Максимова Лидия Александровна: другие произведения.

Ловушки судьбы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 1.00*2  Ваша оценка:


Лидия Максимова

ЛОВУШКИ

СУДЬБЫ

(из архива психотерапевта)

  

г. Ульяновск 2004г.

   ББК 84 (2Рос = Рус)-4+53,57)
   М 17
  
  
  
  
  
  
  
  
   Максимова Л.А.
   Ловушки судьбы: цикл рассказов. - Ульяновск - 2004. - 215 с.
  
   Редактор: Белова Ольга Павловна
  
  
  
   "Ловушки судьбы" - психологический термин, которым именуется подсознательное стремление человека к ситуации на проигрыш.
   Цикл рассказов ульяновского психотерапевта Лидии Максимовой - это не просто литературные произведения, хотя во время чтения не покидает ощущение что, рассказы написаны профессиональным писателем.
   В повествуемых событиях, случайных встречах - реальные люди и судьбы, с которыми и сталкивалась Лидия Максимова в своей работе.
   Разумеется, изменены имена героев, обстановка и окружение - главное не в их узнаваемости, главное в том, что через эти рассказы автор помогает нам понять самих себя.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Џ Максимова Л.А., 2004

  
   Спасибо всем людям, которые способствовали появлению сборника рассказов "Ловушки судьбы", моему первому редактору Сергею Олеговичу Титову, редактору Ольге Павловне Беловой, а также журналисткам: Людмиле Александровне Дягилевой и Александре Ивановне Кузнецовой.
   Спасибо А. В. Земсковой за то, что она собрала воедино разрозненные части этой книги, Т.А. Лаврентьевой, Л.Н. Вяхиревой и Л.М. Поляковой за компьютерную верстку и оформление.
   И еще я хочу выразить особую благодарность моему консультанту по правовым вопросам Валентине Николаевне Бариновой.
   Эта книга сыграла важную роль в моей судьбе, и без нее моя жизнь была бы неполной.

Автор

  

ЛОВУШКИ СУДЬБЫ

"Женскому клубу" посвящается

  

ПРЕДИСЛОВИЕ

   Замечали ли Вы, дорогие читательницы, как иногда у благополучных женщин после сорока лет вдруг происходит поистине роковой перелом жизни? Роковым я называю его потому, что какое-то горестное событие резко обрывает нить судьбы, и прошлого уже не вернуть, и вся последующая жизнь кажется нелепой и бессмысленной...
   Несчастная женщина бьется в паутине своих чувств, но не может найти выхода. Она ищет помощи у гадалок, экстрасенсов, психологов, но помощь ли это? Зачастую, пользуясь манипуляционными приемами, они отбирают у нее последние деньги. Да она и сама, в надежде получить облегчение, отдает их, не считая.
   А тем временем ее подстерегают и другие опасности: внезапно на фоне полного здоровья возникают болезни, которые быстро приводят к смерти, или от безысходности ею совершается тяжкий грех самоубийства, а бывает, что и несчастный случай уносит ее жизнь. Нередко она ищет спасения в вине, и алкоголизм окончательно разрушает ее душу и здоровье. Заметьте, она не пытается анализировать свою жизнь, боясь сделать неутешительный вывод о том, что неизбежность горестных событий вытекает из ее характера, ибо это тоже не приносит ей облегчения.
   Да ведь, порой, и разум бессилен перед ловушкой судьбы.
   "Ловушки судьбы" - так назывался цикл рассказов Максимовой Л.А. (псевдоним Е. Покровская), который был напечатан в газете "Ульяновск-сегодня" в 2000-2001 году. Под этим термином автор подразумевает подсознательный поиск, обусловленный особенностями характера героев, поиск ситуаций на "проигрыш".
   Имена героев изменены, да и автор сборника, врач-психотерапевт, скрывается под псевдонимом своей героини - психолога Елены Ивановны Покровской.
   Читая первый рассказ, мы постепенно понимаем, что автор стоит на пороге тяжелых событий в своей жизни, и горестное предчувствие уже овладевает ею. Она еще не знает, что придет час, когда она сядет за письменный стол и напишет название своего первого рассказа.
   Читатель может наблюдать, как автор вместе с героиней выбирается по ступенькам своих рассказов из ловушки судьбы, уготованной ей, как ни грустно это признать, ее же характером. А на последней ступеньке она переведет дух и посмотрит вниз, чтобы увидеть свои мечты, заблуждения, поражения и победы в образе своей героини-психолога.
   Забегая вперед, мне хотелось бы отметить, что героиня изменила свою жизнь в лучшую сторону... Поэтому, несмотря на грустную тональность первого рассказа "Улыбка судьбы", цикл в целом дает женщинам надежду на лучшее.
  

Земскова А.В.,

Председатель "Женского клуба"

УЛЫБКА СУДЬБЫ

  
   When poverty and illness comes in at the
   door, love flies out at the window
   Вот наконец-то и закончился последний рабочий день перед отпуском. Я снимаю халат, складываю его в пакет и начинаю собирать вещи в большую сумку. Сколько всего накопилось за год: книги, листочки с записями. И так из года в год, от отпуска до отпуска.
   Собрав вещи, я присела, как перед дальней дорогой, и задумалась. Сегодня мне почему-то не хотелось уходить из кабинета, какое-то тревожное ощущение не покидало меня. Я еще не знаю, что сюда не вернусь, и мой отпуск закончится в больнице, где я сразу же получу инвалидность.
   А зима, как на грех, в этом году будет долгой и холодной. Я вскоре снова заболею, а моя подруга, психиатр, будет делать мне уколы и сокрушенно приговаривать:
   - Боже мой! Боже мой! Как же все это на тебя свалилось сразу?! Как же ты все это выдержишь?! Были бы у тебя родные ... Был бы у тебя ребенок - все-таки это стимул к жизни ... Как плохо, что ты одна...
   Я согласно кивала ей в ответ. Да, это плохо, но ведь жизнь назад не повернешь. В молодости мы все рожь сеем, а в старости бывает, что и лебеду косим. Надо жить с тем, что осталось.
   Внимательно вглядываясь в мое лицо, она, как все психиатры, подозрительно допытывалась:
   - А плохих мыслей у тебя нет? Желания что-то сделать с собой плохое - нет? Ну, скажи мне, не бойся, я тебя пойму правильно.
   Я опять кивала ей в ответ - что, мол, говорить, у меня все мысли были плохие, и не было желания жить, но и умирать от своей руки как-то еще не хотелось. Она же всплескивала руками и с угрозой повторяла:
   - Ты только не суицидни!!! И думать об этом не смей! А то, не дай Бог, сузишься и войдешь в аффект, да и в петлю полезешь! Хочешь, я останусь у тебя ночевать?
   В ответ я отрицательно качала головой. Я этого не хотела, нет. Мне почему-то хотелось быть одной. Ах, как она меня утомляла своей болтовней, своими вопросами, а у меня не было сил отвечать на них. И, конечно же, ее уход приносил мне кратковременное облегчение. Да ведь, откровенно говоря, она тоже не хотела оставаться. В моей квартире пахло бедностью, бедой и болезнью, а эти запахи отпугивают людей.
   Уже одеваясь, в прихожей, она снова возвращалась ко мне и, очевидно для профилактики моего суицидального поведения, спрашивала:
   - Ты помнишь, что говорил нам профессор Ягодка на лекциях?
   - Психиатры не кончают жизнь самоубийством, - бодро отвечала я, пытаясь улыбнуться, - это непрофессионально.
   - Ну, то-то же! И она, немного успокоившись, уходила в свою благополучную жизнь.
   Я долго не могла заставить себя встать с постели и долго не хотела выходить из дома. Я понимала, почему я с трудом выходила из депрессии, ведь я, как и многие мои пациенты, боялась жить.
   Нет, я не хотела умереть, но я не хотела и жить: вокруг меня была пустота.
   А перед рассветом мне снился один и тот же сон, и просыпалась я с сильно бьющимся сердцем.
   За моим столом сидели три женщины. Я почему-то боялась смотреть на них, это были весьма несимпатичные дамы, неопределенного возраста. Вы, наверное, уже догадались, кто сидел за моим столом? Это были Одиночество, Болезнь и Нищета... Четвертое место пустовало - конечно же, оно было приготовлено для меня.
   Чуть поодаль стояла еще одна женщина и держала в руках колоду карт. Это была Судьба. И мне предстояло участвовать в игре! И ничего хорошего я не ждала от Судьбы, она никак не могла мне простить, что я разглашала ее секреты и во всеуслышание заявляла об ее ловушках.
   Нет, я не ждала пощады от Судьбы, и, глядя на меня, она торжествующе усмехалась:
   - Ну, что, голубушка, попалась-таки в мою Ловушку? Вот мы и посмотрим, как ты выпутываться будешь, а то хороша была - других учить.
   - Хватит притворяться! - с угрозой сказала Судьба.
   А я трусливо прятала голову, под подушку, - ну, что, мол, с меня взять, одинокой и больной? Какая уж тут игра! Оставьте меня в покое ...
   И все-таки пришел день, когда я, с трудом передвигаясь и припадая на правую, опухшую от уколов ногу, доковыляла до стола.
   Не взглянув на Судьбу, я села за стол и с вызовом посмотрела на своих гостей! Нет! Партнеров по игре.
   Стоящая за моей спиной Судьба издала легкий смешок и стала раздавать карты. Нет, я не изменила своему характеру, не глядя на карты, я стала выкладывать их лицевой стороной на стол.
   - Вот вам! - бормотала я. - Я буду играть с открытыми картами, провалитесь вы все пропадом! Только с открытыми картами и не иначе! I always play with open cards and never fail.
   Но непостоянная Судьба поступила чисто по-женски - она бросила в мою колоду все козырные карты!
   Ах, какой Туз благосклонно улыбался мне из колоды! Ободряюще подмигивал Король. Он был красив и умен, ну, настоящий король из моих давних девичьих грез! Дама была похожа на мою подругу-психиатра, - уж она-то была не по-женски надежной особой во всех отношениях.
   Судьба стояла у меня за спиной, и я почему-то знала, что она улыбалась, а по моим щекам ручейками стекали слезы и падали на колоду карт. Вот и все. Игра была предрешена.
   Первой ушла Одиночество, раздраженно бросив карты на стол: нехотя, после долгих раздумий покинула меня Болезнь (ах, какая это была вздорная дама, скажу я Вам). А Нищета задержалась у порога - она явно не хотела расставаться со мной, уж очень я ей пришлась по душе! Ведь мои привычки раздавать все направо и налево, всем встречным и поперечным, по всей вероятности, и пленили ее душу. Но на этот раз я не оправдала ее ожиданий, и она, потоптавшись у порога (а ну, как еще позовут?), все же стала медленно спускаться по лестнице, и я еще долго слышала ее шаги.
   Да, мой сон кончился, и я начала строить свой Дом. Но это была уже другая история и другая жизнь...
   Все это еще будет в моей жизни, и неясное предчувствие уже пытается вырваться из моего подсознания, иначе, к чему бы я вдруг припомнила старую, давно забытую пословицу моей бабушки Агриппины Тихоновны:
   - Маленькая глупость, - горестно приговаривала она, - ведет за собой большую беду... Большая беда больно бьет, да среднюю беду за собой ведет... Средняя беда больно бьет, да малую беду за собой ведет. Малая беда не больно бьет, да крошку-беду на руках несет... А крошка-беда не бьет, да ночью спать не дает, плачет-заливается, слезами умывается...
   Мои неясные предчувствия уже обрели форму предупреждения, но я предпочитаю не слышать их. И волевым усилием вытесняю их в подсознание, не желая знать, что после отпуска у меня начнется другая жизнь...
   А пока я собираю вещи и закрываю кабинет. Медленно иду по коридору, спускаюсь по лестнице и отдаю ключ вахтеру. У выхода меня ждет муж, а на улице стоит хорошая погода.
  

ИСКАТЕЛЬ ДЕВСТВЕННИЦ

  
   Я не запоминаю ни имен, ни фамилий моих клиентов... Я забываю их проблемы, как только они выходят из моего кабинета, а уж про зрительную память и говорить нечего: у меня врожденная близорукость, я вижу лица лишь с близкого расстояния...
   Но иногда судьба сталкивает меня с ними, что называется, носом к носу при каких-либо обстоятельствах: в магазине, поликлинике, на прогулке... И эти встречи почему-то запоминаются надолго. Иногда на всю жизнь.
   Я увидела ее в парке "Винновская роща" - в кабинке "Чертова колеса". Красавица-блондинка прижимала к себе визжащих от восторга близнецов, а папа снимал их на видеокамеру с соседней кабинки. Иногда он переводил видеокамеру на высотные здания, соседние кабинки - в этот момент я спешила отвернуться. И правильно делала - по всем жизненным правилам мне полагается оставаться за кадром.
   Сколько же лет - четыре, пять, шесть - назад красавица-блондинка плакала в моем кабинете?
   - Мы встречаемся уже два года. Все у нас хорошо и в жизни, и в постели. Но он не хочет на мне жениться. Представляете, что он мне заявил? У него, видите ли, мечта - жениться на девственнице! Он мне так и сказал:
   - Я ни у кого не был первым. Я почему-то всегда второй, третий или еще там какой... Я не чувствую себя мужчиной. Вот если бы ты была девственницей - я бы на тебе женился.
   Она зарыдала:
   - Господи, как я жалею, что я не девственница! Если бы я знала, что мне такой идиот попадется!
   - Не плачьте, - попыталась я ее утешить. - Некоторые мужчины другого мнения: раз ты девственница, значит, ты никому не была нужна.
   Она рассмеялась:
   - Да, с моей подругой такое и случилось, но он, в конце концов, на ней женился, а этот...
   - У Вашего друга, скорей всего, синдром Подколесина. Помните такого литературного героя, который выпрыгнул в окно, лишь бы не жениться? Похоже, что в его характере преобладает тревожная мнительность, склонность к рассуждениям, и он не может остановить свой выбор на каком-либо конкретном решении. Ему тяжело выбирать, Вы заметили? И он не терпит ситуации, где нужно принять одно решение из нескольких.
   - Еще бы, - снова рассмеялась она, - я ему всегда помогаю. Он джинсы не мог выбрать на рынке, черные или синие, а тут выбор жены! Представьте, у него была девушка - она от него родила ребенка, - так он заявил: "У нас с тобой была постель и "резина". Ребенок не мой - жениться не буду".
   (Жестоко, однако, - подумала я про себя, но ничего не сказала.)
   - А потом он пытался ухаживать за девственницей, - продолжала она. - Но она его отшила. А сама ушла к его другу. Вот это был удар по его самолюбию! Он ведь в такую депрессию ушел, пока меня не встретил. И все у нас было хорошо... - плачет, - ну почему у него такой "пунктик" - жениться непременно на девственнице?
   - Ну, на это еще Фрейд обратил внимание, что есть несколько вариантов выбора сексуального объекта у мужчин - такова, мол, мужская природа и удивляться тут нечего. Например, вариант "третий лишний". Мужчине нужно, чтобы около его избранницы кто-то был - муж, друг, любовник - только тогда у него появляется интерес к женщине. Он удовлетворяет свое чувство соперничества, овладевая ею. Но после победы интерес пропадает, и он находит следующую, лишь бы у нее кто-то был рядом...
   - Да ну, - удивляется она, - об этом писал Фрейд? Я думала, он только наукой занимался. А еще есть варианты?
   - Ну, любовь к проститутке, например, или доступной женщине, у которой было много партнеров. Овладевая такой женщиной, он растет в своих глазах: "Вот я какой - я над всеми одержал победу. Она осталась со мной - значит, я лучше всех!"
   Но такие браки, как правило, недолговечны, женщинам такого склада скучно с мужем, им нужны новые романы - они возвращаются к прежней жизни, а муж остается с носом.
   Ну и третий вариант - это роль защитника. Это герой многочисленных сериалов и любовных романов, но в жизни встречается редко. Многие женщины мечтают встретить такого защитника, чтобы спрятаться за его спиной от житейских невзгод. Очень жаль, но часто под видом "защитников" выступают аферисты...
   - А похожий на мой вариант встречается? - перебивает она меня.
   - Да, конечно, есть и четвертый вариант - желание встретить девственницу, чтобы ее завоевать и почувствовать себя настоящим мужчиной. Причем дело одной не ограничивается - и вторую завоевывает, и третью, но быстро теряет к ним интерес. Фрейд полагал, что это сверхценные фантазии у мужчин. Иными словами, это эмоционально заряженные убеждения, которые принимаются субъектом как самые важные и служат сильным мотивационным стимулом к достижению цели. Но зачастую эти фантазии критически не оцениваются, и объект сверхценных фантазий попадает впросак, но это уже другая история.
   - Так что же мне делать? - растерянно спросила она.
   - Вы не умеете строить брачную ловушку, - сказала я. - Вы давите на него: хочу замуж и точка! Вы ставите его перед выбором, но он не может принять решение. Это тягостная для него ситуация, она вызывает эмоциональное напряжение, и, чтобы его снять, он выстраивает психологическую защиту - свою давнюю фантазию о девственнице. С его точки зрения, это веский аргумент против женитьбы.
   - Выходит, что Фрейд косвенно давал понять женщинам, что надо подыгрывать мужчине и строить "брачные ловушки" с учетом его фантазий? - спросила она. - Мне мама рассказывала про свою подругу, которая сделала гинекологическую операцию по восстановлению девственной плевы и вышла замуж за мужчину, который тоже хотел жениться на девственнице. Живут уже двадцать лет, и дети уже замуж повыходили.
   - Ну вот, видите, - подтвердила я. - Старичок Фрейд был бы счастлив, услышав об этом. Хитрость женская нужна, хитрость женская важна. Мамина подруга ведь была похитрее Вас, а вы, очевидно, придали большое значение именно сексуальной совместимости. Напомните мне фразу. Вы считали, что...
   - Раз в постели хорошо, то и в жизни будет не хуже, - послушно повторила она.
   - Но у мужчин иногда преобладает расчет над фантазиями, - продолжала я, - на первом месте у них стоит карьера. А у Вашего друга есть возможность добиться более высокого социального статуса через связи Вашего отца, да Вы бы и сами стали незаменимой помощницей в его делах - Вы могли бы сделать акцент на этих положениях. Но в Вашей семейной жизни с ним, я сознательно подчеркиваю, именно Вам придется принимать решения, касающиеся самых разных семейных проблем. Это очень тяжело, и не каждая женщина с этим справится, ведь большинство хочет спрятаться за широкую мужскую спину. А у Вас такой спины не будет.
   - А можно мне прийти к Вам с ним вместе? - спросила она.
   - Если уговорите...
   Через две недели она пришла с ним.
   Андрей рассказал, что с девушками у него всегда были сложности, они пытались его женить, но он под тем или иным предлогом уклонялся "от супружеских уз". Да, бывало, он доходил до нервного срыва, но не женился. Три раза эти истории повторялись. Да, до встречи с Дашей (ах, вспомнила вот, как ее зовут) он был в тяжелой депрессии, и связь с ней просто спасла его, он ценит ее, любит, но, когда снова встал вопрос о женитьбе, у него появилось желание бежать.
   Он жалуется, что испытывает противоречивые чувства:
   - Я с ней не могу, но и без нее не могу. Мне не хочется жениться, но и терять ее не хочется.
   Ах, как он обстоятелен в беседе и как много застревает на деталях...
   - Да, я занимаюсь самокопанием, я страдаю от этого... И еще я не могу сделать выбор, я не могу принять одно решение из нескольких - такой у меня характер. Мне Даша во всем помогает, а если ее нет - я теряюсь.
   - А жениться Вы хотите только на девственнице? - спросила я.
   - Да, это у меня "пунктик", но я от него не могу отступиться, я не таков.
   - Ну, а если на Даше женитесь и будете по-прежнему мечтать о девственнице, возможно, встретите ее и нечаянно измените жене с давней своей мечтой - этот вариант подходит? (Я нехорошо подмигиваю при этом.)
   - Нет, если я женюсь, то уж вряд ли смогу изменить жене. Мне плохо будет, я не таков.
   Мы порешили, что отношения с Дашей порывать они не будут - зачем, им хорошо вдвоем, а там... что будет, то и будет. Я напомнила ему рассказ Виктора Драгунского, как Дениска обменял новый автомобиль на светлячка и на упреки матери ответил: "Ну, мама, как ты не понимаешь - он же живой и светится!"
   - Так нужно ли расстаться с живым и добрым человеком, который тебя любит в угоду своим фантазиям, которые, увы, принимаются за самые важные?
   Он ничего не ответил и вышел, а я спросила Дашу:
   - Вы, помнится, говорили, что Ваша бабушка родила близнецов. У Вас есть шансы, Даша, стать матерью двоих, а то и троих детей. Их будет трудно воспитывать без отца.
   Мы переглянулись и рассмеялись и почему-то долго не могли остановиться.
   Ну, вот и все. Так сколько же лет назад это было? Четыре? Пять?... Не помню. Вот Даша с детьми выходит из кабины, вот к ним бросается отец, дети повисли у него на шее...
   Он повернулся, и я увидела его лицо очень близко, но это был... не Андрей.
  
  

КИЛЛЕР ИЩЕТ ПРОИГРЫШ

  
   Я ждала трамвая у магазина "Аквариум" и нервничала, трамвай задерживался, а мое опоздание с каждой минутой увеличивалось до неприличия...
   Рядом щебетала стайка абитуриентов, поступавших, судя по репликам, которыми они обменивались, на театральный факультет. Белобрысый подросток, обхватив дерево руками, с пафосом декламировал стихи Хайяма, поглядывая в сторону девушек:
  
   Ловушки, ямы на моем пути.
   Их Бог расставил и велел идти,
   И все предвидел. И меня оставил,
   И судит...
  
   Он запнулся и замолчал, вспоминая.
   - Тот, кто не хотел спасти, - подсказала я под смех девушек.
   - Я эту строчку никак не запомню! - возмущенным голосом сказал он. - Она неправильная! Почему Бог не хочет спасти слабого человека, да мало того, еще и ловушки ему расставляет? И судит при этом? За что?
   Вопрос был явно адресован мне, подсказчице, но я молча пожала плечами.
   - Почему же Бог не помогает человеку в трудную минуту?! - не унимался парень.
   Но шел мой трамвай, и я поспешила к передней двери. Из нее вышел невысокий мужчина, равнодушно взглянул на меня и завернул за угол, а я растерянно смотрела ему вслед. Тем временем дверь закрылась, и мне пришлось вернуться на прежнее место. Я прислонилась к дереву и закрыла глаза.
   - Вам плохо? - белобрысый смотрел на меня с сочувствием. - Хотите водички? - Он помахал бутылкой "Волжанки" у меня под носом.
   - Налейте, пожалуйста, - попросила я.
   - А Вы из горлышка, - он отвинтил пробку и протянул мне бутылку.
   Я выпила несколько глотков теплой воды и забыла ее вернуть.
   Так сколько же лет назад он был у меня на приеме?!
   Это был мой первый клиент, который признался, что хочет убить человека, он явно не шутил - и это меня испугало. Сколько мне потом пришлось выслушивать таких признаний... Кто-то хотел убить жену, кто-то мужа, тещу, свекровь, любовницу... Я научилась относиться к этому спокойно, ибо стала понимать человеческую природу. Но тогда я только начинала работать - и мне было страшно.
   Это был красивый, сероглазый молодой человек лет двадцати, хорошо одетый и очень располагающий к себе, прямо-таки сразу вызывающий доверие у собеседника.
   - Михаил Петрович, - представился он и добавил, - по кличке Киллер.
   Сделал паузу и сказал:
   - Я хочу убить бывшего любовника своей жены...
   Я понимающе кивнула, - бывает, мол, и не такое...
   Он стал рассказывать.
   Михаил Петрович с 15 лет вписался в наступающую рыночную экономику, сначала продавал газеты, потом штучный товар, ну а потом стал закупать товар партиями и продавать с большой выгодой для себя. Деньги он тратил на рестораны и девочек.
   - Ну, а когда я купил иномарку, девчонки стали под колеса кидаться - снимай любую, - с гордостью признался он и цинично добавил, - ведь автомобиль, как известно, не средство передвижения, а средство привлечения.
   Свою будущую жену он увидел в ресторане, она была старше его на пять лет, и ее всегда окружали мужчины. Он выбрал момент, познакомился с ней и пригласил на "чашку кофе"... Но когда они уже были в такси, к ним неожиданно подсел один из очень "крутых парней" и, пока они ехали, уговорил девушку выйти с ним... Ох, уж эти вечные человеческие игры, банальные до оскомины!
   Оскорбленный Михаил Петрович стал добиваться руки и сердца переменчивой девушки. И добился-таки: забеременев от него, она согласилась выйти за него замуж. Родился ребенок, и спустя год Михаил ушел в армию, отказавшись от отсрочки, хотя жена была беременна вторым ребенком. Отвоевав чеченскую войну "от звонка до звонка", попросился в Таджикистан, где отслужил оставшийся срок.
   Вернувшись, он резко порвал с прежним кругом, не встречался ни с кем из друзей, устроился на автозавод и поступил на заочное отделение юридического факультета.
   - Хочу быть нотариусом, - заявил он. - Сделки с недвижимостью - это здорово!
   С женой живут хорошо, но он не может ей простить того соперника, с которым она тогда провела ночь:
   - Я его, гада, так ненавижу, что хочу убить и убью!
   Глаза его расширились, кулаки сжались, голос стал громким, угрожающим - у меня по спине побежали мурашки.
   - Я привык платить по счетам - пусть и он заплатит. Он еще и таксисту за машину не заплатил: вышел с ней, хлопнул дверью, а я, как дурак, остался.
   Он знал, где живет его соперник, и разработал несколько вариантов его убийства, так что и тень подозрения его не коснется - ведь они никогда не были знакомы.
   Вот только последние полгода нервы у него вконец расшатались, раз в неделю на него "что-то находило" - состояние тоски, злобы, подавленного настроения. Длилось это день или два, но в эти дни его все раздражало. Хотелось кого-то ударить, что-нибудь разбить или ударить себя. Он как-то забылся в трамвае и стал биться головой о стекло - было больно, но стало легче. Заметил, что на него смотрят, быстро вышел... Он мучил жену, вспоминая тот роковой вечер:
   - Зачем ты ушла с ним?
   Во время этих приступов часто бродил вокруг дома соперника, обдумывая планы его убийства.
   "Находило" на него и раньше, но редко и ненадолго, а сейчас эти приступы его измучили:
   - Кажется, что если я его убью, я успокоюсь. Объясните, что это со мной?
   - Ну, в старину сказали бы, что Вы родились под несчастливой звездой. В Вашем характере выражена "застреваемость" чувств, мыслей и представлений. Обычный человек забывает ситуации, где пострадало его самолюбие, он "вытесняет" тяжкое воспоминание в подсознание. А Вам не повезло - механизм "вытеснения" у Вас не работает, у Вас, увы, патологическая стойкость чувств - уязвленное самолюбие. Вы снова и снова вспоминаете тяжелую для Вас ситуацию и всякий раз переживаете ее заново. Эмоциональное напряжение при этом растет, и это находит выход в приступах, о которых Вы рассказали. Эти приступы называются дисфориями (в переводе с греческого - досада, раздражение). Такие люди злопамятны, мстительны, и это служит несчастьем для других, они не забывают ни малейших обид и долго вынашивают план мести, чтобы отомстить обидчику спустя много лет. А он, бедный, живет и не подозревает, что его ждет кирпич из-за угла.
   Я привела пример с моим одноклассником, над которым пошутил отец моей школьной подруги. Одноклассник за ней ухаживал, оказывая знаки внимания, и шутки ее отцу он простить не мог. Спустя много лет он избил своего обидчика при каком-то общем застолье, приговаривая при этом:
   - Я двадцать лет терпел и мучился - так получай же по заслугам!
   Побои стоили ему пяти лет тюрьмы.
   - Выходит, я опасен для себя? - спросил он.
   - Больше, пожалуй, для других, - уточнила я. - Выбор жены был сделан Вами в ситуации, когда был нанесен удар Вашему мужскому самолюбию, взыграло Ваше чувство соперничества, и Вы склонили-таки ее к свадьбе. А теперь Вы уже много лет "зациклились" на сопернике. Ваше эмоциональное напряжение растет, дисфории участились, а убийство соперника стало уже навязчивой идеей. Условно это можно назвать ловушкой судьбы. У Вас есть выбор: или идти лечиться, ибо проявление ревности и мести у Вас приобретает болезненный характер, или оставить все по-прежнему. - Я замолчала, думая о том, что ресторанные девушки часто переходят из одной постели в другую, пока не задержатся в какой-либо уже в качестве жены у такого вот "застревающего субъекта", и будет он мучить ее ревностью всю жизнь. Наверно, для нее это тоже вроде ловушки судьбы. Ну, что ж, дело, как говорят, житейское, так что же теперь всех бывших любовников перестрелять, что ли?! А ведь такие-то, пожалуй, и убивают спустя много лет, и уголовное дело закрывают за отсутствием улик или еще по каким-то причинам.
   Он внезапно оживился:
   - Выходит, чем больше я травлю себя мыслями о ее любовнике, тем больше расшатываю свое здоровье?!
   Я молча кивнула головой.
   - А где можно лечиться?
   - У психиатра, - вздохнула я, - только у психиатра. Там и обследуют, и назначат лечение.
   - А по наследству это передается? - заинтересованно спросил он.
   - Ну, некоторые черты родителей, конечно, можно встретить у детей, - осторожно сказала я.
   - А где об этом можно прочитать?
   Я перечислила популярные книги по психологии.
   Он поблагодарил меня и вышел.
   Нельзя выправить то, что Бог сделал кривым, - вспомнилась мне строчка из Библии. Как оборвать этот порочный круг, где причина сливается со следствием? Я еще не знала, что в процессе работы у меня будет много вопросов, на которые мне не суждено найти ответа. Так какой же выбор он сделал? Об этом я никогда не узнаю.
  
  
  

* * *

   - Попейте еще водички, - белобрысый сочувственно смотрел на меня.
   - Бог дал человеку возможность выбора, чтобы он сам сумел выбраться из ловушки, и в зависимости от того, какой выбор сделает человек, Бог и будет судить его, - сказала я. - Участь каждого определяется его выбором. А выбираться из ловушки он должен с наименьшим ущербом для окружающих, не обвиняя их и не мучая.
   Белобрысый понимающе кивнул и осторожно высвободил бутылку из моих рук.
   Я еще не знала, что через несколько лет сама попаду в ловушку судьбы, и ни мои знания, ни интуиция, ни опыт не помогут мне. И я со слезами и обидой буду повторять эти строчки: "И судит тот, кто не хотел спасти". Но это будет еще не скоро, а то долгое лето было таким счастливым для меня.
  
  
  

ЖЕНЩИНА-ВАМП

  
   "Таковы пути всякого,
   кто алчет чужого добра..."

Притчи Соломоновы

  
   Меня передернуло от отвращения, когда я увидела ее на задней площадке автобуса. И я стала активно пробираться к выходу, хотя до моей остановки было еще ой как далеко...
   - Век бы тебя не видать, помощница черта, - почему-то эта фраза завертелась у меня в голове. - Век бы тебя не видать... - Ах, да! - я сказала эту фразу после того, как она вышла из моего кабинета, демонстративно хлопнув дверью на прощанье.

* * *

   Она была из тех женщин, у которых выражено умение подчеркнуть свои достоинства. Вот она поздоровалась. Очаровательная улыбка, легкая походка, прибавьте сюда экзотическую восточную красоту, мягкий вкрадчивый голос, доверительные интонации... И одежда... отменный вкус.
   Студент-практикант, уже собиравшийся уходить, вдруг, словно остолбенел, пожирая ее глазами, и покраснел до неприличия, когда та вызывающе закинула ногу на ногу...
   - По тебе сцена плачет, голубушка, - подумала я.
   Красавица стала жаловаться на слабость, раздражительность, головную боль и т.д. Мои расспросы ее тоже раздражали, вскоре голос потерял мягкие интонации. И, наконец, она не выдержала:
   - Я зачем сюда пришла?! За помощью! Что это за допрос Вы мне тут устроили?
   - Помощь Вы получите, - спокойно сказала я, - если ответите на мои вопросы. Они касаются Вас и только Вас. В противном случае я рекомендовала бы Вам платного психолога, и обязательно мужчину. Хотите, дам телефончик?
   - Почему же платного и непременно мужчину? - удивилась она.
   - Потому что у Вас тяжелый характер, и Вы это знаете, и болезнь вытекает из Вашего характера. Чтобы добиться положительных результатов в решении Ваших проблем, нужна кропотливая работа, - она, естественно, должна хорошо оплачиваться. С психологом-мужчиной Вам гораздо легче установить контакт (лапшу ему будешь вешать на уши, врать без зазрения совести, ну, а он будет поддакивать. За такие-то деньги...) А к женщинам у Вас выражена неприязнь. Очевидно, из-за чувства соперничества...
   Она неожиданно рассмеялась:
   - Вы правы! Я ненавижу женщин. Ладно, давайте Ваши вопросы.
   Она работает на Центральном рынке, в мясных рядах, получает 1600-1700 рублей в день - как раз моя месячная зарплата. Я невольно усмехнулась, так в чем же ее проблема?
   Несколько лет назад приехала из Таджикистана. Устроилась работать на рынок, жила на квартире. Познакомилась с 16-летним мальчиком, он влюбился в нее. Они поженились, хотя она была старше его на семь лет. Родственники его были против, но она была беременна, и их расписали в ЗАГСе по справке врача. Спустя некоторое время родственники мужа ее полюбили (втерлась-таки в доверие, шельма эдакая!) и предложили молодым дом на Нижней Террасе. Ключ от дома торжественно вручил дедушка, расцеловал сноху, притопнул ножкой:
   - Хороша сноха! Дарю! Живите!
   Вскоре родился ребенок. Его нужно было нянчить, и она пригласила свою мать и сестренку из Таджикистана - родственники мужа разрешили прописать их в доме, где жили молодые.
   - Понятно, - подумала я, - Терем-теремок, кто в тереме живет? А кто хозяина прогнал, тот и живет.
   Ну, а потом муж изменил свое отношение к ней, стал пить, драться, упрекал ее за измены:
   - Ревновал к каждому столбу, я ему сказала: "Я не потерплю таких подозрений - подам на развод. Шел бы ты на..., раз не ценишь такую жену".
   "Маска" упала, красавица стала злобной. Рынок - он и есть рынок. Накладывается отпечаток на изначально психопатический характер, что и говорить.
   - Кто же был тот счастливец, которого Вы полюбили? Ну, не отрицайте - он был.
   Красавица потупила глаза, застенчиво улыбнулась, но природа взяла свое.
   - Он настоящий мужчина, - с вызовом сказала она, - хоть и в тюрьме сидел! Тюрьма, она ума прибавляет. Скажет - как отрежет. Все его боятся. Я как-то прикрикнула на него, так он и мне по ушам врезал. Не то, что мой лопух.
   После того как она оформила развод, родственники стали выселять ее из дома.
   - Интересно, куда это нам деваться?! Они об этом не подумали?! Я подала в суд и выиграла (?!) право на проживание вместе с семьей в доме мужа.
   - Надолго? - спросила я.
   - Да хоть навечно поселюсь. Выгнать меня никто не имеет права, раз некуда выписать. Я им сказала: "Дайте квартиру - освобожу ваш домишко". Родственники мужа вывезли всю мебель из дома, вывернули дверные ручки и электрические розетки, увезли и газовую плиту - вот сволочи! Мне же ребенку надо горячую пищу готовить! Этого я им не прощу - какое они имели право мебель вывозить?!
   С той поры она ненавидит свекровь. К удивлению моему, свекровь-то как раз ее жалела и относилась к ней по-доброму. Это она настояла на женитьбе сына, это она советовала прописать ее мать и сестру: "Одной на работу надо устраиваться, другой - учиться". Она помогла молодым деньгами и дарила снохе подарки:
   - Вот, видите, сережки, - красавица тряхнула головой, - и кольцо, - изящным жестом подняла руку, - старинные!
   - Это она подарила? Но за что же Вы ее ненавидите, - удивилась я, - раз столько добра она Вам сделала?
   - Она со мной теперь не разговаривает, всем видом показывает, как меня презирает. Заявила, что в старину таким, как я, отказывали от дому. Книжек начиталась... Да кто она такая? Дура, раз я ее обманула с домом - чего она морду-то гнет, не разговаривает, видите ли? Благородство изображает...
   - А что бы Вы от нее хотели?
   - Я хочу ее убить! - ответила она. - У меня нервы совсем расшатались - я себя стала бояться. На меня такое находит... бью ребенка, мать, сестру, вены режу. Вот видите, - она закатывает рукав платья.
   - Мне кажется, если я ее убью, то успокоюсь. Я узнавала, убить можно за пять тысяч, но мне денег жалко. Может, отравить - дешевле выйдет? - она вопросительно смотрела на меня.
   - Ну, убить-то и за ящик водки можно, причем, чем дешевле платишь, тем быстрее найдут заказчика. Только алкаши водку выпьют да в милицию побегут с повинной. А Вас в тюрьму упекут, где небо в клеточку. От Вашей красоты ничего не останется. А любимый мужчина найдет себе другую... Он сейчас с Вами в доме живет?
   - Ну, а где же еще ему быть?! Конечно, со мной. Я любого мужика привяжу к себе накрепко. Он замечательный... я только с ним и успокаиваюсь. Ладно, пусть живет, дура, моя свекровь. Дом-то я все равно отсудила. Мой дом! Мой!
   Я промолчала. Не так давно одну мою клиентку-учительницу "заказала" падчерица. Клиентка моя на протяжении десяти лет засыпала ее деньгами и подарками, обделяя себя во всем. К двадцати годам падчерица поняла, что пора выходить замуж и что трехкомнатная квартира ей не помешает - главное, убрать из нее жену отца. (Отца, очевидно, тоже ждала та же участь, но в свое время, разумеется. Нельзя же их друг за другом на тот свет отправлять - подозрения будут.)
   Пришли к учительнице крутые ребята, но оказалось, что один из них учился у нее. Рука не поднялась, это, во-первых, а во-вторых, увидели они больную женщину в застиранном сером халате, запущенную (десять лет без ремонта) квартиру и поняли, что все деньги уходили на Леночку в виде золотых украшений, ковров, французской косметики да коробок конфет размером с полстола - лишь бы бедная девочка не испытывала лишений. Посмотрели, да и раскололись - рассказали, какова падчерица Леночка.
   Ну, что тут сказать? Видно, избыток добра переходит в зло и оборачивается против дарящего? Хотя... смотря кому дарить. Неужели мою красавицу трудно раскусить? Умение благодарить - все-таки свойство здоровой психики, а уж если ее нет, благодарности-то, - жди беды...
   Как там писал Ломброзо? "У некоторых женщин замечается страсть ко злу ради зла <...> что в них зарождается ненависть автоматически и находит выход в совершении преступления", - Ломброзо имел в виду определенный тип личности, встречается он нечасто, но "женщины, одержимые такой ненавистью, всегда нуждаются в жертве, на которой они могли бы вымещать свою ярость, и тот несчастный, с которым они чаще всего конфликтуют, очень скоро превращается для них в предмет их ненависти..."
   Именно за доброе отношение, - дополняю я великого Ломброзо, - в моей практике это встречается часто.
   Я вспоминала похожих на нее женщин, имеющих обеспеченных мужей с мягким покладистым характером. Живи, казалось, да радуйся, "Но нет, ищут они таких же преступников, - ехидно говорит Ломброзо, - им импонирует насилие и жестокость у мужчин. Мягкость и доброта с такими женщинами явно противопоказана".
   Можно ли ей что-нибудь объяснить? Нет, нельзя. Слишком выражена зависимость поведения от чувств, и никакие разумные доводы тут не помогут...
   - Чувства искривляют разум, и человек стремится к гибели, охваченный страстями, - любит говорить мой знакомый психиатр, и всем советует читать книгу Судеб - Библию. Только там, уверяет он, можно найти ответ на любой вопрос.
   - Вы что, оглохли, что ли? Или заснули?! Я спрашиваю, что бы Вы могли мне посоветовать?
   Я молчала. Мне нечего ей сказать... увы, а Библию она читать не будет. Красавица презрительно посмотрела на меня:
   - Зачем я только к Вам приходила? - и, подхватив сумку, ушла, хлопнув дверью, не заботясь об изяществе движений.
   ...Ибо кто может выпрямить то, что Он сделал кривым? - с горечью подумала я, а вслух сказала: "Век бы тебя не видать".
   В конце рабочего дня я зашла к юристу и спросила, а законно ли решение суда в данном случае и нельзя ли его оспорить?
   - Решение законно, - сказал он и, помолчав, добавил, - через 15 лет дом станет собственностью этой "семейки" на правах с другими владельцами, разумеется, которые строили этот дом.
  

* * *

   На задней площадке автобуса раздался шум. Широкоплечий мужчина в майке, сизый от многочисленных татуировок на теле, кричал на мою бывшую клиентку:
   - Дура, сколько можно говорить, не я спьяну сжег твой дом! Это твои родственники со зла спалили - насолила ты им, тварь эдакая, как и мне.
   Автобус остановился и татуированный, схватив подругу за шею, вышел вслед за ней в открытую дверь.
   Я облегченно вздохнула и поехала дальше...
  

СОДЕРЖАНКА

Часть I

   Особенно легко поддавались
   неотразимому влиянию гетер люди
   выдающиеся и люди богатые,
   вероятно потому, что как те,
   так и другие обладали сходной
   психической организацией.

Дюбуа,

"Проституция в древности"

  
   На заре перестройки моя мама, ныне покойная, со свойственной ей иронией заявила:
   - Родилась я при закате капитализма, а умирать мне, видно, придется при его возрождении. Невеселое будет времечко, да и многое в жизни переменится и с головы на ноги встанет, хоть и не по душе это людям будет. Капитализм, как это ни грустно признать, соответствует природе человеческой, хотя это общество глубоко несправедливое и агрессивное, - мама поморщилась, она не любила слова, которые часто употребляла я, - и погубит это общество многих. Не всем дано к нему приспособиться. Каждому - свое: хитрому - нажива, дураку - погибель. Но дурак-то, он ведь тоже при новом времени поумнее будет и своего не упустит. Он, глядишь, от умных людей быстро научится и тоже обманывать будет да так, что не приведи Бог встретить его на пути. Старым людям доподлинно известно: сколько дурака хорошему ни учи, а его, все едино, к обману тянет.
   Мама помолчала, а потом, повысив голос, добавила:
   - А ты бы послушала, пока я жива еще. Дураку-то с осторожностью помогай, а то он вмиг на твою шею сядет, и не снимешь. И душу-то свою на дураков не трать попусту.
   Признаться, я слушала ее невнимательно - занималась своими делами, и до меня как сквозь вату доносился мамин голос.
   - И еще прошу тебя при новом-то времени быть осторожней... не злобствуй, не осуждай... и, упаси тебя Бог, завидовать чему-то или кому-то. Свое имей и держи крепко: хоть деньги, хоть вещи, хоть знания. Всяк отнять рад будет, да ты не давай. Рассуждай во всяком деле разумно и трезво, но и посмеяться не забывай: где над собой, где и над людьми - отчего над глупостью человеческой не посмеяться, если повод имеется?
   Так и вошла я в новую эпоху с маминым напутствием. Поучения ее спасли меня от многих разочарований, а то и бед. Но и посмеяться над собой приходилось. Ох, и приходилось, хоть и был тот смех горький, поистине, смех сквозь слезы.
  

* * *

   В тот роковой день я объяснила Лере, студентке психологического факультета, суть методики "на опережение".
   - Методика "на опережение" основана на интуиции, а интуиция - это способность человека без логического объяснения постигать истину. Но появляется она лишь при наличии опыта и знаний...
   Наша беседа прервалась, когда в кабинет вошла девица-красавица, крашеная блондинка с карими глазами.
   Могла ли я предвидеть последствия этой встречи? Позвольте не ответить на Ваш вопрос. Взглянув на нее, я почему-то вспомнила старую мою приятельницу Марию Алексеевну - особу весьма циничную, но интересную. "Любовницу, - говорила она, - надо такую оторвать, чтобы все завидовали. И главное - чтобы глупая была, так-то оно спокойнее будет".
   - Мне бы хотелось поговорить с Вами наедине, - сказала она.
   Лера встала и пошла к двери, но не выдержала-таки и бросила сожалеющий взгляд на меня. Неожиданно для меня клиентка вернула ее.
   - Ладно, пусть останется. Может быть, вместе вы мне что-нибудь посоветуете... как быть дальше, я не знаю.
   Зовут ее Наташа. Ей 19 лет. Живет с матерью-инвалидом и младшей сестренкой. В институт "провалилась", на работу устроиться не смогла. К счастью, ее взял на содержание богатый человек гораздо старше ее. Скуповат, дает ей деньги только на питание и одежду. Часто проверяет, на что потрачены деньги. Наташа вынуждена вести тетрадь расходов.
   - Но я его обманываю, конечно, - с улыбкой сказала она. Маме и сестре я тоже покупаю еду и одежду из этих денег... Меня беспокоят некоторые... особенности его поведения... - она помялась.
   - Я, конечно, при этом истерики закатываю, потому что не знаю, как себя вести. А он угрожает, что бросит меня, - добавила она и замолчала.
   - И что это за особенности? - спросила я с интересом.
   - Ну, вот, например, он говорит, что в фирме у него работает еще одна любовница Оля. Она старше меня, ей 35 лет. Он ее всегда хвалит и ставит мне в пример.
   Эта детская фраза тронула меня, и я улыбнулась.
   - Может, он хочет, чтобы Вы его ревновали? - подала реплику Лера.
   - А то еще заявит: волосы красишь, а вот у Олечки, мол, натуральный цвет. Заставляет прически делать, "башни" всякие или "улитки". Я назло ему короткую стрижку сделаю. И вообще, я из себя выхожу, начинаю кричать: "Вот и катись к своей Олечке! Пусть она тебе твою лысину гладит!" Да она же старуха! - распалилась Наташа.
   Потом помолчала. На ее глазах появляются слезы. - За что он так издевается? Когда плачу, он смеется!
   Или вот еще: он часто звонит мне и требует, чтобы я приехала в его фирму в конце рабочего дня. Я не могу его ослушаться, приезжаю и жду в холле. Там его сотрудники ходят, на меня смотрят и перешептываются. Он выходит с охраной, делает вид, что меня не замечает, идет к машине, а я бегу за ним, как собачонка, а он повернется и сделает недовольное лицо: "А ты, почему здесь? Ну, иди в машину!" или: "Я занят, иди домой!" А один раз, - она неожиданно рассмеялась злым смехом, - он потребовал, чтобы я пришла в его фирму утром к десяти часам. Он всегда приезжает в это время, хотя сотрудники начинают работать в восемь часов. Ну вот, жду я, как всегда, в холле. Он выгружается из джипа с охранниками, двое при нем остаются, а третий бежит к вахтеру: "Сергей Петрович приехал!" Что тут началось!!! - она хохочет во все горло, - помните цыганскую величальную: "К нам приехал, к нам приехал Сергей Петрович дорогой!" Ну, детский сад, да и только! Все сотрудники горохом повысыпали на лестницу, стоят на ступеньках. Он поднимается по лестнице на четвертый этаж, а все ему кланяются и спрашивают: "Как здоровье, Сергей Петрович? Как настроение Ваше, Сергей Петрович? Рады Вас видеть, Сергей Петрович!" И я за ним сквозь строй плетусь, а на меня они презрительно смотрят.
   - Ну, это он на Вас впечатление производит, значимость свою в Ваших глазах подчеркивает, - весело сказала Лера,
   - Правда? А я и не подумала... Точно, он потом стал всех в кабинет вызывать и при мне их распекал: "Поувольняю, - кричит, - всех! Никто работать не умеет!"
   Он повышает свою значимость для себя, - подумала я, - создает этакий образ купчика-хозяина, как в пьесах Островского: захочу - и все по миру пойдете. Ему нужны чужие эмоции страха, подобострастия, ненависти... И каждый день он начинает с эмоционального попрошайничества. Иными словами этот сложившийся ритуал и не назовешь. И ведь критически он свое поведение не оценивает.
   - И еще, - Наташа снизила голос до шепота, - он в постели... слабоват, возраст сказывается. Так вот, когда у него не получается, он начинает меня воспитывать: обязательно скажет, что я дура, на жизнь зарабатывать не умею и никогда не научусь, и что я совсем пропаду, если он от меня уйдет. Говорит, что у меня цыплячьи мозги, и смеется, мол, даже не куриные.
   Она уже плачет навзрыд. Лера подносит стакан воды и гладит ее по плечам:
   - Не плачьте, мы что-нибудь придумаем. Ведь, правда, Елена Ивановна? - обращается она ко мне.
   Я молчала, а когда пауза затянулась, осторожно спросила:
   - Скажи мне, Наташа, а чего бы ты от него хотела?
   Она подняла опухшее от слез лицо и деловито сказала:
   - Пусть не лезет в душу. Пришел, сделал дело, заплатил и ушел. А фокусы надоели!
   Девочка и не понимает, что он отыгрывает на ней дефекты своего характера. Но как это ей объяснить, если у нее эмоции искривляют разум?
   - Так он не для секса тебя покупает?
   - А для чего же еще, скажите, пожалуйста?!
   - Давай подумаем вместе. Сексуальная сторона, увы, у него оставляет желать лучшего. И он устраивает эти "фокусы", чтобы почувствовать свою власть и превосходство над женщиной, иными словами, это психологический садизм. Кстати, удовлетворение от психологического садизма он, очевидно, получает и на работе, и в семье - не только с тобой. Похоже, это у него привычный тип реагирования.
   - Я этого больше не вынесу!
   - Ты его ненавидишь?
   - А кто таких любить будет?!
   - Девочка моя, вот в этом-то и парадоксальность, что при таком отношении к тебе он-то как раз и ждет любви и благодарности. И в силу твоего положения он считает, что ты его должна любить, а ты, выходит, не оправдываешь его ожиданий - закатываешь истерики.
   - Какого положения?! Я не проститутка.
   - Да, слава Богу! У тех жизнь тяжелее. Ты содержанка, ты отдаешься одному мужчине, он платит тебе за это деньги, но он ждет от тебя благодарности, увы, такова природа человеческая. А если ты будешь и дальше его ненавидеть, то дойдешь до нервного срыва и попадешь в психбольницу.
   - Любить я его все равно не буду! - упрямо заявила она.
   - И не надо любить, надо играть в любовь, в чувство, которого нет, - я сделала паузу и посмотрела ей в глаза. Она внимательно слушала. - Надо понимать, что ты имеешь дело с человеком, у которого психопатический характер. Он приходит, чтобы сбросить агрессию на тебя. Увы, в данный момент ты для него не женщина, ты объект для сброса агрессии, а ты к тому же даешь провокации на ее сброс. Тем самым ты злишь его больше, но он-то получает удовольствие, что выводит тебя из себя! Порочный круг получается, не так ли? Тебе надо искать другие варианты поведения.
   - Какие еще могут быть варианты?
   Я поворачиваюсь к Лере:
   - Представляешь, Лялечка, муж мой кота любит до безумия. Придет с работы, ляжет на диван, а кот прыг ему на грудь и ну ласкаться. А тот его гладит и приговаривает: "За что я тебя, Пашка, люблю?!" И сам же отвечает: "За красоту и теплые эмоции. Ну, от кого же я еще столько ласки получу?"
   - Кстати, Наташа, а почему ты не хочешь сделать прическу из длинных волос. Она сразу выделит тебя среди других женщин. Женщина с прической - это королева, не правда ли? - я замолчала.
   - Такая женщина требует к себе особого отношения. Да и стиль вам надо подобрать особый, - заполняет паузу Лера, поняв меня с полуслова. - К прическе из натуральных светлых волос очень подойдет бархатно-вишневое платье и украшения из жемчуга. В театре Вы будете неотразимы! Хотите, нарисую фасончик? - Лера с упоением начала вертеть ее во все стороны, объясняя про вырезы и вытачки. - О, да у Вас нет навыков красивых движений. Резкие жесты и вульгарная походка будут вызывать раздражение. А Вы знаете, что при подготовке к конкурсам красоты, например, на звание Мисс Америка, каждая девушка обучается таким движениям тела, которые излучают теплоту и искренность?..
   Лера разошлась не на шутку - курсы имиджмейкеров давали о себе знать. Вскоре клиентка на цыпочках ходила по кабинету, а Лера убежденно говорила ей, что походка от бедра - это вульгарно. Настоящая женщина должна идти на носочках, летящей походкой балерины.
   - Летящая походка, - уверяла Лера, - это походка женщины, привыкшей к мужским взглядам и не обращающей на них внимания... Походка от бедра - это дешевка, это прием, чтобы привлекать внимание мужчин и вызывать у них сексуальное влечение. Но это не главное для настоящей женщины!
   К сожалению, я пропустила мимо ушей, что же является главным для настоящей женщины. Надо как-нибудь спросить Леру об этом. И, каюсь, я дремала, пока Лера не дала мне слово "под занавес":
   - Покровитель Ваш, Наташа, вероятно, выговориться хочет, - сказала я, - а Вы его слушать не умеете, да еще и командуете: плати деньги и уходи. А может быть, за Ваше доброжелательное отношение он вдвое больше заплатит. Поверьте, для человека трагедия, когда он с таким характером никому не нужен: ни жене, ни детям, а уж сотрудникам по работе и подавно. А ведь ему хочется на старости лет, чтобы хоть кто-то его пожалел, как мама в детстве жалела. И в то же время он хочет, чтобы рядом с ним была красивая молодая женщина, заметьте, со вкусом одетая, и чтобы другие мужчины завидовали до колик в желудке. Он хочет подчеркнуть свою ценность через Вас, таковы почти все мужчины.
   Я выдержала долгую паузу и добавила:
   - Не исключено, что внимание обратил он на Вас не случайно. Может быть, ему в молодости девушка понравилась, но не выбрала она его. И вдруг, спустя много лет встречает Вас, похожую на его девушку-мечту. Его требования носить прическу - "башню" или "улитку" - кажутся Вам нелепыми, а мне это представляется в ином свете. Ибо память человеческая коварна и требует повторения пусть с другой девушкой, но... - я резко оборвала себя на полуслове. - Вы поняли, Наташа, что Вам нужен приличный вид, умение общаться и знание человеческой психологии. Хорошие манеры, как известно, без порток не оставят. Я полагаю, Вам стоит подумать об этом.
   После ее ухода я задумалась. Боже мой, чему же я ее учу?! Манипулировать людьми через свою привлекательность - вот чему! Это называется инграциация, а дословный перевод - "втирание в доверие". Напрасно я это делаю. От таких истеричных особ надо подальше держаться, ибо неизвестно еще, что от них ожидать.
   Ну, а что я должна делать, скажите на милость?! Требовать, чтобы она бросила эту жизнь и шла учиться или работать?! Так она к этому образу жизни подходит, по сути дела, как ключ к родному замку, - полное соответствие характера и ситуации. А если бы это было не так, то давно бы уж и работу нашла, и учиться пошла. Нет, она вполне целенаправленно искала человека, чтобы жить за его счет, но не знает, как управлять им. И вот этому-то я ее и учу? Права ли я?
   - Скажи мне, Лера, - оторвалась я от своих невеселых мыслей. - Почему женщины становятся содержанками?

Часть II

   Я жаждал знаний,
   дающих могущество и власть.

Урсула Лe Гуин

   - Почему женщины становятся содержанками?
   - От безысходной жизни, наверное, - вздохнула Лера.
   - Хорошо. А теперь дай мне, пожалуйста, описание истерической личности.
   - Из многих признаков истерической личности можно выделить главный - это стремление постоянно находиться в центре внимания. Истерик всегда стремится быть на виду, - затараторила Лера стандартные фразы из учебника психологии.
   - А нашу клиентку можно считать истерической личностью?
   - Нет, те демонстративные, наглые, а она такая тихая. Забитая. Ее так жаль...
   - Согласна, ее очень жаль, но ты не заметила главного - у нас она ведет себя так, чтобы мы ее пожалели, а - в другом месте она будет вести себя достаточно демонстративно, чтобы обратить на себя внимание и понравиться. Истерички умеют примерить все шубы на себя и действовать согласно ситуации. К собственной выгоде, разумеется, за счет..., - я сделала паузу, - особого манипуляционного поведения.
   - Да, действительно, - быстро подхватила Лера, - истерическая личность характеризуется манипуляционным поведением, при котором она вызывает у партнера сложную гамму чувств: восхищение, сочувствие, жалость, желание помочь, чувство вины и долга и т. д. Тем самым у партнера создается соответствующее настроение, и он совершает определенные действия, - Лера запнулась...
   - На благо истерику, разумеется, - закончила я за нее. - И наша клиентка - прекрасная тому иллюстрация...
   - Ты ее жалеешь, но ты и не подозреваешь, что она "навела" на тебя чувство жалости, чтобы выгодно подать себя в роли "жертвы", а своего покровителя - в смешном и унизительном свете - увы, таково большинство женщин подобного рода...
   - Ладно, - я решила продолжить "экзамен", - скажи мне, каким формам манипуляционного поведения обучают психологи, ну, допустим, в торговых фирмах?
   - Ну, в первую очередь нужно хорошо выглядеть, уметь выигрышно подать себя, подчеркнуть свои достоинства...
   - Иными словами, на первом месте, - уточнила я, - в обучении персонала делается акцент на самодемонстрацию?
   - Конечно, сейчас без этого нельзя. Кроме того, психологи советуют деловую форму одежды, но кое-кто явно предпочитает короткие юбки, обтягивающие шорты, топики с низким вырезом.
   - Понятно. Это делается для эротизации межличностных связей между клиентом... и, скажем, официанткой. Слишком низкий вырез, как известно, глаз заглянувшего не выест, и чаевые будут гарантированы, - усмехнулась я.
   - Еще учат технике общения с клиентом, - продолжала Лера, - поднятие ценности клиента в его глазах, согласие с установками клиента, - надо уметь говорить ему комплименты, льстить, втираться в доверие, одним словом.
   - Это называется инграциация, - снова уточнила я. Мы помолчали... а спустя некоторое время Лера сделала вывод:
   - Да, конечно, - самодемонстрация, эротизация, инграциация - это три кита психологической работы с истероидными личностями, не так ли? Но, выходит, и мы давали ей советы с учетом ее истерического характера. Давали установки на манипуляционное поведение?
   - Выходит, так, - вздохнула я, - помощь клиенту должна исходить из учета его характера, только тогда ты можешь повлиять на его судьбу в лучшую сторону. Но ты не ответила на мой вопрос, почему женщины становятся содержанками?
   Немного подумав, она решительно сказала:
   - Манипуляционное поведение всегда связано с восприятием других людей, как средств к достижению своих целей. Вот поэтому она стала содержанкой, данное поведение вытекает из ее характера.
   Я молчала... Да, мы сделали акцент на развитие манипуляционных механизмов у истерической личности... и Бог весть, что из этого получится. Я всегда стараюсь прогнозировать конечный результат работы с клиентом, прогноз в данном случае был неутешительным... для меня...
   У меня был выбор - отказаться от работы с ней. И в этом случае прогноз был тоже неутешительный, но уже для нее... Ведь не исключено, что она, как героиня фильма Феллини, попадет в психбольницу - личность-то слабая (ах, как я тогда ошибалась...)
   И тогда я малодушно утешила себя мыслью, что после нашей работы она благополучно про меня забудет, правда, верилось в это с трудом.
   - Запомни, Лера, - сказала я, - что зачастую твоя работа с клиентом может иметь самые непредсказуемые последствия и повлиять даже на твою судьбу...
   Наша клиентка в течение года приходила к нам достаточно часто - 2-3 раза в неделю, - мы с Лерой занимались с ней поочередно по психологии общения. Это была наша совместная методика, в которой, как вы уже догадались, сочеталась работа имиджмейкера и психолога.
   Я давала ей понятие об особенностях характера, мотивах, поступках... Особый акцент я делала на прогнозе ситуации, исходя из характера человека и его типа реагирования. Ее нельзя было назвать неусердной ученицей, она, как губка, простите за банальное сравнение, впитывала знания, которые сулили ей хоть какую-то выгоду. Разумеется, я не навязывала ей своих взглядов, но мы и без слов понимали, что являемся антиподами, которых случайно свела судьба.
   Напряжение между нами росло. Достаточно было искры, и произошел бы пожар, но меня останавливал профессиональный долг, а ее - интерес к знаниям, которые она получала от меня, и которые весьма положительно сказывались на ее судьбе.
   Отношения с покровителем у нее явно улучшились - она стала одеваться все лучше и лучше, а после окончания курсов секретарей-референтов и имиджмейкеров совсем изменилась. Кстати, короткую стрижку, как хотела раньше, она делать не стала, зато освоила десятка два пышных причесок из длинных волос, которые придавали ее лицу аристократический вид. В последнее время она была озабочена судьбой младшей сестренки, которой было 15 лет, и терпеть не могла ее подружек.
   - Они жить не умеют, - доказывала она нам, - мотаются на автостоянках, лишь бы поглазеть на иномарки, а уж если их приглашают "прокатиться", захлебываются от восторга: "Ах, меня прокатили на джипе!" Спят с дебилами, которые там стекла протирают, шестерки на подхвате, их, дур, то группой насилуют, то по рукам передают, и после всего этого они пищат: "Ах, он грубо со мной обошелся!" И опять туда бегут. Да ты на себя в зеркало посмотри: волосы залиты лаком, торчат в разные стороны, фу, гадость. Нормальный парень, увидев такую утром на подушке, одно скажет: "Да пошла ты!" И выставит вон. Нет, женщина с прической - это королева, она гордо вскидывает голову, - с ней как попало обращаться не будут. И презрительно добавила: "А эти, хоть бы здоровье свое пожалели. То и дело на аборты бегут или в вендиспансер. Вот дуры, им даже в голову не приходит от умных людей поучиться с пользой для себя (под умными людьми она подразумевала себя - любимую).
   - Я им говорю, что лучше найти солидного человека и жить с ним, чем по подъездам и подвалам шляться да грязь всякую собирать. Но до них здравые мысли не доходят, у них мозг, - хохочет она, - как бильярдный шар, - ровный и круглый, без единой извилины. Родителей оскорбляют, из дома убегают, ночуют, где попало...
   Мы с Лерой молча переглядывались...
   В конце рабочего дня Лера осторожно сказала:
   - А ведь с точки зрения бытовой морали она права. Ведь в народе как считают? Если девушка живет с директором банка, она достойна всяческого уважения. Он ей и квартиру купит, и по службе продвинет, и учебу оплатит, если сия учиться захочет, разумеется. А эти пятнадцатилетние - спят с кем попало, а к 18 годам - аборт, сифилис и наркотики... они же действительно круглые дуры! По большому счету - одно и то же, а пути разные...
   - У первой - жажда стяжательства, и она умело, с выгодой продает себя, тогда как у второй жажда мужского внимания такова, что она не в силах себя контролировать ... - Лера замолчала. Она, очевидно, хотела выразить мысль о двух крайностях поведения, при которых создать семью зачастую не предоставляется возможным...
   Я устала, и мне не хотелось развивать эту тему. Только что ушла женщина, у которой первый срыв наступил после того, как она привезла из ЖЭКа чугунную батарею.
   Посреди дороги колясочка, на которой она ее везла, развалилась. Женщина стала останавливать машины и просить довезти до дома, но так как денег у нее было мало, ей отказывали. А когда привезли, то бросили эту батарею у подъезда, и она снова просила помочь донести ее хотя бы до лифта...
   Дома она долго плакала. И вот уже неделя как нарушился сон и нет аппетита. Она все время вспоминает, как стояла на холодном ветру и просила помощи.
   - За жизнь обидно, - сказала она мне, - сколько я в своей жизни тяжестей перетаскала, а тут, видно, силы кончились. Двое детей, безысходный труд с утра до вечера. Чтобы выжить, чтобы была хоть какая-то еда...
   Ах, как тяжела была ее боль, как чугунная батарея...
  

Часть III

   Замечательная блестящая карьера многих кокоток, даже новее не отличавшихся красотой, свидетельствует в большей или меньшей степени... об их знании богатых людей, умении общаться с ними и влиять на них... Особы эти в большинстве случаев далеко не глупы и сплошь да рядом сообразительны и расчетливы.

Ломбразо, Г. Ферреро

"Женщина-преступница

и проститутка"

   Наша клиентка-содержанка стала проявлять интерес к психологии...
   - Мне кажется, что она уговорит своего покровителя дать ей денег на платное обучение на психологическом факультете, - сказала как-то Лера и, не удержавшись, съязвила, подражая рекламным роликам. - Содержанка-психолог - только для богатых клиентов! Звучит здорово!
   - Похоже, ты освоила методику "на опережение", заметила я. - Ты прогнозируешь ситуацию с учетом ее характера.
   Лера была права, вскоре Наташа действительно поступила на психологический факультет и пропала из виду. И год спустя она заглянула к нам, благоухая французской косметикой, в сногсшибательном свингере из чернобурки и, захлебываясь от восторга, стала делиться впечатлениями:
   - А я уже веду платный прием! Откуда клиенты?! Да хоть откуда!..
   Допустим, дежурю я во время практики на телефоне доверия. Звонит истеричка из богатеньких. Ну, стерва, ну, суперстерва - уже по голосу чувствуется! Сама она двух любовников имеет, но вдруг узнает, что ей муж изменил! Что тут началось! Скандал, пощечины, туфли за 200 баксов летят в мусоропровод: "Как же иначе - это же подарок мужа, негодяя, коварного изменщика!" Она желает свести счеты с жизнью, вешаться вздумала! Какова штучка?! Я, конечно, понимаю, что это шантажное поведение - она же свою значимость повышает через попытку самоубийства. Ей внимания хочется, сочувствия, жалости она же так несчастна. В общем, поток слез и рыданий: "Повешусь, не выдержу!" А я про себя думаю: "Вешайся на здоровье, одной стервой на свете меньше будет. Я бы тебе и веревку намылила, тварь такая".
   Но ведь нельзя дать ей провокацию, чтобы она не разрядилась на мне, и я начинаю с другого конца: "Вы, - говорю, - тонко чувствующая натура, у вас высокая духовность, она сопутствует вашему интеллекту".
   Она затихла, слушает, а я ей дальше вешаю лапшу на уши: "Я чувствую, что вы человек глубоко верующий". Она рыдает! "Да, я верю, что Бог меня не оставит". А я ей: "Вы не должны даже и думать о самоубийстве. Это такой грех для верующего человека! Вы избранная, божественная натура!"
   Я уже давно поняла, что этим богатым истеричкам только одно нужно: чтобы их, как малых детей, гладили по голове и хвалили, хвалили, хвалили... у них мозги куриные, и другую информацию не воспринимают... Ха-ха-ха! Она меня спрашивает: "Скажите, а вы ведете прием?" А я ей отвечаю: "Только платный!" Она: "Конечно, конечно. Можно ли к вам записаться?" "Да у меня, - говорю, - на месяц вперед записано! Но, так уж и быть, приходите через недельку!"
   И таких, как она, у меня много, - она торжествующе посмотрела на нас. Все платят, как миленькие!
   - Я поняла, - продолжала она, - Ведь психолог - это же проститутка. Он должен доставлять клиенту удовольствие, а не учить его жить! Психолог должен снять эмоциональное напряжение, но не даром же! Пусть клиент платит! Нет, я не отдаюсь, я манипулирую им для его же пользы.
   - Да, - подумала я, - а ведь, пожалуй, для нее сладость работы психолога и заключается в манипуляционных действиях над людьми. Ей нравится купаться в чужих чувствах и управлять ими, и опасности этого она пока не осознает. Ну что ж, богатый клиент-манипулятор попадет к психологу-манипулятору - кому от этого хуже? Никому.
   Лера с трудом сдерживалась, а после ее ухода взорвалась, как паровой котел:
   - Я поняла, почему на Западе психоанализ приходит в упадок. Просто психоаналитики поднаторели в манипулировании клиентов, да так, что те и шагу без них ступить не могут. Они вызывают у клиентов психологическую зависимость, чтобы те чаще ходили да больше платили. Они паразитируют на богатых клиентах, и кое-кто уже начал это понимать, стал жить своим умом и решать свои проблемы самостоятельно, с позиции здравого смысла.
   Я промолчала - человеческая природа была везде одинакова. Лера не успокаивалась:
   - Ну, конечно, сейчас у нас идет социальная пертурбация, и к доминирующей группе богатых людей пристраиваются не только содержанки и психологи. И, конечно же, на предложение всегда есть спрос - я это тоже понимаю.
   - Знаешь, Лера, - грустно сказала я, - если я буду откладывать по три доллара в месяц, то такой свингер я, пожалуй, смогу купить лет через тридцать, без учета инфляции, разумеется.
   Мы переглянулись и засмеялись.
   Наша бывшая клиентка делала успехи. Будучи еще студенткой, она начала работать в фирме своего покровителя и стала называть себя психотерапевтом.
   - Я ведь работаю по психотерапевтическим методикам, - заявила она Лере, - а для этого медицинское образование вовсе не обязательно.
   Но спустя некоторое время она заявила, что индивидуальное консультирование ее утомляет, и она решила вести группы общения. ("Там больше платят, - откомментировала Лера, - к тому же у нее сейчас пик гиперактуализации демонстративных потребностей".)
   - Люди будут приходить посмотреть на меня! - гордо сказала она.
   Посмотреть было на что, похоже, покровитель не скупился.
   На одной из психологических тусовок, где я бываю редко и, как правило, тихо сижу в углу, наша бывшая клиентка блистала нарядами и эрудицией и, что называется, была нарасхват. По слухам, ее покровитель скончался от сердечного приступа. "Виагру подсыпала", - шептались в кулуарах, но угодливо искали ее расположения. Она быстро нашла себе другого покровителя, стала работать в его фирме и всем говорила, что набирает штаты.
   В перерыве она громко разглагольствовала, поглядывая в нашу сторону:
   - Бесплатный психолог - это нонсенс, бессмыслица. Кто станет прислушиваться к советам бесплатного психолога? И вообще, все эти бюджетные центры психологической помощи надо закрыть - они не оправдывают вложенных средств.
   - Все проститутки очень ценят свою работу, - прошептала Лера за моей спиной. - Они гордятся, что получают деньги за свой труд и презирают замужних женщин, считая, что они...
   Но наша бывшая клиентка уже шла, к нам легкой походкой балерины:
   - Отнюдь, Елена Ивановна, - медовым голосом сказала она. - Все, что я говорила, - это, разумеется, не в Ваш адрес. Но, согласитесь, что психолог должен быть платным, иначе это не психолог, а собеседник, а консультация - всего лишь беседа с приятным человеком и не более того. Кстати, лично Вас я хотела бы пригласить в нашу фирму, где я являюсь руководителем психологической группы. Но я не обещаю Вам сразу перспективную должность. Поработаете, а мы посмотрим и оценим Вас. У нас как раз есть свободное место регистратора по записи клиентов. Я полагаю, что это устроит Вас на первых порах.
   Лера ахнула от негодования, а я, улыбнулась:
   - Я Вам очень признательна, - с чувством сказала я, - ведь только любезностью можно поставить зарвавшуюся особу на место. - Как это мило, что Вы вспомнили обо мне. Вас, право же, нельзя упрекнуть в неблагодарности. Но давайте оставим все на местах. Вы будете получать деньги за работу, а мы получаем удовольствие от работы, от того, что кому-то удалось помочь в этом жестоком мире.
   Я сделала паузу и посмотрела ей в глаза:
   - Нелишне спросить, а где бы Вы были сейчас, если бы мы отказались от работы с Вами?
   Она не выдержала мой взгляд, покраснела и как-то суетливо, боком выбежала из холла.
   Мне показалось, что я слышу мамин голос: "Душу-то свою на дурака не трать - он тебе все равно насмешкой за твое добро отплатит. Не может он по-другому-то... ума-то не дал ему Бог".
   - Да, - вслух сказала я, - чему учила, то и получила. И спросила у Леры:
   - Ты помнишь рассказ Лескова "Воительница"?
   - Это тот, где сваха устроила неверную жену содержанкой у генерала, а та ее потом... - Лера замолчала.
   - Обхамила, - докончила я за нее, - и послала чай пить с прислугой, когда сваха пришла к ней в гости, посмотреть, как она устроилась.
   Мы понимающе посмотрели друг на друга, улыбнулись, а потом стали смеяться.
   Перерыв закончился. Участники стали заходить в зал, а мы, не сговариваясь, повернули к выходу.
  

* * *

   А дома перед сном я, как всегда, раскрыла Библию и прочитала: "Что было, то и будет: и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем".
   И опять я вспомнила, как мама моя покойная со свойственным ей юмором считала Экклезиаста своим другом и единомышленником и желала в загробном мире непременно с ним встретиться.
   Я попыталась улыбнуться, но на мои глаза невольно наворачивались слезы...
  
  

РАЗЛУЧНИЦА

  
   "Кто собрал ветер в пригоршни свои? Кто завязал воду в одежду?"

Притчи Соломоновы

  
   Был холодный осенний день, с утра, не переставая, лил дождь, и небо было цвета асфальта...
   Я дремала у окна, а в голове у меня назойливо вертелись строчки давно забытых стихов...
  
   Нам, как подарки, суждены
   И смерти - круговые чаши,
   И первый проблеск седины,
   И первые морщины наши...
  
   - Писал их явно мужчина, - раздраженно подумала я, - морщины и седина для любой женщины, уж извините, - не подарок!
   Трамвай резко встал у остановки "Венец", я открыла глаза и неожиданно увидела ее на передней площадке.
   Промокшая от дождя, она вошла в вагон, села у двери и долго пристраивала зонтик, с которого стекали капли дождя...
  

* * *

   Произошедшая с ней история не заслуживала бы Вашего внимания, если бы не одно обстоятельство...
   Как правило, женщины охотно делятся с подругами своими переживаниями по поводу измен своего мужа, друга, любовника.
   А вот истории, похожие на историю нашей героини, почему-то тщательно скрываются, оставаясь, как занозы, в женской душе. Надолго. Иногда на всю жизнь.
   Она работала в одном из архивов города Димитровграда, ее ценили за добросовестность и незаменимость. В 30 лет получила квартиру, в 34 - вышла замуж. "Чтобы родить ребенка", - объяснила она.
   Родился мальчик. И начались скандалы с мужем - несчастный, он не понимал, почему он должен уйти.
   - Муж в моих планах не значился, - заявила она.
   После его ухода быстро поменяла квартиру и переехала в Ульяновск к родителям. От алиментов отказалась.
  -- Мне не нужны ни муж, ни его деньги. В жизни ребенка буду только я! - решительно заявила она.
   Она вела очень добропорядочную жизнь, посвятив себя ребенку и престарелым родителям. Но не переставала удивляться, почему же отношения с родителями с каждым днем становятся все хуже и хуже. Бесконечные ссоры и скандалы изнуряли душу. Да еще и сын-подросток стал выходить из-под контроля, взял да и уехал к отцу в гости, даже не поставив ее в известность.
   Но самое страшное, самое непоправимое случилось на работе. И хотя прошло уже полтора года, ей с каждым днем становилось все хуже и хуже.
   И предыстория такова, что в ней, казалось бы, и нет нечего особенного. В отделе у нее сложились теплые отношения с одной из женщин и соседом-сослуживцем. Они приходили утром раньше, чем другие сотрудники, не спеша, пили чай и обсуждали свои нехитрые семейные дела.
   Сослуживец, мы будем называть его "любимый мужчина", жаловался на свою жену, мол, она его не понимает, а наша героиня сочувственно кивала головой - уж она-то его понимала.
   Потом они приступали к работе. Их столы были рядом, они обменивались репликами, передавая друг другу то линейку, то карандаш, и время летело быстро. К обеду "любимый мужчина" приносил им булочки из буфета, а женщины кормили его домашними котлетами. В перерыве она с подругой уходила гулять по магазинам, а "любимый мужчина" курил на лестнице, поглядывая по сторонам: не идут ли они? Так и кончался день. И впереди еще было много таких спокойных и добрых дней, согретых дружеским участием, и уж поверьте мне, она не переставала благодарить судьбу за это...
   Но случилось непредвиденное событие. К ним в отдел устроили по большому блату новую сотрудницу, по слухам - чью-то любовницу. Яркая и говорливая, она обращала на себя внимание их маленького коллектива - одевалась броско и не по годам, но ей шла любая одежда - хоть ведро на голову надень. В коротких юбках или шортах она расхаживала по отделу и громко смеялась. А мужчины как-то вдруг помолодели, сами стали лучше одеваться и старались подходить к ней почаще, шутили и рассказывали анекдоты.
   Новенькая сразу же обратила внимание на подругу нашей героини. Они стали уходить пить чай в буфет, там же стали и обедать. Вскоре и "ее мужчина" стал уходить с ними, а потом долго курил с "разлучницей" на лестнице и по обыкновению жаловался на свою жену. Героиня почувствовала себя одинокой и, конечно же, винила в этом "разлучницу".
   Но приближался юбилей нашей героини - ей исполнялось 50 лет - и она готовила праздничный стол для всего отдела. Она была хорошей хозяйкой, и в отделе всегда любили отмечать ее день рождения. К тому же, день этот приходился на 30 декабря, что, разумеется, освобождало сотрудников от новогодних хлопот.
   И в этот раз вечер удался на славу. Сервировка стола придавала достойный вид имениннице. "Любимый мужчина" сидел рядом с ней, и она была вполне счастлива. Настроение было слегка подпорчено лишь развязным поведением "разлучницы". Та вела себя демонстративно, отпускала плоские шуточки по поводу возраста именинницы, но, слава Богу, ее одернули, и она замолчала.
   Но вот все пошли танцевать, и "разлучница", пересев к "ее мужчине", стала флиртовать с ним. Строила глазки, "нечаянно" касалась его колена.
   А когда, выпив на брудершафт, она поцеловала его в губы..., героиня наша встала и громко, во всеуслышание заявила, что "разлучница" - женщина легкого поведения, что подобное обращение недопустимо с женатым мужчиной... Она этого не потерпит, в конце концов, это ее праздник... Тут за "разлучницу" заступились окружающие, что было неожиданностью для них обеих.
   И тогда героиня стала выкладывать про всех начистоту -все-все, что она про них знала - тайны, сплетни, симпатии, антипатии, припомнила даже старые романы между сотрудниками, о которых все давным-давно уже забыли. А знала она много тайн и била по больным местам.
   Вот так все и кончилось. Все потихоньку разошлись, не прощаясь с ней. От того, что случилось, она пришла в ужас. Но было уже поздно.
   Ночью у нее поднялось артериальное давление, и она вызвала "скорую помощь". Больше месяца была на больничном, а когда она вышла на работу, то увидела, что ее стол переставлен в угол, чтобы она сидела ко всем спиной. Ее сторонились, в разговор вступали только по необходимости, но она заметила, что ее и боялись.
   А "разлучница" вела себя достаточно раскованно, казалось, подобное положение вещей ее развлекает. Тогда как героине стало вообще невыносимо ходить на работу - с утра на нее нападал страх, тревога, беспокойство, ожидание какой-то беды... Еле-еле плелась на работу, а когда видела "разлучницу", то у нее холодели руки и ноги, а кровь приливала к лицу, начинались перебои в сердце и очень хотелось вцепиться ей в волосы. Она с трудом сдерживала себя и боялась, что когда-нибудь это произойдет.
   А эти трое по-прежнему ходили в буфет, курили на лестнице, даже некурящую подругу она все чаще и чаще видела с сигаретой. И ей казалось, что эти трое обсуждают ее и смеются над ней. Жизнь ее стала невыносимой, и тогда она решила обратиться за советом к психологу.
   Разумеется, я постаралась объяснить ей особенности ее характера и тип реагирования на ситуацию. Подчеркнула, что в процессе работы с психологом, как правило, приходит понимание своего характера, и болезненные проявления будут смягчаться и постепенно сойдут на нет. Но она непреклонно заявила:
   - Работа над характером не входит в мои планы - я буду мстить ей за разрушенные отношения!
   На ее глазах появились слезы, но она несколько раз взмахнула ресницами - они исчезли - и дрогнувшим голосом добавила:
   - У моих друзей были такие теплые чувства ко мне, я ими так дорожила, а она лишила меня последнего утешения. Я этого так не оставлю!
   И внезапно она резко вскинула голову, лицо ее окаменело, челюсти сжались.
   Ее план мести поражал своей простотой и безнаказанностью, - я сознательно о нем умалчиваю, опасаюсь, а вдруг найдутся последователи, дурные примеры, как известно, заразительны.
   Да, конечно же, я попыталась объяснить ей, что в природе человека заложен механизм на разрушение чувств, и своих, и чужих. Но ведь жизнь не кончается - теряя одних друзей, мы приобретаем других. Да и кто знает, может быть, кое-кто из друзей устает от нашего характера и уходит. Конечно, это больно для нас. Ну, а если задуматься и задать себе шутливый вопрос: "Наверное, будет совсем неплохо, если друзья немного отдохнут от меня?"
   - И, в конце концов, сотрудники по работе - все же чужие люди, - тихо сказала я ей. - Конфликты с родителями и сыном грозят Вам большей бедой, и виной тому все же Ваш характер. Месть же еще никого не делала счастливым.
   Но она резко оборвала меня:
   - Не пытайтесь меня остановить - это бесполезно. Месть - отличное блюдо, но его нужно подавать в холодном виде. И они его получат, - она усмехнулась, - каждый по отдельности.
   Уходя, она оглянулась и бросила на ходу:
   - Я начала выздоравливать, когда придумала план мести. И доведу его до конца. Поверьте мне, они не раз пожалеют об этом! Предательство не прощается! Предателей наказывают!
  

* * *

   ...По-прежнему лил дождь. Она вышла из трамвая, раскрыла зонтик и пошла вниз по улице Гончарова, а я смотрела ей вслед. Но какая-то сила вдруг подтолкнула меня, и я бросилась ей вдогонку.
   - Почему чувства какого-либо человека бесценны для нас?" - бормотала я про себя. - И как же мы хотим, чтобы они длились вечно! Но всему бывает конец, ибо разрушение чувств уже заложено в нашем характере. Но почему человек не может примириться с этим и наперекор всему пытается вернуть их? А если вернуть невозможно, то мстит жестоко и беспощадно...
   К сожалению, мы с пеленок впитываем иллюзии о "вечной любви" и "вечной дружбе", а ведь ничего вечного нет и не может быть. Вы, наверное, помните, что было написано на наружной стороне кольца царя Соломона - "все пройдет". Жестокость этой фразы не может не задеть каждого из нас. Все пройдет...
   Как-то неожиданно выглянуло солнце, и дождь кончился. Навстречу нам двигалось свадебное шествие. Впереди - жених и невеста, в руках они держали бокалы с вином и предлагали выпить всем желающим. Героиня рассказа раздраженно отмахнулась от них и перешла на другую сторону улицы. Жених и невеста поравнялись со мной, я храбро взяла протянутый бокал и выпила его до дна, поцеловала красавицу-невесту в щеку, а в другую щеку... меня поцеловал жених. Я обняла их, вспомнила свою первую свадьбу и прослезилась.
   Ах, как были счастливы жених и невеста, и, конечно же, они хотели остаться такими счастливыми вечно. Но не будут же они всю жизнь ходить по улице Гончарова в подвенечном наряде и предлагать выпить всем желающим...
   - И это пройдет, - всплыла в памяти фраза царя Соломона, вырезанная на внутренней стороне кольца.
   Глядя вслед удаляющимся молодоженам, я вспомнила последние строчки ныне забытого поэта:
  
   Но посмотри на этот пруд.
   Здесь будет лед, а он в купавах...
   И яблони, когда цветут,
   Не думают о листьях ржавых...
  
   С сединами и морщинами мы получаем подарок судьбы - мудрость, понимание жизни и природы человеческой. Это спасает нас от многих бед и разочарований. Но такой бесценный дар получают не все.
   Солнце уже спряталось, словно его и не было, снова лил дождь, но мне почему-то было тепло...
  
  
  
   Пояснения автора
   Многие события в жизни людей можно правильно понять только тогда, когда известны характеры лиц, принимавших в них участие. В некоторых жизненных ситуациях меня поражают загадки роковых совпадений. Как такие "парочки" контрастных по характеру людей находят друг друга? Случайно? На первый взгляд - да. В реальности чаще - совсем наоборот.
   У нашей клиентки-мстительницы отмечаются спонтанные расстройства настроения в виде дисфории - беспричинного мрачно-злобного настроения, которое возникает без внешних поводов, длится от нескольких часов до нескольких дней. В эти дни у нее и случались домашние ссоры, но на работе она, может быть, и с трудом, но сдерживалась.
   Именно такое состояние и было перед злополучным вечером. Демонстративное поведение "разлучницы" оказало провокационное воздействие, и наша клиентка выдала такой поведенческий взрыв. У нее, к несчастью, застревающий тип личности, характеризующийся длительностью эмоциональных переживаний. Для таких людей характерна чрезмерная значимость лиц из ближайшего окружения, в данном случае - это подруга и сосед-сослуживец. А когда "разлучница", движимая чувством соперничества, разрушила привычный жизненный стереотип нашей клиентки, у нее, как и следовало ожидать, стали формироваться сверхценные идеи ненависти и мести.
   Такая месть может быть весьма тонкой и отсроченной во времени. Даже обдумывание мести доставляет наслаждение подобным особам. Надеюсь, вы поняли: то, что допустимо с другими людьми - недопустимо с застревающей личностью. Я бы не поднимала этот вопрос, но... ученик убивает учителя, колхозник - председателя, работник - предпринимателя... Я думаю, нет необходимости продолжать список. И зачастую виной всему несовместимость характеров, о которых много говорят, но не объясняют, что это такое.
   Надо ли знать этот тип, чтобы остерегаться подобных людей, - ответьте на этот вопрос сами...
   А вот давняя приятельница моя, Мария Алексеевна, подобные стычки между женщинами объясняет коэффициентом женской стервозности, сокращенно КЖС. Стервозность, мол, присуща каждой женщине, и к таким проявлениям надо быть готовыми и в панику не впадать.
   - Не понимают эти "разлучницы", - смеется она, - с кем они дело имеют. А потом удивляются, что-то у них все идет наперекосяк: муж с любовником поймал и пощечин надавал, грозит разводом. Начальник вдруг стал недовольным, ко всему придирается, грозится с работы уволить, да и лучшая подруга вдруг ни с того ни с сего перестала разговаривать. Вот последствия такой вечеринки.
   - Ну, не сошлись характерами два антипода, - говорит она, - одна стремится разрушить чужие сложившиеся отношения - это ей в радость. А другая будет жестоко мстить за это - ей-то это тоже радость. В общении у обеих одно на уме, - подытоживает она. - Сделай гадость - сердцу радость.
   Мария Алексеевна права: и у мстительницы, и у разлучницы, несмотря на различие в характерах, много общего: нет критического отношения к себе, нет юмора, и отсутствует прогноз последствий своих поступков. И что же делать в таком случае человеку, не обладающему познаниями в области психологии?
   - Да посмеяться над собой, - опять же советует многоопытная Мария Алексеевна, - увидеть смешную, абсурдную сторону жизни: две бабы на пятом десятке из-за женатого мужика сцепились всем на потеху.
   Попробуйте посмеяться над собой и своими обидами - сквозь смех вы непременно постигнете какую-то истину. Смех очистит душу от ненависти. Даже смех сквозь слезы...
   Есть и другой путь - переработка болезненного переживания в форме литературного произведения, повести, рассказа, романа... Но не у каждого есть литературный дар, - возразите вы. Ну и что ж, зато переработка обид в формы житейского опыта станет бесценной для вас. И как интересно послушать носительницу такого опыта. Я слушаю Марию Алексеевну и думаю, какую постоянную внутреннюю борьбу ведет она с темными сторонами своей души, стараясь при любых обстоятельствах находить выход, путь к которому, увы, не бывает легким.
   - Из пустой породы обид, - любит повторять Мария Алексеевна, - только смехом над собой можно извлечь золотые крупинки опыта.
   Ну, а работа с психологом способна повысить пластичность к средовым воздействиям, которые бьют по самым болезненным точкам вашего характера. И тогда вам уже не будут страшны "ловушки судьбы", вы без труда преодолеете их. Надеюсь, прочитав этот рассказ, вы станете мудрее - именно эту цель я ставила перед собой, хотя нет занятия более опасного и неблагодарного, чем попытка разобраться в тайниках человеческой души.

РЕЦЕПТ ДЛЯ ПСИХИАТРА

Вместо предисловия

   Наверное, у каждого психиатра и психотерапевта есть печальный опыт, о котором он никогда никому не скажет.
   Знаете, в практике у каждого из нас встречаются особенные больные, которые так вдруг пришлись по душе, что незаметно становятся своими, да ведь иногда чуть ли не друзьями...
   А впрочем, приходилось мне слышать и о романах между больной и психиатром, больной и психотерапевтом. И надо ли говорить, что это были опасные романы и ничего хорошего из этого не выходило.
   И замечу, что нелишне бы знать об этом явлении, прежде чем выбрать профессию психолога, психиатра или психотерапевта.
   Быть безвольной игрушкой в руках больного человека, поверьте мне, очень опасно. Ведь зачастую манипуляционные механизмы у больных развиты лучше, чем у здоровых людей, и они умеют придать значимость своим словам, делам и поступкам...
   И мало того они даже способны воздействовать на психолога или психотерапевта и управлять его поведением.
   Я думаю, что рассказ "Рецепт для психиатра" заставит вас задуматься о некоторых серьезных вещах.
  

Часть первая

ФАНАТКА

   Я увидела ее, когда она с граблями и лопатой садилась в автобус у магазина "Волжанка". И, конечно же, я хотела броситься к ней, но вовремя себя остановила.
   Ни в коем случае не вступать с бывшими клиентами в контакт вне стен служебного кабинета - это было главным правилом из свода железных правил, установленных мной когда-то. Конечно, иногда я их нарушала и на печальном опыте убеждалась, что нарушения мои, увы, ни к чему хорошему не приводили. И уж в дальнейшем я следовала этим правилам неукоснительно.
   - Это непрофессионально - приставать к бывшим клиентам, - думала я, глядя вслед отъезжающему автобусу. - Я должна быть просто вехой, вешкой на их жизненном пути, чтобы им можно было бы на меня опереться в тяжелую для них минуту. И не напоминать о себе, - добавила я. - Ведь никому не захочется вспоминать тяжелую ситуацию, случившуюся с ним когда-то. Мое появление может послужить толчком к неприятным воспоминаниям, а это может быть опасным. Нет, я не должна напоминать о себе.
   Но здесь была особая история.
   Представьте, я не могла забыть эту женщину, я, которая с легкостью через пять минут после ухода клиента стирала в памяти его облик, а через десять минут не могла вспомнить даже его имя-отчество! Фамилию и адрес я не спрашивала вообще, мои консультации были анонимны - таково было еще одно мое железное правило. По правде говоря, администрация Центра такие вещи не приветствовала, они полагали, что я "приписываю" себе анонимных клиентов, и заставляли вахтершу Татьяну считать и отмечать моих посетителей в особом журнале (о чем она и проговорилась мне по пьяной лавочке).
   Но эту женщину я знала по имени-отчеству, я помнила ее лицо и очень часто вспоминала ее с благодарностью и сожалением..., сожалением, что эту благодарность нельзя выразить в какой-либо форме.
   Разумеется, я не помнила, с какой проблемой она ко мне обратилась. Помню лишь, что она забежала ко мне с коробкой конфет, поблагодарила за помощь, и мы немного поговорили.
   Она живет с мужем-пенсионером и сыном - инвалидом детства, имеет дачу - основной источник существования семьи.
   - Без дачи в России в наше время и не проживешь, - говорила она.
   И я с ней соглашалась.
   Старший сын ее, талантливый скрипач, женился и уехал в Америку. Слава Богу, не бедствует, оказывает им небольшую материальную помощь, приглашает жить к себе, но это ее страшно раздражает, раздражает и помощь, и приглашение.
   - Еще чего! - возмущалась она. - Он ведь и не понимает, что я свой сарай-дачу и гнилую картошку ни на какие райские блага не променяю. Я строила свой дом, свою жизнь и не хочу разрушать ее на старости лет.
   А потом она грустно призналась, что с возрастом жить становится тяжелее, младший сын болен, его состояние ухудшается, у мужа тяжелый характер, да и здоровье его тоже плоховато... И все заботы ложатся на ее плечи.
   И одна у нее отдушина - любовь к музыке, операм и хоровому пению.
   - Одна радость - раз в неделю полтора-два часа в хоре попоешь, да Когана послушаешь (кто такой Коган, я не знала, но перебивать ее не хотелось, я слушала ее с удовольствием).
   Муж ее страсти к музыке не разделял, и дело доходило до курьезных случаев.
   - Представьте: Большой театр, постановка оперы "Пиковая дама", зал переполнен... Арию Германа исполняет сам Атлантов! Такой красавец! - она закатывает глаза и всплескивает руками. - Ноги длинные, голос божественный... Я вся, как струна, вся в чувствах, наклоняюсь... вот-вот из ложи упаду. Поворачиваюсь к мужу: "Ну, поддержи же меня - сейчас упаду от избытка чувств". А он? Спит!!! Сам Атлантов поет, а он спит! Боже мой, с кем я живу?!
   - И еще был случай, - засмеялась она. - Снова Большой театр, опера "Чио-чио-сан" - классическая опера, поет Мария Биешу. Она японочка, такая несчастная, хрупкая, ручки протягивает к возлюбленному - сколько чувств в ее голосе, жестах! Я заливаюсь слезами, прошу носовой платок у мужа, а он опять спит. Ну что делать с таким человеком?! - снова смеется она. - Я на него рукой махнула. Бог с ним, пусть спит... А еще мне посчастливилось - меня сфотографировали с Суванай, японской скрипачкой. Ах, какая божественная музыка! На ее концертах люди плачут от восторга. Я поехала в Подмосковье, набрала ей букет полевых цветов и подарила. Она была так тронута и поцеловала меня в лоб, а я ей поцеловала ручку и заплакала. Я этого никогда не забуду, - на ее глаза навернулись слезы.
   Мы помолчали.
   Дома я рассказала мужу про странную даму-фанатку.
   - Зря смеешься, - сказал муж, более сведущий в музыке, чем я. На таких вот фанатках театр держится! Он без них умрет, - и язвительно добавил, - ты, кстати, недалеко от ее мужа ушла - в филармонии спишь с открытыми глазами и делаешь умный вид.
   И протянул мне сборник либретто известных опер:
   - На вот почитай, - и добавил, - хотя бы..., чтобы представление иметь, что такое опера.
   После прочтения сборника либретто я стала прослушивать видеозаписи опер - брала их у подруги-меломанки, весьма удивленной моим интересом к классической музыке.
   Да я и сама удивлялась тому, что оперные певцы через голос, жесты, мимику выражали те же страсти..., что и мои клиенты на приеме. Прослушивание новых и новых опер вызвало во мне цепочку новых чувств, ощущений, мыслей. И, странное дело, это стало помогать мне в работе (и, конечно же, снимало эмоциональное напряжение в процессе работы, что было, как вы понимаете, немаловажным для меня).
   Когда я впервые услышала арии из опер в исполнении Любови Казарновской, я настойчиво стала предлагать видеозапись своим друзьям:
   - Нет, вы, пожалуйста, послушайте, - настаивала я. - Честное слово, вы не пожалеете.
   - Ты стала похожа на свою клиентку - фанатку, - заметил муж. - Остановись, не приставай к людям, не видишь - им не до этого.
   Автобус медленно удалялся, я видела, как она пристраивала в угол лопату и грабли...
   Мне было грустно - мои железные правила помешали мне выразить искреннюю мою благодарность за то чудо понимания музыки, которое она мне подарила.
   И я подумала, что Бог тоже в тяжелые для меня минуты жизни посылает мне нужного человека, чтобы я получала помощь и утешение. И эти люди, как вешки на этапах моего жизненного пути, они уходят, но приходят другие.
   И я помахала вслед уходящему автобусу...

Часть вторая

ПРОФЕССОР ЯГОДКА

   Существует три вида знаний:
   Первый - это знание интеллектуальное, которое по существу есть просто информация и собирание фактов, используемых для выведения дальнейших умозаключений.
   Второе - есть знание состояний, включающее как эмоциональное переживание, так и необычное состояние сознания, когда человек полагает, что воспринимает нечто высшее, но не может использовать его.
   Третье - это истинное знание, называемое Знанием Реальности...
   Человек, обладающий этим видом знания, способен различать, что является правильным и истинным поверх границ мыслей и чувств.

(Ибн Аль Араби)

  
   Прочитав рассказ, зав. кафедрой психиатрии Борис Семенович Ягодка сделал паузу и внимательно посмотрел на притихшую аудиторию.
   Сегодня было первое занятие студенческого кружка при кафедре психиатрии, и согласно традиции, вступительное слово принадлежало профессору. Его выступление, как правило, было ошеломляющим для молодых студентов, и давно было замечено, что уже на следующем занятии число желающих стать психиатрами заметно уменьшалось.
   Но, все знали, что профессор не имел обыкновение повторяться, несмотря на свой преклонный возраст. И, конечно же, на первое занятие кружка приезжали ученики Ягодки из всех уголков России, а также ближнего и дальнего зарубежья. Это тоже было традицией, корни которой уходили в тридцатое годы, когда, говорят, еще был жив Петр Борисович Ганнушкин - учитель Ягодки, на которого он имел привычку ссылаться.
   Профессора любили (ибо человеком он был неординарным, а врачом слыл весьма и весьма незаурядным), но к этой любви примешивался и страх. Ведь еще в молодости профессор отличался редкой проницательностью, а годы сделали его мудрым и прозорливым. И не зря гласит китайская пословица: "Мудрый - беспощаден".
   Но кое-кто слышал, что в узком кругу лиц он любил иронически повторять, что высказывание общепринятых взглядов и суждений очень благоприятно влияет на получение доходов.
   Надо ли говорить, что профессор не бедствовал даже в самые многострадальные времена?! Однако, как это ни странно, он всегда проявлял участие и помощь в делах своих менее удачливых собратьев.
   - Я привел этот рассказ, коллеги, - профессор поднял вверх белые листочки и помахал ими, - чтобы продемонстрировать вопиющий непрофессионализм автора, как вы уже поняли, психолога по профессии.
   Я полагаю, что вам приходилось не раз задумываться, а не опасно ли то воздействие в быту, которое мы испытываем от людей чрезмерно чем-либо увлеченных? Это может быть не только любовь к музыке, опере, балету, определенным рок-группам, но может быть и приверженность к каким-либо особыми диетам, физическим упражнениям, религиозным течениям и т.д.
   Казалось бы, увлечения, хобби - они придают вкус к жизни, не так ли, коллеги? Но люди, с исключительной страстностью посвящающие всю свою жизнь без остатка какому-либо увлечению, имеют определенные черты характера - о них мы поговорим позже. А пока я хочу подчеркнуть, что в общении с такими людьми нужна осторожность.
   Клиентка-фанатка, несомненно, оказала мощное личностное воздействие на автора. Нам ли с вами не знать, что правильно выбранные слово, поза, жест вызывают определенные поведенческие реакции, которые человек не в состоянии осмыслить и противостоять им.
   Вы уже догадались, что истерическая личность, а таковой, несомненно, является фанатка, характеризуется особым манипуляционным поведением, при котором окружающие исполняют ее желания, иногда высказанные, а иногда и нет.
   И я еще раз хочу подчеркнуть, что у истерической личности выражена способность манипулировать людьми без видимого проявления манипулирования - такова их человеческая природа, и с ними всегда надо держать ухо востро.
   Вы, конечно же, заметили, что автор симпатизирует клиентке и невольно заряжается ее чувствами... Симпатия к какому-либо человеку, несомненно, влияет на нашу способность подчиняться его требованиям. Такова, опять же, человеческая природа.
   Я полагаю, что в данном случае клиентка и не преследовала какой-либо цели - она всего лишь косвенно внушила психологу свои ценности, а именно любовь к опере. Но ведь и психолог, очевидно, имела тайное желание приобщиться к искусству, а фанатка лишь задала ей толчок, не так ли?
   - Да что же в этом плохого? - слышатся реплики с места.
   - Прекрасно, коллеги! Замечательно! Великолепно! Но не кажется ли вам что, психолог бессильна перед воздействием фанатки, и вся беда в том, что психолог не осознает этого воздействия как профессионал и не дает ему критическую оценку! Но ведь могло быть и хуже, коллеги.
   Я снова хочу подчеркнуть, что взаимодействие одного человека с другим поистине может носить роковой характер - уж вы поверьте мне, старом человеку и психиатру более чем с полувековым стажем. И именно сегодня на первом занятии кружка, мне бы хотелось поговорить о том воздействии, которое испытывает психиатр от душевнобольных людей, разумеется, в стенах лечебных учреждений.
   Поэтому мы с вами вспомним фильм Карена Шахназарова "Цареубийца" и посмотрим его глазами психиатра, отбросив историческую канву.
   Итак, уходит на пенсию главврач загородной психиатрической больницы Александр Егорович (его играет А. Джигарханян), а на смену ему приезжает из Москвы бывший работник Министерства здравоохранения Алексей Михайлович, вполне еще молодой человек, "слегка за тридцать" (его роль исполняет О. Янковский).
   Нельзя не обратить внимания на бросающийся в глаза контраст - влиятельный работник Минздрава в прошлом и... забытая Богом и людьми психбольница с хроническими больными без надежд на выздоровление...
   Внимательно вслушайтесь в растерянную речь доктора, когда он пытается объяснить внезапную смену работы: захотелось..., интересуюсь... развелся... дочка осталась... не хотелось размениваться... место предложили..
   Мы видим, как Алексей Михайлович знакомится с персоналом и больными, а Александр Егорович передает ему дела.
   И вот тут-то происходит роковая встреча больного Тимофеева (его играет американский актер Макдоуэлл) с молодым доктором. Вот главврач бесстрастно рассказывает о систематизированном бреде больного Тимофеева, в котором он идентифицирует себя с убийцей Николая II - Юровским. А молодой доктор вдруг загорается желанием вылечить его и немедленно предлагает вариант.
   - А что, если некто внушает Тимофееву, что он его будущая жертва - Николай II, а потом жертва саморазоблачается, - таким-то вот образом, - считает доктор, - и произойдет выздоровление.
   И напрасно старый, много повидавший в жизни главврач Александр Егорович отговаривает его.., но, увы, безуспешно. Ах, молодость, молодость, что вам советы стариков, вы рветесь учиться на своих ошибках, забывая при этом, что иные ошибки бывают роковые, непоправимые одним словом.
   И вот мы видим первую беседу молодого доктора с больным Тимофеевым. На фоне, казалось бы, правильного поведения и вполне адекватных ответов, больной внезапно высказывает бредовые идеи о том, что он убийца Николая II. Врач и больной внимательно вглядываются друг в друга.
   Во второй беседе молодой доктор выбирает момент, чтобы вступить в игру. И когда Тимофеев рассказывает, как он пришел в дом Ипатьева, то царь был нездоров и не выходил из своей комнаты. Доктор внезапно перебивает его вопросом:
   - Значит, вы меня тогда не видели?
   И мы видим ошеломленное лицо, расширенные зрачки больного, но он справляется с собой - он принимает игру.
   И вскоре воодушевленный доктор делится впечатлениями с Александром Егоровичем и даже пытается упрекнуть его:
   - Случай с Тимофеевым очень необычный. Почему же вы им не занимались?
   И мы слышим спокойный ответ старого доктора, урезонивающего чересчур прыткого коллегу:
   - В области человеческих чувств есть много необычного. Нам это не суждено понять никогда! И главное, не следует пытаться это делать.
  -- Запомните эту фразу, коллеги, она не раз пригодится вам на вашем тернистом пути.
   Но главврач настораживается, он внимательно наблюдает за Тимофеевым и в случайной беседе как бы ненароком задает ему вопрос:
   - Как тебе нравится молодой доктор?
   И слышит мгновенный, без каких-либо колебаний, ответ больного:
   - Мне - нравится, но он нездоров!
   И больной, к сожалению, оказывается прав. Доктор, очевидно, и ранее был эмоционально неуравновешенным человеком, но развод, перемена местожительства, бытовая неустроенность - все это выбило его из колеи, не правда ли?
   Поверьте мне, он то взвинчен, то растерян, он не знает, за что схватиться, и он пытается лечить, сам уже будучи больным человеком...
   Да, коллеги, взаимодействие одного человека с другим может носить роковой характер, а в данном случае это будет ловушка судьбы для психиатра.
   Мы видим, как в третьей беседе врач и больной меняются местами. Вот уже больной Тимофеев требовательно задает вопросы растерявшемуся доктору:
  -- Вы о чем думали, когда Вас везли в Екатеринбург?
   Обрывки сведений о Николае II складываются у доктора в определенную бредовую последовательность событий, в которой он - уже Николай II - должен принимать участие, и он, конечно же, настраивается на свою будущую смерть.
   В глазах больного торжество - ведь он подчинил доктора своей воле, он становится хозяином положения. Вот он резко встает и, не спрашивая разрешения, выходит из кабинета, а доктор остается сидеть, обхватив голову руками.
   Не приведи вам Бог, коллеги, такой участи, когда, пытаясь помочь, вы станете безвольной игрушкой в руках больного человека. Обратите внимание, как предупреждающе звучат слова старого доктора Александра Егоровича:
   - Наши больные бывают и коварны, и хитры.
   Как много стоит за этой фразой... и как трагична сцена в фильме, когда старый доктор строго и решительно говорит молодому:
   - Вы оставьте Тимофеева!
   И слышит резкий, уже безумный, ответ Алексея Михайловича.
   - Я хочу узнать, почему этот человек убил меня?!
   И мы видим грустный и все понимающий взгляд старого доктора, взгляд, в котором угадывается горечь и бессилие помочь. Ловушка судьбы захлопнулась.
   - Играйте, да не заигрывайтесь, - сказал мне когда-то в молодости больной, которого я тоже пытался лечить подобным образом. И помолчав, он добавил: "Не стройте из себя дурака, Борис Семенович! Хуже ведь будет".
   И вот финал. Как по-господски ведет себя Тимофеев, развалившись на стуле во время четвертой беседы:
   - А вы никогда не бывали в Свердловске? Интересно, какой он сейчас?
   - Я надеюсь, что вы обратили внимание на эту фразу и поняли, каким образом идет косвенное внушение. На прямое обращение-приказ: "Поезжайте в Свердловск!" - сработает естественное сопротивление, но составьте фразу по-другому и... И доктор едет в Свердловск.
   Вы поняли, что правильно выбранное слово, жест вызывает определенные поведенческие реакции у доктора.
   Вот он в Свердловске стоит напротив часовенки на месте бывшего дома Ипатьева и внимательно слушает экскурсовода. Вот он идет в гостиницу, мы видим его поникшие плечи и страдальческое лицо, вот он скрывается за дверью гостиницы... И последние кадры наполняют наши сердца горечью и печалью - мы видим машину "скорой помощи", выносят труп на носилках, покрытых белой простыней, задвигают его в машину и чей-то равнодушный голос поясняет:
   - Постоялец умер!
   Ну и, разумеется, в больнице ничего не изменилось после смерти доктора. Вот и больной Тимофеев, он сидит в кругу больных и выполняет нехитрую работу в трудовой мастерской...
   Фенита ля комедия, коллеги! Фенита!
   Итак, мы с вами сделаем выводы, что фанатизм, простите, увлечение, хобби на бытовом уровне - это одно, это считается зачастую проявлением нормы, не так ли? Но ко всем чрезмерным увлечениям все же есть смысл подходить критически, друзья мои, и тогда вы увидите многие вещи совсем по-другому и вовсе не так, как вам их преподносят.
   Фанатизм на уровне болезни - это уже клиника, коллеги, которую вы будете всесторонне изучать. Суп - отдельно, мухи - отдельно, не правда ли?
   Но прежде чем приступить к изучению психиатрии, пожалуйста, ответьте сами на один единственный вопрос применительно к себе, надо ли выбирать профессию психиатра, психотерапевта, психолога, будучи неуравновешенным человеком? Ведь от правильного ответа на этот вопрос зависит ваша судьба, не правда ли?
   Ну и, я уверен, что все вы поняли, что зачастую наше чрезмерное желание помочь кому-либо, может привести к большой беде для нас самих. И мой долг, коллеги, предупредить вас об этом.
   Благодарю за внимание и всего вам доброго!
  
   Сходя с трибуны, профессор неловко взмахнул рукой, и белые листочки с рассказом рассыпались по полу, но никто из присутствующих не бросился поднимать их...

РАССКАЗ ДЛЯ "COSMOPOLITAN"

   Легко переносит страдания ради высокой цели, во исполнении предназначения - эти страдания возвеличивают душу страждущего, но как объяснить и оправдать, что страдаешь по мужчине? И мы оказываемся в аду, ибо нет в этих страданиях ни величия, ни благородства, а что же есть?
   Ничего нет. Одна беда.

Пауло Коэльо

"На берегу Рио-Пьедро

села я и заплакала"

  
   - Бывали ли у вас, дорогие мои читательницы, минуты острой невыносимой тоски и боли, когда уходит друг, муж, любовник?..
   - Бывали, ох, как бывали! - слышу я хор женских голосов отовсюду...
   - А скажите-ка мне, дорогие мои, не совершали ли вы в тот тяжелый период ... непредсказуемые, да что там говорить, просто нелепые поступки..., порой, вовсе и не свойственные вашему характеру? Поступки, которых вы стыдитесь и по сей день и, разумеется, предпочитаете о них не вспоминать?...
   Un acte anormal - немотивированный поступок, их не очень много в нашей женской жизни, поверьте..., но мне думается, что мы должны им быть особо благодарными...
   Помнится мне, была у меня на приеме деревенская женщина пятидесяти шести лет... Жизнь ее была обычной для многих наших женщин: муж пил, бил, сквернословил, но хоть и плох плетень, а все защита.... И нет ведь дома без содома, - утешала она себя...
   Прожили они ни много ни мало, а тридцать семь лет, вырастили троих детей, имели пятерых внуков, в общем, у них было все, как у людей ...
   И вдруг муж уходит к другой женщине в соседнее село, да и заявляет при этом, что не вернется...
   Она скрывала от людей свою обиду, боль и тоску, внешне была спокойна и доброжелательна, но ночью много плакала - долго не могла уснуть; ей все казалось, что кто-то лезет в окно или стучится в дверь...
   Но особенно тяжело ей стало, когда пришли житейские заботы, которые раньше лежали на мужниных плечах, дрова привезти, забор починить, газовый баллон заменить... и многое, многое другое...
   Ведь жила она замужем столько лет и забот этих не знала... И вот однажды...

* * *

   Позвольте, здесь я немного отвлекусь, ведь и со мной, дорогие мои читательницы, случилась та же беда: ушел мой муж и время остановилось...
   Что же вы думаете, от психологов мужья не уходят? Психологи неврозами не страдают? И мужья уходят, ... и неврозы у нас развиваются, все, как у людей, только признаваться в этом профессиональное самолюбие не позволяет... Вот и скрываем мы свои семейные трещины до последнего...
   Ах, как тяжело бывает женщине-психологу, когда она попадает в ловушку судьбы... иными словами, когда на особенности ее характера наслаиваются поистине роковые стечения обстоятельств... да еще после сорока лет.
   Ну, держись тогда, подруга, и выплывай в одиночку, ибо помощи даже от коллег ждать не приходится, - сама, скажут, виновата, - сама и выпутывайся.
   Пыталась и я поговорить о своих проблемах со своим знакомым психотерапевтом, но он от меня отмахнулся. Все пытался передать мне свою клиентку, уверял, что только я ей могу помочь, ибо у нас с ней очень сходные ситуации.
   - Она же по жизни несчастный человек, - убеждал он меня, - она всю жизнь шла к неврозу! Ее же пожалеть надо!
   - Я тоже сейчас несчастный человек, - взывала я к его профессиональному сочувствию, - меня тоже пожалеть надо.
   - Ну, ты даешь, мать! - неожиданно возмутилось местное светило психотерапии, - это же две большие разницы: несчастный психолог и несчастный обыватель. Психолог всегда осознает причину своих несчастий в своем характере, воспитании, стечении обстоятельств. Он будет анализировать свои мотивы и поступки. И он никого не будет винить в своих несчастьях. Он будет нести свой крест до конца. Рациональная позиция психолога, учитывающая свои индивидуальные возможности в конкретных условиях, является мобилизующим фактором, - торжественно сказал он - подняв большой палец, - и это обычно приводит к быстрой компенсации. А обыватель, - добавил коллега, - не осознает ни своих мотивов, ни поступков, у него даже нет понимания своего характера. И в этом - кошмар его существования! - патетически воскликнул он. Обыватель до многих вещей не дойдет своим умом и будет всех винить в своих несчастьях, и жизнь с ними станет адом для других. Ну, будь человеком, возьми мою клиентку, - решительно сказал он, - поработай над ее характером - у тебя это хорошо получится. К тому же ты, как в зеркале, увидишь свои проблемы.
   Я поспешно встала.
   - Уж, конечно, психолог понимает причину своих несчастий, - грустно сказала я, - но он многого не может изменить ни в себе, ни в других. Он даже на чудо не надеется, как обыватель, и в этом тоже кошмар его существования, - закончила я уже у порога.
   - Не можешь изменить ситуацию - измени свое отношение к ней! - прокричал он мне вслед свою любимую фразу.
   Вот так мы и расстались, недовольные друг другом.
   Я взяла отпуск и большую часть времени лежала носом к стенке и тихо плакала (очень не профессионально, не правда ли?). Из дома я не выходила, а если выходила, то надевала темные очки.
   Конечно, я строила планы выхода из кризиса, сюда я включала и поездку к подруге, диету, физические упражнения и даже новые покупки, что-то там из косметики и одежды.
   Но меня прямо-таки сковывал страх новых действий.
   Мне все казалось, что вот-вот я услышу знакомые шаги по лестнице, весело зальется звонок, придет мой муж, и я привычно встану к плите готовить ему еду. А неизвестная жизнь без мужа пугала меня с каждым днем все больше и больше. Ожидание уже становилось нестерпимым, да и слезы, бессонница, потеря аппетита лишали меня сил.
   Вы уже, наверное, поняли, что, не предпринимая новых действий, я как бы сохраняла старую жизнь...
   Да, конечно, разумом я понимала, что наша семейная жизнь кончилась, что ни я, ни муж не сможем жить вместе после всего случившегося, но чувства мои, увы, желали другого, они тянули меня к привычному образу действий, к привычной жизни, и я ничего не могла с этим поделать.
   И вот однажды...
   Да что же это я, все про себя, да про себя.
   Давайте-ка мы вернемся к той женщине.

* * *

   Так вот, в тот злополучный день, она в который уже по счету раз, шла договариваться в сельсовет насчет дров, а ей все отказывали и отказывали, и, как ей казалось, делали это со злорадством.
   Выйдя из сельсовета и думая о незавидном своем теперешнем положении, она заплакала навзрыд, и неожиданно для себя подумала: лучше уж утопиться, чем так жить. И ноги сами понесли ее к пруду, который был как раз рядом, напротив сельсовета.
   И хотя вода была ей по пояс, она как-то быстро погрузилась в тину и стала тонуть. Захлебываясь, она кричала про подлеца-мужа и не менее подлый сельсовет, однако страх умереть уже овладел ею, и она не могла даже выпрямиться, а лишь беспомощно уходила с головой в тину.
   К счастью, ее вовремя заметили, вытащили, стали успокаивать, повели в чью-то натопленную баню, переодели в сухое белье, накормили.
   - Я за эти два месяца первый раз поела с аппетитом, - призналась она мне, - я плачу, слезы так и льются. И голод такой на меня напал, мне подливают суп, а я все ем и ем, и остановиться не могу.
   Потом ее уложили спать, и она заснула, "как в воду провалилась". Проспала она сутки, а к ней уже вызвали детей по телеграмме, и они повели ее к психологу "разобраться", напуганные ее странным поступком.
   Она удивлялась тому, что состояние ее улучшилось сразу же после пробуждения, хотя ее и мучил стыд перед людьми, но она не могла не заметить, что никто над ней не смеется, ее искренне жалели и рады были помочь.
   Я как бы понарошку ведь топилась, - по-детски сказала она мне, - я все помню, но не могу понять, что это на меня нашло?
   Выслушав мои объяснения, она неожиданно сказала.
   - Значит, это от того случилось, что я всю жизнь на мужа своего положила, все ему прощала и все желания его исполняла, а себе во всем отказывала? И жизни своей я без него не мыслила, один он был свет души моей.
   Она запнулась на полуслове, жалобно всхлипнула, но уже с твердостью закончила свою мысль:
   - От того-то Бог меня разума лишил, а через спасение мое дал понять, что грех это великий - ставить человека выше Бога!
   - Многие женщины совершают эту ошибку, - вздохнула я, - поклоняешься человеку, как Богу, а он тебя использует в своих интересах, - нечаянно проговорившись, я покраснела и поспешно добавила: слабы мы, женщины, разумом-то, вот на чувствах и живем.
   - Ну да, - подхватила она, - а потом Бог посылает человеку наказание, чтобы он через свою беду понимание жизни своей получил, да не стал бы жаловаться, а набрался бы терпения... ведь так получается? Она вопросительно смотрела на меня.
   Выходит, что так, - согласилась я, - ибо сказано в Библии: не сотвори себе кумира.
   Мы немного помолчали и попрощались, но я взяла с нее слово, что она приедет ко мне через месяц.
   Жизнь сложна, никто не застрахован от несчастья, - думала я, проводив ее, а ведь каждый человек имеет свою меру психофизической выносливости и, так или иначе, нуждается в помощи других людей. Вот только всегда ли он ее получает? Но ведь почти у каждого бывают те роковые минуты, когда чувства искривляют разум, и это находит выход в неожиданных и нелепых поступках.
   Да, но что же случилось с Вами-то дальше? - уже перебивают меня нетерпеливые читательницы, и я продолжаю свой рассказ.

* * *

   И вот как-то однажды утром, вяло перелистывая журналы, в одном из номеров "Cosmopolitan" я увидела объявление, где читателям предлагали принять участие в конкурсе на лучший рассказ. Но при этом оговаривалось, что авторы рассказов, должны еще и написать письмо для журнала. Они должны объяснить, почему они так любят Cosmo, и как Cosmo помог им в трудную минуту жизни. За лучшее письмо вручалась золотая ручка "Parker", а за лучший рассказ - соответствующее денежное вознаграждение, в долларах, разумеется.
  
   И что-то вдруг включилось в моих мозгах: "Даешь ручку "Parker"!" - воскликнула я.
   Вот возьму и напишу и письмо, и рассказ и тем самым хоть самореализуюсь в своих и чужих глазах.
   Я сладостно представила, как помашу золотой ручкой перед светилом психотерапии... Вот, мол, и я не лыком шита ...
   А перед бывшим мужем выставлю номер "Cosmopolitan" с напечатанным рассказом.
   - Ты только посмотри, - скажу я ему, - какие у меня литературные таланты раскрылись! Сразу в яблочко попала, с первого выстрела, не целясь!..
   Бредовые фантазии, не правда ли?
   Но критическое отношение к себе в ту минуту отсутствовало полностью, и я решительно взялась за ручку.
   Вот он un acte anormal, - немотивированный поступок.
   Внимательно перечитав лучшие письма во всех номерах, я довольно быстро поняла, что от меня требуется. Итак, от меня ушел муж, я несчастна, но я не падаю духом. В один прекрасный день я выхожу на улицу и покупаю свежий номер "Cosmopolitan". Тут же у киоска знакомлюсь с состоятельным господином и еду с ним на Багамы. Ну, разумеется, за его счет, ведь это я его осчастливила, а не он меня. Ну, далее надо тонко намекнуть, чтобы он попросил моей руки и сердца...
   Да как же мне не любить "Cosmopolitan" после этого?!
   И вскоре родилось письмо следующего содержания ....
  

Письмо для "Cosmopolitan"

   Уже второй час я сидела, уткнувшись в компьютер носом, и на экране высвечивались вопросы по моей научной работе "Психотерапевтическое воздействие английского языка":
   Who are you?
   What can you do?
   What have you do?
   После бессонной ночи мне казалось, что компьютер требовал мои персонографические данные и факты из жизни, и я пыталась отвечать на его вопросы.
   - Who are you? - настойчиво вопрошал компьютер.
   - Покровская Елена Ивановна, психолог...
   - Охарактеризуйте себя, не торопитесь, - как бы со стороны я слышала свой мягкий доверительный голос, каким часто я задавала этот вопрос своим пациентам, - подумайте, - как бы Вы представили себя мне.
   - Я неудачница, - жалобно говорю я. - Классическая неудачница.
   - How old are you? Сколько Вам лет?
   Я молчу, я не люблю отвечать на этот вопрос.
   - Высокая степень скрытности - констатирует компьютер, и, сжалившись надо мной, добавляет, - где-то около сорока.
   - The marital status? Ваша семья?
   - Муж ушел в августе 2000 года, - безжалостно высвечивает компьютер, - и я начинаю плакать.
   Надпись быстро сменяется другой.
   - What would you wish? Что бы Вы хотели?
   Я выключаю компьютер, экран гаснет, - я ничего не хочу.
   Мне пришлось взять отпуск, когда состояние мое приблизилось к той черте, где расстаются с жизнью. Я хорошо знала это состояние по рассказам пациентов, и как могла, боролась с ним.
   Я совершала пешие прогулки до изнеможения, пила лекарства и впихивала в себя горы овощей и фруктов.
   - Разводиться нужно в августе, - грустно шутила я, - хоть авитаминоза не будет.
   Но все, что я ни делала, я делала нехотя, с трудом пересиливала себя. Телефон мой молчал, как водится в таких случаях, а из дома я не выходила. Но я упорно садилась за компьютер и пыталась работать.
   Машинально снова включив компьютер, я тупо уставилась на появившуюся надпись.
   - What would you wish?
   Желаний не было, я ничего не хотела.
   - What did you wont earlier? Что бы Вы желали раньше? - вдруг высветилась новая надпись на экране, - компьютер тоже пытался мне помочь. Но мысли мои с трудом переключались с одной на другую.
   - Ты помнишь, как ты искала хоть какое-то желание у своих пациентов вот в такие трудные минуты их жизни, хоть какую-то "зацепку"? Ты ведь знаешь, что иногда какая-то ерунда, пустяк, мелочь... и жизнь человека вдруг обретала смысл. Ну, помоги же себе, пожалуйста, - я снова заплакала. Увы, я не могла помочь себе...
   Все, что я хотела на протяжении последних семи лет, я хотела для мужа, его дочери, его родственников и даже его друзей. А для себя я ничего не хотела, и, в конце концов, это-то меня и погубило. И когда он ушел, моя жизнь остановилась. Все потеряло смысл, и моя жизнь, и работа, и друзья.
   Экран внезапно ожил.
   - Would you like to write the story for "Cosmopolitan"? Вы хотели бы написать рассказ для "Cosmopolitan"?
   Да, я вспомнила! Когда-то я любила читать "Cosmopolitan"... Какой заряд хорошего настроения я получала после прочтения очередного номера!
   Ах, как хотелось сменить прическу, надеть нарядное платье, выпрямить плечи и пойти легкой походкой по улице, невольно обращая внимание на восхищенные взгляды мужчин. И поверьте мне - это было здорово!
   Я еще утирала слезы, но это уже были слезы облегчения, теперь я знала, что мое неисполненное желание будет лучше всяких лекарств... в моей жизни было что-то незаконченное... это и была та самая "зацепка", которую я упорно искала в себе.
   Слово "Cosmopolitan" подействовало на меня как допинг, как глоток свежего воздуха, я почувствовала, что стою на пороге новой жизни! Я почувствовала прилив творческих сил: что там рассказ, для Cosmo я напишу книгу!
   А пока я надену любимое платье, сделаю прическу и выйду на улицу за новым номером Cosmo!
   Мужчины приходят и уходят, а Cosmo остается!

Елена Покровская

  
   Ах, как бы я хотела узнать ваше мнение, дорогие читательницы! Но, Боже мой, что же я слышу в ответ?!
   - Какая гадость! - возмущенно восклицают одни...
   - И за эту дрянь она хотела получить ручку "Паркер"?! - удивляются другие.
   - Она просто написала пародию на письма читателей "Cosmopolitan", - догадливо смеются третьи ...
  
   Да ведь я и сама не пойму, почему письмо получилось вовсе не таким, каким я его задумала... Но поверьте, оно меня рассмешило, да так, что от моего хохота мой кот метался по комнате и испугано таращил глаза: что это, мол, с хозяйкой случилось, очередные истерики, что ли?
   Ну, да ладно!.. Начало было положено, и я радостно вышла на улицу, но вовсе не для того, чтобы купить "Cosmopolitan". Нет, я почувствовала страшный голод, поэтому купила на рынке продукты и стала готовить себе обед, а заодно и вымыла полы.
   - Будет еда - будет и здоровье, - бормотала я, разделывая мясо для супа, - будет здоровье - будет и все остальное!
   Ах, какую печень с овощами я приготовила! Как хорошо она легла на мою истерзанную душу, простите желудок... А с полным желудком мне как бы стало веселее... И я уже с удовольствием стала писать рассказ с интригующим названием "Искатель девственниц".
   Через два дня я послала свои творения в "Cosmopolitan" и стала ждать ответа...
   - Как соловей лета! - неожиданно слышу я чей-то ехидный голос и дружный женский смех раздается вдогонку.
   Я обескуражено замолкаю, не понимая, в чем дело ...
   - А хотите, я Вам прочитаю свой рассказ для "Cosmopolitan"? - растерянно предлагаю я после долгой паузы...
   - Нет уж, увольте, - не нужен нам Ваш рассказ, хватит с нас и письма! - уверенно говорят читательницы. - Мы хотим знать, как сложилась судьба у той женщины.
   И я немедленно подчиняюсь.
  

* * *

   Она сдержала обещание и вскоре приехала, спокойно и рассудительно стала рассказывать про свою жизнь.
   Все понемножку наладилось, стали чаще приезжать дети и помогать ей по хозяйству. У нее появилась "подруга по несчастью", муж которой, Иван, тоже взял да и ушел ни с того ни с сего к веселой вдовушке Марье, любительнице выпить... Получат пенсию, купят водки, напьются. Иван на гармошке играет, а вдова поет и пляшет - не жизнь, а малина у них получается!
   А жена Ивана и хозяйством занимается, и внуками, а когда спросят ее про мужа - да бывает ли он дома-то?! - она смеется: "Я его вроде как напрокат Маше отдала. Пусть с ней повеселится на старости лет".
   Через полгода она снова приехала, сообщила, что муж ее вернулся.
   - Устал он от меня, - сказала она, - потому и ушел. Недовольства видно много скопилось в нем от нашей семейной жизни, - вот и ушел он к другой, облегчил себе душу... Но, видно, привычка его назад потянула, ну, что же... приняла я его без обид, хотя иной раз он меня и кольнет: как это, мол, ты топиться-то вздумала из-за меня что ли?!
   - Да, из-за тебя, - говорю, - старого мудреца. Из-за кого же еще?!
   Но жить мы стали лучше, дружнее... против прежнего...
   А Иван-то с вдовушкой все поют и пляшут, опухли оба от водки, как бы не померли.
   Вот вся история.
  
   Молчат мои читательницы, кто-то слезу украдкой вытирает, а кто-то слабо улыбнулся, вспомнив и о своих таких уже далеких и похожих переживаниях...
   И я очень рада услышать чей-то робкий голос:
   - А Вы не могли бы рассказать о себе дальше?...

* * *

   Как Вы уже поняли, и письмо, и мой рассказ напечатаны не были... И к тому же старинная приятельница моя Мария Алексеевна долго смеялась над моим наивным желанием получить приз и уверенно сказала, что ничто не ново под Луной, и что схожая с моей ситуация уже описана в рассказе В. Шукшина "Раскас". Да, да! Он так и пишется с двумя грамматическими ошибками...
   Я его прочитала и нашла много общего между мною и его героем Иваном Пегиным. Но сила таланта Шукшина такова, что при чтении бесхитростной исповеди героя, от которого ушла жена, невольно сжимается сердце, а над моим "письмом" можно ведь только посмеяться...
   Нет, я не затаила обиду на "Cosmopolitan". Мой немотивированный поступок привел меня к тому, что я стала писать рассказы, они стали печататься, и представьте, у меня появились немногочисленные читатели...
  
   Рассказы мои получаются, как разноцветные бусы: синие, зеленые, желтые, даже черные, но сквозь них красной нитью проходит судьба автора, моя судьба. В чужих жизнях я вижу свои мечты, переживания, ошибки..., а иногда я и смеюсь, и плачу над собой...
   Да, у каждого из нас бывают те роковые минуты, когда чувства искажают разум, и мы совершаем непредсказуемые поступки. И дай только Бог, чтобы они были не со смертельным исходом! Пожелать можно только одно - чтобы кто-то был рядом в тяжелое время, чтобы страдалец был выслушан, понят и согрет...
   Мне думается, что человек, переживший тяжелое горестное время, и сам в последующем будет оказывать помощь, поддержку и сочувствие другим...
   Вот и получается, что не надо стыдиться своих немотивированных поступков, наоборот, надо вспоминать их с благодарностью... Вы отреагировали нелепым образом, но тем самым сняли эмоциональное напряжение и спасли себе жизнь. И, слава Богу, что солнышко еще светит, листья зеленеют и Ваша жизнь продолжается, а в ней еще столько будет хорошего!

* * *

   Муж мой ко мне не вернулся, но я очень быстро и удачно снова вышла замуж. Живем мы обычной жизнью - без бурных чувств и трепетных страстей, ведь всем этим мы уже переболели в прошлой семейной жизни.
   Но мы рады, что встретились на закате лет, ибо не зря сказано в Библии: вдвоем быть лучше, чем одному..., если двое лежат - тепло им... А одному как согреться?
   Я потихоньку собираю свои рассказы для книги, и мне хотелось бы, чтобы они имели счастливый конец, но жизнь врывается в них и делает горестные поправки...
   Вот и вчера вечером, выйдя из аптеки, я стала свидетельницей трагического случая: с тринадцатого этажа выбросилась девочка пятнадцати лет...
   Милиция работала на месте происшествия, а она лежала на снегу, как сломанный цветок, в легких шортиках и кофточке, с открытым пупком...
   Соседки потихоньку шептались, что мать еще не нашли, она уехала с сожителем на дачу, что девочка была беременна, а мать и не знала, вот только сейчас об этом сказала ее школьная подружка, и что за час до смерти девочка просила уксус у соседки, пыталась, видно, сначала отравиться. Стакан и бутылку нашли на столе... Говорили, что мальчик ее уже две недели не показывается...
   Подъехала машина "Скорой помощи", два молодых санитара привычно положили безжизненное тело на носилки и задвинули его в машину.
   Они уехали, а я еще долго смотрела им вслед, у меня сжималось сердце и комок подступал к горлу.
   Девочка была молода и красива, и вся жизнь должна была лежать перед ней... Счастливая жизнь...
   Ветер усилился, вьюга заметала следы от колес уехавшей машины, я горестно вздохнула и пошла домой, где меня ждал муж и горячий ужин....
  

Комментарий автора

   Как вы уже поняли, дорогие мои читательницы, "Ловушки судьбы" - это условное название, иными словами - это предрасположенность характера к поиску тех или иных ситуаций, которые ведут к трагическому исходу.
   Автор дает понять, что нужно знать свой характер и тип реагирования на ситуацию, анализировать мотивы и поступки как свои, так и окружающих его людей, и, конечно же, держать ситуацию под контролем.
  
   Предполагаю, что у читателя невольно напрашивается мысль: неужели, если будешь знать свой характер, то сумеешь разумно построить свою жизнь?
   - Как бы не так! - грустно отвечает автор. - Вот перед вами психолог, казалось бы, знаток душ человеческих, уж он-то знает свой характер и умеет анализировать свои мотивы и поступки, и - кто бы мог подумать! - он тоже угодил в "ловушку судьбы", как и его клиенты.
   И трагедия психолога в том, что он, помогая другим людям, не может помочь самому себе, ибо он живет жизнью клиентов, да и всех, кто встречается на его пути, и это его в конце концов погубит. Он угадывает чужие потребности и удовлетворяет их и в душе надеется, что кто-то вспомнит и о его потребностях...
   Ах, наивный, он еще не понимает, что его состояние уже укладывается в диагноз: невроз напрасных ожиданий, и что он тоже нуждается в лечении.
   - Эх, ты, сапожник без сапог, портняжка без кафтана, - иронически усмехнется проницательный читатель, - как жить-то тебе, бедняге?
   Но целитель тоже нуждается в исцелении, как сказано в Евангелии. И автор постарается помочь психологу в следующем цикле рассказов "Ах, эти женские истории".
  
  

ИЗ ЦИКЛА "АХ, ЭТИ ЖЕНСКИЕ ИСТОРИИ"

  
   Уважаемые читательницы "Женского клуба"!
   Читая эти небольшие рассказы из цикла "Ах, эти женские истории", мне бы хотелось, чтобы вы вспомнили свои задушевные разговоры с подругами за вечерним чаем на кухне...
   Мы учились друг от друга, обмениваясь разными историями, в которых переплетались правда и вымысел, добро и зло, и зачастую зло оборачивалось добром, как бы это ни казалось нам странным.
   Сколько интересного и поучительного мы вынесли из этих разговоров, не правда ли?
   Мне бы хотелось, чтобы и вы вспомнили подобные истории и посмотрели на них другими глазами уже с позиции житейского опыта и здравого смысла.
  

КРОШЕЧКА - ХАВРОШЕЧКА

   Есть на свете люди хорошие, есть и похуже, есть и такие, которые своего брата не стыдятся. К таким-то и попала Крошечка-Хаврошечка.
   Осталась она сиротой, взяли ее эти люди, выкормили и над работой заморили: она и ткет, она и прядет, она и прибирает, она и за все отвечает...

Русская народная сказка

   В основу моего рассказа положена одна история, которая меня когда-то очень удивила и надолго осталась в моей памяти.
   Жила-была девочка Света в одной из деревень нашей Ульяновской области. Имела она хороших и непьющих родителей, дружных братьев и сестер, которых она очень любила, и хороших подруг. Была она отличницей и мечтала поступить на медицинский факультет Куйбышевского института, и все бы хорошо, но почему-то она своим сельским парням не нравилась, ну, совсем они на нее внимания не обращали, хотя вначале она этого невнимания и не замечала.
   Но скажу, что Света была девушка видная, статная блондинка с голубыми глазами, хозяйственная, да к тому же обладала спокойным и рассудительным характером.
   И все же в 10-м классе она стала дружить с парнем, который вскоре ушел в армию. Парень наказал ей, чтобы учиться она не поступала, а ждала его в деревне, потому что он хочет сюда вернуться и построить свой дом.
   Так она и сделала. Учиться не поехала, а устроилась почтальоном в своем же селе. Жених регулярно писал ей письма, но остался почему-то на сверхсрочную службу и вернулся спустя почти 5 лет...
   И не успела Света как следует порадоваться и помечтать о своем доме, где будет она хозяйкой, как он взял да и женился на ее подруге.
   Она не устроила скандала, как этого с удовольствием ожидали односельчане (от сельской скуки это было бы большое развлечение). Нет, она собрала вещи и в день свадьбы бывшего жениха уехала в город. Здесь она устроилась жить в общежитии, стала работать в типографии и поступила учиться заочно в полиграфический институт. В общежитии ей очень не нравилось, потому что девчонки, которые жили с ней, меняли парней как перчатки, то и дело бегали то к гинекологу, то к венерологу, благо эти лечебные учреждения были рядышком с общежитием. Но все почему-то выходили замуж, как это ни казалось странным...
   Одна из ее соседок с косыми глазами и врожденным вывихом бедра часто ее поучала:
   - Ты, Светка, постели почаще меняй, тогда и замуж скорее выйдешь. Мужики-то они козлы, - вот и обращаться с ними надо, как с козлами, а не как с людьми. Они к человеческому обращению не привыкли, потому как думают той головкой, что снизу... Такова сермяжная правда жизни, - со смешком добавляла она. - Будешь постельки-то менять, да в какой-нибудь и задержишься надолго, а может и навсегда. Козел, он, как известно, козел и есть, ему нужна еда, выпивка и баба опытная да горячая, а не холодец дрожащий... В этом у любого козла смысл жизни имеется, так-то вот.
   И сожалеюще глядя на Свету, она вздыхала:
   - Эх, Светка, Светка, нет в тебе женского огня, куража бабского, вся ты, как рыба снулая: спишь на ходу и мужиков боишься, да заискиваешь перед ними, да в глазки заглядываешь, а вот этого-то им и не надо, им другое надо.
   Она сорвала со стены гитару и резко ударила по струнам:
   Тот дурак, кто насмерть не влюблялся,
   Кто не любит женщин и вина!
  
   Вскоре и она замуж вышла, но и Светку-дурищу, как она ее называла, тоже пристроить задумала. Нашла она ей вдовца-хитреца в райцентре, жена у него от родов умерла, и остался он с двумя крошками-дочками на руках.
   Света обрадовалась такому счастью, да и вдовец-хитрец не промах оказался, как глянул он на Свету, так и понял, что дочки его в хороших руках будут. Вначале-то он и помогал ей даже по делам домашним, а потом повернул так, что она одна со всем хозяйством стала справляться.
   И стала наша Света жить с мужем и двумя дочками погодками, чему она радовалась, и совсем забыла, что они ей неродные по крови приходятся. Но случилась у нее беременность, да вдовец-хитрец уговорил ее аборт сделать, мол, и эти твои дети, есть две дочки, и хватит с нас - будет кому воды подать на старости лет.
   Устроилась она почтальоном, завела скотины полный двор, но со всем справлялась, и деньги в семье водились. Только вот у Светы странности имелись: себе она в еде отказывала, из одежды ничего не покупала, так и ходила в том пальтишке да платьишках старых, в которых приехала.
   А тут и муж ее попивать начал, от хорошей-то видно жизни скучненько стало. Стал он пить, а иногда и жену бить. За что, спросите? Да так, ни за что, по пьяной лавочке...
   По-другому сложилась судьба младшей сестры Светы - ей выпал "счастливый билет". Она закончила медицинский институт, а затем сразу вышла замуж за банкира. Конечно, начала она сестре Свете помогать, тем более что муж ее этому не препятствовал. Пошли в поселок контейнеры с мебелью, да не только с мебелью, и с машиной стиральной, и с кухонным комбайном и уж совсем дивной посудомоечной машиной. Девчонки Светины ходили разнаряженные, как куклы, муж ел да пил, как червяк в яблочке, только сама Света ходила в том же пальтишке, да залатанных старых своих платьишках.
   Девчонки уже заневестились, когда муж неожиданно за ум взялся, пить бросил, да на вахту устроился, где большие деньги стал получать, но деньги ей давать не стал, а на ее упреки, что надо, мол, девчонкам одежду купить, ответил: "Не нравится - уходи по-хорошему, а то выкину тебя, как кошку драную, по-плохому".
   Она опешила, позвала дочек-девочек, что, мол, папа-то говорит неладное, а те глазки прячут и говорят ей: "Тебе, мама, и в самом деле лучше уйти, по-хорошему... Ступай-ка в деревню к родителям своим, поди за ними ухаживать надо, нехорошо ведь родителей в старости бросать".
   Вот и ушла она в том же старом пальто, в котором пришла пятнадцать лет назад, шла она двадцать вёрст пешком да лесом, плакала и все дерево примеряла, выдержит ли оно, если петлю она накинет, но и по всему выходило, что дерево не выдержит...
   Дома ее родители сразу в больницу отвезли, боли в животе появились, не проходят никак. Врачи обнаружили у Светланы в желудке две язвы напротив друг друга (такие язвы часто "целующими" называют). Хороши поцелуйчики, ничего не скажешь...
   Тут же и сестра ее приехала, перевела в областную больницу, где ее и вылечили, хотя лечили долго. Она каждый день писала весточки о себе мужу и дочкам. Ждала, что ее позовут или хотя бы навестят, но товарка ее, почтальонка, ей как-то написала, что муж ее женщину привел, крученную-верченную, в тюрьме, говорят, сидела, но не унывает, веселая, петь и плясать любит. Девчонки ее словно с цепи сорвались: с парнями гуляют, не зная меры, сегодня с одним, а завтра с другим. И эта жизнь, судя по всему, им очень нравится... Одного боятся, как бы мать за вещами не приехала, поэтому и ковры, и мебель продали, одна посудомоечная машина осталась, да и кому она нужна в поселке-то, здесь чашки-плошки сами мыть умеют. Вот и вся история.
   А Свету, говорят, сестра в Москву увезла. Сестрин муж-банкир ей хорошее место нашел, могла бы себе и мужа найти, но она говорит: "Сердце мое осталось там..." Часто она девчонкам посылки шлет, в гости приглашает, дочки ведь как никак, но они не едут, презирают мать-то: "Ну, ее! Как посудомойка была, без слез не взглянешь, такой, поди, и осталась". А от посылок-то не отказываются, кто откажется, коль дают?
   Сельчане говорят: "Постыдились бы, так ведь нехорошо с матерью поступили, сколько она вам хорошего сделала". А они только улыбаются и отвечают, что ее об этом никто не просил.
   Потом рассказывали, что в том райцентре беда приключилась: много молодежи в СПИД-центр на обследование вызвали, дочек тоже не обошли. Вернулись они через месяц бледные и напуганные и два дня не гуляли, ну а потом опять в загул ударились: да и что теперь терять-то?
   В деревне часто шепчутся, что Бог милостив, что дал он этим дочкам мать своей великою Волею, чтобы она их выучила, в люди вывела, да замуж честными девушками выдала, как полагается. Но они, дурёхи, волю Божию не поняли и поплатились за это.
   Свете об этом написали и, говорят, она долго плакала, но посылки и письма слать не перестала.
   Одно только плохо: что здравые мысли до ее сознания не доходили, ведь долгие годы она строила чужой дом... Но разве мы будем винить ее за это?
   Что поделаешь, не всегда человек может вырваться из круга Судьбы, очерченного циркулем своего характера... И может быть несчастье ее характера в том, что строить свой дом она не умела...
  
  

ПОРТРЕТ СВЕТСКОЙ ПРОВИНЦИАЛКИ

  
   Испокон веков ни одна женщина не составляла тайны для другой женщины.
   С быстротой света каждая из них проникает в сердце и ум другой женщины, срывает со слов своей сестры хитроумные покровы, читает самые сокровенные ее желания, снимает шелуху софистики с коварнейших ее замыслов, как волосы с гребня, и, сардонически повертев ее между пальцами, пускает по ветру изначального сомнения.

О. Генри

   Ах, как мне описать светскую провинциалку славного города Симбирска!? Нет, не могу, право слово не могу - язык немеет, перо падает из рук, ибо сие описание по плечу лишь классику русской литературы...
   Опять же и описание будет неверным: ну, разве может женщина описать женщину?!
   Не верьте, умоляю, не верьте ни одному слову, дорогие читатели: если уж женщина говорит о другой, то всенепременно скажет плохо. Или скажет хорошо, любезно, похвально, но, однако же, поверни с другой стороны - и опять выйдет плохо.
   Уверяю вас, дорогие читательницы, что я вовсе не такова, но боюсь, что и я не смогу совладать с собой, возьму да и скажу какую-нибудь колкость, если не гадость...
   Поэтому я пошла другим путем. Я предоставила слово мужчине: красивому, образованному, богатому. К тому же, что явилось неожиданностью для меня, достаточно проницательному, несмотря на молодые годы.
   Кстати, - с усмешкой могу заметить, - он-то как раз и женат на светской провинциалке. И семейной жизнью, судя по его внешнему виду и высказываниям, вполне доволен.
   - Ну, что Вас интересует? - вежливо спросил он, - и уделил мне, в общем-то, немало времени, что весьма любезно с его стороны.
   - Да меня все интересует! - честно призналась я, - одежда, косметика, времяпровождение, ну, в общем, весь modus wivendi, светский образ жизни... Хотелось бы, знаете ли, создать портрет из разрозненных фактов, ибо светская провинциалка в наше время - социальное явление. Не так ли, господин хороший? И данное явление нуждается в изучении...
   - Понятно, - оживился он, - тогда я и буду отвечать предметно-конкретно и по существу дела.
   - Да, - с восторгом подхватила я, - ведь, как я понимаю, светская провинциалка - это женщина-ловушка, и тело ее - инструмент воздействия на мужчин, и уделяет она телу...
   - Понял. Значит так:
  -- сауна: 1 р/неделю - 80-100 рублей;
  -- массаж: 1 р/неделю - 200-300 рублей;
  -- парикмахерская: 1 р/неделю;
  -- волосы, ногти - 300-800 рублей;
  -- косметолог: 1 р/неделю - 300-500 рублей;
  -- хороший педикюр - 800 -1000...
   Но здесь лицо его исказилось:
   - Облом! - неожиданно закричал он, - денег жалко!
   - Кому жалко?
   - Да им же, светским провинциалкам, на педикюрчик-то денег и жалко... Вот здесь-то они и светятся, как сказал бы Штирлиц. Это Вам не Москва, где из БМВ выходит мадам, вся такая-растакая и ножки-карамельки, пальчик к пальчику подобраны. Понимают москвички, что если ноги не обработаны - ты только в кругу грузчиков будешь котироваться. А наши-то провинциалки ручки свои в салоне с многослойным покрытием сделают, будь здоров пальчики, а на ножках-то они экономят. Педикюр они делают только в домашних условиях, - продолжал он, - и по принципу "Сделай сам!". Посмотрите-ка на их ножки и сразу все сами поймете. Кстати, скажу сразу: их расходы превышают их реальные доходы, потому что они на всем экономят. Например, в сауну ходят кучкой с подружками и тайно с собой спиртные напитки проносят (чаще "Мартини") и тихонечко пьют, радуются, что всех обманули. Если на месте брать, дороже выходит.
   Кстати, о подружках... Никакие они не подружки, а халявочницы амбициозные - если что, съедят друг друга, и не поморщатся. Однако держатся вместе и в свой круг никого не пустят. Еще бы! Ведь мы такие-растакие, над толпой возвышаемся... "Могучая кучка", одним словом. К тому же у них общие развлечения.
   Вот, к примеру, когда заскучают подружки, они созваниваются: "Пошли духи понюхаем?", - и вперед, в самый дорогой магазин, где они, якобы, выбирают духи... Как же, выбирают! Они нюхают, нюхают долго, много, сладострастно, все подряд, обсуждая с продавцом нюансы цветочной гаммы.
   Они долго изучают новую коллекцию и показывают огромную осведомленность о работе известных парфюмеров: коллекция осени, весенняя коллекция, запах утренней свежести, морской волны, роз и лилий.
   Все это туфта, им всего лишь нужно реплики бросать, чтобы перед продавщицей покрасоваться своей осведомленностью. Однако это они зря время тратят, это мужику "лапшу" можно на уши вешать, а она, продавщица, их быстро "раскусит", только куда денешься - работа ведь, надо показывать товар.
   Понятно, что любая продавщица сразу смекнет, что клиентка не выбирает, она нюхает. Ну, а светская провинциалка раздувается от гордости и чувства своей значимости и уходит довольная. Подумаешь, ну, не выбрала она, чуть-чуть не выбрала. Просто того, что она хочет, здесь в наличии не имеется. Ах, какая жалость!
   А продавщица иронически улыбается за ее спиной: "Еще, мол, одна выкаблучивалась, надоели хуже горькой редьки". Но работа такая... Дураков надо терпеть, ибо так устроена жизнь.
   Добавлю еще по поводу косметики: верность какой-либо фирме они не соблюдают, хватают всего понемножку, где Lancom, где Vishi, где еще что-то там. Конечно, средства личной гигиены: паста 500-700 руб., щетка зубная 200-500 руб., крема разные для тела тоже 600-1000 руб.
   Дома они в халатике-бигудях не ходят, у них принцип: "Если ты не можешь купить особняк с бассейном - приобрети отличный домашний вид!" Поэтому они предпочитают элегантные домашние платья (хоть и с претензией на халат) и домашние туфли (с претензией на домашние тапочки, ха-ха, - претенциозность у них во всем...).
   Вот, например: шейпинг-фитнес. Сюда опять же ходят с подругами. Круг этих подруг узкий, хотя, что это я? Какие там подруги - это же партнеры по женской игре. И здесь они тоже показывают вид, как они возвышаются над другими.
   Щеголяют в разных костюмах: Nike, Reebok, Adidas, шортики, топики. В общем, ярмарка тщеславия. Теккерей здесь отдыхает.
   Так же они и в кафе-рестораны ходят, и там тоже фокусничают. У них в программу входит обязательное, - обязательное, подчеркиваю, - посещение нового ресторана и кафе. Если с мужчиной - то отрываются по полной программе, в расходах не стесняются. Если с будущим мужем (разумеется, с достаточно обеспеченным) - то на первых порах ведут себя скромно, заказывают немного и жеманничают. Если с подругами идут в ресторан - то складываются, экономят, берут лишь чай или кофе. Я это называю "встреча вскладчину", сидят, треплются за жизнь, уходят довольные, что хорошо сэкономили и "культурно" провели время. К тому же будет что сказать на работе: "Ах, я была в ресторане "Китайский дракон"! Отличненько посидели!" Посидели они! За чашечкой чая...- усмехнулся мой собеседник.
   - Кстати, - продолжал он, - светские провинцилки избегают шумных мест, где живая музыка и танцует весь кабак. Предпочитают "Север-Юг", "Альберго", "Треугольник", а вот по ночным клубам ходят редко. Там другая атмосфера.
   Да, еще расскажу Вам, как они изучают счет и как выбирают вино! - оживился он. - Это надо видеть! Светская провинциалка будет изучать карту вин долго и сладостно, будет советоваться с официантом и опять же бросать реплики, касающиеся ее высокой осведомленности о букете вина, а он скучающе поддерживает разговор, зная, что мадам никогда не возьмет бутылку за 3.400-5.500 руб. Она будет комедию ломать, морщить носик: "Ах, я такая утонченная!" - и возьмет шампанское за 150 руб. бутылку. Поэтому официант тоже злорадно усмехается и ждет-с, когда мадам созреет и возьмет то, чего она достойна. В общем, в ресторане они разыгрывают фокусы: мы, мол, эдакие дамы из высшего общества!
   Кое-кто из них изощряется в игре посложнее, изображая "доступную недотрогу". На словах - сама скромность, очарование и утонченность, а во взгляде, жестах, одежде - доступность: "Еще немного и я - твоя!" И эти противоречивые сигналы, сами понимаете, бьют по мозгам примитивных мужчин...
   - Ну, что там еще осталось? - задумался мой собеседник. - Пожалуй, одежда и дизайн...
   Они в этом тоже пытаются быть продвинутыми, покупают журналы "Elle", "Cosmopolitan", "Yes", а также журналы "Мой дом", "Уют"! Пачками складывают и трепетно перелистывают, дай им только волю, уж они такой интерьер наведут - влетит он в копеечку, но будет без вкуса - это уж не сомневайтесь, - уверил меня он.
   - А одежду светские провинциалки любят покупать в ЦУМе. У них есть любимая фраза: "Я только в ЦУМе одеваюсь!". Скажут и смотрят при этом с превосходством на собеседника. Они никогда не покупают вещи сразу, долго ходят, присматриваются: ведь жаль свои деньги-то.
   Ну, а если с кавалером идут, то тут будет театр одного зрителя: "Ах, какая сумочка! Ах, какая прелесть!". А мужик стоит с растерянным видом: "Вот, ё-моё, дурак, попался! Покупать надо!". Ну, покупают, а куда денешься, - не без сожаления заметил мой собеседник.
   Я слушала с большим вниманием, а он продолжал:
   - Еще они помешаны на дисконтных картах, их то у подруг берут, то сами им дают, в общем, это называется - они экономят. Радуются конечной выгоде так, что их жаль становится, как, например, жаль убогих, помешанных на чем-то. А эти помешаны на экономии. Как же! Покупают в элитном магазине по дисконтной карте! В этом их жизнь.
   - А какой у них характер? - поинтересовалась я
   - Характер? Да Вы это не хуже моего знаете. Характер вздорный, истеричный, очень любят себя, практически до умопомрачения, мужу внимания почти не уделяют. Работают где-нибудь в банке допоздна, о потом фитнес, сауна, массаж и салон красоты время, - это, знаете ли, тоже и энергию, и время отнимает. Тут любой муж начнет возмущаться! Однако если такое случится, в ответ ждет концерт: светская провинциалка ручки сложит, слезки пустит: "Ах, прости меня, я виновата!". Муж в растерянности думает: "Вот, дурак, до чего ее довел!" - и начинает прощения просить. Нет, здесь скандалов не бывает, здесь жена всего все тихим сапом добивается, - резюмировал мужчина. - Мне моя, кстати, тоже такие концерты периодически устраивает, а я про себя смеюсь: "Понесло девочку", - да и внимания не обращаю.
   - К слову скажу, - продолжал он, - в постели они пассивные, позволяют себя любить, снисходят, понимаешь ли: ах, ты, как трогательно! Понятно почему - мозги ее чем забиты?
   Я понимающе посмотрела на него.
   - То-то и оно! - сожалеюще вздохнул муж светской провинциалки. - Иногда, конечно, хочется нормальную, теплую бабу, сексуально отзывчивую, и чтобы от нее еще пирогами пахло... Эх! - махнул он рукой.
   - Так зачем вы тогда на таких светских девушках женитесь? - удивленно спросила я.
   - А почему люди покупают дорогие машины? - ответил он мне вопросом на вопрос.
   - Ну, наверное, чтобы самоутвердиться через машину, - предположила я. - И внезапно мысль яркой молнией пронеслась у меня в голове и также неожиданно зазвучала песенка:
   Крокодилы, пальмы, баобабы
   И жена французского посла.
   Незаметно для себя я пропела ее вслух.
   - Во! - закричал он, подняв большой палец, - Правильно! - и запел вслед за мной:
   - "И жена французского посла!". Каждый мужчина мечтает о такой вот женщине ... Чтобы с ним эдакая цыпочка шла, и чтобы все мужики завидовали, да оглядывались. Во какую оторвал! Не так ли?
  -- Кстати, светская провинциалка на рынке невест - далеко не худший вариант: на людях с ней не стыдно появиться, она умеет себя подать, хоть и модничает, но в глупое положение мужа не поставит. К тому же ухоженная, со вкусом одетая жена - это отражение мужа. Сами знаете, что по жене судят о муже. Это в восемнадцать лет любовь-морковь, а после двадцати пяти - брак по обоюдному расчету: муж ей деньги, она ему свой товарный вид. Честная купля-продажа. Все довольны, всем хорошо.
  -- Ну, а если она уйдет к другому? - съехидничала я, - денежек побольше захочет.
  -- Подумаешь! - засмеялся он. - Другую найду! Да я, если хотите, и сам уйду, если она начнет мне рога наставлять или разводом угрожать. И потом, после развода, мне никакие женщины мозги не смогут запудрить. "Да что ты говоришь, крошка! - скажу я ей. Я, понимаешь ли, такую жену имел! Я ее добился, понимаешь! Я ушел и все ей оставил - во как! Я жизнь знаю! Ты меня не обманешь! И ты мне глазки не строй! Я тебя насквозь вижу!"
  -- Вы будете самоутверждаться даже через развод, - уточнила я, - и тем, что такая женщина была в Вашей жизни?
  -- А то нет! - довольно улыбнулся он. - Мне клушка не нужна! Кроме того, у светской провинциалки есть нормальные родители, которые критично оценивают своих дочек-истеричек, - торжествующе сказал он. - Тесть мой - нормальный мужик. В одночасье разбогател, но голову он не потерял и цену деньгам знает, и он понимает, что дочка избалована сверх меры. Так что родители ее понимают, что раз зять деньги в семью несет - это хорошо, если дочка-истеричка к разводу стремиться будет, то они ей быстро хвост прищемят!
   Я промолчала и посмотрела на его пиджак, подаренный тестем. - Понятно! - подумалось мне, - зятю и поношенный пиджак с царского плеча сойдет, зато зять живые деньги на дочку потратит. Хитер однако ж, тесть, хитер! Два сапога пара - папочка и дочка...
   Мы зашли в супермаркет, где муж светской провинциалки собственноручно и с явным удовольствием покупал овощи для салата и вспоминал пирожки своей матери:
  -- Пирожки люблю, - сказал он с тоской в затравленных глазах, - слабость у меня такая, мама к пирожкам приучила. Жена не готовит - у нее диета: чашка кофе утром, фруктовый салат вечером. К родителям придешь, а там всегда пирогами пахнет.
   - Какие же, вы, мужчины противоречивые существа! - подумала я. - Пирожков ему захотелось от эдакой цыпочки! И рыбку съесть и на кол сесть. Только не получится, не видать тебе, сердечному, пирогов горяченьких...
   - Вот так мужик и уйдет к домашней женщине, - поддела я его, - к клушке, с пирогами да с теплой постелькой.
   Он вздохнул и покивал головой в знак согласия.
  -- А ведь хорошо было бы, если бы светские провинциалки пироги пекли... - размечтался он.
  -- А ваша жена будет пироги печь? - поинтересовалась я.
  -- Моя - не будет, - усмехнулся он, - скорее я сам учиться буду у мамы их печь.
   Мы вышли из магазина и распрощались. Я уже подходила к остановке, когда он меня окликнул:
   - Совсем забыл Вам сказать, - он запыхался от ходьбы, держа тяжелый пакет с продуктами, - еще одна деталь, они, - он сделал паузу, - светские провинциалки-то, стразы любят до умопомрачения, и все у них в стразах. Сумочка со стразами, туфельки со стразами, поясок тоже со стразами, и даже чехол от сотового тоже в стразах. Почему они их так любят, не скажете?
   Я молчала, но вспомнила рекламу наших отечественных машин: дешевые "навороты" дизайна, хром и никель, все блестит, роскошь глаза бьет, ну, суперская машина, да и только...
   Но мало кто знает, что этой позолотой вводят в обман покупателя, а сведущим людям понятно, что это не "Ferrari", не "Maclaren" и даже не "BMV".
   Но я эти мысли высказывать ему не стала и очень правильно поступила, не правда ли?
   Как известно, в каждой избушке свои игрушки... Ведь я описываю социальное явление, а уж от комментариев воздержусь, а ну, как впросак попадешь?
   Я поблагодарила его за беседу, села в маршрутку и уехала...
  
   P.S. К моменту выхода этого сборника я узнала, что у героев моего рассказа уже начался бракоразводный процесс с разделом нажитого имущества...
  
  

НЕРАЗЛУЧНЫЕ ПОДРУГИ

   Хотя наши социальные отношения и являются причиной проституции, но они обнаруживают свои действия в этом смысле только в связи с соответствующими предрасположениями, наклонностями, воспитанием.
   Как при больших эпидемиях первыми жертвами являются слабые субъекты, так и в жизненной борьбе, смотря по степени устойчивости, то быстрее, то медленнее гибнут в болоте, называемом проституцией, прежде всего бесчисленные психопатические индивидуумы.

Ашаффенбург Г.,

немецкий криминолог и психиатр

   А эту историю мне рассказала женщина, житейски не глупая и очень наблюдательная, и, что интересно, подобных историй я встречала потом немало....
   Итак, жили-были девочки-подруги. Одну звали Леночка, но прозвали её Кудряшка за красивые светлые кудри, которые окружали ее голову нимбом. И казалось иногда, что лицо Кудряшки светится, как у ангелочка с рождественской открытки.
   Кудряшка родилась в неблагополучной семье: отец её выпивал и часто сидел в тюрьме, а мать сначала работала санитаркой на "Скорой помощи", но вскоре свою работу бросила и стала торговать наркотиками.
   У Катюши семья была благополучной: мать и отец ее окончили строительный институт и поженились, будучи еще однокурсниками. Катя была у них единственная дочка, и они в ней души не чаяли.
   Кудряшка и Катя были подружками с первого класса. И получалось так, что мать Кудряшки не раз ее бросала, убегая к очередному сожителю на 1,5-2 месяца, и тогда девочку в семье Катюши и кормили, и поили, и даже, случалось, одевали.
   Кудряшка всегда вызывала к себе хорошее отношение: глазки голубые она вытаращит, губки бантиком сложит, и, глядишь, любой человек старается для Кудряшки сделать что-нибудь хорошее, чтобы ей понравиться.
   Ну, а Катенька была таких свойств характера лишена, обычная девочка, спокойная, чуть полноватая, но добрая. Катя и подружкам помогать любила: то книжку даст, то бутербродом поделиться, или домашнее задание сделать поможет. И всё бы было хорошо, но в двенадцать лет произошел у них скверный случай.
   Кудряшка к тому времени стала к мальчикам тянуться, да не к своим одноклассникам, а к тем, кто постарше. И уж очень ей понравился Николай из 11 "А" класса, но дружил он с девушкой из параллельного класса, и девушку ту Кудряшка сильно возненавидела. Задумалась она, как бы унизить девушку, чтобы Николай с ней раздружился?
   Однажды Кудряшка взяла консервную банку и набрала в туалете ..., ну, знаете что. И вместе с Катюшей стали они гоняться за этой девушкой, и этой дрянью из банки по ее платью размазывать. Та даже дар речи сначала потеряла, потом конечно, завизжала, побежала от них. Но, разве от них скроешься?..
   Случай был вопиющий по тем временам: вызвали родителей, и, говорят, мать Кудряшки все смеялась и удивлялась: "А что тут такого?!". Она тут же купила ей две толстые книжки про Казанову и маркиза де Сада, да еще сказала при этом: "Все мужики - сволочи! Сначала с них надо взять, а потом дать", - и ласково потрепала дочку по кудрявой головке.
   Реакция Катюшиных родителей была совсем иной: они ужаснулись и хотели перевести дочь в другую школу. Однако школьный психолог неожиданно заявила, что нельзя их разлучать, нельзя девичью дружбу портить, ведь Кудряшка переживать это будет, и нельзя травмировать ее нежную детскую душу.
   Кудряшка притихла на годик, ну, а потом она опять взялась за свое: лезла во все дворовые компании ребят и завоевала там большой авторитет своей бурной сексуальной жизнью сразу с несколькими ребятами. К тому же, стоит добавить, она любила стравливать их между собой.
   Дома она к тому времени уже не жила, да ведь и дома-то, откровенно говоря, у нее практически не было: отец сидел, а мать жила с очередным сожителем. Так и Кудряшка тоже стала жить, где придется, и веселая эта жизнь ей очень понравилась.
   А в 9-ом классе она полюбила драться с девочками, которые дружили с мальчиками из её класса, и ей нравилось, что девочки ее боялись.
   Учебу она совсем забросила, а на упреки учителей и участкового инспектора милиции она с вызовом отвечала:
   - Наплевать мне на всех - меня теперь все мальчики любят!
   Когда она окончила девятый класс и забрала документы, учителя облегченно вздохнули: "Пусть живет, как хочет".
   Но Катенька оставалась ей верной подружкой. Катя училась в 10-ом классе, когда однажды завела ее Кудряшка в пьяную дворовую компанию, да и намеренно скрылась. И как вы уже, наверное, догадались - бедную доверчивую Катю изнасиловали...
   Говорят, что у Кудряшки договоренность была об этом с ребятами, ну, а те, скуки ради, с восторгом согласились: дворовая субкультура, знаете ли, одним словом "пацаны", что с них взять, к морально-этическим нормам не приучены...
   Вот только Катя после этого покатилась вниз, к большому горю родителей: стала курить, выпивать и принимать наркотики.
   Заметьте, Катины родители Кудряшку не обвиняли, ведь была она подругой и радетельницей их дочери - не признаваться же им, что вскормили змейку на свою шейку. Нет, они винили свою наследственность, ведь у них обоих были родители-алкоголики, а братья и сестры вели такую же жизнь, как Катя. А что теперь делать, если наследственность виновата, поэтому они Катю в дружбе с Кудряшкой и не ограничивали.
   А Катя тем временем дома не жила, школу бросила, пила много, одну бутылку водки могла за раз выпить. Потом опохмеляться начала, а вскоре и к героину пристрастилась. Ведь в дворовых компаниях по-другому жить нельзя: назвался груздем - полезай в кузов.
   И теперь уже родители радовались, когда ее дома не было. Потому что настроение ее было всегда тоскливо-злобное, и она или дралась с ними, или свои вены резала. Правда, домой она иногда приходила, чтобы помыться, сменить одежду и выспаться. Отец ругался, а мать только плакала. На замечания участкового инспектора Катюша злобно отвечала: "А я теперь без мужчин жить не могу!" Вот и все.
   Потом в драке нанесла она колото-резаную рану подруге своей Анжеле, такой же, как она, дворовой девушке.
Поскольку 18 лет ей уже исполнилось, то ее сразу же в тюрьму посадили.
   Кудряшка, конечно, похитрее была: и выпить любила, и героинчиком баловалась, но умела скрыть свою сущность и казалась иногда белой и пушистой кошечкой, поэтому она находила себе спонсоров, которые ей и квартиру снимали, и расходы оплачивали.
   Как-то раз увидела я ее в центральном универмаге около парфюмерного отдела, где она скандалила со своим спутником по поводу выбранных им духов: "Ты такие духи жене покупай. Она у тебя дешевка - и дешевке рада будет!" А тот, втянув голову в плечи, униженно упрашивал: "Ну, давай в другой магазин пойдем, где подороже купим".
   Наблюдая эту сцену, я вначале подумала, что может и вправду "мужики - дураки", но, поразмыслив, поняла, что дело не в них, а в Кудряшке. Уж так она хвалить себя умеет, так умеет! Ни в сказке сказать, ни пером описать! Это у нее мамина выучка и мамина школа. "Плохое-то про себя кто скажет?" - вопрошала ее мать и довольно ухмылялась после первой рюмки при этом. И сама же отвечала: "Никто! И ты не говори! Хвали себя, дочка, во всем, и умей мужиков-козлов в руках держать. Любая вещь лишь тогда нужна, когда она имеет хорошую цену, и удовольствие тем сильнее, чем больше за него заплачено". При этом она лукаво подмигивала и припевала: "Чем красивее девчонка, тем дороже ночь". И Кудряшка маминых слов никогда не забывала.
   Умеет она с ними обращаться, ох, умеет... И вспомнилась мне мифическая нимфа Цирцея, она ведь тоже любила мужчин в свиней превращать. Лишь один Одиссей уцелел, ибо был он умен, хитер, и хорошо понимал женскую натуру.
   Спустя полгода после нашей встречи я узнала, что Кудряшку убила ее подружка Анжела, та самая, которую порезала ножом Катюша. Конечно, она тоже с 13-ти лет ходила по рукам в дворовой компании, но этим даже гордилась. А когда стала колоться героином, то заразилась СПИДом: и все от нее разбежались. Она пила водку почти каждый день и злобствовала по поводу бывших подружек.
   Кудряшка демонстрировала то, чего Анжеле как раз остро не хватало: влиятельного спонсора, по слухам, большого начальника; деньги, которые у нее не переводились; других любовников - их также у нее было много... Одним словом, нескучно жила.
   Получилось так, что бурная сексуальная жизнь Кудряшки как бы ставила под сомнение право Анжелы на существование вообще. Вот поэтому она взялась за нож, и преступление было совершенно с элементами чрезмерной жестокости, что удивило даже видавших виды следователей милиции.
   Сейчас, рассказав эту историю, я не перестаю удивляться, как иногда дефекты характера, воспитания и ... воздействия среды вдруг сходятся в одной точке, и человек становится заложником своей страшной и жестокой Судьбы.
   Вы, наверное, поняли, что тяжело писался этот рассказ, ибо от таких историй хочется отвернуться, словно бы их и не существует...
   Но, помнится мне, что в некоторых дворянских семьях учили детей досконально знать тёмные стороны жизни, с тем, чтобы стремиться к простому человеческому счастью, где есть свой дом и сад, семья, дети и внуки.
  

ЧЕРНОВИК РАССКАЗА

   Что такое, собственно говоря, плохая фигура? Это фигура, испуганная с головы до ног. Этот испуг в поведении происходит от того, что женщина не дает своему телу то, что ему полагается.
   Девочка, которая стесняется оттого, что не сделала домашние задания, производит то же впечатление, что женщина, не осознающая, что такое природа.

Коко Шанель

  
   В старом-старом шкафу, на самой дальней полке, среди ненужных уже вещей пылится черновик моего первого рассказа "Платье для Золушки".
   Ну, конечно же, я натыкаюсь на него во время генеральных уборок, перед большими праздниками... И тогда я бросаю ведро и тряпку, сажусь, где придется, и долго перечитываю эти старые, уже пожелтевшие от времени страницы.

* * *

   Когда я вспоминаю эту историю, самые разнообразные чувства переполняют меня: смущение, радость, благодарность и даже некоторое чувство неловкости... ибо это был первый случай моей психотерапевтической практики.
   Весной, в начале 90-х годов прошлого века, моя дальняя родственница, она же и кума, привела ко мне сестру своего мужа и ее дочку с проблемой, которую мама сразу же с порога мне и выложила:
  -- Познакомьтесь с моей дочкой Юлей, ей уже 19 лет и она, представьте, еще ни с кем не целовалась! Я в ее годы была гораздо общительнее, легко сходилась с людьми. А дочка моя застенчива до необычайности. Сидит дома и книжки читает, а от мальчиков шарахается. Первый поцелуй, первый мужской интерес, первое ухаживание в юности... Увы, я боюсь, что это у нее останется невосполнимо...
   Она говорила взволнованно, активно жестикулируя при этом, словно пытаясь донести до меня какую-то очень важную для нее вещь...
   - Я помню, как в 15 лет мною заинтересовался 17-летний мальчик, мне он казался ужасно взрослым, мы украдкой назначали друг другу свидание и целовались. Боже мой, сколько было чувств от первого поцелуя - не описать! Я уже с гордостью смотрела на себя в зеркало, чувствуя себя, ну, просто подарком для мужчин и не больше и не меньше! Я стала совсем другой после первого поцелуя, и грудь стала быстро расти, и фигурка оформилась, и многие мной восхищались, и я свысока смотрела на своих нецелованных подружек, они были еще смешными голенастыми девчонками, а я уже стала девушкой, и зеркало отображало это изменение.
   Я хотела помочь ей снять пальто и пригласить в комнату, но она продолжала говорить, и, казалось, остановить ее было невозможно:
   - Теперь-то я понимаю, что первый поцелуй послужил причиной выброса женских гормонов и, соответственно, формированию женских половых признаков... Сейчас, уже будучи директором школы я всегда говорю восьмиклассникам в начале учебного года: "Ребята, в этом году девочки должны дружить с мальчиками и обязательно целоваться!" Представьте, как они этому радуются, а девочки потом ко мне бегут и рассказывают, с кем они целовались, радостные раскрасневшиеся - ведь это же здорово - первые поцелуи, не правда ли? - искала она моей поддержки. - А моя дочь лишена этого, - и она внезапно загрустила, - что же нам делать скажите?...
   Девочка стояла, понурившись, в длинной серой бесформенной юбке и в такой же серой кофте крупной вязки, а на лице ее, на веках, выделялись розовые тени, которые делали ее похожей на испуганного зайчика.
   Но это был симпатичный заяц, уж поверьте мне.
   - Да, кто же с ней такой-то и целоваться захочет? - уже вертелся ответ в моей голове, но я промолчала, глядя на быстро тускнеющее лицо ее мамы.
   Вот здесь-то я и совершила тот импульсивный поступок, о котором, ничуть не сожалею, но все же вспоминая его, всегда испытывала ощущение неловкости.
   Я отвела маму девочки и куму-родственницу на кухню, где они поставили чайник и стали раскладывать принесенные пирожные, а дочку провела в гостиную для "психотерапевтической беседы".
   Я открыла шкаф и сняла с вешалки мое любимое платье. Это был облегающий черный сарафан с красной отделкой, которая располагалась таким необычным, причудливым узором, что казалось - это красные языки пламени колебались над черными углями костра.
   Глядя на это платье, несомненно, в памяти всплывал вечно женственный образ красавицы Кармен.
   Ну, надо ли говорить, какой я имела успех в юности в этом платье?
  

* * *

   Я купила его давным-давно, когда была еще студенткой, в маленьком магазинчике на площади Минутка в городе Грозном.
   Мы с подругой зашли сюда уже перед отъездом и как раз угодили в то время, когда пожилая чеченка вынесла это удивительное платье ручной работы и широким жестом раскинула его по прилавку. И сразу же к нему потянулись жадные ручонки курортных блондинок, каждая из которых уже тянула его к себе.
   Но чеченка, не отпуская от него рук, медлила отдавать его и все оглядывала снующую толпу в магазине. Вдруг, поймав мой восхищенный взгляд, неожиданно сказала: "Тебе отдам, примеряй, недорого... Тебе, в самый раз будет, ну!"
   Я пошла в примерочную, и она без слов помогла одеть его, но я растерявшись и даже не посмотрев на себя в зеркало, вышла к ожидающей меня подруге. И я никогда не забуду ее взгляда, в котором читалась такая сложная гамма чувств: удивление, одобрение, радость и, конечно же, к ним примешивалась и женская зависть, ну как же без этого?! А какие взгляды бросали на меня обойденные женщины, лучше не вспоминать. Цена волшебного платья оказалась по моему студенческому карману, и мы с подругой пошли по городу, молодые и счастливые...
   Мужчины улыбались и смотрели на меня с восхищением, и мы считали машины и мотоциклы, которые около нас останавливались, но больше всех нам понравился водитель мусоровозки, который тихо притормозил около нас, посигналил и помахал рукой, приглашая нас подвезти.
   Моя подруга звонко смеялась и говорила, что боится за меня, а вдруг у кого-то так взыграет кровь, что он украдет меня и унесет в горы. "Что же я буду говорить твоей маме? Нет, домой, скорее домой!" - торопила она меня на вокзал.
   А в поезде я с сожалением сняла это чудесное платье и переоделась в свои любимые джинсы 44 размера, серую майку, зябко повела плечами и набросила сверху еще стройотрядовскую куртку, на которой было написано "Москва 2 МОЛГМИ".
   Волшебный день кончился, вечер был холодный, но меня грела мысль, что в этом платье будет еще много таких счастливых дней...
   Что же делать? Ведь в молодости мы видим себя глазами других людей, и их одобрение так приятно греет нашу душу.
   И в последующие дни платье было моим лучшим другом, и выручало меня не раз, ибо всегда привлекало ко мне мужские взоры, полные восхищения.
   Даже когда мне стало далеко за 30, а размер мой уже сравнялся с 48 и грозил приблизиться к 50-ому, я, оставаясь наедине с собой, надевала его и расхаживала в нем перед зеркалом. И это платье, как верная подруга, утешало меня, говоря, что жизнь еще не кончилась, и выгляжу я еще неплохо...
  

* * *

   Я развернула волшебное платье и встряхнула его, от него шел запах молодости и моих любимых латышских духов "Лесной ветер".
   Осторожно разложив его на кровати, я положила сюда же упаковку новых колготок и подала Юльке туфли на высоком каблуке, размеры наших туфель, к счастью, совпадали.
   Девочка растерянно переоделась, смыла розовые тени, распустила волосы и накрасилась по-новому, с учетом моих указаний.
   Любопытная кума, почувствовав что-то интересное, стучалась в дверь нашей комнаты, чтобы присутствовать при таинстве, но мы ее не пускали. А я, глядя на молодую, красивую Юльку в потрясающем воображение платье, поняла наконец-то старую чеченку - ведь это был жест вечной женской солидарности, поддержка некрасивой девочки, которая уже уверовала в свою некрасивость. Но она твердо знала: это платье было бомбой немедленного действия для всех мужчин независимо от возраста и социального статуса. И я думаю тот, кто имел такое платье, меня поймет...
   Юлькино появление в новой модификации красавицы вызвало одновременный шок у ее мамы и у моей красавицы-кумы. Ах, какие взгляды они бросали на красивую Юльку!
   А потом был интересный женский разговор за чаем, где Юлька участвовала как равная и ее мама уже смотрела на нее с уважением. Затем мы договорились о занятиях, и я взяла с Юлькиной мамы обещание, что Юльку она оденет так, как надо одевать красивую девушку.
   И я, представьте себе, подарила ей это платье, поддавшись какому-то непонятному порыву.
   Она приходила ко мне раз в неделю, мы читали и обсуждали книги по моей методике библиотерапии. Подбирали ей одежду и косметику путем проб и ошибок. Придумывали фасоны платьев, например, "ночь и осень", "заря на снегу", "цветы лета" и другие. А еще она подобрала себе физические упражнения для избавления от сутулости, которые упорно делала утром и вечером.
   Мама ее нашла хорошую портниху, и Юлька полностью обновила свой гардероб в соответствии с моими рекомендациями, а также модным и редким в ту пору журналом "Бурда". В общем, Юлька менялась на глазах...
   Кума моя была в отпуске в течение двух месяцев и, вернувшись, подъезжая к Новому городу, увидела на противоположной остановке девушку, которая стояла к ней спиной, но очень выделялась в толпе людей стройной фигурой и красивым летним сарафаном необычного фасона.
   Любопытная кума-красавица не пропускала красивых женщин, она от каждой чему-нибудь училась и, конечно же, она уж не поленилась проехать лишнюю остановку, зная, что автобус сделает поворот, и она увидит интересующую ее девушку поближе.
   Надо ли говорить, что в незнакомой девушке-красавице она не сразу узнала свою родственницу?...
   В тот же вечер, позвонив мне, она стала интересоваться, по каким же методикам мы работали, а я, смеясь, отвечала ей, что мы читали книги и разбирали образы литературных героев, вот и весь секрет.
   Хотелось бы закончить эту историю, но жизнь продолжается, и впереди ждут совпадения, о которых я и собиралась рассказать.

* * *

   ...Спустя год меня увезли на "Скорой помощи" с острым приступом атипичного аппендицита. Я видела, как в тумане, озабоченные лица врачей и даже не удивилась, когда появилась Юлька. По странному совпадению, меня привезли в больницу, где она работала в хирургическом отделении медсестрой, как раз во время ее ночного дежурства. Я помню, что я как-то быстро успокоилась, и пока меня готовили к операции, держала ее за руку. После операции я очнулась и увидела Юлькины родные глаза, полные сочувствия и радости от того, что все для меня закончилось благополучно... Правда, потом послеоперационный период протекал достаточно тяжело, ибо я поняла, что после операции надежды иметь детей мне уже не оставалось...
   Но плохо ли, хорошо ли, а я выздоравливала. Юлька каждый день суетилась около меня, поднимая с кровати и заставляя ходить и не бояться, что швы разойдутся. Она поила меня каким-то особенно вкусным киселем и приносила все те необходимые женские мелочи, которые так нужны в больнице.
   И вот я выписалась, моя жизнь потихоньку налаживалась.
   Через год я узнала от кумы-красавицы, что Юлька вышла замуж. Кума страшно возмущалась, что меня не пригласили на свадьбу. Она говорила, что я приняла очень важное участие в Юлькиной судьбе и должна быть самой почетной гостьей. Но я смеялась и говорила, что на свадьбу приглашают родственников и друзей, а про случайных людей забывают. Я была случайным человеком, просто "вешкой" на ее жизненном пути и не более того.
   Но, признаюсь вам, я все же испытывала чувства Пигмалиона, которого лишили возможности посмотреть на счастливую Галатею. В моей душе остался элемент какой-то незаконченности, но что с того? Свадьба состоялась и без моего участия.
   А еще год спустя, когда у Юльки родился мальчик, я случайно встретилась с ее мамой у моей кумы-красавицы, где мы снова пили чай на кухне и вели свои женские разговоры. И она нам охотно рассказывала про Юлькин роман, переживая все заново.
  

* * *

   Юлька познакомилась с офицером из далекого южного города, который был из семьи потомственных военных и оказался в нашем городе в командировке.
   Садясь в автобус, он с задней площадки увидел красивую стройную девушку, на которую нельзя было не обратить внимание. Всю дорогу он не сводил с нее глаз и думал об одном, как бы хорошо иметь женой такую красавицу, но в сердце уже змеей вползала ядреная мужская ревность... Ведь не может же быть, чтобы у такой красавицы не было мужчины! Был! да и не один, может быть... Иметь ее женой уже как бы и не хотелось...
   Шла борьба мотивов, маятник надежд и сомнений яростно размахиваясь, бил его по сердцу, и по мере того, как он подъезжал к своей остановке, девушка казалась все желаннее...
   Незаметно автобус подъехал к его остановке и вдруг резко затормозил. Офицер махнул рукой - была, не была, - и решил уже выйти...
   Да ведь и Юлька-то заприметила симпатичного высокого военного, и ее душу раздирали те же чувства и сомнения: подойдет он к ней или не подойдет знакомиться? Набравшись смелости, она бросила ему короткий ободряющий взгляд, который он успел-таки поймать, и с радостью начал пробираться к ней с задней площадки.
   Они доехали до ее больницы и договорились о встрече после ее дежурства. А потом они стали встречаться, и он познакомился с ее друзьями и родителями.
   Немного помолчав, мама сказала, что для нее самым мучительным было то, что дочка ее стала у него оставаться вечером.
  -- Конечно, я понимаю, что он сделал ей предложение, приезжали его родители, считай, уже произошла помолвка, он приходил к нам на правах жениха... Но почему, почему они не могли подождать до свадьбы?! - обиженно сказала она. - У нее ведь после Ваших занятий, - она повернулась ко мне взволнованное лицо, - кавалеров появилось великое множество, но она никаких близких отношений ни с кем не имела, а на нескромные предложения отвечала, лукаво улыбаясь, "нет, только с любимым и только с мужем"... А здесь, ну, прямо голову потеряла, месяц ведь до свадьбы остался?! Каково мне?! Мой ребенок остается на ночь у мужчины, она приходит утром, и это видят соседи, они же понимают, что не с дежурства она идет, раз ее он провожает. Боже мой! Как мне было тяжело, но я молчала и не вмешивалась. То, что между ними происходило - это же вечное таинство природы, и оно не терпит вмешательства.
   И она продолжала свой рассказ.
   - Я видела печальный пример, как мать ее подруги разрушила счастье дочери. Она встретила их компанию, когда они гуляли всю летнюю ночь. Юлька там была тогда со своим женихом... Так вот, взбесившаяся мать подошла и закатила дочери пощечину на глазах у ее парня. Что, мол, ты, мерзавка, ночью дома не ночуешь как последняя..., дрянь ты эдакая. Девочка к парню своему бросилась, надеялась, что защитит он ее от матери. Ан нет, никому не нужна девка побитая, повернулся он, да и ушел восвояси, да и не вернулся ведь больше. Как от такого двойного предательства оправиться?
   И такой судьбы для своей Юльки я не хотела...
   Мы помолчали, понимающе глядя друг на друга.
  -- А Ваше платье, - она повернулась ко мне, улыбаясь сквозь слезы, - она надела его в первый же вечер, когда привела его к нам знакомиться, и, знаете, он глаз от нее не отводил и руку не отпускал... Это счастливое платье, Юлька его бережет, даст Бог дочка родится - и она его тоже наденет.
   Я узнала потом, что родилась еще и дочка, как Юлька и хотела, и, наверное, придет время, и волшебное платье ей тоже будет впору...
  

* * *

   Живут они в Москве, муж ее Академию закончил, а Юлька мединститут, в котором я когда-то училась в той далекой жизни.
   А я... я часто вспоминаю ту старую чеченку, которая продала мне платье на площади Минутка в еще довоенном Грозном. И мне кажется, что мы никогда бы не стали с ней врагами, ведь продажу и покупку этого платья я воспринимаю как большое чудо нашего женского понимания и взаимопомощи, а не соперничества.
  

* * *

   Вот и все. Рассказ мой закончился. Вы уже, наверное, поняли, что он получился разноплановым, с разными сюжетными линиями, я так и не решила, какую же из них выбрать, а какую отбросить.
   Однако в жизни так много совпадений, и я не исключаю возможность, что чеченская война когда-нибудь закончится, и, кто знает, может быть, внук чеченской женщины, что продала мне платье на площади Минутка, встретится с Юлькиной дочкой и полюбит ее. И вдруг бабушка с радостью узнает на ней свое платье ручной работы. Я не забыла сказать вам, что муж Юльки чеченской национальности? Ах, конечно, забыла, простите.
   И, наверно, все женщины так устали от этой бессмысленной и жестокой войны, даже не имея к ней никакого, казалось бы, отношения...

* * *

   Теперь вы меня понимаете, почему мой рассказ не получился, но остался черновик, который я иногда перечитываю и снова откладываю в старый шкаф на запыленную, дальнюю полку, долго вспоминая свое такое далекое прошлое, когда я была молода и так хотела всем нравиться...
  

САНТА-БАРБАРА

   И понял я, что горче смерти женщина, потому что она - сеть,
   и сердце ее - силки, руки ее - оковы.
   Добрый перед Богом - спасется от нее, а слабый погибнет.

Эклезиаст.

  
   Прежде чем приступить к повествованию, хотелось бы сделать пояснение и перечислить участников рассказа:
   Нина - главная героиня рассказа;
   Лена - дочь, якобы от первого брака;
   Лилия - дочь от второго брака;
   Близнецы: Виолетта и Вероника - от сожителя Михаила;
   Мишенька - от фиктивного брака с вьетнамцем Сяо-Мяо.
  
   Я живу с ней по соседству уже пятнадцать лет, и каждый вечер за стеной раздаются детские крики и женские ругательства. Я беру раскладушку и иду спать на кухню, где долго не могу заснуть, и все думаю, а не сменить ли мне квартиру?
   Нина, моя соседка, приехала из деревни. Была она девочкой некрасивой, но женатым мужчинам, говорят, очень нравилась. Вот только когда случилась беременность, она никак не могла определить: кто же ребенку отцом приходится?
   К счастью, мать ее была женщина многоопытная и быстренько доченьку беременную выдала замуж. Но, говорят, что муж неожиданно заартачился, да и через недельку после свадьбы разводиться захотел. Однако его за денежки уговорили еще полгода пожить, что бы девочку Леночку зарегистрировать. Потом Нина в город переехала, дочку-крошечку Леночку с мамой многоопытной в деревне оставила: надо ведь девушке личную жизнь устраивать... понятное дело.
   В городе она быстро нашла жениха с двухкомнатной квартирой, и родила ему дочь Лилию. Из деревни забрала она и Леночку, которую новый муж сразу же удочерил.
   И все бы хорошо, но Нина вскоре разошлась-развернулась: городские масштабы не чета маленькой деревушке. Пока муж сидел с детьми, стирал пеленки, бегал за кефиром на молочную кухню, наша Нина тем временем веселилась с кавалерами в ресторанах. И частенько выходило так, что ее привозили под утро пьяную и прислоняли к двери ее квартиры, опираясь на которую Нина сползла на пол и тут же засыпала на коврике. Такая жизнь длилась не год, не два, а долгих десять лет.
   Муж, конечно, пытался возражать, но она его быстро обрывала без стеснения:
   - Радуйся, дурак, что тебе такая жена досталась, а будешь вякать, выкину тебя на улицу, как кота подзаборного.
   Вскоре привела она в дом веселого здоровяка Михаила, который ушел от жены, но двухкомнатную квартирку все-таки у нее отсудил и продал. А жену свою с двумя детьми в общежитие на улицу Толбухина выселил к наркоманам и алкоголикам.
   И стали они жить таким образом: Нина с Михаилом в отдельной комнате, а муж с дочками проходную заняли.
   Поутру встречаются они на кухне, чай пьют, бутерброды кушают, а здоровяк Миша, похлопывая мужа по плечу, похохатывает:
   - Эх, Вася, какую ты бабу потерял! Эх, жалко мне тебя, дурака немытого.
   Ну, до того его доведет, что тот плачет скупыми мужскими слезами. Да и Нина над ним посмеивается: "Предупреждала я тебя, а ты не послушался".
   И ведь правда, зажигательная была Нина женщина, всегда за собой следила: дома иной раз бардак и хаос, обои облезли, кастрюли немытые, бутылки по всем углам валяются, а сама она аккуратно одета; и не в старых халатах, а в джинсах, в рубашечке с декольте, накрашенная, с прической, словно из парикмахерской. Ну, не женщина, а мечта поэта!
   И, главное, значимость своим поступкам придавать умела: я, мол, всегда хорошая, умная, красивая, и права во всем, а те, кто этого не понимает - дураки и дураками останутся. Просто в гипноз какой-то людей вводила: что захочет, то ей тут же и делают, как в сказке "О золотой рыбке".
   И долго бы еще такая жизнь продолжалась, но приехали родственники мужа, да и забрали его к себе по-быстрому, хотя он очень о дочках сокрушался.
   Вскоре он женился удачно, двух сыновей имеет, а все-таки дочек не забывает: переводы денежные шлет исправно.
   А тем временем дочка Леночка подросла и тоже быстро заневестилась, и в 16 лет родила дочку Анечку - анютины глазки: кто отец - осталось неясным, но соседи шушукались, что девка ранняя, и мамашин пример перед глазами не зря стоял, да и веселый Миша-здоровяк не промах оказался...
   Леночка после рождения своей дочки стала к своим одноклассникам интерес проявлять, хотя школу она давно бросила. Стали и они ее навещать, к дочке новорожденной в свою очередь интерес проявлять. Один из них решил на ней жениться, а родителям своим сказал, что ребенок, мол, ее ему дочкой приходится. Он немного с простинкой оказался, да и родители его тоже. Уж очень они обрадовались Леночке, как дочке родной: в свои хоромы ее поселили, на "внучку" не надышатся, и уж ласкают, одевают, обувают обеих...
   Но Леночка, видя такую любовь к себе, как-то враз обнаглела, стала на них покрикивать, потребовала размены квартиры. Может быть, они и пошли бы ей навстречу, но не сразу, а по истечению некоторого времени. Однако Леночка сама не выдержала, скандал им огромный закатила, да и ушла к мамочке. Понятно, что девка снова вольной жизни захотела.
   После преезда к маме Лена довольно бысто сдружилась с Пашей-олигофреном, шестеркой из группировки.Денежки у него водились - это точно. Вот тут-то веселая жизнь и началась. Утром бравые мужички уходят, а к вечеру с полными сумками продуктов бегут своих зазнобушек кормить да спиртными напитками поить. Музыка играет, веселье и пляски не кончаются до глубокой ночи.
   Вот тогда-то я и стала подумывать: а не сменить ли мне свою квартиру? Гулянки-пьянки их мне надоели донельзя...
   Спустя год Нина родила двух дочек-близняшек: Виолетту и Веронику. К сожалению, к этому времени у Михаила деньги закончились. Пришлось соседке хитрую комбинацию реализовать: решила замуж выйти за вьетнамца Сяо-Мяо, чтобы деньги с него взять за брак и прописку временную. Сказано - сделано.
   Теперь частенько мы с соседями наблюдаем такую приятную картину: Паша-олигофрен с колясочкой прогуливается, и Сяо-Мяо тут же около него с пакетиками кефира в маленьких ручках крутится. Сладкая парочка, одним словом.
   Говорят, Нина Мишу-то иной раз и на место ставила, глазки свои сощурит, как кошечка сиамская, да и скажет: "Ты здесь особо не командуй, у меня ведь и муж законный есть!" Мише это, конечно, не нравилось, да куда денешься? А хитрец Сяо-Мяо как-то быстро исчез (может, этому Миша посодействовал?). Стал и он от детского крика уставать. Двухлетняя Анечка да годовалые близняшки в три голоса кричат. А уж когда Михаил узнал, что Нина снова беременная, так всплеснул руками и удрал в Москву, где на хорошую работу устроился.
   Нина же, не будь дурой, в Москву поехала: отыскала его, показала ему живот и сказала, что он отец троих детей и должен их кормить. "Таких женщин, как я, не бросают! - заявила она. - Такие сами уходят".
   Он, говорят, с испуга, начал сомнения выражать насчет ребенка, но, получив оплеухи от честной, любящей и верной женщины, притих и стал слать переводы. Нина родила мальчика Мишеньку, и стало их уже шестеро.
   Живут, не тужат, отец дочкам переводы шлет, куда ему деваться? Веселый Михаил после оплеухи перечить боится, Паша-олигофрен, тоже продукты носит исправно, да и Сашины родители "внучку" не забывают. Они уж и Леночку жить к себе приглашают, да Леночка личико воротит. Оно и понятно: с мамочкой-то веселее живется. Так что денежки в этом семействе всегда имеются.
   После рождения Мишеньки Нина же пошла в киоск работать, исключительно из-за острых ощущений, я полагаю (да чтобы плача детского не слышать, шептались соседи).
   Около ее киоска всегда мужчины толпятся, иной раз она и выпить с ними соглашается.
   Но как-то к ней подошли двое симпатичных ребят, подмигнули и предложили вместе весело провести время, и пригласила она их к себе в ларек, а утром очнулась с головной болью, разбитой губой и в обворованном киоске. Веселые ребята все подчистую взяли, а ей, похоже, какую-то гадость в стакан с пивом насыпали, но она себя такой неповторимой и неотразимой считала, что о таком повороте дел и думать не могла и мечтать не смела...
   Долг ей хозяин простил: у него с женой нелады начались, и он в Нине товарища по несчастью нашел. Часто их соседи в киоске видят, как они шушукаются о своих бедах. Вскоре она в киоск напарницей дочку Леночку взяла: не чужой человек, не обманет. Да и той на виду надо быть - замуж надо выходить, тесновато им живется, ой как тесно!
   Иной раз Нина и ко мне захаживает с сигаретой в зубах и бутылкой пива в руках, любит она по пьяной лавочке про свои победы на любовном фронте рассказывать, как, да с кем, да сколько. В это время за стеной, - я слышу, - плачут дети в три голоса, а Леночка, уже не владея собой, надрываясь, кричит на них: "Заткнитесь, суки поганые, твари окаянные!". Но, как ни странно, Нина и ухом не ведет, рассказывает и дальше скабрезности и следит за моей реакцией: вот, мол, я какая красивая да рисковая, все меня хотят и любят.
   Я слушаю ее вполуха, - мне плачущих детей жалко, но я понимаю, что они для нее не дети, а издержки удовольствия, да потаенного бабского расчета: будет, мол, кому в старости стакан воды подать.
   Я так же знаю, что в конце нашей беседы она у меня попросит деньги, как обычно и делает, а я, кляня себя за малодушие, их дам, разумеется, без отдачи. А после ее ухода я думаю, что иной раз хороший человек в беду попадет и не одна ему рука помощи не протянется, да ведь и пнут еще ненароком, что бы он и встать не пытался.
   Но вот такие-то, как Нина, лишь гримасу страдальческую сделают, на жизнь пожалуются и все им готовы помочь, с себя последнее снимают...
   Кстати, в тот же вечер от Нины я узнала, что Леночка замуж выходит.
   Оказывается, бабушка ее, многоопытная, продала свой дом в деревне и купила комнату в трехкомнатной квартире с двумя алкоголиками. Тут же стала щи да кашу варить, их угощать и ласковым словом ублажать, да еще и самогонки выставила. Так она их быстро к рукам прибрала, что они на нее комнаты в наследство подписали и через полгода на тот свет отправились, видно самогоночка некачественная оказалась. В эту квартирку она дочку Нину прописала, а сама уж, говорят, старичка-алкоголика с однокомнатной квартирой нашла, да и замуж за него вышла. И опять щи ему варит да самогон гонит, старичок, поди, тоже скоро помрет... Ай, да баба! Прямо-таки бабка Тофана, знаменитая итальянская колдунья-отравительница да и только.
   Часто-частенько она внучку Леночку поучает, мол, в этой жизни можно делать все, но с умом. А внучка теперь богатая невеста с квартирой, и свадьба будет скоро.
   У Нины друг дома появился, тот мужик, который Мишеньку крестил... Его тоже в эту веселую семейку тянет: оно понятно, мужчины веселых женщин любят...
   Кум рад оторваться от тяжелой жизни с женой, чтобы согреться под лучами солнца в такой теплой квартирке. Правда соседи опять шепчутся, что он на подрастающую дочь Лиличку глаз положил, но это их дело семейное и нас не касается.
   И вдруг вспомнила я некстати, как вчера ко мне на консультацию приходила женщина по поводу своего племянника. Он был тихий скромный и умный мальчик, подавал надежды большие, его за границу работать приглашали. Но присмотрела его богатенькая наследница, дочка банкира, по слухам бывшая наркоманка, и его словно подменили.
   Только одно и слышат от него: "Жена моя красавица, а хороший бриллиант и хорошей оправы требует"
   Работал он в трех местах с утра до ночи и одевал ее в самое дорогое и модное. Она ему каждый вечер все рассказывала, что в банке, где она работает, все женщины волосы на себе рвут, когда она демонстрирует свои наряды и свои украшения: "Вот вам, нате выкусите, посмотрите, как меня муж любит, одевает, наряжает, не то, что вас, дур неотесанных."
   Он, воодушевляясь ее признаниями, все больше старается заработать любимой женушке на наряды, и нет для него счастья большего, как ходить с ней по дорогим бутикам и делать бесчисленные покупки.
   Вдруг оказался он в тяжелой депрессии: понятно, что всех денег сразу не заработаешь, а уж как ему их хотелось-то для любимой женушки! Но депрессивный невроз углубляется, и вот после лечения в психбольнице без лекарств обойтись он уже не может, и ищут они хорошего психотерапевта или психолога, чтобы помог он восстановить парню силы да снова жену красавицу обувать, одевать (она к куражу-то своему бабскому привыкла-то, ох как привыкла).
   Я слушала ее внимательно, вопросов не задавала, но она вдруг на полуслове запнулась и шепотом, по-простому, промолвила: "Выходит, что жена-то его и довела до болезни!?" И она, немного помолчав, еще тише добавила: "А помочь Вы ему не можете, объяснить ему, что к чему... Не получится у Вас? Что бы он жену любимую разлюбил?"
   Я отрицательно покачала головой, она вздохнула и встала со стула.
   А я проводила ее до двери и, вернувшись, стала собирать свои вещи. Время было позднее, и работа моя давно закончилась. Уходя, я твердо подумала, что квартиру свою я все-таки разменяю.
   Нина на днях, говорят, переезжает, а Леночка остается жить с будущим мужем, похоже, что и ее семейный круг будет набирать обороты, как у мамы. Но Санта-Барбара не кончается, и поэтому продолжение следует...

СЮЖЕТ ДЛЯ НЕКРАСИВЫХ ДЕВУШЕК

  
   В идеальном мире нас должны судить по красоте нашей души, но в реальном мире красивая женщина имеет больше преимуществ и часто оставляет за собой последнее решающее слово.

Эсте Лаудер

   Красота - это визитная карточка, которая помогает открыть некоторые двери, но я часто повторяю: красота помогает выиграть у других не больше двух недель, никак не больше. А потом забег продолжается на равных.

Надин Родшильд

  
   Я шла на работу и вспоминала слова режиссера из утренней телепередачи, как откровенно он там сказал, однако же: "Бывают сюжеты для красавиц, но бывают сюжеты и для некрасавиц, но мне была нужна красавица".
   У входа в отделение наркодиспансера я услышала истошный женский крик: "Что вы наделали?! Что наделали?! За что Бог послал мне такие страдания?!"
   С похолодевшим сердцем я побежала по коридору и у дверей, ведущих в мужское отделение, увидела женщину, которая кричала и билась головой об стенку.
   - Что случилось? - тихо спросила я лечащего врача и еще тише добавила: Кто-то умер?!
   - А ничего не случилось, - заявил он, отстраняя от двери женщину, рвущуюся за ним. - Все живы, все здоровы.
   - Но почему она так кричит? - я спросила его шепотом, но женщина услышала и повернула ко мне голову.
   Доктор успел-таки закрыть дверь перед ее носом, но я узнала ее, и застыла перед ее негодующим взглядом.

* * *

   Десять лет назад она два часа дожидалась меня у моего кабинета. Меня забрали в срочном порядке на лекцию, и клиенты все убежали, но она не такова, уж она-то умела ждать.
   Простоватая, с одутловатым лицом и полной фигурой девочка вошла в кабинет и зарыдала: "У меня не жизнь, а жестянка, - искренне сказала она, захлебываясь от рыданий, - нет в ней ничего хорошего".
   Когда ей было 10 лет, родители развелись, хотя они всегда жили плохо. Отец пил, бил жену и детей. Девочке запомнилось, как он сначала угощал ее пряником, целовал ее и ласкался с ней, а потом со словами "у, дура" отшвыривал ее от себя, и она начинала плакать.
   - Понятно, - подумала я, - сначала кусок, а потом пинок, как это принято у родителей психопатов.
   Мать ее всегда говорила, что терпеть не могла, когда она в детстве плакала: "Откроет рот и орет, как поросенок недорезанный. Рот огромный, как варежка, - так бы и врезала!"
   Иногда они ссорились. Отец кричал, что в его роду таких уродов не было, а мать доказывала, что и в ее роду все нормальные.
   - А эта мало того, что уродина, так еще и орет - не остановишь, - возмущалась она.
   - Да, - подумала я, - некрасивый ребенок с тяжелым характером - это беда. Однако если родители-психопаты - дай им хоть золотого ребенка, все равно он плох будет, найдут к чему придраться.
   Развод родителей девочка переживала болезненно и долго просила мать не разводиться: "Никто со мной дружить не будет, если у меня папы не будет".
   - Мне развод запал в душу, - плачет, - мать отчима привела, тот не лучше оказался, все время пил да командовал, а мать пресмыкалась перед ним, и все боялась, что он уйдет от нее. Он ей то и дело изменял, женщин приводил, когда ее не было, а меня выставлял на улицу.
   Сосед как-то ему сказал: чего, мол, гуляешь, жена-то хозяйка хорошая, работящая, непьющая. Он только губы скривил: "Ну, и что она такая! А любви-то нет! Как без любви-то жить?! Я ведь, как потерянный ребенок", - он начал петь свою любимую песню с надрывом:
   Но так не бывает на свете,
   чтоб были потеряны дети.
   Сосед на него посмотрел с изумлением: кто бы мог подумать! - пьяница, а тоже любви хочет, - и больше с ним не разговаривал.
   - Мне за маму обидно: что она в нем нашла? Души не чаяла, а я ей и не нужна вовсе, - и она продолжала плакать.
   Я осторожно спросила:
   - Так какая же проблема привела Вас сюда?
   - Мальчишки пристают и мужчины в трамвае говорят: пошли трахаться - как будто я им проститутка какая. Чего они меня травят?!
   Неудержимый поток слез обезобразил ее лицо, и я растерялась. Ужасно для девочки, конечно. Она же хочет, чтобы за ней красиво ухаживали, цветы дарили, восхищались. Мои мысли прервались, пришла Лера с занятий, надела халат и села рядом со мной.
   - Лера, - обратилась я к ней, - к тебе мужчины или мальчики делают нескромные предложения? Ну, а в трамваях привязываются со знакомством?
   Лера удивленно посмотрела на меня и ответила обычным голосом без обиды:
   - Да, а что?
   Девочка прислушалась к разговору.
   - А что ты им отвечаешь?
   Лера так же спокойно, но твердо изрекла: - Не хочу!
   - Тебе это неприятно? - не унималась я, а девочка уже всем корпусом повернулась к ней.
   - Да уж хорошего мало, - Лера понимала меня с полуслова. - Ну, а что им, дуракам, еще говорить. Ну, не плакать же, - не дождутся. Мне с ними детей не крестить!
   Девочка напряженно всматривалась в Леру, и лицо ее становилось злобным и напряженным. Лера понимающе кивнула мне и вышла.
   - Да уж, - подумала я, - тут еще и чувства соперничества бушуют. Подростки жестоки. Некрасивая, неумная, с тяжелым характером девочка становится изгоем: а она, в свою очередь, ненавидит тяжелой, ядреной, уже бабской ненавистью, своих более удачливых подруг. А мальчишки-то, похоже, не зря пристают к ней, - неожиданно подумала я, - подавленная сексуальность из нее выпирает.

* * *

   Я вспомнила похожую на нее девочку. У нее отмечалось раннее половое развитие, был выражен интерес к мужчинам старше себя с 13 лет. В 14 лет ее "изнасиловал" сын подруги матери, - тот клялся, что она сама лезла и предлагала жить вместе: "Мать надоела". До суда дело не дошло, ибо она получила неплохую сумму, поторговалась и дважды просила еще, деньги ей давали охотно. Подруга матери чувствовала свою вину.
   Впоследствии девочка была душой дворовых компаний, где ее передавали из рук в руки. Свою тайную жизнь она, конечно, скрывала от матери, а потом вдруг заявила, что беременная. Было ей к тому времени уже 16 лет. Она сама пошла в милицию и заявила на шестерых человек. Те в свою очередь насилие не признавали, доказывая, что все было по согласию. Потом выяснилось, что срок беременности с фактом насилия не совпадает, и дело вскоре закрыли. Впрочем, деньги с перепуганных участников она все же получила.
   Последний раз я видела ее с армянином, тот был грязным, страшным, подвыпившим, она шла в короткой юбке и все время одергивала ее и от нее шла такая аура сексуальности, что мужчины оглядывались. Правда, один из них с ядом сказал: "Господи, неужели она думает, что ее любят!"
   Вы, наверное, не раз видели таких женщин, обладающих пугающей внешностью, но около них всегда крутились мужчины. Просто от них шли флюиды сексуальности, сигналы о том, что мужчина замечен, одобрен и может подходить. Мужчины получали эти сигналы и шли на штурм, зная, что двери крепости уже давно открыты.
   Какие же эгоисты мужчины! Что не говори, а неприступные крепости их давно уже не привлекают.
   Как искать ключ к мужскому сердцу? Кто знает, где он? А сексуальная отмычка всегда под рукой.
  
   Да ведь и у моей клиентки, похоже, раннее половое развитие плюс субдебильность, и чего можно ожидать от нее?!
   Даже в хороших семьях не всегда можно удержать такую девочку от ранней половой жизни, а тут такая семья неблагополучная, как бы и она не сорвалась. К тому же и от этой дурнушки сигналы идут, а подростковая гиперсексуальность такова, что мальчишки во всеуслышание делают нескромные предложения - они же сигналы получили и полагают, что такая дуреха рада будет, если он ее осчастливит. А ей любви красивой хочется, как в сериалах.
   Она продолжает всхлипывать, искоса поглядывая на меня, а я вспоминаю приятельницу мою старинную, Марию Алексеевну, которая всегда говорила, поднимая указательный палец: "Некрасивой девочке плакать нельзя, совсем уродом будешь выглядеть. Это у красавицы слезки навернуться, а она еще краше становится, и все ее утешать бросаются. Здесь слезы не помогут, нужно наоборот никогда не плакать, быть уравновешенной и всегда улыбаться, что бы ни случилось.
   Родилась некрасивой - не жди милостей от природы, и поблажек она тебе не даст. Поэтому нужно совершенствоваться в трех вещах.
   Первое: всегда хорошо выглядеть. Косметика, украшения и одежда - все должно быть подобрано со вкусом. Красавице безвкусицу простят, а тебе вряд ли...
   Второе: уметь вести хозяйство, готовить, шить и тратить деньги с умом. Всегда лишние деньги бывают, если их с умом тратить-то, а на эти лишние деньги надо и учиться на всех курсах, какие нужны женщине.
   И третье: уметь общаться с людьми. Не умеешь - учись, но в угол не прячься. И всегда помнить надо, что жизнь твоя - вечный бой, и покой тебе должен только сниться".
   И добавляла со вздохом:
   - Если нет денег, богатых родственников и красоты - надо трудиться. Тогда все будет! И упаси Бог быть игрушкой в руках мужчин, проституткой или содержанкою, они и красавиц-то с хрустом ломают, а что уж про дурнушек говорить: с ними считаться никто не будет. - Хотя, конечно, - с грустью сказала она, - эти ощущения, когда ЕМУ нравится другая, в молодости просто невыносимы, так и хочется плакать: ну, почему не я?! И, конечно же, обида переполняет душу, обида на родителей - зачем уродили такую некрасивую, на одноклассников - зачем предпочитают красивых да веселых, и обида на Природу - зачем она так жестока?
   И невдомек глупой дурнушке-некрасавице, что жалеет она себя, потому что не может она управлять людьми через свою красоту и удовлетворять свои потребности через других, не затрачивая никаких усилий при этом. И стонут такие: "Ненавижу себя некрасивую!" А почему никто не скажет: "Ненавижу себя ленивую!" Может толку больше будет? Ох, как не хочется ничего делать, а хочется иметь даром, за красивые глазки.
   Старомодная женщина, Мария Алексеевна, что и говорить.
   - А давай, мы тебя научим быть красивой, - предлагает вернувшаяся Лера, - будешь к нам ходить два раза в неделю, я тебе голос хорошо поставлю, пластику разработаем. Будешь стройной, как березка, и ...
   Она не успевает закончить фразу, как девочка презрительно щурит и без того маленькие глазки, на заплывшем лице.
   - Еще чего, буду я ходить к вам?! У меня пять болезней: пилонефрит, дуоденит, гастрит, пролапс минтрального клапана и еще какая-то, я забыла... - И она торжествующе смотрит на Леру.
   - Зачем же ты сюда пришла? - удивилась Лера.
   - Мне сказали, что здесь дают направление в Карамзинку, в отделение неврозов. Невропатолог сказал, что у меня неврастения, и я хочу лечиться.
   Лера от неожиданности таращит на нее глаза, но я беру направление и заполняю его. Она хочет спрятаться среди своих болезней. Ведь только там она может пережить и грубые реплики мальчиков, и презрительное отношение девочек.
   Болезнь будет для нее спасением и оправданием перед людьми, и позволит ничего не делать, да и управлять людьми через болезнь тоже можно, вгонять в чувство вины: "Вы-то здоровые, а я-то больна".
   Можно сойти с жизненной дистанции и не участвовать в этой вечной женской гонке поиска мужа, воспитания детей...
   - Ну, быстрее же пишите, - торопит она меня, и я протягиваю ей направление с диагнозом "неврастения".
   Она проворно хватает его и прячет в карман:
   - Вот и шестая болезнь будет, - и, не простившись, уходит, а мы с Лерой молча смотрим, как она торопливо идет к двери.
   Глядя ей вслед, я подумала, что определенные характерологические особенности личности уже предрасполагают к зависимости от мужчин, а именно, инертность - малая подвижность нервных процессов, нарушение переключаемости и патологическая фиксация психотравмирующих переживаний.

* * *

   Я еще слышу ее вопли и спрашиваю доктора: "Да, что случилось-то с ней, скажите, наконец?"
   - А я ее мужа-алкоголика на выписку назначил, а он жулик удрал до ее прихода, даже одежды не дождался, так и убежал в тапочках и тренировочных штанах к любовнице. Она в соседнем доме живет, вон ее балкон... Ну, а жена убивается..., вопит и плачет, и, похоже, это надолго. Пожалуй, пойду-ка я ее сюда приглашу, давление померю, таблеточку дам. Это ведь не в первый раз с ней случается.
   Я вздохнула и пошла к себе в кабинет.
   Бывают сюжеты для красавиц, но бывают сюжеты и для некрасавиц, - снова подумала я и открыла дверь своего кабинета.
  

LADY-BOSS

   У любой начальницы отмечают биологические изменения: снижается содержание эстрогена, отвечающего за женские качества (мягкость, нежность, отзывчивость).
  
   И в столько же раз увеличивается содержание тестостерона, мужского гормона, который делает женщину агрессивной, грубой, мужеподобной.

Мегаполис-Экспресс, май 2004 год

   Ее офис был закрыт, и я зашла к знакомой, которая работала по соседству.
   - Где Людмила? - поинтересовалась я.
   - А тебя разве не вызывали? - она раскрыла глаза и уставилась на меня. - Уж твой-то телефон был у нее наверняка.
   - А куда меня должны были вызвать? - я спросила, а улыбка уже сползла с моего лица.
   - Так она же пропала, - затараторила знакомая, - она же в последнее время заимела поклонника-уголовника, они же на богатых баб падкие, ну, и пошла любовь-морковь.
   Он у нее спрашивает: "А сколько у тебя шуб, красавица?", а она рада стараться - все вытаскивает и нутрию, и енота, и песца, во всех шубах красуется и собой любуется.
   А он опять с вопросом: "А сигнализация у тебя имеется?"
   Она: "Да у меня две сигнализации имеются и еще наружное наблюдение с видеокамерой..."

* * *

   Людмила долгое время была моей подругой. Но она постепенно успешно шла в гору, а я пыталась сохранить лишь шаткое равновесие, чтобы не скатиться вниз. Жизнь развела нас, мы все дальше и дальше отходили друг от друга.
   Тем более что характер ее в последнее время изменился так, что я сочла за лучшее убраться восвояси, но изредка все же продолжала забегать к ней на работу, где мы пили кофе и обменивались новостями.
   Характер ее стал жестоким, а речь властной и категоричной. Сотрудников она держала в ежовых рукавицах, впрочем, оплачивала их неплохо, но сеяла между ними непомерную вражду.
   Когда-то она приглашала меня на работу, и я по наивности стала излагать ей свои планы о создании теплого микроклимата в коллективе, который, несомненно, поднимет производительность труда, она засмеялась жестким смехом и прямо сказала: "А вот этого не надо! Производительность труда будет выше, если они будут работать в условиях железной конкуренции, а для этого их нужно попросту уметь стравливать друг с другом. И мне нужен психолог, чтобы с помощью своих тестов он выявлял эмоционально-волевые расстройства у тех, кого я хочу убрать. Это, во-первых.
   А во-вторых, всех моих сотрудниц-женщин нужно расставить по принципу "хорошо бы всех стерв собрать в одном месте". И та, которая выживет - останется. Слабые мне не нужны. Выживает сильнейший.
  -- И, в-третьих, - она усмехнулась, - в каждом коллективе всегда есть альтруист-недотепа, который живет по вредному принципу: "Относись к другим так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе", то есть он живет в ущерб себе, удовлетворяя чужие потребности. Не терплю подобных людей! И к таким нужно предпринимать особые меры, чтобы он не разлагал коллектив своим человеколюбием.
   Она сладко зажмурилась и, помолчав, торжествующе сказала:
  -- Его нужно уничтожить! Иными слова, съесть...
  -- То есть как, съесть? - глупо переспросила я.
  -- Съесть, схарчить, слопать, - заорала она, - создать ему такие условия, чтобы он или удавился, или попал в психбольницу, или бы начал поедать других.
   Ненавижу таких блаженненьких дурачков, - продолжала она уже потише, - конечно, я время от времени принимаю таких на работу. Поиграю с ним в кошки-мышки, а потом скушаю, - она снова усмехнулась, - или не скушаю...если будет как все....
   "Ого, подумала я, она хочет манипулировать не только профессиональным положением работника, но и его психическим состоянием, хочет устроить травлю, исходя из его характера. И для этого ей нужен психолог. Лихо-лишенько."
   Я знаю, кто мне нужен! - заявила она.
   У меня психолог есть на примете, она везде дверь ногой открывает. "Мне надо, вынь, да положь". И она не бедная женщина!" - сказала Людмила с торжеством, глядя на меня.
   "Ну, конечно, свой свояка видит издалека". Манипулятор-начальник ищет такого же манипулятора с властно-агрессивным типом поведения. Сейчас все учатся этому властно-агрессивному поведению. Если бы еще они знали, к чему это ведет... Я тихонько вздохнула.
   Увидев мое изменившееся лицо, она сказала: "Все, точка, больше ни слова - у тебя профнепригодность на лице написана. Останемся друзьями".
   И мы остались..., но не друзьями, а просто знакомыми. Но все же иногда нам хотелось видеть друг друга. Мы обменивались звонками, и я забегала в ее офис.
   Что делать, если давняя привычка связывает людей из разных социальных слоев?
   Она шла в гору, общалась с влиятельными людьми, имела "крышу", и, судя по ее словам, ее бизнес уже приобретал криминальный характер.
   Дочку она отправила учиться в Москву в какой-то аристократический пансион, баснословно дорогой. Муж тихо спивался, не переставая, впрочем, работать по месяцу на вахте, а на другой месяц уезжал отдыхать к родителям в деревню.
   Людмила вела привычный образ жизни богатой женщины: фитнес, сауна, массаж, посещала салоны красоты, и любила бывать на вечеринках, где появлялась с любовниками все моложе и моложе себя (так у них, у деловых женщин заведено).
   - Я одну свою дуру уволила, - заявила она. - Моду взяла на вечеринках с мужем появляться. Когда, говорю, любовника заведешь?! А она мне, нахалка, гордо отвечает - никогда. Тогда, говорю, проваливай, пиши на увольнение.
   Самое страшное для человека - наслаждение властью, - подумала я, слушая ее, - пожалуй, это тоже можно отнести к расстройству влечений, которое деформирует личность человека...
   К тому же она полюбила некоторые развлечения, о которых я хотела бы вам рассказать.
   Как-то на день рождения своего любовника заказала она дорого оформленную корзину цветов с коньяком "Хенесси" в шоколаде. Наняла курьера, девочку-студентку и поехала с ней поздравлять его. В общем, решила сделать широкий жест в доказательство любви, признательности и желании порадовать любимого человека.
   Девушка-курьер приносит корзину цветов, он открывает дверь, она выдает текст поздравления (возвышенный слог и милые любовные подробности), а он, извините, стоит с хорошего бодуна, опухший, небритый, с синяком под глазом, да еще и женщина полуголая из спальни выглядывает...
   Девочка опешила, но текст проговорила, он корзину взял, любезно поблагодарил, а тут вдруг сама дарительница с ласковой улыбкой поднимается, дожидаясь ответной признательности от именинника. Так было ею задумано, но не дано было замыслу воплотиться в действительность, ибо вместо признательности был большой скандал.
   Увидев соперницу, она вцепилась ей в волосы мертвой хваткой, а мужик, как и все они, махнул рукой: мол, вы, бабы, сами разбирайтесь! - и пошел курить на кухню. Она же, схватив сковородку, пошла бить еще сонную соперницу.
   Та, конечно, быстро пошла в травмпункт, под ручку с коварным изменщиком, и, говорят, тот тоже показал имеющийся в наличие синяк под глазом, который был у него до этого скандала. И натурально завели уголовное дело, но, впрочем, быстро его закрыли за очень внушительную сумму, выданную "пострадавшим".
   После этого случая приключилась новая история.
   Как-то вечером появилась Людмила в службе знакомств за несколько дней до Нового года.
   Заведующая даже растерялась, когда она возникла перед ней в роскошной шубке, с непокрытой головой. В одной руке сотовый телефон держит, а в другой ключики от машины вертит и объясняет свою просьбу о том, что она бы хотела отдохнуть и поразвлечься. И не планируется ли здесь какой-либо новогодний вечер в кафе или ресторане?
   Опешившая заведующая говорит, что да, планируется, и называет стоимость билета. Людмила отдает деньги и в назначенный час приезжает в скромное кафе, чуть-чуть с небольшим опозданием. Собрались там как раз пятнадцать женщин, и пять мужчин...
   Только они познакомились, и пять будущих пар уже обменялись оценивающе-приценивающимися взглядами и вдруг появляется очаровательное создание в сногсшибательном наряде с розами в руках, и официант сзади нее несет корзину с шампанским и с ананасами.
   Розы она подносит заведующей, официант выставляет бутылки и фрукты на стол:
   - А это для всех, - говорит она, сладким взглядом окидывая собравшихся мужчин.
   Как вы понимаете, около нее началось столпотворение, все в очередь выстроились, приглашая ее танцевать. "На расхват пошла", одним словом.
   Она же никому не отказывает, танцует, веселится от души и не пьет, она же на машине.
   Ах, как она была уверена в себе и была доступна всем мужчинам в этот прекрасный волшебный вечер!
   Ну, а женщины, конечно же, загрустили: кто с ненавистью на нее смотрит, кто с завистью. Кое-кто из них вообще покинули зал, презрительно хлопнув дверью.
   Когда вечер подошел к концу, она, мило улыбнувшись заведующей, сказала: "Спасибо, все было очень хорошо, но мне, к сожалению, пора, хотите, я вас подвезу домой?" Та, конечно же, согласилась.
   Выходит она и видит, Людмила машину разогревает, сидит на сиденье, свесив ножки, а около нее все пять мужиков стоят и смотрят с ненавистью друг на друга, ожидая, кого же она с собой возьмет. Она со всеми шутит, смеется, открывает дверь перед заведующей, захлопывает ее, быстро садится за руль, жмет на газ и весело хохочет: "Наконец-то я расслабилась! Давайте мы с Вами по городу покатаемся!"
   Надо ли говорить, что на следующий день к заведующей брачным агентством явились пять разобидевшихся мужчин с большими претензиями.
   - Она такая непорядочная, почему она нас за людей не считает?
   - А что она должна делать? - удивилась заведующая. - Всех вас пятерых с собой забрать и у себя на диване штабелями положить?
   - Она должна была выбрать кого-либо из нас, - стали возмущаться бывшие соперники.
   - Ну, знаете, - заявила обиженная за своих женщин заведующая. - Она же с самого начала заявила, что хочет поразвлечься. Вот и развлеклась.
   - Ну, оторвалась баба, - говорила она мне на следующий день. - Отыграла свои стервозные комплексы, "потопталась" на моих несчастных, одиноких бабах. Но эти-то, каковы! Дебилы с неполным средним образованием! Живут в общежитиях и всем подавай молодую, красивую, да чтоб в банке работала... И ведь никто из них не просек эту женскую игру, - сокрушалась она. - Там ведь и неплохие женщины были: умные, хозяйственные, симпатичные. Я им сказала, - докончила она, - руби дерево по своему топору, а эту и бензопилой не свалишь.
   - Ну, почему же, свалить-то и ее можно, - подумала я, но промолчала. Я знала, что к тому времени у нее мальчики появились, наглые, накаченные, продажные, одним словом. Она стала одеваться в модные тряпки, рассчитанные на молодежь: короткие юбки, топики размером с купальник, которые ей не шли и придавали ей нелепый вид, но она этого не замечала. А я уж подумывала, что взрыв гормонов в подростковом возрасте, пожалуй, менее опасен, чем их угасание в климактерическом периоде.
   Еще я замечала, что жажда стяжательства у нее нарастала, степень риска в денежных делах повышалась, и около нее появлялись мошенники всех мастей и расцветок. Я понимала, что получение легкого барыша парализует волю и зачастую приводит к разорению. Но это было не самое страшное.
   Около нее стали крутиться уголовники, а они, как известно, целенаправленно ищут вот таких разбогатевших женщин, и ублажать их они умеют, ох, как умеют, добавляя уголовную романтику в отношения, надрывно читая Сергея Есенина и распевая Михаила Круга под гитару.
   Я знала многих богатых женщин, которые "западают" на уголовников, ибо ищут острых ощущений. И жажда острых ощущений у них такова, что снижается даже инстинкт самосохранения.
   Я даже вывела формулу: жажда стяжательства прямо пропорциональна жажде острых ощущений, но обратно пропорциональна инстинкту самосохранения.
   Она не понимала, что уголовники ненавидят, ох, как ненавидят таких вот благополучных женщин, имеющих богатство и власть. Я пыталась ей это объяснить, но слушать она не хотела. В душе у нее уже была пустота, и жить ей было нечем.
   - Ну, вот, - продолжала тараторить моя знакомая, - нашли ее труп, когда уже вода вскрылась. Множество ножевых ранений, а убийц не нашли. Да разве найдут при таком раскладе?
   Я молча кивнула ей головой и, не прощаясь, ушла...

* * *

   Мне часто снится один и тот же сон: мы с ней на зеленых велосипедах едем по голубой от росы асфальтовой дороге навстречу утреннему солнцу. Нам только еще пятнадцать лет, мы торопимся в нашу сельскую школу и набираем скорость, наперегонки соревнуясь друг с другом.
   - Догоняй, - кричит она, оборачиваясь ко мне.
   И когда я просыпаюсь в слезах и с тяжело бьющемся сердцем, ее веселый крик еще долго звенит у меня в ушах.
  

TRUE WOMEN

  
   Ольга - моя привычная клиентка и часто приходит ко мне на консультации с пачкой вафель и печенья. Мы садимся пить чай и начинаем разговаривать "за жизнь". Я с удовольствием слушаю ее рассказы, но знаю, что в конце беседы мы вернемся к одному и тому же, что и составляет ее беду, от которой она никак не может оправиться.
   А в этот раз она рассказала мне про свою престарелую тетушку, которой в этом году будет 92 года, очень интересная женщина, поверьте мне.
   Родилась Антонина в семье священника, но мать умерла, а отец был репрессирован и вскоре погиб. Воспитала ее тетушка-учительница, женщина одинокая и житейски неглупая, у нее было все, что душе пожелаешь...
   Племянницу она воспитывала, прямо скажем, неплохо, учила ее шить, вязать и вышивать чуть ли не с пяти лет. Ну, а когда племянница ленилась, она ей говорила: "Ты, деточка, должна получить аристократическое воспитание, все уметь, во всем разбираться и всегда хорошо выглядеть, тогда и жизнь у тебя хорошо сложится хоть при белых, хоть при красных, хоть при серо-буро-малиновых!"
   Поэтому племянница, как и тетушка, хорошо разбиралась в антиквариате и бриллиантах, посуде и картинах.
   Ну, надо ли говорить, что посуда у нее и до сих пор сплошь Гарднер-Кузнецов, мебели немного, но за нее ох как много дадут, потому как она, опять же, из красного дерева. Золотые кольца и сережки с бриллиантами и изумрудами у нее не переводились.
   В 1932 году племянница вышла замуж за крупного партийного работника, бездетного вдовца старше ее на 10 лет.
   Он ей ничего не давал делать, сразу же взял домработницу, чтобы она вела хозяйство, и сказал, что жена должна украшать его жизнь. Но первой жене он такого не говорил.
   Кстати, вскоре он завел дачу и там разводил цветы. И никаких овощей! Он их на рынке покупал.
   Привезет он на дачу жену, в гамак посадит и работает, а ей только ягодки мытые на блюдечке с синей каемочкой подносит. Такая у нее была барская жизнь.
   Или она на даче отдыхает, или он ее на юг везет, а бывало, что и за границу они уезжают. Она то и дело говорит: "Я не зря жизнь прожила - мне есть, что вспомнить".
   Служила она в каком-то архиве, бумажки перекладывала с места на место. А дома муж и стирал, и гладил, и готовил, ей ведь домработница не понравилась - чужой человек в доме. Он даже ей не давал чайник поднять: "Женщина, - говорил он, - не должна поднимать чайник. Это - тяжесть! Только полчайника".
   Тетушка жила с ними и племянницей была довольна. В общем, по хозяйству и, той и другой только и разрешалось, что чай ставить.
   Каждое утро муж просыпался первым, начинал ей завтрак готовить: яйцо "в мешочке", какао или горячий шоколад, чай и кофе она презирала.
   Булочку маслом ей намажет, сыр сверху положит и уж тогда только ее будить начинает: "Тонечка, вставай, завтрак остынет". А вечером, на ужин, ее творожок ждет, мужем сделанный... у него всегда около раковины на гвоздике мешочек с творогом висит для "Тонечки".
   Она любит говорить, что женщина должна быть в жизни актрисой, но главное не переигрывать. Где-то надо быть здоровой, а где-то и больной притвориться... Но своей болезнью мужа не утруждать, а болеть красиво. В обморок, например, изящно упасть или на мигрень пожаловаться и голову красивым платочком повязать, нюхательной соли попросить принести "Ах! Ах! Мне плохо".
   - Тетя и меня всегда учила, - вспоминает моя клиентка, - мужики в таблетках ничего не понимают, ты витамины пересыпь в пустой пузырек из-под сердечных таблеток, иной раз пожалуешься на сердце, таблетку выпьешь, конечно, муж и скажет: "Иди ложись, отдыхай, душенька!". - А она и сейчас удивляется, как, мол, это другие болеют, - у меня ничего не болит. Еще бы! У мужа был условный рефлекс, как у собаки Павлова, помните опыт с собачкой: лампочка - слюна - пища, а у него - жена - дача - гамачок. Плохо ли?!- не без зависти замечала племянница.
   - Детей у них не было, - продолжала она рассказ, - да они и не хотели их иметь. Она, бывало, выйдет с мужем погулять по вечерам, а около дома всегда женщины на скамеечке сидят. Она около них остановится и ему скажет: "Леня, сходи, милый за кофточкой". Женщины скривятся от зависти и говорят ей: "Ты, прямо как белая барыня, а муж у тебя - как слуга на побегушках". А она им отвечает: "Я и прожила, как белая барыня, за своим-то мужем. Кто вам так жить мешает? Вы, как лошади загнанные, за мужьями алкоголиками".
   Ну, женщины, конечно же, признавали, что она мужа-то своего умнее и его до своего уровня вытягивала. А когда с прогулки они возвратятся, - неспешно рассказывала Ольга, - поужинают и друг другу книги по очереди читают, в основном классическую литературу: Пушкина, Толстого, Достоевского... А когда телепостановки шли, так они каждую реплику наизусть знали и режиссеров ругали за то, что те неточности допускали в трактовке великих классиков.
   Квартиру они, конечно, в чистоте держали, ни одной пылинки не было. Паркет даже на кухне. Ей его раз в месяц начищают уже пятьдесят лет. Мебель старинная из красного дерева, легкая и красивая, трюмо, комод, шкаф и секретер старинный и кровать, красоты необыкновенной, - она ведь мебель всю жизнь собирала. Стол у нее круглый и на нем всегда стоят две вазы с цветами и фруктами. Всегда.
   Золотых вещей у нее было много, но она их выгодно продавала. Я ее просила мне что-нибудь из бриллиантов оставить, так она губки поджала, еще, мол, чего: "Я должна жить достойно!" - с легкой обидой поведала мне клиентка. - А телевизор у нее "супер-пупер" - домашний кинотеатр, но смотрит она только канал "Культура". Женщин она терпеть не может и уважает только двух великих женщин: Эсте Лаудер и Коко Шанель.
   Вещи у нее из шифоньера не падают, она их все раздает, что надоест, а сама любит одеваться во все легкое шерстяное и хлопчатобумажное, брючки-рубашечки.
   Но шьет и вяжет она сама - это дело она любит. Когда ей было уже восемьдесят лет, она сшила себе джинсовые брючки и рубашечку, да вот еще недавно она себе кардиганчик связала - такой в "Интермоде" 4,5 тысячи стоит, итальянский.
   Я ей говорю: "Откуда такой фасончик узнали?" Она улыбнулась - похожий, мол, был в журналах мод 1923 года.
   Так вот на 90 лет она не выглядит, а выглядит на 70.
   Я ее два раза в месяц по магазинам вожу, она одна боится выходить, и она покупает все, что ей нравится. Бриллианты свои она продала - денег у нее много, она недавно французскую туалетную воду купила за 6 тысяч, да все ругалась, что она не такая, как раньше...
   Про посуду я тоже говорила, только Гарднер и Кузнецов, кстати, чашки у нее не бьются как у некоторых, да и посуду она тоже потихоньку продает с выгодой для себя.
   Ну, вот после смерти первого мужа, он умер, когда ей было 70 лет, через месяц она вышла замуж за своего овдовевшего одноклассника, и тот тоже с нее пылинки сдувал и рад был, что его обожаемая Тонечка хоть на старости лет его осчастливила.
   Он даже до сорока дней ждать не стал, тут же ее в ЗАГС потащил, и поминки по ее умершему мужу они справляли вместе. С ней он прожил до 90 лет. И я помню два года назад, незадолго до смерти, она его выведет на улицу с половичком, он половичок тащит, а она палочку для выбивания пыли. На улице он берет палочку и как стукнет по половичку, да и на бочок валится. Она его за шиворот твердой рукой поставит, палку поднимет, в руки ему даст, и он опять по коврику бьет, а она приговаривает: "Мужчина должен трудиться. Ты у меня настоящий мужчина, не будешь на диване лежать, как некоторые". Ну, он и рад стараться.
   Потом он с половичком под мышкой идет вперед, а она с палочкой сзади. Он остановится, а она его палочкой подталкивает, иди, мол, не стой.
   Два года назад он и умер, и все не раз говорил, что рад был до смерти, что ему посчастливилось с любимой Тонечкой пожить, да и умер у нее на руках с этими словами.
   - Она, - уверял он, - настоящая женщина. True women, одним словом.
   Она и сейчас, по-моему, замуж выйти не прочь, - ехидно заметила моя клиентка. - Она иной раз и говорит мне: "Я бы такого нашла, чтобы командовать им можно было. Я умею командовать. - И добавляет: "Я очень люблю это делать". И вздыхает, что женихов нет - все вымерли.
   Настоящая женщина на любом возрастном этапе может выйти замуж, не правда ли?
   И главное, может заставить мужа работать на себя, все мы знаем эти приемы: кнутики осуждения и прянички одобрения в умелых руках ох, как хорошо срабатывают... Да мужа от себя не отпускать, да похваливать почаще, но не у всех женщин это получается, уж поверьте мне.
  
   Потом Ольга переводит речь на себя и начинает плакать: от нее уже как семь лет муж ушел, а она все плачет, убивается.
   - Я его жалела, ничего делать не заставляла, а она заставляет его работать, а он все равно ее любит. И как она его в "руках держит", не понимаю?
  
   Ведь и я эту женщину хорошо знаю, и тоже удивляюсь, что он, тихий алкоголик в прошлом, сейчас живет с ней и в рот ни капли не берет даже пива. А когда он сидит в гостях, он кроме тарелки ничего не видит.
   Я как-то ее спросила:
   - А может женщины у него все же есть?"
   - Какие женщины" - отвечает она. У нас два участка - он хочет только спать, - и загадочно улыбается.
   Она не скрывает от подруг, что мужу потихоньку изменяет. А муж как приходит домой - молоток в руки, гвозди в зубы и вперед: то прибивает, то красит, то еще что делает.
  
   Ольга уже плачет:
   - Соседи ее одобряют и ставят мне в пример, мол, посмотри, как она своего мужа уважает. Она ведь никогда плохого слова не скажет и голоса не повысит. Настоящая женщина, одним словом.
   - А я...- она заливается слезами, - где я только ни была! У всех врачей была, у психологов была, у экстрасенса была, всех бабок-гадалок в области знаю. И никто мне не помог его вернуть, а все ведь обещали...
   Я понимаю этих женщин: каждая из них - яркая личность и каждая со своей индивидуальной манерой поведения является антиподом другой. Но первые могут изменить свою судьбу, а вторые, увы, не могут. Вот и Ольга барахтается в своих чувствах и не может ни на кого другого переключиться, и это ее большое несчастье, а вовсе не то, что муж ушел к другой женщине.
   Мы допиваем чай, она прощается и уходит, моя привычная клиентка, которой я не могу помочь. А я мою чашки и думаю, как хорошо, что настоящих женщин так мало, а то перевелся бы и род человеческий, да и только...
   И я полагаю, что вы со мной согласитесь...
  
  
  
  
  

DESTINO

  
   Чем бы ты ни жил - все равно это Жизнь.

Роберт Пенн Уоррен

  
   Эти разные истории глубоко запали мне в душу, хотя прошло уже несколько лет, но я почему-то не могу забыть их, может быть, это потому, что они произошли в один день? Кто знает?
   Случилось так, что когда я пришла работать в наркодиспансер, все кабинеты были заполнены. Места мне не находилось и я кочевала из кабинета в кабинет, пристраиваясь на свободный стул и, с интересом наблюдая за работой врачей-наркологов.
   Я смотрела внимательно, и, поверьте мне, не переставала удивляться. Ведь, у каждого врача была своя индивидуальная манера общения с алкоголиками. У кого-то вежливо-отстраненная, у какого-то доверительно располагающая, у кого-то глубоко жалостливая, а у кого-то и откровенно грубая...
   Но вот грубая-то манера иной раз очень хорошо подходила к некоторым больным.
   Итак, история первая.
   В кабинет вкатываются двое человечков невысокого роста: муж и жена.
   Муж грязный, заросший и очень злобный со вчерашнего похмелья, жена такая же, как он: неухоженная, в криво повязанном платке и старенькой одежонке. Волосы вылезают из-под платка и торчат в разные стороны, и оба они похожи друг на друга, как однояйцовые близнецы ни на секунду не расстающиеся друг с другом. И чем-то еще оба они напоминали лохматого Чебурашку из мультфильма.
   Едва переступив порог, женщина заголосила:
   - Доктор, миленькая, полечите его, пожалуйста - сил с ним никаких нет.
   - Пошла ты на ..., - тем же визгливым голосом заговорил больной. - Дура, тебя самою лечить надо!
   Жена продолжала привычно голосить по привычному сценарию:
   - Доктор, простите его дурака. Это он когда пьет, дурной становится, а когда трезвый, он и мухи не обидит: и дети его любят, и соседи его уважают. Он ведь все умеет делать.
   - Замолчи, дура, - снова завизжал больной: - Отстань от доктора. Чего орешь, как поросенок недорезанный.
   Доктор махнул рукой жене, и та, как колобок, выкатилась в коридор. Муж привычно проходит вперед и садится перед врачом.
   Через несколько минут врач поднимает голову от амбулаторной карты и неприветливо спрашивает:
   - Чего пришел-то?
   Больной взвивается, словно сел на иголку:
   - Как Вы со мной разговариваете?! ...(далее идут ругательства)...
   Когда он замолкает, врач невозмутимо спрашивает:
   - Ну, и что тебе надо?
   Больной кричит:
   - Я пришел лечиться! Как Вы смеете со мной так обращаться?! (ох, не хотел он лечиться, а увидев равнодушие доктора, вдруг и захотел).
   - Сам хочешь лечиться или жена настаивает?
   Больной чистосердечно признается:
   - Ну, жена.
   - Ты на каком этаже живешь? - снова задает вопрос доктор, невозмутимо уткнувшись в карточку.
   - На пятом, - растерянно отвечает больной.
   - Лучше бы она тебя с пятого этажа сбросила - всем бы хорошо было.
   Больной уже не кричит, а растерянно хлопает глазами и шепчет:
   - Почему это?
   - Да, ты на себя в зеркало посмотри, - доктор отрывается от бумаг и возмущенно смотрит на больного. - На кого ты похож: грязный, оборванный, волосы торчат, как у Чебурашки! Кому ты нужен?
   - Я лечиться пришел, - скулит больной. - Меня положить надо, жена сумку собрала и тапочки, и пряники, а Вы издеваетесь!
   - Ну, ладно, так и быть - пойдешь лечиться, - меняет гнев на милость доктор. И далее он задает специфические вопросы: длительность запоя, суточная доза, толерантность, где, когда, с кем...
   - Жена-то разводом не грозит? - интересуется доктор.
   - Ну, бывает, - соглашается больной.
   - Ну, не глупая ли она? - возмущается доктор: - Да тебя помыть, постричь, пролечить - ты еще хоть куда! Где она такого найдет?
   Больной радостно улыбается и кивает:
   - Ага, я ей тоже самое говорю.
   - Ладно, зови жену, - доктор отдает направление жене, и они оба довольные идут в приемное отделение.
   Я наблюдаю за ними и вижу их совместную жизнь. Она как бы слилась со своим пьяницей-мужем и кажется, что он часть ее тела, как рука или нога, и, слившись, эти два человека рождают горестное недоумение в душе.
   Надо ли говорить, что это типичная жена алкоголика.
   Когда за ним закрылась дверь, доктор умудрено изрекла следующее: "Жену вчера в магазине видела, плачет - положите Христа ради. Я хоть отдохну от него, ремонт сделаю... Вот мы его и положили, голубчика".
   Я восхищаюсь доктором: вот уж точно, брось в человека сначала горшком, а потом цветком, а не наоборот. Он пришел скандалить, а она его умело спровоцировала на скандал, он выпустил пары и успокоился, получил направление и пошел лечиться.
   Вот она, алкогольная дисфория, тоскливо-злобное настроение, которое длится от нескольких часов до нескольких дней. Зачастую при этих состояниях человек ищет объект, на котором он может сорвать зло, а разрядился и все - делай с ним, что хочешь, на все согласен.
   Сразу же за этой парой входит следующая пара. Высокий, здоровый мужик, похожий на молодого Ельцина и такая же жена, ему под стать. Оба в джинсах, кожаных куртках и одинаковых свитерах, и все на них дорогое и модное.
   Женщина решительно подходит к столу:
   - Доктор, его надо лечить!
   Он, настороженно озираясь, бубнит:
   - Много ты понимаешь, тебя саму надо лечить...
   Но ругаться побаивается, покорно садится на стул, подталкиваемый женой.
   - Я не буду лечиться, - сопротивляется он.
   - Будешь, будешь, еще как будешь, - твердо говорит жена, больно ткнув его кулаком в плечо, да так, что он сморщился от боли.
   И снова доктор деловито задает те же вопросы: длительность запоя, суточная доза, толерантность, где, когда и с кем.
   Муж коротко отвечает, затравленно оглядываясь на жену, жена не спускает с него глаз, лишь изредка вставляя свои реплики.
   Медсестра смотрит на нее с уважением и, взяв направление, идет с ними в приемный покой.
   Заполняя карточку, доктор задумчиво проговорила:
   - А ведь она его больно в плечо-то ударила, его аж перекосило.
   - Да это что, - хохочет вернувшаяся медсестра, - около приемного покоя она его отдубасила как следует, об стенку его колошматила, пыль только от него летела в разные стороны! Вот это женщина - настоящая боевая подруга! - восхищается она.
   А третья пара меня удивила. Скажу сразу, подобной женщины среди жен алкоголиков я не видела. Ведь в основном преобладают "чебурашки", и "верных подруг" тоже хватает, но таких еще не было.
   Решительным шагом в комнату вошел красивый в прошлом мужчина, весьма похожий на всем известного алкоголика Гошу из к/ф "Москва слезам не верит".
   Лицо его было одутловато-сизое и отекшее, но глаза сверкали острым серым блеском. Одет он был в залоснившийся серо-буро-малиновый свитер, по которому можно было судить, что его покупал мужчина, которому все равно, что носить. Но возможно этот свитер купила жена, и за этой покупкой скрывается равнодушие и холодность: сойдет, мол, и так.
   Он сел и стал говорить четкими рублеными фразами, голосом генерала Лебедя.
   - Значит так, я работаю на вахте месяц. Привожу деньги и отдаю их жене. Себе оставляю, сколько надо на выпивку и неделю пью. Вторую неделю - болею и восстанавливаюсь. Третью - отдыхаю, жене в хозяйстве помогаю, четвертую - собираюсь в поездку. А сейчас третью неделю остановиться не могу - это непорядок!
   Пока шла беседа с доктором, мы с медсестрой смотрели на жену и понимающе переглядывались между собой.
   Она стояла поодаль, не вмешиваясь в разговор, в ладном сером костюме с розовой блузкой, на ней были красивые золотые украшения, руки были ухожены, длинные ноги в красивых туфлях твердо стояли на земле, и откинутая голова с безупречной прической - давали понять, что это была птица высокого полета.
   И глядя на ее холеное лицо, уже можно было не сомневаться, что плотские радости были ей не чужды, ох, как не чужды...
   Это была не женщина - это был сплошной подарок, и вы только попробуйте не выразить ей восхищение, имеющий глаза царскую корону да видит...
   Беседа прервалась, мужчина с возгласом "Нет, так не пойдет!" выскочил в коридор, а жена вопросительно посмотрела на доктора.
   - Ему не понравилась цена пяти дней анонимного лечения, - ответила доктор на ее молчаливый вопрос в глазах.
   Она кивнула и вышла, через минуту он явился, так же решительно сел и сказал: "Ладно. Я согласен".
   Он взял направление у доктора, и они пошли в сторону приемного покоя.
   Тогда мы протянули дружное, в три женских голоса восхищенное "Да-а-а...Какая женщина! Королева, да и только!".
   А доктор, помолчав, добавила: "С дураком живет, но живет по-умному, да и дурью его не заражается, молодец женщина да и только!". И мы с ней, конечно же, согласились...
   Да ведь и вы с ней согласитесь, не правда ли?

ПОСЛЕДНЯЯ ДАНЬ

Моей подруге Людмиле Карбышевой

   посвящается..
   Посмертно.
   Как-то на работе меня вызвали к телефону. Звонила моя подруга с просьбой зайти к ней немедленно, а поскольку рабочий день уже кончался, я быстро побежала одеваться.
   Подруга была взволнована, в ее группе покончила самоубийством девочка-второкурсница, "очень талантливая девочка" уточнила она, "очень умненькая, но некрасивая".
   Говорят, что даже проректор был потрясен этим фактом. Он на вступительных экзаменах был председателем приемной комиссии и, увидев ее, по первому впечатлению, подумал "Этой - двойку поставлю".
   - Вот таковы все мужчины, - подумала я, - и таковы их реакции на некрасивых девочек. Но она так хорошо стала отвечать по билету, что он заслушался, поставил ей пятерку и рассказывал о ней всем в приемной комиссии, и долго удивлялся, что она такая эрудированная. Часто интересовался ее успехами и говорил, что уж ее-то он любой ценой оставит при кафедре...
   И смерть девочки для него была потрясением, он почему-то думал, что ее кто-то из мальчиков довел до самоубийства: "Ушел, поди, к какой-нибудь красивой дуре!" - возмущался он.
   ...Она еще, что-то говорила, а я вспоминала тот далекий август в Москве 1973 года.
  

* * *

   Я уже сдала экзамены в мединститут, и набранные баллы вкупе со стажем уже давали право поступления, но я суеверно отгоняла эти мысли, ибо сердце мое начинало учащенно биться, к горлу поступал комок:
   - Господи, неужели я все же поступила, неужели я буду учиться в Москве. Надо сразу же найти Люду, второкурсницу! - уже планировала я свою будущую студенческую жизнь. - Интересно, а где она сейчас, в стройотряде или уехала на каникулы домой?
   С мыслями о подруге, я встала, и вяло пошла в ванну умываться. Мне было грустно. Соседки уже разъехались. Я была одна в опустевшем общежитии и ждала решения приемной комиссии.
   Вот и сейчас я решила купить несколько разных пирожных и немедленно их съесть друг за другом, а потом погулять и посмотреть Москву. Весело натянув сарафанчик, я побежала в соседнюю кондитерскую. Надо ли говорить, с какой радостью я выбирала невиданные мною в деревне пирожные и как я предвкушала радость их поедания...
   Ускоряя шаг, я вышла из кондитерской, и вдруг меня окликнули по имени, я повернулась и увидела знакомую по прошлому году абитуриентку, а ныне уже второкурсницу Надю.
   Обменявшись приветствиями, я тут же спросила про Люду, где она и когда приедет: "Люда умерла, - как мне показалось, холодно сказала Надя. - Она покончила жизнь самоубийством в конце апреля".
   Я непонимающе смотрела на нее. Мудрое сознание запаздывало принимать страшную новость, оно пыталось амортизировать удар, и я почему-то вспомнила, что Люда писала мне редкие открытки, а на зимние каникулы даже и заехала ко мне на два дня.
   Она впервые мылась в деревенской бане, с восторгом ела деревенские блюда, и ходила со мной на ферму, где я работала дояркой. Она ободряла мою маму, говоря, что уж в этом году я обязательно буду студенткой, любимого нами медицинского института, а ночью мы много разговаривали и засыпали быстро и радостно.
   Я посадила ее на поезд, и расставание наше было легким и полным надежд, ведь впереди была радостная встреча. А еще под Новый год я получила от нее открытку, где она после и поздравления написала такую замечательную фразу: "Учись, Заяц, и помни, что 1974 год мы будем встречать с тобой в Москве".
   Как же так, как я буду встречать его без Люды? Без моей любимой подруги, которая была мне, как сестра?!
   Надя бросила на меня сожалеющий взгляд, извинилась и побежала по своим делам, а я осталась на ледяном ветру, который еще минуту назад был теплым и ласковым. Сознание смягчало удар, как могло, оно обрушило на меня целый пласт воспоминаний о еще живой Люде. Вот мы в студенческой столовой, где она, улыбаясь, учит меня, деревенскую девочку, есть при помощи вилки. Вот утешает после неудачного экзамена, который я провалила, и она, плюнув на подготовку своего последнего экзамена, поехала показывать мне Москву.
   Я была страшно застенчива и боялась обращаться к важным продавцам и всегда просила ее купить мне что-либо. Она обычно с охотой выполняла мои просьбы, но в тот последний мой день отъезда на Казанском вокзале, когда я попросила ее купить мне пирожки, она взорвалась как бомба: "Ну, хватит! Сейчас ты пойдешь и купишь сама, хватит бояться людей. Ты что, хочешь быть барынькой, чтобы друзья исполняли твои прихоти, из-за того, что ты боишься подходить к людям? Когда-нибудь это придется делать самой, иди и купи сама все, что тебе надо".
   Я не была барынькой. Я была деревенской девочкой. И несмотря на хрупкое телосложение, управлялась со всеми деревенскими работами. Я умела пилить дрова двуручной пилой без напарника, и это получалось у меня так быстро, что, бывало, и мужики смотрели на меня с уважением. Я умела колоть дрова, интуитивно выбрав ту единственную точку, попадая в которую, дерево с первого удара разлетается на две половинки. Я копала огород и чинила забор, твердо вбивая столб в землю. Я не боялась даже самых бодливых коров, но я боялась незнакомых людей и впадала в глубокий ступор, когда пыталась обратиться к ним с простой просьбой.
   Глядя в ее безжалостные глаза, я взяла сумку и пошла к продавцу пирожков, затем я купила мороженое и даже, что бы закрепить свои успехи, спросила время у пожилого мужчины. Появившись перед ней, я протянула ей пирожки и мороженое, она улыбнулась и обняла меня...
   Вспоминания рвали мою душу, но сознание еще не включалось.
   Неожиданно для себя, я с ненавистью посмотрела на пакет с еще недавно желанными пирожными, и с силой швырнула его на землю.
   Но тут же подняв пакет, с остервенением стала запихивать его в урну около кондитерской. И это порывистое движение отрезвило меня: "Люда умерла, я ее никогда не увижу".
   "Да, - холодно подтвердило мое сознание, уже принявшее бразды правления в свои руки. - Она умерла!"
   Но боль все равно не стихала. Я долго бесцельно бродила между домами, избегая шумных улиц, и только к вечеру вернулась в общежитие.
   Сидевшая с вахтером наша любимая комендантша Мария Ивановна, увидев меня, встревожено встала и вышла мне навстречу, и, обнимая без слов, повела меня в свой кабинет. А за ней от лифта уже бежала Нинуся Шмулензон, моя будущая подруга, и тут я с каким-то странным облегчением заплакала и стала рассказывать про Люду, пирожки и открытки...
   Мария Ивановна прижимала мою голову к груди и укачивающими движениями гладила меня по голове. Я слышала, как стучало ее сердце с редкими перебоями, а Нинуся держала меня за руки и тоже плакала.
   Потом мы успокоились, Нинуся вытерла мне слезы своим носовым платком, а Мария Ивановна поставила чай и разложила домашние печенья на тарелке.
   И я уже с раскаянием вспомнила, что не надо было выбрасывать пирожные... Потом мы пили чай в молчании, как бы отдавая последнюю дань умершей девушке...

* * *

   - Конечно, в молодости так тяжело осознать свою некрасивость на фоне смазливых и раскованных подруг, - с горечью сказала моя приятельница, и я очнулась от своих воспоминаний.
   - Ты считаешь, что из-за этого она и покончила жизнь самоубийством? - переспросила я дважды, ибо она не слушала, углубленная в свои горестные мысли.
   - Да, конечно, - ответила она, - я ведь с ними работаю и вижу, что у многих некрасивых девочек еще более выражено желание получить мужское внимание, обожание, наконец, одобрение своим действиям.
   - У многих есть компенсация за некрасивую внешность - ум. С помощью ума многое получишь от жизни, - добавила я, думая, что не исключено, что за самоубийством стоят и психические заболевания, но такие варианты встречаются редко. А вот депрессивные состояния у молодых бывают достаточно часто. Возможно, что родители просмотрели депрессию.
   Надо ли говорить, что некрасивая внешность приобретает характер хронической психотравмы, и какое-либо событие, затрагивающее эту травму, вполне может послужить толчком к суициду, ибо срабатывает эффект "последней капли". Возможно, чье-то нелестное замечание, грубость вполне имело место, кто знает?
   Но часто у некрасивых девочек развивается чрезмерная значимость отношений с подругами, потерять их страшно бояться, какая-то патологическая привязанность к ним развивается, и живут они жизнью подруг...
   А ссора с ними может приобрести свойства "ключевых переживаний":
   - Говорят, что ее самоубийству предшествовала ссора с подругой по телефону, она после ссоры пошла в магазин, купила уксус, написала записку родителям и выпила тот самый уксус, - снова заговорила подруга.
   - Родители спохватились, что она из комнаты не выходит, а она уже без сознания.
   - Вызвали "Скорую" сразу же и на капельнице отвезли ее в реанимацию, а там она и скончалась.
   - Две ее подруги на похороны не явились, может, и впрямь была какая-то ссора, а мать плакала, и приговаривала "лучше бы ты хуже училась", - на ее глаза навернулись слезы, и мое сердце сжалось.
   - Ну, а какой она была по характеру, ты помнишь? - быстро спросила я.
   - Скрытная очень и еще очень неуверенная. И эта неуверенность как-то странно сочеталась с категоричностью суждений. Вот скажет, как отрежет, хоть кол на голове теши - не отступится. Видит только черное и белое без полутонов. И критики не переносила, - встанет и уйдет, а потом молчит, по неделям, не разговаривает. Впрочем, я таких девочек в жизни знаю, - подруга усмехнулась - одна банкиром хочет стать, другая политиком. Одна так и говорит: "У меня нет богатых родственников и красоты, но я всего добьюсь сама!"
   - И добьется, - подруга улыбнулась, конечно, тоже "зациклилась" на этом, - но хоть в петлю не полезет из-за того, что некрасива. Все-таки это неплохо, да?
   Я подумала, что есть и другие пути в жизни, но согласно кивнула головой, и стала рассказывать о трех женщинах, трех женах алкоголиков, увиденных мною в наркодиспансере. Она слушала с интересом и неожиданно воскликнула:
   - Боже мой, какие разные судьбы у этих женщин! Но уж лучше такие мужья и такая жизнь, чем ничего?!
   И я с ней согласилась безоговорочно. Эти женщины жили и строили свою жизнь, ну что поделаешь, если мужья у них алкоголики, но есть дети, внуки, и цепь поколений не будет прерываться...
   - Лучше это, - подытожила моя подруга, - лучше это, чем ничего.
   Каждый проходит свой жизненный путь в зависимости от темперамента, характера и воспитания, а у погибшей девочки этого пути уже не было...
   И мы замолчали, объединенные общим женским молчанием, а потом мы пошли на кухню пить чай и обсуждать свои нехитрые домашние дела, ведь наша жизнь продолжалась, и обрывать ее мы не собирались, ибо знали ей цену.
  

НИМФЕТКИ-МАЛОЛЕТКИ

   Канадские ученые обнаружили, что женщина преображается, когда для нее приходит период брачных игр. Природа слабого пола устроена так, что кожа женщины сама по себе без всякой косметики разглаживается и приобретает блеск. То же самое происходит и с волосами. В глазах загорается завлекающий огонь, губы полнеют, и вся внешность приобретает более притягательный для мужчин вид. Женщины меняют свои привычки и в одежде, начиная носить более провоцирующие на сексуальный контакт платья. Изменяется даже запах кожи.
   Психические изменения выражаются и в более ревностном и злобном отношении к другим женщинам, которые из подруг мгновенно превращаются в ненавистных соперниц.

Николай Краузе

Мегаполис-Экспресс, май 2004год

   Она ворвалась в дом, сшибая дверь и ловя на лету сброшенные с ног босоножки.
   Бросившись на кухню, где сидели ее мать - моя подруга - и я, она подбежала к крану, и, включив холодную воду, начала ее жадно пить. Лицо ее горело, а глаза с расширенными зрачками отливали колдовским светом.
   Мы с подругой остолбенело хлопали глазами, а чертовски красивое создание 13-ти лет уже бежало в комнату, а в нашу сторону полетели лишь упавшие с ног босоножки.
   - Мама, я сейчас переоденусь, и мы с Андрюшей пойдем на пляж, где он будет меня фотографировать.
   Моя подруга, женщина твердая и расчетливая, она же мама юного создания спросила:
   - Кто этот Андрюша? И откуда он взялся, хотелось бы узнать?
   - Посмотри в окно, - прокричало юное создание, очевидно переодеваясь.
   Подруга подошла к окну и повернула ко мне побледневшее лицо.
   - Да ты хоть знаешь, кто он? - спросила она ее, уже снова впорхнувшую в кухню в летнем сарафане и готовую убежать к неизвестному Андрюше...
  
   Приходилось ли вам, дорогие читательницы, видеть как у некоторых девочек-подростков в период между 12 и 15 годами, в период бурного гормонального взрыва вдруг появляется удивительная подростковая красота, которую уж и не знаешь, как назвать: дьявольской или ангельской.
   Неожиданно обнаруживается точеная фигурка, на удивительной белизне лица (никаких там юношеских прыщей нет и в помине) расцветают нежные голубые глаза, а шея лебедя гордо несет точеную же головку с гордостью принцессы, будущей королевы.
   Лолита, описанная Набоковым, бледнеет перед ней, да и, в конце концов, вы согласитесь, что она все же пошлая девочка, не правда ли?!
   Но таких девочек я видела немного, ох, как немного, чтобы описать это чудное явление.
   Помню я внучку моей квартирной хозяйки, которая в 13 лет и 8 месяцев вдруг за несколько недель превратилась в такое чудо дивной красоты, что когда она переходила трассу Ульяновск - Димитровград, машины останавливались, и водители или выворачивали шеи, или выпадали из машин и ошалело шли за ней, чтобы задавать какие-то вопросы.
   Надо ли говорить, что она никогда не останавливалась и на вопросы не отвечала...
   А когда мне требовалось уехать в Ульяновск, она меня провожала, и по дороге на остановку автобуса около нас останавливалось десятка два машин, а мы веселились, считая их.
   Иногда я садилась в машину, помахав ей рукой, и разочарованный водитель недоуменно спрашивал: "А молодая не едет, что ли?"
   Я и сама была нестарой, тридцати еще не было, но я не обижалась, ибо понимала, что имею дело с Чудом природы, которому глупо завидовать и уж не менее глупо на него обижаться.
   Это цветенье продолжалось 4 месяца с мая по август включительно, и много чего произошло за эти 4 месяца, ибо мужчины словно сходили с ума (и старые, и молодые), и всем хотелось смотреть на нее не отрывая глаз.
   Но неземная красота вдруг кончилась, хотя гормональный взрыв продолжался, и она вскоре сформировалась как взрослая девушка с женскими уже формами, но былое, с ума сводящее очарование, ушло, испарилось, исчезло, словно бы его и не было.
   И машины на следующий год уже тоже перестали останавливаться, когда она переходила дорогу. Мы спокойно шли с ней к автобусной остановке, где я уезжала рейсовым автобусом в Ульяновск.
   Но хочу сказать, что в ту пору ангельского цветения в нее влюбился Олег, жених ее сестры Наташи.
   Олег родился в один день с Наташей в одном роддоме, вместе ходили в детсад и 10 лет сидели за одной партой..., и быть бы им вместе, но в то колдовское лето Олег влюбился в неземную красавицу.
   Красавица могла бы его оттолкнуть, Наташа плакала, умоляла ее оставить Олега, но гормональный взрыв сделал ее сестру безжалостной, и она наслаждалась своей властью.
   Но, не надо осуждать красавицу. Неизвестно, что бы вы сделали на ее месте, ибо сладкое блюдо слаще вдвойне, если ты выхватываешь его из-под чьей-то уже протянутой руки. Такова жизнь.
   Стоит заметить, что год они дружили втроем, но влюблен он был в одну - младшую сестренку бывшей невесты.
   Когда он вернулся из армии, Наташа уже вышла замуж, но родила больного ребенка и очень страдала от этого. А красавица-сестра была по-прежнему хороша, но той прежней ангельской красоты уже не было, ну, да может быть, это и к лучшему.
   Дело шло к свадьбе, как вдруг коварная красавица вышла замуж за его друга Николая.
   - Ай, да невеста! Ушла из-под венца! - судачили в поселке и удивленно смотрели на Николая.
   Олег, будучи человеком все же глуповатым, напился и пошел бить морду бывшему другу и товарищу. Но драка не состоялась, ушел он от молодоженов спокойным и запил так, что за год превратился в законченного алкоголика.
   А был бы умный, так скорехонько бы и догадался, что за месяц до свадьбы мать его, главврача ЦРБ, в одночасье парализовало, и красавица ухаживать за ней вовсе и не собиралась. А друг его Николай имел здоровых и вполне обеспеченных родителей, да еще и крепкий дом, полученный в наследство от бабушки.
   Всего-то и надо бы связать воедино эти два события и не горевать, а радоваться - ведь жена из нее получилась никудышная, да и счастливчик Николай тоже вскоре спился.
  
   Знала я и другую девочку, которая в том же нежном возрасте стала любовницей 30-летнего женатого бизнесмена, и тот возил ее по всей России на чартерных рейсах, одевал, обувал, как картинку, и даже умолял ее выйти за него замуж...
   А где были родители?! спросите вы? А нигде!
   Отец пил и чередовал наркодиспансер с вахтовой работой, а мать работала проводницей, и говорят, тоже была баба - не промах... И на дочкины шалости закрывали глаза.
   Но к слову скажу, что девочка училась на "отлично" и только частые отлучки помешали ей получить медаль. Она знала хорошо два языка и учила третий, и вскоре поступила в Москву учиться на факультет журналистики. На мой вопрос, а не хочет ли она выйти за любовника замуж, как он планирует, по достижении ее совершеннолетия, очень удивилась и честно мне сказала, что в своей жизни она многого хочет добиться через мужчин и на одном - не остановится.
   "Использовать мужчин с выгодой - вот мой девиз!" - твердо сказала она. Такие вот были у нее амбиции.
  

* * *

   Запомнилась мне еще одна красавица. Той тоже было 16 лет, ее провожал 40-летний мужчина, которого я приняла за ее папу.
   Он был не в себе до такой степени, что перед регистрацией на самолет, оглядывая толпу с отчаянием, вдруг бросился ко мне с просьбой не отлучаться от нее ни на минуту (так и сказал: не отлучаться!) и вручить ее (так и сказал: вручить!) престарелой тетушке в аэропорту Москвы.
   Ну, надо ли говорить, что на красавицу оглядывались все мужчины.
   А уж восточные товарищи в Московском аэропорту останавливались, пожирали ее глазами и пытались с ней познакомиться. Да и тетушка к несчастью замешкалась, и вскоре около моей красавицы образовалось столпотворение.
   Во время нашей беседы в самолете, она мне сказала, что живет с этим влиятельным мужчиной уже два года, поступление в институт он ей "сделал", сам он будет приезжать часто, чтобы решать возникающие проблемы.
   - А они возникнут, ох, как возникнут с такой красавицей-Лолитой, - подумала я.
   Но девочка привлекала меня чувством собственного достоинства, и собственной значимости.
   И я заметила, что бы она ни говорила, почему-то мне хотелось соглашаться и поддакивать.
   Уж и не знаю, что это со мной было, гипноз какой-то. Может, женщине и не красота вовсе нужна, а вот это умение вводить в гипноз ... это ведь талант особого рода и он дорогого стоит.
   Вот такой талант был, помнится, у моей знакомой девочки-балерины с плохонькой фигуркой и совсем некрасивым лицом. Ну, Квазимода какая-то... Но осанка, походка... нет, не описать.
   Она с 10 лет знала, какое впечатление производит на мужчин, и стала жить с 13 лет со стариком, который давал ей очень большие денежные вознаграждения, она их меняла на доллары и держала в укромном месте. Ну, не жвачки же покупать на доллары, правда?
   В 14 лет сделала первый и не последний аборт, ох, не последний в ее жизни.
   Потом в нее влюбился сын заведующего кафедрой престижного вуза, надо ли говорить, что она за него вышла замуж? После окончания вуза подвернулся ей москвич, тоже влюбился, да и с собой взял, тоже хотел жениться, ан нет, обманула она его, да и вышла за директора фирмы, где он работал.
   Директор, конечно же, женат был, да развелся скоренько...
   Сейчас она живет не тужит, ей лет 25-28, я слежу за газетами и думаю, когда она за какого-либо министра замуж выйдет?
   Ведь иной раз мелькают по телевизору бабы страшные с кривыми ногами и вывернутыми шеями, но министры у их ног. То и дело слышишь то один, то другой бросают жену, с которой 20-30 лет прожил, да и женится на такой вот кривоножке и живет с ней, дряхлея на глазах. Поговоришь с такой и удивляешься, и кажется она тебе такой милочкой, что ее некрасоту словно и не замечаешь. Уж такой у нее ум и талант общения с людьми...
   Я вспомнила пословицу: "Яблоньке - яблочки, елочке - шишки".
   Как бы не так, иной раз и умной елочке - яблочки так и сыплются, так и сыплются, а глупой яблоньке лишь иголочки достаются.
   Вот недавно Грэф женился на такой-то прелестнице, и Катвиенко сына женила, но нет, не на моей бывшей балерине.
   Говорят, что пока она все еще жена того директора фирмы. Пока...
  
   Ну, вот и все. Пора заканчивать. И теперь, если вы вдруг услышите, что какая-то 15-летняя Алена живет на содержании у Васьки, который ради нее жену с ребенком бросил, то вы поймете, что, во-первых, у Алены раннее половое развитие, а во-вторых, характер такой, при котором тело становится инструментом воздействия на мужчин для извлечения выгоды. Но замуж за него она не выйдет. Нимфетки сразу замуж не выходят.
   Ну, что ж, дело житейское, но надо добавить, что и мужчины те...
  

* * *

   - Да ты хоть знаешь, кто он?!
   Я очнулась от своих мыслей и посмотрела на испуганную подругу.
   - Мой подследственный Хрюкин, - кричала она на дочь, - педофилией он занимается. Ты хоть соображаешь, что нормальный 30-летний мужик не будет клеиться к 13-летней девчонке! - бушевала подруга. - Только вот такие уроды, с педофильскими наклонностями в душу влезают без мыла. То-то ты прибежала вся взбудораженная.
   Ну, что ж, подумала я, а ведь в конце концов, спрос рождает предложение... Таковы шуточки Ее Величества Природы, а потому finita la comedia, finita.
  

МУСИ-ПУСИ

   Я ехала в трамвае сквозь проливной осенний дождь, а крыша трамвая прохудилась, и сверху изредка капали редкие капли на мои волосы, а то и на лицо.
   В вагон вошла раскрасневшаяся и шумная компания с обрывками разговоров и песен, которые сопутствуют всякой веселой компании.
   Героями дня были молодожены: высокий красивый блондин с холодными голубыми глазами и его жена, молоденькая невысокого роста кареглазая девочка с большеньким животиком, выглядывающим из-под расстегнутого плаща.
   Супруг опустил руку с многочисленными татуировками на плечо впереди сидящего паренька и властно сказал:
   - Ты, чё, в натуре, не видишь женщина беременная?
   Тот испуганно вскочил с возгласом "садитесь, пожалуйста", обращаясь к беременной женщине.
   - Садитесь-садитесь, - передразнил голубоглазый, - я-то сяду, а вот ты постоишь.
   И он перевел тяжелый взгляд на меня, но я спокойно встретила его пристальный взгляд и в свою очередь изучающе посмотрела на него.
   Он поморщился и, отвернувшись от меня, сел на освободившееся место, жена вспорхнула к нему на колени, но он прислонил голову к окну.
   Сидя на коленях, красавица-жена щебетала ему что-то на ушко, а он упорно с каким-то каменным лицом кивал в ответ.
  
   Муси-пуси, муси-пуси,
   миленький мой,
   ... завертелась у меня в голове модная песенка Кати Лель.
   Я горю, я вся во вкусе
   рядом с тобой.
   - Да ведь он, похоже, в дисфории, - подумала я, - помогут тебе эти муси-пуси, как бы не так...
   - Не знаешь ты, голубушка, - мысленно обращалась я к его жене, - что уже в ясельках он считался трудным ребенком со своей необузданностью. Уж если такой заплачет, то его невозможно ни утешить, ни отвлечь - часами будет орать, пока обозленные родители не зададут ему взбучку. Тем хуже для них, он их потом изводить будет, и все будет делать назло.
   В школе он будет лезть в лидеры, чтобы всем диктовать и всеми командовать, но всегда в свою пользу. Потом и садистические наклонности проявятся, животных будет мучить, слабых избивать, дальше больше: школьным рэкетиром будет, если группировка его к рукам приберет. И приберет ведь, ох, как приберет, там такие в цене, там таких любят и ждут.
   Конфликты с окружающими участятся, ибо пребывание в группировке способствует повышению самооценки: "я ли не я, весь из себя такой суперский..."
   Занятия будет прогуливать, учителей посылать матом, и, в конце концов, переведут его в вечернюю школу. Но и там учеба не пойдет, потому что чрезмерная возбудимость, раздражительность будут нарастать. И спонтанные приступы дисфории, во время которых "находит" тоскливо-злобное настроение на несколько часов, тоже учащаться будут. И вместо того, чтобы в спортзал идти, или дрова колоть, или любым физическим трудом заниматься, он будет искать объект, на котором он будет срывать зло.
   Драться он будет с безудержной яростью и сужением сознания, во время которого будет колотить чем попало по кому попало. Алкоголь попробует в 12 лет, а в 16 будет хвастать, что ничего ему не стоит литр водки выпить, и дисфории уже будут проявляться не только тоскливо-злобным настроением, но и апатией.
   И будет соблюдать распорядок дня "настоящего" пацана: подъем в 10 часов, еда, телевизор до 12 часов, обед, ужин и общение с друзьями до 24-х часов. Во время общения будет употреблять алкоголь в немереных количествах, и опять же натура его необузданная приведет к правонарушениям.
   - И во время пьянки ты кого-нибудь отдубасишь крепко, голубчик. Кто же этот несчастный, который окажется рядом с тобой? - думала я. - А может и не несчастный, а такой же, как ты, душевный урод от рождения и все пойдет по привычному сценарию "настоящих пацанов": "У Фили пили, Филю и убили".
  
   Молодая жена все гладила его по лицу, а он отворачивался от нее и касался головой стекла.
   ...Я как бабочка порхаю
   Вся, без проблем...
  
   - Проблемы будут, - грустно подумала я, - и никакая любовь не поможет.
   Он размахивал головой и методично бил ею по стеклу, раздавался глухой удар, но она своими ручонками пыталась смягчить удары, да не тут-то было.
   - А не пора ли уходить? - насторожилась я, как бы он и на меня не набросился.
   Похоже, жениться он не больно-то и хотел, да и проблемы, связанные с семейной жизнью, будут для него источником постоянной травматизации. Он будет ко всему придираться, орать, бить ее. А она будет пытаться угодить ему во всем, не понимая, что на таких ведь ничем и не угодишь.
   Простенькая девочка, бесхитростная, где ей знать, что она связалась с психопатом? Ударит сейчас ее - я заступлюсь, у него пойдет "смещение аффекта" на меня, и быть мне битой...
   Мои мысли внезапно прервались, в трамвай вошла группа бритых "пацанов" с магнитофоном, из которого звучали все те же "Муси-пуси".
   Он вскочил и резко отшвырнул жену, так что она едва не упала. Глаза его расширились, а лицо запылало.
   - Вы чё, козлы! Быстро выключайте на... (пошел отборный тюремный мат).
   - Ты чё выступаешь... да мы тоже в натуре..., - ощетинились бывалые "пацаны", но я уже не слышала, потому что, пользуясь суматохой, быстро выскользнула в открытую дверь под моросящий осенний дождь.
   Трамвай отъехал, а я пошла домой пешком. Мне было грустно, я думала о встреченном мною молодом человеке с женой...
   Он мог бы быть хорошим спортсменом или математиком, лингвистом или художником, столяром высшего класса или мастером по автомобилям.
   Боже мой, сколько у него способностей, о которых он никогда не узнает! И важны ведь не только способности, но и желание их реализовать в жизнь.
   Но для этого надо было учиться и трудиться, а он выбрал тот путь, на который его толкнуло государство, характер и местные "авторитеты". Со своим характером он идеально вписался в нашу криминальную эпоху в образе "крутого пацана", который вскоре и привел его в тюрьму.
   Когда он вышел из нее, он понял, что уже не станет никем в этой жизни, и сейчас он стремился на зону, к прежнему привычному порядку вещей, несчастье же его в том, что он не осознает этого.
   От характера не уйдешь, и, наверное, единственный путь - понять свой характер и тип реагирования. Но он никогда не захочет этого делать.
   Похоже, что у него выражена "тенденция к застреванию отрицательных переживаний и появлению сверхценного чувства ненависти и мести к обществу, что приводит к упорно повторяющимся актам агрессии", - привычно подумала, вынимая ключ и открывая квартиру.
   Надо бы посмотреть избранные труды Ганнушкина "Клиника психопатии", но мне почему-то не хотелось этого делать.
   Впрочем, я вовсе не исключаю той возможности, что из него при нынешнем-то капитализме получился бы расчетливый делец, сверхценной идеей которого стала бы нажива, нажива во всех ее видах и проявлениях. Но одно я знаю несомненно: даже при таком раскладе был бы он человеконенавистником, говоря старинным слогом "мироедом", ибо другого ему, увы, не дано Природой.
   Так надо ли отвечать на вопрос: "Может ли человек выйти из круга своей судьбы, очерченного циркулем своего характера?"
  

БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ

   И может быть, вы ненавидите что-нибудь, а оно для вас благо, и, может быть, вы любите что-нибудь, а оно для вас зло, - поистине, Аллах знает, а вы не знаете!

Коран (2-й джуз, сура 2 Корова, ї 213)

  
   Трудно постигнуть жизнь человеческую, ибо в ней так много взаимоисключающих друг друга случаев, которые очень трудны и для понимания, и для осмысления, потому, что чаще всего мы даем им эмоциональную оценку...
   Нам иной раз трудно понять, что в жизни все альтернативно и могут реализовываться самые различные жизненные варианты, которые очень трудно предсказать заранее. Именно поэтому очень важно не впадать в крайности поведения и иметь во всем чувство меры.
   Конечно, в нашей жизни мы учимся действовать в соответствии с реальной обстановкой, с реальным человеком, в нужной мере и приемлемой форме... Но ведь даже и при разумном поведении всякое бывает, о чем и не подумаешь, чего и не предугадаешь...
   И мне бы хотелось предложить вам две истории, которые запали мне в душу и, порой, мучают меня своей недосказанностью.
  

* * *

   Она была вдова 44-х лет, имела двоих дочерей 15-ти и 19-ти лет и работала в Доме ребенка г.Ташкента. Дочери ее были серьезные, спокойные и послушные девочки, и хлопот с ними она не знала. Одна из них заканчивала кулинарное училище, а вторая готовилась поступать туда же, так как тоже очень любила готовить.
   Но так случилось, что в детдоме мать заприметила веселую девочку с живыми раскосыми глазками, которые были похоже на блестящие черные арбузные косточки, ну самого что ни на есть спелого арбуза... Девочке Жене было четыре с половиной годика, и она была небольшого росточка и напоминала хорошенькую куколку.
   Мать заметила, что каждое утро она думает о ней и радуется будущей встрече, а вечером ей всегда хотелось взять ее домой и никогда не отпускать от себя. И девочка ее чувства разделяла, она плакала, когда та уходила с работы и радовалась, когда она приходила. Надо ли говорить, что она с ней занималась больше, чем с другими детьми. Дочерям своим она не раз говорила, что хотела бы удочерить Женю, но те обижались и удивлялись: "Мама, ну, зачем это тебе надо? Мы тебя любим, ты же знаешь, мы все для тебя сделаем. Ну, зачем тебе эта девочка?" И они иной раз даже и плакали втихомолку, не желая признаться в этом друг другу.
   В начале 90-х гг. настали совсем тяжелые и опасные времена. Многим русским людям пришлось бросать на когда-то такой гостеприимной ташкентской земле квартиры и дома со всем нажитым имуществом... Не обошла такая судьба и мою героиню. Второпях, с одним чемоданчиком и небольшими деньгами семья выехала в Ульяновск, где у матери был дальний родственник, уже пожилой вдовец-инвалид Отечественной войны.
   Перед отходом поезда мать заявила, что Женю она удочерила и берет с собой, ее сейчас приведет одна из воспитательниц детского дома. Девочки, конечно же, были против, особенно младшая: маму она любила и ревновала к ней найденыша, но мать твердо стояла на своем.
   Старшая дочка была девушка более разумная, и она подумывала о своей будущей семейной жизни, поэтому к выбору матери она относилась более спокойно.
   Прошло совсем немного времени после переезда, как старшая дочка вышла замуж за сельского парня и уехала в его деревню. Молодая семья обзавелась большим хозяйством, да и дети не заставили себя долго ждать: сначала девочка родилась, а потом и мальчик. Молодая жена была хорошей хозяйкой и удивляла односельчан своими восточными кулинарными талантами, многие даже ходили к ней учиться.
   Младшая дочка оказалась в худшем положении, ибо мать в найденыше души не чаяла, а на дочь внимания не обращала прямо, как подменили ее.
   Она говорила, что Женя имеет в жизни высокое предназначение, что она создана для мира искусства - и не более и не менее.
   - Она будет балериной! - радостно говорила мать, - посмотри на ее ножки, - восхищалась она, - настоящие ножки балерины! Или: "Она будет музыкантом! Ты только посмотри на ее длинные пальчики!" Дочка смотрела на кривенькие ножки найденыша и ее короткие пальчики на широких ручках и не понимала, что это с матерью твориться?
   Впрочем, она примечала и хитрые глазки девочки, и сердце ее чувствовало беду неминуемую, но разве ослепленной матери что скажешь?!
   Устроились они в двухкомнатной квартире старика неплохо, он им был рад. Младшая дочка поступила в кулинарное училище. Мать на ее решение презрительно усмехнулась: "Невелика честь - пирожки лепить", - но согласие свое дала.
   Сама она Женечку записала на все курсы, какие только можно пожелать: бального танца, музыки, рисования и даже иностранных языков. Она тратила на нее все деньги, одевала, обувала, кормила самым вкусненьким, и всем говорила, что Женя талантлива, и когда она станет великой артисткой, уж она-то скупиться не будет для приемной матери.
   "Сколько отдашь - столько и получишь", - торжественно говорила она и отдавала много.
   Видя такое дело, младшая дочка стала сама себе деньги зарабатывать. Прибежит из училища, напечет пирожков да ватрушек - и на рынок, где ее продукцию нарасхват брали.

* * *

   Так прошло лет семь или восемь...
   Женя училась в музыкальной школе и занималась в бальном кружке, характера она была несносного, и о себе стала иметь весьма высокое мнение. Только и слышали от нее: "дай, да подай". Мать свою приемную она ни в грош не ставила и полагала, что та ей во всем должна и обязана, ибо она такая принцесса единственная на свете.
   Родственник-старик, правда, возмущался: "Что ты, мол, девчонку балуешь сверх меры, она уж и стыд-совесть теряет, хамить начинает". Ну, а та ее, конечно, защищает: понятное дело, прикипела к ней душой дальше некуда.
   Тем временем Машенька закончила училище и быстро вышла замуж. Говорят, ее рыночные торговки просватали за работящего паренька, да ведь и он на том рынке не раз пирожки ее пробовал. Молодые сняли квартиру и стали сообща из нужды выбираться.
   Ну, а у Женечки тем временем начались странности в поведении, после 13 лет стала она совершать побеги из дома, то к цыганам убежит, то на вокзал к подросткам-бродяжкам прибивается.
   Для матери начались ужасные дни. Женщина она была неглупая и понимала, что раз дочь вольной жизни захотела, к мужчинам, как муха, липнет, власть свою уже женскую испытывает, тут уж на ней можно ставить крест, большой и жирный, и будет она либо проституткой, либо содержанкой, что, в сущности, одно и тоже.
   Наверное, вам не раз приходилось слышать от матерей: "Они, мол, девчонки все такие сейчас" или "Значит, она красивая, раз все ее хотят. Пусть соседки от зависти сдохнут!" Нет, наша героиня понимала, что у девочки есть какой-то изъян в характере, который она, возможно, своим потворствующим воспитанием усугубила.
   Но сделанного не воротишь, а девочку ей было жалко по- прежнему. Материнское сердце хотело уберечь ее от мерзостей жизни, уберечь тем самым приобщением к искусству, к будущей красивой жизни, которую она изо всех сил для нее создавала. Но что поделаешь? Иногда даже обладая всеми прекрасными чувствами и высокой душой, один человек совершенно не нужен другому.
   Так и пошло-поехало. Женя убегала из дома, мать подключала к поискам милицию, которая приводила злобную и ненавидящую девчонку домой. Мать вела ее к психологам и психиатрам, но те в ответ разводили руками.
   Да и что скажешь? Девочка по возрасту развита, ложку мимо рта не пронесет, сдачу в магазине сосчитает, себя в обиду не даст, ну, а тот душевный изъян, который делает ее холодной и черствой к матери, но чрезмерно любвеобильной к мужчинам - его-то сразу и не увидишь.
   - Расстройство влечений у Вашей дочки носит слишком выраженный характер, и я не в состоянии Вам помочь, - объяснила ей детский психиатр. - Иными словами, жажда сексуальных приключений стала для нее сверхценной идеей, "пунктиком", от которого уже не избавиться лекарственными препаратами. Остается надеяться, что жизнь не раз будет бить ее по голове, и тогда, возможно, она изменится в лучшую сторону. Однако это бывает очень редко, - предупредила психиатр, - да так редко, что мы эти случаи по пальцам пересчитать можем.
   Врач привела пример мальчика, который с 12 лет пил, курил, сквернословил, наркотики продавал, в группировке шестеркой был. Но побили свои же два раза до тяжелого сотрясения головного мозга и после второго раза, он одумался. "Гады все, - сказал он криминальным авторитетам, - за счет нас, суки, живете. Для своего развлечения да наживы нас дураков на "стрелки" посылаете, чтобы мы стали калеками или покойниками. Назло вам всем выживу и человеком буду!" Сначала упорно лечился, потом поступил в вечернюю школу, потом заочно в автомеханический техникум. Работу нашел тяжелую, но денежную. На квартиру копит деньги: "Все равно мы с мамкой из общежития с улицы Толбухина уедем, я не хочу в этих скотских условиях жить с наркоманами и алкоголиками".
   - Видите, какое отрицание идет прежней жизни, - комментировала ситуацию доктор, - отвращение к ней. Потому и в Вашем случае, будем надеяться на лучшее, - закончила она.
   Но Женя к лучшему не менялась, она заметно огрубела, словарный запас ее быстро уменьшился, в нем стали преобладать нецензурные слова.
   К тому же неразборчивость в сексуальных связях у девочек сопровождается, как правило, чрезмерной лживостью и чрезмерной обидчивостью. Чуть что не по ней скажешь - или надуется и не разговаривает, или истерику закатит со ссорой и долгим незатихающим скандалом.
   Жизнь с такой девочкой становится невыносимой. И обычно мамы их страшно радуются, когда дочки находят сожителей. "Пусть уж, мол, на нем отыгрывает свой характер, и опять же при одном мужике будет".
   Вскоре Женя забеременела, и ей пришлось делать аборт. В 15 лет она заболела сифилисом. Мать была в отчаянии: сначала она за нее боролась, а потом как бы отступилась и только плакала. Особенно после одного случая.
   Однажды Женя пожаловалась своим друзьям, что мать ее обижает и жить, как она хочет, мешает. Компания рада была помочь бедной девушке: окружили мать на улице и стали угрожать. Женя стояла рядом, смотрела, смеялась и их подзуживала... Чужой ведь человек, да и только, и выходит: вскормила она змейку на свою шейку.
   Всем известно, что чрезмерное душевное расположение к криминальным личностям может сделать человека жертвой.
   Умный человек всегда под подозрением держит все, что диктует ему душевный порыв, пусть даже побуждения эти будут самыми благородными, надо к тому же и последствия предвидеть совершаемых поступков. Несчастье матери в том, что дал Бог ей понимание этого, а потом забрал ее к себе, чтобы не мучалась и не страдала понапрасну. Умерла она вскоре от сердечного приступа.
   Женю искали долго, нашли ее около военного училища, где она, взобравшись на высокие железные ворота, болтала кривыми ножками и кричала: "Саша, я люблю тебя, выходи ко мне на свидание!"
   На похороны матери она не явилась, понятно почему. Ну, а кому не понятно, для примера приведу случай с такой же, как Женя, девочкой.
   У этой девочки парализовало бабушку, но ей и в голову не пришло ухаживать за бабушкой в больнице. Нет, она веселилась в дворовой компании и ушла жить к подруге-наркоманке. Не могла она переключиться с веселого образа жизни на печальный, где надо жалеть, раскаиваться, плакать, помогать. Не даны этой девочке чувства стыда и сострадания. Сколько бабушка ей хорошего ни делала, все равно жалости к ней у внучки не было, а было лишь желание уйти, куда подальше, от проблем.
  
   Но вернемся к нашей героине. После смерти матери возник вопрос, а что же будет с Женей? Старик, родственник матери, наотрез от нее отказался. Он также жалел, что прописал ее, понимал он, что для него Женя представляет большую опасность.
   Старшая сестра тоже ее брать отказалась, а младшая Машенька пожалела и взяла ее к себе, хотя все ее и отговаривали. Машенька, похоже, в маму пошла, не могла она предвидеть последствия своих хороших поступков.
   У Маши Женя прожила 2 недели и снова стала в цыганский табор убегать. Она обижала Машиных двух детей, а ее мужу начала глазки строить. Муж Маши сообщил об этом жене незамедлительно и потребовал ухода приемыша.
   Перед направлением Жени в детский дом, откуда ее взяли десять лет назад, ее задержали сотрудники РОВД и привели в отделение в состоянии алкогольного опьянения.
   Хитрое и лживое существо, сидя на стуле, болтало кривыми ножками во все стороны и уходило от вопросов так ловко и продуманно, словно бывалая уголовница...
   Она оживилась лишь при одной теме - о том, как ее любят мальчики. Раскрасневшись и сверкая раскосыми глазками, она раскачивалась на стуле, рискуя свалиться с него. Женя выкладывала все более и более циничные подробности своих отношений с мужчинами. Она говорила и не могла остановиться, а мы с инспектором понимающе переглядывались, и нам было грустно это слышать.
   Тогда я задала себе вопрос: а поймет ли Женя когда-нибудь мужественный поступок чужой женщины, которая хотела спасти ее от мерзости жизни и приобщить к высокому миру искусства, пытаясь раскрыть несуществующие таланты?
   Наверное, это все же чудо, что на перекрестке жизни встретились два человека, которые были нужны друг другу, которые могли бы жить вместе, радоваться и помогать во всем друг другу...
   "Не сей в скалах", - гласит восточная мудрость, но ведь сеют и посевы иногда всходят!.. Мать ее приемная этим как раз и занималась.
   Что же произошло с ней, неглупой, в сущности, женщиной, когда чужая девочка с маленькими раскосыми глазками стала смыслом ее жизни? На этот вопрос мне не суждено было найти ответа...
   - Она возвращается туда, где она должна быть, - убежденно сказала инспектор милиции, повидавшая много малолетних преступниц, - там ей и место.
   - Думаете, она ужилась бы с другой женщиной? - словно подслушав мои мысли, спросила меня инспектор, - нет, распутная жизнь всегда в тюрьму ведет. - И мать ее, видимо, это понимала, характер ее наперед просчитала, да и пожалела девочку, душу в нее вкладывала. Хотела уберечь от судьбы. Но не нужна ее душа оказалась: что ж, каждому свое. Стоит добавить, что из тюрьмы она не выйдет, помяните мое слово, еще из детдома в колонию для несовершеннолетних придется перевозить, убьет какую-нибудь дурищу из-за мужика. Я-то вижу, какова она птичка.
  

* * *

   В вторая история произошла почти в то же время, и началась она с того, что семья, имеющая уже двоих детей (двух девочек 7 и 14 лет), взяла ребенка из детдома, тоже девочку, ровесницу младшей дочки.
   Инициатором этого была мать, отец права голоса в семье не имел, и потому имел обыкновение помалкивать.
   Мать была женщиной практичной и быстро просчитала все выгоды: семья будет иметь статус многодетной семьи, будут определены льготы (она их подробно перечисляла), плюс имеет место материальная дотация на взятого ребенка, плюс мебель и одежда тоже немаловажны. Она столбиком считала деньги, прокручивая их и так и эдак, и выходило со всех сторон, что в накладе она не останется.
   Морально-этическую сторону она также из вида не выпускала: "Я чужого ребенка воспитывать буду - я достойна всяческого уважения, а как же иначе-то?! Кто бы еще взял?! Она мне по гроб жизни обязана и должна будет столько, что и не расплатиться! Да к тому же..." - но здесь она щурила хитроумные глазки и благоразумно замолкала.
   Ну вот, взяли они семилетнюю девочку, и стала она сразу Золушкой в этой семейке. Мать ее четко и целенаправленно заставляла делать всю работу по дому, "чтобы не была белоручкой". Надо сказать, что она так же целенаправленно учила ее всем практическим навыкам: и готовить, и шить, и вязать, и вскоре та шила и обвязывала все семейство. "Нашла себе служанку", - шептались соседи, но мать к их мнению особенно не прислушивалась: "известно, на каждый роток - не накинешь платок. А все равно я самая умная, ведь большая экономия выходит с девчонкой-то", - радовалась она.
   Уж одно она знала твердо: если хотите, чтобы вас отблагодарили, держите приемное дитя в строгости и учите его жить и работать, а не играйте с ним, как со сладкой игрушкой, удовлетворяя свои несбывшиеся амбиции.
   Младшая дочка, ровесница приемной, Золушку не любила, ревновала к матери, а вот старшая ее жалела и, порой, помогала ей по дому. Правда, нужно заметить, Золушка была такой ловкой и проворной, что помощь ей и не требовалась, но дружеское участие сестры она ценила...
   Но вскоре случилось несчастие. Старшей дочери было 18 лет, у нее уже появился любимый молодой человек. Как-то раз они ехали на вечеринку, но поссорились в трамвае. Молодой человек сгоряча заявил, что надоела она ему, что характер у нее властный, как у матери, которая Золушку совсем замордовала, и что, похоже, его такая же участь ждет в их семействе. Девушка в каком-то ослеплении выбежала из трамвая, побежала в высотный дом и... и выбросилась с последнего этажа. Разбилась она насмерть, можно сказать, на глазах у несчастного парня. Он уже и не рад был тому, что он ей наговорил при свидетелях сгоряча...
   После похорон отношение к Золушке ухудшилось: если раньше со стороны матери оно было требовательным, то теперь стало откровенно злобно-раздражительным. И мать на пару с младшей дочкой стали ее шпынять-придираться, а, порой, и бить: "Зачем, мол, ты живешь, дрянь эдакая, чтобы тебе ни дна, ни покрышки, из-за тебя, мол, моя кровиночка умерла!"
   Мать била не больно, а так, для острастки, чтобы Золушка много о себе не воображала и ценила уютный дом, где живет и где каждый гвоздик дышит своим местом. Это тебе не чета казенной обстановке детского дома.
   Но трудно представить, что иной раз и негативные последствия совершенных действий приводят к большой пользе..., хотя, смотря, что понимать под негативными последствиями - то, что Золушку заставляли работать и не холили, не лелеяли?... Ну, знаете ли, поменяйте-ка этих девочек местами и что вы получите? Вот то-то и оно...
  
   Сердобольные соседи девочку жалели и стали по ее просьбе, потихоньку, правда, искать ее родственников. Искали долго, но нашли. Оказывается, у Золушки есть сводный брат, который жил со своей семьей в Татарии в деревне и работал лесником.
   А его судьба сложилась таким образом: после его рождения мать-красавица запила, да и ударилась в бега, но бабушка отца не отдала его в детдом и воспитывала сама. Отец также помогал, хоть и другой семьей уже обзавелся.
   Парень рос и не знал, что у него сводная сестра есть. Однако, узнав, очень обрадовался. После окончания 11 классов Золушка переехала к нему.
   У брата было большое хозяйство и помощница ему была нужна. В свою очередь, брат помогал ей деньгами, а также настаивал, чтобы она получила высшее заочное образование. Золушка теперь вместе с его женой в платном институте учится. Говорят, что и замуж собирается, жених у нее появился, в общем, все как у людей.
   Понятное дело, что мать Золушка не забывает, то и дело ей деревенских гостинцев привозит: то мяса, то масла, то меда деревенского подкинет - плохо ли?!
   Недавно на рынке я встретила ее мать, и она долго меня держала на холодном ветру и жаловалась, что на днях приезжала ее дочка-Золушка на базар, продала мяса на 20 тысяч, а ей дала только мясо: "Ну, хоть бы тысячу рублей бросила!" - возмущалась она. - Ведь я чужого ребенка воспитывала, к труду ее приучала, да сколько я ей добра сделала, матерью ведь была вместо алкоголички непутевой, в люди ее вывела. Мне она помогать должна, а не то я быстро с нее по суду алименты взыщу, - пригрозила она.
   Я ее долго успокаивала, говоря, что дочка-Золушка в другой раз обязательно привезет ей и мяса и денег, пусть она в этом даже и не сомневается.
   Когда мы попрощались, я все думала о двойственности нашей человеческой жизни, где трудно предугадать, как обернутся наши добрые или недобрые поступки, иной раз и добро оборачивается злом, а иной раз..., по-разному, в общем, выходит...
  

* * *

   Она уже давно ушла, а я все стояла у рыночных ворот и удивлялась, какое, однако, выражено у нее свойство характера... как же это назвать? Видит Бог, слов не нахожу...
   Но, наверное, можно назвать и сверхценной идеей значимости собственной личности. Ведь, сколько ее не слушай, никогда не переслушаешь. Все к одному она ведет, и три положения всегда у нее выходят: я всегда права, все виноваты, все должны. И слушая ее, человек таковым себя и посчитает, должником вечным, да с виной не искупленной. Сделает она на копейку, а затребует себе на рубль, а то и больше.
   Ведь умеет она, ох, как умеет значимость придавать своим словам, делам и поступкам... Ты усомнись, попробуй! Она на тебя так шикнет, и ты тут же в клювике принесешь, что она ни пожелает, да еще покланяешься, мол, простите, извините, благодарствуйте, здоровьичка Вам драгоценного.
   Мало ли и я по жизни благодеяний оказывала? Так ведь не несут, ох, не несут: ни мяса, ни денег, ни хотя бы хлебушка, булочку копеечную. Да ведь, пожалуй, и морду воротить будут, простите за выражение, если я им напомню о прошлом моем благодеянии. Еще и скажут при этом: "Ну и что? А мы тебя об этом не просили". На том и совесть свою успокоят небезгрешную. Так вот оно оказывается, что...
   Я ошарашено хлопала глазами: нет в моем характере того умения - вводить людей в состояние, при котором они мне должны и обязаны по гроб жизни своей. Так ведь мало этого, в моем характере еще имеется готовность все отдать при любой просьбе.
   И поняла я вдруг, что таких, как я, которые готовы все отдать за слово доброе, за улыбку ласковую, похвалу случайную... таких-то, пожалуй, очень много на белом свете, а тех, кто на этом наживается, таких гораздо меньше. Вот они и живут за счет нас, которые с простинкой.
   Простая мысль, а не сразу и поймешь ее, если бы кто-то подсказал ее раньше!
   Сторож рынка, закрывая ворота, посмотрел на меня, засмеялся и попросил посторониться. Я грустно посмотрела на него и подумала: вот так и открываешь Америку да изобретаешь велосипед, подпирая ворота Камышинского рынка...
   В тот момент я приняла твердое решение: свои благодеяния расточать только на себя, доверчивую, и не радеть о всяких там умниках...
   И, улыбнувшись про себя, я зашла в теплое кафе, заказала горячий чай и стала выбирать вкусные пирожные...
  
  
  
  
  

ПЕРВАЯ ПОТЕРЯ

  
   ...Я читала эту пьесу, - сказала Кэролайн, - и думаю, что в ней нет ничего странного. Она всего лишь говорит о том, что жизнь человеческая бессмысленная. Что она ни к ему не ведет, ничему не служит, что никто никого не запомнит и никто никому никогда ничего не объяснит.

Джо Алекс

"Смерть говорит от моего имени"

   Она вошла медленно, тихо села на стул и окинула меня вопрошающим взглядом.
   Красивая девочка пятнадцати лет с печальным лицом начала сбивчиво рассказывать о своей потере в жизни.
   - Понимаете, у меня умерла подруга, ее уже похоронили, а я только недавно об этом узнала, - она запнулась на полуслове, пытаясь скрыть слезы. - Мне так плохо, я не сплю и плачу, перебираю ее фотографии и кажется, она на меня так грустно смотрит, словно бы знает о том, что с ней случится. Я смотрю на цветок, который она мне подарила и не могу еще осознать, что ее уже нет. Я не знаю, как жить дальше.
  
   У меня впервые возникло ощущение, что меня застали врасплох, и я никак не могу, простите за грубость, "врубиться" в ее переживания, потому, что я не могу понять ее.
   Умерла подруга, ну что ж, такова жизнь. Жаль, конечно, что она так молода, но от судьбы не уйдешь.
   - Ну, как Вы не понимаете, - огромные глаза смотрят на меня с сожалеющим удивлением. - Как Вы не понимаете, ведь она должна жить, она же молодая, она должна выйти замуж и иметь детей. Для чего же тогда существует жизнь?! - горестное недоумение звучит в ее голосе. - Ведь она ничего, ничего не успела. Почему же так трагично оборвалась ее жизнь?!
   Кровь прилила к моим щекам, мне стало стыдно, я-то уже далеко ушла по дороге жизни и уже забыла этот ужас, страх и горестное недоумение, когда сталкиваешься со смертью в молодости... Боже мой, ведь она впервые испытывает страх смерти и горечь разлуки... разлуки навсегда.
   Я начинаю понимать...
   Да, она не может свыкнуться с мыслью, почему умирают молодые?! Ведь это ее первая потеря. Мне стало неловко за себя, за мое "возрастное" непонимание. Но, увы, старость эгоистична, она ценит каждый час жизни и отодвигает смерть, выставляя мощную психологическую защиту. Я уже забыла, что и я когда-то задавала те же вопросы, когда узнала о смерти моей подруги Люды.
   Почему? Кто оборвал ее жизнь? И моя жизнь тоже может оборваться....
   Я встряхиваю головой, отгоняя давнишние воспоминания, а она уже внимательно смотрит на меня и снова говорит, говорит, путаясь в словах:
   - Зачем жить, если ты можешь умереть в любой момент, и ничего не успеешь сделать?
   Я понимаю, что страх перед смертью парализует ее душу. И этот страх она испытывает в первый раз... потом к этому привыкают... привыкаем все мы, живущие на Земле...
   Я вспоминаю фразу, написанную на старом еврейском кладбище в Иерусалиме: "Никто не живет вечно".
   Жестокость этой фразы не может не поразить каждого из нас. Жестокость и мудрость.
   Я уже согласна с этим категорическим утверждением и спокойно смотрю вдаль: не плывет ли за мной мой корабль с черными парусами?
   Я уже забыла, что первая смерть, первая потеря всегда мучительна. И девушка, как и я когда-то, ищет свою вину:
   - Я к ней уже два месяца не могла выбраться, а телефона у нее нет, она живет в частном доме на Нижней Террасе. - Она судорожно сжала руки и поправила себя, - жила. Мне так стыдно, я чувствую себя виноватой.
   Только в молодости мы так остро чувствуем свою вину и нам кажется, что мы могли бы остановить смерть, если бы были более внимательными и вовремя написали, позвонили, приехали. В более зрелом возрасте таких мыслей уже нет, а присутствуют более эгоистичные чувства.
   Мы говорим: "Умер, жаль беднягу, ну что же - такова жизнь". А сами же тешим себя мыслью: "А я-то, слава Богу, жив и еще поживу".
   Говорят, что старики, узнав о смерти своих сверстников, испытывают тихонькое удовольствие и тайную радость: "А я-то его пережил". Вроде бы он соревнование выиграл: "Я-то еще поживу, глядишь, всех переживу".
   Может быть, и с ней произойдет то же самое. Все у нее впереди, будет жить и не будет обращать внимание на смерть других людей..., но пока....
   Я вздохнула.
   - Давай очертим круг вопросов, которые тебя мучают сейчас, - я беру ручку и пишу на листке: В чем смысл жизни? Почему мы умираем? Как жить, когда ты не знаешь, сколько ты проживешь, и твоя жизнь может оборваться от какой-то случайности? Как жить, когда ты не знаешь, как сложится твоя жизнь?
   - Ты пытаешься найти ответ на эти вопросы, они мучают тебя своей..., - я запнулась...
   - ...неизвестностью! - с усилием продолжает она.
   - Увы, это вечные вопросы, девочка! Это, как черная стена, которая неизбежно встает перед тобой в молодости, заслоняя весь такой красивый мир. И каждый уже наверняка набьет себе шишки, ударяясь лбом об эту стену.
   Но это длится недолго, ибо мы понимаем, что на эти вечные вопросы, которые мы задаем в молодости, нам не суждено найти ответов...
   Вскоре приходят другие, не менее мучительные вопросы: Почему он меня не любит? Как жить, если она меня никогда не полюбит? Для чего тогда жить?
   И по-прежнему мы не находим ответов.
   Слава Богу, мы недолго стоим у черной стены, мы отворачиваемся от нее и смотрим в другую сторону. Нам надо строить свою лодку и смело выходить в бурное житейское море, чтобы найти себе спутника жизни и вместе с ним строить корабль с Алыми парусами. Лишь когда он будет построен, веселые детские голоса зазвенят во всех уголках его, и тогда наша жизнь наполнится новыми чувствами. Может быть, и смысл жизни в том, чтобы пройти свой неповторимый человеческий путь со своими бедами, радостями и открытиями, хотя не раз придется открывать Америку и изобретать велосипед.
   Вот и сейчас ты уже идешь своим путем, девочка. У тебя впереди жизнь, в которой будет поиск друзей, работы, спутника жизни.
   Но есть вещи, которые ты будешь переживать в одиночку, и не всегда другие смогут понять тебя и твои чувства, и разделить их с тобою. Но это не так уж и важно.
   Я встала и подошла к окну, где ранние сумерки уже начали готовить город к ночи.
   - И если ты не обрел спутника жизни, не смог построить дом, или построил, но он не наполнился детскими голосами, то все равно ты плыл на неустойчивой лодочке по бушующему житейскому морю и переживал штормы и штили, победы и поражения, и ты тоже постигал те же истины, что и каждый живущий на Земле, - продолжала я. - А когда за тобой придет корабль с черными парусами, ты спокойно войдешь на его борт, понимая, что жизнь каждого человека прожита не напрасно. И твоя - тоже.
   Я замолчала и повернулась к ней. Она с благодарностью посмотрела на меня, и, уже уходя, очнувшись, сказала:
   - Спасибо за то, что Вы меня поняли.
   Наши взгляды встретились, и я ободряюще улыбнулась ей. Она тоже улыбнулась мне в ответ, встала и пошла к двери.
   А я смотрела ей вслед, она обернулась, помахала мне рукой, и тогда я вдруг вспомнила, что я так и не узнала, отчего умерла ее подруга...

МИЛАЯ МИЛА...

  
   With affection burning in one eye, and calculation shining out the other.
  
   Ах, эта свадьба, свадьба, свадьба, свадьба пела и, конечно же, плясала, не щадя ног и не жалея голосовых связок. А я занималась своим любимым делом - мыла тарелки на кухне вместе с дочкой соседки, на недельку приехавшей из Италии на свадьбу брата.
   В прихожую впорхнули новобрачные и, глядя на жениха в зеркало, счастливая невеста обнимала его и приговаривала похоже уже привычные для него фразы: "Спасибо, Леша! Я так счастлива! Как хорошо, что ты мне достался... Боже мой, неужели я вышла за тебя замуж?!" Она замолчала, и мы услышали звуки приглушенных поцелуев.
   Вот, слышали? - иронически прошептала Янка, не отводя глаз от прихожей. - Вот так относится русская женщина к мужу. Какая благодарность, не знающая границ, верно?
   На нее, замарашку эдакую, обратили внимание, да и осчастливили, замуж взяли... Но ведь страшно подумать - всю свою жизнь она теперь будет стоять на задних лапках - а если он уйдет?!...
  -- А итальянская женщина, не такова ли? - тоже шепотом поинтересовалась я.
  -- Ну, уж нет! - фыркнула Янка, уже давно считающая себя итальянкой. - Ну, уж нет, - повторила она. - Итальянская женщина свое внимание к мужчине оценивает очень высоко. И она знает, что ее внимание - это же такой подарок от нее несравненной! И заметьте, - продолжала она, - этот подарок мужчина воспринимает с огромной благодарностью и признательностью... Уж там-то женщины себе цену знают. А у нас все наоборот. Она перед ним благоговеет, а он морду воротит - вот я какой весь суперский, видишь я тебя осчастливил - замуж взял. И вообще в России, - презрительно сказала она, - все мужики подлецы, но каждый по-своему, а все бабы - дуры и дуры одинаковые.
   Янка ожидала от меня ответных реплик, но я молчала, я ведь знала начало этой истории.
  

* * *

   Дул весенний ветер, и лужи пузырились от холодных капель дождя, а небо было цвета асфальта. Он стоял на остановке, и настроение его было плохим донельзя...
   Он только что пришел из армии, и все девушки казались ему сказочно красивыми принцессами, и он, конечно же, хотел с ними познакомиться, но, увы, он никогда не умел общаться с девушками.
   Он краснел и бледнел, когда они обращались к нему с вопросами, и никогда не понимал их шуток. Даже на проводах в армию рядом с ним была его сестра Янка, которую на вокзале ребята призывники приняли за его девушку. Да он и не хотел их разуверять, по правде говоря.
   Подошел трамвай, со ступенек сошла стройная красавица в короткой юбке, и окинула его презрительным взглядом, и он поспешно посторонился... - ну, как с такой познакомишься, скажите, пожалуйста? Он уже неловко поднялся на ступеньку трамвая, но услышал крик: "Ой, мамочка!" и быстро обернулся...
   Стоящая за ним рыженькая веснушчатая девчонка неловко перекинула сумку на другое плечо и все ее книги, тетради, ручки и даже беленький платочек оказались в луже. Он бросился поднимать их, а она плакала, и сквозь ее слезы до него доносились короткие фразы: "Книжки дорогие..., живу на квартире..., хозяева вечно пьяные, ругают, придираются...ну, как с ними жить?..."
   Он держал ее беленький платочек, от которого пахло чудесным ароматом лесных цветов... и, неожиданно для самого себя, решительно сказал: "Пошли ко мне, я здесь рядом живу, мама будет рада".
   Они прошли мимо меня, я видела его потрясенное лицо, и, конечно же, он не узнал меня, хотя каждый день мы здоровались на лестничной клетке.
   Она пришла, да и осталась четвертой дочкой у моей соседки Веры, женщины сердечной и доброй...
   Как-то у меня за вечерним чаем в ответ на наши расспросы Вера коротко сказала: "Ему женщина нужна, пусть живут. Характер у нее хороший, легкий, она мне как дочка, я уж от своих девчонок ее не отличаю..." Другая моя соседка настороженно сказала: "Ты, Вера, смотри все же за ней. Девчонка хоть и с простинкой, да себе на уме. Похоже, она умеет обращаться с мужчинами. Ты посмотри-ка, как она быстро его к рукам прибрала. Он уж ей и одежду покупает и красить лицо помогает... Вестимо ли это дело для мужика - макияж бабе наводить?!"
   Вера внутренне ощетинилась: "Ну, это их дело семейное, - и приняв какое-то решение, неожиданно добавила, - свадьба через две недели, приходите, дорогие соседушки, милости просим!"
   Признаюсь, я тоже стала наблюдать за девочкой, и сказать по правде, она мне понравилась. Да и соседи ее полюбили сразу же, как она поселилась в нашем доме. Хотя я понимала, что любят тех, кто умеет внушать любовь к себе...
   Девочка была самая обычная, но чтобы она ни говорила, и чтобы она ни делала, всегда было правильным в совершенно разных ситуациях. Она умела находить те слова, которые были единственно верными для каждого случая, а ее поступки всегда были к месту и ко времени...
   В общем, я даже слов не нахожу, как это описать. Ведь бывает и так, что человек хорошие слова говорит, но на эти слова идет внутреннее сопротивление, ибо понимаешь, что он при этом руководствуется получением выгоды от собеседника.
   Но девочка, эта рыженькая девочка, она как бы гладила своими словами, и через несколько минут к ней появлялось такое доверие...
   Гармония, одно слово - Гармония - богиня древнегреческой мифологии.
   Но ведь у богини-то этой, как мне помнится, мать была богиня любви Афродита, хитрющая, как вы понимаете, особа, а отец - Арес, жестокий и безжалостный бог войны. Что-то нехорошее шевельнулось в моей душе, и воспоминания уже не заставили себя ждать.

* * *

   Десять лет назад в этой же квартире жила очень хорошая семья. Муж и жена были люди работящие и достаток имели: дачу, машину, гараж с хорошим погребом, который ломился от разных припасов...
   Двое сыновей были похожи на родителей спокойным характером и умелыми руками... "Дубочки мои...", - с гордостью говорила про них мать.
   Потом старший сын женился, и невестка Милочка так же нравилась всем соседям, а родители мужа в ней души не чаяли. Глядя на нее, я сразу почему-то вспоминала забытую народную песню "Милая Мила по воду ходила, по воду ходила, милого поила"...
   Но случилось так, что старший сын пристрастился к наркотикам, да и приохотил к ним младшего. Надолго беда поселилась в их доме... Но родители сопротивлялись напастям, и раз за разом лечили сыновей у дорогих докторов. И сбережения их таяли, как снег под весенним солнцем: и дача, и гараж, и машина были давно проданы. А вещи из дома братья выносили сами, чтобы продать за бесценок и хоть немного получить наркотического зелья... Надо ли говорить, что и Мила предпринимала героические усилия, чтобы вызволить их из болота, в котором они барахтались...
   Вскоре отец умер от сердечного приступа, а мать неожиданно для всех нас запила "по-черному" и сказала, что жить ей теперь стало нечем и пусть не осуждают ее люди добрые... Спустя полгода она умерла, отравившись суррогатной водкой, и с разницей в неделю, младший сын ее тоже умер от передозировки наркотиками. Старший сын к тому времени уже сидел в тюрьме, и все хлопоты легли на Милкины плечи. Но она справлялась и к тому же не забывала приезжать к мужу в тюрьму с передачами... Когда он вернулся из тюрьмы, то долго не хотел ее прописывать в квартиру, возмущался и скандалил. Мила ходила с заплаканными глазами, и все соседи его осуждали, ну что с него возьмешь, с наркомана? Нет для него ничего святого, не ценит он ее заботу и хлопоты...
   А потом он погиб в пьяной драке, до которых был большой охотник. К Милочке вскоре пришли его друзья и сказали: "Делись, Милочка! Продавай квартиру, да помни, здесь наша доля тоже имеется".
   Но Мила делиться не захотела и предприняла серьезные меры (никто не знает, какие), и друзья, поджав хвост, трусливо удалились.
   Квартиру она быстро продала и так же быстро вышла замуж за удачливого предпринимателя, имеет маленького сына, и я часто ее вижу, холеную и красивую брюнетку с холодными синими глазами, в которой так трудно узнать бывшую мою соседку. Только при встрече со мной она почему-то отводит взгляд...
   Вот в эту-то квартиру тогда и въехали Вера с застенчивым сыном-подростком и тремя его веселыми сестричками...

* * *

   А свадьба тем временем пела и плясала, новобрачные целовались в прихожей и не могли наглядеться друг на друга.
   - Да неужели я замуж вышла..., неужели ты мне достался? - лепетала невеста, задыхаясь от наплыва чувств.
   - Ты что же думаешь, я всегда буду такой хороший..., вот посмотришь, я еще тебя в ежовых рукавицах держать буду... - нежно и шутливо говорил счастливый жених.
   Мы с Янкой понимающе переглянулись, какие ежовые рукавицы у эдакого теленочка..., его самого уже давно взяли в пуховые рукавички, мягкие, да теплые..., и кто знает, что с ним станется...
   Но одно скажу вам, что умеет, ох, как умеет невеста обращаться с людьми, впрочем, как и ее предшественница, бывшая моя соседка Милочка..., так-то вот.

ТОРТ С ЧАЙНЫМИ РОЗАМИ

   Я вышла из больницы и, медленно опираясь на клюшку, пошла по улице, придерживая два огромных пакета с вещами и стеклянными банками, которые предательски громыхали при каждом моем неосторожном шаге.
   По дороге домой я зашла в магазин, чтобы купить хлеба, да и засмотрелась на витрину с выставленными в ней удивительно красивыми тортами.
   В центре витрины разместился поистине королевский торт с чайными розами на нежном шоколадном фоне и с трогательной надписью на английском языке "I love you".
   С усилием, отвернувшись от произведения искусства неизвестного кулинара, я быстренько купила хлеб и вышла на залитую мартовским солнцем улицу.
   "Белые розы, белые розы", - повторялся назойливый мотив модной когда-то песенки, и неясные мысли царапали мою душу, какие-то старые воспоминания прорывались из подсознания, но мудрое и осторожное сознание блокировало их напрочь.
   "Чайные розы, чайные розы", - напевала я про себя, не понимая, зачем я это делаю...
   Около двери я остановилась, поправила свои пакеты, и меня чуть не сшибла с ног стайка веселых мальчишек 8-9 лет, бегущих в магазин. Один из них с размаху уткнувшись мне в живот, запищал :
   - Дяденька пропустите меня!
   - Ха, ха, ха, - засмеялся другой, - не видишь что ли, это - тетенька!
   - Дяденька-тетенька, дяденька-тетенька! - заплясал вокруг меня третий мальчишка-плохишка, высовывая язык.
   Я опешила, пакеты выпали из моих рук, зазвенели банки, а мальчишки весело хихикая, прошмыгнули мимо меня в магазин.
   В старой кроличьей шапке-ушанке, из-под которой вылезали пряди седых волос, (я не красила волосы принципиально, не хотела "молодиться") в серой стеганой куртке с черными брюками, конечно же, меня можно было принять и за "дяденьку" лет эдак пятидесяти... И это показалось мне очень обидным, хотя я и привыкла не обращать внимания на свой внешний вид: ибо я была богата духовно и на подобную ерунду не обращала внимания...
   Реплики мальчишек и их смех еще звучал у меня в ушах, пока я подбирала пакеты, но вдруг...
   - Я обязательно сделаю для Вас торт с чайными розами, потому что я не забуду Вас... Никогда не забуду Вас, - звенящим девичьим голосом заговорили во мне воспоминания, которые быстро пронеслись мимо, лишь на несколько секунд, утратившего бдительность сознания...
  
  

* * *

   Они появились у дверей моего кабинета в конце рабочего дня, мама и дочка, объединенные общим горем.
   Мама была немолода, она была моей ровесницей, дочке ее было 14 лет, и она обладала той хваленой голливудской внешностью: была она блондинкой с яркими голубыми глазами, и волосы ее имели тот неповторимый серебряный цвет, который трудно подделать какой-либо краской.
   Но глаз психиатра сразу бы выхватил застывшую мимику лица, неловкость движений, растерянный взгляд, речь с малым словарным запасом и плохую дикцию. После недолгой беседы он с сожалением бы установил умственную отсталость легкой степени.
   Девочка была красива, у нее была хорошая фигура, но жестокая Природа, видимо, решила, что этого ей вполне достаточно.
   Мама поздоровалась со мной и попросила дочку подождать в коридоре.
   Вопросов я не задавала, и она негромким и каким-то надорванным голосом стала рассказывать (очевидно, не в первый раз) эту печальную историю.
   Как и следовало ожидать, девочка отставала в развитии с детства. Она поздно стала держать головку, ходить и говорить. Со слов мамы, она и сейчас занимается с логопедом, но плохая дикция сохраняется до сих пор. Учится с трудом, но старательно и поэтому всегда получает твердые тройки. Всегда подчиняется одноклассникам: "Бескостная какая-то", - со вздохом говорит мать.
   Дочка дружила с одноклассницей Настей. Та маленькая, некрасивая девочка, но в классе все под ее началом ходят. И с Настей, кроме того, дружит Олег, лидер обоих старших классов. Учатся они тоже так себе, отличники в этой школе не котируются.
   За месяц до горестных событий дочка при Олеге поссорились с Настей, и Оля сгоряча сказала что-то плохое про Настино поведение. Настя немедленно объявила ей войну. Заявила, что "будет мстить до конца".
   - Экая железная кнопка, - подумала я. - Ох, уж эти опасные девичьи игры!
   Весь класс дружно и сразу перестал разговаривать с Олей. Она плакала, металась от одного к другому, а Настя злорадно улыбалась.
   А спустя неделю, к Оле подошел Марат из группировки, его друг Сергей и Андрей, друг Олега:
   - Надо поговорить, - заявили они. Слово за слово, и ее затянули на чердак, где стали издеваться и принудили к оральному сексу. ("Ненавижу эту фразу! - выкрикнула она в беседе со мной. - Ненавижу! Слышать ее не могу! Этой фразой как в петлю затягивают! Ненавижу их всех!").
   Оля вернулась ночью в синяках, в разорванной одежде. Мать, узнав о случившемся, пришла в ужас, и неожиданно для себя начала ее бить: "Ты проститутка, ты сама виновата. Около шпаны дворовой крутишься, вот и обошлись они с тобой, как с недоумком".
   - Я очень пожалела об этом, - вздохнула мать. - Не надо было мне так делать - она же домой пришла, а тут ее и мать унижает. Надо было успокоить, выплакалась бы она, да и уснула, а утро вечера мудренее. А я ее ругаю, отца по телефону вызвала - мы с ним в разводе. Он прибегает и тоже кричит: "Ты дура!". Тут уж она тоже из себя вышла. Волосы стала на себе рвать. "Я уйду от вас! Я найду себе "крышу"!". Тут уж мы опомнились: ведь и правда, уйдет сейчас или руки на себя наложит, стали ее успокаивать.
   В суд и милицию бесполезно обращаться, доказать ничего невозможно - их адвокат оправдает, а нам позора и так хватает. Я ее положила в неврологическое отделение через знакомого врача, а через две недели ее выписали. В школу она идти отказалась. Мы хотели ее в другую школу перевести. Так она нам сказала, что это бесполезно. "Все равно все узнают, что я опущенная - еще хуже будет!".
   К нам и психолог школьный приходила, и муж на дом врача психотерапевта пригласил. Но дочка моя молчит, даже не плачет, и смотрит пустыми глазами. Мне психолог сказала, что Вы можете ей помочь, но Вы детей не берете, потому что..., - она замялась.
   - Я ее возьму, но Вашей дочери еще не исполнилось 15 лет, и я могу разговаривать с ней только с Вашего разрешения, и только в Вашем присутствии"- быстро сказала я. - Поэтому, когда она сядет на Ваше место, Вы выйдите, хлопнете дверью, но не уйдете, а сядете на стул, который стоит в нише около двери. Я буду разговаривать с ней в Вашем присутствии, но она Вас не увидит. Потом я позову Вас, вы тихо встанете, снова хлопнете дверью и пройдете сюда.
   Мама вышла, и через несколько минут она ввела несчастную девочку с красивыми глазами.
   Я ощущала неловкость и, поэтому неожиданно для себя сказала:
   - Олечка, мне тяжело разговаривать с тобой - у меня нет детей и, поэтому я не умею разговаривать с ними.
   Я помолчала, сделала паузу и стала продолжать, обращаясь к ней:
   - Ты понимаешь, что у женщин после рождения своего ребенка появляется чутье и к чужим детям, особое понимание их бед и радостей? Я лишена этого, понимаешь? Поэтому буду разговаривать с тобой как с взрослым человеком.
   Я снова сделала паузу:
   - Ты должна рассказать все, что с тобой произошло. А я постараюсь тебе помочь.
   Она подняла голову и очень внимательно посмотрела мне в глаза. Я кивнула ей, и она начала рассказывать, но по мере приближения к трагической развязке, она стала заикаться.
   Поверьте мне, я всегда избегаю интимных откровений и всегда стараюсь остановить вовремя беседу, но здесь была другая ситуация.
   Не сводя с нее глаз, я тихо сказала:
   - Оля, надо все вспомнить. Это необходимо, девочка, понимаешь?
   Я добивалась разрядки болезненных переживаний и последующего облегчения, а для этого, как это ни печально, мне нужно было слушать, а ей вспомнить все произошедшее. Она продолжала рассказывать, не сводя с меня глаз, и, закончив, она разрыдалась, сотрясаясь всем телом.
   Я выбежала из-за стола и обняла ее, крепко прижимая к себе, вытирая ей слезы, я с болью подумала, а что если бы это был мой ребенок, ребенок, отстающий по умственным показателям, над которым надругались эти твари?! Эти твари сатанинские, которых плодит наше государство через порнокормушки на телевидении и в газетах, где активно внедряют особо циничное отношение к женщине, где уже совсем забыли, что она в первую очередь будущая мать, а не объект развратных действий для всех желающих особей мужского пола. И я, я бы тоже не знала, как защитить моего несчастного ребенка, который заведомо проигрывал в этой жестокой жизненной гонке.
   Неожиданно для себя я поцеловала ее в мокрую щеку, с трудом сдерживая подступающие слезы, и снова прижала ее голову к груди, чувствуя, как сжимается горло, и идут перебои в сердце.
   Потом я осторожно отстранилась от нее, но она не сразу выпустила мои руки, прижимая их к мокрому лицу, а я смотрела через ее голову на мать, которая сидела, окаменев, на стуле, боясь пошевельнуться, и я жестом позвала ее.
   Мама крепко обняла дочку, а я вернулась за свой стол.
   Они сидели рядышком, обнимая друг друга, и смотрели на меня, а я уставилась на стену, сжав зубы: и во мне бушевала ярость.
   Казалось, что я видела картину на стене: все то, что она мне рассказывала, все это было смоделировано в тысячах сюжетов, и эти "помои" через телевидение выплескивали на молодых людей. И им было невдомек, что эти сюжеты показывают патологию сексуальной жизни, то, чего не должно быть у нормальных мужчин. Иными словами, средства массовой информации дают руководство к действию, где приветствуется насилие над чужим телом, и человек становится сладкой игрушкой для садиста и маньяка.
   Государство глумится над людьми, поощряя социо-генитальные формы самовыражения у молодежи в передачах "Окна", "Фабрика звезд", "Дом" и др.
   За их спиной стояло государство и толкало их в пропасть. Я еще крепче сжала зубы:
   - Ну, сволочи, девчонку вы не получите! И черта с два вы ее сломаете! Не дождетесь!
   Все-таки за моей спиной были знания, опыт и понимание жизни.
   Они сидели и испуганно смотрели на меня, я понимала, что вид у меня был страшный, и ненависть отражалась в моих глазах.
   Я держала паузу, сколько могла, а потом спросила:
   - Татьяна Петровна, Вам кто-нибудь говорил, что Ваша дочка очень красивая девочка?
   Она растерялась, и непонимающе переводила взгляд с дочери на меня. И, немного помедлив, ответила:
   - Нет, не говорили. Но она обыкновенная.
   Я покачала головой и вздохнула:
   - Она красивая девочка, Татьяна Петровна, она пугающе красива той самой голливудской красотой, которую усиленно нам навязывают. И поэтому ее удел быть ненавидимой женщинами и преследуемой мужчинами. Вы только посмотрите, какая идет охота со стороны мужчин за такими вот девочками. И рано или поздно что-то трагическое произошло бы с ней. У красивых девочек должно быть разумное поведение, а она лишена этого... А сейчас, - я снова сделала паузу, глядя на стену перед собой, - а сейчас вы пойдете в самую дорогую парикмахерскую и сделаете самую модную прическу. У нее красивые волосы, но неухоженные. А потом вы вернетесь домой, хорошенько выспитесь и завтра придете ко мне после обеда.
   И на следующий день они пришли ко мне уже нарядные и красивые: мама и дочка, и тогда-то она подарила мне три чайные розы и коробку конфет с изображением тех же чайных роз.
   Я поблагодарила их, и словно продолжая начатый разговор, спросила:
   - Так почему же ты поссорилась с Настей?
   Она помолчала и сказала сдавленным голосом: "Из-за пацанов". Я понимающе кивнула.
   Дружба некрасивой, но умной девочки-лидера с не столь умной красавицей - достаточно частое явление в наших школах. Красавица будет привлекать внимание "пацанов", но, находясь под крылышком у лидера, в то же время будет терпеть ее издевки. И если она проявит непокорность или соперничество - пощады ей не будет. Понятно, что бывалая Настя оформила "наезд" по всем правилам.
   На трезвую голову, не включая лишние эмоции, мне уже было жаль всех участников этой гадкой истории: дурнушку Настю, похожую на умного несчастного ежика, красавицу Олю, увы, отстающую в умственном развитии, психопатизированных дебилов-подростков, лишенных морально-этических норм, - ну, а где им взять эти нормы?
   Боже мой! Им ведь и в голову не придет, что издевательства над беззащитной девочкой обернутся для них большими бедами в их дальнейшей жизни, ибо Природа всегда мстит за внутривидовое насилие.
   Все почему-то думают, что страдает только жертва. Нет, будет страдать и палач, но только не сразу, а с отсрочкой во времени...
   Я оторвалась от своих мыслей и посмотрела на нее: "Ты должна понять, что у умных красивых девушек должна быть осторожность и разумное поведение. А вот у глупой красавицы имеется единственная цель - вызывать влечение у мужчин, чтобы получить внимание к себе любой ценой.
   Глупые красавицы соперничают из-за "пацанов", которые стали чем-то вроде выигрыша в престижной игре. И ради них глупые девочки дерутся и предают друг друга, а стоит ли это делать, ведь "пацан" - это всего лишь криминальная шестерка с сигаретой в зубах, бутылкой пива в руках и одной извилиной в мозгах. Это человек, словарный запас которого - десять слов, а из них семь - матом. И с их помощью он способен выразить любую свою примитивную эмоцию. Он никогда не будет стремиться к учебе и работе. Он живет одним днем и одной извилиной: сигарета, пиво, анаша, клей, доступная девочка и издевательство над слабыми.
   Это школьный рэкетир, который выколачивает деньги из малышей, и приносит эти деньги "старшему" и раболепствует перед ним. А мечты у него маленькие и коротенькие, как заячий хвост. Он хочет побыстрее попасть в тюрьму, чтобы потом его все "уважали". Он мечтает стать уголовным авторитетом: сладко есть, много пить и издеваться над людьми.
   Я посмотрела на нее:
   - Пожалуйста, задай себе вопрос, ты нуждаешься во внимании вот этих недоумков!? Может быть лучше искать нормальных ребят, а не "алкоголизированных пацанов"?
   Она слабо улыбнулась:
   - Таких ведь и нет, наверное?
   - Есть, - твердо ответила я. - Только ты их не увидишь, потому что они в подворотнях не околачиваются с бутылками пива. Они сидят дома и учат уроки, строят планы поступления в институт или работают и учатся заочно. Да и красивых девушек они боятся, первыми знакомиться не подойдут. Запомни, - подытожила я, - друзей-"пацанов" не бывает. У всех у них гиперсексуальное поведение, подогретое винными парами. Они ищут себе доступных и глупых девочек, а ты глупой девочкой уже не будешь.
   Наши беды тоже дают бесценный опыт и понимание людей. Считай, что ты в первый раз столкнулась с женской стервозностью и мужской подлостью. Ну, что с того? Жизнь продолжается и надо учиться жить, опираясь на себя.
   Человек рождается. И первое, что он осваивает, - это навыки самообслуживания. Это значит, что он должен следить за собой, быть красивым и здоровым. Он подрастает и осваивает навыки ведения хозяйства. Он должен уметь готовить, делать покупки и уметь рассчитывать деньги, уметь жить по средствам, чтобы не скатиться в нищету. И еще, человек должен осваивать навыки общения, уметь жить с людьми и понимать их. Люди, не умеющие общаться, обречены на бедность.
   - Вот этому-то мы тебя и научим, - вклинилась в наш разговор моя помощница Лера. - Ты будешь приходить к нам два раза в неделю: по субботам и средам. А завтра ты пойдешь в школу, и кто бы что бы плохого тебе не сказал, ты будешь молчать и будешь только смотреть - вот так!
   Лера изобразила взгляд полный презрения и чувства собственного достоинства.
   - Сейчас мы с тобой отработаем этот взгляд. Если тебя очень допекут, то можно гордо выйти и как следует хлопнуть дверью, но на следующий день прийти в школу как ни в чем не бывало. Но это, как ты понимаешь, на крайний случай. Они и от взгляда скукожатся. Это я тебе гарантирую, потому что они все трусы. Но ты должна учиться, учиться и учиться назло врагам и хорошо выглядеть.
   Она протянула руку и увела ее с собой, чтобы поработать над ее дикцией и словарным запасом - как мы и договорились с ней накануне.
   Занятия проходили следующим способом: сначала с ней занималась Лера, а потом Оля приходила ко мне и рассказывала, чему она научилась. Она рассказывала о школе, об одноклассниках, о родителях. Я и не пыталась работать с ней по каким-либо особым методикам - между нами был незримый эмоциональный мостик взаимный симпатии, и этого было достаточно.
   Я уже привыкла к ее картавой речи с легким металлическим оттенком, как у говорящих игрушек...
   Пока все шло хорошо, мать отводила ее в школу, а отец заходил за ней, и отношения между родителями стали налаживаться, чему она была рада безмерно: отца она любила.
   Одноклассники стали к ней хорошо относиться, и она подружилась с двумя девочками, да и учеба у нее пошла гораздо лучше, и учителя были ею довольны. Они говорили матери: "Теперь на уроках Оля сидит не с пустыми глазами".
   Она стала неожиданно увлекаться разведением цветов и хорошо рисовать, а после девятого класса решила учиться в колледже на повара-кондитера.
   И вроде бы все хорошо, но я знала, что в будущем нас ждет не очень приятный сюрприз, и Бог весть, чем он для нас обернется.
   Знала об этом и мать, своим материнским чутьем она тоже угадывала близкую беду, и изредка мы понимающе переглядывались, думая об одном и том же. И наивно надеясь, что беда пройдет мимо...
   Оля закончила восемь классов и поехала отдыхать с мамой и папой в деревню. Но раз в неделю они, по-прежнему, приезжали к нам на занятия. А потом наступил сентябрь, и девочка снова пошла в школу.
   Несчастье случилось весной, спустя почти год. И когда они пришли на очередное занятие, я сразу же поняла по их лицам, что случилось то, чего мы с мамой боялись.
   Снова все повторилось как в прошлый раз: сначала мы говорили с мамой, и ужас был написан на ее лице. А потом вошла Оля, и мама заняла свое место у двери.
   Оля сидела с каменным лицом, не поднимая на меня глаз. Она сидела так, как будто меня и не было вовсе или словно я была далеко-далеко и не имела к ней никакого отношения.
   В ней уже проснулись глубинные чувства самки, самки, жаждущей самца. Тот женский инстинкт, перед которым и разум бывает бессилен...
   Я снова смотрела в стену, где уже кривлялась и корчила рожи Ее Величество Природа. Она показывала мне кукиш и плевалась на меня: "На вот тебе, выкуси, - казалось, говорила она. - Против меня ты не пойдешь. Вот потому-то и государство со мною заодно. Государство понимает, что развращенным народом управлять легче, а ты идешь против меня... Да ты хоть себя-то спроси, а кто ты такая? Дуреха набитая, вот кто ты!" - торжествующе сказала она, помахивая указательным пальцем над своей головой.
   Я с усилием отвернулась от стены и посмотрела на Олю.
   А она с вызовом, словно доказывая самой себе, заявила, что Марат приходил в школу и разговаривал с ней, и что он часто звонит ей, когда нет родителей. "Он сказал, что меня любит, - с еще большим вызовом сказала она, - и хочет со мной встречаться, и все это видят - он не хочет этого скрывать". И помолчав, добавила: "И он сказал, что ему нравится еще одна девчонка. Ее тоже зовут Олей. И что если я откажу ему, он уйдет к ней".
   "Ого! Повадки-то сутенера", - подумала я и вспомнила одного из них, который умудрялся командовать десятью девушками (целая бригада!), и каждую уверял, что любит только ее. Он сеял между ними соперничество и умело поставлял им клиентов. И каждая проститутка страшно боялась, что он уйдет к другой. А он имел жену и двух дочек и ни к кому уходить не собирался.
   Сутенерство иной раз проявляется с первого класса, когда мальчики умеючи с ласковой улыбочкой выманивают у девочек жвачки, ручки, а зачастую и деньги.
   Я, встряхнув головой, очень медленно сказала: "А что ему мешает прийти к тебе домой, к твоим родителям и познакомиться с ними? И заодно уж попросить прощенья у них за то, что он с тобой сделал... Ведь он принудил ребенка к развратным действиям, и бил тебя, ты не забыла об этом? Ему сейчас не стыдно за тот поступок, и ты понимаешь это не хуже меня. И о какой любви здесь может идти речь? - Она молчала, не поднимая глаз.
   - А сейчас он стравливает тебя с девочкой, возможно, такой же несчастной, как и ты. Он хочет, чтобы вы вцепились друг другу в глотки из-за него. - Я повысила голос: - Так ведь! Может, вы и убьете друг друга ради него? Он этому будет рад - можешь не сомневаться!
   Она по-прежнему молчала и из глаз ее катилась слезы. Она оплакивала свою мечту о принце, который спасет ее от позора. Он возвысит ее в чужих глазах, и заставит забыть тот ужас, который она перенесла.
   И как женщина, я ее понимала.
   - Оля, - уже тихо сказала я, - ведь случается так, что когда маньяк держит какую-либо девочку взаперти и мучает ее, то жертва, как это ни странно, начинает его любить. Это страшно - любить своего мучителя. Ей ведь тоже кажется, что вот-вот он перестанет ее мучить и скажет: "Прости меня, я люблю тебя, я больше так не буду. Давай все время будем вместе". Но так, увы, не бывает.
   Маньяку нравится внушать ей надежды, а потом снова мучить, это для него высшее наслаждение, ему хочется помучить ее не только физически, но и психически. И по-другому он жить не может.
   Природа не дала ему что-то такое важное, что делает человека Мужчиной. Он не умеет понимать женщин, общаться с ними, не умеет быть мужчиной в сексуальном плане, т.е. не умеет ни ухаживать, ни доставить удовольствие...
   Он не умеет быть ей защитником и опорой ее и будущих своих детей, он не умеет построить дом, посадить дерево, написать книгу.
   Он умеет лишь ненавидеть женщин, и этим он несчастен от рождения, но он несчастен вдвойне, потому что не хочет учиться быть мужчиной.
   И сутенер тоже не может быть мужчиной. Он лишь умеет использовать несчастных глупых баб, и он тоже наслаждается своей властью над нами, и трясется над деньгами, которые он от них получает.
   - Что касается тебя, - деловито и безжалостно сказала я, - то он хочет использовать тебя снова и снова, как в прошлый раз, но только с другими людьми. Он очень умело внушает тебе любовь к нему и располагает к себе. А когда ты ему поверишь, он тебя выгодно продаст, потому что он сутенер, и хочет получить красивую проститутку, которой он будет командовать, вот и все!
   Знали бы вы, с какой ненавистью она смотрела на меня, и когда она встала, я поняла, что она уйдет. Встала и я:
   - У тебя есть выбор, Оля, - твердо сказала я. - Ты можешь уйти к нему, я не держу на тебя обиду. Но после всего, что случится, я уже не смогу тебя вытащить, как бы этого я не хотела. И прости меня за это, девочка, - с усилием сказала я.
   Мы смотрели друг на друга, и после долгой-долгой паузы она сказала звенящим голосом:
   - Я Вам верю. Я не буду с ним встречаться.
   Меня очень удивило, что голос ее стал эмоционально теплым и слова она выговаривает четко, без привычной картавости, к которой уже привыкло мое ухо.
   - Как ты стала хорошо говорить, - обрадовалась я. - Как здорово, что у тебя такой чудесный девичий голос.
   Она улыбнулась:
   - Это заслуга Леры. Она так много со мной занималась...
   А потом она обняла меня и пообещала сделать для меня торт с чайными розами.
  

* * *

   Я покачала головой, отгоняя далекие воспоминания, моя шапка упала на пол, я подняла ее и снова пошла в магазин.
   На этот раз я подошла к парфюмерному ларьку и попросила розовую губную помаду и зеркало и здесь же стала красить губы. Но рука моя дрожала, и линия губ получилась кривая.
   - Возьмите карандаш, - сказала продавщица, наблюдавшая за моими действиями.
   Я взяла протянутый карандаш, но он выпал из моих рук.
   - Давайте я Вам помогу, - и, не дожидаясь моего согласия, девушка взяла карандаш и рукой мастера нарисовала мне губы сердечком.
   Я улыбнулась и поблагодарила ее. Она, покопавшись в ящике стола, сказала:
   - Еще возьмите серый карандаш для подводки глаз. У вас серые глаза, они будут смотреться выразительнее, - и она ловко подвела мне глаза.
   Я расчесала волосы и, сняв с шеи платок, повязала им волосы, кокетливо выпустив кончик наружу. Вот так-то! Никто меня теперь не назовет дяденькой, потому как видно, что я самая настоящая, что ни на есть тетенька! И не старая еще тетенька, утешила я себя, и спросила светло-русую краску для волос.
   Держа пакеты и торт в руках, а клюшку под мышкой, я медленно вышла из магазина и пошла к дому.
   Я радовалась тому, что иду домой, где ждет меня ошалевший от радости кот, светит мартовское солнце, теплый ветер касается моих волос, а впереди ранняя весна и счастливое лето.
  
  

ЭТА ПОЗДНЯЯ ГРУСТЬ

   Жить стоит ради книги еще ненаписанной тобой, ради ужина на шесть персон, ради путешествия в Италию с любимым человеком...

(Высказывание неизвестного автора)

   Был тихий и теплый день, когда ласковое солнце, склоняясь к закату, освещало деревья, покрытые желтой и красной листвой... Еще весело стрекотали кузнечики и щебетали птицы, но цветы уже пахли осенней грустью и напоминали о долгих и холодных дождях...
   Была та редкая сентябрьская пора, когда встречались "молодое" и "старое" "бабье лето". И судя по приметам, "старое бабье лето" не собиралось уступать осени до середины октября...
  

* * *

   Я ждала мужа в книжном магазине, где можно спокойно выпить чашечку чая или кофе, почитать книжку, которую никто не будет вырывать из рук, а также посмотреть на зверюшек: кролика, морскую свинку и хомячков.
   Зверюшек мне, правда, было жалко: они пугливо прятались в укрытие и глазки у них были грустные. Это новаторство администрации я не приветствовала. Но сам магазин любила еще и за то, что мы всегда встречались здесь с моим мужем.
   Простите, я оговорилась. Бывшим мужем. Хотя называть его так еще не поворачивался язык.
   Наши отношения с каждым годом ухудшались, и мы давно уже были в тупике, откуда не было выхода... Несчастные, мы бились о стенки этого тупика и наносили удары друг другу...
   Четыре года назад мы разъехались, а год назад уже развелись, но продолжали по-прежнему встречаться то у остановки "Аквариум", то в нашем любимом книжном магазине.
   Что делать, если звенья прожитых лет еще удерживали нас от окончательного разрыва...
   Но последние полгода я чувствовала, что муж мой из тупика все же вышел, его не было рядом со мной, как раньше. И в тупике зиял пролом, из которого тянуло ледяным ветром перемен.
   Изредка он возвращался ко мне, и я пыталась его остановить, но он холодно отводил мои руки и уходил в пролом тупика, да и заваливал его скалой, чтобы я не побежала за ним.
   Ну, конечно же, я пыталась выяснить отношения по типу банальных расспросов: "У тебя кто-то есть, скажи мне, я пойму правильно"...
   Ха-ха, кто бы сказал!?
   Ведь все советы психологов и бывалых людей сводятся к одному: отрицайте, отрицайте и всегда отрицайте измену, ибо последствия чистосердечного признания таковы, что они разрушат даже самую крепкую семью. Я догадывалась, что это уже не измена, тут уже шел поиск спутницы жизни и бывшая жена, то есть я, в расчет уже не принималась. Он искал жену близкую ему по духу, чтобы ее присутствие дарило тепло и уют.
   Мое неумение жить семейной жизнью его раздражало, и он искал тихий уголок с мягким диванчиком перед телевизором, вкусными пирогами и, разумеется, отсутствием проблем.
  
   Он появился неожиданно и тихо сел на другой конец дивана, внимательно глядя, как я выписываю из книги О. Генри цитату для моего рассказа "Портрет светской провинциалки". Я почувствовала его взгляд, повернулась и увидела чужое лицо. И меня испугало его выражение, хотя оно означало лишь привычное неодобрение моего литературного занятия.
   Не сговариваясь, мы поднялись и вышли из магазина. Он морщился и подволакивал ногу. Я знала, что нога у него болела, когда он нервничал или раздражался. Обычно, я отвлекала его от боли, расспрашивая о его делах и планах. Но сейчас я почему-то молчала, и это было непривычно для меня, но я понимала, что мое сознание остро фиксировало его жесты, мимику, взгляд, походку и отправляло информацию куда-то на обработку, и оттуда шел приказ: "Молчи и наблюдай!".
   Я молчала, молчал и он, пробормотав на ходу: "Мне завтра рано вставать на занятия. Я должен вернуться домой". У меня же параллельно шел перевод этой фразы: "Я не хочу идти к тебе, не хочу тебя видеть, я тебя не ...", но дальше перевод терялся.
  -- Ну, тогда я поеду, - слабо улыбнулась я, - спасибо, что приехал.
   Шла моя маршрутка, я сделала движение к ней, и он тоже шагнул в открытую дверь.
   Доставая деньги, он уронил дипломат, я охнула, поднимая его. Он недовольно поморщился - он не любил моих эмоциональных проявлений на людях. Потом он попросил мой рассказ и уткнулся в него, не обращая на меня внимания.
   Мы уже давно не разговаривали в транспорте и не смотрели друг на друга. Как правило, он доставал журнал или книгу, ну, а мне, мне было страшно признаться, что я не хочу видеть его равнодушное ко мне лицо...
   Он вынул ручку и стал делать правки, но слишком сильно нажал на бумагу, ручка сломалась, и я быстро дала ему свою.
   Мы ехали долго, и напряжение между нами росло, ведь с моей стороны не было расспросов, я впервые не заполняла долгую паузу.
   Когда он открывал дверь, то задел больную ногу и сквозь зубы обругал шофера. Заметив мой удивленный взгляд, он резко отвернулся.
   Мы зашли в магазин около остановки, где он неохотно купил сосиски, хотя я и сказала, что у меня диета - не ем мясного.
   Последние полгода он неохотно тратил деньги на продукты, расходы его тяготили, и он ругал меня за вечно пустой холодильник.
   Раньше он приносил полные пакеты продуктов и выкладывал их на стол, радостно мне улыбаясь.
   Мы подошли к дому, он поздоровался с соседями, а они попеняли ему, что он "...давненько у нас не был", и мне было больно это слышать. Еще я некстати я вспомнила, что на днях он даже не поздравил меня с моим любимым праздником Днем медработника. Господи, сколько я его лечила, ведь он был мой любимый пациент, как это и не смешно звучало.
   ...В тот день лил дождь, и я болела. Его звонок меня очень обрадовал, но, почувствовав его нежелание ехать ко мне, охотно ему подыграла, мол, не приезжай, не надо, еще заразишься каким-нибудь вирусом. Он так быстро согласился не ехать, что это было даже обидно.
   В молчание мы поднялись по лестнице, он снял туфли, прошел в комнату, взял кота на руки, и впервые улыбка озарила его лицо.
   И, глядя на него, мне хотелось заплакать, но внутренний голос жестко сказал: "Без истерик, пожалуйста, смотри и молчи!". Поэтому я прошла на кухню и стала готовить нехитрый ужин.
   Он отстранил кота и стал звонить по телефону матери, и до меня доносились обрывки фраз: "Я через час уеду...у меня занятия...чемпионат надо посмотреть...".
   Сердце сжалось, ведь раньше он всегда оставался, и утром после совместного завтрака, создающего иллюзию семейной жизни, мы вместе уезжали на работу, взаимно довольные жизнью и друг другом.
   Супружеские отношения еще связывали нас, и рвать их окончательно нам не хотелось.
   В молчании мы поужинали. Он даже не спросил, почему я так молчалива (ведь я всегда искрила эмоциями, и потому поведение мое даже мне казалось странным).
  -- Я полежу, ладно? - сказал он, взяв книгу, которую я читала, да и забыла на холодильнике.
   Кот таращил глаза и перебегал то ко мне, то к нему, но муж уже не обращал на него внимания, а ведь раньше они сливались в экстазе взаимной ласки. Кот лег на пороге и смотрел на нас поочередно, недоуменно вращая головой.
   Я долго мыла посуду, долго вытирала стол, а потом тоже взяла старую забытую газету с холодильника и стала ее читать. Он не звал меня, а когда я все же пришла и молча села на край кровати, он продолжал читать, по-прежнему не обращая на меня внимания.
   Я прислушалась к себе, глядя на него. А мое тело жадно принимало какие-то неведомые мне сигналы... и не откликалось.
   И состояние это было для меня непривычным и в чем-то даже жутким.
   Руки не поднимались его обнять, а ноги встать и сесть к нему поближе. Я оставалась сидеть у него в ногах, боясь пошевелиться.
   Он читал, он читал, не отрываясь, и лицо его было напряженным и злым. Еще оно было бледным и каким-то отечным.
   - Может, ему нездоровится? - предположила я. - Ну, уж нет! Он бы стал жаловаться долго и обстоятельно, а я согласно жалобам стала бы искать таблетки.
   - Истерику все же надо закатить, - деловито подумала я, - а потом, конечно же, наступит примирение "на подушке", и никуда он не уйдет, спать захочет и останется".
   - Не смей, - грозно сказал внутренний голос, - истерика не поможет, он встанет и уйдет. Расставаться надо друзьями - это твой последний шанс сохранить память о том хорошем, что было... И истерик больше не будет в твоей жизни, - зловеще добавил он, - поняла?
   Да, я понимала.
  -- Чаю хочешь? - спросила я его, и он кивнул с облегчением.
   Я снова пошла на кухню, и поставила чайник на плиту, а, снимая его, я обожгла руку. Боль от ожога неожиданно обрадовала меня, она отвлекала от душевной боли.
   Я сидела на кухне и вспоминала свою подругу, которая была в похожей ситуации.
   - У вас сейчас нет ничего, - говорила она, - вас ничто не держит друг около друга. Вы, как два грибочка, топчетесь на месте, и к тому же, больше всего боитесь, что не будете нужны никому. Чего ты боишься? - возмущенно спрашивала она меня. - Мужика не найдешь?! Это для души полезно уйти от такой тягомотины... другой мужчина, другой запах, другие ощущения... все другое... старая боль должна рассосаться,... а ты ее копишь. Зачем?! Вы оба обречены... И он-то уж поди давно кого-то нашел, а к тебе возвращается из жалости... Тебе это нужно?
   Я не хотела никого искать, потому что мне никто не был нужен...
   Это смешно, но ко мне часто подходили знакомиться - судьба предоставляла мне возможности. Но муж был единственным и любимым мужчиной.
   И вдруг неожиданно я подумала, что несчастье мое было не в том, что от меня уходит муж, а в том, что я "прилипла" к нему и тем самым связывала его и себя...
   Мой темперамент был таков, что я не могла переключиться на другого мужчину, инертность нервных процессов, знаете ли, что тут поделаешь. Я не могла выйти из круга Судьбы, очерченного циркулем моего характера...
   ...Но я вспомнила, что два года назад едва устояла от желания продолжить знакомство.
   Сразу же после окончания экспедиции мужа увезли в больницу с приступом аппендицита. Мне позвонила свекровь, до сего дня не разговаривавшая со мной. Я, в спешке покидав в сумку халат и презенты врачам, помчалась на такси в больницу.
   Я прибежала, когда его перекладывали с каталки на кровать после операции, он едва отошел от наркоза, и я увидела радость на его лице оттого, что я рядом. Я осталась дежурить в эту ночь и не сводила с него глаз. А утром помогала ему встать и умыться. Здесь я была в своей стихии, ведь мне нравилось ухаживать за больными. И лишь поздно вечером я уехала домой. Денег на такси уже не было, и я добиралась с несколькими пересадками.
   Глядя на свое отражение в трамвайном стекле, я удивилась тому, что оно у меня было красивым. Я была счастлива, муж выздоравливал, и мне казалось, что в нашей жизни теперь уж все будет хорошо. С трудом, отвернувшись от окна, я стала читать книгу Альберто Моравиа "L'amore coniugale" в подлиннике и вздрогнула, услышав итальянскую речь.
  -- Questo e buon libro cara signora e vero?
   - Si, - растерянно ответила я, поднимая голову, - Si certo! Questo libro l'ho letto due volte... . Мужчина был моих лет, с умным лицом и решительностью в движениях. Он сказал, что проходил стажировку в Италии, в 70-х годах на заводах "Фиата", когда работал инженером на "ДААЗе". А я в те годы работала там гальваником в цехе металлопокрытий. Мы как-то быстро разговорились, и когда вышли на моей остановке, то долго ходили вдоль улицы, и нам не хотелось расставаться.
   Он попросил телефон, а я лицемерно вздохнула и сказала, что сижу на чемоданах и через три дня улетаю в Италию. Он почему-то поверил сразу, но попросил еще погулять. Мы гуляли до часу, и, прощаясь, он вздохнул:
  -- Давно со мной такого не было, чем же Вы меня "зацепили", не скажете?
   И я вполне серьезно сказала, что мое платье как раз фасона 70-х годов, и, возможно, оно напомнило ему какую-нибудь девушку, в похожем платье, которая нравилась ему в те годы.
   Ну, и итальянский язык, конечно же, создал атмосферу доверительности (про полумрак, скрадывающий мой возраст я, разумеется, не упомянула).
   Я понимала, что в тот вечер я была счастлива, я светилась от любви к мужу, и это-то и привлекло его ко мне на неосознанном уровне.
   Мы с сожалением распрощались, я вернулась в свою пустую квартиру и подумала, что другая женщина использовала бы этот шанс на полную катушку.
   Мой спутник был интересный мужчина редкой породы интеллектуалов, и он не был похож на потасканных котиков. Уж эту-то категорию я хорошо знаю. И кстати, он был сам смущен своим внезапным влечением к случайной женщине...
   Но, Боже мой, разве я могла изменить своему мужу?!
   Сквозь мои воспоминания вдруг стал прорезаться бесхитростный мотив песни из моей такой далекой юности:
   Ведь были мы счастливыми когда-то,
   Любили мы, а разве это мало?..
   Муж внезапно встал с кровати и прошел на кухню:
  -- Ну, мне пора, дай попить.
   Я молча протянула ему чашку, его любимую синюю чашку, которую он привез из Москвы. Я не могла, как раньше, налить ему чай и подать чашку, что-то мешало мне.
   Он с недоумением посмотрел на меня, потом недоумение сменилось негодованием. Я по-прежнему стояла с протянутой чашкой. Он резко повернулся, взял бокал, налил воды из-под крана и стал жадно пить, не садясь на стул. Затем он вышел в прихожую и сказал равнодушным голосом:
  -- Знаешь, я ведь так устал приезжать сюда каждую неделю, - и посмотрел на меня.
   Я молча кивнула.
   Мне хотелось сказать, что я тоже устала оттого, что он каждый раз уходит, что, может быть, и, в самом деле, лучше ему не приезжать. Но этого я сказать не успела, он вышел и закрыл дверь, как мне показалось, с облегчением.
   Я не пошла провожать его на лестничную клетку, и не смотрела ему вслед, как раньше... а кот, забытый кот, которого он не погладил перед уходом, метался по комнате, царапал косяк двери, жалобно мяукая ему вслед. Он бросался на дверь и стоял столбиком, пытаясь ее открыть, а я гладила его по голове.
   Душа моя болела, но она щадила тело и не выпускала эту боль, иначе у меня заболело бы сердце, участился пульс, а на лице выступили бы красные пятна. Но грустный мотив звучал в ушах, и я машинально повторяла давно забытые строчки.
   Потом я долго сидела на балконе и ждала его звонка, а кот примостился у моих ног и тихо мурлыкал.
   Он долго не звонил, и я, теряя терпение, неоднократно набирала его номер, но он был постоянно занят, а когда он, наконец, ответил, я не почувствовала радости в его голосе, звучала какая-то неловкость - ему уже не был нужен мой звонок. Перебросившись несколькими фразами, мы замолчали - нам не о чем было разговаривать.
   Резко повесив трубку, я пошла в ванную. Умылась, и надевая ночную рубашку, как-то вдруг оценивающе посмотрела на себя в зеркало. Фигура была хорошая, а лицо сохраняло живость эмоций, а цвет его еще был не плох. Это было лицо человека без вредных привычек и пагубных страстей. В роду у нас женщины старели поздно, да и мне всегда давали на десять лет меньше.
   Я впервые пожалела, что к себе относилась небрежно и не холила себя, как некоторые женщины. Лишь только год назад стала красить губы и согласилась по настоянию парикмахера красить волосы в светло-русый свет под "платину" и цвет был выбран удачно. Я придирчиво поворачивалась перед зеркалом и видела неординарную интересную женщину, к тому же и с богатой внутренней жизнью...
   Я впервые поблагодарила Судьбу за свои неплохие природные данные, и кто знает, может быть, она даст мне последний шанс. "Не подойдешь телом - не подойдешь и делом, - приговаривала моя бабушка и добавляла, - а не подойдешь делом - не подойдешь и телом". Я грустно улыбнулась - хозяйка я была плохая, что и говорить. Значит, нужно искать мужчину, который бы умел и любил готовить, а уж с уборкой я справлюсь.
   В голове уже зазвучало продолжение забытой песни:
   Пришел другой, и я не виновата,
   Что и любить, и ждать тебя устала.
   Придет ли другой? Вот в чем вопрос!
   Надо искать, вот и все. Но хватит ли мне энергии на поиск? Смешно, конечно, но ведь у меня и в молодости не было установки на поиск спутника жизни. Я плыла по течению, отталкивая от себя мужчин, как надоедливые бревна, мешающие мне плыть к возвышенным целям.
   И они действительно мешали, ах, как мешали! Им вовсе не было дела до моего богатого духовного мира. Они клевали на мою молодость и внешние данные.
   Ах, какие злодеи, однако ж... эти мужчины!
   И, несмотря на грусть, охватившую меня, я уже улыбалась, глядя на себя в зеркало. И, как всегда, моя чарующая улыбка Весов мне нравилась.
   Ну что ж, я прошла в комнату, накрылась одеялом и подумал: "А может быть, все не так уж и плохо? С бывшим мужем мы останемся друзьями. Кем бы я была без него?!" Он научил меня писать научные работы и готовить простые блюда. Он научил меня понимать анекдоты и смеяться над ними. Я, благодаря ему, полюбила литературу и историю и начала понимать классическую музыку.
   Да, Боже мой, как много я получила от него ценного!...
   Я стала другой, совсем другой женщиной, и он был моим любимым мужем до последнего сегодняшнего дня. А сейчас он ушел к другой женщине, но разве я буду желать ему зла?
   "Надо уходить с любовью, тогда и сама ты встретишь любовь", - говаривала моя приятельница Мария Алексеевна и, похоже, она не ошибалась.
   Я тоже буду искать мужчину, но... я запнулась..., но не похожего на моего бывшего мужа... другого, так даже будет интереснее.
   Ведь на каждый горшок всегда найдется крышка, так говорится в пословице, значит, буду искать горшок. И я заснула с каким-то странным облегчением, мысленно повторяя банальную фразу, что все что не делается, все делается к лучшему.

* * *

   Я еще не знала, что через два года я буду находиться в том же кафетерии, в том же книжном магазине со своим бывшим мужем и итальянцем Марио, ставшим моим мужем впоследствии - юмористом и большим фанатиком своей работы. Им будет интересно общаться друг с другом, людям одной профессии.
   Я знала, что мой бывший муж тоже был счастлив своей нынешней семейной жизнью и, щадя свою жену, не взял ее на эту встречу. Мы мирно беседовали, и меня сначала не покидало чувство словно мы и не расставались с мужем и просто по привычки зашли в свой любимый книжный магазин. Ах, как мне хотелось остаться с ним, если бы вы знали...
   Тогда я вспоминала свою жизнь с Марио в солнечной Италии, его нежное отношение ко мне и наши увлекательные поездки по странам Европы...
   И, вырываясь из паутины прошлого, я неожиданно обниму своего бывшего русского мужа и скажу ему, почему-то на английском языке, которого они оба не знали:
  -- Thanks to you, I have found him!
   И тут же быстро переведу эту фразу, сначала на итальянский, а потом и на русский язык. Оба они понимающе улыбнутся, глядя на меня и, обменяются крепким рукопожатием. И мы вместе так же, как два года назад встанем и пойдем на остановку.
   Мой бывший муж откроет дверь маршрутки, пропустит нас вперед, дверь захлопнется, он помашет мне рукой... я увижу, как к нему подходит женщина, отдаленно похожая на его мать, они возьмутся за руки и пойдут в свою такую же счастливую жизнь. Вот и все.
   Все это еще будет в моей жизни, а пока я засыпаю под мелодию забытой песни:
   Ведь были мы счастливыми когда-то,
   Любили мы, а разве это мало...
  

РАССКАЗ МОЕЙ ЧИТАТЕЛЬНИЦЫ

(с прологом и эпилогом)

Лаврентьева Т.А.

Капля

   Она бежала, преодолевая преграды, случающиеся на ее пути. Она бежала, всё ускоряя темп, бежала к концу своего пути. Даже если бы этот путь был меньше желаемого, даже если бы он был не такой, как хотелось бы, все равно она бежала. Все равно куда, все равно, в каком направлении, все равно зачем.
   Она бежала - и это была главная цель. Цель всей ее недолгой, но значимой для кого-то или чего-то, жизни.
   Цель. Кто ее придумал? Кто поставил перед ней вопрос - добраться до цели? Кто и зачем? Какая разница? Не задавая глупых вопросов, можно быстрее добежать до цели. До цели, которая может никому и не нужна вовсе.
   Какая разница? Главное - бег. Стимул жизни - бег. И она бежит.
   Она бежит каждый раз, как ей скажут. И она бежит, стремясь быстрее добраться до финиша, до столь желаемой цели. Быть может она такая одна?
   Нет, их тысячи, сотни тысяч. Их много. И они бегут. Все бегут в разных, только им ведомых, направлениях. Бегут, сталкиваясь друг с другом, не замечая друг друга, не оглядываясь. Бегут каждый к своей единственной цели. Бегут.
   Куда вы бежите, зачем и кто вам задал темп? Кто тот, кто заставил вас бежать? Кто он?
   Какая разница? Главное - это скорость, главное - это цель...
   Она бежит, уже добираясь до лучезарной цели. Она бежит, потому что так надо. Так надо жить: бежать и не оглядываться.
   Она бежит по правилам. Она бежит по стеклу. Она - капля.
   Толпа похожа на дождь, стремительный и не всегда нужный.
   Толпа - это дождь, а она - его капля.

* * *

   Скажу сразу, она мне не понравилась... Обычная женщина в возрасте моей мамы, "далеко за сорок и очень близко к полтиннику". Ну, вы, конечно же, понимаете, что в моем возрасте пожилые люди мне не были интересны...
   Кстати, она не владела приемами воздействия на людей и не умела им нравиться. Это я поняла, прочитав рассказ "Милая Мила". Помните?.. "Любят тех, кто умеет внушать любовь к себе..." Она вовсе не умела внушать любовь к себе или хотя бы симпатию.
   Но она была умна, уверена в себе и обладала редким для женщины чувством юмора.
   Два раза в неделю она приходила в наш Интернет-клуб, отдавала рассказ и уходила. Я его печатала, а потом мы вместе его правили и, конечно же, разговаривали по ходу работы.
   И что мне нравилось в ней, так это то, что она меня понимала. И даже пыталась помочь и предостеречь от каких-то ошибок в моей жизни. А еще она говорила, что у меня есть литературный талант и врожденная грамотность, и я, приободрившись, показывала мои стихи и мою "Каплю".
   "Каплю" она любила читать и, перечитывая ее, все просила послать на литературный конкурс, но я почему-то не решалась это сделать, и она огорченно смотрела на меня.
   Да, она была права - литературу я любила, и мне нравилось работать с текстом, я знала, как найти нужное слово и как выделить абзац, чтобы отрывок из текста проникал в душу, ну, и прочие хитрости...
   Но тяжек писательский труд и не все ступени ведут к литературному Парнасу..., поэтому мне хотелось быть редактором и работать с текстами разных людей.
   Я не интересовалась, почему она писала рассказы, я всего лишь предполагала, что она пытается обрести душевное равновесие, и через образы героев словно сбрасывает с себя что-то наболевшее, чтобы идти по дороге Жизни уже налегке...
   Удивительное дело, она высказывала противоположные, а иной раз и взаимоисключающие мнения по разным вопросам, но, сопоставляя их, я вдруг неожиданно постигала ту самую неуловимую Истину, которая находилась как раз посередине.
   Кстати, после прочтения ее рассказов я стала смотреть на многие вещи под другим углом, и жить мне стало гораздо интереснее.
   Но всему бывает начало и всему бывает конец... и, забирая последний рассказ и расплачиваясь за него, она сказала: "Вот и все, осталось три рубля на чай без сахара в ближайшей забегаловке", - и внимательно посмотрела на меня.
  -- Запомни, Таня, в твоей жизни еще будут моменты, когда ты выберешь цель, и изо дня в день будешь бить в одну точку, работая без устали и отдавая деньги без счета, и даже жить впроголодь ради этой цели и никого около тебя не будет рядом.
   Ты можешь все поставить на кон и проиграть. И твоя мечта по-прежнему останется недостижимой, но это не страшно. Даже проигрыш дает знания, и любой труд не пропадет даром. Ведь проигрыш в одном деле обернется выигрышем в другом, не так ли?
   Но самое страшное, если ты выиграешь, и успех, слава и деньги - все это свалится на тебя в одночасье... И около тебя тут же появятся толпы любящих и обожающих тебя людей. И странное дело, тебе вдруг покажется, что в то тяжелое время они были рядом и помогали тебе, и любили тебя...
   Но ты все же почаще вспоминай, что ты была одна в то время и одна тащила свою неподъемную ношу и никого, никого не было рядом..., а так хотелось на кого-то опереться.
   Она грустно улыбнулась и попрощалась, а я проводила до двери, и пока она шла до остановки, я долго смотрела ей вслед.
   И я решила, что все-таки она была не права, ведь в то время в ее жизни была я..., я - ее первая читательница...
  

* * *

   Она добежала, дошла, доползла до своей цели. Вот она - ее цель, ее заоблачная мечта. Она так стремилась к ней. Так хотела добраться до нее. И добралась.
   Нашла, она нашла то, что искала. Нашла свое призвание...
   Но что дальше?
   Все то время, что она бежала к своей цели, все то время она была одинока. Она просто хотела достигнуть цели, а как - ее не волновало. Она просто бежала, не обращая внимания на тех, кто рядом. А был ли кто-нибудь рядом?
   Теперь уже никто не скажет, потому что рядом никого нет.
   Теперь, когда она добежала до конца своего пути, она осталась одна, ни друзей, ни врагов, только золотая мечта...
   Так к чему она все-таки стремилась в итоге: к своей мечте или к одиночеству?
   В своем стремлении к финишу она безрассудно бежала по дороге, сметая все на своем пути. И теперь впереди только тихая тоска по новой цели.
   Но ведь она не одинока в этом, не так ли?
   И чаще всего, дойдя до финиша, многие погибают под натиском более сильных, потому что весь стимул они потратили на мечту...

ПРОЩАНИЕ

   Был дождливый ноябрьский вечер. Уже объявили о прибытии поезда, но мы все еще стояли у билетных касс и не могли наговориться. Люди оглядывались на оживленное лицо и радостный смех...
   Она была из другого мира, из другой жизни в этот осенний промозглый вечер... И от нее, уже немолодой женщины, шла такая аура женственности, что казалось, тронь ее и искры полетят во все стороны...
   Она уже стала свободной европейской женщиной со знанием двух языков, писательницей и переводчиком, и, в общем-то, достаточно небедной женщиной, по нашим меркам, как вы понимаете.
   А я вспомнила ноябрь прошлого года, когда я провожала ее с потухшими глазами и серым скомканным лицом, она плакала и все время, оглядываясь как бы в поиске родного лица, но никого не было вокруг и она снова всхлипывала каким-то судорожным всхлипом.
   Я тоже плакала и вспоминала отрывки ее стихов. Такие понятные каждой женщине и так рвущие душу тем, кто испытал горечь потерь и разлук...
  
   Прости меня за то, что я любила,
   Но жить с тобою вместе не смогла,
   Прости за то, что не остановила,
   Когда ты уходил, мою любовь кляня.
  
   Я пожелала на прощанье:
   Доволен будь и счастлив будь с другой.
   Пусть никогда воспоминанья
   Не потревожат твой покой.
  
   Меня судьба торопит на пороге,
   Она готовит мне не первый бой,
   Но я скажу: в моих воспоминаньях
   Я буду крепко связана с тобой.
   Ах, как ей тяжело дался этот год, но она упорно писала рассказы и психологические исследования произведений американских и итальянских авторов, и рассылала их по Интернету. И вскоре ей пришло приглашение из двух стран - Канады и Италии, и после долгих колебаний она выбрала Италию.
   Честно говоря, она не хотела уезжать, но выбора у нее не оставалось, все ее пожилые родственники к тому времени уже умерли, а после болезни почти всех своих друзей она потеряла...
   Поезд объявили, мы расцеловались, и в этот раз все было по-другому. Она легко, не оглядываясь, побежала к своему вагону, к своей новой жизни, в которую она возвращалась навсегда, без слез и сожалений.
  
   Настанет час, когда другой мужчина
   В чужой стране протянет руку мне,
   Я улыбнусь ему: я твердо знаю -
   Ты никогда не вспомнишь обо мне.
  
   Она бежала, помахивая небольшой сумкой, в которой были лишь фотографии ее покойных родителей, да еще книжка итальянских сказок "Три апельсина".
  
   Я буду жить в довольстве и покое,
   Моя страна не будет сниться мне,
   Мы никогда не встретимся с тобою,
   Прости, прощай, не помни обо мне.1
  
   Под бравурный марш "Прощание славянки" поезд медленно тронулся, она стояла у окна и улыбалась мне, я махала ей рукой и бежала за поездом и, Боже мой, я не могла понять, почему же я плачу при таком счастливом конце?

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

   Ну что же, дорогие читательницы, книга "Ловушки судьбы" закончена.
   Надеюсь, вы поняли, что эта книга не только о женщинах, но и мужчинах, которые присутствуют за кадром каждого рассказа...
   Мне бы хотелось пожелать, чтобы вы учились понимать мужчин и не имели к ним вражды или ненависти.
   И поверьте, дорогие читательницы "Женского клуба", мне будет интересно получить ваши отзывы, ведь я с удовольствием работала с вами и никогда не скрывала от вас свои радости и беды.

С уважением и признательностью,

Автор.

  
  
  
   А пока я предлагаю вам отрывок из следующей книги "Характер и судьба".

ЛЮБОВНИЦА - ЭТО ДИАГНОЗ?...

  
   Не знаю, как душа моя
   Влекла меня
   К колесницам знатных народа моего...

Песня песней Соломона

   Мне не хотелось бы касаться этой сложной темы, но не дает покоя случай десятилетней давности...
   Эта, казалось бы, обычная история девушки, которая имела длительный роман со своим начальником..., все знают, как много таких историй бывает в жизни.
   Он клятвенно обещал на ней жениться, как только подрастут его дети.
   Она неплохо жила: имела модные вещи, выезжала с ним за границу, отдыхала в престижных пансионатах и, надо думать, не нуждалась в деньгах...
   И все бы хорошо, но она очень хотела выйти за него замуж.
   Нам понятно ее желание, не правда ли?
   Но в жизни сложилось так, что и дети у него выросли, и даже внуки у него появились, и надоела она ему своими упреками и просьбами, что вскоре он завел себе новую любовницу еще моложе, чем прежняя.
   Наша героиня во время очередной ссоры с ним начала драться, а он, отшвырнув ее в угол, сломал ей руку, спасаясь при этом бегством... Она грозилась подать в суд на него, и считала, что теперь-то он на ней женится, чтобы избежать огласки. Но ожидания ее были напрасными.
   И вскоре стала она караулить его любовницу на остановке трамвая, и однажды набросилась на нее с кулаками, гневно объясняя всем собравшимся, что она, любовница - проклятая, увела ее мужа.
   "Не получишь Петухова", - кричала она, раздавая ей оплеухи, к восторгу всех присутствующих.
   А Петухову, говорят, шел к тому времени уже шестой десяток, он был хорошим семьянином, уважал жену, заботился о детях и нежно любил внуков. Но он получал необъяснимое удовольствие от того, что из-за него дрались женщины, и в мужских компаниях часто любил вспоминать об этом...
   Ну, что тут сказать, дорогие мои читательницы?
   Статус любовницы обернулся для нашей героини не только трагедией, но и диагнозом, ибо безумная страсть зачастую ведет к безумному существованию...

СОДЕРЖАНИЕ

Из цикла "Ловушки судьбы"

   Предисловие 4
   Улыбка судьбы 6
   Искатель девственниц 10
   Киллер ищет проигрыш 15
   Женщина-вамп 21
   Содержанка 28
   Разлучница 47
   Рецепт для психиатра 57
   Часть I. Фанатка 58
   Часть II. Профессор Ягодка 61
   Рассказ для "Cosmopolitan" 69

Из цикла "Ах, эти женские истории"

   Крошечка -хаврошечка 84
   Портрет светской провинциалки 89
   Неразлучные подруги 98
   Черновик рассказа 104
   Санта-Барбара 114
   Сюжет для некрасивых девушек 122
   Lady-boss 129
   True women 136
   Destino 143
   Последняя дань 148
   Нимфетки-малолетки 155
   Муси-пуси 162
   Благие намерения 167
   Первая потеря 180
   Милая Мила 184
   Торт с чайными розами 189
   Эта поздняя грусть 204
   Рассказ моей читательницы 216
   Прощание 220
   Заключение 222
   Любовница - это диагноз? 223

Готовится к печати цикл лекций,

прочитанных в "Женском клубе",

"Житейские истины глазами психолога"

  -- Любовница - это диагноз?..
  -- Богатые не плачут!.. (Особенности характера богатых людей).
  -- Содержанка всегда в проигрыше... или стерва, как она есть.
  -- Синдром "последней любви" у женщин среднего возраста.
  -- Секреты брачного агентства.
  -- Синдром "старых дев".
  -- Жены - убийцы.
  -- Почему дети убивают родителей?
  -- Сутенер и проститутки.
  -- Сексопатология в средствах массовой информации.
  -- Манипуляционные приемы в сфере маркетинга.
  
  
  
   После проведения цикла лекций проводятся консультации и индивидуальная работа с клиентами.
   Психотерапевт Максимова Лидия Александровна
  
   тел. 45-15-23 (рабочий)
   63-00-97 (домашний)
  
  

"Женский клуб" рекомендует:

  
   Сборник рассказов "Ловушки судьбы" необходимо прятать от мужчин, чтобы они не знали, насколько опасны женщины...
   Ведь не дай Бог, если кто-нибудь из них узнает свою жену, подругу, любовницу или даже соседку по лестничной площадке...ибо это чревато непредсказуемыми последствиями.
   Но возможно, что кто-то и возблагодарит судьбу за то, что его жена не похожа ни на одну из героинь сборника... Кто знает?
   Однако, кто предупрежден - тот вооружен, не так ли?
  
  
  
   Когда бедность и болезнь входят в дверь, любовь вылетает в окно (английская пословица).
  
   За жаргон психиатра автор приносит извинения.
  
   3 Я всегда играю с открытыми картами и ни когда не проигрываю.
   Презерватив (молодежный сленг)
  
   Использованы стихи Павла Васильева.
   Настоящей женщине, читающей "Соsmopolitan", даже и в голову не придет, что можно ехать за свой счет (примечание автора).
   Сказочный персонаж из русской сказки Крошечка-Хаврошечка - послушная, добрая и работящая девочка-сиротка.
  
   Стихи С. Матлиной
   Цены указаны по высшему уровню г.Симбирска (примечание автора).
  
   Светские провинциалки любят использовать в своей речи уменьшительно-ласкательные словечки: славненько, прикольненько, классненько и др. (примечание автора).
   Названия ресторанов придуманы автором.
   Речь идет о личных взглядах автора, и ответственность за них редакция не несет.
   Данное положение я считаю верным не только для проституток, но и содержанок, коих в наше время объявилось бесчисленное множество.
   True - истинный, настоящий (анг.)
   Судьба, рок, участь (итал.)
   Помню, как я в 1998г. случайно попала в одну такую компанию в коттедж в центре города, где веселились похожие на Ельцина бывшие советские начальники, а ныне богатые предприниматели. В основном это были люди, связанные со строительством, газом, связью и железной дорогой.
   Это были здоровые ядреные мужики с высоким чувством превосходства над окружающими, но здесь они были свои среди своих и держались на равных. Жены были под стать им - настоящие боевые подруги, которые крепко держали их в руках. И, несмотря на богатство, еще сажали по 20 соток картошки, имели огород и закручивали по 200-300 банок домашних солений и варений.
   Мужья пили, пели, рассказывали матерные анекдоты и похабные частушки.. "Однако алкоголь вас хорошо косит, - подумала я, - в душах-то пустота, вот вы и заливаете за воротник, а пить хочется все больше и больше, ибо ничего в этой жизни вам и не остается. Вы спасаетесь от этой пустоты любовницами, заграничными поездками, самодурством да таким вот суррогатом общения друг с другом.
   Ан нет, не очень-то и помогает ... завтра проснетесь со злобой и немощью, и повезут вас верные подруги к наркологу, и если бы не они, то у вас давно и косточки бы сгнили".
  
   Шла и я как-то по рынку в январский холодный вечер, когда уже стемнело. И вдруг так потянуло домашним запахом ванили и корицы, что я с грустью вспомнила пирожки моей покойной тетушки. Ноги сами вынесли меня на этот запах. Так я и познакомилась с Машенькой и узнала от нее эту историю.
   В одном глазу - нежность, в другом - расчет (англ. пословица).
  
   Термин автора
  
   12 Как объяснял мне один уголовный авторитет, что в переводе "пацан" - это помощник вора. Это глупая шестерка для группировки и субпродукт для тюрьмы. Надо ли говорить, что для психиатров это синоним дебила и психопата в одном лице.
   "Супружеская любовь" (итал.).
   - Это хорошая книга, синьора, не правда ли? (итал.)
   - Да, да конечно! Эту книгу я читала два раза... (итал.)
   - Благодаря тебе я обрела его!
   Рассказ "Капля" написан моей первой читательницей Лаврентьевой Т.А., включен в сборник с соглаия автора.
   Стихи автора.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   98
  
  
  

Оценка: 1.00*2  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"