Малиновская Елена: другие произведения.

Дочь тролля. Книга первая. В погоне за женихом

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
  • Аннотация:
    Тебя похитили? Не беда, возможно, твой похититель просто не знал иного способа, чтобы познакомиться и сказать, как сильно ты ему понравилась. Похитили похитителя и вроде как будущего жениха? А вот это уже проблема, поскольку ты всерьез настроилась на скорую свадьбу. Но и это решаемо! Собирай компанию - и в путь, на штурм замка за высокими горами! И чем больше народа участвует в мероприятии - тем веселее! Даже если замок драконий, похитители - тоже судя по всему драконы, ну а то, что потенциальный жених - дракон, ты узнала еще до того, как сказала да. Ох и загадочная штука - любовь...
    Первая книга соответствующего цикла. Вышла в октябре 2014 года в серии"Колдовские миры" издательства "Эксмо". Тираж: 7000 экземпляров, ISBN: 978-5-699-76350-4. Внимание! На самиздате отсутствует значительная часть произведения!

 [Анатолий Дубовик]

ДОЧЬ ТРОЛЛЯ

КНИГА ПЕРВАЯ

В ПОГОНЕ ЗА ЖЕНИХОМ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПОХИЩЕНИЕ

   Я твердо решила стать колдуньей. Только магия, по моему убеждению, могла вытащить меня из зыбкого болота обыденности и вознести к небывалым высотам благоденствия. Ну, это если выражаться высокопарным книжным языком. Как обычно писали о тяжелой женской доле в сентиментальных романах, которые я украдкой таскала из материнской библиотеки. А если говорить по-простому, то мне до безумия наскучил размеренный и спокойный деревенский уклад жизни нашей семьи. Завтрак ровно в девять, ужин -- не позже шести. По выходным жди в гости тетушек с отцовской стороны. Их имелось целых три, и для меня они были на одно лицо, поэтому я постоянно путала, как кого зовут. Невысокие, чрезвычайно говорливые и незамужние, хотя возраст их давно перевалил за критический для девушек, желающих выгодно устроить свою семейную жизнь. Старшей -- около сорока, младшей -- давно за тридцать. Впрочем, в их одиночестве не было ничего удивительного, если учесть любовь тетушек к сладкому, из-за чего их фигуры уже много лет как опасно приблизились очертаниями к шару. Прибавьте к этому отсутствие приданного и скверный нрав их матери, то есть, соответственно, моей бабушки. Кстати, ей давно был заказан вход в наш дом, поскольку при последнем визите отцу пришлось лично разнимать отвратительную свару, в конечном итоге переросшую в рукопашную, которая приключилась между нею и моей матерью.
   К слову, из этой драки, к моей вящей радости, победительницей вышла последняя. Она не только знатно проредила волосы свекрови, но и ненароком расквасила нос отцу, в пылу ссоры случайно угодившему под удар. После этого бабушка громогласно прокляла мою мать и заодно меня, поскольку я была, выражаясь ее словами, "отродьем гнилого чрева", и навсегда удалилась из нашей жизни. Какое-то время тетушки тоже не приезжали, видимо, испугавшись гнева матери. Но потом еженедельные визиты возобновились. Пару раз я слышала, как Штрея -- старшая сестра -- украдкой шепталась с моей матерью. Вроде бы, просила первой пойти на попятную и нанести визит вежливости и примирения. Говорила, что сьерра Вайара уже стара, потому не может переступить через гордость и признать, что погорячилась. Однако она искренне любит свою единственную внучку, то бишь, меня, и ради возможности видеть ее готова простить своенравную и быструю на расправу сноху. Подумаешь, подрались. Бывает. Главное, что не убили друг друга. В конце концов, мы не дворяне, чтобы переживать за фамильную честь.
   Но матушка была непреклонна. Сказала, как отрезала: не она первой начала ту ссору, не ей и прощения просить. С тех пор прошло уже больше года. Но ни бабушка, ни моя мать не собирались сдавать позиций.
   Впрочем, я немного отвлеклась. Просто это происшествие оказалось единственным более-менее интересным за все семнадцать с половиной лет моей жизни. И все чаще я досадовала на неуступчивость матери. Все-таки моя бабушка жила в самой столице нашей родины Прерисии -- шумном и богатом на события Ерионе, тогда как наше семейство не выезжало никуда дальше ближайшего небольшого городка под названием Литлтон. Да и то наши визиты обычно заключались в посещении крохотного храма, в котором, как это часто делают в небольших селениях, где нет возможности должным образом разместить святилища всех богов, находились алтари только основных наших небесных покровителей. Для женщин такими были Лиора, богиня плодородия, и Бригида, покровительница счастливого брака, для мужчин -- Треон, супруг Лиоры и бог плодородия, и Атирис, верховный бог. В самом деле, не славить ведь обычным людям Ариоса -- бога войны, или же Альтиса -- бога мертвых, да останется он навсегда слеп. Пока родители предавались молитвам и размышлениям о сути бытия, я украдкой зевала и прислушивалась к тихим разговорам о погоде, урожае, семейных проблемах, ведущихся между остальными посетителями храма.
   И вот как раз в прошлое воскресенье мое ухо уловило среди пустого трепа ни о чем драгоценное зерно интересного. Из приглушенного диалога двух женщин я узнала, что в округе объявился самый настоящий маг! Причем не просто маг, а черный колдун! Как иначе объяснить то, что он поселился в давно пустующем доме, расположенном далеко на отшибе, у самого кладбища. Разве может обычный человек наслаждаться столь жутким видом из окна: куда ни глянь -- везде памятники да каменные круги, как символы единства богов после смерти. Некогда в этом доме жила местная знахарка, объяснившая столь странный выбор тем, что на кладбище произрастает множество трав, которые получают целебные свойства, лишь будучи сорванными в полнолуние. Мол, она слишком стара, чтобы бояться мертвых, к чьей славной компании несомненно и скоро присоединится, и слишком больна, чтобы ночью преодолевать большой путь из городка к кладбищу, рискуя по темноте переломать ноги. А до нее в этом доме вроде как жил некромант, который творил всякие непотребства с телами умерших. Правда, об его отвратительных делишках быстро стало известно, бургомистр сообщил куда надо, и из Ериона прибыл королевский маг, после короткой, но ожесточенной схватки пленил негодяя и отбыл с ним в неизвестном направлении. Должно быть, к настоящему моменту угли, оставшиеся после сожжения проклятого некроманта на костре, давным-давно остыли и превратились в ничто.
   В общем, я опять отвлеклась. Просто хотела объяснить, какая жутковатая слава шла об этом доме среди местных жителей. Естественно, когда узнали, что дом выкупил какой-то таинственный неизвестный, то по городку вновь поползли слухи, что нас почтил визитом еще один черный колдун. Но в моей душе это известие всколыхнуло крайне противоречивые чувства. Я вдруг осознала, что сыта своей жизнью, в которой не происходило ничего интересного или захватывающего, по уши.
   Что скрывать очевидное, я давно размышляла, как же вырваться из этого болота. Выгодное и счастливое замужество мне, увы, не грозило. Через шесть месяцев мне должно было исполниться восемнадцать -- самая пора для вступления в брак, но порога нашего дома завидные женихи избегали, словно демоны -- святой воды. Да что там -- завидные женихи. Думаю, мои родители были бы рады любому мало-мальски приличному мужчине, решившему взять меня в жены. И плевать на внешность и состояние, лишь бы человек, как говорится, был хороший. Думаю, не отказались бы они даже от вдовца, обремененного после преждевременной смерти супруги кучей детишек. Но дело было в том, что боги, помогая моим родителям произвести меня на свет, знатно повеселились. Увы, как ни печально осознавать, но я родилась откровенно некрасивой. Угловатая, худая до такой степени, что можно было пересчитать все ребра, с веснушками, густо усеивающими не только нос и щеки, но даже шею и предплечья, с волосами неопределенного цвета. Летом они по непонятной причине выгорали до неприличного рыжего, веснушки тоже начинали пламенеть, и тогда каждый прохожий украдкой плевал через плечо, опасаясь недоброго. Ведь каждый знает, что подобная внешность встречается только у быстрых на сглаз ведьм. Положение не спасало даже то, что матушка никогда не любила и не умела заплетать кос, поэтому с раннего детства меня стригли очень коротко, под мальчика. Но самый главный недостаток -- мой рост! Я была высокой. Даже очень высокой. На голову выше любого потенциального жениха. Какому же мужчине такое понравится? Представляю, как потешно смотрелась бы подобная пара со стороны. Люди злы на языки, не сомневаюсь, что меня и моего предполагаемого супруга наградили бы кучей неласковых прозвищ, благо, если до прямых оскорблений дело бы не дошло.
   Эх, если бы наша семья была богатой! Деньги способны творить любые чудеса, порой способны они устроить и счастливую семейную жизнь. Но наше семейство, хоть и входило во второе сословие1, не могло похвастаться сбережениями. Дело в том, что отец любил пакорт, но удача редко благоволила ему в этой игре. К тому же некогда он безвозвратно одолжил все свои деньги лучшему другу. Тот плакал и валялся у него в ногах, умоляя о помощи. Вроде как по глупости угодил в очень неприятную историю, связавшись с опасными людьми, и если не заплатит сегодня -- то завтра его хладный труп выбросят в ближайшую сточную канаву. Но он обязательно отдаст долг! Продаст дом, все свое имущество -- но не подведет друга, если тот вытащит его из передряги.
   Стоит ли говорить, что с тех пор миновало уже десять лет, однако возврата денег отец так и не дождался? По слухам его друг прекрасно себя чувствует. Периодически его видят в разных городах Прерисии, но ни на одном месте он не остается надолго, видимо, опасаясь встречи с разгневанными кредиторами.
   Из-за совокупности всех этих факторов -- некрасивой внешности и бедности семьи -- уже с самых ранних лет я прекрасно осознавала, что принц на белом коне вряд ли ко мне прискачет. Из-за того же проклятого вечного безденежья родители даже не смогли нанять мне частного учителя. Впрочем, отец этому и не расстроился. При любом удобном случае он ворчливо замечал, что лишние знания несут многие печали. Особенно женщине. Мол, кровь приливает к голове, но при этом отливает от других жизненно важных органов, что в итоге приводит к пустоцвету. И при этом всегда с обидой и досадой косился на мою мать. Уже потом я догадалась, что таким образом отец демонстрировал свое разочарование от того, что у него так и не появилось наследника. От старой Альбы, которая прислуживала в нашем доме с незапамятных времен, я узнала, что мать долго не могла оправиться после первых тяжелых родов, в результате которых на свет появилась я. В те времена деньги в нашей семье еще водились, поэтому матушка перезнакомилась, пожалуй, со всеми целителями Прерисии. Но все было тщетно. Несколько раз она беременела, но все неизменно оканчивалось неудачей и продолжительным кровотечением. Последняя провалившаяся попытка едва не привела к ее смерти. И после этого было решено оставить все на волю богов. Увы, больше Лиора ее чрево не благословляла.
   Та же Альба поведала мне, что сначала отец вроде как сам настаивал на том, чтобы мать перестала рисковать собственной жизнью в попытках произвести на свет еще одного ребенка. Но пару лет назад он по непонятной причине вновь поднял эту тему. Каждый раз, как только мать начинала упрекать его по поводу невоздержанности в тратах или в очередном крупном проигрыше -- он жестоко осаждал ее напоминанием о том, на какие жертвы пошел ради нее. Мол, он мог бы развестись, поскольку бесплодие одного из супругов является более чем уважительной причиной в глазах служителей богов, и никто не посмел бы упрекнуть его в этом решении. Но все равно остается в этом браке, хотя больше всего на свете мечтает о сыне. Поэтому мать должна быть благодарна ему и снисходительно терпеть все его маленькие причуды, позволяющие ему хоть немного отвлечься от горестных мыслей.
   Впрочем, рассказ Альбы не стал для меня откровением. Увы, с каждым годом отношения между моими родителями становились все более напряженными. Они ссорились каждый день. Сперва я пугалась и плакала, потом начала относиться к этому с известной долей равнодушия. Матушка научила меня читать и немного считать, и я дни напролет проводила в ее библиотеке, силясь за страницами книг укрыться от ругани, то и дело доносившейся из комнат дома.
   Понятное дело, и матушка, и отец были слишком заняты скандалами, поэтому никто не обращал внимания, чем именно я занимаюсь целыми днями. Так что я слишком рано познакомилась с книгами, которые не стоит читать маленьким детям и особенно -- девочкам. И от всех этих описаний любовных сцен мне становилось еще досаднее, что такая насыщенная и яркая сторона жизни останется так и не познанной мною.
   Нет, я не желала провести остаток дней своих в качестве невесты Атириса! Незавидная участь моих тетушек меня ужасала и пугала до дрожи в коленях. Но если я оставлю все так, как есть, то именно такая доля меня и ждет. Магия -- вот что может меня спасти! При помощи чар я смогу стать красавицей. Заклятия помогут обрести мне богатство. А там, глядишь, и принц на белом коне пожалует.
   Значит, решено! Этой же ночью я отправлюсь к дому загадочного колдуна, поселившегося в наших краях. Сегодня полнолуние, значит, почти наверняка он будет на кладбище. Ну, по крайней мере, я на это надеюсь. Во всех книгах, прочитанных мною, говорится, что именно в полнолуние колдуны творят свои черные мерзкие делишки. Поэтому вряд ли ему будет до меня дело. А я тем временем выкраду его книгу с заклинаниями и сама стану колдуньей!
  

***

   Субботний ужин в нашем семействе предсказуемо завершился очередным скандалом с битьем посуды. На следующий день ожидалась обычная поездка в Литлтон, после которой в гости должны были прийти мои тетки, и матушка начала вслух перечислять покупки, которые нам надлежало сделать в местных лавках для подготовки воскресного ужина. Подходили к концу запасы всевозможных круп, сладостей. К тому же у нее прохудились единственные башмаки. Как это обычно бывает, список все возрастал и возрастал, поскольку она вспоминала все новые мелочи. Отец сначала слушал спокойно, безучастно и без особого аппетита ковыряясь в поданном жарком, но затем начал мрачнеть. Когда перечень покупок перевалил за десяток пунктов, он отложил в сторону столовые приборы, несколько раз сжал и разжал кулаки.
   Я понятливо втянула голову в плечи и с немыслимой скоростью заработала вилкой и ножом, стремясь как можно быстрее расправиться со своей порцией и улизнуть из-за стола. Ой, кажется, полетят сейчас клочки по закоулочкам!
   Однако вопреки моим ожиданиям отец далеко не сразу начал кричать. Матушка, не чувствуя угрозы, нависшей над ее головой, все щебетала и щебетала, радуясь скорой поездке. Можно считать, единственное развлечение в нашей глуши. А между тем отец начал сурово играть желваками. При виде этого я подавилась, стянула с блюда несколько кусков хлеба, встала и украдкой двинулась к дверям, и думать забыв про недоеденный ужин. Сдается, скандал сегодня превзойдет все мыслимые пределы!
   Так оно и вышло. Я едва успела выйти в коридор, как отец взорвался ором. О небо, как же он негодовал, как брызгал слюной и заходился в крике! Уж насколько я была привычна к подобным сценам, но все равно опешила и замерла, слушая все новые и новые обвинения, выливаемые на несчастную голову моей матери. Отец припомнил ей все на свете. И ссору с его матерью, и неспособность родить сына, и отсутствие приданного в незапамятные времена. И даже мое рождение он поставил ей в вину. Мол, дочь получилась настолько уродливой, что никакое замужество ей не светит. А между тем выгодный союз смог бы поправить дела нашего семейства и вытащить нас из долговой ямы. А теперь корми это великовозрастное чадо до самой смерти. И вообще, вокруг одни нахлебники. Где, ну где он возьмет столько денег на наш прокорм?
   Удивительное дело, но именно сегодня его извечные стенания на неудавшуюся судьбу особенно остро и больно резанули меня по сердцу. Еще никогда до нынешнего момента отец не отзывался обо мне настолько оскорбительно. В его словах чувствовалась не просто злость, но настоящая ненависть. И я словно приклеилась к полу, не способная убежать к себе в комнату, где смогла бы накрыть голову подушкой, лишь бы не слышать столь чудовищных обвинений.
   Отец кричал и кричал. Казалось, что это никогда не закончится. Но затем... О, в самом конце своего гневного и яростного монолога он вдруг запнулся, прокашлялся и совершенно равнодушным тоном, звучащим особенно дико по сравнению с предыдущими воплями, обронил, что уходит от нас. Нет, разводиться не будет, но и жить здесь более не собирается. Пару недель назад у него родился сын. И теперь он намерен все свое внимание сосредоточить на той, которая сумела сделать ему самый главный подарок в жизни. А мы... Нам самая пора учиться выживать без него. Совсем без содержания он нас не оставит, конечно, но наши аппетиты придется сильно умерить.
   Наверное, если бы в меня ударила молния -- то это было бы не так больно и неожиданно. Показалось, будто у меня разорвалось сердце. Колени ослабли, и я сползла по стене на пол. Нет, это не правда! Это не может быть правдой!
   А в следующее мгновение дверь, ведущая в обеденный зал, распахнулась, и на пороге предстал мой отец. Он мазнул по мне удивленным взглядом, словно не ожидал увидеть здесь, затем пожал плечами и хотел было что-то сказать, но в последний момент передумал. Его губы дрогнули, исказились в непонятной усмешке, и он почти бегом кинулся в сторону своей спальни.
   Через открытую дверь я видела матушку. Она по-прежнему сидела на своем месте, закрыв лицо ладонями. А ее плечи мелко-мелко дрожали.
   Я с трудом поднялась. Сделала было шаг к ней, но в следующее мгновение меня остановила Альба. Старая, сгорбленная от прожитых лет служанка с неожиданной силой схватила меня за плечо, развернула к себе и прошипела:
   -- Иди к себе! Я сама разберусь. Здесь не утешения нужны, а кое-что посерьезнее!
   Краем глаза я заметила, как карман ее фартука оттопыривает пузатая зеленая склянка. Должно быть, успокаивающий отвар.
   -- Но... -- запротестовала я, услышав, как в этот момент мать глубоко вздохнула, в конце сорвавшись на измученный стон.
   -- Иди! -- с нажимом повторила служанка. -- Негоже детям лезть в подобные дела, -- и после крохотной паузы тихо добавила, словно разговаривая сама с собой, а не обращаясь ко мне: -- И потом, ты слишком похожа на отца, чтобы предстать перед матерью в такой момент.
   Наверное, если бы Альба наотмашь ударила меня -- то поступила бы тем самым более милосердно. От последней ее фразы я покачнулась, неверяще подняла руки к лицу. Как же я ненавидела свою внешность в этот момент!
   Но Альба уже отвернулась от меня. Старчески шаркая ногами, просеменила к моей матери. Легонько погладила ее по опущенным плечам, и матушка тут же отняла от лица руки, жалобно залепетала что-то невнятное.
   -- Тише, тише, моя дорогая, -- заворковала Альба, гладя мою матушку по голове, словно маленького ребенка. -- Все хорошо, не переживай. Все обязательно наладится.
   В этот момент я отчетливо поняла, что лишняя в этом доме. Права Альба -- мне здесь не место. Матушка не захочет видеть меня. И я бросилась прочь. Нет, не в свою комнату. Оставаться в доме в такой момент казалось немыслимым. Стены и потолок вдруг завертелись вокруг меня, затем начали сжиматься. Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Во рту ощущался мерзкий привкус желчи.
   Я едва успела выскочить во двор, как меня вывернуло в сухом рвотном позыве. Я перегнулась через перила деревянного крыльца, потом медленно осела на пыльные ступеньки.
   Вечер сегодня был просто изумительный. Яркое июньское солнышко уже утратило дневной жар и мягко просвечивало через сосновый бор, подступавший к ограде нашего имения. Слышался ровный умиротворяющий плеск воды в озере, к которому вела песчаная тропинка прямо от калитки.
   Невыплаканные слезы огнем жгли мои глаза, но, удивительное дело, заплакать я так и не смогла. В глубине души разгоралось пламя бешенства и всепожирающей злости. И прежде всего -- злости на себя. И именно в этот момент мое намерение пробраться в дом колдуна и выкрасть его книгу с заклинаниями стало окончательным и бесповоротным. Куда-то исчез страх быть пойманной на месте преступления. Пусть! Даже смерть в наказание за кражу казалась мне сейчас совершенно не страшной по сравнению с возможной участью прожить остаток дней своих вместе с ненавидящими меня и друг друга родителями.
   Я знала, что к дому колдуна от нашего имения существовал короткий путь. Тропинка вела прямо через лес, после чего выходила к кладбищу. Да, придется поблуждать между могилами, зато это избавит меня от необходимости делать огромный крюк по хорошо накатанной дороге, по которой мы обычно ездили в Литлтон.
   Я прислушалась. В доме за моей спиной было тихо. Видимо, отец собирал вещи, а Альба по-прежнему утешала мою мать. Больше слуг у нас не имелось. Да и то Альбе не платили жалование несколько лет, и она оставалась лишь по старой памяти и потому, что в ее годы было тяжело найти новое место. Можно сказать, она работала у нас только за еду и доброе отношение к ней со стороны матушки.
   Я задумчиво потерла лоб. Вообще-то я собиралась отправиться к дому колдуна намного позже, когда все улягутся спать. Но земля уже горела под моими ногами. Я не хотела, не могла вернуться в дом, до краев наполненный ядом ревности, обид и взаимных оскорблений. Вряд ли кто-нибудь хватится моего отсутствия. Родителям сейчас явно не до меня, да и Альба никогда не обращала на меня особого внимания. К тому же в данный момент она занята моей матушкой.
   Я кивнула, придя к окончательному решению. Да, так будет лучше всего. Чем шарахаться ночью в темноте по лесу и потом пугаться каждой тени на кладбище, лучше отправиться в путь прямо сейчас, пока солнце еще высоко. Найду укромное местечко рядом с домом колдуна, залягу там и дождусь, когда он отправится совершать какой-нибудь мрачный и страшный ритуал. Заодно в тиши и спокойствии еще раз обдумаю свой план.
   Я встала, отряхнула подол платья от налипшего сора и решительным шагом направилась к калитке. Будь что будет! Сегодня я стану колдуньей или умру, но в отчий дом больше не вернусь! Все равно я здесь никому не нужна.
  

***

   К тому моменту, как я дошла до дома колдуна, огромный закатный шар солнца уже коснулся горизонта. Крадучись и перебегая от одного надгробия к другому, я быстро миновала пустынное в это время суток кладбище, в очередной раз поразившись мертвой тишине, которая всегда царила в этом месте. Затем прильнула к огромному стволу векового дуба, стоявшего как будто на страже между двумя мирами -- мертвых и живых.
   Каменный дом с мезонином, занятый неизвестным таинственным магом, высился совсем рядом. Заходящее солнце плавило стекла, отражаясь в них ярко-алыми всполохами, до слез слепящими глаза. Я при всем желании не могла увидеть, что творится внутри. Для этого надлежало пробраться за ограду и вплотную прильнуть к одному из окон, пытаясь таким образом выяснить обстановку внутри. Нет, слишком опасно! Если меня застукают за подглядыванием, то мой план провалится, так и не начав осуществляться. Куда разумнее будет затаиться за теми колючими и непролазными на первый взгляд кустами. Кажется, я вижу нечто вроде небольшой ложбины там.
   Так и оказалось. Правда, я случайно до крови расцарапала щеку, когда пробиралась к намеченному месту. Ну и пусть! В конце концов, не в моем положении переживать из-за подобных мелочей.
   Подумав так, я легла прямо на нагретую за долгий жаркий день землю. Высокая трава сомкнулась над моей головой, надежно прикрыв от любых взглядов.
   Через некоторое время в кустах вывела звонкую трель какая-то пичуга, и я успокоилась окончательно. Если уж птицы не замечают моего присутствия -- то колдун точно пройдет мимо.
   Тягостно текли минуты бездействия и безмолвия. Невольно я то и дело возвращалась мыслями к недавней ссоре, произошедшей между моими родителями, но каждый раз до боли прикусывала губу, не позволяя себе окунуться в пучину отчаяния. Нет, я не буду об этом сейчас думать! Ни за что не буду! Еще несколько часов -- и все безвозвратно изменится. Я найду способ сделать так, чтобы мною начал гордиться отец, и мать перестала считать меня обузой, искалечившей ей всю жизнь.
   Между тем вокруг меня начали сгущаться вечерние тени. Последний солнечный луч ласково пощекотал мою щеку, после чего солнце окончательно скрылось за горизонтом. Неведомая птаха продолжала петь над моей головой.
   Я невольно поежилась. Как это часто бывает, сумерки принесли с собой прохладу, к тому же поднялся ветерок, и я пожалела, что не догадалась захватить из дома какую-нибудь теплую кофту. Дом колдуна, между тем, продолжал величаво выситься на фоне быстро темнеющих небес. В его окнах пока не зажглось ни единого огонька.
   Я еще раз поежилась, почувствовав, как по позвоночнику пробежала быстрая холодная дрожь. Чем гуще становились вечерние тени вокруг, тем неуютнее я себя ощущала. К тому же близость к кладбищу уверенности и смелости мне отнюдь не добавляла. Волей-неволей начали вспоминаться всякие страшные истории про местный погост. Говаривали, что в незапамятные времена здесь живьем похоронили женщину, которая поклонялась Альтису. Поскольку служение богу мертвых требует человеческих жертв, то она обещанием сладостей заманивала к себе домой детей, после чего жестоко с ними расправлялась. И кровью невинных она купила себе вечную молодость и красоту. Ходили слухи, что до сих пор в тихую лунную ночь можно услышать, как она скребет ногтями по крышке гроба и умоляет освободить ее из могилы.
   И словно в насмешку над моими мыслями мне почудился странный звук, донесшийся со стороны кладбища. Словно кто-то провел металлом об металл.
   Первым моим желанием было вскочить на ноги и с душераздирающим воплем ринуться прочь. Кажется, я погорячилась, когда решила, будто готова за попытку стать колдуньей заплатить собственной жизнью. Но остановила меня от бегства лишь мысль, что тогда я точно открою свое месторасположение неведомым злым силам. Возможно, если я останусь здесь, под надежным укрытием травы и кустарника, то меня просто не заметят.
   Стоило мне так подумать, как зловещий звук повторился, но теперь намного ближе. И с замиранием сердца я увидела, что скрипучая калитка, ведущая на погост, сама собой тихонько приоткрылась, будто пропуская кого-то невидимого.
   Птица над моей головой в последний раз свистнула и замолчала. Вокруг воцарилась настолько полная тишина, что собственный пульс нестерпимо громкими ударами молота отдавался у меня в ушах.
   А в следующее мгновение на мою голову упала тень. Я с силой вжалась в землю, уткнувшись лицом прямо в мокрую от росы траву. Беда была в том, что я не видела, кому тень могла бы принадлежать.
   И снова этот звук, от которого кровь заледенела в моих жилах. На сей раз он раздался пугающе близко. Будто жестокий убийца, обнаружив беззащитную жертву, провел ножом об нож, проверяя заточку лезвий.
   Я осмелилась на быстрый взгляд вокруг. Нет, окрестности по-прежнему безлюдны. Но, вроде бы, в окнах первого этажа загадочного дома промелькнул отблеск слабого света. Будто кто-то в комнате зажег свечу и тут же задул ее, опасаясь быть замеченным.
   Терпеть эту пытку ожиданием чего-то страшного стало невыносимым. Я искусала себе все губы в кровь, опасаясь лишний раз даже вздохнуть. Ох, все-таки зря я все это затеяла! Ишь ты, красоты и могущества захотелось! В конце концов, не настолько я и уродлива. Авось, кто-нибудь да прельстился бы. И потом, что такого плохого окончить жизнь в невестах Атириса? Хотя бы за порогом мира мертвых, но я бы нашла свое счастье. Посвятила бы остаток дней своих служению Бригиде, удалилась бы от мирской суеты...
   Окончить свою мысль я не успела. Зловещий скрежещущий звук раздался прямо над моей головой, и я, не удержавшись, тоненько взвизгнула. На глаза сами собой навернулись слезы обиды и досады от осознания того, какую глупость я все-таки совершила, отправившись в полнолуние к дому колдуна.
   Я лежала ничком, мелко дрожа от холода и нервного возбуждения, смешанного в равных долях с испугом. Платье совершенно пропиталось влагой от выпавшей росы и неприятно липло к телу, вытягивая последние капли тепла. Но пока ничего не происходило. Даже странный звук больше не повторялся.
   Понемногу страх утихал. Нет, он не исчез полностью, лишь затаился неприятной тошнотой в желудке, но от ужаса больше не перехватывало спазмом горло. Наверное, если бы меня собирались убить -- то уже сделали бы это. И я осторожно приподняла голову, собираясь в очередной раз изучить обстановку.
   На первый взгляд, все было мирно. Уже взошла луна, и ее серебристо-белого света вполне хватало, чтобы заметить, если ко мне вздумал бы кто-нибудь подобраться. Только калитка, ведущая на кладбище, тихонько покачивалась, однако ветра я при этом не чувствовала.
   Я украдкой перевела дыхание. И тут же затаила его снова. Потому как угольно-черные тени, падающие от деревьев, вдруг зашевелились. С недоумением я наблюдала за тем, как они сливаются, и пятно мрака, лежащее на земле, становится все больше и больше. А затем...
   Я так и не поняла, как это случилось. Но вдруг тьма начала подниматься, быстро преобразуясь в фигуру человека. Краткий промежуток времени, уложившийся между двумя ударами сердца, -- и я вдруг обнаружила, что около ограды погоста стоит мужчина. Мрак струился по его темным волосам, съеживался в глазницах. А затем он медленно обернулся ко мне, словно почуяв чужое присутствие.
   Это оказалось последней каплей для моих несчастных нервов, истерзанных непомерным испытанием. Я всхлипнула, вскочила на ноги и, не разбирая дороги, ринулась прочь. Куда угодно, лишь бы подальше от этого непонятного и жуткого места.
   -- Постойте! -- неожиданно услышала я позади оклик. -- Девушка, осторожнее, вы переломаете себе ноги!
   Пустое! Я лишь припустила быстрее. Словно перепуганная курица, улепетывающая от лисы. Прочь, прочь! Обратно к себе домой. Зажечь тонкую свечку, купленную в храме, чтобы она отогнала от меня зло, забиться под одеяло и постараться забыть то, чему стала невольной свидетельницей. И тогда, быть может, колдун не найдет моего следа и не вычислит, кто именно потревожил его покой.
  

***

   Домой я попала лишь на рассвете. Коротким путем, ведущим к нашему имению, я воспользоваться не решилась, поскольку это означало вернуться на кладбище. Пришлось идти по долгой дороге. С одной стороны, на ней мне не грозило упасть в какую-нибудь незаметную при лунном свете яму или выколоть себе глаз веткой, но с другой стороны, на открытом пространстве я чувствовала себя крайне неуверенно. Все-таки ночные прогулки -- не лучшее занятие для одинокой девушки. Кто знает, на какого негодяя нарвешься и что он захочет с тобой сделать. Поэтому я благоразумно старалась держаться обочины, готовая в любой момент нырнуть в кусты и вновь распластаться на земле. Все равно мое платье безвозвратно испорчено, и испачкать его сильнее я при всем желании не смогу.
   Однако словно в награду за пережитый страх боги были благосклонны ко мне. Никем не замеченная, я благополучно достигла родного дома. Тихой мышкой проскользнула через двор, но остановилась, не дойдя пары шагов до крыльца.
   Ночная тьма уже начинала сереть, предвещая скорую зарю. Не выдержав, я широко и от души зевнула. Сейчас был именно тот час, когда крепче всего спится. Но в окнах спальни моей матери метались блики огня. Нет, не обычное оранжевое пламя свечей, а какие-то непонятные зеленые всполохи. Хм-м... Странно. Я могу понять, почему ей не до сна, но чем она занимается? Такое чувство, будто в ее комнате сейчас происходит какое-то колдовство.
   Я неуверенно потерла лоб. Бред какой-то. Да, часто отвергнутые женщины прибегают к помощи магии, чтобы вновь разжечь огонь любви и желания в охладевшем супруге. Но у моей матери нет денег для обращения к специалистам подобного толка. Видимо, это Альба жжет какие-то успокаивающие порошки. На склоне лет она увлеклась травоведением, сама делала мази, облегчающие боли в ее распухших от старости суставах. Наверное, теперь она решила испробовать свое новоприобретенное мастерство на моей матери. Пусть! Как говорится, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы ядовитых грибов не ело.
   Негромко хихикнув от своей неловкой шутки, я быстро взбежала по ступеням крыльца и вошла в сонное тепло дома. По всей видимости, мое долгое отсутствие все-таки осталось незамеченным. Иначе на пороге меня ожидал бы разъяренный отец с пучком розог или же заплаканная матушка. Но все тихо. Оно и к лучшему.
   В своей комнате я первым делом хорошенько спрятала испачканное платье, обнаружив при этом, что умудрилась его где-то порвать. Подол свисал косой бахромой, один карман оказался вырван, и на его месте зияла огромная прореха. Н-да, жалко. У меня не так много нарядов, чтобы спокойно перенести потерю одного из них. Впрочем, переживу как-нибудь. Все-таки куда важнее, что я вырвалась живой и невредимой из лап колдуна!
   "Угу, вырвалась, -- в это мгновение раздался в моей голове ехидный смешок голоса рассудка. -- Только вспомни, что сначала ты сама и совершенно добровольно отправилась к его дому. Ишь ты, колдуньей стать захотела!"
   Я пожала плечами. Ну да, ошиблась, бывает. Магией, пожалуй, я сыта по горло. Буду искать другие способы, чтобы добиться успеха в жизни.
  

***

   Казалось, будто я только что опустила свою несчастную, гудящую от впечатлений голову на подушку, как кто-то весьма невежливо потряс меня за плечо.
   -- Что? -- недовольно буркнула я и попыталась перевернуться на другой бок, чтобы вновь провалиться в благословенную темноту сна.
   -- Вставайте, сьерра! -- на удивление вежливо потребовала Альба. -- Немедленно!
   Я мгновенно проснулась. С какой стати служанка вдруг начала именовать меня "сьеррой"? Да, мы принадлежали к разным сословиям: она к третьему, я ко второму, но из-за чудовищной разницы в годах для Альбы я всегда была просто Микой. Понимаю, что это звучит чрезвычайно глупо, будто я мальчишка, а не девочка. И вообще, больше похоже на кличку. Однако мое полное имя -- Тамика -- вспоминали под крышей нашего дома так редко, что я могла бы пересчитать эти случаи по пальцам одной руки. Видимо, сказалось то, что отец всегда хотел сына, да и стригли меня всегда очень коротко.
   На мгновение я задумалась, а не кромсала ли мать мои косы в угоду отцу? Наверное, с длинными волосами я была бы все-таки чуть менее уродливой. По крайней мере -- более походила бы на девочку. Впрочем, зачем задавать себе вопросы, на которые вряд ли когда-нибудь получишь ответы? Более того, на которые ты не хочешь узнавать ответы. Стоит поблагодарить родителей хотя бы за то, что последние два года мне начали покупать платья. Раньше я щеголяла исключительно в штанах и рубахах.
   Невольно вспомнился загубленный прошлой ночью наряд. Н-да, пожалуй, это может стать проблемой. Получается, у меня осталось всего два платья. Рано или поздно, но мать заметит резкое уменьшение моего гардероба, и придется выискивать какие-нибудь оправдания.
   Все эти мысли промелькнули в моей голове с небывалой скоростью. А Альба уже стащила с меня одеяло и ледяными руками принялась тормошить меня за плечи. Хм-м... Уж не слишком ли рано я обрадовалась, решив, будто мое вчерашнее долгое отсутствие осталось незамеченным? Ох, и влетит же мне, если окажется, что мой побег был обнаружен!
   -- Да что случилось-то? -- проворчала я. Рывком села и обняла свои колени, исподлобья глядя на служанку.
   -- У нас гости, -- сухо уведомила она меня. Затем подслеповато прищурилась, вглядываясь в мое лицо, и вдруг всплеснула руками, разгневанно загремев: -- Сьерра, что у вас с лицом? Откуда эти жуткие царапины?
   Я бросила быстрый взгляд в зеркало, висящее напротив кровати. Удивленно пожала плечами. И чего так кричать-то? Это даже царапинами назвать нельзя. Так, небольшая ссадина на скуле. На мне всегда все заживает чрезвычайно быстро. Вот и вчерашнее украшение, заполученное, когда я пряталась от колдуна, за ночь почти затянулось.
   -- Ох, сьерра, сьерра! -- укоризненно проговорила Альба, так и не дождавшись от меня ответа. -- В эти тяжелые дни вы должны стать поддержкой и опорой для матери, а не доставлять ей все новых хлопот и огорчений.
   -- Да что в этом такого-то? -- искренне удивилась я, не понимая слишком бурную реакцию служанки на рядовое, в общем-то, происшествие. -- Как будто в первый раз оцарапалась.
   -- Я помогу тебе одеться, -- приказным тоном сказала Альба, словно не услышав мое неловкое оправдание и наконец-то оставив свой пугающий вежливый тон. Подошла к платяному шкафу, настежь распахнула его створки и надолго замерла, придирчиво изучая небогатый выбор.
   Я соскочила на пол и подошла к ней. Все чуднее и чуднее, как говорится. И на что она так уставилась? Будто у меня гардероб ломится от всевозможных нарядов.
   -- А где синее платье? -- наконец, скрипуче спросила Альба.
   Я украдкой поморщилась. Именно синее платье и пало жертвой моего ночного приключения. Но, естественно, сознаваться в этом я не желала.
   -- Понятия не имею, -- солгала я, глядя на служанку до омерзения невинным взором. -- Давно его не видела.
   -- А разве вчера ты была не в нем? -- продолжила она придирчивые расспросы.
   Сердце испуганно замерло, пропустив несколько ударов. Но я решила стоять на своем до конца.
   -- Нет, -- продолжила я настаивать на своем обмане. -- Вчера я была в фиолетовом.
   -- Н-да? -- недоверчиво переспросила Альба.
   Я растянула губы в безмятежной улыбке, от которой у меня сразу же заныли щеки.
   -- Ну ладно. -- Альба вскинула голову, прислушиваясь к чему-то, затем торопливо зачастила. -- Времени нет разбираться. Одевайся! Зеленое тебе не идет. Этот цвет делает тебя похожей на смертельно больную. Поэтому пусть будет опять фиолетовое платье. Надеюсь, вчера ты не успела его замарать.
   Происходящее казалось мне все более и более непонятным. Да что такое происходит? Как будто меня готовят к каким-то смотринам.
   А вдруг?
   Эта мысль настолько ошеломила меня, что я замерла с неприлично открытым ртом. Неужели в наш дом действительно пожаловали сваты? Или же кто-нибудь из многочисленных дружков отца наконец-то решил остепениться и обратил свой взор в сторону молодой дочери старого знакомого? Ох, только не это! Видела я его приятелей. Один другого омерзительнее.
   Альба между тем продолжала суетиться вокруг меня. Она помогла облачиться мне в выбранный наряд, затем долго и придирчиво разглаживала складки. Наконец, взялась приводить в порядок мои волосы. Правда, почти сразу обреченно отложила гребешок в сторону, осознав, что вряд ли сумеет здесь что-нибудь исправить. Буквально на прошлой неделе матушка вновь облагородила мою прическу, особенно коротко отрезав отросшие было пряди, поэтому на голове у меня творился настоящий ужас. Ежик непослушных жестких волос торчал во все стороны, опять неприлично пламенея рыжим.
   -- Да в кого ты такая уродилась? -- не выдержав, сплюнула в сердцах Альба. -- Рыжих в роду отродясь не было. И эти веснушки... Никогда в жизни настолько конопатых не видела.
   Простодушное признание служанки окончательно испортило мне настроение. В самом деле, не я же выбирала себе внешность. Как говорится, все претензии к богам.
   -- Ладно, пойдем, -- заторопилась тем временем Альба, видимо, осознав, что сделала все возможное. -- Гость, должно быть, уже заждался.
   Гость?
   Мои брови сами собой поползли наверх. Неужели мое предположение оказалось верным, и в наш дом действительно пожаловал какой-нибудь друг отца, пожелавший наконец остепениться? А что, это было бы вполне в духе моего любезного папеньки. У него сейчас новая семья, но привычки-то остались старыми! Вряд ли рождение долгожданного наследника заставит его отказаться от азартных игр, а следовательно, его финансы по-прежнему будут оставлять желать лучшего. Между тем он обещал моей матери денежное содержание. Наверняка имел в виду настоящие гроши, но все-таки. Во всем, что касается домашнего хозяйства, отец скуп до невозможности. Он наверняка уже пожалел о данном сгоряча слове. И самый простой и разумный способ исправить сложившееся положение -- позаботиться о том, чтобы бывшая семья перестала нуждаться в его поддержке. То бишь, выдать дочь замуж.
   Я со свистом втянула в себя воздух. Если мои рассуждения верны, то лучше бы я вчера погибла после встречи с колдуном. Не хочу жить с каким-нибудь стариком! Да что там -- жить! Мне ведь придется делить с ним постель.
   И я скривилась в гримасе ужаса и отвращения.
   -- Хватит недовольные рожи корчить! -- Альба ощутимо подтолкнула меня в спину, как и обычно, не испытывая и капли уважения к дочери своей хозяйки. Впрочем, что в этом удивительного? Все чаще мне казалось, что в этом доме меня ненавидят абсолютно все.
   Я вздохнула и последовала к двери. Ладно, рано пока впадать в уныние и панику. Сначала узнаем, что за гостя принесло сегодняшнее утро.
  

***

   Я услышала голос матери еще с лестницы, ведущей на первый этаж со второго, где располагались наши спальни. Удивительное дело, но она заливалась соловьем, то и дело начиная мелодично смеяться. Словно не было вчерашнего ужасного дня и признания отца в том, что у него есть другая семья.
   Почему-то вспомнились странные зеленые всполохи, которые я видела этой ночью в окнах спальни матери. Интересно, что это было? Проявление неизвестного колдовства? Не верится, если честно. Как я уже говорила, ни у кого в нашей семье не было ни денег, ни способностей для проведения какого-либо магического ритуала. Или мне просто почудилось? В принципе, ничего удивительного в этом нет. Я была слишком испугана после встречи с колдуном.
   Матушка вновь разразилась громким смехом. Я невольно замедлила шаг, но тут же получила тычок в спину от шедшей следом Альбы, да такой сильный, что едва не полетела на пол. Привычно проглотила ругательство, едва не сорвавшееся с языка от столь грубого поступка служанки, и недоуменно пожала плечами, продолжая сама с собой мысленный диалог. Н-да, чудно. Вряд ли матушка стала бы так вести себя с кем-то из знакомых отца. Она всю эту братию терпеть не может. И точно не сумела бы скрыть неприязнь, даже если один из них попросил бы моей руки. Но тогда кто у нас в гостях?
   -- Сьерра Тамика Пристон! -- между тем громогласно провозгласила Альба, первой протиснувшись мимо меня к дверям обеденного зала.
   Я шагнула следом и невольно зажмурилась, ослепленная после темного коридора обилием солнечного света, льющегося через настежь распахнутые окна.
   -- Входи, входи, доченька! -- засуетилась мать. Вскочила со своего места и подбежала ко мне, после чего крепко обняла.
   Я попятилась, опешив от столь внезапного проявления ласки. Это еще что такое? По-моему, в последний раз мать обнимала меня еще в глубоком детстве, когда мне крупно досталось от отца за его любимую разбитую чашку. И все потому, что расколотила ее в сердцах сама мать, но признаться в этом не осмелилась, увидев, как неожиданно сильно он рассвирепел, обнаружив осколки. Вот и поспешила все свалить на меня. Подумаешь, детей часто наказывают. Разом больше или меньше -- какая разница?
   -- Улыбайся и веди себя прилично! -- почти не разжимая губ, между тем шепнула мне мать. -- Поняла?
   И пребольно ущипнула меня за локоть, видимо, желая таким образом показать, чтобы я восприняла ее приказ как можно более серьезно.
   После этого я неожиданно успокоилась. Ан нет, все в порядке. Передо мной действительно моя мать. Ее никто не околдовал, и она не сошла с ума после ухода отца. Просто по каким-то причинам ей очень важно произвести на этого гостя благоприятное впечатление.
   К этому моменту мои глаза уже привыкли к перемене освещения, и я с любопытством воззрилась на того, чье появление в нашем доме произвело такой переполох.
   Мгновенно сердце сжала когтистая рука дурного предчувствия. Гость, который поспешил встать при моем появлении, был мне знаком. Именно его я видела вчера около дома колдуна и именно от него удирала, потеряв голову от страха. Я могла бы в этом поклясться, хотя накануне не разглядела его лица. Просто слишком знакома мне была эта высокая и немного сутулая фигура и этот гордый профиль с несколько крючковатым носом. Правда, к моему удивлению оказалось, что колдуну было не так много лет, как я могла бы подумать. Передо мной стоял совсем еще молодой парень. Наверное, старше меня всего на пару лет. Хотя что такое возраст для того, кто обладает магическими способностями? Кто знает, вдруг ему уже несколько веков? Среди колдунов частенько встречаются те, кто продают душу Альтису за секрет вечной молодости.
   -- Доброе утро, -- поздоровался он с затаенной улыбкой в глазах, напоминающих цветом расплавленное золото.
   Я промолчала. Язык словно присох к нёбу. Что этот колдун делает у нас? Зачем он меня выследил? Если бы хотел убить -- то убил бы вчера, когда застукал меня около своего дома. Тогда для какой цели явился?
   Мать, которая по-прежнему стояла рядом, не торопясь вернуться на свое место, вновь ущипнула меня, но на сей раз так сильно, что я едва не взвыла от боли. Прошипела:
   -- Не позорь меня!
   После чего громко проговорила, радушно улыбаясь и обращаясь уже к гостю:
   -- Ах, простите мою дочь, найн Арчер! Она у меня настоящая дикарка! Наверное, это я виновата: надо было с ранних лет приучать ее к обществу. Но, как вы видите, мы живем настолько обособленно...
   На этом моменте витиеватых извинений матери я перестала ее слушать. Найн Арчер? То бишь, к нам в гости пожаловал представитель первого сословия? Теперь я понимаю, почему матушка и Альба принялись его всячески обхаживать. Но неужто они всерьез считают, будто я смогу завлечь в свои любовные сети настоящего дворянина?
   В убаюкивающем ворковании матушки вдруг наступила пауза. Я тоже очнулась от своих размышлений и вдруг с ужасом почувствовала, что на меня обращено внимание всех присутствующих. Демоны! Сдается, я пропустила что-то важное. Наверное, мне надо как-то отреагировать на речь матери, что-то сказать. Но что?
   -- Доброе утро, -- с трудом выдавила я из пересохшего горла, благоразумно решив, что запоздалое приветствие лучше, чем никакого.
   Позади что-то недовольно прошамкала Альба. Лицо моей матери тоже на мгновение исказилось гневной гримасой, и я на всякий случай отступила от нее на шаг, потирая многострадальный локоть. Хватит мне и двух синяков!
   Арчер иронично вздернул бровь, но промолчал. В уголках его рта таилась теплая усмешка. А он ничего, симпатичный, кстати. Если, конечно, его внешность -- не результат очередной сделки с темными силами.
   -- Я недавно переехал в ваши края, сьерра Тамика, -- проговорил он, видимо, решив объяснить свой неожиданный визит. -- Вот, захотел навестить своих ближайших соседей.
   -- Ну, соседями нас можно назвать только условно, -- с усилием рассмеялась матушка. Взяла меня за руку и, словно маленького ребенка, подвела к столу, после чего усадила между собой и гостем, продолжив разговаривать с последним: -- Между нашими домами несколько миль. Насколько я понимаю, вы живете практически около города, а наше семейство предпочитает уединение и тишину.
   -- О, вы не представляете себе, насколько тихо около моего дома, -- с нескрываемым намеком протянул Арчер.
   Под тяжестью его испытующего взора я низко опустила голову. Кончики моих ушей предательски затеплились. Интересно, что сказала бы моя матушка, если бы узнала, что наш новый сосед живет практически на кладбище?
   -- И потом, между нашими домами есть короткий путь, -- продолжил после едва заметной паузы Арчер.
   Я выронила вилку, которую только что взяла и бездумно вертела в руках. Она с таким оглушительным звоном упала на пол, что матушка подскочила от неожиданности. Наградила меня разъяренным взглядом, и по ее губам я прочитала беззвучное: "Идиотка!"
   -- Простите, -- прошептала я, опасаясь даже на миг посмотреть в сторону колдуна.
   -- Ничего страшного, -- немедленно отозвался тот. Усмехнулся: -- Вы бы знали, любезная сьерра, насколько я неуклюж! Помнится, был случай...
   И опять я отключилась, слушая его светский пустой треп вполуха, лишь бы не пропустить что-нибудь важное и вновь не выставить себя в неприглядном свете. Я прекрасно понимала, что веду себя глупее некуда. Но слишком ошеломил меня этот неожиданный визит. Интересно, что этому колдуну понадобилось от меня и моей семьи? Или явился закончить то, что не успел сделать вчера? Да нет, вряд ли он пришел убить меня. Если бы он желал моей смерти, то я просто-напросто не вернулась бы после поздней прогулки домой. Темнота -- не препятствие для того, кто владеет магическими способами загона добычи.
   Из очередного приступа задумчивости меня вывела матушка. Она с силой пихнула меня ногой под столом и кокетливо захлопала ресницами, обращаясь к гостю.
   -- Найн Арчер, думаю, моя дочь с удовольствием покажет вам окрестности нашего имения, -- сказала она, при этом мастерски удерживая на лице широкую радушную улыбку. -- Как говорится, прогулки -- дело молодых.
   Я скептически хмыкнула. Ох, матушка, матушка! Кто же так грубо играет? Ну нельзя же настолько явно пытаться свести свою единственную дочь с, можно сказать, первым встречным. А вдруг он проходимец какой-нибудь? Я тоже могу представиться найной, кто же меня за язык поймает. Эх, лишний раз убеждаюсь, что я -- словно кость в горле у своих разлюбезных родителей.
   -- Но сьерра Тамика еще не позавтракала, -- слабо запротестовал гость.
   -- Ничего страшного. -- Матушка улыбнулась еще шире и равнодушно пожала плечами. -- Молоденьким девушкам полезна воздержанность в еде. Фигуру блюсти надо.
   -- Простите, но вам вряд ли есть о чем беспокоиться. -- Найн Арчер покачал головой. -- Вашу дочь, напротив, не мешало бы хорошенько откормить.
   Теперь краска смущения ограничилась не только моими ушами. Меня мгновенно бросило в жар от насмешливого замечания мага. Я не видела себя со стороны, но не сомневалась, что мои веснушки в этот момент загорелись предательским пламенем стыда, и на лице и груди выступили некрасивые пятна.
   И опять я была удостоена пинком под столом от матери. Вскинула брови и прочитала по ее губам очередное "доброе" пожелание: "Только не разревись!"
   Думаю, найн Арчер тоже заметил мою реакцию на свои слова. Он запнулся, помолчал немного и вдруг резко поменял тему, проговорив:
   -- Компания вашей дочери составит мне честь. С огромным удовольствием принимаю ваше предложение, сьерра Атрея.
   Я по-прежнему сидела, сгорбившись и уткнувшись взглядом в стол, не смея и на миг поднять голову. Однако услышала, как он встал, а спустя пару секунд в поле моего зрения появилась его открытая ладонь.
   "Пойдемте, -- неожиданно раздался в моих мыслях его негромкий голос с непривычными для меня ласковыми интонациями. -- Я думаю, прогулка необходима как мне, так и вам. Нам есть что обсудить вдали от вашей странной и навязчивой сверх всякой меры матери".
   Я могла бы возмутиться столь нелестному определению, данному моему ближайшему родственнику, но лишь криво усмехнулась. Зачем протестовать против правды? Увы, но все именно так, как он и сказал. Мою мать настолько ослепило желание сбыть нелюбимую дочь с рук, что она становится смешной для окружающих.
  

***

   Выйдя на крыльцо, Арчер первым делом выпрямился, словно скинул со своих плеч невыносимую тяжесть, и я с немалым изумлением увидела, что он выше меня на целую голову. Пожалуй, впервые встречаю мужчину, который с полным правом может смотреть на меня сверху вниз. Наша гипотетическая пара в глазах окружающих выглядела бы не столь и смешно.
   Подумав так, я немедленно нахмурилась. Ну вот, стоит признать, навязчивая идея моих родителей заразна. Сдается, я и сама начинаю рассматривать нового знакомого в качестве возможного жениха.
   Арчер искоса кольнул меня внимательным взглядом и вдруг приложил палец к губам, призывая к молчанию.
   -- Какой у вас замечательный сосновый бор вокруг имения! -- нарочито восторженно воскликнул он. -- Но кажется, я слышу плеск воды.
   И глазами показал куда-то в сторону. Я проследила за направлением его взгляда и увидела, как занавеска ближайшего окна подозрительно зашевелилась, будто за ней скрывался желающий подслушать наш разговор. Недовольно качнула головой. Благо, что выбор мал: это или Альба, или матушка.
   -- Тут рядом озеро, -- так же громко ответила я. -- Желаете прогуляться до него?
   -- Да, безусловно. -- Найн Арчер любезно склонил голову и протянул мне руку.
   Мне очень не хотелось притрагиваться к магу. Я прочитала множество книг, в которых говорилось разное про способности колдунов. Да, наверное, большую часть из этого составляли обыкновенные страшилки, но все-таки. Кто знает, вдруг он действительно способен украсть мою душу через прикосновение?
   Неожиданно Арчер наклонился ко мне, и я отпрянула было, но он уже придерживал меня за локоть, не давая убежать.
   -- Знаете, если бы колдуны действительно были способны на такое, то в мире бы уже давным-давно не осталось свободных людей, -- очень тихо произнес он, и его теплое дыхание пощекотало мне ухо. -- Поскольку что бы в таком случае мешало им превратить всех живущих в своих рабов?
   -- Но кое в чем эти страшилки оказались правдивы, -- так же тихо ответила я, боязливо косясь в сторону занавески, которая в этот момент начала трепыхаться особенно активно, как будто тот, кто скрывался за нею, раздраженно переступал с ноги на ногу, пытаясь услышать наш разговор.
   -- И в чем же? -- переспросил Арчер, когда пауза чересчур затянулась.
   -- В том, что колдуны умеют читать мысли, -- проговорила я.
   А в следующее мгновение маг вдруг расхохотался, да так, что даже слезы выступили на его глазах. Я насупилась, не понимая, что такого смешного было в моих словах.
   Впрочем, приступ веселья не продлился долго. Достаточно скоро Арчер затих, видимо, осознав неприемлемость и странность своего поведения. Все еще улыбаясь, посмотрел на меня и мягко проговорил:
   -- Пойдемте. Хватит топтаться без дела у всех на виду. Поверьте, я не причиню вам ничего дурного. Если желаете -- я даже поклянусь своим именем и своими силами, данными мне небесами.
   По моему скромному мнению, клятвы колдунов не стоили вообще ничего. Как можно верить тому, кто посвятил свою жизнь служению богу лжи и обмана?
   На губах Арчера промелькнула какая-то странная усмешка, словно он хотел возразить мне, но в последний момент передумал. Однако продолжать спор на крыльце он не стал. Вместо этого еще раз наклонил голову и вновь протянул мне руку.
   На сей раз я ее приняла. Если я хочу услышать объяснения по поводу того, чему стала вчера невольной свидетельницей, то стоит поскорее убраться с этого крыльца. Здесь нам все равно не дадут спокойно поговорить.
   Всю недолгую дорогу до озера мы молчали. Арчер вроде как искренне наслаждался прогулкой. Он дышал полной грудью, и на его губах то и дело мелькала улыбка. Солнечные блики, проникающие через густые ветви сосен, блуждали по его длинному аристократическому лицу. И сейчас, при свете яркого летнего дня, казалось немыслимым, что юноша, идущий рядом со мной, умеет появляться из теней.
   -- Сначала я хочу извиниться, -- вдруг первым нарушил молчание Арчер.
   -- За что? -- поинтересовалась я.
   -- За то, что напугал вас вчера, -- честно ответил он. -- Вы так стремительно бросились прочь, что я разволновался. В темноте вы могли упасть в какую-нибудь яму и сильно пострадать. Но останавливать вас я не стал. Побоялся, что тем самым сделаю лишь хуже, и у вас начнется истерика, или же вы потеряете сознание.
   -- Я не склонна к обморокам, -- огрызнулась я.
   -- В определенных условиях к ним склонны все, -- не согласился со мной Арчер. -- Впрочем, речь сейчас не об этом. Так или иначе, но я лишь проследил за вами издали, ничем не выдав своего присутствия и желая убедиться, что вы без проблем доберетесь домой. Это во-первых. А во-вторых, я хочу попросить прощения за свое замечание по поводу вашей фигуры. Это прозвучало несколько грубо.
   По поводу моей фигуры? Я изумленно вздернула брови, не совсем понимая, о чем это он, но тут же покачала головой. Ах да, он что-то ляпнул насчет того, что я слишком худа. Подумаешь. На фоне тех оскорблений, которыми меня каждый день одаривают родители, его замечание прозвучало достаточно невинно. Можно сказать, почти как комплимент.
   -- Кстати, насчет ваших родителей, -- мгновенно подхватил мою мысль Арчер. Помолчал немного, задумчиво жуя губами, затем осторожно осведомился: -- Насколько я понимаю, у вас очень непростые отношения с матерью?
   -- Напротив, очень даже простые, -- несогласно хмыкнула я.
   -- Вот как? -- Арчер остановился, требовательно на меня глядя.
   Я недовольно вздохнула. Не люблю рассказывать про свою семью, но, похоже, иначе он от меня не отстанет. Или услышит все из моих уст, или же самым неприличным образом начнет рыться в моей памяти, выискивая ответы на свои вопросы.
   -- Как вы наверняка успели заметить, в семье меня не особо любят, -- проговорила я. -- Мой отец, сьер Келиас Пристон, всю жизнь хотел сына, но после первых родов матушка оказалась не способна даровать ему наследника. Некоторое время это не казалось ему особой трагедией, но потом... -- тут я замялась, но почти сразу с усилием продолжила, решив открыть перед колдуном все подробности нашей затянувшейся семейной трагедии: -- В общем, вчера отец заявил, что у него родился сын. Как вы понимаете -- не от моей матери.
   -- Вот как... -- растерянно пробормотал Арчер, видимо, не ожидавший, что в ответ на простой, в сущности, вопрос, я вывалю на него целый ворох наших грязных фамильных секретов.
   Я неполную минуту молча смотрела на него, но Арчер не торопился продолжить разговор. Вместо этого он досадливо морщился, будто от затаенной боли, и раздраженно потирал себе лоб. Поэтому я пожала плечами и вновь двинулась по тропинке в ту сторону, где между ровными рядами сосен угадывался просвет.
   Спустя несколько секунд Арчер догнал меня и вновь пошел рядом.
   -- Вы так легко рассказываете о своих семейных проблемах, -- наконец, чуть слышно произнес он, и в его словах мне почудился скрытый упрек.
   -- Вы ведь читаете мои мысли, -- спокойно парировала я. -- Так что какая разница? Вы бы все равно узнали, что происходит в моей семье.
   -- Но все же, -- несогласно протянул Арчер. Удивленно качнул головой. -- Обычно люди стараются скрыть подобные секреты от посторонних.
   -- И тем самым дают прекрасный повод окружающим для сплетен. -- Я слабо улыбнулась. -- Вы же знаете, людей хлебом не корми, лишь дай посудачить о проблемах других. И порой в своих домыслах они доходят до просто-таки чудовищной лжи. Но при этом она настолько изящно переплетается с правдой, что поверить в нее легче легкого. Не проще ли самой рассказать правду и тем самым перекрыть путь для пересудов?
   -- Такими рассуждениями вы доказываете, что слишком плохо знаете людей, -- перебил меня Арчер. -- Даже будь вы с ними кристально честной -- и то они найдут способ переиначить ваши слова в свою пользу и додумать что-нибудь еще.
   С такого ракурса я проблему не рассматривала. Возможно, колдун прав и мне не стоило вываливать на его голову всю неприглядную правду о нашей семье. Но что сделано -- то сделано. Сказанного все равно не воротишь.
   -- И вас не обижает нелюбовь родителей? -- после краткой паузы продолжил расспрашивать меня маг.
   -- Обижает, -- честно ответила я. -- Точнее -- обижала. Лет пять назад я после каждого замечания ревела во все горло. Запиралась в своей комнате и с упоением ненавидела себя. Мечтала, что однажды проснусь мальчишкой или же что не проснусь вовсе. Но теперь мне почти восемнадцать. И я поняла, что если не можешь исправить ситуацию -- то необходимо с ней смириться. В конце концов, боги могли намного суровее обойтись со мной. По крайней мере, у меня нет проблем со здоровьем. А внешность...
   -- Вы считаете себя уродливой? -- вновь перебил меня Арчер, видимо, уловив обрывок моих мыслей. -- И именно поэтому вчера устроили засаду около моего дома? Хотели пробраться внутрь, найти мою книгу с заклинаниями и стать красавицей?
   -- Ну не мальчишкой же мне становиться, -- неловко пошутила я. -- Я как-то уже привыкла к своему телу. Хотя, полагаю, отец был бы рад получить еще одного сына.
   -- Да, я вижу, как долго и упорно вас калечили в угоду собственным желаниями, -- с какой-то непонятной интонацией проговорил Арчер и вдруг провел рукой по короткому ежику моих волос.
   Я не ожидала подобного, поэтому отшатнулась. От столь стремительного движения подол платья запутался промеж моих ног, и я едва не полетела на землю. Но в последний момент Арчер подхватил меня за талию, уберегая от падения.
   -- Насколько понимаю, вас и одевали долгое время соответствующе, -- проговорил он, не торопясь выпускать меня из своих объятий. -- Что вчера, что сегодня вы на редкость неуклюже ведете себя. Как будто не привыкли носить платья.
   -- А вы наблюдательны, -- заметила я, чувствуя некоторое смущение от подобной близости.
   Наверное, впервые в жизни до меня дотрагивался почти незнакомый мужчина. Да что там, даже мои родители избегали лишний раз прикоснуться ко мне, словно боялись, что моя уродливость может оказаться заразной.
   -- Тамика, -- прошептал Арчер, словно пробуя каждый слог моего имени на вкус.
   -- Мика, -- исправила его я. -- Дома меня зовут именно так.
   -- Мика, -- послушно исправился он. Тут же замотал головой. -- Нет, мне не нравится. Звучит, как кличка собаки. Тами... Я буду называть тебя так.
   -- Да как тебе будет угодно, -- отозвалась я, тоже отказавшись от излишне вежливого тона. В конце концов, первой на "ты" перешла не я.
   -- Твои родители идиоты, -- вдруг совершенно нелогично заключил он, и его руки плотнее сомкнулись на моей талии. -- Причем мать -- просто глупая гусыня, а отец -- жестокий дурак.
   Мои губы дрогнули в попытке возразить, но я промолчала. Близость мага нервировала все сильнее. Что ему надо от меня?
   -- Значит, твоя мать мечтает выдать тебя замуж, -- задумчиво пробормотал Арчер. -- Поддерживает ли ее желание твой отец?
   -- Не все ли равно? -- Я флегматично пожала плечами. -- Так или иначе, но он вряд ли вернется в наш дом. А моя мать... По-моему, она просто хочет никогда меня больше не видеть. И замужество -- самый легкий путь, так сказать, сбыть меня с рук.
   -- Из-за твоей мнимой уродливости?
   Мнимой? Я удивленно вздернула брови, но Арчер спокойно улыбался, словно не видел в своем вопросе ничего странного.
   -- Из-за многих причин, -- уклончиво проговорила я, силясь отстраниться от мага, однако тот продолжал обнимать меня, будто не замечая моих попыток. Я прекратила сопротивление, осознав, что иначе мне придется с силой оттолкнуть его. Пожалуй, пока на столь крайние меры идти глупо. И я с тяжелым вздохом поспешила пояснить свой ответ: -- Мать, наверное, считает, что я действую отцу на нервы, каждым своим появлением заставляя вспоминать о сыне, которого она не способна ему родить. К тому же я рыжая.
   -- И что? -- Арчер с нескрываемым раздражением фыркнул себе под нос. -- Только не говори, что твои родители вдобавок к остальным своим странностям еще и суеверны и считают тебя ведьмой.
   -- Ни у матери, ни у отца в роду никогда не было рыжих. -- Я криво ухмыльнулась, вспомнив последнюю ссору матушки со сьеррой Вайарой -- моей бабушкой со стороны отца. -- Злые языки говаривают, что моя внешность -- неоспоримое свидетельство измены. Наверное, именно из-за этого матери пришлось научиться так открыто выражать свою неприязнь ко мне. Потому как в противном случае у отца появились бы лишние подозрения в том, что я являюсь плодом запретной любви.
   Арчер не удержался и сплюнул сквозь зубы ругательство. Заиграл желваками, глядя куда-то поверх моей головы.
   -- А ты? -- рискнула я задать встречный вопрос. -- Что насчет тебя? Ты теперь знаешь обо мне, пожалуй, все, а я о тебе -- ничего. Ну, кроме того, что ты поселился около кладбища и служишь тьме.
   -- Что?! -- гневным окриком оборвал мои рассуждения Арчер.
   Я невольно втянула голову в плечи. Ой, кажись, я что-то не то ляпнула и обидела мага. Вон каким яростным огнем заполыхали его янтарные глаза.
   -- Род Ульер никогда и никому не служил! -- отчеканил ледяным голосом Арчер. -- Ни тьме, ни свету, никому из богов!
   Видимо, мое невинное предположение слишком сильно разозлило мага. Он даже воинственно сжал кулаки, но тем самым наконец-то убрал свои руки с моей талии. Я поспешила воспользоваться этим и попятилась, не спуская с мага настороженного взгляда. Надо быть наготове. Бегаю я быстро, возможно, получится спастись.
   -- Ох, прости, я напугал тебя, -- тотчас же опомнился Арчер. -- Но никогда так больше не говори! Для любого из Ульеров даже намек на подобное является настоящим оскорблением!
   -- Да я уже поняла, -- пробурчала я. Помолчала немного и вкрадчиво добавила: -- Но все-таки, давай вернемся к моему предыдущему вопросу. Не желаешь рассказать о себе что-нибудь?
   -- О, боюсь, моя история окажется слишком долгой, -- загадочно обронил Арчер.
   -- А разве мы куда-нибудь торопимся?
   Маг усмехнулся в ответ на мое простодушное замечание и двинулся дальше по лесной тропинке. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.
   Дорожка между тем сделала последний крутой поворот, и перед нами предстало озеро. Заключенное между крутыми берегами, оно казалось голубым оком неведомого гигантского животного.
   -- Глаз дракона, -- произнесла я.
   -- Что? -- Арчер резко повернулся ко мне, видимо, не поняв смысла моей фразы.
   -- Озеро так называется, -- пояснила я. -- По-моему, точно подмечено. Сосны как ресницы, берега -- как глазницы.
   -- Интересно, где это ты видела голубоглазых драконов? -- с сарказмом фыркнул Арчер.
   -- Неуместная шутка, -- парировала я. -- Я вообще никогда не видела драконов.
   Губы мага искривились, но в последний момент он удержался от какого-либо замечания. Вместо этого он сделал несколько шагов вперед, остановившись в опасной близости от крутого склона, где обрывалась тропинка, заложил за спину руки и о чем-то глубоко задумался.
   Я не мешала ему. Вместо этого я исподволь принялась изучать его внешность, пытаясь понять, что это за человек.
   Итак, как я уже говорила, мой новый знакомый был высок. Правда, обычно он немного сутулился, но даже так он был выше меня почти на голову. Худощав. Лицо длинное и аристократическое. Глаза янтарно-желтые, словно у наглого рыжего кота, любимчика всей семьи. Встрепанные темные волосы, которые, пожалуй, не мешало бы немного укоротить. Можно сказать, маг был симпатичен. Правда, впечатление немного портили оттопыренные уши, через которые красным просвечивало солнце. Но это был настолько крохотный и смехотворный изъян, что о нем не следовало и упоминать. У меня, к примеру, недостатков куда больше.
   -- Значит, своим родителям ты по сути не нужна, -- медленно проговорил Арчер, резюмируя все узнанное от меня.
   Я молча пожала плечами. Ну, пожалуй, это прозвучало слишком категорично и грубо. Думаю, если со мной что-нибудь случится, то родители все-таки огорчатся. Где-то в глубине души я продолжала лелеять надежду, что их суровое отношение ко мне -- лишь такой прием воспитания. Да, я во многом не оправдала их надежд, но в этом есть и их вина. Право слово, не сама же я выбрала себе такую отталкивающую внешность.
   Наверное, Арчер прислушивался к моим мыслям. По крайней мере, я заметила, как он недовольно дернул щекой, когда я дошла в своих рассуждениях до сего момента.
   -- И мне не нравится, как пахнет в твоем доме, -- вдруг совершенно нелогично заявил он.
   -- То есть? -- растерянно переспросила я, слегка опешив от подобного поворота разговора.
   Чем таким странным и неприятным может пахнуть у нас в доме? Да, в последнее время из-за преклонного возраста и самочувствия, соответствующего прожитым годам, Альба не столь хорошо справляется со своими обязанностями служанки, как прежде, но в грязи мы все-таки не утопаем. И пахнет в нашем доме так, как пахнет во всех обычных домах.
   -- Ты не понимаешь. -- Арчер покачал головой. -- Я говорю не про обычные запахи. В твоем доме кто-то занимается колдовством. И очень плохим колдовством. Я совершенно в этом уверен! Заклинания подобного толка воняют гнилью и разлагающимся мясом.
   Я недоверчиво заулыбалась. Да ну, чушь какая! Но тут же улыбка медленно сползла с моих губ, когда я вспомнила таинственные зеленые огни, уведенные вчера ночью в спальне моей матери. Неужели она дошла в своем отчаянии и желании вернуть отца до попытки призвать темные силы?
   -- Да, я понимаю, о чем это ты, -- без малейшего стеснения ответил на мой мысленный вопрос Арчер. -- Вчера я проследил за тобой до самых дверей дома и тоже заметил это. Во многом именно поэтому и решил заявиться с утра пораньше в гости. Думал, что на месте разберусь, однако вопросов только прибавилось.
   Он испытующе взглянул на меня после этого признания, но я лишь пожала плечами и пнула камушек, который улетел в сторону озера. Увы, но я сама не в курсе происходящего. Да что там, думаю, он все-таки ошибается. А те зеленые огни... Возможно, это было лишь обманом зрения.
   -- В любом случае, одна вещь совершенно ясна и понятна, -- продолжил маг.
   -- Какая же? -- вяло переспросила я, в этот момент думая о том, не забеспокоится ли матушка из-за нашего слишком долгого отсутствия.
   -- Тебе нельзя возвращаться домой! -- твердо отчеканил Арчер, глядя мне прямо в глаза.
   -- Это еще почему? -- Я фыркнула от сдерживаемого с трудом смеха, решив было, что маг неудачно пошутил. Но он смотрел так серьезно, что мне мгновенно стало не до веселья.
   -- То колдовство, которое я учуял... -- медленно произнес Арчер. -- Оно наверняка рано или поздно потребует человеческой жертвы. И ты для этого -- самая подходящая кандидатура. Нелюбимый всеми ребенок, к тому же девственница...
   На последнем слове парень запнулся и покраснел, сообразив, что ляпнул нечто в высшей степени неприличное.
   -- Ну... то есть... -- промямлил он, пытаясь исправить положение. -- Ты невинна... Плотская любовь и все такое прочее...
   На этом моменте он окончательно смолк, видимо, осознав, что своим сбивчивым лепетом делает лишь хуже, и стыдливо опустил голову, не смея взглянуть на меня.
   Теперь его оттопыренные уши пламенели столь жарким огнем, что у меня нестерпимо зачесались руки их потрогать. Интересно, обожгусь или нет?..
   Воцарившуюся тишину нарушало лишь жужжание пчел и прочих насекомых. Где-то высоко над нами вывел заливистую трель зяблик и вновь замолчал, словно испугавшись собственной наглости.
   -- Да все в порядке, -- милостиво произнесла я, вдоволь налюбовавшись на сгорающего от стыда парня. -- Я прекрасно знаю, что именно девственниц любят приносить в жертвы, призывая помощь Альтиса. Но я не верю тебе.
   -- То есть? -- растерянно переспросил Арчер, продолжая стыдливо расковыривать носком сапога землю.
   -- Во-первых, в нашем роду никогда не было колдунов и ведьм, -- произнесла я. Провела рукой по своим жестоко обкорнанным волосам. -- И даже народное поверье, что все рыжие -- ведьмы, увы, не даровало мне магического таланта.
   -- Но ты ведь сама видела те огни... -- попытался было перебить меня Арчер.
   -- А во-вторых, кто даст гарантию, что ты не дуришь мне голову? -- чуть повысила я голос, торопясь завершить свои рассуждения. -- Ты вроде как не отрицаешь, что обладаешь определенными способностями. Впрочем, я сама накануне стала свидетельницей нечто странного, связанного с тобой. И ты честно признался, что проследил вчера за мной до самого порога моего дома. А что, если те огни были лишь мороком, насланным тобою? Не знаю, правда, зачем именно это тебе понадобилось. Возможно, ты хотел меня напугать. Или же пытался таким образом не дать мне пообщаться с матерью и поведать то, что я увидела. А сейчас ты продолжаешь рассказывать мне всякие страшилки, истинность которых я при всем желании не могу проверить.
   -- Это не страшилки! -- возмущенно вскинулся Арчер.
   -- Чего ты добиваешься? -- в ответ рявкнула я. -- Мне почти восемнадцать. Все эти годы я прожила здесь, с родителями. Да, вряд ли их можно назвать идеальными, но, заметь, убить меня они все-таки не пытались, кормили и одевали, в общем -- по мере сил и возможностей заботились. А сейчас ты пытаешься доказать, что мне грозит некая смертельная опасность с их стороны. И по какой-то неведомой причине это совпало с твоим появлением в наших краях. Согласись: звучит как полный бред! Однако ты настаиваешь, более того, утверждаешь, что мне нельзя возвращаться домой. Но куда мне идти? Уж не к тебе ли? К тому, чей магический талант вроде как неоспорим. Прости, но возникает резонный вопрос -- а не пытаешься ли ты заполучить новую жертву для своих ритуалов? Что может быть проще: втереться в доверие, затем запугать и сыграть роль спасителя. А уж потом открыть свою истинную черную сущность!
   И я замолчала, пытаясь отдышаться после своего гневного монолога.
   -- Если бы я действительно нуждался в жертве, то вчера ты бы просто не добралась до дома, -- возразил Арчер. -- К чему мне было отпускать тебя, более того -- знакомиться с твоей матушкой? Только полный тупица так сделает! Ведь теперь, если ты не вернешься с прогулки, то первым делом заподозрят именно меня!
   Я кисло скривилась. А ведь он прав. Об этом я как-то не подумала.
   -- Прости, если обидела тебя своими подозрениями, -- буркнула я. -- Возможно, я погорячилась. Просто... глупо верить каждому слову колдуна. Особенно если учесть, как коротко наше знакомство.
   -- И ты меня извини, -- неожиданно проговорил Арчер.
   -- За что?
   Вместо ответа парень таинственно усмехнулся. В один гигантский шаг преодолел разделяющее нас пространство, нагнулся ко мне и заговорщицким тоном прошептал:
   -- За то, что собираюсь похитить тебя!
   -- Что? -- Я заулыбалась, решив, что новый знакомый меня разыгрывает. К тому же я не ощущала исходящей от него опасности. Напротив, было такое чувство, будто мы уже очень давно и хорошо знакомы.
   А в следующий миг воздух вокруг мага замерцал. Мгновенно стало темнее, будто на яркое солнце набежала туча. Повеяло ледяным ветром.
   Мои колени сами собой задрожали и ослабли.
   "Бежать! -- мелькнуло в голове заполошное. -- Бежать, бежать!"
   Однако было уже поздно. Я так и не поняла, как это случилось. Но симпатичный забавный парень, с которым было так интересно болтать обо всем на свете, вдруг исчез. Осталась лишь его тень, которая расплескалась чернильными пятнами около моих ног. А еще через миг эта тень зашевелилась, поползла вверх, быстро приобретая объем и мощь. Секунда, другая -- и я удивленно задрала голову, изучая огромного дракона, стоящего подле меня.
   Поразительное дело, но страх вдруг куда-то исчез. Наверное, потому, что фигура древней рептилии то и дело шла рябью, словно рискуя в любой момент растаять.
   "Я принадлежу к роду Ульер, -- раздался в моей голове негромкий голос. -- К роду сумеречных драконов. И, как видишь, глаза у нас не голубые".
   В самом деле, глаза этого дракона были янтарно-желтыми. Слишком хорошо знакомый мне цвет. Правда, впечатление портили узкие вертикальные зрачки.
   А потом мне стало не до рассуждений. Последнее, что я помню, как моя тень, до сего момента спокойно лежащая на траве, вдруг зашевелилась и резко дернулась вверх, словно пытаясь поймать меня в свои тенета.
   Увы, это ей удалось с легкостью.
   "Забавно начался день", -- промелькнуло в голове. Правда, я так и не поняла, кому принадлежала эта мысль -- мне или колдуну, так неожиданно и подло продемонстрировавшему свое черное естество и взявшему меня в плен.
   И я перестала существовать.
  

***

   Сознание вернулось так стремительно, будто кто-то прищелкнул пальцами, приказав мне очнуться. Не было никакого переходного момента между небытием и явью. Я просто открыла глаза и вновь осознала себя сьеррой Тамикой Пристон.
   Я помнила все произошедшее до малейших деталей. Мою глупую попытку пробраться в дом колдуна, окончившуюся провалом в самом начале осуществления. Визит этого самого колдуна в наш дом. Прогулку, за время которой я умудрилась легко и без малейшего принуждения выболтать все семейные тайны. И, как финал, похищение.
   Но страха почему-то не было. Напротив, меня то и дело тянуло рассмеяться. Ну надо же, меня похитили! Причем не какой-нибудь разбойник, а самый настоящий дракон! Говорят, их интересуют только особы королевской крови. Даже немного лестно, что этот экземпляр по каким-то неведомым причинам польстился на представительницу второго сословия.
   Затем я с любопытством завертела головой, пытаясь понять, куда угодила.
   В просторной прохладной комнате царил приятный полумрак. Окна были закрыты плотными гардинами, которые не пропускали солнечные лучи, но по моим внутренним ощущениям я пробыла без сознания не так уж и долго.
   Я возлежала в полном одиночестве на огромной кровати. Пожалуй, это был единственный предмет обстановки в этом помещении. Ах да, еще одинокое кресло, стоящее почти по центру комнаты.
   Я провела рукой по себе и немного расслабилась, когда убедилась в том, что моя одежда в полном порядке. Понятия не имею, для каких целей меня похитил Арчер, но явно не для того, чтобы обесчестить. Иначе сие уже бы произошло. В многочисленных любовных романах, прочитанных мною, говорилось, что мужчины редко откладывают столь приятное для них дело в долгий ящик.
   Интересно, а было бы это дело таким же приятным для меня?
   Я замерла от неожиданной мысли, почувствовав укол жадного любопытства, но тут же с негодованием тряхнула головой. Фу, Мика, как не стыдно! Девушки из приличных семей не должны думать на подобные темы!
   -- Не желаешь горячего чая?
   Вкрадчивый тихий вопрос прозвучал так внезапно и так близко, что я подпрыгнула на кровати, с трудом удержавшись от испуганного вскрика. А по полу комнаты уже струились тени, сплетаясь в знакомую сутулую и высокую фигуру мага. Мгновение спустя Арчер улыбнулся мне и с любезным полупоклоном вручил чашку.
   Я не стала отказываться, хотя первым моим порывом было выплеснуть чай в лицо подлецу и потребовать немедленно вернуть меня домой. Ладно, поскандалить я всегда успею. Сначала узнаю, что все это значит.
   После первого же глотка чая мой желудок недовольно забурчал, напоминая, что позавтракать я сегодня так и не успела. Я кашлянула, пытаясь заглушить столь неприличный звук, затем строго взглянула на Арчера, который поторопился занять сиротливое кресло.
   -- Ну? -- строго вопросила я. -- И что дальше?
   -- В смысле? -- слегка растерялся он от такого вопроса.
   -- Что ты будешь делать со мной дальше? -- пояснила я. -- Зачем ты меня похитил? Сначала надругаешься, а потом убьешь? Или сначала убьешь, а потом надругаешься? Или...
   -- Стой! -- взмолился Арчер, искренне ужаснувшись разгулу моей фантазии. Даже полутьма не могла скрыть яркого румянца, выступившего на его щеках. Видимо, бедняга дракон не привык говорить о подобных вещах.
   Я послушно замолчала, сделав еще один глоток мятного чая и исподлобья наблюдая за своим похитителем.
   -- Сьерра Тамика, -- от волнения горе-тюремщик даже перешел на прежний официальный тон, -- откуда вы набрались таких вещей? Вообще-то, девушки должны стыдливо лишаться чувств, как только кто-нибудь осмелится с ними заговорить на подобные темы.
   -- Я уже сказала вам, найн Арчер из рода Ульер, что не склонна к обморокам, -- парировала я. Пожала плечами. -- А откуда набралась... У моей матушки имеется обширная библиотека, почти целиком состоящая из любовных романов. Должно быть, подобное чтение помогало ей забыть про собственную неудавшуюся личную жизнь.
   -- И ты имела полный доступ к ее книгам? -- В голосе Арчера послышалось искреннее недоумение.
   -- Матери было все равно, чем я занимаюсь и что читаю. -- Я невесело хмыкнула. -- Лишь бы не мешалась под ногами, как говорится.
   -- Ясно, -- пробурчал Арчер и нервно забарабанил пальцами по подлокотникам кресла.
   -- И все же? -- настойчиво вернулась я к предыдущей теме. -- Зачем ты меня похитил?
   -- Ну... -- Арчер внезапно заволновался. На его скулах вновь разгорелся яркий чахоточный румянец. Он встал, затем опять сел и крепко вцепился в подлокотники кресла.
   Я наблюдала за его действиями с немалой долей изумления. И что все это значит? В первый раз вижу, чтобы разбойник, умыкнувший невинную девицу, так робел дать объяснения своим поступкам.
   -- Как ты уже поняла, я дракон, -- наконец, с трудом выдавил из пересохшего горла Арчер. -- А у нас это является одной из основных традиций.
   -- Что именно является традицией? -- терпеливо переспросила я, ничего не поняв из этого сбивчивого объяснения. -- Ты похищаешь всех девушек, которые имели глупость согласиться на прогулку с тобой?
   -- Нет, конечно же, нет. -- Арчер криво ухмыльнулся, позабавленный моей интерпретацией его поступка. Кашлянул и почти беззвучно добавил: -- Ты первая, с кем я так поступил.
   Я вздернула брови и замерла, выжидающе глядя на смущенного мага. Я терпелива, Арчер. Сколько бы ты ни ходил вокруг да около, но рано или поздно мы все-таки доберемся до сути.
   -- Ты веришь в судьбу? -- вдруг спросил меня Арчер.
   Я зажмурилась и со свистом втянула в себя воздух. Нет, это просто немыслимо! На что еще он готов пойти, лишь бы ускользнуть от прямого ответа на прямой вопрос?
   -- Да нет, я как раз подбираюсь к сути. -- Арчер виновато улыбнулся, прочитав мои рассерженные мысли. -- Видишь ли, Тами, когда я увидел тебя... В общем, в моей голове словно щелкнуло. У меня возникло такое чувство, будто я знаю тебя целую вечность. Мы, драконы, не верим ни в богов, ни в людей. Мы верим только в предначертанное. И я понял, что ты -- моя судьба. Моя половинка.
   -- Что? -- ошарашено пробормотала я, никак не в силах уловить смысл этой речи.
   -- Мы верим, что у каждого из нас в жизни есть три самых важных человека, -- терпеливо пояснил Арчер. -- Ну, конечно, не всегда они являются именно людьми, иногда встречаются и иные сущности... Ладно, не буду забивать тебе голову, все равно не это основное. Но я знаю, что однажды повстречаю на своем жизненном пути свою единственную настоящую любовь, своего самого верного друга и самого коварного врага. Самое главное для любого дракона -- понять, кто из них кто. Враг у меня уже есть. Друг тоже. Оставалась только любовь. И когда я увидел тебя... -- Арчер надолго замолчал, опустив голову и что-то напряженно рассматривая у себя под ногами. Затем очень тихо произнес. -- В общем, ты -- моя любовь. Я это почувствовал сразу. Думаю, ты тоже, иначе как объяснить то, как легко нам было разговаривать. Словно мы встретились после долгой разлуки. А у драконов принято своих невест похищать. Именно это я имел в виду, говоря про нашу традицию.
   Звякнув, уже опустевшая чашка полетела на пол, но не разбилась, упав на мягкий пушистый ковер. А я опять зажмурилась, на сей раз намного крепче. Болезненно замычала, растирая занывшие виски. О великая Бригида, о чем он говорит? Какая невеста? Он что, всерьез собирается жениться на мне?
   -- Ты не переживай так, -- донесся до меня встревоженный голос Арчера, и мгновением спустя кровать прогнулась под тяжестью его тела, когда он пересел ко мне. Я почувствовала прикосновение его теплой руки к своей щеке. Он ласково провел по ней тыльной стороной ладони и прошептал: -- Я понимаю, что ты растеряна. У людей так не делается. Надо было просить твоей руки у родителей, назначать помолвку и дату торжества. Но все это затянулось бы на несколько месяцев. А я знаю, что ты предназначена мне! Просто знаю -- и все тут! И я не хочу, чтобы ты возвращалась к себе домой. Как я уже говорил, там воняет чем-то противным и мерзким. Я не могу позволить, чтобы моя будущая жена рисковала жизнью!
   -- О небо, -- слабо прошептала я. -- Я, конечно, мечтала о принце на белом коне, но даже не представляла, что мое желание может исполниться.
   -- Ну, я не принц, -- Арчер фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха. -- И коня у меня нет. Эти животные нас не выносят. Чуют, видать, нашу подлинную суть.
   -- И тебя не смущает вот это? -- Я рукой показала на свои короткие волосы, некрасиво торчащие во все стороны.
   -- О чем ты? -- Арчер недоуменно нахмурился. -- О волосах? Так они быстро отрастут.
   -- Нет, я немного о другом, -- поправила его я. -- Я рыжая. Высокая, худющая -- все ребра пересчитать можно. Принадлежу ко второму сословию, а ты вроде как дворянин. Мои родители не дадут мне в приданное и медного гроша. И я...
   -- Если ты опять заведешь прежнюю песнь о том, что якобы некрасива, то я тебя покусаю, -- перебил меня Арчер, скривившись в недовольной гримасе. -- Я уже говорил, что твои родители полные идиоты, раз заставили тебя так думать, и не побоюсь заявить это вновь. А на все остальные причины мне плевать моей огненной слюной. И никто из моего рода не посмеет мне сказать и слова поперек. Судьба есть судьба.
   -- Но как ты можешь быть в этом настолько уверен? -- не выдержав, воскликнула я. -- А вдруг ты ошибся?
   Вместо ответа Арчер таинственно улыбнулся. Придвинулся ко мне ближе и вдруг начал стаскивать с себя рубаху, потянув ее через голову.
   -- Ты чего творишь? -- Я взвизгнула от негодования, осознав, что он самым наглым образом раздевается.
   Ой, сдается, моя шутка насчет надругательства и прочего может воплотиться в жизнь. Правда, веселья мне это не прибавило, напротив, накатил ужас. И я вскочила на ноги, благо, что Арчер не пытался меня остановить. Заметалась по комнате, выискивая хоть что-нибудь, что смогла бы использовать в качестве оружия. Взгляд зацепился за кочергу, стоящую около камина, который, по всей видимости, не использовался с зимы. Пожалуй, сойдет. Как говорится, на безрыбье и русалка -- улов.
   Удивляло лишь то, что Арчер по-прежнему ничего не делал, дабы хоть как-нибудь урезонить меня. Напротив, скинув рубашку, он спокойно сидел на кровати и тихо посмеивался, наблюдая за моими хаотическими передвижениями по комнате.
   -- Надеюсь, вооружившись, ты чувствуешь себя спокойнее, -- проговорил он, тая в уголках рта лукавую усмешку. -- А теперь смотри.
   И повернулся ко мне спиной.
   Я замерла от изумления, увидев на его коже красочную и очень реалистичную татуировку, изображающую раскинувшего крылья дракона. И взвизгнула опять, когда изображение вдруг ожило. Нарисованный дракон шевельнул длинной изогнутой шеей и с ленивым безразличием взглянул на меня. Но в следующее мгновение его зрачки хищно сузились, в глазах зажегся огонек неподдельного интереса, и рептилия вдруг взмахнула крыльями. Казалось, что еще немного -- и она оторвется от спины мага, отправившись в самостоятельный полет.
   -- Арчер, мальчик мой, -- пророкотал в комнате незнакомый голос, который то и дело срывался на змеиный присвист. -- Как вижу, ты все-таки нашел свою истинную невесту. Прекрасный подарок на твой первый юбилей. Подумать только, второе столетие своей жизни ты начнешь в качестве женатого человека! Твои родители будут в восторге. И я горжусь тобой!
   Второе столетие жизни? Я приглушенно ахнула, когда осознала весь смысл фразы нарисованного дракона. Неужели моему так называемому жениху уже сто лет?
   -- Девяносто девять с половиной, -- с улыбкой поправил меня Арчер. -- По драконьим меркам я вот-вот стану совершеннолетним.
   Я не удержалась и нервно захихикала от этого заявления. Ну и дела! Нет, я была в курсе, что традиционно муж должен быть старше жены. Но даже не предполагала, что в моем случае разница в возрасте окажется настолько большой.
  

***

   Я стояла на кухне и мрачно обозревала беспорядок, царивший в этом на удивление просторном, но очень грязном помещении. Столы и полки завалены немытой посудой и давно не чищенными кастрюлями, пол неприятно лип к подошвам моих башмаков и был щедро посыпан каким-то загадочным бурым порошком. Окна настолько запылены, что солнечный свет проникал сюда с огромным трудом.
   Не выдержав, я чихнула. Брезгливо сморщилась. И этот наглец еще имел смелость утверждать, будто у нас в доме неприятно пахнет! Да я не удивлюсь, если обнаружу в какой-нибудь тарелке новую форму разумной плесени! Такое чувство, что тут не убирали со времен прежнего хозяина, а то и дольше.
   Дело было в том, что сюда меня отвел Арчер. Он наконец-то услышал, какие громкие недовольные рулады выдает мой желудок, понятливо стукнул себя по лбу и предложил проследовать за ним на кухню. Естественно, я с превеликой радостью согласилась, предвкушая сытный и вкусный обед. Рот сам собою наполнился вязкой голодной слюной. И тем большим было мое разочарование, когда я лицезрела все это безобразие.
   Видимо, неудовольствие, которое я испытала, излишне отчетливо отразилось на моем лице. По крайней мере, Арчер как-то слишком шустро прошмыгнул мимо меня к порогу и уже оттуда прокричал:
   -- Извини, что не могу угостить тебя чем-нибудь особенным! Но я как-то не предполагал, что вернусь после знакомства с соседями не один, а в сопровождении будущей супруги. Поэтому все, что ты найдешь здесь -- твое по праву. Вроде бы, там где-то было печенье и молоко.
   Я разъяренно развернулась к нему и набрала полную грудь воздуха, собираясь высказать все, что думаю об его гостеприимстве. Но не успела. Арчер в буквальном смысле растворился в воздухе, поспешно спрятавшись в пришедших ему на помощь тенях. Одно мгновение -- и сумеречного дракона из рода Ульер и след простыл. Лишь таял на половицах его силуэт, истончаясь каплями мрака.
   -- Трус! -- прошипела я и яростно затрясла в воздухе кулаком, грозя ему. -- А еще жених называется!
   Откуда-то из коридора донесся виноватый смешок. Я подскочила к двери и выглянула, но, увы, никого не увидела. Дом казался совершенно обезлюдевшим.
   Почему-то по спине пробежала холодная дрожь. Я как-то сразу вспомнила то, что прежде это жилище принадлежало некроманту. Кто знает, какие опыты он проводил здесь, пользуясь близостью к кладбищу.
   В общем, не было ничего удивительного, что отправиться на поиски Арчера я не рискнула. Ведь это означало, что мне предстояло в одиночку пересечь длинный и очень темный коридор, залитый мраком. Ну его. У меня еще будет шанс высказать этому дракону все, что о нем думаю. А сейчас, пожалуй, займусь уборкой. Все равно, по всей видимости, я застряла в гостях надолго. А возможно, Арчер прав, и этот дом вскоре станет моим на правах его супруги.
   "А ты не хочешь воспользоваться удобным случаем и сбежать? -- неуверенно осведомился внутренний голос. -- Подумай, сейчас все складывается наилучшим образом для этого. Арчер не позаботился запереть тебя. Окна кухни выходят на задний двор. Тут первый этаж. Тебе вряд ли составит особого труда выбраться из дома. А дальше -- руки в ноги и бежать!"
   Бежать? Я задумчиво почесала нос. А зачем, собственно? Чего я добьюсь, если вернусь домой? Лишь опять окунусь в затхлую тяжелую атмосферу постоянных семейных скандалов. И потом, что скрывать очевидное, Арчер мне нравится. Он забавный, к тому же первый представитель мужского пола, который сказал, что я красива.
   "Но он дракон! -- раздраженно фыркнул глас рассудка. -- Точнее, какое-то непонятное существо, способное растворяться в воздухе и обладающее неизвестной тебе магической силой. Неужели ты поверила его сказкам про любовь с первого взгляда?"
   Я неопределенно пожала плечами. Ну да, поверила. А что в этом такого? По-моему, очень романтично звучит: одна любовь, один враг и один друг на всю жизнь.
   "Какая же ты глупая! -- с возмущением посетовал внутренний голос. -- Ладно, предположим, тебя не пугает то, что твой новый знакомый -- какая-то неведомая зверушка. Но что ты знаешь про обычаи этих самых сумеречных драконов? Если ты всерьез собралась стать его супругой, то тебе надлежит досконально выяснить все про их образ жизни, привычки, питание, наконец-таки! А вдруг у них принято пожирать свою невесту после первой брачной ночи? В конце концов, с драконами шутки плохи. Зря, что ли, про их кровожадный нрав столько легенд придумано".
   Определенный резон в этом был, и я согласно кивнула. Да, пожалуй, этим и надлежит заняться. Попытаюсь осторожно вызнать у Арчера, что это за звери такие -- сумеречные драконы. Но сперва -- обед! А то я сейчас настолько голодная, что, пожалуй, сама кого угодно сожру.
   Как и обещал Арчер, на одном из столов, заваленных хламом, действительно отыскалось блюдо с печеньем и глиняная крынка с молоком. Я придирчиво обнюхала и то, и другое, резонно опасаясь отравиться. Не удивлюсь, если это простояло здесь целую неделю. Уж очень обстановка располагает к обнаружению испорченных продуктов.
   Но, к моему величайшему удивлению, и печенье, и молоко оказались свежими. Хм-м... Еще одна загадка. Откуда в этом доме подобное угощение? Предположим, молоко Арчер вполне может покупать у какого-нибудь крестьянина. Но печенье? Его явно готовили с любовью и заботой. Вон как щедро посыпали корицей и ванильным сахаром. А свежее какое! Словно его только недавно вытащили из печи.
   Углубившись в свои раздумья, я сама не заметила, как в одиночку умяла почти все блюдо. Очнулась лишь тогда, когда обнаружила, что держу в руках последнее печенье.
   -- Ты все съела! -- вдруг с настоящим ужасом воскликнул кто-то за моей спиной.
   От неожиданности я подавилась. Судорожно закашлялась и торопливо допила остатки молока, которые еще плескались в крынке.
   -- И все выпила! -- продолжил обличать меня негодующий и на редкость писклявый голосок. -- Какой кошмар!
   Откашлявшись, я осторожно повернулась, готовая в любой момент броситься бежать. И тут же замерла от изумления, самым неприличным образом раззявив рот. Потому как обнаружила позади себя презабавное существо, подобного которому ранее не то, что не видела, -- никогда не слышала.
   Прямо на уровне моего лица парила крошечная очаровательная девушка, которая усиленно махала светящимися крылышками и таким образом оставалась в воздухе. Она была похожа на красивую куколку, сотворенную неизвестным мастером с небывалым изяществом и точностью деталей. Огромные голубые глаза, светлые длинные волосы. Единственное, что меня смутило -- практически полное отсутствие одежды на этой таинственной незнакомке. Ее наготу прикрывали лишь несколько лоскутков ткани, которые словно крепились к самой коже. По крайней мере, никаких завязок или шнурков я не обнаружила. И это показалось мне донельзя неприличным.
   -- Ты кто? -- настороженно поинтересовалась я, пристально разглядывая чудное творение.
   -- Я -- Ульрика, хранительница сего дома! -- гордо провозгласила девушка и внезапно сделала резкий кульбит в воздухе.
   Я охнула и отшатнулась, поскольку светящая пыльца с ее крыльев от столь резкого движения полетела мне прямо в глаза, которые тут же загорелись огнем. По моим щекам немедленно заструились слезы.
   -- Получила? -- злорадно осведомилась Ульрика, доказывая тем самым, что ослепила меня специально. -- Нечего без спроса поедать вкусности, которые я приготовила для хозяина!
   -- Если ты имеешь в виду Арчера, то он сам предложил мне это угощение, -- огрызнулась я, безуспешно пытаясь проморгаться. Я была неспособна даже на миг приоткрыть глаза -- так сильно они слезились.
   -- Хозяин предложил тебе угощение? -- после долгой изумленной паузы переспросила Ульрика, и я с некоторым удовлетворением заметила виновато-заискивающие нотки в ее голосе. -- То есть, ты его гостья?
   -- Наверное, -- отозвалась я, продолжая безуспешно растирать кулаком ослепшие глаза. Помолчала немного и добавила, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно более внушительно и грозно: -- Даже более того: Арчер уверен, что я его будущая жена!
   Ульрика слабо ахнула. Потом до моего слуха донесся какой-то грохот, будто что-то тяжелое уронили рядом со мной.
   -- Эй, ты как там? -- обеспокоилась я. -- В порядке?
   -- Почти, -- прозвучало откуда-то снизу. -- Просто... Не удержалась в воздухе, когда это услышала, -- судорожно вздохнула и робко поинтересовалась: -- То есть, ты -- будущая хозяйка?
   -- Да! -- важно провозгласила я, решив не упустить удобной возможности и с самого начала знакомства показать этой маленькой противной девчонке, что со мной ей следует держаться с максимальной почтительностью. А то ишь придумала -- всякой гадостью в глаза кидаться!
   -- Невеста Арчера Ульера, -- задумчиво прошептала Ульрика. -- Ну надо же! Интересно, а его мать в курсе того, что младшенький и любимый сын сделал свой выбор?
   Риторический вопрос девушки навел меня на другие мысли. Я вдруг вспомнила про своих родителей. Что они сейчас делают? Неужели моя мать нисколько не обеспокоилась после того, когда я не вернулась с прогулки? Я прекрасно понимаю, что ей сейчас не до меня, но все же. Настолько вопиющее проявление равнодушия даже для нее было бы немыслимым.
   -- Что тут происходит? -- вдруг раздалось в комнате грозное.
   Поскольку давиться мне было уже нечем, то я просто подпрыгнула от неожиданности. Слепо заводила головой из стороны в сторону, силясь хоть что-нибудь рассмотреть. Жжение в глазах уже улеглось, слезы тоже перестали лить, но я все равно ничего не видела. Окружающий мир надежно скрылся за пеленой мрака.
   "Не ослепла ли ты навсегда? -- вдруг с издевкой полюбопытствовал внутренний голос. -- Вот ты и осознала на собственном опыте, что от некоторых созданий лучше держаться подальше. Кто знает, какие еще опасности тебя поджидают в этом доме".
   -- Хозяин! -- испуганно пискнула Ульрика. -- Я... Я... Я не хотела...
   И горько расплакалась.
   От звука ее искренних и безутешных рыданий мне стало еще более не по себе. Ой, сдается, вредная девчонка действительно сделала что-то очень нехорошее, запорошив мне глаза пыльцой со своих крылышек.
   -- А что ты сделала? -- недоуменно переспросил Арчер, видимо, не заметив, насколько беспомощной я стала за время его короткого отсутствия.
   В ответ Ульрика издала душераздирающий стон, не в силах признаться в своем поступке.
   -- Я... Я... -- виновато залепетала она, словно нарочно отвлекая внимание своего хозяина от меня.
   -- Мои глаза! -- решительно перебила я, осознав, что последнее предположение вполне может оказаться горькой и ужасной истиной. -- Арчер, я ничего не вижу! Это можно как-нибудь исправить?
   Арчер коротко и яростно ругнулся, да такими словами, что я немедленно залилась краской смущения. Ого! Подобных выражений я даже от отца в моменты семейных ссор не слышала. А еще через мгновение я ощутила прикосновение чего-то прохладного к своим воспаленным глазам.
   -- Ульрика, как понимаю, это твоих рук дело, -- строго проговорил Арчер.
   Непонятное создание продолжало заливаться слезами, но я не обращала на это внимание. Наконец-то непроглядный мрак, окруживший меня, начал сереть. И я позволила себе краткий облегченный вздох. Нет, все-таки, моя слепота временная. И это не может не радовать.
   -- Я не знала, что это твоя невеста, хозяин, -- принялась объясняться Ульрика в перерывах между сдавленными всхлипываниями. -- Я думала, что в дом забралась какая-то голодная бродяжка. И, каюсь, вспылила, заметив, что она съела все печенье.
   -- Не лукавь, -- холодно оборвал ее стенания Арчер. -- Ты прекрасно знаешь, что порог этого дома нельзя пересечь без моего на то позволения. То есть, ты понимала, что перед тобой моя гостья. И все равно позволила себе эту гадкую выходку.
   Стихшие было рыдания вновь возобновились. Видимо, осознав, что попытка оправдаться провалилась, Ульрика поспешила воспользоваться излюбленным женским приемом и скрыть свою неправоту за потоками слез.
   -- Твой плач на меня не действует, -- проговорил Арчер.
   Я чуть слышно цокнула сквозь зубы и едва заметно качнула головой. Ой, лукавит маг. Даже я слышу нотки неуверенности и растерянности в его голосе.
   -- Пожалуйста, прости меня! -- между тем проныла Ульрика. -- Хозяин, я больше не буду! Честное слово!
   -- О, как часто я это слышал из твоих уст! -- Арчер устало вздохнул. -- Зря, наверное, я пожалел тебя и взял с собой, когда матушка собиралась развеять тебя пеплом по первому восточному ветру.
   -- Прости, -- в последний раз всхлипнула Ульрика.
   -- Да не у меня ты должна просить прощения, -- раздраженно перебил ее Арчер. -- А у Тами. Ей ведь пришлось пережить эти неприятные мгновения.
   Я почувствовала, как холодное давление на мои глаза вдруг усилилось, и затем обнаружила, что вновь способна видеть. Растерянно заморгала, когда обнаружила, как близко от меня стоит Арчер. Казалось, стоит ему лишь немного наклонить голову, как наши губы неминуемо встретятся...
   Наверное, такая же мысль пришла и ему в голову. Он подался было вперед, но тут же отшатнулся с непонятным испугом.
   -- Как твои глаза? -- спросил он после неловкой паузы.
   -- Нормально, -- лаконично отозвалась я, с интересом наблюдая за Ульрикой, которая сидела на самом краешке кухонного стола, печально сгорбившись и спрятав в ладонях лицо. Правда, при этом через растопыренные пальцы нет-нет да мелькал ее любопытный взгляд. Н-да, сдается, я права, и противное создание ни капли не раскаивается в своем поступке.
   -- Ничего не замечаешь странного? -- настойчиво продолжил расспросы Арчер, не удовлетворившись моим кратким ответом.
   Я изумленно взглянула на него, не поняв, что он имеет в виду. А что я должна замечать? По-моему, сейчас все, происходящее вокруг меня, чрезвычайно странное и непонятное.
   А в следующее мгновение я вдруг с приглушенным возгласом отпрянула, неловким движением руки смахнув со стола, стоящего позади, пустую тарелку и стакан. Потому как увидела за спиной у Арчера самые настоящие кожистые крылья. Они были настолько велики, что выходили за пределы кухни. Точнее, каким-то непонятным образом растворялись, достигнув стен.
   Однако стоило мне только моргнуть, как непонятное наваждение исчезло. Передо мной опять стоял самый обычный парень, чьи уши трогательно розовели.
   -- Что это было? -- сипло после пережитого потрясения поинтересовалась я.
   -- Тебе попала в глаза пыльца феи. -- Арчер смущенно пожал плечами.
   Феи? Я покосилась на Ульрику, которая по-прежнему старательно прятала лицо за ладонями, словно не понимая, что речь идет о ней. Значит, передо мной именно фея. Странно. Я всегда считала, что фей не существует, что это вымысел, фантазия для детей, не более. Но с другой стороны, я и про драконов думала так же. Интересно, сколько еще якобы сказочных творений на самом деле прекрасно чувствует себя в нашем мире, прикрывшись дымкой иллюзий и заклинаний?
   -- Феи -- это созданные при помощи магии существа, -- пояснил Арчер то, что и так было понятно. -- Обычно они полностью подвластны воле того, кто их призвал в мир. Но чем старше фея -- тем самостоятельнее она становится. По преданиям Ульрика была создана самым первым Ульером -- Диритосом Легендарным. То есть, она старше тебя, меня и даже моих родителей. Потому и называет себя хранительницей рода.
   -- Но почему хранительница рода последовала за самым младшим из рода Ульер? -- полюбопытствовала я.
   -- Ульрика рассказала тебе об этом? -- удивился Арчер, но тут же продолжил, не дожидаясь очевидного ответа: -- Видишь ли, как я уже сказал, чем старше фея, тем самостоятельней она становится, более того, постепенно выходит из-под контроля своего создателя. Тем более Диритос уже очень давно исчез, и никто не знает о его судьбе. Так или иначе, но рано или поздно неминуемо возникает такой момент, когда фею легче убить, чем заставить подчиняться приказам. Нет, чаще всего они сохраняют преданность тому, кто даровал им жизнь, но при этом приобретают весьма зловредные черты характера. И Ульрика однажды перешла через грань дозволенного, зло подшутив над моим отцом -- нейном Ильрисом.
   Ульрика в этот момент как-то странно закашлялась, словно пытаясь скрыть приглушенный смешок. Арчер бросил на нее подозрительный взгляд, и фея тут же замолчала, вновь поспешно сгорбившись и напустив на себя донельзя виноватый вид. Но я была уверена, что она нисколько не сожалеет о содеянном.
   -- Не буду вдаваться в подробности, -- после краткой паузы проговорил Арчер, -- скажу одно: по драконьим меркам сделанное Ульрикой являлось настоящим оскорблением. Тем самым, которое смыть может лишь кровь и смерть обидчика. К тому моменту Ульрика попортила много нервов моей семье. Пожалуй, не оставалось ни одного из рода Ульер, который не испытал бы однажды на себе проявление ее весьма странного и злого чувства юмора. И на общем совете единогласно было решено развоплотить ее. На самом деле, я даже поражаюсь терпению своих родственников. Любое другое творение было бы уничтожено гораздо раньше. Думаю, Ульрику до поры до времени спасало то, что ее создателем был Диритос. То есть, она являлась одним из немногих напоминаний о том, что он существовал на самом деле, а не был фамильной легендой.
   И Арчер замолчал, по всей видимости, углубившись в воспоминания о прочих семейных преданиях.
   -- Но что-то пошло не так? -- спросила я, осознав, что иначе рискую еще долго не услышать окончания истории. Тем более за спиной Арчера вновь проявились крылья. Теперь они выглядели еще реальнее. Казалось, что я могу пересчитать на них все кожистые складки.
   -- Я, как тебе уже известно, младший из рода Ульер, -- тихо сказал Арчер. -- У меня много братьев и сестер, и все они намного старше. Понятное дело, большая разница в возрасте среди детей -- один из главных факторов, ограничивающих общение. Поэтому с самого раннего детства я был одинок. Мне запрещали играть со своими ровесниками из других семейств, поскольку родители боялись, что я невольно выдам свою истинную драконью природу. Братья тоже не обращали на меня особого внимания. Что за удовольствие возиться с несмышленышем, когда у них настал возраст первого полета? В общем, я постоянно чувствовал себя никому не нужной обузой. Наверное, Ульрике было жалко меня. Да, она шутила и надо мной, но никогда ее забавы не были такими же жестокими, как в случаях с остальными членами моей семьи. Именно она была моей единственной подругой долгие годы. И я просто не мог позволить ей умереть. Увы, к тому моменту я еще не достиг возраста, когда мой голос мог бы прозвучать на совете. Потому мы сбежали.
   -- Ах, какое славное было времечко, мой мальчик! -- мечтательно вздохнула Ульрика. Она уже давно перестала прятать лицо за ладонями, заслушавшись рассказа своего спасителя, и сейчас легкомысленно болтала в воздухе ногами.
   -- Я бы сказал -- какой славный был денек. -- По губам Арчера скользнула даже не улыбка, так, лишь слабый намек на нее. -- Поскольку уже к вечеру меня поймали. Но я так отчаянно рыдал, умоляя пощадить Ульрику, что матушка сжалилась. И фее было позволено остаться в живых. Но при условии, что о жестоких розыгрышах будет навсегда позабыто. И какое-то время она действительно вела себя примернее некуда, видимо, испугавшись того, насколько близко к смерти оказалась. Однако истинную натуру не спрячешь. И Ульрика вновь начала исподтишка пакостничать. Благо, что на горячем ее не ловили. Но я осознавал, что это лишь вопрос ближайшего будущего. Рано или поздно, так или иначе, но на общем совете вновь бы встал вопрос о ее судьбе. Правда, к этому моменту я был уже достаточно взрослым, чтобы задуматься о жизни вне родительского гнезда. Каждый дракон в своем взрослении проходит неизбежный период полета без постоянного навязчивого присмотра родственников. Конечно, потом большинство возвращается в родное гнездо, но кто-то основывает собственное. Из-за страха за Ульрику мне пришлось отправиться в этот полет необычно рано. Матушка пыталась возражать, но потом смирилась. Если у дракона прорезались крылья, то никто не в силах его стреножить. Естественно, никто не возражал, чтобы я взял в свою самостоятельную жизнь Ульрику.
   -- Очень занимательно, -- оборвала его я с кислой улыбкой, осознав наконец-таки, что наш разговор давно и прочно свернул с той темы, которая затрагивала непосредственно меня и мое зрение. -- Но что с моими глазами?
   -- Да ничего страшного, девочка, -- за Арчера ответила мне Ульрика, безмятежно улыбаясь. -- Если бы Арчер не снял заклятья -- то ты бы ослепла. Но он подоспел вовремя, поэтому столь печальная участь тебе не грозит. Правда, какое-то время ты будешь видеть то, что недоступно обычным смертным. Так сказать, побочное действие пыльцы фей. А возможно, эта способность останется с тобой навсегда. Кто знает.
   -- Какая способность? -- испуганно переспросила я, внутренне сжимаясь от неприятного предчувствия.
   -- Как ты наверняка уже поняла, наш мир устроен куда сложнее, чем тебе представлялось ранее, -- за фею ответил мне Арчер. -- Здесь обитает множество существ, которые предпочитают скрывать свою истинную суть за завесой чар. Как сумеречные драконы, к примеру. Но ты теперь способна проникнуть взглядом в самую суть предметов и явлений. Ты видишь мои крылья, то есть, теперь ты понимаешь, что я умею летать.
   -- Не поняла, -- искренне призналась я. -- Неужели в нашем мире есть и другие существа, о которых я прежде не слышала?
   Арчер и Ульрика весело переглянулись и согласно заулыбались, будто я сказала нечто в высшей степени забавное. Затем фея вспорхнула в воздух и уже сверху милостиво обронила мне:
   -- Ох, девочка, ты даже не представляешь, какой странный и зачастую пугающий мир откроется тебе отныне.
   Это прозвучало настолько зловеще, что я невольно вздрогнула. Но тогда я даже не подозревала, как пугающе быстро мне предстоит убедиться в верности слов феи.
  

***

   Близился закат. Чем меньше времени оставалось до того момента, как солнце окончательно скроется за горизонтом, и землю зальет ночная мгла, тем сильнее я нервничала. Неужели моим родителям настолько плевать на меня? Матушка ведь знает, с кем именно я отправилась на прогулку. Почему она еще не подняла тревогу? Почему я не слышу в лесу ауканье людей, с факелами в руках обыскивающих округу? В конце концов, почему в дверь к наглому сверх всякой меры дракону, который без малейшего стеснения умыкнул меня посреди белого дня, еще не постучались с требованием дать ответ? В наших краях все друг друга знают. Матушке не составило бы особого труда выяснить, кто именно поселился здесь совсем недавно. Арчер не солгал, когда представился нашим новым соседом. Тогда почему ничего не происходит?
   Я все больше и больше мрачнела, наблюдая, как вечерний сумрак неуклонно сгущается в углах комнаты. Мой обостренный от волнения слух напряженно ловил каждый шорох, каждый скрип рассохшейся от времени половицы или ступеньки. Но, увы, среди этих обычных звуков не было того, который я так надеялась услышать.
   Я сидела на самом краешке той огромной кровати, на которой очнулась после похищения. Видимо, именно эту комнату Арчер выделил для моего проживания. По крайней мере, после неприятного происшествия с Ульрикой он привел меня именно сюда и смущенно попросил побыть здесь некоторое время, при этом не потрудившись объяснить, чем намерен заняться в мое отсутствие. Я не успела возразить или что-нибудь спросить. Один миг -- и Арчер исчез, привычно спрятавшись в тенях.
   Стоило признать, такой способ передвижения моего нового приятеля и вроде как будущего супруга начинал раздражать. Только я открою рот, чтобы потребовать объяснений, как его уже и след простыл.
   Естественно, я не собиралась покорно сидеть и ждать не пойми чего. Я сразу же подскочила к двери, но, увы, тут поджидало очередное разочарование -- меня самым наглым образом заперли. Я с силой дернула за ручку, убеждаясь в этом, потом не отказала себе в удовольствии несколько раз хорошенько двинуть ногой по двери, да так, что с потолка на меня посыпалась мелкая пыль известки.
   Неполную минуту я боролась с искушением разбить окно и завопить во всю мощь легких, призывая на помощь храброго рыцаря, должного освободить меня из лап коварного дракона. Но затем по здравом размышлении отказалась от этого. Странное дело, но я сама не могла решить, что именно меня расстроит сильнее: если кто-нибудь явится на отчаянный призыв о помощи и спасет-таки слабую девушку, или же если мои крики о помощи проигнорируют.
   Подобная мысль до такой степени удивила меня, что несколько минут я молча простояла около запертой двери, силясь разобраться в собственных чувствах. Я не хотела возвращаться домой, это совершенно точно. Но при этом не предполагала, что мои родители способны на столь вопиющее проявление равнодушия. Как-никак я все-таки была их единственной дочерью. Неужели им настолько плевать на меня, что они даже не заметят моего похищения?
   Я рассерженно заметалась по комнате. Подол платья от моих размашистых шагов путался в ногах, заставляя меня злиться еще сильнее. Эх, где же мои любимые штаны и рубаха? Да, девушкам из приличных семейств не пристало одеваться, как сорванцам, но с другой стороны -- и волосы им коротко не стригут.
   Я задумчиво провела рукой по колючему ежику на своей голове и внезапно с силой сжала кулаки. В этот момент желание вернуться домой стало невыносимым. Нет, не для того, чтобы вновь терпеть нелюбовь и безразличие матери. Я хотела еще раз увидеть ее, чтобы высказать в лицо все, что о ней думаю. Хотя бы раз позволить своим чувствам взять верх и выхлестнуть весь тот яростный водоворот эмоций, которые породили во мне ее отстраненность и вечная холодность.
   "Зачем? -- удивился внутренний голос. -- Надеешься, что она устыдится своего поведения и зальется слезами, вымаливая твое прощение? Полно тебе. Ты всегда для нее была обузой. Смирись с этим".
   Смириться? Я зло цыкнула сквозь зубы. Ну, пожалуй, с равнодушием родительницы мне действительно придется смириться. При всем своем горячем желании я не смогу заставить ее полюбить себя. Но вот с самоуправством Арчера надо что-то делать! Если нам действительно суждено пожениться, то он с самого начала обязан уяснить, что не имеет никакого права меня запирать! В конце концов, я не его боевой трофей! Я -- личность, а не какая-то там игрушка, которую можно в любой момент, как надоест, кинуть в чулан.
   "Эй, личность, -- насмешливо окликнул меня внутренний голос. -- Как вижу, ты уже почти смирилась с тем, что выйдешь замуж за Арчера. В принципе, не такой уж и плохой вариант. Мать ведь все равно рано или поздно, но нашла бы способ спихнуть тебя с глаз подальше. Однако мой тебе совет: прежде чем давать свадебную клятву, попробуй выяснить, как именно драконы относятся к людям. А то может статься, что ваш брак окажется чудовищно неравным. И до конца дней своих ты будешь вынуждена играть роль послушной безмолвной наложницы любимого младшего сыночка в этом драконьем гнезде".
   Ну все, это стало последней каплей в чаше моего терпения! Нет, я обязана каким-либо образом выбраться из комнаты! Тогда Арчер убедится, что никакие запоры не способны меня остановить, а значит, будет вынужден обращаться со мной, как с равной!
   Я подскочила к окну. С силой рванула на себя створки, едва не разбив слишком резким движением стекла. Те жалобно зазвенели, но выдержали. И вот уже я перегнулась через подоконник, жадно вдыхая полной грудью напоенный вечерней свежестью воздух. Затем принялась тщательно изучать обстановку. Ага, я на втором этаже. Окна выходят на задний двор. До земли далековато. Значит, прыгать не буду. Вряд ли, конечно, разобьюсь насмерть, но вот ноги рискую себе переломать. Что же делать?
   Я опять нырнула в сонное тепло комнаты. В голове кружились какие-то обрывки из множества прочитанных мною приключенческих романов. Я бы могла, к примеру, разорвать простынь на длинные лоскуты и связать из них веревку. Правда, есть у меня такое нехорошее чувство, что это займет слишком много времени, и я вряд ли успею закончить до возвращения Арчера. Думаю, он знатно повеселится, обнаружив меня за столь странным занятием. К тому же у меня не было никакого опыта по использованию простыней таким образом. Не говоря о том, что я сейчас в платье, которое не располагает к акробатическим этюдам в моем исполнении. Эдак я все равно грохнусь на землю, и тот же Арчер будет вынужден выхаживать меня после неудачного падения.
   Я недовольно сморщила нос. Нет, не хочу выставлять себя в глупом свете. Побег должен быть осуществлен с грацией и изяществом. И я представила, как важно вплыву в гостиную и мимоходом оброню ошеломленному моим неожиданным появлением Арчеру: "Что, не ожидал, голубчик? То-то же! Даже не пытайся меня больше запирать!"
   Я опять высунулась наружу, силясь отыскать хоть какой-нибудь путь к спасению. Взгляд сам собою упал на водосточную трубу, которая проходила сбоку от окон моей комнаты. Хм-м... Отсюда она выглядит достаточно надежной, чтобы выдержать мой вес. К тому же я смогу использовать ее крепления к стене дома в качестве своеобразных ступеней.
   -- Эх, была бы я в штанах! -- вполголоса посетовала я. Еще несколько раз огорченно вздохнула и с самым решительным образом оседлала подоконник, после чего смело потянулась к трубе.
   К моей величайшей радости, осуществить задуманное не составило особого труда. Правда, я все-таки умудрилась за что-то зацепиться и самым неприличным образом порвала платье. А еще я безмерно обрадовалась тому, что свидетелей у моего побега не оказалось. Нет, не из-за того, что они могли наябедничать Арчеру и тем самым испортить эффект неожиданности, с которым я планировала показаться ему на глаза. Просто во время моего спуска игривый ветерок то и дело задирал подол моего наряда, выставляя на всеобщее обозрение то, что обычно принято скрывать от посторонних глаз. Н-да, поневоле позавидуешь мужчинам. У них подобных проблем нет.
   Наконец, я твердо встала обеими ногами на землю и издала громкий удовлетворенный вздох, почувствовав в этот момент себя самой настоящей героиней. Ай да Мика, ай да молодец! А теперь надлежит решить, что делать дальше. Отыскать Арчера и задать ему хорошую взбучку, потребовав раз и навсегда забыть о своих замашках домашнего тирана, или же...
   Додумать свою мысль я не успела. Как раз в этот момент очередной порыв ветерка донес до моего слуха легкий звон дверного колокольчика. Кажется, к Арчеру в гости кто-то пожаловал.
   "Матушка?!" -- мелькнуло в голове обрадованное. Но я тут же кисло сморщилась. Ох, даже не знаю, как ко всему этому относиться. Не хочу возвращаться домой! Опять слышать в свой адрес ядовитое шипение Альбы, опять видеть слезы матери... С Арчером по крайней мере весело, хотя, конечно, воспитывать его еще и воспитывать. Но вряд ли мне позволят остаться здесь. Не думаю, что родители будут возражать против нашей свадьбы, однако есть определенные правила и нормы приличия...
   Дверной колокольчик прозвонил снова. Я тряхнула головой, отгоняя невеселые размышления. Стараясь ступать как можно тише, проскользнула вдоль стены дома, миновала торец и, наконец, нырнула в пышные кусты каких-то незнакомых мне цветов, надежно скрывавших меня от посторонних глаз. Затем на одно мгновение высунула оттуда голову и кинула любопытствующий взгляд на гостя, готовая в случае чего тут же скрыться обратно.
   Было еще достаточно светло, поэтому я с легкостью опознала мужчину, нетерпеливо переминающегося с ноги на ногу у входной двери. Высокая сутулая фигура, черный поношенный сюртук, волосы, тронутые ранней сединой.
   "Папуля!" -- едва не воскликнула я восторженно, готовая кинуться с поцелуями на шею отца.
   Надо же, именно его я меньше всего на свете ожидала здесь увидеть. Но он все-таки пришел меня спасти! Значит, я ему небезразлична!
   Но моя радость исчезла так бы быстро, как и вспыхнула. Отец, словно почувствовав мой взгляд, медленно повернул голову и внимательно посмотрел на кусты, в которых я скрывалась. И мой язык словно присох к нёбу. Мир вокруг зарябил знакомыми радужными разводами. И я увидела, как тень отца стремительно рванула вверх со ступеней крыльца, где она смирно лежала до сего момента. И за спиной у него вдруг выросло огромное уродливое существо, более всего напоминающее какого-нибудь тролля, если бы они, конечно, существовали.
   "Ох, девочка, ты даже не представляешь, какой странный и зачастую пугающий мир откроется тебе отныне", -- эхом прозвучало в ушах зловещее пророчество феи.
   Мне казалось, будто отец смотрит прямо на меня. Понятное дело, теперь я совершенно не собиралась бросаться к нему с радостными приветствиями. Напротив, нестерпимо захотелось вернуться в тихую и уютную комнату на втором этаже, откуда я с риском для жизни только что выбралась. Голова словно распухла от множества мыслей, которые я успела передумать за эти несколько секунд. Что за создание мой отец? Он явно не человек, но кто же тогда? Но самое главное -- кем являюсь я? Странно, до сегодняшнего дня я даже не подозревала, что в моих жилах может течь не только человеческая кровь.
   Хотя я от испуга старалась даже не дышать, отец все-таки почувствовал мое присутствие. Он раздраженно поморщился, и тварь за его спиной в безмолвном рыке оскалила длинные, хищно изогнутые клыки. И отец принялся медленно спускаться с крыльца, не отводя настороженного взгляда с кустов, послуживших мне укрытием.
   Я с такой силой прикусила губу, удерживая себя от вскрика, что почувствовала во рту солоноватый вкус крови. Создание, скрывающееся в тени моего отца, тоже ощутило мой страх. Это было заметно по тому, каким красным пламенем бешенства налились его крохотные подслеповатые глазки, а клыки словно удлинились.
   Еще бы секунда -- и я ринулась бы прочь, оглашая окрестности воплями ужаса. Но на мое счастье именно в этот момент входная дверь, скрипнув, приоткрылась, и в проеме показался Арчер.
   -- Чем могу быть полезен? -- любезно осведомился он. Затем его лицо озарилось пониманием, и он протянул: -- А, сьер Келиас Пристон, я полагаю.
   Отец тотчас же остановился и обернулся к нему. Расплылся в своей обычной улыбке, которой с ловкостью очаровывал людей. Правда, она слегка поблекла, когда он увидел, кто именно стоит перед ним. Да что там, даже тварь за его спиной как-то съежилась, мгновенно спрятав клыки.
   -- Вы... -- протянул отец, и в его голосе послышались странные нотки -- нечто среднее между непонятным разочарованием и восхищением, к которым примешивались нотки искреннего уважения.
   -- Да, я, -- спокойно подтвердил Арчер, и тени под его ногами беспокойно зашевелились, готовые в любой момент расплескаться крылатым силуэтом.
   -- Дракон в наших краях. -- Отец досадливо прищелкнул языком и покачал головой. -- И занесло же вас в такую даль от гор.
   Арчер негромко рассмеялся, будто ему каким-то образом польстили слова моего отца. Затем глянул в мою сторону и негромко скомандовал: -- Тами, выходи! Полагаю, ты должна услышать этот разговор. Ведь в нем будет вестись речь о тебе.
   Отец удивленно нахмурился, видимо, не совсем понимая, о чем речь. А я упрямо вжалась в землю. Нет, не выйду! Отец придет в ужас, когда увидит, в каком я сейчас виде.
   "Да не это тебя пугает, -- устало посетовал внутренний голос. -- Себе-то не ври. Ты просто боишься взглянуть ему в глаза. Отец сразу же почувствует, что ты поняла, кем именно он является. Арчер прав, вам действительно предстоит очень серьезный разговор. Поэтому хватит вести себя как маленькая. Проблема никуда не исчезнет, если ты продолжишь прятаться от нее".
   -- Тами, -- с нажимом повторил Арчер. -- Выходи! Неужели тебе не интересно, что все это значит...
   Он не закончил фразу, да это было и не нужно. Понятное дело, внутри меня все кипело от жадного любопытства. Мой отец -- не человек! Да от одного этого факта моя голова готова была лопнуть. А мать, она кто? Неужели тоже какое-нибудь загадочное существо?
   -- Ну, как знаешь. -- Арчер с показным равнодушием пожал плечами и посторонился, взмахом руки пригласив моего отца войти.
   Тот как будто не услышал слова дракона, обращенные к его дочери. Так и продолжал стоять, кривясь в неприятной усмешке и разглядывая что-то под своими сапогами.
   -- Стой! -- выкрикнула я, испугавшись, что они действительно скроются в доме, оставив меня томиться в неведении. Встала и выбралась из кустов, по пути яростно отряхивая платье от налипшего сора. Как будто это могло исправить положение! Мой наряд сейчас более всего напоминал грязную половую тряпку.
   Отец словно нехотя поднял голову и посмотрел на меня. Недовольно дернул щекой, но удержался от каких-либо замечаний.
   -- Ого! -- в свою очередь присвистнул Арчер, когда я медленно подошла к крыльцу и замерла, не решаясь подняться к мужчинам. -- Тами, ну у тебя и видок!
   -- Сама знаю! -- огрызнулась я.
   -- Эдак твой отец может подумать, что я плохо с тобой обращаюсь, -- продолжал сокрушаться Арчер.
   У меня на языке вертелось множество ядовитых высказываний в адрес дракона. К примеру, я могла бы поведать ему, что считается крайне невежливым запирать гостей и вообще каким-либо образом ограничивать их свободу. Но я промолчала, лишь гордо вздернула подбородок, с вызовом глядя в его глаза цвета расплавленного золота.
   -- Ладно, поговорим потом, -- милостиво обронил он, убедившись, что я не настроена на разговор. -- Сейчас у нас есть куда более важные темы для обсуждения. Не правда ли?
   И опять всеобщее молчание было ему ответом. Арчер с затаенной усмешкой пожал плечами и вновь взмахнул рукой, предлагая нам проследовать за ним в дом.
  

***

   У меня еще не было возможности осмотреть дом Арчера. Да что там, по сути, я побывала всего в двух помещениях: на кухне, где произошла не слишком удачная встреча с Ульрикой, и в комнате, которую в последний раз мне пришлось покинуть по водосточной трубе. Поэтому я с интересом озиралась по сторонам, оказавшись в залитой светом многочисленных свечей гостиной. Тем более здесь было на что посмотреть.
   Если судить по нескромным размерам, гостиная занимала практически весь первый этаж. И большая часть этой комнаты была отдана под книжные шкафы. Высоченные -- до самого потолка -- они угрюмо высились по периметру, опасно вспухнув от своего бумажного содержимого.
   Я чувствовала, как мои глаза загорелись от восторга. Книги! Сколько же здесь было книг! Сотни, тысячи! И каждая из них наверняка стоила целое состояние, если судить по старым запыленным обложкам. Зуб даю, практически все они посвящены магическому искусству. Какой же я была глупой, когда собиралась проникнуть в этот дом и похитить всего один талмуд с заклинаниями! Боюсь, я бы так и не сумела сделать выбор, увидев, какие сокровища здесь скрываются.
   Отец тоже проявил интерес к коллекции Арчера. Он сделал несколько медленных шагов вдоль полок, задумчиво ведя пальцем по потрепанным корешкам. Но почти сразу остановился и резко одернул руку, будто обжегся. С непонятной для меня брезгливостью вытер ладонь о фалду сюртука. В унисон этому пугающее существо, которое призрачной тенью следовало за ним по пятам, глухо рыкнуло.
   -- Присаживайтесь. -- Арчер на правах хозяина показал моему отцу на одно из кресел, которые полукругом стояли около низкого столика. -- Налить вам что-нибудь выпить, сьер Келиас?
   -- Да, -- второй раз за все время своего визита подал голос мой отец. -- Стакан воды, если можно.
   -- Да, конечно. -- Арчер любезно склонил голову и, чуть повысив голос, проговорил, обращаясь в пустое пространство перед собой: -- Ульрика, стакан воды и два бокала с вином.
   Я исподлобья наблюдала за действиями отца, силясь разгадать, что за чудище скрывается в его тени. Неужели действительно тролль? Судя по огромному росту и отвратительной внешности -- да. Но они вроде как должны обратиться в камень на солнечном свету. А мой отец всегда вел активный дневной образ жизни.
   Отец между тем тяжело опустился на предложенное место и с показным спокойствием откинулся на спинку, сложив на животе руки. Арчер сел напротив него и выжидающе посмотрел на меня, безмолвно предложив присоединиться к их славной компании. Что мне оставалось делать? Я тоже примостилась на самом краешке последнего оставшегося свободным кресла. И почти не удивилась, когда на подлокотнике вдруг сам собою материализовался бокал вина, а мой слух уловил неподалеку негромкое хлопанье крошечных крылышек. Однако сама Ульрика предпочла остаться невидимой.
   -- Итак, что вы намерены делать с моей дочерью? -- спросил отец и взял в руки возникший перед ним стакан с водой.
   -- А как вы думаете? -- вопросом на вопрос ответил Арчер.
   Я недовольно поморщилась. Начало разговора показалось мне оскорбительным. Такое чувство, будто отцу совершенно наплевать на мою дальнейшую судьбу. По крайней мере, я не услышала в его голосе ни малейшего волнения. Словно он говорит не о своей единственной дочери, а обсуждает какую-то деловую сделку.
   -- Вы дракон, -- спокойно констатировал отец. Позволил себе слабую усмешку. -- Не мне вам рассказывать, что в народе всякое поговаривают о странном пристрастии драконов к невинным девицам. Собственно, меня интересует только одно: вы собираетесь убить и съесть мою дочь?
   Я поперхнулась вином, поскольку как раз сделала хороший глоток из бокала. Судорожно закашлялась, пачкая и без того безнадежно испорченное платье брызгами красного. Честное слово, такого поворота я не ожидала! А ведь в некотором смысле мой отец прав: я знаю множество легенд и сказок, в которых драконы похищали девушек. Правда, обычно бедняжек успевал выручить какой-нибудь мимо проезжающий принц. И, увлеченная историей счастливого спасения и последующей не менее счастливой и обязательной свадьбы между бывшей пленницей и ее рыцарем, я никогда не задавалась вопросом, а почему, собственно, дракон ввязался во всю эту историю. Зачем ему понадобилась эта самая девица? Неужели я могу послужить изысканным блюдом на столе у Арчера?
   -- А вы тролль, -- парировал Арчер. -- И кому, как не вам, знать, что эти легенды -- полная чушь! Драконы не питаются человечиной. В отличие от вашей братии.
   И опять я закашлялась, круглыми от ужаса глазами уставившись на своего отца. В принципе, я уже догадалась, что за тварь скрывается в его тени. Но неужели мой отец действительно имеет столь скверные и мерзкие привычки? Неужели он каннибал? Фу, какая гадость!
   -- Не пугайте мою дочь, -- попросил отец. -- Вы прекрасно видите, что я не горный тролль. В стародавние времена мои сородичи предпочитали селиться под мостами. Мы долгие века жили бок о бок с людьми и многое от них переняли. Мы не боимся солнечного света. Мы умеем прятать собственную суть в тени. Мы даже вступаем в браки с женщинами и заводим детей, -- помолчал немного и обронил с нескрываемым сожалением: -- Правда, наши способности передаются лишь по мужской линии.
   Все это отец произнес, чуть наклонив голову в мою сторону, словно обращал свои слова именно ко мне. И я позволила себе немного расслабиться и облегченно перевести дыхание.
   -- Но, между тем, многое в вас осталось от троллей. -- Арчер несогласно покачал головой, заставив меня вновь замереть от напряжения. И он начал перечислять, загибая пальцы по мере рассказа: -- Вы намного превосходите людей по силе. Чрезвычайно вспыльчивы. Свирепы и кровожадны, когда находитесь в дурном настроении. Кто даст гарантии, что при очередной вспышке гнева вам не придет в голову замечательная идея сожрать своего оппонента? Как говорится, нет человека -- нет проблемы.
   -- Я готов поклясться тенью, что за всю свою жизнь ни разу не пересек грани дозволенного! -- Отец горделиво задрал подбородок, будто оскорбленный предположением Арчера, и одновременно тварь за его спиной воинственно выпрямилась во весь свой немаленький рост, пробив призрачной головой потолок.
   -- Я верю вам, -- поспешил заверить его Арчер. Позволил себе слабую усмешку: -- Таким образом мы убедились, что ни один из нас не обладает извращенным вкусом и любовью к необычным мясным блюдам.
   -- Если вы не желаете украсить головой моей дочери свой обеденный стол, то для чего она вам? -- сухо осведомился отец.
   Арчер задумчиво провел пальцем по кромке бокала, к которому пока не прикоснулся.
   -- Позвольте один маленький вопрос, так, чисто для удовлетворения любопытства, -- вдруг проговорил он. -- А если бы я похитил вашу дочь именно для удовлетворения своих вкусовых пристрастий? Что бы вы тогда сделали?
   -- Вы дракон. -- Отец пожал плечами. -- Я -- тролль. Вы наверняка убили бы меня, но я все равно пришел бы и сражался за дочь. До последней капли крови. Вашей или моей -- неважно.
   Честно говоря, я не ожидала подобного признания. Мои глаза сами собой увлажнились, и я растроганно зашмыгала носом, борясь с желанием обнять и расцеловать отца. Надо же, я даже не предполагала, что он готов умереть ради меня. А как же все эти ссоры и страшные ругательства, которыми он постоянно осыпал меня?
   -- Из рассказа вашей дочери мне показалось, что ваши родительские чувства к ней оставляют желать лучшего, -- осторожно заметил Арчер.
   -- Она не мальчик. -- Отец с сарказмом хмыкнул и пригорюнился, глухо продолжив: -- Мне нужен сын. Понимаете? Сын! Впрочем, вы обязаны меня понять, поскольку почти такой же, как я. Нас осталось так мало... Я не мог смириться с тем, что моя тень не получит продолжения. Но Мика все же моя кровь и моя плоть. За нее я бы разорвал вам глотку. И потому я спрашиваю вас в третий и в последний раз -- зачем вам моя дочь?
   Существо за его спиной недовольно заворчало, переминаясь с лапы на лапу. Вновь сгорбилось, вынырнув головой с верхних этажей, и злобно уставилось на Арчера подслеповатыми маленькими глазками.
   Я была уверена, что если Арчер вновь проигнорирует прямой вопрос моего отца и заведет какую-нибудь отстраненную речь, то произойдет что-нибудь страшное. По всей видимости, понял это и он, поскольку больше не рискнул ходить вокруг да около.
   -- Ваша дочь станет моей женой, -- сказал он. -- Это решено и не обсуждается.
   Отец явно не ожидал подобного признания. От неожиданности он с такой силой стиснул кулак, что стакан с водой лопнул. На пол хлынула вода, щедро окрашенная красным -- видимо, осколками отец разрезал ладонь. Но он не обратил на это ни малейшего внимания, продолжая не мигая смотреть на Арчера.
   -- Вы не шутите, -- наконец, утвердительно проговорил он. Удивленно качнул головой. -- Вы действительно намерены взять ее в жены. Но зачем было ее похищать? Дань традиции?
   -- Не только, -- уклончиво отозвался Арчер. Нервно забарабанил длинными изящными пальцами по подлокотнику кресла, словно размышляя, стоит ли упоминать об этом, но затем все-таки осторожно проговорил: -- В вашем доме пахнет черным колдовством. Я учуял эту вонь сразу же, как пересек порог. Мне это не понравилось. Моя будущая жена не должна соприкасаться с подобной мерзостью.
   -- Черным колдовством? -- растерянно переспросил мой отец. -- Я не понимаю, о чем вы.
   -- Странно. -- Арчер недоуменно сдвинул брови. -- Тролли плохо видят, но обладают отличным нюхом.
   -- Да, если только это колдовство не направлено непосредственно на них. -- Отец задумчиво поднял пораненную руку ко рту и принялся машинально слизывать капли крови.
   В гостиной после его замечания воцарилось продолжительное молчание. Я с нескрываемым отвращением следила за действиями отца, который чуть ли не урчал от удовольствия, обсасывая свою ладонь. Арчер с отсутствующим видом смотрел на пламя ближайшей свечи, и оно извивалось под его взглядом, словно живое, бросая оранжевые блики на бесстрастное лицо дракона.
   -- Значит, вы не отдадите мне дочь, -- наконец, резюмировал отец. Протянул перед собой руку, которой занимался все это время, и я изумленно вскинула брови, увидев, что на ней нет и следа от недавних порезов.
   -- Нет, не отдам. -- Арчер покачал головой. Усмехнулся. -- Даю слово дракона, что в моем доме ей ничего не грозит.
   Отец скептически хмыкнул и неприлично ткнул пальцем, указав на мое разорванное грязное платье.
   -- О, я сам безмерно удивлен, что ваша дочь в таком виде. -- Арчер заулыбался, поняв его претензию без слов. -- Да, признаюсь, я оставил ее без присмотра на некоторое время, но даже представить не мог, что за столь короткий срок она умудрится так испачкаться. И когда только успела?..
   Я кисло поморщилась. Мне очень не нравилось, что разговор велся так, будто я не имела права что-либо говорить. Волей-неволей почувствуешь себя бессловесным товаром. Вещью, выставленной на торги.
   Однако здравый смысл подсказывал, что сейчас не время показывать коготки и норов. Успею еще. Обычному человеку лучше не влезать в беседу дракона и тролля.
   -- Могут пойти слухи, -- продолжал упорствовать отец. -- Вы прекрасно знаете, что люди не любят, когда что-либо выходит за рамки традиционного. Девушка не должна жить в доме жениха до свадьбы. К тому же всегда есть вероятность, что свадьбы не будет. И тогда будет опозорена не только она, но и вся ее семья.
   -- Мужчины не должны заводить детей на стороне, состоя при этом в законном браке, -- тотчас же парировал Арчер. -- Не правда ли?
   -- Резонное возражение, -- без малейшего смущения согласился отец. -- Но все же второй случай обществом осуждается гораздо меньше, чем первый. А некоторые так вообще сочтут мужчину молодцом, особенно если узнают, что первая жена оказалась не способна даровать ему наследника.
   -- И все-таки мое решение не обсуждается. -- Арчер покачал головой. -- Ваша дочь останется в моем доме. А вам я настойчиво советую поговорить с супругой и напомнить ей, что занятия колдовством зачастую оканчиваются на костре. Что же насчет осуждения обществом... Не беспокойтесь, я не намерен долго оставаться в ваших краях. По традиции перед свадьбой я должен представить невесту всему гнезду.
   -- Это как раз меня беспокоит сильнее прочего. -- Отец моментально помрачнел. Подался вперед и вкрадчиво поинтересовался, не сводя напряженного взгляда с Арчера: -- Молодой человек, я, конечно, все понимаю. Первая любовь, романтика и прочее, прочее, прочее. Но вы абсолютно уверены, что ваша семья примет мою дочь? Как ни крути, но половина крови у нее троллья. А вы прекрасно знаете, что наши народы никогда не жили в мире. Боги любят злые шутки. Мои способности вполне могут проявиться через поколение, у ваших детей. Тролль в драконьем гнезде -- это, знаете ли, нонсенс.
   Хотя Арчер и старался сохранить бесстрастное выражение лица, но я заметила, как на самом дне его зрачков метнулось и тут же пропало удивленно-беспомощное выражение. Так, словно о подобном он еще не задумывался. И мое сердце сжалось от дурного предчувствия. Ох, сдается мне, Арчер даже не предполагал, что столкнется с такими трудностями.
   -- Все будет хорошо! -- наконец, после краткого замешательства заверил он нас. Но его голос прозвучал слишком громко и неправдоподобно радостно. Даже я ощутила фальшь, что уж говорить о моем отце.
   -- Эх, молодость, молодость. -- Отец недовольно покачал головой. Перестал буравить Арчера напряженным взором, посмотрел на меня и как-то странно дернул кадыком, словно в последний момент передумал что-то говорить. После чего встал и обронил, обращаясь уже ко мне: -- Мика, я понятия не имею, чем закончится твоя затея. От всего сердца надеюсь, что добром. Но помни -- если тебя кто-нибудь обидит из этого семейства крылатых ящеров, то только дай мне знать. Я приеду и самолично разберусь.
   И опять мои глаза защипало от сентиментальных слез. А ведь отец прекрасно знает, что тролль дракону не соперник. Сам ведь признал, что в поединке Арчер наверняка одержит вверх над ним. И все-таки пообещал мне свою защиту и помощь. И в этот момент я была уверена, что отец действительно в случае чего намерен сражаться за мою жизнь и честь до последней капли крови.
   -- А я в свою очередь настойчиво рекомендую вам разобраться с запахом черного колдовства в вашем семействе, -- проговорил Арчер и тоже встал. -- Я еще намерен пробыть в ваших краях пару недель, прежде чем двинусь в обратный путь. При случае я бы мог помочь...
   -- Разберусь сам, -- непреклонно отказался отец. Криво ухмыльнулся. -- Спасибо за предложение и предостережение, но при решении семейных проблем лучше не впутывать посторонних.
   Призрачная тварь за его спиной в этот момент вдруг вытянула свою лапу в моем направлении. Я испуганно отшатнулась было в сторону, но тут же изумленно замерла, когда почувствовала, как мои щеки обдало легким теплым ветерком -- это чудище легонько погладило меня на прощание.
  

***

   -- А теперь, быть может, объяснишь мне причину, по которой ты в таком виде? -- негромко поинтересовался Арчер, как только за моим отцом захлопнулась дверь.
   Я опустила голову, почувствовав, как мое лицо начинает гореть от смущения.
   -- Удивлен, что твой отец сразу же не кинулся на меня с кулаками, -- продолжил с едва заметной иронией Арчер. -- Все-таки мне очень повезло, что он не из горных троллей. Те предпочитают сначала ввязаться в драку, а потом уже разбираться, из-за чего весь сыр-бор.
   -- Если честно, я потрясена, -- глухо проговорила я. -- Мой отец -- тролль! Да даже в самом страшном сне я не могла бы представить такое.
   -- Как тебе уже говорили, перед тобой отныне откроется новый мир, полный неожиданностей. -- Арчер слабо усмехнулся. -- Побочное действие пыльцы феи. Но не будем отвлекаться от темы. Не желаешь поведать мне о своих приключениях?
   -- Я вылезла из той комнаты, где ты меня оставил, через окно, -- призналась я и замолчала, решив, что и без того сказала более чем достаточно.
   -- Зачем? -- воскликнул Арчер. Потрясенно покачал головой. -- Во имя всех богов, зачем ты это сделала? Хотела сбежать от меня? Но вроде ты не особо рвешься вернуться к родителям. Передумала?
   -- Нет, я не хотела сбежать, -- ответила я и окончательно закручинилась, уставившись в окно, за которым плескалась синь позднего вечера. Пожалуй, будет очень непросто объяснить Арчеру, какими же резонами я руководствовалась в тот момент, когда осмелилась на столь безумный шаг.
   -- Тогда я совершенно ничего не понимаю! -- Арчер обескураженно всплеснул руками. -- Ты не хотела сбежать, но между тем по какой-то причине покинула комнату не через дверь, как все нормальные люди, а через окно. А ведь ты рисковала сорваться и упасть. Не думаю, что ты разбилась бы насмерть. Все-таки в твоих жилах течет немалая доля тролльей крови, а эти товарищи чрезвычайно крепки. Но сломать руку или ногу ты вполне могла бы. Высота там приличная.
   -- Ты запер меня! -- обвиняющим тоном воскликнула я. -- И я разозлилась. Это показалось мне... ну, нечестным и некрасивым, что ли. Ты продемонстрировал, что относишься ко мне, как к вещи. А я человек! Личность!
   "Ох, опять ты завела старую песню, -- уныло вздохнул внутренний голос. -- Смею тебе напомнить, что, во-первых, ты не совсем человек. Отец-то у тебя, как выяснилось, самый натуральный тролль. И это не метафора. А во-вторых, и до гордого звания "личность" тебе как до Божьей горы пешком. Личностью может именовать себя только тот или та, кто самостоятельно распоряжается своей судьбой. А ты пока играешь роль ценного трофея, добытого драконом".
   -- Да, я -- личность! -- упрямо повторила я, стараясь не вслушиваться в монотонное брюзжание гласа своего рассудка. -- Меня нельзя запирать, прежде не объяснив причин сего поступка. Или считаешь, коль ты меня похитил, то теперь волен делать со мной все, что пожелаешь?! Да не бывать этому!
   И я захлебнулась в словах, силясь придумать как можно более весомую угрозу. Я совершенно не представляла, что может испугать Арчера. Как-никак он дракон, к тому же маг. А я... Я просто дочь тролля. В самом деле, не втягивать же в наши разборки отца. Он, правда, заверил, что придет на помощь, и я верила ему. Но я прекрасно понимала, что тролль не сумеет на равных тягаться с драконом.
   -- Тами, я не запирал тебя, -- поторопился воспользоваться паузой Арчер. -- Честное слово! Да, я отвел тебя в ту комнату, так как думал, что ты устала и хочешь отдохнуть. Все-таки на твою долю сегодня столько испытаний выпало. Но у меня и в мыслях не было каким-либо образом ограничивать свободу твоего передвижения по дому.
   Я еще пару раз немо раскрыла рот, от такого признания мгновенно потеряв нить рассуждений. Затем закрыла его и глубоко вздохнула, пытаясь взять разбушевавшиеся эмоции под контроль. Лицо теперь не просто горело -- оно пылало от стыда. Это что же получается? Я рисковала жизнью совершенно зря?
   -- Но дверь была заперта, -- растерянно проговорила я. -- Это совершенно точно. Я так сильно шарахнула по ней, что отбила ногу.
   И тут же замолчала, поскольку услышала тихий мелодичный смех, прозвучавший совсем рядом. Интересно, что так развеселило фею?
   -- Ульрика! -- Арчер раздосадовано сплюнул на пол. -- И как я сразу о тебе не подумал. А ну -- проявись!
   Тотчас же воздух между нами засеребрился, и я увидела противную девчонку, которая то и дело расплывалась в пакостливой улыбке.
   -- Твоих рук дело? -- строго спросил ее Арчер. -- Это ты заперла Тамику?
   -- Я, -- нагло подтвердила она, несколько раз перевернувшись в воздухе от душившего ее хохота.
   -- Но зачем? -- Арчер разгневанно сжал кулаки. -- Ты хотела нас поссорить?
   -- Не только. -- Ульрика обнажила в улыбке все свои мелкие белоснежные зубки. -- Хозяин, как мы теперь знаем, твоя гостья -- наполовину тролль. Я чувствовала в ее жилах нечеловеческую кровь. И волновалась, не очаровала ли она тебя приворотным зельем, желая проникнуть в твой дом и вызнать какие-нибудь секреты рода Ульер. Поэтому решила, что лучше ей будет посидеть под замком.
   -- Не говори глупостей! -- Арчер замотал головой. -- Какие секреты она могла бы вызнать?
   -- Ну мало ли. -- Ульрика сильнее забила крылышками, усыпая ковер серебристой пыльцой. -- К примеру, здесь много книг по магическому искусству. Ты прекрасно знаешь, сколько они стоят. Выкради одну, продай ценителю -- и получишь немалую сумму. Но самое главное скрыто в твоем кабинете. Там твои дневники. У рода Ульеров достаточно врагов, а в записях ты зачастую не церемонился, подробно описывая все слабости и недостатки своих многочисленных родственников. К тому же, там стоит палантр...
   -- Цыц! -- вдруг прикрикнул на нее Арчер, вздрогнув от последнего слова.
   Палантр? Я недоуменно нахмурилась. А это еще что такое? И мне тут же нестерпимо захотелось пробраться в кабинет к дракону и отыскать эту чудесную вещицу.
   -- Надеюсь, ты не воспользовалась им? -- между тем осведомился Арчер, по-прежнему обращаясь к Ульрике, и я с немалым изумлением услышала, как его голос дрожит от какой-то сложной смеси эмоций. Словно он боялся ответа феи.
   -- А ты как думаешь? -- вопросом на вопрос ответила Ульрика.
   -- Ульрика! -- взревел Арчер. -- Я ведь спас тебе жизнь! Как ты могла...
   Завершить фразу он не успел. В следующее мгновение в комнате потемнело. Нет, свечи по-прежнему горели, но их пламя словно потускнело. Ощутимо похолодало.
   Я вжалась в спинку кресла, испуганно озираясь по сторонам. Что происходит? А еще через секунду гостиная наполнилась протяжным глубоким звуком, будто где-то рядом ударили в гонг. И незнакомый женский голос провозгласил:
   -- Арчер из рода Ульер и его невеста, именуемая Тамикой из рода Пристон, вы призываетесь к палантру.
   -- Демоны! -- кратко выругался Арчер, переменившись в лице. С нескрываемой враждебностью посмотрел на Ульрику.
   -- Я ведь хранительница рода, -- попыталась оправдаться та, нарезая стремительные круги в воздухе.
   -- Прежде всего я считал тебя своей подругой, -- укоризненно проговорил Арчер, нервно то сжимая, то разжимая кулаки.
   -- Если бы нейна Деяна узнала, что я скрыла от нее такую информацию, то самолично расправилась со мной, -- тихо вздохнула Ульрика. -- Ты прекрасно знаешь, как скора на суровые решения твоя мать.
   -- Знаю, -- чуть слышно подтвердил Арчер. Покосился на меня, и я привычно вздрогнула, увидев в его глазах страх. Он действительно очень боялся. Но чего? Или вернее будет сказать -- кого?
   В комнате между тем становилось все темнее и холоднее. Я украдкой поежилась, заметив, что мое дыхание оседает белым облачком на ворот платья.
   -- Идем, Тами, -- между тем сказал Арчер и встал. Подошел к моему креслу и протянул мне руку. -- Не стоит дожидаться второго гонга. Разговор и без того выйдет непростым. А эдак мы с самого начала разозлим мою мать.
   Значит, загадочная нейна Деяна, скорая на решения и расправу,-- это мать Арчера? Я с тоской покосилась в сторону двери. Быть может, все-таки сбежать? Как-то не ожидала я, что вечер закончится знакомством и беседой с будущей свекровью. К такому событию принято готовиться, а я выгляжу сейчас так, будто, будто...
   Я замялась, выискивая достойное определение своему грязному и порванному платью. В общем, мой наряд совершенно не располагал к светскому общению, и это еще мягко сказано.
   -- Идем. -- Арчер нетерпеливо прищелкнул пальцами, напряженно прислушиваясь к чему-то, ведомому только ему. -- Тами, это не шутки! Моя мать... В общем, она очень непростой человек. Точнее, как раз не человек, как ты понимаешь, а драконица. Она наверняка в ярости, что я не поставил ее в известность о своих планах. Не будем усугублять положение.
   -- Но я... -- продолжала упираться я, с ужасом представляя грядущее знакомство. И осеклась, когда Арчер в упор взглянул на меня. Его глаза сейчас казались абсолютно черными из-за непомерно расширенных зрачков. И почему-то мне сразу же перехотелось спорить. Сдается, дело и впрямь серьезное.
   -- Скорее, скорее, -- взволнованно запорхала вокруг Ульрика. -- Арчер, вот-вот прозвучит второй гонг! А после третьего разговор лучше не начинать вовсе!
   -- А с тобой я разберусь позже, -- зловеще пообещал маг фее, из-за которой мы угодили в столь неприятную ситуацию, схватил меня за руку, и мы побежали.
   Как оказалось, под кабинет Арчера был отведен весь мезонин дома. Подъем с первого этажа занял у нас всего несколько секунд. Арчер чуть ли не насильно тащил меня по лестнице, заставляя перепрыгивать сразу через несколько ступенек. В общем, не было ничего удивительного в том, что неполную минуту после того, как мы ворвались в комнату, я была способна лишь жадно хватать открытым ртом воздух, пытаясь отдышаться. Арчер тем временем стремительным вихрем пронесся по кабинету, зажигая свечи. Затем подскочил к письменному столу, заваленному древними на вид свитками и книгами, и, не особо утруждая себя, просто скинул все бумаги на пол. В воздух после этого поднялось целое облако пыли, и я расчихалась.
   -- Сейчас, сейчас, -- бормотал себе под нос Арчер. Запустил руки глубоко под стол и, наконец, с превеликой осторожностью водрузил перед собой хрустальный шар. Блики свечей загадочно замерцали внутри сферы красноватыми огоньками.
   -- Арчер Ульер отзывается на зов своей матери, Деяны Ульер, да продлятся вечность ее дни, -- громогласно провозгласил он и рухнул в кресло, немигающим взглядом уставившись в глубь шара.
   От любопытства, смешанного в равных долях со страхом, я перестала даже дышать. Вроде бы, я нахожусь в самом темном углу комнаты, до которого пламя свечей не достает. Возможно, мне повезет, и грозная Деяна Ульер просто не заметит моего присутствия.
   Стоило мне только так подумать, как комнату вдруг залил яркий мертвенный свет. Тьма торопливо схлынула под его натиском, с недовольным шорохом спрятавшись в щели между половицами. Я вскрикнула от неожиданности, прикрыв мгновенно ослепшие и заслезившиеся глаза ладонью. Это еще что такое?
   Я никак не могла понять, где источник этого света. Он лился со всех сторон сразу, будто в кабинете Арчера одномоментно взошли тысячи маленьких рукотворных светил. Но затем произошло еще более странное и необъяснимое. Стол, перед которым сидел Арчер, неожиданно исчез. Просто растворился в пространстве без малейшего следа. И я обнаружила, что смотрю на высокую, очень красивую женщину, которая появилась в комнате на месте пропажи.
   Темные густые волосы незнакомки, перехваченные тонкой золотой диадемой, блестящим тяжелым водопадом спускались ниже талии. Глаза цвета расплавленного золота смотрели прямо и твердо. Четко очерченные чувственные губы, едва тронутые кармином, улыбались. Правда, при виде этой улыбки мне почему-то захотелось упасть на колени и заранее повиниться во всех былых и будущих прегрешениях, лишь бы заслужить прощение. Ярко-алое платье всполохами шелка обнимало стройную фигуру, подчеркивая грудь и тонкую талию.
   -- Сын, -- тихо прозвучало в кабинете, и Арчер торопливо склонился перед матерью в глубоком поклоне, поцеловав милостиво протянутую изящную кисть.
   -- Матушка, -- пробормотал он, не торопясь разогнуться и принять прежнее вертикальное положение, -- я очень рад вас видеть.
   -- А как я рада! -- с чуть уловимым сарказмом отозвалась женщина. Перевела взгляд на меня, и я на всякий случай присела в неуклюжем реверансе.
   -- Так-так-так, -- протянула нейна Деяна, продолжая разглядывать меня со все возрастающим любопытством.
   Я не знала, куда мне деть руки. Под оценивающим взглядом женщины я казалась себе каким-то неведомым забавным зверьком. Н-да, даже не хочу представлять, что она обо мне сейчас думает! По сравнению с ее холеной красотой я выгляжу настоящей замарашкой.
   -- Значит, Ульрика не солгала, -- негромко проговорила Деяна, не сводя с меня взора. -- Ты действительно не скучаешь в этой глуши, а развлекаешься.
   -- Матушка. -- Арчер низко опустил голову, и его уши вспыхнули огнем непонятного стыда. -- Позволь мне представить тебе сьерру Тамику Пристон.
   -- Сьерру? -- с откровенной насмешкой переспросила Деяна.
   Настал мой черед краснеть. Правда, не от смущения, как Арчер, а от гнева. Что она имеет против второго сословия? В конце концов, не всем же быть дворянами. К тому же дворянство можно и купить. Были бы деньги, как говорится.
   "А главное, чтобы человек был хороший", -- пробурчал внутренний голос, ради разнообразия на сей раз полностью согласившись с моими рассуждениями.
   -- Да, сьерру! -- с вызовом повторил Арчер. Правда, взглянуть в глаза матери он по-прежнему не осмеливался, что-то разглядывая у себя под ногами.
   Нейна Деяна неторопливо подошла ко мне, рассыпав по гулкой тишине кабинета дробь своих высоких каблуков. Я бы с удовольствием попятилась, но позади меня была стена. Выглядело бы очень глупо, если бы я уперлась в нее. И потом, я начинала чувствовать раздражение. Наверное, поспособствовал этому ее ироничный тон, которым она уточнила мою принадлежность ко второму сословию. Никогда не любила снобов! Если человеку нечем гордиться, кроме своего дворянства, -- то мне жалко этого человека. Ну, или не совсем человека, как в данном случае.
   Деяна подошла почти вплотную. Нарочито медленно осмотрела меня с ног до головы и обратно и с насмешливым удивлением вздернула бровь, снова повернувшись к Арчеру.
   -- Мальчик мой, -- произнесла она. -- Почему твоя гостья в таком виде? Ты спас ее от разбойников?
   -- Не совсем, -- уклончиво проговорил Арчер. -- В общем, это долгая история.
   -- А я никуда не спешу, -- с достоинством возразила ему Деяна.
   Арчер замялся, явно не желая рассказывать своей матери про мою глупую попытку к бегству. Но в следующее мгновение Деяна вдруг вновь резко обернулась ко мне, словно почувствовав что-то. Ее тонкие ноздри затрепетали, как у собаки, взявшей след.
   -- Тролль... -- с нескрываемым отвращением протянула она. -- О небо, почему я сразу не ощутила эту вонь? Ульрика оказалась права даже в этом. Ты привечаешь в своем доме троллье отродье!
   На Арчера было жалко смотреть. Он скривился, словно из последних сил сдерживал рыдания, но все же вскинул с вызовом подбородок.
   -- Матушка, -- твердо сказал он. -- Прошу тебя -- выбирай выражения! Ты говоришь сейчас о моей невесте!
   Кровь так стремительно отхлынула от лица Деяны, что я испугалась -- не потеряет ли она сознание. Женщина в самом деле опасно покачнулась, и я заметила, как Арчер сделал шаг вперед, видимо, собираясь подхватить ее в случае обморока. Но почти сразу она выпрямилась и грозно подбоченилась, глядя то на меня, то на своего сына.
   -- Невеста? -- сдавленно повторила Деяна. -- Я не ослышалась? Ты действительно назвал эту грязную девчонку, у которой в роду имеются тролли, невестой?
   -- Да, назвал, -- спокойно подтвердил Арчер. -- Матушка, я намерен взять Тамику в жены.
   -- Но она же из тролльего племени! -- взвизгнула Деяна, да так, что оглушила меня. -- В ее жилах течет кровь этих горных тварей!
   -- Ну, предположим, ее отец не из племени горных троллей, -- возразил Арчер. -- Его собратья некогда предпочитали селиться под мостами.
   -- Отец?! -- яростно рявкнула Деяна. Былая бледность сменилась некрасивыми пятнами волнения и гнева. -- То бишь, девчонка -- дочь тролля? И ты имеешь наглость называть ее невестой?
   -- Матушка, ты прекрасно знаешь слова из дневников Диритоса Легендарного, -- продолжал настаивать на своем Арчер. -- У каждого дракона есть одна любовь, один друг и один враг. Так вот, я совершенно уверен, что...
   -- Да, но Диритос особенно предупреждал, что существует вероятность ошибки, -- не дослушав, оборвала его мать. -- Что, если девчонка -- твой враг? А ты готов ввести ее в наш род!
   -- Я уверен, что она -- моя вторая половина. -- Арчер сжал кулаки. -- Арчи подтвердил это.
   -- Арчи? -- Губы Деяны исказились от злобной усмешки. -- С каких пор ты придаешь столько значения словам говорящей татуировки?
   -- Но, матушка! -- оскорблено вскинулся Арчер. -- Арчи -- не просто татуировка. Это мое второе я. Его глаза порой видят куда острее моих, его сердце...
   -- Достаточно! -- оборвала его мать. -- Я уже устала от этого спора.
   Тотчас же в комнате воцарилась тишина. Такая полная и пугающая, что собственный пульс оглушил меня.
   -- Тамика Пристон, -- кривясь от отвращения, повторила Деяна мое полное имя. Протянула руку и провела остреньким ноготком по моей щеке. Нет, она не оцарапала меня, но кожа начала гореть в этом месте.
   -- Матушка, -- опасливо прошелестел голос Арчера, -- прошу тебя...
   -- Дочь тролля. -- Нейна Деяна, словно не услышав его, досадливо качнула головой. На ее скулах уже отгорал румянец, вспыхнувший во время спора, и на лицо возвращалась обычная аристократическая бледность. И женщина продолжила после краткой паузы, будто рассуждая вслух: -- Если мой сын возьмет в жены дочь тролля, то наше семейство окажется опозоренным. Драконы никогда в жизни не породнятся с троллями! Это нонсенс, этого просто не может быть! Значит, остается лишь один выход...
   Я гулко сглотнула, почувствовав, как в моем животе зародился и принялся быстро расти холодный и мерзкий ком ужаса. О чем она говорит? Какое решение этой проблемы видит? Неужели...
   "Эй, личность, сдается, для тебя запахло жареным, -- мрачно подтвердил внутренний голос. -- Арчер рискует стать вдовцом еще до женитьбы".
   -- Матушка! -- уже решительнее повторил Арчер, видимо, подумав о том же самом. -- Я не позволю тебе...
   И опять нейна Деяна не дала ему договорить. Один лишь быстрый взгляд, брошенный через плечо, -- и мой жених застыл с открытым ртом.
   -- По традиции драконьи свадьбы проходят в день летнего солнцеворота, -- сказала Деяна. Задумалась, загибая пальцы. -- Это случится...
   -- Через три недели, -- робко подсказала ей я и тут же пожалела об этом. Глаза женщины вспыхнули обжигающим огнем, и я прикусила язык, мысленно поклявшись молчать до самого окончания этой встречи.
   -- Думаю, этого времени тебе будет достаточно, чтобы принять окончательное решение, -- обронила Деяна, круто развернулась на каблуках и в упор уставилась на Арчера, который грустно ссутулился, будто уже понимал, о каком выборе говорит его мать. -- Ты знаешь, в этот день наше семейство объявляет общий слет. И я очень надеюсь увидеть тебя. Одного. И по-прежнему не связанного узами брака.
   -- А иначе? -- чуть слышно спросил Арчер, и мне показалось, что его глаза как-то подозрительно заблестели.
   -- А иначе у меня станет на одного сына меньше, -- хладнокровно отрезала Деяна. Мягко улыбнулась Арчеру, который вздрогнул, как от удара, после столь жестоких слов: -- Сынок, прошу, не заставляй меня страдать.
   -- Но, матушка, -- попытался было возразить тот. -- Ты ведь совершенно не знаешь Тами! Она очень, очень хорошая...
   -- Она -- дочь тролля, -- равнодушно обронила Деяна, более не удостаивая меня взглядом. -- А тролли -- это как те же коты. Уже благо, если не гадят, где попало.
   После чего подняла руку и нетерпеливо прищелкнула пальцами. Мгновенно стало темно. Комнату вновь озаряло лишь пламя свечей. А нейна Деяна Ульер исчезла. Только тяжелый сладкий аромат ее духов, висевший в воздухе, доказывал, что ее визит нам не привиделся.
  

***

   На Арчера было больно смотреть. Он сидел за столом, который материализовался на своем законном месте после исчезновения нейны Деяны, и, по всей видимости, жестоко страдал. Бедняга сгорбился, спрятав в ладонях лицо, и уже давно не шевелился.
   Я несколько раз неуверенно переступила с ноги на ногу. Чувствовала я себя крайне неуютно. До сего момента мне не приходилось принимать участие в чужих семейных ссорах, а тем более быть их причиной. Хотя, что скрывать очевидный и печальный факт, скандалы между моими родителями тоже чаще всего происходили из-за меня.
   Молчание затягивалось. Арчер то и дело прерывисто вздыхал, и тогда я сжимала кулаки, борясь с желанием подойти и погладить его по плечу, пообещав, что все наладится и образуется. Увы, это было бы наглой ложью. Нейна Деяна выразилась более чем прямо. Если Арчер вздумает упорствовать в своем желании взять меня в жены -- то его исключат из рода. Родственники отрекутся от него.
   Пауза становилась все более невыносимой. Наконец, набравшись решимости, я негромко кашлянула, и плечи Арчера чуть вздрогнули, доказывая тем самым, что он меня услышал.
   -- Ну, я пойду? -- с нарочитой веселостью поинтересовалась я.
   Арчер вряд ли ожидал подобного вопроса. Он отнял от лица ладони и устало посмотрел на меня красными измученными глазами.
   -- Куда? -- глухо спросил он. -- Куда ты собралась на ночь глядя?
   -- Домой. -- Я пожала плечами, удивленная, что надо объяснять очевидные вещи. -- Куда же еще.
   -- Домой?
   Видимо, Арчер испытал слишком сильное потрясение после донельзя неприятного разговора с матерью, поэтому он никак не мог понять, о чем я толкую.
   -- Ну да, домой, -- подтвердила я. Помолчала немного и осторожно добавила, заметив, что Арчер продолжает смотреть на меня с тупым изумлением: -- Я думаю, так будет лучше всего. И для тебя, и для меня. Я не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы с семьей.
   -- У меня уже есть проблемы с семьей! -- с нажимом проговорил Арчер и вдруг с такой силой двинул кулаком по столу, что я подскочила от неожиданности. А парень продолжил, кривясь от возмущения: -- Моя мать... Она ведь дракон! Поэтому не может не понимать, на какую даже не жизнь -- существование! -- обрекает меня своим приказом. Если я отпущу тебя, то остаток дней своих буду сожалеть об упущенном счастье.
   Я слегка оторопела от столь гневной тирады. Арчер был настолько вне себя от ярости, что тени под его сапогами беспокойно зашевелились, сплетаясь в единое целое, и внезапно за его спиной возникли призрачные крылья, будто дракон готовился взмыть в небо.
   -- О каком упущенном счастье ты говоришь? -- несмело возразила я, пытаясь успокоить Арчера. -- Мы только сегодня познакомились, еще не успели прикипеть друг к другу... Да, будет нелегко и обидно, но...
   -- Ты не понимаешь! -- рявкнул Арчер, и я с трудом сдержалась от постыдного желания присесть и на всякий случай накрыть голову руками.
   Наверное, мой испуг слишком явственно отразился на лице, поскольку Арчер несколько раз глубоко вздохнул и продолжил уже спокойнее, хотя его голос опасно дрожал, рискуя в любой момент сорваться на крик.
   -- Ты не понимаешь, -- повторил он. -- Тами, поверь мне, если мы расстанемся сегодня -- то горечь потери будет годами разъедать наши души, пока не уничтожит их целиком. Ты не дракон, поэтому еще не осознала, что мы предназначены друг для друга. Но я-то в этом абсолютно уверен! И я знаю, что нам нельзя идти на поводу у моей матери. Иначе наша жизнь превратится в кошмар. Боль будет сравни той, которую испытываешь, когда теряешь часть тела. Можно, конечно, научиться жить без руки или ноги, но зачем заранее смиряться? К чему признавать поражение, даже не попытавшись вступить в бой? Нет, Тами, я не пойду на это. И тебе не дам.
   -- Но твоя мать... -- попыталась я еще раз воззвать к его здравому смыслу.
   -- Она дала мне срок на раздумья, -- оборвал Арчер. -- Три недели -- это более чем достаточно. За это время я обязательно придумаю, как смягчить ее сердце. В конце концов, я ее сын! Она не может быть настолько жестокой! Ведь для дракона потерять свою любовь -- все равно что лишиться неба.
   На моем языке так и вертелись все новые и новые возражения, но я проглотила их. Глаза Арчера сейчас горели таким яростным огнем убежденности в собственной правоте, что я просто не рискнула с ним спорить. Пусть считает, что именно ему принадлежит последнее слово в нашем споре. А я тем временем поступлю так, как для нас обоих будет лучше.
   "Личность, ты чего это там задумала? -- заволновался глас моего рассудка. -- Не дури, мне заранее это не нравится!"
   Но я лишь улыбнулась, не обратив на это ни малейшего внимания. Все будет хорошо! Я просто в этом уверена!
  

***

   Стоило признать, жизнь в одном доме с магом означала избавление от множества бытовых проблем. К примеру, Ульрика снабдила меня горячей водой в избытке. После прошедшей встречи с нейной Деяной так называемая хранительница рода вела себя очень вежливо и тихо. Видимо, сообразила, какую крупную свинью подложила своему спасителю и всячески пыталась угодить ему. Едва я только заикнулась о том, что не мешало бы умыться перед сном, как к моим услугам была приготовлена ванная комната, наполненная горячим влажным паром. Понятия не имею, каким образом фее за короткий срок удалось нагреть такое количество воды. Когда я закончила отскабливать себя от грязи, то обнаружила на вешалке около двери чистый теплый халат и ночную сорочку. Постель мне была приготовлена в той самой комнате, из которой я совершила столь неудачный побег. И опять меня ожидала крохотная радость. Заботами той же Ульрики простыни оказались нагреты, и это весьма меня обрадовало. Да, начало лета в этом году выдалось жарким, но ночью легко было замерзнуть.
   Я так устала за этот длинный суматошный день, что совершенно забыла об ужине. К тому же не хотелось беспокоить донельзя расстроенного Арчера своими мелочными просьбами, а обращаться к Ульрике лишний раз -- себе дороже. Как я уже осознала, фея отличалась весьма пакостливым характером. Мало ли что она может подмешать мне в блюдо, прежде убедившись, что ее хозяин не намерен разделить со мной трапезу. Поэтому я решила лечь на голодный желудок. Тем более спать я все равно не собиралась.
   Я долго ворочалась в своей огромной постели, прислушиваясь к тишине, которая царила в доме. Интересно, Арчер уже отправился в свою спальню, или все еще сидит в кабинете, переваривая недавний неприятный разговор? Дело было в том, что именно в кабинет я намеревалась тайком пробраться, прежде убедившись, что мой будущий супруг удалился на ночной покой.
   Меня очень тревожило то, что Арчер так твердо настроен вступить в конфронтацию с собственным родом, отстаивая право на личное счастье. Я прекрасно понимала, что драконом сейчас руководят обида и уязвленная гордость, поэтому он не слышит доводов рассудка. Да, мать поставила перед ним непростой выбор: любовь или семья. Причем сделала это настолько грубо, что заранее определила решение сына. Теперь он будет отстаивать свою точку зрения до последнего. Как же, ему -- дракону! -- посмели приказывать. Да хотя бы из чувства противоречия он сделает все наоборот, пусть потом и пожалеет об этом.
   Но я не хотела становиться причиной раздора в драконьем роду. Мне, безусловно, очень льстило, что Арчер выбрал меня, а не мать. Но на примере своей семьи я прекрасно знала, что подобное к добру все равно не приведет. Вон, моя мать тоже в свое время добилась того, чтобы свекрови вход в наш дом оказался под запретом. И что в итоге? Отец все равно подспудно копил раздражение, которое то и дело прорывалось вспышками ссор. А потом вообще предпочел уйти к другой. И вряд ли только рождение сына на стороне стало этому причиной. Просто жить в атмосфере постоянных скандалов ему стало невыносимо. Каждому хочется любви и понимания, но отнюдь не ругани.
   Я устало вздохнула. Нет, совершенно точно, я не должна Арчеру позволить совершить самую страшную ошибку в его жизни! Но и отказываться от брака я тоже не желала. Наверное, прозвучит смешно, но я действительно начинала верить в то, что Арчер -- моя судьба. По крайней мере, мне хотелось плакать при мысли о том, что обстоятельства могут сложиться крайне неблагоприятным образом, и мы навсегда расстанемся. Как так? Я рискую никогда больше не увидеть этого забавного долговязого парня с оттопыренными ушами? А ведь он единственный, кто сказал, что считает меня красивой. Более того -- он на самом деле считал меня красивой. Это было заметно по тому, как начинали блестеть его глаза, когда он смотрел на меня. Я не хочу его потерять. Мне страшно представить, что он исчезнет, унеся с собой ту магию, которая появилась в моей скучной жизни. Поэтому необходимо найти способ помирить Арчера с матерью.
   Я зло перевернулась на другой бок, неловким движением скинув подушку на пол. Итак, цель ясна. Осталось отыскать способы для осуществления. К Арчеру с подобным вопросом лучше не подходить. Он обижен на мать, причем не просто обижен -- а оскорблен до глубины души ее отповедью и приказами. Поэтому первым на сближение он не пойдет. Да что там, я готова поклясться в том, что Арчер предпочтет до последнего отведенного на раздумья дня сидеть сиднем и пестовать свой гнев и боль. Ну уж нет, я не допущу подобного.
   "И что ты намерена делать? -- повторил свой недавний вопрос внутренний голос, правда, теперь ради разнообразия взяв более вежливый тон. -- Ты -- дочь тролля. Это единственная причина, по которой нейна Деяна не желает тебя видеть в своей семье. Но троллью кровь не вытравить из твоих жил при всем желании".
   Я задумчиво почесала нос. Да, все так. Но нейна Деяна обмолвилась о какой-то вони, которую якобы чует от меня. Помнится, Арчер уже говорил, что драконы определяют магию по запаху. Что, если при помощи той же магии возможно будет изменить мой так называемый аромат?
   "Ты говоришь какую-то чушь! -- заволновался внутренний голос. -- Изменить запах, исходящий от тебя, невозможно, если прежде не изменить твою внутреннюю суть. И опять мы возвращаемся к тому, что ты дочь тролля. Родителей, как говорится, не выбирают. Прими и смирись с этим".
   Вот как раз смиряться с этим я не желала. Нет, я совершенно уверена, что отыщу какой-нибудь способ в колдовских книгах Арчера. Вон у него их сколько -- целая гостиная завалена. Но я полагаю, что самые нужные и важные книги собраны у него в кабинете.
   "Эй, остынь немного! -- уже всерьез забеспокоился глас рассудка. -- Ты опять готова совершить гигантскую глупость. Если бы при помощи какого-либо заклинания действительно можно было бы исправить столь бедственное положение, то Арчер уже предложил бы тебе это. Он как-никак маг, обязан знать подобные чары. Это во-первых. А во-вторых, с чего ты решила, что тебе позволят беспрепятственно рыться в колдовских книгах? Наверняка в кабинете Арчера есть куча ловушек, призванных умерить любопытство незваных гостей. И ты опять выставишь себя полной дурочкой в глазах дракона, который, между прочим, относится к тебе настолько серьезно, что готов ради тебя отказаться от семьи".
   Я раздраженно фыркнула, вновь заворочавшись на кровати и отправив в недолгий полет на пол теперь уже и одеяло. Все это глупости! Арчер просто не будет ничего делать. Он думает, что мать обязана принять его выбор в первозданном виде. А возможно, он боится обидеть меня подобным предложением. Мол, прости, дорогая, но ты нуждаешься в магической доработке. В самом деле, звучит не очень. Но я знаю, что готова пойти на это!
   "Ах, вот откуда ветер дует, -- противно захихикал внутренний голос. -- Опять вернулась к старой идее стать колдуньей и красавицей при помощи заклинаний. А что, и оправдание теперь отыскалось нужное -- мол, чем только не пожертвуешь и не рискнешь ради счастливой семейной жизни. Но сама-то боишься заикнуться Арчеру о подобном. Потому как знаешь, что он поднимет тебя на смех. Ты его вполне устраиваешь и такой: рыжей, худой и конопатой".
   Я зло скривилась, вновь услышав о своих многочисленных недостатках. Как ни прискорбно осознавать, но некий резон в доводах моего гласа рассудка имеется. Я действительно с радостью уцепилась за единственную более-менее вескую причину, по которой мое желание воспользоваться магией для улучшения внешности не покажется смешным или глупым. Точнее, покажется, конечно, но, согласитесь, одно дело стараться только для себя, и совершенно другое -- прикрыться заботой о будущем жениха.
   В общем, решено! И я горделиво вскинула голову. Плевать на все опасения, но я пойду на это! Проберусь-таки в кабинет Арчера и попытаюсь отыскать заклинание, которое сделает меня достойной невестой в глазах будущей свекрови!
  

***

   Все мои попытки отыскать в комнате какую-нибудь более-менее приемлемую для ночной вылазки одежду провалились. Куда-то запропастилось даже мое порванное грязное платье. Видимо, Ульрика забрала его, чтобы попытаться хоть немного привести в порядок. В общем, мне не оставалось ничего иного, как отправиться в кабинет Арчера все в той же ночной сорочке, халате и тапочках. Впрочем, по здравом размышлении я решила, что так даже лучше. Если меня застукают на горячем, то, возможно, удастся отговориться тем, что я просто заблудилась в чужом доме, поэтому забрела не туда.
   "Угу, мало того, что невеста оказалась дочерью тролля, так она еще и страдает лунатизмом, -- с сарказмом фыркнул внутренний голос. -- Вот счастье-то бедному молодому дракону привалило! Проклянет традицию предков похищать девиц".
   Я не стала обращать на этот саркастический шепоток никакого внимания. И без того на выполнение задуманного у меня оставалось слишком мало времени.
   Туже перепоясав халат, я задумчиво провела ладонью по колючему ежику волос и подошла к двери. Прильнула к ней, прислушиваясь к тому, что творилось в коридоре. Вроде бы, все тихо. Арчер наверняка давно лег.
   "Интересно, а где его спальня? -- подумала я. -- Не разбужу ли я его, когда буду пробираться к лестнице?"
   "Было бы намного лучше, если бы все так и произошло, -- мгновенно отозвался внутренний голос. -- Тогда бы твоя затея провалилась в самом начале. И это только к лучшему! Не нравится мне все это, ой как не нравится".
   Я со свистом втянула в себя воздух, как никогда жалея о том, что не могу заставить этот надоедливый глас рассудка замолчать. Ну да, понимаю, что я сейчас поступаю глупо и необдуманно. Но если все получится -- то передо мной откроются блестящие перспективы.
   В моих думах промелькнул и тут же пропал образ гордой воительницы верхом на коне. Длинные рыжие волосы полощутся на ветру, зеленые глаза горят огнем... Хм-м, собственно, а почему я должна оставаться рыжей? Мне уже надоело видеть, как прохожие при встрече со мной торопливо скрещивают за спиной пальцы, опасаясь злого взгляда. Почему бы не стать блондинкой? Нет, лучше -- жгучей брюнеткой, чтобы волосы отдавали в синеву. С молочной белой кожей без единой родинки или веснушки. И тогда никто и никогда больше не назовет меня конопатой!
   Мечты о предстоящем преображении приободрили меня и заставили забыть о страхе. Нет, понятное дело, он никуда не исчез, просто затаился в низу живота тяжелым комком тошноты.
   Я глубоко вздохнула, словно перед нырком в ледяную воду, и вышла в коридор, залитый темнотой. В дальнем конце его, выходящем на лестницу, было окно, через которое струился мягкий серебристый свет полной луны. Я невольно улыбнулась. Боги благоволят мне! Этого мне вполне хватит, чтобы видеть, куда я иду. И, стараясь ступать как можно тише, я быстро миновала ряд закрытых дверей. Затем начала подниматься по лестнице. Правда, первая же ступень отозвалась долгим протяжным скрипом. Я испуганно замерла, прислушиваясь -- не хлопнет ли где дверь, не раздастся ли удивленное восклицание Арчера, вышедшего проверить, что происходит. Но в доме все по-прежнему было тихо. И я продолжила свое восхождение, пытаясь как можно невесомее преодолеть подъем.
   Спустя несколько минут я уже стояла перед дверью, за которой по моим представлениям скрывался путь в лучшее будущее. От внутреннего напряжения и волнения к этому моменту я была совершенно мокрой от пота. Чуть дрожащей рукой я провела по лбу, стирая обильную испарину, затем сжала и разжала кулаки, беря расшалившиеся эмоции под контроль. Комок тошноты к этому моменту вырос до приличных размеров и опасно подступил к горлу.
   -- Все будет хорошо, -- чуть слышно буркнула я себе под нос. -- Мика, все будет замечательно! Тебе обязательно повезет. Просто не может не повезти.
   Глас моего рассудка, полный ядовитого сарказма, вновь попытался влезть с непрошеными замечаниями в последней попытке уговорить отступиться и поскорее вернуться в свою замечательную спальню, пока никто не заметил меня здесь. Но я привычно мотнула головой, запрещая себе слушать его. Все решено и не подлежит обсуждению. После чего осторожно притронулась к дверной ручке.
   Наверное, где-нибудь в глубине души я испытала бы радость, если бы дверь оказалась запертой. Но, конечно, не стала бы демонстрировать облегчение, напротив, горестно повздыхала, притворно расстроившись из-за неудачи. Однако на самом деле ликовала бы от столь простого завершения дела. Ведь я не отступилась, не струсила, сделала все от меня зависящее, чтобы добиться успеха. Но что поделать, если я столкнулась с непреодолимыми обстоятельствами. Не взламывать же, в самом деле, дверь. Тогда я грохотом перебужу весь дом.
   Но мне повезло. Или не повезло -- смотря с какой стороны посмотреть. Ручка бесшумно поддалась, и дверь с неожиданной легкостью открылась передо мной.
   Я сглотнула вязкую от испуга слюну. Замерла, силясь разобрать хоть что-нибудь в клубящемся за дверным проемом мраке. Но все зря. Тьма, наполняющая кабинет Арчера, была настолько полной, что казалось живой. Всего в шаге от меня извивалось неведомое чудовище, силясь дотянуться до меня гибкими щупальцами темноты.
   "Молодец! -- издевательски хохотнул внутренний голос. -- А про свет ты, конечно, не подумала. Зачем обременять себя подобными мелочами? Ты ведь наверняка обладаешь неоценимым и редчайшим умением читать в полной темноте".
   Я приглушенно выругалась. Да, этот момент как-то вылетел у меня из головы. Почему-то я думала, что в кабинете Арчера окажется светлее. Но нет, даже луна была мне в этой комнате не помощницей.
   "И что ты намерена делать дальше? -- продолжал издеваться внутренний голос. -- Попробуешь добыть огонь трением? Или же, как будущая великая колдунья, прямо сейчас воспользуешься каким-нибудь заклинанием?"
   Я опять выругалась, на сей раз немного громче. Очень неприятно чувствовать себя малолетней дурочкой. Отправилась на поиски приключений, называется!
   Не знаю, сколько времени я топталась на пороге, не решаясь пересечь его или же уйти. Но неожиданно заметила в плотной завесе мрака какую-то слабую красноватую искорку. Показалось? И я до рези в глазах уставилась в ту сторону, силясь хоть что-нибудь различить в темноте.
   Чем дольше я смотрела, тем сильнее становилось непонятное свечение. Хм-м, интересно как! Как будто я вижу непогашенный уголек в камине, который вдруг разгорелся под дуновением сквозняка. Вон как пульсирует багровым. Но с чего вдруг Арчеру затапливать камин? Да, ночи сейчас еще прохладные, однако не до такой степени, чтобы переводить дрова.
   "Смею напомнить, что ты в кабинете мага, -- зло зашипел внутренний голос. -- Мало ли какие предметы тут могут светиться красным! И сдается, лучше бы тебе не пытаться выяснить, что это такое!"
   Но я уже перешагнула порог. В глубине души, вытесняя мутный страх и волнение, вспыхнул жадный огонь любопытства. Интересно-то как! И мои ноги сами собой понесли меня вперед.
   Удивительное дело, каким-то образом я умудрилась сохранить тишину и не налететь в темноте на какой-нибудь предмет обстановки. Тьма мягко приняла меня в свои объятия и словно ласкала, осторожными поцелуями высушивая испарину. Куда-то исчезло волнение. Я была совершенно спокойной и знала, что поступаю абсолютно правильно.
   Наконец, я остановилась перед тем, что привлекло мое внимание. Этой загадочной вещью, пульсирующей во мраке, оказался темно-багровый камень, украшающий тяжелую металлическую обложку какой-то книги, которая лежала на отдельном пюпитре. К этому моменту свечение внутри него достигло максимума, и кроваво-черные блики танцевали на полу и ближайшей стене.
   Я протянула было руку к книге, но тут же отдернула ее. Вспомнились мои размышления о том, что в кабинете Арчера наверняка имеются ловушки для незадачливых воришек. Что, если передо мной одна из них? Но с другой стороны, немного утешает то, что дракон вряд ли воспользовался для этих целей смертельными чарами. К чему обременять себя неприятными разбирательствами с местными властями по поводу случайного убийства? Магов обычно недолюбливают и опасаются. Никому не нужны лишние проблемы.
   "А с чего ты решила, что о погибшем бедолаге вообще кто-нибудь узнал бы? -- язвительно поинтересовался внутренний голос. -- Твой разлюбезный дракон выбрал себе на редкость удачный дом. Кладбище-то под боком, тело далеко нести не надо. Могилой больше, могилой меньше -- кто их считать-то будет?"
   Возражение было резонным, но я предпочла в очередной раз не обратить на него внимания. Мой взгляд намертво приковался к камню. Переливы красок в его глубине завораживали. Хотелось смотреть на это вечность. И моя рука вновь сама собой потянулась к книге.
   "Мика, не смей, пожалуйста! -- на сей раз глас рассудка прозвучал не с привычной насмешливой издевкой, а как-то жалобно-просяще. -- Ну что ты, в самом деле, вбила себе в голову всякие глупости. Красоты ей захотелось и могущества. Да плюнь ты на эту высокомерную нейну. Главное, что Арчеру ты нравишься именно такой. Рано или поздно, но мать простит ему этот выбор. Не зря Ульрика говорила, что Арчер -- ее младший и любимый сын. И не пахнет от тебя ничем. Иначе Арчер бы с самого первого момента знакомства понял, кто твой отец".
   Но в этот момент я заметила, что мои руки уже лежат на книге и нежно касаются камня. Какой он приятный на ощупь и прохладный! Так и хочется гладить его и гладить.
   Камень теперь горел с такой силой, что мои пальцы просвечивали красным. Наверное, этого своеобразного светильника вполне хватит, чтобы разобрать строки заклинания. Но в какой книге искать нужное? Чего-чего, а этого добра в кабинете Арчера хватает.
   И опять я очнулась лишь в тот момент, когда осознала, что пытаюсь открыть именно эту книгу. В принципе, ничего удивительного в этом не было. Если она лежит отдельно от остальных, то наверняка именно в ней и скрываются все самые важные тайны и могущественные заклятия.
   Внутренний голос пробормотал что-то неразборчивое, но тут же затих, захлебнувшись в каком-то бульканье.
   Я не успела подумать о чарах, которые могли бы защищать содержимое древнего фолианта, поскольку почти сразу он мягко раскрылся передо мной. Пожелтевшие от времени страницы выглядели настолько ветхими, что к ним было страшно прикасаться -- вдруг рассыплются в прах.
   -- Чего ты желаешь?
   От неожиданности я подпрыгнула на месте и принялась беспорядочно озираться в поисках источника звука. Бесконечно уставший голос прозвучал совсем рядом от меня, словно вопрошающий вплотную склонился к моему уху, не желая вольно или невольно потревожить покой остальных обитателей дома. Но рядом никого не было. Кабинет по-прежнему оставался пустым и темным. Даже тревожная багровая пульсация камня немного ослабла.
   -- Кто здесь? -- пропищала я, чувствуя, как сердце отчаянно бьется в груди, словно пытается пробить ребра изнутри.
   Наверное, надо было убежать, но я понимала, что не смогу сделать и шага. Ноги словно приросли к полу.
   -- Ты пришла и призвала меня силой своего желания, -- так же тихо прозвучал ответ. -- Поэтому я спрашиваю -- что тебе надо? Зачем ты потревожила мой покой?
   -- Да я так, случайно... -- пробормотала я и тут же осеклась, осознав, как смешно и глупо это прозвучало.
   -- Твое желание разбудило привратника, -- продолжил голос, будто не услышав моей робкой реплики. -- Это не могло быть случайностью. Ты ведь прикоснулась к нему. Поведай, чего ты хочешь, и я исполню это!
   Последняя фраза таинственного невидимого собеседника породила во мне целую волну радости и восторга. Неужели мне повезло наткнуться именно на ту самую книгу? И не надо напрягать глаза, выискивая среди множеств заклинаний нужное. Надо лишь озвучить, чего я хочу, -- и это исполнится!
   "Слишком все хорошо да радужно, -- не удержался и вновь влез внутренний голос. -- Бесплатный сыр только в мышеловке".
   Я бы могла по своему обыкновению отмахнуться от этого замечания, но неожиданно сама почувствовала, как радость медленно уступает место сомнениям. В самом деле, с чего вдруг такая щедрость? В детстве я читала сказку про мальчика, раскопавшего сундук с заключенным в него древним демоном. Но, помнится, после исполнения трех желаний тот освободился и растерзал бедолагу. Не грозит ли мне столь же чудовищная участь?
   -- Я не демон. -- В голосе невидимого собеседника послышалась грустная усмешка. -- Но ты права. Ничто в мире не дается просто так. За выполнение твоего желания ты должна заплатить.
   -- Заплатить чем? -- Я напряглась от такого поворота беседы. -- Душой, жизнью?
   -- Сначала скажи, чего ты хочешь, -- терпеливо повторил самый главный вопрос загадочный голос. -- Я не могу озвучить плату, пока не услышу твое желание. Все в мире должно быть соразмерно. Обещаю, что не потребую невыполнимого. Итак?..
   Я внезапно растерялась. Наверное, очень глупо, но все мои мысли мгновенно перепутались. Я шла сюда с твердым намерением изменить свою судьбу, а в итоге не знаю, как сформулировать все это. Чего же я хочу? Стать красивой? Но это понятие очень субъективное. Как говорится, красота -- в глазах смотрящего. Вдруг Арчеру не понравится мой новый облик? Ведь он утверждает, будто я нравлюсь ему именно такой. Могущества? Да, было бы неплохо. Но изменит ли свое жестокое решение нейна Деяна, если узнает, что я обладаю магическим даром? По-моему, ее основная претензия была к моему происхождению, а не к внешнему виду или способностям.
   -- Я дочь тролля, -- тихо призналась я.
   Понятия не имею, почему я это сказала. Просто мне показалось, что одна эта фраза куда лучше объясняет все мои трудности, чем долгий подробный рассказ о знакомстве с Арчером и последующей встречей с его разгневанной матерью.
   -- И это я не в силах изменить, -- торопливо перебил меня голос. Помолчал немного и добавил с усмешкой, будто прочитав мои самые сокровенные мысли: -- Если ты попросишь сделать так, чтобы в твоих жилах не осталось тролльей крови, то в итоге погибнешь. Нет, не в физическом смысле, конечно. Твое тело по-прежнему будет дышать, есть и ходить. Но это будешь уже не ты.
   -- Значит, я не смогу войти в род Ульер? -- почти беззвучно выдохнула я, почувствовав, как на глаза наворачиваются злые слезы.
   -- Так это твое желание? -- обрадовался собеседник, услышав от меня хоть что-то внятное и понятное. -- Ты хочешь стать одной из Ульеров?
   -- Ну... да, -- робко подтвердила я и затараторила, стремясь как можно подробнее объяснить свой ответ: -- Я не хочу, чтобы из-за меня Арчер поссорился с семьей! Я абсолютно уверена, что он все равно возьмет меня в жены, но тогда мать откажется от него. Она так и сказала, мол, у нее на одного сына станет меньше. А я не желаю подобного!
   -- Так-так-так! -- оборвал меня голос. -- Не спеши. Я совершенно запутался. Кто такой Арчер?
   -- Младший из рода Ульер, -- любезно пояснила я. -- А они вроде как сумеречные...
   -- Я прекрасно знаю, кто такие Ульеры и чем они знамениты, -- с легкой ноткой раздражения перебил меня собеседник. -- Так называемые драконы, которые по-настоящему в небо-то, поди, ни разу не поднимались.
   Я озадаченно молчала. Ого, да тут не просто раздражение, а самая настоящая нелюбовь угадывается, если не сказать больше -- ненависть. Интересно, почему?
   -- Впрочем, ладно, -- тут же опомнился собеседник. -- Не беспокойся, мои счеты с родом Ульер никоим образом не касаются этого твоего Арчера. Почему ты так беспокоишься о нем?
   -- Он похитил меня, -- честно призналась я.
   -- Даже в этом подражают настоящим драконам! -- фыркнул голос. -- Дальше можешь не продолжать. Теперь мне все ясно. Ты -- невеста Арчера. Но поскольку в твоих жилах течет кровь тролльего племени, то род этих так называемых драконов встал на дыбы, не желая допустить подобного союза. Еще бы! Наверное, для этих гордецов нет хуже наказания и оскорбления, как осознание того, что один из них вот-вот навеки свяжет себя брачными узами с дочерью тролля.
   -- Все так, -- мрачно подтвердила я. -- Мать Арчера, нейна Деяна...
   -- А мне нравится этот твой Арчер, -- вновь совершенно невежливо перебил меня невидимый собеседник, и в его интонациях послышался настоящий восторг. -- Если все так, как ты мне рассказала, то я впервые встретил представителя рода Ульер, которому плевать на так называемую чистоту крови. Молодец, парнишка! Надеюсь, он не отказался от тебя, получив столь неоднозначный ультиматум от матери?
   -- Нет, -- с нескрываемой гордостью ответила я. -- Не отказался.
   -- Тогда что ты от меня хочешь? -- переспросил невидимый собеседник. -- По всей видимости, твое желание исполнится и без моего участия. Ты войдешь в род Ульер, поскольку станешь женой одного из них.
   -- Но я не хочу, чтобы из-за меня Арчер поссорился с матерью! -- Я всплеснула руками, раздосадованная, что надо объяснять настолько очевидные вещи. -- Я же вижу, как сильно он расстроился из-за этого происшествия.
   -- Хм-м... -- задумчиво промычал голос. -- Кажется, я начинаю понимать. Как и большинство женщин, ты мечтаешь о счастливой семейной жизни. Но почему ты так зациклилась на Арчере? С этим мальчишкой действительно связано слишком много проблем. Быть может, подыскать тебе другого избранника, семье которого не будет настолько важна чистота твоей крови?
   -- Но Арчер сказал... -- опять растерянно замямлила я, не поспевая за полетом мысли своего собеседника, -- мол, одна любовь, один друг и один враг на всю жизнь...
   -- Ох уж эти драконы! -- Невидимый говорящий укоризненно зацокал языком. -- Вечно любят все усложнять. Любовь... Да что это такое, в сущности? Глупое чувство, которое делает тебя слабаком. Когда ты влюблен, то ощущаешь себя так, будто твое сердце разгуливает отдельно от тебя. Неприятно и очень опасно. Вот ненависть -- это да, это достойное чувство. Именно оно дает тебе силы жить. Почти невозможно любить всю жизнь одного человека. А вот ненавидеть -- запросто.
   И мой собеседник надолго замолчал, словно погрузившись в какие-то свои, по всей видимости, не особенно веселые воспоминания.
   Я скептически хмыкнула, озадаченная настолько пространными рассуждениями. И как мне прикажете реагировать на эти откровения?
   -- Забудь! -- мгновенно опомнился собеседник. -- Это я так... Давно ни с кем не общался, вот и позволил лишнего. Значит, тебе нужен именно Арчер Ульер?
   -- Да! -- без малейших сомнений подтвердила я. -- Я хочу стать его женой. Более того -- хочу войти в его род на правах равной. И чтобы никто и никогда не посмел упрекнуть меня или моего отца родством с троллями!
   -- Ну что же, желание ясно. -- В голосе послышалась усмешка. -- Наконец-то мы добрались до сути.
   После чего наступила долгая пауза. Видимо, неведомое существо, скрывающееся во мраке, принялось обдумывать плату, соразмерную моему желанию.
   Я устало вздохнула и поежилась, плотнее запахнувшись в халат. Только сейчас я заметила, как сильно похолодало в кабинете за время нашей беседы. За окном сумерки начали блекнуть, будто в чернила ночи кто-то тоненькой струйкой медленно вливал молоко. Наверное, светает. Интересно, Арчер рано встает? Если да -- то наша занимательная беседа может оборваться на решающем моменте.
   -- Хорошо, я помогу тебе, -- в этот же миг проговорил таинственный собеседник. -- Ты войдешь в род Ульер и никто из этих напыщенных гордецов никогда не посмеет упрекнуть тебя в нечистоте крови. В общем, готовься к свадьбе, дорогуша.
   -- А взамен? -- требовательно спросила я, вспомнив начало разговора. -- Что ты получишь взамен?
   -- Да я бы с радостью помог тебе просто так. -- Говорящий вдруг захихикал. -- Уж больно не люблю этих снобов Ульеров. Одна возможность подложить в их род столь замечательную и упитанную свинью в виде дочери тролля послужило бы мне достойной наградой.
   -- Эй, полегче! -- разгневанно воскликнула я. -- Это кого ты тут назвал свиньей?
   -- Ничего личного. -- Голос вновь пренеприятнейше захихикал. -- Я образно выражаюсь. Естественно, никакая ты не свинья и уж тем более не упитанная. Одни кости да кожа. Надо бы намекнуть твоему жениху, чтобы кормил тебя получше.
   Я насупилась. Ну вот, еще одно оскорбление! Что же все так к моему весу привязались? Ем я, нормально ем. Просто не в коня корм, как говорится. Точнее, в моем случае -- не в тролля.
   -- Ладно, не дуйся, -- миролюбиво предложил собеседник. -- Я в самом деле брякнул, не подумав. Однако ты права, традиции должны быть соблюдены. Поэтому плату с тебя я возьму. Пусть она и будет чисто символической.
   -- Какая именно плата? -- угрюмо переспросила я, на всякий случай напрягшись. Ох, не нравится мне та настойчивость, с которой мой якобы помощник уходит от прямого ответа!
   -- Пустяк, да и только. -- Собеседник мелодично рассмеялся. -- Когда все будет закончено, и нейна Деяна провозгласит тебя своей дочерью, ты опять придешь к этой книге и даруешь мне капельку своей крови. Той самой нечистой крови, которой побрезговали драконы.
   -- Угу, разбежался! -- невежливо фыркнула я. -- Каплю своей крови ему подавай. Кто знает, для каких целей ты ее используешь. Кровь, знаешь ли, для многих ритуалов нужна. Эдак я не успею оглянуться, как пойду на корм слугам Альтиса.
   -- Я клянусь, что не буду использовать твою кровь ни для каких магических целей и уж тем более никому во вред. -- Мой собеседник чуть повысил голос, перебив мои измышления. -- Она останется у меня как сувенир. Приятное напоминание о том, как я провел этих гордецов Ульеров. Согласна?
   Это было заманчиво, очень заманчиво. Но мою душу все же продолжал глодать червячок сомнения.
   -- А где гарантии, что ты меня не обманешь? -- буркнула я и тут же пожалела о сказанном.
   К этому моменту мрак в комнате уже посветлел до такой степени, что можно было различить обстановку. Ночь медленно, но верно уступала месту рассвету, который уже зарождался на востоке. Однако после моего наивного вопроса кабинет захлестнула волна тьмы. Она стремительно ринулась вверх из щелей между половицами, потянулась ко мне жадными отростками. Я оцепенела, вдруг ощутив, что более не в силах пошевелить ни ногой, ни рукой. Демоны, да я даже моргнуть не могла! И мои волосы на голове сами собой встали дыбом от ужаса, когда на моем горле в недвусмысленном предупреждении сомкнулись чьи-то ледяные пальцы.
   -- Я поклялся. -- В голосе теперь слышалось змеиное шипение, и я испугалась, не вцепится ли в мою щиколотку какая-нибудь ползучая гадость. -- Девчонка, никогда не ставь под сомнения мои слова! Скорее, мир рухнет и боги сойдутся в последней битве, чем я отступлюсь от обещания. Поняла?
   Невидимые пальцы на одно жуткое мгновение сжались, полностью перекрыв мне доступ к кислороду, и я послушно захрипела, готовясь умереть от удушья. Но почти сразу эта пытка прекратилась.
   -- Поняла, -- чуть слышно выдохнула я, все еще не в силах пошевелиться.
   -- Отлично.
   Мрак схлынул так же быстро, как и появился. Багровое свечение в глубине камня почти улеглось, но я все же расслышала финальный вопрос.
   -- Так мы договорились? Мое время истекает. Солнце вот-вот взойдет.
   -- Да, договорились, -- твердо ответила я, не позволяя себе больше сомнений. -- Я дам тебе свою кровь, если ты поможешь мне войти в род Ульер.
   Невидимый собеседник негромко рассмеялся.
   -- Отлично! -- воскликнул он, даже не пытаясь скрыть торжествующего ликования в голосе. -- Тогда прикоснись к камню -- и наша сделка окажется завершена.
   Я не сомневалась более ни мига. Захлопнула книгу, со страниц которой со мной говорило неведомое создание, и легонько дотронулась до багрово-черного камня на ее обложке. Мои пальцы вдруг сильно защипало, я ойкнула от неприятного ощущения -- и мир вокруг исчез. Я медленно осела в черное ничто.
  
  

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

НЕПРИЯТНЫЕ ОТКРЫТИЯ

   Разбудил меня взволнованный голос Ульрики.
   -- Вставай, немедленно вставай! -- потребовала она.
   Я в свою очередь благоразумно не торопилась открыть глаза. Невиданной тяжестью на меня навалились события прошедшей ночи. Неужели все это произошло на самом деле? Неужели мне не привиделась эта безумная вылазка в кабинет Арчера и сделка, заключенная не пойми с кем? Но тогда получается, что я сейчас лежу на полу рядом с проклятой книгой. Я ведь не возвращалась к себе, а потеряла сознание.
   "Забавно, -- задумчиво проговорил внутренний голос. -- Помнится, буквально сутки назад ты убеждала Арчера, будто не склонна к обморокам, как какая-нибудь малахольная девица, любящая демонстративные истерики и игру на публику. И тут же действиями опровергаешь свои слова".
   "Я же не виновата, что на меня столько всего свалилось", -- огрызнулась я. Затем тряхнула головой, заставив себя отвлечься от этих мыслей. Сейчас есть занятия поважнее, чем спорить с въедливым и ядовитым внутренним голосом.
   -- Вставай! -- еще раз воскликнула Ульрика, и я ощутила сильный поток воздуха, дующий мне прямо в лицо. Видимо, противная фея зависла надо мной и пытается разбудить, усиленно взмахивая своими крошечными крылышками.
   Итак, если я не успела вернуться в свою спальню, то, получается, фея обнаружила меня в кабинете Арчера. Но почему в таком случае она не позвала самого дракона? Пусть бы самолично убедился в моем коварстве. Ишь ты, тайком пробралась в помещение, где хранится столько ценностей. После этого фея имела полное право обвинить меня в попытке воровства, и мне было бы очень и очень непросто оправдаться. Но нет, по какой-то причине она не торопится пригласить к месту предполагаемого преступления Арчера, а вместо этого будит меня. Почему?
   Я мучительно пыталась сообразить, что же сказать в свое оправдание. Ох, будет очень непросто объяснить то, что я заснула на полу в чужой комнате. Может быть, и в самом деле признаться в том, что якобы хожу во сне?
   -- Ты проснешься наконец-таки или нет?! -- В голосе Ульрики послышалось нескрываемое раздражение. -- Тамика, или как там тебя, имей совесть! Уже полдень. Время к обеду, поскольку завтрак ты давным-давно проспала. Сколько можно дрыхнуть-то? Арчер даже испугался, все ли с тобой в порядке, но войти постеснялся. Мало ли в каком виде ты спишь, вдруг одеяло сползло или сорочка задралась. Вот и послал меня разбудить тебя.
   Я мысленно улыбнулась. Какой мне стеснительный жених попался! Похитить -- похитил, но о правилах приличия не забывает. Интересно, а остальные драконы такие же галантные со своими избранницами? Или считают, что раз уж жертва попала им в руки -- то надо брать свое по праву сильнейшего?
   После чего я все-таки осмелилась приоткрыть один глаз, но практически сразу изумленно распахнула оба. Поскольку увидела, что лежу не на полу в кабинете Арчера, а в своей спальне. И никаких следов того, что ночью я вела столь активную и бурную деятельность. Даже мой халат не валялся на полу, скинутый впопыхах, а, напротив, аккуратно расправленный, висел на спинке кресла.
   В окно широким потоком вливался солнечный свет, доказывая правоту Ульрики. А сама фея висела в опасной близости от моего лица, раздраженно осыпая меня более неопасной пыльцой со своих крылышек.
   -- Ну ты горазда спать! -- гневно фыркнула она, заметив, что я открыла глаза. -- В прежние времена, помнится, девушки, желая понравиться своему избраннику и доказать, что они будут хорошими хозяйками в доме супруга, вставали ни свет ни заря. Готовили разносолы, убирались, пекли...
   -- Ну, предположим, я в невесты к Арчеру не напрашивалась, -- огрызнулась я, сладко потягиваясь и не торопясь выбраться из-под одеяла.
   -- Но он ради тебя поссорился с матерью! -- Ульрика возмущенно округлила глаза. -- Более того, готов покинуть род!
   -- И опять-таки я о подобных жертвах не просила, -- вновь оборвала я настырную фею. Помолчала немного и ядовито добавила: -- И уж не тебе, голубушка, говорить о проблемах Арчера. Вспомни, из-за кого они возникли? Просто у одной чрезмерно надоедливой феи оказался слишком болтливый язык.
   -- Я -- хранительница рода! -- гордо возразила Ульрика, но ее щеки потеплели от смущения. -- Я не могла молчать о подобном!
   -- Да-да, конечно, -- с сарказмом отозвалась я. -- Хранительница рода, которая, помнится, была приговорена к смерти этим самым родом. И только благодаря Арчеру ты до сих пор жива. Хорошо, однако, ты отплатила ему за заботу!
   Ульрика зло закружилась в воздухе, то и дело издавая какие-то невнятные звуки, которые более всего напоминали сдавленные рыдания. Правда, не понять: то ли злости, то ли искреннего раскаяния. Сейчас она напоминала гигантского обезумевшего светлячка, и я невольно хихикнула от подобного сравнения.
   -- Ты!.. Ты!.. -- задыхаясь от избытка эмоций, наконец пропищала Ульрика, продолжая беспорядочно метаться от стены к стене. -- Я ненавижу тебя!
   И после этого признания фея с громким хлопком исчезла, оставив после себя в воздухе лишь разноцветную светящуюся пыльцу, медленно оседающую на пол.
   Почему-то эта сцена не расстроила и не испугала меня, хотя обычно я старалась ни с кем не ссориться. Напротив, мне захотелось громко, от души рассмеяться. Уж больно забавное выражение лица было у Ульрики, когда я напомнила ей о подлости, которую она совершила по отношению к Арчеру. Иначе ее вчерашнюю выходку нельзя было назвать.
   Тем не менее свои обязанности фея знала, и знала хорошо. На кресле под уже упомянутым халатом я обнаружила и свое платье -- прекрасно вычищенное, отглаженное и так аккуратно заштопанное, что даже самый пристальный взгляд не заметил бы того, что прежде оно было порвано.
   Кроме этого я обнаружила и кувшин с подогретой водой, приготовленный около умывальника в дальнем конце комнаты. Отлично! Все, что надо, чтобы привести себя в порядок.
   Процесс расчесывания никогда не занимал у меня много времени. Мне не надо было плести кос или же придумывать иных затейливых причесок. Провела пару раз гребнем по коротким волосам -- и готово дело. Но сегодня я долго озадаченно стояла около зеркала, придирчиво изучая свою внешность. Этого просто не могло быть, но мои волосы совершенно точно за одну ночь весьма прилично отросли. Если ранее они лишь едва прикрывали кончики ушей, то теперь достигали мочек.
   Я озадаченно почесала переносицу. Хм-м, странно. Быть может, Арчер сумеет объяснить столь непонятный феномен? Вдруг он решил воспользоваться каким-нибудь заклинанием, заметив, что мне не нравится моя мальчишечья стрижка?
   Как говорится, подумай о драконе -- он и прилетит. Стоило мне только отложить гребень в сторону, как в дверь осторожно поскреблись.
   -- Войдите! -- милостиво разрешила я, кинув последний настороженный взгляд в зеркало, все еще не в силах понять причину столь стремительного роста волос.
   -- Доброе утро, -- чинно поздоровался Арчер, после полученного приглашения переступив порог моей спальни. Затем покосился в окно на безмятежную лазурь неба и насмешливо исправился: -- Точнее, добрый день.
   -- Да, я в курсе, что проспала, -- ответила я и виновато улыбнулась. -- Вчера столько всего случилось, что я долго не могла успокоиться. Задремала только на рассвете.
   -- Ничего страшного. -- Арчер склонил голову, благосклонно приняв мое объяснение. Затем осторожно поинтересовался: -- А что произошло между тобой и Ульрикой? Я послал ее разбудить тебя, а в итоге она рыдает на кухне, да так отчаянно...
   Я досадливо поморщилась. Вот ведь лицемерное создание! Прекрасно понимает, что очень виновата перед Арчером, но изо всех сил пытается представить себя невинной жертвой.
   -- Я просто сказала ей, что вчера она поступила подло, -- сухо проговорила я. -- Ты некогда спас ей жизнь, а она отблагодарила тебя тем, что за твоей спиной связалась с нейной Деяной и рассказала обо мне.
   -- И Ульрика расплакалась из-за этого? -- Брови Арчера от изумления сами собой поползли вверх. -- Чудно... Я искренне считал, что ее невозможно чем-либо смутить. Да, она часто поступает подло и гадко, но все мои попытки каким-либо образом воззвать к ее совести всегда заканчивались крахом...
   -- Видимо, я была весьма убедительна, -- проговорила я и тут же пожала плечами. -- Или же она играет на публику, желая растрогать твое сердце и показать, какую жестокую невесту ты выбрал.
   -- Наверное, -- согласился со мной Арчер, хотя в его голосе по-прежнему слышалось сомнение.
   Я зло скрипнула зубами. Ох как же мне непросто! Похоже, придется начать настоящую войну, чтобы занять достойное место в этой семье. С одной стороны -- мать Арчера, которая совершенно не в восторге от того, что вот-вот породнится с дочерью тролля. С другой -- эта мелкая пакостница Ульрика, делающая все, лишь бы поссорить нас. Н-да, поневоле придется отрастить клыки и когти, чтобы не быть сожранной этой сладкой парочкой.
   "Не беспокойся, они у тебя уже есть".
   Я замерла от неожиданности. Что это? Эта была моя мысль? Как-то не похожа она на обычные саркастические высказывания моего внутреннего голоса. Но что тогда?
   -- Что это с тобой? -- Арчер внезапно шагнул ко мне, и от неожиданности я попятилась. Правда, сразу же заставила себя остановиться, донельзя заинтригованная вопросом дракона.
   -- В каком смысле? -- спросила я, повернув голову и бросив опасливый взгляд в зеркало -- а то вдруг у меня после ночной сделки действительно отросли когти и клыки.
   -- Твои волосы. -- Арчер, который стоял теперь вплотную ко мне, поднял руку и легонько провел пальцами по моей голове. -- Мне кажется, или они на самом деле стали длиннее?
   -- Понятия не имею, -- нагло солгала я, глядя ему в лицо на редкость омерзительным и честным взглядом.
   -- И твои глаза. -- Арчер удивленно качнул головой. -- Какого цвета они были раньше? Хоть убей не помню. А почему сейчас они такие ярко-зеленые, будто смотришь на весеннюю листву?
   Я промолчала, сочтя его вопрос риторическим. Ну откуда же мне знать, с чего вдруг у меня изменился цвет глаз? Да, все страньше и страньше, как говорится.
   Арчер продолжал требовательно смотреть на меня, и я выдавила из себя измученную улыбку.
   -- Думаю, на меня благотворно действует воздух твоего скромного жилища, -- неловко пошутила я.
   К моему удивлению, Арчер закивал, будто обрадованный таким глупым объяснением.
   -- А что, это вполне может быть, -- проговорил он. -- Мне никак не дает покоя та вонь черной магии, которую я уловил в твоем доме. Кто знает, что за заклинания там творятся. Вдруг эти чары каким-то образом коверкали твою ауру, заставляя казаться страшнее, чем ты есть на самом деле.
   При воспоминании о моем доме я невольно напряглась. Интересно, а как поживают мои родители? Вчера отец обещал, что попытается разобраться с вопросом запретного колдовства. Навестил ли он мою мать или же предпочел не забивать себе голову теперь уже чужими проблемами и живет-поживает в новой семье с долгожданным новорожденным сыном?
   -- Я думаю, мне стоит наведаться домой, -- задумчиво проговорила я.
   -- Зачем? -- искренне удивился Арчер. -- Твои родители знают, что ты теперь живешь здесь.
   -- Знает отец, -- поправила его я. -- Вдруг он ничего не рассказал матери? Отношения у них сейчас, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Он вполне мог промолчать о том, что нашел меня, и о твоем разговоре с ним. Просто из желания заставить мать страдать и переживать.
   -- Мне это даже в голову не пришло, -- растерянно признался Арчер после паузы. -- Неужели твой отец способен на подобную жестокость? Да, я понимаю, что он ушел от твоей матери, но все-таки они столько лет были вместе...
   -- Люди меняются, -- кратко ответила я. Подумала немного и добавила с ядовитой усмешкой: -- Тролли тем более. Зачастую наибольшую боль мы причиняем именно тем, кого когда-то сильно любили. Просто желая таким образом отомстить за разрушенные надежды.
   Губы Арчера дрогнули в немом вопросе, но он удержался от него. Глубоко вздохнул, потом пожал плечами.
   -- Ладно, почему бы и нет? -- проговорил он. -- Мы вполне можем наведаться в гости к твоей матери. Тем более что она живет совсем недалеко, -- помолчал немного и добавил с немалой долей смущения: -- Правда, я опасаюсь, что она устроит мне некрасивую сцену.
   Я невольно усмехнулась. Ага, так вот чего на самом деле боится Арчер! Того, что моя мать закатит скандал и потребует вернуть потерянную было дочь в лоно семьи. Одно дело -- разговаривать на равных с мужчиной, а совсем другое -- успокаивать разъяренную женщину.
   -- Ну, моя мать имеет право на выражение своей неприязни к тебе, -- мягко сказала я. -- Как-никак ты похитил ее единственную дочь. Но я думаю, когда она поймет, что ты не желаешь мне ничего дурного, то быстро успокоится. В конце концов, она уже давно мечтала выгодно сбыть меня с рук. А тут подвернулся такой уникальный шанс выдать меня замуж за представителя первого сословия! Естественно, моя мать будет только счастлива.
   -- Наверное, -- отозвался Арчер, прежде с сомнением пожевав губами. Видимо, я его все-таки не убедила, и он продолжал беспокоиться по поводу предстоящего неприятного разговора.
   "Истинный представитель драконьего рода-племени! -- насмешливо фыркнул кто-то, без спроса поселившийся у меня в голове. -- Эти летающие ящерицы, как ни крути, все-таки великие трусы. Натворят дел -- а потом норовят шмыгнуть в кусты, пока их к ответу не призвали. И почему они всегда только невинных девиц воруют? Знают, что те им никакого отпора дать не сумеют, вот и пользуются ситуацией, так сказать".
   Я беззвучно охнула, услышав столь прочувственный монолог. Нет, эти мысли явно не мои. И, кажется, я поняла, кому именно они принадлежат.
   -- А не могли бы мы еще раз подняться к тебе в кабинет? -- попросила я Арчера, стремясь как можно быстрее проверить свою догадку.
   -- В мой кабинет? -- Арчер недоуменно наморщился. -- Зачем?
   -- Да так, -- уклончиво отозвалась я и постаралась придать своему лицу как можно более наивное выражение, усиленно захлопав ресницами. -- Просто вчера я увидела там одну занятную вещицу. Хочу поинтересоваться у тебя, что это.
   -- Ты увидела в моем кабинете только одну занятную вещицу? -- Арчер демонстративно поджал губы, шутливо показывая, что его самолюбие уязвлено. -- Поверь мне, их там сотни, тысячи! Такие магические предметы, которые ты никогда не видела. Да что там -- не видела! Даже не слышала, что подобное существует.
   -- Отлично, -- с улыбкой сказала я. -- Заодно проведешь для меня познавательную экскурсию. А то вчера все некогда было.
   -- Да, но сначала мы позавтракаем! -- грозно провозгласил Арчер. Покосился на окно, за которым вовсю светило солнце, и немного тише исправился: -- Или, скорее, пообедаем. Но учти -- я не выпущу тебя из-за стола, пока ты не съешь всю порцию. А то мне перед твоей матерью стыдно будет. По-моему, ты за вчерашний день еще сильнее отощала. Подумает еще, что я тебя голодом морю.
   Я не имела ничего против такой постановки вопроса. В самом деле, перекусить не помешает. Вчерашний день был тяжелым, боюсь, сегодняшний выдастся не легче. А значит, мне потребуется много сил и энергии.
  

***

   В обеденном зале царила тишина, лишь изредка нарушаемая звяканьем столовых приборов. Арчер, по всей видимости, уже позавтракал, поэтому ограничился чашкой горячего шоколада и парочкой булочек. Передо мной же непривычно молчаливая Ульрика, чьи глаза были подозрительно красными, поставила огромнейшую тарелку пшенной каши, щедро сдобренной маслом.
   -- Порции у тебя в доме поистине гигантского размера, -- мрачно пошутила я, с ужасом осознав, что мне придется все это съесть.
   Арчер улыбнулся в ответ на мое замечание, но ничего не сказал.
   Я еще немного повздыхала, сидя над настоящей, не побоюсь этого слова, лоханью каши. Затем с нарочитой медлительностью потянулась за ложкой, хотя живот уже начало сводить от этой добровольной пытки. И как-то незаметно отключилась.
   Пришла я в себя уже над пустой тарелкой. Зверски хотелось наплевать на правила этикета и облизнуть ее, но я сдержалась. Ого! Не ожидала, что я на самом деле настолько голодна.
   "Ну, предположим, теперь ты не одна в этом теле, -- хихикнул уже знакомый голос. -- А я не пробовал обычной человеческой еды уже... дай небо памяти... да, около двух столетий. Приличный срок для того, чтобы даже каша с изрядной долей крысиного яда показалась вкуснейшим яством".
   Что? Я как раз потянулась за чашкой с какао, но от этой мысли вздрогнула и неловким движением чуть не опрокинула ее. Как это -- каша с крысином ядом? Меня что, отравили?
   "Угу, -- довольно подтвердил внутренний голос. -- Именно что отравили. Но ты не бойся, не насмерть. Доза была рассчитана таким образом, чтобы надолго отправить тебя в кровать. Рвота, расстройство желудка... В общем, твоему ненаглядному жениху пришлось бы узнать тебя с весьма неприятной стороны".
   Но кто? Я все-таки взяла в руки чашку и сделала несколько больших глотков, силясь избавиться от неприятного металлического привкуса, который моментально поселился у меня во рту. Кто это сделал со мной?
   "А ты догадайся, -- ехидно посоветовал мой невидимый помощник. -- Даю две попытки. И кто бы это мог сделать из присутствующих за столом?"
   Ульрика! Я с ненавистью покосилась на фею, которая с самым невозмутимым видом зависла над плечом Арчера. На ее губах играла легкая торжествующая ухмылка. Вот ведь гадина! Решила отомстить мне за утреннюю ссору. А ведь я сказала чистую правду. Она поступила подло с Арчером. Очень подло. Теперь еще и попытка отравления. Но неужели я в самом деле буду вынуждена несколько дней провести в столь неприглядном и беспомощном виде?
   "Не беспокойся, я уладил этот вопрос, -- с немалой долей самоуверенности и бахвальства заверил меня внутренний голос. -- Тебе ничего не грозит. Даже более того -- переправил часть яда, предназначавшегося тебе, прямо в желудок к той крылатой пакости, которая считает себя истинной хозяйкой этого дома и этого милого молодого дракона. Мог бы переправить весь, но тогда бы она погибла. Впрочем, если желаешь..."
   Нет, нет! Я отчаянно замотала головой. Все в полном порядке. Я не хочу убивать Ульрику. Но проучить ее не мешает.
   -- Что с тобой? -- осторожно осведомился Арчер, наконец-то нарушив затянувшуюся паузу. -- Тами, ты уже минут пять держишь чашку и как-то странно кривишься. У тебя все в порядке?
   Глаза Ульрики после этого вопроса полыхнули обжигающим пламенем предвкушающей радости. Вот ведь нехорошее создание! Ждет, поди, что я вот-вот забьюсь в конвульсиях и самым отвратительным образом опозорюсь перед женихом. Ну и пусть ждет.
   -- Все хорошо, -- заверила я Арчера. -- Прекрасный завтрак! Давно я с таким удовольствием не ела!
   -- Благодарить надо не меня, а Ульрику. -- Дракон с легким смущением пожал плечами. -- Это она мой главный повар. Самостоятельно я только яичницу сумею приготовить. И то скорее сожгу ее.
   -- Спасибо! -- с нажимом проговорила я, глядя прямо на Ульрику, чье лицо уже начало бледнеть и покрываться мельчайшими капельками пота. Видимо, первое проявление действия яда.
   -- Не стоит благодарностей, -- буркнула она. И вдруг ринулась прочь из обеденного зала, да так быстро, что едва не врезалась в дверной косяк.
   -- Что это с ней? -- удивленно спросил Арчер, проводив фею озадаченным взглядом.
   Понятное дело, я не стала просвещать дракона в свою интригу. Пусть остается в неведении. В конце концов, моя вражда с Ульрикой -- только моя забота. Он знает так называемую хранительницу рода намного дольше, более того, некогда спас ее от смерти. Кто ведает, на чьей стороне будут его симпатии в этой необъявленной войне. Но первый ход сделан. Теперь я не сомневалась, что сражаться придется до полной капитуляции одной из сторон.
   -- Понятия не имею, -- ответила я на вопрос дракона и лучезарно улыбнулась, предположив: -- Возможно, вспомнила о каком-нибудь срочном деле?
   Арчер недоверчиво хмыкнул, но не стал развивать эту тему.
   -- А теперь я покажу тебе все сокровища моего кабинета! -- торжественно провозгласил он, видимо, почти сразу выбросив это маленькое происшествие из своего головы.
  

***

   При дневном свете рабочий кабинет Арчера выглядел куда более симпатично, чем вчера при мертвенно-белом свете заклинания нейны Деяны. Впрочем, тогда мне было не до разглядывания этого помещения. И уж тем более мне было некогда изучать его при моей ночной вылазке.
   Арчер широким приглашающим жестом предложил мне войти первой. Я не стала отнекиваться и сразу же пересекла порог, впившись настойчивым взглядом в пюпитр с загадочной книгой. Он и его драгоценная ноша стояли на том же месте. Правда, сейчас багрово-черный камень, намертво вмурованный в тяжелый оклад, был мертв. Ни намека на то зловещее пламя, которое танцевало вчера в его глубине.
   А еще я заметила крохотную картинку, расположенную под ним. Выполненная из эмали, она явно представляла собой чей-то портрет. Правда, на таком расстоянии не разобрать, кто именно был на нем изображен.
   -- Это -- мои владения! -- гордо провозгласил Арчер, войдя следом за мной и закрыв дверь. -- Все, что здесь находится, я привез из нашего фамильного замка.
   -- И тебе позволили это? -- спросила я, пытаясь сообразить, как добраться до интересующей меня вещи.
   Думаю, если я сразу же направлюсь к книге, то Арчер наверняка заподозрит неладное. В самом деле, здесь столько занимательных предметов, назначения которых я при всем своем богатом воображении не могу представить, а меня интересует какой-то пыльный фолиант! Как-то... нетипично. Любая другая девушка на моем месте первым делом ринулась бы к небрежно раскрытым шкатулкам на письменном столе, из внутренностей которых заманчиво поблескивают какие-то побрякушки.
   -- В смысле? -- слегка подрастеряв свой пыл, растерянно переспросил Арчер.
   -- Обычно семейные ценности стараются хранить под замком и в одном месте, дабы не растерять их, -- пояснила я, делая вид, будто заинтересовалась некой старинной гравюрой на стене, и направилась к ней, тем самым чуточку приблизившись к книге.
   -- Ну... -- Арчер заметно смутился. -- Видишь ли, библиотека нашего замка настолько велика, что мои родители вряд ли обнаружат исчезновение нескольких книг. Тем более что я обязательно верну их.
   -- А эта книга тоже из твоего имения? -- поинтересовалась я, кивком указав на пюпитр и сделав вид, будто только что заметила его. С нарочитым удивлением воскликнула: -- Ого, какая огромная! Никогда подобных не видела. А камень какой чудной...
   И я потянула руку к переплету, в любой момент ожидая окрика со стороны Арчера.
   Но тот с совершеннейшим равнодушием воспринял мои действия. Никак не отреагировал и тогда, когда мои пальцы легли на прохладную поверхность камня. Теперь я могла рассмотреть и портрет, изображенный на небольшой пластинке эмали чуть ниже зловещего украшения. На нем я увидела совсем молодого парня, наверное, всего на пару лет старше меня. Длинные темные волосы, хищный крючковатый нос и презрительно поджатые губы. Если бы не это выражение превосходства, которое навечно запечатлел неведомый художник, то незнакомец показался бы мне даже симпатичным.
   "Ишь ты, не нравлюсь я ей, -- обиженно проговорил внутренний голос. -- Да ты даже не представляешь, какие признанные красавицы падали к моим ногам, умоляя о любви!"
   Я скептически хмыкнула, ни капли не поверив своему невидимому собеседнику. По-моему, он слишком молод, чтобы хвастаться многочисленными победами на любовном фронте.
   "В магии и в любви возраст -- далеко не главное! Прирожденные умения и должный пыл зачастую компенсируют недостаток жизненного опыта!" -- оскорбленно провозгласил внутренний голос.
   -- Так откуда эта книга? -- повторила я свой вопрос, обернувшись к Арчеру, который словно не услышал предыдущий.
   -- Я просто пытаюсь вспомнить, -- пояснил тот и сосредоточенно наморщил лоб. -- Хм-м... Странно. Вроде бы я не видел этот талмуд в отцовской библиотеке. Но я бы обязательно запомнил, если бы втихую стащил его почитать. Такая махина весит, поди, ого-го! Тогда откуда он?
   -- Возможно, остался от предыдущего хозяина? -- предположила я, продолжая поглаживать камень.
   -- Возможно, -- неуверенно согласился Арчер. -- От него много всякой дребедени осталось, в том числе и здесь. Правда, странно, что я не заметил книгу, когда обживал кабинет. Столько места занимает! Уж я бы первым делом в нее нос сунул, даже не сомневайся.
   -- А правда, что до тебя в этом доме жил некромант? -- поинтересовалась я, вспомнив одну из местных страшилок. -- И якобы его сожгли на костре за всякие недозволенные магические опыты на кладбище?
   -- Частичная правда, -- отозвался Арчер. Я вздернула брови, показывая, что не удовлетворена таким лаконичным ответом, и дракон, вздохнув, пустился в объяснения: -- Здесь действительно жил некромант. Вроде бы, его звали Седрик. Седрик из Черной Грязи, коль быть точным. Но если он и занимался какими-то запрещенными магическими опытами, то явно не в доме и не в его окрестностях. Иначе я не поселился бы здесь. Просто не смог бы из-за специфического запаха, который издает черная магия. Мы, драконы, очень к нему чувствительны. И я не слышал, чтобы Седрика сжигали на костре. Насколько я помню, он бывал здесь наездами, отдыхая от службы в столице. И однажды решил, что вполне может позволить себе домик поближе к Ериону, дабы не тратить столько времени на дорогу. Наверное, получил повышение и понял, что в состоянии позволить себе более высокий уровень жизни. А ставший ненужным дом он, соответственно, продал.
   -- Откуда ты это знаешь? -- спросила я, не в силах оторваться от разглядывания портрета незнакомца. Надо же, а сейчас он выглядит даже красивым. Вот бы немного смягчить упрямую линию его подбородка и чуть разгладить недовольные морщины, пролегшие от крыльев носа к уголкам рта!
   "На себя посмотри, рыжая-бесстыжая! -- вновь огрызнулся внутренний голос, лишний раз доказав, что в мою голову каким-то образом сумел пробраться именно этот незнакомый парень. Самодовольно и хвастливо добавил: -- Я красив и без всяких улучшений, а вот над тобой еще работать и работать придется. Одна кожа да кости! Да к тому же ты конопатая!"
   "Сам дурак!" -- мысленно фыркнула я, и в ответ раздалось разгневанное хрюканье. Видимо, невежливый и непрошеный визитер не ожидал, что я перейду к прямым оскорблениям.
   -- Откуда знаю? -- Арчер пожал плечами, будто удивленный, что надо объяснять очевидные вещи. -- Так я же лично покупал у него этот дом. И, уж поверь мне, в тот момент Седрик из Черной Грязи выглядел вполне здоровым и жизнерадостным.
   -- А ничего, что я трогаю эту книгу? -- поинтересовалась я, даже не подумав при этом одернуть ладонь. -- Вдруг на нее наложены какие-нибудь страшные чары, призванные уничтожить любого, кто к ней прикоснется?
   -- Будь так, то я не позволил бы тебе и на шаг к ней приблизиться, -- с ласковой улыбкой заверил меня Арчер. -- Я уже много раз говорил, что драконы определяют магию на запах. И в данном случае от книги ничем не пахнет.
   Н-да? Я с сомнением пожевала губами. Как-то странно, если честно. Я могла бы поклясться, что на книгу было наложено заклятье. Иначе как объяснить пульсацию багрового камня и тот ночной диалог, произошедший между мною и загадочным незнакомцем, голос которого после того момента прочно и нагло обосновался в моей голове? Но тогда получается, что Арчер ошибается. Выходит, не настолько он и хороший маг.
   "Кто маг? -- Внутренний голос аж поперхнулся от негодования. -- Этот сопляк -- маг? Да он просто мальчишка, ничто передо мной! Лишнее живое подтверждение моих слов, что талант куда важнее прожитых лет. Сколько твоему приятелю? Век, два? А в магии смыслит столько же, сколько только что вылупившаяся горгулья!"
   -- Но ты права, с этой книгой стоит быть осторожнее, -- между тем проговорил Арчер и наконец-таки подошел ко мне. С любопытством тронул переплет, задумчиво пробормотав себе под нос: -- И как я ее только раньше не видел? Чудно.
   А в следующее мгновение между камнем и пальцем Арчера вдруг проскользнула маленькая ярко-красная молния.
   -- Ай! -- Дракон испуганно одернул руку и отчаянно затряс ее в воздухе. -- Больно-то как!
   -- Ну вот, а говоришь, что книга не опасна, -- не удержалась я от язвительного заклинания.
   -- Ничего не понимаю, -- пробормотал ошарашенный Арчер.
   Боязливо поднес ладонь к пюпитру -- и вновь камень выплюнул в воздух жгучую искру, которая незамедлительно впилась бедолаге в кожу. Тишину кабинета разорвал очередной болезненный вскрик Арчера. Стоит ли говорить, что моя рука продолжала лежать на книге, но я при этом не испытывала никаких неприятных ощущений.
   -- Чудно... -- протянул Арчер. Потянулся было повторить эксперимент, но в последний момент передумал, заметив, как камень тревожно заалел.
   -- Если это не магия, то что? -- насмешливо полюбопытствовала я. Не удержалась и добавила: -- Эх ты, маг! А если бы меня разорвало на твоих глазах?
   -- Отойди от книги! -- опомнившись, потребовал Арчер, но почти сразу осекся, осознав, насколько смешно и несвоевременно прозвучали его слова. Расстроено вздохнул. -- Впрочем, ладно, оставайся рядом. По всей видимости, на людей это охранное заклинание не действует. Только на драконов. Вот теперь, кстати, я чувствую легкий аромат магии. Но не смертельной. Думаю, я смогу разобраться, в чем тут дело...
   "Передай своему жениху, что если он попробует разблокировать чары, то рискует покалечиться, -- посоветовал мне внутренний голос. -- Да, он прав, заклинание действительно несмертельное и настроено только против драконов. Но, поверь, мало ему не покажется. Ему может оторвать руку, а то и обе!"
   Я невольно вздрогнула от этой угрозы. Перехватила ладонь Арчера, когда тот вздумал было простереть ее над пюпитром.
   -- Ну зачем же рисковать понапрасну? -- лукаво спросила я. -- Есть способ намного проще и легче.
   И свободной рукой без малейших усилий раскрыла книгу.
   -- Умничка! -- обрадовался Арчер, который, видимо, и сам опасался в очередной раз пострадать от непонятного заклинания. -- Я о таком решении и не подумал.
   Я пожала плечами, занятая изучением портрета на первой странице. Не было никаких сомнений, что он изображал того же человека, которого я видела на крошечной пластинке, вмурованной в оклад. Но тут незнакомец был немного старше, а его лицо излучало еще больше превосходства и самодовольства. Не буду скрывать очевидное, эта гримаса откровенно уродовала в принципе симпатичного паренька.
   "Не говори ерунды!" -- огрызнулся внутренний голос. Правда, теперь он звучал намного тише и с явными нотками неуверенности. Видимо, портрет слишком очевидно свидетельствовал о моей правоте.
   -- Найн Эдриан Жиральд, -- медленно прочитала я витиеватую подпись под изображением. Посмотрела на Арчера. -- Кто это?
   -- Имя кажется мне знакомым, -- пробормотал он. -- Но, хоть убей, не помню, в связи с чем я его слышал. Тем более посмотри на годы жизни. Он умер пару веков назад. Меня тогда еще и в помине не было.
   Я перевела взгляд на строчку ниже. Ага, загадочный Эдриан жил с одна тысяча двести восьмидесятого года по одну тысячу триста девятый год. Получается, на момент смерти ему было всего двадцать девять лет. Мало, очень мало! Особенно для мага. Я всегда считала, что они могут жить веками, при этом не старея и не теряя разума.
   "Не сыпь мне соль на рану, -- хмуро проговорил внутренний голос. -- Я планировал вообще не умирать, заключив соответствующую сделку со странницей в белом. Мне бы не составило этого особого труда, поскольку к тому моменту я достиг небывалых высот в изучении магического искусства, в том числе некромантии и всего связанного с ней. Но меня самым подлым образом заманили в ловушку и убили. Благо, что буквально за пару дней до гибели, словно предчувствуя, я создал этот камень и наделил его соответствующими магическими свойствами. В итоге моя душа оказалась привязана к книге. Но я поклялся..."
   Замерев дыхание, я ожидала продолжения, однако его не последовало. В последний момент мой невидимый собеседник осекся, словно сообразив, что и без того сболтнул слишком много, и замолчал, горестно вздохнув напоследок.
   -- Оказывается, загадочный найн занимался изучением драконов, -- удивленно проговорил тем временем Арчер и вслух прочитал название книги: "Вся правда и ложь о драконах. Драконы черные, сумеречные и призрачные. Существуют ли они на самом деле или же являются плодом чего-то воспаленного воображения? Собрание мифов, сказаний и развенчание легенд".
   -- Теперь понятно, почему ты не сумел открыть эту книгу, -- сказала я. -- Видимо, глубокоуважаемый найн написал про вашу братию столько гадостей, что испугался поплатиться за это. Вот и обезопасил себя при помощи заклинания.
   Арчер неуверенно пожал плечами, но возражать не стал. Лишь жестом попросил меня перевернуть страницу.
   Я повиновалась, и Арчер вдруг изменился в лице. Побледнев, он впился глазами в первые же строки с таким ужасом, что мне невольно стало не по себе.
   -- Что такое? -- обеспокоенно спросила я, озадаченно наблюдая за его реакцией.
   Увы, самостоятельно прочитать написанное я не могла. По всей видимости, книга была на итаррийском языке, который я крайне плохо знала. Глаз выловил лишь парочку знакомых слов: "драконы", "глупцы", "смерть". Пожалуй, все.
   -- Ты была права, -- медленно протянул Арчер и зло сощурился, не отрывая взгляда от книги. -- Этот самый Эдриан действительно терпеть не мог драконов. Я не хочу озвучивать то, что он написал в предисловии. Это... Это слишком оскорбительно!
   -- Не озвучивай дословно, но хотя бы передай смысл, -- попросила я, сгорая от любопытства. Арчер недовольно поморщился, и я жалобно добавила: -- Пожалуйста! Ведь без меня ты бы все равно не открыл книгу!
   -- В общем, если не вдаваться в подробности, то тут сказано, что все драконы -- суть крылатые ящерицы, низменные пресмыкающиеся, которые по развитию стоят на много ступеней позади человечества, -- с явной неохотой исполнил мою просьбу Арчер. Сжал кулаки, с трудом проталкивая через пересохшее горло дальнейшие фразы: -- Мол, наше единственное преимущество перед людьми -- врожденные способности к магии. Но при этом мы настолько глупы, что любому магу из людей не составит особого труда перехитрить нас и заставить служить себе на благо. Однако автор предостерегает своих собратьев по колдовскому искусству от подобного сотрудничества. Драконы настолько коварны, лицемерны и жестоки по природе, что доверять им не следует. Для нас якобы не ведомы такие понятия, как "дружба", "любовь", "преданность". Поэтому по мнению автора все, что заслуживает дракон -- это смерть. Нас надо уничтожать сразу же при обнаружении. Именно способам распознать драконов среди людей и методам их уничтожения и будет посвящена эта книга.
   Последнюю фразу Арчер выкрикнул во весь голос, пылая законным негодованием. Его лицо раскраснелось от гнева, глаза цвета расплавленного золота потемнели от незаслуженной обиды. Н-да, пожалуй порадуешься, что этот самый Эдриан уже мертв, иначе, боюсь, я бы стала свидетельницей жестокой расправы над горе-писателем, осмелившимся оскорбить в лучших чувствах представителя драконьего племени.
   "На твоем месте я бы не был столь уверен в этом суждении, -- с нескрываемым самодовольством отозвался внутренний голос. -- Не хочу тебя огорчать, но, скорее, это твоему приятелю грозила бы опасность погибнуть во время схватки со мной. Ты даже не представляешь, сколько на моем счету драконов!"
   Нашел, чем гордиться! Я недовольно покачала головой. Что-то чем дальше -- тем больше мне не нравится этот самый Эдриан. И с чего он к драконам привязался? По-моему, весьма милые личности.
   На этом месте рассуждений я вспомнила про нейну Деяну и ее жестокие несправедливые слова, обращенные в мой адрес, и мысленно исправилась. Не все из них, конечно, мне нравятся. Но это не повод ненавидеть абсолютно всех.
   "Когда я писал книгу, то был моложе и категоричнее, -- с легкой ноткой грусти сообщил мне внутренний голос. -- Сейчас я не склонен к подобным обобщениям. Но драконы от этого не стали нравиться мне больше. Я не спорю, среди них могут встречаться достойные представители. Возможно, твой жених относится как раз к их числу. Но на твоем месте я не спешил бы с выводами, прежде чем не узнаешь его поближе. Чудовища любят надевать маски милых и приятных в общении личностей. Иначе они не сумели бы завлечь в ловушку ни единой жертвы. И в любом случае я советую тебе прежде познакомиться с семьей жениха. Недаром говорят, что яблочко от яблони недалеко падает. Или тебе надлежит разъяснить смысл этой поговорки?"
   Нет, этого мне не требовалось. Я покачала головой и опять перевернула страницу, повинуясь жесту Арчера.
   Теперь он застыл над оглавлением. И чем дольше он читал, тем бледнее становилось его лицо. Под конец бедняга аж позеленел и с такой силой сжал кулаки, что костяшки побелели.
   Именно в этот момент я страшно пожалела о том, что не изучала иностранные языки. Итаррия была ближайшей соседкой нашей стране -- Прерисии. Пожалуй, стоило настоять, чтобы матушка сама давала мне уроки. Она в молодости несколько лет прожила в Арилье -- столице Итаррии, поэтому неплохо знала этот язык.
   -- Все, достаточно! -- процедил Арчер и отвернулся. -- Закрывай книгу! Я больше не желаю читать эту мерзость. Как жаль, что я не могу вымыть себе глаза с мылом. Такое чувство, будто окунулся в чан с нечистотами.
   -- Что тебя так разволновало? -- осторожно полюбопытствовала я, силясь отыскать какие-нибудь знакомые слова в оглавлении. Хм-м, по-моему, тут как-то слишком часто упоминается о смерти.
   "Естественно, -- пробурчал внутренний голос. -- Моя книга посвящена способам обнаружения и убийства драконов. Ну и так... Всяких страшилок еще добавил для весомости".
   -- Эту книгу надо сжечь, -- сухо проговорил Арчер, не торопясь ответить на мой вопрос. -- Она... Она отвратительна! Этому Эдриану сильно повезло, что к настоящему моменту его уже нет в живых. Иначе его скорейшее переселение в мир мертвых стало бы вопросом чести для всех драконов!
   "Собственно, полагаю, что кто-то из сородичей твоего жениха и исполнил это, -- хладнокровно проговорил внутренний голос. -- Я почти уверен, что меня убил представитель рода Ульер. Причем убил не в честном поединке, а подло, заманив в западню. Впрочем, как я уже говорил, драконы любят высокопарные слова, но за всеми этими высокими рассуждениями зачастую скрываются очень некрасивые поступки".
   Этот надоедливо бубнящий голос начал меня раздражать. Необходимость вести сразу два диалога -- мысленный, с духом погибшего Эдриана, и обычный, с разгневанным Арчером, -- весьма выматывала. Да, наверное, так люди и сходят с ума. Но, по крайней мере, теперь понятно, почему Эдриан так легко согласился мне помочь войти в род Ульер. По всей видимости, вскоре мы с Арчером отправимся к его родственникам. Наверняка мой избранник еще не оставил надежду убедить свою мать переменить столь жестокое решение в отношении меня и нашей предполагаемой свадьбы. Подобные разговоры лучше вести лично. А следовательно, сам Эдриан, со всеми удобствами обосновавшийся в моей голове, получит возможность отыскать своего убийцу. Верно?
   "Частично", -- лаконично отозвался тот, но объяснять свой ответ не стал, надолго замолчав.
   -- Я отвезу эту книгу домой! -- между тем продолжил бушевать Арчер. -- Мои родители должны увидеть ее. Два века, прошедшие со дня смерти этого подлеца, -- ничто как по драконьим меркам, так и по меркам магов из числа людей. Возможно, у него были товарищи, которые помогали ему собирать эти мерзкие лживые побасенки. Ведь проставил же кто-то в книге даты жизни и смерти мерзавца! А значит, их надо отыскать и потребовать ответа за столь грязную клевету!
   -- А я? -- робко спросила я, дождавшись, когда Арчер замолчит, силясь отдышаться после своей разъяренной тирады и хватая воздух жадно открытым ртом.
   -- Естественно, ты едешь со мной! -- фыркнул Арчер. -- Это даже не обсуждается!
   -- Но твоя мать... -- попыталась я напомнить ему о словах нейны Деяны, что дочери тролли не место рядом с драконами.
   -- Моя мать дала мне на раздумья время до дня летнего солнцестояния, -- оборвал меня Арчер. -- До него без малого три недели. Думаю, этого срока мне хватит, чтобы заставить ее переменить решение. В конце концов, именно ты нашла эту книгу. Уже плюс в твою сторону.
   -- Да, но твоя мать может решить, что именно я ее и подложила, -- резонно возразила я. -- Иначе как объяснить, что прежде ты ее не видел, хотя она занимает столько места в твоем кабинете.
   Арчер вскинулся что-то возразить, но в последний момент осекся. С выражением крайнего замешательства потер подбородок.
   -- Но ведь это не ты притащила сюда книгу? -- наконец, осторожно осведомился он, видимо, только сейчас сообразив о такой вероятности.
   -- Нет, не я, -- с легкой улыбкой заверила я его. -- Она же, поди, тяжеленная, как не знаю что! Да и пюпитр легким не выглядит. Я бы надорвалась, наверное.
   -- И все-таки странно, что я прежде ее не видел, -- пробормотал Арчер, продолжая почесывать подбородок и словно не услышав мои слова. -- Такая громадина... И как только я на нее не налетал все это время? Хм-м... Ну-ка, отойди от нее!
   Я вздрогнула от резкого приказа, но послушно сделала пару шагов назад, прежде мягко закрыв книгу.
   Арчер неожиданно округлил глаза. Затем зажмурился, потряс головой и вновь открыл их, уставившись прямо на пюпитр с книгой.
   -- Ничего не понимаю, -- наконец, тихо прошептал он. -- Книга исчезла!
   -- Не говори глупостей, -- отозвалась я. -- Она прямо перед тобой. Протяни руку -- и прикоснешься. Если, конечно, не боишься опять получить разрядом по пальцам.
   Но Арчер, проигнорировав мое предупреждение, уже слепо зашарил перед собой. Правда, при этом будто специально проводил рукой то выше пюпитра, то слишком в стороне.
   -- Ты издеваешься? -- недоверчиво поинтересовалась я. -- Вытяни руку прямо, опусти ее -- и вот твоя пропажа.
   Арчер послушно выполнил мое распоряжение, но его рука зависла на каком-то мизерном расстоянии над окладом.
   -- Дальше не могу, -- смущенно признался он. -- Воздух слишком вязкий. Отталкивает меня.
   "Твой жених точно маг? -- недовольно поинтересовался Эдриан? -- Что-то я начал уже сомневаться в этом. Это же заклинание завесы! Элементарнейшие чары!"
   -- А ты что-нибудь слышал про заклинание завесы? -- полюбопытствовала я у Арчера, торопясь поделиться полученным знанием.
   -- Ах да, конечно! -- Арчер мгновенно воссиял радостной улыбкой. -- И как я мог забыть про эти маскирующие чары! Теперь все понятно. На книге действительно установлена защита. Причем эта защита призвана скрыть ее именно от драконов. В принципе, это логично, учитывая ее содержимое... Но ты не дракон, поэтому без проблем увидела книгу и сумела ее открыть. И эти же чары мягко отводили меня в сторону каждый раз, когда я проходил мимо. Ну надо же! В жизни бы не догадался.
   -- Ну что же, одним секретом меньше, -- мягко проговорила я.
   Окинула кабинет взглядом и недовольно пожевала губами, силясь прикинуть, сколько сейчас времени. Я встала поздно, поэтому полдень давно миновал. А ведь я еще планировала навестить матушку и успокоить ее, что со мной все в порядке. Пожалуй, стоит отложить дальнейшее изучение сокровищ Арчера. Все равно они от меня никуда не сбегут.
   -- Ты обещал проводить меня домой, -- напомнила я Арчеру, который по-прежнему таращил глаза на то место, где стоял пюпитр, видимо, силясь проникнуть за чары.
   -- И дался тебе этот разговор с матерью, -- отозвался он, болезненно морщась. -- Точно без скандала не обойдется! А я не люблю пустую ругань.
   -- Знаешь ли, моя матушка имеет полное право на выражение своего недовольства, -- мгновенно окрысилась я. -- На ее долю и без того выпало слишком много испытаний! Мой отец предал ее, теперь еще и единственная дочь покинула дом...
   -- Да ладно-ладно, -- поспешил меня прервать Арчер, не дожидаясь окончания списка бед моей семьи. -- Я обещал -- значит, я пойду с тобой. Хотя, видит небо, это не доставляет мне ни малейшего удовольствия.
   Я равнодушно пожала плечами. А это, как говорится, уже не мои проблемы. Если уж похитил себе невесту, то будь готов нести ответственность за свой поступок. Представители цивилизованного мира так не поступают!
   "Скорее, небо рухнет на землю, чем драконы откажутся от своих диких традиций, -- равнодушно заметил Эдриан. -- Глупышка, ты даже не представляешь, с каким мерзким племенем тебе не повезло столкнуться!"
   Я привычно пропустила эти слова мимо ушей. По-моему, нелюбовь Эдриана к драконам приняла какую-то патологическую форму. Но, в принципе, в этом нет ничего удивительного, если учесть то печальное обстоятельство, что один из сородичей Арчера его убил.
   "И твоему жениху крупно повезло, что он родился уже после моей смерти, следовательно, не может быть к ней причастен, -- подтвердил Эдриан, и в его голосе послышались кровожадные нотки. -- Поверь мне, я отомщу за свою смерть, и отомщу страшно!"
   Я грустно вздохнула в ответ на это заявление. Веселенькое начало дня, ничего не скажешь!
  


Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"