, как утверждал хмельной учитель, очень и очень многие люди первую мысль посвящают попытке найти виновного.

- М-да, - пробурчал Медведь. - Я, конечно, теперь обязан тебе, чародей, но, по-моему, все же предложение спуститься сюда было ошибочным...

- Да какая к черту теперь разница? - сконфузилась Альма. - Да подумай сам, с чем бы мы встретились на открытых пространствах? С червями да полчищами зомби?

- А что мешает им появится здесь? В том же составе? - улыбнулся в ответ Медведь, и девушка тут же осеклась.

- Уже не имеет значения, - спокойно сказал отошедший от боя эльф. - По плану в этих коридорах располагаются казармы для стражей башен. Все, кто дежурил сверху, потчевал здесь... Эта система сообщений лежит вдоль всего Шестнадцатого Вала и упирается в глухую скалу. Однако километра через два с половиной отсюда располагается проход, ведущий в глубины всей системы. Там казармы, кухни, оружейные и пищевые склады, погреба. Будет чем пополнить запасы. Там же и будем искать людей. Хотя на самом деле меня беспокоит одна вещь... Согласно чертежам, на самом глубинном уровне мы можем найти огромное помещение, метров сто на сто. Да, да, представьте себе! И если я не ошибаюсь в почерке, надо заметить, скверном, сея комната содержит в себе нечто, что обеспечивает тепло в подземелье... Чувствуете? И, кстати, горение факелов...

- Ого! - нахмурился Ромунд. - Может, те самые разработки, которые предложил некогда Франческо?

- Вряд ли, - покачал головой Мердзингер. - Однако, возможно, что именно там мы найдем ответы на свои вопросы. Думаю, нужно двигаться. Я понимаю, все устали, но среди трупов спать совсем не хочется. Найдем еды, попробуем отыскать в меру чистое помещение. Ничего, кроме как надеяться, нам не остается. Подъем!

И они пошли. Медленно, покачиваясь от усталости, воины двинулись за стройной и высокой фигурой эльфа, ведшего их вперед. Никто не знал, что ждет впереди. Если честно никто и не хотел думать. В этом месте лишние мысли крайне опасны.

***

Зеленый пейзаж зарослей до рези и жжения рябил в глазах усталого охотника. После того, как начальство посетило разгромленный лазарет, был отдан немедленный приказ обшарить всю рощу и найти: первое - нечто, что расправилось с мастером Фолио, второе - недавнего напарника Данилы Яра. Три отряда, составом по десять бойцов, под командованием трех сенешалей отправились в тыл укреп районов. Конечно, враг, скорее всего, двинул наперерез, к долинам, но в этом случае совсем иная история. Сейчас необходимо убедится, что неприятель не зарылся где-нибудь в соседних кустах и не ждет, пока все начнут отходить от напряжения и расслабятся... Хотя какое расслабление теперь? Враг только недавно был у ворот... Война на дворе. Теперь спать можно ровно столько, сколько позволит противник, а он коварен и опасен. Хотя, конечно, такие потери, которые Глефа нанесла соединенной группировке Ренессанса, Реньюна и Бреган Дэрт трудненько будет быстро восстановить, но все же их альянс превышает нас раз в десять превосходящим числом и в сотни раз качеством. Сегодняшняя победа - лишь следствие удачного маневра, но гибель полторы сотни воинов Глефы против восьмидесяти десятков мечей Лиги (так, судя по слухам, альянс трех кланов назвал себя) может фатально сказаться на будущей компании... Ну да ладно. Все решится в честной мужской борьбе грудь в грудь. А пока нужно найти двух очень неприятных субъектов, которые по форме, наверное, различаются, но вот гадят совершенно одинаково...

- Черт, я хочу есть и спать! - вдруг заныл один из воинов, еле передвигая ноги.

- Заткнись, Андрюха, - посоветовал коренастый крестоносец. - А то сейчас тебе по уху дам и идти станет легче.

Несчастный жалобно поглядел через плечо на жесткого бойца, поохал, но промолчал. Еще бы.

Данила понимал это настроение солдат, но сделать ничего не мог. Нужно было исполнить задачу и затем можно будет поспать.

- Дэрел, Макс, на левый фланг, прочистить вон те буреломы! - скомандовал охотник, чувствуя необходимость разогнать кровь в жилах своих подопечных. - Ром, Энденс, в ямы на правом фланге, живо! - в клане каждый знал друг друга в лицо и по имени. Так уж повелось. - Марк, Олег, на разведку перед отрядом метров на сорок вперед. Бунтак, Леменс, посмотрите-ка вон те заросли. Я и Майнус замыкаем.

Из головы Данилы никак не выходили картины увиденного в палатке лазарета... Сплошное месиво...Убитый Фолио, изуродованный магией Патранакс... Жгучая боль вины и потери пожирала сознание Данилы... Из-за его глупости погиб друг...погибли соклановцы... Охотник со злостью поглядывал на приколотый золотой значок глефы на своем правом плече, окаймленный платиной - знак сенешаля. Получилось так, что он привел в Лагерь предателя, а теперь, скорее всего, какую-то дрянь в полуживом Селтике, а его наградили. Хотелось сорвать эту пустышку, да швырнуть в кусты, но...

Сухая трава сильно хрустела под ногами воинов, лишая их маскировки и эффекта внезапности, но делать оставалось нечего... Магов с собой не дали, бросив всех на восстановление укреплений и лечение раненных, а еле тащивших ноги вояк хоть палкой лупи - все равно будут идти как увальни. Им бы сейчас поспать, а не рыскать в кустах...

- Чисто, - донеслось по каналу трансферанса сразу несколько докладов.

- Командир, иди сюда, погляди... - неожиданно откликнулся один из воинов, вроде бы Марк.

- Марк, ты? Что стряслось? - устало отозвался Данила.

- Тут, - ответил боец, откинув густые ветки высокого куста. - Мы прошли метров двадцать и наткнулись на это...

Скрипнув зубами, охотник поспешил к Марку, проклиная все вокруг. Ну что могло быть там такого? Толпы зомби? Приведения? Монстры? Трупы? Дайте вина! Женщин! Постель!

Продравшись сквозь кусты, оказавшиеся ко всему прочему с колючками, Данила тут же скользнул взглядом по краю глубокого оврага, где увидел чье-то тело... Подойдя поближе, охотник разглядел еще четверых... Все мертвецы имели знаки Глефы на искореженных доспехах.

- Это что еще такое? - нахмурился Данила.

- Их трудно узнать, но вон тот, что без рук, похоже Энг... Сосед мой по палатке, - хрипло проговорил Олег, стоявший с той стороны оврага. - А вон тот, на краю, похоже Далт. Он всегда носил идиотское перо на шлеме.

- Постой-ка! - махнул рукой Данила. - Это что же? Отряд Антареса?

- Видимо да, - кинул головой Марк. - Только где еще пятеро мы не знаем. Тут вокруг кровь, да поломанное оружие. Они сражались... Но проиграли.

- Осталось понять кому... Парни! Все сюда! - крикнул Данила, подзывая бойцов.

- Как бы и нам... - хотел было сказать Марк, но тут кто-то дико завопил, веером брызнула чья-то кровь, залив лица Даниле и Олегу, и начался кромешный ад... Вся растительность словно пришла в движение, залившись ко всему прочему нестерпимым воем. Кто-то бежал, кто-то кричал, кто-то пытался сопротивляться. Данилу сбили с ног, и он покатился в овраг, перемазавшись чужой кровью. Этот хаос ошарашил его, лишив возможности принять хоть какое-то конструктивное решение! Пока он встал, все уже кончилось. Крики пресеклись, все стихло.

Медленно вскинув арбалет и зарядив его, Данила стал карабкаться по склону вверх. Тишину нарушал лишь только слабый ветерок, колыхавший листья, и бешенные удары человеческого сердца, полного страха. Бывалый охотник видал всякое, но чтобы нечто расправилось с целым отрядом... за пару секунд... Это уже слишком!

Первое, что увидел Данила, было чье-то разодранное тело, лежавшее в ближайших кустах. Затем еще одно, чуть дальше. Охотник стал медленно двигаться вдоль зарослей, внимательно вслушиваясь в окружающие звуки. Метров через пять он обнаружил еще двоих... затем еще одного. Углубившись в кустарник, Данила к своему ужасу нашел еще троих... Все готовы... Проклятье!

Даниле захотелось убежать... Он бы любому порвал глотку, назови его кто трусом, но всю жизнь он имел дело с людьми... с плотью, которую можно мять, бить, колоть, стрелять... А здесь нечто, действующее крайне изощренным образом. Что б ее! Магию...

Слева послышался хруст сухой травы под чьими-то ногами. Из-за густых ветвей не было видно, кого там принесла нелегкая, и Данила хотел было откинуть одну веточку и посмотреть, как кто-то схватил его сзади за шею и сдавил мертвой хваткой, закрыв ладонью рот.

- Тихо, - прошипел некто ему на ухо. - Ни звука.

Меж тем кто-то или что-то приближалось.

- Командир! Эй, командир! - прозвучал стон. Это был Дэрел! Охотник хотел было дернуться, но его пленитесь был просто чудовищно силен. Не давал даже головы повернуть. - Командир помоги!

С другой стороны донесся хруст.

- Командир ты? - чуть ли не плача прокричал Дэрел. - Командир, эта тварь оттяпала мне руку, командир! О Боже! Нет, не ты! Нет! Нет!

Судя по звукам воин попытался убежать... Нечто темное промелькнуло мимо куста, где был пленен Данила, низкий визг разрезаемого чем-то острым воздуха, а затем нечеловеческие крики убиваемого Дэрела. Пара секунд и все смолкло.

- Великолепно, - процедил сквозь зубы держащий Данилу человек.

- Отпусти меня, - зло проскрипел охотник.

- Но, но! Ты полегче! Я тебе жизнь спас! А ты так грубо! Хам! - последовал ответ. - Я отпущу тебя, только не выходи за круг. Видишь? Да, да, вон на земле бледное сияние в радиусе трех метров... Тварь рядом, и если хоть волоском пересечешь линию, нам с тобой конец. И не думай сделать ноги! Зверюга бегает словно ветер! Видал, как она твоих ребят уделала? Трое слегли отдыхать, даже не успев повернуть головы на посторонний звук. Раз! И все... И говори тихо. Я еще не понял, защищает ли щит нас полностью или есть некий изъян, который я не заметил...

Руки говорившего разжались. Данила тут же развернулся вокруг оси, выхватывая кинжал (арбалет выпал из его рук, когда незнакомец сдавил его горло) и делая выпад, но некая сила замедлила его удар, затем вовсе обездвижив.

- Ну что за идиот! - всплеснув руками, тихо сказал человек в кожаной куртке со знаком красного меча, вонзенного в сердце. - Вы вояки все на голову туги?

Данила с ненавистью взглянул в глаза неприятелю, тут же признав в нем Яра! Гнев в жилах вскипел еще сильнее, но чародейство позволяло лишь с трудом дышать.

- Я же сказал, не шуми! Черт! Или нужно отмечать по слогам? Не, пы-та-йся ме-ня у-би-ть, так как э-то бу-дет слиш-ком гром-ко! Ну что за глупости! Я думал ты поумнее... Ладно, оставлю тебя пока так, а то еще вздумаешь баловать... - Яр осекся, внимательно вслушиваясь в тишину, а затем, отойдя подальше от границы круга, опустился на землю, достал небольшой мех и, откупорив его, стал безудержно глотать содержимое. - Знаешь, а ведь мы толком-то и не познакомились, - сказал он через некоторое время, когда его жажда была наконец утолена. - Прошу любить и жаловать - Ян Рудный, мастер убийств первого класса, школа Шепростана. Также мастер маскировки и эксперт по внедрению. Чего глаза то выпучил? Что? Ловко я обвел всех вокруг пальца? Зеленый юнец... Таковым меня считал? Знаешь, хороший грим еще и не так человеку молодости придаст! Тогда, когда ты звезданул мне по лицу, я больше боялся, что макияж мой потечет, но все вроде прошло гладко, - он вновь резко замолчал, снова вслушиваясь в тишину окружавшей природы, а затем снова заговорил: - Ты смотрю, сильно серчаешь на меня, но! Прошу заметить - я не предатель, я наемник, выполнявший свою работу. Все таки ты ведь слышал о Яне Рудном? Что? Чего глазами хлопаешь? Слышал наверняка! Внезапные смерти трех митрополитов в администрации ныне покойного Патриархата? Череда убийств высокопоставленных должностных лиц в Совете Бангвиля? Резкая смена управления в Реньюне и Элите? Да, да, дорогой начальник, моих рук дело... М-да. Не скрою, я просто соткан из золотых нитей тщеславия! И нутро тоже золотое, прошу заметить. Не нужно пошлости в мою сторону. Да, кстати, а как тебе мое владение мечом? Великолепная защита без толики умения нападения! Ты ведь это подметил, но особого значения не придал... Ведь так? Да так, так, знаю я... Вижу я человечешков на сквозь!

Ян умолк. Осмотревшись, он принялся закупоривать сосуд, некоторое время провозившись с непокорной пробкой, а затем, положив мех в торбу, резко поднялся и несколько раз обошел кругом вдоль по линии магического щита. Данила меж тем оставался недвижим.

- На эту тварь не действует ни сталь, ни огонь... Удивительно! Одна такая мерзость истребила целый ваш блок-пост! И заметь, здесь главный акцент не на том, что он ваш.... А на том, что целый блок-пост! Одна тварь... Когда ты меня вынудил бежать, я чуть лицом к лицу не столкнулся с тремя такими, разделывавшими ваших в тылах... Отряд Ромула вроде, так? В безвыходном положении я просто применил самое первое, что пришло в голову из способов маскировки и преломил солнечные лучи, тем самым сделав себя невидимым. И ты знаешь - мне повезло. Перебив всех стойких вояк, пытавшихся сломить их строем и, кстати, неплохих магов, поливавших тварей огнем, молниями и холодом, эти чудные создания не заметили меня. Почему? Сказать трудно. Некий просчет или особенность данного вида. В прочем для нас важен результат. Все остальное оружие отскакивает от них, не причиняя вреда. Пламя - слегка портит макияж. Молнии не в счет. Холод только им не приятен, отскакивают, прячутся... Но их скорость компенсирует некоторую брезгливость к морозу. Маги порой и пошевелить губами не успевают.

С северной стороны донесся душераздирающий вопль. Затем еще один и вскоре несколько подряд. И снова тишина, лишь легкий ветер, шелест листьев и редкий щебет птиц. Несмотря на то, что день еще только-только начал постепенно застилаться дымкой вечера, в роще было темно. Да ко всему прочему душно и неприятно. Запах смерти повис в воздухе.

- Вот и последний отряд окончил свой бравый путь,- развел руками Ян. - Нужно уходить.

Данила почувствовал, что державшая его магия рассеялась и он, не устояв от неожиданности, повалился на землю.

- Надеюсь, теперь у тебя хватит ума, чтобы не рыпаться? Вообще, по канонам, я должен давно перерезать тебе глотку и оставить на закуску этим тварям, но, к моему огромному сожалению, я очень привязываюсь к людям. Ты уж прости, что подвел тебя к алтарю смерти, там, в бою, но я делал свою работу. Сейчас же я просто человек, который хотел бы выжить, предлагающий другому человеку со схожими желаниями и находящемуся в той же ситуации, руку взаимопомощи.

- Что-то ты болтливый для убийцы, - сухо сказал Данила.

- Меньше читай всякой общественной литературы - мозги засоряешь стереотипами и всевозможными анахронизмами. Я вот в свободное от дел время пищу стихи, сочиняю музыку и, кстати, провожу очень много времени в закрытых писательских клубах.

- Убийца-романтик, - усмехнулся Данила. - Может, ты просто работаешь на вычитанный в детских сказках образ доброго парня с плохим прошлым?

- Я не читал детских сказок. И некому было читать их мне. Родители когда-то погибли при нашествии какого-то мелкого клана, коего, на сколько я знаю, уже нет. В шесть лет меня доставили в Шепростан. Кто и как не скажу даже под каленым железом.

- Какого черта тебе надо было в нашем клане?

- Доставить посылку и убрать Строгонова. Первое с успехом я сделал, не заронив в твоем наивном сердце ни намека на опасность, а второе не удалось - тебе спасибо.

- Какого черта? - удивился Данила.

- По моему плану вас должны были сжать в кольцо и перебить всех разом, а ваш бравый сеньор, спеша к вам на помощь, подскочил бы на минимальное расстояние и оказался бы в пределах действия заклятия... Тут-то ему и хана. Но ты меня сбил, и мне пришлось бежать. Увы, раньше я никак не смог бы уничтожить свою цель, так как не хватало ни времени исследовать все подходы в Лагере, ни оценить маршруты движения стражи, смены караулов, часовых. Пришлось клепать план на ходу, что я просто не перевариваю, ну и соответственно результат. Придурки, которым было поручено размазать вас по роще то ли прохлопали ушами момент удара, то ли вообще не приняли мое сообщение к сведению.... Короче, теперь придется скрываться несколько лет, благо золота Темный Орден дал в задаток немало, потом, может, вообще отойду от этого дела. Знаешь, еще в детстве никак не понимал, зачем нас учат убивать (за что, кстати, получал немерено палками по заднице), а потом, по "выпуску", занялся тем, что умел. Вот... Ну да ладно, это немного сентиментально, а для такого боевого волка как ты сии темы не близки. О! Кстати! Нужно бы запомнить рифму! Как-нибудь напишу поэму о своем путешествии в стан славного клана Глефа!

- Постой-ка, ты сказал Темный Орден? - хмурясь, спросил Данила. Честно говоря, он уже не понимал, врет ли ему этот мальчишка или правду говорит. Все же первый раз ему удалось обвести его вокруг пальца.

- А ты не знал? Сейчас эта мерзопакостная организация протянула свои руки на весь Север и даже затронула частично Центральные и Восточные земли. Ренессанс теперь их союзник или даже ставленник - никто толком не знает. Реньюн и Бреган Дэрт вообще их вассалы уже лет двадцать. Теперь, после гибели Святой Инквизиции, они хотят полностью подчинить эту территорию, однако войск-то у них не хватит, чтобы схватиться со всеми кланами (вон какого жару вы им задали!), посему они и испробовали свое новое оружие... Черт знает какие времена! Теперь власть у нас не достигают честным клинком или получестной магией... Теперь всех побеждает хитрость. Боже мой! О чем будут читать дети лет через десять! Кто будет главный герой? Уж точно не благородный рыцарь без страха и упрека...

- Какой же ты болтун! - разозлился Данила.

Ян, сверкнув глазами, сделал пару резких движений, и Данила уже лежал на спине, не смея двинуться под острым клинком профессионального убийцы.

- Сказал же! Я сейчас не на работе! - рявкнул он, брызнув слюной.

- Ладно, ладно, парень, остынь! - подняв руки, сказал охотник. - Не бесись! Просто в моем понимании...

Ян фыркнул, убрав нож.

- Пора, - сказал он. - Пока твари отвлечены охотой, нужно делать ноги.

- Куда? Что? Я не брошу свой клан! - запротестовал Данила.

- Вали. Мне плевать, - пожал плечами Ян. - Не думаю, что меня там примут с распростертыми объятиями. Либо ты со мной, и мы делаем все вместе, либо разбегаемся. Другого не дано.

- То есть, если я не иду с тобой, ты бросаешь меня на смерть? - почесывая подбородок, спросил Данила.

- Да, - немного рассеяно бросил Ян, закидывая торбу на плечо. - Наверное, так. Ты, конечно, мужик хороший и если хочешь, помогу выбраться из этого дерьма, но в пекло прыгать за тобой не стану. Клан твой уже уничтожен, поверь. Судя по тому, что я видел, в этой рощице действует штук двадцать таких гадов, и не забудь еще добавить тех, кто попался недавно в их лапы. Создатели работают над своими чадами, постоянно улучшая их природу. Как помнишь, тварь изменяла тело Селтика около суток... Сейчас же эти мрази часа за три готовы к бою. И не сомневаюсь, что проиграв вам в честном бою, Орден всеми своими ушлыми умами направлен на ваше же уничтожение. Думаю, еще десяток милашек бросят на подмогу, а то авось что. Даю тебе пять минут. Подумай немного и решай. Да, кстати, сегодня у нас что? Четверг? Плохо... В субботу нужно быть в Санпуле на заседании клуба... Успеть бы...

- Да какого клуба! Ты что, с ума сошел? Люди...

- И что? Люди гибнут всегда, а заседание клуба не каждый день. У тебя уже три минуты. Прошу поспешить.

Данила, слегка приподнявшись на локтях, так и застыл в позе недоумения и крайних сомнений. Со времен своей бурной молодости он настолько привык к одному месту и одним людям, что теперь не мог и представить себе, что в один день все может перевернуться с ног на голову, хотя еще лет пятнадцать-двадцать назад, засыпая, он не всегда был уверен, что проснется. А теперь предстояло сделать нелегкий выбор... Трусит ли он? Да, наверное так... Но лишь из тех соображений, что он просто не в силах противостоять той силе, с которой столкнулся. Как, в прочем, и десятки его соклановцев. Однако в его голове никак не укладывалась мысль, что есть нечто в сущем, чему нельзя было бы противостоять. Нужно понять хотя бы как. Убежать сейчас с этим ненормальным - бросится с головой в пучину неясных событий, способных привести к совершенно не ясным и непредсказуемым последствиям. Плюнуть же и двинуться к лагерю опасно... Выбирать-то по сути не из чего...

- Время вышло, прощай! - заключил Ян и резко развернулся.

- Постой... Дай свяжусь хотя бы с кем-нибудь из Лагеря.

- Несносных старик! - взвыл наемник. - Ну, валяй! Только быстро!

- Хорошо, - буркнул Данила и сконцентрировался, для уверенности сдавив виски.

Сашка, а Сашка, ты слышишь меня? - послал он сигнал по трансферансу.

Ответа не последовало. Тогда охотник решил позвать другого знакомого, коего видел живым перед выступлением в сии злосчастные поиски, но тот тоже не ответил. Затем еще одного, но не добился никаких результатов. Потом плюнув на все, Данила сразу же воззвал к сеньору, к Строганову, но тот также хранил молчание. Странно было больше не то, что они вдруг все не отвечали. Странно было то, что на том конце не чувствовалось никакой жизни. Пустота. Так в основном определяют смерть того, чье тело никак не могут найти.

- Проклятье... - всплеснул руками охотник. - Что же это?

- То, что я тебе говорил. Бери арбалет и пошли. Идем тихо. Магия моя действует эффективно только в статическом положении, иначе же можно легко заметить искажающееся пространство.

- Куда идем-то? - спросил подавленный старик.

- В Ватрад Вил. Дальше поглядим... Есть несколько вариантов, - бросил через плечо Данила.

Ян уже отошел метров на десять, осторожно двигаясь на юг, как Данила наконец осознал всю плачевность ситуации и поспешил присоединиться к этому странному человеку. Все же вместе выжить проще.

***

В этих местах горячий, сухой ветер порой задувал так, что двигаться вперед было просто невозможно! Приходилось все силы тратить на то, чтобы противостоять сумасшедшему напору воздушных масс и не упасть, покатившись по велению стихии куда-нибудь в кипящие ядовитые воды или, того хуже, в поток лавы, текшей в огромных расщелинах со всех сторон. Стражи не часто ходили этими путями и все рейды, прошедшие по столь неприветливым дорогам, обошли самого Найджела стороной. Он, в основном, путешествовал по туманам, да несколько раз по горным тропам, в окрестностях разрушенной цитадели Кануак, а остальное время торчал в караулах, да играл в карты. Теперь же, терпя боль в натертых до крови ногах и безумное жжение на коже лица от раскаленного ветра, он должен был идти черт знает куда и черт знает с кем! Проклятому незнакомцу были нипочем ни жар, ни яд, ни отравленный пылью воздух... Он уверенно двигался вперед, увлекая за собой бедного Найджела, который все чаще и чаще вспоминал маму и добрую сердцем сестренку, со временем заменившую мать. Порой хотелось упасть и заснуть, свернувшись в клубок страхов и жалости, но Страж должен быть сильным - этому их учили в Цитадели. Здесь нет места простым человеческим чувствам. Здесь война. Странно, но даже сейчас Найджел думал, что исполняет свой долг, хотя и ведет своего спутника к врагу, попутно выкладывая все, что знает. Найджел просто не мог себе представить иного... Он хотел верить, что если умрет, то умрет за дело, а не как ничтожная, трусливая тварь.

- Так ты уверен, что нынче в мире нечто происходит, так Найджел? - громыхал голосом ужасный спутник.

- Да... да, хозяин...

- И твой Орден недавно достиг некоторых успехов, не так ли?

- Так! Так!

- И сейчас он приступил к очищению неверных на захваченных территориях?

- Да, так оно и есть. Мои лидеры создали какое-то новое оружие, которому не может противостоять ни магия, ни сталь...

- Что ты такое говоришь, дурак?

- Я... я что слышал...

- Тогда вырежи себе уши, глупец. Что создано магией, то от нее же и погибнет.

- Да, несомненно! Даже не смею спорить...

- Ну так и?

- Так вот... Сейчас Север очищается, мой лорд. Враги падут рано или поздно. У них не найдется средств, чтобы противостоять великому Ордену! А теперь, когда вы с нами, час неверных предрешен! - завывал Найджел, уподобляясь тем проповедникам, которые полоскали мозги малефикам темного клана каждый день, подавая сии восторженные речи на завтрак, обед и ужин.

- Слушай, давай без этой твоей, орденской дряни, усек? - раздраженно бросил Мерлон, потирая странный знак на своем лбу. - Еще раз и тебе конец.

- Да, Хозяин! - воскликнул уничтоженный и втоптанный в землю Страж. Он проклинал тот день, когда попал в проклятый Орден. Хотя, кто знает, быть может, это спасло ему жизнь...

- Однако не думаю, что вашим малефикам долгое время удастся скрывать кровавые расправы... Главам кланов это может сильно не понравится.

- Не понравится и уже давно не нравится. Однако что они могут сделать? Кроме того, все видят не Орден, а сильные кланы (Ренессанс, Реньюн, их союзников), озабоченные своими меркантильными интересами. К тому же все знают - Ренессанс не гнушается любых средств... Что же касается отношений сильных мира сего между собой, то вот, например, Сюреал и Элита не переносят друг друга еще с Войны Трех Кланов, Нейтралз недавно потерпели сокрушительное поражение от войск Ренессанса на левом береге реки Темерны и теперь зализывают раны. Хранители... Черт их знает. Возможно, попытаются помутить воду в Совете Бангвиля, но скорее закроются в своих мрачных замках и будут ждать лучших времен. Воевать с ренами им уже нечем - последняя война обескровила их тщеславные ряды. Остальные же кланы... У них бесконечные усобицы за контроль тех или иных территорий, и бить их по одиночке - самое простое. Быть может, варвары Остермана, из Восточных Степей в союзе с так называемым Независимым Альянсом Некромантов, могут представлять кое-какую силу, особенно если Нейтралз все же решатся бросить в бой остатки войск им на помощь, исполнив союзнические обязательства, но всегда можно сыграть на недовольстве той же Элиты нарушениями ее торговых сфер влияния, в которые будут вынуждены ворваться варвары, воюя с Ренессансом. Да, да, это касается напряженной обстановки вокруг владений Купеческой гильдии на Перекрестке, что к северо-западу от Честорского леса... Но там так же вплетены интересы вездесущего Сюреала. В общем, состояние разрозненности приведет неприятелей к неминуемому поражению. Во времена Войны Сил еще жили кое-какие остатки братства, продиктованного необходимостью защищаться от диких племен. Но теперь, когда гегемоном стал человек, каждый хочет урвать кусок у другого, да побольше.

- Слишком у тебя все просто выходит. С такой логикой можно хоть весь мир завоевать. - прогремел Мерлон. - Помолчи пока, я обдумаю то, что ты сказал.

Они брели по выжженным холмам и туманным равнинам... Они дышали отравленным воздухом и медленно жарились в безумном пекле, исходившем от лавных потоков, текших в глубоких расщелинах. Гейзеры чистой кислоты выбрасывали свое смертельное нутро на десятки метров вверх, поливая голые камни, плавившиеся под неукротимой силой разрушения. Здесь был настоящий ад! Найджел задыхался, он слаб на глазах... Но проклятый незнакомец неумолимо шел вперед, не обращая внимания на муки своего спутника. От невыносимой боли в груди, бывший Страж скинул с себя доспехи, разорвал рубаху и тер, что было сил, грудную клетку, сдирая пораженную кожу в кровь. Ему было дико больно, но он молчал и не давал повода темному отродью усомниться в его способности идти дальше. Он знал - если сейчас он упадет и не встанет, то его просто оставят здесь умирать... Или хуже того - бросят на съедение всякой живности в этих ужасных местах. Сейчас все мерзкие твари скрылись, расступившись перед сыном Хаоса и Тьмы, но как только простой человек лишится его покровительства... Найджел лишь кусал губу, глотая соленую кровь, но мочал и шел дальше, покуда в глазах уже не стало темнеть... Но тут незнакомец вдруг остановился, поводил носом в разные стороны, громко втягивая воздух, и резко сменил направление, вскоре набредя на небольшую пещеру. Одним взмахом руки он выжег все и всех внутри и приказал Найджелу спать. Тот лишь кивнул и, упав на голые камни, заснул.

Когда он проснулся, то обнаружил себя лежащим на подстилке из грубой ткани рядом с небольшим костром, над которым незнакомец водил руками, заворожено глядя на пляску огня.

- Ты отдохнул? - громыхнул голосом хозяин.

- Да, спа...

- Не за что меня благодарить. Мне еще нужно чуть-чуть информации. А если б ты сдох, то... было бы немного обидно. Хотя путь к Башне Культа я уже вызнал... не знаю откуда, но вызнал. Пришло, словно наваждение... А, может, из твоей головы. Проклятая карта теперь прямо перед глазами, - хозяин гневно сжал искалеченные огнем кулаки, на которых частично обгорела и полопалась кожа. - Мне хочется немного тебя послушать. Совсем чуть-чуть.

Найджел сглотнул. Повинуясь порыву, он хотел спросить, что с ним будет, когда он закончит свой рассказ, но тут же осекся... С таким сумасшедшим нельзя столь прямо строить диалог.

- Что же вы хотите знать? - пролепетал он. Он чувствовал себя немного лучше, но голова все также кружилась от усталости.

- Все. Говори. Ну!

- Эм... - запнулся Найджел, сбитый с толку неожиданно резким ответом незнакомца. - Не все, конечно, так хорошо, как хотелось бы... На Фебе, там, где, по сути, были все свои, кто-то начал играть по своим правилам и сильно подпортил развитие планов. Главнейший союзник Ордена, адепты Тавро, коих неразумно называют варварами Одера-Табу, попали в очень щекотливую ситуацию. Мощнейшая боевая машина Сюреала по договору с Республикой обратилась против них. Сейчас их войска победоносно движутся в глубь земель наших собратьев, сметая все заградительные посты. У них новая тактика... Теперь их ни легкими уколами, ни сильным кулаком не взять. Раньше, когда Республика опрометчиво отправляла своих бойцов на смерть, повинуясь общественным настроениям, война шла по классическому сценарию вторжения и поиска генерального сражения. Но никто им такого удачного шанса не давал, и летучие отряды адептов Тавро спокойно разрывали по кускам неприятеля, в конце концов лишив его припасов, подкреплений и сил... Теперь же враги действуют по иному. Разбившись на мелкие отряды, войска Республики и Сюреала надвигаются шквалом, выжигая все на своем пути и пополняя запасы за счет захваченных деревень. Прошел всего день после вторжения, а войска адептов уже отброшены на пятьдесят километров. Противник наступает как заведенный.

- Постой... А как же ты все обо всем узнаешь? - нехорошо поинтересовался незнакомец.

- Так в Ордене хорошо налажена поточная передча информации по каналам трансферанса! Каждый малефик должен быть в курсе дел... Хотя бы в тех рамках, в которых позволено. Просто наша деятельность такова, что будучи неосведомленным в политической жизни можно наделать много глупостей, причинив своему клану уйму вреда, разгребать который придется всем Орденом...

- А как же вы пресекаете разбазаривание всей это важной информации?

- Дело в том, что все данные поступают под строгим контролем специальных заклятий, разработанных великими умами современности! Когда сознание кого-либо из соклановцев обращается к информации, полученной под такой магией, то об этом тут же узнают Старшие или Наблюдатели...

- А потом и самого болтливого и того, кто сведения от него получил, убирают? - дико улыбаясь, спросил Мерлон.

- Да... - прохрипел Найджел, сам жалея, что рассказал все начистоту. Хотя куда там! Разве он смог бы налету соврать? Да еще и кому...

Незнакомец рассмеялся что было сил, раскатами настоящего грома, содрогнув своды пещеры.

- Ну, в таком случае рассказывай еще! - потребовал он, улыбаясь во все свое обезображенное лицо. Бывшему стражу захотелось вырвать...

- Это самая последняя информация... - тихо ответил Найджел и вжал голову в плечи, ожидая развития событий.

- Ну да... Что еще можно ожидать от простого посыльного. Ну а скажи, что интересного тебе известно о Культе?

- Ничего большего, чем написано в пергаментах по истории и ничтожно мелких брошюрках Ордена... Знаю лишь то, что от самого Культа уж долго нет никаких ответов, приказов и распоряжений. Все гонцы пропали...

- Ясно, - пробормотал Мерлон и посмотрел Найджелу в глаза. - По сути теперь ты мне и не нужен... Однако почему-то не хочу я с тобой ничего делать... Дурак ты какой-то. Сдохнешь все равно, от моей руки или нет. Предавший все и вся не имеет приюта. Как, например я... Отдохни еще, я пока поразмыслю. Учти, остановки будут очень редкими и лишь по самым крайним случаям. Усек? Помрешь - горевать не стану, поверь.

Услышав эти слова, Найджел медленно опустился на подстилку и закрыл глаза. В его душе творилась буря, но ему почему-то казалась, что она где-то в стороне... Словно в душе его двойника... Все это происходит не с ним! Не с ним! Ведь будущее всегда казалось таким светлым! Ведь мама всегда пророчила ему вселенские блага...

- Эй, Найджел, - вдруг окликнул его хозяин. - Осторожнее с желаниями. Они имеют привычку исполняться... Только не так, как хотелось бы.

***

За свою достаточно долгую жизнь Даратас побывал на многих процедурах вручения суверену верховной власти и мог уверенно заключить, что все эти процессии были похожи друг на друга своей напыщенностью, яркостью и глупостью, очаровавшие людей своим сладким дурманом богатства и всеобщей покорности. Но то, что узрел мудрый чародей в огромных подземельях Золотых Ручьев, поразило его своей оригинальностью! Однако перед тем, как стать не только свидетелем, но и реальным участником потрясающего события в жизни дивного народа, Даратас уже успел заиметь пару лишних причин для укорочения его земного срока.

На следующий день, как он все же умудрился встать с постели и кое-как собрать остатки своего духа и разбитого тела, Мильгард стал готовить его к церемонии возведения на Престол. Несмотря на все протесты вымученного мага, эльфийский принц лишь упрямо мотал головой, летая со скоростью молнии от одного ответственного лица к другому, успевая на лету рассказывать необходимые подробности роли Даратаса в самом действии. По-началу он пытался что-то запоминать, записывать, зубрить, но постоянно путался, оговаривался и в конце концов послал всех в самые далекие места. Принц пожав плечами, согласился взять все формальности на себя, попросив лишь запомнить пару фраз на эльфийском, которые необходимо сказать Жрицам. Безумно злой Даратас махнул рукой, взяв пергамент со словами, и удалился к себе в уютный уголок, где предался самым грустным размышлениям. А тем временем работа кипела. Во все стороны эльфийского царства неслись удары молотков и кувалд, визги сотен тяжелых пил и рубанков. Даратас начал заметно нервничать, внутри своего любопытного сознания интересуясь происходящим, но все же он предпочел оставаться в уединении, думая, что ему делать дальше... Но сие удовольствие продлилось недолго. Вскоре к нему постучалась целая армия всевозможных писарей, принесших ворох государственных бумаг, требовавших исследований и подписей. Опешивший Даратас с выпученными глазами принялся разбираться со всей государственной макулатурой, уйдя в это дело с головой. Тут были и подписные листы о состоянии арсенала, складов провианта, всевозможного сырья и готовой продукции для продажи на внешних рынках (в основном табак); сотни дарственных грамот, вручавших памятные награды семьям погибших храбрецов, еще сотни листов со сводками потерь; указы и распоряжения о назначении лиц на всевозможные государственные посты, на прочтении названий которых у Даратаса заплетался язык. Поначалу он пытался вникнуть в суть всех дел, но от объяснений облепивших его должностных лиц становилось еще хуже...

- Какой еще Кантобрий Восьмой Руки? - орал заведенный Даратас. - Где ты видишь у меня восьмую руку? Да хотя бы третью? Что за бред вообще? Расформировать и всех расстрелять!

- Как же так, алахоэ? - возмущался один из эльфов, с трудом выговаривая фразы на человеческом языке. - Как расстрелять?

- Да не расстрелять... Черт... А это что? Леган Второго Откровения Остараама... Ну а это просто писк: Артадунтийская Академия Мудрых Слов Андрианы, если я вообще это правильно перевел... Вы что? С ума посходили? Зачем нести мне всю эту бумагу, если я толком не знаю даже вашей системы управления. Так! - решительно воскликнул Даратас и вскочил с занимаемого до этого табурета. - Ольвен! Ольвен!

В забитом писарями проходе началось оживление и вскоре в келью втиснулся облаченный в мифрил принц, отталкивая мешавших деятелей государства.

- Выгони всех их от сюда! Вон! Выбери самых толковых и пускай мне доходчиво объяснят всю суть вашей, эм, администрации...

- Адми чего? - изумился эльф.

- О Боже! - схватился за голову маг. За что ж ему такое проклятье? Как он будет управлять всей этой сворой? - Так, ладно, всех отправь готовиться к церемонии, все бумажки в печку, а меня на уединенный отдых и спокойствие. Никого не впускать! Ну, разве что церемония не начнется...

- Как прикажете, алахоэ! - поклонился эльф. - Все слышали? Ну! Чего стоите?

Несколько минут топота и недовольного ропота, и маг снова остался один. Осталось надеяться, что слова насчет печки они восприняли в качестве шутки.

"И как же теперь наладить все в этом государстве? - рассуждал вслух Даратас. - Когда Мильгард говорил, казалось все так просто... М-да, век живи - век учись. И какого все это свалилось ему? Нет, ну это правда нонсенс! Какой смысл вручать бразды правления тому, кто ни черта не смыслит в этом деле? Я вольный исследователь, люблю магию, но терпеть не могу публику, лишнее внимание и уж тем более всю государственную суету... Политика никогда меня не интересовала, даже, надо признать, порой до крайностей... Ха! Да из-за меня иной раз некоторые кланы выигрывали и проигрывали войны, лишь потому, что я по своей рассеянности просто брал и продавал новое изобретение на сторону, которое тут же хорошенько пристраивалось как мощное оружие... Проклятье...Однако я люблю мир и ценю добро, хотя воспринимаю эти явления как некоторые абстракции. Для меня ценна жизнь, причем не только моя, но и чужая, хотя первое намного перевешивает все вторые. Но! Такова жизнь. Все мы попали в стремительный водоворот событий, и теперь остается гадать куда нас выкинет... Отправляясь тогда, на поиски Дарли, я даже и не думал, что такое может произойти. А ведь всегда казалось, что судьба в моих руках. Лишь казалось. Как там интересно мой шалаш? Не разграбил кто? Вряд ли, конечно... Слишком мощны заклятия охраны. Но все равно повидать его очень хотелось бы..."

В таких раздумьях он просидел несколько часов, когда как в дверь громко постучались.

- Кто? - сухо спросил Даратас, еще пребывая в мирах своих мыслей.

- Я, Дариана, - послышался женский голос.

- Входи.

Дариана протиснулась через узкий вход, держа в руках кучу каких-то тряпок.

- Что это за мусор? - холодно спросил маг.

- Это твои парадные одежды, - улыбнулась девушка.

- Забери и разрежь себе не чулки, - махнул рукой Даратас.

- Думаю, меня за такое в политические преступники запишут...

- Нет, я не разрешу. Режь!

- Ладно, перестань! - надулась она. - Эту мантию, перчатки и довольно элегантные портки тебе придется надеть на время церемонии. Того требует этикет.

- Знаю, давай сюда, - сказал Даратас и принял одежду от Дарианы, попутно развязывая узлы на серой робе, которую он получил в замен своего превосходного магического обмундирования (эльфы смастерили рубаху специально на человеческий рост, пока маг пребывал без сознания). - Посох надеюсь мне можно взять свой.

- Даже нужно. Для многих он символ власти....

- А когда-то для Франческо он был просто инструментом, - пробормотал маг, обнажая свой торс, перевязанный тряпками, смоченными лечебными эликсирами.

- Болит? - задумчиво спросила девушка, осматривая тело мага.

- Немного. Не суть важно, - отмахнулся он, принявшись застегивать огромное количество креплений. Вышитый золотом пурпурный "доспех" вступал в некоторое противоречие с эльфийской сдержанностью.

- Что ты будешь делать? - прямо спросила Дариана, когда маг закончил одеваться.

- Отправлюсь на Харон, - пожал плечами чародей.

- А эльфы?

- А что эльфы? Они лучше меня разберутся. Назначу уполномоченного. Думаю, им будет Мильгард. Пускай у них лидер останется в лице меня, но у мне же нужен управляющий. Это государство совсем не такое, как у людей. Здесь совсем иные порядки. Здесь совсем иные законы. Пока я буду изучать всю эту галиматью, наши враги нанесут удар в спину... Все далеко не так просто, как хотелось бы.

- Ты уверен, что наша цель на Хароне?

- Наша?

- А ты думал, я брошу тебя одного?

- Причем здесь брошу?

- Хватит. Этот разговор не имеет смысла.

- Знаю.

- Тогда зачем подмечаешь?

- Настроение плохое, - нахмурился Даратас.

- Да...

Они помолчали. Даратас сел на кровать и уставился на своды низкого потолка. Девушка села рядом с ним, взяв его облаченную в перчатку руку. Она старалась быть осторожной, ведь за красной шелковой тканью скрывались перевязанные раны.

- Скоро все начнется? - спросил маг.

- На сколько мне кажется, да.

- Кажется! Ха !Этих эльфов не всегда поймешь.

- Перестань...

Маг вновь махнул рукой... Дариана подобралась поближе и легла головой ему на грудь, стараясь не задеть больные места.

- И что дальше? Ты уверен, что принц справится? - поинтересовалась она.

- Да, я думаю... Да... Ведь, если ты внимательно слушала его аргументы, вся проблема заключалась в духе перемен, а не в самих переменах. Он справится...

- А что будем делать мы?

- Отправимся на аудиенцию к старым друзьям, - ехидно улыбнулся маг.

- И что? Скажем им - привет! Мы вернулись!

- Нет, разнесем им головы, а потом станем задавать вопросы.

- Великолепная тактика! - сплеснула руками девушка.

- А что ты еще можешь предложить? Вести переговоры?

- Да тебе понадобится армия! Башня Культа! Ты решился биться в одиночку с целым войском?

- Да нет, как минимум втроем... - улыбался маг. - Ольвен ведь увяжется за нами, подчиняясь наказу отца.

- Ты сумасшедший!

- Нет. Просто я знаю, чего стоит Культ. Без Первого Мастера они никто.

Глаза девушки сузились и на скулах заиграли желваки.

- Конечно, никто не будет штурмовать Башню, ибо смысла нет. Как ты видела, армии в этой войне не решают ровным счетом ничего. Разве что только в деле сдерживания и выигрыша времени. А так - это просто мясо. Боюсь, что мы можем стать свидетелями, как через Харон на живой материк станут прорываться целые орды тварей... Рази их сотнями тысяч - это не исправит положения. Ты ведь знаешь, что такое рекогносцировка?

- Да... в позапрошлой жизни я студентка военного факультета, в прошлой - гордая воительница... Однако, несмотря на то, что сейчас я просто милая девушка, сие слово мне известно...

- Ну, так вот, - пробормотал Даратас, несколько озадаченный длинным монологом Дарианы. - Для начала необходимо отправится на место и все хорошенько разузнать... Но сейчас...

В дверь постучались.

-... сейчас настало время для некоторых официальных мероприятий...

Легкой простотой идеи лилась гармония эльфийской мелодии сквозь все пространство Золотых Ручьев, гордо и непоколебимо возносясь к самым сводам этой темной твердыни, затем вдруг покорно растекаясь по углам и замирая в крохотных ямах и руслах высохших подземных рек... Она неслась сквозь воздух, она неслась сквозь время... она парила в сознании и играла в сердцах! В безумной пляске сотен огней, бросавших блики с огромных столбов на каменные стены, музыка древнего народа рождала нечто, что хотелось называть чувством, но никак нельзя было назвать эмоцией... Это было чистым откровение тех, кто исполнял, и всего того, что внимало, трепеща сердцем и струнами души, даже если этим был просто камень, рожденный из пыли Хаоса... Даратас лишь несколько раз в своей жизни слышал музыку эльфов, но сейчас, только выйдя на широкий пурпур Царского пути, он был бесповоротно захвачен силой и наивной чистотой, звучавшем в каждом звуке, в каждом вздохе, в каждом чувстве... Игравшие во всех концах огни, размещенные на гигантских помостах по всем Золотым Ручьям, добавляли некой проникновенности, некоторой глубины... Маг знал, что все это - лишь игра его внутренних мозговых процессов, но в те минуты ему было как-то все равно. Наслаждаться сутью невозможно. Наслаждаться тайной этой сути можно долго... Наслаждаться образами - вечно.

В окружении бронированных стражей будущий царь эльфийского племени медленно брел по выложенному под ногами полотну. Стараясь сохранять прямую, гордую осанку, Даратас был не в силах удержаться, чтобы не покрутить головой вокруг, будучи зачарованным происходящим... Конечно, и у людского племени есть свои талантливые музыканты, способные сотворить переполох в душах слушателей одним лишь движением легких пальцев по струнам; есть и свои кудесники иллюминации... Но в подземных чертогах, на фоне огромных статуй Вождей, под покровительственным взором которых творилось действо, когда со всех сторон оживает воздух и даже искрится пыль, все кажется немного иным... Сначала маг не заметил, что происходило высоко над головой, но затем, резко подняв голову вверх, он узрел тысячи сменявшихся световых образов, повествовавших о тех или иных событиях из истории эльфийского царства - от восшествия на Престол новых царей до великих сражений... Но все это могло бы показаться в некотором роде избитым, если бы не один очень оригинальный факт... Проходя в окружении стражи по середине пурпурной дорожки, Даратас сначала даже не обратил внимания на то, что творились в самой близи, по обоим бортам его процессии... А там царила самая настоящая вакханалия плоти. На специально изготовленных выгнутых лежанках, под светом нежно розовых магических огней, в ворохе безумно нежных одеял сотни эльфов соединяли свои тела в актах самой откровенной любви. Глаза мага расширились от удивления, но он постарался не подать виду, сконцентрировав все свое внимание на приближавшейся скульптуре Тиры, вокруг которой собралась вся официальная публика, но сладострастные стоны, доносившиеся теперь более отчетливо, после того, как маг сосредоточил на этом внимание, привлекали, и глаза порой безвольно отрывались от намеченной цели и принимались блуждать по развратным картинам. По-сути, ничего нового, но по факту природа брала свое... Ароматы, звуки, шикарные картинные позы... Для человеческого сознания официальные мероприятия исключали интимность, но для эльфов сие действо представляло настоящий акт счастья... Всеобщего счастья, открывающего все стороны сложной эльфийской души.

У освещенного множеством факелов монумента стояли всевозможные государственные чины, представленные, в основном, дряхлыми стариками, не сумевшими принять участие в прошедших сражениях, жреческие компании, сиявшие милыми мордашками. Вся эта братия стояла строго под стягами своих домов. Вся эта дружная процессия стала послушно расступаться перед движущейся охраной, пропуская кандидата на Престол... Даратас, внимательно вглядываясь в суровые лица придворных мужей, проследовал к каменному изваянию обольстительной Тиры, где не обнаружил никакого Престола в своем понимании... а лишь роскошное ложе на несколько персон, стоявшее на позолоченном помосте и увенчанное пурпурными одеялами. Сохраняя небольшую надежду, что главное действие все же не здесь, маг обернулся, внешнее выказывая лишь полное спокойствие. Он осторожно скользил взглядом по сомкнувшемуся ряду важных лиц, надеясь предугадать последующее развитие событий. Все они, разодетые в парадные, искрящиеся наряды, безмолвно ждали, внимая звукам любовных утех у себя за спиной. Почти все хранили каменное выражение лица... Кроме Жриц... Эти маленькие проказницы так и стреляли глазками в сторону замершего Даратаса. Приглядевшись, маг различил множество пустых лож чуть левее от места церемонии... Неужто все они - для занятых пока своим скучным долгом государственных мужей и жен?

Вдруг строй молчаливых эльфов заколыхался, и по направлению к Даратасу вышел Мильгард, облаченный в малиновый доспех с фиолетовым плащом, висевшим за спиной. В руках он держал большую тяжелую корону, искрившуюся целым дождем всевозможных огоньков и блесток, и деревянный посох с огромной жемчужиной в роли набалдашника. Магу даже показалось, что посох символизировал некоторую часть мужского тела...

Подойдя к магу, эльф поглядел тому в глаза, заметив некоторое его смущение, и еле заметно кивнув, развернулся к остальным, подняв над головой принесенные предметы.

- Братья и сестры! - воскликнул он мощным голосом, перекрывшим звучавшую музыку. - Настал час великого Откровения! Настало время Великих Перемен, предсказанных Остараамом в незапамятные времена... Наш прежний царь скончался... Старый уклад рушится на глазах, а привычные идеалы втоптаны в каменные полы наших пещер! Враги точат клинки, переполняясь мыслями о нашем скором сокрушении... Отечество в крайней опасности! - здесь принц сделал маленькую паузу, давая собравшимся прочувствовать сказанное. - И что же велит нам наша гордость? Велит сражаться! Что шепчет нам вера? Стоять и верить крепко! Что твердит наш закон? Принять силу сильного! Храбрые воины на своем совете приняли решение, что царем будет тот, кто сразил врага. Мы все с вами знаем, что битва была выиграна не под сводами Старинного Зала, а в измерениях, о которых нам трудно помыслить... С врагом, который никому из нас не под силу! И кто же нас спас? А спас нас этот человек, которого мы нарекли кандидатом на Престол. Лишь благодаря его мужеству мы сегодня можем праздновать победу, придаваясь мирским утехам и простому счастью! Тогда ж восславим лучшего из лучших! Сильнейшего из сильных, руками которого была принесена слава в наш дом! Жрицы! Прошу начать обряд!

Повернувшись в пол-оборота к магу, эльф загадочно улыбнулся и уступил дорогу целому отряду обольстительных жриц. Стражи, двигаясь за девушками, стали охватывать Даратаса, служительниц культа и приготовленное ложе со всех сторон, замыкая в кольцо и разворачиваясь к остальным сплошной стеной щитов. Чуть неподалеку, где-то справа, кто-то запел нежным голосом, подхватил плавную мелодию арфы. Уже сообразивший в чем дело Даратас внимательно рассматривал похотливых служительниц Тиры, облепивших его со всех сторон и медленно тянувших на мягкие одеяла. Их было столько, что маг в некоторой степени испугался за свое здоровье. Он не знал, чем продиктована возбужденность девушек, но глаза их пылали безумством, игравшим огоньками в их нежных душах. Поначалу маг был несколько неуклюж и неповоротлив по сравнению с извивавшимися вокруг него Жрицами, стянувшими с него уже почти всю одежду, но когда все вокруг заполнил сладковатый туман, задурманивший сознание, страсть в его сердце разгорелась неукротимым огнем. Он вспомнил, что суть возведения на Престол - отдача мужчины во служение Тиры. Эльфы понимали это так... Что ж, никто и не видит ничего плохого!

- Вернен, Аль ту на вир, эль ту ар! - прошептал Даратас требовавшиеся слова и полностью отдался чувствам.

В этот день стены Золотых Ручьев содрогнулись под мощной волной всеобщего экстаза!

***

Отряд продвигался крайне медленно, прислушиваясь к каждому шороху и останавливаясь перед каждым поворотом, дабы проверить путь на предмет возможных засад. Идти по пропахшему смертью коридору представлялось далеко не самым приятным занятием, но все приняло совсем плохой оборот, когда сама одежда на теле пропиталась этим омерзительным ароматом разложения, и избавиться от него в данных условиях было невозможно! Какое-то время Ромунд делал все возможное для борьбы с недугом, но затем его стало тошнить, причем так, что само тело начинало сжиматься в один комок. Он весь взмок. Голова кружилась, и мысли путались. Не выдержав, он попросил отряд остановиться, дать ему передохнуть, смочить горло...

- Блюй, парень, станет легче, - говорил Бочонок, подавая мех с остатками воды. - Мы, знаешь, однажды семь дней в траншее лежали, головы поднять не могли. Таргосовские ублюдки вели по нам обстрел Большим Огнем, не давая передохнуть. Многих сносило волной, не зажаривая... Они лежали вокруг нас и... А в прочем... Ладно.

Ромунд старался не слушать бредни былого вояки, от которых становилось еще хуже, и держал все в себе, пытался, по крайней мере. Но в конце концов не справился и его согнуло пополам в приступе дикой рвоты. По характерным звукам он понял, что одновременно с ним стало плохо еще кому-то из отряда. Пока его выворачивало наизнанку, эльф внимательно осматривал карту, стараясь обнаружить хоть какие-то намеки на дополнительные проходы, тайные ходы, скрытые двери.

- Проклятая бумажка, - злобно ворчал он. Даже у него стали сдавать нервы. - Ни черта полезного нет!

- Сколько еще до прохода в глубь? - спросил Медведь, вытирая пот со лба. Почему-то в подземельях вдруг стало душно и жарко.

- Метров семьсот где-то, - бросил тот. - Ромунд, ты в порядке?

Слегка отошедший от приступа юноша легонько покивал головой. Он сидел на полу, прижавшись спиной к стене, стараясь придти в норму. Все же отряд подвергался большой опасности, продолжая находиться в узком пространстве.

- А ты, Альма? Нормально? Ну, хвала богам! Пять минут, а потом вперед.

Пока зрение принимало нормальный фокус, Ромунд блуждал взглядом по грубой стене коридора, испещренной множеством зацепок, порезов и истертостей. Видимо, бойцы республиканского гарнизона не сильно щадили казенное имущество... Однако эта стена так и осталась бы незаслуживавшей внимания стеной, если бы хаотичный взор юноши не напал на еле различимый знак, вырезанный в камне: ровный квадрат, перечеркнутый двумя линиями по диагонали и одной поперек. На далеких туманных границах сознания что-то всплыло из того, что он когда-то читал, но настолько неразборчивое и неясное, что Ромунд даже не успел его ухватить и как положено обработать - Мердзингер приказал начать движение.

Проходя мимо болезненно ссутулившейся Альмы, Ромунд неожиданно для себя взял ее нежную ручку в свою обтянутую грубой кожей перчатки ладонь и тихонько сжал, внимательно вглядываясь в ее затравленные глаза. Синяки и характерные мешки служили лучшим доказательством того, что девушка изнеможенна, и организм потихонечку начинает сдавать свои позиции. Она что-то прошептала, но юноша, не успев разобрать, двинулся вперед.

Унылый свет факелов освещал их короткую дорогу до необходимого перехода, у которого последовала новая остановка, во время которой эльф снова принялся исследовать карту, а Ромунд утишать Альму, которая чуть ли не плакала. Они сидели в углу и, вжавшись в стену, обнимали друг друга, будто старались защитить себя и другого от возможных бед. Маг, конечно, чувствовал себя немного неуютно, вспоминая об Эмми, но сейчас они были в такой ситуации, когда личные проблемы просто не в счет. Не в счет и все. Пока девушка жалась к его груди, Ромунд случайно наткнулся взглядом на мятый кусочек бумаги, на освещенной стороне которого застенчиво выглядывал недавно подмеченный на стене знак. Стараясь не взбудоражить Альму, юноша потянулся и взял бумажку, проворно спрятав ее в карман.

"Однако это становится интересным", - подумалось Ромунду. Уставшей и несчастной девушке было и невдомек - она находилась в сладком дурмане заботы и нежности, пускай даже самой малой части.

- Что-то маги наши приуныли, - пробурчал Бочонок, пыхтя трубочкой.

- Зеленые еще... - кивнул Медведь. Этот невозмутимый великан стоял прямо напротив прохода, и, сложив руки, всматривался в сумрачный коридор, уходящий под углом вглубь. - Хотя без этих салаг мы пропали бы давно. Вернемся - я мальчишке бочонок вина, а девчонке гору цветов. Слово даю! - сказал воин и искренне улыбнулся, подмигнув Ромунду.

- Идем, - сухо бросил эльф, складывая карту.

Туннель, ведший вниз, был куда хуже освещен, однако чуть более просторен и не так сильно завален мертвецами. Три-четыре убитых бойца на пару десятков метров. Видимо многих застали врасплох именно в караульных переходах. С обеих сторон через каждую дюжину шагов чернели провалы иных коридоров, пролегавших к казарменным помещениям, как пояснил Мердзингер. Судя по спертому и отвратительному запаху, искать кого-то из живых там было нерезонно.

- Не удивлюсь, если ребят били прямо на топчанах, - скривившись от невыносимой вони, сказал Бочонок.

-Уродство. Сдохнуть в трусах на кровати можно и со старости, - сжимая кулаки, пробурчал Медведь.

Где-то метров через пятьсот туннель резко кончился и вышел в просторную овальную залу, хорошо наполненную светом десятков факелов. Аккуратные линии вбитых в пол столов, заставленных стульями, занимали немалый объем этого помещения, предполагая большое количество голодных и усталых военных персон. На этот раз бойцы отряда не стали свидетелями хаоса и разрухи, царивших во всех прежних местах, где им не посчастливилось побывать за этот долгий поход.

- Странно... Ничего не понимаю, - сказал Бочонок, озадаченно оглядывая помещение.

- Что ж, у тварей есть зачатки культуры, - усмехнулся Медведь. - Да, Ромунд?

Юноша не ответил. Он стал медленно обходить зал, внимательно расследуя проходы между столами, и тут же наткнулся на трех человек в мастистых робах магистров Академии, лежащих треугольником ногами в центр.

- Теперь уже яснее, - крикнул он. Эхо раздалось по всей трапезной.

- Что там? - заинтересованно спросил Медведь, в два прыжка оказавшись рядом. - Ага...

- Видимо маги сдерживали натиск наступающих орд, давая возможность выжившим спрятаться, - заключил юноша, присев на корточки рядом с телами чародеев, которые, кстати, не подверглись тлению. - Судя по всему из них просто вырвали душу.

- Что? - изумился Бочонок, невольно хватаясь за висевший на поясе кинжал.

- Видите? Тело не разложившееся... Такое бывает, когда атакуют на ментальном уровне...

- На каком уровне? - переспросил Медведь.

- Эм, когда бой идет силами духа и сознания, без материального воплощения магических потоков. Это достаточно сложная сторона магического искусства, которую изучают на кафедре Небесной Магии. Специалистов в этой области по пальцам пересчитать. А тут их целых трое... мертвых.

- Да ты по делу говори, болтун, - нахмурился Бочонок.

- Короче, то, что пришлепнуло этих магов, обладает неимоверной силой. Я был свидетелем, когда пять элементалистов сражались с одним менталистом и все проиграли. А вот что вырвало души из этих трех...

- Ладно, не нагоняй страху. И так они уже в штаны наложили, - недовольно сказал эльф. - Возможно, нас ждет удача, и мы найдем кого-нибудь из живых. Кстати, заметили? Здесь не так воняет.

- Так, я хочу есть, - резко сказал Медведь, быстро выбросив из головы недавнее сообщение о жуткой опасности.

Ромунд и Альма переглянулись. В их головах уже вертелись десятки различных комбинаций противостояния возможной угрозе, а вояка лишь думал, как набить живот. В прочем, Медведь на такое замечание ответил бы просто: "Бояться и суетиться можно всегда, а вот покушать удается не часто".

- Кухня вон в том проходе, - сказал эльф, указывая на противоположную сторону, где виднелась распахнутая железная дверь. - Там же несколько погребов. Но сначала давайте накроем погибших...

- Лучше вынести в коридоры. Не дай бог... эти, как там их... Варсонги! Прельстятся свежатиной... - сконфузившись, предложил Бочонок.

- Отличная мысль! - поддержала Альма. - Могу их потоками воздуха перенести в туннель, из которого мы пришли.

- Хорошо, выполняй, - кивнул эльф.

- Однако... - улыбнулся Медведь и, подмигнув Бочонку, понесся к заветной кухне, заметно перегоняя зазевавшегося сотоварища.

- Как дети малые... - флегматично пробормотала Альма, со вздохом опускаясь на корточки перед убиенными магами и простирая раскрытые ладони над ними . - Сейчас бы в ванну...

- Есть здесь ванные комнаты, - кивнул эльф, снова уткнувшись в измазанный кусок пергамента. - Но не думаю, что ситуация располагает к необоснованным рискам.

- Да я понимаю... - сказала Альма тихим голоском, уже поднявшая безвольные трупы над каменным полом.

Ромунд, с того не с сего почувствовав невольную дрожь в коленях, пододвинул к себе один из стульев и присел на него, не переставая, однако, внимательно осматривать залу. Что-то ему сильно не нравилась окружавшая тишина. Никто не пытался атаковать их... Убить, истерзать. Что же такое случилось? Их так яростно гнали в глубь подземелий, а теперь даже не хотят уничтожить?! Что-то очень, очень странное... И вообще, что это за странный знак он увидел на стене? Таковых среди официальных гербовых обозначений Республики не числилось. А эти менталисты? Все сведения о них принадлежат к самой темной стороне Академии. Все засекречено, все под семью печатями и всевозможными грифами секретности. Поговаривают даже, что те, кто раньше знал ставших менталистами чародеев, загадочным образом исчезали или просто потеряли рассудок, навсегда застряв в стенах Домов Терпимости. И вот целых трое людей икс мертвее мертвого лежат на холодном полу богом забытой трапезной Шестнадцатого Вала. Однако... Рука Ромунда невольно потянулась к карману, где лежал заветный клочок пергамента с неизвестным знаком в заглавии, но он тут же одернулся, заметив, что Мердзингер внимательно наблюдает за ним. Резко поднявшись, юноша стал медленно обходить зал. Неприятное ощущение чужих глаз, прожигавших ему спину, угнетало его, волнами мурашек пробираясь по спине. Стараясь отогнать все эти неприятные чувства, Ромунд принялся увлеченно обследовать стены на предмет возможных знаков. Обойдя залу кругом, маг так ничего и не нашел, однако подметил одну невнятную странность: из помещения вело ровно шесть проходов, четыре из которых располагались по диагонали друг другу, если судить по проекции на овал трапезной, а еще два ровно перпендикулярно по центру... Точно также располагаются линии на странном рисунке. Однако там квадрат, а не овал. Нахмурившись, юноша хотел было еще разок осмотреть стены, но в этот момент Медведь с Бочонком, грузно топая ногами, с искрящимися улыбками на лицах вывалились из кухни, таща за собой три огромных куля с едой. Понимая, что если сейчас он не пойдет и не присоединится к трапезе, то привлечет еще больше ненужного внимания, Ромунд поспешил занять свое место за столом, на котором уже лежали здоровенные куски вяленого мяса, копченого цыпленка, горки овощей и несколько головок сыра. Играя дикими огоньками в глазах, бойцы в полном молчании навалились на еду, откусывая шматки от непорезанных кусков... Несмотря на то, что они поели не больше шести-семи часов назад, они проголодались так, словно их держали на голодном пайке несколько дней. Даже такое хрупкое создание, как Альма, наворачивала за двух здоровых мужиков! Словно нечто вытягивает силы...

"Что-то здесь точно не так... Воронка, воронкой, но почему нас никто не пытается здесь прикончить? Почему нас так бережно гонят в глубины? Почем так внимательно следят, чтобы мы пришли в назначенный срок в назначенное место? Неужели то, что руководит этими полчищами, разумно? Но почему тогда мы? Почему сотни ребят в этих местах были нещадно перебиты, а нас так спокойно пропускают через такие места, где можно устроить засады на целые армии! А теперь еще менталисты, неясные знаки... Что же ты такое, Шестнадцатый Вал? Все, что я читал о тебе, говорит нам о том, что ты непреступная цепь обороны, которую не удалось ни разу взять ни варварам, ни войскам Таргоса. Но какого черта здесь делают в основном занятые тайными исследованиями менталисты, а на стенах и официальных бумагах вычерчены всякие знаки? Причем, это дело рук не тварей. Здесь даже помещение напоминает их!"

Пока все члены отряда были увлечены едой, Ромунд, почувствовав насыщение, сделал вид, будто он переел и больше не может, встал и, для пущего эффекта медленно переставляя ноги, подошел к противоположному столу, расставил стулья и лег на них, надежно скрыв себя от глаз Мердзингера достаточно мощной деревянной плиткой.

Осторожно достав бумагу из своего кармана, юноша сначала еще разок обследовал сущность самого знака, а затем стал вчитываться в чьи-то неразборчивые каракули:

"Медэксу, старшему уполномоченному Гильдии.

Я, конечно, понимаю, что вы безумно загружены в связи с последними событиями вокруг Проекта, но для дальнейших изучений нам потребуется больше ресурсов и времени, чем предполагали Отцы. Если второе еще кое-как можно выторговать у начальства, то довольство первым полностью зависит от вашей расторопности, господин Медэкс, которую вы, к нашему большому сожалению, не проявляете. Настоящей запиской хочу вас предупредить, что если Энергон прекратит свою работу, и в качестве следствия Отцы понесут колоссальные убытки, в первую очередь спрос будет с Вас. Серьезность нашего дела предполагает самую серьезную ответственность! Даю вам ровно три дня, которых хватит, чтобы поставить нам все необходимые ресурсы. Потом уже будет поздно. Вспомните судьбу вашего предшественника. Не повторяйте подобных ошибок.

Палантир, руководитель хозчасти Энергона "

Чуть ниже на два пальца, был подписан ответ.

"Уважаемый Палантир!

Ваши беспочвенные угрозы не способны ввести меня в заблуждение. Как вы правильно заметили, руководство поставкой ресурсов полностью моя задача, однако я в немалой степени завишу от той квоты, которую установил Совет Гильдии. Я не могу вам дать больше, чем у меня есть на базе, постарайтесь это хорошо уяснить. Я подал ваш запрос в Совет, но пока никакого толкового ответа не дождался. Советую обратиться вашему Консилиуму прямо к моим начальникам. От этого, может, будет больше толка. Также хочу заметить, что в связи с множеством аварий, доставка будет сильно отягчена различными трудностями.

Медэкс, старший уполномоченный Гильдии".

Ромунд перечитал переписку несколько раз и в каждый последующий запутывался еще сильнее. В этих немногочисленных строках была запечатлена такая мощная информация, что юношу пробрала волна жара, в миг нагревшая его молодое тело до состояния нервного потоотделения. Наверное, проще всего это состояние можно назвать страхом. Простой боец армии Республики сейчас прикоснулся к чему-то очень и очень секретному, цена которого исчисляется человеческими жизнями! И это по-настоящему пугает. Хотя и привлекает. Проклятое любопытство!

Услышав шорох со стороны стола, где кипела трапеза, юноша встрепенулся и тут же спрятал пергамент в карман. Вскоре над ним промелькнул Мердзингер, заинтересовано скользнув взором по его персоне, затем Бочонок, равнодушно прошедший мимо с целью завалится на соседний стол, будучи не в силах нести себя и тот груз, который он принял в свой объемный желудок, а затем Альма, подмигнувшая молодому магу и пристроившаяся на ближайшем стуле. Судя по дрогнувшим губам, она хотела что-то сказать, но затем, дернув бровью, передумала и отстраненно уставилась в потолок.

- Ромунд! - окликнули юношу из середины зала. Маг дернулся, вырвавшись из исступления, и, вскочив со стульев, обернулся к позвавшему. Это был Мердзингер, подзывавший его жестом к себе. - Идем со мной. Надо найти место для сна.

- Да, командир!

- Посох-то чего оставил?

- А черт! - взмахнув руками, выругался Ромунд, возвращаясь назад к столу, на который неосознанно положил свое оружие.

- Эге, да ты нервничаешь, братец, - прищурившись, проговорил эльф.

- Мне кажется, в сложившейся обстановке это нормально... - тихо ответил маг, спокойно выдерживая тяжелый взор Мердзингера.

- Ну ладно, - вдруг расслабившись, сказал эльф и пожал плечами. - Крой мне спину.

Не говоря больше ни слова, подозрительный командир уверенно направился по диагонали к чернеющему арчатому проходу. Ромунд хотел было спросить, почему тот так твердо направился именно туда, но тут же вспомнил про карту, которая всегда была при Мердзингере, и отбросил все лишние сомнения. Но нелишние все же сохранил при себе. Всегда нужно быть на чеку.

В узком коридоре было совсем тускло. Пришлось зажечь магический огонек, взлетевший в виде маленького шара над головами бойцов.

- Да, так лучше, - удовлетворенно кивнул эльф, вытаскивая стрелу из колчана.

- Тебя что-то насторожило?

- Пока нет.

Туннель шел ровно вниз, не сворачивая и не расстраивая лишними изгибами. По обеим сторонам скучно стояли распахнутые двери. Здесь дышалось легко и свободно. Никакого запаха разложения или затхлости.

- Будем проверять каждую комнату отдельно, - строго сказал Мердзингер. - Я вперед, ты за мной.

Осторожно заглядывая в каждое помещение, бойцы ничего странного или пугающего не обнаружили, несмотря даже на то, что в голове Ромунда то и дело проскакивала малодушная мысль о возможной засаде. Пару раз даже мелькнули страшные образы, но маг постарался их посильнее размыть в своем сознании, не дав проклятой воронке материала для творчества. Однако его мысли в большей степени занимала та информация, которая содержалась в прочитанной служебной записке неких людей, принадлежавших, по всей видимости, к некоему тайному сообществу, которое действовало до недавнего времени в этих мрачных стенах. Ведь ни о каких особых гильдиях в Республике никто не ведал. Властный Сенат быстро реорганизовал все побочные ответвления власти в государственные учреждения и органы еще на заре становления Умрада, а с непокорной Гильдей Магов, задиравшей нос от гордости к самым небесам, расправились несколько лет назад, подогнав войска и разрушив башню непокорных. Теперь вместо нее в Республике Фебовская Академия заправляет всеми магическими делами. А тут такая секретность, да еще и с такой строгой организацией... Не спроста все, не спроста. И вообще что за Проект и Энергон? Что это за интересности такие...

- А где твой щит, солдат? - вдруг спросил эльф, внимательно рассмотрев очередную комнату, набитую, как и все, всяким разбитым хламом, разодранными постельными принадлежностями и кусками разломанной мебели.

- Еще в деревне бросил, - честно признался Ромунд. Сие прискорбное обстоятельство совсем вылетело из его головы, и только сейчас с подачи эльфа он вспомнил об этом.

- Ну и дурак.

- Да мы так неслись...

- И что? У тебя же не кусок стали в руках был.

- Ну да, деревяшка.

- Эта деревяшка могла бы тебя спасти от неожиданной стрелы, когда твоя магия в очередной раз отказала б тебе.

- Только в том случае, если бы снаряд был заряжен исключительно на пробивание магической защиты. А если б ему придали тупой мощи, то меня снесло бы вместе с этим щитом, еще и закопав по пояс в землю.

- Ты кого пытаешься убедить, салага?

- В смысле?

- Да я такие случаи видал! При мне колесо от телеги человеку жизнь спасало. А ты тут про тупую мощь. В бою самый большой враг и союзник - это случайность. Свое чванство оставь для дурочек всяких. Они иной раз любят еще сильнее почувствовать себя дурами. Но здесь ты внимай, впитывай. Может еще и живой останешься.

Все посещенные до этого покои служащих, чем-либо не устраивали командующего отрядом. То слишком грязно, то сыро, то просто не пришлось по душе. На взгляд Ромунда любое из них подошло бы для короткого и неспокойного сна, но эльф неуклонно вел вперед, оставляя одно за другим позади.

- И что? Долго еще? Второй десяток уже закончился.

- Нет. Еще два.

Ромунд равнодушно пожал плечами, как обычно занимая позицию за спиной Мердзингера, когда тот двинулся к следующему помещению, как вдруг его глаза случайно скользнули по неожиданно закрытой двери противоположной комнаты и тут же наткнулись на знакомый знак, аккуратно нарисованный красной краской. Позабыв о своем напарнике, юноша всем корпусом повернулся к находке и хотел уже было потянуть ручку, как эльф резко дернул его за плечо и покачал головой.

- Крыть меня кто будет? - тихо и зло спросил он.

- Я просто... - замялся юноша и тут же получил удар рукой под дых, от которого у мага перехватило дыхание. От невыносимой боли он повалился навзничь.

- Придурок. Все, нашли место. Вон то, - рявкнул эльф и указал на какую-то из комнат, которую не так давно усердно браковал. - Вставай давай. Слабак.

Откашливаясь, маг медленно поднялся. Удар бывалого вояки подкосил его так сильно, что приступы удушья прошли лишь тогда, когда маг использовал магию быстрого восстановления, применявшуюся чародеями во всех случаях дискомфорта. Следуя за возвращавшимся в залу эльфом, Ромунд быстро соображал что делать дальше. Может оглушить да расспросить? Проклятый получеловек не спроста снес его, заставив забыть о двери со знаком. Теперь-то подозрения и сомнения юноши, наконец, начинают приобретать основу, которая крепнет с каждой мыслью. Темный тип что-то знал...

- Ну что? Нашли что-нибудь? - осведомился Медведь, встречая обернувшихся сотоварищей. - Надеюсь без пачки зомби в темном углу?

- Ты поговори мне еще, - резко сказал эльф. - Следи за языком.

- Да я то...

- Заткнись. Все, взяли манатки и быстро за мной. Выспимся и дальше.

- Да уж... Было бы неплохо, - удовлетворенно сказал Бочонок, похлопывая по своему раздувшемуся пузу.

- Странно, лучше бы все же пачка зомби, а то я начинаю привыкать к спокойствию... Не по душе мне это, - сказал Медведь, подхватывая уже заготовленный куль с провиантом. Выражение его лица приняло какой-то чересчур умный вид, от чего Ромунд даже слегка улыбнулся.

- Всем молчать! - взревел вдруг эльф и, больше не оборачиваясь, зашагал обратно в туннель.

- Что это с ним? - нахмурилась Альма. - Ром, а ты чего такой бледный?

- Ничего. Идем, - отмахнулся юноша и последовал за Мердзингером. Он то знал, почему эльф так ведет себя. Он банально нервничает. Что-то идет не так.

Комната, в которой разместился отряд, была самой вонючей из тех, которые обследовали они с эльфом, но Ромунд смолчал. Он видел, что командир полностью охвачен какими-то посторонними мыслями и старался обращать на себя как можно меньше внимания. Спать он не собирался, особенно после того, как Мердзингер заявил, что первым на посту будет он.

- Следующий Медведь. Дежурим по два часа. Все, всем отдыхать! - сказал эльф и вышел из комнаты.

- И как он будет нас охранять? - изумился Бочонок. - Случаем вина с собой не прихватил? Может ему хочется уединиться?

- Не волнуйтесь, - успокоил их Ромунд, - я пока спать не хочу. Посторожу маленько.

- Ну, в таком случае я точно неспокоен! - заявил Медведь. - Но спать хочу дико. Посему, всем доброй ночи... или доброго сна. В прочем, не важно, - выдав всю эту тираду, Медведь завалился на чудом сохранившийся матрас, выдернутый с разломанной кровати, и в миг заснул.

- Вот это да.... - промямлила Альма. - Я так не могу...

- Привыкнешь, - зевая, пробормотал Бочонок. - Военный ритуал. Вот... - на последок кинул он и, улегшись на подстеленные чистые тряпки, найденные тут же, спокойно ушел в Мир Грез.

- Да... - недовольно пробурчала девушка, укладываясь на военную подстилку, полагавшуюся каждому бойцу Республики. Кроме нее и Ромунда все остальные члены отряда ею пренебрегали, большее предпочтение отдавая подручным средствам. - Ромси, ты правда немного посторожишь нас?

- Да, - кивнул маг, уже витая в своих мыслях.

- Ну, хорошо. Я спокойна, - улыбнулась девушка и, свернувшись как ребенок калачиком, заснула.

***

Когда Данила и Яр без всяких происшествий добрались до Ватрад Вил, на дворе уже стоял поздний вечер. Как обычно сговорчивые стражи за пару серебряников впустили их за железные ворота, не задавая лишних вопросов и тут же потеряв к пришельцам всякий интерес. Ян улыбнулся, потирая руки:

- А потом спрашивают, как всякие нехорошие типы проникают в "защищенные" места...

Данила лишь хмыкнул в ответ, разглядывая добротные дома этой деревни, если, конечно, это поселение можно назвать таковой. Лет тридцать назад Ватрад Вил было простым захолустьем, коих можно насчитать десятки по всему Гипериону. Но затем в Аштральских горах обнаружили золотые жили, и многие жители быстро сменили плуг на кирку, а кто посмекалистей и мастеровитей - еще и ремесленное дело открыл, чеканя для Святой Инквизиции казенную монету или кое-как справляясь с заказами на украшения. Конечно, реальных профессионалов, как в Торвиле, здесь вряд ли можно было найти, но жили в этих местах не плохо, о чем можно было судить по почти полному отсутствию деревянных хаток и преобладанию двухэтажных каменных домов. Данила случайно поймал себя на мысли, что он как последняя паскуда думает о чужих деньгах, чуть ли не пересчитывая их по знакам, но с собой поделать ничего не мог. Всю жизнь прожил без золотого в кармане, мечтая о лучшем, которое уже безвозвратно исчезало в пыли времен. Поэтому он появлялся в населенных пунктах очень редко, предпочитая тихую глушь Лагеря или дозорных местечек.

- Ну что, старина, похоже здесь наши пути разойдутся, - сказал Ян. - Можешь в охранники наняться, к здешним властям, а можешь в гильдию воинов вступить. Думаю, с твоим опытом не пропадешь.

- Да уж, - пробурчал в ответ охотник. Никакого расстройства по поводу расставания Данила не испытывал, а его будущее этого болтуна не касается.

- Если не возражаешь, зайдем на прощание в одно славное местечко. Выпьем эля, вина, можно и горилки... Я плачу.

Если бы не последние слова, старый вояка послал бы куда подальше своего сентиментального спутника, но, искусившись безвозмездной выпивкой, согласно кивнул.

- Отлично! - хлопнув ладонями воскликнул Ян и быстрым шагом двинулся по неровной дорожке, ведшей от ворот в центр Ватрад Вил.

Данила лишь покачал головой. Все, что он слышал об ассасинах Шепростана, никак не вязалось с этим выхухолем. Да, мальчишке мастерству не занимать, но вот его язык просто прирожден для менестреля или бродячего барда. И дураком-то не назвать... Вон как умело скрывался под личиной салаги-Яра, а оказался прожженным волком, совершившим многие запомнившиеся на весь Гиперион убийства. И что прикажете думать? Или все это - очередной маскарад, специально заготовленная маска для окружающих его людей, способная породить сомнения и неуверенность в сознании любого человека. Очень даже может быть. Отличная тактика! Все считают тебя добрейшим души человеком, а ты раз... и кинжал в спину. Вот и все... А вообще, конечно, препогано общаться и выпивать с тем, кто недавно пытался убить тебя и твоих друзей. Бесчестно это... Но с другой стороны есть такой закон, что когда нет возможности помочь клану, а клан не способен подсобить тебе, то понятия о друзьях и врагах сильно смешиваются, ибо главный принцип - выживание. Все его хорошо знают и, появись сейчас Строгонов здесь, если ему все же посчастливилось выжить, то он не осудил бы поступка Данилы. Так принято. Так надо.

По нешироким улочкам этого пока не названного городом селения бродили усталые люди, возвращавшиеся домой с тяжелой работы. Их закопченные сажей лица выражали только одно желание - сбросить треклятую кирку с плеча и утонуть в мягкой перине домашней постели, заснув самым глубоким сном, дабы завтра по утру были силы вновь спуститься в шахту и продолжить трудную повседневную работу, которая, однако, не оставляла их нищими, как многих бедолаг, работавших на рудниках по всему Гипериону. Нет, здесь-то Ватрад Вил полностью обеспечил себе автономность, захватив в свои руки Аштральские золотые жилы, от чего пришлось бесконечно воевать с теми, кто пытался захватить владения горняков. В прошлом только Инквизиция сумела поставить сих независимых людей на колени, обложив их солидной данью, да только здешние трудяги так хорошо работали, что добытого металла хватало и продолжает хватать не только на их повседневные нужды, но еще и на содержание наемных отрядов, способных потягаться с любым кланом в бою. Кроме того, совсем недавно все жилые кварталы обнесли крепкой стеной и даже выкопали ров. По старинке многие еще именуют Ватрад Вил деревней, да только это давно не так. Просто тридцать лет для многих не срок. Для здешнего рабочего сословия это быстро пролетевшее время, особенно когда много и усердно работаешь. Хотя, конечно, уже начинают выделяться иные касты. Например, такие, как купеческая и управленческая. Их-то домины видны со всех концов городка, возвышающиеся своими позолоченными крышами над всеми остальными. Дурацкую привычку лить золото везде, где только душе будет угодно, богатые ватрадцы переняли со знати Шипстоуна. Там-то люди были перенасыщены деньгами. В целом, конечно, жили здесь рабочие среднего достатка, пускай батрачившие от зари до зари, но несшие деньги в семью. Ни одного нищего Данила с Яном не повстречали, когда как в Шипстоуне они чуть ли не рядами становились вдоль улиц, протягивая вперед больные, измолотые судьбой и человеческой жестокостью руки.

- Прямо маленькое государство, где всем хорошо живется! - сказал Ян, мотая из стороны в сторону головой. - Мечта идиота!

- Почему же идиота? Вроде Франческо де Орко писал о путях создания Страны Благих...

- И от кого же я слышу сию чушь? - рассмеялся Ян. - От мудрого старца или вздорного мальчишки? Кстати, это единственная книга, которую ты прочел?

- Ну я...

- Ты же всю жизнь прожил в таких условиях, когда своры голодных волков рвут друг друга на части, стремясь к ресурсам и славе. Ты же прекрасно знаешь, что из себя представляет характер тех, кто стремится к наживе. Нынешнее состояние этого городка -лишь временное недоразумение, которое вскоре пресекут люди поумнее и посообразительнее тех, кто привык махать киркой. Поверь, скоро многие честные работяги вдруг обнаружат, что им придется отдавать половину своего дохода некими темным лицам законного происхождения. Попробуют дернуться - их на эшафот, под топор или веревку. Государство, друг мой, всегда угроза, с которой нужно либо дружить, либо мериться. А бороться бесполезно. Слишком много чужих интересов сплетено в один комок. Принцип прост - выживает сильнейший.

- Мы живем по волчьим законам, потому что сами были выкормлены в стаях волков... - попытался огрызнуться Данила

- А ты предлагаешь воспитывать ягнят? Волки-то не переведутся... Они, знаешь ли, живучи... А вот, кстати, и наш кабачок! - воскликнул Ян, обращая внимание Данилы на яркую вывеску, размещенную над массивными створками дверей, представлявших вход в массивное здание, сложенное из добротных каменных блоков.

- Слезы Феникса... - прочитал надпись Данила.

- Верно! - ехидно улыбнулся Ян. - Кстати, не знаешь, откуда такое названице?

Охотник лишь развел руками.

- Не удивлен, поверь... Сие словосочетание употребляется в одной старинной эльфийской балладе, которую когда-то давно один из Первопришедших перевел, а потом записал на пергамент. Такое, на взгляд эльфов, кощунственное деяние, не сошло ему с рук и как он не скрывался, его все же зарубили изогнутым эльфийским кинжалом, но творение свое он успел сбагрить какому-то купцу, потом еще какому-то... В общем, затерялась роковая бумажка. Отыскалась она случайно. Если хочешь, расскажу за кружечкой, как именно.

- Ну, небось, кому-то горло вскрыли... - вяло пробурчал Данила. Он хотел сейчас хорошенько выпить. А потом заснуть.

- И не одному, поверь! История интересная до ужаса, пробирающего до костей! Идем, - открывая дверь, сказал Ян.

- Так к чему название-то?

- А сын того переписчика дело организовал. Эльфы, когда папку решали, его не тронули - мал был в то время, а потом, когда счастливчик стал думать, как назвать свое заведеньице, в голове вдруг сплыли слова из той сказки, что отец ему рассказывал... Вот и стал кабак Слезами Феникса. Удивительно, но здесь и правда слезы постоянно лют. От счастья, да от горя. Эльфы уже ничего к тому времени сделать не могли - всех их загнали в сердцевины самых дремучих чащ. Ну да ладно... Прошу! - виртуозно покрутив рукой, Ян сделал жест, приглашающий проследовать внутрь.

Данила с сомнением посмотрел на своего спутника, не желая лишний раз подставлять спину, но все же прошел вперед, хотя с некоторым неприятным ощущением, будто ему в бок уже смотрело острие ножа. Но ничего страшного не случилось. Опасный наемник, громко хлопнув дверью, улыбаясь во все лицо вышел вперед и, лавируя между забитыми до отказа столиками, уверенно проследовал к стоке, за которой стоял неимоверно полный владелец кабака.

Данила осмотрелся. Заведеньице имело целых три этажа, доверху заполненные посетителями. Со всех сторон несся шум пьяных разговоров, звон сталкивавшихся в хмельном угаре кружек, развязный женский смех и вперемешку с ним добротная ругань. Никакого особенного убранства, лишь пара каких-то второсортных картин, на противоположных стенах напротив друг друга. Грубые угловатые столики, натыканные где попало, простые табуретки вместо стульев. Однако, как подметил острый глаз охотника, прибитые к полу. Пахло здесь свежей снедью, элем и разгоряченными мужчинами. Типичная нора, где можно дать волю своим инстинктам.

- Ронни... Я же просил! - уловил Данила обрывки разговора Яна и хозяина кабака. - Ну какого черта?

- Все будет хорошо, мистер Батчер! Не сердитесь! - умоляюще стонал некий Ронни.

Данила подошел ближе.

- А это с вами, да? - спросил хозяин и чуть ли не со слезами в глазах посмотрел на старого вояку. Тот поспешно отвел взгляд в сторону. Нечего искать в нем союзника.

- Ты тему-то не меняй! - горячился наемник. - Иди к тем бравым парням и выстави их за шиворот, иначе трем женам по утру придется лить слезы у тебя на пороге. Пускай это для тебя и не в первой, но если в твоем толстом брюхе еще совсем не заплыло жиром сердце...

- Ну как же так? Ко мне же ходить не станут! - расстраивался Ронни. - Проклятый конкурент Филчер у меня всех посетителей переманит...

- Ах ты, толстосум, проклятый! - воскликнул Ян и огляделся. Данила последовал его примеру. К своему удивлению, охотник обнаружил, что все заседатели питейного местечка осторожно косятся на их скромные персоны. В прочем, чего здесь странного? В отличие от одетых в простые рабочие рубахи да штаны здешних ребят, Данила-то с Яном в полном вооружении стоят. Да еще и неприветливо на всех озираются. - Ладно, дурак ты, этакий. Неси лучшего вина, эля и самой свежей и хорошей стряпни. Не дай бог потравишь, ух тогда я тебя! - сказал наемник, сунув кулак под нос хозяину. Тот чуть ли не с визгом отпрянул назад. - А пока освободим местечко. И не трусь. Крови не будет, - с этими словами Ян уверенно двинулся в самый дальний и почему-то плохо освещенный угол кабака, где за небольшим столиком сидело трое коренастых парней, во всю глушивших эль. Кстати, только они не обратили ни малейшего внимания на вновь пришедших.

- Мистер Батчер? - с сомнением спросил Данила.

- У меня много имен, - бросил Ян через плечо, подходя к своей цели. - Ну что, ребят, может, выйдем, поговорим? - с нахрапа спросил он.

Доселе веселые парни в раз посерели и обратили внимание на незнакомца.

- Зачем? Нам и тут хорошо! - заявил один из них, носивший неухоженную черную бороду с неуместными бакенбардами.

- Да потолковать о том, о сем... Там воздуху больше.

- Пошел вон, коль проблем не хочешь! - зло бросил другой, нервно постукивая толстыми пальцами по столу.

- Проблем? От вас? - улыбнулся Ян.

- А ты сомневаешься? - подал, наконец, голос третий.

- Да вообще-то да... - поджав губы, ответил наемник.

- Ну тогда пойдем, поговорим, - угрюмо сообщил бородач.

- После вас, господа, - повторив свой жест, предложил Ян, словно нарочно подставляя лицо для удара.

Бородач только хмыкнул и двинулся к выходу. За ним последовали его собутыльники.

- Данил, займи пока местечко. Господа могут и не вернуться... - загадочно сказал Ян и двинулся следом за соперниками.

Охотник только с радостью остался. Совершаемое проклятым ассасином деяние никак не укладывалось в его понятия. Все же ребята никого не трогали...

Не успел Данила пристроится, как Ян уже вернулся обратно, свистнув по пути одной из обслуживавших столики девушек.

- Убери как столик, дорогая, господа решили освежиться! - сказал он ей, усаживаясь напротив охотника. - Не волнуйся, все живы, - бросил он Даниле, устилая на спинке стула свой темный плащ. Кстати, это был единственный столик, за которым стояли стулья, а не табуреты. - Немного сонного порошка, и всем стало хорошо. Уложил их в сено, укрыл. Не замерзнут. Заодно и проспятся. А то резвые чересчур.

Дальше они молчали. Каждый думал о своем личном и не желал делится с посторонним...Вскоре принесли пенящиеся кружки крепкого эля. Сделав первый глоток, Данила тут же залпом опрокинул половину пинты, а затем, посмаковав напиток на вкус, опустошил сосуд до дна. Пересохшее горло увлажнилось, и настроение улучшилось... Захотелось напиться. На столе стояли еще четыре наполненные до краев кружки, поэтому задуманное можно было осуществить с полна. Плюс еще вино, которое скорее всего подадут с едой...

- Ты не спеши, старик, - усмехнулся Ян, медленно потягивая эль. - Штука неплохая, но голова с утра болеть будет...

Охотник лишь отмахнулся.

- Нашел чем пугать, - хмыкнул он.

- Ну, смотри... - пожал плечами Ян. - В прочем, что-то разговор у нас не клеится...

- А ты свою басню расскажи, может, завяжется о чем...

- Басню? Зря ты так, - нахмурился наемник. - Ладно, погоди. Мне одной кружки мало будет.

Они снова помолчали, вливая в себя хмельное зелье. К концу второй пинты принесли жареное мясо с печеным картофелем... Голодному Даниле эта обычная для многих горняков Ватрад Вил еда показалась божественным лакомством. Уплетая за обе щеки, Данила чувствовал себя самым счастливым человеком. Последние деньки выдались чересчур насыщенными для его старого ума и тела.

- М-да, Данила, жизнь вот какая штука... - вдруг начал Ян, потягивая вино из стакана. - Вчера ты был в полной уверенности, что твой обыденный мир будет стоять, пока сильные мужчины держат его на своих плечах, и сам был готов отдать за него жизнь, а сегодня, потеряв все, ты радуешься дешевой стряпне в не самом престижном местечке... Эх, старик, сколько же тебя носило по этой земле, сколько мотало и вот вновь швырнуло черт знает куда. Не смотри на меня зверем, ты знаешь, это так. И в чем правда? В деньгах ли? В грубой силе? Или тонком уме? Почему одним достается все, а другим...Знаешь, меня тоже хорошо поносила судьба, потаскала по миру, с большим удовольствием окуная в самое дерьмо вот этой самой рожей, и я до сих пор не знаю в чем правда. То, что тебе кажется истинным и вечным, в один миг может исчезнуть, а что божественно красивым и светлым - стать уродством и сгинуть во тьме...

- К чему это? - спросил Данила, допивая эль и принимаясь за вино.

- Да вот и правда, к чему... Так, хмель развязывает душу, знаешь ли... Ну да ладно, я обещался тебе историю страшную рассказать. Ну что, слушай же, только не перебивай. Итак...

Несколько лет тому назад, томясь муками творчества, я проводил скупые часы в пьяном угаре во всех злачных местах города Санпула. Не скупился ни на дорогую выпивку, ни на хорошеньких женщин. Кутил и жил в свое удовольствие, не зная забот. Однако однажды на одном из вечеров я вдруг подметил неких темных типов, в тихую косившихся на меня. Я поначалу не придал этому никакого значения, продолжая смачно кутить на немалые средства, заработанные своим тяжким трудом, но ребята не отставали от меня, вскоре обнаглев и принявшись неотрывно следовать за мной из кабака в кабак каждый божий вечер, непременно располагаясь на два три столика позади от моего. Я стал ждать, что же произойдет, нарочно заставляя гадов открываться, но ничего особенного так и не стряслось. Темные просто ходили попятам за мной. Ну вот, спустя несколько недель неотступной слежки, я решил взять дело в свои руки и, исполнив пару неплохих комбинаций, подкараулил дураков, обезоружил и, прижав к стенке, стал требовать объяснений. Но ничего не получил... Проклятые уродцы просто сдохли у меня на глазах. Почему? Да я так толком и не понял. Только заметил зеленоватый дымок, вырвавшийся из их ртов в момент смерти. Видно раскусили пилюлю какую-нибудь с ядом. В прочем, не суть. Стремное преследование пресеклось, но я не успокоился и стал каждый день ждать неприятностей, и они, поверь, однажды пришли за мной. Подстерегла меня целая дюжина таких засранцев прямо у входа в одну из моих законспирированных (как я считал) ночлежек и принялась скручивать. Но ребята-то не на того напали. Несколько профессиональных штучек у меня имелось, не скажу, правда, каких, и все нападавшие быстро потеряли ко мне всякий интерес, сыграв в ящик. Но и на этом-то не закончилось мое "везение"... Как только я в тот же вечер пришел на другой схрон, меня ждал очередной сюрприз. Прямо на моем диване сидел какой-то чересчур умный да сильный маг, спеленавший меня в два счета, пригвоздив к доскам пола. Никаких знакомых мне стихий я не почувствовал, поэтому и не смог ничего противопоставить гаду. Лишь в последствии узнал я, что подобных ему называют менталистами. Так вот. Значит, говорит он мне: "Жить хочешь?" Ну я отвечаю, мол, было бы неплохо. "Ну, тогда, - сказал он. - Принимай поручение. Не бесплатно, конечно". Заказали мне какого-то богатого купца, кроме того, содержимое его кошеля, который он носит на шее. Обещали полмиллиона. Неплохо, кстати. Ну, я и согласился. Думаю, чего уж тут. Простое дело, особенно марать руки и не нужно. А зря. На следующий день ко мне по утру пожаловали совсем иные молодцы, скрутившие меня теперь по-честному, руками да ногами, прижав все к тому же пыльному полу моей комнатушки. Стал тогда разговаривать со мной их глава. "Жить хочешь, - говорит он мне". "Да что вы, сговорились что ли? Да, хочу! Что делать-то? - отвечал я". "Убрать того, кто меня заказал. Даю миллион". Вот тебе и на... С точки зрения финансового дела не хорошо подставлять клиента, да еще и его же жертвой делать - могут потом иные заказчики доверие потерять. Но только что мне оставалось делать? Головорезы-то этого купчишки мне в рожу клинками тыкали, пришлось согласится. Но спешить я не стал. Решил прощупать что, да как. Все же нужно было решить, кого лучше убрать да без особых проблем для себя. По своим каналам сначала пробил купца, Цангером звать. Оказался личностью крайне серьезной - работорговец да продавец веселящего порошочка. Серьезные связи с Республикой, с королевством Таргоса. Кроме того, многие должностные лица в Герусии Санпула держали его запанибрата. В общем, все серьезно и основательно. Но за таких вряд ли кто мстить будет. Наемники воюют за подобных Цангеру, пока им платят, а друзья есть, покуда ты им можешь что сделать. А вот с тем магом... Пару раз слежку подмечал, ловил его темных прихвостней. Разок удалось дураку одному челюсти разжать, не успел раскусить яд. У них там, знаешь, к задним зубам железками маленькая стеклянная капсула приделана. Если посильнее надавить зубами - хрусть, и субъект готов. Ну я ему палочку под небо вставил и ножом зубы вместе с этой дрянью выковырял и стал допрос вести, а он возьми да шею себе сверни... Сумел, зараза, руки развязать. В общем, понял я, что с этими ребятами шутить больше не стоит. Нужно купца решать, да сматываться с Санпула, пускай даже денег не получу, зато репутацию да голову свою в целости сохраню, - здесь Ян сделал паузу, не спеша доел свой ужин, выпил вина. Затем, достав из бокового кармана трубочку, закурил. Еще немного помолчав, он продолжил: - Сделал все как надо: изучил повадки субъекта за две недели, достал план его немалого домины с участком, вызнал схему караулов и принцип их смены, подобрал снаряжение и, наконец, в одну прекрасную ночь стал стеречь "клиента" прямо в его спальне, ожидая, когда он вернется с пышного бала, который закатил один из местных богатеев. Но, знаешь ли, меня ждал сюрприз... Вместе моего дорого и обожаемого Цангера в комнату проскользнуло несколько темных фигур, которые решили было со мной посостязаться в ближнем бою. Но что-то не рассчитали ребята и сложили свою удаль в коврик шелковый... Но и мне не сладко пришлось. Как только я удрать вздумал, в меня кто-то сзади дротиком хлоп! И все. Я тут же провалился в сон. Благо в окно не вывалился, не успел еще вступить на подоконник, - наемник вновь замолчал. Откинувшись на спинку стула, он поглядел в потолок, медленно выпуская клубы дыма. - Очнулся я уже в каком-то темном подвале, весь нагой и подвешенный за руки... Вон, смотри на запястья, видишь шрамы? - Ян засучил рукава и показал Даниле чудовищные следы от порезов. - Сволочи проволокой железной подвязали, чтобы не рыпался... Все тело болело, на лоб с рук капала кровь... А рядышком Цангер весел, тоже голышом... Хныкал, жаловался на судьбу. Перед нами, как сейчас помню, некие лица в алых одеждах стояли, безмятежно так сложив руки на груди ... Лица закрыты страшными белыми масками в виде черепов. Могу сказать одно - точно не приспешники странного мага. Вот постояли они, поглядели на нас какое-то время, а потом один из них кулак сжатый вверх поднял, и все другие молодцы принялись за толстяка-купца. Эх... Выпью за старину Цангера целую, - сказал Ян, доливая в бокал вина. - То, что они с ним делали, я не видел даже в пыточных камерах Святой Инквизиции... Я блювал прямо там, болтаясь подвешенный за проклятую проволоку. Они с него живьем мясо потихоньку снимали, знаешь, методично так... Начали с ног и рук, а потом постепенно вверх поднимались. И как заведенные спрашивали: "Феникс! Что ты знаешь о Фениксе?!" А тот кричал им, что ничего до тех пор, пока они, не оголив его конечности до костей, не вырезали ему сердце. А потом, оставив безвольное тело, решили, но не тут-то было. В подвал ворвались уже знакомые мне темные ребята и завязалась магическая потасовка. Заклятья вокруг так и сыпались! Я уворачивался, как мог. Наконец, одна огненная стрела сожгла проволоку, и я свалился вниз. Под шумок, прихватив какие-то шмотки, валявшиеся в углу, я смылся. И в ту ночь бежал из города. Несся я со скоростью ветра сквозь Хартонский лес, стараясь как можно лучше замести следы, потом галопом по Гедеонским вершинам, наконец, через степи в Кайтонийский лес - там лежка была моя, дремучая такая, ветхая... Там я ловушек понаставил, манекен свой слепил, положил на топчан, а сам в подвале засел. Недели две не вылезал, питался заготовленным провиантом. А как только выполз на свет- меня снова эти темные цап! И скрутили. Представляешь? Словно сидели все это время там. А я ведь ни шороха, ни писка не слышал. И снова этот магик сидел у меня в кресле (правда куда худшем, чем то, что в Санпуле, но это его не смущало) и зыркал на меня из под своего капюшона. "Ты влип, приятель, - сказал он тогда. - Вот, деньги твои, пол миллиона, как обещал, хотя, конечно особо не за что, - и вносят, значит, его молодцы два тюка с золотом и кладут в угол. - Однако отныне ты исключительно на меня работаешь, причем впредь бесплатно. Ребята из Готикс тебя преследовать будут, пока не сгноят... Не любят они всех, кто хоть как-то связан с нами". "А что за ребята-то? - вопрошал я". "Серьезные. Шутить не любят - сам видел. Мой помощник тебя в курс дела введет. Будешь врагам корни подрубать. Потихонечку". На этом он ушел, а какой-то угрюмый тип по прозвищу Большой Бобло стал мне что-то втирать про некую тайную организацию, которая во что-то там верит, что-то там пытается достичь, и, главное, хочет поубивать всех, кто замешан в этой интересной истории, в том числе и меня дорого. Сам понимаешь, мне ничего толкового не сказали - лапши только всякой. Главное дали порошок магический, защиты, значит. Сначала я не понял, зачем мне это, однако потом на деле парни из некой Готикс показали мне свою немалую силушку в магии. Вот тогда-то я оценил подарок темных по достоинству. Кстати, эти ребята так и не сказали мне, кто они и чем насолили готикам. В прочем, меня это не шибко интересовало. Главное - появились союзники. Хотя, конечно, со временем я не пренебрег возможностью кое-что прознать о своих нежданных друзьях. И немало расстроился. Подонки занимались кражей мирян и скупкой рабов, вывозя несчастных людей со всех концов Гипериона. Куда уж там они девались, мой Источник не сказал, но уверял меня, что сия группировка настолько темна, что вызнать что-то большее можно только у тех, кто замешан во всем этом. А это не реально. Рядовых расспрашивать не имеет смысла, а фигура покрупнее - не моего формата. Короче говоря, первое мое задание я получил через три дня после нашей неожиданной встречи с темными приятелями. Надо было в Торвиле какого-то там держалу местного грохнуть. Ну, в общем, без лишних хлопот я дело исполнил. Потом снова задание, в том же городе пару купцов убрать - снова чисто. Затем меня кинули в Шипстоун, там попу пришлось глотку перерезать, да и еще паре-тройке людей. Затем сказали: "Заляг на дно..." Ну я так и сделал. Через знакомых сделал себе поддельную грамоту мелкого сановника и стал ждать поручений. Но сиднем не сидел, стал вызнавать все же, в какое дерьмо попал. Вспомнив то, что кричали готики несчастному Цангеру, я стал по темным людям пробивать, что же за Феникс такой... Получил множество различных сведений, начиная от того, что так называется какая-то сносящая башку бодяга, пользующаяся популярностью у молодежи и тем, что это нечто связанное с магией и волшебством. Ну, сам понимаешь, последнее меня заинтересовало больше. В конце концов, у одного чародея вызнал, что так когда-то обозвали некий могущественный артефакт, который по ходу дела как-то связан с Хаосом... Да только никто его не видел и все суть легенда, рожденная из примеси слухов. Единственная более менее толковая запись есть в работе некого Диор Каданса, список которой к счастью завалялся у моего приятеля в чулане. Не буду тебе пересказывать, что я там прочел, ибо много всякой заумной фени безумный маг начеркал, описывая странный волшебный инструмент, но ясно выходило одно - сие есть оружие бога, и смертным касаться его своими мерзопакостными ручонками не положено. В общем, глухарь. Тогда я стал пытать его насчет Готикс, но тот вообще понятия не имел, о чем речь. Тогда я метнулся к старому приятелю или даже к клиенту... Короче, к главе гильдии воров. Знаешь, у него всегда куча информации. Он как огромный океан, в который вливаются потоки всевозможных сведений. Ну, темнить с ним не стал, ибо он за такое сразу глотку режет и, поверь, куда как не хуже меня, профессионала. Может, неправильно с точки зрения нашей работы, но я уже очень стал сильно беспокоиться за свою дорогую шкуру, ибо почувствовал себя безвольной пешкой, когда как всю жизнь сам выбирал свой путь, не завися ни от кого и ни от чего. Ну, кроме разве что Школы. В общем, выслушал меня, обещал сообщить, как только что-то вызнает, ибо на тот момент никакой информации не имел. Не обманул. Через месяц сам меня нашел, взволнованный такой. Сказал, что я чудовищно влип, сопроводив сие высказывание интересными данными. В нескольких словах это можно передать так: Готикс представлял собой один из самых таинственных кланов, цель и суть деятельности которого от всех конечно же закрыта за семью печатями. Все, что о них знали, так это то, что они резали потихонечку высокопоставленных лиц в управлении Республики и Санпула, сильно портя жизнь тамошним заправлялам. Достать или вычислить их логово или хотя бы проследить за одним из них не удалось пока никому. Они словно призраки. Появляются, вершат суд и исчезают. Отличаются особой жестокостью при расправе с врагами. По слухам поклоняются какой-то темной богине, но это не проверенная информация. И ничего более. Что же касаемо странного мага и его компании, то ниточки ведут на Феб, в Республику, но там теряются. Куда там рабы и на что, если официально свободное государство Умрада запретило рабство. Ничего больше узнать не удалось. Все люди, на которых указывали как на владеющих большей информацией, без вести пропали. Ничего о них известно не было, - здесь Ян снова умолк, смакуя остатки вина. - Эй, Ронни! - заорал он. - Неси еще выпивку! И где, черт наша горилка? - наемник успокоился только тогда, когда на столе появился еще один полный бутыль вина и графин горилки. - Ну вот, это дело...

- Так что там дальше-то? - спросил Данила, которого почему-то безумно захватил рассказ Яна. Хотя, конечно, у него никуда не пропадали сомнения, что это все просто сплошное вранье. А если не все, то хотя бы часть.

- Что? Интересно? Эх... Разболтался я... Ну да ладно, - пробурчал Ян, опрокинув кружку горилки. - Ммм, дальше. Ну а что дальше? Через неделю этого самого главу гильдии завалили. Да причем жестко так, знаешь, кожу содрали всю и сердце вынули. Труп нашли распятым на воротах одного из домов. Я тогда совсем перепугался и тут же сменил место временного жительства, новые официальные бумажки приобрел, теперь на имя некоего купца второй гильдии. Месяца два вроде как прошло без всяких проблем, а потом снова чародей нагрянул. Наказал мне епископа одного шмякнуть да непременно тайник вскрыть и достать оттуда некий пергамент, перевязанный зеленой лентой. Место тайника мне предстояло выяснить самому. Понятное дело, возражать я не стал и принялся за дело по всей строгости. Через недели три вызнал всю подноготную про этого человека, начиная с размера ноги и заканчивая местом тайничка. Вскоре пошел на дело. Да тут что-то опять не заладилось. Спящего мне свалить не удалось, увернулся гад. Стал молить о пощаде. Говорит, я знаю, за чем ты здесь, я отдам, только не убивай, мол, прошу! Слово дам, я молчок. Всучил мне в руки пергамент и думает, пронесло. Ну, я его, естественно, грохнул. Что ж мне? По глупости еще сильнее завязнуть в дерьме? Мне и так хватало. Ну ладно. Дальше... - Ян налил себе еще горилки и вновь выпил до дна, не закусывая. Он уже был изрядно пьян. - М-да. Значит, в ту же ночь пришел я в одно местечко, что в коллекторах, под городом, где мы с нашим стариком-магом уговорились свидеться, как только я исполню заказанное. И что ты думаешь? Хочешь посмеяться? Я обнаружил своего заступничка идеально мертвым, чуть ли не разрезанным на куски, а внутри целую банду готиков, с нетерпением ожидавших меня. Вот тут-то и пригодился порошок. Я его бац! И задействовал. Заклятья врагов разбились о магическую стену. Ну я и дал деру, швырнув им на прощанье сонного раствора. Повезло, смылся. Однако куда деваться не знал. Союзников меня лишили, а парням из Готикс меня вычислить - в жопе пальцем ковырнуть. Оставалась правда Школа... Но туда вернуться можно лишь по приглашению. Короче, особенно не раздумывая, я просто дал снова деру из города и сюда вот, в Ватрад Вил. Знаешь, в тот момент как-то на все наплевать стало. Обреченность полная. Я вдруг осознал свою ничтожность до такой степени, что просто потерял всякую веру в жизнь. Заказал себе номерок в таверне, что недалеко от сюда, потребовал туда вина, жратвы всякой, забаррикадировал дверь и стал ждать. А между делом открыл пергамент и прочитал что там написано. Честно тебе скажу, когда я окончил чтение, то просто онемел. Из-за этой ахинеи уложили столько народу! Какая-то глупая легенда! Ужас! Дословно, конечно, тебе не скажу, но вот общий смысл... - он сделал еще один глоток горилки и поморщился. Он еле-еле держался на стуле, но продолжал свой рассказ. - Еще до прихода людей в эти странные края, в сих землях жил дивный народ, одаренный Создателем всем, чего так не хватает людям - и умом, и совершенством тела, и отеческим вниманием всевышних сил. Существа эти имели великие знания, которые позволяли им жить в гармонии с Сущим. И бла, бла, бла про великую любовь счастье и так далее... Все там, знаешь, начинается так легко и красиво, а потом резко сюжет концентрируется на неком особенно умном, эм, "юноше", который сотни лет (видно по их понятиям это было совсем мало) провел в изысканиях сути вещей, приобретя такое могущество знаний, которое ужаснуло самого Бога. Он стал наблюдать за этим отпрыском порока, замечая, как тот все сильнее задирает нос, начиная презирать всех собратьев вокруг, начинает помыкать ими, как простыми куклами, вести их туда, куда душе угодно. Но терпел Бог, надеясь на благоразумие мальца, но самоуверенность и властность все сильнее крепли в душе Вельтора (так звали этого героя), ведя его к тому, что однажды он презрел самого Создателя, бросив тому вызов. И держал тогда Творец с ним спор, говорил ему, чтобы тот остановился, подумал, ибо знания есть и сила, и богатство, и благо, и только самый мудрый сможет использовать их так, чтоб силы мироздания держались в гармонии и великой благости. Но не слушал этих слов Вельтор, не хотел признавать всей правды, что твердил ему Всевышний, требовал от Него дать ему силу Созидать! Это была единственная великая сила, которой был лишен чудный народ, так как за него сим занимался сам Бог и его сподвижники - материи. Разгневался тогда Творец, захотел испепелить Вельтора и держал с ним битву великою, сотрясшую весь живой ареал... Противники тогда так распылились, что изничтожили все вокруг, разрушили все живое и весь тот мир, в котором привык существовать народ Вельтора. Погибли города, погибла природа, погиб и сам народ... Все, кто выжил в катастрофе, сошли с ума и обезобразились телом, сгинув во тьме. А Бог и Вельтор выжили, оставшись стоять среди руин. И понял тогда юноша, что сотворил великое горе, упал тогда на колени перед Богом, просил у него вернуть все на место и наказать его стервеца проклятого, но не возжелал тогда Господь говорить с ним, возненавидел он Вельтора и подобных ему, исчез в облаках... И явился тогда к рыдающему, уничтоженному юнцу Великий Дух в образе огненной птицы и держал слово перед ним. "Ты хотел творить, а ослепленный силой уничтожил все вокруг... Ты хотел созидать добро, но своими руками ты заложил основу Тьме и Хаосу, которые теперь будут вечно блуждать среди этих руин и в умах тех, кому не посчастливилось остаться в живых. Ты просил Силу Созидать, но это не есть сила, это есть труд. Отныне ты самый великий на этом пустыре и в твоих руках судьба сих изничтоженных земель. Но помни, все созданное нужно уметь защищать... Расплата за добро отныне будет только зло, которые ты раз учинив, распространил на веки ". И лил слезы тогда Феникс на землю и под каплями из правого глаза рождались цветы, а под каплями из левого разгорался огонь... И собирал Вельтор капли в руки, прожигавшие кожу и въедавшиеся в плоть. И рыдал он от счастья, восславляя Бога и Господа своего... И было тогда начало новых времен... Короче, бред собачий. Однако в ту ночь ко мне никто не заявился. Я решил больше не искушать судьбу и, вспомнив о своих родственных связях, поспешил к братцу в Эйкум-Кас, пережив еще три дня в полном страхе перед неведеньем. Братец мой крутился и, как я знаю, до сих пор крутится в достаточно серьезных кругах Ренессанса и мало того по совместительству работает на Темный Орден, посему можно было надеяться на кое-какую защиту. Родная кровушка-то моя с виду, конечно, дрянь, но в душе все же сохранил огонек тепла. Согласился взять меня под патронаж, но исключительно за плату моим трудом. Вот с тех пор меня никто больше не преследовал. Но я так и не оставил этой истории и вел собственные исследования, обнаруживая все больше интересных подробностей... - на последнем слове Яна сильно мотнуло, и он еле удержался на стуле. - Похоже... Я готов.

Данила хотел издать скептический смешок, мол, как всегда бабушкины сказки, но тут дверь кабака с грохотом распахнулась, и внутрь ворвалось несколько вооруженных людей. Стоило Даниле развернуться, как он увидел рыцаря с золотыми наплечниками, осторожно обводившего взглядом зал. Завидев их с Яном, Строгонов поспешил подойти...

***

Было тихо... Эльф куда-то пропал. Охранять спящих он будто и не собирался. Проклятый уродец... Небось, заметает какие-то следы. Даже не пришел сменить пост. Хотя, конечно, его могли сожрать, но почему нас не тронули? Да и не было слышно никаких подозрительных звуков... Короче, все и так ясно!

Ромунд, наложив на всякий случай пару магических заклинаний для защиты себя любимого, решил все же проверить место, которое обнаружил не так далеко отсюда, подыскивая вместе с Мердзингером местечко для отдыха... Что-то странное таилось за меченой дверью. К этому моменту у юноши почти не оставалось сомнений, что проклятый получеловек что-то знает и сильно нервничает, ведь Ромунд своим пытливым умом подмечает все больше и больше странных вещей, которые эльф, скорее всего, должен был скрывать от отряда. Однако почему тогда согласился идти вниз? Испугался варсонгов? Или мы ищем не оставшихся в живых, а что другое?

Выходя из занятого остатками отряда помещения, юноша осторожно огляделся. Пустой коридор хранил безмолвие. Разве что только горевшие факелы потрескивали магической смесью, залитой в специальные сосуды с топливом. Постояв в дверях пару минут и помотав головой из стороны в стороны, маг двинул вперед, на всякий случай запечатав вход парой сигнальных заклинаний, которые, случись что, разбудят всех спящих. Правда что значит "случись что"? Да вот так... Хоть муха пролетит через проем входа и милым товарищам спать не придется. Но у Ромунда есть, что ответить на возможный гнев невыспавшихся соратников.

Медленно двигаясь в нужном направлении, юноша старался вслушиваться в любой звук, постоянно оборачиваясь назад, где сиял светом трапезный зал. Что-то не нравилось магу в этой тишине. Что-то она скрывала. Нечто страшное... От этих мыслей у Ромунда пошли мурашки по коже, и он постарался вспомнить что-нибудь приятное, отлично понимая, что в этом месте воображение может сыграть с ним очень злую шутку. Достигнув помеченной комнаты, Ромунд остановился в некоторой нерешительности. А что если там какая-нибудь засада или ловушка? Надо проверить... Жаль посох забыл. Но и без него можно справиться. Не сильно он повышает сосредоточение потоков, больше служа как тупое средство убийства.

Применив свою излюбленную магию поиска, Ромунд в прямом смысле облобызал потоками каждый уголок помещения, стараясь обнаружить нечто, что хоть каким-либо способом связано с магией. Но ничего выявить не удалось. Тогда он использовал магию исследования, ориентируясь на все, что находилось в особенной физической зависимости, вроде сильного натяжения. Конечно, такой способ много и сильно критиковали, указывая на то, что так можно просто упереться в какой-нибудь замок, посчитав его ловушкой, но сейчас иного средства не было. Однако и оно не выдало никаких результатов.

Пожав плечами, юноша взялся за ручку и потянул дверь на себя. Была не была!

Когда створка распахнулась, внос тут же ударил мерзкий аромат протухшего мяса... Ясно. Швырнув внутрь магический шарик, юноша переступил через порог. Что ж, картинка не порадовала ничем новым. Повсюду разруха, трупы. Куча бумаг на полу. Ничего столь важного. Подобрав пару листов, Ромунд тут же отметил знакомый знак и попытался прочитать их, но чего-то особенного не узнал для себя. Кучи каких-то фамилий, цифры. Похоже, здесь располагалась регистратура. Отбросив бесполезные бумаги в сторону, юноша поглядел на несчастных. Их было трое. Двух будто размазали по стене, переломав все кости, разбросав затем по углам, а вот один убиенный, с располосованным лицом и вывернутыми внутренностями, лежал на одной половине кровати, прислонившись головой к стене. В руках он сжимал какой-то листок. Может, конечно, и письмо личного характера, но вдруг тоже связано с неким Проектом? С трудом разжав застывшие пальцы, маг вытащил бумажку, оставив, правда, небольшой кусочек в кулаке мертвеца. Но он, к счастью, не содержал никакой дополнительной информации. Все было написано в том клочке, который был у него. Разбирать не пришлось - почерк был уже знакомым.

"Тейлору, старшему регистратору.

Уважаемый друг, в связи с последними событиями, приказываю вам в ближайшее время заняться уничтожением Архива. Сжигайте все тонны бумаг и не забудьте сказать кочегарам, чтобы хорошенько растолкли пепел, дабы некоторые умники не смогли в будущем ничего восстановить. Похоже, что Проект попал в очень щекотливое положение. Возможно повторение тех историй, что приключились с Чарли и еще несколькими в землях Одера.

Палантир, руководитель хозчасти Энергона".

Чуть ниже стояла дата - пятое февраля двести двадцать седьмого года. А под ней шестое февраля двести двадцать седьмого года... А ведь сейчас на дворе двадцать третье апреля.

Ромунд поглядел на изуродованное тело регистратора. Бедняга мог даже не успеть ничего сделать, ведь сообщение пришло с запозданием. Может, он вообще получил послание в те минуты, когда нечто стало убивать всех вокруг. Есть вероятность докопаться до истины. Но где же Архив? Проклятье! Карта у Мердзингера!

До слуха донеслась какая-то возня за спиной, несшаяся из коридора. Юноша вздрогнул и резко обернулся, готовя магический порошок. Звук повторился снова, будто кто-то раскидывал какие-то деревяшки. Маг осторожно выглянул из-за двери. В проходе никого... Звук раздался вновь, теперь еще громче. Он определенно доносился из трапезной. Сглотнув, Ромунд двинулся вперед. Разбудить весь отряд? Да черт его знает. Может, один зомби и все... Воронка могла вытравить из его сознания что-нибудь на это счет. Ну а если их много, он тоже не слабенький.

Подойдя к самому входу в зал, Ромунд на какое-то время замялся, подумал несколько раз о возможной поддержке, но затем, обругав себя за трусость, шагнул вперед, готовясь в любой момент начать бой...

Но вокруг не было ни души... Только разломанные в щепки пара столов и стулья вокруг них. Подойдя ближе, маг опустился на колени, рассматривая обломки. Интересно было то, что на вид эти щепки не имели никаких видимых признаков физического воздействия... Ни вмятин, ни царапин... Казалось, будто их разделяли по слоям... Аккуратно и точно. Однако кто же?

Ромунд внимательно осмотрел зал... Тишина и покой. Но вряд ли неведомый решил просто поломать здесь столы... Видно он затаился и ждет, что...

За спиной кто-то шаркнул ногой о пол... Юноша даже не успел сообразить, что делать дальше, как тупая боль сдавила виски... В ушах зазвенело и затрещало... Странный звук, похожий на вой пронзил мозг. В глазах стало темнеть, а мир вокруг принялся расплываться... С трудом держась на ногах, Ромунд повернулся назад и обомлел. Перед ним стоял один из тех менталистов, которых Альма так заботливо вынесла в коридор... Но почему она их не сожгла? А вроде и не должна была... Проклятье.

Мертвец стоял неподвижно, ссутулив плечи и понурив голову... Со стороны казалось, что он спит. Но Ромунд сейчас на своем сознании ощущал, что этот ненормальный менталист еще как бодрствует, прожигая его сознание на сквозь. Ноги юноши задрожали, и тяжесть тела потащила вниз. Время словно замедлилось. Падая, Ромунд увидел, как мертвяк резко вздернул голову вверх и устремил свои ужасные глаза ему в душу...Боль диким потоком хлынула в мозг, все вокруг мелькнуло вихрем бесчисленных красок, и огонь разорвал атомы на части...

- Что такое женщина, вы хотите знать, дорогой Патрус? - изливался своими соображениями толстобрюхий Сандро... - Это, знаете ли, совершенное оружие... И не смейтесь! Не смейтесь! Это оружие имеет такую великолепную маскировку, что ты даже не замечаешь, как острие подбирается к твоему сердцу... Нет! Даже больше! Ты сам желаешь, чтобы оно поскорее проникло к тебе в грудь! А потом, когда ты понимаешь, что, быть может, ты сделал ошибку, она разрывает твое сердце на части... на куски, безжалостно разбрасывая твои ошметки по углам этого мира!

- И что же? Нужно с ними воевать? - усмехнулся я. Боже! Какую чушь несет это брюхастый оболтус. Думал, задам для острастки простой вопрос, чтобы потянуть время до возвращения Натана... Но это, оказалось, его любимая тема! И зачем я согласился придти на этот обед? Знал же, что Генерал не сможет обойти Сандро вниманием... В прошлом их связывали... кое-какие дела. Да и сейчас, будучи начальником складов, Сандро представлялся достаточно "вкусной" фигурой... Однако! Надо записать это выражение.

- Нет! Их нужно исключительно завоевывать и не отпускать благородно на волю, а держать в плену своих прихотей! - раскраснелся тот.

- Ага, - кивнул я, желая поскорее обрезать разговор. И тут же принялся искать глазами хоть кого-то, с кем можно было бы завязать нейтральный разговор и, обхватив по дружески за плечи, уйти в сторону и сгинуть!

За длинным столом сидело еще семеро человек. Остальные (а их еще не меньше двадцати), наевшись от пуза, разбрелись по разным комнатам, дабы посидеть на мягких диванах, попить хорошего вина и просто пообщаться...С оставшимися мне не повезло. Троих на одно лицо офицеров я не знал, а ближайший знакомый капитан сидел на четыре места от меня и увлеченно развлекал трех милых... очень милых дамочек.

А Сандро все говорил... Теперь что-то о последних сообщениях с фронта. Я решил абстрагироваться и перевести свой взгляд на стены дома, увешенные разнообразными картинами. В основном пейзажи Феба. Жена Генерала Натана умела неплохо писать маслом. Ее произведения даже продавались... Эх, ни черта не понимаю в живописи. Замаранная бумажка... Но, тсс. А то меня не поймут.

Даа... Неплохо жил Генерал. Расписные потолки, позолоченные люстры и подсвечники... Обои! Представляете? Обои! Причем мастерили их не где-нибудь, а в Торвиле! А мебель! Мебель из орехового дерева... с мягкими подушками. На такое нужен не один миллион талеров. Этих проклятых золотых монеток! Ох! Весь мир сходит по ним с ума... А мне лично наплевать. Все это игрушки для детей. Для меня открыты такие возможности, что я могу позволить себе безденежье. Все равно в любой момент могу получить почти все, что захочу.

А Сандро не умолкал. Проклятье... Этот чудак вынуждает меня прибегнуть не к самой хорошей вещи. Ну-ка! Я сосредоточил сознание, легко войдя в голову моего надоедливого собеседника, и всего лишь приказал ему замолчать. Как минимум часа на два. Просто уткнуться в свою тарелку, нет, не носом, но хотя бы вилкой и занять рот едой. Благо есть куда ее пихать.

Говорливый заведующий осекся на полуслове, уставился затуманенными глазами в пустоту, безвольно повесив доселе двигавшиеся в неимоверной жестикуляции руки, и, некоторое время недвижно посидев на стуле, по моему прямому приказу взялся за нож с вилкой и принялся жевать ту снедь, которая в довольствии обитала на его тарелке. И в эту же секунду я почувствовал чью-то тяжелую руку на плече, так неожиданно опустившуюся откуда-то сзади.

- Не устали, мессир? - спросил Натан.

- Да... несколько утомил меня ваш компаньон, - прямо ответил я, не оборачиваясь к Генералу. Сандро по моей воле ничего не слышал, за обе щеки уплетая все, что видели вокруг его алчные глаза. По одной из теорий, введя человека в такое состояние гипноза, можно наблюдать самые глубинные основы его психики...

- Так-так... Надеюсь теперь он не станет простым растением? - шепотом спросил Генерал, стараясь не привлекать внимания сидевших за столом гостей.

- Нет. Как только мы покинем эту комнату, я разорву наш с ним контакт... - убедительно ответил я.

- В таком случае, проследуем в мой кабинет.

- С удовольствием, - кивнул я, поднимаясь со стула и следуя за высокой фигурой Натана.

Как только мы вышли в боковую дверь, я перестал воздействовать на беднягу Сандро. Интересно, какое объяснение даст ему мозг?

Пройдя несколько шагов по коридору, уставленному рыцарскими доспехами и всевозможными штандартами подразделений армии Таргоса, которые разбил наш славный Генерал Натан, мы свернули в ответвляющийся проход, надо сказать, более узкий и совсем голый в плане украшений, и, последовав еще метров десять, уперлись в пустую стену, которую подпирали всевозможные ведра да швабры.

- Неплохое местечко, - пошутил я.

- Издеваетесь? - улыбнулся в ответ Натан и облокотился на какое-то определенное место стены (я, признаться, не заметил), и мы тут же поехали в низ... Устройство лифта завизжало, заурчало, опуская нас в подземный кабинет Генерала, сопровождая движение неприятным скрежетом. Как только мы ушли с головой вниз, отверстие в полу голого коридорчика тут же закрылось раздвижными крышками, и нас окутала темнота. Одна минута езды в полной тьме, и вскоре свет легонько коснулся наших ног, затем полностью открыл нас огням множества свечей, уставленных в нескольких оригинальных лампадах, висевших по углам.

Пройдя вперед, Натан быстрым шагом направился к своему письменному столу, поставленному в самом центре кабинета. По стенам были расставлены большие стеллажи с толстыми фолиантами, содержавшие в себе в основном монографии по военной тактике, вооружениям и боевой магии. Однако кроме всей этой военщины мой ловкий взгляд приметил пару книжек с современной прозой и даже самой романтической поэзией, чего, признаться, я не ожидал от строго Генерала, поражавшего всех приближенных лиц черствостью своего сердца.

Пока я ленивым и неспешным взором окидывал стопки книг, аккуратно выложенные на полках, Натан, шумно порывшись в ящичках своего стола, извлек оттуда нечто, что мне не очень понравилось и тут же приспособил ее к себе на голову.

- Это так, для страховки, - улыбнулся он, указывая на позолоченную диадему. Эта проклятая штучка несла в себе маленькую частичку гор Полумесяца, блокировавшую мое ментальное воздействие на разум Генерала. Проклятый солдафон. Сражу же тылы обеспечил. Однако он зря. Если бы я хотел сделать с ним что либо, то взял бы под контроль еще при первых тостах, которые он произносил в начале застолья. Он даже не заметил бы. - Вынужден просить у вас прощения за мое долгое отсутствие на этом мероприятии, капитан Маркус...

- ... решил уведомить вас о происшествии в шахте тринадцать. Я знаю, - улыбнулся я, без приглашения присаживаясь на стул, стоявший перед столом. Стул для партнеров, как его называют.

- Как... А в прочем, понятно. Я, знаете ли...

- ...обеспокоены положением вещей вокруг Проекта. Я знаю и это, дорогой Генерал. Меня не интересуют ваши чувства - меня интересуют исключительно ваши соображения, сомнения, пожелания и просьбы. Остальное, прошу, оставьте при себе - мне и так о них хорошо известно, - стараясь как можно сильнее скомкать разговор, ответил я. На самом деле еще была уйма вещей, которые было необходимо сделать....

Натан слегка поморщился, осторожно посмотрел мне в глаза, невольно коснувшись диадемы, и присел за свой стол. Некоторое время он молчал, отстраненно глядя в пол, а затем резко ответил:

- Что будет с моими людьми, Патрус? Вы должны знать...

- Должен? - усмехнулся я. - Сначала внесем некоторую ясность. Это не ваши люди, а люди Республики. Вы - лишь должностное лицо, вас всегда можно сменить. При всем моем глубочайшем (прошу заметить именно моем) уважении к вам и вашим заслугам, те, кто стоят за всей заваренной здесь кашей, рассматривают нас с вами, как простые гвоздики, которые, если появится необходимость, можно выдрать и забить новые...

- Ну, иной раз уже не выдерешь, развалится зданьице... - попытался парировать Натан.

- Они и его разрушат, если это потребуется. Вы же помните славного Чарли? Я тоже... Значит дальше по вопросу... Вы больше меня осведомлены с техникой эвакуации....

- Красивое слово, да только толку от вашей, эм, "эвокулации", мало. Ваш план сущее дерьмо. Если начнется та дрянь, что и на базе у Чарли, то моим бойцам придется крышка раньше, чем они успеют пропищать предсмертное "мама!"

- Это возможно...

- И что? - глаза Натана расширились от изумления.

- На то есть мы...

- Ах! Ну да! Три героя, которые спасут двадцать тысяч человек, чьи жизни каждый день подвергаются риску! Проклятье! Где вы были, когда сегодня в шахте завалили сорок ребят? Что вы делали? Пили кофе?

- Нет, принимал ванну, - спокойно ответил я. С военными нельзя разговаривать в одном ключе, иначе они неизбежно подавят тебя в споре. Такая у них работа.

- А не вструхивали там случайно?

- Даже если я занимался этим, - все также без лишних нервов произнес я. - Это никак бы не повлияло на дело. В уборной, в ванне или в постели... Для подобных мне магов нет разницы в расстоянии. Другое дело, что надо было уничтожить угрозу, а не оградить от нее людей. Разница большая, Генерал. Не мне вам объяснять.

- М-да... И что ваш чертов Проект? Когда мы будем точно знать, находимся ли в безопасности? Проклятье! Сегодня четвертое февраля! Вы обещали дать мне четкие инструкции еще две недели назад! Где они?

- Будут, - откровенно соврал я. - Чуть позже.

- В общем, теперь я выпадаю из круга доверия, так? -сощурившись, спросил Натан.

- Не смотрите на меня так, мой дорогой друг... Решения принимаю не я. Мне отведена всего лишь роль исполнителя, палача, убийцы... Называйте как хотите, но ни в коем случае не смешивайте понятия.

Генерал молчал. Молчал и я. Откровенно говоря, мне было дико неудобно разыгрывать комедию перед этим сильным человеком, но руки у меня были полностью связаны. Скажи я ему сейчас, что Энергон почти вышел из под контроля, то закаленный войной человек может наделать глупостей... больших, вплоть до открытого восстания против Сената, который, правда, во всей этой истории замешан весьма косвенно. Но вот что до потерь... Увы, великое дело требует жертв.

- В случае чего, что мне делать? - вдруг спросил Генерал.

- Бежать в самую глубь и очистить разум. Мы усыпим вас, и сознание не сможет контактировать с аномалией.

- А сражаться?

- Бессмысленно. Природа всего этого нам еще не до конца известна.

- Все имеет свой конец...

- Особенно мягкий человеческий организм. Не стоит спорить со мной, Генерал. Война лишь на поле боя. Здесь же - огромная лаборатория.

Возвращаясь в свое тело, Ромунд мельком увидел справа от себя искаженное лицо Мердзингера, взмах тонкого клинка, чье-то тело, падающее вниз, а затем вязкая мгла застлала его взор. Уже проваливаясь в полное беспамятство Ромунд услышал чей-то полный отчаяния вопль... Но вдруг все резко пресеклось... Тишина.

Продолжение следует. Все только начинается...

Макс Каменски.

11.01.08

Слезы Феникса

(часть 5)

***

Даратас очнулся только на второй день после Церемонии Восхождения - неугомонные жрицы любви извели все силы из его потрепанного тела... Однако когда он проснулся, то почувствовал себя в сто крат моложе и сильнее. Ему, словно юному кабелю, даже захотелось поиграть мышцами под кожей... Но долгие годы, проведенные за кучами пергаментов, высосали всю мощь из его некогда натренированных мускулов, оставив только крепкие жилы в память о былой красоте. Впрочем, наплевать... У него в замен есть друге мышцы!

Усмехнувшись, маг обратился к безудержной мощи Вечного Эфира. Жгучий поток силы хлынул через все его клетки, заставив задрожать от восторга. Просторная комната залилась ослепительным светом, исходившем от самого Даратаса... Сегодня, как никогда раньше, потоки были чисты, почти прозрачны... Захотелось закрыть глаза от удовольствия и наслаждаться этим безбрежным океаном силы... Однако - комната! Даратас пресек поток и огляделся. Его окружали гладкие мраморные стены, увешанные великолепными коврами, в углах - комоды цвета слоновой кости с большими овальными зеркалами; по обе стороны от по-настоящему огромной двуспальной кровати стояли маленькие бархатные кресла с замечательными столиками-подставками... Все это великолепие искрилось в лучах утреннего солнца, проникавшего сквозь просторные окна. Не веря своим глазам, маг встал и медленно подошел к ближайшему окну, распахнув его. Легкий бриз ворвался в комнату, пахнув Даратасу в лицо, и заиграл по коврам. А перед взором изумленного мага предстали заливные луга, растянувшиеся на мили в самую недостижимую даль...

Буэфера - догадался маг. Этот великолепный инструмент для поднятия настроения... Эх! А ведь почудилось, что он в самых настоящих царских покоях. Впрочем, чем эти хуже?

С прыжка завалившись на кровать, Даратас уставился в расписной потолок. Что ж, он положительно не помнил, как сюда попал. Впрочем... какие-то смутные картины прорисовывались в сознании, но никакой связи между Золотыми Ручьями, безудержной страстью жриц и этими покоями он не мог обнаружить... Несли его, что ль, сюда? Вроде было много хмельного. Хотя, не важно...

В дверь постучались. Ах да! Как же! Дверь! Единственное, что не вписывалось в эту замечательную обстановку, была огромная двустворчатая деревянная дверь на уже знакомый Даратасу грубый эльфийский манер. Как и все вещи из реального мира она никуда не пропала и просто органично вписалась в общий образ, правда без каких-либо внешних изменений. Как, кстати, и сам Даратас.

Вежливый стук повторился вновь. Проклятье! Он ведь голый! Еще и в пастели валяется... Царь еще называется. Так!

Вскочив на ноги, Даратас закрыл глаза и постарался представить себе самый банальный царский наряд, и возникший в голове образ тут же обвил его тело бархатом черной рубахи с золотыми пуговицами, мягким шелком просторных штанов, а ноги плотной кожей щегольских высоких сапогов. Борода сама по себе завязалась в длинную косу, а растрепанные волосы пригладились по всей голове. Немного современно и без стиля, но сойдет.

Маг приказал двери открыться, и внутрь вошла Дариана. Ее глаза были плотно закрыты, а пальцы беспокойно теребили подол платья. Она открывала рот, но маг ничего не слышал. Ах да! Сейчас вокруг нее бушует океан ощущений. Он не стабилизируется, пока сам Даратас этого не захочет. Отлично. Тогда пускай постоит еще, а он придумает обстановку получше. Например, пускай будет вершина высокой скалы... Весь спокойный натюрморт тут же слился в безумие красок и через пару секунд превратился в лиловое небо, огромную, покрытую снегом вершину скалы с ревущим ураганом вокруг. "Нет, это определенно не то, - подумалось Даратасу, когда его тело сковал колючий холод. - Во-первых, никакого урагана! - ветер тут же стих. - Небо ясное с незначительными облаками... Снег к чертям собачим! Вот... Теперь, голый камень, да? Нет, так не пойдет. Трава и цветы! Много цветов! Ага... теперь пару пушистых деревьев... Да, только тень от них должна падать на пятачок скалы, поэтому солнце должно быть вон с той стороны. Хорошо. Теперь столик на резных ножках и два стула с мягкими креслами в этом приятном теньке... И! Точно! Кофе! Причем в кофейнике он должен быть постоянно горячим! Замечательно! И еще... Ах да! Не хватает моря у подножья скалы и легкого бриза. Теперь готово!"

Усевшись на один из стульев, маг налил себе кофе и, устроившись прямо напротив лепечущей что-то Дарианы, молвил:

- Каковы намеренья?

- Благие, - отвечала девушка.

- Еще бы! - усмехнулся маг и приказал силам отпустить ее сознание.

Дариана открыла глаза.

- Это просто бесстыдство! - тут же выпалила она. - Что ты делал так долго?

- Эм, готовился к приходу милой дамы...

- Дамы! И что же ты делал? Придумывал всю эту романтическую глупость? - сказала она, описав в воздухе пальцем круг.

- Сядь и выпей кофе, - добродушно молвил Даратас.

- Благодарю, - сухо бросила она и уселась на стул, однако к кофейнику не притронулась.

Поняв намек, Даратас сам принялся разливать напиток, искоса поглядывая на девушку. По-детски надув губы, она смотрела куда-то в другую сторону.

Что-то казалось магу странным в поведении Дарианы. Все чересчур наигранно и неестественно. Создается такое впечатление, что сия опасная во всех смыслах особа делает все возможное, чтобы выведать планы Даратаса... Что ж, если она думает, что ее игра все также остается непонятной, то будем действовать по прежним правилам. Только с одним изменением - неформально ведущим станет он - Даратас.

- Ну хватит дуться, словно дитя! - умоляюще произнес он, взяв в руки крохотную кофейную чашечку.

Дариана, прищурившись, посмотрела на него в упор, оценивающим взглядом пробежав по элегантному наряду. Подавив смешок, она тоже принялась за кофе, не оставив и следа от прежнего настроения.

- Когда выступаем? - спросила она, делая вид, что поглощена созерцанием игры пара, исходившего от чаши.

- Это имеет значение?

- Да, если учитывать все твои прошлые объяснения.

- А ты все сомневаешься в необходимости? - криво улыбнулся маг. Еще бы! Он бы тоже сильно сомневался, если б его кормили столь умело процеженной информацией.

- Не валяй дурака, Дар! Ты прекрасно знаешь, что я понятия не имею, какого черта мы должны переться в грязь и пыль проклятого Харона...

- Опять же, не мы, а я! Ты можешь остаться здесь и сильно помочь наместнику в его непростых делах... Думаю, атмосфера подземелий стала для тебя чем-то родным.

- Нет я...

- Что же ты хочешь знать, милая? - не убирая улыбки, спросил маг. - Ты думаешь, что я утаил от тебя нечто важное? Поверь, это не так...

- Даже не вздумаю поверить, - покачав головой, ответила волшебница. - Другое дело, что я никак не возьму в толк, почему новоявленный царь хочет сбежать от своих поданных, свалив все заботы на хрупкие плечи наместника...

- Еще скажи, что Кельвин, не случись всей этой кровавой резни, специально бы пригласил на престол меня...

- Что случилось - тому и было суждено случиться. Остальное - неосуществившиеся возможности, - назидательно проговорила Дариана. - Кельвин действовал по ситуации, сделав, на мой взгляд, самый лучший выбор... Помнишь, о чем он просил тебя перед смертью? Дар, я...

- Я отлично помню, что завещал умирающий и следую его просьбе. Моя победа всего лишь оттянула катастрофу. Самое страшное разразится на Хароне, Дариана, и эта война...

- Чья война, Даратас? - прямо спросила Дариана, и маг осекся. - С чего ты вдруг возомнил себя великим героем, которому суждено повести чуть ли не весь мир на бой с мнимым врагом? Ты не воин... Ты исследователь. Так исследуй быт вверенного тебе государства, прими этот груз и с честью выполни свою миссию. То, что ты сгинешь где-то в огнях Харона, не принесет никому из живущих пользу... Ты нужен здесь и сейчас - пойми это!

Даратас покачал головой.

- Строить замок на невысушенном болоте чревато тем, что его фундамент уйдет под землю вместе со всем каркасом и людьми, Дариана. Я и правда могу вплотную заняться здешними делами, однако угроза, которая придет с севера...

- Да какая угроза, черт бы тебя побрал! - воскликнула Дариана.

- По-твоему Материя, ворвавшаяся в наш мир, проявила себя с самой лучшей стороны? - нахмурился маг и даже подался вперед телом, будто наступая на Дариану. - И больше того, я уверен, что наши старые враги с этим связаны. А там, где замешан Культ - не жди ничего хорошего. Война Сил лишь ослабила эту мерзкую организацию, но не уничтожила. Прошло достаточно времени, чтобы их силы восстановились, даже в отсутствие Первого Мастера. Я не собираюсь вести за собой армию. Я пойду туда сам - ты же увязалась за мной сама! Хватит разводить разговоры! Я принял решение и его не изменю! Хочешь реально помочь мне? Зови сюда Мильгарда и Ольвена. Я сообщу им свое решение.

С этими словами Даратас откинулся на спинку стула, и в следующий миг умиротворенный пейзаж растворился в огнях вулканов и потоках извергающейся лавы. Страшный жар охватил кожу Дарианы, и она закрыла лицо руками.

- Перестань, - прошептала она.

Жар исчез. Девушка отняла руки и увидела, что стоит на песчаном берегу зеркально чистого моря. Легкий ветерок обдувал ее со всех сторон, играя волосами и складками серебристого платья.

Она обернулась. Даратас все также сидел на стуле, медленно потягивая кофе из своей чаши.

- Как мы туда доберемся? - робко спросила она.

- Я пока думаю... - отозвался Даратас.

Наступило молчание. Тягостное и мерзкое молчание, которое так хочется нарушить.

- Я... надеюсь, что вся эта эпопея с Хароном не из-за Ткача?

- Ступай, Дариана, - вдруг ответил маг. - Мне нужно подумать.

Девушка кивнула и направилась к двери, которая стояла прямо посередине песчаного берега, совсем не вписываясь в общую картину. На последок она посмотрела через плечо на созерцавшего искусственные воды Даратаса, хотела что-то сказать, но затем передумала и вышла, осторожно притворив створку.

Через час Мильгард, Ольвен, Дариана и Даратас сидели за круглым столом в окружении мраморных колон выдуманного в Буэфера форума. Со всех сторон неслось мелодичное пение птиц, а мягкие лучи солнца заливали сочную зелень окрестностей. Несмотря на столь прекрасный и умиротворяющий пейзаж, лица всех присутствующих отражали сильнейшую озабоченность и напряжение. Всем было очевидно, что на этом небольшом совете должно решиться нечто важное... Причем жизнь не потечет своим обычным чередом, как раньше. Да и вообще - как раньше не будет никогда!

- Друзья, у меня есть важная новость для всех, - быстро начал Даратас, не желая терять время на пустые разглагольствования. - Война, увы, не закончена. Пускай она более не гремит в подземельях эльфийского царства, но наш враг копит силы и готовится к самому страшному вторжению в мир живых... Часть той неизведанной материи, что прорвалась сквозь дыру в нашей реальности и принесла нашему царству такое бедствие, ушла на зловещий материк Харон - землю, которая некогда была вашей родиной. Да... Из того прекрасного и полного жизни севера, который, быть может, еще остался в вашей памяти, Харон превратился в территорию хаоса, полную пепла и раскаленной лавы. В себе он хранит ужасы, которые не должны раскрываться перед нашим миром... Однако есть некоторые силы, коим очень хочется обрушить все кошмары Харона на головы ни в чем неповинных людей и, боюсь, что не только людей. Пришедшее извне настроено уничтожить все вокруг, не только мой недостойный род. Можно оставаться здесь, под землей, строить баррикады и надеяться на лучшее, а можно нанести удар прямо в сердце врагу, пока он еще только готовится выступить... - маг сделал паузу и внимательно посмотрел в лицо каждому, ожидая увидеть следы смятения или недовольства. Но они словно каменные, застыли, не выражая эмоций. - Я не призываю вас к походу друзья, ибо наше царство обескровлено. Я не призываю вас к союзу со столь ненавистными людьми... пока. Я лишь говорю, что мне нужно самому отправится на Харон и встретиться с врагом лицом к лицу, - при этих словах глаза Мильгарда расширились от удивления, а губы предательски дрогнули, но он не посмел прервать речь царя. - Там, где армии бесполезны, а сила магии весьма условна, потребуется нечто, что выходит за грань обычного понимая - веление судьбы... Нет! Я не сошел с ума! Лишь с ее помощью мне удалось одолеть нашего врага. Отвернется ли она от меня или нет - докажет время.

- Как-то все глупо получается... - пробормотала Дариана. - Словно из детских сказок. Пришло зло, и появился герой, отмеченный... судьбой, дабы это зло победить... И в конце концов все стали жить дружно и счастливо. Даратас, это похоже на бред... Не так ли принцы?

- Люди всегда склонны все упрощать, - подал голос Мильгард, - так им легче охватывать сознанием происходящее... Однако даже если некий враг собрался уничтожить поверхность - какое нам дело?

- Я ждал этого вопроса, - кивнул маг и встал из-за стола. - На самом деле, нас и правда не затронет первая волна. Культ вместе с уже известными нам тварями уничтожит всю поверхность, смешав людской мир с грязью. Однако... потом возьмутся за нас. Или вы еще этого не уяснили?

- Из прошедшей войны я могу сделать вывод, что наше царство было лишь помехой, но не целью. Твари стирали за собой все... - хмуро проговорил Мильгард, потирая потные ладони.

- Вот именно что стирали! - подтвердил Даратас, расхаживая вокруг стола. - Я не до конца вызнал фанатичные мотивы нашего врага, но... боюсь, что они настолько безумны, что нам не удастся понять их. Очевидно одно - наш мир кого-то сильно не устроил. Не знаю как вы, но мне думается, что большинство населения предпочитало бы еще пожить.

- Ну это понятно, - кивнула Дариана. - Но предложенная тобой идея - ошибка, я не думаю...

- Молчи! - вдруг встрепенулся Ольвен. - Царь не ошибается!

Дариана осеклась и поджала губы. Она с ненавистью посмотрела на эльфа, и в ее глазах разгорелся незнакомый доселе Даратасу безумный огонек. Ольвен отвернулся от девушки, выказав тем самым свое презрение. Видно, в прошедшем сражении она не заслужила своей доли славы и уважения.

- Да... так вот... - запнулся на своей мысли удивленный Даратас. - Почему я хочу отправиться туда один? Во-первых, армию вести на Харон бесполезно. Если даже нас пропустят Стражи, все войско сгинет в ужасах мертвого материка еще до боя. Во-вторых, без лишнего груза я смогу действовать быстро и без задержек, в-третьих, я обладаю такими знаниями, которые помогут мне свернуть горы - мечи и палки здесь ни к чему. Конечно, цель всего мероприятия - не полчища неназываемых тварей и их мелких хозяев. Нет, далеко не так. Как и в случае с недавней войной, нужно бить прямо в центр, от которого пойдут такие трещины, что неприятель уже не сможет собраться. По крайней мере, еще лет сто или двести.

- Но, мой царь, вы можете погибнуть, - с нескрываемой озабоченностью произнес Мильгард. - А моему народу нужно спокойствие, хотя бы какое-то время. Понесенные потери очень велики, мой повелитель. Враги не дремлют, и если они нанесут удар.

- Не беспокойся, дорогой принц, - остановил эльфа Даратас. - Проблемы все же локализованы во времени. После всего произошедшего не только вы находитесь в бедственном положении. Твари ведь шли не только в нашем направлении - они проникали во все возможные щели, неся смерть и разрушение. Поэтому всех старых "друзей" не стоит ждать слишком рано. Повторюсь, сейчас главное - разобраться с общим врагом. Остальное будем решать по мере наступления.

- Кто же тогда возьмет на себя бразды правления? - снова подала голос Дариана и тут же получила в свою сторону неприязненный взгляд Ольвена.

- Я назначу наместником Мильгарда...

- У нас нет такого понятия, мой царь. Когда правитель покидает отчизну, самый старший по званию государственный муж принимает на себя обязанности по координированию всех дел, - проговорил Мильгард.

- Ну, тогда кто у нас самый старший? - пожал плечами маг.

- Афатор - первый Триберий. Если говорить условно, это все равно, что первый советник.

- Да? И почему этот советник даже не заглянул к своему царю? - удивился Даратас.

- Он... - принц замялся. - Не доверяет вам и всем тем изменениям, которые произошли. Боюсь, что он замышляет мятеж.

- Мятеж? - вечно спокойный Ольвен весь изменился в лице. - Род эльфийский не знал ничего подобного сотни лет!

- Брат, времена теперь совсем другие. Прошло полторы недели, а старого порядка нет, хотя его тень все еще блуждает в сердце каждого нашего соотечественника, - твердо сказал Мильгард. - Несмотря на то, что остатки армии за царя, старые дворяне не хотят признавать его. Глупцы! Они сами не ведают, что творят! В своем безудержном желании вернуть прошлое, они рвут на части настоящее и бросают камни в будущее...

- Ну и на что же способна ваша старая община? - презрительно бросила Дариана.

- Каждый глава семейства имеет свою личную охрану, которая не входит в общее войско. Примерно по пять - семь десятков копий с каждого дома.

- А сколько домов? - напряженно спросил маг.

- Более сотни... - отозвался Ольвен. - Брат, скажи, не слишком ли громки твои слова? Откуда такие сведения?

- Эх... - открыто вздохнул эльф. - Сразу после церемонии я стал проверять свои информационные каналы. Несмотря на непробиваемую лояльность эльфов к царскому роду, я еще с юношеских лет был озабочен тем, что голые традиции - не есть реальная преграда. Мой отец был хорошим правителем, но вот меня и брата, мягко говоря, не особо жаловали. Так как мне удалось прочитать много ваших, то есть людских, книг о политике и извлечь оттуда немалый опыт, я стал постепенно наращивать собственное неформальное влияние, создавая свою сеть информаторов. Они всегда докладывали мне реальное положение дел, причем незамедлительно. Еще перед церемонией я больше занимался тем, что налаживал старые контакты и, как только проснулся, получил ворох всевозможных сведений, которые в основном сводили дело к тому, что главы большинства домов договорились свергнуть новый порядок.

- Так почему же ты не сказал мне об этом сразу? - изумился Даратас.

- Я должен был все проверить. Я знаю, что для вас людей подобные проблемы - часть жизни, но я был настолько удивлен, что не мог поверить собственным агентам. Пришлось всех хорошенько потрясти. Теперь же я могу говорить вполне конкретно.

- И что же они? Поведут войско?

- Объединив силы, они смогут выставить где-то тысячи полторы. Правда, это не армия в прямом смысле слова: охрана Домов все-таки не чета нашим ветеранами. Если эти выскочки осмелятся выйти в открытый бой, то полягут все до одного. Но никто в открытую драку не пойдет. Зачем? Скорее всего старейшины постараются сыграть на одном из древнейших законов, еще писанных при объединении племен, - эльф достал из кармана небольшой кусочек пергамента. - Вот, сейчас процитирую вам: "Если царь не способен управлять государством или он ведет его к гибели, то пусть отцы семейств свергнут такого царя. Однако воины должны быть согласны". По сути дела, под эту формулировку можно подвести что угодно, в том числе и всю нашу ситуацию... - Мильгард некоторое время помолчал, а затем продолжил: - Думается, что события будут развиваться примерно следующим образом.

Сначала они тайно захватят Жреческие Причастные, тем самым открыв свободный путь к главному Храму и Тронному залу. Ворвавшись в Храм, они принудят Жриц остановить служение и подчиниться силе - для них важно, чтобы Жрицы всенародно подтвердили их право действовать. После того, как им удастся заручиться сакральной поддержкой, они ворвутся в ваши покои и заблокируют Буэфера. Затем наступит третья фаза мятежа- общий совет. Взбудораженные переполохом воины двинутся к Золотым Ручьям, где их уже будут ждать искусные ораторы и Жрицы. Ясное дело, имея такую поддержку, отцы смогут убедить воинов в их ошибке, особенно если учесть, что почти три четверти воителей происходят из их домов. На этом фоне произойдет так называемое - апофес (свержение) и вас попытаются отдать терагра.

Эльф замолчал. Даратас какое-то время сдерживался, а потом громко рассмеялся.

- Неужели эти глупцы считают, что смогут справиться со мной своими палками? - смеялся он. - Да я сожгу к чертям собачим всю их котлу, а потом всех самих отделаю не хуже, чем ваш хваленый терагра.

- Не сомневаюсь, мой царь, но...

- ... но нужно припадать урок всем, верно? - перебил маг, и принц кивнул в ответ. - Хорошо. Ты уверен, что они будут действовать именно так?

- Если не совсем так, то примерно.

- Хорошо, - кивнул маг и обвел всех сидящих внимательным взглядом. - Тогда, Ольвена и Дариану я прошу выйти. Мне нужно поговорить с Мильгардом наедине.

Ольвен, коротко кивнув, поднялся из-за стола и направился к выходу. Дариана, обескуражено посмотрев на Даратаса, медленно поплелась за принцем. Ох, как этой особе не нравится быть на вторых ролях!

Когда дверь закрылась, Даратас сел за стол и внимательно посмотрел на обеспокоенное лицо Мильгарда.

- Сколько у нас времени? - спросил маг.

- Не больше дня.

- Этого хватит. Завтра объяви ярмарку по распродаже всякого царского хлама. Нужно как можно больше народа в Золотых Ручьях. Также спрячь людей в Причастных - пусть они сдержат молодцов. Нельзя дать им осквернить святые места. Жрицам можно доверять?

- Да. Все они - мои ставленницы. Я лично сетовал за назначения многих на главные посты.

- Вот тогда самых надежных оповести о готовящемся мятеже. Попроси их найти обличающие врагов законы... И обязательно прикажи им достать прочитанные тобой бумаги о смене царя.

- Зачем? - нахмурился Мильгард.

- Надо. Потом узнаешь, - отрезал маг. - Далее. Нам нужна хорошая, даже драматическая сцена в лагере восставших. У тебя там есть свои?

- Конечно. Они-то и доставляют всю важную информацию.

- Отлично. Есть же среди мятежников разные претенденты на Престол?

- Да, их несколько. Это порождает напряжение в их рядах.

- Смогут ли твои люди посеять семя раздора?

- Теоретически да. Никто еще не пробовал на крепость их союз, - согласно кивнул Мильгард. Его руки никак не могли найти себе места.

- Что ты нервничаешь, друг? - прямо спросил маг и впился взором в чистые глаза Мильгарда.

- Я...- принц осекся. Он весь залился краской, словно ребенок. - Мне просто страшно...

- Отчего?

- Я боюсь, что я не удержу то, что мой отец строил таким трудом... Он поднял наше царство на вершину могущества, а при мне... все рушится... Я боюсь... Какой позор! - эльф закрыл лицо руками.

Даратас поднялся и, обойдя стол, ободряюще похлопал эльфа по плечу.

- Жалок не тот, кто боится. Жалок тот, кто боится и не хочет признаться себе в этом, - назидательно молвил Даратас. - Страх - хорошее чувство. Он словно катализатор всех наших действий. Преодолевая его, мы достигаем вершин. Борясь с ним - мы совершенствуемся. Одерживая верх над собой, мы находим самих себя. Будь готов, Мильгард.

Эльф отнял руки от лица и посмотрел на мага.

- Ольвен должен быть в секрете, когда у наших врагов начнется раздор, - решительно сказал маг. - Он должен схватить их и привести к суду.

- На этом все? - нервно спросил эльф. - Я могу идти?

- Да.

Мильгард молча поднялся и двинулся к выходу. На несколько секунд он замялся у двери, но затем резко открыл ее и вышел.

Даратас лишь глубоко вздохнул и запустил руку в карман, нащупав мягкий холодок ожидавших своего времени орудий Судьбы.

***

Возвращение в жизнь было таким болезненным... В какой-то миг Ромунд чуть не дал слабину и еле удержал тоненький луч света в безбрежном океане отчаяния, из последних сил ухватившись за него и рванув ввысь, из топи вон! Он очнулся с такой болью, что ему показалось, будто со всего тела сняли кожу... Он трогал себя руками, ожидая почувствовать только липкую кровь, медленно стекавшую на холодный пол. Но ничего, кроме пыльной одежды руки не нащупали. В глазах плыла лишь непроглядная темнота.

- Тише, Ром, не дергайся! - глухо донесся голос Альмы. - Твой мозг чуть в кашу не превратился.

- Что... я видел...

- Молчи. Выпей лучше вот это, - холодное горлышко коснулось его губ, и жгучий напиток полился ему в глотку.

- Каким дерьмом ты его поишь? - прикрикнул кто-то. - Вот, возьми лучше отменного солдатского пойла.

- Ему башку и так хорошо промыли, - злобно отвечала девушка. - Твоя дрянь окончательно его прикончит.

Живительные потоки настойки целуфатоса стали волнами разливаться по его телу, постепенно возвращая к жизни. Однако страшная резь никуда не исчезала. Особенно болела голова. Вскоре прояснившемуся зрению открылись озабоченные лица Альмы, Бочонка и Медведя, сидевших рядом с ним. Судя по темноте вокруг, лежал он не в просторном зале, а скорее всего в той комнатке, которую они выбрали для ночлега.

- Где Мердзингер? - сразу спросил юноша.

Бочонок покачала головой.

- Мы не знаем. Видели его в последний раз в трапезной, откуда он, срубив тварь, державшую тебя, поспешно бежал. Не знаю почему. По-моему, нас не видел... Может, испугался воя твоей метки, которую ты наложил на дверь. Бочонок то вперед рванул, я не успела снять.

- Значит, сбежал... - будто подтвердив свои соображения, молвил Ромунд. Вариант с сигнальной печатью он отмел сразу же.

- А ты что, ожидал это? - бросил Медведь. - Да и вообще, что происходит? А? Я давно заметил, что наш получеловек был не равнодушен к твоей персоне. Поначалу я уж подумал, будто его так... с голодухи, значит, на мальчиков потянуло. Но, сдается мне, не простые вы парни.

Ромунд усмехнулся. Ему было трудновато говорить - голова раскалывалась от боли.

- На самом деле я тоже так подумал, но, боюсь, все намного интереснее, чем нестандартный роман, - выдавил он из себя. - Если дадите вина и еды, то постараюсь вам передать все, что мне стало известно за наш непродолжительный и печальный поход.

Когда хмельная жажда была утолена, а пустой до боли желудок был набит вяленым мясом и еще сохранившим намеки на свежесть хлебом, Ромунд, достав из кармана два найденных пергамента с перепиской, медленно сказал:

- Все началось с того момента, когда я обнаружил некий знак, вырезанный на камне еще самого первого коридора, по которому мы с вами так мучительно долго пробирались. А затем там же мне попались некие записки. Вот, поглядите на них. Наверху знак, да, вот этот, а дальше почитайте - очень занятно. Пусть Альма прочтет все в слух, - девушка без лишних колебаний прочитала обе переписки. - Ну? И что думаете?

- Проект какой-то, Гильдия, Энергон, - бормотал Бочонок. - Что за бред? Что это?

- На самом деле, я сам все это время ломаю голову над этим вопросом. Конечно, люди мы маленькие, информацией не владеем, но исходя из всех официальных источников мне доподлинно известно, что никакой Гильдии Сенатом не создавалось. Мало того, учитывая провозглашенную доступность всех важных государственных сведений, я, как активный гражданин Республики, могу ответить, что никаких упоминаний о некоем Проекте в сводках нет. Я много рылся во всяких источниках, не доверяя нашему всеми чтимому Сенату, но никакой интересной зацепки я не нашел. Да еще бы! Кто бы дал ей право появиться на свет. На такое дело нельзя напороться, в него можно только вляпаться. Вот мне и всем вам чертовски повезло.

- Погоди... А почему ты не сказал нам? - спросил нахмурившийся Медведь.

- А как сам думаешь? Мердзингер...

- Ах, он сволочь! - всплеснул руками Бочонок.

- Постой, брат. А чем наш полуэльф тебе не угодил? - искоса посмотрев на мага, спросил огромный воин.

- На самом деле, у меня нет прямых доказательств, но вот косвенные... Еще с самого начала пути проклятый эльф не сводил с меня глаз, но как только мы оказались на Шестнадцатом Вале, он чуть ли не дышал мне в затылок. Куда я не сунусь - он рядом...

- Но зачем? - недоуменно спросила Альма.

- Седьмому Отделу отлично известно, что среди всех остальных студентов я выделяюсь крайней любознательностью. Наши тайные органы знают все... Академия - кузница молодых умов. Кого-то вербуют, а кого-то убирают. Всех остальных - на мясо, на фронт... Уж не обижайтесь, дорогие ветераны.

- Да мы и не обижаемся, - простецки пожал плечами Бочонок.

- Ну так вот... Кстати, вы ранее знали Мердзингера?

- Я, - отозвался Медведь. - Я служил с ним на севере, много раз бывали в стычках. Но потом его командование вызвало к себе, и он покинул боевую часть- делал что-то в штабе.

- Да... А как он попал сюда?

- Ну... Всякие там были дела. Мы, знаешь ли, тоже в Тринадцатом не так давно. Я вновь встретил Мерда лишь года полтора назад. Он был назначен поручиком в нашем легионе. Что уж там творил - не знаю. Однако ютился с нами в одной казарме. Вот и знают его все. Впрочем, к нашей центурии не имел никакого отношения. Почему его прибили к отряду? Загадка...

- Я думаю что нет... Они отправляли в поход лучшего мастера по воздушной элементале - меня, надеясь тем самым проще вызнать информацию. Но вместе с тем они очень боялись, что я могу "пронюхать" что-нибудь не то, и приставили к нам соглядатая. По идее, он должен был меня убрать, в том случае, если я прознаю нечто секретное.

- А здесь его полным полно... - задумчиво произнес Бочонок.

- Точно. Причем заметьте, как он прекрасно сделал вид, что именно я предложил тащить вас всех под землю. Смешно, да? - улыбнулся Ромунд.

- Да уж... А что? Вызнал что-нибудь? - поинтересовался Бочонок.

- Пока только все отрывочно. Кстати, тот мертвый менталист сделал нам очень большой подарок.

- Что? Он же чуть из тебя душу не вырвал! - всплеснула руками Альма.

- Чуть не считается, - улыбнулся маг. -Не знаю, его ли это была предсмертная воля или каких-то иных сил, но я будто вернулся назад и побывал в его шкуре за несколько дней до того, как здесь все полетело к чертям. Могу сказать определенно - они знали, что здесь начнется.

- И ничего не предприняли? - изумился Бочонок.

- Да нет... У них был какой-то план. И, похоже, менталисты приступили к его исполнению. Могу сказать одно - все наши ответы - еще глубже под землей.

- И что же там такого?

- Первое - архив, - сказал Ромунд. - А вот второе... Я думаю, что нам нужно набрести на личный кабинет этого, как его, Палантира. Думаю, там мы найдем что-нибудь интересное.

- Да! Но как мы будем искать? У нас даже карты нет! - воскликнула девушка.

- Есть... - проговорил Медведь, доставая из кармана пергамент и разворачивая его. - Нашел у одного бедняги, решил сберечь.

Ромунд улыбнулся. Этот вояка ему нравился больше всех. Слегка молчаливый и хмурый, но сообразительный.

- Отлично! Теперь мы...- проговорил Ромунд и осекся. Неожиданно на него накатила безумная слабость, глаза закатились и все вокруг завертелось в бешенном круговороте. Уже падая на пол, он почувствовал чьи-то крепкие руки, пытавшиеся его удержать, а затем он с головой ушел во тьму.

Сладковатый дымок, исходивший из курительной трубки, обволакивал мою жалкую комнатушку, заваленную по большей части всяким хламом. Честно говоря, я не сильно уважаю табак, но в дни глубоких и сложных дум мой мозг требовал некий суррогат для мыслей. Самовнушение - сильная штука. Когда-то по глупости сам себя убедил, что под легкий дымок соображается лучше, и теперь не могу обойтись без одной - двух трубочек в процессе осмысления ситуации... А ситуация была хуже некуда. На этом маленьком пяточке земли сошлись интересы многих сильных и влиятельных людей, которые не прочь помериться силами, если это потребуется.

Эх, Проект... А ведь как все начиналось! Какая светлая мысль в темном и жестоком мире. Стремление к совершенству, открытие новых знаний, великие исследования, которые поднимали человечество все выше и выше на пути к самому Богу! Какие смелые идеи! Какие бесстрашные шаги... И к чему все свелось? К крови невинных и тысячам бессмысленных жертв. И почему? Да потому что кому-то нужно прикрыть собственную задницу самым надежным заслоном. Во истину - знания в руках политиков и фанатиков просто тупой меч, который плашмя разносит будущее на куски, а великое превращает в низкое, мерзкое и чрезвычайно вонючее.

В дверь постучались.

- Кто? - спокойно спросил я, уже сканируя пространство.

- А то ты не знаешь, - донеслось снаружи.

- Входи, открыто, - бросил я. Мой стол был расположен так, что я сидел в пол оборота к входу в свою... милую обитель.

Створка быстро открылась и столь же нервно и резко закрылась. На пороге стоял некто Байдич - мой шпион и соглядатай.

- Привет, морда, - с улыбкой сказал я.

- И тебе привет, голова, - кивнул тот. - Есть у тебя что-нибудь, чем можно смочить горло?

- Да. Шкаф слева от тебя. Там есть немного вина.

- Не забродило? - спросил он, доставая оттуда глиняный бутыль. - Ого! Холодное!

- Обижаешь, - добродушно улыбнулся я.

- И как ты это делаешь?

- Да вот, знаешь ли, учился столько лет.

- Вино морозить?

- Да, а что еще делать в скучные вечера в Академии! - рассмеялся я. Байдич оценил и хмыкнул в ответ. Он не стал церемониться и принялся глотать напиток прямо из горла. - Ну ты, братец, и жрать...

- Помолчи ты, - отмахнулся тот. - Я тут кое-что добыл.

- Еще бы! А то отрабатывал бы мне эти несчастные глотки в три дорога!

- Да, да, знаю я тебя, марамой проклятый. Стул то у тебя где? Для гостей...

- А гости предпочитают у меня не задерживаться, - прямо ответил я. Это было чистой правдой. Менталистов боялись до дрожи и лишь очень немногие могли спокойно себя чувствовать в их присутствии. Вот Байдич был одним из них. Несмотря на внешнюю одиозность, в психическом плане этот человек был непробиваем.

- Ну, тогда я облокочу свой зад на край твоего стола, не возражаешь?

- Валяй, - махнул рукой я. Этот человек пользовался всей доступной мне частью добродушия. Хороший шпион тот, кто привязан к тебе всей душой и сердцем. Конечно, для людей привязанность - вещь относительная, но для людей с некоторой толикой подсознательного воздействия - весомая реальность. В свое время мне пришлось поработать над этим оборванцем, сделав его настолько лояльным к себе, что, боюсь, со своей смертью я утяну в могилу и его.

Присев на стол, Байдич, еще пару раз глотнул из бутыли и, посмотрев на меня серьезным взглядом, произнес:

- Похоже, они пронюхали.

- Да ладно? - пожал плечами я.

- Ты знал?

- Догадывался. Хотя, конечно, не думал, что так скоро.

- И что ты намерен делать?

- В смысле?

- Черт! Ты что, даже не доложишь Палантиру? - изумился он.

- Доложу, но что с того?

Байдич громко хлопнул себя по ляжке и с полным недоумением уставился на меня.

- Ты что, заболел?

- Нет. Если ты еще помнишь те немногие уроки, которые я тебе давал, моя аура в целости.

- Да вижу. Просто, боюсь, у тебя в голове просто что-то чик и отключилось!

Я улыбнулся.

- Мне всегда нравилось, как ты излагаешь свои мысли.

- Короче, голова, я уж не знаю, что вы там задумали - мое дело простое, но, если помнишь, мы хотели старость встретить вместе за кружками отличного пойла и внуками, теребящими нас за колени. А так... Если вся банда решит отправить сюда своего человека, то, поверь, он точно накопает на вас всевозможных компроматов. Потом всю вашу компанию и ваш кукольный Сенат измажут в таком липком дерьме, что вы и за весь век не сможете отмыться... В конце концов, дружище, несколько минут известности и "славы" на эшафоте и твоя чрезмерно умная башка отлетит в корзину.

- Ну... насчет последнего я сомневаюсь, конечно, - серьезно сказал я, убрав улыбку. - Но вот все остальное вполне возможно. Однако у них нет времени. Скоро мы все концы схороним в пепел, а все что им останется - разбираться с последствиями.

Лицо Байдича скривилось в неприятной гримасе.

- Вы и правда решили похоронить Проект?

- Это единственный шанс закончить с безобразием. Самовлюбленные глупцы зашли слишком далеко, дружище. Они возомнили себя богами. Что ж, оставим их с рогами. Все прошлые операции с Источниками потерпели фиаско. Сделаем так и в этот раз. После очередного поражения очень многие люди откажутся финансировать дальнейшие работы. И тогда будет война. А уж кто победит...

Очнувшись от очередного видения, Ромунд тут же вырвал... Похоже, мертвый Патрус решил рассказать свою историю до конца.

- Ты что-то видел? - нахмурившись, спросила Альма.

- Нет... Просто мне плохо. Нужно еще, поспать, - соврал Ромунд и изобразил вид, что он отключился. Нужно многое обдумать.

***

- Мой сеньор! - отсалютовал Данила приближавшемуся Строгонову. - Я...

- Успокойся, друг, - махнул рукой сеньор. - Есть еще что выпить?

- Да, конечно... Вот, Ян, - сказал охотник и хотел попросить Яна подать бутыль, но проклятый наемник исчез.

- Ты кому? - удивился Строгонов.

- Ах, он маленький ублюдок. Садитесь - вот, здесь еще есть немного горилки.

- Горилки говоришь? Это хорошо, - улыбнулся тот, потирая руки.

Строгонов уселся на стул и тут же разлил огненную водицу по кружкам. В полном молчании они опрокинули по стакану и налили еще по второй. Уже порядочно набранный Данила, почувствовал, что его тянет к полу. Взяв себя в руки, бывалый охотник удержался на стуле. Еще чего! Такое позорище!

- Так с кем ты тут сидел? - спросил Строгонов, доливая остатки горилки в стаканы.

- Ох, мой сеньор, вы не поверите...

- Да не сеньор я почти уже. Некому более омаж то отрабатывать, друг, - грустно признался Строгонов. - Теперь я просто главный среди равных.

- Неужели? - дрожащими губами спросил Данила.

- Увы, - кивнул головой Строгонов. - Но ты поведай свою историю первый.

- Да, конечно! - с готовностью ответил Данила, но затем понял, что ему не очень-то хотелось бы об этом говорить. Но! Хмель развязал язык, поэтому стесняться было особенно нечего.

Охотник рассказал о своих приключениях во всех деталях и подробностях. Будь он трезвым, то ни в коем случае не стал бы выкладывать все так подробно. Но сейчас, как говорится, шла лавина, и он не мог сдержаться. Нужно было высвободиться. Наболело. А Строгонов слушал внимательно, лишь слегка хмуря брови. Когда Данила с глубоким вздохом закончил, он свистнул пухленькую официантку и попросил еще бутыль горилки. Данила не стал возражать. Сегодня он уходит в хлам.

- Я вот что тебе скажу, - медленно проговорил он, принимая новую бутыль из рук официантки, - поступил ты вполне разумно и по всем законам. Сам же знаешь, если ты не можешь ничем помочь клану, а клан тебе, то... В общем, что творилось в Лагере я тебе в точности передать не могу. К нам не приходила армия, нет. Не было чистой и праведной битвы. Нас просто вырезали. Я уж не знаю, как мне и еще десятку удалось сделать ноги, но то, что там творилось. Короче, на сколько я понял, тебе в общих чертах известно, что происходит, когда приходят эти зверушки... Мы их мечом пробовали, да только это все ровно, что мертвому припарки. Я одной твари по хребтине заехал, а та даже глазом не повела. Только по мне отмахнулась своей огромной клешней... Благо на мне мифрил. Вот, погляди, - Строгонов показал на небольшой порез у себя на груди. - Вот представляешь? Зараза. Даже слегка проникло лезвие. Но ничего, я отлетел в сторону, и зверюга занялась другими. Эх... Что еще? Огнем их палили, кислоту лили. Правильно твой дружок-наемник сказал - холода только боятся. Мы лишь благодаря этому и спаслись. Вроде бы одну из тварей убили, но я не знаю точно - бежали мы так, что аж пятки сверкали, - он сделал большой глоток. - Знаешь, твой приятель еще та скотина, но сейчас пригодился бы ... Если у него проблемы с темными - он нам друг. Сейчас вообще даже самый последний негодяй, умеющий держать оружие и имеющий зуб на Орден, нам дороже брата.

- И с чего же это? - спросил еле соображающий Данила.

- Да видишь ли... Орден все же решил поднять голову. Уж не знаю какими судьбами, но темные сколотили мощную коалицию из своих приспешников. Слышал о Лиге? Да? Наемник рассказал? Ну вот... Теперь вся эта мощь повернута против нас. Кого нас, хочешь узнать? Да против всех, кто не с ними. У них, знаешь ли, подход практичный. Более того, я боюсь, что их бредовая идея общемирового царства тьмы не так уж далека от реальности. У них есть немалая военная сила, да и теперь еще эти чудесные зверушки у них на поводу. Все что им нужно - привести мир к подчинению. В современных условиях это не так тяжело. Разрозненный север уже почти пал. Все, кто не сражался с ними - стали их союзниками.

- Может, и нам примкнуть, пока не поздно? - заикаясь, предложил Данила и тут же закрыл рот руками. Однако Строгонов воспринял это вполне серьезно и сказал:

- Не знаю как ты, дружище, но мне всякие там игры с Тьмой да Хаосом не по душе. Я как вижу этих фанатиков, так мне сразу в рожу каждому плюнуть хочется. А представляешь, если с ними за одним столом есть? А руки им жать... Брр. Ужас! Нет, друг, по мне лучше им эти руки отрубить!

- И что вы делаете в Ватрад Вил?

- Ну... Это приоритетное направление удара.

- А почему... вы решили, что и здесь нет их людей?

- Есть, конечно, куда ж без них? Проблема лишь в том, что эти жалкие черви еще не успели прогрызть себе путь наверх. А так здешнее руководство не слишком любит кому-то служить. Сам знаешь, даже в расцвет Святой Инквизиции маленький поселок душу вымотал Патриархам.

- Я тогда был ребенком, - улыбнулся Данила.

- Ну... - вдруг нахмурился Строгонов. - В общем, на стражу этого городка можно возлагать кое-какие надежды.

- Дай бог пол тысячи разгильдяев, - покачал головой Данила, и ему захотелось сплюнуть. Еще бы! Он то имел множественные знакомства со здешними вояками. - Как бы не наложили в штаны, когда увидят тварей.

- Да я сам, чуть не обделался! Главное перебороть себя... Пускай даже с полными штанами, но сражаться!

- Ладно, кто еще придет?

- Я "сломал" печать, - серьезно сказал воин. Данила удовлетворенно кивнул. Согласно этому импровизированному ключевому словосочетанию, разосланному по трансферансу всем главам дружественных кланов и даже шаек, союзники должны без отлагательств и даже вопросов прибыть со своими армиями на помощь нуждающемуся. По общему уговору, использование этой "печати" допускалось только в экстренных случаях. - Осталось теперь надеяться на верность людей своему слову.

- И скольких ты ожидаешь?

- У нас не больше двух дней... - задумался Строганов. - Может, тысячи две. В худшем случае - тысяча. На самом деле, численность не столь важна.

- Есть план?

- Есть... Ну да ладно. Я смотрю, ты на стуле еле держишься, - усмехнулся Строгонов. - Иди спи. Здесь вроде есть комнаты. Я оплачу.

- А вы куда? - спросил Данила, в душе радуясь будущему сну.

- Дела, - улыбнулся Строгонов. - Завтра, как очнешься, двигай к Главной Префектории. Будет тебе задание. Пока отдыхай.

***

Как только Ромунд пришел в себя, отряд (или то, что от него осталось) тут же выступил. Растянувшись в цепь, бойцы, принимая все меры предосторожности, направились к первой намеченной молодым магом цели - Главному Архиву, где их должны были ждать кое-какие интересные открытия.

Несмотря на относительно спокойный путь, все чувствовали, что внутри отряда нарастает напряжение. И связано оно было не с агрессивной средой подземелий, а как раз с тем, что никто, кроме Ромунда, не понимал, какого черта они все сильнее ввязывались в это смердящее опасностью дело.

Зачем тащиться вниз и поднимать какой-то архив? Зачем? Это слово никак не выходило у Альмы из головы. Признаться, она даже стала серьезно подозревать Ромунда в личном интересе ко всей этой истории хотя бы потому, что он такой большой любитель всевозможных загадок. В Академии-то из него дурь выбить не смогли, а теперь его мальчишеская глупость способна погубить живых людей! В девушке с каждым шагом крепла уверенность, что нужно взять ситуацию в свои руки и найти выход. Ее смелому и находчивому сознанию никак не нравилась мысль, что нельзя найти другое решение, без лишних раскопок в архивах и чужих кабинетах. Она даже была уверена в этом.

Бочонок же, наоборот, пытался внушить себе мысль, что необходимо смериться с судьбой. Лезть наверх, к варсонгам, ему совсем не улыбалось, а сидеть на месте и ждать зачистки, которую обещал всем Мердзингер, тоже не хотелось. Поэтому лучше двигаться вперед, да только бы пригодиться в деле, а не сдохнуть также как все остальные погибшие ребята. А вот Медведя раздирали самые темные и страшные мысли. Он не доверял мальцу, как, впрочем, и недавнему командиру-полуэльфу. По его мнению, эти оба что-то скрывали, ведя остальных на убой. Хотя, конечно, изрядная доля сомнений доставалась личности Мердзингера, но и студент тоже был хорош. Неизвестно зачем, но Ромунд стремился узнать больше об этом Проекте... Не спроста он так тщательно обследовал стены в трапезной, не спроста нашел листок с перепиской. Все не с проста. Кто ищет, тот найдет - закон жизни. Конечно, здесь могло обойтись и без злого умысла - так, юношеская ветреность, но что-то странным показалось заступничество Мердзингера за пацана, когда Гвоздь хотел разорвать того за дерзость. Зачем же усложнять себе работу? Схоронил бы матерый командир прохиндея в том леску, и дело с концом. Ан-нет... Вступился ушастый. Вопрос простой - зачем?

А Ромунд меж тем шел во главе колонны, ориентируясь по карте. Сначала Медведь не хотел доверять карту мальцу, мямлил что-то невнятное. Но потом сдался и передал пергамент. Конечно, опыт вояки неоценим, но специальных знаний по картографии он не имеет, а у Ромунда на курсе этот предмет был в числе обязательных. Поэтому он достаточно быстро разобрался во всех каракулях незадачливого офицера, нанесшего массу пометок на бумагу, и уверенно вел за собой людей через сумрачные и вселяющие лишь подозрения лабиринты.

К большому удивлению, коридоры не были полны разлагавшихся трупов и не ломились от гор разбитого хлама - только пыль. И негатив.

Вообще, как ученик элементальной магии, Ромунд с подозрением относился к всевозможным энергиям, существовавшим за границами Вечного Эфира. Он, конечно, слышал о неких загадочных субстанциях, пронизывающих все биосферу, однако никогда не чувствовал этих сил и был склонен доверять больше опыту, чем сомнительным исследованиям некоторых изгоев магической элиты. Однако сейчас он был готов поклясться, что все его тело насквозь пронизывают целые скопления невидимой энергии! Каждая частичка его организма ощущала присутствие чужеродной материи...

Примерно через три часа плутаний по бесконечным коридорам, они вышли в просторную залу, забитую сваленной в беспорядке мебелью, досками, стальными пластинами.... В общей своей массе они напоминали баррикады, наспех составленные в условиях паники и отчаяния. Повсюду было разбросано оружие, обрывки одежды... Мощеный пол был обильно залит черной, запекшейся кровью, а в стенах зияли огромные дыры, рядом с которыми грудами лежали большие, метров в десять длинной, продолговатые тела.

- Варсонги, - с ужасом произнесла Альма. - Боже...

- Они тут всех сожрали... - пробормотал Медведь.

- Видно Патрус не до конца сыграл свою роль... - удрученно произнес Ромунд и в тот же миг напрягся как струна.

- Тут, кстати, у одного червя раны совсем свежие... - вскользь заметил Бочонок, но его уже никто не слышал. Ситуация накалилась до предела.

- Слушай, ты! - вдруг вспыхнул Медведь и хотел было схватить юного мага за шиворот, однако в метре от своей цели неожиданно подлетел вверх и грузно упал на пол, сильно ударившись спиной.

- Да? - спокойно произнес маг, уже принимая на цель Бочонка и Альму. Он не сомневался в своих силах.

Ошарашенный Медведь лежал на полу и медленно восстанавливал сбитое дыхание. Признаться, он не ожидал такой прыти от мальчишки.

- Ты чего делаешь? - изумился Бочонок и резко подался вперед, но воздух вокруг него вдруг уплотнился, и он не смог сделать больше ни шагу.

-Альма, не стоит! - предупредил Ромунд, почувствовав, как по коже стали бегать невидимые иголки. - Ты же знаешь, я сильнее.

- Какого черта, парень? - проревел с пола Медведь. Разумный воин более не дергался, отлично понимая, что маг может превратить его в горстку пепла.

- Вот об этом я хотел бы спросить вас... - спокойно ответил чародей.

- Да не строй ты из себя дурака! Зачем ты тащишь нас под землю? - процедил сквозь зубы Медведь.

- Ах вот оно что... - бровь Ромунда нервно дернулась. - Так... Предлагаю следующее: сейчас мы расстаемся друзьями. Я без лишних слов ухожу вон в тот проход, а вы, досчитав до пятидесяти, отправитесь по своему пути - наверх, идет?

Альма почему-то поежилась. Несмотря на все свое недоверие к сокурснику, ей почему-то не понравилась перспектива подниматься обратно наверх без столь сильного мага, как Ромунд.

- Ну-с? Чего молчим?

Медведь задумался. Он ожидал всякого подвоха, но слова мальчишки совсем сбили его с толку.

- Неужели ты сам веришь? - промямлил он.

- Во что, черт бы вас всех побрал? - в сердцах воскликнул юноша. - В то, что наверху для нас нет спасения - абсолютно. Варсонги и ближайшая зачистка не оставят нам шансов! К тому же я готов биться об заклад, что Сенат совсем не заинтересован в наших жизнях! Уверен, все было рассчитано так, чтобы наш милый получеловеческий друг в удобный момент сделал нам прощальный жест ручкой и оставил нас умирать, воспользовавшись запасным вариантом. Вряд ли все здесь намертво уходит в землю...

- Служебные порталы? - с надеждой спросил Бочонок.

- Именно. Судя по некоторым пометкам покойного владельца карты, нечто похожее расположено на самой глубине...

- Так какого черта мы медлим и плутаем в этих лабиринтах? - нахмурился Медведь.

- А мы и не медлим. Комната находится в самом низу... А Архив как раз по пути...

Медведь покачал головой и нервно потер ладони. Внезапно нахлынувший порыв уже исчез, и только стыд терзал его душу. Как салага разнервничался...

- Ну что? Воюем или дружим? - спросил Ромунд.

- Да дружим, чего уж тут... - пробормотал Бочонок, пряча глаза.

- Эх вы... - улыбнулся маг и расслабился. Внутреннее он был готов к похожей ситуации.

- Идем дальше? - робко спросила Альма и тут же осеклась - своды подземелий содрогнулись.

- Что за черт? - пробормотал юноша, чувствуя, как нарастает дрожь в каменной кладке. Какие-то странные звуки послышались из зиявших в стенах дыр.

- Маг! Что делать? - прокричал Медведь. В какой-то миг пол задрожал, а затем и вовсе заходил ходуном. Рев и скрежет заполнили все пространство вокруг.

- Бежать! - завопил Ромунд и бросился в намеченный туннель, увлекая за собой всех остальных. Как только грузный бочонок проскользнул в сумрак коридора, камни брызнули во все стороны, и скользкие тела варсонгов влетели в помещение.

Ужас так сильно овладел сердцами воинов, что они припустили вперед без оглядки, выжимая из себя все оставшиеся силы.

"Только бы не упасть, только бы не упасть,"- стучало в голове Ромунда. За спиной несся мерзкий писк смертоносных червей. Разок посмотрев назад, маг так испугался, что споткнулся и едва не растянулся на полу. Проклятые твари ползли прямо по коридору, не смущаясь непривычной среды. Видно кто-то из перепуганных насмерть ребят подумал о такой возможности... А ведь быстро идут, гады! Не убежать!

Преодолевая жуткий страх, юноша остановился и развернулся к врагам. Не больше пятнадцати метров отделяли его от целой кучи склизких уродов, рвавшейся к добыче.

Склонив голову набок, Ромунд в какую-то секунду провалился в транс, а когда вернулся, то принес с собой такую мощь огня, что несколько десятков голодных варсонгов в секунду превратились в пыль. Однако и его скрутило пополам. Тело, не подчиняясь сознанию, стало запрокидываться назад... Упав с засыпанными песком глазами, юноша откатился в сторону... В этот миг что-то крепко столкнулось воздухе и грузно упало на камни. Кое-как очистив глаза, маг посмотрел в сторону и увидел двух истекавших кровью варсонгов. Видно сила их взаимного удара была так сильна, что стальные челюсти разрезали друг друга чуть ли не до половины. Мерзкий смрад заполнил весь туннель.

- Ромунд, вставай, скорее! Надо бежать! - залепетала подскочившая Альма. - Все вокруг рушится! Они рядом! - взвизгнула она и, не дожидаясь Ромунда, побежала прочь.

Чувствуя некоторую слабость, юноша медленно поднялся и побрел за другими. Но вскоре понял, что это бессмыслено.

- Ложись! - в отчаянии прокричал он и упал на камни, замерев на месте. Ему оставалось надеяться, что его услышали.

Он не видел, что происходило вокруг. Все что оставалось делать, так это обхватить голову руками и зажмурить глаза. Все вокруг тряслось и рушилось. На него сыпалась каменная крошка и даже целые валуны, больно ударявшие по спине. Но он, закусив губу, терпел и не двигался. Он был хорошим магом, но противопоставить что-либо быстроте врага не мог.

Твари сталкивались в воздухе и тут же умирали, обливая камни своей отвратительно пахнущей кровью. Те, кто выжил, цапали друг друга, грызлись и пронзительно пищали. Ромунд чувствовал их присутствие и знал, что вскоре их локаторы обнаружат его, и гады решат атаковать. Поэтому Ромунд, оставаясь в неподвижном состоянии, сплел цепное заклятие и, задрав голову, направил его в первого попавшегося червя. Яркий сгусток плазмы пронзил его тело и тут же направился к ближайшим тварям, распарывая их толстые тела. Целые потоки черной крови лились на пол...

Еще минута агонии и ужаса, и все черви отправились в Бездну. Весь коридор, на сколько хватало глаз, был завален раскуроченными телами.

Все смолкло. Стены больше не дрожали, не слышались мерзкие вопли. Неужели всем червям пришел конец?

- Альма! - позвал Ромунд, с трудом приходя в себя. - Медведь!

Тишина...

- Альма! - срываясь на истерику, прокричал маг.

- Здесь! - донесся слабый женский голос.

Юноша не видел где она.

- Альма! - звал он, двигаясь вперед.

Кто-то с трудом вставал из-за целой кучи склизких тел, набросанных друг на друга.

Все стены испещрили крупные трещины, в нескольких местах зияли дыры... Как бы не обрушилось здесь все.

- Проклятье... вашу мать, - ругалась девушка. С ног до головы она была забрызгана темной и пахучей кровью.

- Хорошо выглядишь, - хмыкнул Ромунд. Он тяжело дышал, а его бешено стучащее сердце никак не могло успокоится после всего пережитого... Вокруг все плыло. Хотелось смеяться. И плакать.

- Неплохо, парень, - бросил в спину магу Медведь. От неожиданности юноша отшатнулся - здоровый воин стоял с лицом настоящего мертвеца.

- А где... где Бочонок? - выдавила из себя Альма.

Медведь почему-то уставился на Ромунда, несколько секунд смотрел на него отчаянным взором, а потом, резко скинув с плеча свой Моргенштерн, рванул вперед по коридору.

- Стой! Ты куда? - изумился маг и против своей воли побежал следом.

- Куда без меня? - истерично взвизгнула девушка и, поскальзываясь на каждом шагу, направилась за уносившимися соратниками.

- Медведь! Черт тебя! Куда ты? - кричал на ходу Ромунд. Абсурд ситуации, менявшейся каждые секунды сводил его с ума.

Проскочив несколько коридоров, Медведь с размаху влетел в темноту широкого туннеля, лишенного огней факелов и лишь огорошенный безумным криком Ромунда "Стой!" он замер и тут же всей кожей почувствовал опасность.

- Стой, ты, ненормальный! - орал Ромунд. Он быстро смекнул что к чему. - Ни шагу!

Медведь даже затаил дыхание. Он мог поклясться, что в этот момент некто могильным холодом дышал ему в затылок.

- Альма, свет! - скомандовал юноша, и девушка в ту же секунду выпустила в воздух небольшой магической светлячок, который, подлетев к потолку, засветился ярким светом и разогнал темноту.

Картина, открывшаяся всем, была просто ужасной: буквально в нескольких метрах от ошалевшего Медведя болталось искореженное тело Бочонка, нанизанное на десятки кривых кольев. Самодельная ловушка, сделанная опытной рукой из каната и заточенных ножек стульев, словно в назидание другим, медленно раскачивалась в воздухе вместе с нанизанным трупом.

- Сними его! - завопила в истерике Альма, оседая на пол. Слезы лились из ее глаз рекой. - Сними, проклятье! Ты слышишь?

- Заткнись! - рявкнул на девушку Ромунд и та захлебнулась в рыданиях. Сдали нервы. Окончательно.

- Ром.... Ромунд, мне стоять... - бормотал Медведь.

- Я думаю, - юноша внимательно рассматривал пространство, ища малейшую зацепку. Он медленно двигался к Медведю, осторожно ставя ноги. Особое внимание привлекал потолок. Легко перехватив контроль светлячка у деморализованной Альмы, он повел его дальше по туннелю и, как ожидалось, обнаружил еще три похожие ловушки, расположенные таким образом, что если в одну попадает вперед идущий, то все остальные, обходя его со с стороны, как по лесенке попадут в другие две. Одна из таких ловушек зависла как раз над Медведем.

- Это что еще такое? Что за дерьмо такое? - проговорил удивленный воин. Он ожидал увидеть нечто похожее, но когда действительно увидел, то страх охватил его с головы до пят.

Ловушки обнаружены, а как они приводятся в действие? Ромунд опустился на корточки и стал внимательно рассматривать пол вокруг Медведя. Сколько он не силился, ничего увидеть не мог. Пыль да камни. Нога бойца на первый взгляд стояла свободно. Но что-то подсказывало юноше, что не все так просто.

- Что-нибудь видишь? Ты что что-нибудь видишь? - бормотал Медведь.

- Да молчи ты! - сознание юноши было напряжено до предела. В висках неприятно жгло... Подобравшись в плотную к Медведю, Ромунд склонился так низко, что чуть носом не уткнулся в грязь. Пусто. - Так, слушай, не дергайся... - проговорил Ромунд. - Я ни черта не вижу, но зуб даю, что тут есть нечто, что при одном неловком движении приведет ловушку в действие. Если все пойдет не так - прыгай в сторону, усек?

- Да, - прошептал воин.

Ромунд сосредоточился. Медленно, почти не дыша, он стал взаимодействовать с воздухом в комнате и постепенно стягивать его в одну точку. Спокойно лежавшая пыль зарябила, а затем медленно поднялась с пола, собираясь в плотный поток, завертевшийся у ног медведя. И тут же на фоне серой массы проявились две тонкие белые линии, тянувшиеся на всю ширину коридора. Незнамо каким счастьем, но правая нога Медведя проскользнула буквально между ними двумя.

- Что за? - глаза Медведя вылезли из орбит.

- Так... - Ромунд стал внимательно исследовать нити. - Похоже на эльфийскую веревку - такие используют в лесах лунные и лесные эльфы. М-да. Умно, конечно...

- Я смогу выползти?

- И не задеть? Вряд ли... Ты чудом не задел их. Теперь так же не получится, - сказал Ромунд и стал внимательно рассматривать висевшую под потолком ловушку. - В общем так... Сейчас ты прыгаешь в сторону, где висит Бочонок и не движешься.

- Что?! - воскликнул воин.

- Делай, что я сказал! Если, конечно, жить хочешь...

- Господи...

- Будь готов, как я скажу, - сказал Ромунд. Сейчас он вбирал в себя силу воздуха, раскручивая магическую плазму вокруг своей руки. Только бы не промахнуться. - Давай!

Медведь с криком подался влево, заваливаясь на бок и сдергивая нити. Тут же послышался щелчок и колья с бешенной скоростью полетели вниз. Все вокруг застыло. Мозг Ромунда работал в десятки раз быстрее. Легкое движение, и плазма молнии превращает в пыль летящую ловушку и тут же цепью разлетается к двум остальным. Яркие вспышки, и угроза ликвидируется. По дурацкой случайности, чародейство сожгло и Бочонка вместе с ловушкой.

В следующий миг стены туннеля отразили наичернейшую ругань, которая могла только родиться в измученном сознании солдата. Медведь лежал на спине и поливал весь белый свет всем, чем только мог. Альма плакала, а Ромунд смеялся. Истерика. Самая настоящая истерика.

Не в силах более стоять, Ромунд опустился на пол.

- Ну и что? - спросил Медведь, наконец, отведя душу. - Кто так не хочет дать нам дорогу вниз?

- А ты как думаешь? - сказал Ромунд, утирая слезы, брызнувшие от смеха. - Все так хорошо продумано! Ох, ну я не могу!

- Ловушки точно стояли не на червей...

- Да каких червей, черт бы тебя побрал! - махнул рукой маг. - Это привет от нашего старого друга! А ведь как хорошо-то все предусмотрел, зараза! Как только мы попадем в зал с червями, то кто-нибудь точно допустит мысль о лавинах тварей, выпустив в среду столько эмоций, что воронка отреагирует мгновенно. Помнишь, что сказал Бочонок перед тем, как ты решил мне рожу набить?

- Нет, все как в тумане, - покачала головой Медведь.

- У одного червя кровь была свежей... Мердзингер наткнулся на поле бывшей битвы с тварями и сам для себя придумал врага. Потом овладел собой и решил использовать неожиданную находку против нас. Рассчитать место, куда мы побежим, не составило никакого труда. Из зала, где нас застали гады, вел только один коридор. Оставалось только сделать нехитрые ловушки и растянуть папино наследие по ширине коридора. Нам оставалось только в панике попасть забежать сюда и поочередно в темноте попасть в эти ловушки. Замечательно!

- Да что здесь замечательного, придурок? - взревела заплаканная Альма.

- Да ничего... Все планы до боя. Половинчатый не все смог предусмотреть... Бедняга Боч... Видно так испугался...

- Да уж... давай, что ль, накроем его прах, - пробормотал Медведь, склонившись над горсткой пепла.

- У тебя есть чем?

- Да хотя б курткой что ль... - сказал Медведь, отвязывая кожаную куртку, обмотанную вокруг бедер. - Какая дурацкая смерть для бойца...

- Молись, чтоб у тебя не вышла хуже, - бросил Ромунд. - Альма, хорош реветь...

- Пошел ты! Иди к черту! - огрызнулась девушка. Она вжалась в угол и, закрыв лицо руками, плакала.

- Ну, ну! Перестань! - Ромунд присел рядом. - Ты же у нас сильная! Все проблемы по плечу, верно?

- Проблемы, с которыми можно справиться! - хныкала она. - Учеба, война, любовь, черт возьми! А здесь мы все в одной большой и необъятной заднице!

- Да, в общем, да... - пробормотал Ромунд. Услышав слово любовь, Ромунд вдруг вспомнил об Эмми, о том коротком вечере, о ее нежных и сладких губах... За прошедшее время он не часто обращался мыслями к ней, будучи озабоченным проблемами вокруг, но как только в голове что-то переключалось, он сразу же придавался теплоте тех малых воспоминаний. С каждым часом своих приключений он осознавал, как же дорога ему эта девушка. А ведь сейчас она не в меньшей опасности, чем он... Там, наверху, бушует война... По идее, войска уже вступили на территорию варваров... Проклятье! Там его женщина! Она в опасности! А он сидит в этом дерьме и ничего не может сделать! Даже по трансферансу сказать "я люблю тебя " он не может! А почему? А потому что здесь все покрыла тень неясной силы... Они отрезаны. Они в ловушке.

К ним подошел Медведь и сел рядом, уронив голову на грудь.

- Вот и Бочонка не стало, - вздохнул он.

- Ты хорошо его знал?

- Да так... Лет семь назад в пятом легионе нас свела судьба...

- А сначала где ты служил?

- Да... - дернул бровями воин. - Рейнджером долгое время был. Нас посылали в глубь Королевства устраивать диверсии всевозможные...

- А! Так вот почему ты такой тихий, когда хочешь...

- Угу, - кивнул Медведь и снял с пояса флягу. - У нас еды больше нет... Куль похоже вместе с Бочонком сгорел.

- Ну, у каждого по дневному пакету...

- Да? Хорошо тогда. Я, наверно, больше из-за вина расстроился. Сейчас бы напиться вусмерть и забыться в углу... Вот, хоть во фляге есть немного огненной. Берег специально, - сказал Медведь и, сделав большой глоток, передал магу. Тот, не раздумывая, принял предложение и, даже не поморщившись, влил в себя эту мерзость. - Девчонке дай. А то сорвалась поди...

Альма к тому времени перестала плакать. Хотя состояние ее было просто ужасным. В таком положении люди делают много глупых и необдуманных вещей. Без лишних слов она приняла горилку и выпила остатки. Несмотря на немалый размер фляги, его содержимого не хватило, чтоб даже слегка опьянеть. Напряженным до предела людям всякая жидкость была не почем.

- Неужели он так может? Взять да порешить нас всех? - отстраненно спросил Медведь.

Ромунд хмыкнул.

- Только не нужно кидаться в черное и белое, дружище! - сказал он. - Чтобы ты делал, если бы получил такой приказ?

Медведь перевел блуждающий взгляд на Ромунда и тихим голосом ответил:

- Не знаю, честно...

- Ну вот видишь... Что в принципе остается солдату? Убежать не получится - с одной стороны Королевство, с другой - варвары, а весь материк окружает бурное море, по которому ходят редкие корабли отчаянных купцов. Все равно поймают и на эшафот. Все, собственно - мечты о лучшей жизни быстро закончатся. А ведь столько нереализованных дел! Логика простая. Логика самосохранения. Пускай другие, даже друзья, но не я.

- Паскудство... - пробурчал Медведь.

- Увы, только в сказках герои легко расстаются с жизнью во имя других...

- Складно говоришь, студент...

- Ха! А ты не согласен?

- А черт его знает. Я с шестнадцати лет с оружием в руках живу, сплю, ем, пью... даже с девушками, - Медведь осторожно посмотрел на Альму и решил смягчить выражение, - ночь провожу тоже с оружием. В меня как-то впечаталась идея самопожертвования. Однако знаешь... Всегда проще прыгнуть в гущу и рубить с плеча, теша себя мыслью о благом деле... Все это какая-то красивая игра. Безответственность... А вот так, прямо для кого-то покончить с собой. Ведь ослушаться приказа равнозначно самоубийству.... Вот и право не знаю.

- Знаешь, Медведь, знаешь. И даже представляешь, какую отговорку придумал бы для себя...

- Жертва малым во благо?

- Верно. Вроде звучит разумно и вполне справедливо, но чаще всего это просто прикрытие для собственной трусости...

- Куда дальше? - вдруг подала голос Альма. Девушка пришла в себя и вроде бы даже настроилась на борьбу. Этот знакомый упертый взор бойца поднял ему настроение. Лучше со слезами на глазах, без напускного бесстрашия, но с непоколебимым решением сражаться!

- Боюсь, что Архив уже уничтожен... - пробормотал юноша, виновато опуская глаза.

- Как так? - удивился Медведь.

- Да вот... Есть Мердзингер взялся за дело по всей строгости, то он... - Ромунд не договорил - закружилась голова. - Проклятье... Похоже опять...- пространство в глазах дернулось и в следующий миг расплылось безумием красок.

Эх, Палантир... как же ты постарел за последние несколько лет... Всего-то на десяток меня старше, а почтенная седина расплылась по всей твоей умной голове. А эти морщины! Сожрал тебя Проект. Высосал все соки. Где та статная удаль, которая всегда выделяла тебя из общей массы магистров? Где гордая осанка? Где мощный разворот плеч? Нет, нету ничего... Сгорбленный старик в богатой мантии. Тот ли это идеал, к которому ты стремился? Ах, ну да! Бренное тело, не заслуживающее внимания. Так можно себя долго уговаривать, дружище...

Старик с белоснежными бакенбардами, склонив голову на грудь, медленно курил. Казалось, он не обращает на меня никакого внимания. Спит наяву. Однако это было большим заблуждением. Начальник хозчасти Энергона (вот так простецки прикрывалось фактическое местное руководство Проекта) сейчас ментально сканировал Комплекс Шестнадцать на наличие всевозможной информации. Он занимался этим почти весь день, не выходя из своего кабинета. Ему не нужно было бродить по всем лабиринтам подземных коридоров и своими глазами следить за порядком. Нет. Он мог это делать с помощью телепатии. Вот и сейчас, когда я зашел к нему, он внимательно следил за ситуацией в шахтах под Энергоном, которые с каждым часом внушали возрастающее беспокойство. Подняв руку вверх, он тем самым попросил меня обождать. Обычное дело.

Достав из кармана трубочку, я раскурил ее и, откинувшись в гостевое кресло, стал блуждать отстраненным взором по аккуратно устроенной комнате. Шкафы, украшенные витиеватой резьбой, пара кресел, небольшая кровать, скромно устроившаяся в углу... На полу бархатный красный ковер, придававший этому каменному убежищу более менее уютный вид. Кроме того, под потолком - великолепная люстра с магическими лампами... Это, как он говорил, подарок от очень серьезных людей...только мне в это никогда не верилось. На сколько помню, она появилась у него на втором году работы... Видно, хорошо нагрел руки старый пень на чужой крови.

В шахтах совсем неладно стало, - прогремел голос в моей голове. Я даже немного поежился. Проклятый старик использовал телепатию, не желая раскрывать рта. Неприятное ощущение. Сначала даже показалось, что он проник в мое сознание.. Но нет - на такое у старика не хватит сил. По части экранирования от нежелательного проникновения я спец, и даже такой мощный менталист как Палантир не сможет пробраться в мою голову, не сломав меня как личность.

- Аномалии? - вслух пробормотал я.

Да. Пока что я управляюсь с ними, очищая буфер подсистем Энергона, но материя прогрессирует, ищет самые изощренные пути защиты. Боюсь вскоре я буду не в силах пробить ее.

- Думаю, вместе мы сможем одолеть ее хотя бы на время, чтобы убраться отсюда.

Дай бог.

- Так вы согласны с Окончательным Решением?

Почти во всем. Пора покончить со всей этой дрянью... Однако у нас проблемы.

- Знаю, Байдич мне уже доложил...

Я сам прочитал все необходимое из сознания Байдича. Однако кое-что он позабыл сказать тебе. Человек, высланный сюда, похоже обладает полной ментальной защитой.

- Ого! Я думал это все сказки, - усмехнулся я и как-то неудачно дернул рукой, просыпав пепел на ковер.

Не переживай. Скоро все это добро достанется пыли и червям.

- Не думаю, что эта зараза успеет раньше, чем мы отпустим зверя из узды.

Надеюсь на это, друг мой. Однако нужно подкормить Энергон прежде, чем мы смоемся отсюда и усыпим людей. Нужно, чтобы материя задала жару всей этой темной братии. Я уже писал Медэксу.

- Бесполезно. Ресурсы исчерпаны. Можно было бы надеяться на новые поставки в связи с планирующейся войной на Севере и последующими актами зачистки, но это слишком далекая перспектива. Нужно действовать сейчас. Иначе мы загубим еще больше невинных жизней... Наши руки итак в крови.

Эх... Как долго и сильно мы заблуждались. Нам нет прощения. Порой мне снится, что я мою руки в ледяной воде, но кровь не смывается с них, а лишь наоборот сохнет сильнее, превращаясь в корку...

- Знаю... У меня также. Но, насколько я понимаю, у наших братьев по ремеслу - Мрака и Мигеля никаких проблем с совестью нет.

Увы, ребята еще слишком молоды, и в них играет огонь амбициозных желаний. Для них честь и преданность еще не горчат мерзким вкусом обмана и жалких интриг.

- Короче, давай не будем искать себе оправдания, Палантир. Давай хоть раз будем честными друг перед другом. Мы должны убить двух отличных парней, потому что нам нужно спасти свои задницы. Вот и весь сказ.

Перенесешь на них основной удар?

Да. Как только сила нас атакует, то я перенесу энергию на них. У нас будет шанс смыться.

Хорошо. Собери все необходимое и будь наготове. Все может начаться в самый неподходящий момент, - сказал Палантир и поднял глаза, выйдя из транса. Эти большие темные глаза заглянули мне в душу.

- Что с Архивом? - спросил я.

- Вот, - он указал на листок перед собой. - Это старшему регистратору. Не успел еще передать. Лично. Использовать внушения я побоялся - могут перехватить Мигель и Марк.

- Эх... не опоздал бы ты! Я на всякий случай поставлю там кое-что, - пробормотал я, опустив руку в карман и нащупав теплоту магического камня.

- Это тот, парапсихологический разум? - недоверчиво спросил Палантир.

- Агро-парапсихологический разум, - поправил его я. - Голлем, одним словом.

- И что ты намерен с ним сделать?

- Запечатаю вход в Архив и соединю активацию с состоянием моего сердца. Если данные Архива не будут уничтожены, а я уже ничего не смогу сделать, то... я оставлю сюрприз.

Палантир усмехнулся и откинулся в кресло.

- Действуй, - кивнул он. - Во имя живых!

Еще возвращаясь в свое тело, Ромунд отдал первые команды своим рукам и ногам действовать, от чего все моторные рефлексы пришли в замешательство. Медведь и Альма перепугались не на шутку, когда спокойно лежавший маг вдруг весь затрясся, задергался, а потом как вскочил и, дрожа и шатаясь, поплелся вперед.

- Что за? - в ужасе пробормотал Медведь, хватаясь за кинжал на своем боку.

- Все нормально, просто адаптация... - заплетающимся языком проговорил юноша. - Альма, огня вперед!

- Что? - не поняла девушка.

- Да жги ты все впереди к чертовой матери! - проорал маг, выпустив перед собой столб огня, в миг закоптившего стены. Получилось слегка коряво и пламенный поток чуть не опрокинулся на самого юношу.

Не спрашивая зачем, Альма поспешила ближе к Ромунду и принялась повторять за ним все заклинания, покрывая все пространство коридора смертоносным огнем. За их недолгие приключения она привыкла, что Ромунд просто так ничего не делает...

Выжигая все пространство вокруг себя, маги прошли несколько коридоров. Скорее всего, Ромунд опасался новых ловушек, поэтому решил снести все сразу, наверняка. И не ошибся. На одном из поворотов их ждал искусственный самострел, на другом большая коса, осторожно притороченная к самому потолку. В нескольких темных рекреациях, служивших когда-то тренировочными залами - целый смертоносный комплекс из кольев, дротиков и прочей дряни. Пройдя десяток жутковатых переходов, Ромунд приказал вдруг остановиться. Необходимо было перевести дух и проверить путь по карте.

- Неплохо придумано, - оценил Медведь. - Однако можно так и угореть...

Действительно, запах гари неприятно жег слизистую носа, а жесткий, горячий воздух сушил горло. Жутко хотелось пить.

- Не обращай внимания. Здесь великолепная система воздухообмена. Строили на века, как минимум, - проговорил Ромунд, рассматривая карту.

- Куда мы так спешили? - поинтересовался Медведь, старательно вглядываясь в темноту следующего перехода. - Ты вроде сказал, что Архив уничтожен...

- Нет, я уже так не думаю, - покачал головой Ромунд. - Похоже наш приятель натолкнулся там на кое-что...

- Опасное?

- Еще как... Сталью не возьмешь.

- Охрана какая-нибудь? Драконы? - нахмурилась Альма. Она спрашивала вполне серьезно.

- Ага, над златом чахнут, - улыбнулся в ответ Ромунд, но девушка не отреагировала. - Нет, на самом деле Голем.

- И что? - пожал плечами Медведь. - Мы их на фронте крошили десятками... Брали кувалды и...

- Нет. Этот другой, - отрезал Ромунд. - Господа менталисты предпочитают игрушки поинтересней...

- Эх, вот бы мне те видения, которые приходят к тебе... - слегка обиженно произнесла Альма.

- Ну, - протянул Ромунд, потерев грудь. - Это еще с какой стороны посмотреть.

- Долго нам до Архива?

- Нет. За этим поворотом Зал Советов - а от него идет узкий проход как раз к Архиву.

- Зал Советов? - переспросил Медведь.

- Ага. По всей видимости место для военных планирований. Сейчас поглядим, - решительно сказал Ромунд и шагнул было вперед, но в самый последний миг задержал ногу в воздухе. Под неясным углом что-то блеснуло внизу. Веревка. - Ах. ты ублюдок....

- Что там? - забеспокоилась Альма.

- Да ничего особенного, - усмехнулся маг. - Очередной сюрприз от нашего доброжелателя, - самострел был приторочен как раз под самым потолком. Вскинув руку, маг сжег проклятое оружие и спокойно опустил ногу. Раздался щелчок, и что-то взвизгнуло в воздухе. Ромунд успел только рефлекторно закрыть глаза. Но ничего...

- Господи! - взвизгнула Альма и от неожиданности приложила руки к лицу.

Ромунд обернулся и увидел Медведя, державшегося за плечо. В нем торчало что-то черное.

- М-да, - пробормотал воин. - Бывают... неудачи.

Видно еще один самострел был приделан с другой стороны. Умно, ничего не скажешь!

- Ну-ка, присядь, - сказал маг, и воин послушно опустился на пол. Ромунд внимательно посмотрел на глубоко вошедший в плечо снаряд. Он больше напоминал кусок какой-то деревяшки, выломанной, например, из мебели. - Сейчас будет слегка больно.

- Ага, знаем-с, - кивнул вояка и закрыл глаза. Ромунд постарался сосредоточиться, а затем медленно потянулся магией к ране. Окутав ее, потоки силы стали потихоньку вытягивать деревяшку из тела, дезинфицируя рану. Проклятый снаряд зашел глубоко и вылезал слишком медленно, причиняя Медведю жуткую боль. Но тот молчал, лишь слегка дергая глазами. Вытащив палку, Ромунд тут же ее осмотрел на предмет ядов... Увы, она была опрыснута какой-то странной смесью...

- Ужас, - пролепетал юноша.

Медведь вздохнул:

- Я так и знал...

- Яд? - плаксиво спросила Альма. В ее голосе вновь послышались нотки паники.

- Да... Черт. Рану я залечил, но вот вытянуть яд...

- Нужен адамант или бирюза... - проговорила Альма, судорожно вспоминая лекции по первой помощи.

- Нет, нет... - покачал головой юноша. - Нужен алмаз.

- Точно! - подхватилась девушка, но тут же сникла вновь. - Где мы тут возьмем чертов алмаз? Проклятье, здесь только трупы и холодные камни!

- Постой-ка, - поднял вверх палец юноша. - Некоторые документы скрепляются специальными печатями, в раскаленный сургуч которых вплавляют небольшие алмазы...

- И если их собрать побольше, то можно соединить их энергию...

- Да. Сделав проводники, мы сможем очистить его организм! - подтвердил маг. - Еще один проклятый повод, чтобы попасть в этот Архив! Сколько у нас времени?

Медведь сидел весь бледный, отстраненно глядя в пол.

- Идти сможешь? - спросил юноша, осматривая вояку.

- Попробую... - тихо сказал он и стал медленно подниматься, цепляясь за камни. Он весь шатался.

- Так... наверное, не более получаса...- проговорил юноша. - Болит что?

- Голова... Всего знобит.

- Давай сюда руку, облокотись на меня... - сказа Ромунд, уже поддерживая шатающегося Медведя. - Альма, через минут пять-десять у него начнут отказывать ноги. Хватай его тогда под другую руку - мне не унести его одному.

- Может, лучше сразу на потоки положить?

- Какие к черту потоки! - рявкнул маг. - Держи лучше всевозможные боевые заклинания наготове. Нам придется поглядеть, что же оставил нам Патрус... Альма, вперед! Будь бдительна!

Покинув злосчастный коридор, бойцы бездумно ворвались внутрь овальной залы, на половину освещенной факелами. И тут же остановились, заворожено ворочая головами в разные стороны. Каменные своды этого объемного помещения возносились далеко вверх, пропадая в густотой темноте... С боку от двери, в которую вошли Ромунд со спутниками, спускались развернутые в полную длину флаги всех легионов армии Республики, а с другой стороны в освещении магических светильников красовался герб Республики - Меч Правосудия, перекрестивший Книгу Просвещения. Порядок и Справедливость. Доблесть и Честь. Сила и Вера. Под этим великим символом Умрада стояла высокая кафедра, а в отдалении от нее - Круглый Стол.

- Зал Советов, - прошептала Альма, не в силах оторваться от внушавших могущественный трепет сакральных знаков Республики.

- Дрянная ложь... - вдруг вырвалось у Ромунда.

- Что? - хлопнув глазами, переспросила Альма.

- Не важно! Вперед! Вперед! - рявкнул маг, чувствуя, как Медведь начинает сильнее облокачиваться на него.

Девушка аж подпрыгнула от неожиданности и сразу же поспешила к дальнему концу зала, где виднелся выход.

- Не туда. Видишь, вон в том углу дверь открыта настежь?

- Да! - крикнула на ходу девушка и, подлетев к двери, внимательно проверила проход на наличие какой-либо магии. - Чисто.

- Погоди. Огня.

- Что? А если бумаги сожжем?

- Нет. Вон, погляди - там г-образный проход. Луч прямо в стену. Ее не жалко.

- Как скажешь, - пожала плечами девушка и, сосредоточившись на каменной кладке покрыла всю ширину прохода огнем. Тут же щелкнули какие-то ловушки и моментально сгорели в пламени.

- Ну что за ублюдок! - в сердцах бросил Ромунд. - Осторожно иди туда... Мы следом. Медведь, как ты?

- Плохо, - честно ответил тот, уже фактически повиснув на юноше. Ромунд напряг все резервы и держал воина.

Альма медленно прошла по коридору и выглянула из-за угла. Вниз вела лестница, оканчивавшаяся где-то на пятнадцатой ступеньке и выводившая на небольшую площадку, ограниченную глухими стенами и одной единственной железной дверью.

- Тихо и никого.

- Странно. Что же такое нам оставил покойник? Так... Медведь, полежи пока тут, - юноша осторожно положил воина и, облегченно вздохнув, снял покосившийся шлем. - Так, Альма. Я вперед - ты следом. В случае, если что-то пойдет не так, то бей на поражение без раздумий. Даже если это будет кто-либо из наших бывших товарищей. Помни, как погиб Стрелка.

- Хорошо, - кивнула девушка. Холодный пот катился ручьями по ее красивому лицу.

Вздохнув еще раз, маг снова одел шлем, окружил себя целым букетом защитных заклинаний и медленно двинулся вперед. Конечно, нужно было поспешить и прибавить шагу, но если они сейчас глупо погибнут, то... Медведю уж точно конец.

Как он ни старался, идти тихо у него не получалось - звук шагов гулко отдавался от стен, извещая о его приближении... Каждый раз, когда нога опускалась на каменные ступени, сердце невольно сжималось в груди - а вдруг что? Но хвала богам, ничего не стряслось. Спустившись с лестницы, юноша решил больше не таиться и открыто приняться за дело, в первую очередь разобравшись со стальной дверью. Если здесь и были какие-нибудь живые и неживые существа, они уже точно знали о его визите.

- Что там? - окликнула Ромунда Альма.

- Нормально вроде... - пожал плечами маг, концентрируясь на двери.

- Будешь сносить?

- Ага, - бросил Ромунд, готовясь разнести в щепки створку сконцентрированной энергией, но тут его боковое зрение что-то приметило в одном из мрачных углов. Что-то длинное и изогнутое. Потеряв сосредоточенность, юноша подошел ближе и, присев на корточки, присмотрелся. Сей предмет представлял не что иное, как сломанный лук. Причем очень знакомый... Лук Мердзингера! И, кстати, тут кровь... Кровяная дорожка тянется куда-то обратно, в Зал....

- Ромунд! Сзади! - отчаянно крикнула Альма, и Ромунд инстинктивно бросился в сторону. И вовремя: огненный шар, прошипевший всего в нескольких сантиметров от головы мага, разорвался где-то у двери. В ответ раздался недовольный рокот.

Подскочив на ноги, юноша отпрыгнул на несколько метров назад и тут же обмер. На его глазах стены в прямом смысле оживали. Камни друг напротив друга бурлили, словно живая масса, постепенно собираясь в отдельные части какого-то существа. Выстроившись в необходимый порядок, живые детали собрались в две половины слегка вырисовывавшегося тела и, с громким хлопком вырвавшись из стен, соединились вместе.

- Вот и оставил нам друг Патрус гостинцев... - прошептал он, наблюдая, как тварь размахивает своими огромными лапами. Со стороны Голем напоминал просто пять кусков камня, соединенных вместе. Никаких намеков на мастерство скульптора. Просто вытесанная из материи глыба с огромным горящим шаром во лбу... Даже глаз лишили беднягу.

Постояв, словно в раздумьях, Голем что-то сдавлено просипел и без особой спешки двинулся на мага.

Первое, что пришло в голову Ромунду - это залить существо плазмой, надеясь тем самым просто "распилить" каменное чудовище, но все оказалось тщетно. Магия поглощалась защитой проклятого существа... Огонь использовать было нельзя... Что же тогда? А Голем тем временем вдруг оживился, растеряв по дороге свою медлительность, и с поразительной скоростью обрушился на мага. Ромунду ничего не оставалось, как прыгать в разные стороны, кувыркаться, перекручиваться и делать еще большое множество финтов, дабы не попасться под все разрушающие руки каменного монстра.

Промахиваясь, Голем крушил и стены, и пол, и даже потолок. Каменная крошка сыпалась Ромунду прямо на лицо, царапая в кровь. Пытаясь хоть как-то поддержать товарища, Альма выбивалась из сил, посылая заклятье за заклятьем в Голема, на что каменная глыбы никак не реагировала. Это лишь разозлило тварь и та, резко обернувшись к девушке, послала ей на встречу нечто плохо различимое, но похожее на удлинившуюся клешню. Девушка только ойкнула и спряталась за угол, прикрыв голову от разлетавшихся в разные стороны осколков стены. Ромунд тем временем получил увесистый удар в грудь, слегка смягченный его магической защитой, и отлетел в угол.

Не в силах пошевелиться, юноша пытался придти в себя. Дыхание прерывалось кашлем... Как бы ребра еще остались целы... да легкие, а то все, конец. Голем же почему-то остановился. Игнорируя возобновившиеся попытки Альмы оторвать его от Ромунда, монстр, опустив руки, замер. Постепенно приходивший в себя маг, стал судорожно искать магические сплетения, которые использовал бы Голем, но ничего обнаружить не смог. Однако яркий шар в голове монстра стал постепенно разгораться, озаряя комнату оранжевым светом. Поджарить решил?

Сменив тактику, Ромунд попытался взять противника в оборот и захватить его двигательные функции. Ударив по Голему магическими клещами, маг приказал всем действиям монстра прекратиться, какие бы они не были. И, к своему удивлению, получилось! Шар на голове монстра перестал разгораться и застыл в последней силе свечения. Сам же Голем пошевелиться не смел... Но лишь какие-то считанные секунды. Затем такая ситуация пришлась ему не по вкусу. Просканировав действия мага, монстр уцепился за сам источник силы и ударил по Ромунду в десятки раз превосходящей мощью. Юноша согнулся и повалился на пол, однако все же не теряя канал и пытаясь сопротивляться сжимающей его магической удавке.

- Альма... Помоги... - прошептал он и в тот же миг почувствовал подмогу. Умничка, девочка! Светлая головушка!

Объединив усилия, маги стали давить на монстра обоюдной энергией, однако запас магических сил монстра казался неисчерпаемы - он продолжал стойко отражать атаки, не давая чародеям шанса найти хотя бы маленькую брешь в его защите. Так могло бы продолжаться долго, если бы не одно но... В сознании юноши вдруг стали мелькать какие-то странные образы. Затем отдельные сцены из прошлого, послышались чьи-то голоса. Неужели видение? Только бы не оно... Не похоже. Проклятье! Шар на голове Голема! Он все сильнее разгорается! Он... он атакует сознание.

Ромунд, моя голова...Она разрывается от каких-то картинок... Я, я теряю концентрацию... - пролепетала девушка по каналу трансферанса.

Юноша не ответил. Держась из последних сил, он сам, словно наяву, видел Эмми, ворковавшую с ним на мягкой постели (но этого ведь не было!), он видел восход, он видел закат, он видел отца, который учил его удить рыбу, он видел плачущую мать... Проклятый Голем подавлял его сознание. Сейчас утопит в бесполезных мечтах и затем раздавит к черту, как слизняка... Неужели так закончил свой земной путь Мердзингер?

Когда ноги подкосились, а всяческая концентрация исчезла, в голову неожиданно пришла догадка... Ну конечно! Агро-парапсихологический разум! Камень в кармане Патруса! Теперь он во "лбу" этого чудовища! Но... что сделать-то, когда... Давление вдруг прекратилось.

Ничего не понимая, Ромунд открыл глаза и помотал головой из стороны в сторону, стараясь согнать пелену, затуманивавшую взор. Странно, но Голем почему-то отвернулся от них и чуть поодаль активно молотил стены и пол, старясь раздавить кого-то в лепешку. И кого же? Проклятье! Медведь!

Храбрый воин из последних сил обрушивал чудовищные удары на каменное тело Голема, с каждым разом все быстрее прогоняя из себя последние капли жизни. Усилия Медведя не нанесли чудовищу никакого урона, однако изрядно отвлекли его. Не пойми какими внеземными силами Медведь превозмог боль и оцепенение в ногах, и сумел помочь друзьям, но они не помогли ему. Промазав два раза, на третий раз Голем боковым замахом разнес голову стойкому бойцу. Кровь веером брызнула в стороны, и останки Медведя повалились на пол. Он знал, что погибнет... Но выиграл время! Вот оно! Добровольное самоубийство!

Взревев, что было сил, Ромунд ринулся прямо на Голема и запрыгнул тому на плечи. Чудовище яростно замахало руками, но достать Ромунда не смогло, а использовать свою магию уже не имело времени. Маг вонзил свой армейский кинжал прямо в щель между самим магическим камнем и корой головы Голема и стал изо всех сил тянуть волшебный кристалл из монстра вон! Тот издал отчаянный рокот, но сделать ничего не смог. Через пару секунд камень выпал в руку Ромунду. Как только это случилось, монстр замер, а затем рассыпался в пыль... Бой был окончен.

Подскочив к убитому Медведю, Альма покачала головой. От черепа храброго воина остались лишь осколки...

- Не уберегли, - прохрипел Ромунд.

- Он нас уберег, - сказала она, закрывая чудовищное месиво какой-то тряпкой, которую она достала из походной торбы.

- Эх, Медведь, Медведь... До чего же крепкий человек был! А?! Яд превозмог! Ты представляешь? Ноги-то небось почти не слушались.

- Потому и погиб... Не взял бы его этот увалень при ином раскладе.

- Да... - покачал головой маг и, посмотрев на тусклый серый шар в своей руке, положил его в торбу.

- Нужно будет изучить эту штуковину... - пробормотала Альма, поднимаясь с колен.

- Несомненно, но не в этих условиях. Идем, нужно завершить начатое.

Альма лишь качнула головой, причем было не понятно: согласна она или нет. Или просто наплевать.

Стальную дверь вынесли тупым ударом силы. Странно, но хозяева не позаботились хоть о каких-нибудь чарах на вход. Первое, что бросилось в глаза, это высокие стопки сложенных друг на друга пергаментов. Бесчисленным количеством они тянулись к потолку, словно колонны, и составляли целые коридоры. Все имевшиеся шкафы, стеллажи и полки ломились от желтой бумаги...

- Ничего себе... - пробормотал Ромунд.

- Смотри-ка, - сказала девушка, прошедшая слегка вперед. - Тут кто-то пытался сжечь бумаги, - в углу лежала большая гора пепла. Неужели недалекие помощники решили прямо тут сжигать все? Вроде говорилось о печи.

- Да, Палантир отдал такой приказ, если помнишь...

- Угу, - бросила девушка и подняла с пола наполовину сгоревший лист. - Бред какой-то...

- Что там? - спросил маг, хватаясь за лист. Девушка отпустила его и подняла с пола чистый пергамент.

Юноша вчитался в каллиграфический почерк, но смысла не уловил...

Фред Дамонд - 2.02

Ричард Глад - 3.02

Фольк Мотрос - 4.02

Подлежат экзекуции.

Фельма Мотрас - 2.02

Алисия Митр - 3.02.

Агата Дант - ....

Подлежат...

Дальше пергамент был сожжен.

- Похоже на какие-то приговоры о смертной казни...

- Вынесенные решением коллегии хозчасти Энергона? - пробормотала Альма, просмотревшая уже несколько листов с записями. - И все имена, имена... - девушка выдернула листок из первой попавшейся стопки. - И тут имена.

Пройдя пару шагов, Альма с трудом вытащила другой лист, на этот раз обрушив стопку на другую... Кучи пергаментов завалили пол. Снова имена! Целые колонны имен и дат рядом с ними.

- А тут, смотри! - изумленно произнесла девушка. - Цитирую: "... группа неизвестных в количестве пятнадцати человек была забракована экспертизой и подвергнута уничтожению без процедуры экзекуции..." А здесь, погляди - весь поставленный ресурс от 5 ноября двести двадцать пятого года (два года назад!) был признан бесперспективным и подвергнут уничтожению... Это ж кого они ресурсом-то называют? Людей?

- Похоже да... - пробормотал юноша. - Это... рабы.

- Кто, прости? - удивилась девушка.

- Рабы... Все - похищенные люди или же захваченные в плен в процессе войн кланов и перепроданные в рабство...

- Почему ты так уверен?

- Я знаю это... Теперь знаю, - сказал юноша, нехорошо сверкнув глазами.

- И что же они с ними делали?

- Тут же написано - подвергали экзекуции... - лицо юноши стало серым. Справедливый гнев стал разгораться в его сердце.

- Людей?

- Резали по кускам, если так будет понятнее, - сказал он и почувствовал, как задергалась его щека. Такое бывало только в самых сильных припадках злости.

- А как же та операция против работорговца? Мы же ведем войну против бандитов...

- Нет, Альма... В политике бандитов и небандитов нет. Есть только интерес. А тот, чье именьице мы разнесли в щепки, видимо, не поделился...

- Но... - хотела что-то сказать девушка, но тут ей в шею впилось что-то белое... Она схватилась за странный предмет и без чувств повалилась на кучу пергамента. Ромунд успел только дернуть голову в направление выстрела, как получил дротик и себе... Уже теряя сознание, он рассмотрел несколько людей в серых одеждах, стоявших у входа, и тут же провалился в вынужденный сон...

***

Острые холмы отступили за спину, дав разгуляться всей широте выжженных равнин, пересеченных оврагами и маленькими кратерами, извергавшими в ядовитое небо целые потоки кислоты. Еле заметная тропа скользила через всю Пустошь, уводя двух путников все глубже в центр проклятого материка. Сколько прошло времени, Найджел не знал. Да и не было в этом смысла. Время теперь текло в стороне от них... Хозяин безмолвно двигался вперед, более не обращаясь к своему спутнику, а тот не смел нарушить молчание. Слишком страшно... Лучше говорить с ветром. Пускай он безжалостен и горяч, но воли не имеет... Не затравит просто так...

На сколько помнил бывший Страж, Башня Культа находилась примерно в двухстах километрах от последней границы Пустошей... Хотя, если верить карте, там сплошные болота и как пробираться через них, Найджел себе не представлял. Хотя, нет, представлял, конечно, как пойдет Хозяин. А вот как он... Скорее всего сгинет в гнилье и на том конец.

- Найджел, скажи, - вдруг проговорил Мерлон, не поворачивая головы. - Твои хозяева хотели сделать мир лучше?

- Я не знаю...

Он усмехнулся.

- Знаешь, Найджел... Раскинь мозгами. Они у тебя, к твоему сведению, есть...

- Всем членам Ордена говорится о том, что когда наступит власть Тьмы, то мир очистится от лжи и порока, ибо не будет таких понятий. Ложь станет самим смыслом, порок - сутью... Люди перестанут себя обманывать и жить по законам, им не присущим. Они будут самими собой... Такими, каких задумала их Тьма...

- Тьма задумала?

- Так говорится в Псалмах... Ибо Творец просто развлекался, играя теми силами, которые были даны ему...

- Даны от кого?

- От Света и Тьмы.

- Ах вот как...

- Свет и Тьма - Источники. Именно они породили всю неживую материю - от космоса до самых мельчайших частиц. Однако при их взаимном преломлении произошла катастрофа, и явился в мир некто, кого в последствии прозвали Творцом или Богом... Он стал давать жизнь тому, что Источники создавали путем долгих эволюций вселенской мысли. С легкостью и простотой он искажал истинную суть вещей...

- Интересная трактовка... Логично стоило бы предположить, что людей нужно вернуть в неживое, верно?

- Это приблизительно схожее состояние со смертью.

- И чем же ваш Орден не устроила Светлая половина?

- Свет заставляет врать самому себе... Заставляет стремиться стать тем, кем ты не являешься. Придумать себе иллюзию, идеал - оторваться от реальности. От этого все проблемы - каждый одержим праведным честолюбием, которое несет лишь огонь и в конечном итоге ту же смерть.

- Потрясающе... Но тогда же получается, что Тьма не несет будущего развития...

- Верно. Но для этого есть Владыка Хаос - последствие неумеренности Творца. Буря всех сил, смешавшихся воедино. Он проводник развития... Нет смысла стирать весь род человеческий, ибо это противоречит всей логике. Лучше изменить направление. Поменять правила... Хаос принесет те события, которые заставят людей двигаться далее по спирали вечной эволюции.

- Тебе не кажется, что вся эта ерунда стоит на всего лишь одном предположении?

- Но... - Найджел замялся. - Хозяин, ведь вера дает свободу в темнице...Вера позволяет найти выход там, где лишь одни стены. Люди, увы, не вездесущи и предусмотреть всего не могут...

- Ага, поэтому проще все снести до основания, переломать, а затем решить все проблемы, так?

- Хозяин, я так не думаю...

- Знаю... И в Ордене ты по случайности. Да и плевал ты на Отмеченного Тьмой и Хаосом. Ты со мной из страха. И знаешь, почему все еще жив? Потому что мне нужно, чтобы чьи-то жилки тряслись рядом со мной... Мне это нравится...

Мерлон замолчал. Найджел поник. Этот сумасшедший был прав. Чертовски прав.

- Нам остался еще день перехода, - вдруг пробормотал Найджел. - Однако по болотам - прибавляйте еще день...

- И что? Мы пойдем по поверхности.

- И я?

Мерлон вдруг остановился и резко развернувшись, впился взором в своего спутника. Но тот не отвел взгляд. Ужас пробрал его до костей.

- Ты ведь знаешь, что рано или поздно тебе конец, Найджел. Чего же ты боишься? Точности?

- Да...

Мерлон покачал головой.

- Надежды нет... Чувствуешь, как она умирает? Как теряет свою силу, как твое сердце покрывает холод?

- Да, Хозяин.

- Хорошо... Скоро весь мир покроет уныние... Скоро весь мир умрет... А ты будешь свидетелем, Найджел. Ты будешь медленно идти к своей смерти через кровь других и знай - в самом конце тебе придется расстаться с жизнью... А я буду наблюдать... Слышишь? Буду наблюдать!

И как только Мерлон произнес последние слова, рокот его жуткого смеха разнесся по всем Пустошам, заставив забиться в угол даже тех, чья жизнь уже давно покинула пределы смертного мира. Ибо смеялся сам Сокрушитель! Призванный Мститель, Отмеченный Хаосом и Тьмой.

***

Ожидая вестей от Мильгарда, Даратас внимательно изучал обстановку во всем мире. Пока шла война под землей, людской мир пришел в движение.

Весть север Гипериона был охвачен огнем войны. Разрушив дряхлую Инквизицию, Ренессанс ловко объединил всех своих вассалов и союзников и принялся закрепляться на территории, правда, совершенно странным способом. Вместо того, чтобы пробудить лояльность в здешнем населении, отряды Лиги выжигали все деревни и убивали мирян без особого разбора. Особенно страшна была резня тех, кто бежал из Шипстоуна. "Слушая ветер", маг уловил чудовищное зловоние, несшееся где-то с юго-запада. Там все поле, на сколько хватало магического зрения, было завалено трупами... Женщины, дети, старики... Ужасно.! Для чего же? Зачем? Это явно не по канонам клановой войны. Наоборот, чаще всего противоборствующие стороны стараются обходить сельчан, дабы потом, после победы, установить контроль над ними и требовать плату за спокойствие... Даже если Ренессанс планирует отдать завоеванное своим вассалам, нужно только руководство перебить в селениях, да повесить парочку из строптивых. Зачем убивать данников? Кому нужно все это кровавое побоище? Не понятно и как-то подозрительно... Особенно их методы против мелких кланов и всяких шаек. Посылают они против них каких-то диковинных тварей, отдаленно напоминавших тех, с кем не так давно билось эльфийское воинство. Неужто тактику сменили господа "стиратели"? Ох, полнится земля слухами... полнится... Быть скоро большой битве на севере, и, похоже, история с неизвестной материей, еще перехлестнется с ней.

На южной оконечности Гипериона, за Туманными горами разгорелись иные события. С того ни с сего местные племена спустились с вершин и атаковали людские селения. Местные вояки приняли бой, да как-то все пошло из рук вон плохо. Мелкие кланы не сдержали натиска и были перебиты, а Элита, проиграв два сражения превосходящему числом противнику, заперлась в замке Деванагари... Да, плохо что-то... Неужели до Торвиля дойдут? Такого не бывало уже лет сто как минимум... А Сюреал что же? В таких условиях центр Гипериона будет закрыт для нормальной торговли, что не может не волновать этих предприимчивых людей. Торговый тракт, по всей видимости, уже захвачен дикими. Впрочем, вряд ли у несчастных племен есть серьезные шансы. Сейчас люди оклемаются от неожиданного нападения и загонят бедняг в самые глубокие пещеры еще лет на двести.

А что же на Востоке? А там во всю кипит подготовка к крестовому походу на Север... Обиженные Нейтралз с варварами Остермана не спустят Лиге такого позора. Целые полки формируются в Восточной Степи... Морем везут из Айоната и вооружение, и провиант... Дела. А на Западе вообще кошмар! Лунные и лесные эльфы режут друг друга без пощады. Войска Сюреала, предпочтя в данной ситуации нейтралитет, сидят в замке... А что им сейчас делать? Их интересы разбросаны от Юга до самого окраинного Запада. У них сейчас каждый боец на счету. Пускай дураки рубятся - их дело. У Сюреала сейчас забот побольше на том же Фебе. И зачем развязали там резню? Не понятно...Кандур даже не у Моря стоит. Хотя, говорят, там телепорт есть... Впрочем, сам Феб богат дорогими металлами и рудой... Контролируя благодатные почвы Хартонских Равнин и Западного Черноземья, имея немалый процент с торговли по пути Санпул - Торвиль - Купеческая гильдия, им только не хватает собственного сырья... Логично, конечно, но сумеют ли они сломить непоколебимых варваров? Пока что война идет более чем удачно...

Даратас открыл глаза, вернувшись в свое тело. Немного дрожи, и все последствия прошли. Он так много практиковался в слушании ветра, что... даже смог подчинить себе магическое зрение - лишь немногие мастера смогут похвастаться похожим умением.

Маг встал с бархатного кресла и подошел к пропасти, вдыхая аромат свежести гор. Даратас больше всего любил отстраненные, задумчивые пейзажи, в окружении которых чувствуешь всю силу природы и всей душой ощущаешь, как мерно парит твое сознание над причудливыми изгибами гор, шапками объемных лесов, руслами серебристых рек... Сегодня он придумал себе заснеженные вершины, вздымавшиеся над необъятной странной. Хотелось растворится в этом умиротворении... В этой простой красоте...

Эх... Но не до этого. Политика! В подземном царстве разыгралась послевоенная лихорадка, так знакомая Даратасу по его родному миру. Время, когда нужно кого-нибудь обвинить, кого-нибудь казнить, что-нибудь разрушить, поломать, а потом заморить сотни людей на бесчеловечных работах во благо и во имя великой цели. М-да... Нет, есть конечно в этом некоторый резон, ведь без труда общество не поднять. Но... Как показывает практика, зачастую получается так, что кто-то просто наживает на чужой крови богатство и власть, а великие идеалы, к большому сожалению, оказываются недостижимыми, ибо... время не то, господа! Нужно стремится дальше... Трудиться и учиться, трудиться и учиться, покамест умные головы будут кушать вкусно и спать сладко. Противно, но! Многих это устраивает. А кого нет - тот долго не живет.

Даратас покачала головой и стал медленно идти по краю, любуясь рыхлившимся под ногами снегом. По прихоти Даратаса он был теплым и, казалось, лежал пушистым ковром. Маг даже снял обувь, наслаждаясь его мягкостью...

Буквально час назад он решил для себя точно - хватит обстоятельствам вертеть его жизнью. Пора взяться за вожжи и порулить самому. Сколько прошло времени с того момента, как он покинул свой шатер? Около двух недель... А сколько всего стряслось! Мир перевернулся и потянул его за собой. Сволочь. Забрал Дарли, лишил любимого дела, ввязал в войну и еще умудрился посадить на престол! А ведь Даратас просто вышел за порог своего жилища... Да! Воистину мы властны над своей жизнью пока не выйдем за дверь. Не окунемся в пучину событий. Однако что же? Запереться и ждать конца? Да нет... может и землетрясение произойти. Война придти в твой дом. Обрушится лавина. Ведь события не будут стоять на месте...

Однако что же делать сейчас? Развязать гражданскую войну? Тогда все эльфы рассорятся и перебьют друг друга до конца. Глупо... До сего момента племена держались на традициях, вере и личности царя. Ведь суть синойкизма племен как раз и заключатся в том, чтобы соединить общие интересы под влиянием того, что значимо для всех... А затем нужна толика ума, чтобы где надо надавить, а где необходимо - отпустить...

Мой царь... - прошелестел голос Мильгарда где-то над головой Даратаса. Маг обеспечил специальный двусторонний канал для необходимой связи. Такой было невозможно перехватить...

- Да? - спокойно произнес тот. Уже прошло около двадцати часов с последнего совещания.

Кажется, они выступили. Их разрозненные отряды начали движение к Причастным...

- А что Ярмарка?

Открылась с утра, два часа назад. Распродаем все, что можем... Народу достаточно много.

- Отлично. Что с главами?

Их нервы на пределе. Если что-нибудь пойдет не так, то...

- Хорошо! Прикажи воинам затупить мечи.

Что? - даже по неустойчивой передаче было слышно, как изумился принц.

- Кровь братьев не должна пролиться. Ольвен и вояки опытны и знают, что делать...

Рискуем, мой царь...

- Знаю! - резко ответил Даратас. - Мильгард, будь на Ярмарке... Бойцы размещены в Причастных?

Да, как вы и приказали.

- Все. Ждите меня. Нужно отыграть этот спектакль так хорошо, чтобы зритель не смог различить подвоха. Тогда успех гарантирован!

Хорошо звучит....

- Меньше пессимизма!

Меньше чего, мой царь?

- Эм, забудь. Действуй!

Принц умолк. Даратас, не медля более, сменил пейзаж на специально подготовленную комнату, где на коричневом диване лежали две походные торбы, а на стуле - выходная царская мантия. Потрогав ее приятный на ощупь шелк, он посмотрел на белую робу, скромно пристроившуюся на деревянной вешалке. Боевая... Не раз выручала в прошлом. Но сейчас она не пригодится..

Маг вздохнул и принялся одеваться. Все же задержался он здесь... Задержался...

Главный центр всей эльфийской жизни был полон сновавшего туда-сюда народа. Не подозревавшие о серьезных политических проблемах своего государства эльфы безмятежно болтались от прилавка к прилавку, придирчиво рассматривая товары. Не отличаясь любовью к бесцельным покупкам, мудрый народец выбирал лишь то, что реально имеет пользу. Поэтому они предпочитали истоптать свои мягкие ботинки до дыр, но выбрать самое лучшее для хозяйства. А хорошего среди царского добра и впрямь хватало. Чего только стоил трофейный инвентарь, добытый в древних войнах! Уж неизвестно как его хранили, но был он в лучшем виде... За такой в людских широтах можно выручить колоссальные деньги. Но здесь цена согласовывалась в первую очередь с разумом.

Медленно двигаясь среди толпы, Даратас внимательно оценивал обстановку. Нахождение царя среди обычного народа ни у кого не вызывало удивления. Без свиты и охраны - да кто к такому полезет? Дурачок с ножичком? Невелика беда. К тому же Даратас изначально исключил возможность неожиданного нападения - никто не станет бить его в спину. Старейшины надеются на свой спектакль...

Поэтому Даратас, нисколько не беспокоясь о личной безопасности, спокойно наблюдал за приближением целой гвардии Домов, спешивших в Золотые Ручьи.

Даже не скрываются! - недовольно произнес в голове Даратаса Мильгард.

Еще бы...Ведь все так удачно складывается! Дурак-царь еще и ярмарку устроил! Теперь можно чуть ли не полцарства сделать зрителем и участником исторических событий!

Перебьются....

Даратас непроизвольно улыбнулся. Если говорить по чести, то ситуация его забавляла. Недавний ученый стал злостным интриганом. Смешно. И одновременно грустно.

Отцы Домов, в окружении свиты, несшей штандарты, уверенно двигались к цели. Расположившись на пригорке, Даратас хорошо видел их приближение. Закрыв себя отражающим щитом, он сделал свое присутствие незаметным для них, превратившись в такого же серого участника толпы. Остальные же эльфы не обращали на него никакого внимания, больше заботясь о том, из какого материала состоят те или иные части царских нарядов, лежавшие на прилавках. За многие годы у Престола накопилось огромное количество ненужного барахла. И как Мильгард умудрился организовать изъятие всего этого хлама так быстро? Эх, эльфы...

Их бойцы подошли к Причастным... - доложил Мильгард.

Задержать их.

Если будут биться насмерть?

Сделать все возможное...

Есть...

Вот и началось. Мятежники еще движутся, не зная о том, что их раскрыта... Они еще полны переживаний и чаяний... Они еще уверены в своей правоте...Еще пару минут и они узнают о схватке у Причастных и им станет все ясно...

Эскорт вдруг остановился в двадцати метрах от первых торговых палаток. Неизвестный в темном балахоне подбежал к ординарцам, стал протискиваться, расталкивая охрану. В центре всей процессии началось шевеление, раздались возгласы недовольства, брань...

Занервничали... - констатировал Мильгард.

Ругаются, - поправил Даратас.

Среди мятежников начался разлад. Замелькали кулаки. Похоже, господа заговорщики решили помять друг другу гордые чела. Что ж, драма движется к своей кульминации.

Как там у Причастных?

Взяли их врасплох. Они почти сразу сдали оружие...

Вояки ...

Тем временем главы домов окончательно поссорились, превратив свое историческое шествие в свалку. Немного побранившись и надавав друг другу тумаков, часть мятежников двинулась прочь от Золотых Ручьев, а вот другая, сломя голову рванула вперед к толпе, сверкая клинками. До селе с интересом наблюдавший за странной ссорой народ, вдруг издал общий вой и прыснул прочь. Бежавший за воинами эльф с пушистой белой бородой что-то кричал, но разобрать слова Даратас не смог.

И тут глянули взрывы. Три лиловых луча сверкнули в воздухе и тут же разорвали камни под ногами у бежавших мятежников.

Что? Что происходит? - прошептал изумленный Мильгард. И тут же разыгрался целый спектакль.

Лучи целым дождем посыпались прямо на головы ошарашенным воинам. Разрывая камни, магия бросала в несчастных острые осколки, поражая насмерть. Кто был менее удачлив - тот попадал прямо под плазму луча и сгорал немедля. Мятежники в ужасе отшатнулись назад и показали спины, бросив глупую затею. Не меньше двух десятков осталось лежать на раскуроченных камнях.

Кто приказал? Кто? - Даратас был в ужасе. Обстрел не входил в его планы.

И тут на убегавших мятежников навалились воины в серебристых латах.

Это Стражи Последнего Часа...

Ольвен! Какого черта! Отозвать войска! Срочно! Они же их всех перебьют!

И верно, беспощадные вояки без разбору убивали всех, кто проявил себя как мятежник. Благо перепуганный народ бежал в противоположную сторону. Но это утешало слабо ... Братская кровь пролилась...

Мильгард уже спешил к Стражам, размахивая клинком над головой. За ним спешила его преданная дружина. Но те не слышали. Они пребывали в горячке боя...

Даратас набрал воздуха в грудь и, добавив немалой толики магии, что было сил заревел:

- Прекратить! Стоять! Ольвен! На колени!

Громогласный крик мага громыхнул по всей Раста фун Мелья словно молот. Вековые статуи задрожали, грозя упасть... Ужаснувшиеся воины повалились на камни. Взлетавший в воздух Даратас, добавил себе свечения, озарив все пространство вокруг себя нестерпимым светом. Если говорить по чести, то его можно было сравнить с богом, спустившимся к смертным. Сильно религиозные эльфы, наблюдавшие за всей ситуацией из далека, упали на колени.

- Как вы смели ослушаться приказа? - ревел Даратас. - Я велел затупить мечи, дабы братья ваши не пострадали... безумие нужно лечить, а не зарывать в землю!

- Но мой царь! - сказал эльф голосом Ольвена. Теперь маг мог слышать любого за десятки метров. - Ведь... Они мятежники! Вы приказали нам быть в секрете до момента ссоры мятежников...

- А говорил ли я о том, чтобы убивать их?

- Но... Госпожа Дариана... Она сказала, что действует от вашего имени... Мы и хранили клинки...

- Дариана? Она? Вы кому служите?

- Вам, царь... - эльф припал лбом к полу. - Я провинился. Ослушался. Я должен быть лишен жизни, ибо чести я лишил себя сам.

- Жизни всегда успеем лишить... Искупишь свою глупость в деле... Мильгард! Остался ли кто в живых?

- Только пара бойцов... Афатор и его оба сына убиты. Другие два главаря мятежников бежали...

- Отряди воинов, чтобы найти их и привести к суду. Где Дариана?

- Я здесь... - ответила девушка, выходя из сумрака на свет, лившийся от Даратаса.

- Дура. Прочь отсюда. Чтоб глаза мои тебя не видели до того момента, как мы не выступим. Пошла!

- Да, царь... - покорно сказала она, потупив взор. Ох, ну и актриса! Ох, актриса!

Даратас развернулся к застывшему в священном трепете народу.

- Подданные мои...Друзья! Увы, вы стали свидетелями ужаса, который пришел в вашу общину вместе с крушением традиций... Брат поднял меч на брата...Пролилась кровь...Несмотря на всю мою мощь, я не создан, чтобы править! Я знаю, что далеко не многие удовлетворены тем, что я взошел на ваш Престол и, признаться, я тоже. Слишком много дел еще нужно совершить... Война с Ужасом Глубин еще не закончена... А посему, я не могу оставаться здесь и ждать перемен! Я принес беду в ваш дом, принес горе межплеменной ссоры. Я должен уйти. По закону ваших предков мне не место на Престоле. А посему назначаю алахоэ - принца Мильгарда, который уже сам решит, как быть с Престолом. Через пару часов я отбуду, дабы более не портить никому здесь кровь. Вы сильный и смелый народ! Сможете подняться! А с таким правителем, как Мильгард - вас ждет светлое будущее... Поэтому не обессудьте и прощайте!

Свет померк... Даратас исчез. Ошеломленные зрители остались стоять... безмолвно.

Мильгард, подняв легкое тело Афатора на руки, стал медленно двигаться к проходу, ведшему к Храму. Другие воины, очнувшись, последовали примеру принца, взяв убитых на руки и двинувшись за новым вожаком.

Финал.

***

Голова гудела так сильно, что казалось, будто целый оркестр неумелых менестрелей сейчас сидел на ушах Данилы и отбивал кошмарный пляс... Старый воин отчаянно пытался хоть как-то очнуться, поливая себя холодной водой прямо из ковша. Но сей дедовский метод был бесполезен - в ушах звенело, а в черепе пекло. Кожу на лице стянуло так, что Данила не мог нормально и рта раскрыть... А глаза! Глаза превратились в маленькие щелки, из которых был виден только туманный и серый облик его комнаты.

- Хозяйка! - проорал в коридор Данила, настежь раскрыв дверь. - Хозяйка!

Никто не отзывался. Тогда охотник набрал полную грудь воздуха и благой руганью стал звать хоть какого-нибудь, кто мог бы дать целую кадку холодной воды.

Через пять минут, потрясая кулаками, прибежала полненькая девчушка, обошедшая по части брани самого старого вояку уровней этак на пять, и, покричав немного для острастки, успокоилась и пообещала принести воды.

Забравшись в ванну, Данила разделся догола и, не обращая внимания на смущение девушки, тут же жахнул весь холод прямо на свое нагое тело. Девка-то молодец, сразу поняла что к чему, и принесла самой хорошей водицы, чтоб аж до самых костей пробрало. Данила не смог удержаться и закричал на всю гостиную, когда его накрыл плотный поток воды. На лицо можно вылить сколько угодно- толку не будет, а вот если с ног до головы ополоснуться, то почувствуешь некоторое облегчение... С таким-то чувством охотник и вылез из ванны, припустив за полотенцем, которое умная девчушка оставила на кровати.

Похмелье как рукой сняло.

К тому времени уже давно рассвело, а маленький городок забурлил своей привычной жизнью. Постепенно приходивший в себя Данила озаботился проблемой посещения Префектории... На сколько он помнил, Строгонов просил подойти как раз с утра... Но вот незадача - его обмундирование было в самом что ни наесть непотребном состоянии, и идти в таком виде просто не представлялось возможным! Он, конечно, фигура не высокого полета, но при первой же встрече зарекомендовать себя с самой неприятной и отвратительной стороны перед властями Ватрад Вил не хотелось. Поэтому вояка, обмотавшись полотенцем, отправился вниз, в помещение прислуги, где он нашел давнишнюю девушку, отблагодарил ее серебряной монеткой (у девушки глаза полезли на лоб от такой щедрости) и попросил вычистить его боевые одежды и доспехи. Кроме того, по возможности дать ему какую-нибудь рубаху да штаны по приличнее... За все обещался заплатить. Еще с давних времен Данила никогда не расставался с кошелем, который крепил на груди тугим ремнем. Свои небольшие сбережения он никогда не хранил в стороне от себя. И так ничего нет, а еще и расстаться с этим...

Спустя полчаса девушка постучалась в его комнату со всей необходимой одеждой. Как оказалось, ее мать занималась пряжей и приторговывала помаленьку всяким шмотьем. Конечно, сие творчество не было чем-то уж замечательным, но вполне прилично сшитым и приятным для тела. Украшенные всякими "завитушками" штаны и рубаха смотрелись очень даже ничего.

Заставив служанку все же принять еще одну монетку, охотник отдал ей на попечение доспехи, а сам, опоясавшись ремнем, прикрепил к нему два тяжелых кинжала и с чувством полного достоинства покинул таверну Слезы Феникса.

Найти путь к Префектории не составило труда - главное место собраний государственных мужей находилось в самом центре поселения. Минут десять ленивого хода и Даниле отрылся внутрь полукруг пятиэтажного здания, выстроенного из добротного камня. Это конечно, не шедевр Санпульской или Шипстоунской мраморной архитектуры, но тоже вполне приличное строение для развивающегося города. Подходя ближе, вояка заметил, что на каждом этаже симметрично висело по два штандарта, один из которых принадлежал непосредственно Ватрад Вил, как независимой области вольных шахтеров, а вот другой к большому удивлению напоминал или даже являлся флагом Купеческой Гильдии... Эта организация мощным рынком расположилась на перекрестке дорог прямо в самой центральной части Гипериона. Объединившиеся торговцы развивали свои торговые сети почти по всем южным и восточным областям материка, но вот на север соваться побаивались - даже дряхлая Святая Инквизиция могла помешать их делам. А стоило конкурентам отбыть в мир иной меньше недели назад, как торгаши тут как тут! Ну дельцы!

У входа в Префекторию стояло два стражника со взведенными арбалетами в руках. Не успел Данила вступить на первую ступеньку лестницы, ведшей к парадной двери, как стражи, подняв оружие, потребовали назваться и доложить цель прихода.

- Данила, сенешаль клана Глефы и ординарец лорда Строгонова, прибыл по его распоряжению, - отчеканил вояка.

- Нет таких лордов, - быстро и четко сказал воин, положив палец на спуск.

- Ты язык-то свой побереги, - огрызнулся Данила. - А то приклеивать придется за дерзость.

Стражи молчали. Данила хорошо понимал, что если сейчас сделает лишнее движение, то тут же получит болт в грудь... а на нем даже простого нагрудника нету...

Неловкая заминка затягивалась, и Данила начинал злиться. Конечно, он успеет отклониться в сторону быстрее, чем арбалетчики произведут выстрелы и даже умудрится швырнуть кинжалы им в шеи, но вот если промахнется, то дело примет не лучший оборот. Кинжалы ведь не метательные. Эх... Была что ль, ни была...

- Эй, Данила, - прокричал кто-то сверху. Дернувшийся было в сторону охотник замер и задрал голову вверх. Из одного из окон здания торчала голова Строгонова, улыбавшегося во все лицо. - Ну-ка поди сюда. Эй, молодцы, хватит баловаться, впустите гостя!

Стражи нехотя подчинились. Данила, состроив лицо посерьезнее, проходя мимо злобно посмотрел на каждого из служилых и, громко хмыкнув, прошел внутрь. В уютном холе его уже ждал слуга.

- Господин, вы к мастеру Строгонову? - спросил ряженный в солнечные одежды тонкий как лист блондин.

-Да, - кивнул Данила, рассматривая прихожую. Выкрашенная в белый цвет и озаренная дневным светом, она легко поднимала настроение. Наверняка, тактический ход, чтобы гость, придя не в духе, потушил палям гнева и расположился к хозяевам.

Пройдя за слугой через такой же светлый коридор, Данила вышел в круглую комнату, в которой по стенам были развешены старинные гравюры с видами старого Ватрад Вила и прилегающих окрестностей. Не отличавшиеся особой красотой и изяществом, нехитрые произведения передавали быт горняков во всех возможных проявлениях: от семейного обеда до тяжелой работы в забоях. Наверное, именно открытость, человечность и бесконечная правдивость этих трудов привлекали взгляд неискушенного наблюдателя.

- Прошу, пройдемте далее, - проговорил слуга, уже стоя на лестнице - она круто закручивалась наверх. Старый воин кивнул - он немного увлекся

Не успело одно помещение смениться другим, как концепция украшений кардинально изменилась. Данила, поднимаясь, не смог оторвать взгляд от великолепной фрески, которая украшала все стены вокруг лестницы. Композиция из множества отдельных работ составляла целую историю этого мира - от появления Первопришедших, их борьбы за выживание и последующее становление городов... Судя по размеру фрески, удовольствие обошлось здешнему руководству в круглую сумму. Ох и люди тут живут!

На четвертом пролете слуга свернул с лестницы и вывел Данилу в залитый солнцем коридор. Пройдя по нему несколько шагов, он остановился у громоздкой деревянной двери и несколько раз постучал. Когда из помещения донеслось "войдите", слуга отворил створку и пригласил Данилу войти.

Коротко кивнув на прощание блондину, вояка вошел внутрь. В глаза ударил яркий свет, лившийся из двух больших окон, и Данила на несколько секунд ослеп. Закрыв рукой глаза, он сделал пару шагов в сторону, осторожно потирая глаза.

Вернувшееся зрение открыло охотнику просторный кабинет, главным предметом которого был большой круглый стол, за которым уже сидело трое человек - сеньор Строгонов и два заплывших жиром бородатых мужика в шелковых одеждах. В углах помещения стояли составленные в железные фигуры полные рыцарские доспехи.... И все. Скромно как-то по сравнению с убранством иных помещений.

- А вот и мой единственно оставшийся в живых сенешаль! - довольно произнес Строгонов. Бородачи мельком посмотрели на гостя и тут же вернулись к более значительной персоне сеньора ныне почти покойной Глефы. Это задело Данилу, но он не подал виду. Козлы и есть козлы!

- С чего вы взяли, что они обязательно явятся к нам? Какой от этого прок? - быстро затараторил один из них, - лучше придти и потребовать дань...

- Да! Поделиться мы всегда готовы. Даже старый жопистый Патриарх, уж на что был скряга, но вроде всегда оставался нами доволен!

- А Патриарх нынче мертв? - вдруг спросил Строганов.

- Да черт его разберешь... Многие говорили, что его еще в Шипстоуне оприходовали, другие - что его успели забрать из осажденного города. Но в том или другом случае ему не повезло - рены вроде как его завалили...

- Ну и пухом ему земля, - пожал плечами сеньор. - И вам тоже... - и собрался уходить.

- Стой! Как так? - изумился один из толстяков.

- Да вот так. Вскроют ваши задницы на эшафоте и будете знать. Хотя, Впрочем, знать вам уже ничего не придется.

- Стой! Стой, тебе говорят! Ну что за позерство, дружище! - замахал другой бородач. - Так же диалог не строят...

- Еще как строят, хрен ты волосатый, - резко ответил Строгонов. - Я тебе битых два часа пытаюсь доказать, что Лига придет сюда и вырежет всех к чертовой матери, а ты мне все про дань и пошлины. Да сунь ты себе это золото в задницу! Их не интересует это, понимаешь? Деньги - цель для дурака. Накопить гору злата и сдохнуть... Для них необходим контроль над всем материком, едрит тебя! Это же Орден! Какова их цель, а? Детям по гостинцу, а бабам цветы? По-моему, каждому по кинжалу в глотку во имя Тьмы!

- Да я общался с этими темными - вменяемые ребята! Вполне... - пробормотал самый пухлый с густыми бровями. Его рожа Даниле сразу не понравилась.

- А позволь поинтересоваться, по какому это вы делу с ними общались? - нахмурился Строгонов.

- Да было дело... - буркнул тот и насупился. - Купеческая Гильдия много чем занимается.

- Ой, да не вешай ты мне лапшу, а? За дурака держишь? Рабов вы им поставляли. А что они с этими рабами делают, знаешь?

- Нам это безразлично...

- Торгаш ты проклятый... Признаюсь, мне за тебя трястись нечего - сам бы зарубил с удовольствием, - Строгонов шел в безрассудное наступление. Насколько Данила знал своего сеньора, тот использовал сей отчаянный прием только тогда, когда дело и правда заходило в тупик. - Но только мне детишек жалко ... Я понимаю, для тебя легче сейчас взвалить мешок со своей требухой в повозку, да укатить как можно дальше, только вот что я тебе скажу - не выход это для тебя и твоего дела. Ты вложил сюда слишком много денег, и все они прогорят в два счета, а договориться с этими "вменяемыми ребятами" тебе не удастся, можешь мне поверить... Мое предложение простое - помоги себе и людям. Подумай, как твои деньги выиграют от того, что ты поучаствуешь в общем благе... Престиж дело такое - за деньги не купишь, зато при безденежье хорошо обменяешь.

- А что вы предлагаете? Воевать со всей Лигой? При учете их нового оружия, которое вы описали в красках? - вдруг заговорил другой толстяк.

- Оружие несовершенно... На любой добротный меч найдется хороший крепкий щит. Это соревнование вечно.

- Ладно, в военном искусстве я полный профан, но в сроках все же понимаю кое-что... Армия Лиги может подойти к нашим стенам черед два дня... Их зверушки - куда раньше.

- Не придут раньше. Им еще необходимо дорезать тех, кто остался на захваченных землях. Время есть.

- От нас что нужно? - выдавил из себя доселе горячий спорщик.

- Деньги, как бы тривиально это не казалось. Нужно нанять рабочую силу, а также вывести на стены как можно больше людей.

- Рабочие-то на что? - нахмурился бородач.

- Нужно, - отрезал Строгонов, дав понять, что эта часть плана разглашению не подлежит.

- Ясно... А командовать кто будет?

- Я. Есть иные кандидатуры?

Толстяки покачали головами.

- Но нам еще нужно внести предложение в Совет, одобрить его...

- Друг мой, вы настойчиво продолжаете держать меня за дурака, - в голосе Строгонова звенела сталь. - Я хорошо осведомлен о том, какую роль играет ваш Совет в принятии решений. Думаю, в данной ситуации можно решить все иначе.

- Ну, ты обнаглел, - удрученно проговорил самый недовольный. Данилу уже тошнило от него.

- Это необходимость, а не прихоть. Так что? Мы строим оборону или разбегаемся по углам?

Толстяки призадумались. С одной стороны их можно было понять - пришли тут некоторые и требуют денег да власти... Однако они отлично знали, что на севере происходит нечто неладное, но сидели на месте, спрятав ручонки в карманы.

- Вова, - вдруг пробормотал более сговорчивый бородач. Это он к кому? К Строганову что ль? - Вова... Ну ты на нас не серчай, а то смотрю уж чуть за меч не хватаешься... Сам пойми, мы сие захолустье по велению отцов поднимали, строили и вот, как видишь, добились даже того, что сама Купеческая Гильдия обратила на нас взоры. Зря ты на нас так ругаешься - благодаря нашей работе каждый ребенок в Ватраде одет, обут и сыт. Каждая девка может руками, а не задницей зарабатывать. Ты ведь посмотри, почти нет деревянных домов!

Ты думаешь, если бы каждый тут стал без разбору нести руду на рынки, жили б хорошо? Да ни черта подобного. Разругались бы, побили друг друга и на том закончили бы... А вот как видишь - все налажено, все под умелым контролем. А ты нам предлагаешь войну, причем какую! Ренессанс же Шипстоун смел в два счета! Шипстоун! Ты подумай! Это стены в четыре раза толще наших, это войска в два раза опытнее наших, это, наконец... ну бога защита! Это же самоубийство, Вовка! Мы всю жизнь положили на возведение города, а теперь...

- Стены бесполезны, стражи ваши - лишь часть войска нашего, а про бога забудь - он больше как наблюдатель, - жестко сказал Строгонов. По имени Владимир. - Увы, жить в вакууме более не сможете. Грядет Вторая Война Сил, и она, как и первая, перевернет множество жизней. Пока мы здесь разглагольствуем, войска Лиги идут сюда...

- Так значит ты считаешь, что Орден захватил власть в этих кланах? - спросил самый несговорчивый. - Чем докажешь?

- Сейчас ничем. Вам придется мне поверить.

- Ну, молодой человек, твои доводы совсем не убедительны... Я, - бородач не договорил, так как сверкнуло лезвие стали, и острие оказалось прямо у его горла.

- Сейчас я тебя убью, а золото твое раздам стражам, усек? - резко проговорил Строгонов. - Бояться будешь меня.

- Ну, полно, полно, - затараторил сговорчивый. - Он все равно здесь в подчинении моем. Меня ты, старый друг, убедил. Я же тебя отлично знаю, золота нашего тебе не нужно. Ты лучше скажи, кто нам на помощь подойдет и во сколько обойдется нам эта война?

- На помощь подойдут остатки моих солдат - четыреста мечей и около пятидесяти отличных магов, - проговорил Строгонов, убирая клинок в ножны. Бородач так и остался сидеть с испуганным лицом. - Далее, сеньор Белых Рыцарей, покинув свой секретный лагерь в Пустошах, спешит сюда с шестью сотнями воинов. Если собрать воедино все сообщения лидеров мелких шаек, то они ведут сюда не менее тридцати десятков бойцов. Это все, кто подойдут сегодня к вечеру. Из более серьезных подкреплений стоит ожидать Нейтралз и варваров Остермана - там не менее двух тысяч спешат к нам на кораблях по Темерне. Думаю, подоспеют завтра к полудню.

- Как так? Прорвали Северный тракт?

- Да. Видимо, Лига оттянула все свои основные силы на Север, посчитав восточных врагов сильно ослабленными. Честно говоря, я сам не ожидал столь быстрого восстановления этих кланов. Но они вовремя подтянули резервы...

- Так-так... Своих у нас сейчас пятьсот ребят и если поднять ополчение, то не менее тысячи наберем, - стал подсчитывать сговорчивый. - Волонтеров только нужно оружием снабдить, да едой обеспечить - этого, благо, в хранилищах у нас полно. Стражникам нам придется выплатить двойную плату, но не велика беда. А союзникам, я так понимаю, за помощь нечто причитается?

- Думаю, об этом договоримся после дела, - кивнул Строганов.

- Ясно... Ладно, Володенька, убедил ты меня. Назначу тебя Командором в Высочайшем Манифесте. А там уж божья сила тебе в помощь!

- Командором - это хорошо. Сейчас мне необходима полномочная грамота на использование необходимых материалов и произведение работ.

- Это ж каких? - поинтересовался несговорчивый толстяк.

- Не ваше дело!

- Не кипятись, Вова. Напишу сейчас тебе грамоту, но могу ли я рассчитывать на твое слово, что если нам повезет, и Лига будет отброшена, ты не станешь здесь хвататься за власть?

- Дядя Леша, ну вы совсем! - обидчиво произнес Строгонов. Данила чуть не прыснул от смеха - дядя Леша!

- Обещаешь? - серьезно повторил толстяк, положив перед собой желтый лист, перо и печать.

- Можешь не сомневаться, - гордо ответил Владимир.

- Отлично! Сейчас передам тебе бумажку... Знаешь где у нас мастеровая?

- Знаю, конечно! Документ мне давай скорее... А там уж сам.

Когда Строгонов и Данила уже спускались по ступеням Префектории, охотник не удержался и спросил:

- С какого это времени Нейтралз и варвары наши союзники? По-моему, у нас с ними никаких контактов не было...

- Были, личные... - тихо ответил Строгонов. - А сейчас политическая ситуация такова, что дружеские связи можно переоформить в крепкий союз.

- Однако мне этот толстый бородач не нравится...

- Агент Гильдии что ль?

- Да...

- Мне тоже. Причем очень даже возможно, что он хороший партнер Ордена. Или даже один из членов.

- Так может, шлепнуть его ненароком?

- Нельзя... Не поймут купцы. Однако понаблюдать стоит.

- Кто же этим займется? Я?

- Эх... пригодился бы сейчас твой дружок... Ну да ладно.

- Не дружок он мне, - огрызнулся Данила.

- Знаю, знаю... Не серчай. Тебе дело найдется иного сорта. Сейчас завернем в казарму, там на уши стрелков поставим. Дядя-то молодец, доверительную грамоту написал не только на производство работ. Поучишь пока здешних лентяев уму-разуму.

***

- Вот и болота... - пробормотал Найджел, разглядывая серо-зеленую жижу, растекавшуюся в все стороны на сколько хватало глаз. В этой части проклятого материка нестерпимый жар сменился промозглым холодом. Бывший Страж укутывался в свои разорванные, обугленные тряпки, как мог, но это не помогало. Зубы отбивали чечетку в такт ударам сердца. Сгинуть здесь - раз плюнуть. Стоит только ногу поставить в эту трясину, чтобы пропасть навсегда. Эх... а ведь мама так много и хорошо говорила...

- Вижу, - прохрипел Мерлон, подходя к краю слегка затуманенной поверхности болота. - Дрянное местечко, не находишь?

- Вы издеваетесь, Хозяин?

- Да, - рассмеялся безумец. - Смотрю посмелее стал... Не боишься меня совсем?

- Боюсь. Но что с того? - честно признался Найджел. За прошедший день в его душе стало как-то совсем пусто... Может, здешние места оказали свое влияние... Может...

- Ааа, потерял надежду, значит? Ну-ну... Хочешь я тебе ее сейчас верну? Ну-ка, полезай в болото.

- Что? - в голове Найджела застучало так сильно, что ему на миг показалось, будто кровь обильным потоком хлынет наружу, предварительно разорвав череп.

- Лезь в дерьмо, - менее сдержанно произнес Мерлон, и в тот же миг что-то ощутимо ударило Найджела по затылку. Он не стал оборачиваться - знал, магия...

- Но я... я не хочу...

- Не имеет значения. Лезь. Или ты нуждаешься в помощи?

Найджел хотел было сам сделать первый шаг в жижу, но тут на него налетел мощный поток сотворенного Мерлоном ветра, и несчастный, подлетев в воздух, грузно упал в жутко воняющую гниль. И тут же его ноги угодили в вязкую трясину. Сапоги наполнились грязью.... Стало засасывать вниз. Благо здесь было не глубоко, и Найджел смог вынырнуть хотя бы по грудь... Но ноги уже были в трясине... Нещадно тянуло вниз... Он старался не брыкаться, но болото все равно не выпускало...

- Ну как оно? - насмешливо спросил Мерлон, присев на корточки. - Чего же ты не дергаешься? Хочешь потихонечку что ль?

Найджел не отвечал, а лишь тупо уставившись в приближавшуюся к голове жижу, прислушивался к себе. Сейчас он не мог понять, страшно ему, или все этот колорит чувств лишь что-то нагнанное извне? А вниз-то все равно тянет... Медленно так. Еще пару минут и... его скроет с головой и потом... все. Все?!

Найджел даже не понял, почему начал дергаться. Словно все чувства изменили его разуму и стали жить без него. Закричав, он стал брыкаться руками и ногами, тщетно пытаясь вырваться из цепких лап смерти. Ничего, кроме как ускорить свою погибель он уже не мог. Гниль коснулась рта, ворвалась в глотку. Найджела вырвало... Смерть коснулась глаз... Все потемнело... И только дикий и довольный смех в ушах умирающего сопровождал его уход...

Мама, твой несчастный сын идет к тебе...

- Глупенький, держи меч прямо. Выстави левую ногу в перед, да, вот так... Хорошо, слегка присядь. Да нет, не так! Слегка, понимаешь? Пружинь на ногах. Помни, находясь в движении проще наносить удары и легче уклоняться от атак врага. Хорошо, теперь поднимай меч, слегка наклонив его лезвие в бок и резко опускай вниз. Раз! Ну что это такое? Меч чуть из рук не выпал!

- Не ругайся, мам! - расстроился ребенок. - Я же только неделю изучаю, как этой железкой махать!

- Не железкой, а мечом, Найджел, - укоризненно проговорила мать, разглядывая свое дитя. Ее жесткие, темные волосы всегда так причудливо взъерошены по утрам, что удержаться от улыбки просто нельзя. Несмотря на ее грозный, твердый взгляд опытного воина, для своего сына она всегда была самой мягкой и чуткой, пускай порой и сварливой.

- Ну, мечом... Лучше дай вон чучело порублю - куда больше толка выйдет.

- Нет. Так ты будешь просто баловаться, а для начала тебе нужно выучиться чувствовать оружие. Я больше тебе скажу, пройдет год, а то и два, прежде чем ты возьмешься за тренировочный манекен.

- За что?

- Эм, ну за чучело... Пойми, в нашем мире только ты сам можешь отвечать за собственную жизнь. Никто - ни друзья, ни знакомые, ни любимые не будут так заинтересованы в твоем существовании. Ну, может, родственники в большей части... Если ты не сможешь защитить себя - никто не сможет. Сражаться за себя и за тех, кто дорог тебе - вот смысл жизни, сын мой.

- А отец наш? Он был другим?

- Отец... - мать серьезно нахмурилась. - Нет, он был очень смелым человеком, Найджел. Он был благородным воином, он спасал людей...

- Правда? И он погиб в бою? Раньше ты говорила что-то...

- Нет, я просто врала...

- Зачем?

- Вырастешь, поймешь.

- Ну да... как всегда.

- Эх, присядь-ка, - проговорила мать, устраиваясь на небольшую, скрипучую от дряхлости скамейку для отдыха. На импровизированном тренировочном поле, обставленном собственными руками матери на заднем дворике дома, ничего иного, кроме чучел, покрывал для борьбы, турников и тяжелых гирь не было. Все старенькое такое... дряхлое. - Как тебе в этой сельской школе? Нравится?

- Сказать правду? - спросил сынишка, хитро поглядев маме в глаза.

- Конечно!

- Так себе... Когда заставляют что-то делать - не люблю, а когда что-нибудь рассказывают - люблю...

- Ах ты, лентяй! - нежно улыбнулась она.

- Ну! Получше буду, чем Бровкин и его компания... Они вообще лоботрясы!

- Да... Это точно... Думаю, если будешь стараться, сможешь добиться впечатляющих успехов!

- Правда? Ты не врешь?

- Я так думаю, сына... А как будет на самом деле знает лишь Бог.

- Ну, Бог ведь хороший? Он же только хорошего нам желает?

- Да, сына, хорошего... - ответила мать после недолго раздумья.

Сегодня выдалось великолепное утро. После вчерашних дождей выглянувшее из-за южных холмов солнце казалось таким нежным и ласковым, что под его осторожные лучи хотелось подставить лицо, закрыв от наслаждения глаза. Терпкий запах свежескошенной травы игриво щекотал нос, а легкая морская свежесть, занесенная с недалекого берега обдувала лицо... Найджел очень любил утро... Он и мать вместе, здесь, на дворике, сидят в обнимку...

- Мам, а Лешка сказал, что ты будто целым войском командуешь! Это правда?

- Войском? - рассмеялась в ответ мама. - Куда уж там. Отрядом в шесть человек... В него, кстати, входят Волк и Зоркий Глаз...

- А! Правда? Они такие классные! Всегда со мной балуются... Дядя Волк особенно такой смешной! С этой седой шевелюрой на голове и этим странным шрамом на кончике носа! Ну, прямо как самый настоящий волк!

- Ну да, вот и прозвище получил такое...

- А у тебя тоже есть прозвище?

- Да, - улыбнулась она в ответ. - Все хорошие воины за дела свои заслуживают особенное имя.

- А у тебя какое?

- Сокол.

- Это почему?

- Хорошо из лука стреляю! Хотя связь-то с именем этой гордой птицы сомнительная, но мне нравится.

- А чего тогда меня же... мечом заставляешь махать? Лук бы сразу дала!

- Меч куда надежнее, сына. У лука много недостатков, а любой клинок суть продолжение твоей руки. Полагаться можно лишь на то, что принадлежит тебе, является твоей частью... Понимаешь?

- Не-а, - лукаво ответил Найджел.

- Ну, вот и поймешь! Ну-ка, за работу!

- Постой, мам... Скажи, а против кого ты сражаешься?

- Против... - мать замялась. - Нехороших людей...

- Вы за кладом охотитесь, да? Школу-то в селе на найденные деньги построили?

- Да, сына... На клад... Все, пора заниматься!

Тут в доме что-то загремело и мать, быстро метнув взгляд к двери, невольно коснулась даги на поясе. Створка вскоре резко отворилась и во дворик вышел большой, широкоплечий мужчна с полностью седой головой и странным шрамом на кончике носа.

- Дядя Волк, привет! - обрадовался маленький Найджел.

- О! Бандит! За упражнениями? Хорошо! - добродушно рассмеялся вояка, подходя к мальчику и хлопая его по плечу. - Мамку твою одолжу на время, не возражаешь?

- Возражаю, но разве ты послушаешь? - улыбнулся Найджел.

- Эх... Что правда, то правда... - пробормотал Волк и перевел взгляд на мать мальчика. - Лена, идем... Есть дело, - коротко проговорил Волк и зашел обратно в дом.

- Да... Сейчас, - кивнула она. - Так, сына, тренируй удар с плеча и выпад вперед. Не забудь тридцать раз отжаться и двадцать раз подтянуться. Буду смотреть в окно!

- Хорошо, - пробурчал Найджел и нехотя, но с чувством, принялся заниматься...

В тот день мама была вынуждена уйти на задание со своим отрядом. Сказала, что вернется к вечеру. Однако в последствии Найджел ее больше не видел. Никогда.

Мощная сила выдернула его тело из болотной грязи словно пушинку. Отплевывая залившуюся в глотку жижу, Найджел висел прямо над безумным магом, который его с интересом разглядывал.

- Я знаю, что ты видел, - вдруг проговорил он.

- И что? Решил еще помучить? - прохрипел раздавленный Страж. Все горло жгло от боли.

- Даже умирая, ты всеми своими помыслами стремился к тому, что для тебя было лучшим, самым значимым... Ты надеялся увидеть мать после своей смерти? Не так ли? Это помогало тебе принять смерть?

- Да пошел ты, - от души ответил Найджел и сплюнул под ноги Мерлону. - Давай, топи меня, ублюдок. С тобой я больше труп, нежели в этой грязи.

Страж почувствовал, как он медленно поплыл в воздухе обратно к земле. Вскоре ноги коснулись твердой почвы.

- Ну-ка, дай посмотреть на тебя... - пробормотал Мерлон и взял Найджела руками за голову. Его черные, пустые глаза заглянули ему в душу. Но ничего, кроме жгучей ненависти к нему там не увидели. Даже страху не осталось места. - Однако разительные перемены...

В этот миг, пока Мерлон рассматривал Найджела, тот медленно достал из-за пазухи кинжал и резко всадил его под ребра проклятому безумцу. Выдернув, он еще несколько раз ударил того в область печени и сердца. Но треклятый урод даже не пошатнулся. Он с интересом посмотрел на оружие, торчавшее из его груди, потом перевел полный едкой ухмылки взгляд на Найджела и, медленно вытащив клинок из своего тела, отбросил его в сторону.

- Совсем недавно я был Хозяином, - усмехнулся Мерлон. - А теперь чучело для битья? Что ж, могу признать одно - теперь ты будешь слегка поинтереснее. Но все равно продолжишь тащиться за мной. Сам на себя руки не наложишь, поверь... Велика в твоем сердце надежда.

И с этими словами он отвернулся от Найджела.

Страж спокойно стоял, тупо уставившись в серую землю. Он не мог в точности объяснить, зачем сделал это, но почему-то знал, что так надо. Теперь он не боялся смерти, нет. Безумец был прав - его душа была переполнена надеждами на лучшее. Но все пустые мечты... Глупые желания...

- Надежды нет, Найджел. Нет будущего и нет лучшего, - проговорил через плечо Мерлон. - Есть настоящее... Все остальное - всегда прошлое. Однако, как бы я не твердил это, ты будешь считать по-своему. Но я сломаю тебя. В конечном итоге разогну об колено. Идем, наша цель близка.

И он двинулся по болоту, еле касаясь зловонной жижи. Медленно, не спеша... Глядя тому в след, Найджел неизбежно приходил к мысли, что безумец прав. Чертовски прав... Сам он себя не прикончит... не хватит сил... Проклятье... Чудовище!

И Найджел побрел за сумасшедшим магом, спокойно ступая по поверхности болота. Далеко впереди виднелись мощные стены черной крепости, чья высокая башня пропадала в темных облаках тумана. Скоро... Очень скоро...

***

Обучение стражников мастерству стрельбы оказалось занятием не то, чтобы трудным, но весьма утомительным. Здоровые, широченные хлопцы поначалу поглядывали на щуплого Данилу с нескрываемым презрением, но потом, когда тот показал пару несложных приемов бесприцельной стрельбы из лука, а также правильных маневров с арбалетом, у многих поубавился молодцеватый пыл. Ребятки, лениво пожимая плечами, брались за оружие и повторяли сказанное. Однако не все...

Парочка парней повнушительнее, отошли в сторонку и, присев на лавку, стали раскуривать трубки. Данила сначала не стал обращать на то внимания, давая людям покурить, но когда лентяи сняли с себя тренировочную одежду и легли под солнце загорать, старый вояка зачуял неладное. Все остальные стали поглядывать на них с нескрываемой завистью, и исполнение упражнений необычайно ухудшилось. Надо было действовать.

Сняв с себя мокрую от пота щегольскую рубаху, Данила подхватил увесистую дубину, мирно стоявшую в уголке и, спрятав ее за спину, направился к отдыхающим. Ребята безмятежно лежали на лавочке, закрыв от удовольствия глаза. Они даже не заметили, как к ним подошел Данила. Не говоря ни слова, вояка двумя быстрыми ударами в пах заставил одного согнуться в приступах дикой боли. Очнувшийся от крика товарища второй боец успел лишь глазом моргнуть, когда дубина, описав в воздухе пируэт, с хорошим треском прошлась по его бритой голове. Закатив глаза, стражник повалился с лавочки на мягкий песок тренировочного поля. Данила не убил его, нет, так, оглушил разве что. Как ударить для этого он знал. Подхватив завывающего наглеца за ухо, охотник стащил того с лавки и что было сил ухнул лицом об землю. Тот так и затих.

- Кто-нибудь еще хочет отдохнуть? - тихо проговорил Данила, смиряя замерших в изумлении бойцов строгим взглядом. - А то я могу помочь.

Желающих не нашлось. Ну и славно. Весь остаток дня тренировка прошла в повышенном темпе и с куда большей эффективностью. Два наглеца очнулись через полчаса и были тут же поставлены в общий строй. За ними Данила наблюдал строже всего и чуть что нещадно лупил дубиной. Зато к вечеру они садили из арбалетов не хуже него.

Тем временем Строгонов, взяв всю возможную рабочую силу в оборот, подготавливал укрепления. Несмотря на некоторое сопротивление со стороны прорабов, в целом никто не решился пойти против предписаний доверительной грамоты.

Первым делом по приказанию Владимира умелые кузнецы принялись оббивать ворота мощными железными прутами для большей устойчивости. К сожалению, хотя створки и были заключены в стальные каркасы, все же преимущественно состояли из дерева. Менять их на чисто стальные времени не оставалось, поэтому было принято единственное правильное решение - скрепить прутами потуже, дабы войскам врага пришлось поломать зубы об них. Кроме того, плотникам было поручено подготовить мощные брусья, чтобы подпереть створки и не дать им расшататься. Главное заставить врага прыгать на стены... А там их будет ждать другой сюрприз. Для его заготовки Строгонов назначил человек двадцать хороших мастеров, коим приказал сколачивать доски так, чтобы получились две створки, причем на петлях и туго расходящиеся друг с другом. На одну сторону был наказ приделать колья и подвязать канатами, а другую прикрепить к стенам. Все бы ничего - тугие головы работников все же сообразили, что город готовится к осаде - но их удивлению не было предела, когда этот странный человек приказал копать ров прямо перед воротами, только... с внутренней стороны. Причем не меньше, чем в два метра глубиной и метров двадцать шириной и длинной, да еще с непременным требованием сделать отступ от стены метра в два, чтобы два человека могли пройти по краю ямы. Зачем? Кто его знает... Лишь кто-то из ребят позадиристее съязвил на эту тему, но после хорошей оплеухи от прораба с тихой злобой взялся за лопату.

Пока готовился ров, Строгонов львиную долю рабочей силы оправил на самое ответственное и тяжелое задание - тянуть трубы из городских водохранилищ. Трубы, конечно, веско сказано - скорее деревянные водостоки в большом количестве соединенные вместе. Их было приказано тянуть от центра по специально вырытым траншеям, причем закрывать сверху досками и засыпать землей. Но этим Строгонов ограничиваться не собирался. Всю выкопанную из траншеи землю он приказал перемешать с песком, коего под стенами лежало немерено, и насыпать из получившихся плотных куч вал прямо перед траншеями. Из близлежащих домов все семьи были переведены к центральной площади в палатки, а сами дома переделаны под башни для стрелков. Все возможные телеги, столы, стулья несли на построение баррикад. Не совсем понимающие, что происходит вокруг, жители Ватрад Вил стекались к Префектории, где их уже ожидали три герольда, вещавшие о начале войны. Женщины тут же хватались за сердце, бросались в плач. Суровые мужчины без лишних разговоров записывались в ополчение и вели жен да детей укрываться в подвалы. Они-то знали, что их благоденствие зависит лишь от их жестких, мозолистых рук. Никто, кроме них самих не заинтересован в их жизни. Поэтому чего спорить? Если защищаться, то защищаться... А политика - дело тех, кто для этого выбран.

Где-то к трем часам дня на горизонте появилась группа из трех бойцов, во весь опор спешивших к городу. Выставленные еще с утра лазутчики тут же приметили гостей и затрубили тревогу. Тренировавшиеся прямо под стенами стражники похватали оружие и поспешили занять оборону. Рабочие же лишь посильнее сжали лопаты, да топоры, готовясь сражаться тем, что было в руках. Но сии меры были преждевременными.

Бойцы оказались высланными вперед гонцами от приближавшегося войска Белых Рыцарей. Строгонов лично вышел на встречу к подходящим союзникам. Они очень скоро появились на горизонте и, сверкая начищенными до блеска доспехами, под строгий ритм боевых барабанов двинулись к городу. Во главе всего войска шел сеньор - Артес Серебрянский. Странное имя он всегда объяснял своеобразной фантазией своих родителей, но никто этому особого значения не придавал. Все хорошо знали, что в былое время Артес - он же Мишка Серебро - грабил торговые караваны, покуда не попал в темницу и еле спасся от рук Инквизиции. С тех пор жизнь переосмыслил и, влившись в другую молодую шайку, постепенно поднял ее с низов и вывел в люди. В свое время Глефа даже успела повоевать с ними, но после того, как появился Бреган Дэрт - Белые Рыцари стали хорошими союзниками.

- Друг мой! - воскликнул Артес, как только Строгонов подошел на назначенное расстояние.

- Приветствую, Артес! Резво вы! Быстрее моих хлопцев...

- Да... Знаешь ли, нас в задницу только так гнали, - проворчал сквозь густую бороду сеньор Рыцарей. Низенький, коренастый, с хитро бегающими глазками, он совсем не ассоциировался с благородным обликом рыцаря, что не раз подмечали окружавшие его люди. Но его талант в денежных делах всецело компенсировал отсутствие необходимой харизмы. - Проклятая напасть. Пришлось мне оставить два десятка ребят, чтобы те сдержали погоню. Уж не знаю, что они там такое делали, но вот уже часов пять идем без лишних проблем.

- Ясно... - пробормотал Строгонов, нервно дернув бровью... Что же с его бойцами? Удалось ли прорваться? Эх, ведь утром никто не отвечал. Спешат, наверно. Или перебиты все.

- Ну что, куда сорванцов вести? - прищурившись, спросил Артес.

- Пока под стенами определи - в городке суматоха...

- Странное местечко ты для боя выбрал...

- Как раз наоборот. Рены не оставят Ватрад Вил ни в коем случае... Такой оплот независимости - дороже для них выйдет. Поэтому мы лучше объединим силы здесь, под стенами...

- А как их тварям противостоять будем? Они этим гадством более двух сотен человек у меня уложили... Я, как только получил твое сообщение, решил тут же оставить ненадежное укрытие и поспешил сюда. Пришлось проверить эти штучки в действии...

- Да, у меня есть план, как с ними совладать...

- Правда? Поделишься?

- Да, конечно... Только чуть позже, сейчас нужно за работами наблюдать. Располагай бойцов. Вышли лазутчиков к западу, к ручьям...

- Сделал уже... Позади нас.

- Хорошо.

Пока Белые Рыцари располагались на привал перед стенами Ватрад Вил, Строгонов чуть ли не в припрыжку летал от одного очага работ к другому, и, отдавая немногословные четкие команды, ускорял работы как мог. Работники-то были что надо. Ни нытья, ни лишнего ропота от втянувшихся в дело жителей Ватрад Вил он не слышал. Это радовало. Когда к вечеру стали наконец-то стекаться разрозненные отряды Глефы и те немногочисленные шайки, коим удалось проскочить, ров за воротами был уже выкопан, вал укреплен частоколом, а водные коммуникации находились на стадии завершения.

Всего к своему сеньору прибыло ровно в два раза меньше бойцов, чем он предполагал -чуть больше восемнадцати десятков мечей и сорок два мага... Судя по сбивчивым рассказам десятников, Орден атаковал их на всех направлениях, стараясь перекрыть дорогу на восток. Кому повезло - тот напоролся на людскую засаду и после ожесточенного боя смог прорваться через бреши в обороне, а кому нет - на того напали твари и всех сожрали. С шайками тоже было худо... Несмотря на их малую значимость во всем заварившемся деле, темные душили разрозненные отряды как могли. К неудовольствию Артеса, эти маленькие группы воинов притащили больше раненных и покалеченных, чем боеспособных ребят. Он хотел даже всех их порубить, чтобы меньше хлопот было, но Строгонов запретил. Ничего, всех, кого принесли, можно поднять на ноги - маги этим уже занимаются. Тех же, кто был в тяжелом состоянии удалые ребята сами не решились принести.

- Ничего не понимаю... Город окружен со всех сторон стенами, а мы усиливаем лишь фронтовую часть с воротами... Кстати, а какого черта здесь только один выход? Мы что, если нас возьмут в оборот даже сделать ноги не сможем? - злился Артес.

- Не сможем...

- Проклятье... Так почему мы так уверены что враг будет бить прямо в лоб? Может...

- Нет, бить будут во фронт, здесь уж мне поверь.

- Проклятье... С тобой спорить, все равно что в говне руки полоскать... Раз уж назначили тут тебя главнокомандующим, делай что хочешь. Буду надеяться на твою удачу.

- Надеяться - это хорошо, - кивнул Строгонов.

- Ох, ну тебя, скучный ты. И как тебя бабы выносят? - скривившись от неудовольствия пробурчал Артес. Во всем происходящем ему места не нашлось. Разбор диспозиции был назначен на окончание работ, поэтому сеньору клана Белые Рыцари ничего не оставалось, как сидеть в наспех сооруженном шатре и еще усерднее полировать свои доспехи.

- Не выносят, - улыбнулся в ответ Владимир. - Однако у нас с ними исключительно плотские отношения. Тут не до разговоров.

- Утром деньги - вечером дело, так? - усмехнулся Артес. - Ну смотри...

- Еще бы! - усмехнулся Строгонов и покинул шатер, дабы принять участие в испытаниях ловушек на стенах.

А прошли они удачно. Очень даже... Мастеровые свое дело знали. Стоило только обрубить шнур, как тут же одна из створок с грохотом пошла на встречу брошенным для проверки железным пластинам. Несмотря на малый вес, железки все же сошлись с кольями достаточно плотно. Мастерски заточенные, деревянные колья прошибли пластины насквозь... А что будет с человеком... Не очень, конечно, гуманно получается, ведь колья будут разить преимущественно в область живота, от чего люди как правило, умирают не быстро... Но война есть война! Их командование вообще не жалеет никого. Ни на поле боя, ни за его границами.

Когда на окрестности спустились сумерки, почти вся работа была сделана. Толковые трудяги проложили трубы до рва и залили в него воду. Ловушки на стенах были готовы, а вал и баррикады надежно укреплены. Но лишь на первый взгляд... По хорошему же Ватрад Вил не был готов к бою... Стоявший посреди просторных полей город можно было атаковать со всех сторон, а укреплена была лишь часть стен с воротами. На это Строгонову постоянно указывал Артес, но тот лишь улыбался и качал головой: все правильно.

Людей расставляли уже при свете факелов. Всех, кто до конца работ располагался под стенами перевели в город, а ворота крепко накрепко закрыли. Арбалетчиков под командованием усталого Данилы поставили на стенах сторожить. Пехотинцев, не особенно разделяя по клановой принадлежности, расположили преимущественно на валах и баррикадах. Всех ополченцев (а их записалось около пяти тысяч) определили большей частью в резерв, расположенный в близлежащих домах, и в прорехи, которые опытные бойцы не смогли закрыть. Хотелось бы, конечно, лучников побольше, но народ здесь в основном с кирками да топорами привык общаться, поэтому стрелков набралось вместе со стражниками всего четыре сотни. Ну да ладно! Зато ополчение смотрелось очень даже ничего. Привыкшие с боем защищать свою независимость горожане никогда не забывали потренироваться во владении мечом, да и дедовы доспехи в кладовку никто не запирал. Поэтому чучелами для избиения никого назвать язык не поворачивался.

К полуночи на горизонте появились огни. Данила тут же вызвал Строгонова самому посмотреть, что к чему. Было ясно одно - большое число людей движется с факелами примерно километрах в двадцати от города. Часов через пять они окажутся под стенами.

- Будут атаковать? - спросил Данила, посильнее сжимая арбалет в руках.

- Нет... - покачал головой Владимир и хотел было уже спуститься, как из темноты донесся мерзкий, жгучий, словно раскаленный свинец, вой. Душа каждого второго в городе ушла в пятки. Строгонов тут же вернулся к стене и стал до рези вглядываться в темноту.

- Это... те твари? - пробормотал охотник, невольно взяв арбалет наизготовку.

- Похоже что да... Прямо там...

- Так что же? Что делать-то? Может, огнем их?

- Не возьмет. Будем ждать утра. Ворота держать запертыми. Не дай бог, кто сунется ближе, чем на пять метров к отпирающему механизму без приказа - валить на месте. Ясно? - отчеканил Строгонов.

- Да, мой сеньор. Но... Почему вы уверены, что гады не нападут на нас... для них же вырезать весь город, словно...

- Не нападут, Данила, успокойся. Есть на то свои причины, поверь. Через три часа жду тебя в шатре, - сказал он и начал спускаться со стены. - Будет задание.

В эту ночь никто толком заснуть так и не смог. Страшные и непривычные звуки постоянно тревожили изготовившийся к бою Ватрад Вил, не позволяя людям успокоиться и привести мысли в порядок. Особенно тяжко приходилось арбалетчикам Данилы, которым было слышно даже то, как кто-то ползает в непроглядной темноте. Охотник постоянно ходил по стенам, проверяя своих бойцов. Смертельно бледные, они еле слышно отвечали на оклики и тут же возвращались к методичному наблюдению за происходящим внизу. Однако ничего, кроме мелькавших зеленых огоньков не было видно. Даже показалось, будто именно там тьма сгустилась еще сильнее.

Уставший в конце концов ходить туда-сюда Данила присел у одного из зубцов стены и, прислонившись спиной к холодному камню, достал флягу с горилкой. Огненная струя неземным благом пронеслась по всему телу. Тут же исчез всякий страх, уступив место легкому дурману. Охотник сделал еще пару глотков для храбрости и вернул флягу на место. Выпьешь много - заснешь. А в нынешних условиях это сравнимо со смертью...

Хотя Строгонов и проявляет замечательное спокойствие, но никто, кроме него, подобного мужества не разделяет. Пускай не бойцы, но вот простые жители деревни уж точно ощущают непривычно частые позывы отлучиться по естественным делам... Небось, животы поскручивало так, что не раскрутить теперь. Эх... А вот ему, Даниле, не страшно. И дело не в опыте и уж точно не в тех жалких глотках огненной водицы. Все дело в простой человеческой усталости. Набегался он за свое время, навоевался... Признаться, после недавней победы над Бреган Дэрт он смалодушничал и попросился из боевых отрядов в дозоры, которым по большей части достается самая непыльная работенка. Сиди себе в секрете, да жуй солонину. По его подсчетам, ему уж полтинник с лишним стукнул, а люди, как известно, к этому возрасту хотят куда-нибудь приткнуться, обзавестись хозяйством...Конечно, представить себя фермером он вряд ли мог, но вот ответственным по каким-нибудь складским делам - как раз то. На самом деле, уход в дозоры и составлял часть плана, ведшего к плавному переходу к мирской жизни, лишенной тяжести доспех и холода стали. А тут вот такие дела... По чести сказать, какое Даниле дело до всей этой суматохи? От клана остались жалкие потрепанные остатки, коим в большинстве своем суждено слечь в Ватрад Вил, сам Данила не особо мыслил себя в роли сенешаля вновь возрождаемого сообщества Глефы, да и не верил он в такую возможность... Рены все равно перебьют всех. Даже если каким-либо чудом счастье в грядущей битве улыбнется оборванцам из Ватрад, то в конечном счете войну-то выиграют рены вместе со своими темными дружками. Вот и закрадывается неприятная мысль - а не рвануть ли? Не сбежать пока не поздно? Например, на юг... Хотя, кому он там нужен да и что может делать, кроме как метко стрелять из арбалета? Да ничего... Придется снова наниматься в наемники, сражаться... Один черт - все ведет в могилу...

Под сенью этих грустных размышлений Данила даже не заметил, как достал флягу и стал медленно опустошать ее содержимое. Когда подошел назначенный Строгоновым час для инструктажа, охотник уже был порядочно пьян. Впрочем, одного взгляда в бурлящую смертью темноту под крепостными стенами было достаточно, чтобы хмельной туман как рукой сняло...

***

- Ух, холодина какая! - проговорил слуга, плотно прикрывая за собой дверь. - Держи ведро.

- Ага... вечера здесь колючие, - кивнул другой, перенимая ведро и ставя его в угол.

- Надо выпить! Определенно! - подмигнул первый, усаживаясь за стол. Помимо него, в этой маленькой коморке еще располагались притороченные к стенам одноместные лежанки, несколько табуреток и куча всякого хлама. Старые, замусоленные стены были сплошь покрыты сочными пятнами прилипшей грязи и настоящими дорожками пыли.

- Ну! Раз так! - разулыбался второй, обнажив желтые зубы. - Сейчас погляжу. Где, кстати, бутыль ты дел?

- Где... Куда, наверное? - ехидно хихикнул тот.

- Сейчас тебе в морду твою рябую дам. Бутыль где?

- Под лежанкой твоей. Осторожно только доставай. Я мог забыть пробку хорошо забить.

- Ох, дурак, - недовольно проворчал его приятель и тяжко опустился на колени. Весомое брюшко стесняло его и без того неловкие движения. - Ну? Не видно ни черта. А! Вот! И куль тут какой-то...

- Там сало, хлеб да целая лучина.

- С хозяйской кухни?

- С нее самой! Отборное все...

- Ну ладно тогда, - пробормотал запыхавшийся после поисков слуга, выкладывая добытое на стол. - Только вот кружки ты взять не додумался?!

- Да что ты сегодня ворчишь-то! Дай сюда, из горла хлебнем, - кинул другой и потянулся за бутылем.

- Ну-ка руки! - резко осадил того желтозубый. На вид он был постарше и немного поматерее своего собутыльника. В их дуэте он занимал несомненное лидерство. - Раз дурак - пьешь вторым. И вообще надо нарезать закуску! Нож хоть с собой всегда.

Достав из-за пояса небольшой перочинный нож, слуга с завидным умением покромсал сочный кусок сала на мелкие кусочки, нарезал хлеб и очистил лук. На кухне он, конечно, не служил, однако частные хмельные застолья научили его быстро и просто подготовить нехитрый стол.

- Ну-с, твое здоровье! - сказал он и сделал затяжной глоток. Активно выдыхая спертый воздух, он тут же закусил шматком сала и аппетитно хрустнул луком.

Его приятель менее задорно вкусил горилки и, скривившись от дикого жжения, принялся уминать хлеб, не в силах выговорить и слова.

- Да, да, брат, своя! Родная! А то хлещешь всякую мочу в этих кабаках. А это - ух! - улыбался матерый и выпил еще. - Сейчас бы спеть...

- Да пошел... ты... петь... Хозяин башку снимет.

Тот согласно кивнул и завалился на свою лежанку.

- Ох! Не первый раз твое пойло пробую, да только никак привыкнуть не могу. Такое ощущение, что вывернет наружу...

- Ага, есть такое... - пробурчал тот, приподнимаясь на локте и снова принимаясь за бутыль. - Что наш дурак-то, кстати? Велел тут сидеть...

- Хозяин что ль? А у него встреча, как я слыхал. Тайная...

- Ищет себе приключения... На, глотни.

- Покромсай помельче сало, пока я тут загибаться буду... - попросил изготовившийся к экзекуции слуга и сделал затяжной глоток.

- Эй, Борис! Борис! - донеслось из-за двери, ведшей в дом. - Борис! А ну ко мне быстро.

- О! Меня зовет. Дурак... Надо бы встать...

- Борис! - не унимался голос.

- Проклятый.... Ох, проклятый!

Во входную дверь постучали.

- Это еще кого принесло?

- Не знаю.

- Ну-ка, молодой, погляди.

- А я-то почему?

- Горилку мою жрешь? Жрешь! Вот и посмотри кто там. А я пока встать постараюсь.

Рябой пожал плечами и медленно, пошатываясь, подошел к двери.

- Кто?

- Эль и девки...

- Ааа...- пробормотал слуга, беззаботно отпирая засов. В этот момент он летал мыслями где-то слишком далеко. - Эль и девки говорят...

- Что? Какие де...? - изумился толстяк, как на пороге возник неизвестный, закутанный в черные одежды.

- Привет... - загадочно проговорил он. - Хозяин дома?

В кабинете было темно и слегка прохладно. Легкий дымок, струившийся от трубки гостя, наполнял сгустившееся перед глазами Диполя пространство, давая понять, что некоторые границы у этой темноты все же имелись. Дурацкое требование об устранении всех источников света слегка нервировало Диполя, но сейчас он старался абстрагироваться от всех своих навязчивых опасений. В гостях тайный агент как никак ... От самого Ордена! Черт его знает... Может у него какие-то... комплексы?

- Почему ваш слуга не отвечает? - вдруг спросил он после долго молчания. За время визита он задавал лишь вопросы.

- Не знаю... напился наверное. Борис! Эй, Борис!

- Свинья! - вдруг вырвалось у того. - Не люблю пьяниц!

- Согласен, - кивнул Диполь. Надо же!

- На вашем месте давно бы повесил его на чердаке.

- Ну... - задумался Диполь. - Зачем же столь радикально? Следствие, суд...

Гость лишь усмехнулся, но промолчал. Видно, такие вещи вряд ли могли его сильно обеспокоить.

- Господин Диполь, - проговорил он через некоторое время. - Надеюсь, я вас правильно понял: перед воротами вырыт огромный ров, вся оборона сосредоточена на укреплениях близ ворот, а численность реально представляющих угрозу войск - полторы тысячи, верно?

- Да, все так.

- Хорошо. Мастер Данфер передает вам огромное спасибо. - на этих словах послышался звон металла. - Мешочек я положу здесь, прямо на стол... Ваши услуги...

Дверь комнаты слуг со скрипом отворилась.

- Ну! Борис! Я тебя сейчас...

Диполь договорить не успел. Его дыхание перехватило от накатившего ужаса, когда после оглушающего хлопка кабинет озарил нестерпимый свет, а перед глазами возникла странная фигура в черном. Агент Ордена было подскочил, выхватывая дагу из под полы балахона, но два аккуратных болта из самострела незамедлительно опрокинули его на спину. Неизвестный, сделал несколько быстрых шагов и, зависнув над Диполем, неуловимым движением пригвоздил того к креслу длинным мечом. Душераздирающий вопль члена торговой гильдии застыл в тут же перерезанном горле. Однако темный агент не собирался так просто сдаваться... Медленно поднявшись, он взялся за торчащие концы болтов и потянул их из себя. Его противник, поначалу заколебавшись, в миг отбросил все сомнения, в два прыжка оказался рядом и снес тому голову. Безвольное тело, потеряв интерес к болтам, свалилось на мягкий, пушистый ковер.

- Уродство, - проговорил убийца. Склонившись над мертвым агентом он внимательно осмотрел рану. Странно, кровь тут же запеклась. В лучах уже догоравшего "светляка", зависшего под потолком, она даже слегка отливала изумрудом. - И где вас таких делают?

Достав из кармана небольшой сверток, неизвестный обсыпал весь кабинет ярко оранжевым порошком, затем забросил несколько шепоток в комнату с мертвыми слугами и, отряхнув руки, как ни в чем не бывало покинул злосчастный дом. Через пару минут деревянная хата торговца вспыхнула словно факел и непривычно быстро сгорела. Золотишко, предназначенное предателю, неизвестный вполне заслуженно присвоил себе. Зачем пропадать добру?

***

Когда Ромунд открыл глаза, на него накатили сразу три самых неприятных чувства. Первое - это ужасная боль в висках, резь в локтях и запястьях, второе - это ужас неизвестности, а третье - просто дурацкая обида. Ну, прям как дети малые попались. Дротики! Надо же...

С трудом перевернувшись с завязанными за спиной руками, он тут же обнаружил Альму, безвольно лежавшую в углу. Руки девушки были также жестко и больно связаны. Их импровизированной темницей очевидно выступал кабинет какого-то очередного регистратора, заваленный множеством всяких бумаг, покрытых аккуратным каллиграфическим почерком, среди которых скромно выделялся маленький письменный столик и подлатанная в нескольких местах табуретка. В качестве света им любезно предоставили огромную свечу, полыхавшую словно факел. Еще бы кровать с подушкой да одеялом и вышли бы серьезные апартаменты!

Альма не просыпалась. Видно, сразу взяли сонного порошка под расчет на больших мужиков... Интересно, он провалялся без сознания ровно шесть часов, как и рассчитано?

Замочная скважина тяжелой двери, ведшей из кабинета, вдруг заскрежетала и створка резко открылась. На пороге стоял огромный, в два метра ростом детина, заросший до невозможности. Есть такой вид обезьян, гориллы называются, только вот они не носят звериных шкур в качестве одежды и топора пока не знают. А вот этот гость очевидно знаком со своим оружием вполне сносно.

- Проснулся-таки... - пробурчал он. Со стороны его слова показались рокотанием грома.

- Да? - донеслось из-за его спины. - Сейчас погляжу.

Ромунд, по-дурацки улыбнувшись грозной обезьяне, поудобнее устроился на холодном полу, прислонившись спиной к неровной стене. Интересно, а они играть в доброго и злого будут?

Немного пошаркивая, в кабинет протиснулся маленький, худосочный человек, в белой, замусоленной мантии и больших, некрасивых очках. Волосы на его небольшой голове слиплись, а все лицо покрывали неглубокие ссадины. Остановившись в нескольких шагах от Ромунда, он внимательно изучил его, затем посмотрел на Альму, чья попка так удачно приветствовала со стороны, а затем, опустившись на корточки, спросил:

- Ты кто?

- Солдат регулярной армии... - пожал плечами маг. - Хотя в статусе студента еще...

Очкарик нахмурился.

- Ты служил на Шестнадцатом Вале?

- Нет. Я пришел с отрядом разведки.

- Что? - изумился тот. - Ты слышал, Вольфрам? Разведки! И кто же прислал?

- Командование экспедиционного корпуса...

- Какого корпуса?

- Экспедиционного. А точнее тринадцатого легиона в составе союзных сил.

- Ничерта не понимаю. Ты чей солдат-то?

- Республики.

- Ааа... И куда же ваша экспедиция?

- На Кандур.

- Что? - грозно проговорила горилла по имени Вольфрам. - На Кандур?!

- Успокойся, друг, - сделал останавливающий жест Очкарик. - Сейчас все выясним. Так ты говоришь, что с войны прибыл сюда?

- Можно сказать и так.

- И что же хотел разведать?

- По поручению - ситуацию на Шестнадцатом Вале, от которого перестали приходить какие-либо вести, - спокойно ответил Ромунд. На самом деле он сам плохо понимал, что это за люди и что они делают здесь. Нужно было прояснить ситуацию. - А вы случаем не воины Таргоса?

- Мы? - улыбнулся худощавый. - Нет, мы точно нет. Меверик вроде служил там, но сейчас он присмерти. Увы, поделиться с тобой ничем не сможет.

- Увы, - кивнул Ромунд и тут же услышал недовольное шипение варвара. Интересно, он случаем не из Восточных?

- Так что там с Кандуром? Вы снова пошли войной на нас? - горячился он.

- Постой, Вольф. Не суетись. Сейчас нужно понять, враги они нам или друзья...

- Да башку им с плеч...

- В нашем положении каждый на счету, - спокойно проговорил очкарик, и детина поубавил пыл. Похоже он здесь за главного. - Итак... Как тебя, кстати, зовут?

- Ромунд.

- Хорошо, Ромунд, мы застали вас в Архивах. Что вы там делали?

- Хотели узнать правду.

- Правду значит. Интересно. А ее не знали до этого?

- Нет.

- А с голлемом как управились? А? - привязался варвар. - Только не ври, что победили в честной схватке.

- В честной, - резко сказал Ромунд и хмуро поглядел на варвара. - Один из наших товарищей там погиб.

- Видели... - согласно покивал худой. - Двоих наших эта тварь несколько дней назад размазала по стенам. А потом сожрала. Мы еле ноги унесли.

- Но все же мы его одолели. И раскрыли страницы Архива...

- И что же там?

- Колонки с именами тысяч людей, подвергнутых уничтожению.

Очкарик поджал губы и посмотрел куда-то в сторону.

- А ты знал, что здесь творилось?

- Если б знал, шага не ступил.

- Тоже мне солдат... - усмехнулся Вольфрам.

- Я призван защищать закон, а не чьи-то темные дела. Если тебе это не понять, то лучше закрой пасть, - вдруг выпалил Ромунд и изготовился получить тяжелейший удар в лицо. Но варвар, поджав губы, смолчал.

- Ты, она и тот несчастный- весь отряд?

- Нет. Было больше, остальные погибли... кроме еще одного. Он оказался предателем и устроил на нас охоту.

- Охоту говоришь? А ловушки случайно не он расставил? - тут же смекнул очкарик.

- Он.

- М-да... Меверик как раз попался на одну. Болт с ядом вошел аккурат ему в живот. Бедняга, лежит и блюет кровищей. Никак не может отойти в мир иной. Алиса что могла уже сделала для него.

Ромунд покачал головой. Ему тут же вспомнился Медведь. Эх, какой мужик был...

- Ну что же... похоже на правду, - проговорил очкарик, поднимаясь.

- Да врет все! - сильнее нахмурился Вольфрам, прожигая Ромунда взором.

- Пускай даже врет. Какая разница? Что он нам сделает? Развяжи их. Надо познакомить остальных с гостями. Девушку перенеси в залу, там есть кровать. Бедняжка никак не очнется.

Пробормотав что-то себе под нос, варвар все же подчинился и, подойдя к Ромунду, одними руками разорвал веревки. Ничерта себе! Несладко сейчас войскам союзников, если вся армия врага состоит из таких вот огромных зверюг.

Проделав тоже самое с веревками на руках Альмы, Вольфрам взвалил девушку себе на плечо и как ни в чем не бывало двинулся к выходу. Пропуская варвара вперед, очкарик дождался Ромунда и вышел в коридор вместе с ним.

- Ты поосторожнее с Вольфом. Насколько я понял, вы враги... там, наверху, - очкарик неопределенно тыкнул в потолок. - Если вдруг приспичит, убери его быстро. Нам и так хватает хлопот.

Ромунд немного удивился, но кивнул. Однако быстро у этого типа поменялось представление о друзьях и врагах. И, кстати, почему он сделал ставку на него, а не на огромного детину Вольфрама?

- А вы-то сами откуда? - спросил Ромунд, пристально вглядываясь в бледное лицо очкарика.

- Мы? Как тебе сказать, - проговорил он и замялся. Сделав приглашающий жест, он пропустил Ромунда внутрь освещенной залы.

За столом круглой комнаты сидело шесть человек, которые аппетитно постукивая ложками, принимали пищу. Четыре крепко сбитых мужчины и две безумно усталые девушки. Все какие-то одинаковые и серые. Крестьяне что ль?

- Друзья мои, прошу вас оторваться от еды и поприветствовать наших гостей. Это Ромунд, солдат регулярной армии Республики, прибыл сюда с разведкой и оказался в столь же тяжелом положении, что и мы. А это девушка...

- Альма, - помог Ромунд.

- Да, Альма - боевая подруга товарища Ромунда. Вот, прошу любить и жаловать. В нашей ситуации руки боевых магов нам очень сильно пригодятся. Кстати, где Алиса?

- У Меверика... Скоро преставится, - проговорила одна из девушек, чьи бесцветные волосы бессильно рассыпались по плечам.

- Ясно... Ромунд, есть хочешь?

- Да, не отказался бы, - честно признался юноша.

- Рема, есть еще какая снедь?

- Есть. Правда мяса осталось мало, - ответила другая девушка с большим свежим шрамом на щеке.

- Ничего, - махнул рукой маг.

- Ну, тогда садись, - улыбнулась Рема и поднялась. Рядом с нею стоял большой чан, из которого она принялась накладывать что-то жидкое в чистую тарелку.

- Хорошо. Если девушка проснется, накорми и ее. Запасов у нас много, на всех хватит. А я погляжу, что там с Мевом, - на этих словах худой вышел в противоположную от стола дверь.

Пока Ромунд садился на стол, он с трудом боролся с чувством, которое подбивало его скрестить руки на груди и закрыться. Все сидящие вокруг незнакомые люди как-то по-дурацки вылупились на него, даже отложив свою пищу. Только Вольфрам, устроившийся на другом конце, старался сделать вид, что сильно озабочен трапезой, хотя иной раз не упускал случая уколоть Ромунда злобным взглядом. Когда он взялся за снедь, все тут же вернулись к своему делу.

- Я Дейла, - вдруг проговорила девушка, сидевшая по правое плечо от мага. Протянув ему свою тонкую ручку, она кокетливо улыбнулась. Ромунд, дожевывая пищу, глупо улыбнулся в ответ и тут же вернулся к тарелке. Простая и ничем не привлекательная Дейла никак не отпечаталась в его памяти.

- Я Рон, - протянул руку блондин, сидевший напротив, как раз рядом с Ремой.

- Я Бил, брат Рона, - проговорил его плечистый сосед.

Затем Джон и Катран - оба здоровых, оба мощных и оба каких-то почти одинаковых молодца с угловатыми лицами и короткими стрижками. Вольфрам же не вымолвил ни слова.

Вся трапеза прошла в гробовом молчании. Видимо этим людям пришлось пережить очень многое за последние дни, поэтому каждый ушел в себя и реагировал на мир лишь по необходимости. Интересно. Никто из этих людей никак не походил на военных и уж тем более на ученых. Кто же они на самом деле? Кстати, а почему все они одеты в эти дурацкие серые одежды? Причем, со странными номерами на груди...

- Как тебе Вильгельм? - обратилась к нему Дейла, плохо выговаривая букву л.

- Кто?

- Ну, человек в очках...

- Ааа, ну нормально, - пожал плечами Ромунд. Неожиданный вопрос...

- Он ведь нас собрал. Мы очнулись в этих ужасных... - девушку передернуло, - катакомбах...

- Скорее темницах, - хмыкнул Рон. Кстати, на груди у него был номер У 22.

- Или так. Не важно. Там было темно и холодно... Страшно до ужаса.

- Там-то еще было более менее... Жутко, совсем жутко стало, когда стали выбираться... Вот тогда-то страхи и повалились нам на голову...

- Кто? - переспросил Ромунд.

- Страхи... Ну чудища... - подал было голос Бил.

- Тише! - шикнула на него Рема, смерив суровым взором. Мощный юноша тут же сконфузился и втянул голову в плечи.

- Ясно, - кивнул маг. - Нам со многими пришлось встретиться.

- Верим... - пробормотала Дейла, потупив взор. - Нас было около пятидесяти. Теперь вот все, что осталось...

- Ого! И всех собрал Вильгельм?

- Ну, почти всех. Частично мы добирали по дороге. Только тех, кто очнулся. Мы видели еще много людей, которые лежали спящими. Вильгельм приказал их не трогать. Они живые, только погружены в глубокий сон.

- Да... а что насчет дороги? У вас была цель?

- Конечно, дойти до поверхности и покинуть этот жуткий плен... И, кстати, мы все еще надеемся на это.

- Зря, - покачал головой Ромунд. - Там все разрушено и в окрестностях ходят все те же, страхи...

- Ну, если мы сможем спастись от них здесь, то на открытом пространстве мы и подавно сможем удрать, - внушительно проговорил Рон.

- Боюсь, что навряд ли... Не все так просто.

- А что же...?

- Друзья мои! - возгласил Вильгельм, появляясь из двери. - Почтим память нашего сотоварища Меверика! Храбрый боец скончался... Рема! Налей всем по кружке.

Пока Рема, достав из-под стола небольшой жестяной бидончик, разливала какое-то мутное пойло по глиняным сосудам, в залу прошла бледная, усталая девушка, которая окинув быстрым взглядом присутствующих, легла на одну из кроватей, стоявших вдоль стенки, и, отвернувшись от всех, замерла. Очкарик подошел к ней, потрогал ее за плечо, что-то пробормотал, но она резким движением скинула его руку и сильнее прижалась к стене. Поймав взгляд Ромунда, Вильгельм подошел к нему и, слегка понизив голос, пояснил:

- Она военный санитар. Мы нашли ее буквально у выхода из катакомб - спасли от инфернала. Так что с самого начала Алиска присоединилась к нашей горе-компании. И почти каждый погибший отпечатался в ее памяти. За целый месяц это достаточно серьезно для любого ума. К тому же, как ты знаешь, на этой части фронта давненько не было серьезных схваток. Она успела отвыкнуть от всего этого кошмара.

- Понимаю... - пробормотал Ромунд. Все это время он внимательно рассматривал лицо очкарика стараясь все же понять - кто перед ним? Балахон такой же как и у всех, номерной, только вот... Впрочем, ладно. Пока нечего толком сказать.

- За Меверика! - поднял кружку Вольфрам. - Пухом ему земля.

- За Меверика! - вторили ему.

Ромунд, недоверчиво поглядев на муть в своем сосуде, все же опрокинул сию гадость залпом и, слегка скривившись, захотел добавки. Мерзкое на вкус питье, хорошенько прочистило мозги. Мысли как-то сами собой активизировались, и взгляд стал намного острее и четче. Интересно.

- Что это? - спросил Ромунд, принюхиваясь к оставшемуся запаху.

- Настойка циркулония и самальи с примесью каких-то порошков, - ответил Вильгельм. - Ты думал мы будем горилкой здесь баловаться? Нет, в таком положении все дурманящее не к добру. Мозги должны быть постоянно в состоянии готовности.

- Наркотик что ли? - бровь Ромунда дернулась.

- Ну, в общем да, - кивнул очкарик. - Им балуется молодежь Умрада, когда впереди предстоит долгая и нескучная ночь.

Так-так, значит про расклад светской жизни этот тип осведомлен. Ромунд прищурился. Что еще?

- Хотя сия смесь изначально была изготовлена в лабораториях Седьмого Отдела. Ее дают на фронтах, когда бои длятся несколько суток без перерыва.

Вольфрам громко хмыкнул. Да уж, этому чудовищу скорбные плоды усталости вряд ли известны.

- Что... что здесь происходит? - вдруг послышался тихий, сдавленный голосок Альмы.

Ромунд тут же подскочил к ней, чтобы девушке не было так страшно.

- Все нормально, это друзья. Те, кто выжил здесь... Ты в безопасности, - затараторил он.

- Ну-ка отойди, - вдруг рявкнула оказавшаяся рядом Алиса. - У нее что-то худой вид.

Ромунд освободил место врачу. Альма и правда выглядела не совсем хорошо. Лицо ее было чуть ли не зеленого цвета.

- Так, девочка, не дергайся, - сказала Алиса, будучи, дай бог, на год или два старше Альмы. - Покажи глаза, язык... Так, рана где? Ага, на шее... Ясно. Прими вот это. И лежи. Особо не двигайся, волшебством тоже постарайся не баловаться. У тебя отравление. Слишком много снотворного тебе всадили.

Тут же приняв какую-то настойку, Альма, покорно легла на перину и уставилась на Ромунда.

- Все нормально, - кивнул он ей.

- Да, и правда все нормально... - подтвердил очкарик. - Мы объективно здесь все друзья. Обстановка, по крайней мере, вынуждает, - на этом Вильгельм внушительно поглядел на Вольфрама, сверлившего глазами затылок Ромунда. - Посему я думаю, нужно обсудить, что мы будем делать дальше. К тому же нашим новым друзьям есть чем поделиться. Прошу всех, кто в состоянии, занять место за столом.

Еще разок бросив ободряющий взгляд в сторону Альмы, Ромунд вернулся на свое место. К тому времени Рема уже успела убрать все со стола.

Когда люди пристроились на своих табуретках, молодой маг почувствовал себя как-то весьма странно. Сначала он подумал на желудок, но после нескольких несложных проверок, он уразумел, что дело вовсе не в нем и даже не в его теле и сознании, а как раз в обстановке. Сидящие вокруг люди как-то странно понурили головы и сразу же приготовились внимать. Расположившийся во главе этой серой массы Вильгельм по-отечески тепло взирал на их склоненные чела, внимательным и серьезным взглядом проходя по лицам каждого из них. Он словно осторожно гладил их, успокаивая и приближая к себе. Все без исключения, даже брутальный Вольфрам, отчего-то сильно доверяли очкарику. Даже чересчур. Магии не чувствовалось, но вот насчет ментального воздействия сомневаться не приходилось. В общем, недурно устроился этот ходячий скелет в очках. Небось, когда этих номерных тут было пару десятков, то вообще себя вождем ощущал. Однако...

- Итак, друзья, давайте оценим ситуацию... - начал Вильгельм. - Наши потери за все время спасения катастрофичны. Из пятидесяти обнаруженных, в живых осталось... вот сколько, - он очертил пальцем в воздухе круг, заключив в него всех сидящих. - Все пути наверх обложены нечистью да так сильно, что любой прорыв будет просто фатальным. Короче говоря, мы между молотом и наковальней... Выход, по сути дела, отсутствует.

- Выход есть, - возразил Ромунд, с удовольствием отметив, как расширились от удивления глаза очкарика. Остальные тут же повернули головы к нему. - Он там, в самых глубинах, рядом с тем, что называют Энергон.

- Энее... что? - пробормотала Дейла.

- Энергон, - поправил юноша и постарался передать все, что ему стало известно за время их скорбного похода. Конечно, некоторые моменты относительно отношений с Мердзингером и мертвецом Патрусом он упустил, но в целом состряпал неплохой рассказ. В конечном итоге самое главное было то, что он положил в основу выводов - весь Шестнадцатый Вал сплошь чья-то бесчеловечная авантюра. И кроме всего этого, в этих лабиринтах бродит чертовски изворотливый маньяк полуэльф, который мечтает перебить всех живых и знающих что-либо об этом месте душ.

- Весьма впечатляющий рассказ, - покачал головой очкарик, когда Ромунд закончил. - Конечно, проверить мы ничего не можем...

- А что здесь проверять? Вы разве не поняли, зачем вас... похитили? Ведь вас похитили всех, верно? Да? Я угадал? И мозги вам хорошенько промыли. А затем через работорговческие связи вас переправили в эту большую лабораторию. И готовили, знаете к чему?

Вольфрам поглядел на него исподлобья.

- К экзекуции. Каким методом уж не знаю, однако могу точно сказать одно - им нужна кровь в... диких масштабах. Вы ведь видели сколько спящих людей в катакомбах?

- Сотни, - тихонько проговорила Рема.

- Верно. И тысячи уже были принесены в жертву чьим-то диким фантазиям.

- Они так всех хранят? В состоянии сна?

- Нет. Это последствия исхода руководителей. Или, как мы уже выяснили, неудачного исхода. Видите ли, единственная возможность спастись от всех ужасов воронки, о которой я вам в подробностях рассказал в начале - это уснуть самым крепким сном, причем без всякой стадии беспокойного сна. Сознание должно полностью исключить какие-либо взаимодействия с реальностью, тогда ужасы этой... материи не смогут нанести вред человеку. Однако самостоятельно впасть в такой сон ни одно живое существо не может - нужно исключительно ментальное воздействие. Правда, возникают два основных вопроса: сколько времени человек сможет протянуть в таком состоянии, не поглощая жидкость и пищу, и как вывести его из такого состояния?

- Без воды тяжко, конечно, но в состоянии анабиоза... - задумчиво пробормотал очкарик, потирая весок.

- Здесь во многом зависит от индивидуальных свойств организма, - подала голос Алиса, которая в отличие от всех проигнорировала предложение Вильгельма и осталась лежать на кровати.

- Ага, только чего они хотели добиться таким образом? - молвила хмурившаяся Дейла. - Просто обеспечить всем легкую смерть? Вряд ли они рассчитывали, что сюда явится команда спасения...

- Верно, - кивнул Ромунд. - Команды спасения не будет. Скоро сюда придут чистильщики и выжгут все дотла. Все лабиринты Комплекса Шестнадцать пройдут очистку огнем. А затем все здесь так и оставят, отодвинув границу слегка назад. Будет мертвая зона.

- И когда эти весельчаки придут? - спросил очкарик, в упор посмотрев на Ромунда.

- Думаю, еще сутки, может меньше. С нами потеряли контакт, наверное, около двух дней назад. Скорее всего осведомленным людям ситуация уже стала ясна.

- То есть мы в ловушке? - подытожил Вильгельм.

- Не совсем. Я же уже сказал. Рядом с Энергоном есть помещение, - Ромунд достал из-за пазухи карту, которую заведомо сунул туда, взяв с мертвого тела Медведя. - Глядите. Судя по обозначениям здесь есть телепорт.

- Телепорт? Не слыхано! Никто после Франческо де Орко не смог воспроизвести телепорты! - замахала руками Дейла.

- Почему же? Не такого качества, но телепорты существуют во множестве, - покачал головой маг. - Скорее всего, там тоже располагается самодельный, но, надеюсь, работающий. Это наш единственный шанс.

- Ты куда карту складываешь? А ну оставь, - рыкнул Вольфрам и уже подался вперед, но так и застыл в воздухе.

- Не дергайся, дружище. Я нервный, - предупредил Ромунд, аккуратно свернув карту и положив ее себе в карман. - Еще хоть один акт агрессии в мою сторону - превратишься в пепел. Усек?

Глаза Вольфрама слегка расширились от удивления, но гнев из них никуда не исчез. Он все также пылал ненавистью к солдату Республики. Эх, а ведь именно здесь, в этих жутких стенах это имеет так мало значения!

- Ладно, парни остыньте, - робко предложила Рема. - Вы нам нужны оба. Пожалейте хоть нас, робких девушек. На чьи могучие плечи и сильную магию мы сможем опереться, если вы перебьете друг друга?

Ромунд осторожно отпустил варвара. Тот медленно, не спуская с мага глаз, сел обратно на табурет. Юноша добродушно улыбнулся его злобной гримасе, но тут его виски свело болью. В глазах стало темнеть и реальность перестала отражаться в правильных красках... Патрус!

- Вот, Тейлор, эта записка от Палантира, - проговорил я, передавая рослому молодому парню бумагу от начальства. - Выполни все, что здесь сказано. Причем незамедлительно, - параллельно со словами я хорошенько прочищал его сознание. В здравом уме ни один регистратор этого Комплекса ни за что не стал бы уничтожать Архивы - за такое могли просто повесить. По инструкции полагается опечатать его. Остальное - забота руководства более серьезных рангов.

- Хорошо, - сухо ответил он.

Я кивнул и вышел. И тут же наткнулся на Мигеля с Марком. Два статных черноволосых молодца всегда ходили парой. На этот счет по всему Комплексу уже давно шли самые пошлые шутки.

- Патрус! - выкрикнул от неожиданности Марк.

- Да! Как раз! Мы тебя вот ищем! - кивнул Мигель.

- И? - склонив голову на бок, кинул я.

- Мы чувствуем... угрозу, Патрус. Что происходит? Ты был у Палантира? - озабочено проговорил Марк.

- У вас коллективный разум? - улыбнулся я.

- Не шути, черт бы тебя побрал! Что происходит? Мы имеем право знать!

- Может, пойдем в трапезную и съедим чего-нибудь? Я лично голоден. За одно и поговорим, наверное, - предложил я, и правда ощущая дикую пустоту в желудке.

Мигель скрипнул зубами.

- Патрус...

- Друг мой, если будешь заводиться - не добьешься от меня вообще ничего. Идем, попросим у Данича чего-нибудь холодненького.

- Этот жадный повар нам ничерта не даст, - недовольно пробурчал Марк.

- Даст, я попрошу, - улыбался я. Нужно выиграть время и придумать, что соврать.

Юноши скрепя сердцем согласились и медленно двинулись за мной по коридору в строну трапезной, но вдруг нечто сотрясло все своды комплекса. Мощный камень кладки застонал от напряжения. По стенам поползли узкие трещины. Пол под ногами пустился в пляс, а на голову посыпались осколки и пыль.

- Что за? - послышалось со всех сторон.

И им пришел ответ - дикий, непередаваемый по силе и ужасу рев, вырвавшийся из вековых глубин. Люди повалились ниц. Даже я, не удержав удар, как подкошенный рухнул вниз, придавив ногу Марку.

А затем со всех сторон раздались крики самого настоящего кошмара. Источник ожил и здесь. Прямо перед нами из ничего возник покрытый шипами шестипалый монстр и, долго не раздумывая, бросился внутрь кабинета регистратора. Раздались вопли пожираемых заживо.

- Боже, вы видели? - сорвалось с губ Мигеля, как вдруг нечто темное и жуткое вонзило в его тело огромные клыки, разорвав грудную клетку. Тварь хотела было броситься на меня, но тут же разлетелась в ошметки от ментального удара.

Палантир, началось? - воззвал я к начальнику хозчасти.

- Проклятье! Не так, как я предполагал! Не так! - эхом раздалось по нестабильному каналу трансферанса.

А что же? Нечто непредвиденное?

- Да. Человек Ордена. Он здесь. Проклятый ублюдок вмешался в ход процесса.

Зачем? - изумился я. Неужели они сами решили ликвидировать Комплекс?

- Думаю, по глупости. Он просто не учел всю сложность моих построений. Поспешил и вот... Скорее, Патрус! Мы должны погрузить людей в сон, пока их всех здесь не перебили.

Я буду ждать в трапезной.

- Держи оборону!

- Марк, скорее, за мной! Пошли!

- Куда? - глаза молодца затмило паническое безумие.

- В зал!

И, подхватив парня за складку мантии, я потащил его за собой. На встречу нам кинулась пара инферналов, но в миг разметалась по стенам. Мальчишка хоть и завывал не хуже заправской девицы, но свое дело знал.

А тем временем вокруг творился самый настоящий кошмар. Энергон претворял в жизнь все самые потаенные людские страхи, которые только мог выхватить из сознаний перепуганных насмерть жителей Шестнадцатого Вала. Со всех частей комплекса слышались только крики. Порой лязг железа - кто-то посмелее пытался сражаться. Снаружи скорее всего начнутся бои. Эх, Натан! Прости меня, если сможешь! Хороший ты был мужик.

Влетев в трапезную, мы стали спиной к спине прямо в центре зала, изготовившись к бою. Вылезшие из кухни неописуемые твари, клацая окровавленными пастями, бросались на нас. Отбиваясь ментальными ударами, мы старались не дать появлявшимся тварям пройти через коридор к нижним ярусам. Конечно, учитывая возникновения всей этой мерзости в любом месте прямо из воздуха, можно было усомниться в полезности данной затеи, однако нужно было делать хоть что-нибудь! Хотя бы груз с плеч скинуть, что ли.... Все наши приготовления были отправлены псу под хвост выродком из Ордена. Теперь придется действовать в чрезвычайных условиях.

- Меня на долго не хватит! - простонал Марк. - Виски стянуло!

- Борись парень! Только так ты познаешь себя!

И мы боролись. Рождаемые смешавшимся страхом сотен людей твари лезли кучами, не имея предела в своих рядах. Кровь из моего носа хлестала самым настоящим ручьем. Давно заложило уши, чуть ли не совсем потерялся слух. В какой-то миг в глазах начало темнеть, я пошатнулся. Но хвала богам подоспел Палантир. Вбежав в комнату, он одним махом изорвал в клочья всю окружившую нас живность.

- Так, ко мне, сюда! Живо! - крикнул он. Его слова прозвучали совсем глухо и несколько отдаленно. Мы на плохо слушающихся ногах подошли к нему. Марк весь аж позеленел.

- М-да, худо вам, - пробормотал он. - Так, я острие треугольника. Подзарядитесь от меня. Ну, же! Руки!

Взявшись за руки, мы закрыли глаза и медленно вошли в транс. Заблаговременно выставленная Палантиром вокруг нас стена не оставила монстрам ни единого шанса. Им оставалось лишь грызть с расстройства свои длинные когти.

- Так, открывайте каналы. Я беру контроль, - проговорил Палантир.

Я осторожно, очень осторожно открыл свое сознание, однако закрыв самый важный центр - контроль. Палантир лишь получил доступ к моей ментальной энергии, но не к моему разуму. Мало ли что.

Начальник бесцеремонно подхватил открытый канал и соединил треугольник. Мы все вдруг стали одним целым. Один взгляд, одни чувства, одно сердце. Только видели мы не материальный мир, а мир энергий, в котором сейчас царило самое настоящее безумие. Казалось, вокруг нас бушует целый океан, клокоча неудержимой бурей. Сотни живых существ испускали такие мощные заряды мозговой активности, что мне даже почудилось, что нас просто напросто снесут и изорвут эти необузданные потоки. Однако все они неслись к одной цели - яркой лиловой субстанции, разгоравшейся в глубине земли. Его эфирное поле распространялось на целые километры!

-Экранирую Источник, - послышался голос Палантира.

Первым делом он обрезал края влияния Энергона. Источник имел увесистую мощь в эпицентре, но ближе к краям его сила расплывалась и таяла. Поэтому пресечь его распространение дальше Комплекса не составило труда. Однако затем мы взялись за более серьезную задачу: Палантир стал окружать Источник ментально-нейтральной стеной ближе к эпицентру. Здесь уже всем нам пришлось потрудиться - этот сгусток энергии стал сопротивляться и принялся атаковать нас на ментальном уровне. Черпая достаточную силу, я умело парировал все его тупые, как бревно выпады. Странно, мне всегда казалось, что эта штука все же не лишена доли рассудка. Видимо я ошибался. Безумие! Вот вся суть этой материи! Чистый Хаос!

- Стягиваем, стягиваем его. Надо зажать влияние его поля, пока мы займемся людьми! Ну же! Давай!

Медленно, но верно мы сжимали кольцо вокруг Энергона. На освобожденных от его влияния участках люди могли перевести дух. Если конечно... там кто-то вообще остался. Судя по всплескам энергии - не много.

- Брыкается, зараза! Ну же, родной!

Силы таяли. Энергон все же был мощнее, и его сдерживание стоило нам слишком многого. Однако на некоторое время мы оказались сильнее. Сжав кольцо, мы зафиксировали экран и зажали силы Источника. Теперь пришло время спасть выживших.

- Сначала всех, кто уцелел рядом с шахтами. Они в самом эпицентре.

Метавшиеся в камерах люди вдруг почувствовали легкую слабость. Затем мир перед глазами стал мерцать. Жутко захотелось спать... Пару раз зевнув, люди десятками стали укладываться на разогретый активностью Источника пол.

- Так, верно... Теперь...

- И вы думаете, что это кому-то поможет? - вдруг прозвучал незнакомый голос.

- Снова, ты? Я же прикончил тебя!

- Тебе лишь показалось. Не забывай - полная ментальная блокировка.

- Сейчас она, поверь, тебе не поможет! - проревел Палантир и принялся отыскивать астральный образ врага. Который, кстати, был совсем близко. Прямо у Источника.

- Ай, яй, яй! Как не обдуманно, - расхохотался агент.

И в этот миг раздался треск. Стены содрогнулись.

- Экран! - крикнул я, но было слишком поздно. Человек Ордена не стал биться с нами. Он просто сломал выставленную вокруг Источника защиту. И закрытая нами сила ринулась прямо на нас. Секунда стала вечностью. Наверное, все, что останется от меня - это память. Остальному - смерть...

***

Тишина. Туман... Легкий утренний холодок. Мурашки по телу... Хмурое, полное воды небо так и грозит утопить поросшие плотными кустами окрестности мощным тропическим дождем.

- Эмми, голову пригни, - прошептал Шип. Он лежал рядом, в секрете, хорошенько сокрытом за сочной зеленью пальмовых листьев. - А то... закончишь как Марти, с болтом во лбу.

Девушка кивнула и осторожно опустилась на землю. Приятный мальчик по имени Марти погиб у нее на глазах. В одной из немногих удачных засад варварам удалось унести жизни многих бойцов... Сама она чудом спаслась - в последний миг подоспели ратники Сюреала и перебили всех нападавших. Это было вчера, ночью... на третий день вторжения. Наступавшая без остановки соединенная армия теснила неприятеля к центру их земли - Кандуру. Варвары, не ожидавшие кинжальной тактики, ничего не могли противопоставить в ответ. Почти все их засады обнаруживались, либо умело обходились. Оставленные без защиты села сжигались дотла. Все мирное население подлежало уничтожению. Озверевшие воины, потеряв свой кров и родных, бросались вдогонку и уже сами попадали в засады... И за войском оставались только реки крови и горы пепла... Смерть. Все происходившее для Эмми казалось кошмаром. В голове никак не укладывалось, что дело, за которое она по глупости пошла сражаться, напрямую связано с убийством детей и несчастных женщин! К ее ужасу, буквально позавчера ей не посчастливилось присутствовать при массовой казни какого-то поселения. Ужасно! Около пятидесяти беззащитных человек было просто истреблено! А какой-то тысячник, важно вышагивая вокруг места экзекуции, громко размышлял с окружавшими его офицерами о том, что использование магии мертвого сна, которая, кстати, и применялась рядом с ним по отношению к жителям деревни, является самым гуманным средством умерщвления на данном периоде развития человеческого сообщества. Чванливая ухмылка, расписавшая его отвратительное лицо до сих пор мерещилась перед глазами Эмми... Ублюдок. Бездушное животное. Как же так можно? Причем здесь дети? Мертвый сон... Все так просто и безболезненно, да? Как бы ни так! Человек мучается минут пять, а то и все десять, прежде чем его сердце наконец сожмут тиски смерти. И все это знают... Боже мой! Каким же отвратительным отбросом нужно быть, чтобы спокойно смотреть, как корчится маленький малыш, испражняясь от страха и боли? Каким бессердечным циником! И за это сюда шли сражаться? И это идеалы Республики? Свое счастье за ужас других?

Командование в основном твердило своим подопечным, что иного выхода, увы, нет. Во-первых, будь варвары на их месте, они делали бы то же самое, а во-вторых, оставлять пристанища врага в тылу просто не представлялось возможным - опыт прошлых войн уже показал, как "мирные" на первый взгляд селяне превращались в самых диких палачей, причем от самых малых до самых дряхлых стариков. И каждый, слыша эти аргументы, скрепя засовами совести и милосердия, хорошо понимал - либо ты, либо тебя. Гуманизм, добро, благородство... Все эти слова теряли свой смысл перед холодными оковами смерти. Никто из молодых ребят не чаял себе участь быть просто зарезанным во сне. Каждый из них рисовал себя на лаврах героя! Куда там детские слезы... На самом деле, проблема всех этих бесчеловечных убийств встала только для бойцов Республики. Ребята из Сюреала, будучи от самого рядового бойца закаленными не в одном десятке схваток ветеранами, достаточно спокойно относились к массовым экзекуциям. Многие просто одевали маску рутинной необходимости и делали свое дело без лишних колебаний и тем более последующих мучений совести. Война - дело такое... Да и в самом стане республиканцев сей вопрос был скорее темой для приватных разговоров, чем реальной трагедией. Тут тоже были свои волки, которым разорванное мясо и кровь давно вошли в привычку. Только ребята с курса Эмми, падая от усталости на свои походные покрывала, тихо плакали во сне... Их осталось совсем немного, дай бог десятка три. После прошедших боев, почти все они прибавили в летах. Кое-кто даже заполучил белесые пучки седины на висках... А Эмми... неистребимую грусть в ее чистых глазах, которые в последнее время почти не просыхали от слез. Ведь Ромунд ушел и, если верить слухам, пропал бесследно.

- Так, тихо... - приказал Харгул по каналу трансферанса. После недавней засады весь десяток Эмми полег в сражении. В спешном порядке ее перевели к ребятам Харга. - Вот там, справа, северо-восток, видите?

Девушка осторожно приподняла голову и посмотрела сквозь листву. Обзор был почти нулевой, однако какое-то движение в шагах двадцати от нее она заметила.

- Маги есть? - поинтересовался Шип.

- Черт его знает, - проговорил другой голос. - Их же не прочувствовать... Проклятые уродцы.

Маги Одера-Табу - единственная головная боль всего похода. Полунагие обезумившие пехотинцы с кривыми топорами наперевес в основном служили для смазки мечам и разогрева чародеям, однако магики представляли реальную угрозу. Наверное, процентов девяносто всех потерь наступавшей армии - это дело рук этих искусных мастеров. Используя невиданный источник магии, неприятели могли держать атаку десятка лучших волшебников, да еще умудряться делать контрвыпады. Эмми уже пришлось сразиться с таким. Не будь он занят еще тремя ее соратниками, скорее всего ей пришел бы конец, но распыленность усилий и нелепая ошибка с его стороны позволили молодой волшебнице все-таки достать его. Однако помогавшие ей ребята не пережили тот день... Благо этих ненормальных у варваров было не много. Скорее всего процесс обучения отнимал колоссальное количество времени, и воспитать их в большом количестве не представлялось возможным. Как бы то ни было, эти безумцы хоть и доставляли хлопот, но ничего коренного в ход войны привнести не могли.

- В общем-то это не важно, атакуем по сигналу...

- Какому сигналу? - переспросил Шип и тут в воздух взметнулась горящая стрела, вспыхнув над кронами ярко красным цветом.

- Вот по этому...

Вскочив со своих мест, ребята без особого прицеливания начала массированную атаку по продвигавшемуся противнику. Хорошенько выбрать цель было просто невозможно! Вокруг плотная зелень и мощные стволы деревьев. Единственный выход в данном случае - сжечь дотла все вокруг.

Несколько десятков вспышек Большого Огня слились в один огромный взрыв. Воздух в миг высох и, показалось даже, заскрипел на зубах. Взметнувшаяся в небо земля еще долго оседала обратно, дождем рассыпаясь в стороны. Что ж, два отряда магов - это сила.

- Видите кого-нибудь?

- Ничего кроме горящей зелени и рытвин.

- Сдается мне не все так просто... - угрюмо проговорил кто-то. Если Эмми не ошибалась, это был Мевелин. Весьма и весьма мрачный и неприятный тип.

- Ага, ты чертовски прав! - воскликнул Стимп как раз в тот момент, когда из-за небольшого пригорка, на котором тихонько догорал ствол некогда красивого, пышного дерева, высыпала целая орава полуголых молодцов и, горланя свои непонятные боевые кличи, рванула на магов.

- Шары готовь! - проорал Харг по каналу трансферанса и больше не мешкая, сам нанес первый удар. Огненный мячик, весело потрескивая в воздухе, сорвался с его рук и буквально через мгновение взорвался под ногами бегущих впереди варваров. После оглушительного хлопка, взрывная волна разметала в стороны плотно наступавших врагов, словно кукол... - Бить им под ноги, больше снесем!

Две команды, не делая лишних движений, принялись засыпать неприятеля нескончаемым потоком разрывного огня. Лишенные какой-либо магической защиты, несчастные летали по воздуху не хуже кегель у жонглера. В какие-то считанные минуты не меньше сотни молодых, здоровых мужчин осталось лежать на земле. Кое-кто попроворнее решил было засыпать магов стрелами, но Харг вовремя закрыл своих щитом, а затем прикончил молодцов хорошо поставленным ударом Большого Огня. Еще минут пять и бой был окончен. Все, кто хоть имел немного мозгов поспешили скрыться в зарослях. Остальные кучами слегли в грязь.

- Фух... - проговорил Стимп, опускаясь на землю. Ему, как мастеру водной стихии использование огня обходится дорого. Однако ничего иного предложить он не мог. Надо было действовать как все.

- Харг, доложи командованию... - пробормотал Шип.

- Без тебя разберусь, - огрызнулся десятник и отошел в сторону, чтобы передать спокойно начальникам результаты.

- Эй, ребят, как оно вам? - прокричали из других засадной лежки.

- Отлично! - ответил им Шип, подняв в воздух кулак. - Так держать!

- Ага, вам того же!

Рассевшись на специально накиданных на время засады листьях пальм, ребята раскурили трубочки. Эмми вежливо отказалась, хотя все ее существо требовало чего-нибудь, что помогло бы отвлечься. Достав из походной торбы старый сухарик, она принялась его грызть, перенаправляя в него все свои нервы и плохие мысли... Так становилось немного легче.

- Давайте докуривайте поскорее... - сказал Харг, подходя к своим бойцам. - Командование торопит...

- Куда торопит-то? - нахмурился Шип.

- В двух километрах от нас, вон за теми холмами, в осаду взята первая серьезная крепость варваров. Гарнизон в две тысячи бойцов... есть маги. Мало, но есть...

- Две тысячи? Ничего себе! Это будет с четверть всего нашего войска! - поделился своим удивлением Стимп.

- Ага... и взяли в осаду эту крепость от силы человек пятьсот? - улыбнулся Шип.

- Пятьсот двадцать, если быть точнее, - серьезно ответил Харг, и шутить больше никому не захотелось.

- Мы будем там буквально через час... - под нос проговорил Мевелин. - А если поспешим...

- Куда там поспешим? Я вообще еле ноги могу тащить... - промычал Шип, потирая кольца своих сапог. Эмми тихонько кивнула. Неудобная армейская амуниция уже оставила много следов на ее нежном теле... Чего только стоили постоянно натертые ноги. Стимп, качал головой, но лечил... Хотел было что-то придумать, да только ничего ему в голову так и не пришло. Других сапог в таком сумасшедшем наступлении было не достать, а без них ходить по кишащим гадами джунглям было просто нельзя.

- Пойдем быстро, но без фанатизма, - четко сказал Харг. - Ребятам нашим, конечно, нужна помощь, но, боюсь, в бой придется вступать сходу и времени отдышаться не будет...

- А что ребята с десятка Тимура думают? - спросил Стимп.

- Они ничего не думают. За них думает Тимур, - молвил десятник, жестко глянув тому в глаза. - А он со мной согласен. Все, вытряхивайте пепел, курить там уж нечего, только деревяшки обсасываете... Тимур! Поднимай своих! Скорее!

И, махнув рукой в противоположные кусты, Харг быстрым шагом направился по заданному маршруту прямо к зеленеющим холмам, осторожно огибая усеянное мертвыми телами поле. Пройдет еще много лет, прежде чем какие-нибудь молодцы решат упокоить несчастных жертв войны. А пока... этим костякам лежать и гнить в земле.

Данные разведки оказались верными. Пересеченный ухабами и оврагами путь, так удобный для засад, оказался чистым... с одной стороны, конечно. С другой стороны, во все стороны, на сколько хватало глаз, зияли уродливые язвы войны: выжженные опушки среди цветущей зелени, выгоревшие дома, разбросанные трупы. Признаться, Эмми уже даже не замечала этого... Четвертый день таких картин и все вокруг уже начинало казаться привычным. Поначалу вздрагивая при виде мертвецов, теперь девушка лишь печально опускала глаза. Хотя нет. Такое войти в привычку просто не может! Пускай атрофируются рефлексы, но душа даже тогда будет страдать.

Когда бесконечный зеленый мир высоких пальм кончился, и отряды вышли к подножьям пологих холмов, перед ними открылась... картина затишья. Расположившись полукругом, войска Сюреала (бойцов Республики, к сожалению, среди них не было), расселись на своих походных коврах и готовили пищу, о чем-то весело переговариваясь. Воткнув копья в землю, они натянули тенты, спасавшие их от солнца, а тяжелые доспехи скинули рядом же, в теньке. Только мастера земли, объединившись в магические кольца, внимательно стерегли пространство вокруг. А перед всей этой довольной компанией буквально в четырехстах метрах стоял частокол варварской крепости, с которой даже отсюда можно было увидеть маленькие фигурки дозорных, спокойно ожидавших нападения. Взять эту крепость можно было только с фронта, так как другая сторона уходила под отрывистый склон. Прыгать внутрь с верхушки холма даже с магией опасно... Могла и не уберечь ноги воинов.

- Оборзели совсем... - вырвалось у коренастого десятника Тимура. Сняв с головы тяжелый шлем, он осторожно стирал пот со лба. - Теперь еще после обеда сон устройте... Холуи! И кто у них командир?

- Думаю, человек своего дела, Тим, - проговорил Харг, разглядывая раскинувшуюся на мягкой травке рать. - Начиная с самого вторжения, этот человек провел свои сотни через одни из самых тяжелых участков фронта с минимальными потерями. Думаю, варвары так напуганы, что забились от безысходности в это... деревянное посмешище.

- Там, наверное, женщины и дети... - неожиданно для самой себя сказала Эмми. Харгул резко посмотрел на нее, и прищурил глаза.

- Да, верно, - процедил сквозь зубы он. Эмми сразу же сникла. Разговоры на эту тему негласным образом были запрещены в десятке Харга. Рассуждать здесь было не о чем, только осквернять свою душу и память несчастных.

- Нас заметили... - проговорил Шип, завидев, как от общей массы отделилось несколько человек и поспешили к их отряду.

- Им уже давно сообщили, дурак, - хмуро сказал Мевелин. - А то бы твою глупую башку давно прострелили вон из того секрета, видишь? - маг указал на неестественно густые кусты позади магов.

- Ага, - сконфужено пробурчал Шип.

- Идем, ребята, отдохнем немного, - кивнул Харг в направлении воинского стана.

Вояки Сюреала приняли магов как своих. Тут же предложили поделиться похлебкой, хлебом, мясом. Кто-то даже украдкой предложил выпить горячительного. Особенно много внимания было уделено Эмми. Жесткие и суровые с виду мужчины при виде девушки просияли и стали источать настоящую волну нежности и заботы. Переняв девушку у десятника, ребята принялись обхаживать ее со всех сторон, усадив в самое прохладное место, угостив самыми лучшими яствами, которые имелись в скромном воинском запасе. Спустя какое-то время, самый шустрый даже принес Эмми какой-то прохладительный напиток, изготовленный по особому рецепту, который по преданию передавался предками из поколения в поколение. Эмми, конечно, знала, что это был банальный лимонад, который стряпают на кухнях Умрада за какие-то минуты с помощью несложной магии, однако все равно ей было до безумия приятно. За прошедшие дни войны ничего, кроме сухарей и воды, бедному желудку не доставалось. А теперь можно было побаловать себя настоящим лимонадом прямо на фронте! Хотя, конечно, ребятки-то не просто так стараются, но рассчитывать им особо не на что. У нее есть кого ждать. И надежду на его скорое возвращение она терять не собирается.

Пока бойцы вливались в общий настрой лагеря, Харгул вместе с Тимуром как и полагалось по уставу отправились к командованию. Дружелюбные стражники предложили было сначала тоже отдохнуть, мол начальство так сказало, однако Харг настоял на обязательной аудиенции. Два светловолосых воина пожали плечами, но спорить не стали. Даже уважительно кивнули - знает свое дело командир. Тимур только вздохнул. По его лицу было видно, что как раз он-то не отказался бы завалиться в тенек и вздремнуть часок другой.

Никакого отличительно шатра раскинуто не было. Только воткнутые копья и натянутый сверху тент. Как у всех простых солдат. Первое правило на этой войне гласило четко и точно: максимальная маскировка. Особенно для командующего состава. По нему-то варвары били в первую очередь. Сие учли как раз по плачевному опыту прошлых войн. Достаточно было вражеским магам взять в обиход командиров, и простые бойцы превращались в легкую добычу.

Склонившись над картой высокий, статный мужчина в полном боевом одеянии со шлемом в руке, внимательно изучал диспозицию. Под тентом кроме него еще находились два человека, которые что-то усиленно пытались доказать друг другу. Заслышав приближающихся стражников, первый человек оторвался от карты и мельком пробежал глазами по лицам Харгула и Тимура. Сделав легкий жест рукой, он приказал своим собеседникам покинуть его. Те только послушно кивнули и ушли прочь.

Зайдя в тень шатра, Харгул ту же вытянулся по струнке и хотел было отсалютовать, как тут же получил по руке тяжелой рукавицей стражника.

- Куда тянешься? - прошипел он. За краткий миг этот человек превратился из добродушного приятеля в самый настоящий сгусток злобы.

- Тише, Витя, - спокойно сказал тысячник. - Нельзя так с гостями.

- Да знаю я, - почему-то виновато проговорил тот, кого назвали Витей. - Прости, мужик. Сам понимаешь. Нервы на пределе. Это просто все стараются улыбаться... А тыкнешь кого или заденешь за что живое - головы не сносить.

- Учту, - кивнул Харг, потирая запястье.

- Да, уж, друг мой, запомни - никаких знаков отличия или почета. Проклятые варвары за нами наблюдают. Это только кажется, что они сидят там и в ус не дуют.... - проговорил командующий, увенчанный легкой усмешкой превосходства.

- Не сомневаюсь ни на секунду, - выпалил Харг.

- Я тоже, - шире улыбнулся тысячник. - Звать меня Багратион. Сесть не предложу - наши табуреты враг искромсал в щепки во время продвижения по джунглям. Приходится обходиться землей.

- Насидимся еще... или отлежимся, - грустно усмехнулся Тимур.

Багратион в миг изменился в лице. Хмуро глянув на напарника Харгула, он недовольно поморщился.

- Знаете, кто делает из дурака командира? - внушительно проговорил он.

- Кто же? - поддержал вопрос Харг.

- Другие дураки. И проблема не в том, что они заблуждаются. Проблема в том, что они просто глупцы.

- Простите, а это к чему? - сощурился Тимур.

- А к тому, сынок, что если ты хочешь выжить в этих проклятых лесах, ты должен сделать так, чтобы другие верили в тебя. Все другое приложится. Никто из нас не гений от природы. Все это глупости. Именно вера творит чудеса. Поэтому отбрось все эти твои штучки, - отчеканил Багратион и положил свой шлем на карту, которую стал трепать поднявшийся ветер. - Думаешь, через эти гребанные джунгли я пробрался благодаря какому-то особому таланту? Нет. Только вера моих солдат в меня и в свои силы спасла нас всех. И только. Можете не соглашаться со мной, однако рано или поздно придете к этому сами.

- Но одной верой молот не остановишь! - вдруг вырвалось у Харга.

- Верно! - воскликнул Багратион, ткнув в его сторону указательным пальцем. - Однако одним молотом гору не своротишь... Разница целей и эффектов, - он выдержал паузу. - Ну да ладно. Не за моими проповедями вы пришли, - проговорил он, проведя рукой по гладковыбритому черепу, пересеченному двумя большими рубцами. - Томить я вас не стану. Итак, по данным разведки в крепости около двух тысяч варваров... И это только воинов. Судя по сведениям, которые мы получили днем раньше, варвары, опасаясь расправ над мирным населением, стали уводить целые села в имеющиеся крепости. Вот в этом, на вид деревянном убожестве, есть одна изюминка - проход под холм, уводящий в глубокую пещеру. Скорее всего там были сокрыты селяне. Будет очень не хорошо, если неприятель вздумает отступить туда и дать нам бой в узких туннелях... - Багратион замолчал, водя пальцем по карте. Харгул стоял достаточно далеко от стола и не видел, что именно нанесено на пожелтевший кусок пергамента. Впрочем, этого не требовалось, чтобы представить себе общую картину. - Вашей непосредственной задачей будет являться сковывание вражеских магиков дистанционным боем, причем максимально разрушительным. Вы должны заставить их бросаться во все стороны, дабы они распыляли силы на себя, на своих бойцов и кошмарные пожары, которые вы, друзья мои, должны непременно устроить. Враг должен впасть в ужас и панику...

- Господин Багратион, я, конечно, все понимаю, - вкрадчивым голосом произнес Харгул, - однако вы не мой командир и я вам не подчиняюсь. Зная Директорию Союзной Войны, я хотел бы вам напомнить, что план боевых действий в союзных частях, вынужденных сражаться вместе, определяется обоюдным согласованием старших командиров, присутствующих на поле боя. Вы...

- Сынок, рот закрой, - тихо проговорил Багратион. Его твердое, каменное лицо не выражало ни единой эмоции. Только в глазах цвета стали читалась жесткая решительность. - Плевать я хотел на Директорию и на все ваше и тем более мое командование. Вся моя жизнь прошла в войне, и я уже научился руководить своими людьми без лишних подсказок, особенно от всяких молокососов. Вы прибыли к нам. Значит, так предопределила судьба. Здесь оказался я. Значит, вы будете делать так, как я скажу, иначе мы придумаем иные пути решения проблемы... Есть еще возражения?

Харг неохотно кивнул. В другой ситуации он, наверное, поспорил бы, однако мутить воду в раскаленном до предела лагере настоящих псов войны вряд разумно.

- Отлично, сынок! - щелкнул пальцами Багратион. - Мне нравится, когда люди понимают меня с первого раза. Черт побери! Я хоть не пачкаю руки... Ну да ладно. Возвращаясь к теме диспозиции, я напоминаю, что ваша задача - тотальное разрушение. Вдаваться в подробности будете уже сами - все-таки вы маги. Скажу лишь, что наступление начнется к утру. Причем начнется вами. Войска выстроятся в шеренгу и будут ждать, а вы, спрятавшись вон за тот бугорок, - тысячник махнул в сторону небольшой насыпи, видно некогда служившей частью древнего вала, - ударите по врагу. Затем мои ребята переймут инициативу и помчатся в крепость. С этого момента будьте готовы - мастера земли перенесут всю защиту на пехоту. Вопросы еще есть?

- Да, - буркнул Тимур. - Сколько там магов?

- Около двух десятков.

Тимур тихонько простонал.

- Безумие... - тихо вырвалось у него.

Харг, глядя прямо в глаза Багратиону, даже не подал вида, хотя кулаки за его спиной сжались до боли. Идти таким количеством против двух десятков магов - попросту самоубийство. Что вообще они еще выжидают за стенами? Давно ударили бы по безмятежно растянувшейся гурьбе вояк.

- А что если враг уйдет под холм? - спросил Харг.

Багратион, склонив голову на бок, сухо ответил:

- Вы выкурите его оттуда.

- Но там же... селяне... - проговорил Харгул онемевшими челюстями. Он, конечно, знал, что это не предлог, но...

- Там враги, солдат, - просто ответил Багратион. - Еще вопросы?

- Больше нет. Все ясно, - выдавил из себя Харг.

- Идите. У вас два часа, затем зайдете ко мне для консультаций. К утру должен быть четкий план... Уж придумайте что-нибудь. Иначе валяться всем нам в этой грязи.

***

- Красавец, доволен своей выходкой? - гневно заявила Дарина, ворвавшись в Тронный Зал. Даратас как раз собирал свои вещи в этот момент. Мельком взглянув на ее искаженное лицо, он предпочел пока оставить ее во власти стихий Буэфера.

- Успокойся, Дариана. Хватит разговоров. Я сделал, что должен был...

- Ты предал своего друга! Ты предал Кельвина! - возмущалась она.

Даратас лишь покачал головой.

- Нет. Я спас его народ. Я сделал все, что в силах человека. Увы, несмотря на все мое могущество, есть такие материи, которые не подвластны никому и ничему, кроме времени и труда... Община распалась. Государства Подземного Престола больше не существует. И не мне его суждено поднять из руин. Особенно если весь мир стоит на грани пропасти...

- Ах, ну да! Конечно! Зачем тебе какой-то малый народ? Тебе нужно весь мир спасти! Вот это заслуга!

- Дариана, прошу, прекрати, - резко пресек девушку Даратас. - Если ты хочешь помочь - собирайся, у тебя не больше часа, пока я настою телепорт.

- Ты не сносен! - воскликнула она и, взмахнув рукой, испарилась в воздухе.

Даратас лишь хмыкнул. Ей бы играть в театре...

Упаковав в плотную походную торбу некоторый провиант и алхимические принадлежности, маг только хотел приняться за сотворение телепорта, как раздался стук в дверь. Даратас бросил быстрый взгляд в ее сторону и, увидев Мильгарда, тут же позволил ему настроиться на нормальный облик Тронного Зала, который в этот раз представлял собой нечто схожее с привычными опочивальнями замков людских правителей. Мотнув пару раз головой, эльф устремил взор на Даратаса, который даже и не думал прерывать своих приготовлений, рассыпая специальный порошок по заранее начерченным линиям пентаграммы.

- Мой царь...

- Мильгард, мы оба знаем, что я поступил правильно... Отныне судьба твоего народа в твоих руках. Увы, я уже ничем помочь не смогу. Времена требуют самых эффективных и самых быстрых мер, которые сможешь использовать только ты.

- Но я... - хотел было сказать что-то принц, как облик Буэфера на какую-то секунду померк, затем мигнул ярко-алым светом и вновь вернулся в прежнее состояние. Опешивший эльф стоял не в силах вымолвить ни слова.

- Сами силы выбрали тебя, мой друг. Я исполнил лишь предназначенное... - пробормотал Даратас, задумавшись над своей последней фразой. Было очевидно - невиданные материи приняли перемену, предложенную им. Теперь сила правления, даже над такой мелочью, как эта аномалия, постепенно переходила к принцу. - Будь добр, постарайся пока не взаимодействовать с этой материей. Я еще не закончил приготовления.

- Да, конечно, мой... друг, - кивнул Мильгард. - Ты решил нас окончательно покинуть?

- Увы, слишком много дел... Слишком много...

- А что же делать мне? Мой народ обескровлен... напуган и полон недоверия.

- Идите в Ансвиль... Насколько я понял, именно там вы сможете обрести самих себя.

- Да нет никакого Ансвиля... Вымышленная родина наших предков сплошной обман. Нет ее...

У Даратаса дернулась рука и магический порошок просыпался мимо линии.

- Как так?

- Племенам нужно было хоть какое-нибудь основание для объединения... Вот Великие Вожди и выдумали его, умело пустив в ход всевозможные сказки о бессмертной земле...

- Друг мой, по-моему ты ошибаешься... Судя по моим изысканием Ансвиль - не что иное, как Анхельм, город древних рас, сгинувших в незапамятные времена. Судя по тем же записям Диора Каданса...

- Они - подделка. Диор никогда не писал о нас... Диор вообще ничего не писал.

Глаза Даратаса расширились от изумления.

- Не удивляйся так, друг. Слишком многие умы попали под власть этой великолепной аферы. Слишком многие были готовы, чтобы их обманули... - сказал эльф, проходя вдоль линий пентаграммы. - Диор - личность реально существовавшая, однако настолько недоступная и настолько загадочная, что вокруг него сложилось множество легенд и всевозможных мифов, которые умело использовались правителями древности.

- Однако... ведь знания... множественные исследования.

- Все они - прикрытие для тех, кто боялся раскрыть свое реальное имя. Мне до подлинно известно, что более двух тысяч манускриптов, блуждающих по Гипериону под именем Диора, все го лишь работы пускай талантливых, но диссидентов, живших в различных частях владений ныне покойной Святой Инквизиции. Древние формулы и все тому подобное... Эх, неужели ты думаешь, что обладай мы такими разрушительными инструментами, которые во множестве изложены во всех этих трудах, мы не стерли бы весь человечески род с лица земли? Особенно тогда, во времена вашей полной беспомощности... Но увы, ваш исследовательский талант по истине достоит всевозможных похвал... Вы гении волшебства! А мы... лишь придатки...

- Не говори так...

Мильгард махнул рукой:

- Ты сам знаешь, что это правда...

- Однако Анхельм существует... Он...

- Он был уничтожен... накануне пришествия вас, людей в наш мир.

- Так-так... - Даратас рефлекторно взялся за бороду.

- Да... именно. Анхельм и правда был последним оплотом древней расы... Расы с которой мы дружили, но... не имели никакого родства... - Мильгард закрыл лицо руками. - В тот день... Диор пришел к отцу... В слезах он сообщил о горе, постигшем последнее пристанище его народа и всей его расы... Те, кто выжил - потеряли рассудок и были обречены... как и многие их соотечественники тысячелетия до этого...

- Гоншоны...

- Демиурги, скорее... гоншоны - ваше грубое, варварское прозвище. А они... некогда прекрасные создания, увы, обреченные на погибель...

- А что Диор?

- Он бежал на север. Бежал туда, где его не могли бы найти его враги. Где он отныне мне не известно.

- А что за враги?

Мильгард развел руками.

- Когда мы спросили его, - проговорил принц, - он лишь в ужасе завопил и сгинул прочь из чертогов Подземного Двора. Он пересек наши земли, которые еще в те времена принадлежали нам на поверхности, и исчез в дремучих лесах севера, которые нынче составили часть Харона... Никто не смел его остановить...

- Но... что же получается... Кельвин сказал тебе вести народ в Ансвиль...

- Это пароль... который обозначает самую худшую судьбу государству. Он был придуман давно. Еще при существовании Анхельма. Для правителей он служил сигналом к нестерпимым бедствиям, а для народа - счастливым спасением...

- Так все думают, что Анхельм до сих пор страна древнего народа?

- И родина наших предков...

- А заветы ваши...

- Суть знания наших друзей-демиургов...

- А надежды ваши...

- Суть выдуманная чушь...

- Боже... - пораженный Даратас отставив склянку с магическим порошком, опустился на холодный пол, не в силах стоять на ногах. Только сейчас он понял, что целый народ жил в объятиях иллюзий и выдуманных мифов, которые и составляли суть его общности. Его единства, его традиций и силы.

- Но... вера... вера ведь должна...

- Вера, друг мой, уже мертва. Тира - это образ, выдуманный Вождями... Если ты помнишь скульптурную композицию в Золотых Ручьях, то поймешь, почему фигура Богини стоит ниже, чем сами древние правители...

- Но ведь даже ты...

- Я не мог иначе, друг. По объективным и субъективным причинам, но эти две недели перевернули мое мировоззрение с ног на голову... Все, что было дорого моему народу, все, что составляло его и, мою, кстати, суть, ныне сбросило вуаль и открыло... пустоту.

Эльф замолчал и, подойдя к Даратасу, сел рядом с ним. Понурив головы, два сильных мужа ощущали себя выбитыми из колеи... будто кто-то взял и выхватил их из жизни. Казалось, мир вокруг просто сошел с ума. Несмотря на все свое желание, Даратас все же был так близок к горю того народа, который волею судьбы попал под его руководство, однако ощущение полной безысходности и отчаяния никак не укладывалось в его сознании.

- Наверное, мой отец верил в меня... Он знал, что исход этой войны предрешен... - Мильгард перевел свой отстраненный взор на Даратаса и, положив руку тому на плечо, сжал его. - Я знаю, куда ты отправляешься, мой друг. Не знаю, найдешь ли ты там то, что ищешь, однако знай - мой народ обязан тебе кровью... Куда бы не ступила твоя нога, какие бы трудности не встретились на твоем пути, знай... Мы придем к тебе на помощь... А в час последней битвы, когда все народы сойдутся вместе, дабы сразиться с лицом неведомого врага, каждый темный эльф, от мала до велика, не взирая на пол, придет и встанет в строй. Эта наша судьба, о великий человек!

- Боюсь, твои слова несут в себе зерно будущего... - проговорил маг.

- Конечно... События, развернувшиеся в этих подземельях, всего лишь начало того великого пути, который суждено пройти нашему миру... - эльф резко встал. - А теперь, пора прощаться. Нужно наладить порядок и организовать мой народ...

Даратас поднялся с пола, поправил складки своей мантии и, оперевшись на посох, многозначительно посмотрел в гордое лицо настоящего принца, который за несколько дней превратился из неуверенного юноши в самого настоящего мужчину, на чьи плечи теперь лег груз забот и несчастий целого народа.

- Мильгард, сын Кельвина, да прибудет с тобой сила духа и надежда твоего сердца, пусть благосклонность госпожи удачи сопутствует твоим начинаниям! С сей минуты наши пути расходятся, чтобы в будущем сойтись вновь! У нас ныне разные заботы, но делаем мы одно дело, ибо мыслимый удел сильных - хранить мир, - на последних словах Даратас протянул эльфу руку, сжатую в кулак.

- Даратас, друг эльфов, некогда великий правитель Подземного Престола! Делай что должен. Мы будем молиться за тебя. Всем богам, которые только захотят нас услышать, - Мильгард резко ударил кулаком об кулак Даратаса. Древний знак чести. Некогда так скреплялись договоры между равными. - Прощай.

Развернувшись, принц поспешно вышел из Тронного Зала, оставив Даратаса наедине со своими мыслями. Которым он, однако, решил не придаваться. Будет еще время все обдумать. А сейчас дело...

Подхватив склянку с порошком, маг принялся досыпать его в пустые линии. Но работа заключалась не только в том, чтобы насыпать порошок с горкой, но обязательно подравнять его по граням и объему, иначе путь портала может стать нестабильным и забросить незадачливого чародея куда-нибудь в небытие... Минут через пятнадцать умелой рукой Даратас выровнял все линии, переливавшиеся разными цветами, и принялся творить заклятье. Как обычно, неприятная и трудная работа соединения эфирных потоков с материальными аватарами. В этом деле самое главное - точность и, конечно, опыт. Тонкие нити эфирной материи необходимо связать со всеми гранями пентаграммы, придать им нужную форму, а последним заклинанием прорезать через реальность целый канал... Многие маги учатся этому годы, иные вообще никогда не постигают суть ремесла... Да и сам Даратас, что уж кривить душой, в свое время помучился, чтобы придти к осознанию всех необходимых компонентов этого сложного дела... Теперь, конечно, все кажется просто...

Установив стабильную оболочку телепорта, маг принялся связывать оставшиеся потоки в один мощный клубок, попутно выискивая метку, некогда специально оставленную на Тантале... Переноситься сразу на Харон было достаточно опасно, не вызнав ситуацию в Цитадели, поэтому будет намного вежливее сначала пройти через кордон на пограничном острове Тантал. Поиск метки немного затянулся - маг запамятовал, где ее оставил, однако через некоторое время нашел и направил связанный клубок эфирных нитей прямо на нее. Сразу почувствовался астральный ответ, и магические потоки медленно потянулись к месту назначения. Теперь осталось ждать, покуда они дотянуться до метки и там стабилизируются. На самом деле, можно было бы сразу, односторонним образом перепрыгнуть на Тантал, однако такой метод подходит только для индивидуального перемещения. Если с тобой еще человек, все же надо использовать двусторонний канал. В дни своей молодости Даратас оставил множество таких меток по всему миру. Поэтому, хвала богам, проблем не возникало...

Тяжело вздохнув, Даратас разогнулся. Не меньше получаса он стоял скрючившись над сияющей пентаграммой. Утомительно...

- Мессир... - проговорил кто-то со стороны двери. Даратас резко повернулся и обнаружил Ольвена, стоявшего в полном боевом вооружении с заточенной до блеска крастой в руках.

- Принц? - удивленно спросил Даратас, позволяя эльфу выйти из хаоса.

- Да, мессир, я пришел, чтобы справиться о времени нашего отбытия...

- Ольвен, нашего?

- Все правильно, мессир. Ведь мой отец завещал быть с вами везде. Стать вашей тенью... Я не нарушу его завета.

Даратас кивнул. Спорить было бессмысленно. Впрочем, хороший воин в команде никогда не лишне...

- Еще несколько минут, покуда настроится телепорт.

Хлопок, и в зале появилась Дариана. Облаченная в свою зеленую мантию и огненным посохом в руке она выглядела самым настоящим боевым магом. Потрясающая женщина!

- Ну что, идем спасать мир? - дерзко бросила она. И не успела глазом моргнуть, как острое лезвие красты коснулось ее нежной шеи.

- Я бы должен убить тебя, - тихо проговорил Ольвен. - За то, что ты сделала... Но лишь из уважения к мессиру, я не дерну рукой и не рассеку твое горло... Это понятно?

Девушка поджала губы и легонько качнула головой в знак согласия.

- Хорошо, - сухо бросил эльф и убрал красту. Застыв как камень, он стал ждать.

- Чудная компания, - пошутил Даратас.

Тем временем пентаграмма вспыхнула ярким светом, который настоящим столбом ринулся вверх и уперся в потолок зала. Телепорт настроился.

- Все взяли? - спросил маг, обводя взглядом своих спутников.

Те лишь кивнули.

- Ну и хорошо, - сказал маг и, подхватив свои торбы, вступил внутрь свечения. Оглядываться он не стал.

Как обычно, перемещение прошло быстро, гладко, но чертовски больно... Однако годами выработанная привычка сразу же хорошо отдышаться и расслабиться, моментально сняла все напряжение с тела. Пришлось плохо лишь Ольвену. Эльф совсем не привык к таким броскам и тяжело воспринял переносил последствия. Несмотря на то, что он всем видом старался не показывать своей боли, было видно, как на его фиолетовом лице и шее вздулись вены. Ничего, скоро должен был отойти.

Путники оказались на небольшой опушке, раскинувшейся, словно плешь, среди низкорослых елей, чьи пушистые лапы свисали до самой земли. Ярко светившее в небе солнце заливало сочную траву, однако не в силах было проскользнуть мимо плотных елей... Что за этим кольцом деревьев Даратас уже не помнил... Может, овраг...

Долго не раздумывая, маг двинулся напролом через колючий лес и после непродолжительной войны с еловыми ветками, выбрался на залитое солнцем зеленое поле, уходившее одним краем под невысокие холмы, а другим в плотную стену леса. Под таким углом естественных заграждений, располагался и пост Стражей... который, правда, был разбит в дребезги! Они находились как раз с фронтальной стороны укреплений, где по идее должны находиться ворота... Однако на их месте зияла большая дыра!

- Ничего себе... - пробормотала Дариана, рассматривая дыры в стенах. - Большой огонь?

- Да что-то не похоже... Даже отсюда видны точные контуры разрывов... словно их выплавили.

- Дурость какая-то... Кто станет использовать это малорадиусное заклятье, чтобы пробить брешь в стене? Очень неудобно...

- Сейчас узнаем... Ольвен, будь добр, красту опусти вниз... Сделай вид менее враждебным.

- А если там Культ? - бросил эльф, послушно опуская лезвие вниз.

- Придумаем что-нибудь...

И на этих словах Даратас спокойно двинулся в сторону руин. Если гарнизон уцелел, то его узнают... А если нет... По крайней мере, людей со стороны не видно.

На ходу маг набросил на всех пару магических щитов. Так, для верности. Причем сделал это открыто. Дабы враги знали, с кем имеют дело.

Когда путники уже находились в нескольких метрах от "центрального входа", по-хозяйски раскрытому настежь, в щели стен высунулись несколько грязных мужиков и наставили на них тяжелые арбалеты. Даратас тут же подал знак остановиться.

- Господа, Стражи, может примете старого друга? - крикнул он людям. Конечно, это мужичье с дурацкими механизмами в руках мало, чем могло испугать такого мага, но все же он хотел выяснить ситуацию, а не бросаться вперед, очертя голову.

- А ты уверен, что ты нам друг? - раздался голос из-за стены.

- Ну если тебя звать Арнольд, то скорее всего да... - ответил маг, улыбнувшись во все лицо. Голос он узнал.

В дыре возник тучный человек в нелепо длинной кольчуге с кабассетом на голове. На его небритом лице застыла совершенно глупая гримаса человека, изумленного по самую душу.

- Ты ли это, мессир?

- Я... Долго нам стоять под прицелами?

- Эм, так это... Господи! А ну убрать оружие, дурачье!

Мужики ошалело переглядываясь, тут же поспешили убрать арбалеты в сторону. Для них было совсем в новинку видеть своего ворчливого сотника в таком благожелательном настроении... Они-то не знали своего командира в дни Войны Сил. Когда-то этот тюфяк был могучим и храбрым командиром диверсантов, пускавшимся в такие задания, которые не принимали даже знаменитые наемники из Шепростана... Однако потом отряд налетчиков напал на его деревню и перебил там все живое, в том числе жену и детей сего достойного человека. Убитый горем Арнольд пустился во все тяжкие, надеясь найти смерть в бою. Однако костлявая обошла его стороной и даже сохранила жизнь в последнем бою, отгремевшем к югу отсюда, на ныне мертвом плато... В той схватке очень немногим посчастливилось выжить... После окончания войны Арнольд записался в Стражи, но от активной деятельности отошел, стал много пить, злоупотреблял едой и вскоре превратился в старого и толстого ворчуна, разменявшего уже седьмой десяток. Даратас по старой памяти тогда выхлопотал для него должность, на которой он сидит и по сей день.

- Старый друг... - проговорил Даратас, двигаясь к стене.

Арнольд улыбнулся в ответ и поспешил к магу. После крепких мужских объятий и смачных похлопываний по плечам, Арнольд незаметно отвел Даратаса в сторону и тихо прошептал:

- Что ж ты так долго? Уж ждем тебя три дня!

- Три? - нахмурился Даратас.

- Так ты не знаешь, что здесь у нас стряслось? - удивился Арнольд.

- Откуда? - пожал плечами маг, внимательно рассматривая алый свет, который грозно лился от портала, ведшего на Харон.

- Ого... Так это. Хочешь выпить?

- Нет, спасибо. Мы спешим... Лучше скажи, что здесь произошло?

- Эх... Давай-ка присядем, - сказал Арнольд, кивнув в сторону прогнившей скамейки, стоявшей рядом с кучей разбитого хлама. Которого, кстати, было полно... Почти все постройки за укреплениями представляли собой горы прогоревшего мусора и битого камня.

- Тут что? Армия гоблинов прорвалась? Или несколько отрядов Культа решили пройти?

- Нет, скорее всего, им было бы проще заплатить... - на полном серьезе проговорил Арнольд, чем сильно смутил Даратаса. - Оборона у нас хорошая... Да и чародеи, пухом им земля, были замечательные. Но для того, кто прошел сюда, сам дьявол показался бы слабаком...

- Ты так говоришь, как будто здесь был один человек...

- А он и был... один, - все также серьезно ответил сотник. Присев на скамью, Арнольд снял с кожаного пояса флягу и сделал несколько хороших глотков. - Он просто пришел и поубивал всех, кого только мог...

- Кто?

- А кто-кто... Сумасшедший какой-то в грязных тряпках. Он только рукой махнет, и от дома щепки летят. Палец согнет, и человека на куски разрывает... Из моей сотни в живых осталось человек сорок... Остальных мы по частям собрали... Кто таков и чего ему надо было - никто так и не понял. Он только прошел сквозь пост и вошел в Портал...

- И что? Что с Цитаделью? - заволновался Даратас.

- А что? С ней ничего... Портал-то, слава богу, не в Цитадели выходит. На другом посту, невдалеке от крепости... Там, говорят, вообще никто в живых не осталось. Наш гость вышел из портала и решил оставить о себе добрую память, взорвав там все... Портал-то устоял, ибо создавали вы его, с Франческо, из очень знатного материала... а вот стены, да дома... Все в пыль... Покуда туда ребята подоспели, этот сумасшедший уже исчез...

- Чушь какая-то... Что за безумие ты несешь?

Арнольд внимательно посмотрел на мага и прищурился. Даратас сразу вспомнил этот суровый взгляд, некогда заставлявший трепетать врагов.

- Я хоть уже стар, и мозги мои салом заплыли, но из ума еще не выжил... Можешь спросить у любого из этих ребят... Они скажут тоже самое. Только я был ближе всего к этому ненормальному. Встал прямо у него на пути, с топором на перевес...

- И выжил? - дернул бровью маг.

- Ха! Он только ехидно усмехнулся, когда я рассек ему брюхо... Пнул меня ногой, да я и полетел... Головой только стукнулся...

- Значит, ты его сильно ранил?

- Ничего это не значит... -махнул рукой Арнольд. - Вообще ничего. Раны на его проклятом теле заживали в считанное мгновение...

- Что он? Гомункулус какой-нибудь?

- С такой силищей? - недоверчиво проговорил сотник. - Ох, как не похоже...

- Бред... Полный.

- Эх, дружище... И что будешь делать? Найдешь его?

Даратас призадумался. В его планы совсем не входило искать некоего сумасшедшего мага, который с рассказов получался чересчур уж всесильным. Впрочем, половину можно было списать на неожиданность нападения, но вот факт разбитого поста просто так не выкинуть... Сто человек, в числе которых были неплохие маги... И ничего не смогли сделать. Интересная, однако история... не связан ли этот незнакомец со старой доброй компаний уничтожителей?

- Поглядим, Арнольд. Дела есть другие...

- Ого! - удивился сотник. - Я -то думал ты сюда по поводу нашего случая прибыл... А ты, погляди-ка, по другим делам... И спутники какие у тебя интересные... - пробормотал он, разглядывая застывшего у стены Ольвена. Принц в присущей ему манере хранил каменное спокойствие, не двигаясь с места и не проявляя эмоций. - А девочка-то...

- Арнольд, старый ловелас, - укоризненно сказал Даратас. - Иди на печку спать...

- Да нет печки... ничерта нет у нас. Костры жжем на обломках собственных казарм.

- А где же подкрепление? Ремонтные бригады?

- Ага, горячие ванны и нимфы... Откуда, друг? В последнее время очень не много желающих записывалось в ряды Стражей... Словно испугались чего-то. А там, за кордоном, нежить оживилась. Ребята на постах отбиваются, как могут. На Цитадель даже пару раз волны тварей всяких накатывали. За прошедшие полгода не досчитались более полутысячи солдат... Вот буквально недавно, до нас весть дошла, что пропал еще один отряд... Эх, там мой приятель, дурашка Найджел был... Проклятье! Болтун такой, задорный! У нас некогда служил. Потом перевелся. Как сын мне... Знаешь, дружище, будет у тебя время - погляди, может найдешь его... У вас там, магов, всякие штуки есть...

- Хорошо. Посмотрим, что можно придумать... - кивнул Даратас, хотя отлично понимал, что искать пропавшего Стража среди мертвой пустыни Харона бессмысленно. Если он погиб, даже костей не сыщешь.

- Спасибо, - глухо сказал Арнольд. - Что-то еще от нас?

- Разве что пропусти к порталу... Надо бы мне с Бульваром пообщаться...

- С командором-то? - прищурился сотник.

- Да...

- Смотри, он, как говорят, хворает сильно. Попадешь ли к нему...

- Не смею в этом сомневаться, - ехидно улыбнулся Даратас и махнул рукой Ольвену и Дариане, следуйте, мол.

Арнольд с кряхтением поднялся и, покачиваясь из стороны в сторону, двинулся к порталу. Когда Даратас поставил ногу на первую ступеньку семиметрового пьедестала, увенчанного магическим огнем портала, то сотник взял его за рукав и тихо прошептал:

- Удачи. Надеюсь, в этот раз мир обойдется без разрушений...

- Я тоже, - соврал маг и поспешил подняться вверх, к бушующему пламени. Повернувшись к своим путникам он коротко сказал: - Будьте начеку.

Удовлетворившись ответными кивками, маг вошел в портал. Мир на секунду померк, чтобы явиться вновь... но теперь уже не зеленью лесов и полей, а кроваво-красной выжженной пустыней, обдуваемой мертвым сухим ветром под сенью ядовитого неба. Харон...

***

Когда рассвет коснулся стен тревожного Ватрад Вил, бойцы стали занимать свои позиции. К удивлению многих под укреплениями не обнаружилось ни следов, ни меток страшных созданий - вообще ничего. Тихо и девственно чисто. Словно ночью здесь не бродили ужасные твари, чьи вопли до смерти пугали женщин и взрослых мужчин. Однако умиротворенную картину утреннего пейзажа портила видневшаяся метрах в пятистах цепочка изготовившихся к бою воинов Ренессанса. Расположившись под развивающимися знаменами, бойцы спокойно ждали приказа. Ждали битвы... Но все вокруг совсем не располагало к кровопролитию: утро сегодня выдалось теплым и свежим. Солнце, поднявшись из-за горизонта, плавно парило в небе, разливаясь в сторону золотом своих лучей... и воздух был настолько полным, настолько чистым, что хотелось вкушать его полной грудью.

- Эх, как же хорошо! - пробормотал один из ребят, стоявший ближе всего к Даниле. Четыре десятка стрелков, назначенных под его командование, в полном вооружении расположились рядом с воротами, выжидая приказа. По сравнению с вчерашним разгильдяйством, стражники проявили чудо прыти и готовности. Видно страшная ночь хорошо прочистила парням мозги. - Сейчас бы лежать на сенокосе с девчонкой в обнимку...

- Скоро тебя рены пообнимают, потерпи немного, - пошутили где-то с задних рядов, что встретило дружный хохот.

- Тихо вы, - гаркнул на них Данила. - Ждем.

А ждали уже как минимум час. Строгонов приказал снарядиться и встать с левого края от бассейна, ближе к воротам. Чего уж там Строгонов медлил, Данила не знал, однако полученное им задание тревожило его в сто крат сильнее... Если б хоть кто-нибудь нашептал чуть раньше, что в этой битве ему уготовано место приманки, то старый вояка ни за что бы не согласился брать на себя обязанность по руководству. Ну его к лешему... Однако ночью было отказываться поздно. Получив задание, Данила только стиснул зубы.

Ребята заметно нервничала. Многие из них поминутно вытирали пот со лба. Тяжелые арбалеты постоянно ерзали в их руках. Покачиваясь из стороны в сторону, парни бросали беспокойные взоры на мутную воду бассейна, которая воняла не хуже болота. За ночь вода застоялась в грязи и превратилась в большую лужу.

- Не дрейфить, бойцы, - молвил Данила, развернувшись всем телом к своим подчиненным. - Нам надо сделать только один залп, а потом тикать... В проходе не толкаться и не ругаться - вам дороже... В воду ни в коем случае не прыгать. Пробежать по обочине забраться на стены. Всем все ясно?

- Какого черта, командир? Мы ренов потешить что ли идем? - проговорил один из тех парней, которых Данила тяжелой дубиной учил уму разуму. Несчастный до сих пор еле передвигал ноги.

Охотник прищурился.

- Ты можешь выйти перед строем и станцевать... Я не против, - просто сказал он.

- Да, он-то у нас теперь танцует хорошо, - тут же ехидно пошутил его сотоварищ, и отряд залился громким смехом.

Данила, пора... - послышался голос Строгонова по трансферансу.

- Командир, я все же не понимаю, зачем? Они поведутся на такую уловку?

Есть шанс... мы должны его использовать. Если они примутся бить стены до этого момента, то... городу конец. Ты знаешь это сам. Поэтому выводи людей. И хранит тебя Всевышний!

Данила кивнул сам себе и, хорошенько рявкнув, приказал отряду выдвигаться.

Ворота тем временем стали медленно открываться. Заготовленные тяжелые брусья убирали по пять шесть человек, с трудом лавируя на небольшом пяточке перед бассейном. Когда стали расходиться в сторону створки, у Данилы перехватило дыхание... До чего же все рискованно...

- Выходи, стройся в две шеренги, - командовал охотник. - Первые ряды встать на колено. Вторые ряды бить стоя. При отступлении сначала уходят вторые, затем через три секунды первые. Не толкаться. Арбалеты сохранить. Даем залп по вражеским рядам и отходим. Огонь только по моей команде...

Чеканя шаг, стражники выстраивались в указанный боевой порядок. Буквально через пару минут отряд выровнял ряды и изготовился к бою. Враг меж тем безмолвствовал...

Встав с левого края, Данила судорожно выжидал момент для атаки. На самом деле, магам Лиги ничего не стоило просто стереть маленький отряд в порошок. Несмотря на то, что ребят прикрывали мастера земли, ни одна защита не сдержит сконцентрированный удар десятков чародеев...

Однако противник не думал начинать бой с магического поединка. У него были совсем иные планы, особенно если учесть так заманчиво раскрытые ворота за спинами стрелков. Ох, как заманчиво... Неужели расчеты Строгонова оправдаются?

Воздух над полем пронзил истошный вопль...Затем еще и еще один... Вскоре они слились в общий тоскливый вой, от которой сердце ушло в пятки... Данила почувствовал, как его зубы застучали друг об друга... Ребята занервничали и задергались.

- Стоять! - прошипел охотник. В отличие от него, никто из бойцов не был посвящен в детали исполняемой роли...

Ряды вражеских ратников заколыхались. Нет, они не начинали движения, они словно кого-то пропускали через ряды вперед. Было видно, что нечто странное переливается разными цветами, словно искаженные краски в лучах неправильного солнца.

- Готовсь! - скомандовал Данила. Его скулы свело, и он еле выговаривал слова.

Первые ряды опустились на одно колено.

- Целься! - нечто непонятное меж тем обрисовалось перед первым эшелоном неприятеля. Просто цепь искаженного пространства.

- В кого целиться-то? - крикнул кто-то из ребят, но Данила не отреагировал. Подняв руку вверх, он ждал ту единственную секунду, когда необходимо нанести удар... А какую именно он не знал... Подскажет сердце... - ПЛИ!

Болты сорвались с арбалетов и с пронзительным визгом устремились вперед. Однако больше Данила уже ничего не видел. Он успел лишь приказать отход и помчался назад вслед за улепетывающими со всех ног солдатами... А за спиной взывали твари и ринулись вдогонку. Земля затряслась под их чудовищными ногами. Приближалась смерть...

Отступление конечно же пошло не так, как было запланировано. Первые ряды не стали выжидать положенное время, более того, никто не собирался пропускать друг друга... начались толкучка... Кто-то упал... Бежавшего в середине Данилу вдруг обдало чем-то горячим... Послышался дикий крик. Затем еще и еще... Не рискуя посмотреть назад, охотник просто бежал вперед, но к ужасу своему видел лишь бессмысленную толпу, толкавшуюся у прохода в крепостные ворота.

- Да что ж вы делаете, уроды? - закричал парень, бежавший сбоку от Данилы, как вдруг его подхватила огромная клешня, подняла вверх и разорвала в клочья! Данилу снова с ног до головы обдало горячей... кровью... Потеряв голову от страха и не зная, что делать, охотник просто прыгнул на землю, стараясь сделать длинный кувырок и почувствовал, как нечто огромное пролетело в нескольких сантиметрах над его головой... Тварь прыгала с расчетом на него, но Данила успел в последний миг уйти... Существо, размахивая в воздухе клешнями, по инерции врезалось в толпу ребят... Густая, кровяная масса брызнула во все стороны...

Не помня себя от ужаса, Данила в два прыжка обскакал тварь, протиснулся в узкую щель и ушел с дороги к крепостной стене... А многие ребята нет. Потеряв рассудок, они тупо бежали вперед, падая в бассейн и пытаясь переплыть на другую сторону. Мерзкие твари тут же настигали их и рвали на части, с глубоким удовольствием урча и подвывая ... В какой-то краткий миг весь бассейн наполнился тварями, на всем ходу влетавшими через проход... Из подчиненных Даниле ребят дай бог уцелело человек пять... Всех остальных существа кромсали в мутной воде бассейна.

Стоя близ крепостной стены, вжавшись в камень и не в силах пошевелиться, Данила тупо глядел на огромную тушу существа, застывшего в воде. Выгнутое дугой тело, увенчанное продолговатым, слегка вытянутым назад черепом, достаточно устойчиво держалось на длинных ногах, слегка напоминавших конечности кузнечика. Размахивая двумя самыми настоящими ножами, заменявшими руки, эта тварь спокойно расправлялась с любим металлом и уж тем более с податливой человеческой плотью. Однако странно, эти твари, имея такие прекрасные ноги, прыгали на весьма незначительное расстояние... и тем более не могли преодолеть стену... Вот почему были открыты ворота. Они могли бежать быстрее ветра... но остановиться не могли так быстро как хотели бы. Твари со всей своей безумной скоростью влетали в воду... в которой... сразу же теряли свою прыть. Оказавшись в воде и потеряв инерцию, существа двигались словно черепахи... Удивительно!

Мерзкая морда существа медленно повернулась к Даниле. Ее узкие глаза вдруг моргнули ярким желтым сиянием, а маленькая пасть, увенчанная кинжальными зубами, стала медленно раскрываться, увеличиваясь и увеличиваясь в размерах! Скоро она стала такой большой, что могла бы уместить целого человека! Взвыв во всю мощь, тварь стала медленно двигаться к охотнику, постепенно раскручивая свои ножи. До него было всего три метра, но чудовище ползло по несколько сантиметров вперед. Однако если Строгонов не поспешит.... Данила кинул взгляд вверх, где на него тупо уставилось несколько человек, белых от ужаса. Ребята могли бы хоть стрелу пустить!

Вокруг вдруг стало холодно. Словно все тепло выкачали из мира. Все стихло, твари замерли. Надвигавшийся на Данилу монстр вдруг остановился и, закрыв пасть, стал мотать головой в разные стороны, пытаясь понять, что происходит. А воздух меж тем становился все холоднее. Охотник почувствовал, как свело ноги, а все лицо закололо мелкой болью. Твари занервничали и забрыкались, недовольно крича. И тут, рассекая воздух, прямо в воду ударился мощный сгусток голубоватого света. Как только он коснулся поверхности, вода в бассейне стала замерзать, превращаясь в плотные пласты льда. Твари завопили и повернулись было к выходу, но неумолимая волна магии настигла их в считанные секунды. Через несколько мгновений все было кончено. Безумный холод отступил, а в бассейне остались только застывшие фигуры. Около трех десятков...

Какое-то время среди защитников царила гробовая тишина, но затем народ опомнился, и воздух над Ватрад Вил наполнился криками обезумивших от счастья людей. После кровавого кошмара, разыгравшегося близ крепостных стен, во многих зародился ужас грядущей катастрофы... Но чертовски везучий Строгонов все рассчитал правильно!

С трудом переводя дух, Данила оторвался от стены, в которую он чуть ли не врос и, вынув из ножен короткий меч, резким взмахом снес голову с замерзшей твари. Кусок льда отлетел к стене и рассыпался в мелкую крошку.

- Ворота! Скорее! Заприте ворота! - истошно завопил кто-то с крепостной стены.

Отбросив радость, воины поспешили надеть преждевременно снятые шлемы, и принялись занимать оборону. Ворота со скрипом стали закрываться. Могучие ребята уже несли подпорки.

Не совсем понимая, что происходит, Данила вышел на линию крепостных врат и увидел, как метрах в ста от него несется целая орава бронированных ратников... Створки меж те с грохотом закрылись. Мужики тут же поспешили подпереть их.

Не теряя ни минуты, Данила вбежал вверх на крепостную стену, попутно перенимая из чьих-то рук свой арбалет... Странно, кто это так позаботился о его оружии? Однако не время...

А меж тем у армии Лиги произошел необычайный конфуз... Несшаяся с победными воплями толпа, вдруг натолкнулась на голую стену. Ворота были заперты, а гарнизон почти весь цел и невредим да еще и вооружен до зубов. Рены скорее всего рассчитывали на легкую добычу. Вряд ли им вообще могло придти в голову, что их идеально оружие даст такую осечку...

- Крапиву мать вам в обе щеки! - пробасил коренастый детина, что стоял рядом с Данилой, наблюдавшим за обескураженной толпой солдатам под станами.

- Да, переоценили свои силы рены... - пробормотал Данила.

- Ха! - хохотнул солдат. - На любую кирку найдется свой камушек... Нельзя доверять одному оружию...

- Стрелки! По врагу целься! - загремел голос командира, усиленный магией. Похоже это был Артес.

Все, кто имел хоть что-нибудь бьющее на дистанции, послушно изготовились и выбрал свою цель. Рены, наконец, поняв, что ждать им особо нечего, кроме острых стрел, стали скорее сбиваться в ряды, но не успели.

- Пли! - десятки болтов сорвались с места и с убойной дистанции стали укладывать ренов одного за другим на землю. - Заряжай! Целься! Пли!

В рядах врага началась неразбериха. Сбитые в гурьбу солдаты не знали что делать, не видели своих и не слышали десятников. Командиры пытались организовать бесформенную толпу, но чаще всего падали замертво, будучи подмеченными со стен смекалистыми стрелками.

Враг тут же ответил огнем магии, заставив приутихнуть обстрел, однако особого вреда, кроме нескольких незначительных щелей в стенах и парочки загоревшихся домов, он не сумел нанести - в дело вступили те немногочисленные маги, которые имелись у Строгонова в подчинении. Связав магов врага дистанционным поединком, они заставили чародеев отвлечься от стен.

Тем временем шеститысячная гурьба солдат, прикрываясь щитами, попятилась назад. В беспорядке, учиненном у стен, армия Лиги потеряла не менее полутора сотен своих воинов, многие из которых были еще живы и истекали кровью от страшных ран. Но собратья их не могли ничем помочь - реорганизованные, они отступали... А обстрел не прекращался ни на минуту, хотя результативность серьезно снизилась - враг сумел хотя бы построить линию щитов. Шаг за шагом отодвигаясь назад, неприятель тем самым уходил из зоны обстрела. Вскоре ратники стали недосягаемы для нормального огня. Летевшие болты и стрелы лишь чиркали о дорогие доспехи и бессильно падали на землю.

Данила глубоко вздохнул и облокотился на зуб стены, вытирая пот со лба.

- Будут переформировываться, - пробормотал кто-то справа. Данила поглядел в его сторону и увидел затянутого в темный балахон с накинутым на голову капюшоном человека.

- Не жарко? - просто поинтересовался Данила.

- Нисколько, - спокойно ответил тот. Голос у него был немного странный, с надрывом что ли.

Данила потер лоб и, сняв флягу с пояса, сделал большой глоток.

Противник медленно восстанавливал свои ряды. Увы, не всех командиров удалось выбить в заварившейся каше, поэтому неприятель медленно, но верно выстраивал полки для нового наступления. За спинами ратников страшно грохотали взрывы. Со стены были прекрасно видны вспышки и самые настоящие фонтаны земли, подбрасываемые вверх чудовищной силой. Близ стен тоже несколько раз громыхнуло, но благо подальше от ребят. Странно, но неужели магам Строгонова удалось подавить неприятельских? Судя по многочисленным взрывам в той стороне, так оно и было, однако верилось в это с трудом.

- Если они преодолеют стены, мы отступим за вал, набросанный за бассейном, так? - проговорил темный. В такт его словам, застывшие в воде фигуры вдруг треснули и рассыпались. Весь лед стал быстро таять, и вскоре в луже бултыхалась простая вода... с налетом чего-то зеленого.

- Вроде так... - кивнул Данила, наблюдая за тем, как линии неприятельского войска принимают правильные очертания. - Горилки?

- Нет, спасибо... Я так понимаю, рены в любом случае будут пробивать ворота, а поэтому неминуемо угодят в воду... Вот там их будет удобно бить всем, что попадется под руку...

- Скорее всего, они попытаются взять нас в охват, пройдя вон по тем улочкам, что с обоих флангов лужи... - задумчиво проговорил Данила. Смерти несчастного он даже не заметил.

- Да, но там везде сидят ополченцы, которые, кстати, не просто чернь в рубахах с топорами. Я у нескольких даже приметил чуть ли не полные доспехи...

- Это верно, - усмехнулся здоровяк, что был рядом с Данилой. Но не успела сойти улыбка с его лица, как стены города содрогнулись. Не устояв на ногах, мужик пошатнулся и соскользнул вниз со стены. Упав, он свернул себе шею.

- Они наступают! - послышались отдельные восклицания.

- Стрелкам приготовиться, - вновь загромыхал голос Артеса. - Попусту снаряды не тратить! Поливать врага до тех пор, пока он не подойдет на расстояние прыжка! После этого срочно отступить.

- Мы не будем держать стены города? - раздались удивленные реплики защитников.

- Ложись! - прокричал темный на ухо Даниле и потянул того вниз. Охотник, не сопротивляясь, рухнул на площадку крепостной стены. В следующий миг уши заложило от чудовищного грохота. Укрепления затряслись как картонные... Один за другим взрывы покрывали стены, унося десятки жизней. По счастливой случайности, один из взрывов, прогремевших рядом с Данилой, ушел под другим углом и не задел его вместе с темным.

- Они идут! Скорее! - закричали со всех сторон.

Медленно поднявшись на ноги, Данила с трудом оглядел картину разрушений - ворота были выбиты, в нескольких стенах зияли дыры, а близлежащие дома полыхали огнем.

- Ничерта себе... - пробормотал темный. Магический поединок меж тем стал развиваться у стен города, и взрывы гремели намного ближе к позициям защитников. - Прошляпили чародеи...

- Стрелки! Пли! - заревел голос Артеса.

Развернувшись в сторону врага, Данила на секунду прицелился и тут же разрядил свой арбалет. Пока защитники города отходили от массированного обстрела, ратники начали наступление и успели преодолеть половину пути. Но вскоре их встретили, как подобает. То там, то тут во вражеских рядах падали солдаты. Щиты у ренов были недостаточно велики, чтобы закрыть все бреши, поэтому стрелки находили любую самую маленькую щелку и сразу же пользовались выдавшейся возможностью. Однако и оборонявшимся приходилось несладко. Неприятель садил по стенам Большим огнем, унося по десятку жизней к ряду... Множество механизмов, установленных на стенах, превратились в груды мусора.

- Проклятье... - шипел Данила, перезаряжая свое оружие. - Как жахнет сейчас...

- Черт его знает, - пожал плечами темный. В отличие от охотника, он орудовал коротким луком, и получалось у него просто великолепно. Две, три стрелы против одного болта Данилы.

- Смотрю, ты спокоен, как камень...

- Не время для волнений, - сказал он и резко дернулся влево, увернувшись от тяжелого болта. - Ого, супостаты то огрызаться начали... Еще метров шестьдесят и начнут прыгать. На бег уже перешли... Щиты опустили.

- Дай-ка я им напоследок всыплю, - кинул Данила и, хорошенько прицелившись в здорового раскрасневшегося от азарта рена, одним щелчком курка отправил того к праотцам. Грузно упав на землю, здоровяк подкосил нескольких бежавших за ним собратьев.

- Все, я пуст... уходим! - крикнул темный и, отбросив лук в сторону, поспешил к лестнице, по которой уже бежали отходящие стрелки.

К сожалению, быстрого отступления не получилось. На спуске образовалась очередь, и люди толпились, словно бабки на базаре. Рены успели преодолеть необходимое расстояние и принялись атаковать стены. Здесь, наконец, заработали приготовленные механизмы. Конечно не все - очень многие были сломаны Большим огнем, но те, что остались, успели учинить новый разброд в атаке. Ничего не подозревавшие воины Лиги опускались на площадки и тут же становились жертвами страшных ловушек. Кто-то погибал сразу, кто-то же оставался бессильно болтаться на заостренных кольях. Подлетавшие следом соратники чаще всего наталкивались на тела своих же ребят и кубарем летели со стены (не так-то просто управлять своим телом, когда запрыгиваешь вверх в немалых килограммах своих доспех). Один из таких не шибко удачливых ребят, задев торчащий кол, не удержался на ногах и покатился по лестнице вниз, где налетел на Данилу, чуть не сшибив его. Не долго думая, охотник вогнал свой тонкий клинок тому под шлем.

- Да скорее же! - горячился темный напарник. - Скорее... Они уже у ворот!

Медленно, но верно, противник преодолевал стену, готовясь соединиться с наступавшими через разбитые ворота отрядами. Однако для них было совершенно неожиданным сюрпризом то обстоятельство, что прямо на их дороге лежал бассейн, до верху наполненный водой. В такой ситуации либо вперед по воде, либо по узким дорожкам в обход. И тот и другой варианты сильно снижали мобильность наступления. Особенно если учесть, что силы, перебравшиеся через стены, вступили в жаркую схватку с ополченцами и, встретив серьезный отпор, ничем не могли помочь товарищам.

Добравшись до вала и перескочив острый частокол, Данила занял позицию у края и садил по врагам всем оставшимся запасом болтов. Рены старались закрываться щитами, однако особого успеха не имели. В конце концов, командиры не выдержали и приказали наступать прямо вброд, что увеличило потери как минимум в два раза. Закованные в чарованную сталь воины, с большим трудом тащились по воде прямо напротив десятков болтов и луков, которые без передышки обстреливали их, как на учениях. Минут через пять почти весь бассейн наполнился трупами, которые уходили на дно, словно камни. Пласт за пластом укладывались погибшие в бассейне. Наступавшие сзади бойцы были вынуждены идти прямо по своим... Кто-то, не выдержав муки, бросал оружие и тащил товарищей из воды на берег, чаще становясь жертвой дурной стрелы, кто-то пытался идти в присядку, большую часть тела скрывая в воде и закрывая голову щитом, кто-то вообще плыть. Однако хорошо зачарованные болты легко входили в воду и не теряли скорости. Несмотря на отличное качество вооружения, воины неприятеля сами по себе оказались в неудачной позиции и простреливались со всех концов. Рядом с защитниками стояли целые обозы заготовленных стрел и болтов, что не мешало им бить и наугад, и на прицел.

Товарищ Данилы уже успел раздобыть себе добротный осадный арбалет и, что было сил и ловкости, вел бой, управляясь с механизмом не хуже самого охотника. Между ними даже началось негласное соревнование по быстроте перезарядки и меткости стрельбы. Это так увлекло обоих, что они почти перестали замечать боя, вставая чуть ли не в полный рост для лучшего прицела... Однако дело на поле брани изменилось и самих защитников прямо со стен стали поливать настоящими потоками стрел. В один из таких моментов, когда темный встал для своего очередного выстрела, вражеский болт, приветливо свиснув, вошел тому прямо в живот. Юноша слетел с вала и упал на землю. Озадаченный Данила, отбросил арбалет и кинулся к напарнику, с которого слетел капюшон. Какого же было его удивление, когда юноша оказался не кем иным как...

- Ян? - глаза Данилы полезли на лоб. - Какого черта ты здесь делаешь?

- Что, не ожидал старик? - прохрипел тот. - Чего стоишь? Дай порошок сюда.

- Да какой тут порошок? - бормотал Данила, снимая мешочек с пояса. - У тебя болт в желудке...

- Нет, не в желудке... - пробормотал тот, хватаясь за торчавший конец снаряда. Мне повезло... Он слегка в сторону ушел... Эх, благо наконечник гладкий, без зазубрин - с этими словами, Ян рывком выдрал болт из себя. Разразившись диким воплем, юноша согнулся, но не потерял концентрации. Трясущимися пальцами он раскрыл мешочек и, взял горсть порошка, бросил себе на рану. Засветившаяся магия сразу же взялась за дело, "склеивая" воина заново. Однако болевой шок был так велик, что юноша потерял сознание. Подхватив безвольное тело, Данила потащил того подальше от вала, который в прямом смысле забрасывали стрелами, и, занеся того за стену еще целого дома, накрыл широкой доской. Пускай полежит так, очухается. Даже если город возьмут, будет шанс удрать. Никто не подметит.

Сам же Данила поспешил к валу, где защитники сошлись с неприятелем в рукопашную... Все собранные воины, которые смогли придти на защиту Ватрад Вил вперемешку со стражниками и теми ополченцами, которые, не выдержав натиска на флангах, отступили к центру битвы, сражались насмерть с рвавшимся во всю мощь противником. Оба воинства были лишены поддержки своих магов, которые рубились на дистанции, забрасывая друг друга чудовищными заклинаниями. С Вала было хорошо видно, как горит центр города... Увы, скорее всего маги Строгонова держались из последних сил.

Бой кипел со всей ненавистью, на которую только были способны воины обеих армий. За несколько дней разгоревшегося конфликта в каждом из них накопилось достаточно различных претензий к друг другу, которые наконец-то можно было высказать в честном мужском поединке. Поначалу бойцы стали перебрасываться эфирными ударами, разя магическими лезвиям на расстоянии, однако вскоре бросили это дело и сошлись грудь в грудь. Ругаясь, отплевываясь и рыча, мужчины рубились и мечами, и щитами, и руками и даже камнями. Никто не собирался сдаваться и никто не хотел отступать. Удивительно, но Данила впервые видел, чтобы люди так безжалостно к самим себе в прямом смысле напирали друг на друга, не обращая внимая ни на разящие стрелы, ни на острые клинки... Бойцы падали на землю лишь израненные до смерти. Кто-то, отдав все свои силы, умирал от усталости прямо в горячке боя. Как не старались рены, их стальному напору не удавалось сбить защитников с вала. Поначалу удачный замысел атаки стрелков со стен вскоре провалился - отошедшие к правому флангу остатки стрелковых частей Ватрад Вил, укрывшись за обломками домов, вели прицельный обстрел ничем не прикрытых арбалетчиков врага. Какое-то время неприятель пытался сопротивляться, но, понеся чудовищные потери, решил бросить эту затею, сконцентрировавшись на прорыве вала.

Данила поначалу хотел присоединиться к стрелкам, однако толпящиеся в очереди воины оттеснили его к центру и вынудили взяться за меч. Первые ряды постепенно менялись со вторыми, чтобы дать себе немного передохнуть и унять дрожь в руках, которая появлялась от напряженной работы мышц. Буквально минут через десять таких перестановок, Данила оказался на переднем крае обороны, сразу же схватившись с закованным с ног до головы бородачом. Низкорослый коренастый воин отлично орудовал широким ратным мечом, никак не позволяя легкому и быстрому лезвию Данилы задеть его. Ко всему прочему у него на руке держался небольшой аспис, которым было очень удобно закрываться от неожиданных выпадов ловкого противника. И не знамо как закончился бы этот бой, если бы во всеобщей свалке один из смертельно раненных соратников случайно не толкнул бравого бойца Лиги в плечо, направив того прямо на тонкое лезвие охотника, которое аккуратненько вошло поверх нагрудника прямо в шею... Но не успел Данила обрадоваться своей первой неожиданной победе, как на него навалился новый враг. Взмахнув тяжелым молотом над головой охотника, неприятель немного неудачно нагнулся вперед и тут же получил быстрый выпад в подмышку. Кровь брызнула самой настоящей рекой. Взвыв от боли, воин отбросил молот и скрылся в гуще своих - если он не успеет использовать порошок, он в прямом смысле истечет кровью.

Однако удача постепенно отворачивалась от защитников. Безудержный натиск ренов уносил все больше и больше солдат из рядов обороняющихся, и силы человеческие постепенно иссякали. Как впрочем и магические. Центр города сотрясло несколько весьма мощных взрывов, после чего по позициям стрелков, державших стены под обстрелом, был произведен магический удар. Огромный сгусток чистой энергии опустился на остатки домов и с оглушающим взрывом испепелил все живое в радиусе двадцати метров. Данила стоял не так далеко, чтобы видеть, как люди в прямом смысле превращались в прах... Скорее всего маги потеряли контроль над щитами, и не ровен час, как на головы воинов посыплется град неприятельского огня, который и решит дело.

Вал шаг за шагом доставался врагу. Вскоре противник преодолел линию частокола и принялся скидывать защитников с наката. По совершенно странной иронии, Данила, всем сердцем желая быть где-то в задних рядах, оказался на самом острие вражеской атаки и что было сил отбивался от навалившихся на него трех мечников, не имея возможности отойти назад. Эта отчаянная оборона вселила в души товарищей новый запал - переведя дух, воины яростно бросились на защиту, и вскоре враг был вновь отброшен за частокол, а Данила не раз был одарен дружеским похлопыванием по плечу с одобряющими речами. Что ж, и такое бывает!

Несколько минут спустя, как защитникам вновь удалось взять инициативу в свои руки, на подмогу подоспело несколько десятков мечников во главе с самим Строгоновым. Весь в саже, в оплавленных от магического жара доспехах, неунывающий командир протиснулся в первые ряды и под бравое "ура" принял бой у первого же попавшегося рена. Своей несокрушимой решительностью он повел бойцов вперед. Войска неприятеля не выдержали и подались назад в бассейн. Постепенно провалились фланги, и немногочисленные бойцы Ватрад Вил стали окружать противника. Настоящая орда ренов пятилась назад и ничего не могла поделать с воодушевленным неприятелем. Однако там, где не помогала сила, в дело вступала магия.

Череда мощнейших взрывов прокатилась по центру города... Спустя какие-то минуты на головы защитников обрушился самый настоящий град молний и целые вихри, разметавшие в стороны весь вал с частоколом. Данила успел в последний миг оттолкнуть Строгонова в сторону, чтобы его не затронула яркая плазма молнии, рухнувшей вниз. Самого же охотника огрело прямо по шлему раскрученное вихрем бревно, и он без сознания отлетел в ближайшую рытвину. А сила магии меж тем свирепствовала, разрывая людей на части. Не рискуя попасть под удар, рены отошли в середину бассейна и напряженно наблюдали за разыгравшейся трагедией. Многие из них скрипели зубами и сжимали кулаки. Не каждому было по нраву смотреть, как битва превращается в бойню... особенно когда враг был так достоин уважения!

Буквально за пять минут была уничтожена половина всей армии Ватрад Вил. Людей разбросало в разные стороны и перепугало до смерти. Бушевавшие вихри в конце концов сровняли вал с землей, а молнии рассеяли бойцов... Казалось, теперь уже все кончено и ренам остается только придти и добить растерянных людей... Но вдруг все смокло... Магия улетучилась, и дымящийся город накрыла тишина.

Солдаты Лиги в нерешительности выждали паузу и, вздохнув, двинулись было вперед, как в стороне от города раздался звук рогов. Очнувшемуся в этот миг Даниле он показался мелодией, сорвавшейся с небес... Рога гремели что было сил, приближаясь каждую секунду. Рены занервничали, стали разворачиваться, толкаться... На стенах немногочисленные арбалетчики принялись вести беспорядочную стрельбу... Но все уже было решено. Со всего размаху в задние ряды неприятеля врубилась кавалерия. Набравшие скорость мамонты в прямом смысле смяли врага и посеяли панику. Из-за стен было хорошо видно, как взлетают и опускаются длинные пики, прошибающие даже чарованную броню насквозь. А протяжный стон боевых рогов уже голосил у стен. Подошедшая пехота била деморализованного неприятеля направо и налево.

- А, ну, братья! Поднимайся! Вдарим по врагу! - пробасил Строгонов, собирая вокруг себя остатки бойцов. - Вперед!

Несколько потрепанных сотен, похватав все, что лежало под рукой, рвануло на повернувшегося спиной врага. Несмотря на то, что в войске неприятеля еще оставалось по меньшей мере тысячи четыре, расстроенные, лишенные организации и сил солдаты больше не думали о продолжении борьбы. Сделав единственное усилие, они вместе отбросили кавалерию подальше от ворот и открыли свободный коридор для отступления.

Поддавшись общему порыву, забыв о жуткой головной боли Данила присоединился к общей сечи. Ему даже удалось смертельно ранить одного, сделав хорошую подсечку и пригвоздив того к земле, но другой неприятель резко парировал его атаку, выбил клинок из его рук и хорошенько треснул ногой в грудь, после чего охотник уже успел распрощаться с жизнью, но вместо этого услышал:

- Брось ты его, тикаем! Сейчас как маги их жахнут - костей не соберешь! Бежим!

Не веря своему счастью, Данила приподнялся на земле и увидел, как неприятель постепенно покидает поле битвы, оставив у берегов грязного бассейна не одну сотню своих товарищей...

Счастливчик Строгонов все рассчитал правильно. Сначала уничтожил главное оружие неприятеля и втянул его в ожесточенную борьбу, затем дал почувствовать слабину своих войск и рассредоточил внимательность увлеченного врага, и, наконец, дождался подкрепления, которое подошло точь-в-точь в установленное время. Бойцы Нейтралз и кавалерия Остермана хоть и не разбили в пух и прах все ядро неприятельской армии, но зато смяли порядки частей и рассеяли всех, кто выжил, по окрестных лесам. Лиге придется теперь сильно задуматься над дальнейшим ведением войны, перейдя от стремительного и решительного продвижения в глубь к позиционному захвату территории.

Однако есть ли надежда выстоять в этой упорной борьбе, когда на севере вздымаются тучи одна черней другой? И есть ли уверенность в том, что враг не ударит просто в спину, предпочтя оставить весь этот спектакль на суд черни и толпе?

***

Вернувшись в жизнь, Ромунд первым же делом увидел озабоченное лицо Алисы, которая хлопотала вокруг него.

- Вроде пульс ровный... Странно, а трясся, как лист на ветру... У него были какие-нибудь ментальные заболевания? Эпилепсия может? Не похоже что-то... О, глаза открыл, - сказал она, приметив, что Ромунд заморгал и медленно приподнял веки.

- Со мной все отлично...

Алиса поглядела с недоверием.

- Нет, на самом деле все хорошо... Не дергайтесь... - Ромунд потихоньку встал. Оставалось надеяться, что это было последнее посещение воспоминаний Патруса.

Оглядевшись, юноша подметил, что все члены горе-компании недоуменно смотрят на него и ждут объяснений. Особенно Вильгельм. Нахмурившись, он внимательно изучал его лицо.

- Я не знаю что именно... Какое-то дурное влияние Энергона или что-то врожденное... Это не опасно для вас... - начал врать Ромунд.

- Ага, а если ты в своем психозе напридумываешь нам страшилок? А? - разревелся Вольфрам. - Был у нас тут один сумасшедший, так мы его это, быстро...

- Успокойся, - тихо сказал Вильгельм. - Не тот случай. Парнишка тогда совсем не владел собой, рождая одну иллюзию за другой, - Вильгельм слегка виновато посмотрел на Алису. - Пришлось его... упокоить...

Алиса фыркнула и, усевшись за стол, залпом осушила чью-то кружку с весьма освежающим зельем.

- Ромунд, ты точно уверен, что с тобой все в порядке? - подала жалобный голосок Альма и коснулась рукава его робы. Маг посмотрел на нее и поспешил сесть рядом на кровать и тепло обнять. Было ясно, что измученной девушке страшно. В кругу озабоченных своих выживанием людей она боялась в любую минуту стать крайней. Особенно если с ней не будет хотя бы одного человека, который хоть немного, но близок.

- Успокойся, все хорошо, - проговорил Ромунд, поглаживая ее по голове. Проклятый поход в эти катакомбы сделал бедняжку ему родной.

- Ну и славно! - заключил Вильгельм и хлопнул в ладоши. - А сейчас...

Где-то далеко вверху раздался непонятный скрежет... затем хруст и медленный нарастающий вой, который перешел в дикие крики нечеловеческих голосов. А потом все смолкло...

- А сейчас нам нужно убираться отсюда и как можно скорее... - заключил за него Ромунд.

- Что это было? - пробормотал то ли Джон, то ли Катран... Все равно были одинаковыми до невозможности.

- Неважно... - отрезал Вильгельм. - Это по наши души.

Ромунд ухватил эту фразу. Интересно. Интуиция?

- Десять минут на сборы. Встаем и движемся за нашим магом.

- Черта с два! Не пойду за этим упырем, - закачал головой варвар.

- Тогда он тебя потащит, - равнодушно сказал очкарик и вышел из комнаты.

Наступила тишина...

- Ну и чего сидите-то? А ну быстро встали и пошли! - заявила Алиса, и все тут же подчинились ее словам, засуетившись вокруг всевозможных тюков, лежавших по углам.

- А ты заместитель? - улыбнувшись, спросил Ромунд у девушки. Его торба слава богу была не тронута и находилась в полной готовности.

- Что-то вроде этого... пока нужна, - холодно отозвалась она, с остервенением связывая узлы на двух увесистых мешках.

Ромунд медленно наклонился к ней и прошептал:

- Странный у нас предводитель, не находишь?

Алиса в пол оборота поглядела на него, прищурившись, а затем медленно проговорила:

- Нашел время! - прошипела она и быстро отошла в сторону, принявшись помогать Дейле укладывать какие-то свертки.

Ровно через десять минут в залу вернулся Вильгельм. Вместо свого простого балахона он оделся в легкую кожаную курку и штаны, опоясанные тяжелым ремнем со стальным замком. Через плечо у него была перекинута полупустая сумка и притороченный к ней меч.

- Дейла, Рема, это что такое? - тут же спросил он, указывая на два больших и тяжелых тюка, в готовности стоящих у дверей.

- Еда, - робко ответила Дейла, убирая с глаз локон волос.

- М-да... Так, возьмите каждый отсюда по 2 свертка. Остальное мы оставим здесь...

- Но, как же мы? - удивился Рон.

- Думаю, нашим путешествиям вскоре найдется конец. Надеюсь, что счастливый, - ответил Вильгельм, внимательно обведя взглядом застывших в нерешительности подчиненных. - Скорее! Берите! Иначе нас в очень скором времени схарчат вместе с этим немудреным пайком.

С горем пополам отряд собрался. Окинув напоследок тоскливыми взглядами уютную залу, люди стали выходить в темноту узкого коридора, рефлекторно поеживаясь от страха, предательски пробежавшего холодком по спинам.

- Вильгельм? - подал голос Ромунд, шедший рядом.

- Да, маг? - ответил тот не оборачиваясь.

- Ты знаешь, куда мы идем? - спросил юноша и, споткнувшись обо что-то под ногами, выругался.

- Да... Кажется... Я видел место, о котором ты говорил. Эх, если б сам мог активировать... - грустно проговорил он.

- А сейчас мы где? - снова что-то попалось под ноги.

- В грузовых туннелях, - редкие факелы, висевшие на стенах, плохо освещали пространство. - Они идут параллельно всем административным центрам. Видимо именно по ним возили узников с поверхности вниз.

Ромунд сотворил заклинание острого зрения и осмотрелся. Длинный, теряющий свой конец где-то далеко вверху туннель шел под небольшим углом во тьму неизвестных глубин. Мешавшиеся под ногами непонятные выступы оказались остатками тягловых рельс... разбитых и в некоторых местах расплавленных. Что же здесь было? Зачем все сломали?

- Туннели приведут нас к Энергону? - спросил он.

- Не думаю... Скорее всего туда, где лежат несчастные...

- Господи! - вырвалось у Дейлы. - Не хочу снова в это ужасное место!

- Увы, именно рядом с ним находится искомое. Не отставайте. Рон и Бил, перейдите в замыкающих. Джон, Катран, девушек прикройте... Вольф, ты идешь за магом.

Ромунд прищурился... Тяжелое и злобное дыхание варвара за спиной отдавалось в самом сердце. На всякий случай он наложил на себя простенький щиток, не видимый здоровяку. Так, на всякий случай, если у дурака созреет что-нибудь недоброе в голове.

В духоте петлявшего пути запах и ужас прошедших событий сплелись воедино, въедаясь в кожу своим мерзким зловонием. Тошнота подступала к горлу и терзала душу, не отпуская, словно хватка мертвеца. Уже слышались тяжелые вздохи и сдержанные покашливания. Еще немного и кто-нибудь не выдержит.

Через полчаса мучительного перехода по душным коридорам, отряд, перевалив через блоки разбитой арки, вышел в самый настоящий грузовой терминал. От сравнительно узкого туннеля в сторону ответвлялись десятки линий, ведших к широким платформам. На разбитых рельсах валялись разломанные на куски телеги, части подъемных механизмов, от которых в основном остались тяжелые, стальные столбы, вбитые глубоко в землю.

- Я... что-то припоминаю... - проговорила Дейла, осторожно ступая вперед, опасливо обходя обломки. Высоко под потолком терминала горело несколько больших ламп, но их сильный верхних свет никак не мог разогнать сумрак внизу. - Нас везли вот в этих тележках, примерно по восемь человек... - она осторожно опустилась на корточки рядом с одной из телег. В середине ее торчал кусок отломанного столба. - Вот за него нас привязывали. Туго. Я помню, что очнулась от боли в запястьях... Чуть открыв глаза я закричала. А затем увидела, что рядом со мной тоже люди, привязанные... И мы едем. Медленно так. Стучат колеса по рельсам. И десятки таких же повозок за нами... А потом ко мне кто-то подошел. Странный такой, с закрытым черной маской лицом. Он, видимо, наблюдал за нашим поведением. Присев рядом, он осторожно взял меня за подбородок, что-то неразборчиво прошептал, затем резко нажал куда-то в область шеи. И я вновь уснула...

- Однако ни тел, ни оружия... Ни следов магии. Что же здесь произошло? - игнорируя слова девушки, проговорил Ромунд. - Кто-то пытался замести следы?

- Ты думаешь? - недоверчиво проговорил Вильгельм, осматривая место разрухи. - Такое ощущение... Дейла!

- Ч-что?- успеха проговорить девушка, прежде чем нечто схватило ее за плечи. Сильно встряхнув тело девушки, руки с когтями принялись рвать на ней одежду, видимо стремясь содрать с нее кожу заживо.

Ромунд среагировал молниеносно. Огненная стрела ювелирно вошла прямо в голову мерзкому зомби. Вопя, что есть сил, Дейла рванула от монстра по направлению к магу, но тут ей на встречу прыгнуло нечто быстрое. Сверкнули лезвия, и крики девушки пресеклись. Зажимая разорванную грудь, она безвольно упала в груду обломков.

- Ах, ты поганый ублюдок! - взревел Вольфрам и, размахивая огромным топором, поспешил прямо на встречу убийце. А тот не возражал. Оставаясь на месте, он выжидал удобный момент для удара. Уклонившись от чудовищного оружия Вольфа, существо подсекло ногу варвара и отскочило в сторону. Не устояв, здоровяк всей своей массой завалился на землю, сбив дыхание. Победоносно зарычав, проклятый монстр кинулся было добить свою жертву, но точная молния Ромунда рассекла его пополам.

- Что это за твари? - заверещала Рема, пытаясь укрыться за широкой спиной Катрана, стоявшего с мечом на изготовку.

- Зомби и инферналы... - ответил Вильгельм, вытягивая свой меч из-за спины.

- Инферналы? Вроде один был... - сказал Ромунд и тут же осекся. Со всех сторон к ним не спеша, смакуя момент, подтягивались полчища оживших мертвецов...

- Вольф, ты как? - спросил очкарик, заметив, что варвар медленно поднимается на ноги. Не ответив, он подскочил к телу девушки. - Оставь ее.. Ей ничем не помочь.

- Можно было... Если бы проклятый маг сделал свою работу! - с этими словами он кинулся в сторону юноши, не дав тому время сконцентрироваться и принять правильное решение. Яркая молния атаковала варвара прежде, чем сам маг понял, что делает. Вольф погиб мгновенно.

- Боже, что же?! - вскричала Рема, но ее отчаянный крик потонул в общем вое злорадного веселья, который раздался из мертвых глоток инферналов, принявшихся атаковать. Двоих тварей Ромунд уничтожил цепной молнией, а от третьего монстра он успел отскочить в сторону.

- Альма, прикрой меня! - скомандовал юноша, пытаясь меж тем поразить ловкую тварь, которая принялась искусно уворачиваться от рвавшихся молний. Замучавшись, маг вдарил по гаду огненным шаром, разметав того по земле. Тут же за его спиной раздался другой взрыв - Альма делала свое дело.

Все остальные члены отряда, взявшись за мечи, отбивались как могли. Но если туповатые зомби еще были им по плечу, то изворотливые инферналы нет. Ромунд старался их отвлечь на себя, но пару раз не удалось - Рон и Бил пали в неравном бою.

- Нужно отступать! Скорее! - вскричал Вильгельм. - Маги, очистите дорогу к платформам!

Легко сказать! Но вот что делать с пятью голодными инферналами, насевшими на Ромунда?

- Все ко мне! Живо! - приказал юноша. Все без исключения поспешили исполнить сказанное, но в суматохе позабыли о несчастной Реме, которая отстала от Алисы и, споткнувшись о какой-то обломок, упала.

- Нет! - вскричала она. Алиса хотела кинуться к ней на выручку, но дорогу тут же преградил здоровый зомби в военной форме. Размахивая широким мечом, он тупо попер на девушку, игнорируя ее легкие попытки отбиться небольшим кинжалом.

А Рему меж тем схватил другой мертвяк, норовя разодрать на куски.

- Ну уж нет... Хватит! - зашипел маг и что было сил вложился в одно очень древнее заклятье, позабытое во мраке смут. Сконцентрировав всю энергию в кулаке, он с размаху всадил его в землю.

На миг все вокруг застыло, а затем своды терминала сотряслись от мощной энергетической волны, хлынувшей потоком в стороны. Обойдя членов отряда, яркая плазма смела в пыль атаковавших трупов, опустошив армию наступающих до самых углов помещения. Теряя сознание, Ромунд кинул взгляд на искаженное ужасном лицо Ремы, а затем упал...

Очнулся он через несколько минут, лежа на магических потоках, сотворенных Альмой. Они куда-то бежали, но он не мог понять куда... Лишь оголенные и исцарапанные когтями ноги Ремы мелькали рядом.

- Сюда! Скорее! - прокричал кто-то. - Альма, сможешь запечатать проход?

- Не больше, чем на полчаса! - отозвалась девушка.

- Хорошо! Успеем перевести дух. Сворачиваем в сторону! Резко!

Когда, наконец, беготня закончилась, Ромунд сумел слезть с потоков и, опустившись на пол, достал из-за пазухи немного настойки. Удобнее было, конечно, полежать на потоках, но тратить силы Альмы никуда не годилось. Он-то сам был почти на нуле.

- О! Теперь очень даже ясно, почему в терминалах разруха...- проговорил Вильгельм, усаживаясь в угол. Убегая от преследования, они заскочили в чей-то кабинет залатать раны. Запечатав энергетическим полем ведший сюда коридор, они завалились на пол, стараясь успокоить нывшие мышцы.

- Память и ненависть... - серьезно проговорила Альма, посыпая магическим порошком рану на бедре. После пылкой схватки в ее голос наконец-то вернулась твердость и уверенность.

- Да... Там было всего несколько солдат. Все остальные - скорее всего партия груза, которая шла в терминалы в момент нападения, - подтвердил Ромунд. - Вернувшись с того света они, не долго думая, разнесли все, что так ненавистно запомнилось при жизни.

- Так значит наш чудо Энергон теперь не только фантазии оживляет? - заключил Вильгельм, поправляя очки.

Ромунда пронзила холодная струя ужаса.

- Не может быть...- прошептал он.

- Видимо, может, - вновь подала голос Альма. - Судя по всему, это нечто начинает мутировать...

- Вы никогда не слышали о неком Источнике, что затаился в глубинах каменных подземелий на Севере Гипериона? - проговорил Вильгельм, терпеливо вынося перевязку на своем плече. Алиса старалась как могла помочь всем залатать раны. Магический порошок лечения, предложенный Альмой, почему-то не действовал в полную силу.

- Я читал какие-то старинные очерки, написанные кем-то еще во времена войны людей с темными эльфами, - кивнув, ответил Ромунд. - Судя по ним, некая экспедиция опустилась в самые темные подземелья и по своей глупости набрела на странный источник энергии, с виду напоминавший туман...

- Прости, а где ты с этим ознакомился? - между делом осведомился очкарик.

- В библиотеке... Академии... - немного замявшись, проговорил юноша.

- Да? А я и не знала, что там есть такие вещи. Странно, что к ним есть свободный вход... - задумчиво проговорила Альма.

- Просто глупости всякие, начерканные рукой безумца... - махнул рукой маг.

- Увы нет... Думаю, наш Энергон как раз и есть такая штучка... - нахмурившись, сказал Вильгельм.

- Ну да! Конечно! И никто его уже не пристроил по назначению?

- А откуда ты знаешь? Ты там был? - впившись острым взором, выпалил Вильгельм. - Ты видел это? Или ты столь доверяешь Сенату и той малой доли светской суеты, которую они называют публичной информацией?

- Тише, тише! - замахала руками Алиса. - Распетушились. У нас еще пятнадцать минут, прежде чем наши голодные ребята рванут сюда обедать. Предлагаю закончить разговоры отправиться в путь.

- Да, ты права... - пробормотал Вильгельм. - Джон, Катран? Вы готовы? Рема?

Все по очереди кивнули. Девушка, правда, весьма робко и неохотно.

- Тогда в путь... - молвил Вильгельм. - Однако прежде скажу одно: Источник тот, по более поздним сведениям, работал уже не только с мертвой плотью и иллюзиями, но и клепал живую...

- Ну и на черта нам это? - серьезно спросила Альма, чье лицо исказило искреннее непонимание.

- Да так... Есть тут некто, кому это весьма интересно, - бросил очкарик и подмигнул Ромунду. - Вперед. Наши друзья уже ждут нас, - сказал он, выйдя в коридор, из которого доносился вой и заунылые стоны. - Если успеем добраться до ворот, то захлопнем их перед носом страждущих...

Больше говорить не пришлось. Подгоняемые страхом, путники пустились по темным и душным коридором чуть ли не вприпрыжку. Вильгельм, несмотря на свое щуплое и не приспособленное для серьезной работы тело, бежал впереди легко и свободно, указывая во тьме путь для тяжело дышавших спутников. Как ни старался Ромунд отогнать навящивые мысли, сомнения и подозрения по отношению к их самопровозглашенному лидеру усиливались и крепли в его сердце. Уж как-то больно он много знает. Слишком хорошо ориентируется в этих запутанных туннелях... Слишком спокоен. Необходимо было предупредить Альму, чтобы она держалась на чеку. Зреет чувство, что враг не только имеет длинные зубы и острые когти... но и очень темное и скрытое прошлое... которому суждено быть похоронено именно здесь...

- Направо сейчас... Тут начнутся помещения караулов и охраны, - прокричал на ходу Вильгельм. И его словам вторили крики в туннелях за спиной. - Осторожнее... нам надо проскочить несколько таких коридоров.

В темноте было страшно, но подогретый бегом огонь в жилах не давал мозгам придумывать всякую чушь и пугаться еще сильнее. Проскакивая сквозь узкие переходы, в которых с обеих сторон зияли черные провалы дверных проемов, сердце екало в груди, на миг сжимаясь и разжимаясь только через несколько секунд, чтобы снова сжаться в комок. Если бы сейчас они шли медленно и размерено, прислушиваясь к каждому странному звуку, то скорее всего попали бы на закуску своим же фантазиям. Но боги миловали. Хотя, конечно, как сказать...Позади поджимали несшиеся во весь опор твари, поэтому времени на грезы не оставалось. Хрустя под ногами чьими-то костями, люди бежали вперед.

Преследователи стали неизбежно нагонять. Обещанные Вильгельмом пара коридоров никак не кончались, а враг неминуемо приближался. В ответ раздавшемуся вою тварей Рема закричала что было сил и, не помня себя от страха, побежала вперед Вильгельма, оттолкнув того в сторону.

- Куда, дура?! - успел он крикнуть, прежде чем лицом встретил стенку.

Послышался треск очков и звук упавшего тела.

- Рема! Постой! - буквально прорычал Ромунд и в следующий миг сделал сложный разворот, встретив первую же тварь столбом огня. Завидев, как их собрат разлетелся в пепел, наседавшие с тыла инферналы отпрыгнули в стороны, давая проход тупым зомби. Пускай мол, поработают, силы все из магов высосут.

- Катран, беги скорее за Ремой, ее нужно вернуть, - крикнул через плечо Ромунд, пользуясь небольшой передышкой.

Тот кивнул и ринулся следом за скрывшейся за поворотом девушкой.

- Нельзя бросать их вдвоем! - вдруг крикнула Алиса, хранившая все это время молчание. Не долго думая, она пустилась нагонять Катрана.

Ромунд недовольно дернул щекой, но удерживать не стал. Без хорошего лекаря придется туго.

- Джон, ты служивый? - уже не оборачиваясь, спросил маг. Зомби медленно, не спеша, размахивая в стоны когтями и обломанными палками, пододвигались к позициям Ромунда и Альмы.

- Десять лет на фронтах провел, - ответил спокойный голос. - Потом ушел...

- Хорошо. Вон видишь - щит лежит? Да, рядом с моей ногой, хватай его. Встанешь между мной и Альмой. Если мы не сдержим какого гада просто щитом его на землю и добей.

- Да ясно... Что ж мы, зомби не видали, - угрюмо проговорил он, занимая свое место. - Только вы это... зад мне не спалите.

- А что тебе дороже: душа или зад? - ухмыльнулась девушка.

- Скорее второе. От первого как-то мало толку выходит...

Ромунд с Альмой недоверчиво переглянулись, но тут же вернулись к своим противникам, которые, зарычав и заурчав, кинулись в атаку. Первые две шеренги наступавших пали под цепными молниями, усилившими свой эффект за счет двух источников. Вторая часть мертвецов, голося и завывая пуще прежней, с удивительной прытью бросилась вперед, игнорируя рвавшиеся в их сторону столбы огня. Один храбрец, потеряв руку, все же выбился вперед, но тут же наткнулся на хмурого Джона, который без лишних вопросов просто сшиб щитом мертвяка в сторону и засадил меч тому в грудь по самую рукоять. Резко крутанув, он выдернул оружие из окончательно скончавшегося трупа.

- Джон в сторону... Зомби кончились... - тихо проговорил Ромунд, тяжело вбирая легкими воздух. Перед тройкой отчаянных бойцов лежали целые горы пепла вперемешку с раздробленными костями. Чуть в стороне в нерешительности терлось десятка два инферналов.

- Их много... Огонь не сдержит всех... - дрожащими губами проговорила Альма.

- Скорее сил у нас не хватит... Джон, давай, прикрой лучше нас с тыла... Против этих ребят ты, к сожалению, не выстоишь...

Воин пожал плечами и исполнил сказанное. Инферналы между тем стали медленно приближаться. Их воинственный энтузиазм куда-то исчез, уступив место гробовому молчанию и какой-то фатальной неизбежности.

- Словно гонит что-то, - процедил сквозь зубы Ромунд. - Альма. Я атакую один. Держи магическую стену перед ними, пока я не собью весь их наступательный запал. Дальше поглядим.

И на этих словах противник начал атаку. Преодолевая расстояния длинными прыжками, перебираясь по потолку и стенам, инферналы готовились разорвать в клочья непрошеных гостей...

Первые пятеро, несшихся во весь упор тварей к своему безграничному удивлению, наткнулась лбами на незримую стену и что было сил рухнули вниз. В этот же миг их настигла волна грохочущей плазмы и изжарила заживо... А точнее замертво. На полу остались лишь тлеющие куски. Ромунд не стал выжидал и атаковал остальную пачку, тупо застрявшую перед незримой стеной... Все было бы шикарно, если бы силы неожиданно не покинули юношу и он не повалился на подогретый магией пол. Альма простояла не дольше... Щит исчез... Но среди дымящихся останков еще стояло два мерзких гада, в гневе скребших пол... Не веря своему счастью, твари бросились вперед, но их славному пиру помешал другой человек. Закрыв собой магов, Джон хорошим рывком сбил одного из атаковавших щитом, а другому так удачно задел мечом шею, что тот повалился на землю, изливаясь непонятной слизью, совсем позабыв о добыче.

Откинутый в сторону противник уже вскочил на ноги и, не теряя ни минуты, атаковал, да так активно, что Джону ничего не оставалось, как закрываться щитом. Хотя тот и не возражал. С совершенно спокойным лицом воин выдерживал нападение свое врага и ждал удобного момента для собственной контратаки. Озверевший от неожиданно долго сражения со своим обедом инфернал, решил подсечь воина под ногу и непростительно открылся. Джон только этого и ждал. Подпрыгнув, он избежал удара когтями по ногами, а затем всем своим весом обрушился вниз, вонзив меч аккурат в затылок твари. Тот лишь забулькал и задергался, но вскоре стих.

Ухмыльнувшись, Джон поднялся на ноги. Повернувшись к магам, он хотел что-то сказать, как кожа на его груди лопнула, обнажив острые когти второго инфернала. Мерзкая тварь, которой воин задел горло, успела придти в себя и нанесла удар в спину... Протиснув свою мерзкую харю с боку от воина, она жадно впилась тому в ребра, разрывая их зубами. Джон, сплюнув кровью, схватил проклятого уродца за шею и подтащил его голову себе под мышку... Оттолкнувшись ногами, он сделал резкий боковой разворот вместе с тварью. Послышался хруст и оба тела замерли на месте. Шея инфернала вместе с грудной клеткой Джона превратились в требуху.

Оба мага безмолвно наблюдали за этой героической сценой. Лишенные сил, они были не в состоянии чем-либо помочь храброму бойцу. Наоборот, он помог им...

- Альма! - простонал Ромунд, вытаскивая флягу с настойкой из своей торбы. - Альма! Как ты?

- Плохо... - еле слышно ответила девушка.

- Настойка есть?

- Нет...

- Сейчас.... Погоди, - пробормотал Ромунд, хлебая спасительный эликсир. С каждым глотком силы понемногу возвращались. Буквально через пару минут юноша уже смог подняться на ноги и подсобить Альме. Девушка приняла настойку, но все же осталась слабой и полностью беззащитной...

- Ох... Друзья... - промямлил тщедушный человечек, поднимаясь с пола. Изрядно помятый Вильгельм медленно вернулся в жизнь... Осторожно касаясь синяка на лице, он с большим сожалением разглядывал разбитые очки. - Ну вы здесь и устроили...

- Хорошо она тебя приложила, - попытался посочувствовать Ромунд.

Вильгельм лишь скривился.

- А что с Ремой и другими? - тускло и безжизненно спросила Альма. С трудом удерживаясь на ногах, она пыталась разогнать застывшую кровь. Увы, при большом напряжении магических сил побочным эффектом может быть медленная работа сердца, которое нужно обязательно разогнать упражнениями или специальными эликсирами.

- Скоро узнаем... - очкарик выбросил бесполезную оправу и, перекинув болтавшуюся сумку через плечо, извлек из нее небольшой пузырек. - Здесь немного спирта. Хлебни, - он протянул его девушке.

Ромунд, в отличие от Альмы, чувствовал себя намного лучше. Голова хоть и кружилась, но организм все же более менее держался стабильно... Очередная армия зомби пришлась бы не кстати, а вот обычный морок из чьих-либо глупых фантазий - вполне.

Пока Альма кривилась и вздыхала, приводя себя в чувство, Вильгельм осматривал картину прошедшего сражения.

- Неплохо вы постарались... Пожгли все вокруг. Однако напрасно, конечно, столько сил... - сокрушался Вильгельм.

- А ты предложил бы на все плюнуть? Бросить тебя и продолжать бежать без оглядки вперед? Рано или поздно эти ребятки настигли бы нас...

- И все же в твоем выводе фигурируете вы, а не моя бесчувственная и беззащитная персона, - усмехнулся Вильгельм. - А раз так, то разумнее было пробежать еще пару коридоров и достичь тяжелой двери, которая захлопывается намертво, отделяя хранилища смертников и эти туннели. Возможно, этим вы избежали бы сражения...

- Какие познания... Карта вроде при мне.

- Я блуждал здесь с пятью десятками людей, юноша, - недовольно поморщившись, проговорил Вильгельм. - Я был обязан запоминать дорогу.

- А я и не спорю, Вил, - жестко ответил Ромунд, глядя тому прямо в глаза. - И вообще...

- Эй, ребята, пора! Надо найти выживших! Я уже в норме! - радостно воскликнула Альма, живехонько собирая разбросанные мешки.

- Правду девочка говорит. Оставим этот разговор, - предложил Вильгельм, положив руку на плечо магу.

- Хорошо. Идем, - кивнул юноша, машинально поправляя торбу за плечом. Вильгельм темнил и теперь уже врал в открытую. То, что он не был несчастной жертвой похищений и не очнулся в катакомбах, было и так ясно. Осталось теперь узнать, кто же он... Хотя, точнее сказать, до каких пор он будет другом...

Последние пару коридоров они прошли без лишних хлопот. Уставшие и изнеможденные люди уже не могли бояться и спокойно проходили через темные пролеты чьих-то взломанных комнат. На сегодня потрясений было предостаточно, поэтому мозг просто-напросто отключал страх, наполняя душу каким-то фатальным спокойствием.

Дверь, на которую так отчаянно пенял Вильгельм, и правда оказалась внушающей уважения. Метров десять высотой и толщиной как минимум в три метра... Одной монолитной створкой она была отодвинута в сторону, открывая проход в тускло освещенное помещение, захламленное разбитыми досками и какими-то тряпками. В углу комнаты стояла небольшая подставка для коротких мечей, часть из которых была сломана прямо в гнездах, а другая разбросана по полу. Еле тлевший факел печально скосился над треснувшим столом, где одиноко стоял глиняный бутыль с отломанным горлышком... В противоположном углу, зарывшись в хлам, лежал чей-то окоченевший труп.

- Ничего нового, - пробурчала под нос Альма, осматриваясь.

- Комната стражи, первый кордон, - в скользь бросил очкарик, пытаясь найти что-то на ощупь. Сильно жмуря глаза, он водил ладонями по неосвещенной стене. - Здесь должен быть рычаг...

- Чуть правее руку, да... Вот туда, - подсказал Ромунд, отчетливо видя искомое. Да... без своих окуляров лидеру будет трудновато.

- Спасибо, - сердечно проговорил тот, изо всех сил дернув рычаг. В ответ заурчал и заскрежетал спрятанный где-то под потолком механизм. Дверь скрипнула и стала медленно двигаться.

- А зачем мы закрываемся? - подняв в недоумении бровь, спросила Альма. Но не успела она закончить фразу, как коридоры наполнились скрежетом и невыносимыми воплями. От этих звуков кровь застыла в жилах... Ромунду даже захотелось броситься к двери и помочь ей быстрее закрыться - ведь она так медленно и неохотно продвигалась!

- Что... это? - выдавила из себя девушка.

- То, что мне очень не хотелось бы повстречать, - резко ответил Вильгельм, сильнее сжимая рычаг в своих руках. - Проклятье...

- Дверь только на половину затворилась! А нечто, кажется, уже вон за тем поворотом! - Альму снова стало колотить всю в ужасе и страхе. Голос дрожал и срывался.

Ромунд стоял ни жив, ни мертв. В какофонии душераздирающих воплей он отчетливо слышал приближение самой настоящей смерти... Она шла так медленно, так уверенно и так направленно, что руки опускались, а ноги сами прирастали к полу.

В коридор вынырнуло нечто неясное... Оно казалось словно сотканным из прозрачной материи, переливавшейся в лучах факелов. Замерев буквально на несколько секунд, неизвестное создание издало оглушающий вопль и рванула к двери. К нему присоединилось еще несколько таких же... Подвывая и ревя, они неслись в еще незакрытый промежуток между косяком и дверной плитой.

Альма опомнилась раньше Ромунда и саданула по наступавшим огненным шаром. Стены содрогнулись от взрыва, но проклятые твари даже не подумали остановиться, проигнорировав взрыв. Стряхнувший с себя оцепенение Ромунд что было сил вложился в плазму молнии, но и та прошла мимо, не задев прозрачных гадов.

- Попробуйте холод! - прокричал Вильгельм.

Не раздумывая, Альма сотворила ледяной шар и пустила его в ставший совсем небольшим проем... Злорадный вой вдруг превратился в испуганный визг, и твари бросились в стороны... Но коридор был очевидно слишком узок для их больших туш. С хорошим треском ледяной шар врезался в одну из нечистей и яркими брызгами задел остальных... В маленький прорез Ромунд увидел три замершие фигуры изо льда, однако детали так и не успел рассмотреть - створка наконец-то с грохотом захлопнулась.

С глубоким вздохом, Альма осела на пол.

- Ненавижу, - прошептала она. - Терпеть не могу...

- Ты о чем? - поинтересовался Вильгельм, наконец отлипнув от стены, в которою вжался всем своим худосочным телом.

- Ни о чем... - снова вздохнула Альма. - Не так я представляла себе будущее...

- Ах... - вырвалось с глубоким стоном из груди Вильгельма. - Все мы рисуем себе картины одна краше другой... Но только чья-то назойливая рука все время льет сверху воду, смешивая краски.

- Ладно, куда дальше? - оборвал философию Ромунд. Его так и подмывало спросить, откуда проклятый умник знал про лед... уж вряд ли просто так догадался.

- Вот, - указал Вильгельм рукой на узкую дверь. - Дальше лестница... А там настоящий лабиринт, соединяющий различные секции камер. Мы блуждали там много часов, потеряли десяток людей, прежде чем пробрались наверх...

- Нам уже терять нечего, - спокойно проговорила Альма. - За дверью хоть и не воют, но вряд ли потеряли к нам интерес. Думаю, этот проход не единственный и мы все равно рано или поздно повстречаем этих прозрачных красавчиков. Поэтому предлагаю не сидеть, сложа руки, а двигаться вперед.

- Верно, - кивнул Ромунд.

- Да я и не отговаривал, - улыбнулся Вильгельм... - Кстати, на двери кровь.

Он подошел к ней и, присев на корточки, стал внимательно изучать отчетливый след чьей-то окровавленной ладони.

- Рема? - обеспокоенной спросила Альма.

- Да, скорее всего. Рана на боку плохо сошлась под порошком и могла снова разойтись после интенсивного бега....

- И какого ее понесло туда, - недовольно проворчал Ромунд, с силой потянув дверь на себя. И тут же в ужасе отпрянул. Прямо за створкой весело чье-то изрубленное тело.

Альма вскрикнула и зажала рот руками.

В проеме висела, раскинув руки, Рема. Ее исцарапанное лицо было запрокинуто вверх, а длинные густые локоны свисали на ближайшую ступеньку лестницы. Огромный стальной крюк, подвешенный за толстый канат, вошел глубоко в живот и концом вышел через левую грудь. Кровь целой рекой застыла на ступенях.

- Ну и дела... - пробормотал Вильгельм, потирая лоб.

- А в углу случаем не Катран? - предположила Альма.

Ромунд нахмурился, но решил проверить. В полутьме он принял это тело за очередной скелет неудачливого солдата. Подойдя поближе, он дернул труп за плечо и перевернул. И во второй раз отпрянул. Расширенные от удивления глаза Катрана уставились в темный потолок. Два аккуратных пореза от тонких эльфийских мечей чернели запекшейся кровью на его груди.

- Мердзингер... - скрипнул зубами Ромунд.

- Ваш дружок? - поинтересовался Вильгельм.

- Да... Именно он, - кивнула Альма. - Ублюдок проклятый.

- Алисы мы не встретили... Может, ей удалось выжить. Думаю, наш приятель будет ждать нас внизу, - твердо сказал юноша. - Смотрите по сторонам. Могут быть ловушки.

Не говоря более ни слова, юноша направился к двери, осторожно обошел тело несчастной Ремы и, пустив вперед небольшой светлячок, двинулся вниз, увлекая за собой оставшихся в живых спутников.

***

Наступление началось на рассвете. Не успели первые лучи солнца коснуться сонных верхушек деревьев, как пять сотен бойцов Сюреала уже выстроились в боевой порядок и застыли в ожидании сигнала к атаке. Нервно загоравшиеся факелы на стенах крепости варваров свидетельствовали о том, что войска неприятеля были подняты по тревоге и уже готовились к бою... Но отряды пехотинцев пока что стояли на месте, гордо подняв свои стяги.

Харгул был бледнее самой смерти. Эмми еще вчера заметила, что с десятником творилось что-то не ладное. До самой темноты он и Тимур несколько раз уходил в ставку командующего, унося вместе с собой какие-то бумаги, а когда возвращались, то и дело меняли палитру своего лица от хмуро серого до белоснежного. Шип попытался пошутить и тем самым вывести Харгула на разговор, но тот лишь грубо огрызнулся и вновь уставился в свои бумаги. Спустя час он приказал всем спать и забыть о прочих делах.

Оба десятника подняли подчиненных им магов среди ночи и, подождав, покуда они хотя бы сотрут пелену сна со своих глаз, принялись рассказывать им план.

- На самом деле, у нас две главные проблемы, - тихо говорил Харгул. Видимо, по взаимному согласию между ним и Тимуром он был ведущим во всем отряде боевых чародеев. - Противник имеет перевес в числе (по самым непроверенным данным как минимум на пять единиц) и в качестве - думаю, каждый уже имел неудовольствие повидать, что может хотя бы один маг в строю неприятеля... Поэтому... Тактика грядущего боя будет следующей. Шесть бойцов из десятка Тимура плюс Стимп объединяются в кольцо и занимаются магической защитой тех магов, которые находятся на атакующих позициях. Больше ни на что другое, я повторяю, - Харгул обвел суровым взглядом сонных, но уже заинтригованных ребят,- ни на что другое вы не отвлекаетесь... Для вас существуем только мы. Остальные - объединяются в кольцо и под моим командованием ведут бой. Главным проводником будет Эмми, - десятник внимательно посмотрел девушке в глаза. Та лишь хмуро улыбнулась. - Она будет направлять заклинания кольца - все вы должны открыться ей, всем ясно? - Эмми была польщена и напугана одновременно. В любом кольце магов всегда был проводник - человек, в которого вливается вся сила остальных партнеров и который по сути дела ведет бой... Для этого нужно быть достаточно сильным и весьма опытным магом... Кроме того, обладать немалыми знаниями. Однако это весьма опасно, так как противник, вычислив проводника будет целиться в первую очередь в него. - Значит, если с ней что случится, занимаем места проводников по очереди - я, Тимур, Мевелин. Далее - разберетесь. Следующее... Магов мы почувствуем сразу - вряд ли они будут скрываться, не в джунглях как никак. Однако по ним не бьем... Сначала мы устроим самый настоящий хаос, ударив по укреплениям и залив их пехотинцев огнем. Маги будут вынуждены броситься на их защиту, тем самым отвлекшись от самих себя... Когда настанет момент - я дам знать...

Раздался глубокий и мощный звук боевого рога. Харгул отвлекся и, быстро глянув на строй ратников, приказал бойцам строиться. Он заметил, как к пяти сотням молчаливых воинов присоседилась небольшая группа ничем не приметных мечников, затерявшись где-то в глубине строя. Отвод глаз для врага... Среди этой группы воинов были не кто иные, как Багратион и его свита. Неудержимый командир ни коим образом не возжелал оставаться в ставке и следить за боем издали. Впрочем, если неприятель решит уничтожить командира, то ему придется потрудиться, отыскивая его среди самодельных шатров, когда как он будет у него буквально под носом.

Кольца выстроились достаточно быстро. Взявшись за руки, маги закрыли глаза и постепенно вошли в транс, взлетев своим астральным взором высоко над полем боя. Эмми чувствовала, как через открытые каналы силы в ее маленькое существо вливаются огромные потоки Силы... Ревя как водопад, она втекала в каждую клеточку ее тела, разгораясь немыслимым огнем. Девушке казалось, что она была подобна огромной и несокрушимой скале, застывшей в небе...

- Бой начинаем мы... - глухо прозвучал голос Харгула. - Можете сделать пару вдохов для очистки совести...

- Осталось надеяться, что ваш с Багратионом план сработает... - неуверенно проговорил Тимур.

- Приготовьтесь... - проговорил Харг. - За первый заход нам надо разнеси в дребезги стены этой деревянной рухляди, открыв путь для ребят из Сюреала.

- Кстати, а вот и наши дорогие! - сказал Шип. И в этот момент все маги почувствовали присутствие чужой мощи... Это было словно навалившийся шквал... Мышцы свело и сдавило. Эмми прикусила губу до крови. Противники были невероятно сильны.

- Готовсь... - проговорил Харгул, и Эмми ощутила, как все члены кольца стали готовить заклинания... но не Большого Огня, а кое-чего пострашнее... - Эмми, принимай...

Эмми осторожно переняла сплетенные потоки и, сделав один неуловимый пас, направила силу на цель. Это была не алхимия... Магия Высших Порядков...

В этот момент каждый человек почувствовал, как его кожа стала сухой и горячей... Воздух, казалось, выкачали огромным насосом... Стало трудно дышать. А затем страшный грохот заложил уши... На стены деревянной крепости налетела стена самого настоящего огня. Послышался треск, а затем слитый воедино вопль десятков сгоравших заживо людей... И потом ослепительный взрыв! И левого крыла крепости остались лишь горящие угли... Все деревянные строения охватило безумство пожара.

- Ничего себе! - трепетно пробормотал Шип. - Я думал, подожжем только...

- А ты думал, зря выбрали Эмми? - последовал ответ.

И после первого удара, последовал обстрел Большим огнем. Всю местность за гранями крепости покрыли грибки взрывов. Удивительно, но столь мощная атака повергла противника в шок. Маги не ожидали столь чудовищной силы, и Эмми могла поклясться, что среди них уже были потери.

А ратники Сюреала меж тем, не теряя времени, со всех ног ринулись в атаку, без всяких проблем преодолев чистое поле. Здесь их ждали горевшие руины крепости и кучи разорванных на куски тел... Маги постарались на славу. Но Харгул не думал останавливаться ни на секунду! Прекратив массированный обстрел, он приказал садить во врага молниями и кромсать камнепадами. Несчастные варвары, сбитые с толку таким неожиданно мощным нападением, сотнями столпились у огромного входа в подгорную пещеру и ничего толком не могли придумать, только как бросаться на ощетинившийся пиками строй Сюреала.

Но тут, наконец, последовал ответ вражеских магов... Отойдя от первого шока, чародеи обозлились до невозможности и обрушились всей мощью на защиту врага. Эмми почувствовала, как огромный молот из грубой силы ударил по искусно сложенному магическому щиту, скрывавшему оба кольца. Связки потоков захрустели и стали лопаться - удар был такой силой, что отдачей кого-то убило из защитной группы.

- Ответный удар! - крикнул Харгул.

И ответный удар был... Ребята сплели целую паутину всевозможных заклятий и со всего маху рубанули этим смертоносным клубоком прямо по головам неприятеля. Те закрылись тупым щитом, который треснув, устоял... Затем был удар с их стороны и теперь уже из атакующего кольца пару ребят в прямом смысле разорвало в клочья... Сила атакующих упала. Но у них была Эмми, которая вспомнив использованное некогда Ромундом заклинание, ответила им этим чрезвычайно тонким и удачным оружием, направив острие заклинание прямо в образовавшуюся в защите противника щель... Сила прорвалась через щит с ужасом и смертью в обнимку. Сколько там убило вражеских чародеев никто не знал, но выжившие поспешно ушли в глухую оборону.

А меж тем ситуация на поле честной рукопашной схватки принимала для варваров совсем уж плохой оборот. Смятые и деморализованные варвары, отступали все ближе и ближе к пещере. Воины Сюреала уже побросали пики и принялись орудовать мечами, причем уничтожая противников не чем иным, как эфирными ударами клинков, не подпуская их ни на метр. Священный ужас обуял несчастных, лишая их возможности сопротивляться... Бойцы Сюреала почти не несли потерь... до тех пор, пока в строю варваров не показалось два мага. Не теряя времени, они атаковали первый ряд бойцов и разметали их в какие-то секунды. Остальные бойцы в ужасе попятились назад... Но мимолетное замешательство было тут же исправлено не кем иным, как Багратионом, который, закрывшись чарованным щитом, рванул вперед на магов. Те не ожидали такой наглости и лишь неказисто отбились, отшвырнув дерзкого солдата в строну, но за ним уже ринулась ватага воодушевленных бойцов, которые, несмотря на потери все таки добрались до магов и изрубили тех в куски.

Бой среди чародеев обеих сторон к тому времени перерос в опустошительную бойню, своей мощью кромсая всю местность вокруг. Из кольца защитников осталось всего четверо магов, с трудом сдерживавших оборону... В рядах атакующих пал Тимур и был изранен Шип... Мевелин отвалился без сил и выпал из кольца. Противник тоже растерял почти всех своих, но продолжал сопротивляться. Эмми старалась поддерживать своих и атаковать всевозможными ухищрениями, но проклятые магики умело закрывались... и обескровливали доблестных бойцов Республики. Но в какой-то миг давление исчезло... И вообще само присутствие врага исчезло. Не веря счастью, Эмми поспешно осмотрела поле боя и поняла в чем было дело... Ратники Сюреала к тому времени прорвались к находившимся в Астрале чародеям и без всяких проблем посекли их в мелкую крошку. Это было последней каплей, что сдерживало варваров от постыдного бегства под гору...

- Нет! - закричал Харгул, чуть ли не плача... В этот миг толпы выживших варваров с криками вломились в пещеру и исчезли в темноте. Вход был достаточно большим, чтобы пропустит через себя огромную толпу. - Проклятье... Проклятье!

Потоки задрожали, связь между магами стала пропадать... Усталые люди хотели хоть немного отдохнуть...

Харгул... - раздался глухой голос. Эмми не знала, кому принадлежал он, но догадывалась... Сообщение было слышно всем, так как маги находились в связке. - Харгул... выжги их под горой. Всех, дотла...

Повисло тягостное молчание... В эту секунду в голове каждого произошла целая революция...

- Что? - прохрипел Шип. - Там же... дети...

- Мы что, будем убивать безоружных? - задыхаясь, проговорил Стимп.

Харгул молчал всего минуту... Теперь всем стало ясно, почему он ходил такой бледный все это время. Он знал, что если варвары уйдут под гору, то будет отдан приказ на уничтожение - воевать под землей никто не будет.

- Бойцы, приготовить заклинание Огненного потока, - твердо проговорил он. Вены на лице вздулись. - Всем в одно кольцо.

- Нет, нет, я в этом участвовать не буду! - высвободив руки, воскликнул Стимп.

- Солдат, это приказ! Под землей... враги. Либо мы, либо они.

Обезумившие глаза Стимпа впились в непроницаемое лицо десятника. Несколько секунд он пытался заглянуть тому в душу, но затем просто опустил плечи, осунулся и подал руки. Взявшись за руки, маги вновь соединили силы. Эмми, будучи проводником, должна была направить заклинание, которое выжжет несчастных людей под горой. Она не могла кричать от усталости... Она не могла сопротивляться безысходности... Она просто была проводником.

- Огонь... готовим и направляем в пещеру...

Ратники Сюреала между тем отпрянули от горы, отойдя на приличное расстояние.

- Пли! - рявкнул Харгул.

С ревом и свистом клуб чистого огня ворвался в пещеру и с огромным треском взорвался внутри. Потоки пламени с бешенной скоростью устремились в низ... И там закричали... Завопили и завыли, воззвав к богам, но те их не слышали... Верхушка горы надломилась и осела вниз, с грохотом проваливаясь в глубину, где истошно кричали люди, сгоравшие заживо... Эти крики потом снились Эмми по ночам, прорываясь сквозь тихие стоны рыданий...

***

Вокруг Портала царил форменный хаос. Выжженное дотла пепелище с редкими обломками каменных конструкций лежали у каменного подножья; одинокие куски стен поста неприкаянно стояли по периметру, будучи напоминанием о единой линии укреплений... Все вокруг было полно уныния и злобной тишины...

Даратас медленно спустился со ступенек и встал ногами в пепел, тут же провалившись чуть ли не по голень. Налетевший порыв ветра поднял в воздух пыль и накрыл серым покрывалом всех трех путников. Маг не успел предварительно выставить щит от таких явлений. Проклятый Харон... Отряхнувшись, он заключил себя, Дариану и Ольвена в еле заметную оболочку, закрывавшую в первую очередь от ветра, а также от грязи и пыли, коими был наполнен воздух.

Опустившись на колени, Даратас зачерпнул горсть золы и внимательно вгляделся в маленькие гранулы... именно гранулы! Такое ощущение, что сгоревшие предметы плавились, а не горели, а Арнольд говорил о взрыве... Всякое конечно бывает, но вот чтобы вся зала превратилась в минералы, причем крепкие, как камень - маг потер горсть в руках, удостоверившись в этом.

- Нас уже заметили, - проговорила Дариана, со скучающим видом разглядывая руины.

Даратас, стряхнув грязь с рук, бросил взгляд на север. Там, возвышаясь над острыми, как самые настоящие копья, вершинами отвесных скал, стояла Цитадель. Мощная крепость, чьи высокие стены были возведены самым искусным в истории этого мира чародейством, запирала единственный вход к Порталу, заключенному в кольцо высоких гор. Колпак мощной энергии, исходивший из уникальных генераторов чистой Силы, накрывал невидимой пеленой как всю Цитадель, так и горы, вокруг Портала. Ни одной живой твари, которая была известна научному миру, не было под силу пробить эту незримую броню...

Три большие фигуры, отделившись от самой высокой башни крепость, стремительно приближались. Взмахи широких крыльев разбрасывали пыльный воздух в стороны, расчищая путь тяжелым телам, покрытым крупными чешуйками... Драконы! Причем черные... Их редкие экземпляры рождаются именно здесь, в Цитадели. Будучи воспитанными лучшими мастерами, эти чудные создания становятся незаменимыми помощниками в дозорном деле. Даратас это знал, ибо идея приручения черных драконов принадлежала именно ему.

- Они не станут стрелять? - насторожился Ольвен. Как помнил маг, темные эльфы в древности имели некоторые проблемы с засильем драконов невдалеке от своих владений... Кое-какие манускрипты рассказывали даже о войнах!

- Нет. Бульвар осведомлен о нашем прибытии, - веско сказал Даратас, продолжая осматриваться.

Драконы, все ближе подбираясь к трем путникам, и правда не собирались атаковать, миролюбиво свесив головы. Маг-то отлично помнил хищные и заостренные морды этих красавцев, полных боевого азарта. На самом деле, прикажи наездники начать бой, струя огня уже понеслась бы с пяти сотни метров, раскаляя воздух вокруг.

- Ты заметила дыру, Дариана? - спросил Даратас, разглядывая рыжее небо. Подключив свой магический взор, маг рассматривал вмятину в защитном поле, чьи края были совсем недавно наскоро залатаны.

- Да... И я, честно сказать, начинаю нервничать, - проговорила девушка и поежилась.

- Кто же этот неизвестный маг? Мне бы пришлось затратить все запасы своей энергии дабы прорваться сквозь это поле... - проговорил маг, недоуменно почесывая бороду. - Кошмар просто...

Драконы тем временем плавно спланировали на пепелище, хрустнув золой под своими мощными ногами и подняв целый ворох пыли. Сложив крылья за спиной, они склонились в почетном поклоне, чуть ли не зарывшись острыми мордами в золу (наездники специально надавили для этого на поводья - сами-то драконы не особенно делили людей по титулам и относились почти ко всем с некоторым пренебрежение, кроме своих хозяев, конечно).

- Приветствуем, Вас, мессир Даратас, госпожа Дариана и принц Ольвен! - громко проговорил один из наездников. Его длинные, белокурые волосы развевались на ветру, открывая взору чистое, без тени морщин, загорелое лицо. Широкий разворот плеч, кожаная безрукавка, открытые руки. Два других седока, видимо под командованием первого, выглядели так же красиво и статно. Удивительная вещь для суровых будней Стражей, но совершенно банальная для тех, кто занимается ремеслом дрессировки драконов. Эти капризные твари не терпели никого с плохим здоровьем или уродствами на теле... Как уж они определяли, кто красавец, а кто нет, Даратас так в свое время и не понял, однако подметив сию странность, наказал Бульвару четко следить за "чистотой в рядах", что, конечно, было жутко сложно среди оравы неотесанных искателей удачи, пропущенных через молохи этой нелегкой жизни. - Командор приглашает в ставку! - отчеканил воин и жестом пригласил сесть на спины летунов. Ставкой в Цитадели именовали главный штаб, где старый вояка Бульвар по-военному спал на простой тахте и ел за деревянным столом. В дни поражения Культа и последовавшей чередой походов против засевшей во всех возможных щелях и дырах нежити, на месте этой Цитадели стоял частокол, а вместо высокой круглой башни - ставка командования. Вот так, по привычке, своеобразный донжон крепости и стали именовать ставкой.

- Приветствуем, доблестные воины, - улыбнулась Дариана и стрельнула глазами в командующего отрядом. Тот не удержался и улыбнулся в ответ.

- Каждому гостю по одному дракону, - сказал он. Даратас, глянув на мощную спину дракона, насчитал не менее десяти возможных седоков, но некоторые зачатки этикета в этих суровых землях все же были. Гости-то были не обычные. Если бы пара новых волонтеров прибыло через Портал, так их вообще бы сопровождали до Цитадели только сверху, гордо поглядывая вниз и помахивая древком большой пики.

- Я, пожалуй, поеду с вами, если не возражаете! - проворковала волшебница и, легко забравшись по услужливо поставленному крылу на спину черного красавца, с энтузиазмом приобняла наездника за талию.

Даратас же только покачал головой. Его дракон ни в коем разе не хотел подставлять крыло и даже отвернул морду. Понятное дело, ему-то красавица не досталась... Старый пень с дурацкой сединой... Кстати, ее бы надо сбрить.

Взмахнув своим посохом, маг подлетел вверх и осторожно слеветировал дракону на спину, которая аж задрожала, выражая недовольство огромной рептилии. Тогда Даратас, коснувшись одной из черных чешуек, резко сжал ее и в один миг вошел в ментальный контакт с существом... Перед глазами замелькали десятки ведений прошлого, когда он, тогда еще молодой и полный научного энтузиазма, продираясь с небольшим отрядом сквозь мертвые земли южной части Харона, вдруг наткнулся на разоренное гнездо, над котором кружили мерзкие кадавры... Разогнав тварей, маг обнаружил в тот день не что иное, как огромное яйцо, разбитое усердными клешнями тварей. Оттуда, жалобно скуля, выглядывала маленькая змеиная мордочка, перемазанная в вязкой крови. Существо все тряслось... Присмотревшись, Даратас заметил глубокую рану на задней ноге, из которой очень быстро текли маленькие темные струйки. Ждать родителя было нельзя - требовалось срочно спасать детеныша, хотя бы одного - другим братьям этой крохи повезло меньше (разбитые яйца были пусты и измазаны кровью). В тот день маг спас очень редкий экземпляр - самку черного дракона, способную, кстати, нести яйца без участия самца. Маг выдрессировал рептилию и приспособил ее выводок для дела. А сама дракониха по имени Герда была безмерно благодарна своему спасителю и с честью выполняла свой посмертный долг.

Как только маг оторвал руку от спины Дракона, прекратив сеанс гипнотической связи, дракон перестал брыкаться, а наоборот, обернувшись, несколько раз кивнул головой. С виду примитивные, эти существа обладали недюжим умом и даже умели чтить традиции. Да и как можно было так вести себя по отношению к спасителю Матери? Нельзя... Вот он и понял, сделав почтительный кивок.

- Полетели! - молвил Даратас. Наездники дернули поводьями, и величественные драконы, сделав несколько мощных взмахов крыльями, поднялись в воздух, выбрав направление на Цитадель. Даратас, в отличие от Дарианы, не стал прижиматься к наезднику, а прикрепил себя с помощью несложных чар к спине дракона, обвязав того вокруг туловища незримой магической нитью. То же самое он сделал и с Ольвеном, который аж побледнел, когда дракон взлетел в воздух. Но остался сидеть прямо, не шелохнувшись.

С высоты, которую черные красавцы набрали достаточно быстро, охранное кольцо гор было видно как на ладони. Острые пики оранжевых скал, крепких как кремень, не имели не единой прорехи или изъяна - четкая непреступная стена. Даратас внимательно проинспектировал их заклятьями поиска, но ничего так и не обнаружил, кроме, может, пары крысиных нор. Тогда получается, что неизвестный маг все же прошиб дыру в магической броне Цитадели... Но как? Каким образом? Даже Мастер Культа пал бы бессильным, если б пронзил этот щит... Так он еще ко всему прочему еще умудрился и улететь... Безумие какое-то!

Драконы стремительно приближались к крепости. Четыре остроконечные башни, будучи чуть ниже основной, прозванной "Ставкой", приветливо сияли изумрудными огоньками на длинных острых шпилях. Никаких площадок для стрелков на них предусмотрено не было, да и какой в них был смысл? С такого расстояния даже из чарованного оружия хороший панцирь не пробить... Нет, на этих башнях был заготовлен весьма неприятный сюрприз для гостей - самые настоящие концентраторы высоких энергий. Питаясь от уже упомянутых генераторов, сложные механизмы, разработанные Франческо при содействии его, Даратаса, персоны пропускают чудовищно мощные заряды силы, которые, проходя через достаточно запутанную систему линз, преобразуют бесформенные потоки в прямые лучи. В каждой башне, соответственно, находилась команда операторов-наводчиков, направлявших эти лучи на местности. При атаках больших скоплений нежити, магические лучи подобно серпам косили неприятельский строй, оставляя за собой лишь аккуратную канавку в камнях и разрезанные на части тела.

Пролетев над стенами, драконы стали постепенно снижаться, планируя на широкую площадку "Ставки", которая как раз и служила взлетной полосой для рептилий. Кроме того, в двух концах располагались их квартиры - большие ангары с золотыми крышами. Каждый ангар был сконструирован специально для отдельной особи. Но некоторые из них пустовали - за прошедшее время, около десяти драконов погибло в разных стычках, а Герда несла одного или двух детенышей раз в три года, которые, правда, достигали расцвета сил буквально за считанные месяцы. К сожалению, других самок она произвести не могла - только самцов. Таков был удел однополого размножения. Для появления самки должно произойти оплодотворение самцом от другой матери.

Когда драконы с громким хлопаньем крыльев опустились на каменную площадку, а седоки при помощи наездников спустились с черных спин рептилий, огромный люк, что располагался неподалеку от места посадки, отворился в сторону, и по лестнице на площадку вбежало несколько солдат, образовавших собой подобие коридора. За ними, тяжело переваливаясь, поднялся сам Бульвар. Даратас лишь в последний миг сохранил самообладание и не выдал своего удивления. Что стало со статным молодцом? Где разворот плеч? Где сила и здоровье, пышущие в стороны? Где гордо вздернутый подбородок? Почему вместо грозного воителя перед ним стоит перекошенный набок сухой человек, закутанный в меха, дабы постоянная дрожь не колотила все тело, с волосами, почти седыми до корней, а лицом, еле-еле напоминавшем прежнего хозяина Цитадели!

- Бульвар? - неуверенно пробормотала Дариана. Скорее всего ее-то лицо выразило все сомнения Даратаса.

- Привет тебе, старый друг! - воскликнул Даратас, стараясь смазать неприятное впечатление, и сделав пару шагов на встречу, обнял Бульвара за плечи, осторожно похлопав того по спине. Тот со смехом проделал то же самое, однако от прежних, выбивавших дух из легких, приветственных хлопков не осталось и следа.

- Привет, дружище, привет! - ответил Бульвар. - О, ты смотри! Красавицу с собой привел и, - хозяин Цитадели сделал низкий поклон, - и даже самого принца Подземного Престола! Я впечатлен вниманием! Особенно после того, как ты пять лет не посещал старых друзей! Ты бы знал, как истосковалась Герда!

- Верю, однако было слишком много дел... Хотя теперь их еще больше! - покачивая головой, проговорил Даратас.

- Даа... - с расстройством в голосе протянул Бульвар. - Впрочем, пора! Прошу ко мне. В ставке накрыт стол и разливается вино. Пойдем, - поманив за собой, сказал он, и медленно направился к люку.

По лестнице они спускались очень долго. Несчастный Бульвар еле переставлял ноги. Даратас осторожно ощупал его биополе на предмет каких-либо зловредный чар, но ничего не нашел... Что же случилось с этим сильным человеком? Состариться так быстро он не мог - все же Бульвар был одним из Первопришедших. Тогда что? Пока что маг терялся в догадках...

Когда мучительный спуск по закрученным винтом ступенькам закончился, люди вышли в просторный холл, уставленный составленными в фигуры доспехами, прошли его насквозь, свернули в еще один коридор, совершенно голый и холодный, и проследовали через железную арку к высоким, тяжелым дверям, которые медленно отворились перед ними при помощи механизма. Здесь охрана оставила гостей и хозяина, плотно затворив двери.

Опочивальни Бульвара и правда напоминали самую настоящую ставку главнокомандующего на поле войны. Никаких изысков - только большой письменный стол с простым жестким стулом, пара табуретов, несколько старых, уже замаранных временем и жестким климатом Харона, шкафов, дверки которых были раскрыты, потому что запиханные в них на скорую руку пергаменты не давали толком закрыться. Один ветхий диван, на котором лежала простенькая гитарка (привет из старого мира) и... обеденный стол, шикарно украшенный резьбой и позолотой, накрытый шелковой скатертью, и ломившийся от всевозможных яств. Было видно, что данный предмет никак не вписывался в общую атмосферу ставки - скорее всего его принесли с какого-нибудь склада... Ах да, кстати, вместо кровати - набросанные в углу матрацы и одна рваная подушка.

- Ты бы хоть ковер себе постелил какой-нибудь... - не выдержал Даратас, с сожалением рассматривая комнату.

- Да, в общем, ты прав, - кивнул старик, шаркая по холодным камням. - Да только портной наш, Сашка который, помер тут недавно... Так и не успел ничерта сделать - я ведь заказал! А подмастерья его что-то медлят - не успевают справляться, наверно. Руки-то у них, поди, не из золота.

- Видимо да, - улыбнулся Даратас.

- Присаживайтесь, гости дорогие! Небось, проголодались с дороги? - поинтересовался Бульвар, занимая место во главе стола. Его стул отличался от других высокой спинкой, обшитой мягкими тканями.

- Не сказать, чтобы наш путь был слишком долгим, - проговорила Дариана, с огоньком в глазах разглядывая сочные блюда, заполнявшие стол, - но мы хорошенько проголодались.

- Ну тогда принимайтесь за трапезу... Здесь лучшее, что могли мы выделить из наших запасов. Я-то по большей части, кашкой обхожусь, - последнее хозяин Цитадели произнес с тенью грусти. - А вы, дорогой принц, оставьте свое оружие вон в том углу, да и шлем туда киньте, здесь вам некого опасаться!

Ольвен лишь коротко кивнул и быстро сбросил мешавшиеся железки указанном углу.

- Вино уже налито в наши кубки! Можно отведать! - улыбаясь, проговорил Бульвар, и, дождавшись когда гости устроятся поудобнее, торжественно вознес кубок над головой и опрокинул его залпом.

Даратас позволил себе лишь пригубить этого благородного напитка, но тут же отставил чашу в сторону, задав давно волновавший его вопрос:

- Бульвар, какова ситуация на Хароне?

Хозяин Цитадели глубоко вздохнул.

- Худо, друг мой... худо. Мы постепенно теряем контроль над территорией. За последние пять лет численность Стражей сократилась с двадцати одной тысячи мечей до четырнадцати тысяч... Все дальние заставы разрушены и покинуты... Мне еле-еле хватает бойцов на дальние дозоры... Остальные рассредоточены по южным горам, на уцелевших укрепрайонах. Еще часть прикрывает Цитадель с центральной части, чуть ли не еженедельно отбрасывая накатывающие волны всяких тварей. Не поверишь! Прямо здесь, под стенами крепости, за истекшие две недели мы дважды отбивали атаки неизвестно откуда наваливших орд! Ни один дозор не заметил тысячи продвигавшихся мертвяков! Ужасно... Такое ощущение, будто они из воздуха появились... А еще, - тут Бульвар устало потер лицо руками, - а еще ты заметил, что нынче все турели приведены в постоянную готовность? Видел огоньки, да? Ну, вот... Два дня назад налетели на нас (ты только вдумайся!) костяные драконы! Целых десять штук... Башни активировать мы не успели, пришлось срочно поднимать своих пташек в воздух... Конечно, дракосты уступали в боевой мощи черным красавцам, но все равно умудрились подбить одного... Ларана, да, первого потомка Герды... Он со всего размаху рухнул вниз, прямо на одну из казарм. Благо она была пустующей, и никого там не зашибло... Эх... Бедняга умирал долго, оглушая всю Цитадель своими стонами. Герда до сих пор переживает его гибель, отказывается есть, никого не слушается. Сидит себе в ангаре и грустит. Ты зайди потом к ней, поговори хоть...

- Зайду... конечно! - кивнул Даратас. - Только откуда здесь дракосты? Я не видел их с Войны Сил... Не остались ли где в закромах у Культа?

- Думаю, они скорее были сделаны вновь... Один из последних дозоров, что уходил около месяца назад в самую глубь Харона, прямо к Гнилым Болотам, обнаружил нашу черную братию в необычайном оживлении. Вокруг Башни клубилась тьма, а в окнах этой чертовой постройки вспыхивали разноцветные огни...

- Может, праздновали чего? Новый год например? - пошутил Даратас.

- Да нет, вряд ли, - серьезно проговорил Бульвар. - Не сезон. Да и вообще, не только у нас происходят весьма странные события. Слушал ли ты ветер? На севере бушует жестокая война! После того, как Ренессанс в своем блицкриге разнес в пух и прах дряхлую Инквизицию, он принялся истреблять всех и вся, что попадется под руку! Ты представь! В какой войне за последние пятьдесят лет трогали сельчан? Не берем, конечно, отмороженных бандитов, коим все равно не долго приходится носить головы, но Ренессанс - это старинный солидный клан! И позволять себе такое? Причем с весьма завидным усердием. Говорят, теперь на землях севера ничего, кроме трупов и сожженных руин больше нет! Все мелкие кланы либо перешли под знамена угнетателей, либо были уничтожены. Причем, ходят слухи, мол, в руках ренов есть оружие, созданное самой Тьмой! И нет мол, щита против него... Хотя. Совсем недавно вольный городок, Ватрад Вил, отбился от шеститысячной армии соединенных войск Лиги - Ренессанса, Реюньона и Бреган Дэрт! Не сами горняки, конечно, но при помощи всех стекшихся остатков кланов и шаек, и при весьма немалом содействии Нейтралз и Остермана... Уж не знаю, означает ли эта победа перелом в войне на севере, но поговаривают, что тамошний военачальник нашел управу на новую подружку Ренессанса - саму Тьму!

- Тьму? Не с Культом ли сошлись торговцы?

- С Культом? Вряд ли... Скорее с Темным Орденом... - покачал головой Бульвар.

- Ага... С ишаками Культа... - пробормотал Даратас.

- А на Фебе, видал что? Сюреал выбрался со своих благодатных земель и шестью тысячами солдат направился на этот остров! И пошел войной не куда-нибудь, а на самих варваров Одера-Табу, дабы забрать замок Кандур!

- А что здесь удивительного? Мощный клан хочет создать свое присутствие в регионе, поддержать своих союзников...

- Присутствие говоришь? А сдалось оно им на Фебе? Минералы? Да у они их пачками тащат из гор, что близ Сумеречного леса! Говорят, они даже карликов работать там приучили... Помощь союзникам? В чем? С варварами войны у Республики не было, да и не планировалось... От набегов они и так хорошенько защищались, да и армии у них для обороны своих земель хватит на два Сюреала. А вообще зачем им влезать в конфликт-то? Задавить потом с двух сторон Таргоса? Да вот что-то не верится, что сеньорам Сюреала это вообще надо... Нет, друг мой, тут что-то другое. Уж поверь мне, старому интригану.

- Верю, верю, Бульвар, - задумчиво проговорил Даратас. Признаться, в связи с последними событиями в Подземельях, он начисто забыл о проблемах поверхности. - Тогда что ты еще скажешь ко всему прочему, если я тебе поведаю о войне, что так недавно разыгралась в глубинах нашего мира?

- Какой войне? - брови Бульвара сдвинулись.

- Да вот... Однажды мой ученик... - начал свой сказ Даратас и, когда закончил пересказывать все, что стряслось с ним за последнее время, глаза хозяина Цитадели были навыкате.

- Ну, ничего себе... - только и смог выдохнуть Бульвар. - И попал ты в историю... И Кельвина проводил, и сам царем побыл... и с богами пообщался. Хорошо ты времечко провел... Только вот, все твои дела уже не спроста связаны с нашей землею грешной.

- А в свете твоих сомнений уже начинает складываться новая картина... - сказал Даратас, и сам того не понимая, хорошенько отхлебнул вина. Уж слишком он углубился в свои мысли.

- Культ все таки захотел новой войны... - подытожил Бульвар.

- И неплохо ко всему подготовился. Теперь не грубо, как в Войну Сил, а весьма и весьма тонко и продуманно. Однако не все части мозаики нами собраны, Бульвар... Очень многое остается в тумане. Очевидно, что все приготовления имеют под собой основную цель. Только какую?

- Вот за этим ты и прибыл сюда, мой друг, - улыбнулся Бульвар.

- Кстати, у меня тут был пленник... - сказал Даратас. - Не знаю, жив ли еще... Темный Инквизитор Ордена.

- О! Ценный экземпляр. Если не ошибаюсь, то он по рангу где-то старший офицер.

- Именно, - улыбнулся маг. - Ну что, вызываю?

- Давай! - кивнул хозяин Цитадели.

Маг встал со своего места, отошел от стола и, сосредоточившись, мысленно потянулся обратно на север Гипериона, проник сквозь туман магических возмущений, проник под земную кору и вскоре наткнулся на нечто... жалкое... забившееся в угол. Поисковый импульс тут же дал положительный сигнал. Не долго думая, Даратас обхватил Алексея потоками силы и дернул на себя. Всего пару секунд, и с диким криком оборванный маг приземлился задом на каменный пол.

Весь оборванный, избитый, грязный и вонючий как сотня гоблинов, исхудавший Инквизитор затравлено озирался по сторонам. Заплывшие глаза не выражали ничего, кроме злобы.

- Вот и зверек, - хохотнул Бульвар. - Привет тебе, чучело. Ты, случаем, на задних лапах ходить умеешь?

Тот не отвечал, с недоумением осматривая помещение ставки.

- Где я? - выдавил он из себя.

- Ты в Цитадели Стражей, - спокойно ответил Даратас. - Но в данный момент на допросе. Откажешься отвечать - я тебя сожгу прямо здесь! - маг никогда не скрывал своего отвращения и ненависти ко всем, кто был хоть как-то связан с Культом и его делами. После событий Войны Сил и тех вещей, что творили малефики, он не смягчил своего сердца.

- Валяй, и так сдохну скоро, - огрызнулся Алексей и почему-то зажмурился.

- Успокойся, Дар, не стоит тратить на него свою ярость. Пускай этот несчастный хоть немного поест. Садись, чудо, только на тот дальний стул, а то воняет от тебя кошмарно. Садись и ешь, пока дают. И параллельно отвечай на вопросы. Усек требование?

- Усек, - кивнул тот и, быстро поднявшись, уселся за стол и принялся руками хватать куски мяса, буквально заталкивая их себе в рот.

- Ты его там на святом духе держал что ль? - усмехнулся Бульвар.

- На духе уж точно, но только не святом, - ответил Даратас, кривясь от источаемой пленником вони. Усевшись на стул, он отодвинулся подальше от стола - в таком благовонии у всех уже давно пропал аппетит. - Забыли его просто... Не до него было - война как никак. Кельвин хотел его к терагра отдать, да видно позабыл, - при этих словах Алесей вздрогнул, но от еды не оторвался.

- Палачи у нас тоже хорошие найдутся... - многозначительно молвил Бульвар, пробуравив Алексея стальным взором. - Итак, несчастик, нам нужно знать как можно больше о делах Ордена. Какая информация есть у тебя? - задал вопрос Бульвар.

- Не самая свежая, - ответил Алексей, смачно чавкая. - Как только я не ответил по трансферансу (спасибо заботливым стражам), мне обрубили канал информации... Поэтому неделю с лишним я не имею новостей.

- Думаю, Рим не за один день строился... - вырвалось у Бульвара.

- Что строилось не за один день? - изумился темный.

- Не важно, - махнул рукой Даратас. - Для тебя это - терра инкогнито. Ну? Что ты знаешь реально важного?

- Да что может знать этот жалкий червяк? - вмешалась вдруг Дариана. - Посмотрите на него! Он же ничтожество! - ее глаза как-то нехорошо блестели, когда она метала гневные взоры на изголодавшегося пленника. Даратас не обратил внимания - он тоже не питал симпатии к приспешнику Ордена.

- Знаю побольше тебя! - огрызнулся Алексей, дожевывая кусок мяса. - Последние три года нас активно готовили к массовым зачисткам: обучали руководству младшим составом, организации публичных казней, закаляли душу от жалости и милосердия... Соответственно работала пропаганда - все чаще и чаще стали звучать пророчества о скором наступлении Тьмы...

Ольвен фыркнул и отвернулся. Можно было себе представить, что творилось внутри религиозного эльфа, который в отличие от брата, был соткан из веры и традиций своего народа. Темные и культовцы для эльфов были сродни бешенным тварям, которых надо уничтожать в любое время и при любых обстоятельствах.

-... ну а самым главным пророчеством, о котором говорили наши Отцы, - продолжал Алексей, игнорируя тяжелую и гнетущую атмосферу вокруг себя, - являлась Легенда о Слезах Феникса и связанных с ним видением Темной Пифии - о некоем " ФаргНаре ".

- Так-так! - щелкнув пальцами, воскликнул Даратас. - Мстителе, верно?

Алексей отправил в рот целую ложку с овощами и утвердительно кивнул.

- Только причем здесь Легенда о Слезах? - нахмурился Бульвар.

- Толком сказать не могу, - пожал плечами темный. - Единственная связка - это двойной смысл слов, произнесенный Великим Духом. Если помните, он тогда явился Вельтору в образе огненной птицы. Так вот. Сила тому безумцу была вручена как создавать, так и уничтожать созданное... И каждый раз, когда нечто рождалось из мук его творчества, нечто разрушало все под корень. Собственно, из этого наши толкователи исходили, трактуя видение Пифии.

- Ничего не понимаю, и в чем связь? - Даратас нахмурился. - Вы то здесь причем?

- Наши Отцы считают, что личность Вельтора во всей Легенде собирательная. Что же касается того нечто, что разрушает созданное, то скорее всего это некоторый механизм обновления мира, после которого истинные созидатели восстанавливают утраченное.

- И, собственно, вы хотите помочь некоему мстителю или же какому-то катаклизму "обновить" мир, установив затем свои порядки?

- А почему нет? - пожал плечами Алексей. - К тому времени старых взглядов не будет, понятия добра и зла смешаются, а мы лишь дадим новую картину мира, без лжи ваших "святых" и дурацких правил.

- Ясно... - покачал головой Бульвар. - Сказанное очень похоже на теорию Хаоса, распространяемую школой Культа и Ордена.

- Да, весьма, - согласился Даратас. - Ладно, хватит о домыслах. Что ты знаешь о компаниях на севере Гипериона и Фебе?

- Про Феб я ровным счетом ничего не знаю, - ответил инквизитор, с сытым удовольствием откинувшись на спинку стула. - Однако что касается Ренессанса, то сотрудничество Ордена и этого клана ясно, как белый день. Однако сама связь между руководствами обоих кланов происходит неким экстравагантным образом...

- Каким? - подавшись вперед, спросил маг.

- В точности это знают только Отцы, - усмехнувшись, ответил Алексей. - Однако до меня доходили слухи, мол, Иридана подменили, причем убрав всех старых сеньоров.

Даратас с сомнением посмотрел на Алексея, но высказывать свои аргументы не стал - в сложившейся ситуации Орден мог пойти на всякие ухищрения, какими бы безумными и дерзкими они ни были.

- Ну, а еще что? - поинтересовался Бульвар. - Ты пей, кушай, потом будешь сидеть на дряни всякой. Ешь, пока дают.

Алексей кивнул и вернулся к тарелке, ломившейся от всевозможной еды.

- Шавка! - с отвращением произнесла Дариана.

Темный пропустил ее слова мимо ушей и с удовольствием продолжил поглощение пищи, пока Даратас с Бульваром, терзаясь сотнями предположений и сомнений, переваривали его слова.

- А что еще важного происходило в Ордене? - вдруг спросил Даратас, понимая, что из этого человека нужно выжать всю информацию прежде, чем начинать осмысление.

- Еще? Да ничего особенного... Ах, да! В общем, наши колдуны умудрились вызвать из Междумирья страшных тварей, коих мы прозвали росомахами. Большие такие, знаете, быстрые, ловкие да с огромными ножами вместо рук... Думаю, их уже пустили в ход...

- Каковы главные особенности? - поддержал допрос Бульвар.

- Да, в общем-то я их уже назвал... Без поддержки магов, любой отряд, хоть в десять, хоть в тысячу солдат обречен на смерть - с ними невозможно совладать сталью. Да и из магии мало, что действует на их толстенные шкуры, кроме холода разве что - этого-то они боятся...Ну еще... там есть такие особи, которые занимаются заражением людей. Это первые три твари, которые были затащены колдунами в наш мир. У них специальные железы такие есть, чуть дальше за зубами. Они впрыскивают какую-то дрянь человеку в горло и все... Около суток анабиоза, а затем мутация. Однако производные твари таких желез не имеют.

- Вот это да... - пробормотал Бульвар. - Прошляпили мы все с тобой, Даратас...

- Так-так, - подергивая нервно бороду, молвил маг. - А что насчет Культа? Известно ли в Ордене что-нибудь о его делах?

- Нет, на сколько я знаю, ни один гонец не вернулся. Что же касается возможных ментальных связей Отцов с руководством Культам, то здесь сами понимаете - мне мало, что известно. Есть ли канал связи или все это домыслы... Зачем тогда гонцы?

- Понятно, - кивнул маг. - Думаю, мы услышали предостаточно. Бульвар?

- Ну, мил человек, хорошего и так было много, - медленно проговорил Даратас. - Стража!

Двери раскрылись, и в ставку вбежало два воина.

- Возьмите этого человека и проводите в темницу. Прикажите тюремщику дать ему одеяло и нормально кормить, - распорядился хозяин Цитадели.

- Будет сделано! - отозвались стражи из-под глухих шлемов и, подхватив Алексея под руки, без особых церемоний потащили прочь из залы.

На последок тот оглянулся и, поймав взгляд Бульвара, крикнул:

- Спасибо!

Через минуту дверь закрылась.

- Может, отрубить ему голову, чтоб от греха подальше? - озвучил свои мысли в слух Бульвар.

- А стоит ли руки марать? - пожал плечами Даратас. - Пусть сидит, не денется никуда. Может, еще подсобит нам чем-нибудь.

- Ладно, черт с ним, - махнул рукой Бульвар. - Что думаешь-то?

- А нечего думать... - вздохнув, ответил Даратас. - Сказанное темным проясняет лишь тот момент, что Орден и правда активизировался, умело дергая за ниточки своих кукол. Однако это не проблема. Дальше севера Гипериона им не пройти. Если уж под Ватрад Вил их остановили, то противоядие против гостей из междумирья уже найдено, а с людьми воевать умеют. Что касается Феба и Культа, то здесь ничерта не понятно, а ответ, как мне кажется, надо искать именно здесь, на Хароне.

- И где конкретно искать думаешь?

- Пойду по меткам к центру, попутно измеряя волнения энергий, сверяя данные с улавливателями...

Бульвар недовольно поморщился.

- Оставь ты эти свои исследовательские штучки! Так ты потеряешь кучу времени! Нет, это полная бессмыслица.

- Да? И что ты тогда предлагаешь?

- Отправляйся к Хантерам, - серьезно ответил Хозяин Цитадели и залпом опрокинул содержимое кубка.

- К Хантерам? - удивился маг.

- Да, а точнее к их голове. Думаю, он сможет помочь тебе в поисках.

- А с чего ты так уверен? - вновь вмешалась Дариана.

- А с того, что эти безумцы знают о ситуации в этих местах в несколько раз больше, чем все другие. Они живут этим миром, они проникнуты его сумасшествием.

- Не мудрено, - усмехнулась девушка.

- А кто их голова?

- Он зовет себя Диором.

- Диором? Случайно не Кадансом? - опешил Даратас.

- Фамилии или иного прозвища он не уточнял. По крайней мере, Диором он назвался, когда посетил Цитадель. Закутанный в тряпки, сгорбленный, он не открыл мне лица, однако предупредил, чтобы я отвел своих людей от крайних застав и поставил их в центре, на естественной преграде Амун-Раме, да, да, той гряде острых камней, что расположилась над руслом горящей реки. Не поверишь - буквально на следующий день, как войска заняли позиции, из глубин повалила такая орда тварей, что только мужество моих воинов и крепость камня смогли остановить ее, отбросив назад. Оставайся мои ребята на разрозненных постах... Было бы нечего хоронить. Кстати, тогда мы увидели Хантеров в деле. Они пришли к нам, не сообщив заранее и, заняв место на левом фланге, с яростью сопротивлялись наседавшим гадам. Безумцы! Орудуя большими серпами, они бросались вперед, устраивая самую настоящую жатву своим врагам. Однако полегли все. Никого не осталось. Я послал было к Диору гонца с благодарностями, но он не вернулся... Дошел ли? Черт его знает.

- Хочешь, чтоб мы передали? - съязвила Дариана.

- Думаю, с вами ничего не случится, - вдумчиво ответил Бульвар. - Фигуры не того масштаба...

- И все же... - начал было говорить маг, готовясь высказать свои сомнения.

- Нет, - оборвал его жестом Хозяин Цитадели. - Тебе надо идти к Диору. Уж поверь, твои метки и магические камни не чета его знаниям.

- А ты уверен, что Диор посещал тебя только один раз? - прищурившись, спросил маг.

Бульвар осекся. Буквально минуту он выдерживал суровый взгляд мага, а потом потупился.

- Нет... Он... мысленно обращался ко мне, - Бульвар умолк. Помолчав с минуту, он поднял глаза на Даратаса, полные горести и печали. - Понимаешь, я болен. Болен смертельно.

- Нет ни одной болезни в этом мире, которая не поддалась бы врачеванию! - с чувством воскликнул Даратас.

- Она не из этого мира, друг, - грустно ответил Бульвар. - Впрочем, с чего это я буду загружать даму и принца своими старческими болячками? Пойдемте, я покажу ваши покои.

- Покои? - удивилась Дариана.

- Мы не... - хотел было возразить Даратас.

- Думаю, вам лучше всего часок другой отдохнуть. После того, как выступите из Цитадели, ничего, кроме жестких камней вам не видать, посему пользуйтесь случаем.

После некоторого размышления, маг кивнул.

- Хорошо, следуйте за мной, - сказал Бульвар и, с кряхтением поднявшись, направился к дверям.

Выйдя из Ставки, Хозяин своего замка повел гостей запутанными коридорами, петлявшими во все стороны, словно пути самого настоящего лабиринта. Только спустя минут пятнадцать узкий проход, тускло освещаемый одним единственным факелом, вывел людей в овальную залу, в которой горело несколько каминов, а прямо по середине стоял высокий резной Алтарь, на котором лежала большая толстая книга.

Даратас вопросительно поднял бровь, взглянув на Бульвара.

- Да, да, - покачал головой тот. - Это место моего уединения... Не волнуйся, там не Святое Слово лежит. Так, размышления одни... Идем дальше, - сказал он, кивнув на лестницу.

После непродолжительного подъема, Бульвар, наконец, указал на неширокий, ярко освещенный целой люстрой холл, заканчивавшийся высоким окном.

- Вот первые две двери - это для милой дамы (слева) и принца (справа), - определил Бульвар. - А Даратас, друг мой, если не возражаешь, мы немного потолкуем с глазу на глаз.

Даратас коротко кивнул, встретившись с Дарианой глазами, горевшими огнем. Он даже чувствовал кожей, как ее переполняло недовольство. Но она смолчала и, дернув светлой головой, отправилась к указанной двери. Ольвен лишь поклонился обоим старцам в пояс и покинул их, с некоторым облегчением предвкушая мягкую постель.

Даратас и Бульвар молча спустились по лестнице и медленно проследовали к самому большому камину, украшенному изумрудной крошкой, и остановились, глядя на игру языков пламени, с удовольствием облизывающих черные паленья. Мерный треск, исходивший от горевших дров, приносил некоторое успокоение в разбушевавшееся догадками и сомнениями сознание Даратаса.

- У меня рак, - вдруг сказал Бульвар.

- Что? - пробормотал Даратас, будучи вырванным из своих мыслей. Он даже не успел осмыслить сказанное.

- Рак у меня...- повторил тот, но теперь уже тихо и почти безжизненно.

- Не может быть! Здесь такая болезнь отсутствует! - воскликнул он, когда наконец-то понял, что имел в виду его друг.

- Она не из этого мира... А из нашего, старого... - Бульвар облокотился о стену. - Я был болен, когда попал во всю заварушку с этим миром. Не знаю, что случилось, но развитие болезни притормозилось, она будто исчезла. Я ходил к лучшим знахарям, но все они качали головой и говорили одно: ничего не чувствуется. А теперь вот... Ты же сам заметил, как я сгорел за последние годы. Выжрала она меня, скотина. Уже скоро мой конец... И не маши руками, увы, так оно и есть... Здесь были многие друиды, но никто ничем не мог помочь. А область врачевания, сам знаешь - твоя не самая сильная сторона. Да и не до этого тебе сейчас. Про меня не беспокойся, я и так прожил замечательную, полную событий жизнь. Меня тревожит другое - что делать с Цитаделью? Кто возьмет командование? Среди моих подчиненных нет таких идейных людей... Все, что в их силах, так это придержать братство от быстрой гибели, помогая разным частям нашего уклада медленно отваливаться... Но поставить на ноги - нет никого! Увы...

- Так что ты предлагаешь? - нахмурился Даратас.

- А ты не понимаешь? Ты единственная замена...

- Да вы что? - всплеснул руками маг. - Сговорились все? То эльфы меня на царство, то ты меня в руководство Цитадели. Да не люблю я руководить другими. Терпеть не могу! Я же знаю, что половина того, что я хочу, не сделать чужими руками - они почему-то всегда не из того места! Нет, Бульвар! Ты ищи кого хочешь, но после того, как разрешу всю накатившую дребедень, займусь фундаментальными исследованиями!

- Ты же сам понимаешь, что все будет не так, - возразил Бульвар. - На мир накатили события... И нечто...

- ... что изменит старые уклады, - вдруг вырвалось у Даратаса.

Бульвар кивнул.

- Ты сам понимаешь. В общем, мне нужно твое слово, что в случае моей смерти ты возглавишь Стражей.

Даратас не ответил. Нервно дергая себя за бороду, он размышлял, стремясь найти хоть какой-то рациональный выход, но ничего в голову не приходило. А ответ нужно было дать прямо сейчас - Бульвар слишком плох, сколько ему осталось предсказать трудно, а ведь значение форпоста стражей на этом проклятом материке возрастает с каждым днем.

- Однако... Что я могу сказать... А что же с Орденом? Если я буду сидеть здесь сложа руки, Гиперион захватят темные и тогда нанесут удар нам в спину.

- А тебе и не надо сидеть здесь постоянно. Это я лентяй. Стражам главное лидер, а хорошие командиры на полях найдутся. Основа любой армии - вера и надежда на своего лидера.

- А, ну если так, - потеплел Даратас. - Хорошо, я согласен. Но только в случае, если с тобой стрясется что-то... плохое.

- Отлично, оформлю согласие твое сегодня же! Ох, под старость лет я стал слишком много внимания уделять формальностям, бумажкам этим! - всплеснул руками Бульвар. - Кстати, насчет Диора... Он обращался ко мне мыслеобразами, не словами... Показывал Башню Культа, полную тьмы, показывал тебя, дорогу и острые пики Серых гор, что на севере. Он указывал на необходимость твоего визита...

- А е думал ли ты, что он в ловушку заманить хочет? - нахмурился Даратас.

- Ну, даже если так, у тебя есть предложение получше? Ты уже сам понял, что в этой войне нужен дельный совет, а еще лучше дельные союзники. Такие, как Хантеры... В бою - лучше любых твоих эльфов под эликсирами.

Даратас лишь пожал плечами. Подобные реплики часто попахивали сильными преувеличениями.

- Как туда добраться? - спросил он.

- Выйдешь по заброшенной дороге на север и, не сворачивая, направишься по ней до Серых холмов. Там пройдешь сквозь руины поселка, спустишься к Рыжей реке. Пойдешь вдоль русла строго на запад до переправы - там куча набросанных камней - попрыгаешь немного, ну, или слеветируешь - как тебе будет удобно. А оттуда - до самых Забытых Гор топаешь, они расположены прямо у вод.

- Сколько примерно времени на это все?

- Где-то два неполных дня. Если идти по другому маршруту, то можно потратить и неделю.

- Ясно. Что-нибудь еще хотел сказать? - пробормотал маг, уже проваливаясь в свои мысли.

- Нет, теперь все, мой друг, - улыбнулся Бульвар, подметив, что Даратас уже смотрит сквозь него, теряя концентрацию на разговоре. - Теперь тебе, пожалуй, пора отдохнуть. Где твоя кровать уже знаешь - часов через пять придет прислуга и поднимет вас.

Даратас кивнул и, на прощанье ободрительно потрепав друга по плечу, направился к лестнице, но тут, остановившись, повернулся к Бульвару:

- Почему именно Хантеры? Причем здесь эти безумцы? В чем связь? Не вижу смысла...

- Слишком многое мы склонны считать бессмысленным, - покачал головой Хозяин Цитадели. - Может, сумасшедшим и изгоям тоже предусмотрена своя роль во всей этой большой игре...

Даратас не ответил... Нахмурившись, он поднялся наверх, прошел по холлу, быстро открыл дверь и исчез в своих покоях.

***

С высокой гряды, выросшей посреди болот, жуткая Башня Культа открывалась во всей своей зловещей красоте. Обнесенная черными стенами, казавшимися на ее фоне жалкими лентами, она вздымалась высоко вверх, во тьму, клубившуюся так густо, что огонь небес в бессилии прятался за сплошной пеленой. Найджел еще никогда не видел эту крепость так близко... Он представлял саму башню по-другому... Совсем не такой, какой она была. Не оправдывая его ожидания, у основания башня напоминала пирамиду, чьи ребра были острыми как бритва. Сужаясь, боковые стороны поднимались вверх, где-то в середине закручиваясь в настоящий штопор, а затем чуть выше ребра сглаживались, превращаясь в монолитный столб, чья вершина терялась во мраке.

- Правда, замечательное зрелище? - проронил Мерлон, застыв на самой вершине холма.

- Возможно, - бросил Найджел.

- Какое сочетание грации, силы и бесконечной жестокости...

- Ты словно говоришь о женщине, - усмехнулся бывший Страж. С момента последнего разговора между ним и Отмеченным прошло несколько часов, за которые он твердо решил обращаться к сумасшедшему только на "ты".

Мерлон покачал головой.

- Женщины, в отличие от этой башни, наполнены смыслом. Эта же постройка, несмотря на все свои достоинства, весьма сомнительное детище... - монотонно проговорил он и повернулся к Найджелу. - Люди часто любят придавать значение пустым вещам.

- Пустым? - рассмеялся Найджел. - Судя по той сочной энергии, что буквально наполняет башню, там не менее пары тысяч приспешников зла.

- Зла? - удивился Мерлон и поглядел в глаза своему спутнику.

- Ну, или Тьмы и Хаоса... - смутился юноша.

- Пойдем, - сказал Отмеченный, махнув в сторону небольшой гряды булыжников, словно нарочно усыпавших подножье холма. - Пока мы идем, расскажи мне, что такое зло.

Найджел не удержался и расхохотался от души.

- Ну, ты даешь! Тебе нужен муж ученый чтоб на такие темы говорить... - насмешливо сказал он и тут же почувствовал, как нечто охватило его шею и, что было сил, сдавило, перекрыв дыхание. Найджел в первый момент чуть не потерял сознание.

- Расскажи, - повторил Мерлон, и хватка на шее юноши исчезла.

- Да откуда я знаю! - прохрипел Найджел, кашляя и растирая горло. - Обстоятельства, время... положение. Плохо от зла и все тут! Что здесь не понятного? Я не поэт, не умею описывать...

- Положение... время... - задумчиво произнес Мерлон. - Может, состояние?

- Может и состояние... - кивнул юноша, не в силах превозмочь кашель.

- Которое неизбежно связано с твоим отношением... Без твоего понимая и оценки нет зла. Как, впрочем и добра. Это не материи, они не существуют вне нашего сознания.

- Ну почему же? - не согласился Найджел, наконец, справившись с собой. - Например, если произойдет извержение вулкана и вся растительность вокруг него сгорит - это вряд ли можно назвать добром для самой природы.

- Природы? Пускай природы... но тогда этот же вулкан есть часть этой... природы, - Мерлон почему-то с трудом выговаривал это слово. - И процессы ее весьма сложны и многогранны. Ведь после этого извержения все вокруг него зарастет еще сильнее...

- Ну не знаю...- пожал плечами бывший Страж. - Вот Харон к примеру - место всей возможной смертоносной дряни.

- Для людей. Вне их - это особая система со своими обитателям и своей моралью, - последние слова Мерлон произнес прямо над чьим-то разодранным в клочья телом, брошенным среди камней.

- Ну! Тоже мне, пример для подражания... - махнул рукой Найджел.

- Заворачивай по ручью, - сказал Отмеченный, указывая на небольшое русло источавшей страшную вонь лужи.

Найджел аккуратно выполнил сказанное, стараясь ни в коем случае не вступить в мерзкую жижу. Оказавшись за поворотом, юноша увидел темнеющий вход в какую-то пещеру или даже грот...

- Мне нужно подумать, - сказал Мерлон, проходя вперед и одним движением направляя сгусток пламени внутрь пещеры. - Ты посторожишь меня.

- Что я? Как? - безмерно удивился Найджел. За время злосчастного путешествия он как-то привык, что местные твари шарахались от них как от прокаженных, не смея приближаться и на сотню шагов. А теперь этот сумасшедший говорит посторожишь. И чем отбиваться? Мечом, что на поясе? Без доспехов и магии?

Они вошли в темноту грота, по прихоти стихий получившегося прямо в гряде камней. Случайно ли или специально, пещерка очень хорошо подходила для схрона. Она им и оказалась, когда Мерлон осветил пространство маленьким пульсаром. Кострище, вязанка сухих дров, видимо нарубленных из плоти "мертвых" деревьев, что растут по краю болота, ямка, накрытая какой-то тряпкой. Подойдя поближе, Найджел почувствовал, как от нее разило гнилью. "Ну конечно! Это для скрытия запаха! Скорее всего здесь лежат съестные припасы!"- догадался он и, не тратя больше времени, сначала с силой оторвал прибитую к доскам тряпку, затем сорвал крышку и извлек со дна прохладной ямы небольшой сверток. Развернув его, он обнаружил в своих руках небольшую флягу, вяленое мясо и немного хлеба. Голодный желудок свело приступом дикой боли. Захотелось все найденное запихнуть в рот и проглотить, не разжевав. Но разум возобладал над инстинктами и юноша сначала отпил из фляги, правда, не задумавшись о ее содержимом. На его наивное счастье, в ней оказалась простая вода.

- Найджел, - раздался голос за спиной. Проклятье! Он совсем забыл о своем мучителе... Неожиданная находка так порадовала его, что сознание совсем забылось, вытеснив мысли об Отмеченном куда-то на задворки.

Юноша повернулся к Мерлону и протянул ему мяса и хлеба.

- Найджел, - повторил Отмеченный, не обращая внимание на жест спутника. - Я сейчас должен подумать... На этот момент я стану беззащитным. Ты будешь моим Стражем.

- Но чем я буду защищаться?

- Своей надеждой, - отрезал Мерлон и, не говоря больше не слова, отвернулся от прохода к стенке, опустился на колени и... застыл.

- Эй! - опомнился Найджел. - Эй! Ты серьезно что ли? Эй! Сумасшедший! У меня же только меч! - подойдя к Мерлону, он потеребил того за плечо. Он был словно изваяние - твердый такой, жесткий и неподвижный. - В транс ушел... Идиот! Слов нет! Идиот!

От беспокойства и нервов юноша принялся с увлечением жевать мясо и хлеб, пытаясь немного успокоить себя. Может, все обойдется. Если тут сделали схрон, возможно, что здесь безопасно...

Вдруг за стенами пещеры кто-то протяжно взвыл. Кусок мяса застрял у Найджела в горле. Все его тело в момент сковал ужас. Не помня себя от страха, он уставился на вход в схрон. Там появилась чья-то тень... Затем нечто заскреблось по камню, и прямо внутрь убежища протиснулась большая голова с горящими глазами... Сначала Найджел не понял, кто явился перед ним, но затем, придя в себя, он безошибочно признал в незваном госте матерого волколака. Тварь полностью напоминала собой обычного волка, кроме размеров - в нем умещалось сразу трое стандартных братцев. А еще два огромных клыка, свисавших с верхней челюсти. Каждый был почти в локоть длинной.

Оскалившись, волколак сощурил огромные глаза и приветливо зарычал... негромко так, угрожающе. Поводив из стороны в сторону своей огромной мордой, волколак внимательно изучил ситуацию. Приметив неподвижного человека, он надолго остановил свой голодный взгляд на незащищенной спине, затем перевел взор на лежащее у ног Найджела вяленное мясо, недовольно фыркнул и вернулся к скованному страхом Найджелу, боявшемуся шелохнуться. Глаза человека и зверя встретились. Почему-то именно в этот момент Страж почувствовал, как в груди заиграл огонь азарта. Чуть было не похоронивший себя Найджел вдруг допустил иной исход событий. Волколак? Серьезный ли соперник? Да, с такими громадными зверями ему в одиночку не приходилось встречаться.... Однако имелась одна вещь - против обычных волков да прочих вредных гадов тех же размеров каждому стражу выдавался специальный самострел. Хитрость этого устройства заключалась в том, что вместо болта он стрелял стальной сетью, обхватывавшей врага с головы до ног и затем стягивавшейся в узел. В такой ловушке за пару минут от твари оставалось только месиво. Пускай даже сеть не спеленает всю тварь, то хотя бы отвлечет...

Волколак, довольно зарычав, стал наступать. На его морде появился торжествующий оскал. Стало ясно, что буквально считанные секунды отделяли его от победного прыжка, после которого жертва будет разорвана на куски. Медлить больше было нельзя...

Найджел резко выхватил с пояса металлический предмет в форме канцелярского тубуса и, направив на тварь, нажал на небольшую кнопку. Скрипнул механизм, и в морду волколака вылетело нечто серебристое. Обхватив огромную голову, сетка острыми кольцами впилась в шею зверя и принялась стягиваться. Волколак дико заревел и отпрянул в сторону. Не понимая, что происходит, он пытался лапами снять мешавшую сетку, но даже острые и твердые, как металл, когти не помогали ему в этом. С легким звоном сеть постепенно разрезала крепкую шкуру, выпуская густые струи крови. Зверь ревел и бился в агонии, совсем забыв о своем противнике, тихо стоявшем в стороне и с интересом наблюдавшем за происходящим. Внутреннее он был очень горд собой - вот как додумался разобраться, однако в сознании постоянно вертелась одна мысль: "Самострел то был последним - такие вещи используются лишь раз. Что ты будешь делать с другими гостями?"

Меж тем череп волколака хрустнул, и сеть прорвалась в мягкий мозг. Зверь перестал выть и затих в углу схрона. Лишь изредка его лапы дергались от рефлексов. Найджел вздохнул и, привалившись к стене, вернулся к еде. Пока он набивал голодное брюхо, произошедшее как-то само собой забылось. Испуганный организм пришел в норму и теперь испытывал блаженство от ощущения сытости. На этой счастливой ноте Найджел спокойно завалился на землю и заснул.

Очнулся он от смачного пинка, пришедшего прямо по ляжке.. Тут же вскочив, Страж обнаружил незваного гостя, зависшего прямо над ним. Судя по фигуре, это был человек.

- Эй, ты чего? Ты кто вообще? - пробурчал Найджел, осматривая неизвестного. Щурясь, он сонным взором подметил только серые лохмотья на теле этого человека.

- Ууумммррр, - высказал свое понимание ситуации пришелец, и тут юноша окончательно очнулся и разглядел своего собеседника во всех подробностях. Белевшие кости и висящие куски полусгнившей плоти выдавали в посетителе самого настоящего зомби.

Вскрикнув, Найджел отскочил в сторону. Зомби лишь что-то пробурчал и, уставившись на живого человека, замер. Юноша тем временем вытащил меч и приготовился к бою. И не прогадал. Гость в один миг прервал состояние покоя и с воем бросился вперед, размахивая огромными руками. Найджел рефлекторно крутанул меч, хорошенько вложив силу в движение, и поспешно сменил стойку, изменив свое положение. Зомби тем временем с недоумением уставился на два обрубка рук - кисти валялись под его ногами. Не теряя время, Найджел бросился вперед и, сделав в сторону обманное движение свободной рукой, рубанул зомби поперек тела. Резко крутанувшись, он снова сменил стойку и отошел на пару шагов в сторону. Зомби лишь успел что-то проворчать, прежде чем развалился пополам и сразу же затих.

Найджел опустил меч и глубоко вздохнул. Вот дела... Видно, зомби, проползая мимо, подметил два неподвижных тела и решил сначала проверить - вдруг свежатина. Пнув разок, он тут же разочаровался... А теперь вовсе обиделся и помер. И чего он не принялся за уже готового волколака? Кровью к тому же воняет жутко. Словно тушу разодрали на куски...

Страж перевел взор в угол, где должен был лежать зверь и к своему ужасу обнаружил целых трех зомби с увлечением пиршествовавших еще свежим мясом волколака. Ну конечно! Запах крови привлек их в схрон. Ну, как же можно было не додуматься! Глупец!

Вдруг один из зомби, судя по длинным волосам и кое-как сохранившейся фигуре, женщина, оторвалась от еды и кинула резкий взгляд в сторону застывшего в недоумении Найджела. Затем поглядела на разрубленное тело собрата и вновь так же резко перевела взор на юношу. И зашипела. Зло так... Мертвенно холодно и до мурашек устрашающе. Душа Найджела тут же ушла в пятки. Не поднимаясь, тварь на корточках стала медленно двигаться к юноше. Ее челюсть словно от злости с силой сжалась, а гортанный звук со свистом вылетал сквозь зубы... Обмеревший Найджел все никак не знал, что придумать. Два других мертвяка, приметив активность подружки, решили не оставаться в стороне от веселья и, отбросив шматки мяса, молча направились к человеку.

И тут мертвая красавица атаковала. Резко вскочив, она сделала какой-то умопомрачительный прыжок и своей огромной лапой отправила Найджела в нокаут. Юноша шлепнулся на землю, но меча из рук не выпустил, а наоборот вслепую рубанул им наотмашь и, судя по гневному крику мертвой бабы, хорошенько ее задел.

"Это что ж за зомби такие? У них что, кровная месть за своих? Да и орет, словно живая. Видимо переходная стадия к инферналу. Ух, как нехорошо!" - вертелось в трещавшей от боли голове Найджела.

А приятели красавицы успели подойти в драке и сразу же обрушились на ошарашенного Найджел, норовя достать огромными когтями. С ними пришлось полегче - скоростью подружки они не обладали, и вскоре пришедший в себя Найджел быстро завладел инициативой боя. Перейдя в атаку, он методично срубил конечности врагам и двумя резкими движениями обезглавил обоих.

Главная героиня дуэли почему-то скромно сидела в углу и, прижав ладони к лицу, звучно выла.

- Ох, любимая! Ты ведь напудрила личико специально для меня, а я не оценил, прости! - едко усмехнулся юноша, покрепче сжимая меч. Кто знает, что сейчас выкинет эта тварь.

Девушка на эти слова совсем разобиделась и, подпрыгнув на одном месте, завопила во всю свою прогнившую грудь. На ее синюшном лице зиял глубокий порез.

- Расстроилась, да? Ну и правильно, с таким только на меч прыгнуть от досады! - подбадривал себя Найджел.

Красавица не выдержала оскорблений и ринулась вперед. К своему счастью юноша успел немного перенести вес на левую ногу, убрав из-под чудовищного удара голову и тело, ловко перекинул меч над головой зомби и сразу же резко ударил острием назад, вогнав лезвие в затылок твари. Хорошенько крутанув клинок, Найджел буквально сорвал голову с шеи зомби. Безвольное тело шлепнулось на землю, забрызгав черной жидкостью всю противоположную стену.

Вздохнув, Страж присел на небольшой валун. Вроде всех мертвяков из убежища он вырезал. Осталось теперь выкинуть тела наружу. Решив так, он без промедлений схватил первое же тело и потащил наружу. А Отмеченный продолжал спокойно сидеть на своем месте. Только пару брызг черной жижи загрязнили его бесчувственное лицо. Вытирать их Найджел, понятное дело, не стал.

Усевшись на землю в самом дальнем и темном углу, он положил меч перед собой и стал внимательно следить за входом. Так он просидел несколько часов, а затем, утомленный однообразием, задремал. Очнулся он от звуков чьей-то возни у входа. Вскочив, он выставил меч перед собой и внимательно осмотрел схрон - все было чисто. Однако у входа кто-то шуршал и недовольно повизгивал. И не один. Судя по серебристому отливу камней, на улице стояла ночь... причем, к его большому удивлению, ясная ночь, сквозь которую прорывалось сияние луны. По мелькавшим у входа теням было трудно понять, кто на этот раз пожаловал... Однако затем ночные гости испугано взвыли и удрали. Буквально через минуту нечто тяжелое шлепнулось у входа и прямо на месте смачно зачавкало... Все ясно. Жрут трупы. Здешним гадам что живая, что гнилая плоть - все одно лакомство.

Затем произошло нечто непонятное. Своды пещеры неистово затряслись и зашатались, Найджела даже не удержался на ногах и упал на землю, здорово ударившись головой. Мирно ужинавшая тварь у входа вдруг издала душераздирающий вопль, а затем послышался глухой удар и треск (не костей ли?) и все стихло.

Найджел лежал на земле, боясь даже пошевельнуться. Что же за тварь там такая пожаловала? И словно в ответ на его беззвучный вопрос в схрон протиснулось нечто темное... и огромное. Это нечто напоминало бутон цветка, чьи лепестки еще не распустились после утренней дремоты. Только за этим бутоном тянулась длинная толстая шея, покрытая острыми шипами. Найджел уткнулся носом в землю и задержал дыхание. Это же был Болотный Глот! Жуткая тварь, водившаяся здесь и еще чуть к северу, в Озере Погибели. Мерзкий червяк, с которым не каждый маг мог совладать. Не говоря уже о воинах с железками в руках. И тем более о нем, усталом голодранце.

А Глот тем временем уставился на Отмеченного. Чуть приоткрыв пасть, он поводил ею из стороны в сторону, а затем резко, словно стрела, вылетел прочь из пещеры. И наступила тишина. Ушел ли? Затаился? Проклятье...

Все тело Найджела била крупная дрожь. Он плакал, но не чувствовал этого. Ему хотелось кричать, но он не мог позволить себе этого. Ему было дико страшно...Забившись в свой темный угол, Найджел свернулся в комок и буквально сразу забылся. Во сне он видел мать... он видел свой дом, он видел все то доброе, что помогало ему выживать среди всех испытаний судьбы, выпавших на его горькую долю. И слезы текли по его лицу, скатываясь с подбородка и падая на впалую грудь. А ему снился дождь... Темный, ласковый дождь, который смывал всю грязь, смывал весь ужас и боль... Перемешавшись, они стекали одной темной слизью к ногам и исчезали в серебряном сиянии...

Что-то тихонько коснулось его плеча. Найджел, спавший чутко и просыпавшийся каждый раз, когда какой-то шорох раздавался вблизи схрона, тут же вернулся в жизнь и повернулся в сторону раздражителя. Поначалу со сна он не понял, что за странная палка стоит рядом с ним, а затем он поднял глаза вверх. И обомлел. Поддерживаясь на шести конечностях, прямо над его тщедушным телом навис мускулистый торс самого настоящего кадавра. Страшного гомункулуса, вселявшего ужас в сердца Стражей на всем пространстве Харона. Большая похожая на человеческую голова кадавра вращалась в поискал жертвы. Он явно чуял живое и теплое создание, но почему-то никак не смотрел себе под... клешни.

Найджел лежал под тварью и проклинал судьбу. Стоит ему пошевелиться и... Кадавр все же опустил взгляд вниз... И его страшные синие глаза с маленькими зрачками впились в лицо Найджела голодной злобой. Прошипев что-то сквозь ряды тонких зубов, он схватил несчастного за плечо и потянул вверх. Однако жертва, не помня себя от страха, снизу вверх всадила клинок ему прямо в шею. Лезвие с трудом пробило плотную шкуру твари, но в мозг не прошла. Кадавр пронзительно закричал и отшвырнул Найджела в сторону. Тот с размаху ударился спиной об камень и сполз вниз, корчась от боли. А тварь, выдрав меч и откинув его прочь, еще сильнее распылилась и бросилась в атаку. Найджел, забыв о боли, вскочил на ноги и к своему счастью ушел из-под чудовищного удара острых, как бритва, клешней. Откатившись, в противоположную сторону, Страж нашел обломок своего меча. Видимо кадавр с такой злостью отшвырнул его, что лезвие разломилось при ударе об камень. Но обломок тоже был что надо - в локоть длинной и с нарочито острым концом. Ревя, что есть сил, кадавр снова ринулся в бой. Найджел успевал только крутиться и иной раз отбивать удары твари. Один разок умудрился ткнул гада в живот, но даже не рассек кожу. И после этого его успехи в обороне закончились. В какой-то неудачный момент одна из клешней подсекла ногу Стража, а когда несчастный со всего маху упал на землю, другая лапа пробила его плечо, пригвоздив к земле. Найджел закричал. Боль пронзила его тело... Глаза затянула красная пелена... Он выпустил меч из рук и завопил. А Кадавр стал медленно поднимать его вверх, готовясь, видимо, разодрать на куски. Найджел уже смирился со своей участью и больше не мог сопротивляться. К черту все... К черту! Последнее он, кажется, выкрикнул прямо в лицо твари. А затем внутри пещеры все вдруг потемнело... Кадавр занервничал, стал оглядываться. Затем хлопок! Голова твари резко дернулась, глаза закатились, и тело грузно повалилось на землю. В момент падения Найджел соскользнул с клешни и отлетел в строну.

Зажимая кровоточащую рану, Найджел посмотрел на лежавшую тварь. Мертва. На все сто. Ни движений, ни каких-либо проявлений жизни. А вот Отмеченный... Он смотрел прямо на него.

- Ты выполнил задачу. Теперь отдыхай, - молвил он. И Найджел тут же почувствовал, как рана на его плече перестала болеть. Не веря, он поглядел на него и увил розовую плетку молодой кожи, стягивавшую дырку.

- Ты очнулся? - спросил он у Мерлона.

- Прошла только одна фаза. Отдыхай. Нас больше никто не потревожит, - на этих словах проход затянула черная пелена. Схрон поглотил непроглядный мрак. Не долго думая, Найджел завалился на землю и заснул. Пошло все к черту.

***

Спустившись с последней ступеньки, Ромунд вышел в сумрак длинного коридора, лежавшего поперек лестницы. Повертев головой из стороны в сторону, юноша устало вздохнул - начало и конец нового туннеля терялись в темноте. Единственное, что отметил маг, это двери, располагавшиеся вдоль всего видимого участка коридора через каждые пять-шесть метров, причем на каждой створке была буква и номер.

- Это вилка, - сказал над ухом Вильгельм. Ромунд даже дернулся от неожиданности, задев при этом локтем Альму.

- Что? - пробормотал юноша, жестом извиняясь перед девушкой. Та даже не заметила его движений. Ее бледное лицо выражало только одно - тошнотворную усталость от всего, что творилось вокруг.

- Вилка. Каждая дверь ведет в соответствующую секцию казематов, - уверенным тоном объяснил Вильгельм. - Все двери пронумерованы, как видишь. Зачем? Наверное для удобства персонала - вряд ли было какое-то различие в узниках. Однако в этой очень длинной... вилке есть одна дверь, за которой сокрыт проход сквозь все казематы прямо в таинственную комнату с этим, как его там... Энергоном. Нам нужна дверь под номером Ю17.

Пропуская вперед Вильгельма, Ромунд подозрительно посмотрел тому в спину. Слишком много знает этот вынужденный пленник. Народ он за собой водил. Как бы ни так!

Меж тем очкарик быстрым шагом прошел мимо десятка разноименных дверей прежде чем остановился у ничем не отличавшихся от остальных и указал на заветный номер пальцем. Готовясь ко всему, Ромунд резко распахнул створку и отпрянул в сторону. К счастью, ничего не произошло.

- Ловушек боитесь? - спросил Вильгельм, разглядывая предстоящий путь.

- Есть от чего. Мы уже потеряли троих из-за них..., - ответила Альма и зачем-то первой пересекла порог Ю17.

Пройдя первые несколько шагов, Ромунд еще не до конца осознал ужас этого места. Скользнув беглым взором по решеткам с обеих сторон коридора, он поначалу не заметил в тусклом свете того, что буквально через минуту жаром прошибло холодный пот. Боги! Здесь же со всех сторон лежали живые люди! Живые! Но они спали так крепко, что никто из присутствующих не мог ни растолкать их, не пробудить к жизни путем магии... Для этого нужны усилия десятков ведущих специалистов... Только кому нужны десятки этих несчастных, обреченных на смерть... Ромунд в порыве припал к одной из решеток и внимательно посмотрел на трех человек, лежавших в неестественных позах прямо по середине... камеры. Две женщины и мужчина. На всех троих серая одежда казалась прост покрывалом - скорее всего из-за истощения их тела просто усохли в размерах. Живые кости.

- Если вы оба будете останавливаться у каждой клетки, то наши друзья подоспеют как раз к ужину, - недовольно пробурчал Вильгельм. Ромунд обернулся и увидел Альму, стоящую у противоположной клетки. Даже отсюда он отчетливо видел слезы, стекавшие по ее лицу.

- Да, да, конечно. Альма, идем! - сказал Ромунд, но девушка не отреагировала. - Альма, милая, ну же! Мы ничем не можем помочь! - с этими словами он обнял ее и, прижав к себе, оттащил в сторону. Альма не сопротивлялась. Уткнувшись ему в грудь, она плакала. Все, все ее силы закончились.

- Идем! Причем в темпе, - сказал Вильгельм и, ускорив шаг, двинулся вперед.

Когда они уже были на середине безумно длинного туннеля и их сердца все же стали менее восприимчивыми к несчастным, с того конца, который они недавно покинули, кто-то жалобно закричал, призывая на помощь.

Ромунд остановился как вкопанный и, развернулся в сторону крика.

- Стой! - тут же рявкнул Вильгельм. - Нам нужно спешить!

- Там же человек! Он, похоже, очнулся! - покачал головой юноша, поглядывая в сумрак казематов. Через пару минут просьбы повторились. Маг уже начал движение обратно, когда Вильгельм, положив руку на его плечо, сильно его сжал.

- Нам надо уходить, - железным голосом произнес он, глядя прямо в глаза Ромунда.

Юноша не остался в стороне. Смахнув резким движением руку с плеча, он ответил очкарику тем же грозным взором, опалив того всей накопившейся злостью.

- Пошел ты! - прошипел он.

И буквально в такт его словам туннель наполнил дикий вой. Затем грохот и треск разломанного дерева. Все эти звуки донеслись все с той же стороны... А затем кто-то душераздирающе закричал, будто все его внутренности выпускали из его тела заживо.

- Идиот! Я же сказал! - заорал Вильгельм и, развернувшись, припустил бегом в противоположную сторону.

Несчастная Альма, не в силах более сдержать себя, с воплями ужаса бросилась следом.

А Ромунд, понимая, что просто так не уйдет, из последних сил сотворил заклятие щита и поставил на пут врагов заслонку из чистой магии холода... С морозным треском на всю ширину туннеля раскинулся ярко-голубой экран. Он сдержит тварей...Но не надолго.

Рассудив так, юноша поспешил за спутниками и в считанные минуты нагнал их. А твари за спиной бесновались, ревя и кромсая стены. Видимо, они хотели обойти экран, разрушив перегородки по бокам.

Меж тем проклятый туннель Ю17 закончился, и вся компания, предварительно затворив за собой дверь и запечатав ее несколькими заклятьями, выбежала в овальный зал... Ромунд сначала не понял, что это было за место, а затем, подметив энергетические пьедесталы, смекнул, что это помещение сильно смахивает на кольцо объединения, почти такое же, какое было в Академии. С помощью вот такого вот устройства с просчитанной до мелочей системой энергетических концентраторов магистры проводили опыты...

- А вот и дверь... - выдохнул Вильгельм, указывая на высокие, позолоченные ворота, инкрустированные изумрудами. Они располагались как раз по середине залы.

- Странно, ты говорил, что здесь не был... И, вроде, путь твой лежал в другой стороне... Откуда ты знаешь про... дверь?! - вдруг сообразил Ромунд и, развернувшись к очкарику, насторожился.

Вильгельм хотел было ответить, но тут дверь Ю17 неожиданно дрогнула и в какую-то секунду разлетелась на куски... Не раздумывая, люди в панике бросились к вратам и, распахнув их заклятие, ворвались вперед... Кроме Альмы. Несчастная девушка замешкалась и прямо на пороге острая, как бритва клешня неведомой твари зацепила ее спину. Коротко крикнув, девушка сделала последний шаг и буквально ввалилась внутрь. Взревевший от злобы и отчаяния Ромунд послал гостям целый сгусток ледяной магии и с грохотом захлопнул дверь.

Слезы сами по себе выплеснулись из глаз... Шипя и поминая богов всей возможной руганью, юноша упал на колени рядом с агонизирующей Альмой и ласково положил ладонь ей под голову. Под телом девушки растекалась огромная лужа крови... Ее глаза бессмысленно уставились вверх... Ее сердце уже билось последние разы... Видимо тварь рассекла позвоночник и порвала все возможные артерии... Кровь выливалась, словно из шланга. Еще пара минут, и девушка умерла.

Ромунд утер слезы и отсел в сторону. Обхватив руками колени, он тупо уставился на ворота. Он должен крепиться. Он знал, что будет нелегко ...

- Ну, вот ты и на месте... - проговорил кто-то за спиной.

Ромунд медленно развернулся. Поначалу он не заметил говорившего. Весь обзор наполнило яркое лиловое свечение необъятного сгустка тумана... Энергон. Источник. Комната в реальности оказалась намного больше той, что была отражена на плане. Источник был и правда масштабен... Как раз такой, что таился под Мертвыми землями.

- Агент Ромунд. Я думаю, пора снять маски. Теперь мы одни, - вновь сказал кто-то.

И на этот раз Ромунд увидел его. Это был Вильгельм. А рядом с ним спокойно стоял Мердзингер. И каждый из них вопросительно глядели на него.

- Готики не просчитались. Ты и правда смог... Но теперь пришло время для обстоятельного разговора.

При этих словах Ромунд хитро сощурился и облизнул пересохшие губы. Ну что ж, поговорим...

Конец 5 части...

Макс Каменски

8.10.2008

Слезы Феникса

(часть 6)

***

Погребальные костры горели на всех улицах Ватрад Вил. Убитых было так много, что над несчастным поселением нависла опасность страшной эпидемии. Поэтому префект без лишних колебаний приказал сжигать трупы на месте. Потом с прахом разберутся. Некрасиво, не по чести, но! Война... а воинская доля тяжела... На костях забытых храбрецов строится будущее!

Для самого города урон был ужасен. Огонь уничтожил почти половину домов, разрушил рынок, палату бургомистра и единственную контору нотариуса. От красивого фасада Префектории осталась лишь груда обломков. Часть крепостной стены сровнялась с землей... Вода из искусственного бассейна вышла за пределы выкопанной ямы и залила улицы вместе с руинами разбитых в дребезги домов. Кровь и грязь перемешались в настоящее болото!

Немногочисленные ополченцы, даже не отдохнув после битвы, разбирали завалы, помогая спрятавшимся в подвалах женщинам и детям наконец-то выйти наружу. Однако не многие из них затем хотели оставаться на поверхности, видя разруху, охватившую город. Но ужаснее всего были огромные потери среди мужчин. Почти каждая вторая семья лишилась либо мужа, либо сына... некоторые вообще всех... Данила очень долго не мог остановить одну молоденькую девушку от самоубийства. Узнав о смерти мужа и отца, девушка помрачилась рассудком и, схватив кинжал с пояса Данилы, хотела перерезать себе горло. Охотник успел задержать ее руку лишь в последний миг. На вид хрупкая, она чуть не повалила его, здорового мужчину, на землю! Пришлось звать Яна и вязать дуру по рукам и ногам. Особенно погано было на душе, что за этой возней наблюдал ее младший брат с младенцем на руках. Мальчик плакал, прижимая ребенка к груди... Такие картины можно было увидеть на всех улицах охваченного хаосом города. Свобода была отвоевана слишком дорогой ценой!

От всех тех, кто пришел сражаться за город, осталась жалкая горстка в триста с лишним бойцов. Почти все маги погибли в тяжелейшей дуэли с чародеями Ренессанса. Однако результат был очевиден - молниеносная война потерпела крах... Подошедшие подкрепления Нейтралз и движущиеся скорым маршем силы Остермана заставят ренов перейти к позиционной войне, что неизбежно позволит выиграть время...

Но несмотря на столь благоприятный исход дня, Строгонов не позволил себе попусту тратить время. Поспешив отдать все необходимые распоряжения по расчистке завалов, он как можно скорее собрал военный совет.

Впрочем, советом это было трудно назвать. Израненный и помятый Артес, лежал на носилках и взирал на происходящее отстраненным взглядом; усталый и напуганный всем произошедшим "дядя Леша" беспокойно ходил из стороны в строну, что-то бормоча себе под нос, и только сам Строгонов сохранял самообладание и с уверенностью в голосе держал речь. Кроме них троих на собрании еще присутствовало несколько белых рыцарей, пара десятников из Глефы и, конечно же, представители союзников. Офицер Нейтралз стоял каменным изваянием и спокойно слушал бывшего сеньора Глефы. Вождь же Остермана - массивный мужчина средних лет с увесистым пивным животом на коленях - сидел на одном из обломков и сопровождал слова Строгонова многозначительными кивками...

-... Таким образом, друзья, - говорил Строгонов, - мы не можем оставаться на месте, проводить мыслимую линию и ввязываться в стычки с отрядами Лиги - тем самым лишь убьем преимущество, заработанное такой кровью! Мы должны идти к Бангвилю и, припугнув их силой, потребовать созыва Совета! Чудовищные дела Лиги являются непосредственным предметом обсуждения представителей кланов! Они не могут более смотреть на все сквозь пальцы!

- Но что тогда будет с Ватрад Вил? Вы просто оставите город на произвол судьбы? - забеспокоился дядя Леша и побледнел еще сильнее...

- Нет, Алексей Германович, не беспокойтесь, - сказал Владимир. - Здесь на дежурстве останется сотня бойцов и десяток магов. Этого хватит, чтобы щелкнуть по носу незваным гостям. Что же касается Лиги, то, скорее всего, поняв наш маневр, они сосредоточат все свои силы в направлении Бангвиля - в случае взятия этого города владычество Лиги на Севере станет несомненным.

- И что? Даже проигнорируют представителей? - нахмурился Префект города.

- Конечно. Что они сделают? Объявят войну? Вряд ли... Единодушие улетучится, у каждого появятся свои интересы и, скорее всего, они займут выжидательную позицию... - ответил Строганов.

- Да! Так и будет! Сейчас, пока есть интерес в Бангвиле, их хоть что-то сближает. Затем - совсем ничего! - пробасил Вождь Остермана. Его мощный, твердый голос подкреплял его слова и не давал повода усомниться в сказанном.

- Однако что же мы будем делать под стенами? Две тысячи бойцов? - взял слово Офицер Нейтралз

- Пять... Моя трехтысячная армия в одном дневном переходе отсюда! - сказал Вождь.

- Хорошо, Ришам, пять... Но что это меняет? Гарнизон Бангвиля насчитывает до пятнадцати тысяч... Они просто поржут над нами с высоких стен...

- Задача совсем иная, - веско сказал Строгонов, прервав офицера. - Мы должны подойти к Бангвилю и показать свою готовность защищать Совет.

- Ну а что мешает ренам перехватить нас и перебить? - прохрипел Артес.

- Время. Они будут спешить к самому городу, чтобы взять его.

- А как мы перегоним их?

- Сядем на корабли, - ответил за Владимира Вождь. - Мои ребята как раз готовят баркасы. На всех хватит места. По Темерне спустимся в озеро, а потом высадимся к югу от замка Фьеф.

- Замок-то реновский... - задумчиво проговорил офицер.

- А мы возьмем его... - сказал Строгонов.

- Что? - челюсть представителя Нейтралз отвисла вниз.

- Возьмем Фьеф. С одного удара. После падения этого укрепления положение Лиги на восточном фронте сильно ухудшится, - спокойно ответил Строгонов.

- Да вы хоть в своем уме? - офицер даже поперхнулся от возмущения.

- Не жалуюсь, - усмехнулся Владимир. - Ришам уже подготовил сюрприз нашим друзьям, не так ли?

- Конечно! - ехидно улыбнулся варвар. Этот огромный мужчина, чьи доспехи были покрыты мехом лесных волков, в эту минуту казался самым настоящим зверем. В глазах азартным огнем плясала животная кровожадность. - Осадные машины... с таким горячим пойлом, что рены аж захлебнутся от счастья!

- Не понял, - сказал офицер и поджал губы. Что-то явно шло не по инструкции.

- Наш дорогой друг хотел сказать, что в непосредственной близости от Фьев спрятаны две дюжины катапульт, способные метать заряды колоссальной мощи. Над специальным коктейлем концентратов трудились лучшие умы востока. После пары залпов весь замок охватит чудовищное пламя, которое даже магии с трудом подвластно. Вся задача заключается только в том, чтобы связать боем вражеских магов. А затем останутся только пылающие руины. Что касается гарнизона, то, скорее всего, там не более трех, а может четырех сотен бойцов. Главные силы Лиги движутся сейчас с Севера.

- Катапульты... - проговорил офицер, подергивая себя за подбородок. - Однако мы не можем...

- Можете, Андриан. Я хорошо осведомлен о ваших полномочиях, - покачал головой Строгонов. - Вам предоставлено полное право распоряжения войсками. Только ваш сеньор может отменить данное решение. Чего же вы колеблитесь?

- Не уверен, что предложенный план имеет перспективу, - отважился на прямой ответ Андриан.

- Что ж... Тогда можете вести свои войска обратно и ждать, когда Лига просто развалит вас изнутри. А может и сожрет. Заживо.

- Я бы попросил... - глаза офицера яростно блестнули.

- Да валяйте, а что толку? - Владимир холодным взором впился в лицо офицера. Тот занервничал, стал теребить пояс. - К чему дурацкие сомнения? Чем вы рискуете? Хотите оттянуть конец? Или хотите сложить ответственность на обстоятельства? Наша задача - придти раньше Лиги и осложнить поганцам жизнь. Выиграв время, мы постараемся склонить Совет к обороне. И если там не все круглые дураки, они должны понять необходимость сопротивления. Союзник же у ренов только один - Реньюн. Но его опасаться не стоит. Слишком руки коротки.

- А Темный Орден? - вдруг подал голос Префект.

- Орден... - на этом моменте Владимир слегка запнулся. - Что ж, здесь нам ничего не остается, как надеяться на удачу. Увы, если все куплены - то мы обречены. Но надо пробовать. Иначе... иначе останется только ждать расплаты за глупость и нерешительность.

- За решительность тоже можно поплатиться, - в тон Строгонову ответил офицер. - Мне необходимо переговорить с сеньором. Без его согласия я и шага не сделаю.

- Говорите. И лучше сейчас. Завтра нужно двигаться к кораблям.

Офицер откланялся и направился прочь с места Совета. К слову сказать, само собрание проходило буквально на руинах Префектории. Несчастный Префект, не находивший себе место, неустанно бросал взор на развалины и тихо вздыхал... На его глазах этот город достиг красоты и процветания... На его же глазах он был превращен в руины. Но не втоптан в пыль! Лишь эта мысль согревала старого Алексея.

- Мутный парень, - недовольно проговорил Ришам и сплюнул в грязь.

- Он лишь делает свое дело, - покачал головой Строгонов.

- Да черт с ним, - махнул рукой Артес, скривившись от боли. - Ты знаешь... я вот подумал, плывите вы с богом. Я останусь здесь, оклемаюсь, да людей хороших огражу от врагов. Вы оставьте мои выжившие десятки, да еще несколько ребят...

- Хорошо, Артес, так и сделаем, - согласился Владимир. - Тебе и правда не пойдет на пользу плавание... А со здешними проблемами ты справишься, я не сомневаюсь.

- Эко ты шустрый, - улыбнулся Ришам и прищурился. - Воевода без армии... Ты решил сделаться лидером сопротивления?

- А кто против? - ответил такой же улыбкой Строгонов. Глаза Вождя и несгибаемого Сеньора встретились.

Ришам лишь расхохотался в ответ.

- Все равно войсками своими буду править я, однако мной командуй - тебе воля! Уж слишком большой ты везунчик... Надо пользоваться, пока удача не отвернулась!

- Спасибо за откровенность! - усмехнулся Строгонов. -Что ж, пока мы ожидаем ответ Нейтралз...

- А они нам так нужны? Я насчитал полторы тысячи бойцов... После поражения на юге от Ренессанса от их армии почти ничего не осталось...

- Однако остались лучшие! - раздался громкий ответ от неожиданно вернувшегося Андриана.

Ришам цокнул языком, но промолчал.

- Господин Строгонов! Мой Сеньор, мессир Рамзес, одобрил ваш план. Мои войска отправятся с вами хоть в Преисподнюю!

- Отлично! - серое и сосредоточенное доселе лицо Владимира немного просветлело. - Теперь, друзья, пора обсудить детали операции...

Данила сплюнул. Ну, дела! Брать Фьев!

- Да... Похоже у твоего начальства совсем крышу снесло... - усмехнулся Ян, устраиваясь поудобнее на грязном матраце.

- Ты уверен, что все правильно понял? - озадаченно спросил Данила.

Ян лишь махнул рукой в ответ. Закрыв глаза, он приходил в гармонию с самим собой. Мало того, что его организм еще не успел оправиться от полученной в ходе боя раны, так еще он полвечера ползал по камням, стараясь подслушать разговор Совета.

- А что ты своими культяпками машешь? Может, тебе с усталости послышалось... - продолжал сомневаться охотник.

- Слушай, да мне наплевать, - не открывая глаз, ответил Ян. - Если чего, я брык - и исчез. А твою задницу завтра по утру поднимут и заставят тащиться к Темерне. Вот тогда всю правду и узнаешь. А сейчас дай поспать.

- Сволочь, - пробормотал себе под нос Данила и сам улегся на свою часть матраца. Целых домов почти не осталось, поэтому многим бойцам пришлось спать под открытым небом. Кто был слегка пошустрее, взял все мягкое, что нашел на разрушенных складах, и устроился на кусках стен. Так поступили Данила с Яном. Не хватало, правда, одеяла...

- Слушай, Ян, - не удержался от вопроса охотник. - А какого ты вообще здесь остался? Только давай честно, хорошо?

- Не смеши. Я с собой-то не всегда честным бываю... Давай примем за правду тот факт, что я с Лигой еще в больших не ладах... А с Орденом подавно.

- Хватит всякую чушь городить! - Данила рывком приподнялся на локтях и посмотрел в лицо Яну. - Ты пытался убить Строгонова, а теперь спокойно лежишь себе на камушках и восстанавливаешь силы. Я не верю в брехню про Орден, про попытку убийства моего сеньора и вообще во весь тот бред, который ты мне наплел! Уж будь честным, прошу! Все же столько раз стояли плечом к плечу и глядели в глаза смерти!

Ян вздохнул. Открыв глаза, он присел на матрасе и посмотрел в глаза Даниле.

- Я и правда должен был убрать Строгонова. Но события развивались намного быстрее, чем мои хозяева ожидали. К твоему сведению, Владимир вел скрытые переговоры с Ренессансом. Он даже был готов принять участие в войне против Святой Инквизиции... Однако, рены почему-то выбрали Бреган Дэрт, а Глефе оставили лишь участь мяса в этой страшной мясорубке. Не дожидаясь окончания переговоров, мои хозяева решили устранить опасного элемента из игры... Но пока я внедрялся, искал подходы, ситуация в корне изменилась. Строгонов стал вынужденным врагом Ренессанса и даже руководителем ожесточенного сопротивления на всем севере... Теперь он очень ценная персона. Я получил приказ охранять его. Любой ценой.

- Телохранителем заделался что ль?

- Нет, - покачал головой Ян. - Моя задача находить таких же ищеек, как я, и уничтожать. Все просто.

- Случаем не ты подпалил дом, принадлежавший партнеру здешнего Префекта?

- Я. Кстати, просьба поступила от самого Строгонова.

- Успели заранее все обговорить?

- Да, - кивнул ассасин, - он знал, что я не покинул город. Он вообще, кстати, очень способный малый.

- А что за хозяева? Главы Шепростана?

- Данила, включай голову! Шепростан хоть внешне и независим, но фактически давно попал под влияние Культа. Теперь мои учителя только и чешут руки, как оторвать мне голову... Нет, Данила. Если ты помнишь загадочную историю про Слезы Феникса, то должен понять, что многое в моем рассказе не сходилось. Слишком уж я легко уходил от своих преследователей...

- Так ты... работаешь на Готикс? - брови Данилы медленно поползли вверх.

- Ну, вот видишь, как все просто, - улыбнулся Ян и спокойно лег на матрац. - Только давай на этом и закончим. Скажу сразу - работаю от безысходности. Я уже рассказывал, что это за люди, и что они делают с врагами. Об их делишках ничего не знаю. Только то, что исполняю сам.

На этом Ян отвернулся от Данилы и буквально через пару минут заснул. Хотя, может, просто претворился. У него работа такая.

Данила некоторое время помолчал, затем улегся поудобнее, но еще долго не мог заснуть. Когда долгожданный сон сморил его, он все еще думал, как же ему хочется спокойствия и уюта. Как же ему надоела бесконечная война... с собой и судьбой!

***

- Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, господа, - неожиданно твердо ответил Ромунд, Поднявшись с пола, он принялся с невозмутимым лицом отряхивать одежду, попутно оправляя складки.

- Юноша, это лишнее, - быстро ответил Вильгельм. - Нам отлично известно, что ты, Ромунд, сын Дерлога, являешься агентом некой организации Готикс... Отрицать это бесполезно. Нас не интересует глупое вранье.

- Откуда столь занимательная информация? - спросил Ромунд. Сложив руки на груди, он спокойно смотрел на говорившего Вильгельма. Не делая лишних движений, он судорожно ощупывал пространство на наличие готовых к бою заклинаний. Но в столь близком присутствии от источника разобрать боевые заклятия из хаоса сил было слишком трудно.

- Наш человек, Мевелин, давно вывел тебя на чистую воду, Ромунд, - ответил очкарик. - Твоя своеобразная манера обучения не осталась незамеченной. Наши агенты очень чутко следят за поведением студентов Академии. Сам понимаешь, кузница будущих кадров...

Ромунд хмыкнул. Как бы сейчас удивились его сокурсники, узнав, что все это время они старались на... Темный Орден!

-... Тебя завербовали примерно три года назад. В то время ты был особенно шаток в своих убеждениях и легко поддался влиянию, - продолжал Вильгельм. - То, что рассказал тебе представитель готиков, во многом согласовалось с твоим представлением о положении дел в мире. Очень многие догадки в словах готика представлялись реальностью. Что ж, при таких обстоятельствах получить согласие колеблющегося юнца на присоединение к правому делу было лишь вопросом техники. После твоего почетного вступления, ты делал успехи в специально заказанных изысканиях, шпионил в Академии, работал посредником между информаторами... И все бы хорошо, если бы не дурацкая война. И знаешь, здесь получилась уникальная ситуация! На твоей кандидатуре сошлись интересы двух противоборствующих партий - Ордена и Готикс. Не знаешь, случаем, почему?

Юноша безразлично пожал плечами.

- Потому что, к несчастью, в тебе есть одно очень редкое качество... Как думаешь какое? Может, ты себе кажешься особенно искусным шпионом? Или весьма удачливым счастливцем? А может, ты просто особенный? Впрочем... Видишь ли, наивные готики посчитали, что в столь удачный момент смогут воспользоваться одним из своих расходных кадров и все же пронюхать одну из самых серьезных тайн Ордена - программу Энергон. Ты, кстати, был прав насчет него только частично. Это, к твоему сведению, целый комплекс всевозможных планов, источников и таких же... "шестнадцатых валов". Что же касается Ордена, то он решил подыграть готикам и помочь еще быстрее расходовать ценный кадр, отправив тебя вместе с разведывательной группой. Они отлично знали, что дойдешь до конца только ты. И еще лучше они понимали, что оставлять тебя в живых нельзя, как... и всю твою команду... - на этих словах Вильгельм сделал неуловимо быстрое движение и в следующий миг в лиловый отблеск Источника высек искру на лезвии его клинка. Мердзингер даже не успел понять, что произошло, прежде чем его голова слетела с плеч.

Ромунд от неожиданности даже отступил на шаг назад. Какая скорость! Вот тебе и тщедушный очкарик.

- Хороший был служака, - пробормотал Вильгельм, вытирая мягкой тряпочкой кровь с лезвия. - Он реально верил, что Орден поможет ему восстановить права... эльфийского народа. Но! Не судьба... - вложив меч в ножны и отвернувшись от Ромунда, сказал очкарик. Видимо, он совсем не боялся его. - Его основной задачей была передача полученных сведений и ликвидация посторонних. С последним он справился великолепно. А вот совершить первое я предоставлю себе.

- В чем же моя редкость? - немного сбавив гонор, спросил юноша.

- Твоя? Да ни в чем. Ты просто обычный маг, пускай немного мощнее среднестатистического чародея. Ну... еще неплохо разбираешься в воздушной стихии. Кстати, говоря, о концовке вашего разведпохода я немного слукавил. На самом деле, твоей негласной функцией была охрана Мердзингера. Именно он должен был выжить во всей этой передряге и доставить сведения командованию... Нужно поправиться и сказать, что до самого конца пути охранять его должен был ты. Однако он понял задачу весьма превратно...Решил, наверное, выделиться, показать, что он и без тебя обойдется. Ха! Возможно, рассчитывал, что это присовокупят к его отличиям... Глупец! В последующем несчастного романтика конечно бы убрали...

- Так почему именно я? А не та же Альма? Она весьма неплохой маг... была...

- Я же сказал, в тебе есть одно качество...Оно никак не связано с твоей личностью. Так, ошибка природы... аномалия.

- Но какое же?

- Видишь ли... - все это время Вильгельм говорил, стоя спиной к Ромунду. Однако у юноши не возникало ни единого сомнения, что проклятый очкарик полностью контролирует ситуацию. - У тебя полная ментальная невосприимчивость... Иначе говоря, ни один металлист не сможет пробраться в твое сознание... не сможет ухватить его каналы, изменить или разрушить их. Природный блок, не поддающийся воздействию. Удивительно, но в данном случае я могу с полной уверенностью говорить о... невозможном! Хотя, наверное, это только на данном этапе развития науки.

- Так вот почему мое начальство посодействовало моему назначению в отряд?

- Именно! - на этих словах Вильгельм обернулся. Его глаза светились лиловым огнем Источника - причудливое сияние на какое-то время задержалось в них, но затем угасло.

- Хорошо... Но только зачем ты убил Мердзингера?

- Он перестал быть нужен. Мое начальство считало меня погибшим... Что ж, я и правда был обессилен после схватки с местными менталистами - твоими коллегами, кстати. Однако выжил и теперь могу предоставить своему командованию намного больше ценных сведений, чем какой-то, - при этих словах Вильгельм брезгливо покосился на отрубленную голову эльфа у своих ног, - безумец...

- Ну и во мне отпала соответствующая необходимость...

Вильгельм не ответил. Коснувшись указательным пальцем лба, он застыл на несколько мгновений.

- Понимаешь ли... юноша. Надо хорошо осознавать, в каких условиях оказался наш мир. Можешь поверить мне на слово - грандиозный план развала устоявшейся системы миропорядка вступил в свою финальную стадию... Десятками лет неутомимые идеологи Тьмы готовили мир к поистине невообразимому изменению. Ты даже не представляешь себе, сколько труда и крови было вложено в Идею! Ведь суть была не в том, чтобы собрать огромную армию или откопать могущественные артефакты... Главная цель! Апофеоз всей мысли был в том, чтобы развалить своего врага изнутри... Ты понимаешь о чем я говорю?

- Нет, - твердо ответил Ромунд.

- Эх... Ты же следишь за событиями в мире... Неужели ты не понимаешь, что война Лиги на Гиперионе и нынешний поход на Кандур - всего лишь запланированные акты в целом спектакле единого постановщика? Единого Драматурга? Также, как развалился север, также развалится и юг и запад и восток... Разделяй и властвуй! Все просто! Глупые князьки будут держаться за свои замки и ничтожные клочки земли, преследуя собственные цели... А где сталкиваются интересы многих - там всегда пространство для действий! Предлагая одним одно, другим другое ты умело стравливаешь их, как собак... - последние слова Вильгельм произнес с надрывом, - которые готовы рвать друг друга в клочья, чтобы потом им дали вкусно пожрать! Сегодня твой союзник уничтожает вчерашнего друга, а завтра он сам падет от руки предателя... Кажущаяся сложность складывается в одну простую формулу: без интереса нет ни друга, ни врага. И тут, как ты понимаешь, возможны комбинации.

- Хорошо. А что ты хочешь от меня?

- Мне нужен соратник. Хотя бы на время. Люди с такими качествами слишком редки, чтобы ими разбрасываться. Пускай ты не особенно догадлив и смекалист, но хорошо обучен и с ментальным щитом в голове. Чем не прекрасный исполнитель?

- Ты задумал собственную игру? - улыбнулся Ромунд.

Вильгельм прищурился.

- Ну... придется извиниться перед тобой - ты иногда бываешь догадлив, - усмехнулся он. - Признаюсь честно - мое начальство слишком бестолково, чтобы осознать всю ценность открывающихся возможностей. Они слишком повернуты на своей вере во Тьму и прочую дурь, чтобы воспользоваться всеми благами своих неимоверных трудов! Они не понимают, что идеология, как инструмент управления, давно перестал быть эффективным. Слишком много изъянов... Теперь же у нас есть азы ментального управления! Оно может поставить на колени кого угодно! Самого верующего превратить в богомерзкого еретика, самого преданного воина - в циничного предателя... самого отчаянного храбреца - в позорного труса. Имея такие возможности, совершенно не важно в кого верить и кому поклоняться... Ведь вся чушь, которую быдлу вешают на уши - это пыль в глаза... Истинная цель - это власть. Безграничная и вечная! Нет ничего лучше этого слова, Ромунд! Ты даже не представляешь, какую силу оно в себе заключает... Какую мощь!

- Ты фанатик, - флегматично заметил юноша. - Ты сам же помешан на своих идеях...

Вильгельм осекся. Нервно потер подбородок - видно, своей речью он вывел себя из душевного равновесия.

- В-возможно, - проговорил он дрожащими губами. - Но зато идея моя чистая... без примеси обмана и глупости. Ведь... Творец так всемогущ только потому, что он нейтрален. Он и Свет и Тьма! А мы собственными руками создаем в себе изъяны, тяготея к той или другой стороне... Мне, Ромунд, нужны соратники. Нужны люди, которые не поддадутся ничьему влиянию, которым самой природой предписано нести в себе зачатки истинного разума!

- Соратники на время, - проговорил Ромунд.

Вильгельм вновь осекся.

- Пускай и на время... Хотя самых преданных я могу и пощадить...

- Ох, надо же! - улыбнулся Ромунд. - Только вот проблема - невозможно быть преданным без влияния. Я хоть и верю в вещи, которые ты называешь глупостью, но я верю в лучше, доброе и вечное... А вот ты, безумец, которому давно пора снести голову. Орден еще не знает, как сильно ему придется потрудиться, чтобы достичь своих целей, а вот ты похоронишь свое безумство в этой подземной могиле!

Ромунд вложил в свой удар всю злобу и всю тоску, накопившуюся за время проклятого похода. Сконцентрировав поразительную мощь, высосав последние силы из своих жил он сгустком энергии шарахнул по Вильгельму. Раздался треск, воздух раскалился до предала, от чего кожу пронзила жуткая боль. Обессиленное тело больше не могло подчиняться Ромунду и он упал... Все вокруг заполонил дым... Ничего в метре не было видно. Даже яркое свечение Источника было не в силах пробить пелену.

- Как глупо, - прогремел голос в тишине. Из-за заложенных от взрыва ушей он казался невообразимо далеким, - ты совершенно не понимаешь, что я тебе предложил... Ты даже не понимаешь, каким могуществом я обладаю... Все Отцы Ордена вместе взятые ничто перед моими силами. Ничто, понимаешь? - Вильгельм вышел из дыма и завис над Ромундом. Его глаза горели лиловым огнем, прожигая пространство чудовищной силой. Теперь маг понимал, что не будь у него ментального блока, эти глаза уже читали бы его душу... - А ты решил убить меня... тупой магией. Хотя бы сплел заклинание... - Вильгельм вскинул руку и в его ладони начал сгущаться мрак... - К счастью, подобные тебе еще существуют... Мало, но есть... А тебя оставлять в живых больше нет смысла.

Вильгельм медленно замахнулся и Ромунд зажмурил глаза. Он ужасно устал и даже не мог защититься... Только беспомощно поднял над головой руку... А затем кто-то выкрикнул грязное ругательство, взвизгнул разрезаемый сталью воздух, и кошмарный по тоске вопль вырвался из чьей-то груди. Юноша от неожиданности сначала зажмурился еще сильнее, но когда все стихло, он медленно открыл глаза. С боку от него лежало тело. Приглядевшись, Ромунд узнал в нем... Вильгельма! Его глаза туманным стеклом уставились в грязный пол... Мощь и сила улетучились в одно мгновение.

- Самовлюбленный ублюдок, - сказал женский голос. Ромунд поднял глаза и в рассеянной дымке увидел Алису. Устало поглядывая на него, она вытирала лезвие короткого меча. - В наше время слишком много сумасшедших... Пускай останется как можно меньше.

- Но ведь...

- Да, на него даже не повлияла колоссальная мощь магии, которую ты направил на него... Но ведь он был к этому готов. А к удару в спину простой железкой нет... Он так был сконцентрирован на тебе, что даже не почувствовал присутствие еще одного человека.

Ромунд поглядел на тело Вильгельма. С первого взгляда никаких ран не было видно, но растекавшаяся под ним лужа говорила об обратном. Подобравшись поближе, юноша осмотрел труп и подметил небольшую рану в районе поясницы. Хотя нет, чуть выше...

- Ничего себе удар... Через спину до сердца, - пробормотал Ромунд и с уважением посмотрел на девушку. Совершенно не верилось, что это хрупкое создание могло вот так, с одного удара подрезать человека.

- Благодарю, коллега. Я тоже не промах.

- Постой, постой... Почему коллега? - нахмурился Ромунд.

Девушка улыбнулась, но не ответила. Впрочем, юноша сам уже понял.

- Так они тоже втянули тебя в эту историю?!

- Да, довольно давно, - неопределенно ответила девушка и развернувшись, пошла в сторону Источника. С трудом поднявшись, Ромунд заковылял за ней.

Остановившись шагов через пятнадцать, она нагнулась и подняла с пола какую-то сумку. Ромунд подметил, что в этой части зала как-то странно преломлялся свет от Источника, и где-то на уровне пояса разглядеть что-либо было практически невозможно. Значит, вот здесь девушка и пряталась, пока Вильгельм вел свою задушевную беседу.

- Но в отличие от тебя, я имела четкую цель и поставленные задачи. Внедрилась, попала в штат, продвинулась по службе аж до начальника Лазарета (ну кто бы стал подозревать душку-санитара?)... Вынюхивала все, что только могла... Затем при общей панике впала в сон. К счастью, выжила. Теперь смогу подсобить тебе.

- Выбраться?

- Выбраться ты сам знаешь как, - сказа она, закидывая сумку на плечи, - думаю, теперь наше командование будет ждать нас с распростертыми объятьями.

- Но я... солдат Республики. Если я не вернусь в строй и отправлюсь в Умрад, то меня схватят как дезертира.... Разговор будет короткий.

- Если ты вернешься к армии, которая, по моим подсчетам, уже на полпути к Кандуру, тебя сначала допросят с пристрастием, а затем уберут. А может, сразу уберут. Мало ли сболтнешь лишнее...

Ромунд вздохнул и поник. А ведь он еще лелеял надежды обнять Эмми. Как она там? Глупышка... сунулась на эту войну. А вдруг ее уже нет в живых? Вдруг ее захватили в плен? При таких мыслях боль тисками сводила желудок... Суждено ли им быть вместе? Или все, что произошло между ними - всего лишь пшик.... недолговечные эмоции, рожденные на фоне накативших обстоятельств?

- Честно говоря, я не до конца понимаю, где друзья и где враги... - при этих словах Ромунд повернулся к Источнику и вгляделся в его туманное сияние. Никакой магии в нем не чувствовалось, но мощь... Первородная Мощь!

- Во всяком случае, друзья те, кто не жаждет твоей смерти. Даже если Вильгельм прав, отправляя тебя в это жуткое место, командование отлично понимало всю важность миссии. Конечно, ты мог погибнуть, но это не делает начальство плохим. Есть цель...

- ... и ее надо достичь. Я понимаю. Но только какова эта цель, Алиса? Ведь Отцы Ордена тоже морочат голову своим малефикам мечтаниями о лучшем будущем, а сами... скорее просто вкушают плоды власти.

- Знаешь, в твоем положении, тебе лучше принять одну сторону и она уже известна. Пойдем, здесь больше нечего делать... Вон там, в углу, шагах в ста, потаенная дверь. До вашего прихода, я успела все изучить.

- А Источник не опасен? - не отрывая глаз от тумана, спросил Ромунд.

- Нет, - покачала головой Алиса. - По крайней мере, этот нет.

- А что он вообще такое? - последовав за девушкой спросил юноша. На последок он обернулся и посмотрел в сторону неподвижного тела Альмы, но тут же подавил в себе все мысли о том, чтобы забрать ее с собой и похоронить по человечески. Кто его знает, куда выкинет телепортация, а труп на руках сулил только проблемы...

- О! Слишком много теорий... Во всяком случае, по одной из самых достоверных, все источники - это осколки некой материи, из которой ранее был сотворен мир. Сторонники этого взгляда с пеной у рта доказывают, что древний народ, ныне известный как гоншоны, использовал эту энергию для собственных нужд. Судя по их состоянию, до добра это их не довело. Впрочем, Орден плевал на это и решил использовать Источники в своих целях преображения мира. Но сначала требовалось понять, как. На Фебе насчитывается не менее десятка таких вот... туманностей. Однако с девятью из них эксперименты привели к катастрофе, вызвавшей появлений воронок. Все попытки вернуть Источники под контроль потерпели фиаско. Почти все экспедиции погибли.

- А последний где?

- А ты подумай... С чего вдруг на Фебе разыгрались нешуточные страсти?

- Кандур?! - поразившая Ромунда догадка слегка испугала его.

- Да. Причем тот Источник самый перспективный...

- О боги! Так вот почему варвары обрели иную силу...

-... вот почему они стали безумны... Но отдавать его миром никто не станет, поэтому пришлось развязать войну. За справедливость. Кстати, все так называемые набеги варваров на границы Республики были спровоцированы Орденом. Их летучие отряды творили такой кошмар в землях безумцев, что те в слепой ярости шли мстить. Причем малефики оставляли в живых в основном мужчин, частично истребляя женщин и детей, а частично угоняя их в рабство.

- А для чего рабы?

- Ты до сих пор не понял? Источники подпитываются естественной энергией мира, однако, активирует их чудовищные возможности живительная сила...

- Крови... - лицо Ромунда аж перекосилось от отвращения.

- Верно. Тысячи людей были замучены в этих стенах... Здесь каждый сантиметр все пропитан страхом и отчаянием.

- Твари... позорные твари! - Ромунда с такой силой сжал кулаки, что побелели костяшки. - Так что же получается... Республика и Сюреал - ставленники Ордена?

- Нет. Орден так открыто не работает. Есть люди, хорошо укрепившиеся в обоих кланах, и дергают за ниточки верхи. Формула Вильгельма во всей своей красе. Кому-то что-то пообещали, кому-то даже дали, а кого-то вообще убрали. Уверяю тебя, многие сенаторы Республики, как и сенешали Сюреала считают, что борются за правое дело...

- Проклятье... И руководство Лиги...

- Ну... Там несколько сложнее. По оперативной информации все командование - члены Ордена. Если ты слышал, старые сеньоры вообще лишились головы.

- Слышал, слышал... - кивнул Ромунд.

- Так, ладно, вот комната, - сказала девушка, подойдя к стене.

- Ничего не вижу. Слишком темно...

- Да, так оно и есть, - усмехнулась Алиса. - Видеть здесь ничего и не надо. Просто необходимо нащупать выступ... Ага вот! - на этих словах девушка на что-то с силой надавила, заскрипел механизм, и кусок стены стал медленно отодвигаться.

В глаза ударил непривычно яркий свет, и Ромунд зажмурился от неожиданности.

- О! Замечательно.... Магические лампы! А я уж думала, что будем в потемках разбираться. - Ага, - пробормотал Ромунд, совсем не разделяя радости Алисы. За время похода он настолько привык к полумраку мертвых коридоров, что нынешнее буйство света приводило его в некоторое замешательство.

Комната была совсем небольшой. По середине высились четыре граненных столба, сплошь покрытых витиеватыми рунами, а прямо под ними располагался уже знакомый Ромунду знак - квадрат, пересеченный двумя линиями. Только здесь он был выполнен с такой любовью и заботой, что глаз невольно любовался идеально построенными линиями.

- Так-так... - на лбу Алисы проступила еле заметная морщинка. - Забавно. Ты только погляди - руны...

- Ага, мы видели нечто похожее на пути сюда. Там был грот, старинный такой...

- Ты хоть понимаешь, что это значит?

Ромунд нахмурился.

- Честно говоря, не задумывался, - ответил он.

Алиса разочаровано махнула рукой. Подойдя к столбам, она осторожно, почти нежно водила пальцами по линиями рун, слегка искрившихся в ярком свете ламп.

- Этим письменам лет больше, чем самому миру...

- Ты филолог? - быстро догадался Ромунд.

- Просто увлечение.

- Ты можешь читать их?

- Никто не может, - резко ответила она. - Эти руны не имеют закономерностей написания... Почти полное отсутствие логики... Но сила... И красота, заключенная в них завораживают.

- Да? - пожал плечами Ромунд и зевнул. - А по мне так завитушки. Давай лучше поскорее раскрутим эту шарманку и уберемся из этого проклятого места... Кстати, а те неведомые твари случаем уже не сидят за порогом? - сказал он, с беспокойством посмотрев во тьму зала.- А то они так настойчиво рвались перекусить...

- Завитушки, говорит он, - недовольно пробурчала девушка, проигнорировав второе замечание мага.

Юноша лишь махнул рукой и решил сам проверить стену на предмет запирающих механизмов. Несколько раз проведя пальцами по слегка теплому камню, он быстро нашел совсем маленький крючок. Дернув за него, Ромунд отскочил от неожиданности - на этот раз дверь закрылась слишком быстро.

- Нервничаешь? - спросила девушка, продолжая свой осмотр.

- Нет, просто рефлексы, - сухо бросил Ромунд и, подойдя к столбам, внимательно ощупал пространство. Пальцы так и задрожали от окружавшей мощи. Повнимательнее прочувствовав потоки, юноша устало улыбнулся и сказал:

- Нам повезло. Специальный ключ подбирать не придется, достаточно активировать заготовленный механизм... Только осталось понять какой именно концентрацией сил...

Алиса вдруг оторвалась от своих созерцаний, выхватила из-за пазухи нож и сделала небольшой надрез на пальце. Как только первая капля крови упала на нарисованный квадрат, яркая вспышка озарила комнату. Буквально в один миг портал ожил и загорелся желтым пламенем, переливавшимся от одного столба к другому.

- Кровь есть единственная составляющая нашего организма, которая несет истинную суть природного начала. Древняя магия была полностью построена на изначальной материи... Все, что сейчас используем мы в качества магии- это суррогаты. Страшно подумать, каким могуществом обладали наши предки... Идем.

- А куда эта древняя штука нас доставит? - спросил Ромунд и почувствовал, как предательский холодок пробежал по спине.

- Кто знает... Впрочем, лучше уж куда-нибудь пдальше. Здесь совсем не хочется оставаться... Бери меня за руку. Так будет надежнее...

***

Алексей заснул словно ребенок. После доброго ужина ему стало так хорошо, что все проблемы отступили прочь! А еще говорят не хлебом единым сыт человек... Да такого блаженства он не испытывал никогда!

Сколько ему удалось проспать, он не знал. На самом деле он протянул бы в Мире Грез гораздо больше, если бы не громкий скрип, вырвавший его сознание из объятий сладкой неги... С усилием разлепив глаза, он перевел взгляд на толстые прутья решетки... За ними кто-то стоял!

- О, Тьма! Кого там принесло? - проворчал Алексей, поворачиваясь на бок. О том, чтобы встать даже мысли не было.

- Как ты можешь произносить это имя предатель? - зашипел голос. От этого мерзкого и совершенно холодного звука сердце сжалось в груди. Несчастного Алексея прошиб холодный пот. Первый Мастер! Вне всяких сомнений! Но как? В Цитадели Стражей? Это немыслимо!

- Мой Повелитель! Я, я не виноват! - жалобно протянул Алексей, свалившись с нар на холодный пол. Встав на колени, он опустил голову вниз и замер. Разглядеть Мастера он не успел... да и было слишком темно.

- Я больше не твой Повелитель, трусливый ублюдок, - резкость его слов разила не хуже ножа. - Ты предал меня и предал Матерь... Поэтому я приказываю тебе... Умереть!

Алексей даже не успел осознать сказанное, как его сердце остановилось. Он так и остался стоять на коленях - смерть сковала его мышцы, превратив в бездушную куклу. А Первый Мастер исчез... испарился, оставив за собой тишину.

***

Только открыв глаза, Даратас понял, что в Цитадели непорядок. Нет, не было слышно никакой суеты, и уж тем более звуков боя... Но в воздухе повисло тягостное напряжение... Оно ощущалось всем телом и еще сильнее душой!

Не позволив себе нежиться в постели, маг быстро поднялся, подогрел заготовленную воду, наскоро умылся и уже через двадцать минут уверенным шагом двигался к ставке Бульвара.

Его соображения подтвердились буквально сразу, как он покинул свою комнату. Пустующий вчера этаж сегодня был полностью забит охраной - закованные в полную сталь бойцы с добротными бердышами в руках стояли через каждые пять метров. Задумчиво почесав подбородок, Даратас поспешил к Хозяину - расспрашивать воинов не имело смысла.

Задерживать на входе его не стали, поэтому Даратас спокойно проследовал в ставку и застал старика за столом. Тщательно разжевывая пищу, Бульвар завтракал.

- О! Мой друг! - воскликнул Хозяин Цитадели, неловко выбираясь из-за стола. - Ты все по-прежнему предпочитаешь вставать рано? Я не успел распорядиться насчет вашего завтрака. Эй! Вруман! - прокричал Бульвар в сторону двери. - Сообщи Сальмону, чтобы готовил еду! Гости уже начинают подходить! И пусть походный паек изготовит! С расчетом на неделю!

- Ничего, с этим можно подождать... - положив руку на плечо другу, сказал Даратас. - Что происходит?

Улыбка тут же исчезла с лица Хозяина Цитадели. Вернувшись к столу, он снова уселся в свое кресло и предложил Даратасу занять место напротив него.

Когда они оба устроились, Бульвар, прочистив горло, тихим голосом проговорил:

- Твой пленник, Алексей... был убит сегодня ночью. Прямо в своей камере, - на этих словах Бульвар откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул. - Самое удивительное, что охрана не заподозрила чье-либо присутствие... даже псы, и те остались безучастны. Ни следов взлома, ни магических воронок... Будто никого и не было. Сам убиенный застыл в позе... эм, весьма неестественной - такое ощущение, что он кому-то молился.

- А следы на теле? - взволновано спросил Даратас.

- Нет, ничего нет... Даже не могу предположить...

- Это Хватка Смерти... - хлопнув рукой по столу, заключил Даратас. - Сердце Алексея просто остановилось. Хлоп - и нету человека...

- Поясни...

- А здесь нечего пояснять, друг. Первый Мастер. Он был здесь. Только этот злодей обладает таким могуществом!

- Боже! - Бульвар схватился за голову. - Он прошел через все линии защиты? Но как? Как такое возможно?

- Легко. Уж прости мне мою дерзость, но я сам без особого труда обойду все поля и магические ловушки, расставленные здесь. Успокаивает только одно - никому из Культа, кроме него, не подвластно так просто попасть за эти стены. А один, пускай даже самый мощный маг, не справится против нескольких тысяч воинов.

- Ну! Тогда еще повоюем... Кстати, единственные, кто ощутил присутствие Темного, были драконы. Наездники уверяют, что несчастные звери среди ночи все как по призыву затопали ногами, зафыркали и зарычали, а один даже поджег солому - благо маг успел погасить...

- Ага... надо бы наведаться к моим зверушкам. Особенно с Гердой мне хотелось бы поговорить...

- Разумная мысль. Завтракать будешь?

- Нет, я не голоден. Что с Дарианой и Ольвеном?

- Красавица твоя пока еще не соизволила встать, а вот эльф уже во всю тренируется... Вон, выгляни в окно. Там у стены огромная толпа... Мужики заворожено наблюдают за его танцем смерти. Некоторые даже предлагали принцу деньги, только бы получить пару уроков от него.

- Ну, деньги ему вряд ли нужны, а вот уроки он даст. Увидишь, как твои бойцы еще усерднее возьмутся за тренировки.

- Да, - усмехнулся Бульвар, - этим лентяям не помешает толика усердности.

- Хорошо, - Даратас резко поднялся. - Завтрак отложим до прихода Дарианы. А то чего двум мужикам сидеть без прекрасной леди? - последнее Даратас произнес с иронией. Бульвар заметил, как в глазах Даратаса скользнул задорный огонек, но заострять на этом внимания не стал.

- Как будет угодно. Путь на площадку найдешь?

- Конечно, - кивнул Даратас уже у двери.

Не обращая внимания на вездесущую охрану, Даратас в темпе пробежал несколько этажей, поднялся по винтовой лестнице и вскоре вышел на площадку.

Огромное пространство было тщательно убрано и выметено. Драконы дико не любили непорядок и тем более грязь. Только во время тренировок они еще могли терпеть пыль и гарь, но затем требовали немедленной уборки. А свое желание выражали огнем и ревом.

Через всю площадку шла широкая терраса, упиравшаяся в самом конце в мощные мифриловые заграждения. Молодых наездников чаще всего тренировали именно здесь, поэтому на всякий случай весь периметр был огорожен.

По обе стороны террасы, выложенной белым камнем, стояли ангары. В каждом ангаре на мягкой подстилке отдыхал от боевых и учебных забот сам дракон, а в специально оборудованной комнатке - его наездник. Капризные существа требовали постоянного ухода и в отсутствие своих хозяев очень часто приходили в глубокое расстройство, поливая огнем все, что попадется на глаз. Увы, бывали и несчастные случаи.

Сами ангары состояли из добротного камня с позолоченными крышами. Несмотря на одинаковую форму, каждый из них имел свои отличительные знаки: специальный герб, своеобразную резьбу и даже особенную раскраску. На некоторых весели изысканные светильники, порой гирлянды и даже изображения различных животных. У нескольких Даратас подметил портики с искусными барельефами.

Решив все же не терять время на разглядывание чужих домов (хотя драконы очень любили постороннее внимание), Даратас проследовал к самому большому ангару, высившемуся над всеми остальными. Расположен он был по середине правой линии ангаров и занимал место за три обычных. В отличие от других, на его обветшавшей стене знаменовался только один большой щит с гербом - красной драконьей головой, расположенной на желтом фоне. Даратас всегда удивлялся излишней скромности Герды.

Стучаться не имело смысла - умная девочка уже знала о его приходе.

Внутри ангара царил полумрак. Единственный свет, проникавший сквозь дверной проем, скромно теснился у входа, позволив темноте заполнить большую часть пространства. Абсолютная тишина нарушалась лишь мерным сопением чего-то большого и теплого....

Даратас сделал пару шагов и остановился, вглядываясь во мрак. Лежавшего дракона выдавали лишь контуры его иссиня-черной чешуи, казавшейся сотканной из первородной тьмы. Никакие краски мира не могли быть глубже этого бесконечно черного и загадочного цвета ее хитинного покрова.

Спустя минуту Герда зашевелилась и глубоко вздохнула, обдав Даратаса потоком теплого воздуха. Немного похрустев суставами крыльев, драконица сменила положение и перебралась с бока на лапы, усевшись поближе к входу. Вытянув шею, она уткнулась своей огромной головой в грудь Даратаса. От этого тычка маг чуть не растянулся на полу - Герда была очень большой девочкой.

Коснувшись гладкой, как металл, чешуи, Даратас несколько раз нежно провел рукой по "щекам" драконицы. Яркие желтые глаза с обожанием уставились на него, выражая полную покорность и доверие. Улыбнувшись, маг прижался лбом к голове Герды и закрыл глаза, позволяя ее мыслям проникнуть в его разум - драконица общалась только при помощи телепатии и всегда без слов.

Перед глазами Даратаса тут же возник его собственный образ, который с усердием сбривал острым камнем волосы с лица.

- Да, конечно, милая, давно думал побриться! - рассмеялся маг. - Только моя щетина вряд ли может потревожит неколебимую мощь твоей брони!

В ответ явился образ самой Герды, остервенело чешущейся задней лапой.

- Вот не думал, - продолжал улыбаться маг. - Хотя врешь ты все, проказница. Лучше скажи - соскучилась по старику?

На этот раз видение показало Даратаса и маленького дракончика на его руках, нежно прильнувшего к его груди.

- Такой малышкой ты была очень много лет назад... - с некоторой грустью проговорил маг. - Теперь уже я могу усесться к тебе на лапы!

Герда довольно фыркнула и потерлась мордой о его плечо. Шутка Даратаса ей понравилась. Удивительно, драконы прекрасно распознавали человеческую речь без знания алфавита и письма. Однако общались только телепатией, причем четкие и ясные картинки передавала только Герда - ее потомки могли порождать только мимолетные и трудно различимые видения. Впрочем, эмоции, которые направлялись в качестве сопровождения образам, объясняли все намного лучше.

Следующее видение показало Дариану и Ольвена.

- Это друзья. Мои спутники...

Герда оторвалась от плеча мага и внимательно посмотрела на него... прямо в глаза... Через несколько минут драконица отвела взгляд и в голове Даратаса родилась картина выжженной земли Харона, покрытая трещинами и потухшими кратерами миниатюрных вулканов. В дали, у самого горизонта, виднелся шпиль высокой башни, терявшийся в тяжелых тучах... - Надеюсь, что так, Герда. Все возможно, что ситуация гораздо сложнее... Уж слишком все запутано и непонятно. Проклятье! - маг всплеснул руками. - Я никак не могу собрать все части мозаики воедино! Что-то постоянно ускользает от меня... что-то очень важное.

Герда тяжело вздохнула и покачала мордой. Следующее видение показало Даратаса, одиноко бредущего по пустынной дороге.

- Да, ты права... я скоро отправлюсь в путь. Необходимо закончить начатое. Я должен... Нет! Я обязан разобраться во всем! Чует мое сердце, что Культ далеко не самый главный игрок во всей этой истории...

Герда радостно всхрапнула, дернув крыльями. В ту же секунду Даратасу явился образ парящего над облаками черного дракона. На мощной спине этого величественного существа гордо восседал сам Даратас, а за ним - двое его спутников.

Маг нахмурился, обдумывая предложение, а потом медленно проговорил:

- Думаю, это возможно... но только до Забытых холмов. Там нам придется спуститься. Будет совершенно некрасиво, если мы без спроса ворвемся во владения Хантеров да еще и на драконе. Кто знает, как отреагируют безумные хозяева...

Герда подергала головой, словно пережевывая слова мага, а затем сделала легкий кивок.

- Но ты вернешься обратно... в Цитадель. После Забытых холмов линия нашей судьбы вильнет в непредсказуемом направлении. Ты все равно ничего не сможешь сделать... Ты куда нужнее здесь, в крепости. Боюсь, этим стенам все же придется выдержать настоящий бой! - коснувшись щеки драконицы, Даратас прошептал:

- Будь наготове. Скоро в путь.

После этих слов Даратас поспешил покинуть жилище Герды. Выходя, он не заметил долгого и задумчивого взгляда, брошенного ему в след.

***

Приземление вышло не совсем удачным. Во время перемещения по призрачным путям портала их тела с силой раскрутило и на самом выходе вытолкнуло прочь. Ромунд со всего маху налетел на ствол дерева и, кажется, сломал пару ребер. Несчастная Алиса с визгом пролетела несколько метров и скатилась вниз по склону, угодив прямо в густой кустарник.

Собрав всю волю в кулак, стараясь не стонать и не думать о страшной боли, терзающей левую часть груди, юноша с трудом достал немного порошка и использовал самое простое заклинание лечения... Магия лениво обволокла его тело и только спустя несколько минут прекратила страдания, вправив кости... Ромунд еще некоторое время лежал ничком, восстанавливая сбитое дыхание. Все остальные члены его тела свело судорогой... Прошедший день был полон слишком тяжких испытаний для его организма. Еще чуть-чуть, и каждая клетка его существа лопнет от напряжения.

- Алиса! - позвал Ромунд, с трудом оторвав голову от земли. Шея незамедлительно отозвалась уколом боли.

Ему никто не ответил.

- Алиса, забери тебя Бездна! Ответь! - надрываясь, крикнул юноша, но вновь только легкий шелест листьев был ему ответом. Кажется, девушку действительно забрала Бездна...

Преодолевая дикие мучения, юноша заставил себя подняться.

- Алиса! - чуть громче крикнул Ромунд и тут же пожалел об этом. Что-то было не так...

Оглядевшись, маг быстро оценил обстановку. Портал закинул их куда-то в глубь джунглей. По крайней мере, ничего, кроме сочной зелени, видно не было... Только пальмы и всевозможные кустарники... И еще маленький ручеек, обтекавший небольшой холм, на котором притаился Ромунд. Однако странным было совсем другое - тишина совсем не свойственна подобным местам. Особенно такая... специальная.

Резко пригнувшись, Ромунд поспешил скрыться в тени раскидистой пальмы. Стоя на прогалине, прямо на верхушке холма, он был слишком заметен.

Буквально распластавшись на влажной земле, юноша осторожно, стараясь не издавать лишнего шума, сполз вниз к ручью... Перекатившись через воду, маг исчез в зарослях папоротника...

Замерев, юноша старался уловить любой подозрительный звук. Однако ничего, кроме всепоглощающей тишины, вокруг не существовало...

Выдержав паузу, юноша стал медленно пробираться сквозь папоротник к тому месту, куда предположительно скатилась Алиса. Подобравшись, юноша обнаружил только смятую зелень... Девушка исчезла.

- На самом деле тебя можно было снять еще на холме... - прогремел высокий бас над головой чародея.

Скулы Ромунда свело судорогой, а по всему телу пробежали предательские мурашки. Маг медленно повернул голову в сторону говорившего и сразу же уперся взглядом в изогнутый ствол арбалета.

- Может, тебя сейчас шлепнуть? Для порядка? - спросил усатый человек, поводив арбалетом перед носом Ромунда.

- Не очень хорошая идея, - попытался улыбнуться маг, но вышло скверно. Солдат даже скривился и сплюнул себе под ноги.

- Республика?

- А то ты не понял...

- Понял, понял... - кивнул солдат, продолжая держать Ромунда на прицеле. - Дезертир?

- Разведчик...

- Говно ты, а не разведчик, - снова сплюнул солдат. - В следующий раз сразу головой об дерево бейся, может, дурь выбьешь...

Ромунд скрипнул зубами, но смолчал. Сейчас все силы покинули его измученное тело, и конфликт с этим суровым бойцом мог плохо закончиться. Закупоренный в плотную кожу, воин сейчас казался обессиленному магу серьезным противником.

- Ладно, вставай! Поведем тебя в лагерь...

- На допрос? - прищурился Ромунд.

- Нет, в яму, - покачал головой солдат. - Недавно барон издал приказ: всех лазутчиков врага, оказавшихся близ границ, брать в плен... До этого мы стреляли всех без особого разбора.... Лазутчик, не лазутчик, - последние слова боец произнес с явным сожалением.

Ромунд медленно встал. Не подавая вида и не показывая, как ему больно, маг открыто улыбнулся солдату. Тот лишь хмыкнул и дернул арбалетом - иди, мол, вперед.

Юноша подчинился и двинулся сквозь высокие заросли обратно к холму. Выбравшись к ручью, он обнаружил еще двоих солдат. Как и первый, они были облачены в легкие, кожаные доспехи темно-зеленого цвета с нашивками льва на груди и плечах. Герб Солнечного Королевства.

Рядом с бойцами стояла Алиса. Скрестив руки на груди, девушка почему-то с укором смотрела на Ромунда, который не нашел ничего лучше, как в очередной раз улыбнуться.

- Еще один красавчик, - сказал сопровождавший Ромунда солдат.

- А чего он улыбается? - вдруг спросил один из тех, что охранял Алису.

- Больной, наверное... - предположил другой.

- Отставить! - рявкнул усатый воин из-за спины Ромунда. - Наша задача сопроводить пленников. И не забывайте: он велел проявлять учтивость...

Ромунд повернулся в сторону командира дозора и с сомнением посмотрел на него. Тот лишь мягко ухмыльнулся и отвел глаза. Впрочем, арбалет он продолжал держать точно на уровне груди Ромунда.

- Фиго, давай вперед! Иди на удалении в десять-пятнадцать метров от нас. Живность старайся избегать. Незачем нам встречаться со всякими тварями...

Один из воинов кивнул и поспешно скрылся в зелени.

- Сириус, идешь в начале, я в конце. Вы, - командир тыкнул арбалетом в сторону Ромунда и Альмы, - идете след в след за Сириусом. Старайтесь идти, а не топать... Разговоры запрещены вплоть до самого лагеря. Все ясно?

Ромунд ничего не ответил - только молча направился вслед за Сириусом. Солдат не стал ждать, пока пленники ответят на приказ, и достаточно бодро направился сквозь папоротник.

Весь путь Ромунд никак не мог взять в толк: как же у бойцов Таргоса получается идти бесшумно через густые заросли колючих кустарников? Почему облаченный в тряпки щуплый Ромунд издает больше шума, чем одетые в кожу крепко сбитые воины?

После сравнительно недолгого наблюдения юноша подметил, что ветки кустов не цепляются за одежду воинов, а легко скатываются с нее, словно капли дождя с хорошо начищенного оконного стекла. Удивительно, ничего подобного Ромунд ранее не видел... Да что там греха таить - он всегда считал армию Таргоса куда менее обученной и оснащенной... Впрочем, никаких реальных оснований для подобных выводов не имелось. Просто обычная гордость за свое Отечество.

Несмотря на все меры предосторожности, одна тварь все же попалась им на пути... Нахальный нетопырь вылез из кустов так неожиданно, что Ромунд неловко отшатнулся и задел торчавший из земли корень. Не устояв, маг мешком повалился на влажную землю. Это спасло ему жизнь.

Немедленно атаковавший растерявшихся людей нетопырь пролетел прямо над Ромундом и со всего маху взрезался в крепкий ствол пальмы. Взвизгнув от боли, существо отпрянуло в сторону, приходя в себя от удара, и буквально через несколько секунд атаковало вновь.

Обессиленный Ромунд успел только отползти в кусты, как огромная лапа нетопыря взрыхлила землю рядом с ним. Большая, увенчанная двумя кинжальными клыками пасть была направлена именно в его сторону. Маленькие красные глазки твари пылали безудержным огнем жажды... Юноша сглотнул. Тянуться к магии было бессмысленно. Нетопырь все равно окажется быстрей.

Раздался щелчок арбалета, и тяжелый болт с громким чавканьем вошел прямо в затылок твари. Глаза нетопыря неестественно вылупились, шею и пасть свело судорогами, а тонкие, жилистые руки безвольно повисли вдоль изогнутого тела... Еще несколько мгновений и тварь свалилась в траву.

- Гаденыш какой... - пробормотал командир, перезаряжая арбалет.

- Что случилось? - спросил Фиго, незаметно появившийся из-за размашистых листьев цевольи.

- Прошляпил ты монстра, - сказал командир. - По приходу в лагерь пойдешь в яму до утра. Вопросы?

- Никак нет, - резво ответил Фиго. Ни один мускул на его суровом лице не дрогнул.

- Не ушибся? - спросила Алиса, опустившись на колени рядом с Ромундом.

- Нет, все в порядке, - ответил юноша, потирая ноющую грудь. Магия до конца так и не справилась со сломанными ребрами.

Девушка с сомнением посмотрела на него, но промолчала.

- Ты снова лежишь? - недовольно пробурчал командир, выковыривая болт из тела убитого нетопыря.

- Побывал бы ты там, где довелось мне... - процедил сквозь зубы Ромунд.

- Нет, спасибо. У меня своих дел хватает, - сказал солдат, наконец выдернув снаряд. Достав из нагрудного кармана тряпку, он вытер густую кровь с блестящей поверхности болта. - Выдвигаемся. Фиго! Смотри в оба! Иначе просидишь всю войну в яме.

Ромунд нахмурился. Интересно, о какой войне говорил воин? Между Королевством и Республикой? Но она идет уже сто лет и никакого конца не предвидится... Или Таргос все же решил всерьез помешать планам Умрада и Сюреала завладеть Кандуром?

- Так что же, командир, - спросил Ромунд, - ваш король не устоял в стороне и все же вмешался в конфликт на юге?

- Никаких разговоров. Лучше под ноги смотри, а то снова в кусты завалишься, - огрызнулся солдат.

Ромунд сплюнул. Форменное солдафонское быдло. Упрям и сердит, как тысяча голодных демонов!

Отряд около получаса блуждал по извилистым тропинкам, огибая подозрительные места, и наконец вышел к бурному ручью, со всей прыти несшемуся с вершины каменистого холма. По всей видимости, там бил очень мощный подземный ключ.

- Как душно! - осознал Ромунд. Все тело под грязной одеждой истекало потом, а сознание медленно переходило в легкий транс. Плюнув на приказы командира, юноша поспешил к воде.

- Стоять! Не с места! - заорал вдруг командир, вскидывая арбалет.

Ромунд все же остановился и с недоумением обернулся на воина.

- Да я только умыться хотел! Ты чего кричишь?

- Вода отравлена. Не вздумай даже прикасаться, - пояснил командир и дернул арбалетом в сторону, делая знак отойти.

Ромунд посмотрел на воду. Никаких признаков отравы: чистая, прозрачная вода весело журчала, пробегая по извилистым берегам. Никакой дохлой живности вокруг видно не было.

- Откуда ты знаешь? - спросил Ромунд.

- Проверяли... на свою голову, - щека солдата дернулась. - Убивает моментально, стоит только капле воды попасть на кожу...

- А кем отравлена? - поинтересовалась Алиса, внимательно разглядывая берег ручья.

- Вашими, - ответил за командира Сириус. - Я лично видел, как эти гады что-то выливали на холме из черных бочек. Мы с ребятами ввязались в бой, да только пришлось в спешке отступить... - на последнем слове воин замялся.

- Но зачем нашим отравлять ручьи? - удивился Ромунд.

- Чтобы как можно больше варваров отправилось к праотцам, - пояснил командир.

- А мы на землях Одера-Табу?

- Да, - кивнул командир. - В двух километрах отсюда выжженные пустоши, разоренные деревни и кучи трупов. Я за пятнадцать лет службы такого на фронте не видел...

- На фронте вы и не проходили дальше частоколов, - съязвил Ромунд.

- Это зря ты так думаешь, парень, - усмехнулся командир. - Даже на мой век выпало три прорыва. Самый последний был на целых двадцать пять километров. Ваши сосунки драпали так быстро, что обгоняли стрелы.

- Что-то я не припомню ничего такого... - прищурившись, сказал Ромунд.

- И не должен. Вашим войскам удалось потом в кратчайший срок выбить нас с занятых позиций, и мы ушли несолоно хлебавши. И все из-за просчета одного лоботряса! - солдат в сердцах махнул рукой. - Сначала горячие головы хотели шухера навести, кучу людей в отставку отправить... Но в конце концов Сенат просто решил ничего не разглашать и заткнул всем болтунам рот. Во всяком случае так мне сказали...

- Да... Такие вести вряд ли бы повысили репутацию народных избранников, - проговорила Алиса.

- Ладно, идем. Сейчас обогнем этот холм и буквально через полчаса будем в лагере. Там тебе дадут воды... умыться.

Ромунд кивнул и вернулся в строй. Отряд незамедлительно продолжил переход.

Как и обещал командир, после холма идти пришлось совсем недолго. Углубившись в чащу, они обошли несколько оврагов, перелезли через пару ручьев и, взобравшись на холм, остановились. Обгоревший склон упирался в несколько разрушенных домов, в руинах которых отчетливо виднелись мертвые тела.

- Не понимаю... - пробормотал Ромунд. - Это же просто сельчане. Зачем убивать их?

- А ты уверен, что просто? - внимательно посмотрев на юношу, спросил командир.

- Ну... может там среди убитых и были бойцы...

- У варваров все бойцы. От мала до велика. От мальчиков до самых дряхлых стариков. Впрочем, и женщины у них далеко не промах. Вот, видишь этот шрам? - воин немного отогнул ворот кожанки. Под ней виделся бледно-розовый бугор давно зажившей раны. - Это мы однажды в деревушку варваров забрели. Был у нас пару лет назад с этими безумцами небольшой конфликт... Так вот, основные силы врага мы разбили и заняли селение. Днем жители приняли нас вполне благодушно, даже напоили молоком, дали хлеба. А ночью, когда большинство ребят заснуло, они принялись резать спящих бойцов. В этой кровавой резне участвовали и дети, и женщины... Эту метку мне как раз оставила одна молоденькая девушка. Благо я очнулся в нужный момент и буквально в последний миг дернулся в сторону - ее нож скользнул ниже, - воин поморщился будто от боли. - Сражаться в честной схватке с ними бесполезно - они рано или поздно всадят клинок тебе в спину.

- И, значит, это основание, чтобы поголовно вырезать все население? - взгляд Алисы был полон презрения к говорившему воину.

- А тут, знаете ли, дамочка, до ваших умствований никому нет дела. Разница в целях. Средства уже подбираются к конкретным задачам. Если бы варвары сами пришли на вашу землю, то вряд ли стали бы церемониться с вашими мирянами. А они пришли бы... поверь. Сейчас Республика решила воспользоваться случаем и максимально устранить для себя угрозу. Что ж, перебив как можно больше варваров, они действительно отсрочат нападение, причем надолго. По мне так даже лучше, если этих дуриков станет как можно меньше. Другое дело Кандур и его стратегическое положение... Захват врагами столь выгодной позиции не сулит ничего хорошего нам. Армия Королевства здесь преследует свои интересы, а не защищает несчастных безумцев... И на этом хватит разговоров. Разболтали меня все-таки... Эх... старею. Сириус, где Фиго? Почему он еще не пришел с разводящим?

- Уже идет! - ответил солдат и указал в сторону, противоположную выжженному пепелищу.

Действительно, названный боец уверенно направлялся на холм, а чуть поодаль от него шел низкорослый коренастый мужчина в длинной кольчуге и высоком остроконечном шлеме. Судя по амуниции - совсем не разведчик.

Когда Фиго подошел вместе с разводящим, командир выпрямился и поднес руку к голове. Разводящий в ответ проделал тоже самое.

- Приветствую тебя, Фулман, - обратился он к командиру разведчиков. - Смотрю, с добычей.

- Как видишь. Попались две пташки.

- Какова обстановка?

- Тишина. Мертвая.

- В каком смысле?

- Во всех. Одни трупы и выжженные джунгли. Зверье лишь иногда попадается... но чаще всего сытое и довольное. Сейчас жратвы много.

- Ясно. Давай пленников сюда.

- Да забирай. Я не держу.

Разводящий кивнул. Перекинув из-за плеча тяжелый арбалет, он велел Ромунду и Альме идти вперед.

- Продолжай нести службу. Завтра к утру возвращайся с ребятами в лагерь.

Командир разведчиков кивнул и, отдав пару четких команд своим подчиненным, скрылся в джунглях.

- Старайтесь идти не быстро и не крутите особо головой. А то могу нечаянно пристрелить, - предупредил пленников разводящий.

Странно... разводящий, судя по всему офицер, сам вышел за пленниками и сам, в одиночку, вел их в яму. Почему не послал пару солдат? Почему решил сделать все лично? Или в армии Таргоса все построено по иному принципу нежели в армии Республики? В вооруженных силах Умрада чем выше начальник, тем больше у него брюхо, наросшее от безделья. Офицеры предпочитают гонять по всем делам простых воинов.

- Командир, что с нами будет? - спросил Ромунд. Оборачиваться он не стал. Кто знает, может у него с нервами не все в порядке.

- Расспросят все, что надо, а потом повесят, - равнодушно ответил командир. - А может просто головы отрубят. Завтра будет не до эшафотов.

Замечательная перспектива. Ничего не скажешь...

- Так со всеми пленниками?

- Конечно.

- Не слишком гуманно, не находите, офицер? - вмешалась в разговор Алиса.

- Мне наплевать, - совершено спокойно ответил разводящий.

- Такие слова недостойны воина его Величества! - вдруг воскликнула девушка.

Ромунд чуть не зажмурился. Что вытворяет эта безумная?

- Тебе-то откуда знать? - на удивление спокойно проговорил разводящий.

Алиса промолчала.

- Ясно, - будто убедившись в чем-то, сказал офицер. - Не суди никого. Никогда.

Вскоре густые джунгли закончились, сменившись высушенным редколесьем. Здесь привычные пальмы перемешивались с широколиственными деревьями, больше подходящими для пейзажей Гипериона. Благодаря тому, что пушистая листва не закрывала палящее солнце, земля здесь была сухой, покрытой пожухлой травой и низкорослыми кустарниками. Плотных зарослей в этой местности не имелось, поэтому любая позиция просматривалась со всех сторон. Идеальное место для лагеря.

- Чего встали? Двигайтесь, - с легким раздражением произнес разводящий. Видимо слова Алисы все же задели его.

- Я просто не знаю куда! - честно признался Ромунд. Повсюду были расставлены походные палатки, разбросаны различные сумки, ящики, коробки... Отдыхавшие солдаты, воткнув в землю длинные пики и алебарды, готовили на кострах свою нехитрую снедь.

- Иди, я буду направлять, - сказал офицер.

Ромунд кивнул и пошел напрямик.

Проходя мимо первой палатки, юноша поймал несколько недобрых взглядов от примостившихся под деревом воинов. Сытые ребята раскуривали трубочки и очень внимательно рассматривали пленников. Особенно их заинтересовала девушка.

- Эй, милашка! Ты сегодня не спи! Я приду к тебе ночью! - крикнул один из них. В поддержку ему раздались одобрительные возгласы вперемешку с похабными репликами.

Алиса сохранила самообладание и не отреагировала.

- Ты смотри какая гордая! А я гордых люблю! Вас загнуть интереснее! - не унимался солдат.

- Ахмед, закрой рот! А то я тебя сейчас загну, - прикрикнул разводящий. Названный воин сразу успокоился и вернулся к своим делам. Однако другие бойцы продолжили негромко подшучивать и посмеиваться им в след.

- Сейчас поворачивай налево и мимо вон тех тюков прямо до толстого дерева, - сказал офицер.

Ромунд выполнил сказанное, не забывая по пути рассматривать расположившееся войско. По большей части здесь были обычные ратники, облаченные в кольчуги и клепаные кожанки. Тяжелых панцирников видно не было. Впрочем, лагерь достаточно большой и тяжеловооруженные воины могли расположиться где угодно. Среди магов юноша заметил несколько огневиков и пару мастеров земли.

- Теперь еще раз налево и прямо до перекладины, - указал разводящий.

- Перекладины? - переспросил юноша, двигаясь в указанном направлении. Впрочем, он очень быстро понял, что имел виду офицер.

Наскоро сооруженный эшафот вмещал на себе небольшую конструкцию из двух столбов и длинной перекладины, на которой безвольно болталось около десятка посиневших трупов. Большая часть из них была облачена в боевую форму Республики.

Трупы уже начали разлагаться, и запах стоял ужасный.

- А снять не судьба? - недовольно бросила девушка.

- Завтра мы уйдем отсюда. Тогда и снимем. Может, еще кто-нибудь добавится к ним в компанию, - совершенно бесстрастно ответил разводящий. - Яма справа от перекладины.

Ромунд внимательно посмотрел туда и увидел небольшую насыпь, перекрытую наспех сколоченной деревянной решеткой. Два солдата с алебардами охраняли ее вход.

Когда офицер подошел к яме, воины отдали честь.

- Этих двоих внутрь. Принесите им ведро воды и немного хлеба, - отдал распоряжения офицер.

- Так точно, товарищ лейтенант! - отчеканили воины. Один из них, не сговариваясь со вторым, поспешил выполнить вторую часть поручения. Другой в скором порядке открывал решетку. Оказалось, это чудо конструкция все же имела какие-то крепления.

- Желаю удачи, - бросил офицер, когда решетка закрылась за Ромундом и Алисой.

- Ты не переживешь эту ночь, - вдруг сказала Алиса, бросив сжигающий взор на офицера.

- Возможно, - кивнул тот и ушел прочь.

- Отойдите от входа вниз! - приказал солдат, направив острие алебарды в их сторону.

Ромунд кивнул и, взяв девушку за руку, повел вниз. Яма уходила под землю на несколько метров, заканчиваясь круглым "помещением", в котором можно было только сидеть - земля нависала прямо над головой.

- Сыро и холодно, - поежившись, сказал Ромунд.

- Как и в любой яме, - кивнула девушка и уселась прямо на землю. Внутри царил полумрак - свет еле-еле добирался сюда от входа.

- Ты что собираешься делать? - немного удивленно спросил юноша.

- Вздремну, - простодушно ответила девушка, поджав коленки к груди. Обхватив ноги руками, девушка склонила голову вниз.

- Ты просто непробиваема! - всплеснул руками Ромунд. - Быть может, мы живем последние часы! А ты собираешься спать! Лучше...

- Как известно, перед смертью не надышишься, - совершенно спокойно ответила Алиса. - К тому же здесь так воняет, будто мы уже оказались в Серых Пределах...

- А то тебе известно, как там воняет... - буркнул Ромунд. В принципе, Алиса была права на все сто. Особенно если учитывать, как ныло все тело... Каждой частичке его организма требовался отдых.

Юноша не долго думая завалился прямо на землю и закрыл глаза. Он даже не заметил как сон сморил его.

Разбудили его очень скоро и бесцеремонно - просто плеснули водой из затребованного офицером ведра. Без участия разводящего стражники решили немного повеселиться.

- Вот и умылся, подонок! - посмеиваясь, произнес солдат. - Хлеб валяется вон в том углу... А может и нет... Швырнул его, не помню куда... В общем, захочешь жрать, найдешь! - на этих словах веселые и довольные собой солдаты ушли прочь из ямы.

Ромунд не стал огрызаться. Бесполезно. Эти люди остановили свое развитие на стадии мелких пакостливых зверьков. Разговоры для подобных типов бессмысленны. Только сталь и огонь способны вразумить их пустые головы, причем чаще всего посмертно.

Стерев воду с лица, Ромунд посмотрел в сторону Алисы. Судя по видневшемуся в темноте силуэту, девушка спала в своей изначальной позе. Визит охранников нисколько не потревожил ее.

Поводив сонным взором из стороны в сторону, юноша улегся обратно на землю и также быстро заснул.

- Ты заплатил только за пол часа! За час нужно еще пятьдесят монет! - услышал Ромунд сквозь сон.

- Дорогой, ты совсем обнаглел, да? Может, тебя командиру сдать, а? Как думаешь, кому он шею намылит? Мне - старому ветерану или тебе - розовощекому юнцу? - голос второго человека показался юноше очень знакомым. Сон схлынул с Ромунда моментально. Это же тот солдат по имени Ахмед!

- Ладно, ладно! Не горячись! Ты вообще неблагодарная свинья! Я тебе уже сколько раз услугу оказывал!

- Свинья твоя мать, голубчик. Ты мне еще поговори... Голову отрежу.

- Да пошел ты. Делай свое грязное дело. А я пока этого покараулю, - солдат, видимо, имел ввиду Ромунда. Маг лежал и не двигался, притворившись спящим.

- Покарауль, покарауль... А то я не хочу отрываться от дела прямо во время процесса, - пробурчал Ахмед. - Эй, малышка, просыпайся! Дядя Ахмед пришел! Я же обещал тебя загнуть... Вот и... - последних слов воин договорить не успел.

Что-то быстрое свистнуло в воздухе, и голос Ахмеда пресекся. В этот миг Ромунд открыл глаза и всего одним движением кисти отшвырнул склонившегося над ним солдата прочь ко входу. Повернувшись к Алисе, Ромунд застыл в недоумении. Девушка преспокойно сидела на земле и с интересом рассматривала лежащее перед ней тело. Воин лежал без движения и даже без какого-либо намека на дыхание.

Тем временем в яму прокрался второй стражник и тут же замертво рухнул на землю - Ромунд не стал церемониться и выжег его мозг огненной стрелой. Первый охранник некоторое время помучился и в конце концов испустил дух - магический удар переломал ему все ребра.

- Теперь нас точно повесят, - вздохнул Ромунд. - Впрочем, силы мои немного восстановились, и я успею прихватить с собой в Бездну еще пару жизней...

- В этом нет нужды, - произнес внезапно возникший у входа человек.

- Наконец-то! - выпалила вдруг Алиса. Поднявшись, она уверенно направилась к выходу.

Юноша на некоторое время замешкался, рассматривая Ахмеда. Шея воина была неестественно загнута в сторону...

- А вы, молодой человек, все же решили остаться? - обратился незнакомец к Ромунду. - Можете не сомневаться: сей наглец мертв на все сто процентов - наша безжалостная воительница сломала ему шею...

Ромунд не смог скрыть своего удивления. Как могла Алиса, хрупкая и совершенно безобидная на вид девушка, уложить крепкого и опытного воина буквально за секунду? Впрочем, если вспомнить смерть Вильгельма...

- Нет, нет, я вылезаю! - пробормотал Ромунд, поднимаясь наверх.

- Вот и славненько! - улыбнулся человек. На поверхности царила глубокая ночь и в потемках Ромунд не смог хорошенько рассмотреть лицо незнакомца. - Все же разум должен побеждать... Не так ли, магистр Алиса?

- Верно, магистр Антонио, - сказала девушка. Раздражение и резкость тона исчезли бесследно.

Ромунд в который раз удивился. Магистры? Они что - члены какой-нибудь магической ассоциации? Но если учесть, что Алиса состоит в Готикс, то...

- Агент Ромунд, я уполномочен выразить вам особую благодарность за все сведения, которые вам удалось добыть в подземельях Шестнадцатого Вала, - старательно выговаривая каждое слово, сообщил человек. - Ваши старания оценены по достоинству... Волевым решением Командора вам присвоен ранг ординарца. С этого дня вы своей силой и умом служите Отделу под руководством магистра Алисы.

Ромунд хлопнул глазами.

- Но я ведь не успел еще ничего рассказать! - вырвалось у него.

- Это и не требуется. Все что нужно, мы уже узнали... Как? Увы, сказать не могу - эти знания не входят в сферу вашей компетенции, - ответил магистр Антонио.

- Поверь, Ромунд, в сложившейся ситуации это последнее, что должно тебя волновать, - подала голос Алиса, поправляя волосы. - А сейчас идем. Необходимо посовещаться с другими магистрами.

Магистр Антонио кивнул и, отвернувшись от Ромунда, пошел прочь от ямы по еле освещенной факелами тропинке. Юноша пожал плечами и двинулся следом. Он не мог пропустить настоящее совещание магистров!

Почему это так заинтересовало Ромунда? Все очень просто: из целой организации Готикс он в своей жизни видел только трех человек - Посланника и двух его помощников, которые навещали его время от времени в Академии, чтобы передать очередное задание магистра... Судя по всему, магистрам подчинялся определенный круг посвященных, приказы до которых доходили через посланников. Чаще всего посвященные выполняли задания в одиночку и никогда не видели и не знали друг друга. Такая система очень разумна, особенно если учитывать чрезвычайную секретность этой тайной организации.

Магистры очень быстро прошли весь спящий лагерь насквозь и приблизились к большому шатру, раскинутому между четырьмя густыми деревьями. Вход в шатер охраняли два молчаливых воина, закутанных в темные одежды. В руках они держали длинные красты. Проходя мимо них, Ромунд ощутил легкий холодок, пробежавший по спине. Очень странная аура окружала этих ребят...

Когда он вошел внутрь шатра, то обнаружил в нем только старых знакомых - Алису и магистра Антонио. Алиса возилась с какими-то ведрами, наполненными водой, а Антонио увлеченно раскуривал трубочку. Никого больше внутри не было.

- Присаживайтесь, - сказал магистр Антонио, когда из его трубки задорно заклубился дымок.

- Спасибо, - кивнул Ромунд. Вокруг было разбросано множество мягких топчанов.

Взяв первый попавшийся под руку, юноша с удовольствием уселся. Однако сразу же резко вскочил.

- Я в таком жутком виде... Сейчас придут магистры, а я... - затараторил он.

- Магистры придут через час, не раньше... Магистр Алиса к этому времени освободит ширму...

Ширму? Ромунд огляделся. Действительно: в дальнем углу стояла деревянная ширма. За ней кто-то активно гремел железками. Скорее всего это была Алиса.

- Теплой воды, правда, у нас нет, но для вас магов - это сущий пустяк, верно? - улыбнулся Антонио. В этот же момент послышался мощный всплеск, и из-за ширмы потекла мощная струя воды. Вильнув, она ушла от середины шатра в противоположную от Ромунда сторону и стекла в маленькую канавку. Юноша сначала даже не заметил специально проделанную колею.

- Спасибо... Но вот одежду...

- Там уже лежит ваше новое одеяние. В походе ординарцу надлежит носить специализированную одежду. Нынче вам скрываться нечего, - проговорил Антонио и вновь очень тепло улыбнулся. В шатре горело несколько лучин и Ромунду все же удалось немного рассмотреть магистра. Это оказался уже потертый временем мужчина с густой шевелюрой седых волос и кустистыми бровями. Острое, очень выразительное лицо было подпорчено небольшим шрамом у левого глаза. Кривой нос носил на себе отпечаток неудачно зажившего перелома.

- Благодарю, - пробормотал Ромунд, усаживаясь обратно. О чем там обмолвился магистр? Для вас магов? Неужели Алиса тоже чародей?

- Не стоит благодарности, - сказал Антонио и глубоко затянулся.

Наступила тишина, изредка нарушаемая тихими всплесками воды.

- Ну что же вы, Ромунд? Я вижу: ваша голова просто переполнена вопросами. Не мучайте себя - спрашивайте. Может, не на все вы получите ответы... Но ординарец должен знать больше, чем простой посвященный агент. Особенно учитывая все ужасы, через которые вы прошли...

Ромунд еле сдержал свое изумление. Он никоем образом не давал понять, что нуждается в прояснении происходящего, пускай даже все вокруг выглядело более, чем странным. Уж не читает ли магистр его мысли? Но как же ментальный блок?

- Не стесняйтесь, - лицо Антонио снова украсила добрая улыбка.

- Хорошо... Можно по порядку? Что мы делаем в лагере армии Таргоса? - решился Ромунд.

- Король Таргос... очень хороший друг Отдела. Он всячески способствует нашим делами. Во многом обеспечение миссий агентов лежит на его казне.

- Значит, с этого момента меня можно считать дезертировавшим из армии Республики? - в этот момент он думал об Эмми... и родителях! Боже, неужели он никогда не увидит их?

- Формально - да. Но разве вы забыли, кому служите? Вымышленным идеалам презренного Сената? Жадности и бесконечной лжи Отцов Отечества? Раз уж вы оказались в наших рядах, то полагаю, что нет... Если вы беспокоитесь за ваших родителей, то о них позаботятся. Мы помним о вашем благородном решении записаться в добровольцы. Они не будут ни в чем нуждаться, - магистр говорил так убедительно, что Ромунд даже не смел сомневаться в его словах. - Что же касается вашей возлюбленной, - сердце Ромунда на этих словах предательски екнуло, - то в настоящий момент она жива, хотя ей пришлось многое перенести. Война, знаете ли, вещь жестокая и беспощадная...

- А Харгул с ребятами? - вырвалось у Ромунда.

- Простите, за ними мы не следили... - ответил Антонио и Ромунд кивнул. Действительно, зачем?

- Что собирается делать армия?

- Здесь ограничусь несколькими словами: в настоящий момент наша основная задача не дать завладеть Республике и ее союзникам Кандуром.

- Сюреал тоже не внушает доверия?

- Нет. Пока что его главы не имеют прямых сношений с нашими врагами. Однако их союзники очень умны и коварны. Думаешь, Сенат так интересует замок или его стратегическое положение? Ничуть... Им гораздо интереснее то, что под ним...

- Источник...

- Верно.

- Я буду сражаться против... войск Республики в грядущей битве?

- Вы имеете в виду битву в поле? - Ромунд кивну в ответ. - Нет. Думаю, у вас будет другое задание. Однако солдаты Умрада отныне ваши враги... Надеюсь, это не вызывает у вас сомнений?

- Никак нет! - тут же соврал Ромунд.

- Хорошо! - сказал магистр Антонио.

После недолгого молчания юноша спросил:

- Специальные отряды разведчиков искали именно нас?

- Да, мы выслали специальные патрули в разные стороны от лагеря. Не скрою: сама стоянка армии Королевства была выбрана с таким расчетом, чтобы найти вас в кратчайшее время. Мы прекрасно знали о наличии телепортов в подземельях Шестнадцатого Вала и наши ученые головы даже смогли просчитать вероятное место вашего прибытия... Правда с разбросом до двух километров... Впрочем, все обошлось и вас скоро нашли...

-... и успели несколько раз оскорбить и засадить в яму, где меня чуть не изнасиловали, - насмешливым тоном сказала Алиса, выйдя из-за ширмы. На ней прекрасно сидела длинная черная юбка, высокие сапоги и плотно прилегающая зеленая кофта.

- О, магистр Алиса! Вынужден просить у вас прощения! К сожалению, нерадивые солдаты способны испортить все, что угодно... даже самые благородные начинания, - тон магистра действительно был наполнен чистого раскаяния. - Впрочем, неудачливому насильнику его дерзость стоила жизни... Однако ж, молодой человек, вам стоит поторопиться с умыванием... Осталось всего пол часа.

- Конечно! - сорвался с места Ромунд, но когда подошел к ширме, развернулся и спросил: - А почему вы постоянно упоминаете некий Отдел?

Магистры переглянулись.

- Готикс расшифровывается как Государственный Отдел по инновационному контролю сил... - медленно ответил магистр Антонио, почему-то уставившись в потолок - А теперь довольно вопросов - поспешите закончить все необходимые приготовления!

***

Стояло ранее утро... Легкий ветер одиноко бродил по сонным окрестностям, стараясь не нарушать спокойствие только очнувшейся от ночного забвения природы. Еле различимая полоска восходящей зари еще только кралась из-за темного горизонта, сантиметр за сантиметром одолевая сумерки... И только такие суетливые и вечно беспокойные существа, как люди, нарушали общую гармонию порядка.

Союзная армия Нейтралз, Остермана и последних отрядов Глефы выступила еще ночью. Строгонов сумел убедить остальных командующих, что выдвижение к Фьев откладывать нельзя, и следует как можно скорее погрузить войска на корабли. Планировалось, что уже к ночи следующего дня флот подойдет к неприятельским берегам и соединиться с южным корпусом. Тяжелых и неповоротливых мамонтов решено было не брать и оставить на защиту городка. В грядущих событиях время было куда важнее мощи оружия.

- Видал, какой Префект был бледный? - насмешливо проронил Яр, шагавший рядом с Данилой.

- Да, - хмуро отозвался охотник, стараясь не сбиться с темпа. Строгонов гнал армию вперед чуть ли не бегом.

- Наверное, боится визита зверушек. Без Строгонова ему точно не одолеть их...

- Пускай весь город рвом окопает и воды туда нальет. Любимцы Ордена двадцать раз подумают, прежде чем лезть в нее, - сказал Данила.

- Это тебя скорее в ров закопают, - хмыкнул Яр. - Ты чего такой злой? Не выспался?

- Отвали, - буркнул Данила, не удостоив товарища взглядом.

- Как скажешь, - пожал плечами ассасин. - Помолчим немного.

Данила только неслышно выругался. Мальчишка был полностью прав - злость переполняла старика во всех мыслимых уголках его души. Он был зол на все вокруг: на Строгонова, на ренов, на Ватрад Вил, на проклятых тварей Ордена, наконец! Нет, скорее всего он был страшно зол на судьбу... И в первую очередь за то, что она никак не может выпустить его измученную душу из этого жуткого капкана вечной суеты и бескрайней жестокости. Он устал... Каждая клеточка его существа устала от бесконечной возни в этом... дерьме! Ну почему вся эта канитель началась именно сейчас? Почему нельзя было потерпеть еще пару лет, чтобы Данила успел перебраться в тыл и забыть о воинских обязанностях? В чем он так провинился? За что такие наказания свалились на его голову?!

- О! Ты смотри, поселок... - упавшим голосом проговорил Яр. - А точнее руины... с трупами.

Данила оторвал пустой взор от мелькавшей под ногами травы и посмотрел туда, куда указывал Яр. Невдалеке от тропинки, по которой двигалась армия, почти у самого леса догорали последние останки домов. Почерневшие головешки бревен устрашающе выглядывали в разные стороны из-за гор хлама, золы и пепла... Кое-где виднелись обгоревшие тела хозяев... Стаи черных воронов, утробно каркая, от пуза пировали на чужом несчастье. Проклятый Орден сослужил им добрую службу.

Данила сплюнул и отвернулся. Да, наверное, он не прав... Сейчас сотни людей находятся в состоянии куда худшем, чем он. Многие, очень многие вообще лишились жизни... Но горе других всегда менее значимо, чем свое, особенно когда ты считаешь себя самым несчастным человеком на земле.

Через четыре часа похода, когда солнце высоко поднялось над горизонтом, союзная армия подошла к берегу Темерны. Однопалубные галеры Остермана со спущенными парусами и сложенными веслами безмятежно дожидались прибытия хозяев. Пока армия подходила к берегу, Яр насчитал сорок четыре судна.

Моряки, видимо, рассчитывая встретить сухопутную армию не раньше вечера, отдыхали в свое удовольствие, нежась под лучами весеннего солнца. Столь скорый приход командования расстроил все планы морских волков, отчего они много ругались и недобро поглядывали на прибывших пехотинцев. Впрочем, капитаны достаточно быстро урезонили нерадивых матросов, и посадка армии на корабли началась без задержек. Строгонов лично следил за погрузкой солдат, негромко переговариваясь с вождем Остермана.

Бойцы расположились прямо на палубе, подложив под измученные тела походные мешки. Сбросив всю амуницию, воины с удовольствием грелись под ласковым солнцем, вкушая редкие часы отдыха. Никакого риска нарваться на неприятеля в водах озера не было: только Элита имела свой флот у западных берегов Темерны, однако все конфликты с ними давно остались в прошлом.

Данила расслабился только когда галеры выстроились цепочкой и стали медленно двигаться вниз по реке напрямик к озеру. Усевшись прямо на палубе, охотник прислонился спиной к мачте и, закрыв глаза, забылся на пару часов. Когда он очнулся, то обнаружил рядом с собой Яра, увлеченно поглощавшего кусок вяленого мяса.

- Жрешь все? - беззлобно пробурчал Данила, потягиваясь после сна. Настроение все так же не искрилось счастьем, но невыносимая злость на время затихла.

- Ага, и тебе рекомендую, - ответил Яр с набитым ртом.

- Прожуй сначала, - бросил Данила и медленно поднялся на ноги. - Запить есть чем?

Яр молча протянул охотнику небольшую глиняную бутыль.

- Вино? Ничего себе! Где ты достал? - удивился Данила, втянув носом нежный букет замечательного напитка.

- Ага, настоящее Хартонское, - усмехнулся Яр.

- Наверное, стащил из разрушенного дома в городе, мародер проклятый? - скривился охотник.

- Там всю семью пришибло Большим Огнем... Пламя пробралось даже в подвал. Не думаю, что теперь они сильно переживают о своем имуществе, - совершенно безразлично сказал ассасин.

- Бездушный ублюдок, - махнул рукой Данила и сделал глоток. - Впрочем, вино отличное. Дай еду, пожалуйста.

Яр передал Даниле сверток с его порцией, а сам выхватил бутыль и принялся жадно глотать вино.

- Не бойся, есть еще, - улыбнулся Яр, когда Данила недовольно зыркнул на него. - Лучше ешь спокойно. Скоро будет не до еды... - при последних словах Яра лицо охотника заметно помрачнело.

Тем временем корабли уверенно преодолели широкое русло реки Темерны и вошли в устье одноименного озера. По расчетам Строгонова через пять, максимум шесть часов корабли достигнут цели. Там уже должен был ждать южный корпус в числе трех тысяч воинов Остермана с подготовленными к бою катапультами. Следовало максимально быстро высадить войска и незамедлительно двинуться к Фьеву. Бойцы успеют отдохнуть на кораблях за время плавания, поэтому за их готовность главнокомандующий не переживал.

Малость повеселевший Данила, выпрямившись в полный рост, улыбался солнцу и вдохновенно вглядывался в даль. Озеро было очень большим, более семидесяти километров в самой широкой части... Берегов ни с той, ни с другой стороны видно не было... Только голубая гладь, терявшаяся за горизонтом.

Не удержавшись, Данила затянул песню. Грустную, сухую, совершенно лишенную красок солдатскую песню... В ней не было ни великих подвигов, ни бесстрашных воинов, ни сверкающей красоты... Только тоска ушедшего в поход воина по теплому очагу, заботливым рукам жены и смеху незаметно подросших детей, а также всевозможные тяготы войны и смерть солдата в далеком холодном краю. Сидевшие рядом воины и матросы спустя некоторое время подхватили слова, и вскоре все судно без устали пело о молодом бойце и его несчастной доле.

- Чего ты такой угрюмый? - спросил Данила у Яра, подметив мрачный вид юноши.

- Грустные песни поете, - дернув щекой ответил Яр.

- Так душа просит... Сейчас время такое... - пожал плечами охотник.

- Ага, - как-то неодобрительно пробурчал Яр.

- Да черт с тобой. Не нравится - прыгай за борт. Здесь никто против не будет, - посоветовал товарищу Данила.

- Спасибо. Ты очень добр, - кивнул Яр и улыбнулся. - Хрен старый.

- Ты кого хреном назвал? Да еще и старым? - глаза Данилы налились яростью.

- Тебя, - совершенно спокойно ответил ассасин. - Хочешь снова мне трепку задать?

- Почему бы нет? - хмыкнул Данила и в тот же момент атаковал, резко выбросил правую руку вперед. Вопреки всем его ожиданиям Яр спокойно блокировал удар, и в следующий миг треснул охотника по лбу кулаком. Данила пришел в себя только через пару минут.

- Ничего себе, - пробормотал он, потирая ушибленное место. Такой прыти от юнца он совсем не ожидал. В прошлый раз, когда они еще были в дозоре, мальчишка очень легко пропустил похожий удар и уж тем более ничем не ответил.

- А ты думал... В Шепростане выживает только треть учеников. Не забывай, в тот раз я играл роль...

- Но...

- Тсс... Ты чувствуешь? - вдруг обеспокоено проговорил Яр.

- Да. Это дым, - уверенно ответил Данила, посмотрев куда-то за спину ассасина.

- Почему ты... - начал было Яр, но осекся. Он уже увидел все сам.

Около десятка с лишним неизвестных галер горели прямо в воде. Некоторые из них были изрешечены огромными дырами, у некоторых не хватало кормы или носа... Часть кораблей уже почти потонуло, другая часть еще только набирала воду на палубу... Повсюду плавали обломки весел, куски обшивки и рваные останки парусов... Было совершено ясно: совсем недавно здесь прошел жестокий бой. Однако кто же был его участниками?

- Не перевешивайте борт, сукины дети! - заорал вдруг капитан, стоявший на корме. Ошеломленные солдаты и не заметили, как всей оравой столпились на одной стороне судна, от чего оно опасно накренилось к воде.

- Ну и чьи это посудины? - пробормотал вслух Данила.

- Может Элиты? - предположил какой-то солдат, стоявший рядом.

- Или наших? - ответил другой боец, облаченный в волчью шкуру. - На причале оставалось несколько галер, когда мы отходили.

- Полундра! - заорал наблюдатель с вышки на мачте. - Галеры! С гербом Ренессанса! На два часа!

Все слаженно повернули головы в указанную сторону и побледнели. Боевые галеры Ренессанса одна за другой уверенно выходили из плотных клубов дыма, доселе скрывавших их присутствие. Буквально в считанные минуты перед эскадрой союзных войск выстроилось не менее двадцати судов.

- Срочно одевайте доспехи! Стрелки к бортам, мечники в центр! Готовьте щиты и молитесь Творцу! Может, он пожалеет ваши задницы! - рычал седовласый коротышка-капитан в помятой треуголке. Согласно Морскому Кодексу, в походе он становился главным начальником на борту. Даже выше сотников и тысячников. Только главнокомандующий имел право отдавать ему приказы.

Данила успел натянуть кожанку, когда Яр уже был полностью одет и готов к битве. С завидным усердием он подтягивал тетиву на длинном луке.

- Ничего себе дубинка, - неодобрительно цокнул языком Данила. - Ты пойдешь ей черепа крошить?

- При должном умении, из этой дубинки можно выстрелить метров на четыреста, а то и пятьсот. Из твоей же мотыги на двухстах уже и зайца не подстрелишь, - совершенно серьезно сказал Яр.

- Ну-ну, поглядим, - прищурился Данила.

- Сейчас увидишь, - улыбнулся Яр и, резко вскинув лук, молниеносно выхватил стрелу из колчана и почти не целясь выстрелил в направлении уже подошедших на указанное Яром расстояние кораблей.

Тяжелая черная стрела с рыжим оперением с бешенной скоростью рванула вперед и через пару секунд со стороны неприятеля донесся приглушенный вскрик. Вся команда отчетливо видела, как смотритель на одной из ренских галер слетел вниз, на палубу.

- Ну вот... Первая кровь, так сказать, - Яр был очень доволен собой.

Данила промолчал. Мальчишка снова оказался лучше его. Видно, он действительно стал сдавать... Устал.

Несколько огней вспыхнуло невдалеке от кораблей и разлилось пламенем по воде озера...

- Маги... Начинают пробовать нашу защиту, - сплюнул Данила, внимательно рассматривая приближавшиеся корабли.

- Скоро найдут. Магов у нас немного, - спокойно сказа Яр. Он стоял рядом, оперевшись на свой длинный лук.

Слова ассасина оказались пророческими. Буквально через пару минут тщетных попыток одно из заклинаний Большого огня все же достигло цели. Шедшая неподалеку галера залилась ярким пламенем. Магия в считанные секунды уничтожила все живое на борту и судно стало медленно идти ко дну. Шедшая позади другая галера не успела увернуться и со всего маху налетела носом на тонущие останки.

Однако враги радовались недолго. Череда ярких вспышек проредила стройную цепочку вражеских галер, а затем прозвучала зычная команда идти на сближение. Матросы что было сил налегли на весла и в считанные мгновения корабли оказались на расстоянии арбалетного выстрела. Тут же защелкали спусковые механизмы, и тучи стрел накрыли вражеские судна. В ответ враг только жалко огрызнулся несколькими выстрелам, один из которых, однако, чуть не лишил Данилу счастливого будущего: болт свистнул буквально над ухом.

Враждующие флоты успели еще по два раза обменяться магическими ударами, поджечь еще несколько кораблей, прежде чем сойтись в рукопашной. Корабли союзной армии целенаправленно шли на таран, грозя расколоть вражеские судна на части.

Но не во всех случаях это получалось. Так галера, на которой активно отстреливались Данила с Яром, неудачно вильнула в сторону и сошлась борт в борт с вражеским кораблем. Послышался жуткий треск ломавшихся весел, а в следующий миг раскатистая команда капитана:

- Когти к бою!

Бесстрашные матросы, несмотря на обстрелы с другой стороны, самоотверженно завозились на палубах, расчехляя неизвестные Даниле приспособления. Они были похожи на длинные трубки, на конце которых зияли пучки острых крюков, сплавленных друг с другом.

- Чего вы возитесь, болотные создания? - негодовал капитан. - Пли, мать вашу! Иначе я сейчас засуну эти крючья вам в задницы!

Угроза коротышки подействовала и матросы ускорились. Несколько из них упало замертво, будучи пораженными стрелами, но свою миссию ребята выполнили. Вражеская галера, заторможенная столкновением, не успела отойти на необходимое расстояние и "когти" успели сработать - устройства выстрелили в сторону галеры неприятеля, и крючья крепко накрепко зацепились за борт. К их концам были привязаны толстенные веревки, соединявшиеся с механизмами на другой стороне.

Как только "когти" закрепились, устройства заработали в обратную строну, стягивая оба корабля вместе. Данила видел, как несколько смельчаков на той стороне попробовало обрезать канаты, но излишнее усердие обернулось для них смертью. У неприятеля не было шансов уйти от ближнего боя.

Когда борта обеих галер крепко накрепко сцепились друг с другом, скучавшие доселе солдаты разомкнули щиты и поспешно перекинули мостки на палубу неприятельского судна. Подбадривая друг друга забористыми кличами, солдаты пошли в рукопашную. Данила с Яром некоторое время продолжали соревноваться с врагами в меткости стрельбы, но вскоре колчаны опустели, и разгоряченные боем воины взялись за клинки.

Яр буквально в считанные мгновение оказался на палубе вражеского корабля и быстрым движением даги срубил первого попавшегося врага. Второго он заставил прижаться к мачте и уйти в глухую оборону. Подоспевший Данила подсек ногу неприятеля, и Яр завершил скоротечный поединок точным попаданием в шею. В тот же миг другой матрос Ренессанса решил взять молодого бойца со спины, но ассасин резко крутанулся на одной ноге и тяжелым сапогом залепил нападавшему в лицо. Потерявший равновесие человек отлетел в сторону, ударился головой о борт и затих.

Меж тем солдаты союзной армии вели жаркий бой с упиравшимся противником на остальной части корабля. Рены уступали численностью, но никак ни боевым духом. Шипя и ругаясь, враги не сдавали судно, намерившись во что бы то ни стало выиграть поединок. Потери среди союзных войск неуклонно росли. Даже сам Данила пропустил очень неудачный тычок клинка в живот и еле ушел от смерти. Благо местный лекарь оказался близко и быстро залечил рану охотника.

Яр боролся, словно степной лев: быстро, точно и беспощадно. Его тонкие даги летали с такой скоростью, что никто не был в силах уследить за ними. Окружившие его неприятели поначалу хотели взять его с нахрапа, но очень скоро поняли свою ошибку: двое из них упали замертво, окрасив палубу алой кровью, а еще трое предпочти броситься на утек. Яр не стал догонять их, а лишь с прежней силой и натиском обрушился на ближайших к нему врагов и в считанные секунды посек не меньше шести бойцов. Сражавшиеся солдаты союзной армии воодушевились таким примером и удвоили свои усилия, опрокинув крепкий строй ренов. Очень скоро все сражение перетекло в отдельные схватки, в которых воины союза имели преимущество.

Все было кончено за какие-то полчаса. Неприятели не пожелали сдаваться в плен и все до единого приняли смерть от меча. Скорее всего, они знали, что за все ужасы, сотворенные Лигой на землях севера, им никто не даст пощады. Данила не сомневался: всех пленных бросят за борт.

- Ну что, старик? Допрыгался? - улыбаясь, спросил Яр. Он тяжело дышал, и весь его вид говорил, как устал воин. Все же силы небезграничны. Даже у мастеров убийств.

- Да... уже не горазд скакать, как ты, - мрачно бросил Данила. После лечения он сидел на палубе, прислонившись к борту галеры, и почти все оставшееся время наблюдал а дракой со стороны. Магия лишь затянула рану и сняла боль, но слабость никуда не делась. Сейчас он был не способен поднять даже собственное тело.

- Ты представляешь, местный капитанишка меня чуть не зарезал! Подобрался сзади и хотел мне в спину всадить вот такую саблю! - Яр, насколько хватило сил, развел руки в стороны. - Но повезло... Я успел увернуться, и лезвие порезало лишь тряпки.

- И что стало с капитаном?

- Да отрезал ему башку, и все... А что по-твоему? Я должен был чайку попить с ним?

- Нет, в постель лечь, - махнул рукой Данила.

- Ты смотри... Наша взяла, - довольно проговорил Яр, оценивая общую картину битвы.

Данила, кряхтя и грязно ругаясь, медленно поднялся и огляделся вокруг.

Сражение было полностью выиграно. Большая часть вражеских кораблей была потоплена или сожжена, а над всеми уцелевшими вились штандарты Глефы, Нейтралз и Остермана: изображения золотой глефы, щита, пересеченного копьем, и обоюдоострой секиры.

- Ого! Ты смотри-ка! Вот там, на севере! Еще четыре корабля! Идут прямо на нас! - изумленно выпалил Яр и поспешил на корму галеры. Данила, сплюнув, медленно заковылял за ним. Когда он подошел к ассасину, вокруг уже столпилась вся команда.

- Что же они? У нас всего пять кораблей потонуло... а они идут только вчетвером! - недоумевал какой-то матрос.

- Чует мое сердце, не к добру... - вторил ему другой.

Меж тем неприятельские галеры подошли на расстояние арбалетного выстрела от общей массы союзных кораблей и стали разворачиваться бортами.

- Что они делают? - вырвалось у многих. - Совсем с ума сошли!

- Смотрите! Опускают трапы!

- А по ним... По ним что-то движется! - прошептал глазастый Яр. Впрочем, Данила уже сам увидел переливающиеся на солнце тела... Это были твари Ордена. И в огромном количестве.

- Творец! Сохрани наши души... - прошептал маг-лекарь. Немолодой уже чародей в ужасе схватился за сердце.

В этот миг каждый человек на кораблей остолбенел от страха.

Никто не нашел в себе сил пошевелиться. Все видели, как несколько десятков тварей с бешеной скоростью мчится по воде, намериваясь изрубить в куски все живое. Их приближение было похоже на волну, грозящую накрыть ничтожные суда своей неотвратимой мощью. Ели твари доберутся до кораблей, то начнется бойня. Весь экспедиционный корпус погибнет... Никто в этом не сомневался. Тем более Строгонов.

В какой-то миг вокруг стало страшно холодно. Стало тяжело дышать, кожу сковало нестерпимой болью... Иней покрыл лица людей, замерших на палубах. А затем вода стала медленно замерзать... Сначала лишь легкая корочка льда покрыла окружавшее галеры озеро, но затем, вздохнув полной мощью, стихия рванула на встречу тварям, замораживая все на своем пути. Страшные существа успели только взвыть, прежде чем они навсегда превратились в ледяные статуи.... Однако поток магии не остановился и заодно накрыл и неприятельские корабли, сковав их смертельным холодом. Бой был окончен. Через пару минут искусственный мороз исчез, растаял и лед. Мертвые твари одна за другой медленно ушли ко дну. Оттаявшие корабли ренов безвольно дрейфовали по озеру.

- Творец услышал нас! - воскликнул лекарь. Яр в тот же миг обернулся на него и недобро взглянув, спросил:

- Ты из Инквизиции что ль?

- Да, служил раньше в рядах Ее Матери Церкви! А что? - прищурился тот.

- Не люблю я вас, - без обиняков ответил Яр. - И будь уверен, зашиб бы без лишних разговоров. Но ты спас моего товарища... Спасибо тебе, - на этих словах ассасин отошел прочь от нахмурившегося лекаря.

- Ну и? Ты тоже? - зыркнул он на Данилу.

- Мой клан не раз воевал со святыми отцами, но у меня нет особых причин держать на вас зла. Войны начинаются и заканчиваются. Тем более, что каждый раз мы выходили победителями, - Данила кисло улыбнулся магу.

- Понятно, - бросил тот и ушел прочь.

Старик пожал плечами. Теперь случишь что, придется искать другого лекаря.

Из-за непредвиденного боя армия потеряла семь часов и около шести десятков воинов убитыми. Еще не менее трех сотен моряков ушли на дно Темерны вместе с потопленными врагом кораблями. Почти все галеры имели пробоины и у многих сломались весла, но Строгонов был неумолим. Он приказал магам помочь матросам с починкой и ближе к ночи флот сдвинулся с места, оставив после себя разоренные неприятельские корабли и целые горы обломков. Всех пленников одарили тяжелыми достойными грузами и выкинули за борт. Никто из бойцов не испытал к молившим о пощаде солдатам жалости. За все их деяния они еще легко отделались.

Уставшие после боя солдаты дремали на палубах кораблей, когда флот подошел к пункту назначения. Боги миловали, и все беды обошли союзную армию стороной. Уже утром галеры без всяких препятствий вошли в живописную бухту и приступили к высадке бойцов. Солдаты южного корпуса, ставшие лагерем в окружавшем бухту лесу, поспешили на помощь и вскоре обе части армии соединились на берегу.

Строгонов внимательно наблюдал, как остатки отрядов покидают последние галеры. Утренний бриз приятно холодил лицо, остужая раскаленную мыслями голову. Главнокомандующий не спал вторые сутки, но продолжал держать себя в руках. Он уснет лишь тогда, когда рены получат хорошую затрещину по своей наглой шее.

- Ты намерен выступить прямо сейчас? - спросил подошедший Ришам. После боя на озере вождь Остермана постоянно находился рядом со Строгоновым. Развивавшиеся события сильно пахли азартом, поэтому Ришам предпочитал держаться ближе к источнику дальнейших решений.

- Да. Через пять часов мы будем под стенами замка. Мы не можем допустить, чтобы подкрепления ренов добрались туда раньше...

- Вы все пылаете энтузиазмом, сер Строгонов? - язвительно спросил Андриан. Его бледное лицо оставалось совершенно бесстрастным.

- Он пылает идей, а ты... - начал было Ришам, но офицер прервал его:

- Я о том же. Владимир, вы должны прислушаться к голосу разума и дать людям передохнуть, - безапелляционно заявил он. - Пускай у нас даже пять тысяч человек, но измученная армия бесполезна и...

- Бойцам выдали дополнительные запасы целуфатоса. Этого будет достаточно, - сухо ответил Строгонов, даже не взглянув в строну офицера.

- На правах союзника...

- Парень, заткнись! - резко сказал Ришам и угрожающе коснулся метательного топорика на поясе.

- Не стоит, варвар, - спокойно ответил Андриан, даже не шелохнувшись. В прошедшем сражении, когда один из кораблей Ренессанса столкнулся борт в борт с галерой, на которой находился офицер Нейтралз, враг познал на собственной шкуре умение Мастера Черного Клинка.

- Успокойтесь, - проговорил Строгонов. - Наши ссоры будут только на пользу врагу, - последнюю фразу главнокомандующий высказал прямо в лицо Андриану. - Уважаемый представитель клана Нейтралз, вы может сколько угодно протестовать, но ваше начальство передало ваших бойцов под мое начало. Не думаю, что сеньоры будут довольны, если из-за вашего упрямства развалится вся операция. До настоящего момента мое руководство было весьма плодотворным. Надеюсь, в ближайшее время ситуация кардинально не изменится.

- Надежда - бессмысленная эмоция. Оперируйте более рациональными вещами... главнокомандующий... - прищурившись, ответил Андриан.

- Эта бессмысленная эмоция помогает выжить. Не советую вам во всем полагаться на разум. Порой от него слишком мало толка, - на этих словах Строгонов отвернулся от офицера и побрел в сторону собиравшейся армии. - Выступаем через пятнадцать минут! Будьте готовы! - крикнул он через плечо.

Когда главнокомандующий отошел на приличное расстояние, Ришам повернулся к задумчивому Андриану и прошипел сквозь зубы:

- Не думаю, что я смогу забыть твои слова, сопляк.

- Как и я, - отозвался офицер и пошел прочь от варвара, даже не опасаясь удара в спину. Ришам с дикой яростью сжал кулаки. Но пока не время...

Армия выстроилась длинной цепью и в ускоренном темпе двинулась на запад. Высланные вперед разведчики к удивлению Строгонова обнаружили все сторожевые башни покинутыми. Более того, три деревни, располагавшиеся к северу от намеченного главнокомандующего маршрута, оказались разоренными.

- Ничего не понимаю, - пробормотал Андриан. - Хотя здесь недавно бушевала война, я не слышал, чтобы деревни подвергались нападениям...

- Неужели и здесь Орден приложил свою мерзкую руку? - изумился Ришам.

- Возможно, - пробормотал Строгонов. - Михан, - один из адъютантов с готовностью повернулся к главнокомандующему, - прикажи магам удвоить бдительность. Очень не хотелось бы, чтобы мы наткнулись на чудесных зверушек Лиги.

- Понял, - кивнул Михан и закрыл глаза, настраиваясь на канал трансферанса.

К счастью, весь путь прошел без лишних проблем. Армия достаточно быстро преодолела плоские равнины, и, обогнув небольшое редколесье, вышла напрямик к замку. Высокие стены с четырьмя грозными башнями встретили союзное войско молчанием.

- Видел катапульты? - спросил Яр, когда полк лучников занял свою позицию. Строгонов разместил стрелков на правом фланге, прикрыв их мощным отрядом панцирной пехоты Остермана. Грозные бойцы, облаченные в медвежьи шкуры, недвижно стояли прямо напротив замка, готовые в любой момент броситься в бой.

- Ага, - кивнул Данила. - Я видел что-то похожее лет десять назад. В ту войну Инквизиция хотела оттяпать у нас пару деревень и западный торговый маршрут на границе. В одном из сражений они закидали нашу пехоту кувшинами с горящим маслом. Маги сначала даже не обратили на эти игрушки внимания и проворонили атаку. Ребят основательно накрыло... Из пяти десятков выжило всего четверо.

- А чего эти штуки не прижились в армии? - пробормотал Яр, проверяя тетиву.

- Да что от них толку? Любой маг перекроит атаку...

- А если этого мага отвлечь? - ассасин многозначительно посмотрел на Данилу.

- Тогда возможно... Правда мы все эти новшества пожгли в нескольких сражениях. С тех пор Инквизиция решила тратить больше денег на подготовку магов.

- Но это ей тоже не помогло, - хмыкнул юноша.

- Надеюсь, Строгонов знает, что делает...

- Он-то знает, - кивнул Яр.

- Хотелось бы верить, - сморщившись, пробурчал Данила.

- Уже поздно. Остается только надеяться, друг, - улыбнулся Яр.

Замок Фьев располагался на обширной равнине, поросшей высокой травой и яркими полевыми цветами. Этот сочный кусок земли, пересеченный редкими рощами низкорослых осин, прилегал к южной части Великой Центральной равнины, протянувшейся от западных берегов Темерны до самых гор Ар-Умрада. Здешние места были сплошь перепаханы пшеничными полями, кормившими почти весь центр Гипериона. Многочисленные поселения состояли в основном из зажиточных землевладельцев, державших в подчинении прикрепленных к плодородным участкам крестьян. Не трудно догадаться, что за этот богатый регион кланы всех мастей сражались не жалея ни себя, ни врагов. Буквально лет тридцать назад все земли вокруг были усеяны крепостями, охранявшими те или иные районы влияния. Войны шли без остановки. Целые сообщества были уничтожены, прежде чем четыре основных противника (Ренессанс, Сюреал, Элита и Хранители) не разграничили свои сферы контроля... Но мир продолжался недолго. Очень скоро Хранители вместе с Элитой выдавили Сюреал, а затем напали на Ренессанс. Шла долгая война, растянувшаяся на целых пять лет, прежде чем Ренессанс наголову разбил своих противников и захватил самый мощный замок - Фьев. Все остальные укрепления в процессе военных действий были либо разрушены, либо пришли в негодность под воздействием времени. С тех пор прошло всего полгода и рены успели привести в порядок только главную крепость. Все остальные цитадели остались лежать в руинах. Поэтому от обладания этим замком с красивым названием Фьев зависел вопрос контроля над целым регионом. Об этом знали все. Тем более, это отлично понимал Строгонов, предложивший столь дерзкий план. Даже если не получится умыкнуть Бангвиль из загребущих рук Лиги, то этот район станет прекрасным плацдармом для позиционной войны. Благо озеро близко да земли Остермана и Нейтралз недалеко... Кроме всего прочего Купеческая гильдия может поспособствовать: торговцы юга очень не довольны, что Ренессанс всячески путается у них под ногами и мешает свободно торговать на севере. Толстосумы могут задуматься над тем, чтобы прижучить своего врага...

Строгонов наблюдал за развертыванием войск молча. Окружавшие его военачальники не смели нарушить тишину и не мешали главнокомандующему думать. Даже назойливый Андриан стоял тихо в стороне и внимательно изучал черневшие вдалеке стены замка.

Прямоугольник крепости был надежно защищен мощными башнями, усеянными бойницами. По плану в каждом из этих строений можно было разместить до двухсот стрелков, способных отстреливаться во все стороны. Мощные, толстые стены цитадели покрывали острые зубцы, за которыми могли прятаться обороняющиеся воины. В целом, замок был вполне обычным, не искушенным военными хитростями укреплением. К тому же не до конца восстановленным - самая большая башня, располагавшаяся за стенами, была разрушена в прошедшую войну и сейчас находилась в самой начальной стадии строительства. Однако Строгонов понимал: открытый штурм потребует слишком много крови. Это не допустимо.

- Почему ты расположил весь полк стрелков на одном фланге? - не удержался Ришам. - А копьеносцев за спинами мечников... Не понимаю.

- Как раз в этом и цель, - улыбнулся главнокомандующий.

- В чем? - изумился варвар.

- Чтобы враг не понимал. Думаю, комендант замка сам ломает голову над нашим построением.

- Неужели солдаты вот так вот и пойдут в бой? -скривился Андриан. Было видно: эта идея ему совсем не по душе.

- Ни один солдат не сделает ни шагу, - резко ответил Строгонов и развернулся ко всем военачальникам. - Сегодня все решит магия. Рауль! - обратился он к одному из адъютантов.

- Да, милорд? - Рауль состоял в клане Белых Рыцарей и привык использовать только принятые в его сообществе обращения. Конечно, никаких оснований называть Строгонова лордом не было.

- Пускай сотники приведут всех бойцов в движение. Необходимо, чтобы каждая сотня начала смешаться на позицию соседней. Действуй!

- Есть! - Рауль закрыл глаза, принявшись отдавать команды по каналу трансферанса.

- Михан! - другой адъютант с готовностью откликнулся на обращение главнокомандующего.

- Прикажи магам начинать атаку. Все их силы должны сконцентрироваться на чародеях неприятелей. Пускай давят изо всех сил и не дают им шанса отвлечься!

- Так точно! - рявкнул рыжебородый Михан и принялся за дело.

- Хватит ли магов? - с сомнением посмотрел на Строгонова Ришам.

- Наша сотня против их двадцати? Вполне, - кивнул Владимир и вновь обернулся к замку.

- Что ты задумал? - недоумевал Андриан.

- А ты думай.

Меж тем вся союзная армия пришла в движение. Солдаты по приказу командиров меняли позиции, не нарушая строя и не разъединяя цепи щитов. Занервничавший враг стал активно перемещаться по стенам - солнечные лучи постоянно высекали искры на доспехах передвигавшихся среди острых зубцов воинов. Однако союзное войско стояло вне досягаемости болтов и малой эффективности магии...

Грохот взрывов донесся со стороны замка совершенно неожиданно. Данила даже вздрогнул, оторвавшись от грустных мыслей. Яркие вспышки были видны даже отсюда.

- Не понимаю ничего. Мы маршируем, а маги уж начали дистанционный поединок! Надо наступать! - горячился Яр, сжимая в руках новенький лук.

- Ты же сам говорил: надейся на Строгонова, - ехидно усмехнулся Данила. Ему было совсем все равно, что будет дальше.

- Проклятье! Но мне совсем не хочется быть пешкой в его планах!

- Пора привыкать...

Яр зло глянул на старика, но смолчал.

Взрывы стали раздаваться чаще, и звук их стал гораздо мощнее. Даниле даже показалось, что земля под ногами легонько завибрировала.

- Ну что? Когда же катапульты шарахнут? Зря что ль мы тащили их от самой Темерны?! - не унимался Яр. - Или все...

Осадные машины дали залп, когда половина чародеев Ренессанса, защищавших замок, отправилась на тот свет. Маги не выдержали слаженного натиска и быстро сдали бой. Выжившие с трудом держали щиты над собой, забыв о всяком нападении...

Ярко желтые шары, с чудовищной силой запущенные катапультами, уверенно направились в сторону замка. Когда защитники поняли, что это, было слишком поздно. Чудовищные взрывы сотрясли замок до самого основания. Всего восемь снарядов в миг разрушили одну из башен и наделали огромных пробоин в стенах. Второй залп положил конец всякому сопротивлению. Безжалостный огонь пожрал стены крепости и всех защитников вместе с ними. Ни один воин Ренессанса не покинул пределы этой братской могилы.

Пламя бушевало до самой ночи и успокоилось только под утро. Когда расцвело, вместо замка зияли только обугленные руины. Союзная армия скорым маршем двигалась к Бангвилю.

***

На Хароне не всегда можно было отличить день и ночь. Порой с самого утра всю округу окутывала такая непроглядная темнота, что без факела или магического светлячка не удавалось ступить ни шагу, а в другой раз глубокой ночью солнце стояло в зените и что было мочи коптило окрестные земли полуденным зноем... Стражи звали такие дни рора, что при буквальном переводе с эльфийского означало неопределенность... Словно сам Творец еще не решил: будут ли люди наслаждаться днем или трястись холодной ночью. Несмотря на обилие вулканов и сухих ветров, сновавших среди острых холмов мертвого материка, ночи на Хароне заставляли кутаться в сотню теплых шкур, иначе вне пределов согретого помещения можно было замерзнуть до смерти.

Сегодня день был пасмурный - обычное солнце закрыли желтые тучи, полные ядовитых испарений. Воины предпочли забиться в сторожки и играть в кости, ожидая пришествие кислотного дождя. Во время ливня лучше не попадаться под отравленные капли - можно подхватить такие болячки, что даже полковые лекари не найдут на них управу. Впрочем, Даратаса это не волновало - для него погодные условия не составляли большой проблемы. Ситуация требовала решительных и скорых действий. Медлить было нельзя.

Маг уже успел собрать все необходимое и подготовиться к выступлению из Цитадели, когда Дариана только проснулась и соизволила спуститься в Ставку. Потирая заспанные глаза, девушка с милой улыбкой на лице слушала смешные истории хозяина крепости, которые он успел насочинять за долгие годы службы. Сытный завтрак еще оставался нетронутым.

Маг резко открыл дверь Ставки и с недовольной миной застыл на пороге.

- Ты побрился? - вместо приветствия спросила Дариана. Девушка изобразила такое удивление, что Даратас невольно потер гладкий подбородок.

- Благодарю, мне тоже нравится, - ответил он и быстрым шагом проследовал к столу. За ним бесшумной тенью скользнул Ольвен - принц уже успел вымыться после активной тренировки и даже полностью облачиться в доспехи. Легкая походная сумка в полной готовности висела у него на плече.

Примкнув боевой посох к стене, Даратас подошел к столу и внимательно поглядел на Дариану. Девушка поначалу недоуменно уставилась на него, а потом смутилась и потупила взор.

- Дорогая моя, будь так любезна, скушай поскорее свой завтрак и поспеши собираться, - маг старался, чтобы его голос звучал как можно доброжелательнее.

Девушка несколько секунд сидела неподвижно, а потом резко подскочила и вышла прочь из Ставки, громко хлопнув дверью. Извечно сдержанный Ольвен не удержался от сдавленного смешка.

- Чересчур суров ты с ней, - укоризненно посмотрев на Даратаса, заявил Бульвар.

- Поверь, у меня есть все основания, - махнул рукой маг и подошел к высокому окну. Желтые тучи, налитые ядом, медленно растекались по небу, угрожая в любой момент низвергнуть на истерзанную землю целые потоки чистой отравы.

- Смотрю, ты собран, - кивнул на торбы Хозяин Цитадели.

- Полностью, - сухо бросил маг. - Думаю, ты понимаешь как раздражают в такие ситуациях безответственные люди.

- Ну, в конечном счете, вы не назначали точное время сборов, - заметил Бульвар. - А девушкам свойственно немного понежиться в теплой постели...

- Смотрю и тебя смогли опутать ее чары... - усмехнулся маг.

- Старикам свойственно быть слабыми, - сказал Бульвар, и все его тело согнулось в приступе дикого кашля.

Даратас беспокойно посмотрел на друга, но промолчал.

- Проклятая болезнь... Никак не хочет отпустить меня в лучший мир... - посетовал несчастный старик.

- В лучший ли? - с сомнением, проговорил Даратас. - Из иных миров и реальностей ничего, кроме жути, мне пока встречать не доводилось...

- Но это и не значит, что действительно лучшего нет... Вселенная слишком огромна, Даратас, чтобы мы могли постичь разумом все ее многообразие... Поверь, даже фантазией, которую многие склонны называть верой, ты не сможешь охватить все, что возможно в пределах этого поистине необъятного творения Всевышнего... Однако в каждом из нас теплится маленькая частичка той силы, что связывает ничтожных, смертных существ с общей идеей мироздания... Я называю эту силу надеждой, мой старый друг... Надежда - вот, что дарует нам желание жить, а затем уходить в неизвестность... Эта та неугасимая сила, что позволяет такой космической пыли, как мы, чувствовать себя действительно важной частью Вселенной... - Бульвар прервался и откашлялся. - Чем ближе к смерти, Даратас, тем сильнее чувствуешь, как эта сила поддерживает твои дряхлые кости...

- Еще рано умирать Бульвар, - дернул щекой Даратас. - Думаю, ты не будешь против, если твои кости еще послужат этому миру?

- С великим счастьем! Почему бы не завершить свой тленный путь славной дракой с нехорошими парнями? - последнее Бульвар произнес с таким азартным блеском в глазах, что Даратас даже невольно улыбнулся. Остались еще в старике задатки некогда славного бойца.

- Ольвен, ты можешь остаться здесь и помочь Бульвару в тренировке солдат... - обратился Даратас к застывшему у противоположной стены эльфу.

- Исключено. Я должен следовать воле отца и охранять вас, - едва заметно покачал головой Ольвен.

- Друг мой, послушай...

- Мессир, прошу вас... - пронзив Даратаса холодным взором, молвил эльф. - Не стоит тратить время на пустые разговоры. Я не меняю своих решений.

- Хорошо! - пожал плечами Даратас и отвернулся. - Надеюсь, тогда ты не будешь против легкой прогулки на драконе...

Суровое лицо Ольвена в миг побледнело.

- Драконе? - нахмурился Бульвар.

- Именно. Красавице Герде нужно немного размять крылья...

Брови старика дрогнули и поднялись вверх.

- А ты уверен, что это безопасно? - спросил он.

- Для нас - да. Для нее... Она уже большая девочка и в десятки раз превосходит по силе любого из своих потомков и тем более выкормышей Культа... Мы долетим только до Серых Холмов. Там сойдем на землю и двинемся своим ходом. Герда будет отсутствовать в Цитадели не больше шести часов.

- За это время может произойти все, что угодно! - не унимался Бульвар.

- Да, возможно, - кивнул Даратас. - Однако я не вижу риска. Культ пока не обложил Цитадель, а его летуны появляются редко. Не стоит бояться. Доверься мне.

Хозяин Цитадели промолчал. В грядущих событиях он очень много надежд возлагал на своих драконов. В особенности на Герду, чья чудовищная мощь сможет обратить целую армию в паническое бегство.

- Черт с тобой! Делай что хочешь, - махнул рукой Бульвар.

В этот миг все помещение Ставки наполнилось ярким зеленым свечением, а после громкого хлопка рядом со столом возникла Дариана. Закутанная в походную серую мантию, девушка сжимала в одной руке боевой посох, а в другой тяжелую походную сумку.

- И что стоите, как истуканы? Может, поможете девушке? - недовольно проговорила волшебница и обожгла Даратаса гневным взором.

- Ты действительно можешь удивлять, - улыбнулся Даратас и протянул руку к сумке. Однако Ольвен опередил его. Без всяких эмоций эльф взвалил ношу Дарианы на спину и отошел в сторону, не мешая разговору магов.

- Хам, - фыркнула девушка в лицо Даратасу. - Так мы выступаем? Или продолжим трепаться?

- Милая леди, а не хотите ли вы все же позавтракать? - с беспокойством в голосе спросил Бульвар. - Наш повар так старался...

- Нет, благодарю, - мило улыбнувшись старику, проговорила девушка. - Я уже... наелась... - на последнем слове волшебница покосилась на Даратаса.

Маг сделал вид, что не заметил этого и спокойно направился к двери.

- Надеюсь, ты взяла с собой припасы, - бросил Даратас через плечо, - иначе тебе придется питаться местной фауной...

Девушка лишь сверкнула глазами, но промолчала.

Даратас услышал радостный рев Герды еще на лестнице. Видимо Стражи выпустили драконицу немного размяться перед полетом. Пролежавшая последние месяцы в ангаре Герда расправила свои огромные крылья и, оглашая округу мощным приветствием, сделала несколько кругов над Цитаделью.

Когда маг вместе со спутниками поднялся на площадку, Герда уже спускалась вниз. Громко хлопая крыльями, драконица приземлилась рядом с Даратасом и поздоровалась громким всхрапом. Мускулистое черное тело Герды изогнулось в изящном поклоне. Даратас нежно улыбнулся и погладил любимице шею, за что сразу получил несколько благодарных видений.

- Забирайтесь, друзья, - предложил Даратас.

- Я... последним, спасибо, - пробормотал Ольвен. В его глазах читалось явное недоверие к огромной рептилии.

- Ну и мужики пошли...- хмыкнула Дариана и, подойдя к драконице, поставила одну ногу ей на крыло, а другую уперла в бок, зацепившись пяткой за чешую. Подтянувшись на руках, девушка спокойно уселась на спину Герды и стала с интересом наблюдать, как маленький эльф с большой осторожностью забирается следом - видимо, слова девушки задели его гордое сердце.

Даратас не стал утруждать себя физическими испытаниями и применил заклинание левитации, спокойно поднявшись в воздух и опустившись сверху на Герду.

- Никаких специальных седел для нашей красавицы не делали... Поэтому я скреплю нас магической сетью, чтобы никто не выпал... - Даратас ободряюще взглянул на Ольвена и в следующий миг исполнил сказанное. Надежные магические нити связали путников с драконицей. - Кстати, я заодно наложил на всех заклятье отстранения - кислотный дождь для нас будет не страшен... А Герде и подавно. Теперь можно лететь. Вперед, моя хорошая!

Герда разразилась протяжным ревом, эхом разнесшимся по Цитадели, и буквально за пару мощных взмахов поднялась в воздух. Через несколько минут драконица набрала приличную высоту и поднялась под самые облака, грозно нависшие над головой.

Пока длился полет, Даратас отстраненно рассматривал лежащую внизу местность. Выжженная земля ощетинилась острыми пиками высоких скал, высившихся среди изломанных плоскогорий. В этой части материка горы достигали самых внушительных размеров и славились своими крутыми склонами. Еще до Войны Сил эти хребты назывались Солнечными - их вершины тянулись так высоко, что будто бы доставали до солнца. Однако отгремевшая война разрушила эти прекрасные места, оставив лишь устрашающего вида руины на месте некогда цветущих долин и заоблачных пиков...

Постепенно скалистая местность уступила невысоким холмам, цепи которых вились среди гнилых озер и глубоких оврагов. На каменистой почве росли уродливые низкорослые растения, располагавшиеся компактными рощицами на склонах возвышенностей и скатах ядовитых водоемов. Вряд ли можно было преувеличить, сказав, что эти земли действительно мертвые... Но Даратас никогда не соглашался с этим. Конечно, здешние пейзажи способны нагонять только тоску и отчаяние, рождая в сознании образы окончательной гибели всего сущего в округе, однако на самом деле все было гораздо сложнее...

Герда сделала резкий поворот и чуть спустилась вниз, облетая бушующий вулкан. Потоки раскаленной лавы стекали с его угольно-черной горловины и с бешеной скоростью устремлялись вниз по склонам к глубокой расщелине, расположившейся у подножья пламенной горы. Оттуда магма стекала в подземное озеро, где постепенно остывала и залегала очередным пластом. Даратас когда-то изучал этот причудливый бассейн и бродил по его пылающим берегам.

А вообще он всегда испытывал большой интерес к этому таинственному материку. Он никогда не соглашался с Франческо, что ничего, кроме сплошной смерти, найти среди этих пустынным камней нельзя - соратник Даратаса считал достойным изучения только жизненную силу. Сам же Даратас был уверен, что смерть - не окончание жизни, а ее временная стадия, которая полна секретов и умопомрачительных тайн - вещей, которые всегда манили его пытливый ум. На этой земле нет привычных людскому сознанию признаков жизни, однако здесь есть своя... особая биосфера, перешедшая за общепринятую грань реальности. К примеру, ожившие мертвецы существовали колониями и имели примитивную технику совместной деятельности, даже если она ограничивалась едой и убийствами. Впрочем, помимо зомби на Хароне существовало и другие существа, многим из которых даже не дали названия. Да и некому было делать это: только Даратас и еще несколько воодушевленных им энтузиастов изучали здешнюю природу. Увы, почти все соратники мага погибли, а те, кто выжил - бросили дело, потеряв всякий интерес. Все-таки Харон требовал слишком многого, а отдавал так мало: действительно серьезные исследования привлекли только некоторых ученых из Фебовской Академии, а многие труды так и остались лежать кучей пергаментов в подземельях Цитадели. Те, кто отдал жизнь за поистине бесценные знания умерли неизвестными для научного мира... Даратас при всем своем влиянии не мог изменить ситуацию: чересчур сильны были стереотипы магистров школ и академий.

Герда тем временем обогнула извергающийся вулкан и теперь летела высоко над туманными равнинами, покрытыми плотной сетью маленьких рек и ручьев. Здешние равнины Стражи звали Аларойна - Оазис богов. Вся вода здесь была чистой и пригодной для питья. В отличие от прочих частей Харона здесь даже росли деревья и кустарники, характерные для северной части Гипериона. Именно отсюда воины снабжали Цитадель водой и некоторыми съедобными корнями и травами. В северной и южной части этой территории стояли заставы...

Прошло около двух часов, прежде чем вдалеке замелькали окутанные плотным туманом вершины Серых холмов. Конечно, эти достаточно высокие горы совсем не были похожи на холмы, однако само название сохранилось еще с довоенных времен. Тогда на месте острых скал действительно располагалась цепочка холмов, под которой умещалась большая колония карликов. Люди не раз сходились в страшной сече с этим низкорослым народцем и постепенно загнали карликов в самые глубокие подземелья. Во время Войны Сил у этих холмов совершенно случайно встретились отборные части боевых магов Святой Инквизиции, Ренессанса и Хранителей с малефикиами Культа под предводительством Первого Мастера. Бой был такой жаркий, что в месте расположения холмов земная кора под действием одного из заклятий просто выгнулась дугой и вознесла ввысь острые пики новых гор. В тот день Первый Мастер одержал сокрушительную победу, но остался без своих самых преданных чародеев. В последствии, это очень сильно помогло союзникам одержать победу.

Рассеянное внимание Даратаса неожиданно привлекли странные точки, темневшие под облаками на востоке. Маг сначала подумал, что это обман зрения, но протерев глаза, снова увидел их...

Герда тоже заметила гостей и напряглась. В сознании Даратаса тут же возник образ дракоста, переданный драконицей.

- Проклятье! - вырвалось у Даратаса. - Дариана, приготовься! Будем биться!

- К чему? С кем? - изумилась девушка. В отличие от мага она смотрела совсем в другую сторону и не замечала приближение врага.

- Дракосты Культа! - рявкнул маг и, отвернувшись от девушки, впился взором в надвигавшихся тварей. С такого расстояния были видны только смутные фигуры. Их было не меньше двенадцати.

Маг решил не дожидаться и ударить первым. Сотворив простое заклинание молнии, Даратас направил его на одну из двигающихся точек. Ярко вспыхнула ослепительная молния, вырвавшаяся из желтых облаков, и в тот же миг поразила одного из дракостов. Тварь не сдержала атаку и стала падать вниз, оставляя за собой дымный шлейф. Потревоженные твари разразились пронзительным воем, который даже с такого расстояния внушал трепет. Нарушив порядок, Дракосты стали летать по спирали, мешая магам сосредоточиться. Прежде, чем Дракосты приблизились для атаки, Даратас успел сбить еще двоих. Одну твари сожгла прямо в воздуха Дариана... Однако затем мерзкие существа ответили...

Не меньше семи ярко голубых струй с невероятной скоростью рванули на встречу Герде. Казалось, ничто уже не спасет мощную драконицу, однако Герда умудрилась так извернуться, что все атаки неприятеля прошли мимо, не задев ни саму драконицу, ни ее пассажиров.

Взревев, Герда обрушила смертоносный поток огня на ближайшую тварь и изжарила ее костяное тело в прах. Увернувшись от следующей атаки неприятеля, драконица умудрилась сжечь еще двоих, прежде чем ее все-таки достали. Две струи попали в крыло и шею любимицы Даратаса. Герда взревела и стала терять высоту. Хотя атаки врага не пробили мощную броню, однако на время парализовали мышцы.

- Дариана! Отбивай тварей! - заорал Даратас, видя как земля с бешенной скоростью приближается к ним.

Смышленая девушка в миг атаковала приближавшихся дракостов и сумела сбить их с траектории. Костяные чудища потеряли равновесии и завертелись в воздухе.

Даратас тем временем вложил все свои силы в лечение Герды. Конечно, в деле лекарей он за все свое время преуспел не сильно, однако все же знал кое-какие полезные заклинания.

- ВероносатовелириЛим! - прошептал Даратас последние слова заклятия и вцепился руками в чешую Герды. Яркое свечение разлилось по всему телу драконицы и в считанные секунды магия вернула Герде управление над собой.

Быстро выровняв полет, Герда резко развернулась в воздухе и перехватила двух летевших за ней дракостов задними лапами. Чудища не успели затормозить и попались тепленькими. Драконица кровожадно заурчала, когда услышала треск их лопающихся костей.

Еще на троих наступавших Даратас сумел набросить магическую сеть, предоставив Герде поджарить их прямо в ловушке. Последнего нападавшего Дариана упустила, и его удар пришелся прямо в бок несчастной Герде. Драконица потеряла равновесие и стала падать. Несмотря на дикую боль, она старалась все же управлять полетом и только благодаря ей бой не закончился катастрофой. Герда спланировала под самое подножье высокой горы и рухнула животом на камни. Магия Даратаса спасла всех наездников от неминуемой встречи со скалой...

Уцелевший дракост победоносно взвыл и хотел было добить неприятелей, однако не рассчитал силы - все же ему противостояли не полковые маги. Две яркие молнии разорвали его тело на мелкие ошметки, усеяв камни костями.

Как только Даратас рассеял магию креплений, пассажиры поспешили слезть с протяжно стонущей Герды. Раненая драконица дергала задними лапами и мотала в разные стороны мордой. В голове Даратаса постоянно рождались смутные и неясные образы, посылаемые телепатией Герды - она пыталась что-то сказать.

Маг осторожно коснулся раненной шеи драконицы и повторил ранее использованное заклинание лечения, однако эффект оказался совсем другим. Герда перестала конвульсивно дергаться, но продолжала стонать и иногда трясти головой. Глаза ее были плотно зажмурены. Видения в сознании Даратаса все также являлись неразборчивыми картинами со смазанными красками...

- Что с ней? - потрясенно проговорила Дариана. Волосы девушки были растрепаны, а все лицо перепачкано сажей.

Даратас промолчал. Он усиленно прощупывал магией все тело драконицы, пытаясь понять причину неудачного лечения. И вскоре понял.

- Ее нервная система поражена. Проклятые твари используют совсем не стихийную магию...

- Ментальная атака? - глаза девушки расширились от удивления. - Но она... выглядит хотя бы по-другому!

- Увы, боюсь, что мы знаем далеко не все козыри Культа... - процедил сквозь зубы Даратас. Он запоздало корил себя за необдуманный поступок - нельзя было соглашаться на предложение Герды. Нельзя!

Дариана поджала губы и прищурившись пробормотала:

- Думаю, что даже половина их возможностей нам неизвестна...

Маг кивнул.

- Что будем делать? - спросила девушка. Драконице становилось все хуже. Судороги вновь принялись терзать ее несчастное тело.

- Я не... - начал было Даратас, но в этот миг в голове появилось видение голубого листка, опавшего с черной ветки - у Герды все же получилось донести до мага послание. - Ну конечно! Легра!

- Что? - недоуменно уставилась на него Дариана.

- Кусты Легры! Они растут только у подножий этих гор! - затараторил маг. - Их отвар снимает множество ядов и всевозможных проклятий... Возможно, он сможет помочь Герде восстановить контроль над телом!

- Ты издеваешься? - нахмурилась Дариана. - Последние запасы этой травы были исчерпаны во время Войны Сил! После бушевавшей здесь магии ни одно растение не сможет пустить корни! Сплошной камень!

- Легра может, - уверенно ответил маг. - И я знаю, где она растет...

- Где же?

- Дариана, оставайся рядом с Гердой, - приказным тоном сказал Даратас. - Я и Ольвен отправимся за лекарством.

- Сумасшедший! - всплеснула руками девушка. - Да она скоро умрет! Вы даже не успеете пройти пару километров!

- По счастливой случайности мы совсем недалеко. Я... помню это место, - последнее слова Даратас произнес с глубоким вздохом.

- Оно опасно? - беспокойно спросила Дариана и невольно коснулась рукой мантии мага.

Даратас внимательно посмотрел на нее и резко отвернулся.

- Охраняй Герду, - сухо бросил он. - Идем, Ольвен. Нам недалеко.

Подхватив брошенный на камни посох, Даратас бегом направился вниз по склону напрямик к ручью, извивавшемуся среди каменистой почвы.

- Идем вдоль него, - сказал Даратас и посмотрел в сторону горы: густой туман жидким молоком стекал с крутых накатов скал в глубокие овраги и расщелины, во множестве усеявшие подножье горы. - Так мы обойдем большую часть тумана и обогнем все дырки.

Ольвен ничего не ответил, а только посильнее сжал красту в руках. Чтобы не случилось, он отдаст жизнь за мессира - так завещал отец.

Первые триста-четыреста метров они прошли легко: ручей не вилял без особой нужды и шел почти прямо, лишь изредка заворачивая перед застывшими валунами или глубокими ямами. До этого момента правая сторона представляла собой гладкую каменистую равнину, пересеченную редкими наростами породы - в такой ситуации можно было заметить врага задолго до его приближения, и Ольвен не беспокоился. Однако в дальнейшем ручей сильно свернул влево, направившись прямо к Серым холмам. Они не успели пройти даже пары шагов, как густой туман окружил их со всех сторон.

Даратас остановился и развернулся вполоборота к принцу.

- Ольвен, будь осторожен. Это очень страшное место. Не верь ничему, что увидят твои глаза или услышат твои уши... Этот туман всегда голоден, и он будет не прочь полакомиться свежей душой... Я бы не взял тебя с собой, если бы был уверен, что справлюсь в одиночку... дальше...

- Мессир, - спросил Ольвен, до боли в руках сжимая красту. Он сам не мог поверить и боялся признаться себе в этом: ему было страшно!

- Да? - нахмурился маг.

- Разве есть что-то, чего вы боитесь?

Чародей призадумался на несколько минут, а потом ответил:

- На самом деле, я боюсь очень многого, мой друг. Есть такие вещи, которые не поддаются объяснению здравого рассудка в принципе... А что касается этого места... То в прошлый раз я приобрел здесь свой замечательный цвет волос...

Глаза Ольвена против его воли расширились от удивления. Впервые за долгое время, он дал волю эмоциям. И тут же одернул себя - негоже Стражу Последнего Часа бояться простого тумана!

- Не кори себя. Здесь даже самые отчаянные храбрецы теряют все свое мужество... - загадочно проговорил Даратас.

Больше не произнося ни слова, чародей двинулся вперед. В этом месте цепь Серых Холмов делала большой полукруг, глубоко уходя внутрь скалы, поэтому до первого склона было не меньше двухсот метров.

Ольвен старался держать себя в руках. Ему казалось, что за последние двадцать лет он вообще забыл, что такое страх! В Подземельях он встречался со всякими ужасами и ни разу не проявил малодушия... А здесь... Словно нечто непостижимо кошмарное существовало в каждом белоснежном локоне тумана... И Ольвен чувствовал, как постепенно теряет самообладание. В какой-то миг ему захотелось бросить все и убежать! Но сердце истинного воина сделано из стали! Принц до крови прикусил губу. Пусть лучше страшная смерть, чем позорное бегство!

Холод сковал все тело. Ольвену показалось даже, что воздух уплотнился, и двигаться стало тяжелее. Все движения давались медленно... дико медленно... Ступавший впереди Даратас постепенно отдалялся, двигаясь чуть быстрее. Ольвен попытался прибавить шаг, но не получилось! Ноги почти не слушались его! Еще пару секунд и маг исчез в клубах белой смерти!

Ольвен остановился. Крупная дрожь пробежала по его телу. Эльф почувствовал, как затряслись его колени. Встрепенувшись, Ольвен изо всех сил крутанул вокруг себя крастой и застыл в боевой стойке. Но уверенности ни в ногах, ни в руках не чувствовалось... Только многолетняя выучка и опыт сдерживали бойца от паники... Примитивный страх грозился пожрать его создание...

К своему удивлению, он даже не дрогнул, когда увидел тени. Они были бесформенными, совершенно неразличимыми... Ольвен даже не мог разобрать их очертаний... Они замелькали совсем рядом, в тумане...

Ольвен закричал что было сил и принялся с такой силой крутить крастой, что мышцы под доспехами свело от напряжения. Но принц не останавливался. Он орал и рубил туман, который отвечал ему душераздирающим воем. Ольвен рубился с ними и остановился только тогда, когда тени исчезли...

Ольвен оперся на красту и замер, стараясь отдышаться... Удивительно, этот скоротечный бой очень сильно измотал его. Он был готов упасть на камни и заснуть!

Но принц себе такого не позволил.

- Мессир! - позвал он. - Мессир Даратас! Где вы?

Вокруг царила совершенно мертвая тишина.

А затем раздался плач. Детский жалобный плач.

Ольвен не раздумывая поспешил в сторону, откуда раздавался этот терзающий сердце звук. Пробежав с десяток метров, Ольвен наткнулся... на ребенка!

У эльфа перехватило дух. Откуда он мог здесь взяться?!

Маленький отпрыск человеческого рода сидел на земле и, обхватив колени, горько плакал. Судя по всему, это был мальчик.

- Дитя! - стараясь не выдать дрожи в голосе, позвал Ольвен. - Дитя! Тебе здесь не место! Где твои родители? Почему ты один?

Говоря это, принц медленно подходил ближе к несчастному ребенку и, когда оказался на расстоянии вытянутой руки, мальчик вскинул голову и оглушительно заверещал, указывая куда-то за спину Ольвена. Принц был готов поклясться, что лицо мальчика отсутствовало - вместо него зияла темная воронка!

Несмотря на весь ужас, охвативший его с головы до пят, Страж среагировал моментально. Его краста с воем рассекла воздух и глубоко вошла в живот стоявшему сзади человеку... Когда Ольвен увидел его, то обомлел - зажимая рану, перед ним стоял Даратас! Маг захрипел, и из его рта потекла кровь. Ольвен еле успел подхватить его прежде, чем тот ударился об камень.

- О Тира! О Великие Отцы! Что я наделал! - зарычал Ольвен и из его глаз брызнули слезы. - Мессир, мессир! Вы слышите меня? Мессир! Где же ваша магия! Примените ее!

Даратас лишь молча раскрывал окровавленный рот и таращил выпученные глаза. Его тело дергалось в конвульсиях. Через несколько секунд его взор застыл, и дыхание прервалось.

Ольвен глупо уставился на бледное лицо погибшего мага. Соленые капли медленно текли по его щекам, и он не находил всего сил ни на что большее, чем просто читать молитву. Для него все было кончено... Он не справился. Его путь окончен...

- Ты подвел меня, сын, - прозвучал голос за спиной. Ольвен обернулся и вместо ребенка обнаружил там... своего отца! Царь Кельвин с каменным лицом взирал на своего сына и его взгляд был полон самого черного презрения!

- Отец! - вскинув руки, закричал Ольвен.

- Не смей называть меня отцом! - зарычал Кельвин. - Ты больше мне не сын! Ты не справился с моим заданием! Ты опозорил мое имя и весь наш род!

- О, Тира! Видят предки, я не хотел... я... - Ольвен плакал и полз на коленях к отцу.

- Предки плюют тебе в лицо, недоносок! А Тира готовит для тебя самое мерзкое место в самых дальних уголках Серых Пределов, где твоя беспомощная душа будет терзаться муками позора!

- О, Тира! Как же я мог... - когда принц почти подполз к Кельвину, тот отскочил от него в сторону, прижав подол мантии к себе.

- Не смей даже касаться меня! - завопил он. - Ты теперь проклят!

- Отец... Кельвин... мой Царь!

- Хватит причитать, слабак! Надеюсь, у тебя хватит сил хотя бы лишить себя этой никчемной жизни?

- Отец... - слезы залили все лицо Ольвена. От его мужества не осталось и следа. - Я теперь ничто...

- Именно! - подтвердил Кельвин и медленно двинулся сквозь туман. - Идем со мной, мой несчастный отпрыск... Пора покончить с этим.

- Да, да... - закивал принц и с трудом поднялся на ноги. Безвольно повесив руки, Ольвен послушно поплелся за неторопливо ступавшим Кельвином.

Шли они совсем недолго. Буквально через пару минут они уперлись в скалу. Прямо перед ними зияла широкая щель, служившая входом в пещеру. Подойдя к самому порогу, Кельвин остановился и обернулся к принцу.

- Иди внутрь. И не вздумай сопротивляться. Если ты все же достойно встретишь смерть, я, быть может, смогу называть тебя... своим... ублюдком.

- Да, отец... Я готов, - пробормотал Ольвен и, понурив голову, пошел вперед. Когда он подошел к самому краю пещеры, то увидел впереди лишь... черное ничто, сплошную тьму, сотканную из непроглядного мрака... Однако всей душой Ольвен чувствовал - внутри что-то есть... И эта мимолетная мысль, прорвавшаяся через пелену забвения, задержала его на какие-то считанные секунды...

Неожиданно грубый толчок чего-то невидимого бесцеремонно откинул его прочь от входа на добрые пять метров. В следующий миг яркая вспышка чистого света ослепила Ольвена и раздался громкий хлопок... Страшный, нечеловеческий вой заложил уши и принц закричал от боли. Когда зрение вернулось, Ольвен увидел... Даратаса, спокойно стоящего чуть поодаль от него и напряженно всматривающегося в темноту пещеры... Сам вход под скалу был частично разрушен и оплавлен. Кельвин же бесследно исчез.

- Мессир... - пробормотал эльф. - Я... вы...

- Все, что ты видел, оставь при себе, Ольвен, - ответил Даратас, не оборачиваясь на него. - К сожалению, мне пришлось использовать тебя... Поставить под удар. Иначе мы не выжили бы.

- Так я же убил вас! - недоуменно воскликнул принц.

Даратас покачал головой.

- Ты спал, Ольвен. Во сне бывает всякое, - ответил ему маг.

- Так значит и отец... - начал было принц, но осекся.

- В этой пещеры живет нечто... Эта тварь является мощнейшим телепатом...

- Кем? - нахмурился принц.

- Телепатом, - дернул щекой чародей. - Это маг, который обладает возможностью внедряться в сознание других существ. Судя по всему эта мразь заманивает своих жертв в логово всякими глупостями, которыми засоряет их головы. А когда они лишаются воли к сопротивлению - пожирает их. Когда-то давно моя экспедиция наткнулась на эту тварь... Выжило только трое человек из десяти. Эта гадина достаточно долго водила нас вокруг холмов, сумев внушить нам весьма увлекательную историю, в которую мы безоговорочно поверили...

- Зачем мы сунулись сюда?- недоумевал Ольвен. Вся его душа пребывала в смятении - ему было ужасно стыдно и противно. Он до красноты тер щеки, стараясь убрать следы слез.

- Когда мы бежали отсюда, то я запомнил густые кусты легры, усеявшие все подножье скал близ пещеры. Как видишь, ничего не изменилось, - Даратас указал на голубые кустарники, во множестве росшие на гладких камнях.

- А что было с вами, пока я спал? - спросил принц.

- Я был рядом с тобой, - сказал маг, и все лицо Ольвена потемнело. О, Тира! Мессир видел весь этот кошмар! - Я с трудом сдерживал ментальную атаку, обрушившуюся на меня, когда почувствовал, что ты попался... Тварь перескочила с меня на тебя и повела тебя в пещеру. Я продолжал контролировать ситуацию до тех пор, пока ты не подошел к логову. Тогда я нанес удар и разорвал все плетения нашего голодного друга.

- Так я был приманкой?

Даратас вздохнул и виновато посмотрел на Ольвена.

- Прости. Другого выхода не было. Я поступил некрасиво, но, поверь, скорее бы сам умер за тебя... Мне было необходимо снять ментальное давление и продолжать контролировать ситуацию.

- Не стоит извиняться, мессир. Вы делали так, как надо. Я же призван исполнять вашу волю. Не каждый воин может надеяться, что его командир будет так заботиться о нем... Однако что теперь?

- Во-первых, возьми свое оружие, - сказал Даратас и, повернувшись, кинул Ольвену его красту, брошенную в тумане. - Во-вторых, надень шлем. Не стоит ему болтаться на поясе. А в третьих, мы пойдем внутрь и прикончим эту тварь. С момента последней наши встречи я стал значительнее сильнее и теперь не намерен бежать... Пора отомстить.

- Но Герда...

- А ты думаешь, наш дружок будет спокойно наблюдать, пока мы будем рвать траву?

Ольвен не ответил и поспешил надеть шлем. Перехватив красту, эльф занял позицию перед магом и уставился в темноту. Кто бы там ни был, он ответит за позор принца Подземного Престола!

- Не верь и не поддавайся тому, что увидишь, - бросил на последок маг. - Вперед.

Ольвен стал медленно двигаться вперед. Ярость подавляла всякое чувство страха и принц был готов броситься в самую глубь пещеры. Но он сдерживал этот порыв, не желая снова позориться перед магом.

Когда они переступили порог и вошли внутрь, то казавшийся непроглядным мрак рассеялся: благодаря множественным отверстиям и щелям в скале свет все же проникал в злачные чертоги.

Несмотря на широкий вход пещера оказалась совсем небольшой, даже маленькой. Никаких входов или ответвлений не имела - только одно просторное помещение... заваленное костями, оружием и различными тряпками

- Уродец здесь знатно потчевал, - заметил маг.

- Только кости... Никого нет! - пробурчал Ольвен, осматривая пещеру.

- Ты уверен?

- Да, - твердо ответил принц и резко повернулся.

Перед ним стояла такая жуткая тварь, что от ее кошмарного вида Ольвена на краткий миг парализовало. Но принц чудовищным усилием сумел совладать с собой и сделал молниеносный выпад. Когда лезвие проткнуло толстое брюхо существа, оно пронзительно завизжало и дернувшись, повалилось на камни.

- Это было оно? - спросил Ольвен, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди. - Мессир, это оно?

Ответа не последовало.

Ольвен огляделся. В пещере он был один.

- Снова... Проклятье! Нет, на этот раз я не поддамся тебе, мразь, - злобно прошипел Ольвен, сжимая красту. - Иди сюда, ко мне!

И в одночасье из всех темных углов на него хлынул целый поток всякой нечисти. Ольвен завертелся волчком, щедро поливая камни черной кровью нападающих. Его окружали существа, имен и названий которых не знал никто - только сознание еих создателя. Принц не на секунду не забывал о словах мага и бился с тварями изо всех сил. И в какой-то миг заметил его... Маленького, пузатого карлика с горящими огнем глазами. Они сидел на куче костей и внимательно наблюдал за дракой. Ольвен попытался пробиться к нему, но окружавшие его твари усилили натиск и откинули к противоположному концу пещеры. Принц сделал еще несколько попыток, прежде чем яростный вопль карлика не прекратил бой. Все существа в миг исчезли, оставив принца один на один с предводителем.

Карлик спокойно сидел на костях и, не мигая, смотрел на Ольвена. Его лицо было полностью скрыто в полумраке, но принцу совершенно не требовалось его видеть - ему было достаточно рубануть крастой между глаз. Ольвен решительно зашагал к уроду, но за несколько шагов встал как вкопанный. Больше сдвинуться он не мог. Более того, голову сдавило такой страшной болью, что принц в миг забыл о твари и медленно опустился на колени. А карлик продолжал сидеть и все также спокойно смотреть на принца...

Но в какой-то миг он занервничал, задергался, подскочил... Прямо по середине пещеры возник Даратас. Его мантия была разорвана и обожжена, правая рука вся изрезана и в крови.

- Попался, уродец! - воскликнул маг, направив на карлика посох. - Леруцио Эфисима!

Сгусток чистого света ударил в то место, где стоял карлик. Сам же хозяин логова исчез.

Все вокруг быстро преобразовалось - трупы убитых Ольвеном созданий исчезли, кровь испарилась, а на месте костей остались лишь голые камни. Будто ничего и не было.

- Мессир? Вы живы? - спросил Ольвен, когда боль отпустила его голову.

- Ты все спешишь меня хоронить, - улыбнулся маг. - Проклятье, моя любимая мантия! Что с ней стало, ты посмотри!

- Мы убили эту тварь? Убили?

- Сомневаюсь, - задумчиво проговорил маг. - Боюсь, что мы вообще не видели ее.

- Но... карлик...

- Мог быть такой же иллюзией, как и все остальное.

- Оно ушло?

- Да, удрало... - кивнул Даратас. - Снова задурив нам головы.

- Почему ваша одежда вся изодрана? Неужели иллюзии могли сделать это?

- Вполне. Особенно если замаскировать в ним ментальные атаки... Ты только посмотри, - пробормотал маг, подойдя в дальний угол пещеры. - Разорванная книжка, тряпичная кукла... ложка... маленькие чашечки, пару разбитых тарелок. И все так аккуратно разложено...

- Мессир, давайте нарвем легры и поспешим к Герде, - предложил Ольвен. Как бы не было трудно признаваться, ему было очень неприятно находиться здесь.

- Да, да, Ольвен. Давай поспешим, - ответил маг, не отрывая взгляда от находки. - Однако страшная ты тварь... Я еще постараюсь узнать кто же ты на самом деле.

Через минут десять они уже вышли к ручью с полными охапками листьев и как можно скорее поспешили к месту падения драконицы. На всем обратном пути Ольвен не мог удержаться, чтобы постоянно не смотреть назад.

- Где вы пропадали, черт побери?! - встретила их разгневанная Дариана. - Даратас! О, боги! На кого ты похож! Что случилось? - девушка была явно взволнована.

- Встретились со старым знакомым, - хмуро ответил маг, подойдя к драконице. Несчастная неподвижно лежала на камнях, изогнув шею и запрокинув голову назад. Ее мощное тело тяжело дышало, с трудом расправляя легкие.

- Ничего себе... - Дариана озадачено потерла лоб. Вид потрепанного Даратаса произвел на нее весьма неприятное впечатление.

- Куда листья, мессир? - спросил Ольвен.

- Сюда давай, - махнул рукой чародей. - Дариана, доставай котелок и мех с водой.

Девушка поспешили сделать сказанное, поставив обожженный в нескольких местах котел с дырявой крышкой рядом с Даратасом.

- Лей воду, - приказал маг. Сам он не мог заняться делом, держа руки на шее Герды. Он продолжал постоянно читать целительное заклинание, стараясь противостоять омертвению тканей. За прошедшее время драконице стало только хуже - будто Дариана вовсе не лечила ее.

- До краев? - уточника Дариана.

- До середины. Да, вот так. Хватит. Теперь клади туда листья легры... Все, больше не нужно. Остальное можешь убрать в сумку -пригодиться, - продолжал командовать маг. - Теперь огня. Да, вот так - подними и зажги маленький огонек. Топлива нет, поэтому поддерживай его своими силами.

- Может, треножник поставить? - предложил Ольвен, наблюдавший за приготовлениями.

Даратас кивнул:

- Да, действительно... Что-то я в спешке забыл. Да, ставь сюда... Когда закипит, помешивай ложкой...

- Какой ложкой?

- Большой! - рявкнул в ответ Даратас и смутился. Нервы когда-нибудь доконают его. - Извини... сорвался. Ложка у меня в синем мешке, привязанном к торбе. Возьми ее.

Минут через двадцать закипевшая вода, активно помешиваемая Дарианой, приобрела нежный бирюзовый оттенок. Варившиеся же листья наоборот почернели и стали больше похожи на обгорелые куски пергамента.

- Почти готово... - пробормотал Даратас, оторвав, наконец, руки от тела Герды. - Теперь выбери все листья. Да, просто ложкой выгреби. Постарайся только не разлить отвар.

Когда все приготовления были окончены, маг приказал убрать огонь и осторожно пододвинул котелок к морде драконицы.

- И как мы заставим ее выпить это? - нахмурилась Дариана. - Она же в коме.

- Никак. Это внутривенное, - ответил Даратас и полез зачем-то в свою сумку.

После недолгих поисков маг выудил на свет весьма необычный предмет - длинную жестяную трубку, на одном конце которой был приделан рифленый поршень, а на другой зияла тонка игла.

- Сам смастерил? - недоверчиво поглядев на необычную штуковину, спросила Дариана.

- Да... - с достоинством ответил Даратас - Ничего особенно сложного. Ты, наверное, уже даже забыла, как они выглядят.

- Этот кусок жести точно работает?

- Проверял, - бросил Даратас и тут же поспешил добавить: - иглу поменял, не бойся.

- Да я и не боюсь, - пожала плечами волшебница.

Меж тем Даратас поднес странный инструмент к котелку и опустил тонкую иглу в бирюзовую жидкость, которая на вид стала чуть плотнее обычной воды. Зацепив поршень, маг потянул его вверх и жидкость стала чудесным образом набираться внутрь железной трубки. Ольвен понял это по стремительно уменьшающейся в котелке массе отвара. Когда поршень дошел до нужной границы и остановился, все целебное зелье в полном объеме оказалось внутри инструмента.

- Ты его специально для драконов делал? - поинтересовалась Дариана.

- Вообще-то просто для опытов. Он не предназначен для уколов, - серьезно проговорил Даратас и подошел ближе к драконице. - На самом деле, это может убить ее... Легра весьма непредсказуема. Но у нас нет другого выхода... Герда уже еле дышит. Дариана, открывай его пасть.

- Что? - выпучилась на Даратаса девушка.

- Ну не руками же! Подними ее верхнюю челюсть магией. Рядом с зубами проходит вена. Мне нужно в нее вколоть зелье. Другие места нам недоступны - везде броня.

- Убить тебя мало за все твои... - бурчала себе под нос Дариана, настраивая магические потоки. - Издевательства...

Совершенно легкое для волшебницы заклинание широко раскрыло зубастую пасть драконицы. Вид ощетинившейся острыми, как кинжалы, зубами пасти на миг смутил волшебницу. Однако Даратас даже не дернул бровью. Спокойно нащупав нужное место, он безжалостно вколол длинную иглу и нажал на поршень, медленно опуская его на прежнее место. Где-то в середине процедуры Герда задергалась. Из ее глотки стали вырываться приглушенные хрипы. В голове мага снова появились неразборчивые видения.

- Тихо, тихо, милая! Успокойся, дорогая! Все хорошо, это я, - приговаривал Даратас. - сейчас мы вводим тебе лекарство... Будь умницей. Сражайся с раной. Без твоей помощи любое зелье бессильно.

Драконица, словно услышав слова мага, почти сразу перестала шевелиться. Когда Даратас извлек инструмент, дыхание Герды выровнялось. Через пару минут Даратас приложил ладонь к шее рептилии и внимательно ощупал ее магией. Результаты позволили ему улыбнуться.

- Лекарство действует, - обрадовано сказал он.

- Отлично! Время разбивать лагерь? - язвительно спросила Дариана.

Ольвен судорожно сглотнул. Только не здесь. Он не выдержит такой пытки!

Даратас посмотрел на волшебницу, как на умалишенную.

- Ты чего? Плохо стало что ли?

- С чего бы? Разве твой дракон прямо сейчас встанет на ноги и мы полетим дальше? Или бросим его здесь помирать? - горячилась девушка.

- Не то и не другое, - спокойно ответил маг. - Мы телепортируем ее в Цитадель.

У Дарианы от этих слов просто отвисла челюсть.

- Ты сумасшедший! - вымолвила она через несколько секунд. - После этой процедуры, особенно учитывая размеры твоего зверька, мы останемся совершенно без сил! Ты после телепортации Алексея спал, как убитый... Да, да! Не удивляйся так. Я видела, как тряслись твои руки после прочтения заклинания. Поэтому...

- У нас есть рог, - перебил девушку маг и вытащил из кармана артефакт.

- Где ты его раздобыл? - удивилась Дариана - Я думала, что последние были уничтожены во время нашей недолгой подземной войны!

- Так и было, - кивнул маг. - Только Бульвар любезно предоставил мне еще один, завалявшийся у него с давних пор. Что ж, я думал использовать его для более серьезного дела, однако ничего для друзей жалеть не собираюсь... Будь добра - предупреди Бульвара о скором прибытии Герды. Прикажи ему сварить настойки из циркулония и жилены... желательно пару десятков бочек и поить Герду эти отваром в течение недели.

- Как скажешь, - пробурчала Дариана и закрыла глаза, открывая каналы трансферанса.

Даратас тем временем настроил магические потоки на артефакт и позволил ему заработать. Мощь, которая нахлынула на него, чуть не сбила его с ног. В считанные секунды активировав заклинание поиска, Даратас прочертил маршрут телепортации и начал процедуру перемещения, обвивая драконицу специальными нитями заклинания. Когда все было готово, маг сделал одно единственное движение рукой, и тело Герды стало постепенно расплываться и тускнеть. Спустя считанные мгновения она просто растворилась в воздухе.

- Осталось надеяться, что ты не сбросишь ее людям на голову.

Даратас не услышал ее слова. Внимательно посмотрел на склоны горы, покрытые густым туманом, и через минуту раздумий побежал в сторону ручья.

- Эй, ты куда? - завопила Дариана.

- Возьмите вещи и скорее за мной. Нужно использовать остатки силы артефакта! - прокричал в ответ Даратас.

Не долго думая, Ольвен подхватил все брошенные сумки, взвалил их на спину и припустил за магом. Дариане ничего не оставалось, как побежать следом.

Маг остановился как раз на том месте, где начался их с Ольвеном поход через туман напрямик к пещере. Вознеся руки над собой, он принялся читать мощное заклинание атаки. Когда Дариана поняла какое именно, она схватила эльфа за плечи и стала падать вниз, увлекая его за собой. В следующий миг раздался такой страшный взрыв, что волшебница перестала напрочь слышать звуки. Густые клубы тумана перемешались с целыми потоками пыли, земля тряслась и чуть ли не подпрыгивала под сжавшейся на камнях Дарианой.

Все закончилось минут через пять. Даратас лишь разок взмахнул посохом, и вся пыль рассеялась. Вместе с ней разошелся туман. Когда Дариана поднялась на ноги и отряхнулась, Даратас уже стоял рядом со скалой и внимательно изучал образовавшийся завал.

- Надеюсь, я все же достал его, - проговорил Даратас, когда волшебница подошла ближе и коснулась его плеча.

- Кого? - спросила девушка.

- Диор называл эту тварь фиоро, - ответил маг. Несмотря на сотворенную волшбу, он выглядел замечательно. - Судя по всему, он взял это название из древних эльфийских сказаний... Некогда такие существа опустошали целые селения...

- И что он такое?

- Не знаю... И Диор не знал, - пробормотал Даратас. - И, быть может, до определенного времени эта тайна должна оставаться нераскрытой.

- Зачем ты устроил этот развал? - девушка недовольно посмотрела на целую кучу валунов, усеявших подножье Серых гор на добрые сто метров в ширину.

- В роге еще оставалось немало силы, - развернувшись, бросил Даратас. - Нужно было использовать ее.

- И как? Удачно? - язвительно спросила девушка.

- Могу только надеяться, - покачал головой маг. - Спасибо, Ольвен, - сказал Даратас, перенимая сумки и посох. - Дариана, забери свои шмотки у уважаемого принца. Он, конечно, любезен, но не настолько.

Дариана фыркнула и бесцеремонно выхватила вещи у Ольвена. Тот в ответ одарил ее ядовитой ухмылкой.

- Дальше идем пешком, - заявил Даратас и двинулся вдоль цепи Серых гор, стараясь все же держаться на безопасном расстоянии от туманных склонов. Фиоро вряд ли покинет пределы спасительной белизны, но и не упустит шанс поквитаться с неприятелем на своей территории - почему-то маг был полностью уверен, что границы возможностей этой мерзкой твари очерчены туманом.

Какое-то время путники придерживались хребта гор, стараясь обогнуть многочисленные овраги, полные грязи и каких-то маленьких тварей. Когда же местность стала более менее ровной, Даратас резко свернул, уводя спутников прочь от скал, а затем вышел к старинной дороге, мощенной почерневшим камнем. Судя по ее плачевному состоянию, проложили ее здесь еще задолго до Войны Сил. В некоторых местах она кусками обрывалась, а затем возвращалась вновь. Почти петляя, дорога провела путешественников сквозь каменистую равнину, усеянную обломками древних зданий, затем через чащу мертвых деревьев, где Даратасу пришлось от греха подальше сжечь пару любопытных кадавров, и в конце концов к невысокому холму, с которого она спустилась прямо в развалин поселения. Целая долина, уместившаяся между двумя цепочками небольших холмов, чернела старинными руинами.

- Что это за место? - спросил Ольвен и тут же отругал себя за несдержанность. На проклятом материке он стал чрезвычайно любопытен.

- Архем, - ответил маг. - Некогда пятый город Гипериона.

- Странно, я ничего не слышал о нем, - пробормотал эльф.

- Многие не слышали, - чмокнув губами, сказал Даратас и достал трубочку. - В прошлом эта часть Гипериона была покрыта непроходимыми лесами, и мало кто решался сунуться сюда. У Серых холмов было несколько деревень, а за ними - сплошная тайга. Судя по всему, какая-то часть Первопришедших оказалась в этих дебрях и выживала, как могла, боясь передвигаться на далекие расстояния: в чащобах, знаете ли, всякие твари водились. Постепенно они объединились в племя и даже отстроили свой небольшой городок... Впервые о существовании этого города мы с Франческо узнали лет за двадцать до начала Войны Сил. Наладили кое-какие контакты с местной властью, свели их с некоторыми кланами... Сначала думали поднять экономику этого региона, развить торговые пути, да только никакие торговцы туда не ехали, ремесленники тоже - кому хочется рисковать жизнью за гроши? К сожалению, Архем ничего, кроме дерева, предложить не мог... В общем, хирел городишко. Здесь проживало не больше трех тысяч человек. Хотя все мужчины были первоклассными воинами - несчастному городу приходилось отбиваться от постоянных набегов местных племен... - Даратас медленно выдохнул дым и стал постепенно спускаться у руинам. - Культ хорошо поломал зубы об этот город - бесстрашные защитники стояли на смерть. Тогда Первый Мастер со своими лучшими учениками испепелил город дотла. Не выжил никто...

- Ты уверен, что нам нужно идти туда? - лицо девушки стало бледным.

- Уверен. Это самый короткий путь. Я проверил карты.

- Короткий - не значит самый безопасный, - менторским тоном сказала Дариана. - Я...

- Безопасность ищи в Цитадели, Дариана. Здесь все опасно... - Даратасу показалось поведение волшебницы странным. - Ольвен, прикрывай спину, мы входим в город.

Все развалины в поселении были покрыты черной копотью и въевшейся сажей. В некоторых местах камень был оплавлен, порой изрешечен, словно сито. Вопреки утверждениям мага о захирелости города, принц видел только останки каменных построек.

- Ты бы знал, как дорого давался им этот камень! - ответил Даратас, когда Ольвен озвучил свои мысли. - Они тянули его от самых Забытых Гор, отражая по пути нападения нечисти... Но Первопришедшие привыкли жить под защитой каменных стен и не могли смириться с деревянными лачугами... Что ж, такова наша природа - всегда стремиться вперед за своими желаниями.

Когда спутники вступили на широкую дорогу, по всей видимости, пролегавшую напрямик через весь город, Ольвену стало как-то не по себе. Вроде не было такого жуткого страха, который он чувствовал в тумане, и не дрожали его руки, но ощущение затаившейся опасности не покидало его ни на секунду. Впрочем, на этот раз он не терял самообладания и вел себя по военному сдержано: минимум лишних движений и шума. Хотя он был облачен в латы, легкий мифрил позволял идти даже тише ступавшей впереди Дарианы.

Постройки были настолько разрушены и зачастую вплавлены в камень, что различить облик бывших зданий не представлялось возможным. Город превратился в груду мусора. Никаких напоминаний о деталях быта мужественных людей Архема - только битый камень и оплавленные щепки. Принц почувствовал, как больно кольнуло сердце - история Архема так сильно напомнила ему собственное государство. Ведь действительно, теперь Подземное Царство представляется нечем иным, как разрушенным городом... Впрочем, его еще можно отстроить заново... Архем же достался прошлому.

Даратас резко остановился, внимательно вглядываясь в дальнюю часть дороги. Ольвен по привычке вскинул красту и без лишних слов принялся стеречь тыл, изучая молчаливые руины.

- Что такое? - спросила белая, словно смерть, Дариана. Девушка поспешили наложить на себя магические щиты.

- Тени, - кивнул Даратас.

Услышав слова мага, Ольвен невольно отвлекся от своего дела и посмотрел на дорогу. Ничего необычного он не заметил... кроме теней, которые отбрасывали на улицу осколки некогда больших домов.

- Солнца нет... - пробормотала девушка.

- А тени такие сочные, словно сейчас полдень... - кивнул маг. - Как видите, на дороге осталась узкая полоска, не занятая тенями... Идем только по ней. Не вздумайте даже заступать за темну черту - окажетесь в Серых Пределах так быстро, что даже вякнуть не успеете.

- Это призраки? - поинтересовалась взволнованная Дариана.

- Нет, призраки итак повсюду... Это что-то вроде темных порталов... Я не успел изучить сие явление до конца. Идем. Нет ничего страшного... Если не заступить...

Спутники выстроились в цепочку и стали постепенно двигаться вперед, осторожно ступая след в след. Растекшиеся по дороге тени оставили совсем узкую полосу света, которой с трудом хватало для прохода. Однако маги вместе с эльфом изворачивались как могли, постепенно углубляясь в город.

Когда они прошли центр поселка, что-то изменилось. Ольвен поначалу даже не понял, в чем была причина внезапной тревоги. Нет, тени не увеличились, и узкая тропинка света никуда не исчезла, однако принц всем своим нутром чувствовал: что-то не так.

Обеспокоено оглядываясь по сторонам, эльф заметил, что все вокруг стало каким-то серым, почти лишенным оттенков... словно остальные краски убрали из мира. Некогда желтое небо теперь было почти бесцветным, высившиеся в дали горы едва виднелись из-за серой дымки, а черные от сажи камни почти очистились от гари, превратившись в груды бесформенной массы... Ольвен только сейчас понял, что дело совсем не в красках, смешавшихся в один безжизненный тон: окружавшие путников предметы потеряли свои очертания и стали почти совсем размытыми.

Принц тряхнул головой и протер глаза - тщетно. В душе тревога стала постепенно перерождаться в панику. Неужели тварь из Серых Холмов все же решила отомстить и настигла их? Эти ужасные руины как раз подходят для умопомрачительного спектакля!

Ольвен невольно обернулся и в тот же миг обомлел. За путниками по пятам следовала целая толпа серых фигур. Их еле различимые тела сливались друг с другом, образуя сплошную массу... призраков! Ольвен оглянулся по сторонам и его прошиб холодный пот: безмолвно взирая черными провалами глаз, мертвецы стояли по обе стороны от дороги, заполонив собой почти все руины. Они молча провожали незваных гостей пустыми взглядами, не стараясь приближаться к живым

- Идем дальше, не обращаем внимание, - прозвучал спокойный голос Даратаса. - Они не тронут вас, если не заступите за черту света.

Ольвен встряхнул себя и поспешил нагнать магов: он даже не заметил, как остановился и серьезно отстал. Благо маг оказался прав - признаки не посмели тронуть его, хотя эльф каждой частичкой тела чувствовал их злобные взгляды.

Как только дерзкие гости вышли из города и стали медленно подниматься по ближайшему слону, картинка мира вернулась в свое обычное состояние: муть и серые краски исчезли, уступив место кислотным небесам и выжженной земле. Призраки исчезли.

- Жуть какая, - пробурчала Дариана, поправляя складки мантии.

- Действительно, - кивнул маг. - Несчастным никак не найти свой покой... и злоба все сильнее и сильнее наполняет их души. Боюсь, очень скоро они ворвутся в переделы нашего мира...

- Зачем? - спокойно спросил эльф, совсем не обрадовавшись словам мага.

- Вряд ли они сами знают зачем... Просто потому что сила не может оставаться в бездействии... Это будет подобно извержению вулкана. Впрочем, не сейчас и не в ближайшее время.

- Здесь трудно дышать, - пожаловалась Дариана, наморщив красивый носик.

- Да, и совсем нехолодно... Я бы даже сказал - жарко, - проговорил Даратас, поднявшись по склону холма.

Ольвен только сейчас почувствовал запах гари и сильное тепло, наполнившее воздух. Когда он преодолел подъем и встал рядом с магом, то понял причину неожиданных изменений: рядом с цепочкой высокогорья, окружавшего погибший Архем, зиял огромный разлом, в глубине которого текли яркие потоки магмы. Исходивший от разгоряченной массы жар щипал лицо и заставлял глаза слезиться. Эльф отпрянул от края и перевел взгляд на серые руины города, лежавшие внизу. Сейчас Архем казался спокойной и безжизненной свалкой истории.

- Идем вдоль хребта, пока не достигнем Желтой долины, - проговорил маг, мерно постукивая посохом по камням. - Там начинаются Забытые Горы - территория Хантеров.

- И все же... Я не уверена, что нам стоит идти туда, - вдруг заявила Дариана.

Маг удивленно посмотрел на девушку, затем почесал бритый подбородок и, от души расхохотался.

- И чего ты ржешь? - скривилась волшебница. - Тебя в конце концов покинул разум?

- Кого еще из нас покинул, моя дорогая! - продолжая смеяться, ответил маг. Махнув рукой, он отвернулся от девушки и направился намеченным маршрутом.

- Что? Какого... Даратас! Что ты себе позволяешь! Ты с рыночной девкой что ль общаешься? Имей уважение, постой и выслушай мои аргументы...

- Да плевал я на твои аргументы! - добродушное лицо мага в миг потемнело и девушка испуганно отпрянула от него. - Ты сама потащилась за мной сюда - я не звал! А теперь надеешься меня остановиться на полпути?

- Какое полпути? О чем ты вообще? Мы премся к сумасшедшим Хантерам, у которых по словам выжившего из ума старика, ждет нас живая легенда - Диор! О, да! Истина где-то рядом! Осталось только сложить головы от рук сумасшедших придурков!

- Дариана! Если тебе что-то не нравится, отправляйся в свои пещеры! Я не потерплю ропот и недовольство в рядах! - взревел Даратас и впился в лицо девушки яростным взглядом.

Волшебница не дрогнула, а гордо посмотрев на него.

- Ты забываешься... - прошипела она. Ольвен встал в боевую стойку и направил на девушку острие красты.

- Нет, это ты забываешься. Или напомнить твое прошлое? Если ты действительно хочешь искупить свои злодеяния, тогда найди в себе силы и перестань ныть.

- Я хочу послужить делу, а не глупо сложить голову в этих гиблых местах! - девушка сорвалась на крик.

- Тогда верь мне. Я знаю, что делаю!

- Докажи!

- И не подумаю!

- Сумасшедший!

- Возможно, - кивнул маг и смачно сплюнув, двинулся по узкой тропе, пролегавшей по всей цепи холмов. Видимо, раньше здесь была дорога. - Однако наша изначальная цель заключалась в поиске информации. Не придем же мы к Башне Культа с ревизией! Для начала нужно понять, что действительно происходит... - маг почувствовал, что нечто обожгло кожу под мантией. Засунув руку в карман, он резко отдернул ее - одно из Семян проснулось!

- И Хантеры дадут нам нужную информацию? - немного успокоившись, бросила девушка магу вслед.

- Будем надеяться... - озадаченно пробормотал Даратас. Заглянув внутрь кармана, маг увидел зеленый свет. Время...

Ольвен позволил себе расслабиться только тогда, когда маги перестали спорить. Замолчав, волшебники медленно побрели вперед, стараясь не сбиваться с еле заметной тропы. Впрочем, волнение принца окончательно никуда не дисчезло. Ощущение непонятной тревоги продолжало блуждать в его сознании... Что-то было определенно не так...

Не прошло и нескольких минут, как опасения Ольвена подтвердились. Камни под ногами путников несколько раз ощутимо дрогнули. Мгновение спустя где-то снизу донеслось утробное урчание и противный скрежет.

Даратас сначала ненадолго замер, прислушиваясь к непонятным звукам, а потом медленно подошел к склону холма, бросив взгляд вниз. Увиденное сильно не понравилось волшебнику: наверх карабкалось не меньше десятка здоровенных камнеедов, сплошь покрытых наростами разной горной породы: огромные гиганты, питавшиеся камнями, обладали чудовищной силой и были почти невосприимчивыми к магии - только искусные волшебники могли позволить встретиться с подобным существом один на один... А здесь их целых десять!

- Будь проклят Первый Мастер! Только в его больной фантазии могли родиться эти твари! - в сердцах воскликнул Даратас. Камнееды были созданы во время Войны Сил для осады замков.

- Примем бой? - спокойно спросила девушка.

- Нет. Пустая трата времени. Бежим к Рыжей реке! Она близко! Через нее твари не пойдут! - решил Даратас и, больше не размениваясь на разговоры, припустил что было сил вперед.

- Почему они не пойдут через реку? - крикнула в спину магу Дариана.

- Они не переносят воду! - ответил через плечо маг.

Меж тем камнееды вскарабкались на вершину хребта и, не теряя времени, бросились вдогонку за улепетывавшими магами. Несмотря на свои внушительные размеры, камнееды двигались поразительно быстро: круша острый камень и раскидывая во все стороны валуны вперемешку с щепками, десятиметровые великаны неумолимо нагоняли беглецов.

Ольвен замыкал отряд, прикрывая бегущих впереди чародеев. Шаги гигантов гулом отдавались в его сердце: твари чуть ли не наступали принцу на пятки! По сравнению с огромными камнеедами эльф казался несчастным насекомым, по недоразумению оказавшемуся на пути всесокрушающей лавины... Скорее всего также казалось самому прыткому великану, первому нагнавшему эльфа. Взмахнув свой тяжелой рукой, камнеед надеялся отшвырнуть принца в сторону, размозжив его об камни, но он сильно просчитался... Ольвен шустро ушел из-под удара и резко крутанувшись, рубанул крастой по лапе камнееда. Мифриловая сталь легко рассекла многослойную броню гиганта, отрубив ему кисть правой руки.

Получив рану, гигант остановился и, уставившись на обрубок руки, недовольно заурчал. Сотоварищи не поняли его расстройства и продолжили нестись вперед. Не долго думая, они просто снесли вставшего на пути собрата, скинув его вниз по склону хребта.

Ольвен не останавливался. Он отлично понимал, что справиться с девятью разъяренными камнеедами ему просто не под силу. К тому же мифрил гнулся и трескался после ударов об каменную плоть гигантов: на красте уже красовалась маленькая вмятина.

- Творец! - закричала Дариана и встала, как вкопанная. Ольвен успел в последний момент увернуться, чтобы не налететь на девушку и не сбить ее с ног.

Как оказалось, путь беглецам перекрыла другая компания камнеедов, задорно урчавших всего в двадцати шагах от спутников эльфа.

- К бою! - скомандовал Даратас и взмахнул посохом. Ярко-голубая вспышка на миг ослепила Ольвена, уши заложил чудовищный грохот. Белесая стена чистой силы смела камнеедов с пути, раскидав в разные стороны. Несколько из них с диким ревом сорвалось в пропасть. - Дариана сзади!

Девушка успела отреагировать на предупреждение и отразила атаку двух ретивых гигантов, с поразительной быстротой подкравшихся со спины. Однако магия Дарианы только отбросила непробиваемых чудовищ в сторону, не причинив им видимого вреда.

- Уходим! Скорее! - крикнул Даратас, снова раскидывая очухавшихся камнеедов. Проклятые твари только на несколько мгновений выпадали из боя, тут же поднимаясь и снова бросаясь в атаку: ни огонь, ни холод, ни молнии не могли пробить их толстую кожу. - Дариана! Быстрей!

Девушка отразила очередную атаку камнеедов и поспешила присоединиться к магу. Однако в тот же момент сразу несколько гигантов неожиданно оторвались от Даратаса и с молниеносной скоростью рванули к волшебнице.

Дариана не растерялась: взмахнув посохом, она послала в сторону камнеедов убийственный вихрь магии, раскидавший великанов по всей горе. Но в ответ сильный поток воздуха, отразившийся от мощных тел великанов, сильно толкнул девушку в грудь. Не удержавшись на ногах, Дариана рухнула вниз и покатилась по склону холма прямо в пылающий каньон. Волшебница попыталась остановиться, в агонии вцепившись ногтями в холм, но камень оказался чудовищно гладким. Девушка в отчаянии взмахнула посохом и сорвалась в пропасть... Ее полный ужаса вопль еще долго эхом гулял по всему каньону.

Увлеченный схваткой Даратас сначала даже не понял, что произошло... Он еще несколько раз позвал Дариану, а затем развернулся к ней... и никого не обнаружил. Холм был пуст... И только когда маг осознал, чей крик он слышал меньше минуты назад, его сознание парализовала чудовищная мысль... Маг замер и опусти посох, в растерянности глядя на темнеющий провал каньона...

Эльф успел в последний миг броситься магу в ноги, опережая чудовищный удар камнееда. Лапа гиганта пролетела всего в нескольких сантиметрах от макушки чародея - принц сумел свалить мага на камни до того, как чудовище прикончило бы застывшего Даратаса.

- Она же умеет левитировать, - пробормотал маг, когда оказался на камнях.

- Мессир! - взмолился эльф. - Ее уже не вернуть! Надо уходить! Ваша миссия! Мы должно добраться!

Услышав последние слова, маг буквально сразу же пришел в себя. Отстранив от себя эльфа, Даратас отшвырнул насевших камнеедов в стороны, и даже умудрился расплавить голову одному из нападавших.

Отразив атаку еще троих камнеедов, Даратас вскинул руки, на распев читая какое-то заклинание, а затем направил набалдашник посоха на ближайшего гиганта. Взмахнув пару раз руками, он проделал то же самое еще с несколькими чудовищами. Наблюдавший со стороны Ольвен сначала посчитал, что мага охватило безумие, но затем он увидел нечто странное... Те из камнеедов, на которых указал маг, замерли на несколько секунд, словно в нерешительности обдумывая следующий шаг, а затем резко развернулись и с неистовым ревом набросились на товарищей.

Это была знатная рубка. Великаны рычали и от всей своей каменной души дубасили друг друга огромными ручищами. По всей видимости, маг подчинил себе четырех камнеедов и развернул их силу против остальных преследователей. Про чародея и эльфа гиганты как-то сразу забыли и полностью сконцентрировались на взятых под контроль товарищах. Жалеть своих камнееды не собирались. Они лупили бывших собратьев с такой силой, что плоть их трещала и лопалась. Впрочем, соперники тоже не оставались в долгу. За считанные минуты драки трое камнеедов лишились головы, а еще трое ползали без рук и ног... Из подчиненных магу погибло двое. Даратас поспешил тут же восполнить потери и взял под контроль еще троих. Теперь бой шел почти на равных.

- Все... я почти иссяк, - пробормотал маг, тяжело вздыхая. - Уходим. Это задержит их ненадолго. - Даратас стал заваливаться на бок, но принц успел быстро подскочить к нему, подставив локоть. - Спасибо, мой друг...

- Мессир, поспешим, - сказал эльф, поддерживая мага. Тот кивнул и, взяв себя в руки, скорым шагом направился прочь от места несчастной битвы. Среди подконтрольных магу камнеедов уже успели убить двоих.

Даратас шел вперед, мысленно находясь глубоко внутри себя. Он все еще не мог поверить в смерть Дарианы и, какая-то наивная часть его души продолжала надеяться, что волшебнице удалось выжить...

Рыжая река оказалась действительно очень близко. Они не успели добежать всего чуть-чуть... Злость и жуткая обида кольнули сердце Даратаса. Он даже больно закусил губу, не в силах справиться с накатившими чувствами.

- Мессир, идем вброд? - спросил Ольвен, с недоверием рассматривая воду цвета охры. Мутная река была сосем узкой - не больше пятнадцати метров шириной. Изгибаясь, в этом месте она делала большую дугу, затем разворачивалась на северо-восток. Ее воды протекали сквозь горную цепь, проходя почти к самому краю каньона.

- Ни в коем случае... - замотал головой Даратас. - Чуть левее есть гряда. К сожалению, сил на прыжок у меня не хватит... - сзади донесся рев и топот. Видимо камнееды пришли в себя и бросились вдогонку. - Скорее! Только не вздумай касаться поверхности воды! Это чистая кислота.

Ольвен кивнул и направился к указанному месту: благо он сразу же увидел его. Действительно, в этой части реки лежала целая груда камней, почти перегораживавших течение. Впрочем, в большинстве из их зияли черные дыры, через которые спокойно текла мертвая вода.

Эльф достаточно резво переправился на тот берег, проскакав, словно кузнечик, по камням. Даратасу пришлось немного тяжелее: маг устал и перебирался с валуна на валун чуть ли не на карачках. Однако все обошлось - Рыжая река никому не причинила вреда, спокойно продолжив свое течение...

Меж тем первые камнееды показались на том берегу.

- Они действительно не любят воду? - с сомнением посмотрев на жалкую речушку, спросил Ольвен.

- Такую? Да... Воды этой реки попросту растворят их, - серьезно ответил маг. Достав из кармана какой-то черный сосуд, он запустил его прямо в гряду. Только коснувшись камней, склянка тут же взорвалась, раскидав валуны в стороны.

Двинувшие к переправе камнееды разочаровано застонали... Столпившись на берегу, они беспомощно урчали и махали руками. В живых из них осталось семеро...

- Теперь идем... Нечего здесь стоять, - пробормотал маг. Отвернувшись от реки, он тут же замер: перед ним стояло четыре фигуры, затянутые в черные одежды. На головы незнакомцев были накинутые глубокие капюшоны, скрывавшие лица. Пришельцы спокойно стояли, не делая лишних движений. Заметив гостей, Ольвен без лишних слов встал в боевую стойку и замер, ожидая приказа мага.

- Ты, - просипел вдруг один из неизвестных. Его длинный палец указывал на Даратаса. - Ищешь Хантеров. Мы пришли.

- Хорошо, - кивнул маг, оставаясь совершено бесстрастным. Он делал над собой чудовищное усилие, чтобы просто не свалиться на камни от усталости. - Однако мне нужен Диор.

- Он ждет тебя, - ответил неизвестный. - Следуй за нами.

На этих словах четыре черные фигуры отвернулись от мага и его спутника и медленным шагом направились прочь от реки по еле различимой дороге, петлявшей среди холмов.

Переглянувшись, Даратас вместе с Ольвеном последовали за ними. Оставалось только надеяться.

***

Проливной дождь начался как раз в тот момент, когда армия Солнечного королевства начала сниматься с лагеря. Обильные потоки воды безжалостно поливали собиравшихся солдат, промочив все одежды и личные припасы бойцов. Благо общевойсковой фураж остался невредим: предусмотрительное командование приказало магам позаботиться о сохранности груза еще задолго по начала передислокации.

После совета магистров новоиспеченный ординарец успел поспать всего пару часов, прежде чем его растолкал пропахший кислым вином солдат. Спросонья Ромунд не расслышал, что пытался донести до него посланец - ему удалось разобрать всего несколько слов:

- Армия... собираться... идти... Алиса!

Исполнив приказ, воин пулей вылетел из палатки, оставив совершенно разбитого и усталого Ромунда наедине с головной болью и нестерпимым желанием спать.

Услышав шум дождя, юноша, не долго думая, выполз из палатки и подставил воспаленное лицо освежающим каплям. Холодная вода заструилась по взъерошенным волосам, открытому лбу, плотно зажмуренным глазам, медленно стекая в приоткрытый рот... С каждой бодрящей каплей сон постепенно уступал дорогу сознанию, бравшему тело под контроль. Спустя какое-то время Ромунд смог открыть глаза и оглядеться. Как оказалось, весь лагерь находился в активном движении: промокшие солдаты в спешке собирались, складывали палатки и тщательно проверяли амуницию. Видимо, гонец предупреждал о необходимости быстрых сборов...

Защитив себя магией от дождя, Ромунд стал постепенно собираться. Как он не старался, движения давались мучительно медленно: уставшие мышцы никак не желали просыпаться. В итоге он сворачивал палатку и прилаживал ремни к походным торбам дольше, чем собиралось целое подразделение мечников! Пока же он натянул робу и подаренные руководством мифриловые доспехи, воины успели выстроиться, сверить расход состава и начать движение по заданному маршруту.

Наконец закончив приготовления, Ромунд закинул сумки за спину и не спеша направился по протоптанной солдатами дорожке, ведшей через весь лагерь прямо к палаткам начальства.

К неудовольствию юноши, его путь пролегал мимо памятной вчерашним днем ямы и заполненной смердящими трупами виселицы. Зажав нос, Ромунд старался не смотреть в сторону жуткого зрелища, предпочитая разглядывать росшую по обочине тропинки траву, но где-то в середине пути он все же не удержался и глянул на перекладину. Увиденное, привело его в самый настоящий шок. Среди полусгнивших трупов висело посиневшее тело давнишнего знакомого - угрюмого Разводящего...

- Я же говорила, что он не переживет эту ночь, - произнес кто-то за спиной Ромунда. Юноша резко повернулся: перед ним стояла ехидно улыбающаяся Алиса. - Он не умел различать ситуации, когда уместно зло, а когда необходимо добро... - девушка была затянута в простую коричневую робу и грубые кожаные штаны. Все строго и по делу.

- И за это его надо было лишать жизни? - пробормотал ошеломленный Ромунд.

Лицо девушки в миг стало каменным. Подойдя чуть ближе к магу, она внимательно посмотрела в его глаза.

- Он бы вообще не стал задумываться над тем, за что тебя лишить жизни... Такие люди опасны. Они всегда прямо или косвенно служат нашим врагам!

Ромунд выдержал взгляд девушки, но предпочел промолчать. Слишком сильно различались их мнения.

- Ты долго собирался, - сказала Алиса. - Это недопустимо.

Юноша неуверенно кивнул.

- Смотрю, неразговорчивый ты сегодня. Впрочем, это к лучшему. Мы с тобой уходим немедленно!

- Армия, как я заметил, тоже...

- У нас свой маршрут! - отрезала девушка.

Ромунд спорить не стал.

- Ты все собрал?

- Все со мной...

- Хорошо, - бросила Алиса и скорым шагом двинулась по тропинке.

Через несколько минут оба мага покинули пределы пустеющего лагеря и углубились в заросли джунглей.

Не сбавляя темп, Алиса уверенно вела юношу через заросли, огибая множественные овраги и расщелины не хуже, чем опытный следопыт. Ромунд не стал сопротивляться ведущей роли девушки, а спокойно доверился ей, мысленно вернувшись к подробностям прошедшего собрания магистров.

Конечно, его допустили только к части совета, которая в основном, была посвящена его будущей миссии.

Магистр Антонио в своей манере тепло поприветствовал явившихся в количестве пяти человек магистров и сразу же перешел к делу. Он сообщил, что армия Солнечного Королевства через пять часов снимется с лагеря и скорым маршем двинется к Серебряному озеру: по данным разведки именно там союзное войско Республики и Сюреала должно объединить все разрозненные отряды и единой массой двинуться к Кандуру.

- Но Серебряное озеро достаточно большое, - возразил рыжебородый магистр со свежим шрамом на щеке. - Где именно союзная армия соединит силы?

- У Зеленого мыса, - кивнув, ответил магистр Антонио. - Там когда-то был порт Республики, пока варвары не разорили его. Как раз оттуда к Кандуру ведет полузаброшенная дорога: ее состояние, конечно, оставляет желать лучшего, но для использования она вполне пригодна.

- Каковы наши действия? - спросил другой магистр. Его темные волосы были обильно разбавлены сединой.

- Данная часть войска Таргоса нанесет удар по союзной армии прямо у Зеленого мыса. Задача: задержать врага на максимально возможное время. Основные силы Королевства замешкались на Сарумском перевале.

- Какова численность армии? - уточнил еще один магистр. Ромунд стоял позади него и, к сожалению, не видел лица говорившего: только блестящую лысину.

- Через Сарум идет семь тысяч... Большая половина - легкая пехота. Также около пятисот магов. В общей сложности в южной операции задействовано двенадцать тысяч человек. К сожалению, Таргос выделил в основном легковооруженных воинов...

- Ратники Сюреала разнесут всю эту голытьбу в пух и прах... - покачал головой рыжебородый.

- Ну почему же? - не согласился магистр Антонио. - В нашем распоряжении также около пяти сотен отличных магов. Союзной армии придется очень сильно попотеть...

- У союзников до тысячи магов, причем многие из них прошли такую военную школу, которая чародеям Королевства даже не снилась! - горячо воскликнул очередной магистр. В тусклом свете лучины его бледное лицо казалось совершенно худым и истощенным.

- Да, магистр Лион, я знаю... - примирительно подняв руки, сказал Антонио. - Впрочем, давайте же учитывать, что нашей целью является... прикрытие.

- Прикрытие? - хором изумились магистры.

- Именно... Наша задача: создать союзникам достаточные препятствия, чтобы позволить нашим агентам выполнить основную цель южной операции... - Антонио сделал паузу и внимательно посмотрел сначала на Алису, а затем перевел взгляд на Ромунда, добродушно улыбнувшись ему. - Мы должны забрать артефакт, позволяющий варварам управлять Источником.

В шатре повисла тяжелая тишина.

- Кто добровольцы? - наконец, спросил лысый.

- Магистр Алиса и ее ординарец Ромунд, - кивнув в сторону обоих магов, ответил Антонио. Магистры удостоили агентов лишь мимолетными взглядами.

- Блок?

- У обоих... Маги варваров им будут не страшны.

Ромунд нахмурился. С чего это Антонио сделал такие выводы?

- Каков план? - подергивая бороду, поинтересовался рыжебородый.

- Основные силы Королевства сдерживают наступление союзников. Первая часть операции - Зеленый мыс. Далее войска вступят в бой у стен Кандура...

- А варвары? Кто их отвлечет?

- Мы позволим союзникам начать штурм, а затем ударим им прямо в тыл.

- Главное, чтобы у Зеленого мыса не получилось так, как в предгорьях Алтынских гор...

Магистр Антонио недовольно поморщился.

- В тот раз возникла непредвиденная ситуация, - при этих словах Антонио посмотрел на Ромунда и еле заметно усмехнулся. Юноша понял - именно он стал причиной этой непредвиденной ситуации.

Магистры промолчали.

- Алиса, Ромунд, на вас возлагается самая важная функция - достать артефакт из жреческого зала. Если вас постигнет неудача, южная операция потерпит фиаско: все жертвы будут напрасны. Более того, я даже боюсь предположить, что будет потом... Реки крови затопят материк Феб... а затем и весь мир... - Антонио сделал паузу и оглядел собравшихся. - Все планы и карты местности вокруг замка я уже передал магистру Алисе. К сожалению, данные могут быть не точными: наши агенты находились в стрессовой ситуации, когда возвращались с разведки... Возможно, в некоторых местах память им изменила.

Ромунд выругался про себя. Еще чего не хватало! Заблудиться в замке сумасшедших дикарей!

- Предположительно, искомый артефакт находится в так называемом жреческом зале (название условное). Данное помещение расположено под замком, на три этажа ниже первого... Именно там разведчики видели сам Источник и... алтарь, у которого разодетые в яркие одежды люди приносят в жертву молодых дев и почти каждые двенадцать танцуют весьма эмоциональные танцы, совокупляясь затем с другими девушками и друг с другом...

- Садом и Гамора... - пробормотала Алиса.

Ромунду эти слова ни о чем не говорили.

- После жрецы отдыхают до следующего ритуала... В период кульминации маги набирают наивысшую силу, а затем растрачивают всю собранную энергию, которая собирается специальными кристаллами-поглотителями... В этот момент использование какой-либо магии бесполезно - вся энергия просто уйдет в кристаллы... Как вы понимаете, это очень удачный момент для изъятия артефакта... Кстати, он лежит прямо на алтаре.

- Но, магистр, я же маг... - вдруг подал голос Ромунд. - Чем же я буду биться со жрецами?

- Жрецы не окажут вам сопротивления. После множественных сношений они будут находиться в бессознательном состоянии... По данным разведки, стража в этом зале отсутствует.

- Глупость какая-то... Вы говорите о штурме замка, а потом о всяких ритуалах с активными сношениями! - воскликнул бледный. - Вы хотите сказать, что жрецы будут продолжать.... заниматься этим даже тогда, когда замок будет в осаде?

- Они обязаны продолжать, магистр Ильмус... На сколько я понимаю, кристаллы являются источниками всей магии варваров. Более того, я уверен, что во время штурма жрецы будут исполнять ритуал еще более усердно...

- Нам нужно рассчитать время проникновения? - подала голос Алиса.

- Это не требуется. Начало каждого ритуала - в двенадцать часов дня и ночи. Сам ритуал длиться примерно четыре часа. Вы можете проникнуть в замок за час до окончания ритуала...

- А если союзники возьмут замок раньше? - спросил рыжебородый.

- Не возьмут. Они застрянут там надолго... - покачал головой магистр Антонио.

- Хорошо, когда агенты выступят? - лысый почему-то постоянно тер ладони об мантию.

- Под утро, вместе с армией, - сухо ответил магистр Антонио.

- Это все инструкции? - подала голос Алиса. Дождавшись кивка Антонио, девушка продолжила: - Тогда я резюмирую вышесказанное сказанное. Итак, мы должны заблаговременно добраться до Кандура и схоронится где-то в окрестностях до подхода войск Республики и Сюреала. Когда начнется штурм, и основные силы Королевства ударят союзникам в тыл, мы в три часа дня или три часа ночи должны проникнуть в замок и всеми возможными способами пробраться к жреческому залу... К этому моменту жрецы должны отдыхать и не реагировать на внешние раздражители... После того, как мы выкрадем артефакт...

- Вы воспользуетесь вот этим, - маг выудил из кармана небольшой перламутровый камушек. - Одноразовый телепорт. Он доставит вас прямо в ставку королевской армии. Только имейте в виду: использовать это приспособление необходимо вне пределов жреческого зала, иначе кристаллы просто сожрут магию...

- Понятно, - сказал Алиса

- Что ж, внешне все выглядит нормально... - улыбнувшись, сказал рыжебородый.

- Согласен, - кивнул лысый. Все остальные магистры также одобрили сказанное.

- В таком случае, мы больше не должны задерживать нашего ординарца... - проговорил Антонио, и Ромунд не стал заставлять магистра повторять дважды...

- Куда прешь?! - зло прошипела Алиса, схватив Ромунда за рукав. Юноша так задумался, что совершенно перестал адекватно оценивать обстановку. Пребывая в своих мыслях, Ромунд чуть не налетел на внезапно остановившуюся девушку. - Быстро на землю!

Юноша без лишних слов подчинился, уткнувшись лицом во влажную траву.

- Что происходит? - шепотом спросил он.

Алиса не отвечала. Присев на корточки, девушка внимательно вглядывалась куда-то вдаль.

- Нетопыри... - наконец, ответила она. - Штук семь, а может восемь... Жрут мертвечину.

Ромунд поморщился. Мерзкие летучие мыши-переростки отличались чудовищной живучестью. Вообще, любой маг мог справиться один на один с подобной тварью... Проблема лишь в затратах: для окончательного уничтожения нетопыря необходимо использовать добрую часть своих сил. А впереди их ждало около восьми особей... Даже если им удастся одолеть гадов, энергии на дальнейший поход просто не останется.

- Нужно обходить, - твердо сказал юноша. Алиса задумчиво посмотрела на него, а затем быстро кивнула.

- Да... Придется сделать небольшой крюк к югу...- согласилась она. - Идем тихо. Если не будем шуметь, увлеченные едой твари не станут обращать на нас внимание... Даже если услышат.

Магам повезло: нетопыри были очень заняты пожиранием добычи и совершенно не реагировали на внешние раздражители. Найдя разоренную деревню, падальщики просто с ума сошли от доставшегося им количества еды - войска интервентов не знали жалости к врагам, оставляя их тела на съедение жителям джунглей.

Однако в целом маневр оказался не совеем удачным... Доселе относительно пустынная местностью сменилась плотно населенными зарослями. Магам дважды приходилось отбиваться от наглых псоглавцев, решивших закусить человечиной, и еще несколько раз отражать атаки гигантских скорпионов и пауков. Обнаглевшая живность нападала без всяких стеснений: просто лезла на рожон, не считаясь с раскаленными шарами огня и плазмой молний... Впрочем, больше всего неприятностей причинила парочка камнеедов, на которых агенты Отдела напоролись совершенно случайно. Гиганты мирно хрустели валунами на берегу ручейка, когда Ромунд оступился и скатился с небольшого пригорка прямо великанам под ноги - в этой части джунглей местность была сильно пересеченной. Юноша чудом успел увернуться от ударов разъяренных камнеедов. Однако потом ему пришлось совсем туго: чудовища прижали его к воде, и Ромунду пришлось вспомнить все уроки акробатики, чтобы не попасться в лапы камнеедов. Хвала богам Алиса оказалась действительно серьезным магом и сумела зашвырнуть великанов далеко в ручей, чья глубина оказалась достаточно внушительной... Тяжелые гиганты на несколько секунд ушли под воду, а пока они выкарабкивались на берег, маги уже успели удрать. Вообще, этих тварей на Фебе обитало всего несколько десятков, поэтому для встречи с ними нужно было очень сильно постараться.

По пути магам постоянно встречались ужасающие язвы войны: разрушенные деревни, выжженные опушки, наспех сооруженные братские могилы... Приторно сладкий запах, наполнявший измученные джунгли, преследовал повсюду: даже магия не спасала от него! Удручающая картина слишком сильно подействовала на впечатлительного Ромунда. Юноша впал в бесконечное уныние, не решаясь даже на разговор с Алисой, хотя ему было что спросить у своей... начальницы.

К концу дня маги покинули юг и направились строго на запад. Когда окончательно стемнело, Алиса скомандовала привал для быстрого отдыха: разбивать лагерь для сна она точно не собиралась. Впрочем, Ромунд не настаивал - лучше сначала добраться до места и надежно схорониться до прихода армии.

Магия острого зрения позволяла спокойно ориентироваться в темноте и обходить многочисленные овраги: в этой части материка приходилось продираться сквозь буреломы, многие из которых скрывали обрывистые ямы и даже небольшие болотца. Впрочем, это было лишь полбеды. В сгустившемся мраке на охоту вышли ночные хищники... За ночной переход юноша успел наведаться таких кошмарных тварей, что не хватило бы всех слов, чтобы описать пережитый им ужас. Спасибо Алисе - если бы не она, то юноша точно остался бы без головы.

На самом деле о хищниках западных дебрей Феба, находившихся долгое время во власти варваров, было мало что известно, поэтому никаких конкретных методов борьбы против того или иного существа никто не выработал - приходилось действовать по ситуации.

Первый раз беда затаилась в густой и темной чаще. Ромунд только успел поставить ногу на казавшийся надежным корень, как тот резко взвился в воздух и со всего маху хлестнул мага по груди. Юноша лишь сдавленно вскрикнул и отлетел в ближайшие кусты. В этот же миг десятки тонких веревок спеленав его по рукам и ногам. Однако неизвестная тварь не знала, что ее противником стал настоящий боевой маг, ординарец Отдела.

Легким заклинанием Ромунд скинул с себя все сковывавшие его путы и вскочил на ноги, оглядываясь по сторонам. Из куста, к которому пару минут назад Ромунд был прикован, доносилось невнятное бурчание, словно кто-то обижено ругался себе под нос. Ветки кустарника беспорядочно шевелились, словно кто-то активно дергал их снизу.

Ромунд начал медленно тянуться за магическим порошком, намереваясь сжечь подозрительную растительность, но его опередили: яркое пламя охватило суетливый куст и в считанные секунды испепелило его дотла.

- Хватит клювом щелкать! - заорала Алиса прямо в ухо Ромунду. Девушка находилась совсем рядом, но Ромунд в пылу событий даже не заметил ее присутствия.

- Что... что это было? - пробормотал он, виновато поглядывая на магистра из-под козырька шлема.

- Лесной демон, - чуть более мягким тоном ответила девушка. - Существо без какого-либо конкретного телесного воплощения. Чаще всего вселяется в растения, меняет их структуру и караулит свою добычу... Таких тварей берет только огонь. Идем. Еще и не такое можно встретить.

В следующий раз Ромунд чуть не попался на уловку фонарщика - твари из семейства глотов, коварно поджидавшей свою добычу в темноте. Заплутав в зарослях, юноша потерял из вида Алису и даже немного растерялся. Опасаясь привлечь незваных гостей, Ромунд не стал звать девушку и попытался использовать трансферанс - ответа не последовало. Тогда молодой маг решил вернуться обратно по своим следам. Пройдя всего пару шагов, Ромунд неожиданно подметил маленький огонек, ярко светивший в густом мраке. Казалось, крупный светлячок завис в воздухе, задумчиво осматриваясь по сторонам. Юноше сразу захотелось подойти поближе, рассмотреть чудный огонек... потрогать его. Не обращая внимание на хлеставшие по лицу ветки, юноша стал пробираться сквозь плотные заросли, стремясь скорее достигнуть своей цели... Когда он уже был совсем близко и готов был протянуть руку, чтобы осторожно коснуться пальцами ласкового света, яркая молния рассекла ночной воздух, на миг озарив окружавшую растительность, и вошла во что-то большое... Раздался сильный рев, и на месте яркого светлячка возникла огромная морда твари, пасть которой была усеяна острейшими зубами, каждый из которых был не меньше локтя!

Наваждение исчезло, и Ромунд мгновенно отреагировал, воспользовавшись своим любимым заклинанием - изощренная магия Высших Порядков в миг поразила глота, лишив его защиты. Несколько раз дернувшись, тварь затихла - мощные разряды выжгли все его внутренности.

Юноша не двигался. Замерев над телом поверженного врага, Ромунд пытался прислушаться к ощущениям.

- И как же мой ментальный блок? - проговорил он вслух, когда Алиса подошла к нему.

- Фонарщик не пользуется ментальными средствами, - спокойно ответила девушка. - На самом деле он издает особые звуковые волы, которые улавливаются живыми существами на уровне подсознания или инстинктов. Эти звуки привлекают... даже скорее захватывают внимание жертвы и концентрируют его на ярком "светлячке".

- Почему ты не попалась на эту уловку? - прищурился Ромунд.

- Глот может одновременно справляться только с одной жертвой, - задумчиво ответила девушка. - Давай не будет тратить время на пустые разговоры.

Ромунд не стал возражать, однако основательно насторожился. Алиса с первых минут знакомства казалась ему странной, но сейчас недоверие к этому человеку все сильнее крепло в его душе. Слишком многого не договаривает эта особа.

Остаток ночи прошел без каких-либо происшествий. Только один раз огромный мармонт - волосатое четырехрукое создание с маленькими злобными глазками на лохматой голове - попыталось атаковать магов из засады. Но в этот раз Ромунд находился настороже и без лишних эмоций испепелил глупую тварь, заслужив уважительный взгляд Алисы.

К утру путники вышли к южному тракту, чаще именуемому Черным. Не рискуя выходить на дорогу, маги продолжали идти вдоль тракта по зарослям, скрываясь в защитной зелени. Впрочем, все предосторожности были излишни: земли пустовали. Деморализованные и испуганные варвары бежали с насиженных мест к самому сердцу своей страны - непреступной цитадели Кандур. Война вступила в свою заключительную фазу: теперь судьба всего южно-восточного края решится под стенами этого таинственного замка.

- Послушай Алиса... - начал вдруг Ромунд. Почти всю дорогу его заботил один вопрос. - Почему магистр Антонио отказался сообщить мне, какому государству служит Отдел? И вообще... что такое государство?

Алиса, не поворачиваясь к юноше, выслушала вопрос и задумалась на несколько минут.

- Потому что это секретная информация, - наконец ответила она. Ромунд поморщился: весьма оригинальный ответ...

- Но... я, наверное, имею право знать, чьим интересам служу... - попытался подойти с другой стороны Ромунд.

- Ты служишь идеалам. Государство и сам Отдел лишь инструменты, орудия для достижения поставленных целей.

- Что такое государство? - не унимался Ромунд.

- Высшая форма развития клана... племени... В настоящий момент в этом мире есть только два образования, чем-то напоминающих государство: Республика и Солнечное Королевство.

- Напоминающих?

- В начальной стадии...

- Значит... государство есть только в другом мире?

- Больше я не скажу ни слова об этом, - отрезала девушка.

Юноше больше и не требовалось. Слова девушки в некоторой степени подтвердили его догадки.

К середине дня бесконечные заросли закончились, уступив место холмистой местности, усеянной колючими кустарниками. Смысла прятаться уже не было, но Алиса продолжала проявлять осторожность, двигаясь от куста к кусту и не ступая на тракт. Ни зверей, ни людей вокруг не наблюдалось, однако тревога и напряженность наполняли собой воздух... Ситуация накалилась до предела.

Мощные черные башни замка явились магам уже под вечер. Выглянув из-за покрытого густой травой холма, они грозно уставились на незваных гостей, пугая зловещей темнотой бойниц. Редкие факелы, чей тусклый свет едва был виден, возвещали о том, что черное чудовище было не так одиноко и пустынно, как кзалось... Внутри него собрались сотни, даже тысячи людей, возложивших все свои надежды на крепость стен древней цитадели.

Когда маги перешли через холм, замок Кандур открылся им всей своей необъятной силой: огромный прямоугольник крепостных стен, покрытых острыми, словно клыки мармонта, зубцами, опоясывал круглый ствол центрального донжона, увенчанного короной из длинных стальных клинков. В каждом углу прямоугольника располагались целые комплексы башен, соединенных между собой открытыми переходами. Каждая башня или пилон, как выразилась Алиса, представляла собой отдельное укрепление и в случае захвата любой башни из комплекса продолжала оставаться в бою, угрожая противнику как внутри, так и снаружи замка: этому способствовало неравномерное расположение пилонов по отношению друг к другу.

- Жуткое зрелище... - пробормотал Ромунд, не отрывая взгляда от замка. Несмотря на то, что расстояние до стен цитадели составляло не меньше двух километров, замок представлялся просто исполинским. - Неужели союзники действительно верят, что способны взять эту громадину?

- Они уничтожат замок... и выжгут все внутри: и людей, и все, что с ними связано...

- Но разве Сюреал не планирует обосноваться на этих землях?

- Планирует... Но для начала их интересует то, что под замком.

Чуть свернув к востоку, спутники спустились с холма и зашли в небольшую рощу. Внимательно просканировав пространство, Алиса удовлетворительно кивнула и скомандовала разбить лагерь: выставить охранные круги и ловушки.

Когда все необходимое было сделано, Ромунд успел только расстелить походный матрас, предварительно нагрев его, как все его тело затребовало скорейшего сна. Улегшись, юноша пару раз кинул взгляд на суетившуюся вокруг своей походной торбы Алису, и буквально за считанные мгновения заснул.

Очнулся он среди ночи. Какая-то странная сила вырвала его из глубокого забвения, вернув к реальности. Ошалело оглядевшись вокруг, Ромунд обнаружил сидящую рядом с костром Алису, задумчиво наблюдающую за игрой огня. Похоже, девушка даже не ложилась.

- Почему не спишь? - спросил он заспанным голосом.

- Не хочу, - бросила девушка, не отрывая взгляд от пламени.

- Странно... зачем я проснулся... - недовольно пробормотал Ромунд Все тело ломила усталость, а веки постепенно наливались тяжестью... Но зачем-то же он проснулся!

- Лучше спи дальше, - посоветовала Алиса. - Завтра будет тяжелый день.

- Алиса, можно вопрос? - вдруг неожиданно для себя обратился к девушке Ромунд.

- Можно. Но не обещаю, что отвечу.

- Алиса, что будет дальше с артефактом, когда мы его достанем? Кому достанется сила, которую мы хотим отобрать у других? - чеканя каждое слово, спросил Ромунд.

Девушка медленно повернула голову к юноше.

- Мы передадим его командующим... и Командор позаботится о сохранности...

- Сила не может храниться... - перебил девушку Ромунд, чувствуя, что не получит адекватного ответа, - никем и ничем. Она создана для того, чтобы действовать... Верить в лучшее я давно перестал. Остается надеяться, что наши труды не послужат злу, - произнес юноша и через пару секунд провалился в сон. Алиса же так и осталась сидеть рядом с костром, внимательно вглядываясь в умиротворенное лицо спящего ординарца.

***

После взятия варварской крепости согласно распоряжению Багратиона бойцам было выделено пару часов заслуженного отдыха. Солдаты, маги Сюреала и выжившие чародеи Республики спустя несколько минут после боя забрели под навесы самодельных палаток и по большей части провалились в счастливые объятия сна. Лишь немногие позволили себе потратить пару минут на латание ран и в скорейшем времени присоединились к уже отдыхающим товарищам.

Единственным человеком, который не мог так просто отрешиться от недавних событий и спокойно заснуть, был Харгул. Усевшись подле спящих бойцов своего десятка, он отрешенно блуждал взглядом по земле, не смея поднять взор на руины пылающей крепости. В его ушах все также стоял многоголосый вопль сгоравших под горой людей...

Казалось, что весь мир сошел с ума...

Эмми проснулась за полчаса до общего подъема. Вокруг нее вперемешку лежали потчующие солдаты. Стояла непробиваемая тишина, лишь изредка нарушаемая громким треском горящих останков варварской крепости.

Протерев глаза, девушка увидела сгорбившуюся фигуру Харгула, мерно раскачивающуюся в такт дыханию груди. Бледный командир перебирал в руках кусок серой ткани, проводя ей по пальцам и ладоням, словно стараясь стереть с нее налипшую грязь.

Подойдя к десятнику, девушка присела рядом и долгое время молчала, разглядывая напряженное лицо Харгула. На его лбу и висках выступили вздувшиеся вены, а густые брови были сдвинуты к переносице. Эмми понимала его состояние, но старалась убедить себя, что сотворенное в том числе и ее руками было необходимо во благо общему делу. Впрочем, все объяснения и самовнушения были тщетны: слишком ужасным было деяние, чтобы найти для него подходящее оправдание.

- Мои руки... все в крови! - хриплым голосом проговорил Харгул. - Посмотри! Я не могу их очистить! - воскликнул он, протягиваю девушке раскрытые ладони: они были чище, чем у младенца.

Девушка осторожно коснулась рук Харга, прижав их к груди.

- Харг, пойми, - проговорила девушка. - В жизни порой приходится делать выбор... и, к сожалению, не всегда самостоятельно. Ты был лишь орудием...

- Это никак не снимает с меня ответственности за содеянное! - раздраженно процедил сквозь зубы Харгул. - И никогда не сможет снять ее с меня! Другой выбор был - умереть! Но я струсил, предпочтя смерть сотен невинных! Нет Эмми! Мы все виновны в случившемся, и когда-нибудь ответим за свои злодеяния! - на этом десятник отдернул руки от девушки и отвернулся, давав понять, что разговор окончен.

Эмми где-то минуту молчала, а затем вкрадчиво проговорила:

- Это свершилось бы с тобой или без тебя! А твоя смерть не решила бы проблему!

Подъем сыграли буквально сразу после ее слов. Кряхтя и ругаясь, воины стали просыпаться и с большой неохотой собираться в путь. Только через полчаса объединенный отряд собрался и под резвую солдатскую песню покинул лагерь, направившись по заданному командирами маршруту. Десяток Харгула шел в полном молчании: усталость и растерянность читались в глазах ребят.

К вечеру отряд встретился с другим подразделением Сюреала, еще более многочисленным. Объединив порядки, бойцы двинулись дальше, задержавшись лишь на краткий миг братаний и дружеских похлопываний.

Уже ближе к ночи в строй влилось еще несколько отрядов Сюреала, и по джунглям зашагало не меньше тысячи вояк. На привале выяснилось: враг полностью разбит, а разрозненные части союзной армии движутся к всеобщему объединению у Зеленого мыса.

Всю ночь армия пробиралась сквозь джунгли, постоянно пополняясь новыми подразделениями. Неприятель же в ужасе бежал, не в силах противостоять вездесущим войсками союзной армии: выбранная генералами тактика полностью оправдала себя - все вражеские силы были либо уничтожены либо деморализованы и обращены в бегство. Выжившие больше не помышляли о сопротивлении вне спасительных стен Кандура. Страна диких варваров лежала у ног Сюреала и Республики. Никогда и никто не достигал такого успеха в борьбе с варварами Одера-Табу. Осталось сделать последний, решительный шаг на пути к полной победе.

Воды Серебряного озера, омывавшие пологие берега Зеленого мыса, встретили армию умиротворенной гладью утренней гармонии. Ветра почти не было, и даже легкая рябь не смела нарушить спокойствие водной стихии: поверхность прекрасного озера слегка блестела в лучах восходящего солнца, продолжая оставаться незыблемой.

Отдельные союзные части уже стояли на берегу - их дружественные стяги развивались совсем близко впереди... Пахло едой: запахи готовящейся снеди не оставили равнодушным ни одного бойца! Усталые и голодные вояки, не сговариваясь, прибавили шагу, найдя силы даже после долгого и утомительного ночного перехода: всем не терпелось присоединиться к счастью всеобщего объединения. Судя по ароматам, генералы приказали поварам потрудиться на славу.

Кто-то из солдат на радостях затянул старую похабную песню, от которой щеки Эмми налились краской. Расчувствовавшиеся ребята подхватили слова и вся тысяча с лишним вояк принялась горланить всевозможные непотребства и пошлости, с удовольствием растягивая и смакуя каждое слово. Доселе молчаливые ребята из десятка Харга поначалу недоуменно и смущенно улыбались, а затем присоединились к общей радости: командиры не стали одергивать воинов - пусть немного сбросят напряжение.

Шагавший рядом с Эмми Шип закурил трубочку, продолжая напевать слова песни себе под нос. Девушка лишь продолжала улыбаться, но не стремилась помочь бойцам в распевании куплетов, которые уже пошли по третьему кругу.

- Что же ты, Эмми? Твой звонкий голосок был бы весьма кстати! - заявил Шип, стараясь спрятать ухмылку.

- Не думаю, что ребятам требуется помощь. У них и так неплохо получается, - рассмеялась Эмми.

- Да, вполне... И он пришел, а она там... да... вся такая... та та та... - Шип все же постеснялся пропеть куплет девушке в лицо. - Кстати, ты значительно сбросила... Выглядишь классно!

- Врун, - поморщилась девушка. Впрочем, она и так знала, что нервы сожрали все ее недостатки...

- Да, наверное, - честно согласился Шип. - Еще бы немного косметики...

- Вот сволочь! - расхохоталась Эмми. - Ты просто неисправим!

- Возможно, - подмигнул юноша. - Я не Ромунд, комплементы говорю плохо... Чаще получается сказать правду...

- Что не всегда к месту, - лицо девушки в миг потускнело. Напоминание о Ромунде больно кольнуло под сердцем. Шип закусил губу и замолчал, в который раз отругав себя за свою излишнюю болтливость.

Эмми поникла головой. Грусть так сильно сдавила душу, что девушке захотелось плакать... рыдать, вопить... от безысходности. С каждым днем надежда на возвращение возлюбленного улетучивалась. Каждый день приносил только пустоту.

Неожиданно Эмми споткнулась на ровном месте и чуть не упала. Вовремя среагировавший Шип подхватил девушку, не дав ей растянуться в грязи... И в этот миг воздух наполнился свистом. Тут же упало несколько солдат, раздались крики раненных... Спустя пару секунд землю сотрясло несколько взрывов. Кто-то сгорел заживо....

Все маги в срочном порядке активировали защитные заклинания и приготовились к бою. Благо враг не прятался: сотни и сотни солдат со штандартами Солнечного королевства рвались из джунглей, обнажив клинки наголо. Воздух наполнился запахом жженого мяса.

Бой закончился также быстро и неожиданно, как начался. Поначалу войскам Таргоса удалось внести некоторую неразбериху в ряды союзных войск, прижав их нестройные порядки к воде. Однако затем весь лагерь союзников в кротчайшие сроки сконцентрировал все имевшиеся силы и не позволил неприятелю развить успех. Завязалась тяжелая позиционная борьба: никто из сражавшихся не сдавал и метра земли, упорно сопротивляясь на всех участках фронта. Дистанционная битва магов подожгла окружавшие Зеленый мыс джунгли, а вода у берегов вскипела. Казалось, обе армии будут драться до последнего солдата.

Исход сражения решило совершенно нежданное никем из участников битвы появление Северного Легиона Республики. Стальные центурии известного всему миру элитного подразделения Умрада выскочили из полыхающих дебрей и стремительно атаковали воинов Солнечного королевства прямо в тыл. Опешивший неприятель очень быстро потерял всякий интерес к драке и поспешил прочь...

Позорное бегство обернулось для врага настоящей бойней: бойцы Северного Легиона секли сокрушенных тарговцев еще добрые пять километров, не щадя никого.

В итоге союзная армия отделалась лишь легким испугом, в войско Солнечного королевства понесло тяжелые потери: не меньше двух тысяч солдат сложили свои головы у берега и около пяти сотен попали в плен. Всех захваченных воинов было приказано срочным образом умертвить: командование не намеревалось осложнять дальнейший путь лишними хлопотами вокруг пленников.

Союзное войско не досчиталось трех сотен бойцов. Большинство погибло при первой атаке неприятеля и лишь часть во время самого сражения: воины Таргоса в основном были плохо вооружены и малообучены, поэтому противопоставить опытным бойцам Сюреала и Северного (или Седьмого) Легиона им было нечего. Вера и надежда в короля не сильно помогли в битве.

- Ты скоро будешь похож на сито, - усмехнулся Стимп, латая очередную рану Шипа. И в этом бою этот храбрый юноша не избежал встречи с вражеским подарком. На этот раз арбалетный болт попал прямо в плечо, раздробив кости: лекарю десятка пришлось серьезно потрудиться над здоровьем несчастного мага. - Но пока можешь жить.

- Спасибо, - прохрипел бледный Шип. Несмотря на излечение, он чувствовал себя совершенно скверно.

- Пей настойку. Завтра к утру будешь как огурчик, - подмигнув, сказал Стимп и направился к другому раненому - не меньше дюжины воинов еще дожидались своей помощи.

Уставшая Эмми сидела рядом с Шипом и трясущимися от усталости руками стирала мокрой тряпкой грязь с лица.

- Ты молодец... Если бы не твой щит, человек сорок накрыло бы, - пробормотал Шип, отстраненно наблюдая за сновавшими во все стороны солдатами. Армия, наконец-то объединилась, и сейчас воины разбивали палатки, заново складывали костры, готовили пищу. Генералы решили, что раньше завтрашнего дня выдвигаться не имеет смысла.

- Спасибо, - кивнула девушка. Этот щит стоил ей серьезных сил.

- Итак, встречайте пополнение! - заявил невесть откуда взявшийся Харг. Сразу после боя его вызвали в штаб главнокомандующих, и до этой минуты его никто не видел.

Рядом с десятником стояло пятеро чумазых магов, одетых в красные робы мастеров огня. Все они выглядели уставшими и чем-то недовольными.

- Что-то рожи у новичков перекошены. Невкусный завтрак? - пробурчал хмурый Мевелин. Он единственный, кто после боя чувствовал себя прекрасно.

Все члены пополнения очень сурово поглядели в сторону дерзившего мага, но тот спокойно выдержал взгляд, даже слегка улыбнулся, едко и противно.

- Мы тебе сейчас таких новичков покажем...- прошипел один из них, самый высокий и широкоплечий с копной густых черных волос.

- Мне уже скучно, - усмехнулся Мевелин.

- Так-так, притормозили... - поднял вверх руки Харг. - Нам предстоит еще долго ворошиться в этом дерьме, причем вместе. Поэтому необходимо полное взаимопонимание в строю...

- А кто же против взаимопонимания? Мы как раз сейчас все и проясним, - пожимая руки, проговорил здоровяк и в следующий миг согнулся пополам - Харгул без лишних эмоций пнул его ногой прямо в грудь, от чего у солдата сперло дыхание. Завалившись на землю, маг изо всех сил пытался отдышаться.

- Еще раз хотя бы одна мразь перебьет меня... - еле слышно проговорил десятник, не закончив фразу, однако, каждый прекрасно понял, что хотел сказать командир. - Значит, располагаемся все вместе, палатки ставим рядом, жрем из одного котла. Если будут вопросы насчет взаимопонимания, обращаться прямо ко мне - я всем все доходчиво объясню. Ясно?

Солдаты неслаженно пробормотали что-то в ответ.

- Вам все ясно, вашу мать? - заорал вдруг Харгул и стоявший ближе всех к нему маг даже отпрянул от неожиданности: слишком быстрым был переход от спокойного состояния к взбешенному.

На этот раз все бойцы ответили громко и хором.

- Отлично. Располагаемся, - сказал Харгул и, подняв с земли свои торбы, направился раскладывать палатку.

Резкое вмешательство десятника в ситуацию разрядило атмосферу, вернув сознание воинов к своим проблемам. Все устали и не хотели лишних разборок. Также решил и здоровяк, переведший дух после знатного пинка Харгула. Он еще долго не мог взять в толк, как же так быстро и умело десятник провел свой удар. Все же громила Джо считался одним из лучших борцов в своей центурии.

Весь остаток дня прошел в совершенном безделье, если не считать сытного ужина, сготовлено неутомимым Стимпом для всего десятка. Для его принятия всем бойцам пришлось оторвать себя от теплых матрасов и усесться поближе к костру, на котором готовилась каша с мясом.

Лекарь знал толк в кулинарном деле и сготовил такую снедь, что настроение всех бойцов необычайно улучшилось. Все разногласия как-то сразу улетучились, и в процессе ужина маги десятка перезнакомились друг с другом и даже завели отдельные разговоры за жизнь. Молчание хранил лишь угрюмый Мевелин, однако он не нравился не только ребятам из пополнения...

Утро началось под знакомые звуки утренней побудки. Солдаты медленно и нехотя вылезали из палаток, слушали ругань командиров, медленно собирались, раскуривали потрескавшиеся от времени трубочки. Примерно через час армия совершила все необходимые приготовления и выступила в путь.

За весь прошедший период войны союзное войско потеряло до полутора тысяч убитыми, в числе которых было четыре сотни солдат Тринадцатого легиона Республики. Однако столь неожиданное пополнение в виде Седьмого или Северного Легиона почти полностью восстановило все бреши в рядах, и союзная армия в полной боеспособности двинулась к последнему оплоту врага. А он действительно был последним - земли варваров пустовали. Почти все деревни были брошены, а все укрепления, в большинстве с воем сосредоточенные в приграничных областях, сейчас лежали в руинах.

Переход занял около двух дней. На утро третьего дня армия вышла из джунглей на отрытые местности юга и очень скоро добралась до Черного тракта. По грунтовой дороге передвижение пошло гораздо быстрее, и спустя пару часов на горизонте появились пилоны замковых башен Кандура. Уже к вечеру цитадель была осаждена. Командование приказало войскам отдыхать и настраиваться на скорый штурм. Варвары же оставались все время безмолвными. Только несколько огоньков в сторожевых башнях робко приветствовали незваных гостей. Наступило затишье перед бурей.

***

Ежегодная ярмарка Бангвиля гремела на всю округу, привлекая людей со всех окрестных земель. Город сиял разноцветными огням магических ламп, причудливых фонарей и искусно выполненных гирлянд. Повсюду слышался трест хлопушек и взрывы фейверков, а чудесная музыка окутывала город, плавно растекаясь далеко за пределы высоких стен. Горожане вперемешку с приезжими сельчанами и ремесленниками от души развлекались на центральных площадях, набивая животы отменной едой и хорошей выпивкой. Цены на все товары были снижены втрое, а все пошлины и сборы отменены вовсе. Простому люду, с трудом сводившему концы с концами, этот день казался истиной манной небесной - в такие моменты многие снова начинали верить в богов и надеяться, что они все же помнят и не забывают несчастных детей своих.

Однако как только союзная армия Нейтралз, Остермана и остатков северных кланов появилась на горизонте, веселье очень быстро сменилось на тревогу, а затем и вовсе переросло в панику. Народ с криками прятался в домах, наглухо запирая двери и ставни, торговцы спешили спрятать свой товар в повозках, а повозки на складах и амбарах редких счастливцев - цены за укромное местечко в миг выросли до небес. Артисты, менестрели и простые бродяги напрашивались в дома, оббивали пороги таверн или просто забивались в темных углах, стараясь убраться с открытых улиц и площадей. Многие слишком хорошо знали, чем чреваты клановые разборки - оставаться вне спасительных убежищ было сродни самоубийству.

К сожалению, в этой суматохе не обошлось без жертв: нескольких детей затоптала обезумившая от страха толпа, некоторые неудачники лишились жизни за ключи от своих домов, а кое-кого просто так забили до смерти, повинуясь общей атмосфере безумия и паники.

Яр видел все это непосредственно из самой гущи событий, застигшей его на одной из главных улиц. К своему неудовольствию, он не успел во время вернуться к схрону и теперь был вынужден пробираться к своим сквозь суету и неразбериху.

В город он попал в составе диверсионной группы, прошедшей за стены под видом бродячих артистов. Пьяная стража мало интересовалась происходящим, пребывая в счастливых объятиях хмельных богов, поэтому никаких особых препятствий не возникло.

Согласно плану Строгонова, группа заняла специально заготовленный для подобных случаев подвал и принялась прощупывать внутреннюю обстановку города. Налаживались старые контакты, проводились важные встречи, собиралась вся необходимая информация о политической обстановке в городе, численности и готовности войск Совета, состоянии укреплений.

Начатая утром работа к вечеру была почти закончена: как оказалось, Строгонов заранее по каналам трансферанса предупредил своих сторонников, и те успели подготовить большую часть сведений до прихода группы в Бангвиль. Яра же Строгонов отослал на внешнее наблюдение, приказав изучить некоторые районы города непосредственно на месте. Такое же задание получил и Данила, однако, с указанием других мест разведки.

Яр с точностью исполнил сказанное и уже возвращался, когда наткнулся на одно удивительное представление: очаровательно прекрасная девушка в белоснежном шелковом платье кружила в танце сразу с двумя статными красавцами, умудряясь попутно тянуть слова старинной романтичной песни. Яр так засмотрелся, что совсем позабыл о времени сбора - именно к назначенному часу объединенная армия должна была подойти к стенам города, обозначив серьезность намерений. Согласно дальнейшему плану, Совет Бангвиля должен был собраться на чрезвычайное совещание, инициированное соратниками сеньора Глефы, на которое будет приглашен сам Строгонов, уполномоченный говорить от лица всех членов объединенной армии.

Ассасин опомнился только тогда, когда вокруг забегали перепуганные люди. Мысленно отругав себя за нерасторопность, Яр скорее поспешил уйти с улицы. Чтобы избежать лишней толкотни, наемник взобрался на крышу одного из жилых домов и направился к намеченной цели уже по карнизам жилых строений, плотно прилегавший друг к другу и образовавших цепочки вдоль главных улиц Бангвиля.

С опозданием на целых полчаса Яр все же добрался до нужного места и, проверив хвосты, спустился в подвал малоприметного двухэтажного дома, такого же, как и десятки других на этой улице.

Внутри горел тусклый свет лучин, и пахло мужским потом. Стоило Яру войти, два бойца с арбалетами в руках тут же вынырнули из темноты, направив оружие на Яра. Ассасин поспешил назвать пароль и проскользнул дальше.

В единственной комнате сидело шесть человек: широкоплечий Строгонов, занявший место за полусгнившим столом, два воина-охранника, сидевших по обе стороны от главнокомандующего, а также трое неизвестны в темных балахонах с накинутыми на головы капюшонами.

При виде неизвестных у Яра все внутри похолодело. Он сразу понял, что это за гости пожаловали к ним.

- Отдел крайне не заинтересован в усилении позиций Ордена в центральной части материка, - говорил один из этих людей, сидевший по середине между своими товарищами. - Необходимо задержать их армию у стен Бангвиля.

- Задержать? - легкая усмешка коснулась губ Строгонова. - Вы обещаете помощь?

- Не исключено, - голова человека качнулась. - В любом случае, Орден не должен овладеть городом.

- Очень многое зависит от Совета. Если он примет решение о сопротивлении, то мы сможем помериться силами с врагом, - Строгонов говорил медленно, делая акценты на словах, казавшихся ему значимыми. - У Совета двенадцать тысяч мечей в полной готовности. У нас еще четыре...

- Ренессанс приведет не больше шести тысяч... - немного подумав, агент Готикс добавил: - Они будут здесь через два часа.

- Однако если Совет не решится...

- Вряд ли у Совета есть выбор. Это мертвый орган, - подал голос другой человек в балахоне. - Либо ваши сторонники возымеют влияние на большинство, либо приспешники Ордена - третьего не дано.

- А что собирается делать Отдел в случае, если Бангвиль падет к ногам темных? - прищурившись, спросил Строгонов.

- Эта информация не подлежит разглашению, - ответил после не долгого молчания центральный гость.

- Что ж, - пожал плечами главнокомандующий, - тогда порешили: от вас мы ждем пятнадцать голосов на Совете...

Агент Готикс утвердительно кивнул.

- Однако... - начал было фразу Владимир, но затем резко замолчал. Привстав со своего стула, главнокомандующий стал внимательно к чему-то прислушиваться - его рука медленно потянулась к мечу на поясе.

Яр слишком поздно понял, что насторожило Строгонова - едва слышимые звуки голосов, доносившиеся от входа в подвал... Ассасин поначалу принял их за тихий разговор охранников... Но затем разобрал знакомые слова заклинаний!

Чудовищный взрыв ослепил его, оглушив и отшвырнув к противоположной стене комнаты. Сильно ударившись спиной об камень, Яр упал на пол. От боли ассасин даже на несколько секунд потерял сознание, а когда очнулся, то перед плывущим взором замелькали какие-то темные фигуры, во множестве заполнившие подвал. Звуков он не слышал - полная глухота накрыла его после взрыва.

Юноша попытался встать, но его неожиданно придавило чье-то дергающееся тело. Нечто горячее брызнуло в лицо. Затем кто-то огромный завис над ним, последовал удар и наступила тьма...

Что-то медленно капало в дальнем углу, раздражая сознание. Яр несколько раз возвращался из небытия в реальность, проваливаясь обратно во мрак. Когда он окончательно пришел в себя, все органы чувств одурели от нахлынувших ощущений: каждая частичка тела оживала, вдоволь смакуя последствия взрыва. Яр тихонько застонал - боль была непереносимой. Ко всему прочему руки были прикованы к стене, а ноги к полу - принять удобную позу не представлялось возможным. От боли хотелось взвыть...

- Потерпи, это пройдет, - сказал знакомый голос.

Яр огляделся: у стены горел один единственный факел, тускло освещавший каменные стены узкой камеры и толстые решетки на входе. В таком свете было трудно разглядеть что-либо, но Яр прищурился и увидел, что в дальнем углу темного помещения сидела знакомая коренастая фигура. Строгонов!

- Что... произошло? - прохрипел Яр.

- Нас раскрыли... - сплюнув, ответил Владимир. - Предательство...

- Кто? Кто посмел? - Яру было очень тяжело говорить.

- Не напрягайся, сиди спокойно. Последствия лечения еще полчаса будут ощущаться.

- Лечения?

- Да, нас с тобой с того света достали. Мы нужны им живыми.

- Нас сильно потрепало?

- Думаю, да... Хотя почти ничего не помню - меня очень сильно огрели по голове. Впрочем, лекари у них отменные - быстро нас залатали. Только ребят не стали и агентов Отдела тоже. Впрочем, двое из них покончили с собой по собственному желанию, когда их приперли к стенке. Да, да, при помощи своих пузырьков.

- Да уж... - пробормотал Яр, пытаясь сквозь силу справиться с болью. Надо сказать, постепенно действительно становилось легче.

- А ты чего своим не воспользовался? - через минуты молчания, спросил Строгонов. Даже отсюда было видно, как блеснули глаза.

- Что? - в недоумении пробормотал Яр.

- Да брось. Я знаю, ты работаешь на Отдел. Твоя миссия была полностью согласована с агентом Данфером.

- Я не понимаю...

- Ян, будь добр... Хотя бы сейчас перестань врать. Отдел изначально предполагал развитие Ордена в Северных землях, предпочтя контроль над действиями главного врага свободе разрозненных шаек. Никто ведь не знал, что на Севере возникнет сопротивление.

- Владимир, я...

- В твоей истории изначально был один, но самый главный изъян: ты смог уйти от Отдела. В принципе, это изначально невозможно. Все, кто попал в сферу интересов Готикс никогда не смогут спрятаться от его вездесущего ока. Никто. Будь ты хоть самым хитрым наемником или могущественным магом.

Они взяли тебя и предложили выбор: либо ты работаешь на них, либо тебя аккуратно разбирают по частям и оставляют гнить в ближайшей канаве. Естественно, ты выбрал первый вариант. Однако агентом тебя не сделали. Лишь наняли... за бесплатно. И постарались внедрить в Орден: у них уже была проторена туда дорожка - некий Данфер стал доверенным лицом Отцов. Он же посодействовал твоему принятию. Именно твоими руками в последствии были ликвидированы неугодные Отделу и Ордену лица Бангвиля и Санпула. Впрочем, все это выглядело бы нелогично, если бы не одно но... Все, что делалось от имени Ордена, служило интересам Отдела, и доверить столь важные дела магистры Отдела могли только одному человеку: самому лучшему ученику школы ассасинов Шепростана. Ведь так, Ян?

Яр молчал. Прислонив голову к стене, он спокойно смотрел на сидевшего Строгонова, внимательно слушая его рассказ.

- Твоей последней миссией стало уничтожение одного нежелательного субъекта - чересчур зарвавшегося сеньора Глефы, вздумавшего перекроить порядки Севера... И около полугода назад ты приступил к реализации личного поручения Данфера. Но за это время ситуация успела сильно измениться... Всячески оберегаемое детище Отдела вышло из-под контроля, принявшись вести свою собственную игру. План по захвату Севера был столь быстро реализован, что Отдел просто не успел отреагировать. Данферу ничего не оставалось, как продолжить играть свою роль до конца, безропотно выполняя волю Отцов. Отдел оказался полностью не готов к столь скорому продвижению Ордена и более того, к его категоричным методам захвата территории. Все пошло совсем не так, как планировал командор и его магистры. Проще говоря, они облажались... Поняв это, они поспешили предпринять экстренные меры к формированию сопротивления на Севере... К счастью, к этому времени тебе не удалось реализовать задуманное...Агенты вышли прямо на меня, предложив хорошие условия сотрудничества и поделившись нужной информацией. Теперь я им оказался нужен позарез.

Строгонов замолчал, переводя дух после долгой речи. Яр все также оставался спокойным и не выражал никаких эмоций.

- На самом деле, Ян, мне долго не удавалось взять в толк, зачем Ордену нужны все эти сложности. Скажу тебе больше: на этот вопрос вообще невозможно ответить точно, не зная, что такое Отдел и какова его миссия на нашей грешной земле. Лично на мой взгляд, это просто сборище фанатиков, мечтающих править миром и пробующих разные формы контроля. Ведь когда-то они помогали и Святой Инквизиции, и Ренессансу, и Хранителями вместе с Сюреалом, и даже мелким кланам Севера. Их кидало из стороны в сторону: от многополярности до централизованного режима. На сколько я понимаю, последний проект - всецело подконтрольный Орден, интересный своей сплоченностью, широкими связями и продуманной структурой... Магистры надеялись с его помощью объединить разрозненные силы материка, приведя порядок на Гиперионе к единому знаменателю... Однако фанатичность Отцов отказалась куда более серьезным фактором, чем предполагалось изначально. Отдел позволил себе слишком сильно отпустить вожжи, понадеявшись на влиятельность Данфера...

- Откуда ты знаешь его? - подал вдруг голос Яр.

- Когда-то он курировал вопросы поддержки кланов Севера... Мы с ним неплохо общались, даже выпивали вместе...

- И к чему весь твой рассказ?

- Так... от нечего делать. Захотелось поговорить перед смертью...

- Что ж, время действительно подходящее для откровенных разговоров... Могу сказать тебе, что ты прав во всем кроме одного: Данфер не стал безропотным исполнителем. Он предал Отдел и взял дела Ордена в свои руки. Отцы полностью попали под его власть, превратившись в кукол... Именно он разработал весь сценарий разыгравшейся драмы на Севере. И решение о твоем устранении тоже принял он - как раз таки у него не было иллюзий по поводу беспомощности северных шаек.

- Интересно... И что же ты не доделал начатое и не вернулся к Данферу? - слова Строгонова сквозили ничем нескрываемой злостью.

- Данфер сумасшедший. Он заигрался, потерял нюх... Идти против Отдела - самоубийство.

- И когда ты понял это? - усмехнулся Владимир.

- Когда агенты Готикс снова вышли на меня в Ватрад Вил. Пришлось сообщить им все о Данфере и вернуться в строй... Все же от Отдела не уйти. Он везде. А у Данфера руки коротки.

- Это пока...

- Я не верю в Орден. Вся его быстрая война строилась на неожиданности... Теперь час икс пройден. Сейчас Отдел расправит крылья и раздавит наглого таракана...

- Если Орден осядет в Бангвиле, то выбить его с Севера будет очень сложно.

- Думаю, Отдел найдет способы. Все же за время своих экспериментов они многому научились. К тому же я очень сомневаюсь, что это простое сборище фанатиков.

Оба человека замолчали. Тягостная тишина повисла в темной камере. Только звук падающих капель, отражаясь от стен, эхом разносился по помещению, убегая прочь за решетку и теряясь где-то во мраке туннельных переходов. По всей видимости пленников затащили на самое дно подземных казематов Бангвильской тюрьмы - места, где содержались самые опасные политические преступники.

- Трудно верить твоим словам, - медленно проговорил Строгонов. - Слишком много вранья, слишком много темных дел за твоей душой...

- Да мне плевать, Владимир, веришь ли ты мне или нет, - ответил Яр. - Я привязан к Отделу, а не к тебе. Пока ты нужен чекистам, я не ударю в спину...

- Интересными словами ты бросаешься, - усмехнулся Строгонов. - В моем мире это обозначало принадлежность к особой службе безопасности...

- В моем тоже, - сухо бросил Ян. А затем на забытом диалекте произнес: - земляк.

Удивленный Строгонов хотел было что-то сказать, но тут же осекся - стены темницы несколько раз ощутимо тряхнуло.

- Что это? - вырвалось у Владимира.

- Судя по всему, взрывы... - спокойно ответил Яр. В такт его слов землю сотрясло еще несколько раз. Даже здесь, на глубине, толчки были весьма ощутимыми.

- Неужели Совет все же не сладил с Орденом?

- Не думаю...

Из глубины темных коридоров донеслись быстрые шаги. Строгонов сначала подумал, что это ему померещилось, но затем полумрак казематов озарила вспышка зажженного факела... Перед решеткой возникла фигура...

- Данила! - обрадовался Строгонов. - Мой старый друг! Ты все же нашел нас! Ты достал ключи? Скорее! Надо выбираться.

Но Данила молчал и бездействовал. Глубокие тени залегли на его лице... Глаза смотрели куда-то в сторону.

- Данила? - нахмурился Строгонов. - Что-то не так?

Из угла, где находился Яр донесся тихий смех.

- У него есть, что сказать тебе, Владимир. Давай, Данилушка, не тяни... Расскажи своему сеньору...

- Расскажи что? - Строгонов чувствовал, как скрутило живот. Слишком нехорошие предчувствия посетили его.

- Не стесняйся, брат, все свои, - продолжал усмехаться Яр. - Давай, не томи, скажи своему сеньору, кто сдал его с потрохами...

- Данила?! - у Строгонова перехватило дыхание.

- Я устал, Владимир, - вымолвил наконец охотник. - Я не верю в успех этой компании - твое предприятие бессмысленно, все кто пошли за тобой - обречены. А я не хочу себе такой участи. Я достаточно повоевал за свой век, и за идею, и за деньги... Теперь же я хочу покоя.

- Что они предложили тебе? Сколько я стою? - процедил сквозь зубы Строгонов. Сжав кулаки, он со всей силы навалился на оковы, желая сорвать их и броситься к предателю, но добротная сталь не поддалась. - Говори! Что они предложили взамен, ублюдок?

Данила поморщился.

- Не стоит оскорблять меня. Я служил тебе верой и правдой многие годы... Но теперь я воспользуюсь законом кланов. Глефы больше не существует. Я остался один и стал свободным - могу служить тому, кому посчитаю выгодным.

- Ты сказал, что остаешься со мной! Присягнул как сеньору! - взревел разгоряченный Строгонов.

- Мало ли что я сказал! - махнул рукой Данила, прилаживая факел к стене.

- Предатель! Гореть тебе в Бездне! - орал Строгонов. Нервы в конце концов сдали, не позволив совладать с эмоциями.

- Гореть в Бездне скорее придется вам обоим. Причем очень скоро, - сказал Данила и взялся за арбалет, висевший за спиной. Послышался щелчок взведенного курка, и охотник медленно поднял оружие к плечу. - Ваши соратники учудили небольшую заварушку наверху... Но им не удастся вытащить своих героев... по крайней мере живыми. Когда они придут, то обнаружат только трупы. А я спокойно исчезну из города и, скорее всего, отправлюсь в Санпул, куплю домик, найду девушку... заживу как человек. Без крови, без смертей, без холода и лишений...

- На чужих костях счастье не построишь, Данила, - очень спокойно проговорил Яр.

- Вы только не дергайтесь, - сказал Данила, прицеливаясь сквозь решетку. - Я сделаю все, как надо... Сидите тихо, - его палец медленно потянулся к спусковому крючку, время замерло... сердце бешено заколотилось в груди Строгонова... развязка была близка как никогда! Но он не позволил себе отвернуться. Собрав всю свою могучую волю в кулак, он гордо взглянул на прицелившегося в него убийцу - даже в последний миг он не посмеет показать свою слабость!

Но неожиданно Данила опустил арбалет...Какие-то мгновения он стоял неподвижно, а затем стал медленно сползать по решетке на пол, в конце концов замерев на коленях и уткнув бледное лицо в железные прутья... Глаза его уставились в пустоту.

Сначала Строгонов не понял, что произошло. В какой-то момент он настолько смирился с предстоящей смертью, что даже почувствовал себя безжалостно обманутым, когда Данила опустил арбалет! Но затем все стало ясно. На свет факелов выступил человек в черном балахоне. В руке он держал маленький самострел... К счастью разряженный.

- Владимир Строгонов и Ян Рудный? - спросил сухой голос.

- Да, - нашел в себе силы ответить Владимир - язык плохо слушался его. Все части тела онемели.

- Отлично. У нас мало времени! - заявил пришелец и взмахом руки открыл дверь в камеру. Следующими двумя движениями он сорвал оковы с пленников и затем помог им подняться. Строгонов не почувствовал никакой магии - их спаситель был мощным менталистом. - Необходимо выбраться отсюда и пробраться к своим, - заявил незнакомец и поспешил прочь из камеры.

Строгонов бросился было следом, но затем неожиданно для себя остановился и посмотрел на неподвижное тело Данилы, замершее у решетки. Несчастного старика хорошенько скрутило перед смертью... Видимо стрела, оперение которой торчало из затылка охотника, была обильно смазана ядом, моментально парализовавшим жертву при попадании. Строгонову даже стало от чего-то жалко старого охотника... Все же в чем-то он был прав. Но предательство не имеет прощения.

Ян тоже не остался безучастным к телу старого друга. Подойдя к нему, он пинком ноги перевернул мертвеца и в считанные мгновения обшарил его карманы, выудив имевшееся золото, забрал кинжал, снял пояс и сумку с болтами. Короткий меч он передал Строгонову.

- На, держи. Похоже наверху веселье, а мы в одних портках и с голыми руками. Нехорошо, - безразличным голосом сказал он. У этого человека не было сердца.

- А ты? - приняв клинок, поинтересовался Владимир. Ян изменился буквально на глазах: юношеское лицо приобрело сероватый старческий оттенок, а глубокие морщины покрыли все щеки и лоб наемника. В глазах читалась вековая усталость...

- А я возьму арбалет. Все равно одинаково великолепно владею любым видом оружия, - ответил Ян, вкладывая болт в гнездо. Этот человек никогда не отличался скромностью.

- Отлично! Тогда бегом, а то наш спаситель куда-то успел удрать!

Ассасин не возражал. Сорвав со стены прилаженный Данилой факел, он поспешил вперед, освещая мрачные туннели казематов. Бежать пришлось долго - куда больше, чем ожидали пленники. Они даже умудрились заплутать, свернув не в тот поворот, однако, быстро опомнились и вернулись назад, на сей раз отыскав нужный путь. Минут через пятнадцать они все же нашли выход из подземелий.

У распахнутой настежь тяжелой двери стояла темная фигура освободителя. Рядом на ступенях лежали неподвижные тела стражников.

- Вы слишком долго, - недовольно проскрипел человек.

- Если бы ты не убежал, мы бы добрались сюда куда быстрее, - в тон ему ответил Ян.

- Возможно, - кивнул тот. - Вижу, вы раздобыли оружие. Что ж, значит, задержка стоила того. На улицах города хаос - нам придется пробиваться к своим.

- А что вообще происходит? - спросил Строгонов, поправляя рубашку. Надо сказать, вид у него был просто замечательный - липкая грязь покрыла его одежду с ног до головы.

- Как только мы получили сообщение о вашем пленении, то донесли об этом в ставку. К сожалению, ваши союзники не спешили организовывать спасательную операцию, предпочтя действиям разговоры, - на последних словах человек в темном сплюнул. - Особенно упорствовал бледнорожий офицер Нейтралз. Надо сказать, очень многие командиры были на его стороне... Однако Ришам занял непримиримую позицию, пригрозив перебить всех, кто посмеет уйти. Часов через девять решение все же было принято... К сожалению, к этому времени подошли войска Ренессанса и даже успели вступить в город... Отдел не сумел воспрепятствовать - нашим не хватило голосов в Совете.

- Спасибо за предысторию, - оборвал агента Ян. - Так что твориться именно сейчас?

- В настоящий момент идет массированная бомбардировка города, - сказал агент, и в поддержку его слов за стенами раздалось несколько мощных взрывов, сотрясших здание тюрьмы. Каменные стены выдержали удар, но взволнованно закачались и посыпали мелкими осколками. - Все объято пламенем... Западная стена разбита и взята союзниками. Ренессанс не ожидал подарка в виде катапульт и был очень быстро деморализован массированным огнем. Сейчас его войска отступили к центру города, стараясь перегруппироваться и начать контратаку...

- А что Совет? Стража? - спросил Строгонов и пошатнулся - рядом с тюрьмой разорвалось еще несколько бомб.

- Все сложно... Половина Совета погибла под ударами катапульт. Выжившие метнулись к ренам... Что же до стражи, то какая-то часть примкнула к войскам Ордена, какая-то разбежалась... Некоторым сторонникам Отдела удалось перетянуть на сторону союзников пару отрядов наемников, но их лояльность пока не совсем очевидна...

- Ладно, ребят, хватит разговоров, - дернув щекой, заявил Ян. - Еще пару раз что-нибудь грохнет рядом с этой развалиной и нас завалит камнями. Пора выбираться.

- Согласен. За мной, - кинул агент.

В главном холе царила полная разруха. Правая стена была выбита сильным взрывом, усеявшим обломками все свободное пространство. Прямо посередине помещения ярко горела какая-то мебель, видимо сорванная со своего места ударной волной, а многочисленные скамейки для посетителей, в обычное время расставленные рядами в центре зала, полыхали по всем углам первого этажа. Дышать было трудно, глаза щипал едкий дым.

Строгонов в который раз подивился искусству мастеров востока - маленький шарик светящейся субстанции, запущенный из катапульты, причинял громадные разрушения, убивая все живое на десятки метров вокруг. Судя по количеству изорванных в клочья трупов, один залп перебил почти всех служащих первого этажа. Что же творилось в городе? Судя по рвущимся бомбам, Ришам решил истратить все запасы...

Не задерживаясь в задымленном помещении, беглецы выскочили наружу через пролом в стене. Однако на улице оказалось не лучше. Все вокруг заволокло серой пеленой, скрывшей очертания города в удушливом тумане. Разглядеть что-либо в радиусе десяти-пятнадцати метров было просто невозможно! От нехватки воздуха легкие разрывались от боли, совершенно лишая возможности сосредоточиться... Строгонов чувствовал, как предательски подкашивались ноги... Нужно срочно выбираться отсюда!

- За мной! - крикнул агент и рванул куда-то в противоположную сторону от тюрьмы. Беглецы, недолго думая, побежали следом, стараясь не терять из виду широкую спину проводника - заблудиться в ядовитом мареве пожаров было подобно смерти!

На улицах пылающего города действительно царил хаос. Горели целые кварталы, большинство домов лежали в руинах. Повсюду бегали обезумившие люди, старавшиеся спастись от огня или найти хоть немного свежего воздуха - сводивший с ума дым был повсюду. Многие бежали, забывая даже о своих родных: Строгонов видел, как некоторые женщины, прижимая плачущих детей, пытались найти спасение хоть в ком-то взамен своих струсивших мужей - однако мало кого интересовали чужие проблемы. Паника окончательно овладела городом... Люди превратились в зверей, ослепленных ужасом. В их сознании билась только одна мысль: выжить любой ценой.

Однако порой находились исключения неробкого десятка. Превозмогая слабость в обожженном теле, они спасали близких и помогали соседям, вынося на собственных руках тех, кто больше не мог идти. В иных случаях самые прозорливые взламывали колодцы и собственным примером вдохновляли других на борьбу с огнем, заливая его водой из всего, что попадалось под руку. Но в конечном итоге все старания были тщетны. Страшный пожар поглотил город, и ничтожные усилия горсток храбрецов не были способны противостоять его чудовищной мощи. Мертвецы заполнили улицы Бангвиля... Смерть и разрушение поселились в этом совсем недавно цветущем городе... Слезы и кровь тысяч людей окропили его закопченные стены... Ужас и боль пропитали воздух, смешавшись с невыносимым запахом дыма и гари.

С каждой секундой, проведенной в городе, Строгонов становился только мрачнее и мрачнее - главнокомандующий все отчетливее осознавал, что ответственность за трагедию в Бангвиле полностью лежит на нем... Ведь это он привел армию под стены города, он доставил катапульты, он разработал весь план... И все это с единственной целью - спасти жителей от той участи, которую приготовили им Отцы Ордена! А получилось все наоборот. Он принес смерть и не менее ужасную, чем задумал Орден.... Но не своими руками... О, Бездна! Как же часто самые лучшие и благие намерения творца извращаются бездарными действиями исполнителей!

Агент, несмотря на дым и царивший хаос, прекрасно ориентировался в городе, огибая опасные места и уходя от стычек со шнырявшими шайками стражей. Доблестные блюстители порядка даже под страхом смерти стремились поживиться на чужом горе, врываясь в горящие дома и вынося все, что могло уместиться в карманах. Щадить они никого не собирались. Спасать тоже. Те, кто пытался защитить свое имущество, сразу же становились жертвами безрассудной жадности воров. Закон погиб вместе с Советом. Теперь вряд ли что-либо могло удержать наемников.

Обстрел города прекратился совершенно неожиданно. Просто разом прервался раскатистый гром множественных взрывов, а задымленное небо очистилось от кислотного сияния десятков бом, запущенных с катапульт. Теперь слышался только треск горящих домов и медленно разрушавшихся укреплений города. Крики стихли. Все, кто не успел убежать из горящих кварталов, стали безразличны к насущным хлопотам.

Агент вместе с беглецами успели уйти в нетронутую часть города, куда не упала ни одна бомба Ришама. К удивлению Строгонова, здесь было пусто, словно чудовищная сила огня побывала именно на этих улицах... Впрочем, очень скоро главнокомандующий увидел распахнутые ворота южной окраины города и ему стало все ясно: только заметив творивший ужас, люди поспешили убраться за стены погибающего поселения, не позаботившись о его дальнейшей судьбе. Но винить их не за что. Они действительно были бессильны помочь своим соседям, погибающим в пламени разгоревшегося боя.

- Странно, что здесь нет ренов, - пробормотал Ян, опасливо посматривая по сторонам. Ассасин старался держаться молодцом, но по его бледному лицу было прекрасно видно, как он изнеможен.

- Их здесь и не будет. Все, кто не успел убраться через центральные ворота попали под обстрел... - крикнул через плечо агент. У темного был отменный слух.

- Да, зато здесь обосновались совсем другие ребята! В сторону! - выпалил Ян и резко бросил корпус вправо, сбивая плечом Владимира с ног. В тот же миг над их головами свистнуло не меньше десятка болтов.

Оба беглеца упали на мостовую, к своему счастью закатившись за стену каменного дома. Агент уже был рядом, оценивая ситуацию из-за угла.

- Вставайте! Скорее... Там за поворотом целый отряд наемников. Много стрелков. Вперед!

Уговаривать ребят не пришлось. Оба бывших пленника несмотря на усталость подскочили на ноги и что есть сил припустили за улепетывающим агентом. Пока они не свернули с улицы, доблестные стражи успели еще пару раз выстрелить им вслед.

После изнурительного бега по нетронутым огнем улицам, они все таки добрались до цели... А точнее агент резко остановился у голого участка стены и указал на перекинутую через укрепление веревочную лестницу.

- Забирайтесь, - бросил он.

- Порой я удивляюсь, как же можно просто и в тоже время искусно делать свою работу... - усмехнулся Ян и медленно полез наверх.

- А зачем мудрить? - безразлично проговорил агент. - В такой суматохе никому нет дела до одинокой лестницы, забытой здесь скромным путником.

Когда беглецы перебрались через стену, первое, что они сделали - набрали полную грудь свежего воздуха. Благо ветер дул в северную сторону, и вся ядовитая гадость доставалась приспешникам Ордена, собравшимся у центральных ворот города...

- Да нет, не похоже, - покачал головой Строгонов, услышав последние слова Яна. Наемник даже не заметил, как в сердцах высказался вслух.

- Это почему? - нахмурился ассасин и подошел к Владимиру, который указывал на север.- А! Теперь вижу... - согласился Ян, внимательно посмотрев вдоль стены Бангвиля. Как раз там, у дальнего конца городских укреплений, сначала замелькали отдельные фигуры воинов, в считанные мгновения собравшиеся в отряды, а затем в целые полки. Постепенно выстраиваясь в прямоугольник, воинство Ордена целенаправленно двигалось в сторону лагеря союзников. А там, на небольшом пригорке, уже приготовилась стройная фаланга тяжелых ратников, выжидавших команды на сближение. Спустя пару минут в стране союзников заиграли боевые рога и объединенное воинство двинулось на встречу врагу. Тут же землю перед обеими армиями сотрясло несколько мощных взрывов - маги вступили в дистанционный поединок.

- Ну наконец-то! - глубоко вздохнув, воскликнул Строгонов. - Неужели я дождался честной драки?

- Но нам не туда... - начал было агент, но Владимир прервал его.

- Тебе может быть, а вот мне точно туда...

- Но у нас нет доспехов, - засомневался Ян, но Строгонов лишь усмехнулся.

- Железки не уберегут тебя от Судьбы, наемник... Ты можешь присоединиться к агенту, если хочешь. А я же отправлюсь в самую гущу схватки. Пора дать гадам честный бой, - на этих словах он рывком выдернул меч из ножен. - Да хранят вас боги, братья! Пока есть надежда в сердце, благое дело не померкнет! За свободу!

И он побежал. В рубашке, штанах и разорванных сапогах. Он бежал почти голый, гордо вскинув зазубренный меч над головой. Он рвался в схватку, забыв о страхе, боли и всякой осторожности. Безумный азарт захватил его сознание, и даже рвавшаяся со всех сторон магия не была способна остановить его. И если смерть заберет его в этой битве, значит это будет достаточной ценой тому, что сотворилось сегодня в Бангвиле... Теперь только сама Судьба способна решить его участь... Только Судьба решит исход всего дела. А смертным остается лишь надеяться на ее благосклонность... За свободу!

***

Случившееся никак не выходило из головы Даратаса. Как он ни старался отвлечься от грустных воспоминаний, ничего не получалось. Дариана постоянно возникала в его мыслях словно в наказание за постыдное недоверие, выказанное старому соратнику. Теперь девушка погибла, и все подозрения превратились в бессмысленную пыль. Осталась только память.

И от этого становилось еще тяжелее.

Местность по ходу пути не менялась. Полуразрушенная дорога уже более четырех часов петляла среди пустынного плоскогорья, лишенного всякой растительности... Только редкие кратеры миниатюрных вулканов, извергавшие клубы черного дыма, нарушали мертвое спокойствие выжженных территорий. Живой и неживой миры застыли в ожидании, словно изготовившись к рывку, способному поглотить сознание неподготовленного странника... Но минуты уверенно бежали вперед, и ничего не происходило: только сухой ветер порой проскальзывал мимо, даже не удостоив путников своим прикосновением.

Однако без примечательных предметов не обошлось и здесь. Далеко впереди высилась массивная цепь внушительных скал, гордо возвышавшихся над низкорослыми холмами нагорья. Изломанные линии вершин, увенчанных белоснежными шапками, причудливо играли тенями, чуть ли не каждый миг меняя форму. Чем ближе приближались путники, тем сильнее менялась корона величественных гор, вбирая в себя силу высоты и размеров. Не стоило большого труда догадаться, что хозяин этих пустошей обосновался именно здесь: за надежными стенами этого природного замка.

Хантеры шли вереди, выдерживая необходимую дистанцию. К удивлению Даратаса, проводники специально не подпускали путников ближе, ускоряя шаг, если маг со стражем приближались на лишний метр. Сохраняя полное молчание, темные фигуры спокойно двигались в известном им одним направлении, не обращаясь к ведомым и вообще не беспокоясь об их нахождении. Очень скоро Даратас стал подозревать, что их "друзья" обладали немалыми телепатическим способностями - проводники продолжали контролировать ситуацию без использования органов чувств. А проверил свою догадку очень просто - взял и остановился.

- Не стоит задерживаться здесь, - тут же прозвучал скрипучий голос в голове мага - ни одна из темных фигур даже не повернулась. - Эти земли только с виду кажутся спокойными.

Даратас в ответ лишь нахмурился и еще усерднее закрепил свои магические блоки - хотя он не был менталистом, кое-что из защитной магии этой сферы он умел.

Постепенно низкорослое нагорье стало набирать высоту, и через несколько километров извилистая тропа вывела путников к широкому подножью Забытых гор, чьи заснеженные пики они все это время наблюдали впереди.

- Мы почти у цели, дорогой Ольвен, - сказал маг, невольно задрав голову и любуясь каменной мощью вознесшейся к небу скалы. - Именно на этих многочисленных склонах обосновались Хантеры... Надеюсь, ты не устал?

- Я в полной готовности, - коротко ответил Ольвен, хотя от мага не ускользнуло легкое сомнение, промелькнувшее в глазах принца. Даратас молчаливо согласился: день выдался очень нелегким, и усталость брала свое... Однако ситуация не щадила уставшие тела смертных: впереди предстоял подъем!

Как только путники вышли к подножью скал, остатки дороги закончились, и шефство перехватила вытертая тысячами ног узкая тропа, строго ведшая к самым вершинам каменных гигантов. Не желая сворачивать, тропа стремилась ввысь, поднимаясь под крутым углом. Даратас успел проклясть все на свете, когда ему пришлось чуть ли не ползком взбираться на проклятый склон. Судя по тяжелому дыханию эльфа, у принца были схожие чувства.

По мере подъема пустынные камни стали проявлять первые признаки обитания: по обе стороны тропы вырастали серенькие шапки самодельных палаток, составленных из кривых палок и неумело ободранных шкур, которых становилось все больше и больше по мере увеличения высоты. Они, словно бледные грибы, вырастали целыми кучками на каждом доступном месте, теснясь как можно ближе друг к другу.

Несмотря на обилие жилищ, самих жителей видно не было. Только пару раз еле различимые тени мелькнули среди монолитных камней. И на этом все. Больше никто не интересовался пришельцами или, по крайней мере, не показывал своего внимания.

Общая обстановка нервировала. Гробовая тишина и удручающие черно-серые тона внушали подсознательное беспокойство. Сам же Даратас бледнел с каждым метром пройденного пути: всем своим существом он ощущал, как мощнейшие потоки магии пронизывают тело горы, окружая ее множеством запутанных плетений. Сказать, что эта каменная крепость была похожа на огромное орудие, застывшее в ожидании команды, значит, не сказать ничего! Складывалось такое впечатление, что чуть ли не каждый сантиметр горы был заговорен на атаку: стоило невидимому хозяину возжелать, как на нарушителя обрушился бы целый поток убийственных заклинаний. И что самое ужасное, Даратас не был уверен, что смог бы отбиться на месте этого несчастного... Магия неизвестного чародея потрясала своим искусством и заставляла бледнеть при ощущении той мощи, которая была вложена почти в каждое плетение... Что ж, теперь совсем не удивительно, что Хантеры умудрились выжить среди всех опасностей Харона - их главный дом находился под надежной защитой одного из самых загадочных и великих магов этого мира... Диор Каданса или, по крайней мере, того, кто назвался этим именем Хозяину Цитадели.

Когда не меньше километра осталось позади, на встречу путникам вышла целая делегация местных обитателей. Поначалу Даратас принял их за карликов, но когда разглядел поближе, то с трудом подавил желание воспользоваться всеми известными заклинаниями защиты - не меньше десяти гоншонов медленно топало в их сторону, волоча длинные руки по камням. Даратас опасливо покосился по сторонам, ожидая западни, и покрепче перехватил посох, уже подбирая в уме подходящие заклинании. Но проводники спокойно продолжали путь, и маг сдержал свой малодушный порыв.

К счастью, все обошлось. Странные и опасные существа без всяких эмоций прошли мимо, даже не удостоив гостей ни единым взглядом. Однако Даратаса чуть ли не обожгло той силой, которую источала их совместная аура. Эти существа были действительно очень опасными...

Через полчаса пути, когда путники поднялись настолько, что разряженный воздух не позволял свободно дышать, тропа вдруг вильнула в сторону, огибая огромный камень, испещренный неизвестными Даратасу рунами, а затем разделилась на две части, одна из которых вела дальне к вершине горы, а другая упиралась в высокий арчатый вход... в пещеру.

Четыре проводника довели гостей до самого порога, освещенного двумя мощными факелами, стволы которых были врублены в камень, и остановились.

- Дальше вы пойдете сами, - проскрипел один из них. Не поворачиваясь, они разошлись в стороны, пропуская Даратаса с эльфом. Спутники не заставили Хантеров ждать и прошли вперед, скрывшись в сумраке.

Не задерживаясь при входе, Даратас проследовал по узкому коридору, который буквально через пару метров вывел путников в просторную залу, ярко освещенную магическими лампами, свободно витавшими в воздухе. Посередине пещеры ярко горел костер, однако запаха дыма не чувствовалось, словно огонь совершенно не касался домика дров, принесенных ему в жертву. Больше ничего и никого в зале не было. Только тишина и полнейшая пустота.

Даратас сразу почувствовал, что все не так просто... Одиночество пещеры казалось слишком неестественным, надуманным... словно элемент изначально отрепетированной сцены.

Маг не стал стесняться и прошел дальше, приблизившись к костру. Обойдя его по кругу, он не обнаружил ничего особенного... Дрова мерно потрескивали в огне, и никаких странных предметов рядом не лежало... Вообще вся зала была пуста... Даратас еще раз огляделся... и резко вскинул посох - принца нигде не было видно.

- С твоим спутником все хорошо... - раздался знакомый голос у самого уха. Маг отшатнулся и обнаружил рядом с собой невесть откуда взявшегося человека в грязном плаще. Он спокойно стоял у костра и, наклонив голову, наблюдал за игрой пламени. - Он просто не должен слышать наш разговор.

- Так и куда ты его дел? - Даратас был готов поклясться, что он уже слышал голос говорившего... и не раз! Черты лица были также знакомы, и в то же время в них крылось что-то бесконечно чужое...

- Он здесь... В этой зале... Но не в этой реальности, - медленно ответил человек и повернул голову к магу. Мага тут же осенило - Ткач!

- Да, это я, - кивнул человек. - Присаживайся.

- Но ку... - Даратас посмотрел назад и осекся - рядом стоял мягкий стул с ручками.

- Это мой мир, - пояснил Хозяин Забытых гор.

Маг не стал спорить и послушно сел.

Повисло молчание. Ткач ничего не говорил, а лишь внимательно наблюдал за пляской огня.

- Что ты хотел от меня? Зачем просил Бульвара передать мне твою просьбу? - не выдержал Даратас. Он тащился на вершину этой трижды проклятой горы не затем, чтобы сидеть у костра и почтительно молчать.

- Хотел поговорить, - спокойно ответил Ткач. От Даратаса не ускользнула особенная холодность Названного богом.

- Так что же молчишь? - Даратас старался держать себя в руках, но скрыть раздражение не удавалось.

- Я хотел спросить, - медленно начал Ткач, смакуя каждое слово, - что же ты ищешь в этих землях? Смерть?

- Ха! - фыркнул маг. - Хорош твой настрой. Сразу видно, что ты не терял времени даром, отдыхая в своих каменных хоромах!

Ткач оставался совершенно бесстрастным и не обратил никакого внимания на дерзость Даратаса. Надо сказать, такая реакция Названного богом несколько остудила горячий пыл мага.

- Во-первых, я следовал твоему сообщению: если помнишь, после твоего исчезновения, ты рекомендовал нам искать тебя на Хароне... Кстати, стоит сказать, что ты очень "удачно" смылся, оставив нас наедине с серьезной угрозой и целым ворохом неразрешенных вопросов... - после последних слов Даратас почувствовал, что начинает снова заводиться. - Во-вторых, часть неизвестной силы, ее большая часть, прорвавшись в мир, ушла сюда... на Харон.

- И ты сразу решил, что с этим связан Культ?

- Логично, не находишь? Кто еще на Хароне способен на всяческие гнусности? Впрочем, это одно из предположений. Я как раз таки и явился сюда, чтобы проверить все догадки и сопоставить все кусочки мозаики.

- Разумно, - кивнул Ткач, - но бессмысленно.

- Мне всегда нравилась двусмысленность твоих слов, делающих их совершенно бесполезными! Ткач, давай меньше загадок. Ты явно знаешь больше, чем я...

- Знаю, - подтвердил Названный богом. - Но не всем намерен делиться.

- От чего же?

- Смертным необходимо знать меру своих знаний, - молвил Ткач и внимательно посмотрел в глаза магу. Даратас не смог сдержать силу этого взгляда и отвернулся. Все же Ткач очень изменился за прошедшее время: раньше он никогда не ставил себя выше соратников, какого происхождения бы они не были. Хотя правильно ли применять к полубогу категории смертных? Наверное, нет.

- Ты прав, многое изменилось, - молвил Ткач, зачем-то поднеся ладонь поближе к огню, - и я, заметь, уже не в той ипостаси, в которой ты меня запомнил. И вызвал я тебя не на дружеский разговор, а на чрезвычайны совет... Жаль только... двоих участников мы лишились...

Даратас скривился, словно от зубной боли. За этот месяц он потерял двоих старых друзей... старых соратников... и членов Совета Мира!

- И какая же главная повестка дня? - постарался пошутить маг.

- Тебе нужно срочно уходить отсюда, - твердо сказал Ткач.

- Что?! - опешил маг. - Что ты такое говоришь?

- Ты не ослышался, - покачал головой Названный богом. - Тебе необходимо срочно уходить с Харона, затем добраться до Санпула и отплыть в Умрад.

- Отплыть? А порталы?

- Несколько часов назад они были умерщвлены.

- Кем?! - глаза Даратаса полезли на лоб.

- Орден. Учитывая ситуацию в Бангвиле, им совершенно не выгодна связь между городами...

- Но кто?! Какой маг сумел разобрать принцип? Даже я не знаю в точности, как это сделать...

- Ученик Первого Мастера... Некий Данфер. Впрочем, сейчас это не имеет значения. Борьба с Орденом уже давно проиграна.

- Но что...

- Послушай, - молвил Ткач и коснулся ладонями огня. Пламя заиграло на его руках, не причиняя им каких-либо повреждений. - Мир обречен. Сила, пришедшая в мир, настолько же опасна, насколько непобедима... Бороться с ней, значит бороться с самим миром... Необходимо уступить и...

- Нет! Замолчи! - вспылил Даратас, вскочив со своего места. - Ты ли это, Ткач?! Что ты такое несешь? Я не узнаю тебя! Где твой пыл? Где твоя непобедимая уверенность, которая воодушевляла сердца во времена Войны Сил?! Почему я слышу от полубога заверения в полной бесполезности дальнейшего сопротивления? Ты говоришь о непобедимости наших врагов? Что ж, значит, они действительно непобедимы... для тебя, если ты уверовал в свое собственное бессилие!

- А в чем же ты так уверен?

- Я? В том, что в жизни не бывает безвыходных ситуаций! В том, что сопротивление и борьба за мир есть мое предназначение...

- С каких это пор, Владыка Подземного Престола?

- С тех самых, когда волей Судьбы я стал ответственным за чужие жизни... за чужое будущее, за мир...

- И кто же возложил на тебя венец?

- Видимо, сама жизнь...

- Нет, - сухо сказал Ткач. - Ты сам. И нечего выдумывать несуществующие силы, предначертавшие тебе путь... Его смертные выбирают сами... Это единственное, что позволено тем, кто живет вне границ математических законов.

- Что ты хочешь этим сказать? - нахмурился маг.

- В условиях математически выстроенного мира человек становится проблематичным. Подумай сам: вся Вселенная существует по единожды заданным законам, начало, развитие и конец предопределены функцией - саморегуляция же системы возможна только в рамках, которые изначально заданы существующими параметрами... Никакой свободы для выбора, а как следствие - отсутствие сознания... Другое дело смертные... Хотя, увы, в силу вашей слабости вы чаще всего зависите от обстоятельств, многие из которых становятся для вас фатальными, вы можете выбрать один из возможных вариантов... У мира же вариантов нет. В таких условиях смертные выбиваются из общей системы координат...а раз так, значит вы еще не обречены и можете спастись...

- А что же я делаю? - недоуменно воскликнул Даратас.

- Идешь по ложному пути. В этом мире у людей нет будущего... - совершенно уверенно заявил Названный богом.

- Почему только людей?! А как же дикие племена?

- Думаю, что на их спасение уже нет времени... - уклончиво ответил Названный богом.

- Послушай, Ткач...

- Необходимо открыть путь в Ансвиль, - сказал Ткач, сверкнув глазами.

Даратас не смог сдержать смех.

- Удивил! - отсмеявшись, сказал маг. - Неужели ты не знаешь? Ансвиль - выдумка... Его...

- Нет, Даратас, не знаешь как раз таки ты, - резко перебил Даратаса Ткач. - Ансвиль и Анхельм - это разные вещи. Принц Мильгард сильно заблуждается, что его изыскания смогли привести его к истине. К сожалению, для части системы цельная сущность навсегда останется непознанной.

Даратас в который раз удивленно дернул бровями и хотел задать вопрос, но Ткач не дал ему такой возможности:

- Анхельм - это название мира, в котором когда-то жил мой народ... Мир, в котором мы были любимы Творцом и обласканы природой... Но он погиб. И отголоски страшной катастрофы добили остатки моего народа в момент, когда в мир явились люди...

- Гоншоны... Так ведь...

- Да, Даратас. Ты правильно вспомнил. Легенда о Слезах Феникса...

- Вельтор... Так это ты... Сын Порока... Предатель Рода... Отступник...

- У меня много имен, Даратас, - все также холодно произнес Названный богом. - И многие из них чаще всего просто выдумка или беспочвенная клевета... Если тебе будет не сложно, называй меня просто Диор... Диор Каданс.

Даратас не удержался и фыркнул.

- Для меня ты Ткач. Остальные прозвища оставь истории. Что насчет Ансвиля?

- На языке моего народа это означает Междумирье...

Маг скривился, словно от зубной боли.

- Междумирье? - с трудом выговорил Даратас. - Ты в своем уме, Ткач? Неужели страх настолько заполнил твою душу, что ты предлагаешь бежать прочь из самого мира? Тебе не кажется, что проще посоветовать зайцу выпрыгнуть из собственной шкуры, когда на него охотится волк?

- Даратас... Послушай! - не удержавшись, повысил голос Ткач. - Судьба этого мира предрешена! Обстоятельства сложились так, что даже Великие не в силах противится будущему. Единственное, что осталось людям - это выбор между смертью и спасением...

- И какое же спасение ты видишь? Бегство в Запределье? В лапы Тьмы и ее выкормышей? Нет, Ткач. Это верная смерть... и позор. Ты говорил о выборе... Что ж, я свой выбор сделал. Я буду сражаться за этот мир. И если надо - погибну за него.

- Смерть не оставляет тебя ни на секунду... Даже сейчас она затаилась в твоем кармане.

Даратас в который раз нахмурился и медленно опустил руку в карман. Одно из двух семян стало теплым. Вытащив его на свет, он осторожно раскрыл ладонь. Желтый шарик ярко сиял эльфийской вязью слова Смерть.

- На этом наш разговор окончен, - подытожил Ткач, поднявшись со стула. - В следующий раз, когда последнее Семя оживет, сделай правильный выбор.

- Спасибо за совет, - дернув щекой молвил маг. - А ты останешься сидеть в своей крепости?

- Мое время пока не пришло.

- Понятно... Что ж, когда сильные сдаются, слабым приходится становиться сильнее. Прощай, Названный богом. Спокойного тебе созерцания, - Даратас не мог скрыть своего отвращения к тому, кого когда-то... считал другом.

- Прежде, чем ты уйдешь, ты должен отдохнуть и выспаться. К Башне Культа ты попадешь через этот костер. Просто назови нужное место и в миг окажешься там. А сейчас спи.

- Но я... - возмутился было маг, но сон тут же сморил его. Из ниоткуда в воздухе появилась перина, на которую магические потоки бережно опустили спящего мага.

- Тебе предстоит тяжелый путь, - грустно проговорил Ткач и исчез, оставив отдыхающего Даратаса в компании верного соратника - принца Ольвена, который весь разговор Ткача с магом продремал на другом конце залы в тени невысоких камней.

Маг очнулся резко и тревожно, словно кто-то нарочно выдернул его из сна. Обведя залу сонным взором, Даратас сразу же приметил очнувшегося эльфа, который сидел в дальнем углу на перине и в полном недоумении осматривался по сторонам. Сам он был одет в простую рубаху и серые штаны, а его доспехи лежали рядом, аккуратно разложенные по отдельным частям.

- Мессир... - проговорил он, заметив мага.

- Да, весьма радушно приняли нас, - усмехнувшись, сказал маг.

- Я, я ничего не помню... Последнее, что осталось в памяти, так это наш приход в залу... этот костер.

- Чародейство - серьезная штука, мой друг. Ткачу посильно многое... А усыпить двух смертных - подавно.

- Так... это был...

- Да, именно Ткач. Диор, Вельтор... Отступник...

- Вы виделись с ним?

- Да... - недовольно бросил Даратас. - Впрочем, это не важно. К сожалению, в такие дни слабину дают и даже сильные мира сего. Но хватит разговоров! Одевайся. Я же сейчас изготовлю себе небольшой душ...

- Что изготовите? - удивился эльф.

- Помыться... Думаю, Ткач будет не сильно зол, если я немного намочу его жилище... - сказал маг и парой легких движений сотворил в воздухе маленькое облачко, из которого полилась теплая вода. - Предлагаю и тебе тоже. Все же здоровый дух в чистом теле!

Через полчаса чистые и посвежевшие, спутники закончили все приготовления, в последний раз проверив все снаряжение. Особенно беспокоился эльф: в свойственной его народу подозрительности он несколько раз внимательно изучил каждый ремешок и застежку своих доспех, ожидая обнаружить любые намеренные повреждения. Но все его поиски не увенчались успехом. Еще бы! Даратас бы очень сильно удивился, если бы Ткач решил ставить им препятствия на пути, мелко гадя по пустякам. Как-то несвойственно это полубогу. Но ничего плохого в излишней предусмотрительно нет - теперь эльф будет чувствовать себя гораздо спокойнее.

- Он сказал: подойди к костру и назови нужное место, - задумчиво проговорил Даратас, изучая играющее пламя.

Ольвен молчаливо стоял рядом, оперевшись на красту, и недоверчиво посматривал на огонь. Как для любого не искушенного в магии, всевозможные чародейские придумки казались ему сущей воды извращением. Ну почему именно костер? Почему не каменная плита или какой-нибудь безобидный кусок металла?

- Ты готов? - еще раз удостоверился маг.

Эльф легко кивнул в ответ.

- Ну что ж... Тогда - Морфут Агул, Башня Культа, - произнес маг и закрыл глаза, представляя болотистую пустошь, раскинувшуюся у подножья обиталища малефиков.

Сначала ничего не происходило. Минута, две, пять... Маг открыл глаза и нахмурился. Может, он что-то напутал? И в этот миг костер ярко вспыхнул, поглотив сиянием мага с эльфом. Считанные секунды нестерпимого жара, и спутники оказались на влажном берегу болот.

Даратас поспешил сразу же окружить себя и эльфа множеством магических заклинаний, заготовленных перед выходом. Накладывать их перед перемещением он не стал - слишком непонятным ему казалось плетение телепорта Ткача. Потоки могли потерять стабильность после прыжка.

Когда мощные щиты окружили их тела, Даратас позволил себе оглядеться и изучить обстановку. Буквально перед глазами, высоко в ядовитое небо вздымалось шестигранное тело черной Башни. Окутанное легким туманом, это исполинское строение высилось над десятками километров зловонных болот, разлившихся на выжженных землях самого сердца материка. Часть Башни скрывалась за грядой, на границе грязевых луж и маленького островка суши, на котором и размещалось само сооружение. Судя по всему, метка портала располагалась метрах в пятистах от самой башни и в двух сотнях шагах от навесного моста, ведшего к воротам.

- Странно, никакой охраны... Ни патрулей, ни сторожек... И в окнах темно, - проговорил Даратас, изучая зловещие очертания Башни Культа. Действительно, ни в одном из арчатых окон Черной Башни не горели огни.

Ольвен тенью метнулся к гряде и в несколько прыжков исчез среди камней.

"Проверю. Что-то мне здесь не нравится", - сообщил принц по каналу трансферанса.

Даратас рефлекторно кивнул. Страж Последнего Часа. Знает что делать.

Еще какое-то время полюбовавшись логовом врага, маг решительно двинулся напрямик к гряде - как раз за ней должна проходить дорога к мосту. Поисковые заклинания показывали полное отсутствие какой-либо активности в радиусе километра. Только ловкий принц мелькал среди острых камней.

На самом деле у Даратаса не было конкретного плана. Его задача - проверить деятельность врага. Опасно ли приходить в одиночку прямо в логово врага? Возможно, но вряд ли его станут атаковать... По крайней мере ранее Первый Мастер отличался уважением к дипломатическим миссиям. А как еще назвать явление скромного мага со своим оруженосцем под стены мощной крепости? Либо безумием, либо посольством...

Маг только успел поставить ногу на первый камень гряды, как сработало одно из защитных заклинаний - так называемый "маячок". Суть магии такова, что плетение реагирует на активацию атакующего заклинания в ближайших десяти метрах и мгновенно наносит удар стихией воздуха - мощной молнией. Наведение заклинания осуществляется без участия самого заклинателя.

Раздался страшный треск, и во все стороны полетела каменная крошка. Оказалось, враг затаился буквально над самой головой Даратаса. Скорее всего магия невидимости...

Судя по всему нападавший был совершенно неискусным магом... А, может, просто не ожидал такой прыти от ничего не подозревавшего врага. Заклинание Даратаса пробило защиту незадачливого чародея, и к ногам мага упал ворох бесформенного тряпья...

Еще не успевший осознать происходящее Даратас инстинктивно отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от огненного шара и сразу же отражая посохом облако раскаленной пыли. В туже секунду в него ударило еще не меньше десятка заклинаний, часть из которых разбилось о защиту мага, а другую часть маг отразил самостоятельно. Впрочем, не в правилах Даратаса было отсиживаться под ударами... Враги теперь уже не скрывались - они открыто стояли на вершине гряды, сплетая свои смертоносные заклинания.

Даратас не стал особенно мудрить и атаковал первого же чародея простым заклятьем цепной молнии. Не останавливаясь, маг воззвал к камням гряды и заставил их резко ощетиниться тысячами каменных игл, брызнувших в разные стороны. А в довершение комбинации Даратас образовал целый поток раскаленного воздуха и окутал им сразу трех чародеев... В итоге все заклинания мага достигли своей цели, и вся гряда окрасилась кровью убитых врагов. Только двое ошарашенных чародеев осталось стоять на своих местах... Но лишь на несколько секунд. В один миг из-за камней гряды выскочила маленькая фигура в блестящих доспехах и буквально в несколько неразличимо быстрых и точных движений зарубила несчастных заклинателей насмерть.

Даратас недовольно хмыкнул. И это все?

- Рад, что тебе понравилось развлечение, - прогремел в воздухе металлический голос. - Теперь же я развлекусь с тобой.

Даратас даже не успел сообразить, кто к нему обратился и что происходит, как земля ушла из-под ног, а его тело с чудовищной силой швырнуло на камни. От страшных переломов его спасли щиты... Однако магическая защита ощутимо затрещала...

Пока маг приходил в себя и поднимался на ноги, радом с ним в два прыжка оказался принц и с такой же дикой скоростью рванул куда-то в сторону болот. Даратас увидел только яркую вспышку, а затем бесчувственное тело эльфа, покатившееся к болотам. Все доспехи эльфа были черными, как смоль.

- Смерть следует за тобой повсюду, Даратас, - произнес человек, закутанный в темную мантию с глубоким капюшоном. Он появился в нескольких шагах от мага буквально из воздуха, словно сотворенный из тьмы. - И твое безрассудство лишило жизни еще одного твоего спутника...

- Первый Мастер... - прошептал маг. - Так ты все-таки вернулся...

- Вернулся Даратас, - подтвердил Глава Культа. - И намерен отомстить.

- Ты хочешь битвы здесь и сейчас? - растерялся Даратас. Он мог поклясться, что Первый Мастер источал чудовищную силу, словно черпал ее из бездонного источника. Признаться, маг почувствовал страх. - Быть может, я пришел просто поговорить...

- Разговоры меня не интересуют. Защищайся! - взревел Первый Мастер и тут же атаковал, применив что-то из арсеналов магии огня. Однако Даратас легко отбил удар и нанес контратаку, взорвав землю под ногами неприятеля. Но тот успел исчезнуть и появиться в стороне от взрыва. И снова атаковал в ответ.

Так оба мощнейших мага известного мира обменивались заклятьями, пока гряда не сровнялась с болотами, а вся суша не покрылась чудовищными язвами, истекавшими и лавой, и ядом, и прочими смертельными субстанциями. Однако постепенно Даратас стал уставать... Продолжая бой, он старался менять комбинации, подстраиваться под плетения врага, пытаясь как можно больше экономить утекавшую с бешенной скоростью энергию... Но нехватка сил ощущалась все острее, а никакого артефакта для подпитки не было... В конце концов от напряжения посох Даратаса треснул и разлетелся на куски... Затем маг пропустил несколько мощных заклинаний, и в довершение всего, словно туше, его пробило точное и проникающее заклинание стихии воздуха. Последний слой защиты лопнул и маг обессилено повалился на землю... Первый Мастер же лишь наполовину истратил запасы своих сил... Его аура продолжала сиять мощью, тогда как аура Даратаса почти потухла...

- Какой же ты глупец, - презрительно бросил Глава Культа. - Возомнил о себе непонятно что и пришел сюда без должной подготовки... Что ж, это твой конец, Даратас... Надеюсь, ты это понимаешь... - Первый Мастер подошел вплотную к магу и поднял над ним растопыренную ладонь, в которой загоралось сияние последнего для мага заклинания. - Но умрешь ты чуть позже, после того, как увидишь самый пик моего могущества...

Мир ярко вспыхнул и погас мраком безмолвия. Все, что успел запомнить Даратас, так это несколько золотистых локонов, выскочивших из-под капюшона Первого Мастера и нависших над его лицом.

***

Вонь... Противная вонь жгла раскаленными щипцами слизистую, норовя разодрать ноздри. Даже сквозь сон он ощущал эту мерзость! Казалось, она постепенно приобретала формы и жирным слоем покрывала его тело, с удовольствием въедаясь в кожу, пропитывая собой каждую частичку тела...

Найджел с ужасом проснулся, подпрыгнул на месте и , судорожно глотая воздух ртом, кинулся к проходу пещеры, который к большому счастью был открыт... Открыт?

- Рад что ты проснулся, - проговорил Мерлон. Бывший Страж не стал поворачиваться. Итак понятно - отмеченный соизволил, наконец, закончить свои процедуры и вышел из транса...

- Какая вонища... Сдохнуть можно, - прошипел Найджел, вдыхая кислый запах болот. Что ж, это лучше, чем вонь разлагающегося трупа. Творец! Во что он превратился! В несчастного, грязного оборванца, не гнушающегося сном среди смердящих мертвецов.

- Я уже все равно ничего не чувствую, - сказал Мерлон, выходя из пещеры. Он прошел мимо Найджела и даже не обратил на него внимания- лишь задел краем балахона по лицу.

- Мы уже выходим? - устало спросил Найджел. Он не знал, сколько прошло времени в период его сна, но чувство изнеможения никуда не пропало... Словно он поспал всего несколько минут.

- Да. Поживее. Конец нашего пути близок... - сказал Мерлон и повернулся к Найджелу. При виде лица Отмеченного Бывший Страж невольно вздрогнул. Всю его кожу покрывали мелкие трещины, на лбу ярым пламенем горел Знак... А глаза... стали черными, без белков и зрачком - одна бездонная, затягивающая в Бездну тьма!

- Что? - в недоумении уставился на Отмеченного Найджел.

- Ты боишься? - улыбнувшись, спросил маг. От его улыбки хотелось повеситься.

Найджел вздохнул и после недолго молчания ответил:

- Нет.

- Хорошо, - кивнул Мерлон. - Теперь готов и ты. Вставай. Мы пойдем быстро.

И они действительно не стали медлить. Покинув пещеру, спутники быстро прошли по каменистой тропе вдоль гнилостного ручья и поднялись вверх... И сразу же перед глазами возник столб черной Башни Культа, вершина которой скрылась в желтых облаках... Утренний туман обволакивал здание малефиков, придавая ему еще больше злобы и опасности...

Однако Найджела заинтересовало другое - большая часть гряды исчезла! Просто взяла и испарилась! На ее месте торчали какие-то рваные обрубки и щепки, плавающие среди тины и каменной крошки... И все воздушное пространство покрывал пар или даже дым...

- Что...Что тут произошло? - недоуменно проронил Найджел.

- Пристрастный спор двух сильных магов... Примечательно, неправда ли? - ответил Мерлон.

- Весьма... - проговорил Найджел... Количество силы, разряженной в окружающее пространство, дурманило рассудок. Оба чародея были действительно сильными магами... Если не сказать больше.

- Мы пойдем напрямик. Старайся обходить подозрительные лужи... Магия все еще активна.

- С чего такая заботливость? - фыркнул бывший страж.

- Я еще с тобой не наигрался, - спокойно ответил Отмеченный и, спустившись с гряды, спокойно пошел по болоту.

Найджел пожал плечами и двинулся следом. Видимо, судьба выбрала ему такой путь... Жаль, Найджелу всегда казалось, что выбор представляется делать самому человеку...

На этот раз он вступил в болото без опаски - мерзкая жижа даже не шевельнулась под его ногами. Магия надежно удерживала его и не позволяла провалиться в вонючую тину. Оставалось надеется, что Отмеченный не вздумает немного поразвлечься со своей игрушкой, снова поболтав ею в болотной гуще...

Но вскоре Найджел забыл об этих мыслях - его всерьез озаботила враждебная атмосфера поверхности... Где-то в середине пути вода в болоте по обе стороны начала бурлить, надуваясь огромными пузырями, которые лопались и испускали ядовитые пары.... В некоторых местах прямо из воды плескалась самая натуральная магма! Кроме всего прочего тот тут, то там на болоте возникали пятна всяческих оттенков, которые шипели и неожиданно плевались целыми струями зеленой жижи. К счастью все эти прелести творились в стороне от шедших сквозь болота путников... Или в стороне от Отмеченного... В любом случае ничто прямо не угрожало смертью Отмеченному и его... псу. Однако бывший Страж совсем не доверял своему Хозяину и поспешил ускорить шаг, догнав Отмеченного, чуть ли не уткнувшись ему в спину. Мерлон же не обратил никакого внимания на Найджела. Он смотрел только в одну сторону - в сторону треугольных ворот.

Вскоре вязкая жижа с ее опасными сюрпризами закончилась, и путники вступили на сушу... Первое, что бросилось в глаза - это многочисленные рытвины, воронки и страшные разломы, несшие следы прошедшей битвы. Все же маги знатно бранились на этой земле... Прямо как во времена Войны Сил.

Мерлон спокойно обошел все препятствия, встретившиеся ему ну пути и напрямую вышел к воротам черной крепости... Обрамленные обсидиановой сталью, десятиметровые створки, усеянные зазубренными шипами, были заключены между двух мощных оборонительных башен. Даже с далекого расстояния можно было разглядеть, насколько надежными были укрепления, имевшие плотную кладку из огромных каменных блоков, скрепленных обсидиановыми перегородками.

Непосредственно к воротам вел длинный мост, украшенный скульптурными композициями, расположенными через каждые десять метров на мраморных пьедесталах. Мост был перекинут через мелкую черную речку, протекавшую под высокими стенами крепости, от которой исходили желто-зеленые испарения, стелившиеся по поверхности странной реки. Чем бы они не были, желания оказаться под мостом не возникало.

Спустя пару минут Мерлон небыстрым шагом двинулся по мосту. Казалось, словно с каждым шагом он отмеряет последние минуты своей жизни... прошлой. Задумчиво двигаясь к воротам, Отмеченный бессмысленно смотрел себе под ноги, не смея поднять взор на черную махину, зависшую над его головой.

Найджел же напротив, с интересом разглядывал скульптуры, вглядываясь в их черные лица, пытаясь понять сюжет и сокрытый смысл... Однако по большей части все они имени одинаковую композицию: темный ангел, расправив широкие крылья, с беспощадной злобой разделывается с представителями святой епархии или сражается с благородными рыцарями, заключенными в полные латы, или рушит дворцы с храмами, представляясь огромным великаном, пинающим ничтожные постройки своими кованными сапогами... Только в одном месте была скульптура... в которой черный ангел стоял на коленях, зажимая в сердце кинжал. А над ним стояла маленькая гордая девушка, смотревшая на поверженного врага сверху вниз. Интересный поворот событий... Непобедимый посланник нижних миров пал от рук смертного существа... Весьма наивным было создание скульптура...

Однако именно рядом с этой скульптурой остановился и Мерлон. Он внимательно осмотрел представившуюся перед ним картину, покивал головой и двинулся дальше... прекратив движение только в метре от черных ворот. На легкую заминку Отмеченного Найджел предпочел не обращать внимания - мало ли всяких странностей может быть у сумасшедшего.

Найджел застыл рядом с неподвижным Мерлоном, разглядывая здоровенные шипы, покрывавшие створки. Выглядело очень внушительно, ничего не скажешь.

- ФаргНар... - тихо произнес Мерлон и направил указательный палец в сторону крепости. Тут же послышался механический скрежет, донесшийся из-за стены, и ворота стали медленно открываться.

- Идем на встречу Судьбе, - проговорил Мерлон и шагнул во тьму.

***

Как же больно ощущать границу своих сил. Такое чувство, что почва ушла из-под твоих ног. Словно вывели к позорному столбу и прилюдно отлупили палками... И телесная боль, последовавшая после унижения, служит лишь напоминанием о пережитом... Настоящая боль ранит глубоко в душу, едкой кислотой проедая основы самой веры в себя...И становится с каждой секундой хуже, кода яд бессилия медленно, но верно парализует волю, а затем сознание... Теряешь уверенность, затем желание действовать, а в конце концов впадаешь в апатию, бессмысленно блуждая взором из стороны в сторону, утопая в потоке бесконечной жалости к себе... Мерзкое, отвратительное чувство, которое так похоже на смерть! С чем же еще можно сравнить эту боль? Но Даратас не может позволить себе сдаться так просто! Распустить сопли и валяться в ногах! Пускай он проиграл и теперь уже точно полностью, но свой конец он примет также достойно, как и прожил жизнь.

Овальная зала, освещенная яркими лампами в виде человеческих черепов, совершенно бессмысленно пустовала, заключая в себя гнетущую тишину. Героические барельефы, украсившие периметр помещения, безмолвно взирали на мозаичный пол, в одиночестве своем способном поспорить только с грязно-серым потолком, лишенным всяких объектов. Несколько неподвижных скульптур, изображавших коренастых великанов с рогами на голове, также спокойно подпирали собой стены, не решаясь сойти со свих мраморных пьедесталов - все вокруг было погружено в глубокую пелену забвения. Разве только каменный алтарь в виде круглой чаши, установленной на фигурной треноге, иногда издавал звуки, очень похожие на журчание воды...

Что это за место, Даратас не знал... К несчастью, после удара Первого Мастера, он потерял сознание и вернулся в реальность уже будучи в этой зале, прикованный руками к стене... Единственное, что сразу порадовало Даратаса, несмотря на боль во всем теле - это пребывание рядом Ольвена, который сидел неподалеку и взволнованно вглядывался магу в лицо. Он также был надежно прикован.

- Ты жив... а я боялся, что ты погиб... - пробормотал Даратас, откашливаясь... Грудь сдавило такой болью, что стало трудно дышать.

- Со мной все нормально... Видимо колдун специально оглушил меня... , - в лице эльфа читалась смесь злобы и обиды: все-таки Первый Мастер слишком просто разделался с ним, что не укладывалось в сознание гордого принца.

- Действительно, хороший способ подорвать моральные силы врага, - согласился маг. Воспользоваться магией не получалось - что-то блокировало путь к эфирным каналам. А боль продолжала расходиться все сильнее...

- Вам больно? - участливо спросил Ольвен. Такая забота даже слегка удивила мага.

- Справлюсь... Пока болит, значит живу... А этому радоваться осталось... недолго, - последнее слово далось магу слишком сложно. Как нельзя кстати он вспомнил про проснувшееся Семя Судьбы, несшее на себе печать Смерти... Оно было настолько горячим, что даже жгло кожу через карман. - Ты лучше скажи, где мы?

- Мы точно внутри башни... Я успел очнуться когда нас тащили через ворота...

- Понятно...

- А что это за место... могу лишь догадываться. Приспешники Мастера упоминали какой-то Жертвенный зал...

- Нас решили принести в жертву? Мелковато, как-то... Я пуст, во мне никакой силы...

- Во мне тем более... - кивнул эльф.

- Первый Мастер упомянул что-то о пике величия... Скорее всего нас привели сюда в качестве... зрителей, - постепенно к Даратасу вернулся контроль над чувствами и он изо всех сил старался заглушить боль в груди - даже кусал губы. - Только... какого представления?

- Слышите? Кто-то идет! - сказал эльф после недолгой заминки.

Даратас не успел отреагировать на слова принца, как тяжелая дверь с каменным василиском на кованной створке резко распахнулась, и внутрь стали проходить гости. Вход располагался прямо напротив пленников, поэтому им было отлично видно всех нарушителей непробиваемого спокойствия Жертвенного зала.

Первыми входили люди в черных мантиях. На их лицах были надеты маски в виде черных черепов с яркими огоньками, зловеще мерцавшими в провалах глазниц. Насколько помнил Даратас, такие глаза в Культе получали только заслуженные маги, особо отличившиеся перед Первым Мастером.

Вошедшие малефики что-то монотонно бормотали себе под нос и очень медленно, словно отмеривая каждый шаг, двигались в двух направления вдоль стен, пока не сомкнули полное кольцо по периметру помещения. Один из таких встал рядом с пленниками, но даже не удостоил их взглядом, словно посторонних в зале и не существовало.

У всех колдунов в руках были зажжены свечи, горевшие ярким алым пламенем и источавшие красные капли воска, похожие на свежую кровь.

Бормотание нарастало. Спустя пару минут малефики стали нараспев читать слова какого-то очень древнего заклинания, от которого так и сквозило темной магией и... основами стихии земли... Обессиленный Даратас пытался уловить суть, но ничего не получалось - он даже не видел творившихся плетений!

Вслед за первыми гостями, в зал прошли четверо новых: они также носили маски в виде черепов, только в дополнение к ним на головах колдунов красовались костяные короны с острыми рогами, точно такими же, как у скульптур, стоявших вдоль стен. Мастера Круга... Очень хорошие маги. В свое время Даратасу пришлось попортить не мало крови, разбираясь с этими ребятами. По иерархии Культа выше них стоял только Первый Мастер.

Мастера круга также церемонно и выдержанно прошли внутрь зала и остановились рядом алтарем. Они тоже читали слова какого-то заклинания, но по звучанию совершенно отличного от той грубой песни тьмы, что все громче и громче тянули младшие малефики. Однако Мастера, поначалу очень тихо и стеснительно нашептывавшие заклятье, решили не отставать от своих собратьев, и очень скоро их слова превратились в самый настоящий гром, а стены башни принялись дрожать от каждого звука, произнесенного этими мощными магами.

В какой-то миг все прочие звуки исчезли из мира, оставив Жертвенный зал в объятиях бушующего вихря страшных, чудовищных слов столь мощных заклятий, что Даратас инстинктивно вжал голову в плечи: вокруг творилась очень злая волшба, изучать которую даже боялся сам Франческо...

В определенный момент, когда накал фанатичного восторга колдунов достиг апогея, один из Мастеров быстрым движением что-то кинул прямо в чашу. За ним то же самое повторили другие Мастера. Даратас так и не смог разглядеть, что именно пожертвовали алтарю темные маги - слишком быстро... Но скорее всего какой-нибудь дополнительный реагент. Но куда же больше? Весь зал и так заполнен кошмарной мощью! Стены Башни Культа чуть ли не трещали по швам! Даратас чувствовал, как тошнота подступила к горлу. Жуткая и злая сила проникала сейчас через каждую частичку его тела.

На все брошенные предметы алтарь ответил громким хлопком, а затем забурлил и засветился багровым пламенем, поглотившим яркий свет фонарей. В этот же миг все малефики дружно замолчали, застыв, словно скульптуры. Никто не смел даже пошевелиться...

Даратас какое-то время наблюдал за молчаливыми колдунами, но затем случайно посмотрел на пол и оторопел: камни медленно и верно покрывались кровью! Алые струйки резво бежали по специально проделанным канавкам, которые расчертили весь пол на линии, складывающиеся в пентаграммы! Только в свете багрового пламени, источаемого алтарем, можно было разглядеть это удивительное и ужасающее зрелище... И в этот миг стоявшие по кругу малефики резкими движениями сдернули свои мантии. У Даратаса перехватило дыхание: все тела колдунов покрывали струи крови, которые текли прямо из кожи без каких-либо видимых ран! Кровь стекала на пол и присоединялась к общему рисунку... А малефики молчали. Все это продолжалось минут пять... пока кровь полностью не вытекала из малефиков и их бесчувственные тела не превратились в иссушенные мумии! Один из Мастеров щелкнул пальцами и сухие трупы рассыпались в пыль, которая тут же собралась в общее облако под потолком...

В открытую дверь прошел новый человек... Темная мантия, срывавшая его с ног до головы, не позволяла рассмотреть его лицо... Первый Мастер, вне всяких сомнений. Даратас глубоко вздохнул. Вот и все...

Первый Мастер осторожно прошел по расчерченному кровью полу и замер у светившегося алтаря. Какое-то время он внимательно смотрел на багровое пламя, танцевавшее из чаши, а затем резко повернулся в сторону прикованных к стене пленников и сделал несколько шагов в их направлении. Остановившись, Первый Мастер склонил голову на бок и какое-то время смотрел из-под тени капюшона на перекошенное болью лицо Даратаса... А затем он коснулся золотых пуговиц на своей груди и в считанные секунду расстегнул их все. Мягкая ткань соскользнула вниз, золотистые кудри упали на плечи и... у Даратаса отвисла челюсть.... Не может быть!

- Всегда хотела посмотреть твою реакцию на это... - усмехнулась Дариана, затянутая в кожаный походный доспех. Да, именно она, вне всяких сомнений! Хотя... может, это морок?!

- Я не игра твоего воображения, Даратас, не стоит тешить себя подобной мыслью, - продолжая улыбаться, сказала девушка. Ее лицо было именно таким, каким обычно... кроме блеска безумия в глазах и откровенного злорадства, расчертившего каждый сантиметр ее кожи. Она была прекрасна и ужасна одновременно! А от ее взгляда хотелось закрыться и спрятаться каком-нибудь темном углу! - Это именно я, Дариана... Грозная... Или Первый Мастер Культа...Впрочем, к чему формальные титулы? Проще сказать: я единственная и вечная владычица приспешников тьмы! - девушка рассмеялась. - Ну как тебе?

Даратас молчал. Он был настолько поражен, что все во рту пересохло и язык совершенно не слушался его.

- Вижу, что понравилось... Жаль, что приходится сообщать тебе об этом так... Но ты разочаровал меня окончательно. Кельвин сильно ошибся, когда выбрал тебя...

- Ош... ошибся в чем? - смог все же пробурчать Даратас.

- Когда предположил, что ты займешь достойное место правителя в Новом Мире! Он считал, что я сгожусь только на первом этапе Обновления, а вот ты... сможешь заняться уже общими делами строительства Нового Мирового Порядка!

- Боги! Что ты несешь?! - все происходившее казалось Даратасу одним большим безумием!

- Дурень... Ты так и не понял, зачем Кельвин выбрал тебя алахоэ... Только из особо уважения? Глупец! Конечно нет! Ты был частью нашего общего плана! Плана, согласно которому мир наконец-то отбросит все маски лживой ереси святых отцов и проповедников! Плану, который приведет к новой, истинной сути Тьмы и Хаоса, в которой он был рожден и задуман...

- Мой отец никогда бы не стал вести дела с такой мразью, как ты! - воскликнул Ольвен и тут же получил жуткую пощечину: Дариана просто щелкнула пальцами, и магическая ладонь с огромной силой съездила по щеке принца. Тот даже потерял сознание.

- Глупый мальчишка. Мне он никогда не нравился, - с отвращением произнесла Дариана. - А насчет тебя... Ты должен был остаться в Подземном Царстве и заботится об эльфах, пока все необходимые приготовления не были бы закончены на поверхности... К сожалению, Кельвин был уверен, что не переживет Явления и сразу придумал весь план. Зная твою нерасторопность и нелюбовь в большим политическим играм, он был уверен, что ты добросовестно исполнишь свои обязанности... Но что сделал ты? Ты удрал! Сюда, на Харон! Весь такой разодетый и безмерно гордый! И вместо вдумчивых действий сначала снюхался с Ткачем, а затем явился сюда, под стены Башни! Кем ты себя возомнил, дурак?!

- Ткач... Так ты подстроила свое падение, чтобы не являться к Ткачу! - осенило мага.

- Ну, хоть это ты понял, - махнула рукой Дариана. - Этот ублюдок все забыл после того, как я хорошенько отделала его, но память постепенно вернулась, и... пришлось заслать его в свою любимую пещеру на горе...

- Так это...

- Я, снова я! Везде я! Все, что происходит сейчас - это я... ну и мои верные подданные, конечно! - Дариана чуть ли не подпрыгивала в порывах собственного восхищения. - Войны, заговоры, интриги - все задумано мной! Ну... и Кельвином отчасти... он лишь сетовал о благополучии своего народа. Впрочем, теперь мне все равно. Пусть сдохнут все эти длинноухие подземные жабы... Я никому не обязана...

- Ты сумасшедшая! Ты хоть понимаешь...

- Я? Прекрасно понимаю... - рассмеялась Дариана. - А еще теперь... в отличие от событий прошлых лет, у меня есть оружие, которое решит все проблемы... Мельтешение ничтожных букашек вскоре будет окончено! И только Тьма и Хаос станут править миром, а я буду их преданным Пророком, несущим смерть неверным! ФаргНар! Явись к нам! - воскликнула Дариана и направила руку с раскрытой ладонью в сторону входа в Жертвенный Зал.

Даратас послушно сконцентрировал внимание на двери. Какие-то мгновения темный проем пустовал, но спустя несколько секунд через него в зал вошло нечто... Нет, это очень напоминало человека, имело все физические составляющие, но при одном взгляде на него хотелось в ужасе забиться в угол и скрести каменную кладку, надеясь вырыть себе собственную могилу! Этот оживший ужас был похож на высушенного зомби, чья плоть превратилась в серую ткань, выглядывавшую из-под выжженных прогалин на грязном балахоне, но вот глаза... черные, бездонные глаза самого настоящего демона глубин несли в себе такую злобу, ненависть и очищенную от всех предрассудков Ярость Бездны Миров, что хотелось кричать от ужаса! Эти глаза не могли принадлежать простому человеку... Они вообще не могли принадлежать существу известного мира... Только отмеченному сияющей печатью Хаоса и Тьмы Посланнику Смерти... Мстителю... Тому, кого в самых древних и самых страшных летописях зовут ФаргНар...

Нечто медленно проследовало в центр зала и остановилось у алтаря. Странно, но его взор свободно блуждал по помещению, словно ничего здесь для него не представляло интереса, а окружающие вовсе не существовали.

Следом за главным гостем Дарианы прошел вжавший голову в худые плечи низкорослый человек в драных лохмотьях. В отличии от первого, он был простым и несчастным человеком, очень похожим на обыкновенного нищего, которых можно десятками найти в трущобах любого большего города... Что он делал здесь, Даратас не знал... Но самое удивительное, что человек явно чувствовал себя не в своей тарелке, озирался по сторонам, ожидал всего, чего угодно и жался не к стене, а к самому Посланнику Бездны! Словно именно он был его защитником... Признаться, в попытке понять происходящее вокруг сознание Даратаса пасовало...

- Всегда было так смешно смотреть, как вы мечетесь с Франческо... От одной неразрешимой, на ваш взгляд, загадки к другой... Но во всех своих изысканиях вы лишь нащупывали грань, но никогда... никогда не рисковали переступить через нее. Ваши эксперименты с черной магией - просто забава для детей. Мои ученики первого звена позволяют себе развлекаться намного серьезнее... - в процессе речи Дариана не смотрела на Даратаса. Вместо этого она с интересом разглядывала свое нареченное оружие, обходя его чуть ли не со всех сторон.

- А ответ был так прост, Даратас... Чтобы познать истинную силу, нужно стать ее частью... Вельтор знал это, но не говорил вам - он слишком боялся, что кто-то овладеет той мощью, что предоставлена только ему. Но он проморгал меня... Причем откровенно и беспечно. За что и поплатился... Дурачок. Впрочем, сейчас он учел свои ошибки и надежно спрятал свою трусливую душу в стенах непреступной крепости. Ну и пусть. Сидя там, он изолирован от всего происходящего... и ничем помешать не сможет... А если попытается - получит свое сполна! Впрочем, довольно разговоров! Пора вручить Мстителю его орудие... Ему необходимо исполнить предначертанное! Целая семья умнейших и благороднейших людей на свете отдала свои жизни... чтобы единственный потомок все же исполнил истиную миссию! О старый Барт'свей... Если бы только дожил до этих дне... Мастера! Откройте путь силе! Пусть ФаргНар примет ее!

Мастера Круга кивнули своими рогатыми головами и, вознеся руки над алтарем, принялись нараспев читать слова сложного заклинания. Как и прежде, Даратас не мог разобрать сущность творившейся волшбы, однако прекрасно ощущал ту жуткую силу, которую она несла за собой...

Пока Мастера занимались сплетением магических узлов, Дариана была увлечена какими-то манипуляциями с застывшим под потолком Жертвенной залы облаком пепла... Доселе хранившая полное спокойствие, серая субстанция пришла в движение и стала постепенно закручиваться в коническую спираль, острый конец которой стал медленно приближаться к чаше алтаря.

По мере того, как росла сила создаваемого Мастерами заклинания, облако пепла становилось все ближе и ближе к алтарю и в какой-то момент, когда слова Мастеров снова заставили дрожать стены Башни, кончик спирали коснулся чаши....

Даратасу показалось, что магический удар разорвал каждую клетку его тела. Откат силы был такой мощный, что Мастера разложились на мелкие атомы за считанные мгновения... которые показались вечностью. Все вокруг происходило быстро и одновременно чудовищно медленно... По крайней мере Даратас разглядел, как части малефиков разлетаются по самым мельчайшим деталям... Видел, как темнеет лицо Дарианы и как... расплывается в улыбке то, что было названо Мстителем... Это было ужасное лицо... Лицо самой Бездны - холодной, беспощадной, бесконечно устрашающей...и совершено непознаваемой!

После оглушающего хлопка алтарь раскололся на две части, и все линии на полу зажглись ярким лиловым светом, который стал постепенно распространяться, подобно туману, по всему помещению... А затем ярко вспыхнул единой силой, словно раскаленный газ. Даратас закрыл глаза, но их все равно обожгло ужасной болью... А спустя секунду магу показалось, что его тело принялись рвать на куски тысячи невидимых зубов! Он попытался закричать, но из его горла донесся только хрип... И цифры, цифры, бесконечные цифры мелькали перед глазами... Формулы, цифры, знаки.... Так похожие на те, что использовали математики и физики в родном мире Даратаса. А затем перед глазами возникла черная гора.... Эта гора не имела объема или четко выраженной формы - она была черным ничем посреди алого неба.... Цифры, цифры, знаки... формулы... гора...

И в какой-то миг все прекратилось. Исчез свет, отступила боль... Наступила тишина.

Некоторое время Даратас не решался открыть глаза. Он вообще боялся, что уже давно отправился на тот свет... Но когда он все же пересилил страх и приподнял обожженные веки, оказалось, что все по прежнему на месте... Комната, скульптуры, дверь... Не хватало только потолка, вместо которого мерцало ядовитое небо... Не было еще разлетевшихся в пыль Магистров и алтаря, от которого остались лишь обгоревшие головешки...

Дариана стояла на том же месте... И с первого взгляда казалось, что в ее лице ничего не изменилось... Однако нельзя было не увидеть, как полны страха ее глаза... и самого настоящего ужаса... Большего того, все тело девушки дрожало... ее била крупная дрожь! Казалась, она боялась вздохнуть...

А рядом... рядом с ней стояло... Нет... не хватит слов, чтобы описать это. Даже нет таких слов... Язык сам побоится искать их! Это просто было одновременно и человеком, и тьмой, и хаосом, и бездной... Оно представлялось в образе человека, причем с девственно чистой кожей, лишенной налета смерти, мускулистым телом и вполне осмысленным лицом... Однако существовало в постоянно движущемся Хаосе, менявшей тысячи безумных масок от самых жутких, до простых... почти человеческих... Но больше всего ужасали глаза... Они несли в себе тьму, составлявшую всю основу этого существа... Она заполняла каждую его частичку и служила основой его бытия.

- ФаргНар... Я... Исполнила все, что было указано в Писании... Тринадцать жертв... Алтарь Судьбы, полный вершащихся в мире событий... и конечно же сила Междумирья... - пролепетала Дариана на одном дыхании...

Нечто медленно повернуло голову в ее сторону... Какую-то секунду оно внимательно смотрело на девушку...

- Спасибо тебе, Дариана... Ты была всегда так добра со мной, - молвило существо простым человеческим голосом.

А следующий миг его рука неуловимо быстро взлетела вверх, и его жесткие пальцы сомкнулись на шее Дарианы.

- Но теперь твои игры закончены! - взревело нечто и... легонько дернуло кистью... Хрупкая шейка девушки хрустнула, и мертвое тело безвольно упало на пол.

Даратас воспринял произошедшее как самое простое, что вообще могло твориться вокруг... Просто хрусть и все - одного из сильнейших магов мира не стало... Хрусть и все...

- А что будем делать с этими? - спросил воин в блестящих доспехах, вышедший из тени нечто. В мужественном лице и статной фигуре этого воителя с трудом угадывался тот тщедушный человек, который зашел в залу вслед за Мстителем.

Нечто повернуло голову в сторону Даратаса и эльфа. Как оказалось, принц был жив и с мужеством, достойным Стража Последнего Часа, наблюдал за происходящим.

ФаргНар сделал пару шагов и завис над пленниками. Даратас поймал взгляд его ужасных глаз, но не позволил себе отвести взор...

- Давай, кончай все это, ублюдок, - нашел в себе силы маг и гордо глянул на явившееся в мир нечто. - Не тяни! Давай!

Тот лишь сокрушенно покачал головой.

- Ваше время еще не пришло... Вы еще должны сыграть свою роль, - спокойно сказал он, а затем рассмеялся. Да так рассмеялся, что кровь в жилах застыла...

Мир вокруг моргнул, моргнул еще раз, а затем Даратас почувствовал себя свободным. Без цепей... Он сидел во внутреннем дворе Цитадели, тихо плакал и сжимал в руках пыль от сгоревшего Семени Судьбы... Смерть все-таки предназначалась не ему...

Однако последнее, что отразилось в его памяти - это мерцающие фигуры до боли знакомых существ, которые постепенно окружали воителя и нечто... Они скалились и ждали приказа... Хозяина.

***

- Ромунд... вставай! Начинается! - растолкала юношу Алиса. Ромунд легко открыл глаза, но с трудом поборол желание снова закрыть их. Ночь выдалась трудной... дико хотелось спать.

Союзная армия Республики и Сюреала прибыла под стены замка на следующий день, как Алиса с Ромундом обосновались на своем выжидательном пункте. Опытные вояки Сюреала за несколько часов окружили крепость валом, а всю округу подвергли тщательной разведке - агентам Отдела стоило немалых усилий остаться незамеченными. Пускать в ход магию не представлялось возможным - в армии интервентов было столько магов, что любое подозрительное применение особых чар привлекло бы лишнее внимание... Пришлось изворачиваться и постоянно менять место расположения... Патрули особенно тщательно изучали заросли. Этой ночью агенты скакали с места на место, опасаясь в любой момент быть обнаруженными... Однако боги миловали, и никто так и не раскрыл их нахождения... Ромунд заснул буквально за час до рассвета.

Из чащи было плохо видно общую диспозицию: судя по всему агентам открывался только край левого крыла союзной армии. Ромунд разглядел тяжелых ратников и несколько рот легких мечников, занявших позиции за передней линией панцирной пехоты. Приготовления шли очень долго, без толку гоняли солдат из стороны в сторону, меняли расположение подразделений. Стояла ругань, слышалось недовольство... Из-за многочисленных проволочек раннее наступление провалилось. Беготня закончилась только часам к девяти утра, когда солнце уже встало.

Наблюдая за многочисленными перемещениями войск союзников, Ромунд чуть не заснул во второй раз. Но настырную сонливость как рукой сняло, когда напряженное спокойствие нарушили звуки боя: загрохотали взрывы Большого огня, засверкали молнии.

Юноша нахмурился: он никогда не слышал, чтобы при штурме активно применялась магия воздуха... Однако как ни странно огонь полыхал только под стенами замка, но ни один взрыв не коснулся самих укреплений. Зато молнии крушили камень цитадели в мелкую крошку, не встречая особенного сопротивления. Буквально за первые полчаса обстрела несколько башен превратились в груды обломков, усеявших подножья стен.

Варвары некоторое время молчали, но затем ответили каскадом огненных шаров, сорвавшихся с небес. Несколько таких разорвалось невдалеке от схрона агентов: надо сказать даже на безопасном расстоянии встряхнуло весьма ощутимо. Однако большая часть пламенных глыб разбилась о магические щиты.

Дистанционный поединок магов обоих сторон продолжался больше часа, пока стены Кандура все-таки не показали бреши, а окружавшие его джунгли не заполыхали огнем. Черный дым заволок солнце, и разворачивающая сцена погрузилась в полумрак.

В тот же миг заиграли сигналы к началу штурма. Стройные ряды пехотинцев дрогнули и медленно начали движение. Ромунд затаил дыхание: где там была его Эмми...

***

На поле боя стоял страшный грохот: Большой огонь и плазма тысяч молний безжалостно терзали окрестности замка, превращая все живое и неживое в пыль. Совместные усилия более тысячи магов пробили оборону чародеев Одера-Табу, проделав значительные дыры в толстых стенах замка. Высокие ворота держались до последнего, однако к концу дистанционного боя створки все же не выдержали и слетели с петель. Воины союзной армии одобрительно загудели и забили в щиты, призывая командование к скорейшему наступлению: оплот врага зиял пробоинами и плевался черным дымом - самое время взять неприятеля штурмом!

К своему стыду, Эмми никак не могла унять дрожь и спокойно стоять под обстрелом: каждый раз, когда поблизости разрывался магический шар, посланный магами неприятеля, девушка пригибалась чуть ли не до самой земли - уж слишком страшно было ощущать близость пылающей огнем смерти. На ее глазах несколько таких снарядов угодили прямо в строй ратников, расположенных в первой линии цепи. Более двадцати человек разметало в клочья - лекари даже не стали искать выживших. Но стоит отдать должное подразделениями мастеров земли - большая часть вражеской магии прошла мимо, не задев бойцов.

Десяток Харгула располагался во второй линии. Согласно диспозиции, маленькие отряды магов (преимущественно мастеров огня) должны были поддерживать наступающие роты тяжелой панцирной пехоты, вступая с врагом в контактный бой. Предполагалось, что чародеи неприятеля обязательно появятся среди общей массы простых ратников и попытаются проделать бреши в наступающих порядках. Для противодействия подобным попыткам были созданы штурмовые группы магов численностью до десятка. Командование считало, что этого будет достаточно. Однако они очень плохо знали, на что были способны самоучки варваров... Эмми лишь качала головой, представляя что же ждет их впереди.

Харгул спокойно стоял в середине отряда и наблюдал за происходившим. Рвущаяся во все стороны магия совершенно не волновала его: он даже не шелохнулся, когда в непосредственной близи разорвался огненный шар. Его бледное лицо не выражало никаких эмоций. Казалось, война съела его душу...

- Харг, ты как? - спросила стоявшая рядом Эмми.

Командир посмотрел на девушку совершенно пустым взором и снова повернулся к замку.

- Сегодня будет очень много смерти, - проговорил он.

Эмми закусила губу: несчастный Харгул слишком близко воспринял все событий похода - похоже он совершенно закрылся в себе.

- Как думаешь... Получится взять стены с первого раза? - зачем-то спросила Эмми.

- Нет. И впереди уже все покойники. Что будет с нами, даже думать не хочу, - резко ответил Харгул. В этот же момент раздались звуки сигнальных рогов - спустя секунду все командиры по каналам трансферанса получили приказ к наступлению.

- Начинаем. Держаться вместе, не отступать друг от друга ни на метр! - скомандовал Харгул. - Считаем до пятнадцати и двигаемся следом за мечниками.

Первая линия тяжелых пехотинцев заколыхалась и медленно двинулась в замку. Из-за плотного дыма, покрывшего поле боя, разглядеть действия варваров было очень трудно - видным были только очертания стен. Что готовили защитники Кандура оставалось загадкой для наступающих... до поры до времени.

Маги поспешили выдвинуться вслед за ратниками. В свою очередь за их спинами зашевелилась третья линия цепи, состоящая из легких подразделений пехоты.

Где-то на середине отрезка пути пехотинцы перешли на бег. Разгоряченные атмосферой, воины подбадривали себя ревом и отборной руганью в адрес осажденных. Их кличи, угрозы и ругательства неслись вперед на приступ стен, обильно поливая грязью всех, кто оказался в этот день за стенами. Досталось и им самим, и их родственникам, и домашним животным и женам с детьми...

Впрочем, варвары предпочли ответить сталью: в воздух взвились сотни стрел, в миг накрывших наступающие порядки союзной армии... Несмотря на защитную магию, воины повалились на землю, как снопы.

- Чарованные стрелы! Всем укрепить щиты! - прокричал на бегу Харгул: первая линия воинов почти вплотную подошла к замку, надо было поспешать.

Цель наступления - разбитые ворота и бреши, которые не успел заделать враг. Прыгать на сами стены не было никакого смысла - все площадки достались огню и молниям.

Так получилось, что десяток Харгула оказался прямо напротив ворот. В закипевшей схватке пехотинцев для магов тоже нашлась работа - вражеские чародеи действительно затесались среди простых бойцов и разили наступавших своими смертоносными заклинаниями. Однако они не учли появление магов-штурмовиков и быстро ретировались, потеряв нескольких собратьев убитыми - у Харгула обошлось без потерь, однако, в соседнем десятке погибли почти все.

Рукопашный бой шел с переменным успехом. Воины союзной армии поначалу сумели оттеснить отчаянно сопротивлявшихся варваров во внутренний двор, полыхающий огнем пожаров, но затем к защитникам подошло значительное подкрепление в виде нескольких сотен вооруженных тяжелыми топорами вояк, разодетых в шкуры мармотов. Свирепо вопя, эти ребята бросались на щиты и вырывали вражеских бойцов из строя голыми руками. Пускай они в считанные мгновения погибли все до единого, навести шороху в рядах союзников им удалось: варвары тут же воодушевились примером и неимоверными усилиями отбросили атакующих к стенам, а затем выбросили опешивших солдат Сюреала и Республики за границы замка - не помогла даже открытая поддержка магов - варвары умирали десятками, но даже не думали останавливаться.

Затем подошло подкрепление к наступавшим: солдаты с новыми силами набросились на порядки варваров, но оттеснить их не удалось - с совершенно безумными лицами окруженные со всех сторон люди дралась до последнего вздоха. Даже после дистанционной бомбардировки, превратившей внутренний двор замка в один сплошной пожар, варвары стояли на смерть, не пуская захватчиков в замок ни на шаг... Трупы завалили проходы - в спешном порядке было организовано несколько команд, которые относили погибших с поля боя. Лекари дежурили прямо под стенами, рискуя в любой момент получить стрелу: раненых несли десятками. Но бой продолжался, и никто уступать не собирался.

Эмми с облегчением привалилась к крепостной стене, переводя дух. Отбиваться сразу от нескольких обезумивших от крови вояк оказалось непросто... Но ребята переоценили свои силы - девушка дралась за свою жизнь и жалости к врагам не знала...

Девушка сняла латную перчатку и вытерла лицо - налипшая грязь и кровь превратили ее красивое личико в сплошную маску. Говорить об одежде вообще не приходилось - рваные дыры и прожженные прогалины сплошь покрывали казенное тряпье.

- Эмми! Скорее! Что ты стоишь и прохлаждаешься?! - воскликнул возникший из толпы вояк Шип. Все лицо парня покрывали мелкие царапины.

- Устала... - честно призналась девушка, глубоко вздохнув.

- Бегом! - заревел юноша. - Там Харг и Мевелин с магиками схватились! Их там куча! - сказал он и снова скрылся в общей массе воинов. Эмми покачала головой и поспешила вслед за Шипом.

Кое-как протиснувшись сквозь переводящих дух пехотинцев, Эмми выбежала к месту кипящего боя: вокруг схватки чародеев образовалось пустое пространство, к которому никто из воинов обеих сторон приближаться не собирался.

Шестеро разодетых в шкуры заклинателей Одера-Табу держало битву с двумя десятками магов-штурмовиков. Безумцы-самоучки очень грамотно отражали атаки и даже умудрялись отвечать, причем каждый выпад уносил чью-то жизнь...Так один из заклинателей перехватил брошенную в него молнию и отправил ее обратно, многократно усилив ее... Штурмовик оказался к этому не готов и погиб на месте...

Но численное превосходство атакующих все же дало свои плоды и постепенно заклинателей осталось только двое: особенно этому посодействовала Эмми, удачно направив чьи-то грубо сплетенные потоки в нужное русло - получился впечатляющий взрыв, лишивший жизни сразу двоих чародеев. Однако после этого Эмми без всяких сил повалилась на разбитые камни. Спустя пару минут бой был окончен.

К лежащей Эмми подскочил Шип... Его рука и часть груди были обожжены, но, казалось, юноша не замечал этого.

- С тобой все хорошо? - спросил он.

- Да, да! Ты на себя посмотри... - пробормотала девушка.

- Ерунда, сейчас залечу порошком... Классно мы их, да? - усмехнулся Шип. Эмми недовольно дернула бровью: мальчишка, честное слово!

- Еще чуть-чуть и мы надерем им задницы! - улыбаясь во все свое доброе лицо, заявил он, показывая на пятившихся варваров - пехотинцам все же удалось смять их порядки.

Эмми хотела сказать что-то, но в этот миг до ее слуха донесся звук рогов... чужой звук... Он принадлежал... армии Таргоса!

И словно в подтверждение ее слов где-то неподалеку загрохотали пушки - особое оружие Солнечного Королевства... Несколько ядер попало в стены и со страшным звуком взорвалось, усеяв солдат осколками.

- Что? Что такое? - изумился Шип.

- Я... я не знаю... - залепетала Эмми, наблюдая за паникой забегавших в разные стороны солдат.

Неожиданно из плотного облака дыма выступил Мевелин и подошел к товарищам. В его безумных глазах горел нехороший огонек...

- Эмми, проход открыт. Нужно поспешить исполнить поручение... Немедленно! - сказал Мевелин.

- Какое поручение?! - изумился Шип. - Мев, ты что... - юноша не успел договорить - яркая плазма молнии разорвала его грудь, и он упал замертво.

- Мне никогда не нравился этот идиот, - брезгливо сморщившись, сказал Мевелин.

- Зачем ты его убил?! - завизжала Эмми.

- Госпожа, прошу не истерить! Времени мало! Выпейте эту настойку и за мной. Скорее!

Девушка спорить не стала- у этого фанатика вообще не было сердца. Сделав пару глотков из фляги, предложенной Мевелином, Эмми поспешила следом за ним, затерявшись в клубах плотного дыма.

А тем временем союзники в спешном порядке перестраивались, прекратив наступление внутри замка. Оставив во внутреннем дворе Кандура какую-то часть подразделений для удержания занятых позиций, армия Республики и Сюреала готовилась отразить удар неожиданно возникших на сцене войск Таргоса, которые плотной цепью наступали на их позиции, активно забрасывая бомбами и магией.

Солнце к тому времени почти вошло в зенит.

***

Обещанная армия прикрытия подоспела как раз вовремя - защитники Кандура к тому моменту держались из последних сил, надеясь на помощь богов...

Наблюдая, как армия союзников медленно, но верно преодолевает сопротивление варваров, Ромунд уже начинал подумывать о полном фиаско операции Отдела, когда неожиданно в тылу союзников загрохотали пушки. Поле перед пылающим огнем замком вмиг наполнилось вспышками мощных взрывов и звоном рвущейся на свободу шрапнели (это слово Ромунд выговорил только с третьего раза - Алиса даже пару раз снисходительно хмыкнула, наблюдая за попытками юного ординарца справиться с интонациями не совсем привычного ему наречия).

Армия Республики и Сюреала в спешке перестраивала порядки, готовясь к встрече рвущихся в бой воинов Таргоса. Однако под неустанным обстрелом пушек это получалось из рук вон плохо - союзники несли неоправданно большие потери. Магом доставалось сильнее всего: вся их сила была сконцентрирована на отражении чародейства варваров, поэтому когда орудия Солнечного Королевства вдруг загрохотали за спиной и принялись громить их позиции, многие чародеи бессмысленно погибли, не сумев сразу выстроить защиту против смертоносных снарядов врага. Но и простым воякам пришлось не сладко. Передний край осаждающей армии принял бой почти сразу после появления на сцене третьего игрока. Несформировавшуюся цепь быстро смяли тяжеловооруженные роты и армия союзников в смятении покатилась назад... От неминуемого поражения воинов спасла многолетняя выучка. После недолгих препирательств командирам все же удалось восстановить порядок в потрепанной армии: под грязную ругань десятников встряхнувшиеся бойцы выстроили ряды, и наступление Солнечного Королевства захлебнулось. Особенно туго пришлось королевским войскам, когда маги союзников наладили защиту и направили свою карающую длань в сторону войск Таргоса: теперь вся мощь десятков опытных чародеев обратилась против плохо прикрытых чарами воинов королевства. Бесконечная канонада пушек не спасала вояк - тела несчастных воинов рвала на куски жуткая волшба самых изощренных умов Гипериона и Феба.

Алиса и Ромунд поспешили к замку в самый разгар сражения. Магистр использовала какой-то странный артефакт в форме пузатого человечка, вырезанного из кости мамонта, и обоих агентов накрыла еле видимая пелена - чары, отводящие взгляд... Ромунд с большим сомнением воспринял эту идею, но промолчал: наверное, Алиса знала, что делала...

Как они не старались обойти охваченное битвой поле стороной, край битвы они все же зацепили. Нет, трогать никого не пришлось, однако несколько раз неподалеку ухнули пушечные ядра, со свистом рассыпавшие в разные стороны смертоносную шрапнель. Ромунду оставалось только покачать головой: если бы не его магические щиты, лежать бы сейчас молодому ординарцу холодным трупом в высокой траве равнины Кандура.

Магия Алисы действовала: никому не было дела до двух людей, не имевших нашивок Республики или Сюреала и столь отчаянно спешивших в замок, а не на встречу с врагом. Чары действовали даже на магов, которые, казалось, не чувствовали странной волшбы. Впрочем, в воздухе было разлито столько магии, что чутье могло изменить кому угодно...

Земля под стенами Кандура давно потеряла свой нормальный цвет, впитав кровь сотен погибших солдат - все вокруг было усеяно мертвецами, наваленными целыми штабелями. Особенно много их было у проломов в стенах и ворот, где кипела отчаянная схватка с варварами. Ромунд успел рассмотреть немалое количество магов, чьи изодранные мантии пестрели среди темных доспехов воинов. У юноши сжалось сердце: Эмми... а вдруг среди них Эмми? Ромунд с большим трудом подавил желание бросить все и начать искать среди убитых свою любовь... Им овладел самый неподдельный страх... Но Алиса быстро отрезвила его - ее увесистый тычок в бок и грозный взгляд вернули Ромунда к делу... Все же для их прикрытия сейчас умирали десятки солдат, пригнанных сюда беспощадной волей Отдела - они просто не имеют никакого права их подвести!

Когда Ромунд и Алиса пробрались во внутренний двор замка, орудия Таргоса перестали стрелять: то ли закончились снаряды, то ли маги союзников заставили их замолчать... Однако примечательно было другое - воздух рвался от грома боевых рогов, извещавших о прибытии элитного подразделения Республики - в дело вступил Северный легион. Ромунд чуть ли не зааплодировал продуманному шагу союзников. Как же умно было оставить такую мощь в резерве! Эти воины заменят собой всю остальную армию!

Что ж... теперь поражение войск Таргоса стало очевидным. Время пошло на минуты. Вскоре будет скомандовано отступление... Если, конечно, королевские войска уже не дали деру.

Оба агента прибавили шагу и в самом быстром тепе пересекли пылающий двор замка, выйдя напрямую к основной башне Кандура, которая, кстати, все еще находилась в руках варваров: оставленные для надзора части союзников лишь опасливо выглядывали из-за наспех сооруженных баррикад, ожидая в любой момент контратаки дикарей.

- Ромунд! За мной! - крикнула Алиса, когда юноша уверенно направился к башне.

- Что? Но... - запротестовал было он, но девушка его не слышала - она со всех ног мчалась к маленькому пролому в стене...

Как оказалось, пролом представлялся сильно поврежденным входом в подземные казематы. Дверь с петель была сорвана ударом пульсара... Рядом лежали трупы охранников. Неужели кто-то опередил их? Ромунду стало дурно от этой мысли.

Не сговариваясь, оба агента поспешили внутрь...

Бесчисленные темные коридоры ветвились множеством проходов, в которых незнающий человек без всякого труда заблудился бы... Однако у агентов был серьезный помощник... И этот неведомый вычертил правильный путь кровью перебитых им стражей.

Ромунд что было сил бежал вперед, опасаясь не успеть. Скорее! Скорее! Скорее! Если кто-то заберет артефакт, и они не успеют его перехватить, житья ординарцу не будет точно!

Когда впереди, наконец, замаячил свет, Ромунд активировал все заранее заготовленные заклинания защиты и впереди самой Алисы ворвался в зал...

Час истины настал!

***

Харгул был зол... Чертовски зол... Сжимая до бела обожженные кулаки он просто не знал, куда выплеснуть накопившиеся эмоции... Проклятая война! Проклятый Сенат! Проклятые варвары... Теперь, когда главная цель всей этой страшной войны почти достигнута, ничего, кроме злости, в душе командира не осталось...

Из его десятка целыми и невредимыми остались всего трое бойцов. Шип погиб - Харгул сам нашел его тело на руинах разбитых стен. Куда пропала Эмми и Мевелин он не знал - ребята не отвечали по трансферансу и нигде не появлялись...Скорее всего сгинули в пекле. Когда из ниоткуда появилась орда Таргоса, рядом с Харгулом оказался только громила Джо, Стимп и еще два бойца из новичков...

Воины Таргоса лезли как угорелые. Разрушив строй, они бесформенной толпой врубились в несобранные порядки союзников и в первое время даже потеснили опешивших вояк... Особенно в этом им помогали пушки, нещадно садившие прямо в самую гущу войска союзников... Харг успел увести своих ребят оттуда прежде, чем там началась самая настоящая бойня... Не меньше сотни человек мелкая шрапнель изорвала в клочья! Впрочем, одного из новичков десятка ядро Таргоса все же достало... Уже под самый конец боя одна недобитая пушка на прощанье издала последний залп, и роковая дорожка судьбы проложила путь смертоносному ядру прямо к голове молодого мага...

Остатки штурмовых групп магов старались изо всех сил помогать сражающимся воинам, однако почти все силы были отданы при штурме замка. Сказать по правде, Харгул лишь пару раз вступил в поединок, остудив пыл королевских псов: несколько пульсаров позволили ослабить натиск врага на одном из участков фронта и солдаты союзников сумели перехватить инициативу и потеснить бойцов Таргоса. Но все равно исход боя решили мастерство, выучка и слаженные действия магов дальнего боя - когда замолчали пушки противника, исход сражения был предрешен. Сначала подошедший резерв Северного легиона отбросил таргосовцев от левого края, а затем шквальный магический огонь принудил врага перейти к отступлению. Спустя какое-то время оно превратилось в бегство.

Наскоро организовав преследование удирающего врага, командование принялось перестраивать потрепанные полки, готовясь к последнему, решающему штурму. Зычные крики командиров заставляли воинов ругаться, отплевываться, но все же брать себя в руки и вставать в строй. Даже не имея точных сведений, можно было видеть, какими колоссальными были потери: не менее двух с половиной тысяч бойцов сложили свои головы под стенами пылающего Кандура...

Впрочем, Харгулу было наплевать. Никуда вставать и строиться он не собирался, и вообще эта война закончилась для него. Хватит. Мочи больше нет. Достало все окончательно...

Десятник сбросил помятый шлем с головы, вытер текущий пот со лба и уселся на теплую после битвы землю. Достав припасенную флягу и откупорив ее, он принялся мелкими глотками пить обжигающую горло горилку... Как же его все достало!

Республика... Идеалы Республики! Свобода Республики... Великое предназначение Республики! Весь этот бесконечный бред усердно вдалбливали многочисленные учителя каждому юнцу, которого угораздило родиться во владениях Умрада... С самого детства их постоянно убеждали, что ничего нет лучше и прекраснее самой чистой и ненаглядной Республики! Родное государство, говорили они, окружено тьмой и беззаконием, необходимо расти и развиваться, чтобы однажды встать на защиту границ... Молоху войны требовалось свежее мясо.

Вранье. Вымысел... Наглая и лицемерная ложь.

Харгул был готов сражаться и умирать за свою страну, но на ее границах... на пороге своего дома! А что же получилось на самом деле? Буквально со студенческой скамьи его отправили воевать за чужие интересы... Убивать невинных! Твари... Как только все это дерьмо закончится, он подаст заявление, возьмет родителей и на первом же корабле умчится прочь из этого проклятого места...

Харгул, с остервенением снял латные перчатки, отшвырнул их в сторону и посмотрел на свои дрожащие от напряжения руки... Он никогда, никогда не сможет отмыть их... Кровь невинных всегда останется на них...

- Армия строится! - сказал подошедший к десятнику Стимп. Все это время оставшиеся в живых бойцы его десятка стояли рядом и, тяжело дыша, пытались напитаться свежим воздухом... Несмотря на их мрачные лица, нетрудно было догадаться, насколько счастливы они в душе - кому-то теперь вообще не доведется больше дышать...

- Плевать, - спокойно ответил Харгу и сделав хороший глоток из фляги, предложил ее Стимпу. Тот не отказался...

- Тогда мне тоже, - безразлично кивнул он и уселся рядом. - Какое же все-таки дерьмо мы натворили...

- Командир, мы не пойдем в строй? - спросил не успевший отдышаться Джо.

- Не пойдем. Справятся без нас, - подтвердил Харгул.

- Это же дезертирство.

- Плевать, - еще раз ответил Харгул, пустыми глазами уставившись на замок. - Скажешь, что я приказал оставаться на месте.

- Но что если... - хотел было возразить Джо, но в этот момент страшный подземный удар встряхнул всю почву под ногами. Харгул был готов поклясться, что он подлетел чуть ли не на метр...

А затем воздух разорвал страшный треск, от которого лопались перепонки... Закричал Стимп, схватившись за уши, Завалился Джо, держась за голову...Харгул не сразу почувствовал, как горячие струйки крови текут из его носа и ушей... Но все это было ничто по сравнению с исполинским столбом чистого огня, разорвавшего замок Кандур на куски....

Ревевшее пламя неслось в небо, разбрасывая в стороны осколки камней и целые пласты земли... Оно неслось в небо, унося с собой все секреты и тайны... все надежды и чаяния... чужие замыслы и интриги... Оно уничтожало все!

Харгул стоял на коленях и, не отрывая взгляда от огня, плакал.

***

Яркий свет магических кристаллов, свисавших с потолка подобно сталактитам, жег глаза. Ромунд крепко зажмурился, пережидая приступ острой рези - лишь спустя минуту нормальное зрение вернулось к нему. Поразительно, что его не убили за это время, придушив, как слепого котенка.

Устланное мягким белоснежным ковром идеально круглое помещение больше всего походило на Жертвенный зал: через каждые пять-шесть шагов стояли миниатюрные алтари в виде мраморных чаш, доверху наполненных темной кровью, на стенах висели тела совсем недавних жертв - молодых девушки, раздетых догола со страшными ранами на шее и груди... То тут то там виднелись различные предметы культа - малые и большие обелиски, испещренные светящимися рунами, какие-то ужасные маски, изогнутые кинжалы, иглы, цепи... Весьма жестоких богов выбрали себе безумные варвары. Чересчур уж кровавых. Ромунд поморщился - ему было дико жаль несчастных красавиц, принесенных в жертву простой человеческой глупости.

Однако никакого служения богам здесь не происходило - служители и обреченные на смерть девы неподвижно лежали на бархатном полу, медленно истекая кровью... Полностью голые, без всякого оружия жрецы и их жертвы были просто напросто кем-то перебиты. Они даже не успели оказать сопротивления... К тому же магия в этом место отсутствовала - пульсирующие силой кристаллы пожирали любую волшбу. Ромунд скрипнул зубами от досады... Однако важно было другое. Посередине зала стоял высокий стол, чья каменная столешница громоздилась на целой куче человеческих черепов... Нам нем сияло нежным розовым цветом нечто - судя по реакции Алисы это было именно тем, за чем они пришли. Но вот незадача: у алтаря стояло два человека... мужчина и девушка...

- Эмми?! - нижняя челюсть Ромунда безвольно отвисла. Что за безумие? Это морок?

- Ромунд? - еле слышно прошептала девушка. За время разлуки она очень сильно исхудала... Проклятая война выпила ее до дна.

- Какая милая встреча, неправда ли? - мужчиной был не кто иной, как Мевелин. Гадко ухмыляясь он нагло смотрел на Ромунда с Алисой и вытирал тряпкой лезвие небольшой даги. Видимо, это он устроил здесь настоящее побоище. А вот Эмми...

- Заткнись, приспешник Ордена, - вырвалось у Ромунда. - Из твоего рта может литься только черная мерзость...

- Да? - усмехнулся Мевелин. - И у твоей горячо возлюбленной тоже?

- Что? - не понял сначала Ромунд. А потом до него дошло... - Не может быть...

Мевелин с удовольствием расхохотался.

- Ромси... прости... - произнесла девушка, потупив взор.

- Госпожа, не стоит. Наш герой тоже хорош: он ведь у нас настоящий агент Отдела!

Эмми тут же подняла голову, и в ее глазах отразился ужас.

- Ромунд?! Что?

- Вообще-то я уже ординарец. И прибыл сюда, чтобы выполнить свой долг! - заявил Ромунд.

- И сможешь переступить даже через любимую? - спросил Мевелин откинув тряпку. Сегодня он был на удивление разговорчивым.

- Я... - Ромунд осекся. Проклятье! Враг сумел перехитрить его...

- Что ж, выбирать все равно придется, Ромунд... - заявил Мевелин, сделав шаг вперед. В его руке возникла вторая дага.

- О чем ты? Выбор я уже сделал! Я бьюсь за правое дело. А вот ты...

- Правое дело? - Мевелин от души расхохотался. - Глупец. Ты даже не представляешь, какая еще мразь твой Отдел... Готикс. Скажи, что он пообещали тебе за твои труды? Счастье родителей? Успехи по службе? Что ж... Родители твои действительно счастливы. На том свете. А насчет успехов... Думаю, никто не предполагал, что ты выйдешь из этого зала живым. Не так ли, коллега? - последние слова Мевелин адресовал Алисе. Девушка все это время спокойно стояла рядом и слушала диалог.

- Что? О чем это он, Алиса?! - изумился Ромунд.

Алиса прищурилась, но промолчала.

- Ромунд, это же очевидно! Она единственная из нас четверых, кто не имеет ментального блока... Если она говорила обратное - вранье... Чтобы попасть в этот зал, ей нужен был ты. Вам случайно... специальный камушек для обратного возращения не дали? Так вот... Это камень связи - все это время она наглым образом прикрывается твоей природной особенностью... Однако как только она получит нужный артефакт, то... ты станешь не нужным и даже лишним... Так ведь, Алиса? Помнишь наши тренировки за стенами Шепростана?

- Довольно! - воскликнула Алиса и неуловимым движением бросила в Мевелина какой-то блестящий предмет. Мевелин моментально среагировал и ушел в сторону.

- Госпожа! Отойдите... Опасно, - закричал он и в два прыжка оказался рядом с Алисой, уже делая первые удары. Однако девушка тоже не была безоружна - в ответ на атаку Мевелина в ее руках замелькали кинжалы. Оба бойца завертелись в своем странном, боевом танце. Судя по движением, оба прекрасно владели техникой... наемных убийц.

Пользуясь случаем, неискушенный в ближнем бое Ромунд оставил Алису разбираться с Мевелином и подскочил к Эмми, но та не дала подойти к себе ближе, чем на шаг - в ее вытянутой руке был зажат маленький нож.

- Эмми? - удивился юноша.

- Прости, - сказала она. По ее щекам текли слезы.

- Эмми, постой... надо поговорить.

- Нет времени на разговоры! Я должна забрать то, за чем пришла!

- Но Орден...

- Плевать на Орден! Мой отец! Он не простит!

- О чем ты, Эмми? - Ромунд попытался подойти ближе.

- Стой где стоишь! Не смей двигаться! - закричала девушка.

- Бездна! Что ж это творится... - проговорил ошарашенный Ромунд и отступил на шаг. Что же ему делать?

Спустя миг в зале раздался чей-то предсмертный вопль. Ромунд обернулся и увидел, как держащаяся за бок Алиса вытаскивает кинжал из шеи неподвижно лежащего Мевелина. Бой был окончен.

Не сговариваясь, Ромунд и Эмми рванули к столешнице, вместе ухватившись за артефакт... Ромунд нахмурился: ценной вещью оказалась колба с розовой жидкостью...В ней чувствовалась магия - только нежное и доброе тепло...

Девушка попыталась достать Ромунда ножом, но юноша отбил ее удар и скрутил руку. Колбу, впрочем, она так и не выпустила.

- Отпусти, - зашипела девушка.

- Нет, Эмми. Мы сначала поговорим, - твердо сказал Ромунд и посмотрел в глаза Эмми: в них читалось отчаяние.

- Ромунд, давай мне колбу и пойдем, - сказала Алиса, зажимая рану на боку. Ее немного пошатывало, но в целом она держалась молодцом.

- Постой.... Не гони, - покачал головой Ромунд. - Что это такое говорил Мев? Это правда?

- Слушай больше сумасшедших! - фыркнула Алиса. - Хватит нянчится с этой дурой. Давай мне артефакт и идем.

- Нет, ты знаешь... - Ромунд выдернул колбу из руки Эмми, но саму девушку не отпустил. - Она пойдет с нами, а колба также побудет у меня.

- Да что такое? Дай сюда артефакт! Это приказ.

- Любой приказ имеет смысл... - серьезно сказал Ромунд, внимательно наблюдая за реакцией Алисы. Та была в бешенстве.

- Что? А ну дай сюда колбу, сопляк! - заорала она и угрожающее надвинулась на него... но в этот момент...

Один из жрецов, доселе лежавший неподвижно у самого алтаря, вдруг застонал и заворочался. Открыв глаза, он внимательно посмотрел на светящиеся кристаллы, а затем что-то прошептал хриплым голосом...

- Проклятый идиот! Что он....?! - завизжала Алиса, но ее последние слова застряли в горле...

На миг все вокруг замерло... А затем кристаллы стали сильнее и сильнее разгораться. В какой-то миг их свечение стало невыносимо ярким... последовала вспышка... потом грохот...

Яркий свет заполонил собой весь зал.

Время остановилось...

Пространство исчезло...

Разум потух....

Конец 2 книги.

Продолжение следует - Слезы Феникса, книга 3, Любовь.

Макс Каменски

13.03.2010