Малиновская Елена: другие произведения.

Хозяйка магической лавки. Приворотное зелье

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 5.95*67  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Верите ли вы в любовную магию так, как верю в нее я? А как в нее не верить, если я являюсь владелицей магической лавки и специализируюсь именно на этом виде колдовства. Как известно, приворотное зелье всегда пользуется особой и неизменной популярностью среди клиентов подобного рода заведений. И однажды мне не повезло испробовать это зелье сразу на двух выдающихся магов, считающих мою профессию шарлатанством чистой воды. Ох, что тут началось! Но обо всем по порядку...
    Внимание! На самиздате отсутствует значительный кусок книги! Книга вышла в сентябре 2015 года в серии эротической фэнтези "Любовь и магия" издательства "Эксмо". Тираж - 6 000 экземпляров. ISBN: 978-5-699-83231-6


 []
  

ХОЗЯЙКА МАГИЧЕСКОЙ ЛАВКИ

КНИГА ПЕРВАЯ

ПРИВОРОТНОЕ ЗЕЛЬЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПОХИЩЕНИЕ

  
   Варево в котле булькало, постепенно меняя цвет. Сначала оно было ярко-алым, словно свежая кровь. Потом потемнело и побурело. В этот момент я тщательно размешала его, убрала шумовкой клочки серой неаппетитной пены. Затем опять задумчиво уставилась в окно, за которым царил приятный майский вечер.
   Руки делали привычную работу сами, а мои мысли были в этот момент далеко. Да и о чем думать? Приворотное зелье я варила, наверное, раз сто, не меньше, а то и больше, поэтому наизусть помнила все ингредиенты и порядок их добавления. Что скрывать очевидное, именно это снадобье пользовалось особенной популярностью среди горожан, поэтому приходилось раз в неделю готовить целый котел, содержимое которого я затем разливала по маленьким бутылочкам. Цена каждой -- один серебряный. Совсем немного за надежду обрести взаимную любовь.
   Зачерпнув из котла ковшик, я отставила его остужаться. Нет, это еще не готовое приворотное зелье. Но если туда добавить немного могильной травы и золы от сожженного клыка звероящера -- то получится неплохая мышиная отрава. Давно пора эту живность в лавке уничтожить, а то скоро клиентки пугаться начнут.
   Естественно, о втором применении приворотного зелья я предпочитала не распространяться. И вообще, может быть, мыши от неразделенной любви гибнут, кто знает.
   Неожиданно до моего слуха донесся негромкий мелодичный звон дверных чар. Кто-то вошел в лавку и, видимо, сейчас удивленно озирался по сторонам, не застав за прилавком хозяйку.
   -- Иду, иду! -- крикнула я, торопливо сдирая с себя фартук, разукрашенный подозрительными пятнами и кое-где даже прожженный. Провела рукой по волосам, приглаживая их. -- Я в подсобке, сейчас выйду.
   -- Не стоит беспокойства, хозяюшка. -- В следующее мгновение дверь, ведущая в саму лавку, где я обычно принимала клиентов, распахнулась, и на пороге предстал некто в черной одежде и глухой маске, оставляющей на обозрение лишь красиво очерченные губы и подбородок с симпатичной ямочкой посередине.
   Я аж икнула от этого явления. Это что такое? То есть, вернее сказать -- это кто такой?
   -- Выручку на стол, -- сухо потребовал незваный гость и будто невзначай продемонстрировал мне огромный и наверняка очень острый нож, больше похожий на тесак для разделки мяса.
   Я опять икнула. Меня грабят? По всему выходит, что да. А что делать-то надо в таких ситуациях? Кричать и звать на помощь?
   -- Только попробуй пикнуть, -- зловеще добавил грабитель, словно прочитав мои перепуганные мысли, и многозначительно потрогал подушечкой большого пальца лезвие.
   Я с усилием сглотнула вязкую от волнения слюну и попятилась, не отрывая взгляда от чудовищного орудия смерти. В воображении я уже представила, как этот нож вонзится в мое тело. Ой, как больно, наверное, будет! А сколько кровищи! И вообще, я не хочу умирать молодой!
   В этот момент я уткнулась спиной в плиту и остановилась. Н-да, в моей подсобке при всем желании долго пятиться не получится. Слишком мало свободного места.
   -- Спокойнее, юная красавица, -- проговорил грабитель, и в его голосе послышалась нескрываемая усмешка. -- Я не собираюсь вас убивать или каким-либо образом мучить. Вы отдадите мне деньги -- и я уйду. Давайте расстанемся друзьями.
   -- Расстанемся друзьями? -- с сарказмом повторила я. -- Странные у вас, однако, представления о дружбе.
   -- Поверьте, мои представления о вражде вам не понравятся еще больше, -- мягко проговорил незнакомец, и я вздрогнула от угрозы, проскользнувшей в его тоне. А он уже продолжал: -- Не стоит делать глупостей, дорогуша. Право слово, будет очень обидно, если мне придется причинить вам боль.
   Язык так и чесался высказать этому мерзавцу парочку "ласковых" пожеланий. Но я вовремя прикусила его, осознав, что упорствовать дальше просто глупо. Деньги... В конце концов, деньги я заработаю еще, а исправлять магическим образом полученные увечья -- весьма дорогое удовольствие.
   -- Сейчас-сейчас, -- испуганно пискнула я и, стараясь держаться как можно дальше от незваного гостя, скользнула к рабочему столу, в нижнем ящике которого у меня лежали сбережения. -- Позвольте?..
   -- А ну, в сторону! -- вдруг повелительно гаркнул незнакомец, да так, что я подпрыгнула на месте и лишь величайшим усилием воли не позволила себе рухнуть на колени и взмолиться о пощаде.
   В голове перепуганными птицами заметались заполошные мысли. Чего он так орет-то? Я ведь деньги ему отдать собралась, как он, между прочим, и потребовал. Или припадочный какой?
   Между тем грабитель взмахнул рукой, и нож, зажатый в ней, со свистом располосовал воздух. Я всхлипнула и отшатнулась от стола, вжавшись в плиту. Точно ненормальный какой-то!
   -- Не извольте беспокоиться, я сам заберу то, что мне причитается, -- неожиданно вежливо уведомил меня грабитель и шагнул к столу.
   Я вожделеюще посмотрела на дверь за его спиной, ведущую в общий зал. Затем покачала головой. Нет, вряд ли я сумею пробежать мимо грабителя. В подсобке двоим тяжко развернуться, слишком тесно, поэтому он с легкостью перехватит меня на полпути к выходу.
   Вообще-то, в подсобке была еще и задняя дверь, ведущая в тесный проулок между зданиями. Но, как назло, именно сегодня я заперла ее, испугавшись, что кто-нибудь похозяйничает здесь, пока я буду занята с покупателями. Н-да, опасность, как и обычно, впрочем, пришла совсем с другой стороны.
   Затем я опять обратила взгляд на рабочий стол, а именно на его правый угол. Только знающий, что искать, увидел бы едва заметную выпуклость недалеко от края. Так называемое магическое эхо. Недавно Дейк, мой старший брат, заставил меня раскошелиться на это заклинание. При нажатии на определенный участок стола активировались сигнальные чары, вой которых, наверное, даже из мертвых мог бы поднять. Это наверняка вспугнет негодяя и заставит его убежать, не завершив ограбления. Эх, еще бы добраться до стола! Почему он не дал мне самой вытащить деньги? Неужели заподозрил неладное?
   Грабитель между тем подошел к столу, продолжая искоса наблюдать за мной. И принялся открывать ящик за ящиком, в каждый кидая быстрый взгляд.
   -- Нижний левый, -- подсказала ему я, мечтая о том, чтобы он как можно быстрее убрался восвояси. А то мало ли что ему еще в голову взбредет.
   Грабитель недовольно цыкнул сквозь зубы, словно не обрадовавшись моей подсказке, и продолжил методично обшаривать стол.
   Я невольно нахмурилась. Неужели он полагает, что я обманываю его? Вообще-то, ситуация как-то не располагает к шалостям подобного рода. Я слишком люблю свою жизнь, чтобы шутить с вооруженным мужчиной.
   Наконец, он добрался до ящика с деньгами. Совершенно равнодушно посмотрел на кошель, туго набитый серебряными монетами, потом опять поднял на меня взор.
   -- Секретки в столе есть? -- спросил он.
   -- Нет, -- растерянно отозвалась я. Ткнула пальцем в ящик, который он не удосужился задвинуть. -- Деньги-то вот! Что вам еще нужно?
   Незваный гость, будто не услышав моего гневного вопроса, выпрямился и задумчиво осмотрелся по сторонам. Да что он ищет-то? Точно какой-то ненормальный ко мне в гости пожаловал! Как говорится, не везет -- так не везет. Обычный грабитель взял бы деньги -- да был таков, а этот еще что-то нос недовольно морщит.
   Я, невольно подражая ему, тоже принюхалась и сдавленно ахнула. А ведь действительно горелым воняет!
   -- У вас что-то подгорает на плите, -- вдруг произнес грабитель и кивком указал мне за спину.
   Зелье! Я чуть слышно выругалась. Наверняка почти все выкипело! А это значит, что если я немедленно не приму мер -- то придется все делать заново!
   Правда, почти сразу я грустно хмыкнула про себя. Ну и глупости мне в голову лезут! Меня тут грабят, а я о каком-то зелье переживаю!
   -- Да займитесь этим! -- раздраженно посоветовал мне грабитель. -- Я подожду.
   -- Премного благодарна. -- Я все-таки не удержалась и добавила немного насмешки в тон. Затем развернулась и принялась спасать зелье, совершенно забыв о грабителе. Благо, что тот меня не тревожил и не задавал глупых вопросов.
   С усилием отодвинув котел на край плиты, где жар был не такой сильный, я обеспокоенно склонилась над все еще побулькивающим содержимым. Точно передержала! Вон какой странный цвет. И я поморщилась, глядя на быстро остывающее варево, которое медленно, но верно темнело. Пора решать, что делать с зельем. Выливать или...
   Тут мой взгляд упал на пузатую бутыль со слезами русалок. Красивое название, но на самом деле я более чем уверена, что это обычная болотная вода. Если мне повезло, и мой постоянный поставщик по имени Дик не соврал, то в том болоте, откуда набрали воду, на самом деле когда-то видели русалку, а эти создания любят поплакать по поводу и без, следовательно, какая-то мизерная толика слез там действительно присутствует. Лучше средства нет для разбавления зелья. Попробовать стоит. Хуже все равно не станет.
   И я щедро ливанула в котел из бутыли. Содержимое мгновенно забурлило, ежесекундно меняя цвет. Из темно-бурого, почти черного, оно стало ядовито-зеленым, цвета желчи кикиморы обыкновенной, затем покраснело, словно в него щедро добавили крови, и вдруг резко посветлело.
   Я недоуменно нахмурилась. Хм-м, теперь мое зелье на вид -- как обычная вода. Вообще-то, оно таким и должно быть. Неужели получилось? Но почему тогда варево так странно бурлило? Какая-то загадочная реакция.
   Я наклонилась и с опаской принюхалась. Да ничем оно не пахнет. Вода как вода. Попробовать?
   Если честно, экспериментировать на себе мне абсолютно не хотелось. Мало ли что в итоге у меня получилось. Насмерть я, конечно, вряд ли отравлюсь. Но приятного мало заполучить расстройство желудка. Вряд ли грабитель будет настолько любезен, что отпустит меня в туалет. Даже страшно представить, как в итоге я могу опозориться. И это в лучшем случае! В худшем я могу облысеть, к примеру. Или же, напротив, обзавестись шикарными волосами, но не на голове, а на ногах и руках. Да мало ли какую гадость способно сотворить зелье с неизвестными магическими свойствами!
   -- Ну как, получилось? -- в следующее мгновение раздался вкрадчивый голос, и я от неожиданности подпрыгнула.
   Тьфу ты! Так увлеклась, что забыла о грабителе. Но, признаюсь честно, я думала, он уже ушел, прихватив с собой кошель с монетами. Спрашивается, что ему от меня еще нужно?
   Разбушевавшееся воображение мигом нарисовало мне несколько преотвратительных картин того, что вооруженный мужчина может сделать при желании с беззащитной девушкой, и я с омерзением передернула плечами. Н-да, только этого мне для полноты счастья не хватает!
   Внезапно мой взгляд упал на ковшик с приворотным зельем, часть которого я чуть ранее поставила остужаться на стол. Хм-м, вообще-то, эта штука очень жжется, если попадет в глаза. Рискнуть?
   -- Месс, вы специально игнорируете мои вопросы? -- с легкой ноткой раздражения осведомился грабитель.
   За то время, пока я возилась с зельем, он, видимо, устав стоять, расположился прямо на столе. Сейчас он сидел, закинув ногу на ногу, и при этом зловеще поигрывал ножом, пуская широким лезвием отблески света по стенам.
   -- Извините, я просто не знаю, как вам на него ответить, -- достаточно искренне отозвалась я и в очередной раз с подозрением пригляделась и принюхалась к зелью. Затем повернулась к грабителю и с сомнением протянула: -- Вроде бы, все в порядке. Но...
   -- А что вы готовили? -- полюбопытствовал грабитель, оборвав меня.
   -- Приворотное зелье, -- сказала я и покраснела, предчувствуя, что сейчас начнутся шуточки по поводу моего занятия любовной магией. Обычно мужчины крайне скептически относятся к подобного рода делам.
   -- В таком случае, дело за малым! -- предсказуемо рассмеялся незнакомец. -- Найдите дурочка, готового выпить эту бурду. Если он влюбится в вас -- то все в порядке...
   Он не успел договорить. Как раз в этот момент я нащупала за спиной спасительный ковш. И, обмерев от собственной дерзости, выплеснула его содержимое прямо в лицо наглеца, посмевшего вести со мной светские беседы. Нет, я бы с радостью поболтала с ним о тонкостях моей профессии, но не тогда, когда мне угрожают оружием!
   -- Вот тебе! -- вскричала я в мстительной радости. -- Получай, получай!
   После чего подскочила и как следует огрела негодяя по голове опустевшей емкостью. Да с такой силой, что ковш аж зазвенел.
   К моему удивлению, мужчина не закричал в ответ и даже не застонал. Он медленно сполз со стола и схватился за голову. Нож с негромким звоном полетел на пол, выскользнув из его рук. Незнакомец удивленно уставился на меня так, словно впервые увидел. Мокрая от зелья маска плотно облепила его лицо. Крупные капли блестели на губах грабителя, и он машинально слизнул их, не отрывая от меня странно напряженного взгляда.
   Я настороженно следила за каждым его движением, сжимая в руке спасительный ковшик. Пусть только попробует подойти ко мне, пусть только сделает шаг, и я ему всю голову разобью!
   Но грабитель и не думал ничего делать. Он осторожно потрогал лоб, на который пришлась основная сила удара, и опять изумленно уставился на меня.
   -- Ты меня ударила, -- проговорил он, мгновенно оставив свой вежливый тон. В самом деле, как-то смешно расшаркиваться в любезностях перед человеком, который огрел тебя по голове. Но при этом в его голосе не было злости, лишь констатация факта.
   -- А ты собирался меня ограбить! -- парировала я.
   Мужчина перевел взгляд на нож, который валялся на полу между нами. Я испуганно сжалась, ожидая, что сейчас он бросится к нему, а после жестоко поквитается со мной. Но грабитель лишь пожал плечами, после чего развернулся и направился к выходу из подсобки.
   -- Эй, ты куда? -- не выдержав, крикнула я ему вслед, когда он уже взялся за дверную ручку.
   -- Что-то у меня в голове все путается, -- не оборачиваясь, обронил он. -- Это... Прости, что ли. Я не хотел тебя обидеть.
   И ушел.
   Через пару мгновений до моего слуха донесся звук входных чар, доказывающий, что загадочный преступник действительно покинул мою лавку.
   А я уселась прямо на пол и зарыдала -- громко, с отчаянными всхлипываниями. Меня била такая сильная нервная дрожь, что зуб на зуб не попадал. Затем я дотянулась до ножа, крепко сжала его на случай возвращения грабителя и вновь дала волю чувствам, заплакав еще горше. Слишком перепугала меня эта ситуация.
   Именно так -- в слезах, с ковшиком в одной руке и ножом в другой -- меня и нашел мой брат Рочер.
  

***

   Как ни странно, по после неудавшейся попытки ограбления я почему-то думала не о себе и не о той опасности, которой чудом избежала, а о матери и ее бурной личной жизни. Наверное, потому, что именно из-за нее сегодня задержалась допоздна в лавке, поскольку она заглянула навестить меня и по-родственному забрала остаток заветных бутылочек. Видимо, этим вечером она планировала нечто особенное для своего очередного избранника.
   Что скрывать, в чем-то я ей завидовала. Матушка даже мне никогда не признавалась в том, сколько ей в действительности лет. Но по самым осторожным прикидкам получалось, что никак не меньше сорока, а то и больше. Кстати, называть я ее должна была исключительно по имени -- Леонеллой, а еще лучше, просто Неллой. Но ни в коем случае не матушкой. В чем-то я понимала ее, поскольку выглядела она как моя старшая сестра. И, стоит признать очевидный, хоть и огорчительный для меня факт: скорее, это я проигрывала на ее фоне, чем она -- на моем. Хотя я была ее не единственным, а третьим и младшим ребенком. У меня имелось еще два брата. Дейк -- старше меня на четыре года, Рочер -- на два. Оба, как и я, давным-давно жили отдельно от матушки. Оба, как и я, пока не думали о заведении собственной семьи, хотя Дейку исполнилось уже двадцать шесть. И все мы были от разных отцов, при этом даже не догадываясь об их именах. Фамилию мы носили одну на всех -- Райчел.
   На то, что кровь в наших жилах текла лишь наполовину общая, неопровержимо указывала внешность. От матушки мы унаследовали лишь необычный цвет глаз -- сине-зеленый, словно летнее море ранним утром. Все остальное в нас было слишком разным. Дейк -- высокий светлокожий блондин. Рочер -- не менее высокий смуглый брюнет. А я... Я -- так, серединка на половинку. Обычного среднего роста с каштановыми волосами, на солнце отливающими в рыжий цвет. Но, увы, я не умею так изысканно-саркастически шутить, как Дейк, который одним презрительным движением брови может поставить любого собеседника на место. И во мне нет той южной страстной пылкости, как в Рочере, который способен завоевать любую девушку, кинув на нее всего один взгляд.
   Зато от своего неизвестного отца я унаследовала магические способности. По крайней мере, больше ни у кого в семье их не было. Если честно, колдунья из меня получилась так себе, но моих скромных способностей хватило, чтобы поступить в столичную Академию магии и целительства на факультет зельеваренья и травоведения. В учебе я не блистала, зато и на грани отчисления никогда не была. Даже пару последних курсов получала стипендию. А на окончание матушка сделала мне поистине королевский подарок. В то время она как раз встречалась с каким-то очень важным и, естественно, женатым мужчиной. И, как это часто бывает у богатых людей, тот, устав от поднадоевшей любовницы и желая расстаться без скандалов, щедро предложил ей крупную сумму денег в качестве, так сказать, откупного. Матушка согласилась, но почти сразу потратила полученное на покупку этой лавки, которая после выпускного перешла в мое полноправное владение. Да, естественно, она сделала это не просто так, а преследуя свои цели. По-моему, моя матушка вообще ничего в жизни не делала по доброте душевной. Но эту историю сегодня мне точно не хочется вспоминать. Иначе надолго испорчу себе настроение. А оно у меня и без того не особо радостное после случившегося.
   Особую помощь при ведении дел мне приносили братья. Каждое их появление в лавке резко увеличивало приток клиентов, а точнее -- клиенток. Поэтому в скудные на заработки времена я переставляла шкафы раза три в неделю, точно зная, что в день задуманной перепланировки моя выручка составит недельную норму. Стоило Рочеру только скинуть камзол и рубашку, обнажив мускулистый торс, как лавка медленно, но верно начинала заполняться девушками. Просто стоять и глазеть на моего брата им не позволяли приличия, поэтому они начинали крутить в руках всякие баночки и скляночки. А там, глядишь, и купить что-нибудь надо, а то некрасиво как-то.
   А вот Дейку лучше всего получалось сбить для меня цену на закупаемые ингредиенты. Когда приходил очередной поставщик, я усаживала дорогого гостя за столик, за которым его уже дожидался мой брат. Дейк сидел, расслабленно откинувшись на спинку старого скрипучего кресла с таким величественным видом, будто являлся по меньшей мере герцогом в ожидании доклада нерадивого слуги. Естественно, поставщик сразу начинал нервничать, пытался перейти в наступление, все повышал и повышал голос, пока не начинал практически кричать на Дейка. Тот, к слову, слушал совершенно спокойно и даже не смотрел в его сторону, меланхолично изучая свои холеные ногти. Затем, в самом конце, когда несчастный оппонент начинал хрипеть от долгого монолога, вскидывал на него презрительный равнодушный взгляд и негромко, почти шепотом, ронял:
   -- Простите, я отвлекся и, кажется, пропустил мимо ушей все, что вы говорили. Повторите, пожалуйста, еще раз, чем обусловлена такая высокая цена на эту чепуху.
   Когда Дейк проделал это в первый раз, я испуганно втянула голову в плечи. На какой-то миг почудилось, будто Дик -- громадный мужик ростом под притолоку и весом с хорошего быка -- кинется на него с кулаками. И по всей видимости, Дик действительно некоторое время раздумывал, не вмазать ли ему как следует этому высокомерному наглому хлыщу. Он вскочил на ноги, угрожающе завис над моим братом и принялся нервно то сжимать, то разжимать кулаки.
   А Дейк опять погрузился в созерцание своих ногтей, словно не понимая, что над его головой нависла серьезная угроза. При виде такой картины я мысленно обругала себя последними словами за то, что согласилась с любезным предложением брата переговорить с самым упрямым поставщиком, и принялась медленно пятиться в сторону двери, намереваясь в случае чего выскочить на улицу и закричать что-нибудь вроде: "Спасите, помогите, грабят, убивают, насилуют!" Авось среди белого дня кто-нибудь и кинулся бы на помощь.
   Дик сначала покраснел как перезрелый помидор, затем побледнел, после чего совершенно неожиданно для меня громко и от души расхохотался. Хлопнул моего брата по плечу, одобрительно пробурчав что-то насчет того, что кишка у него не тонка. И разговор между ними продолжился в совсем другом русле, намного более приятном и дружеском. К слову, окончательная цена за поставку нужных мне трав и прочих ингредиентов составила меньше трети от начальной.
   На этом воспоминании я вздохнула и тряхнула головой, силясь сосредоточиться на настоящем. Ладно, пора возвращаться в реальность, пусть она сурова и жестока.
   Я сидела в старом продавленном кресле, сжимала в ладонях огромную чашку горячего шоколада, в который брат щедро добавил настойки валерианы, и отстраненно наблюдала за тем, как Рочер в бешенстве метался по лавке, лишь каким-то чудом избегая столкновений со шкафами, чьи полки так и ломились от всевозможных скляночек и баночек.
   -- Сволочь, урод, негодяй, мерзавец! -- сыпал он проклятьями, меряя шагами небольшое, в сущности, помещение. -- Да как он посмел! Найду и убью! Задушу собственными руками!
   -- Поменьше экспрессии, любезный! -- неожиданно прервал его незнакомый мужской голос. -- Негоже так говорить в присутствии того, кто расследует преступления.
   Рочер резко остановился и с вызовом поднял голову, вперившись взглядом в того, кто осмелился его прервать.
   Я в свою очередь тоже с интересом посмотрела на нового визитера своей лавки.
   На пороге стоял высокий мужчина лет тридцати пяти в одежде строгого черного цвета. На лацкане камзола была приколота серебряная бляха с изображением меча. Ага, доблестный страж правопорядка пожаловал. Но вообще, странно. Я полагала, расследовать попытку ограбления, к тому же с треском провалившуюся, поручат какому-нибудь мелкому следователю, дослужившемуся всего до медного знака отличия.
   Однако в следующий момент из-за спины незнакомца выступил Дейк, и я невольно улыбнулась. Все понятно. Старший брат воспользовался связями, решив помочь любимой и единственной сестренке.
   -- Что-то долго, -- хмуро проговорил Рочер, кивнув брату.
   Долго? Я с искренним изумлением вскинула брови. Я вообще удивлена, что Дейк каким-то образом прознал о случившемся и пришел сюда. Неужели слухи так быстро расходятся по Бристару? И ведь живем-то не в провинциальной глуши, а в столице нашего славного королевства под названием Скалигор. Хотя, скорее всего, Рочер воспользовался заклинанием вызова. Помнится, не так давно хвастался, что целых десять штук себе прикупил на всякий случай. Кто бы знал, что этот самый случай так быстро наступит.
   -- Вообще-то, я ужинал, -- оправдывающимся тоном отозвался Дейк. -- И ужинал не один. Точнее, к тому моменту, как я получил твой вызов, мы уже переместились в спальню. Так что прошу великодушно простить меня за опоздание. И, дабы предупредить твои нападки, на эту девушку у меня серьезные планы. Было бы очень невежливо с моей стороны просто встать, одеться и уйти посередине основного действия.
   -- Тоже мне, герой-любовник нашелся, -- бросил в ответ Рочер, явно не удовлетворенный таким извинением. Но продолжать тему мудро не стал, вместо этого выжидающе уставившись на приведенного братом отважного защитника порядка и закона.
   Дейк тоже посмотрел на дознавателя. А я так вообще об него все глаза уже сломала, глазея чуть ли не в упор.
   -- Месс Беата Райчел, -- проговорил королевский дознаватель приятным чуть хрипловатым голосом, осознав, что именно на нем сейчас скрестились взгляды всех присутствующих в ожидании начала неизбежных расспросов, -- как понимаю, именно вы являете пострадавшей?
   -- Ага, -- с готовностью кивнула я, без всякого стеснения продолжив изучать его внешность.
   Стоило признать: приглашенный для расследования королевский дознаватель оказался весьма симпатичным мужчиной. Темные, чуть волнистые волосы подчеркивали аристократическую бледность его лица, а вот глаза были ярко-синими, словно смотришь в весеннее безоблачное небо. Но окончательно покорили меня ямочки на его щеках. Так и представляю, как заразительно он улыбается.
   Но сейчас, понятное дело, ни о каких улыбках не могло идти и речи. Дознаватель очень серьезно и прямо посмотрел на меня. И под его внимательным взглядом мне невольно стало стыдно и за свой покрасневший от недавних рыданий нос, и за опухшие от слез глаза, и за встрепанное нечто на голове, больше напоминающее истерзанное ветрами воронье гнездо.
   -- Извините, -- буркнула на всякий случай я.
   Дознаватель с иронией вскинул бровь, словно удивлялся, за что я вздумала просить у него прощения.
   -- Для начала позвольте представиться, -- проговорил он, холодно глядя на меня сверху вниз. -- Меня зовут Лоренс Вигорд.
   Вигорд? Теперь уже мои брови сами собой поползли на лоб. Вообще-то, ветвь Вигордов принадлежала к королевскому древу. Но разве может обычный дознаватель, пусть даже дослужившийся до серебряной бляхи, быть родственником самому королю -- Грегору Второму?
   В этот момент я словно услышала, как в моей голове повернулись ржавые шестеренки. О, кажется, я что-то припоминаю. Несколько лет назад, когда я еще училась в Академии, все столичное население было взбудоражено новостью о том, что младший брат короля -- его высочество Винсент -- неожиданно заявил, будто у него имеется внебрачный сын. Пикантности ситуации придавало то, что в законном браке у принца не было детей. Его жена, Матисса, неделями постилась и днями напролет простаивала на коленях в главном соборе перед алтарем богини-матери. Но небеса так и не благословили этот союз ребенком.
   После признания принца его жена куда-то пропала. По слухам она удалилась в какой-то горный монастырь, не выдержав известия об измене мужа.
   Неужели передо мной непосредственный участник тех малоприятных событий и родной сын принца Винсента? Но почему его высочество позволило своему единственному ребенку службу в качестве королевского дознавателя? Точнее сказать, почему его ребенок вообще вынужден работать? Среди аристократии подобное считается дурным тоном. Если ты вхож в высший свет, то пей, развлекайся, заводи интрижки, в общем -- живи в свое удовольствие. Как моя мать, например. Она, конечно, не дворянка, но приближена к этому кругу. Так сказать, дама полусвета, хотя сама терпеть не может это определение.
   Наверное, мои мысли слишком явственно отразились на моем лице, поскольку Лоренс неожиданно скривился так сильно, будто отведал незрелого яблока. Затем с нарочитым вызовом скрестил на груди руки.
   -- Расскажите, что тут произошло! -- потребовал он. Теперь дознаватель смотрел на меня так сурово, что невольно напомнил грабителя. Правда, у того глаза были темно-карие, но в них тоже не было ни капли жалости ко мне.
   -- Меня попытались ограбить, -- честно ответила я.
   -- Ясно, -- процедил сквозь зубы дознаватель, вряд ли удовлетворенный столь лаконичным сообщением. Глубоко вздохнул и продолжил чуть мягче: -- Как думаете, встречались ли вы с этим человеком прежде?
   -- Не могу сказать точно, поскольку он был в маске. -- Я пожала плечами. -- По крайней мере, голос его я не узнала.
   -- И почему же ограбление провалилось? -- продолжил расспросы Лоренс, и теперь в его тоне прозвучало нескрываемое любопытство. -- Неужели грабителя спугнули?
   -- Нет. -- Я покачала головой. -- Мне... Мне повезло. Я отвлекла его внимание и выплеснула в лицо ковш с приворотным зельем. А затем огрела его по голове этим самым ковшом.
   -- О! -- с восхищением выдохнул Лоренс. -- Облить грабителя приворотным зельем -- это... хм-м... оригинально. Надеюсь, после этого он не пал перед вами на колени и не принялся умолять стать его женой?
   Я поморщилась от язвительной насмешки, прозвучавшей в тоне дознавателя. Сдается, он из тех, кто не верит в любовную магию. Правильно делает, вообще-то. Истинные чувства обычно сильнее любых чар и заклинаний. Но все-таки это не дает ему повода смеяться надо мной. И в конце концов, я ведь жертва! Мог бы быть чуть-чуть повежливее.
   -- Мне чудится в ваших словах сарказм, который совершенно неприемлем в этой ситуации, -- холодно произнесла я. -- Да, я выплеснула в лицо этому гаду приворотное зелье, но не потому, что желала влюбить его в себя, а потому, что оно первым попалось мне под руку.
   -- Я искренне восхищен вашей отвагой и находчивостью, месс Беата, -- произнес в ответ Лоренс, и в его глазах опять зажегся насмешливый огонек, будто его чем-то весьма развеселила моя жалкая попытка дать ему отповедь. -- И я рад, честное слово, очень рад, что негодяй получил по заслугам. Просто...
   И он замялся, явно в последний момент одумавшись и не желая продолжать.
   -- Что -- "просто"? -- Я приподнялась со своего места, чувствуя, как в груди все опять начинает клекотать от гнева.
   Ох, как же меня раздражало, когда в моем присутствии начинали критиковать мою профессию! Мол, я зарабатываю на жизнь тем, что вешаю лапшу на уши доверчивым горожанам, и большинство моих снадобий можно смело выливать в помойное ведро. Благо, если вреда от них не будет, а уж пользы так точно не стоит ждать.
   Чаще всего подобные ядовитые замечания мне приходилось выслушивать именно от мужчин, обладающих магическим даром, пусть даже значительно уступающим моему. И почему-то особенно бесило их то, что я обычно готовила именно приворотные зелья. Одно словосочетание "любовная магия" заставляло вроде бы спокойных и уравновешенных людей в мгновение ока превращаться в язвительных циников. Знаете, сколько шуточек я в свое время наслушалась, когда была еще студенткой? И хоть бы одна смешная среди них попалась! Нет, сплошь одни скабрезности и пошлости, как будто студентки нашего факультета целью всей жизни видели затащить в постель как можно больше мужчин.
   -- Что -- "просто"? -- повторила я и невольно сжала кулаки. Наверное, я слишком переволновалась за этот день, поэтому высказывание Лоренса послужило последней каплей. И слова сами полились из моего горла. Я даже не задумывалась о том, что говорю, желая выплеснуть душившую меня злость: -- Вы, господин хороший, должно быть, считаете, что я страдаю ерундой и по сути являюсь такой же преступницей, что и этот мерзавец грабитель? Только он пытался в наглую забрать у меня деньги, а я веду тонкую игру, обманом выманивая их у честных людей? А быть может, вы думаете, что я получила по заслугам? Или даже жалеете, что этот мерзавец все-таки не успел забрать деньги?
   -- Беата! -- рыкнул на меня обычно спокойный и рассудительный Дейк, -- а ну -- прекрати истерику! Понятное дело, ничего подобного Лоренс не думает. И вообще, могла бы поблагодарить его за то, что он взялся расследовать это дело. Обычно он такими пустяками не занимается. А заодно и мне скажи спасибо.
   -- Спасибо! -- фыркнула я. -- Огромное спасибо, что господин дознаватель все-таки согласился выполнить свою работу и найти преступника! Я просто-таки поражена таким вниманием к моей скромной особе. Или мне еще на колени бухнуться?
   -- Беата! -- процедил сквозь зубы Дейк и смущенно оглянулся на Лоренса. -- Да что за муха тебя сегодня укусила?
   -- А нечего намекать, что моя профессия -- суть что-то позорное! -- рявкнула я. -- В конце концов, любовная магия разрешена законами нашего государства!
   -- Если при этом не используются заклинания, подавляющие волю, -- чуть слышно добавил Лоренс.
   Я гневно сверкнула на него глазами. Естественно, я ничем подобным не занимаюсь! Демоны, да я даже дурман-травой из-под полы не приторговываю, чем грешат многие владельцы лавок подобного толка. Самой противно, до чего я законопослушная особа!
   -- Да с чего ты вообще решила, что Лоренс тебе намекал на что-то подобное?! -- Дейк аж подпрыгнул от возмущения, пропустив мимо ушей его последнее замечание. -- Он просто улыбнулся тому, что грабитель умылся приворотным зельем. Но это же в самом деле забавное совпадение!
   -- Месс Беата, -- в этот момент произнес Лоренс. -- Простите, если я сказал что-то, что вас обидело. Я в самом деле не имел в виду ничего дурного. Однако, согласитесь, будь ваше зелье по-настоящему приворотным, то этот мерзавец не покинул бы вашу лавку, а долго и упорно объяснялся бы вам в любви.
   Я аж скрипнула зубами в ответ на такое заявление. Эх, жаль, что я не могу как следует треснуть спасительным ковшиком уже этого нахала!
   -- И я действительно не верю в любовную магию, -- продолжил Лоренс и на редкость противно ухмыльнулся.
   -- А не желаете ли вы отведать моего приворотного зелья? -- неожиданно даже для себя вдруг предложила я.
   Понятия не имею, почему это у меня вырвалось. Вообще-то, если быть откровенными, то как такового приворотного зелья у меня в лавке не было. Имелась некая подозрительная субстанция с неизвестными магическими свойствами, которую, говоря откровенно, не стоило бы давать представителю власти. А то еще отравится ненароком, а мне отвечать. Но я и не рассчитывала, что Лоренс согласится на мое предложение. Скорее, начнет юлит, а то и вовсе рассмеется, заявив, что сейчас не время и не место для практических демонстраций. Какой же дурак по доброй воле примется рисковать на пустом месте. Мало ли что я добавляю в свои снадобья.
   -- А давайте! -- с внезапным азартом воскликнул Лоренс.
   -- Лоренс, право слово, ну что ты как мальчишка! -- попытался урезонить его Дейк. -- Моей сестре сегодня и так сильно досталось, а ты...
   -- Я просто желаю как можно скорее завершить эту глупейшую тему и приступить наконец-таки к расследованию, -- бросил в его сторону Лоренс. После чего потянулся, словно разминаясь перед поединком, и сухо спросил меня: -- Ну и где это ваше оружие массового поражения, месс?
   Наверное, в этот момент мне надлежало отступить. Извиниться за свое поведение и вернуть разговор в надлежащее русло. Но от обиды на дознавателя у меня даже губы задрожали. Не веришь в любовную магию -- и не верь ради богини-матери. Но как-то очень некрасиво высказывать все это в лицо девушке, которая зарабатывает себе на жизнь именно этим видом искусства невидимого. К тому же нашел время и место, чтобы продемонстрировать свои убеждения. Он бы еще бедолагу, только что потерявшего руку при несчастном случае и лежащего в луже крови, принялся учить правилам элементарной безопасности. Терпеть не могу таких типов, которые обожают высказывать свое мнение, когда оно никого не интересует!
   -- Надеюсь, ты уверена в том, что делаешь, сестренка, -- в последний раз попытался остановить нас Дейк.
   -- Еще как уверена! -- Я не позволила и тени сомнений прозвучать в своем голосе.
   Рочер в отличие от старшего брата и не думал мне мешать. По-моему, он тоже не одобрял поведения Лоренса. На это указывало то, как презрительно он сжал губы и какие недовольные взгляды кидал на королевского дознавателя. Но молчал, благоразумно не желая подливать масла в огонь.
   Я вышла в подсобку и щедро зачерпнула в спасший меня сегодня ковш новой порции загадочной бурды, к этому моменту окончательно остывшей. Ну что же, господин дознаватель, от всей души надеюсь, что после этого эксперимента вы будете долго страдать от расстройства желудка! Надеюсь, это научит вас уважительно отзываться о чужих профессиях.
   -- Прошу, -- сухо сказала я, вернувшись и протянув порцию зелья дознавателю.
   -- Поклянитесь, что вы не добавляли туда крысиного яда, -- неловко пошутил тот, видимо, запоздало сообразив, что наш спор зашел слишком далеко.
   -- Желаете отказаться от проверки? -- ехидно спросила я и с нескрываемым превосходством усмехнулась, говоря тем самым -- так я и знала.
   Господин дознаватель аж в лице переменился от моего замечания. Побледнел, свирепо сверкнул синими глазами, буквально выдрал из моих рук ковш и одним глотком осушил его, не пролив и капли. После чего застыл, крепко зажмурившись.
   Он стоял без движения так долго, что я забеспокоилась. С одной стороны, безусловно, хорошо, что он не упал и не начал биться в предсмертных конвульсиях. Но с другой -- как-то это все очень подозрительно. Спрашивается, чего он ждет? Если ничего не произошло, то поднял бы на смех меня прямо сейчас.
   -- На вкус как обычная вода, -- в этот момент глухо проговорил Лоренс и наконец-то посмотрел на меня.
   Я украдкой поежилась. Зрачки у господина дознавателя настолько расширились, что занимали почти всю радужку. И это было... пугающе. По всей видимости, зелье на него все-таки подействовало. Иначе с чего вдруг он так уставился на меня, словно впервые увидел?
   Тем временем пауза все длилась и длилась. Господин королевский дознаватель продолжал разглядывать меня со все возрастающим интересом, а я молчала, чувствуя себя неловко под его изучающим взором.
   -- Как ты себя чувствуешь? -- наконец, обеспокоенно спросил Дейк, когда тишина в комнате сгустилась до таких пределов, что ее так и тянуло разорвать отчаянным криком.
   -- Как я себя чувствую? -- повторил Лоренс, странно растягивая окончания слов. -- Нормально, вроде бы. Только в голове все как-то перепуталось. Подожди, мне надо собраться с мыслями.
   После чего без спроса бухнулся в то кресло, где совсем недавно сидела я. Сгорбился, положил локти на колени и спрятал в раскрытых ладонях лицо.
   Так прошла еще минута. Господин королевский дознаватель не подавал никаких признаков жизни, замерев в кресле подобно мраморной статуе, а на его устало поникшей голове скрестилось сразу три взгляда -- мой и братьев.
   Неожиданно Дейк сделал шаг ко мне, крепко схватил за локоть, видимо, опасаясь, что я могу сбежать, и зло зашипел на ухо:
   -- Ты чего натворила? Нашла, кому и как демонстрировать свое магическое мастерство! Ты хоть знаешь, кто это?
   -- Знаю! -- огрызнулась я. Если честно, я сама жалела, что затеяла все это. В конце концов, Лоренс был не первым, кто отнесся с откровенным скепсисом к моему роду занятий, и, увы, вряд ли будет последним. Могла бы и промолчать. Но что сделано -- то сделано. И я продолжила, злясь на брата за то, что он притащил сюда именно этого высокомерного и нахального дознавателя: -- А зачем ты вообще привел его сюда? Не мог найти кого попроще и не с таким гонором?
   -- Вообще-то, я хотел помочь тебе, -- раздосадованно фыркнул в ответ Дейк. -- Этот урод-грабитель осмелился напасть на мою сестру! Да я весь город на уши поставлю, но найду его и оторву ему... -- На этом месте Рочер, который успел подобраться ближе к нам и заинтересованно слушал нашу перебранку, внушительно кашлянул, видимо, сообразив, каким будет продолжение фразы. Дейк на неуловимый миг замялся, после чего завершил угрозу явно не так, как планировал: -- В общем, найду его и все ноги оторву. Ну и прочие конечности заодно. И кто, как не королевский дознаватель высшего уровня, способен мне помочь в этом? Да Лоренс при желании накроет всю столицу поисковой сетью, и тогда поимка этого негодяя будет вопросом ближайшего часа. Откуда мне было знать, что ты начнешь грубить ему?
   -- Я не грубила, к тому же он первый начал, -- вяло попыталась я оправдаться, почувствовав, как мои щеки начинают гореть от заслуженного упрека. Подумала немного и добавила: -- И вообще, предупреждать надо! Откуда мне знать, что Лоренс -- птица настолько высокого полета?
   -- А бляху его ты не рассмотрела? -- язвительно спросил Дейк, явно не желая проявить снисхождения к своей провинившейся сестре.
   -- Я думала, она серебряная, -- буркнула я, после чего еще раз посмотрела на нее, но на сей раз внимательнее.
   Н-да, ошибочка вышла. Серебро не имеет такого глубокого блеска. Выходит, что белое золото. А это в свою очередь означает, что Лоренс, по сути, дознаватель наивысшего уровня, подотчетный только королю. И берется исключительно за дела, которые имеют государственную важность.
   Но с другой стороны -- разве могла я предположить, что братец водит знакомство с такими людьми? Промолчу о том, что не понимаю, почему в таком случае Лоренс согласился помочь ему. Это все равно, что короля заставить свиней пасти. Я, конечно, не свинья, и пасти меня не надо, но сравнение, надеюсь, понятно.
   -- А как вы вообще познакомились? -- негромко осведомилась я, пытаясь таким образом перевести разговор на менее опасную тему.
   -- Долгая история. -- Дейк покачал головой и добавил с откровенной насмешкой: -- И она явно не предназначена для твоих юных девичьих ушей.
   Я недовольно хмыкнула. В очередной раз убеждаюсь, что мой старший брат -- та еще заноза. Вот зачем он так сказал? Видимо, хочет, чтобы я принялась канючить открыть сию великую тайну, угрожая в противном случае погибнуть от любопытства в самом расцвете сил.
   И я бы, наверное, так и поступила, но в этот момент Лоренс пошевелился, отлепил от лица ладони и принялся растирать виски.
   -- Кажется, мне лучше, -- глухо проговорил он.
   -- Быть может, вам водички налить? -- смущенно предложила я и тут же осеклась, осознав, насколько двусмысленно это прозвучало в свете недавних событий.
   -- Спасибо, но я сегодня вашей милостью, месс Беата, напился от души, -- с сарказмом отозвался Лоренс, поднял голову и посмотрел на меня.
   Теперь его зрачки были совершенно нормального размера, и я с невольным облегчением вздохнула. Фух, все в порядке! Однако стоит признать: поволновалась я изрядно. Не думаю, что гибель внебрачного сына принца Винсента в лавке пошла бы на пользу моей деловой репутации.
   -- Я тут подумал и решил, -- продолжил тем временем Лоренс. -- Полагаю, лучше всего будет, если месс Беата проведет сегодняшнюю ночь в моем доме!
   Причем сказано это было таким властным беспрекословным тоном, что я аж подавилась от этого известия. Сдавленно закашлялась и сурово посмотрела на Дейка. Неужели мой старший братец, обладающий более чем странным чувством юмора, подговорил своего приятеля разыграть меня? Да ну, это было бы слишком жестоко. Шутки шутками, но на меня ведь действительно напали! Не думаю, что визит грабителя тоже оказался спектаклем. Иначе я собственноручно удушу этого белобрысого негодяя, вздумавшего довести меня до сердечного приступа своей жестокой и совершенно не смешной выходкой.
   Однако Дейк с таким удивлением воззрился на Лоренса, что я мгновенно выкинула эти мысли из своей головы. Нет, такое изумление невозможно сыграть. Он в самом деле не ожидал от приятеля ничего подобного.
   -- Полегче, дружище, -- ворчливо подал голос Рочер. -- Я, конечно, понимаю: мою сестренку боги внешностью не обидели, но ты как-то уж слишком резво начал. Или зелье все-таки мозги затуманило?
   Бледные щеки Лоренса окрасились легким румянцем то ли гнева, то ли смущения. Господин дознаватель встал, выпрямившись во весь свой немалый рост, и я внезапно заметила, что он выше даже Дейка. А я, наверное, ему вообще по грудь.
   -- Как верно заметил Дейк, я действительно могу накрыть весь город поисковой сетью, -- важно заметил Лоренс, и настал через краснеть уже моему старшему брату, который понял, что наши перешептывания были услышаны. Но дознаватель не обратил на это ни малейшего внимания, продолжив: -- Полагаю, это будет наилучшим выходом для сложившейся ситуации. Насколько я понял, месс Беате пришлось некоторое время побыть в одном весьма тесном помещении с грабителем, естественно, не по своей воле. Но это в некотором роде облегчит мне задачу. Я сниму с нее ментальный слепок грабителя и выясню, где он скрывается.
   Последнюю фразу я поняла с трудом. Что такое -- ментальный слепок? Почему этот самый слепок грабителя будут снимать с меня? И как это поможет в поисках?
   По всей видимости, недоумение слишком явственно отобразилось на моем лице, поскольку Лоренс презрительно хмыкнул и произнес, обращаясь ко мне:
   -- Дейк обмолвился, что вы закончили Академию. Полагаю, такие предметы, как поисковая магия, вам не преподавали?
   -- Нет, -- процедила я сквозь зубы.
   -- Оно и видно, -- фыркнул Лоренс с таким высокомерным видом, что мне немедленно захотелось огреть и его ковшом по голове.
   Как же он меня раздражает! Это просто немыслимо! Ну Дейк, выскажу я тебе еще парочку "ласковых" за то, что притащил столь невыносимого типа мне на помощь.
   -- В таком случае я не буду тратить время на объяснения, -- продолжил Лоренс и снисходительно, словно маленькому ребенку, мне улыбнулся. -- Все равно это бессмысленно. Никто из вас ничего не поймет.
   Я с такой силой сжала кулаки, что ногти до боли впились в ладони. Ладно, все хорошо, Беата. Пусть этот тип найдет грабителя, иного тебе от него и не нужно. А потом ваши дороги навсегда разойдутся. И оно к лучшему. Надеюсь, у Дейка хватит ума сделать так, чтобы я с его другом больше никогда не встречалась.
   -- Ты можешь снять ментальный слепок с Беаты и здесь, -- неожиданно проговорил Дейк. -- К чему тебе тащить ее к себе домой?
   Лоренс хорошо владел своей мимикой, но все-таки не удержался и досадливо поморщился. Почему-то вопрос моего брата ему не понравился. Создавалось такое впечатление, что по какой-то причине Лоренс не хотел давать объяснений своему решению. И я вся обратилась в слух, пытаясь понять, какими резонами руководствовался дознаватель на самом деле.
   -- Снятие слепка достаточно длительный процесс, -- медленно проговорил он, будто на ходу подыскивал оправдания. -- Он может затянуться далеко за полночь. А дома, как говорится, и стены помогают. К тому же после этого мне придется покинуть месс Беату и отправиться в погоню. Полагаю, лучше, чтобы при этом она осталась в хорошо защищенном от вторжения извне месте. Мало ли, вдруг грабитель вздумает вернуться, испугавшись, что месс Беата узнает его при случае.
   -- Пусть только попробует, -- буркнул Рочер и нарочито принялся засучивать рукава с мстительной радостью на лице. -- Вообще-то, я и не собирался оставлять сестру сегодня одну. Вот будет приятный сюрприз для меня, если этот гад решит опять заглянуть на огонек!
   -- И все-таки я предпочитаю заниматься сложными заклинаниями дома! -- заупрямился Лоренс. -- Мне нужна полная тишина и сосредоточенность. И только дома я могу расслабиться в нужной степени! Так что это не обсуждается. Если желаете, чтобы уже к утру негодяй был пойман -- то месс Беата должна пойти со мной. Иначе я не обещаю скорого и благополучного окончания расследования.
   После столь яростной тирады Лоренс с вызовом сложил на груди руки, поочередно глядя на нас.
   Говоря откровенно, это предложение меня в восторг не привело. Напротив, на глаза навернулись слезы. Я-то хотела как можно скорее выпроводить всех, после чего подняться в свою спальню, которая располагалась вместе с моим рабочим кабинетом на втором этаже этого же здания, и завалиться спать в обнимку с любимым плюшевым котиком. Смешно, наверное, прозвучит: двадцатидвухлетняя дылда спит с мягкой игрушкой. Но в свое оправдание могу сказать, что я беру котика с собой в постель лишь в тех случаях, когда у меня был по-настоящему тяжелый день. Например, после предательства жениха я спала с игрушкой целый месяц. Но ведь не брать мне Барсика с собой в дом этого высокомерного дознавателя! Он обязательно спросит, зачем я тащу с собой игрушку, и когда узнает ответ -- будет долго смеяться надо мной.
   Дейк и Рочер озадаченно переглянулись, затем, не сговариваясь, вопросительно посмотрели на меня. По всей видимости, это означало, что именно мне предстоит принять решение.
   -- Уверяю вас, месс Беата, ваша честь и достоинство никоим образом не пострадают от одной ночи, проведенной в моем доме, -- добавил Лоренс, видимо, вспомнив о правилах приличия, принятых в обществе.
   -- Хорошо, -- пробурчала я, все еще испытывая определенные сомнения. -- Если так нужно для расследования -- то я готова на эту жертву.
   Глаза Лоренса неожиданно вспыхнули обжигающей радостью. Я озадаченно нахмурилась, не понимая, почему это он так реагирует на мое согласие.
   Впрочем, королевский дознаватель тут же опустил голову, скрывая в тени лицо. Я тяжело вздохнула. Наверное, показалось.
   По всему выходило, что сегодняшняя ночь у меня только начиналась. Но, надеюсь, самое страшное уже позади.
   Эх, если бы тогда я знала, как крупно ошибалась, наивно полагая, что в доме королевского дознавателя мне не грозит никакая опасность!
  

***

   -- Чувствуйте себя, как дома!
   Я скептически вздела бровь в ответ на столь любезное предложение местера Лоренса и повертела головой, изучая обстановку гостиной его жилища.
   Кстати, Рочер все рвался отправиться с нами, дабы проследить за ходом магического эксперимента. Видимо, все-таки переживал за мою честь. Но Лоренс так решительно воспротивился этому, что невольно зародил во мне неприятные подозрения. Но почти сразу я усилием воли выкинула эти мысли из головы. Да ну, чушь какая! Не думаю, что от пары глотков моего приворотного зелья местер Лоренс настолько воспылал ко мне страстью, что решил завлечь к себе домой и там надругаться. К тому же не стоит забывать, что человек, выпивший приворотное зелье, не становится агрессивным. У него просто повышается сексуальное влечение к той особе, которая будет рядом с ним в этот момент. Это во-первых. А во-вторых, как королевский дознаватель высочайшего уровня Лоренс наверняка является великолепным и очень сильным магом. Полагаю, даже если мое чудо-снадобье и подействовало на него, то он наверняка давным-давно должен был нейтрализовать это воздействие.
   И вот теперь я стояла посереди роскошной гостиной и тоскливо озиралась по сторонам, словно угодила в самую настоящую темницу.
   Стоило признать, местер Лоренс любил жить на широкую ногу. На пороге его огромного -- в три этажа -- дома, более напоминающего замок в миниатюре, нас встретил спокойный молчаливый дворецкий, который с глубоким поклоном принял мою легкую накидку. Затем он проводил нас сюда и негромко осведомился у хозяина дома, не стоит ли подать ужин. Местер Лоренс вопросительно посмотрел на меня, но я отрицательно мотнула головой. Меньше всего на свете я хотела сейчас сидеть напротив этого язвительного типа и вести светскую беседу в перерывах между переменами блюд. К тому же я не уверена в безукоризненности своих манер. Еще прицепится к тому, что я неправильно вилку с ножом держу. Лучше поголодаю немного. Для фигуры полезнее будет.
   Однако к моему удивлению Лоренс все-таки приказал подать закуски и вино. Дворецкий неслышно покинул гостиную, а я принялась шагами нервно мерить комнату, то и дело путаясь каблуками в густом пушистом ворсе ковра. Н-да, стоит быть аккуратнее. А то еще упаду и разобью себе нос на потеху этому дознавателю.
   Решив так, я остановилась напротив шкафа и с преувеличенным вниманием принялась изучать корешки наверняка очень дорогих книг, выставленных на обозрение гостей. Ишь, названия какие мудреные! "Практические способы применения сканирующих заклинаний", "Боевая магия -- где заканчивается грань самообороны и начинается убийство", "Кое-что о природе Бога-демона"...
   На этом названии я споткнулась и мысленно присвистнула. Ого, какие философские вопросы, однако, интересуют господина королевского дознавателя! Если мне память не изменяет, то эта книга числится среди категорически не рекомендованных к изучению. А местеру Лоренсу хватает смелости, я бы даже сказала -- наглости, держать ее там, где любой может увидеть, как наплевательски столь высокое лицо относится к высочайшим запретам.
   -- На моей памяти вы первая гостья, которая заинтересовалась содержимым моих книжных полок.
   От этой фразы, вкрадчиво прозвучавшей прямо мне на ухо, я смешно подпрыгнула на месте, с величайшим трудом удержавшись от испуганного взвизга. Сердце сначала рухнуло в пятки, потом подскочило к горлу и лишь затем вернулось на свое законное место, колотясь так сильно, будто пыталось пробить ребра изнутри.
   -- Вы испугали меня! -- обвиняюще воскликнула я, обернувшись к Лоренсу.
   Тот стоял так близко, что я едва не отпрянула, но тут же сообразила, что позади меня шкаф. Наверное, будет весьма забавно смотреться со стороны, если я начнусь пятиться, пока не упрусь спиной во что-нибудь.
   -- Простите, я не хотел, -- извинился Лоренс, но при этом на его губах заиграла улыбка, доказывающая, что он совершенно не переживает по этому поводу.
   Я скептически хмыкнула и опять повернулась к книгам, хотя это стоило мне определенного усилия. От осознания непозволительной близости Лоренса по моему позвоночнику табуном промаршировали ледяные мурашки: сначала в одну сторону, а потом и в другую. И внезапно я рассердилась на себя. Да что со мной такое? Ну стоит этот наглец так близко, что я чувствую на своем затылке его дыхание. Ну и что из этого? Ведь не собирается он меня обнять, право слово!
   Стоило мне так подумать, как Лоренс легонько провел тыльной стороной ладони по моей правой руке -- начиная от плеча и заканчивая запястьем. От этого легчайшего прикосновения мельчайшие волоски на моей коже встали дыбом.
   -- Что вы себе позволяете? -- сухо спросила я, не рискуя повернуться к наглецу. Как-то не готова я оказаться лицом к лицу с ним.
   -- Вам нравится моя коллекция книг, месс Беата? -- проигнорировал мой вопрос Лоренс и вновь дразняще погладил меня, на сей раз по левой руке.
   Неполную минуту я размышляла, не дать ли ему пощечину. Но потом решила принять правила навязанной игры. В конце концов, он пока не перешел за невидимую грань дозволенного. Кто знает, может быть, в высшем свете принято вести непринужденные беседы подобным образом.
   -- Она весьма занимательна, -- хрипло ответила я. Кашлянула и продолжила более твердо: -- Особенно если учесть наличие в ней запрещенных книг.
   -- Запрещенных книг? -- В голосе Лоренса послышался отзвук затаенного смеха. Интересно, и что такого веселого я сказала? А дознаватель пренебрежительно ткнул пальцем в книгу под названием "Применение подавляющих волю заклинаний при допросах", после чего спросил: -- Вы об этом?
   Я невольно передернула плечами. Н-да, стоит отметить, что у господина дознавателя весьма оригинальный вкус. Его библиотека действительно потрясает. И чем больше я узнаю характер и привычки местера Лоренса -- тем меньше он мне нравится.
   -- И часто вам приходится заниматься этим? -- полюбопытствовала я, упорно стараясь не обращать внимания на прикосновения дознавателя. Он положил обе руки на мои плечи, большими пальцами поглаживая шею.
   -- Что именно вы имеете в виду? -- вопросом на вопрос ответил он. -- Часто ли я читаю? Да, есть за мной этот недостаток.
   Я скрипнула зубами. Ну что за человек! Ведь прекрасно понял, о чем я его спрашивала на самом деле, но предпочитает доводить меня. Интересно, какие цели он при этом преследует? Или это его обычная манера общения? В таком случае искренне сочувствую его друзьям и близким!
   -- Вообще-то я спрашивала у вас, часто ли вам приходится применять заклинания, подавляющую волю, -- проговорила я.
   -- Только при допросах, -- насмешливо отозвался дознаватель. -- Потому что, милая моя, как вы прекрасно знаете, магия, искажающая сознание, находится под строгим запретом.
   Я кисло поморщилась. Теперь я уже "его милая". Если так пойдет и дальше, то я незаметно превращусь в "лапочку" или "дорогушу". Ух, терпеть не могу все эти сюсюкательные прозвища!
   -- Во-первых, я не ваша милая, -- буркнула я и решительно повела плечами, намекая тем самым, чтобы Лоренс убрал от меня свои руки.
   Однако тот в ответ лишь крепче сжал пальцы, да так сильно, что я приглушенно ахнула. Ох, по-моему, я рискую обзавестись целой россыпью синяков.
   -- Вы делаете мне больно! -- с возмущением заявила я.
   -- А вы не сопротивляйтесь, -- хладнокровно посоветовал Лоренс, но свою хватку ослабил. Я не успела этому обрадоваться, как его руки скользнули мне на талию, и он прижал меня к себе.
   -- Прекратите немедленно! -- потребовала я.
   Я хотела, чтобы это прозвучало грозно и внушительно, но в голосе помимо воли проскользнули истерические слезливые интонации.
   Да что за день-то сегодня такой неудачный? Сначала меня чуть не лишили всего честно заработанного, а теперь выяснилось, что дознаватель, который взялся за это дело, для полноты счастья оказался озабоченным типом. Или на него все-таки подействовало мое приворотное зелье?
   К моему величайшему удивлению, Лоренс послушался меня. Он мгновенно убрал руки с моей талии и даже сделал шаг назад. Теперь я могла безбоязненно развернуться, не опасаясь уткнуться носом в его грудь. Что, собственно, я и поторопилась сделать.
   Я стояла и угрюмо разглядывала ковер, опасаясь лишний раз посмотреть на Лоренса. Мало ли что еще взбредет ему в голову. Дознаватель тоже молчал. Надеюсь, он сгорает от стыда, сообразив, что вел себя как последняя скотина!
   -- А что во-вторых? -- вдруг мягко спросил он.
   Я не удержалась и вскинула на него удивленный взгляд, правда, тут же опустила глаза, досадливо цокнув языком. Н-да, судя по улыбке, Лоренс не испытывает и капли раскаяния.
   -- Вы сказали, что, во-первых, вы не моя милая, -- напомнил Лоренс, заметив недоумение на моем лице. -- А что во-вторых?
   -- А во-вторых я пришла в ваш дом с определенной целью, -- холодно сказала я. -- Я, конечно, не такой специалист по всевозможного рода заклинаниям, как вы, но здравый смысл подсказывает мне, что чем больше времени пройдет от момента моей встречи с грабителем -- тем тяжелее вам будет получить так называемый ментальный слепок, что бы это ни значило. Поэтому почему бы не прекратить разговоры ни о чем и не заняться делом?
   -- Неплохое предложение, -- кивнул Лоренс все с той же раздражающей усмешкой. -- Если вы так того желаете, то давайте займемся делом.
   Из его уст это прозвучало даже угрожающе, и я на всякий случай напряглась, ожидая, что он продолжит свои приставания. Но Лоренс приглашающе взмахнул рукой, указав мне на одно из кресел, установленных полукругом перед камином.
   -- Располагайтесь поудобнее, -- проговорил он. -- И расслабьтесь. Если желаете, я налью вам немного вина. Готовьтесь, что ближайшие полчаса вы должны будете сидеть и не шевелиться.
   Я мазнула взглядом по столику, стоящему около кресел, и невольно нахмурилась. Сейчас на нем стоял поднос с фруктами, бутылкой вина и двумя бокалами. Но когда я зашла в гостиную -- его не было. Стало быть, кто-то из слуг поторопился выполнить распоряжение хозяина. И наверняка при этом он стал свидетелем того, как последний проявляет ко мне весьма недвусмысленные знаки внимания. Вот демоны! Поздний визит молодой девушки, вино при разговоре, ночевка в доме... Эдак любой решит, что у меня любовная связь с этим господином-задавакой.
   Кстати, интересно, а самого Лоренса не смущают слухи, которые могут пойти после этого вечера? Конечно, господа, вхожие в высший свет, редко стесняют себя всяческого рода условностями. Матушка говорила мне, что считается неприличным, если мужчина из этого круга не имеет любовницы. Это своего рода признак статуса. Ну как большой дом и наличие слуг. Если же кто-либо держится в стороне от подобных развлечений, то о нем быстро начинают ходить скабрезные шуточки, мол, променял любовь женщин на крепкие и далеко не всегда дружеские объятия мужчин. Однако если Лоренс играет по этим правилам -- то девушке, которая является его спутницей жизни на сегодняшний момент, может очень не понравиться, что он завел какие-то шашни с посторонней. А возможно, он вообще помолвлен. Тогда невеста будет в ярости. Любовницы любовницами, но несколько месяцев перед свадьбой, отведенные для подготовки к торжеству, считаются чуть ли не священным. Даже завзятые ловеласы ведут себя в это время прилично, предпочитая отыграться за вынужденный период целомудрия после брачного ритуала. Все равно развод в нашей стране практически невозможно получить. Особенно женщине.
   -- А вы не боитесь за свою репутацию? -- брякнула я, заняв предложенное кресло.
   Местер Лоренс в этот момент как раз разливал вино по бокалам, склонившись над столиком. Но его рука от моего вопроса дрогнула, и кроваво-красная жидкость пролилась мимо, моментально пропитав светлый ворс ковра.
   Я прикусила язык, ожидая, что дознаватель разразится проклятьями. Еще бы, такую вещь испортил! Вряд ли эти пятна возможно вывести даже с помощью магии.
   -- Тьфу ты, только недавно ковер менял, -- беззлобно ругнулся Лоренс и посмотрел на меня, явно не испытывая особого огорчения по поводу случившегося. Насмешливо спросил, глядя мне в глаза: -- Извините, месс Беата, я не понял вашего вопроса. Почему я должен переживать по поводу своей репутации?
   -- Ну... -- протянула я, жалея, что вообще затронула столь скользкую тему. Спрашивается, и кто меня за язык тянул? Сейчас опять начнет издеваться надо мной. -- Просто... К слову пришлось. Согласитесь, со стороны это выглядит весьма двусмысленно: то, что мне придется остаться у вас на ночь.
   -- Очень мило. -- Лоренс фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха, будто я сказала нечто в высшей степени веселое. -- Наверное, впервые в жизни кто-то переживает о том, что обо мне скажут окружающие. Вообще-то, это вам надлежит беспокоиться, разве нет?
   -- Я имела в виду, что вашей девушке наверняка будет неприятно, -- терпеливо принялась разъяснять я, но тут же замолчала на полуслове.
   Лоренс не дал мне закончить фразу. Дознаватель неожиданно расхохотался, да так, что расплескал бокал, который как раз взял в руки. Брызги даже попали на его камзол, и Лоренс, продолжая смеяться, скинул его прямо на пол, оставшись в тонкой шелковой рубашке, заправленной в узкие темные брюки.
   Я обиженно насупилась. И чего он так веселится, спрашивается? Вопрос как вопрос.
   -- Ох, простите. -- Лоренс прекратил смеяться так же резко, как и начал. Все еще улыбаясь, налил новый бокал вина, после чего один с легким полупоклоном вручил мне, а с другим уселся напротив меня, затем с нескрываемой иронией продолжил: -- Милая моя, если вы хотели узнать, связан ли я в настоящий момент какими-либо отношениями, то могли бы спросить прямо. Раз вас интересует, есть ли у меня девушка, то честно отвечу, что в настоящий момент мое сердце целиком и полностью свободно.
   В сотый, наверное, раз за этот злополучный день я почувствовала, что краснею. И в самом деле, я как-то не подумала, что мое любопытство можно интерпретировать подобным образом. Теперь местер Лоренс, еще доброго, решит, что понравился мне.
   И он наверняка так подумал. Вон как ухмыляется, глядя на меня и грея в ладони бокал.
   -- Я не ваша милая! -- огрызнулась я, подумав, что уместнее всего в столь двусмысленной ситуации будет нападение. -- И, если честно, мне плевать, есть ли у вас девушка. Просто... Просто...
   -- Просто таким образом вы пытались завязать светскую беседу, -- пришел мне на помощь Лоренс. Отсалютовал мне бокалом и издевательским тоном добавил: -- Кстати, вы повторяетесь. Я уже понял, что вам не нравится обращение "моя милая".
   Я не знала, куда деваться под тяжестью его изучающего взгляда. И уж точно не собиралась продолжать разговор. А то брякну еще что-нибудь невпопад. Поэтому промолчала и, вспомнив о бокале в своих руках, сделала большой глоток.
   Вино оказалось крепче, чем я предполагала. Оно неожиданно сильно обожгло нёбо. Я сдавленно закашлялась, пытаясь не заляпать брызгами ворот платья, и почувствовала, как краска смущения медленно, но верно заливает не только мое лицо, но и шею с грудью. Богиня-мать, что же сегодня за день-то такой несчастливый? Ах да, кажется, я на это уже сетовала.
   -- Прошу. -- Лоренс привстал и любезно протянул мне носовой платок.
   Я с благодарностью приняла его и осторожно промокнула губы. Затем аккуратно положила на подлокотник.
   -- Спасибо, -- сухо поблагодарила я, затем ворчливо осведомилась: -- Так когда наконец-таки вы приступите к тому, ради чего я сегодня сюда пришла?
   -- Всему свое время, нетерпеливая моя, -- загадочно протянул Лоренс.
   Я тоскливо вздохнула, украдкой покосившись на окна, за которыми плескались густые чернила позднего вечера. Интересно, который час? По всему выходит, что дело движется к полуночи. Эх, неужели после настолько тяжелого дня мне еще предстоит бессонная ночь?
   -- Что же вы не пьете? -- негромко удивился Лоренс, заметив, что я отставила бокал в сторону. -- Прошу, не смущайтесь. К тому же это поможет вам расслабится.
   -- Если честно, вино слишком крепкое для меня, -- призналась я. -- Я боюсь, что оно может ударить мне в голову.
   -- Тем лучше. -- Лоренс таинственно усмехнулся. -- Поверьте, моя скромная трезвенница, чем спокойнее вы будете во время проведения сканирования, тем лучший результат я получу. Мне необходимо, чтобы в вашей голове не возникло и мысли о сопротивлении мне, даже если что-то испугает вас или заставит нервничать.
   -- Звучит угрожающе, -- с измученной улыбкой выдавила я.
   -- Если вы будете во всем подчиняться мне, то все завершится ко всеобщему удовлетворению обеих сторон, -- несколько витиевато выразился Лоренс.
   Я тихонько втянула в себя воздух через плотно сжатые зубы. Он издевается, или на самом деле не понимает, насколько двусмысленно звучат его слова? Впрочем, это риторический вопрос. Все равно отступать уже поздно и глупо. Если я попытаюсь отказаться от сканирования сейчас, то это будет выглядеть по меньшей мере странно.
   -- Что же, пожалуй, у меня нет иного выхода, как целиком и полностью довериться вам, -- с тяжким вздохом произнесла я и вновь взяла бокал.
   Лоренс дождался, пока я не осушила вино. После чего совсем тихо сказал:
   -- Поверьте, вы не пожалеете об этом.
   Я откинулась на спинку кресла, почувствовав, как от выпитого у меня начинает шуметь в голове и путаются мысли. А Лоренс встал и обошел меня со спины. Через пару мгновений я ощутила его руки на своих плечах. Но теперь у меня не было ни сил, ни желания возмутиться этому факту.
   -- Расслабьтесь, -- прошептал Лоренс, легонько массируя мои плечи. -- Вы слишком напряжены. Словно натянутая до предела тетива. Я не укушу вас, честное слово.
   Я закрыла глаза, изо всех сил пытаясь последовать совету дознавателя. Он продолжал поглаживать меня по плечам, шее, спине. Каждое такое невесомое прикосновение сначала заставляло меня вздрагивать и крепче стискивать зубы, но через некоторое время Лоренс добился-таки своего, и я обмякла в кресле. Все сильнее хотелось спать. Я с усилием моргнула раз, пытаясь разлепить слипающиеся веки, второй, а на третий так и осталась с закрытыми глазами.
   -- Вот и умничка, -- услышала я финальное, после чего мягко соскользнула во тьму небытия.
  

***

   Мне снился сон, и в этом сне был Лоренс. И Лоренс целовал и ласкал меня. Но на сей раз его прикосновения не заставляли меня чувствовать неудобство или смущение. Напротив, мне было так хорошо в его объятиях, что я искренне не желала возвращения в суровую реальность.
   "Все равно это только сон, -- лениво подумала я, обняв Лоренса за шею и со всей возможной страстью отвечая на его поцелуи. -- Поэтому я могу вести себя так, как сама того пожелаю".
   -- Я так и знал, что ты лишь носишь маску скромницы, а на самом деле совсем не такая, -- с иронией заявил Лоренс, на миг оторвавшись от моих губ.
   Я невольно напряглась. Высказывание дознавателя прозвучало слишком реально. Неужели даже во сне он продолжит насмехаться надо мной?
   Подождите-ка, во сне?
   Я попыталась сосредоточиться, хотя это было очень непросто, поскольку руки Лоренса в этот момент скользнули по внутренней стороне моих бедер вверх. На какой-то миг я задохнулась от наслаждения, когда почувствовала его пальцы там, где им совсем не полагалось быть.
   "Я не сплю! -- вдруг с ужасом поняла я. -- Богиня-мать, я действительно не сплю, а лежу в обнимку с этим невыносимым типом!"
   -- Прекратите немедленно! -- сдавленно потребовала я, упершись ладонями в его плечи и безуспешно пытаясь оттолкнуть.
   -- И не подумаю, -- нагло заявил он, после чего ловко и как-то очень незаметно перехватил оба моих запястья и прижал их к кровати.
   С одной стороны, теперь его пальцы перестали изучать самые потаенные уголки моего тела. Но с другой, еще никогда в жизни я не чувствовала себя настолько беззащитной. И его губы! Его невыносимо горячие губы уже были на моей груди.
   Я закусила губу, сдерживая невольный вздох удовольствия, когда Лоренс осторожно, словно пробуя на вкус, провел языком по ложбинке между грудей, затем накрыл губами сосок, втянул его в себя...
   -- Я вас ненавижу, -- прошептала я, изо всех сил пытаясь не сорваться на стон наслаждения.
   -- Давай так. -- Лоренс неожиданно прервал свое увлекательное занятие и с улыбкой посмотрел на меня. В полутьме спальни его синие глаза словно горели собственным светом. А маг продолжал, легонько поглаживая подушечками больших пальцев мои запястья, которые по-прежнему крепко прижимал к простыне: -- Дай мне десять минут. Если через это время ты сумеешь внятно произнести, что не желаешь продолжения -- то я остановлюсь. Идет?
   -- Местер Лоренс, вы осознаете, насколько неприемлемо ваше поведение... -- прошипела я.
   -- Отшлепаю, -- оборвал меня Лоренс. -- Как маленькую девочку отшлепаю, если еще раз позволишь назвать меня на "вы" и, тем более, "местером". И, насколько я понимаю, ты согласна с моим предложением.
   -- Нет, я...
   Но Лоренс не собирался слушать моих возражений. Он легонько чмокнул меня в нос и вернулся к тому занятию, от которого его отвлек наш спор.
   Это было похоже на самую настоящую пытку. Я искусала себе все губы в кровь, пытаясь не сорваться на стон, а возможно -- и на крик. Пульс зашкаливал, гулкими ударами отдаваясь в ушах. Я попыталась сосредоточиться на биении своего сердца, его ударами отмеряя отведенное для своеобразного эксперимента время. Но почти сразу сбилась со счета, когда Лоренс оставил в покое мою грудь и скользнул ниже, лаская живот. И от каждого его поцелуя я вздрагивала, будто меня били наотмашь.
   Теперь он не держал мои руки. Это было и не нужно. Я запустила пальцы в его густую шевелюру, совершенно позабыв все резоны, по которым мне следовало как можно скорее прекратить это безобразие. В конце концов, я давно не девственница. У меня был Дилан, правда, с ним я никогда не испытывала и сотой доли подобных ощущений.
   И вдруг Лоренс остановился. Завис надо мной на вытянутых руках, с улыбкой глядя прямо в глаза. Я чуть не заплакала, осознав, что все это может прекратиться.
   -- Ну давай же, давай! -- прошептала я и только потом осознала, что натворила. Соглашение, наше соглашение! Я должна была отказаться!
   Но было уже поздно. Через мгновение я почувствовала Лоренса внутри себя. А затем он начал двигаться, методично вбивая меня в смятые, влажные от пота простыни. Я впилась ногтями ему в плечи, обвила ногами поясницу, словно силилась слиться с ним в единое целое.
   На какой-то миг мне показалось, что я теряю сознание. Сладкая истома, постепенно нарастающая в низу живота, вдруг достигла таких пределов, что я вскрикнула. Мир закружился в сумасшедшей карусели, и мое тело само собой выгнулось в объятиях Лоренса.
   Задыхаясь от взрыва эмоций, я откинулась на подушки. Лоренс медленно опустился рядом, собственническим жестом накрыл ладонью мою грудь и о чем-то глубоко задумался.
   Наслаждение уходило, а вместо него пришли разочарование и стыд. Я прерывисто вздохнула, осознав, что только что произошло. Наверное, моя матушка была бы мною довольна. Еще бы, в первый же день знакомства угодила в постель потомка королевского рода! Вот только некогда я дала себе зарок, что лучше буду голодать или же возьмусь за самую грязную работу, чем пойду по стопам месси Леонеллы Райчел, которая волею богов произвела меня на свет.
   Чувство раскаяния, нахлынувшее на меня, было таким острым, что я невольно сжала кулаки. Затем резко села, прижав к груди одеяло и старательно не глядя в сторону Лоренса.
   -- Ты чего? -- удивился тот и тоже приподнялся. -- Что-то случилось?
   -- Случилось, -- глухо отозвалась я. -- Мне надо идти, местер Лоренс.
   А через мгновение я, взвизгнув, вдруг оказалась в воздухе. Это Лоренс обхватил меня поперек талии и одним рывком бросил обратно на постель. Правда, теперь я лежала на животе, а он восседал сверху, не давая мне перевернуться.
   -- Я предупреждал, что отшлепаю тебя, если посмеешь еще раз назвать меня местером? -- зловещим тоном вопросил он. -- А я всегда выполняю свои обещания!
   -- Отпустите меня! -- заверещала я, силясь переменить столь унизительную позу. -- Немедленно! И вообще, я ненавижу вас! Как вы посмели!.. Вы, вы!..
   Я захлебнулась в словах, силясь придумать как можно более унизительное определение этому самоуверенному, наглому, беспринципному типу. Ну спасибо, старший братец, что послужил сводником для своей единственной сестры!
   -- Ай-ай-ай, -- укоризненно протянул Лоренс и снисходительно погладил меня по пояснице. -- Кажется, кое-кто очень плохо уяснил предыдущий урок. Ну что же, я терпелив, готов повторять его снова и снова. Особенно для такой очаровательной ученицы.
   Я озадаченно молчала, чувствуя тяжелое тепло его ладони на своих ягодицах. Неужели действительно отшлепает? Но тогда я не знаю, что с ним сделаю! Я...
   В этот момент мне стало не до рассуждений и мысленных угроз, потому что Лоренс нагнулся и лизнул меня в шею.
   -- Начнем, пожалуй, -- прошептал он мне на ухо. -- В этот раз, уверен, я справлюсь быстрее. Помнишь условия? Если через пять минут ты прикажешь мне остановиться -- то я остановлюсь.
   И ведь справился, наглец! Через пять минут я действительно была готова умолять его продолжать, и думать забыв о том, что собиралась бежать из этого дома, сломя голову.
   А еще через пару уроков я все-таки оставила свой вежливый тон и научилась называть господина дознавателя по особо важным делам просто Лоренсом. Рассвет я встретила в его объятиях. И, уже засыпая, я почувствовала, как он поцеловал меня в лоб, негромко прошептав при этом:
   -- Ну надо же. А ведь это приворотное зелье на самом деле работает!
  

***

   Я проснулась от солнечного лучика, который удобно пригрелся на моей щеке. Щурясь, приоткрыла один глаз, но тут же зажмурилась снова, когда на меня навалились события прошлого вечера и, особенно, ночи. Я и Лоренс! Я и внебрачный сын принца! О небо, как же низко я пала! Я ведь ничего не знаю про него. Представляю, что он обо мне думает. Наверняка считает одной из ушлых девиц, которые готовы прыгнуть в постель к любому, лишь бы обзавестись богатым покровителем.
   Сгорая от раскаяния, я повернулась на другой бок и бросила быстрый взгляд на соседнюю подушку, ожидая увидеть спящего Лоренса. Но королевского дознавателя в постели не было. И я с явным облегчением перевела дыхание. Значит, момент неприятного объяснения откладывается.
   Стоило мне так подумать, как в дверь осторожно постучались. Ну и кто это пожаловал по мою душу? Надеюсь, в комнату не ворвется разъяренная подружка Лоренса, жаждущая поквитаться со мной за измену своего избранника? Я прежде не участвовала в подобного рода разборках, но не сомневаюсь, что ничего хорошего или увлекательного в них нет, потому совершенно не желаю исправить сие упущение.
   В этот момент стук в дверь повторился, и я выбросила из головы эти мысли. Нет, если бы сюда действительно заявилась подружка Лоренса, то она не стала бы смиренно дожидаться дозволения войти. Скорее, ворвалась бы без предупреждения и сразу же вцепилась мне в волосы.
   -- Войдите! -- крикнула я, повыше подтянув одеяло и готовая к любой неприятной неожиданности.
   Дверь немедленно приоткрылась, и на пороге предстала пожилая степенная женщина в строгом синем платье и чепчиком на голове в тон ему.
   -- Месс Беата, -- сурово и, как мне показалось, с легкой ноткой осуждения в голосе проговорила она, -- местер Лоренс просил разбудить вас. Полагаю, вы не будете иметь ничего против завтрака.
   Против завтрака? Пожалуй, не буду. Вчера я так и не поужинала, а ночь выдалась для меня весьма активной и насыщенной на события. Я негромко хмыкнула себе под нос. Одно радует -- голодной меня из дома не выкинут, сначала накормят.
   -- А где сам местер Лоренс? -- поинтересовалась я.
   -- Ему пришлось рано отбыть на службу, -- еще более неприветливым тоном ответила служанка. Помолчала немного и с явной неохотой добавила: -- Но он очень просил вас дождаться его.
   Вот, значит, как. Если честно, я полагала, что Лоренс дожидается меня в обеденном зале, а его вообще нет дома. Пожалуй, оно и к лучшему. Демоны с этим завтраком! В самом деле, не умираю я ведь с голода, вполне способна потерпеть до собственного дома. Зато если я уйду прямо сейчас, то тем самым избегу неприятного разговора с Лоренсом. А в том, что эта беседа последует, я практически не сомневалась. Наверняка он начнет объяснять мне, что все произошедшее было ошибкой. Мол, он потерял голову от приворотного зелья. И вообще, это я во всем виновата. Разве может столь важная особа встречаться с обычной девушкой? Я сама должна понимать, что из нашей связи ничего путного не выйдет. Провели со взаимным удовольствием одну ночь вместе -- и хватит. Возможно, Лоренс подарит мне какую-нибудь безделушку, которая будет напоминать мне о нем и его щедрости.
   Я беззвучно застонала, в красках представив себе этот разговор. О нет, я не желаю терпеть подобного унижения! Поэтому будет лучше, если я покину сей дом до возвращения господина королевского дознавателя.
   -- Благодарю за любезное предложение, но я вспомнила, что у меня есть срочные дела, -- буркнула я, старательно не глядя на неприветливую служанку. Почему-то мне казалось, что она крайне неодобрительно восприняла мое присутствие в постели местера Лоренса и наверняка в настоящий момент весьма нелестного обо мне мнения. Кашлянула и продолжила, стараясь, чтобы мои слова прозвучали как можно более спокойно и равнодушно: -- Будет лучше, если я как можно скорее покину этот дом.
   -- Думаю, что вы правы, -- хмуро ответила служанка, тем самым лишний раз подтвердив мои недавние мысленные рассуждения о том, как она ко мне относится на самом. -- Помочь вам одеться?
   -- Спасибо, я сама как-нибудь, -- вежливо отказалась я.
   Служанка не стала настаивать. Она вежливо склонила голову, показывая, что услышала меня, круто развернулась на каблуках и покинула комнату.
   Тотчас же я вскочила на ноги. Путаясь в покрывале, которым стыдливо прикрывала свою наготу, принялась метаться вокруг кровати, разыскивая свои вещи.
   Платье я обнаружила на кресле. К моему удивлению, оно было не скомкано, а висело на спинке, аккуратно расправленное. Не думала, что Лоренс будет утруждать себя такими мелочами. Рядышком стояли мои туфли, а на подлокотнике я обнаружила и чулки.
   Процесс одевания не занял у меня много времени. Спустя несколько минут я крадучись выскользнула из комнаты и остановилась, пытаясь сориентироваться.
   По всей видимости, спальня Лоренса находилась на одном из верхних этажей его огромного особняка. Я в некоторой растерянности посмотрела сначала налево, потом направо. В обе стороны от меня шел длинный коридор и виднелись двери, видимо, ведущие в другие комнаты. Ну и куда мне идти? Эдак и заблудиться недолго в этом лабиринте.
   -- Вам помочь?
   Я стремительно обернулась и увидела стоящего за моей спиной высокого седовласого мужчины. Помнится, именно он вчера встретил нас на пороге и принял мою накидку. Но откуда он тут взялся? Буквально только что коридор был совершенно пуст! Как он сумел так быстро и незаметно ко мне подобраться?
   -- Вы напугали меня! -- обвиняюще воскликнула я, чувствуя, как отчаянно колотится мое сердце.
   -- Простите. -- Слуга продолжал спокойно и прямо на меня смотреть, при этом в его голосе я не уловила ни тени раскаяния или смущения.
   Я невольно передернула плечами, ощутив, как по моей спине пробежал ледяной колючий холодок. Чудной он какой-то. А глаза такие темные, что я при всем желании не могу разглядеть зрачков. И чем дольше я всматривалась в этот мрак, чем больше мне было не по себе. Почему-то мелькнуло сравнение с хищным зверем, который выжидающе наблюдает за мной, ожидая моего неминуемого промаха.
   -- Вы бы не могли проводить меня к выходу? -- вежливо попросила я, решив повременить с выводами и не сходить с ума раньше времени. А то эдак решу, будто среди слуг Лоренса затесался самый настоящий оборотень.
   -- Насколько я помню, хозяин очень хотел, чтобы вы дождались его возращения, -- вежливо проговорил слуга, глядя мне прямо в глаза.
   Сказать, что мне было не по себе в его присутствии -- значит, не сказать ничего! Я с трудом сдерживалась, чтобы не заорать в полный голос от ужаса и не рвануть от этого странного слуги куда подальше. Такое чувство, будто если я примусь настаивать на своем, то он вцепится мне в горло.
   -- Альфред! -- неожиданно услышала я окрик.
   Слуга растерянно моргнул и словно нехотя сделал шаг назад. Спрятал за спиной руки и принялся хмуро разглядывать пол под своими ногами.
   -- Альфред! -- К нам торопилась служанка, которая не так давно прозрачно намекнула мне, что мое дальнейшее пребывание в этом доме неуместно.
   Спустя несколько секунд она остановилась рядом. Почему-то встала так, чтобы я оказалась за ее спиной, хотя это выглядело по крайней мере невежливо.
   -- Это -- подруга местера Лоренса, -- твердо и чуть ли не по слогам проговорила служанка. -- И он расстроится, если с ней что-нибудь случится. Очень сильно расстроится.
   -- Она собралась уйти, -- обронил Альфред. В его устах это прозвучало чуть ли не как обвинение.
   -- Месс Беата вольна делать все, что пожелает, -- сухо ответила служанка. -- И никто из нас: ни я, ни тем более ты не вправе пытаться ее переубедить. Ясно?
   Альфред пробурчал что-то невразумительное, видимо, согласившись с доводами служанки. И принялся отступать от нас.
   Я привстала на цыпочки, выглянув из-за плеча рослой женщины, которая любезно пришла ко мне на помощь. Н-да, по-моему, у этого слуги точно не все в порядке с головой. Любой нормальный человек на его месте извинился бы и ушел. А он пятится спиной вперед, по-прежнему жадно глядя на меня. Так, наверное, голодный хищник отходит от полной кормушки, поняв, что это западня. Наилучшая демонстрация поговорки: и хочется, и колется.
   Преодолев таким неудобным образом большую часть коридора, Альфред наконец-то развернулся и скрылся в глубинах дома.
   -- Хвала богине-матери! -- шумно вздохнула служанка, и я вдруг сообразила, что все это время она почти не дышала, напряженно наблюдая за каждым движением Альфреда.
   -- С ним все в порядке? -- полюбопытствовала я, невольно проникнувшись к ней добрыми чувствами после этой крохотной сценки. -- Какой-то он... непонятный. Если честно, я даже немного испугалась.
   Служанка не торопилась с ответом. Она несколько раз сжала и разжала кулаки, затем обернулась и тяжело уставилась на меня исподлобья.
   -- Кажется, вы хотели покинуть этот дом, -- наконец, сказала она, проигнорировав мой вопрос. -- И я настоятельно советую вам не задерживаться и уж тем более не блуждать здесь в одиночестве. Если все-таки передумали и желаете дождаться местера Лоренса -- то я отведу вас в обеденный зал, куда подам завтрак. Так что выбирайте сами.
   Н-да, ничего не скажешь, любезности в этой суровой даме не наберется и с чайную ложку. Но личность загадочного Альфреда меня заинтересовала настолько, что я едва не согласилась подождать возвращения Лоренса. Возможно, у меня бы получилось разговорить дознавателя и разузнать, что не так с его слугой. Но почти сразу я отказалась от этой идеи. Нет, не хочу! Боюсь, он с порога заявит мне, что все произошедшее оказалось ошибкой и предложит все забыть. Или же снисходительно обронит, что был бы не прочь и впредь проводить со мной досуг подобным образом. Даже не знаю, какой вариант пугает и унижает меня сильнее. Так что будет лучше, если я уйду и сама сделаю вид, будто ничего не было.
   -- Проводите меня к выходу, -- с тяжелым вздохом произнесла я. -- Тут мне больше делать нечего.
   Служанка не сумела скрыть довольной улыбки, услышав мое решение. Правда, она торопливо наклонила голову, скрывая свои эмоции в тени, но было поздно. Слишком отчетливая радость была написана на ее лице. Интересно, почему я ей так не нравлюсь? А в принципе -- не все ли равно? Скорее всего, ее просто утомила бесконечная вереница подружек господина королевского дознавателя.
   В прихожей женщина подала мне накидку, и я торопливым шагом покинула дом местера Лоренса. Ну что же, будем надеяться, что на этом мои неприятности завершились, и вскоре жизнь вновь войдет в свою привычную колею.
  

***

   Лоренс Вигорд проживал в южной части города, считающейся среди населения Бристара самой престижной и отличающейся огромным количеством аллей и парков. Именно здесь предпочитали селиться наследники богатых родов и любители роскоши. Я неторопливо шла по тенистой улочке, от которой то и дело отходили подъездные дороги к великолепным особнякам. Периодически я замедляла шаг и самым неприличным образом разевала от восхищения рот, каменным истуканом замирая напротив очередных кованых ворот. Эх, мне бы так жить!
   Около одного из домов я задержалась минут на десять, не меньше. Уж очень меня очаровал особняк, выглядящий как старинный замок. Серые каменные стены вздымались вверх, невольно внушая трепет и уважение своей основательностью. Даже на приличном расстоянии я словно чувствовала, как от них веет холодом веков. Несколько башен были покрыты ярко-алой черепицей, которая пылала жарким пламенем на ярком утреннем солнце. На самой главной и высокой гордо веял стяг, но я никак не могла разглядеть изображение на нем. Первый этаж утопал в зелени плюща. А вот окна вопреки традиции не напоминали узкие бойницы крепости, а имели вполне себе обычный размер. Верно, незнакомый мне хозяин сего жилища здраво рассудил, что не стоит настолько серьезно относиться к мелочам и жертвовать удобством и красотой во имя соблюдения абсолютно всех деталей.
   Увлеченная разглядыванием особняка, я не сразу услышала, что по дороге едет карета. Фырканье лошади раздалось так внезапно и близко, что я испуганно подскочила на месте и торопливо отпрянула от ворот. А то еще решат, что я собираюсь тайком пробраться внутрь и каким-либо образом досадить владельцам сей роскошной обители. После чего небрежным жестом поправила волосы и отправилась дальше по дороге, опасаясь даже на миг обернуться и посмотреть, кто это едет. Было так стыдно, будто меня поймали на подглядывании в замочную скважину за чьими-нибудь постельными утехами.
   Между тем экипаж догнал меня. К моему удивлению кучер вдруг прищелкнул языком, и дальше лошадь, и без того не слишком торопящаяся, пошла вообще вровень со мной.
   Я невольно ускорила шаг, то и дело удивленно поглядывая на извозчика. Что он забыл рядом со мной? Молодой парень старательно делал вид, будто не обращает на меня внимания. Слишком старательно, на мой взгляд.
   Тем временем дорога сделала крутой поворот, нырнув в зеленый полумрак деревьев, которые плотно сомкнули кроны над нею. Мое волнение ощутимо возросло, когда я поняла, что странный экипаж продолжает медленно катить подле меня, даже не думая набрать ход. Ну и что все это значит? Если бы извозчик собирался спросить у меня что-нибудь -- то уже спросил бы. И спокойствия мне не прибавляло то обстоятельство, что достаточно скоро мне предстояло свернуть на небольшую и наверняка безлюдную в столь ранний час аллею. Если этот загадочный незнакомец задумал дурное -- то лучше места для нападения ему не найти.
   И в этот самый момент, когда я всерьез задумалась над тем, не сигануть ли в ближайшие кусты и не броситься ли бежать со всей мочи, кучер вдруг заговорил со мной.
   -- Доброе утро, -- поздоровался он со мной.
   От неожиданности я даже споткнулась и замерла. Посмотрела на него, и извозчик тут же растянулся в широкой приветливой улыбке, в свою очередь натянув поводья. Его лошадь недовольно всхрапнула и остановилась.
   -- Доброе, -- отозвалась я, когда осознала, что пауза затянулась до неприличия.
   Хм-м... Возможно, это кто-то из знакомых моих братьев? Приятелей что у Рочера, что у Дейка всегда было с избытком, и я даже не пыталась запомнить всех. Это объяснило бы то, что извозчик заговорил со мной. В таком случае мне повезло, что я еще не успела осуществить свое намерение удариться в бега. Представляю, как бы забавно это выглядело со стороны. Братья бы потом долго не давали мне спуска, при каждом удобном и неудобном случае припоминая столь вопиющее проявление трусости с моей стороны.
   -- Хорошая сегодня погода, -- продолжил незнакомец болтовню ни о чем.
   Я посмотрела на ясное безоблачное небо, лазурью просвечивающееся через кружево листьев. Пожала плечами и кивнула. Действительно, неплохая. Потому я и люблю май: уже тепло, но до изнуряющей жары летних месяцев еще далеко. И можно гулять в свое удовольствие сколько угодно, не выстукивая зубами звонкую дробь от холода и не обливаясь потом от зноя.
   -- Куда-нибудь торопитесь? -- продолжил разговор извозчик.
   А вот это была уже наглость. Ему-то не все равно, откуда и куда я иду? С какой стати мне давать ему отчет?
   -- Не ваше дело, -- буркнула я, даже не постаравшись хоть немного смягчить свой тон.
   -- Простите, пожалуйста. -- Незнакомец опять заулыбался, ни капли не обидевшись на меня, и я насупилась пуще прежнего. Ну вот, теперь я чувствую себя так, будто на пустом месте окрысилась на хорошего человека. А извозчик уже продолжал нарочито участливым тоном: -- Я, наверное, кажусь вам наглецом, который только и знает, что приставать к девушкам. Но вы показались мне такой расстроенной, что я захотел немного приободрить вас. Что-то случилось? Вас кто-то обидел?
   Я скептически кашлянула. И как, интересно знать, он разглядел выражение моего лица, если карета догнала меня, а не ехала навстречу?
   Опять вернулось чувство опасности, улегшееся было, когда извозчик начал разговор. Я украдкой огляделась, но дорога в этот утренний час словно вымерла.
   -- Ох, извините! -- Извозчик вдруг негромко рассмеялся, будто сообразил, что ляпнул нечто в высшей степени неуместное. -- Я опять веду себя как неотесанный деревенщина! Никак не могу привыкнуть, что в большом городе никому ни до кого нет дела. Уже однажды участвовал в драке, поскольку одному молодому задире показалось, что я пристаю к его девушке. А я всего лишь пытался узнать, почему она плачет.
   После этого неловкого объяснения я немного расслабилась. Ах вон оно что! Мой разговорчивый новый знакомый просто совсем недавно прибыл в столицу из какой-нибудь глухомани. В таком случае это объясняет, почему он пристает к совершенно незнакомым людям. Еще не понял правила игры, принятые в большом городе: ни к кому не лезь с расспросами, если не желаешь получить по слишком любопытному носу.
   -- Хотя тот негодяй тоже пожалел, что связался со мной! -- завершил свою историю извозчик и горделиво выпрямился. -- Будет знать, как девушек до слез доводить!
   -- Спасибо за беспокойство, но у меня все в порядке, -- мягко проговорила я, не желая выслушивать его дальнейшее бахвальство.
   После чего отправилась дальше по дороге, здраво рассудив, что больше нам разговаривать не о чем. Надеюсь, удовлетворив любопытство, извозчик вернется к своим делам и отправиться дальше, оставив меня в покое.
   -- Постойте! -- неожиданно окликнул меня он.
   Я со свистом втянула через плотно сжатые зубы воздух и обернулась к нему. Ну что еще он желает узнать? Неужели еще не понял, что я не собираюсь изливать перед ним душу?
   Кучер уже соскочил с козел и в один гигантский шаг догнал меня. Я невольно попятилась, но он остановился на достаточном расстоянии и опять улыбнулся, будто всерьез собрался очаровать меня.
   Я устало вздохнула, не собираясь поддаваться чарам этого незнакомца. Хватит с меня любовных приключений! Теперь еще долго приходить в себя буду. Хотя стоит признать очевидное -- парень симпатичный. Когда улыбается, а делать это он явно любит, то на его щеках появляются симпатичные ямочки. Волосы такие черные, что отливают в синеву. И темно-карие глаза.
   Я невольно нахмурилась, внимательно взглянув на незнакомца. Его глаза были мне почему-то знакомы. Такое чувство, будто совсем недавно я уже смотрела на него.
   -- Месс Беата, мне очень жаль, что приходится так поступить с вами, -- внезапно проговорил молодой человек и виновато пожал плечами.
   "А откуда вы знаете, как меня зовут?" -- хотела я удивленно спросить, но вопрос не успел сорваться с моих губ.
   В следующее мгновение я обнаружила, что смотрю на пустое место. Незнакомец так быстро скользнул за мою спину, что я не уловила этого размытого движения. И тут я поняла, почему мне показались знакомы глаза извозчика. Грабитель, который вчера ворвался в мою лавку! Он тоже словно перетекал с места на место с непринужденной грацией хищника.
   Мысли заметались в моей голове перепуганными птицами, я открыла было рот, собираясь завизжать во всю мощь своих легких. Но что-то мягкое прижалось к моему лицу, не давая мне сделать и вздоха. Секунда, другая -- и я обмякла в крепких объятиях негодяя, заставшего меня врасплох.
   "Как же глупо вышло", -- последнее, о чем я подумала перед тем, как вокруг расплескалась благословенная тьма обморока.
  

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

В ПЛЕНУ

   Я очнулась со страшной головной болью. Некоторое время я лежала, не торопясь открыть глаза и чувствуя, как в висках пульсирует кровь. Одно радовало: это доказывало, что я еще жива. По всей видимости, мерзавца, напавшего на меня, спугнули, и он не довел задуманное до печального финала. И, успокоенная этим предположением, я рискнула бросить вокруг себя быстрый взгляд.
   Эта попытка, впрочем, окончилась сокрушительным провалом. На какой-то жуткий миг мне показалось, что голова сейчас взорвется от боли. В глазницы словно вонзили раскаленные спицы, которые медленно поворачивались, пытаясь доставить мне как можно больше страданий. И я тихонечко застонала, как никогда ранее жалея себя.
   -- Вам плохо? -- вдруг с искренней тревогой спросили у меня.
   Этот голос был слишком хорошо знаком мне. Грабитель! Тот самый негодяй, который подстерег меня на пустынной дороге и пытался задушить! Почему-то я совершенно не сомневалась, что он собирался убить меня, а затем бросить мое бездыханное тело в придорожные кусты, видимо, испугавшись, что иначе я сумею опознать его. А теперь выходит, что у него имеются на меня совсем иные планы, и сейчас я нахожусь в его полной власти. Ох, даже не хочется думать, для чего я ему понадобилась!
   -- Не шевелитесь, -- продолжил тем временем похититель, и что-то божественно холодное и влажное опустилось на мой пылающий лоб. -- Скоро все неприятные ощущения пройдут. Потерпите немного.
   Я едва не замычала от блаженства, почувствовав, как стальной обруч боли, туго сжавшийся вокруг моей головы, начал медленно ослабевать. Но просто лежать и ждать невесть что было выше моих сил. И я опять рискнула открыть глаза.
   На сей раз все прошло не в пример лучше. Конечно, на какой-то миг я опять ощутила усиление головокружения и тошноты, но больше мне не казалось, что неведомый садист пытается выдавить голыми руками мне глаза.
   В комнате, где я находилась, было темно. Лишь на прикроватном столике теплилось оранжевое пламя одинокой свечи. Но даже от этого скудного света мои глаза заслезились. Я несколько раз моргнула, стараясь как можно быстрее привыкнуть к этому, и с нескрываемой опаской уставилась на мужчину, который сидел подле меня.
   Тот, заметив, что я смотрю на него, со знакомой уже доброжелательностью подмигнул мне и убрал с моего лба уже нагревшуюся тряпку. Нет, ну надо же какой лицемер! Чуть не убил меня, а улыбается так, будто ничего не случилось.
   -- Что вам надо от меня? -- сухо спросила я. -- Где я? Зачем вы меня похитили?
   -- Стоп-стоп-стоп! -- оборвал поток моих вопросов негодяй и шутливо вскинул руки вверх, будто сдаваясь. -- Не торопитесь, месс Беата. У нас будет еще много времени, чтобы все обсудить. Вы себя еще плохо чувствуете. Давайте немного отложим разговор.
   -- Заметьте, я себя плохо чувствую исключительно по вашей вине, -- ледяным тоном отрезала я. -- Поэтому не юлите и выкладывайте все, как есть!
   Мерзавец вдруг негромко рассмеялся. Я обиженно насупилась, не понимая причин внезапного и, мягко говоря, неуместного веселья. И что такого смешного я сказала?
   -- Простите, -- извинился парень, заметив, что я угрюмо смотрю на него. -- Простите, месс, мою реакцию! Но вы так смешно сдвинули брови, когда приказывали мне все рассказать вам. Будто старались напугать меня.
   Я досадливо поморщилась, уловив в его словах резонный упрек. Мол, не слишком ли ты много себе позволяешь, дорогуша?! Тебя похитили, а ты тут распоряжаться вздумала.
   -- Для начала позвольте представиться, -- продолжил молодой человек, все еще храня в уголках губ озорную усмешку. -- Меня зовут Нико.
   -- Хотела бы я сказать, что мне приятно слышать ваше имя, -- огрызнулась я. -- Но, увы, это не так.
   -- Волею случая вы оказались в моей скромной обители, -- продолжил Нико, сделав вид, будто не услышал моей дерзости. -- Надеюсь, вам у меня понравится.
   -- Да что вам от меня надо?! -- не выдержав, воскликнула я в полный голос.
   Приподнялась было, намереваясь соскочить с кровати, но тут же с приглушенным возгласом рухнула обратно на подушки. От необдуманного резкого движения у меня перед глазами все опасно потемнело в преддверии скорого обморока, а в висках вновь застучал молот боли.
   -- Пожалуй, я пойду. -- С этими словами Нико встал и отвесил мне глубокий поклон. -- Как вижу, мое присутствие заставляет вас нервничать и волноваться, а вам необходим покой. Поговорим позже.
   После чего опять поклонился и отправился к двери.
   -- Стойте! -- заполошно закричала я в его спину. -- Немедленно остановитесь! Не смейте уходить, не объяснившись.
   До меня донесся сдавленный смешок Нико. Я не могла видеть его лица, но не сомневалась, что сейчас он смеется, позабавленный моими криками.
   -- Ах вы... -- Я замялась, пытаясь подобрать как можно более обидное определение этому гаду и не слушая слабый шепоток разума, убеждающий меня не оскорблять похитителя. А то вдруг рассердится и решит отыграться. В плену охватившего меня гнева запустила подушкой ему в спину.
   Пустое! Мгновением ранее Нико скрылся за дверью, о которую и ударился мой своеобразный метательный снаряд.
   В этот момент я так ненавидела этого наглеца, что готова была рвануть за ним, догнать и надавать пощечин. Да что там, я даже попробовала встать, правда, почти сразу была вынуждена сесть обратно, а затем и вовсе легла, уткнувшись лбом в простынь и мелко дыша при этом, словно жестоко побитая собака. Благо, что хоть не заскулила.
   Достаточно скоро боль улеглась до таких пределов, что ее можно было терпеть. Я повернулась на спину и невидяще уставилась в потолок. Хм-м, интересно, а почему я себя так плохо чувствую? Как будто меня не душили, а огрели чем-то тяжелым по голове. И аккуратно пощупала затылок, проверяя это предположение.
   На первый взгляд все было нормально. Я не нашла ни шишки, ни ссадины, ни прочих доказательств того, что удар по голове действительно имел место быть. Оставалось еще одно объяснение произошедшему. Магия. Нико мог оглушить меня каким-нибудь заклинанием.
   Я скептически поморщилась. Да ну, чушь какая-то! Если Нико -- маг, то с какой стати ему участвовать в ограблении моей лавки? Люди, которым подвластно искусство невидимого, обычно без проблем находят законные способы применения своего дара и совершенно не нуждаются в деньгах.
   А еще мне никак не давала покоя странная манера его передвижения. Никогда прежде я не встречала людей, которые умели бы буквально растворяться в воздухе с тем, чтобы через миг возникнуть у тебя за спиной.
   Естественно, долго на кровати я не улежала. Да и как тут отдыхать, когда вокруг такие дела происходят? Если меня похитили, то бежать надо прямо сейчас. Нико наверняка считает, что я еще долго проваляюсь без движения, опасаясь лишний раз голову от подушки оторвать. Значит, лучшего момента для осуществления моего дерзкого замысла трудно придумать.
   Решив так, я смело спустила ноги с кровати. Стиснув зубы, перетерпела приступ дурноты, накативший на меня после этого. Боль глухо заворочалась в затылке, но больше не ослепляла, находясь в пределах терпимого.
   Несколько раз глубоко вздохнув, словно перед нырком в ледяную воду, я встала. До побелевших костяшек вцепилась в высокое изголовье кровати, ожидая, когда перед глазами перестанут мельтешить темные мушки. Затем осторожно двинулась к двери, напряженно прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Будет весьма обидно, если на пути к свободе я потеряю сознание. Наверняка Нико славно повеселится, обнаружив мое бесчувственное тело где-нибудь в коридоре.
   Однако пока все шло наилучшим образом. Я даже забыла о головной боли, когда обнаружила, что дверь не заперта. Вот везение так везение! Нико точно подумал, что я не буду геройствовать, а выполню его распоряжение и покорно улягусь спать. Ну что же, оно и к лучшему.
   Сердце испуганно колотилось где-то в горле, когда я выскользнула прочь из комнаты. На какой-то жуткий миг показалось, что здесь притаился Нико, который наверняка жестоко накажет меня за своеволие. Но нет, вокруг было тихо. Через окно в дальнем конце коридоре виднелось пламенеющее всеми оттенками красного небо. Я нахмурилась, пытаясь сориентироваться во времени. Я покинула дом Лоренса утром, когда солнце уже встало. Неужели сейчас закат? Но тогда получается, что я была без сознания целый день! Как долго!
   "Интересно, мое исчезновение уже заметили? -- невольно подумала я. -- Или Дрейк с Рочером решили, что я весело провожу время в компании с Лоренсом, взяв незапланированный выходной в лавке?"
   Затем я вспомнила о Дике. Сегодня я должна была встретиться с ним, чтобы сделать новый крупный заказ. Ох, он наверняка в бешенстве от моего отсутствия! Теперь и думать нечего о скидке. Дик стрясет меня полную цену вплоть до последнего медяка.
   Подумав так, я яростно затрясла головой. Какие мелочи меня сейчас волнуют! Да плевать на лавку, надо собственную жизнь спасать! Кто знает, для каких мрачных и гнусных целей меня похитил этот самый Нико.
   Я крадучись двинулась к окну, полагая, что таким образом выйду к лестнице. Чтобы идти как можно тише, я скинула туфли и понесла их в руках. А что, какое-никакое, а оружие! Если что -- запущу ими в Нико, авось и попаду.
   Как и следовало ожидать, лестница была именно там, где я и предполагала. Она шла как наверх, так и вниз, и я задумчиво почесала переносицу. Ого, как-то не похоже это место на жалкую лачугу человека, вынужденного зарабатывать себе на жизнь разбоем и грабежами. Что скрывать очевидное, даже мой дом намного уступал в размерах сему жилищу. Выходит, Нико не прогадал, когда выбирал себе ремесло.
   Продолжая недоумевать все сильнее и сильнее, я, перескакивая сразу через несколько ступенек, помчалась вниз и вдруг оказалась в огромном холле, видимо, играющем роль прихожей. Тут мое изумление достигло своих пределов, поскольку роскошью это место ничуть не уступало особняку Лоренса. На полу -- пушистый ковер благородного золотистого оттенка с таким густым и длинным ворсом, что мои босые ноги утонули в нем до щиколоток. Через полуарку я видела гостиную, стены которой украшали многочисленные портреты незнакомых мне людей, выполненные в одной манере: губы сурово сдвинуты, высокие аристократические лбы нахмурены, одежда поражает богатством украшений. Ничего не понимаю! Такое чувство, будто я оказалась в доме какого-нибудь придворного! Или же Нико залез в чужое жилище, воспользовавшись долгим отсутствием хозяев? Но где в таком случае слуги, призванные следить за порядком при отъезде господ?
   -- Ничего не понимаю, -- тихо произнесла я и тут же осеклась, осознав, что повторяю недавнюю мысль.
   Впрочем, над всеми загадками надлежало подумать позже, когда я счастливо выберусь из этой передряги. Сейчас передо мной стояла одна цель: улепетывать отсюда подальше, бежать быстрее перепуганного зайца!
   Мое внимание привлекла массивная дверь, по всей видимости, ведущая наружу. Я оглядела пустынный холл, кинула еще один недоумевающий взгляд на картины, висящие в гостиной, и неслышно двинулась к ней, продолжая сжимать в потных от волнения ладонях свои туфли.
   -- Не желаете вина?
   Я вполголоса выругалась и обернулась, выискивая взглядом Нико. Правда, его голос прозвучал как-то странно: слишком хрипло, будто за время нашей краткой разлуки парень умудрился серьезно простудиться.
   За моей спиной никого не было. Только хрустальная люстра над моей головой чуть слышно звякнула, будто потревоженная сквозняком.
   Я с явным облегчением перевела дыхание. Ну надо же! Видимо, приключения двух последних дней оказались слишком сильным для меня потрясением. Вот уже и голоса всякие чудиться начали.
   Усмехнувшись своей ошибке и испугу, я опять повернулась к вожделенной двери. Но не успела сделать к ней и шага, как опять услышала чье-то осторожное покашливание.
   -- Так что насчет вина? -- повторил таинственный некто свой вопрос.
   Я так стремительно развернулась, что едва не потеряла равновесие. Опасно пошатнулась, затем попятилась, не сводя напряженного взгляда от пустого холла. Ничего не понимаю! В который раз за сегодня я это говорю?
   -- Посмотрите в зеркало, -- любезно попросил меня загадочный невидимка. -- Так и увидите меня.
   В зеркало? Что за бред? Но мои глаза против воли устремились в указанном направлении.
   Зеркало в массивной дорогой оправе стояло чуть поодаль от двери, установленное таким образом, чтобы в нем отражался весь холл. Я увидела себя -- бледную от переживаний и с растрепанными волосами. А рядом со мной стоял высокий седовласый мужчина в черном строгом фраке дворецкого.
   Наши взгляды в отражении встретились, и незнакомец приветливо улыбнулся мне.
   Я приложила ладонь ко рту, сдерживая испуганный вскрик. Посмотрела на то место, где в отражении стоял мужчина. Естественно, никого и ничего не увидела. Не веря своим глазах, протянула вперед руку, даже не пытаясь сдержать предательскую дрожь и при этом внимательно следя за происходящим в зеркале. Когда мои пальцы почти коснулись незнакомца, я резко одернула руку. Воздух словно превратился в скользкий и очень холодный кисель. Сказать, что это было неприятно -- значит, не сказать ничего.
   -- Богиня-мать! -- потрясенно прошептала я, осознав, что рядом со мной находится самый настоящий призрак.
   -- А вы смелая девушка, -- он неожиданно сделал мне комплимент. -- Не стали кричать и падать в обморок, как некоторые гостьи до вас.
   Вот как? Мои брови сами собой полезли вверх. Это что же получается: я далеко не первая, кто против воли угодил в дом Нико? Но тогда мне даже страшно представить, что случилось с моими предшественницами! Скорее всего, они нашли свой последний приют в общей могиле на заднем дворе сего зловещего особняка.
   -- Пройдемте в гостиную, -- между тем продолжил призрак. -- Там я с удовольствием предложу вам вина и закусок.
   -- Спа-спасибо, -- запинаясь, с трудом выдавила я и принялась осторожно отступать в сторону входной двери. -- Но я не голодна... И вообще, мне пора идти. Поэтому...
   К моему удивлению, никаких возражений не последовало. В отражении зеркала я видела, что призрак никуда не исчез. Он просто стоял и с язвительной ухмылкой наблюдал за моим передвижением. Хм-м, и почему у него на лице написан такой нескрываемый сарказм? Будто он предвкушает то, что последует дальше.
   Но додумать эту мысль я не успела, потому что как раз достигла вожделенной цели. Уперлась спиной в дверь и принялась слепо шарить за собой рукой, пытаясь нащупать ручку.
   К моему удивлению, это мне удалось без особых проблем. Более того, дверь была не заперта. Она любезно распахнулась передо мной.
   -- Всего доброго, -- на всякий случай попрощалась я с призраком, которого теперь не видела, потому что зеркало оказалось вне поля моего зрения. Развернулась, намереваясь бежать как можно быстрее из этого странного места, и уткнулась носом прямо в грудь Нико.
   -- Решили прогуляться? -- насмешливо поинтересовался он, в упор разглядывая меня.
   -- Угу, -- буркнула я, пятясь теперь уже от двери.
   -- Неужели так быстро передумали? -- нарочито удивился Нико, продолжая весело улыбаться.
   По-моему, он самым наглым образом издевается надо мной! Прекрасно ведь понимает, гад эдакий, что мое единственное желание -- как можно быстрее избавиться от его навязанного общества. Ан нет, продолжает упорно играть роль заботливого и доброго хозяина, словно не осознавая, что спектакль уже начинает походить на дурной фарс.
   -- Ну все, хватит! -- Я внезапно остановилась, почувствовав прилив ярости, от которой даже щеки зарумянились. -- Надоело, право слово! Немедленно отпустите меня!
   И дрожащими от злости руками принялась надевать на себя туфли. Благо, это не заняло у меня много времени.
   -- Но я вас не держу, -- возразил Нико, после чего сделал шаг в сторону и обронил напоследок: -- Если вы желаете уйти -- то прошу. Конечно, я бы рекомендовал вам не торопиться и хотя бы плотно перекусить перед дорогой. Но неволить вас не собираюсь.
   Такого поворота я не ожидала. Бросила взгляд в зеркало, намереваясь увидеть реакцию призрака, но он куда-то исчез, видимо, отправившись по своим очень важным потусторонним делам.
   -- Вы действительно меня отпускаете? -- на всякий случай переспросила я, внимательно глядя на Нико -- не мелькнет ли на его лице издевательская усмешка.
   -- Прошу. -- Он кивком указал на распахнутую настежь дверь и почтительно склонил голову, показывая тем самым, что не имеет ничего против моего ухода.
   Недоумевая все сильнее и сильнее, я с опаской сделала несколько шагов ему навстречу, готовая к любой пакости. Наверное, я бы даже не удивилась, если бы Нико вдруг зарычал зверским голосом и схватил меня. Но он наблюдал за мной все с той же безумно раздражающей доброжелательной улыбкой, не пытаясь помешать мне. Более того, даже скрестил на груди руки, словно хотел таким образом продемонстрировать, что не намерен причинить мне каким-либо образом вред.
   Не сводя с него настороженного взгляда, я быстро прошмыгнула в дверь и тут же остановилась, чувствуя, как мой рот сам собою открывается от изумления.
   Я полагала, что по-прежнему нахожусь в Бристаре, возможно, в его пригороде. Но к подобной картине была явно не готова. Всюду, куда только хватало глаз, простирался самый настоящий вековечный лес. Дом Нико стоял в окружении седых величественных елей, через кроны которых с величайшим трудом пробивались алые закатные лучи солнца. Чуть поодаль в просвете между деревьями я увидела распахнутые настежь кованые ворота, по обеим сторонам от которых стояли мраморные статуи крылатых посланников богов, выполненные с удивительным изяществом и мастерством. Увы, стоило признать, что в настоящее время эти произведения искусства находились в крайне плачевном состоянии: крылья обломаны, мечи, должные представлять карающие орудия небес, более напоминали какие-то ржавые железяки. Некогда высокий надежный каменный забор в некоторых местах обвалился, и за ним простирался все тот же глухой лес без малейших признаков близкого жилья. Правда, откуда-то доносился плеск воды.
   -- С другой стороны дом вплотную подходит к обрыву, по дну которого течет быстрая речка, скорее сказать, даже ручей, -- негромко проговорил Нико, подойдя ближе и встав за моим плечом.
   -- А далеко ли до Бристара? -- растерянно спросила я и тут же осеклась, осознав, как наивно и глупо прозвучал мой вопрос.
   В самом деле, нашла, у кого спрашивать! Нико ведь похитил меня, вряд ли он заинтересован в моем возвращении домой.
   -- Миль двадцать до южных городских ворот, -- все-таки ответил тот.
   Я развернулась и угрюмо, исподлобья, на него уставилась. По-моему, он издевается надо мной! Да, обычная лошадь без особых проблем преодолеет это расстояние за пару часов. Беда лишь в том, что я не вижу здесь ни намека на дорогу или даже тропку! Каким образом, хотелось бы мне знать, Нико сумел привезти меня сюда? Неужто тащил на руках все эти двадцать миль? Скорее всего, он лукавит, и где-то неподалеку все-таки есть деревня, где можно нанять экипаж или же оставить лошадь.
   По всей видимости, Нико без особых проблем понял причины раздражения и недоверия, отразившиеся на моем лице. Он кашлянул, затем осторожно и очень медленно наклонился ко мне, будто боялся вспугнуть неловким движением, и вкрадчиво проговорил, неотрывно глядя мне в глаза:
   -- Глубокоуважаемая месс Беата. Я еще раз повторяю, что не имею ни малейшего намерения держать вас в своем доме насильно. Если вы более не в силах терпеть мое общество, то я укажу вам примерное направление к Бристару. Если вам повезет, и вы не собьетесь с пути и не заплутаете, то действительно рано или поздно выйдете к городской стене. Но я настойчиво рекомендую вам не делать глупостей. Места здесь глухие и очень неспокойные. Неподалеку имеются, конечно, какие-то крошечные деревеньки. Даже не деревеньки, а так -- выселки в пару домов. Но молодая красивая девушка, бредущая куда-то без должного сопровождения, может вызвать у проживающих там нехороший интерес. Очень нехороший, я бы даже сказал. Да и дикие звери тут не редкость. Знаете, приятного мало повстречаться с оголодавшим после зимы медведем. Это во-первых.
   И он замолчал, должно быть, желая, чтобы все сказанное улеглось в моей голове.
   Я пригорюнилась. Было понятно, что Нико говорит совершенно серьезно и ни капли не угрожает. Да и зачем ему это, если ситуация, в которую я угодила, и без того хуже некуда?
   -- А что во-вторых? -- наконец, тоскливо спросила я, мысленно приготовившись к тому, что Нико продолжит перечислять всяческие несчастья, которые вот-вот обрушатся на мою несчастную голову.
   -- А во-вторых, неужели вам не хочется узнать, почему я выбрал для грабежа именно вашу лавку? -- Нико вдруг задорно подмигнул мне. Наклонился еще ниже, так, что наши лбы почти соприкоснулись, и очень тихо прошептал, будто опасался, не подслушивает ли нас кто посторонний: -- Месс Беата, я ведь не за деньгами пришел в вашу лавку, отнюдь не за ними. Они должны были послужить лишь для отвода глаз. Кое-кто из вашего ближнего окружения изрядно потратился, наняв меня для этого дела. Оглядитесь вокруг. Неужели вас не удивляет, что наследник древнего магического рода вдруг подался в грабители с большого тракта?
   Услышанное настолько поразило меня, что горло перехватил спазм волнения. Я несколько раз немо раскрыла рот, силясь выдавить хоть звук, но потом смирилась со своей временной немотой и вопросительно уставилась во все глаза на Нико. Ну и на кого он намекает? Неужели кто-то из моих друзей или знакомых способен на такую подлость? Да ну, бред какой-то! После окончания Академии работа в лавке забирала все мое свободное время, поэтому я растеряла всех приятельниц, приобретенных за годы учебы. Как ни печально осознавать, но в круг моего общения входят только братья и мать. Но я ни за что не поверю, что Дейк или Рочер способны на такую подлость!
   "А что насчет матушки? -- подленько вопросил внутренний голос. -- Насчет нее ты тоже готова поручиться?"
   Я досадливо поморщилась. Способна ли на такой поступок моя мать? Как ни печально осознавать -- скорее всего да. По крайней мере, я бы не удивилась этому. Оказалась ведь она некогда способна переспать с моим женихом. Но в данном случае я не могу понять, какую выгоду принесло бы ей ограбление. И если не деньги -- то что должен был забрать из моей лавки Нико?
   -- Я вижу, что вы заинтригованы. -- Нико выпрямился и снисходительно усмехнулся, внимательно наблюдая за моей реакцией на его слова. -- Ну так как? Не желаете ли задержаться на бокал вина?
   -- Вы умеете убеждать, -- проворчала я, кинув последний взгляд в зеленый сумрак леса. После чего развернулась и вновь вступила в холл, решив по доброй воле остаться в этом доме один на один с моим похитителем.
  

***

   Хвала небесам, Нико оказался достаточно прозорливым, чтобы помимо обещанного бокала вина предложить мне горячий обед. Ну, или ужин, если учитывать почти севшее солнце.
   В обеденном зале было удивительно светло для этого времени дня. Магические пластины, установленные по стенам просторного гулкого помещения, дарили ровный приятный свет. Огромный стол был накрыт белоснежнейшей скатертью и сервирован на две персоны.
   Нико был настолько любезен, что отодвинул передо мной тяжелый массивный дубовый стул с высокой резной спинкой, помогая сесть. Затем неспешно обошел стол к своему месту, взял бутылку вина и ловким движением откупорил ее, после чего щедро, от души налил в два бокала, один из которых вручил мне.
   -- За знакомство! -- провозгласил он, лукаво поглядывая на меня через переливы алого.
   Если честно, поддерживать этот тост у меня не было ни малейшего желания, но протестовать я не осмелилась. Слишком заинтриговали меня те намеки, которыми Нико щедро завершил наш предыдущий разговор. Поэтому я неохотно приподняла бокал в воздух и едва мазнула губами по его кромке, почти не попробовав предложенного напитка, после чего тут же отставила. В свое время наслушалась от братьев, что нет ничего проще, как добиться своего от девушки, перебравшей с алкоголем.
   Нико если и заметил мою осторожность, то предпочел не заострять на ней внимания, посудив, что у нас имеются более важные темы для разговора. Кстати, как раз он хлебнул из бокала с душой, одним глотком почти ополовинив его. Затем повелительно прищелкнул пальцами, и я поднесла руку ко рту, сдерживая возглас удивления. И было чему изумляться: дверь, ведущая в коридор, вдруг распахнулась, и через нее сама собой влетела фарфоровая супница.
   Округлившимися глазами я наблюдала, как невидимый слуга ловко и быстро разлил по тарелкам бульон, после чего так же стремительно удалился.
   От горячего сытного запаха поданного блюда у меня перехватило дыхание. Только сейчас я поняла, насколько проголодалась. Ладно, отложим светские беседы на потом.
   Нико оказался достаточно прозорливым и не надоедал мне вопросами и досужими рассуждениями до тех пор, пока моя тарелка не оказалась пустой. Сам он к супу почти не притронулся, лишь задумчиво крошил в блюдо хлеб, изредка поглядывая на меня. Когда я закончила, он опять прищелкнул пальцами, и картина повторилась. Сначала невидимый слуга унес наши тарелки, затем перед нами оказалось великолепнейшее жаркое, поданное в глиняных горшочках.
   Наполовину расправившись с ним, я осознала, что насытилась и готова к разговору. Решительно отодвинула столовые приборы в сторону и устремила на Нико решительный взгляд.
   -- А десерт? -- тут же поинтересовался он, предупреждая мои дальнейшие вопросы.
   Не дожидаясь моего ответа, поднял было руку, собираясь вновь вызвать таинственного помощника, но я отчаянно замотала головой.
   -- Простите, но если я съем еще хоть кусочек -- то просто лопну, -- измученно пошутила я, заметив, что Нико ждет разъяснений. Помолчала немного и вполголоса добавила: -- И лопну не только от переедания, но в первую очередь от любопытства. Сказать, что вы меня заинтриговали, значит, не сказать ничего!
   -- Рад это слышать. -- Слабая улыбка тронула губы Нико. Он несколько раз размеренно ударил пальцем по бокалу, словно задумавшись, как же начать свой рассказ, затем пожал плечами и попросил: -- Пожалуйста, окажите мне небольшую милость перед тем, как я удовлетворю ваш интерес.
   Я мгновенно напряглась, не ожидая ничего хорошего. Что ему от меня надо? Наверняка сейчас какую-нибудь гадость предложит!
   А Нико не торопился продолжать, словно не понимая, как сильно я нервничаю. Он откинулся на спинку стула, положил локти на скатерть перед собой и удобно устроил подбородок на переплетенных пальцах, разглядывая меня с ленивым интересом.
   -- Что вам от меня надо? -- наконец, устав от этой пытки неизвестностью, прямо спросила я и на всякий случай взяла в руки нож, благо, что невидимый слуга пока не убрал приборы со стола.
   Мало ли, вдруг Нико приставать начнет. Тогда я попытаюсь дать ему отпор. И буду драться до последней капли крови -- неважно, моей или его!
   -- Не пораньтесь, -- насмешливо посоветовал мне Нико, мимо внимания которого не прошел мой поступок. Я насупилась, попытавшись придать своему лицу как можно более грозное выражение, но мой собеседник лишь усмехнулся, видимо, искренне позабавленный моими гримасами, и мягко произнес: -- Месс Беата, давайте оставим все формальности и перейдем на "ты". Сколько вам лет? Двадцать, двадцать два? Я, право слово, ненамного старше и не привык к тому, чтобы меня так упорно величали на "вы". Если честно, это заставляет меня нервничать. Кажется, будто в комнате кроме нас с вами присутствует целая толпа народа.
   Подобного поворота я не ожидала, поэтому растерялась. Неполную минуту думала, потом кивнула, соглашаясь с Нико. В принципе, ничего страшного в его просьбе нет. Если ему так будет проще, то ладно. Мне и самой надоело следить за каждым словом, лишь бы не брякнуть что-нибудь невежливое.
   -- Вот и отлично! -- Нико воссиял самой радостной из всех возможных улыбок. Довольно потянулся, словно кот, объевшийся сметаной, и спросил: -- Быть может, переберемся в гостиную? Разговор обещает быть долгим, а эти стулья слишком жесткие для меня.
   И опять я кивнула. Интересно, мы когда-нибудь доберемся до сути, или Нико так и продолжить ходить вокруг да около? Почему-то у меня такое чувство, что он сам очень не хочет начинать обещанного разговора.
   Нико был настолько любезен, что опять помог мне с тяжелым стулом, отодвинув его, когда я решила встать. При этом он настолько стремительно пересек разделяющее нас расстояние, что его движения слились в одну размытую тень. Но это меня уже не удивило. Точнее сказать, в Нико было столь много странного и непонятного, что я просто устала удивляться и начала воспринимать все как само собой разумеющееся.
   Оказавшись в гостиной, я с любопытством завертела головой по сторонам, изучая многочисленные портреты на стенах. Бр-р, ну и страх! Картины были написаны с небывалым мастерством, поэтому казалось, будто все эти люди смотрят именно на меня. При этом на их лицах было изображено такое нескрываемое превосходство и аристократическая спесь, что я невольно почувствовала себя каким-то жалким червяком, осмелившимся потревожить их покой.
   -- Жутковато, правда? -- спросил Нико, после чего подошел к столику с напитками, где откупорил очередную бутылку вина, прежде небрежно обтерев ее от пыли.
   При виде такой расточительности я покачала головой. Надо же, мог бы принести прежнюю из обеденного зала. В ней оставалось никак не меньше половины. Выдохнется ведь и тогда придется вылить. А ведь это вино наверняка очень дорогое и ценное. Даже по крошечному глотку я успела оценить богатый аромат и терпкий необычный вкус напитка. Но тогда я вообще ничего не понимаю! По всему выходит, что мой новый знакомый совершенно не стеснен в средствах! Зачем тогда он залез в мою лавку? Да, он сказал, что сделал это не из-за денег. А из-за чего тогда? Мага мог бы заинтересовать какой-нибудь талисман или амулет, но я абсолютно уверена, что не обладаю ничем стоящим. Да, какая-то дребедень у меня продается, но это именно что дребедень -- по большому счету просто симпатичные вещички, которые просто приятно иметь у себя и верить в их чудодейственные свойства.
   -- Это мои предки, -- продолжил тем временем Нико, вряд ли догадываясь, какие мысли по его поводу блуждают сейчас в моей голове. Без малейшего почтения ткнул в ближайшую картину, едва не расплескав содержимое бокала, который держал в руках. -- Вот это, например, моя мать. А слева -- мой отец.
   Я заинтересованно взглянула на указанные портреты. Удивленно хмыкнула про себя, обнаружив явное несоответствие во внешности между родителями Нико и им самим. Мать -- голубоглазая блондинка, очень хорошенькая, но ее красоту портили недовольно нахмуренные брови и скорбно опущенные уголки губ. Отец -- тоже светловолосый и светлоглазый. Но неведомый мне художник запечатлел на его лице такую печать отвращения, будто в момент позирования несчастный был вынужден смотреть на самую гадкую и неприятную вещь в мире.
   -- Не похож, правда? -- Нико усмехнулся, словно прочитал мои мысли. -- Взгляни на любой портрет -- везде только блондины и блондиночки. Самый темный цвет волос, который ты найдешь на картинах, -- пепельно-русый. И тут рождаюсь я. Карие глаза, черные волосы. Скандал, да и только! И особой пикантности ситуации придавало то, что к моменту моего рождения отец отсутствовал дома целый год.
   -- И где же он был? -- невольно спросила я.
   -- Понятия не имею. -- Нико меланхолично пожал плечами и бухнулся в кресло напротив моего. -- Видишь ли, Беата, мой отец был так называемой тенью за троном. Королевским магом по особым поручениям. Его привлекали в самых щекотливых ситуациях. Чаще всего его услуги требовались, когда правящей династии угрожало чье-либо существование. Как говорится, нет человека -- нет проблемы.
   -- То есть, твой отец был наемным убийцей?! -- потрясенно воскликнула я и невольно поежилась, вновь взглянув на портрет.
   Да, теперь запечатленный на нем мужчина не казался мне привлекательным, как вначале. Гримаса отвращения превратилась в самый настоящий хищный оскал. И теперь становится понятно, почему мать Нико выглядит на картине так грустно.
   -- Суть ты уловила верно. -- Нико отсалютовал мне поднятым бокалом, затем одним глотком опустошил его, чуть поморщился и, не вставая, потянулся налить себе еще. Спустя неполную минуту он глухо продолжил, вновь откинувшись на спинку кресла: -- Естественно, в кругу друзей и родных было не принято говорить о том, каким образом он добился столь высокого положения при дворе. Знаешь, люди любят играть словами. Так убийца у них часто превращается в радетеля справедливости, но суть-то остается прежней. Мой отец, барон Этан Бриан, был палачом высшей пробы. Всю свою жизнь он посвятил изучению магии смерти. Наверное, именно поэтому он поселился в такой глуши, как можно дальше от людей. Не нравилось, поди, видеть отвращение и ужас в глазах окружающих, для которых он все равно оставался убийцей. По всей видимости, моей матери, Эмили Бриан, в девичестве Артон, тоже пришелся не по душе род его занятий. Но при заключении брака ее согласия особо не спрашивали, поскольку она принадлежала пусть и к дворянскому, но, увы, окончательно разорившемуся роду. Эмили была младшей дочерью в семье. У нее имелось еще три сестры. Естественно, о приданом речи не шло. Поэтому ее родители чуть ли не в ладоши хлопали, когда на красавицу Эмили положил глаз столь завидный жених. Да, они были, конечно, в курсе, чем именно барон Этан заслужил благосклонность короля. Но, в конце концов, кто не без греха.
   Выпалив это на одном дыхании, Нико надолго замолчал, задумчиво покачивая бокалом с вином. Я смущенно заерзала в кресле, не совсем понимая, чем заслужила подобную откровенность. Если говорить начистоту, я не очень люблю, когда передо мной начинают изливать душу. И уж тем более мне не нравится, когда это делает настолько малознакомый человек. По всей видимости, Нико ждет от меня каких-нибудь слов утешения. Но что мне ему сказать? Мол, забей, парень, история твоих родителей -- не уникальна? Считай, весь высший свет так живет. Дворяне и состоятельные горожане признают лишь браки по расчету. Деньги к деньгам, как любит говорить моя мать, когда объясняет, почему так и не вышла замуж. Ее родителям тоже нечего было предложить в качестве приданого. По крайней мере, у Эмили имелись невинность, доброе имя и, самое главное, дворянство, на что клюнул Этан. А у моей матери нет и этой малости. Лишь трое детей, рожденные от разных отцов, и сомнительная репутация дамы полусвета.
   -- Моей матери было шестнадцать, когда сыграли свадьбу, -- в этот момент продолжил свой рассказ Нико, и я отвлеклась от своих раздумий, вся оборотившись в слух. -- Через пару месяцев после этого, не успев в достаточной мере насладиться объятиями молодой супруги, Этан уехал. Так сказать, отбыл по особо важному заданию. Кто же тогда предполагал, что его не будет так долго. Матушка недолго скучала. В ее возрасте принято влюбляться и не задумываться о последствиях. Вот матушка и влюбилась в молодого горячего конюха. Будь она постарше и помудрее, то наверняка бы задумалась о средствах предохранения. Эх, если бы юность знала, если бы старость могла...
   И Нико грустно усмехнулся, в очередной раз потянувшись к бутылке за новой порцией вина.
   Теперь я начала нервничать. Если он продолжит такими же темпами, то очень быстро наберется алкоголя сверх всякой меры. А мне совершенно не хотелось остаться один на один с неадекватным пьяным парнем. Мало ли что ему в голову взбредет.
   -- Прости. -- Нико, перехватив мой недовольный взгляд, виновато усмехнулся. Подумал немного и поставил бокал на стол, решив обойтись без добавки. -- Просто... Эта история очень болезненна для меня. Пожалуй, ты первая, кому я ее рассказываю.
   -- Я очень польщена, -- сухо сказала я, гадая, чем же заслужила такую честь, от которой, будь моя воля, с величайшим удовольствием бы отказалась.
   -- Наверное, мне неловко за то, что я вломился в твою лавку и перепугал тебя. -- Нико слабо улыбнулся. Несколько раз нервно ударил тонкими длинными пальцами по подлокотнику и опять продолжил рассказывать мне невеселую историю своей семьи. -- В общем, как ты уже поняла, моя мать забеременела. Вначале она не особо переживала по этому поводу, полагая, что муж в любой момент вернется, и она сумеет обмануть супруга, до поры до времени скрыв беременность. По крайней мере, это единственное объяснение, которое приходит мне в голову, когда я пытаюсь понять причины ее странного бездействия. Можно было бы найти какую-нибудь деревенскую знахарку, которая за вознаграждение устранила бы эту проблему при помощи трав. Ведь на поздних сроках это не действует. Так или иначе, но когда барон Этан Бриан вернулся, то застал дома недавно родившую жену. Мне исполнилось две недели. Естественно, и дураку было ясно, что мой отец -- не барон Этан.
   Нико покосился на стоящий перед ним бокал вина. Видимо, это признание огнем обожгло ему горло, но выпить он все же не решился, лишь жадно облизал губы.
   -- Мой отец, уж позволю себе называть его так, поскольку официально я был рожден все-таки в браке, приехал домой поздно вечером, -- глухо произнес он, не отрывая болезненно напряженного взгляда от вина. -- Он уже знал о произошедшем. Нашлись добрые люди, поспешившие доложить ему о ветвистых рогах на голове королевского палача. Отец был изрядно навеселе. И сразу же отправился в спальню к жене. Старый добрый Томас, наш дворецкий, пытался его остановить, убедить отложить неприятное разбирательство до утра. И отец убил его.
   Нико нервно хрустнул пальцами, устремив невидящий взгляд куда-то поверх моей головы. Затем словно нехотя посмотрел на меня и со странной полуулыбкой, более напоминающей болезненный оскал, выдавил из себя:
   -- Ты разговаривала с ним. Мой верный Томас. Дворецкий-призрак, видный лишь в зеркалах.
   Мои брови после этого признания сами собой полезли на лоб. Так, значит, это мне не почудилось, и я в действительности общалась с самым настоящим привидением? Должно быть, за столом нам прислуживал не загадочный невидимка, а тот самый Томас, настойчиво предлагавший мне чуть ранее вина.
   -- Понятия не имею, как так получилось, -- произнес Нико. -- Видимо, отец в бешенстве применил какое-то смертельное заклинание. Возможно, он даже не хотел убивать верного слугу, но что вышло -- то вышло. В итоге душа Томаса оказалась навсегда привязанной к этому дому. А отец переступил через его тело и вошел в спальню перепуганной молодой жены. Та забилась в самый угол кровати и рыдала изо всех сил, прижимая к себе сына. Наверное, надеялась, что вид младенца разжалобит сурового супруга. Но она ошибалась. Барон Этан заставил ее положить младенца в колыбель, после чего убил ее. А затем и себя. Понятия не имею, почему при этом он пощадил меня. Возможно, решил, что младенец не повинен в грехах взрослых. Впрочем, что знает, что творилось тогда в его сознании, одурманенном парами алкоголя.
   Нико флегматично пожал плечами и, не выдержав, все-таки потянулся к вину, прежде виновато покосившись на меня.
   Я сделала вид, будто не заметила его взгляда, брошенного украдкой. Тяжело вздохнула и попросила:
   -- А налей мне тоже! Мне надо запить чем-нибудь крепким твою историю.
   Нико с готовностью плеснул в чистый бокал вина и протянул его мне. Наши пальцы невольно соприкоснулись, когда я брала напиток из его рук. И я подивилась тому, какими горячими они были, будто несчастный страдал от сильнейшего внутреннего жара.
   -- Ты так все рассказываешь, как будто присутствовал при этом, -- негромко проговорила я. Я понимала, что поступаю неправильно, возвращаясь к теме смерти родителей Нико, но мне никак не давали покоя белые пятна неясностей в этой жуткой трагедии.
   -- Вообще-то, присутствовал, -- с кривой ухмылкой отозвался Нико. -- А еще присутствовал Томас, который и поведал мне обо всем, когда я подрос и стал интересоваться семейной историей. Видишь ли, родители Этана погибли при странных обстоятельствах, когда тому было совсем мало лет, поэтому они не могли ничего сделать с нагулянным ребенком, официально признанным их внуком. Родителям моей матери было не с руки выставлять грязное белье погибшей дочери, не способной контролировать свою похоть. Поэтому они сделали все, чтобы не допустить скандала. К тому же до поры до времени они стали моими опекунами, то бишь, получили полный доступ к состоянию рода Бриан. Конечно, в высшем свете ходили разные слухи о гибели барона Этана и его супруги, но царствующий в то время король Грегор Первый, отец нынешнего Грегора Второго, сделал все, чтобы утихомирить общество. Не хотел, чтобы имя его верного слуги полоскали все, кому не лень. Да и мои опекуны совершенно не желали вводить меня в свет. Особенно упорствовал дедушка. Когда я достиг совершеннолетия, то понял, почему он так старался отгородить меня от окружающего мира. Не желал, чтобы кто-нибудь по доброте душевной открыл мне глаза на его пагубное пристрастие к азартным играм. Стоит ли говорить, что к тому моменту, как я получил возможность самостоятельно распоряжаться своим наследством, то от него остался полный пшик. Дом да верный призрак Томас -- вот и все, что мне досталось от родителей.
   Нико одним глотком допил вино, остатки которого еще плескались в бокале, и чуть дрожащей рукой потер лоб. Затем откинулся на спинку и замер, глядя на меня.
   По всей видимости, это означало, что он закончил свою исповедь. Однако при этом на самые главные вопросы Нико так и не ответил. Кстати, что это за имя такое? Разве так назвали бы потомка древнего рода? Скорее, оно присуще простолюдину, чем барону. Ведь, насколько я поняла, официально Нико считается сыном Этана.
   -- Так значит, ты барон, -- протянула я, внимательно наблюдая за выражением лица своего собеседника.
   -- Барон Николас Бриан, если быть точным, -- с готовностью подтвердил мои слова Нико.
   После его слов я немного расслабилась. Ну что же, это больше похоже на правду. Правда, я до сих пор не понимаю, почему Нико обладает магическим даром, если его настоящим отцом был некий безымянный конюх, а не Этан Бриан.
   -- Что еще тебя интересует? -- полюбопытствовал он. Хмыкнул в ответ на мой изумленный взгляд и пояснил: -- Ты так выразительно хмуришь брови, будто хочешь спросить еще о чем-то, но стесняешься. Давай, выкладывай все, как на духу. Обещаю говорить правду и только правду, дабы между нами не осталось никаких недоговоренностей.
   -- Ты маг? -- прямо спросила я. -- И если да, то почему? Способности можно получить только по наследству от отца или матери. Но ты сам сказал, что не являешься сыном барона Этана.
   -- А это еще одна загадка, который оставил мне мой так называемый папаша. -- Нико фыркнул себе под нос, будто мой вопрос его чем-то развеселил. -- Я действительно маг. И даже очень неплохой. Правда, в Академии не обучался. В детстве я был под строгим присмотром бабушки и дедушки, которые ни за что не выпустили бы меня из-под своего надзора, потому не допускали ко мне посторонних, способных разболтать о моих так называемых странностях. А в юности мне хватило ума не выказывать особых талантов, поскольку более всего я разбираюсь в магии смерти.
   -- Магии смерти? -- переспросила я, почувствовав, как от этого словосочетания волосы на голове у меня зашевелились от ужаса.
   -- Забавно, правда? -- Нико хохотнул, правда, веселья в этом не было ни на каплю. -- Хороший подарок мне оставил в наследство барон Этан. Томас считает, что отец, который, понятное дело, никаким отцом мне не был, передал мне свой дар перед смертью. А скорее всего, это никакой не дар, а самое настоящее проклятье.
   -- Но зачем он так поступил? -- удивленно вопросила я.
   -- Возможно, был настолько зол на супругу, наставившую ему рога, что решил хотя бы таким образом отыграться на младенце, когда понял, что убить его все равно не сможет. -- Нико хладнокровно усмехнулся. -- А может быть, хотел, чтобы я унаследовал не только его состояние, на которое, вообще-то, не имею никаких прав, но и частичку его могущества. Тяжело сказать. Однако факт остается фактом. Но помимо этого я получил так же и дневники барона. Бабушка и дедушка никогда не обращали особого внимания на то, чем я занят. Главное, чтобы под ноги не лез и не мешал их кутежам. Богатство, полученное на склоне лет, одурманило им разум, заставив пуститься во все тяжкие. Балы, приемы, азартные игры и дорогие, никому не нужные побрякушки... Они предпочли перебраться в столицу, где жизнь кипела в отличие от этого захолустья -- на много миль вокруг ни домишки. А меня оставили здесь, наняв парочку воспитателей, должных обучить меня манерам, грамоте, счету. В общем -- всему, что положено знать дворянину. Те, осознав, что присматривать за ними никто не собирается, выполняли свои обязанности из рук вон плохо. Ну хоть читать и писать научили, и то благо. Да и не задерживался у нас никто долго. Томас, как ни старался скрыть свое присутствие в доме, но нет-нет да забывался и проходил мимо зеркала. Никто не пойдет по доброй воле жить в дом с привидениями, в котором, к тому же, не так давно произошла кровавая трагедия. Поэтому большую часть времени я был предоставлен сам себе. И однажды пробрался в кабинет барона, где обнаружил настоящую библиотеку. Изучение его бумаг стало моим главным развлечением. Полагаю, его величество король Грегор понятия не имел, что его верный слуга, которому поручали самые щекотливые задания, ведет такие записи, иначе бы приказал все сжечь. Так я узнал, кем на самом деле был барон. А еще я нашел его книги по колдовскому мастерству. И потихоньку сам начал практиковаться в искусстве невидимого.
   Нико замолчал. Я вспоминала о бокале, который все это время задумчиво грела между ладонями, и с удовольствием отпила из него. Вино оказалось крепче, чем я предполагала. Пряная хмельная жидкость обожгла губы, и я едва не закашлялась. Однако сделала еще пару глотков. Удивительное дело, но после затянувшейся сверх всякой меры исповеди Нико я перестала его бояться. Теперь мне было его жалко. Воображение мигом нарисовало мне картину, как маленький, всеми оставленный мальчик, до которого никому никогда нет никакого дела, вечерами приходит в темный кабинет и при свете одинокой свечи читает запыленные дневники, где убийца описывает страшные королевские поручения. А в зеркале за спиной у ребенка отражается верный слуга, даже после смерти не покинувший маленького хозяина.
   -- Твоя история, безусловно, поражает, -- негромко начала я, осознав, что пауза затянулась до неприличия.
   По всей видимости, Нико считал, что рассказал мне все необходимое. Однако при этом ловко ушел от той темы, которая была мне по-настоящему интересна. Но если он рассчитывает, что я постесняюсь напомнить об этом -- то глубоко ошибается. Безусловно, бывает очень интересно порыться в чужом грязном белье и рассмотреть в деталях скелеты, надежно запрятанные в глубокие шкафы, но у меня есть и свои проблемы. Поэтому я на неуловимый миг замялась, после чего твердо продолжила:
   -- Но на данном этапе меня более занимает таинственная личность, которая отправила тебя в мою лавку. Кто это? Один из моих братьев? Мать?
   -- Позволь мне сначала завершить свой рассказ, -- попросил Нико.
   По всей видимости, разочарование слишком явственно отразилось на моем лице. Неужели я еще битый час буду вынуждена выслушивать долгую историю его жизни? Да, это все очень занимательно, но я не совсем понимаю, зачем мне знать все это.
   -- Не беспокойся, я почти закончил.
   Видимо, моя мимика оказалась достаточно красноречивой, и Нико с нескрываемой обидой задрал подбородок, покоробленный таким откровенным пренебрежением к его исповеди. Я немедленно усовестилась. Ну вот, он ко мне со всей душой, а я задом повернулась. Ну, фигурально выражаясь, конечно. Наверное, мне бы тоже было очень неприятно, если бы на мои откровения так отреагировали.
   -- Прости, -- искренне покаялась я. -- Конечно же, я внимательно тебя слушаю. Просто я не совсем понимаю, как все это относится ко мне.
   -- Я пытаюсь тебе объяснить, какая кривая дорожка привела меня к нынешнему образу жизни, -- глухо произнес Нико. Должно быть, я действительно серьезно задела его, поскольку в его голосе послышались непривычные стальные нотки. -- Я ведь вор, Беата. Правда, смешно? Отец был убийцей высшей категории, а сын стал вором. А еще смеем считаться потомственными дворянами. Но беда в том, что в восемнадцать лет я получил в наследство одни долги. Мои ненаглядные родственники умудрились просадить все немалое состояние барона Этана. Особенно буйствовали они в последний год перед моим совершеннолетием, видимо, понимая, что совсем скоро лишатся дармовой кормушки. Я не вмешивался. Мог бы, наверное, отправиться к королю и просить защиты, но не стал. Во-первых, престол тогда занял уже Грегор Второй, а он моего отца не знал, поэтому вряд ли бы помог его так называемому сыну. С какой стати, собственно, ему было вмешиваться в чужие семейные дрязги? Во-вторых, это казалось мне унизительным. Деньги... Что такое деньги? Пыль под ногами. Тем более, что свое состояние барон Этан заработал на крови. Я считал и продолжаю считать, что мне не нужно золото, полученное ценой человеческих жизней. А в-третьих, мне было просто интересно, до какого предела низости способен дойти мой дед, к тому моменту овдовевший. И очень скоро я убедился, что иногда самые близкие тебе люди превращаются в настоящих чудовищ. Дедушка до такой степени привык распоряжаться моим состоянием, что попытался выставить меня умалишенным. Тогда бы он стал моим пожизненным опекуном. Благо, что свои планы он имел глупость озвучить в этом доме, когда прибыл с неожиданным визитом. Разболтался за бокалом вина с лекарем, которого пригласил освидетельствовать мое безумие. Но дедушка забыл про Томаса, а скорее всего, просто никогда не верил в его существование. И верный призрак поспешил мне доложить, что лекарю уже щедро заплачено за нужный диагноз. Сначала я хотел бежать. Отсидеться где-нибудь в лесу, пока незваные гости не уедут восвояси. Но быстро понял, что такое мое поведение как раз будет свидетельствовать о правоте деда. И я принял решение применить на практике свои магические знания.
   -- Ты убил их?! -- воскликнула я в полный голос и с такой силой сжала руку, что едва не раздавила хрупкий бокал, о котором совершенно забыла. Благо, что быстро опомнилась и осторожно поставила его на стол.
   -- Нет, что ты. -- Нико негромко захихикал, позабавленный моей бурной реакцией. -- Я воспользовался заклинанием подчинения. И лекарь вынес вердикт, будто я совершенно здоров как телесно, так и душевно. Дед сам в качестве свидетеля подписал эту бумагу. Когда действие чар прошло -- уже ничего нельзя было изменить. Бумаги ушли в столицу к поверенному рода Бриан. Конечно, дед, очнувшись, рвал и метал от ярости. Пытался даже поднять на меня руку. Пришлось мне преподать ему урок. Нет, естественно, я не бил его. Но я дал ему понять, что его присутствие в этом доме более неуместно. Убедительно так дал понять. В итоге дед так поспешно уехал, что это более напоминало трусливое бегство. До вступления в наследство оставалось полгода. Я понимал, что мои родственники славно повеселятся за это время, но, как уже говорил, не особенно переживал по этому поводу. В общем-то, так оно и вышло. Стоит ли говорить, что дед так боялся новой встречи со мной, что предпочел уехать из столицы. Подался в Неполь -- портовой город на юге. Где и умер несколькими месяцами позже.
   Я кашлянула и с явным подозрением уставилась на спокойно улыбающегося Нико. Неужели он хочет сказать, что приложил к этому руку?
   -- Не гляди так на меня! -- рассмеялся тот. -- А то я сам поверю, будто являюсь чудовищем. Нет, я не имею к его смерти ни малейшего отношения. Клянусь честью! На новом месте дед умудрился наделать крупных карточных долгов. И один из разъяренных кредиторов полез на него с кулаками, желая силой выбить деньги. Дед неудачно упал -- виском прямо на угол стола. Мгновенная смерть. По крайней мере, так мне рассказали. Я в то время был слишком занят собственными делами, чтобы ехать и разбираться в произошедшем. Вроде бы, виновный понес суровое и справедливое наказание. И закончу на этом о моей семье.
   -- Давно пора, -- ворчливо пробурчала я себе под нос и украдкой покосилась в окно, за которым уже разливался сумрак позднего вечера. Ишь ты, несколько часов мне душу изливал! А до сути мы так и не дошли.
   -- Итак, в восемнадцать лет я понял, что являюсь по сути нищим, -- проговорил Нико, сделав вид, будто не услышал моей невежливой реплики. -- Поверенный рода чуть ли не плакал от жалости ко мне, когда рассказывал, как разбазаривалось состояние барона Этана. А мне хотелось смеяться от облегчения. Ведь это значило, что я не притронусь к его кровавым деньгам. Я продал столичный дом, имущество, которое еще оставалось. Это позволило мне закрыть долги деда. Себе я оставил лишь этот дом, но слуг почти сразу рассчитал. Мне вполне хватало общества Томаса. Несколько лет я жил полным отшельником. Совершенствовал свои магические навыки, продолжал изучать библиотеку отца. А затем явилась она...
   На этом месте Нико сделал внушительную паузу, и я встрепенулась, почувствовав, что мы наконец-то переходим к самому важному.
   -- Красивая, уверенная в себе, я бы даже сказал -- наглая. -- Нико криво ухмыльнулся. -- Однажды дождливым вечером она просто постучалась в мою дверь. Ильза. Странное имя. И я почти уверен, что придуманное. Я не мог не впустить ее, хотя недоумевал -- как она попала в такую глухомань. А за ужином Ильза заявила, что отныне я начну помогать ей во всем. Иначе весь высший свет Бристара узнает, что сын барона Этана унаследовал его опасный дар. А значит, рано или поздно, но меня заставят заняться тем же ремеслом. Или же убьют, поскольку владеющие магией смерти не должны спокойно разгуливать по улицам нашей мирной столицы. Я попытался применить к ней заклинание подчинения -- но потерпел крах. У нее была защита, и защита, сделанная настоящим мастером этого дела. А потом мы немного подрались.
   Мои брови сами собой взметнулись вверх. Как это -- подрались? На кулаках, что ли?
   -- Я имею в виду, магический поединок, -- снисходительно пояснил мне Нико, заметив мое недоумение. -- И она, как ни странно, одержала надо мной вверх. Я не успел сплести ни одного заклинания, как вдруг обнаружил, что лежу на полу, а Ильза сидит на мне верхом. А потом... Ну, в общем, как-то незаметно мы оказались в спальне.
   -- Ага, -- сказала я просто потому, что надо было что-то сказать. Мои щеки от такой излишней откровенности потеплели.
   -- Мне было двадцать, -- извиняющимся тоном пробормотал Нико, как будто я обвиняла его в чем-то. -- И я был девственником. Я потерял голову от страсти. А она выделывала со мной такие штуки, что...
   -- А можно без лишних подробностей? -- сварливо осведомилась я, ощущая, как краска смущения медленно, но верно заливает не только мое лицо, но и грудь.
   -- В общем, я влюбился, -- совершенно несчастным тоном подытожил Нико. -- Всерьез считал, что Ильза послана мне самой судьбой. Больше всего на свете я боялся ее потерять. Поэтому когда она предложила мне общее дело -- согласился, не задумываясь. К тому же Ильза так красочно описывала, как это будет здорово: воровать у богатых. Мол, у них и без того всего с избытком, поэтому они даже не заметят, если придется с нами поделиться.
   -- А отдавать бедным награбленное твоя подельница не предложила? -- с сарказмом спросила я, вспомнив известную детскую сказку о принце нищих, который занимался тем же.
   -- Я понимаю твою иронию, -- печально отозвался Нико. -- Но, как я уже говорил, мне было двадцать. Я был влюблен. И, говоря откровенно, мне надоело жить в бедности, ведь я знал, что достоин большего. И я согласился. К тому же мой дар магического убеждения гарантировал, что несчастные жертвы ничего не вспомнят и не заявят о происшествии.
   Нико, заметив, что я готова прервать его новым вопросом, предупреждающе поднял указательный палец, словно говоря -- терпение, скоро все сама поймешь. И я устало вздохнула, готовая выслушать очередную долгую исповедь. Н-да, стоит признать удручающий факт: чем-чем, а лаконичностью мой новый знакомый не страдает. Или он отыгрывается за долгие годы отшельничества, наконец-то отыскав слушателя, вынужденного терпеть его многословность?
   -- Целый год после этого пролетел как один миг, -- сказал Нико, нервно барабаня пальцами по своему колену. -- Все всегда шло, как по маслу. Моя подельница, как ты выразилась, была вхожа в высший свет. Она выбирала очередную жертву, намечала день, и обычно все всегда проходило без сучка и задоринки. Мы забирали золото, драгоценности. Иногда, правда, были странные случаи, когда Ильзу интересовали определенные вещи, вроде статуэток или картин. Полагаю, она выполняла чьи-то заказы, поскольку эти вещи обычно у нас не задерживались. Но я не задавал лишних вопросов. Мне было хорошо с Ильзой, и этого хватало, чтобы я полностью и во всем поддерживал ее. -- На неуловимый миг Нико запнулся. Неожиданно с силой сжал кулаки и тихо завершил: -- А в один прекрасный день она исчезла. И прихватила с собой львиную часть наших общих сбережений.
   -- О, мне жаль, -- с лживым сочувствием протянула я. На самом деле я испытала даже что-то вроде мелочного злорадства. Так ему и надо! Никогда не любила воров.
   -- Сначала я подумал, что что-то случилось, -- продолжил Нико, словно не услышав моего неловкого утешения. -- Но Ильза оставила мне записку, в которой просила не искать ее. Мол, нам было весело, приятель, но ее одолела тяга к перемене мест. Первым моим порывом было бросить все и кинуться в погоню. Я провел поисковый ритуал, который, увы, закончился полным крахом. Что-что, а заметить следы Ильза умела отлично. Кстати, этому же она научила и меня. Потом я сделал еще несколько попыток что-нибудь узнать о ней. Но везде натыкался словно на глухую стену. Как я уже говорил, ее имя было вымышленным. Оказалось, что за год она не рассказала мне о себе вообще ничего. Ну, то есть, мы много говорили, смеялись, обсуждали планы. Но всегда как-то так выходило, что это я вспоминал свое невеселое прошлое, а не она.
   -- Да ты вообще любишь поностальгировать, -- не удержалась я от очередной издевки.
   -- Возможно, -- не стал спорить со мной Нико. -- В свое оправдание лишь скажу, что я очень радовался, когда после долгих лет почти полной вынужденной немоты получил преданного и, самое главное, живого слушателя! Все-таки Томас есть Томас. Ему тяжело составить конкуренцию обычному человеку. В общем, достаточно скоро я осознал, что не знаю об Ильзе ничего. Даже не в курсе, есть ли у нее братья или сестры. Поэтому я не имел ни малейшего понятия, где ее искать. Порыпался, порыпался -- и остыл, смирившись с произошедшим.
   Я украдкой сцедила в раскрытую ладонь зевок. О небо, такое чувство, что этот разговор никогда не закончится, и я буду вынуждена вечность выслушивать душевные излияния Нико. И ведь не поторопить его никак. А то обидится и мстительно откажется просветить меня насчет истинной цели его недавнего визита в мою лавку.
   -- Несколько лет после этого я жил так, как обычно, -- проговорил Нико, в упор не замечая моего нетерпеливого покашливания и постукивания туфелькой по полу. -- Читал, гулял. Ильза милостиво оставила мне какие-то крохи денег. Этого мне вполне хватило, чтобы не думать о продуктах. А пару недель назад она вернулась. И предложила мне новое дело. Как ты понимаешь, связанное именно с твоей лавкой.
   Я восторженно подскочила в кресле, порывистым движением едва не опрокинув его. Ну наконец-то! Неужели сейчас я узнаю, что за нелегкая принесла Нико в мою лавку?!
   -- И? -- вопросительно протянула я, когда осознала, что Нико вздумал взять паузу.
   Он смотрел на меня и настолько ехидно ухмылялся, что я решила, будто на этом его рассказ, к моей величайшей досаде, завершится. А что, это было бы очень жестоко и вполне в духе злодея, похитившего меня: сначала несколько часов мучить меня слезливой историей своей жизни, вполне вероятно, что и выдуманной, а затем остановиться на самом интересном месте и жестокосердно отказаться отвечать на мои вопросы.
   -- Ты не задавала себе вопрос, почему я очутился в твоей лавке именно тогда, когда у тебя на руках была крупная сумма денег? -- спросил Нико. -- Если не ошибаюсь, сегодня ты должна была встретиться со своим поставщиком и оплатить крупный заказ. Я в курсе, потому что это должно было послужить для отвода глаз. А из этого следует еще один любопытный вывод: кто-то рассказал Ильзе, когда лучше наведаться к тебе в гости. Разве не так?
   -- И кто же это был? -- чуть ли не в полный голос закричала я. Да сколько же можно мучить меня своими туманными предположениями и намеками!
   -- А ты подумай, -- хладнокровно посоветовал мне Нико. -- Ильзу нанял кто-то из твоей семьи, это совершенно точно, поскольку иначе она не сумела бы быть в курсе твоих дел.
   Я насупилась. Ну вот, как я и предполагала, на самый главный вопрос Нико как раз и не ответил.
   -- Если не догадаешься до завтра -- то примемся рассуждать вместе, -- чуть мягче дополнил Нико, заметив, как мое лицо от разочарования вытянулось. -- Как говорится, одна голова -- хорошо, а две лучше. Ильза не открыла мне имя своего заказчика, но я не думаю, что будет большой проблемой вычислить его. Насколько я понял, твой круг общения весьма ограничен.
   -- Я рассчитывала, что после своего долгого рассказа ты отпустишь меня домой, -- кисло возразила я. -- Как-то не планировала я проводить под чужой крышей ночь. Да, кстати, и ты не объяснил мне, каким образом доставил меня сюда, если дороги рядом нет. Неужели на руках нес?
   -- Ну, почти, -- уклончиво отозвался Нико. -- Видишь ли, барон Этан оставил в наследство после себя одну потрясающую вещь. По всей видимости, это было сделано специально для того, чтобы он в любой момент мог попасть в столицу, когда его услуги срочно требовались королю.
   Я изумленно хмыкнула себе под нос. Уж не говорит ли Нико о магическом ходе, позволяющем в мгновение ока перенестись на многие сотни миль? Если он рассказал мне правду, и его якобы отец действительно столь много значил для короны, то это было бы оправдано. В самом деле, убийцы обычно работают ночами, когда все добропорядочные люди спят. Но это означает, что я могу вернуться домой прямо сейчас! Осталась самая малость -- убедить Нико позволить мне воспользоваться этим ходом.
   -- Тогда, быть может, я пойду? -- несмело предложила я.
   -- Куда? -- с веселым недоумением поинтересовался Нико.
   -- Домой. -- Я пожала плечами, недовольная, что надо объяснять настолько элементарные вещи. -- Успокою родных, сообщу, что со мной все в порядке. А завтра продолжим наш разговор.
   -- Да, но только завтра для тебя может не наступить. -- Нико зло хмыкнул. -- Беата, ты что, пропустила все мимо ушей?
   -- Нет-нет, я очень внимательно слушала тебя! -- воскликнула я, испугавшись, что в противном случае он вздумает начать долгий и обстоятельный пересказ своей непростой жизни с самого начала.
   -- Я ведь прямо сказал, что человек, нанявший Ильзу и меня, входит в твой ближний круг, -- продолжал выговаривать мне злым свистящим шепотом Нико. -- Я провалил задание. Что, если Ильза сама возьмется за дело? Поверь, если она не получит от тебя желаемого, то начнет пытать тебя, а потом, возможно, и убьет.
   -- Но я не знаю никого по имени Ильза! -- запротестовала я и тут же осеклась, вспомнив рассуждения Нико о том, что это может быть поддельным именем.
   Но тогда дело осложнялось еще сильнее. У меня не было близких подруг. Какая-нибудь знакомая со времен учебы? Но, насколько я понимаю, вряд ли загадочная Ильза училась вместе со мной. В то время, если я правильно сориентировалась в выслушанном рассказе, она как раз вела бурную жизнь, грабя в компании с Нико высший свет.
   -- А ты и не можешь ее знать, -- резонно возразил Нико. -- Ильза -- лишь посредник. А заказчик, как я уже не раз говорил, скрывается в кругу твоих близких.
   Я со свистом втянула в себя воздух. Час от часу нелегче! И в самом деле, почему я решила, будто знакома с Ильзой? Но тогда дело усложняется многократно! Потому что моим тайным недоброжелателем может быть не только женщина, но и мужчина! И я возвращаюсь к прежнему вопросу: братья или мать? Ох, какой же страшный выбор!
   -- Без моей помощи тебе не справиться. -- Нико неожиданно подался вперед, едва не свалившись тем самым с кресла, и ловко перехватил мои руки. Сжал их, глядя мне прямо в глаза, и продолжил вкрадчиво убеждать: -- Ты ни за что не вычислишь ее. Ильза может быть гораздо ближе, чем тебе кажется. Она нанесет удар, когда ты будешь меньше всего этого ожидать. Она прекрасно умеет вливаться в окружение и становится совершенно незаметной.
   -- А почему ты решил предать ее? -- полюбопытствовала я, чувствуя себя очень неуверенно из-за такой близости к Нико.
   Его пальцы были настолько горячи, что обжигали мне запястья.
   -- Ты бы мог вернуться в мою лавку позже и завершить начатое, -- продолжила я, пытаясь незаметно освободиться от хватки Нико, но он лишь все сильнее сжимал мои ладони.
   -- Да, я так и планировал, -- честно ответил он. -- Но... Видишь ли, я встречался с Ильзой после моего провала. И она сказала, что планы заказчика изменились. Теперь я должен не просто выкрасть нужную ей вещь, но убить тебя.
   Я замерла с неприлично открытым ртом, не в силах поверить услышанному. Что? Меня должны убить? Но чем мое существование могло кому-нибудь помешать?
   -- Поэтому не может быть и речи о твоем возвращении в Бристар, -- тихо завершил Нико, внимательно наблюдая за ошеломленным выражением моего лица. -- Ты погибнешь, если отправишься туда.
   -- Но что мне делать? -- слабо запротестовала я. -- Я не желаю вечность скрываться от всех и в каждой тени видеть убийцу! В конце концов, можно обратиться к властям...
   На этом месте я споткнулась, вспомнив, чем закончилась моя первая и последняя на сегодняшний момент попытка пообщаться с представителем королевской власти. Ну что сказать, как раз общение у нас получилось тесным, даже очень. Однако я не желаю вновь проснуться в одной постели с Лоренсом! Да, если говорить откровенно, мне понравилось, даже очень. Но я не собираюсь становиться любовницей внебрачного сына принца! Это слишком... обременительно. Даже страшно представить, какое внимание на меня обрушится тогда со стороны окружающих.
   "И потом, кто сказал, что тебе предложат эту роль? -- мудро добавил внутренний голос. -- Одна ночь для столь важного господина скорее всего не значит ничего особенного. Очередная необременительная интрижка. Мало их, что ли, у него было?"
   Я недовольно дернула щекой, словно прогоняла невидимого комара. Тем более! Не хочу больше встречаться с Лоренсом!
   Однако он далеко не единственный королевский дознаватель, кто бы мог мне помочь. Найду другого -- птицу не столь высокого полета, который будет в первую очередь сосредоточен на выполнении своих служебных обязанностей, а не на том, чтобы затащить меня в постель.
   -- Поэтому я предлагаю тебе остаться в моем доме, -- негромко сказал Нико, поглаживая большими пальцами мои запястья, словно пытаясь нащупать пульс. -- Под моей защитой. Я хорошо знаю Ильзу и все ее магические уловки. Поверь, я больше не тот двадцатилетний юнец, которого она некогда охмурила. Ильзе не проникнуть сюда при всем желании!
   -- Я не могу скрываться здесь вечность, -- проговорила я, не испытывая ни капли восторга от столь настойчивого приглашения погостить. -- У меня есть свой дом. И я не могу надолго оставить работу в лавке! Все мои постоянные клиенты разбегутся и найдут себе кого-нибудь другого, если я надолго исчезну.
   -- А еще я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, -- невозмутимо завершил Нико, словно не услышав моего предыдущего возражения.
   Это было неожиданно. Даже очень. Я подавилась и воззрилась на него круглыми от удивления глазами.
   Нико сидел напротив меня и безмятежно улыбался, по-прежнему не думая отпускать моих рук. Его лицо так и лучилось радостью и самодовольством. Он что, всерьез считает, будто я захлопаю в ладоши от восторга и немедля кинусь в его объятия? Да я его едва знаю!
   -- Спасибо, конечно, -- сдавленно проговорила я, гадая -- не рассмеется ли в следующий момент мой собеседник над собственной удачной шуткой. -- Но...
   -- Некогда мы с Ильзой поклялись, что никогда не причиним никакого вреда друг другу и нашим родным, -- перебил меня Нико. -- Причем поклялись на алтаре бога-отца. Забавно, но именно она настояла на этом, а я согласился, потому что мне показалось это очень романтичным. Так или иначе, но если ты станешь моей женой, то Ильза не посмеет причинить тебе никакого вреда!
   Я кашлянула, сдерживая скептический смешок. Ага, вот, стало быть, как. Получается, я еще должна быть благодарна Нико за его предложение. Может, в ноги кинуться и разрыдаться в полный голос от нежданно привалившего счастья?
   -- Мне, безусловно, очень лестно, что ты готов пойти на такие жертвы ради меня, -- начала я и решительно выдернула свои руки из хватки Нико. Благо, тот как раз ослабил контроль, с напряжением дожидаясь моего вердикта. Глубоко вздохнула и спокойно закончила: -- Но я полагаю, что мои проблемы возможно разрешить иным способом. Как я уже говорила, стоит обратиться к властям. Полагаю, королевские дознаватели разберутся, откуда ветер дует и кому может быть выгодна моя смерть.
   После последней фразы я невольно вздрогнула. Кому может быть выгодна моя смерть... Как жутко, однако, звучит! Жутко и совершенно неправдоподобно! Ни за что не поверю, что Дейк или Рочер задумали убить меня. А матушка... Демоны, от нее, конечно, всего можно ожидать, но я не вижу главного -- повода. Чем, ну чем я ей или любому другому из семьи помешала?!
   -- Не беспокойся, мое решение продиктовано и вопросами личной выгоды, -- ответил Нико и опять потянулся было поймать мои руки. Я демонстративно скрестила их на груди, но молодого барона это ни капли не раздосадовало. Он лишь усмехнулся, обронив: -- В общем, я совершенно не прочь обзавестись молодой красивой женой. К тому же ты мне приглянулась. Да что там -- по-моему, я даже поверил в любовь с первого взгляда. Это во-первых. А во-вторых, супруги не имеют права свидетельствовать друг против друга. То бишь, если я возьму тебя в жены -- то ты не сможешь обвинить меня в ограблении. Что, согласись, тоже немаловажное обстоятельство.
   -- Помнится, именно в Ильзу ты влюбился с первого взгляда, -- фыркнула я.
   -- То была страсть, а с тобой все по-настоящему, -- хладнокровно парировал Нико. -- Я люблю тебя, в этом я абсолютно уверен.
   -- Ты не можешь так говорить, потому что совсем меня не знаешь! -- взвыла я и вскочила на ноги. Замерла напротив молодого барона, исподлобья глядя на него и прерывисто дыша, словно загнанное животное.
   -- Да не волнуйся ты так, Беата. -- Нико тоже встал и замер напротив меня, с вызовом вскинув подбородок, явно уверенный в собственной правоте. -- Я же не говорю, что мы поженимся немедленно.
   -- Правда? -- возликовала было я, немного расслабившись. Но тут же напряглась вновь, когда Нико спокойно продолжил.
   -- Конечно, -- проговорил он, широко улыбаясь. -- Я понимаю, что тебе надо лучше узнать меня, хотя, по-моему, я достаточно подробно рассказал тебе историю своей жизни. Но я готов подождать еще день или два. И не благодари меня за великодушие.
   -- День или два? -- растерянно переспросила я, не веря, что все это происходит со мной.
   -- Ну да. -- Нико пожал плечами. -- Скажем, послезавтра вечером мы совершим обряд. Есть у меня один знакомый священник, который не откажется от столь необычной церемонии.
   -- Да, но... -- смущенно залепетала я, не зная, какие еще доводы привести этому безумцу, чтобы он отказался от своей сумасшедшей идеи и оставил меня в покое.
   -- И вот это как раз не обсуждается, -- стальным голосом оборвал меня Нико. -- Послезавтра ты станешь моей женой, Беата. Юной баронессой Бриан. Разве не чудесно звучит?
   Я открыла было рот, собираясь высказать этому ненормальному все, что думаю о нем и его титуле, но Нико просто развернулся -- и быстрым шагом вышел прочь из гостиной. Более всего его поступок напоминал трусливое бегство. По всей видимости, он прекрасно понимал, что я далеко не в восторге от предполагаемой свадьбы.
   -- Сволочь! -- процедила я сквозь зубы.
   Я совершенно не собиралась смириться со своей участью и покорно ожидать свадьбы. Как бы не так! Нико даже не представляет, на что я способна!
  

***

   Поздним вечером разыгралась непогода. Я сидела в спальне, где не так давно очнулась после дерзкого похищения, и уныло слушала, как жалобно звенят оконные стекла, заливаемые снаружи бесконечными потоками дождя, а где-то неподалеку монотонно хлопает незакрепленная ставня. Старый дом ходил ходуном, и чудилось, будто вот-вот от особенно резкого порыва ненастья он рухнет, погребя меня под своими обломками. Хотя я понимала, что это лишь мои страхи. Особняк выглядел надежно. Наверняка он переживал и более ужасные ночи.
   Ледяной сквозняк в очередной раз погладил меня по спине, и я зябко запахнулась в теплую пуховую шаль, которую нашла в одном из шкафов. Пламя свечи, стоящей передо мной на невысоком столике, от дуновения ветерка окунулось в расплавленный воск и опасно затрещало, грозясь в любой момент потухнуть. Но спустя мгновение выпрямилось, жадно ринувшись по фитилю вверх, и я облегченно вздохнула. Хоть не придется колдовать. Заклинание вызова огня относилось к простейшим, которые изучали на всех факультетах Академии, но я не была уверена, что за давностью лет сумею его повторить и вновь зажечь свечу. Ладно, что мне теперь делать?
   Понятное дело, я понимала, что пешком до столицы не доберусь. Скорее всего, заблужусь где-нибудь и умру жуткой смертью, не сумев добыть себе пропитания. Если повезет, то угожу в руки какого-нибудь мерзавца, который, вдоволь наигравшись со мной, милостиво отпустит восвояси. Нет, лес -- это не для меня. Там слишком страшно, слишком голодно и слишком непонятно. А сегодня ночью к тому же и слишком мокро -- вон, гроза только набирает силу. Куда идти, чем питаться -- одни вопросы, на которые у меня, увы, не было ответов.
   Словно в ответ на мои невеселые мысли где-то неподалеку внушительно громыхнуло, и комнату осветил сиреневый ветвистый всполох молнии, расколовшей небеса. Н-да, в такую мерзкую погоду даже вампир из своего гроба не вылезет.
   Получается, оставалось лишь одно -- отыскать таинственный магический ход, ведущий из дома Нико в столицу. Я не сомневалась в его существовании. Но где и как искать его?
   Поплотнее запахнувшись в шаль, я встала из глубокого продавленного кресла и бесшумно скользнула к двери. Неполную минуту стояла, прислушиваясь к тому, что творится за ней, потом пожала плечами, ведя сама с собою мысленный спор, и осторожно дернула за ручку.
   К моей радости, дверь была незапертой. Она открылась передо мной с таким протяжным и долгим скрипом, что я подпрыгнула на месте от неожиданности. Шепотом выругалась, помянув Бога-демона, хотя это было и некстати в темное время суток, и замерла, готовая в любой момент ринуться обратно в комнату.
   Прошла минута, затем еще одна, но ничего не происходило. В коридоре плескалась тьма, такая плотная, что казалась физически ощущаемой.
   -- Наверное, Нико уже лег спать, -- тихо прошептала я себе под нос.
   Если честно, больше всего мне хотелось последовать его примеру. Нырнуть под тяжелое пуховое одеяло, закрыть глаза и хоть немного отдохнуть. От избытка впечатлений казалось, будто я провела в доме Нико не один день, а несколько недель. Даже не верится, что прошлую ночь я нежилась в объятиях Лоренса и смиренно принимала от него уроки послушания.
   При невольном воспоминании мои щеки ощутимо потеплели, и я раздраженно мотнула головой. Эх, а еще королевский дознаватель высшего уровня! Так сочился самодовольством, когда уверял меня, что быстро и без проблем найдет моего обидчика, а в итоге все его слова оказались пустым пшиком. Ладно, демоны с ним! На роль принца на белом коне он все равно не годится. Да и Нико не тянет на легендарное чудовище, похитившее юную прелестную принцессу. Уж промолчу о том, что и я не роковая красавица. Придется мне самой выбираться из этой передряги.
   Я вернулась к столу за свечкой. Взяла ее в руки и, оберегая ладонью пламя от сквозняка, выскользнула прочь из комнаты.
   Некоторое время я настороженно оглядывалась по сторонам, ожидая, что в любой момент из-за угла покажется разъяренный Нико, который прикажет мне возвращаться обратно. Но вокруг все было спокойно. Старый дом жил своей жизнью: рассохшиеся от времени половицы чуть слышно поскрипывали, где-то наверху то и дело что-то неприятно скрежетало. Наверное, ветки деревьев задевали черепицу. И, убедив себя, что все в порядке, я неслышно двинулась к лестнице.
   Этим вечером, после неожиданного предложения руки и сердца и последующего трусливого бегства новоявленного жениха, у меня было достаточно времени, чтобы поразмыслить об услышанном. Больше всего меня занимал вопрос, где надлежит искать таинственный магический ход, оставшийся после барона Этана. Логичнее всего было бы соорудить подобную вещь в подвале. Вообще, насколько я помнила из кратного курса теоретической магии, любые чары лучше и надежнее всего стабилизируют привязка к земле. В нашем мире есть четыре стихии. Воздух и вода слишком изменчивы и непостоянны, чтобы полагаться на них. Огонь -- слишком непредсказуем. А вот земля незыблема и непоколебима. Поэтому издавна все сложнейшие заклинания, в том числе и те, что требуют для своего функционирования огромного количества энергии, принято создавать на основе именно этой стихии. Да и потом, само понятие "ход" вроде как намекает на нечто подземное, разве не так?
   В общем, поиски я решила начать в этом направлении, хотя мне не особенно нравилась идея лезть одной в подвал. Кто знает, какие ужасы там могут скрываться. Вдруг Нико все-таки жестокий убийца и там хранит многочисленные останки своих безвинных жертв? Но иного мне не оставалось. Заодно и выясню, не лгал ли он мне, повествуя о своем печальном детстве. Кроме того, по-моему, я уже догадывалась, где находится вход в подземелье. В то время, пока Нико долго и нудно повествовал мне о своей жизни, я от скуки украдкой озиралась, изучая обстановку гостиной. И к своему удивлению заметила маленькую неприметную дверцу по правую сторону от камина. Куда еще она могла вести, как не в таинственное подземелье?
   Занятая мыслями, я не заметила, как достигла лестницы. Начала по ней спуск, стараясь наступать на самый край ступенек, чтобы те не скрипели, и продолжала прикрывать свечку своей ладонью. В ее неярком свете моя тень выглядела особенно огромной и уродливо искаженной, и от этого чудилось, будто за мной крадется кто-то еще. Я то и дело испуганно косилась на стену и из-за этого едва не оступилась, лишь в последний момент успев схватиться за перила. Несколько секунд после неприятного происшествия я стояла и глубоко дышала, завороженно глядя на крутой спуск, чье подножие терялось в густом чернильном мраке. Н-да, если бы я не удержала равновесие и полетела вниз -- то точно сломала бы себе шею.
   -- Аккуратнее, месс... -- вдруг прошелестело совсем рядом.
   Наверное, я бы закричала в полный голос от ужаса, если бы голос, как это иногда бывает в моменты сильного волнения, не отказался служить мне. Поэтому то, что вылетело из моего горла, более напоминало писк полузадушенной мыши. Я резко развернулась и тут же поняла, что не стоило этого делать. От порывистого движения раскаленный воск из подсвечника полился мне на руку, я неосознанно взмахнула ею, опасно забалансировала на каблуках -- и полетела-таки вниз.
   "Вот и все, -- успело промелькнуть в голове. -- Глупо так умирать".
   Однако к моему величайшему удивлению падение не продлилось долго. Воздух вдруг стал плотным, вязким и очень холодным. Я словно окунулась в кисель, который плавно принял меня в свои объятия. И неожиданно я обнаружила, что вновь стою, правда, уже в холле, а злополучная свечка спокойно горит на столе в нескольких шагах от меня.
   Это было совершенно невероятно! Ладно, предположим, я каким-то неведомым образом могла схватиться за что-нибудь и прекратить падение. Но свечка? Каким образом она оказалась здесь?
   -- Аккуратнее, месс, -- негромко повторил кто-то, и мельчайшие волоски на моей коже встали дыбом, поскольку я вспомнила о Томасе, верном слуге Нико. Призрак, меня спас призрак! Вот и ответ на мои вопросы.
   -- Вы могли сгореть заживо, -- укоризненно продолжило привидение. -- Огонь и платье из легкой ткани -- далеко не лучшее сочетание. Я уж промолчу про то, что вы могли сильно расшибиться при падении.
   -- Предположим, упала я из-за вас, -- огрызнулась я. -- Нечего было подкрадываться и шептать мне на ухо.
   Томас озадаченно молчал. Видимо, просто не понимал, в чем заключается его проступок. Действительно, как-то странно обвинять призрака в том, что он невидимый и бесшумно появляется.
   -- Прошу меня простить, месс, -- наконец, на всякий случай извинился Томас. -- Чем я могу быть вам полезен? Желаете перекусить или немного вина?
   "Желаю как можно быстрее покинуть этот дом и никогда более не возвращаться", -- едва не брякнула я, но в последний момент мудро прикусила язык.
   Нет, пожалуй, лучше не стоит. Как ни крути, но Томас все-таки слуга Нико. И после смерти он сохранил свою преданность хозяину.
   Но в свою очередь это означало, что мой план провалился в самом начале исполнения. Вряд ли Томас позволит мне пробраться в подвал и там похозяйничать в свое удовольствие. Хотя... Быть может, все-таки рискнуть? С позором вернуться в комнату я всегда успею.
   -- Томас, вы слышали, что Николас сделал мне предложение руки и сердца? -- негромко спросила я.
   Понимаю, что это странный вопрос, но я решила сыграть на его чувстве порядочности. Полагаю, при жизни этот самый Томас был весьма неплохим человеком, раз уж кинулся спасать баронессу и ее новорожденное дитя. А ведь он не мог не понимать в тот момент, что его хозяин имеет все основания для гнева и вряд ли будет церемониться со слугой, посмевшим встать на его дороге.
   -- Да, я в курсе, -- лаконично ответил Томас. Помолчал немного и с едва уловимой иронией добавил: -- Мало что может укрыться от внимания призрака в доме, где он обитает.
   -- Так вот, я не желаю принимать его предложение, -- твердо продолжила я. -- А он, по всей видимости, не хочет слышать мои возражения.
   -- А почему вы настроены против брака с молодым бароном? -- вдруг поинтересовался Томас. -- Я могу заверить вас, что Николас -- весьма достойный молодой человек.
   -- Да неужели? -- с сарказмом хмыкнула я, вспомнив о бурном воровском прошлом этого самого достойного человека, который, к тому же, не так давно ворвался в мою лавку, а после похитил меня.
   По-моему, Томас склонен преувеличивать достоинства своего хозяина и закрывает глаза на его явные недостатки.
   -- Не спорю, некоторое время Николас вел весьма разгульный образ жизни, -- вежливо проговорил Томас. -- Но всему виной была его спутница, которая дурно на него влияла. Если честно, я никогда не одобрял эту связь. Месс Ильза... Она была плохой. Очень плохой. Мои глаза сейчас намного зорче, чем были при жизни. Так вот, в душе у месс Ильзы живет зло. Чернота, которая медленно, но верно пожирает ее душу. Впрочем, не уверен, что у нее осталась эта самая душа.
   Я кашлянула, удерживая скептическое высказывание. Просто не хотела обижать наивного призрака. Звучит очень патетично, ничего не скажешь. Но Нико встретил Ильзу не в младенчестве и даже не в переходном возрасте, а будучи вполне взрослым. В конце концов, она нож у его горла не держала, заставляя грабить других. Как говорится, два сапога пара. Впрочем, даже если это не так, и Николас на самом деле добрый и славный парень, то это не отменяет моего нежелания выходить за него замуж. Разводов в нашей стране просто не существует. Бесплодие или сумасшествие одного из супругов, дурной нрав и любовь почесать кулаки о бока дражайшей половины, наличие любовниц или любовников -- в общем, все, что в соседних странах считается достойным поводом для расторжения брака, у нас не принимается во внимание. Служители богини-матери и бога-отца утверждают, что ничего в мире не происходит просто так. Если небеса послали тебе недостойного супруга -- то ты сам отчасти виноват в этом. Значит, таково твое земное испытание, которое ты обязан выдержать с честью, если не хочешь повторения подобного в следующей жизни. А возможно, тебя искушает бог-демон, желая завладеть твоей бессмертной душой, проходящей круг перерождений.
   Я прекрасно понимала те личные выгоды, которыми Нико руководствовался, когда делал мне предложение. Или вернее сказать, оглашал свой ультиматум? Неважно, впрочем. Если я выйду за него замуж -- то не смогу заявить на него властям. И всем будет откровенно плевать на то, что брак был совершен по принуждению. Я прямо-таки слышала насмешливые интонации окружающих, обсуждающих это происшествие. Мол, вы в курсе, что за беда случилась с месс Беатой? Не повезло, бывает. Авось в следующей жизни боги будут к ней более благосклонны. В таком случае мне оставалось бы только молиться о скором вдовстве. Или же заплатить, кому следует, чтобы мне помогли в столь деликатном мероприятии, как устранение опостылевшего супруга.
   Но вот только я не собиралась ждать так долго и уж тем более не хотела выискивать способы убийства новобрачного. Поэтому свадьбы -- не будет!
   -- Простите, но все-таки я не желаю становиться супругой вашему хозяину, -- медленно проговорила я, тщательно подбирая каждое слово. -- Уверена, что он и в самом деле достойный человек, однако его дела пока утверждают обратное. Сначала он пытался ограбить меня, потом похитил, сейчас вообще вынуждает выйти за него замуж...
   -- Я более чем уверен, что вы сможете благоприятно повлиять на него, -- невежливо перебил меня Томас. -- И он изменится к лучшему.
   Я со свистом втянула в себя воздух. Вот ведь упрямый призрак! Да не хочу я перевоспитывать взрослого мужчину! Не хочу и не буду! Это слишком неблагодарное и тяжелое занятие. Я желаю жить в свое удовольствие и одна, пока не встречу того, которого искренне посчитаю второй половинкой.
   -- И все-таки позвольте мне остаться при своем мнении, -- срывающимся от бешенства голосом процедила я. -- Я не хочу замуж! По крайней мере, не сейчас. И уж точно не намерена выходить за вашего хозяина!
   Томас молчал так долго, что я испугалась -- уж не отправился ли он за Нико, дабы тот указал строптивой невесте ее место. Но спустя неполную минуту я услышала рядом тяжелый вздох, от которого пламя свечи опасно затрепетало, и призрак негромко проговорил:
   -- Что же, это ваш выбор. Осмелюсь спросить: поэтому вы не спите в столь поздний час? Но учтите, если вы намерены бежать, то я предупреждаю вас об опасности такого шага. Хотя бы дождитесь, пока утихнет гроза.
   В последней фразе мне почудилась скрытая издевка. Словно Томас в глубине души потешался надо мной, прекрасно понимая, что я не намерена покидать теплый и надежный дом и пускаться в путь под проливным дождем и в полной темноте.
   И вдруг меня кольнула слабая надежда. Как только что сказал Томас: мало что способно укрыться от внимания призрака в доме, где он обитает. Получается, он скорее всего знает, где расположен магический ход. Быть может, спросить его напрямик? Все равно я не сумею скрыть от него, что ищу, так смысл продолжать темнить?
   -- Вообще-то, я намеревалась воспользоваться магическим ходом, ведущим из этого дома в Бристар, -- несмело проговорила я.
   -- О, так вы в курсе его существования, -- достаточно равнодушно отозвался призрак. -- Что же, это более разумно, чем путешествие по лесу.
   -- А вы не поможете мне? -- еще более робко продолжила я, обмирая от собственной дерзости. -- Покажите, пожалуйста, где он находится. И я буду вам очень-очень благодарна!
   Еще одно невыносимо долгая пауза, по прошествии которой Томас как-то странно захрюкал. По всей видимости, его очень развеселила моя просьба. Вон как от смеха давится. И я заранее насупилась, готовая к резкому и категорическому отказу со стороны призрака. Эх, точно ведь сейчас отправится к Нико, желая доложить ему, что невеста собралась в бега!
   -- Почему бы и нет? -- вдруг раздалось задумчивое. -- Вы, насколько я вижу, весьма решительно настроены. То бишь, переворошите весь дом, но отыщете желаемое. Еще, не приведи небо, поранитесь, если не убьетесь насмерть. В доме много... хм-м... опасных вещей, оставшихся после барона Этана. А мне потом убирать за вами. Пятна крови, скажу я вам, чрезвычайно тяжело оттираются со старинных ковров и паркета.
   Я украдкой поежилась. Как-то мне уже не очень хочется искать этот злополучный магический ход. Интересно, о каких опасных вещах говорить Томас? Или он просто пытается таким образом отговорить меня от поисков и смириться со своей участью?
   -- Я буду очень осторожной, -- заверила я призрака, постаравшись, чтобы мой голос не задрожал при этом.
   На всякий случай сделала самый жалобный вид, надеясь, что это смягчит сердце Томаса. Хм-м... Как-то странно прозвучало, если честно. Разве у призраков есть сердце? Неважно, впрочем, лишь бы помогло!
   -- Ну что же, если вы настроены настолько решительно, то я обязан вам помочь, -- ответил Томас.
   Я невольно насторожилась. И опять мне почудилась насмешка в интонациях привидения. Понять бы еще, почему он так веселится.
   А в следующее мгновение из гостиной, отделенной от холла полуаркой, послышался какой-то непонятный скрежет. Я кинула туда опасливый взгляд и попятилась, готовая, если что, кинуться вверх по лестнице.
   -- Дорога открыта, месс, -- в этот момент сказал Томас. -- Только советую вам захватить свечу. Она вам пригодится в подвале.
   Я послушно шагнула к столику, взяла в руки подсвечник, привычно прикрыв ладонью пламя, и отправилась в гостиную.
   Как я и предполагала, вместо небольшой дверцы около камина теперь зиял черный провал в стене. По всей видимости, именно здесь располагался спуск в подвал. Я подошла к нему и замерла, напряженно вглядываясь в темноту. Огонь свечи выхватывал из мрака лишь первую ступеньку, дальше все утопало в непроглядной тьме. Ох, что-то мне жутковато! Может быть, ну его, это бегство? Вернусь в комнату, высплюсь как следует. А утром опять попытаюсь убедить Нико оставить его сумасшедшую затею. Вдруг на этот раз мне удастся достучаться до его здравого смысла?
   Но в глубине души я прекрасно понимала, что лукавлю. Нет, Нико ни за что не отступится от своего. А значит, у меня есть только один выход из сложившейся ситуации: забыть о страхе и смело идти вперед.
   Решив так, я отважно начала спуск, отчаянно цепляясь свободной рукой за крепкие дубовые перила, расположенные по обе стороны от лаза. Тот, к слову, был настолько узким и низким, что мне пришлось пригнуть голову, чтобы не удариться о свод.
   Где-то на десятой ступени я вдруг услышала уже знакомый скрежет позади. Я резко развернулась, уже понимая, что увижу. Точнее сказать, чего не увижу: выхода. Дверца вернулась на свое место.
   Я торопливо поднялась и принялась ощупывать каменную плиту, пытаясь отыскать стык или какой-нибудь рычаг, способный отодвинуть ее в сторону. Увы, все было бесполезно. Дверца явно открывалась не здесь.
   В первое мгновение мне хотелось сесть и горько-горько расплакаться. Неужели вероломный призрак завлек меня в ловушку, решив таким образом отомстить за строптивость? И обречена я на страшную смерть от голода и жажды. Кто знает, когда Нико решит в следующий раз воспользоваться магическим ходом. Если, конечно, Томас не обманул меня. А то вполне может статься, что он обманом привел меня в потайную комнату, специально предназначенную для таких любопытных и неугомонных особ, как я, и никакого хода тут и в помине нет.
   Но почти сразу я усилием воли заставила себя успокоиться. Нет, рано еще поднимать панику! Сначала проверим, а куда, собственно, я попала. Вполне возможно, Томас сдержал слово и действительно привел меня в нужное место.
   Я встала и осторожно принялась спускаться по покатым ступеням, пуще прежнего оберегая огонек свечи от легчайшего дуновения сквозняка. Было бы очень неприятно оказаться в столь жуткой месте без источника света. Впрочем, по большому счету мои ухищрения оказались напрасны -- воздух на лестнице висел настолько плотным маревом, что было тяжело дышать. Как говорила матушка, во всем надо искать положительные стороны. Если следовать ее логике, то мне в некотором смысле повезло: я вряд ли испытаю на себе муки голода, скорее, намного раньше погибну от недостатка кислорода. Правда, еще вопрос, какая смерть менее мучительна.
   Я тряхнула головой и вполголоса выругалась на себя. Нашла, называется, как себя приободрить!
   В этот момент спуск закончился, и я увидела перед собой небольшое помещение. Скорее, его можно было назвать каменным мешком. Отблески пламени плясали на низком своде и стенах. Н-да, удручающее впечатление производит это место. Словно угодила в самый настоящий склеп. Даже не выпрямиться в полный рост.
   А самое печальное заключалось в том, что каморка оказалась пустой. В ней ничего не было. Ну вот абсолютно ничего! Я бы не удивилась, увидев здесь человеческий скелет в полуистлевшем женском платье. Ведь это послужило бы неопровержимом доказательством того, что я далеко не первая жертва коварного барона, а его история -- вымысел, слезоточивая придумка, призванная усыпить бдительность. Но нет, небеса избавили меня от столь страшной находки. И это, несомненно, радовало. Однако огорчало то, что так же здесь не было ничего, хоть отдаленно напоминающее какой-либо ход.
   Я скорбно поджала губы и обошла свое новое пристанище по периметру. Благо, из-за его малых размеров это не составило много времени. Пламя свечи везде горело ровно, доказывая тем самым отсутствие каких-либо потайных панелей. Печально, даже очень. Но, не желая впадать в панику раньше времени, я не удовлетворилась этой проверкой. Поставила свечу по центру своеобразного склепа и принялась вдумчиво и внимательно обстукивать его стены. Достаточно скоро у меня заныли костяшки, в кровь содранные о шершавый камень. Ничего иного я, увы, не добилась.
   Уныло вздохнув, я села прямо на холодный пол и обхватила колени руками. Повыть о своей загубленной судьбе, что ли? Все равно иного больше не остается. Да, у меня есть колдовской дар, но он настолько слабый, что я и речную гальку на расстоянии не подвину. А тут придется иметь дело с огромным валуном. Что там еще в моем магическом арсенале имеется? Демоны, да ничего особенного! Моя специализация -- зелья да привороты. А кого мне тут очаровывать? Камень, что ли?
   Идея расплакаться и начать колотиться головой от стену, выражая таким образом свое отчаяние, стала еще более привлекательной. Думаю, еще немного -- и я действительно принялась бы рыдать в полный голос, с упоением жалуясь на свою несчастливую судьбу. Но тут рядом раздался суховатый кашель, и уже знакомый мне голос с иронией осведомился:
   -- Ну и как ваши успехи? Нашли ход?
   Первым моим порывом было наорать на призрака, обозвав его самыми грязными ругательствами. Ишь ты, шутник выискался! А если бы я умерла от испуга, когда поняла, что в прямом смысле слова замурована заживо?
   Но, скрепя сердце, я совладала с эмоциями. Нет, очень глупо ссориться с тем, кто является моей единственной надеждой на освобождение. Постараемся выяснить, что этому Томасу от меня надо и зачем он здесь меня запер.
   -- Тут душно, -- жалобно проговорила я. -- И очень жарко.
   И в подтверждении своих слов я демонстративно провела ладонью по лбу, стирая обильно выступившую испарину. Чем дольше я тут сидела -- тем больше потела. Еще немного, и мое платье можно будет хоть выжимать.
   -- Вообще-то, это место не предназначено для ожидания, -- с искренним сочувствием, как мне показалось, отозвался Томас. -- Естественно, вам душно. Воздуха-то маловато.
   -- И что мне дальше делать? -- спросила я, в молящем жесте прижав руки к груди -- вдруг получится разжалобить призрака и выведать у него тайну этого проклятого магического хода.
   -- Разве вы не знаете? -- Томас озадаченно хмыкнул. -- Я думал, что если барон Николас рассказал вам об этой тайне, то он к тому же поделился секретом, как открыть вторую дверь.
   -- Вот об этой мелочи он как-то забыл упомянуть, -- процедила я сквозь зубы.
   Интересно, Томас издевается надо мной или действительно не понимает элементарных истин? Понятное дело, Нико ничего не рассказал мне об активации магического хода. Полагаю, он и о самом ходе не хотел мне рассказывать, просто к слову пришлось. И дураку понятно, что я буду цепляться за малейшую возможность сбежать, лишь бы не идти к алтарю с первым встречным!
   -- О, тогда вы угодили в очень затруднительную ситуацию -- Томас зацокал языком. -- Видите ли, наружная дверь открывается лишь со стороны гостиной. Если попал внутрь -- то выйти можно только через ход, по другую сторону которого вы попадете в один из переулков Бристара.
   -- Да неужели? -- недоверчиво воскликнула я. -- А если кто-нибудь возвращается в дом? Тогда как, ведь внешняя дверь, по вашим словам, открывается только из гостиной? Что-то я не вижу в этом склепе скелетов, которые должны были бы накопиться при таком устройстве рычагов.
   -- А если кто-нибудь возвращается в дом, то дверца вверху открывается одновременно с активацией хода, -- хладнокровно парировал Томас.
   Я окончательно пригорюнилась. Самое паршивое, что даже не проверишь, обманывает ли меня призрак или говорит правду. И что теперь делать? Очень хороший вопрос, за ответ на который я бы многое отдала!
   -- И как же активировать ход? -- на всякий случай спросила я, уже догадываясь, что Томас не собирается посвящать меня в этот секрет.
   -- Понятия не имею, -- как и следовало ожидать, отозвался тот. -- Я никогда не присутствовал при этом. При жизни мне был запрещен вход сюда, а после смерти я утратил львиную долю своего любопытства. Но уверен, что для этого нужно воспользоваться магией.
   Уверен он, видишь ли. Я не удержалась от возмущенного фырканья. Я тоже уверена в этом. А что дальше-то? Куда ударить чарами и какими они должны быть? Огненные? Воздушные? Водные?
   По всему выходило, что без соответствующего эксперимента не обойтись. Правда, как-то опасалась я колдовать наобум. В замкнутом помещении любые чары могли ударить в создателя. И потом, почему-то мне кажется, что барон Этан должен был установить какую-нибудь защиту против таких неумех, как я. Так, на всякий случай.
   Я горько вздохнула и опять понурилась, прислонившись спиной к влажному холодному камню. Да, попала так попала. Как фея в лапы мага-браконьера. И что теперь делать? Ах да, по-моему, не так давно я уже задавалась этим вопросом. Но от этого он не стал менее актуальным.
   Томас тоже молчал. Он так долго не издавал никаких звуков, что я решила, будто призрак предпочел ретироваться. Куда и зачем -- не так уж и важно. Скорее всего, отправился к молодому хозяину с докладом. И Нико вот-вот спустится сюда и славно отчитает беглянку.
   Что-то в последней мысли заставило меня насторожиться, и я еще раз повторила про себя. Нико спустится сюда за мной. Кстати, а как мы вернемся в дом? Или придется давать круг через Бристар? Но тогда у меня появляется весомый шанс на бегство!
   -- И как, подумали над своим положением? -- в этот момент вкрадчиво осведомился Томас.
   От неожиданности я пребольно ударилась локтем о стену, около которой сидела. Опять этот привязчивый призрак! Неужели снова читать мораль начнет?
   -- Только этим и занимаюсь, -- мрачно отозвалась я. -- Думаю и думаю.
   -- И каковы успехи? -- продолжил задавать глупые вопросы призрак.
   -- Слушайте, что вы от меня хотите? -- окончательно рассвирепела я. -- Да, я угодила в западню, во многом, кстати, по вашей вине. Могли бы предупредить, что меня ждет в этом проклятом подвале. Конечно, вы сейчас начнете оправдываться, что, мол, я не спрашивала. Но я чувствую в вашем тоне злорадство! Наверное, вам очень нравится то глупейшее положение, в котором я оказалась. Ну что же -- тогда проваливайте! А я буду сидеть здесь дальше...
   -- И медленно задыхаться, -- завершил за меня прочувственную тираду Томас.
   Я лишь фыркнула себе под нос, не имея ни малейшего желания продолжать этот пустой спор. Пусть так. В таком случае я умру, превращусь в чрезвычайно вредного и сварливого призрака и буду с огромнейшим удовольствием портить жизнь Нико. Тоже мне, новая Рыбья Кость нашелся!
   Тут я вспомнила историю герцога Арвейского, который, по преданию, был десять раз женат и девять раз овдовел. Все его жены, кроме последней, самой удачливой, исчезали при невыясненных обстоятельствах. Наверное, финальную супругу ожидала бы такая же печальная и загадочная участь, но на свадебном обеде герцог подавился рыбной косточкой, да так, что задохнулся и умер. Стоит ли говорить, как обрадовалась этому обстоятельству новобрачная, которая заранее лила горькие слезы, понимая, что в скором времени тоже пропадет невесть куда. Но ее семье заплатили такие отступные, что матушка сама напялила любимой дочке фату на голову, строго-настрого приказав во всем слушаться мужа.
   Собственно, после свадьбы, плавно перешедшей в похороны, раскрылась тайна исчезновения девяти его предыдущих жен. Новоиспеченная и очень любопытная герцогиня с величайшим рвением обыскала замок, доставшийся ей в наследство, и обнаружила неподалеку от спальни своего мужа, с которым так и не разделила брачного ложа, особую комнату, где и находились тела ее менее везучих предшественниц. Ну и еще некоторое количество неопознанных останков. Как оказалось, в этих краях климат был особенно неблагоприятен для симпатичных юных девиц. То и дело какая-нибудь из них ударялась в бега, забыв поставить об этом родных в известность. По крайней мере, именно так тамошний королевский наместник утешал несчастных родителей, пришедших к нему в поисках правды и справедливости. Когда история дошла до ушей его величества Грегора Первого, то скандал разразился знатный, поскольку вскрылось участие во всей этой грязи местных властей. Как говорят, герцог был особенно щедрым по отношению к наместнику, вот последний и закрывал на его так называемые шалости глаза.
   В общем, с тех пор прозвище герцога, полученное им из-за нелепой причины смерти, превратилось в нарицательное. Но неужели мне не повезло наткнуться на одного из последователей Рыбьей Кости?
   -- Скажите, месс Беата, неужели смерть страшит вас меньше, чем свадьба с моим хозяином? -- продолжил тем временем Томас.
   Я скептически хмыкнула. Ах, вот оно что! Теперь, по всей видимости, Томас начнет уговаривать меня не глупить и принять предложение Нико. Ну что же, стоит признать, он выбрал на редкость убедительный способ ведения подобного разговора.
   -- Послушайте, идите прочь! -- устало посоветовала я Томасу. -- Дайте мне побыть в тиши и одиночестве. Я не намерена выслушивать ваши более чем сомнительные доводы!
   -- Ах так! -- в голосе призрака проскользнули гневные нотки. Ему явно не понравился мой вызывающий тон. -- Ну что же, я уйду! Надеюсь, когда я вернусь -- вы будете посговорчивее.
   Я открыла было рот, желая добавить, куда он может убираться со своим ехидством. Но не успела. В следующее мгновение пламя свечи вдруг вспыхнуло особенно ярко и погасло. Я осталась в настолько плотном мраке, что в первое мгновение даже испугалась -- не ослепла ли.
   -- Говорят, что в темноте лучше думается, -- насмешливо обронил Томас. -- Что же, проверим это на вашем опыте, месс. Не скучайте!
   Воцарилась такая полная всеобъемлющая тишина, что от нее опасно зазвенело в ушах. Я закрыла глаза, потом открыла их -- никакой разницы. Пожалуй, с закрытыми даже менее темно, хотя я понимала, что это невозможно.
   -- Мерзкий призрак! -- прошипела я себе под нос. -- Пригласить бы сюда священника да окропить все углы святой водой...
   Я осеклась, осознав, что скорый визит священника и без того ожидается. Правда, меня вряд ли обрадует его итог.
   Сидеть одной в темноте было страшно. Казалось, будто невидимые сейчас каменные своды смыкаются над моей головой и вот-вот обрушатся, навсегда погребя меня здесь. И никто -- ни матушка, ни братья, ни даже противный самодовольный Лоренс -- не узнают, каким был финал моей не очень долгой жизни.
   Я всхлипнула, почувствовав, как глаза начинает жечь от просящихся наружу слез. Встала и бесцельно побрела вперед, придерживаясь рукой за стену. Да, я осознавала, что иду по кругу, но просто сидеть было выше моих сил.
   Удивительно, насколько холодной была стена! Кончики моих пальцев почти моментально заледенели, хотя пол, сложенный из таких же на первый взгляд камней, так не морозил меня, когда я сидела. Чудно...
   -- Ай! -- вдруг воскликнула я и торопливо одернула руку. Показалось, будто я ненароком дотронулась до раскаленного огонька. Что это такое?
   Я осторожно протянула руку и опять прикоснулась к стене. Точнее, попыталась это сделать, но вовремя остановилась, почувствовав жар, идущий от нее. Хм-м, забавно...
   В голове крутились какие-то отрывки, некогда прочитанные в магических учебниках, и так или иначе услышанные обрывки разговоров и споров на колдовские темы. Курс практической магии, на котором преподавались общие основы построения заклинаний, давался у нас факультативом, который шел на первой паре в понедельник. Если честно, вставать после выходных в такую рань было выше моих сил, и я не посещала его. Зато моя соседка по комнате, утверждавшая, будто достойна намного лучшего, чем всю жизнь варить зелья и лечить страждущих разнообразными примочками, честно посещала их и частенько бубнила себе под нос, повторяя пройденное. Волей-неволей, но какие-то крохи от ее знаний попали и в мои уши.
   Так или иначе, но я отчетливо вспомнила, что замаскированные заклинания легче всего обнаружить на ощупь. От энергии, содержащейся в них, расположенные в непосредственной близости предметы кажутся намного горячее, чем окружающая обстановка. Правда, стоит быть осторожнее и прежде, чем трогать все подряд, вспомнить о том, что многие маги предпочитают устанавливать рядом с заклинаниями и ловушки, призванные наказать за излишнее любопытство.
   Признаюсь честно, это все оптимизма не добавляло. По всему выходило, что я все-таки обнаружила ход, но не защищен ли он от активации посторонними лицами?
   Я задумчиво почесала подбородок. Потом переносицу. Затем затеребила волосы. И, наконец, усилием воли, остановила нервную чесотку. Итак, какие у меня есть варианты? Ничего не делать и смиренно дождаться, когда Нико придет выручать меня. Полагаю, Томас продержит меня в подвале до утра, после чего сообщит-таки хозяину, где меня надлежит искать. Или же я могу рискнуть и попробовать собственными силами активировать ход. Если мне повезет, то все пройдет без неприятных последствий, и я спасусь от участи стать женой этого барона, который на самом деле сын конюха. А если не повезет...
   "То, скорее всего, я сгорю заживо", -- мрачно завершила я, вспомнив, что именно чары огня предпочитали использовать в магических ловушках.
   От столь жуткой мысли я потянулась было еще что-нибудь почесать на своем лице, но сдержалась. Н-да, выбор невелик, и шансов на удачу не так уж много. Мой рассудок и мое чувство самосохранения умоляли меня отступиться и признать поражение. Но не давал покоя едва слышный шепоток на самой грани восприятия.
   "А вдруг? -- повторял и повторял он. -- Зачем барону Этану было идти на такие сложности и защищать ход со стороны дома? Дезактивация охранных чар требует времени, тогда как барон не мог не понимать, что, возможно, когда-нибудь к нему пожалует коллега, нанятый безутешным родственником одной из жертв, и придется бежать. Наемные убийцы, пусть даже высшей категории, не должны забывать об осторожности и на миг. В такой профессии глупцы, простаки и ротозеи долго не живут."
   Нет, я обязана была проверить ход! Иначе получится, что я уже смирилась с поражением, и мне остается лишь покорно примерить наряд невесты. А это не так! Я никогда себе не прощу, если потом выяснится, что у меня был реальный шанс сбежать, а я им не воспользовалась из-за страха.
   Я несколько раз сжала и разжала кулаки, силясь взять разбушевавшиеся нервы под контроль, затем глубоко вздохнула и опять потянулась к тому камню, от которого почувствовала жар.
   Теперь я была осторожнее, поэтому сначала ощупала прилегающую часть стены. Выяснилось, что зачарованный камень не так велик -- размером с булыжник, которыми мостят улицы Бристара, вряд ли больше. Теперь бы еще понять, что с ним делать. Надавить? Или, наоборот, выковырять из стены? А возможно -- ударить чарами? Но тогда какими и куда?
   Я пожала плечами и решила проверить все эти варианты по очереди. Сначала постараемся вдавить камень в стену. Это кажется наиболее логичным и очевидным.
   Кончики пальцев вновь обожгло от прикосновения, однако камень поддался на удивление легко. Невесомое нажатие -- и он без малейшего шума вошел в стену.
   Я на всякий случай отпрыгнула подальше. Мало ли что теперь может произойти. И замерла, настойчиво вперив взгляд в окружающую меня тьму. Ну? И что дальше?
   Секунды текли ужасающе медленно. Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, не отводя взгляда никуда в сторону.
   "Ничего не получилось", -- наконец, печально констатировала я, устав вглядываться во тьму. Закрыла измученные глаза, а когда вновь открыла их, то от неожиданности подпрыгнула на месте. Потому что теперь я явственно видела очерченный огненной каймой прямоугольник в стене. Это еще не было проемом, но я не сомневалась, что вот-вот ход откроется передо мной.
   -- Вот так-то! -- торжествующе воскликнула я. -- Будут знать, с кем связались!
   Последнюю угрозу я адресовала сразу и Нико, и Томасу. Тоже мне, нашлись вершители судеб. Новоявленный барон Рыбья Кость и зловредный противный призрак -- хорошенькая парочка, ничего не скажешь!
   Лента пламени, змеившаяся по стене напротив меня, становилась все шире. Однако ход все никак не открывался. И это уже начинало беспокоить меня. Стоит признать -- в подвале становится жарковато. Здесь и до этого не было прохладно, а сейчас такое чувство, будто я угодила в парную. И я провела ладонями по потному лицу.
   -- Кто потревожил мой покой?
   Нет, это прозвучало не громко и не грозно. Шепот вполз в мои уши, подобно шипению ядовитой змеи, приготовившейся к броску. И от этого мне стало особенно не по себе. Казалось, будто за моей спиной притаилась огромная ползучая тварь, готовая обрушиться на меня всем своим весом и сжимать в смертоносных объятиях до тех пор, пока не раздробит все мои кости.
   -- Я -- хранительница хода, -- продолжил шептать неведомый некто, скрывающийся за огненным прямоугольником пока закрытой двери. -- Но я не узнаю твой запах. Кто ты?
   -- Меня зовут Беата, -- тоненько пискнула я. Кашлянула, но все-таки продолжила, обмирая от собственной дерзости: -- Вы не могли бы пропустить меня в Бристар, хранительница хода? Очень прошу!
   -- Беата? -- в шипящем голове прорезалось искреннее удивление. -- Беата... Незнакомое имя. Его я прежде не слышала. Впрочем -- скажи слово, и можешь идти!
   Слово, что еще за слово? Я с испугом заломила руки. Так, по всей видимости, эта змея, или кто она там, требует от меня пароль, который позволит ей пропустить меня дальше. Только откуда мне знать этот пароль?
   Хм-м... Интересно, а откуда Нико его узнал? Хотя, скорее всего, отыскал в дневниках барона Этана. Жаль, что мне не довелось их прочитать.
   -- Слово, девочка, слово, -- напомнила мне хранительница. -- Я не могу ждать вечность.
   Я опять утерла лоснящееся от пота лицо. Ох, и что делать?
   -- А что будет, если я признаюсь, что не знаю его? -- робко поинтересовалась я.
   Лучше бы я этого не делала! От закрытой двери пахнуло таким жаром, что я невольно отшатнулась и тут же уперлась спиной в противоположную стену. Увы, отступать дальше было некуда. И с замиранием сердца я наблюдала, как ползет огненная лента, постепенно охватывая камень за камень. Еще немного -- и пламенем будет объят весь подвал.
   -- Если ты не знаешь нужного слова, то тогда войду я, -- торжествующе пророкотала хранительница. -- Наконец-то! После стольких лет ожидания -- еда!
   От ужаса у меня перехватило дыхание. Кто еда? Я -- еда? По всему выходит, что да. Ай-ай-ай, как же мне это не нравится!
   С оглушительным грохотом стена напротив меня раскололась. Черные трещины повторяли очертания того небольшого участка пространства, который еще не был охвачен огнем. Но теперь пламя не пугало меня. Меня пугало то, что эти трещины ширились на глазах, стремясь слиться друг с другом. А это значит, что вот-вот дверь откроется, и ко мне пожалует кровожадная и очень голодная гостья.
   -- Беата! -- вдруг услышала я крик через треск огня, который бушевал всего в нескольких шагах от меня.
   Я подняла голову и увидела Нико, который стоял около лестницы.
   В багрово-черных отблесках огня было видно, что Нико только что из постели. Встрепанные темные волосы стояли дыбом, на ногах -- легкие штаны, а рубашка просто накинута поверх и не заправлена в них. Ах да, об обуви молодой барон просто забыл, явившись сюда босиком.
   -- Нико, -- прошептала я, чувствуя, как трескаются от пекла губы, покрываясь кровавыми корочками. Надо же, никогда бы не подумала, что буду рада видеть своего похитителя.
   А в следующее мгновение Нико гордо вскинул голову и шагнул на пол. Зачем-то сбросил рубаху на пол и одним размытым движением преодолел разделяющее нас расстояние, оказавшись между мной и полуоткрытой дверью.
   -- Остановись, Шарриаш, -- прошелестел его голос, до неузнаваемости искаженный бешенством. -- Я, потомок барона Этана и наследник рода Бриан, приказываю тебе!
   -- Ну вот, опять все сначала! -- с раздражением огрызнулась так называемая хранительница хода.
   Интересно, мне показалось, или стало немного прохладнее? Впрочем, скорее всего, это из-за того, что теперь от пылающей стены меня закрывал Нико.
   Я невольно скользнула взглядом по его спине. Надо же, худощавый, а мышцы имеются. В одежде этого незаметно.
   Затем я посмотрела чуть пониже его поясницы и почувствовала, что краснею. Слишком легкие штаны были на Нико. От царящей здесь жары он вспотел, и полупрозрачная ткань прилипла к его телу, неприлично обрисовав ягодицы. Симпатичные такие, мускулистые ягодицы. Тьфу ты, демоны, и о чем я только думаю в этот момент!
   Я сгоряча сплюнула, правда, моя слюна так и не достигла пола, мгновенно высохнув, и вновь вся оборотилась в слух.
   -- Ты снова начинаешь этот спор, Николас Бриан, -- зло выговаривала невидимая пока хранительница хода моему спасителю. -- Да, ты наследник барона Этана, но не его потомок. И не смей себя так называть!
   -- Да неужели? -- Я не видела сейчас лица Нико, но не сомневалась, что он ехидно улыбается. -- Тогда почему ты не убила меня при первой встрече?
   -- Потому что формально ты все же его сын, -- неохотно отозвалась хранительница. -- Формально, но не по крови! Поэтому, прошу, не злоупотребляй моим терпением и не заставляй меня пожалеть о том решении. Отойди, Николас. Отдай мне законную добычу. Она не сказала мне слова. Я имею полное право ее съесть.
   Я гулко сглотнула от зловещей последней фразы. Ох, как не хочется умирать-то!
   -- А я уверен, что Беата просто растерялась, -- неожиданно парировал Нико. -- Она прекрасно знает, что надо сказать. Ты испугала ее своим эффектным появлением, вот все и вылетело у нее из головы.
   -- Правда? -- недоверчиво переспросила хранительница. -- А ну-ка -- шаг в сторону, Николас! Если это так, то у твоей гостьи было достаточно времени, чтобы вспомнить нужное. Пусть говорит.
   К моему ужасу Нико послушно отошел и встал чуть в стороне, вновь открыв мне вид на зловещий прямоугольник в стене, окаймленный лепестками пламени.
   -- Скажи мне слово, Беата, -- прошелестела хранительница. -- Скажи!
   Я угрюмо вздохнула. Вот ведь привязалась-то! Да не знаю я никакого слова!
   -- Слово, -- вдруг раздался прямо в моей голове голос Нико. -- Беата, пароль -- это и есть слово.
   Объяснил, называется! Я и без того понимала, что пароль -- это слово. Только какое? Мог бы и шепнуть украдкой, раз уж умеет проникать в мои мысли.
   -- Николас Бриан! -- загремел рассерженный голос невидимой хранительницы, и я невольно пригнула голову. -- Не мошенничай! Я чувствую твою магию! Если твоя гостья немедленно не скажет мне пароля, то я поджарю ее на медленном огне. А потом -- мням -- и съем!
   Я опять содрогнулась от ужаса, зримо представив себе столь жуткую кончину. С немой мольбой посмотрела на Нико, который не отводил от меня странно напряженного взгляда. Я понимала, что больше он не рискнет мне помочь, потому как иначе мы погибнем оба. Пароль... Каким же может быть пароль? Что это значит: пароль -- и есть слово? Ой, кажется, догадалась!
   -- Ну? -- Огонь вдруг вспыхнул жарче и ярче. Отдельные лепестки пламени заструились по полу к моим ногам, и я вскрикнула от боли, ощутив жгучий укус ожога. Благо, что успела повыше подобрать платье, поэтому подол хоть и затлел, но не загорелся.
   -- Беата! -- Нико рванул было ко мне, но воздух разрезал сноп искр, которые врезались в стену около меня. Я опять вскрикнула, почувствовав, как шею и грудь нестерпимо закололо тоненькими иголками .
   -- Стой, я скажу пароль! -- взмолилась я, отчаянно хлопая по себе ладонями в отчаянных попытках погасить эти искры. -- Слово!
   Мгновенно огонь отступил от меня. Река пламени, подбирающаяся к моим ногам, на глазах стала скудеть, превратившись сначала в жалкий ручеек, а потом и вовсе распавшись на отдельные лужицы.
   -- Что ты сказала? -- недоверчиво повторила хранительница.
   -- Ты просила назвать слово, я и назвала его, -- дрожащим голоском отозвалась я, гадая, не делаю ли сейчас самую большую ошибку в жизни.
   С тихим гудением пламя угасало. Я еще видела приоткрытую дверь на противоположной стороне от меня, но с каждым мигом ее очертания размывались и сливались с серым камнем.
   -- Пойдем!
   Нико схватил меня за руку. Так сильно сомкнул пальцы на моем запястье, что я невольно застонала, но он не обратил на это никакого внимания. Молодой барон дернул меня в сторону лестницы. Затем, осознав, что по причине нервного ступора я пока не могу идти, подхватил меня на руки и рванул вперед.
   -- Ты помог ей! -- вдруг обиженно взвыла за нашими спинами хранительница. -- Николас, ты подсказал ей пароль! Я никогда тебе этого не прощу.
   Нико не стал отвлекаться на оправдания. Он несся вверх по лестнице как бешеный сайгак, перепрыгивая сразу через две ступени.
   "Там же закрыто", -- успела удивленно подумать я.
   А в следующее мгновение мир вокруг превратился в огненное пекло. Стены и низкий свод опасно заалели, наливаясь жаром. Позади послышался грозный рокот, и я знала, что это пламя жадно лижет камень, силясь догнать Нико.
   -- Держись! -- прокричал он, пытаясь пересилить оглушающий грохот, царящий вокруг. Прижал меня к себе крепче. И вдруг ступени под ним разлетелись на множество осколков. Нико с силой швырнуло вперед, затем куда-то в бок. А потом я пребольно ударилась головой обо что-то очень острое и очень твердое и позорно отключилась.
   "Зато будет не больно умирать от огня", -- успела я подумать перед тем, как сознание полностью покинуло меня.
  

***

  
   Я чувствовала себя так, будто лениво и с удовольствием покачивалась в прохладной чистой воде. Унялась боль от ожогов и многочисленных ушибов, полученных после бегства от хранительницы хода. Восхитительное ощущение невесомости и всеобъемлющего блаженства охватило меня. Все позади. Я спаслась. Я не умру, погребенной заживо в каменном мешке, и не сгорю. Я буду жить долго и счастливо...
   -- Сейчас будет немного больно, -- вдруг нарушил эту идиллию знакомый голос.
   Я открыла глаза и увидела Нико. Я опять была в той же комнате, где очнулась после своего похищения, и опять лежала на той же кровати. Правда, теперь от моего платья остались одни обгорелые лоскутки, а кожа была покрыта густым слоем сажи. Хм-м, интересно, а лицо у меня такое же чумазое?
   -- Сейчас будет немного больно, -- повторил Нико, и я с ужасом увидела, как в его руках нестерпимо ярко сверкнул остро заточенный нож.
   Ой, наверное, барон просто в ярости после моей попытки бегства и сейчас намерен жестоко наказать меня за нее!
   -- Не надо, постой, -- жалобно залепетала я и попыталась уползти от этого садиста. Только получалось плохо. Тело почему-то совершенно не желало меня слушать. Все, что мне оставалось, -- лишь лежать и наблюдать за тем, как нож медленно приближается к моей груди. Я всхлипнула и опять взмолилась: -- Ну пожалуйста, прости меня!
   -- А? -- несколько растерянно переспросил Нико, к моему облегчению, так и не опустив занесенную надо мной руку с ножом. -- Беата, ты почему плачешь?
   Какой дурацкий вопрос! И я опять всхлипнула, чувствуя себя как никогда ранее несчастной. А почему мне не плакать? Столько всего произошло со мной за последние пару дней. И чем только я так прогневила богов, что они послали на мою долю столько испытаний?
   -- Не убивай меня, -- попросила я. -- Или убей, только сделай это быстро!
   Нико с таким искренним недоумением нахмурился, будто я вдруг заговорила на каком-то незнакомом ему языке. Но спустя миг в его темно-карих глазах зажегся огонек понимания. Он посмотрел на нож в своих руках и от души расхохотался. Я же говорю -- псих! Только безумцы могут радоваться страху и боли своих жертв.
   Впрочем, достаточно скоро Нико понял, что его веселье, мягко говоря, неуместно, и я не рвусь поддержать его, поэтому прекратил смеяться так же резко, как и начал.
   -- Да не собираюсь я тебя резать, -- заверил он меня, при этом даже не подумав опустить нож. Поразмыслил немного и кровожадно завершил: -- Хотя, признаюсь честно, наказать тебя за эту выходку не мешало бы. Сколько дел наворотила -- с ума сойти можно! Ты поссорила меня с хранительницей рода! Это же просто катастрофа. А еще магический ход оказался завален. Нет, я, безусловно, сумею все исправить, но потребуется время... И все зависит от того, как долго на меня будет дуться Шарриаш. Она и близко не подпустит меня к своему обиталищу, пока не успокоится и не остынет. Причем остыть ей надо в прямом смысле слова. В общем, я и не представлял, что ты способна на такое.
   -- На какое -- такое? -- огрызнулась я, но тут же прикусила язычок, покосившись на нож, все еще находящийся в опасной близости от меня. После короткой паузы продолжила уже мягче: -- Сам посуди -- ты не оставил мне иного выбора!
   -- Мысль о свадьбе со мной настолько противна тебе, что ты предпочла бы умереть, лишь бы не допустить ее? -- правильно истолковал мои слова Нико, хотя я и не сказала об этом прямо.
   Я поморщилась, не желая начинать этот разговор. По-моему, момент для выяснения отношений выбран крайне неудачно, учитывая то, что в руках моего оппонента находится оружие. А еще меня беспокоило то, что кожу на груди и лице начинает ощутимо пощипывать.
   -- Ох, прости, в самом деле, лучше поговорить об этом позже! -- спохватился Нико и окинул меня обеспокоенным взглядом. -- Сперва надлежит заняться твоими ожогами. Если не поторопиться, то останутся шрамы.
   Шрамы? На лице и груди? Я внутренне содрогнулась от этого известия. Ох, даже страшно представить, в какую уродину я превращусь!
   -- Не дергайся, -- попросил меня Нико и поднес нож вплотную ко мне. -- Сейчас я срежу твое платье.
   Я нервно хихикнула и попыталась спрятаться под одеяло. Правда, потерпела в этом сокрушительное поражение -- тело по-прежнему отказывалось служить мне. Демоны, да я даже мизинцем не могла пошевелить, как будто находилась под действием какого-то парализующего заклинания. Впрочем, весьма вероятно, так оно и было. И мне очень не нравились намерения Нико раздеть меня догола.
   -- А нельзя ли обойтись без этого? -- ворчливо осведомилась я, чувствуя, как щеки заливает ярко-алый румянец стыда.
   -- Нет, Беата, я должен видеть, как сильно ты пострадала, -- на удивление серьезно и спокойно ответил Нико. -- Без этого я не смогу должным образом сформулировать целебное заклинание.
   -- А ты еще и целитель? -- удивилась я, отчаянно пытаясь протянуть время до момента полного моего разоблачения. Хм-м, как-то неловко выразилась. Я имею в виду -- оголения.
   -- Магия смерти и магия жизни имеют гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд, -- как-то очень мудрено выразился Нико и осторожно поддел лезвием ножа правый рукав моего сильно пострадавшего платья. -- Чтобы убить человека магией, необходимо знать, как функционируют его внутренние органы. Но то же самое требуется и для того, чтобы вылечить его. А сейчас не дергайся, Беата! А то я могу случайно поранить тебя.
   Не дергайся! Издевается он, что ли? Как будто не понимает, что я не способна сейчас оказать ему ни малейшего сопротивления.
   Я обреченно закрыла глаза, услышав треск разрезаемой материи. Прошло всего несколько секунд, а Нико быстро и умело освободил меня от остатков того тряпья, которое совсем недавно было одним из моих лучших платьев.
   Я продолжала старательно жмуриться, не позволяя себе даже краткого взгляда в сторону Нико. От осознания, что я лежу сейчас абсолютно обнаженная, а он вдумчиво и медленно изучает мое тело, подмечая малейший недостаток, было не просто не по себе, а очень и очень стыдно. От смущения теперь горело не только мое лицо. Краска волнения быстро переползла и на шею с грудью. От этого неприятное чувство жара и щипания усилилось многократно. Теперь я кривила губы, удерживая себя от стонов.
   -- Да, придется потрудиться, -- наконец, услышала я вердикт Нико.
   -- Что, так страшно? -- осмелилась подать я голос, при этом по-прежнему не глядя на него.
   -- После того, как я закончу, и следа не останется, -- заверил меня Нико.
   Я тяжело вздохнула и осмелилась кинуть на него один быстрый взгляд через полуопущенные ресницы. Молодой барон, заметив это, улыбнулся, и я тут же зажмурилась пуще прежнего, кляня себя за любопытство. Но так интересно, что он будет делать дальше!
   А в следующее мгновение я почувствовала руку Нико на своей груди. Он легонько очертил левое полукружие, тронул подушечкой большого пальца сосок, который немедленно напрягся.
   -- Что ты делаешь? -- негодующе взвизгнула я. Потянулась было опять за одеялом, но руки по-прежнему не слушались меня. Эх, такое чувство, будто я превратилась в самое настоящее бревно с глазами! Только и могу, что лежать и хлопать ресницами!
   -- Я лечу тебя, -- невозмутимо отозвался Нико и погладил на сей раз мою правую грудь. Правда, в конце он наклонился и обхватил губами сосок. Дразняще втянул его в себя.
   Я задохнулась от вспышки острого наслаждения. Оно зародилось в низу моего живота и начало распространяться по телу.
   -- Прекрати! -- хрипло потребовала я. -- Немедленно прекрати! Это... Это просто неприлично!
   -- Ну почему же, -- не согласился со мной Нико, на миг оторвавшись от своего увлекательного занятия. -- Это тебе нравится. Только не спорь, я ведь не слепой и могу отличить наслаждение от отвращения. Тогда почему я должен прекращать? В конце концов, совсем скоро ты станешь моей женой. Ты так сильно этому противишься... Позволь мне показать тебе, что ты можешь потерять из-за собственного упрямства. Я не чудовище, Беата. Я обычный человек, который влюбился в тебя с первого взгляда. И я хочу доказать тебе, что подобная любовь имеет право на существование. Просто расслабься.
   "Да, но я-то тебя не люблю", -- собиралась возразить я, но не успела.
   Нико, словно предчувствуя мои дальнейшие возражения, поцеловал меня. Его губы были удивительно мягкими и прохладными, а пальцы, которыми он продолжал ласкать мою грудь, несли с собой избавление от боли.
   Это была самая невыносимая пытка на свете. Нико, прекрасно понимая, что я не в силах оказать ему никакого сопротивления, долго и вдумчиво изучал мое тело. При этом его руки успокаивали обожженную кожу, и наслаждение от его прикосновений многократно усиливалось.
   Сначала он прошелся быстрыми, легкими, почти целомудренными поцелуями по моим ключицам. Затем спустился по ложбинке между грудей к животу. Его рука нырнула промеж моих ног, осторожно двинулась вверх, пока не достигла самой чувствительной части моего тела.
   Я хрипло застонала, когда ощутила пальцы Нико внутри себя. Он, словно испугавшись моей реакции, тотчас же прекратил это, и я застонала вновь. Правда, к своему огорчению, не от облегчения, а от обиды.
   -- Ночи со мной не станут для тебя ужасом, -- прошептал Нико, совсем близко наклонившись к моему уху. Провел кончиком языка по мочке, затем по шее. После остановился и с чуть уловимой иронией продолжил: -- Я симпатичен тебе. Даже не спорь, я это чувствую. Нельзя желать человека, которого искренне ненавидишь и презираешь. А ты вся истекаешь соком от моей близости. Поверь, я сумею разжечь в тебе огонь страсти и любви. Хотя зачем разжигать то, что уже пылает ярче звезд на небе? В любом случае, чем тяжелее задача, тем сладостней будет победа.
   "Какой же ты многословный!" -- едва не воскликнула я с досадой.
   Каждая секунда промедления казалась настоящей пыткой. Я чувствовала приятную тяжесть руки Нико на своем бедре, но он не делал ни малейшей попытки вернуться к прежнему занятию, которое сводило меня с ума от наслаждения. Я недовольно заворочалась и вдруг осознала, что свобода действий вновь вернулась ко мне. Посмотрела в темно-карие глаза Нико, лучащиеся улыбкой.
   -- Выбор за тобой, Беата, -- прошептал он, почти касаясь своими губами моих. -- Я могу встать и уйти. Или же...
   И его пальцы вновь нырнули в мое лоно. Затанцевали там, удивительно точно касаясь какой-то потаенной точки, и каждый раз после этого мое тело пронзала сильнейшая дрожь. Демоны, я даже не подозревала, что способна чувствовать такое.
   Жалкие остатки здравого смысла, которые еще не утонули в бездне всепоглощающего желания, требовали, чтобы я прекратила это безумство. Беата, как низко ты пала! Сначала Лоренс, теперь Нико. Забыла, как совсем недавно нежилась в объятиях королевского дознавателя по особо важным делам? Двое мужчин с таким коротким промежутком времени между ними -- стыд и срам просто!..
   Я не успела додумать эту в высшей степени правильную и разумную мысль. Нико, видимо, осознав, что рыбка может соскользнуть с крючка, вдруг отстранился. А через миг я почувствовала его губы на своем животе. Он начал чертить влажную дорожку поцелуев с пупка, спускаясь все ниже и ниже. Его руки с неожиданной силой развели мои ноги, и я ахнула, когда почувствовала его язык там, где совсем недавно были его пальцы.
   Время перестало для меня существовать, как и мои глупые раздумья и сомнения. Я стонала, взвизгивала, кричала, изо всех сил царапая плечи Нико, и больше всего боялась того, что он прекратит свое возмутительно прекрасное занятие. Наконец, волна блаженства накрыла меня с головой, и я затихла, обессиленная.
   Когда я опять посмотрела на Нико, он уже лежал рядом со мной. Опирался на локоть и задумчиво смотрел на меня. И я неожиданно поняла, что сам-то он вряд ли получил такое же удовольствие от только что произошедшего, поскольку так и не вошел в меня традиционным образом.
   Пауза тянулась и тянулась, и я начала краснеть. Демоны, давно я себя не чувствовала настолько неловко! Наверное, надо что-то сказать. Но что? Поблагодарить Нико за доставленное удовольствие? Да, наверное, не помешало бы. Но тем самым я косвенно дам ему понять, что простила за все. А я все-таки крайне возмущена моим похищением и все равно не желаю становиться его женой! Слишком это... внезапно, что ли.
   -- Я даже не знаю, что сказать, -- прошептала я, решив быть откровенной с ним. Подумала немного и все-таки нехотя добавила: -- Это было просто чудесно!
   -- По твоему тону не скажешь, что ты в восторге. -- Нико недовольно качнул головой. В его глазах загорелись обиженные огоньки. Видимо, он ожидал от меня более искренней благодарности.
   -- Нет, мне правда очень понравилось! -- поспешила я его заверить. -- Просто... Как-то все это очень странно.
   Странно! Да, вот то слово, которым я определила для себя поступок Нико и его манеру заниматься любовью. Наверное, впервые в жизни я встретила мужчину, который доставил удовольствие мне, но при этом совершенно не подумал о себе. Даже проклятый Лоренс, который по какой-то непонятной причине постоянно мне вспоминается, не был настолько великодушен. Он довел меня до вершины блаженства, но при этом и о себе не забыл.
   -- Я человек, скажем так, традиционных взглядов и искренне считаю, что основное действие должно происходит между будущими супругами лишь после свадьбы, -- витиевато объяснился Нико. Затем широко ухмыльнулся и добавил, внимательно наблюдая при этом за моей реакцией: -- Но это не мешает тебе отблагодарить меня таким же образом.
   После чего откинулся на спину, явив всего себя, так сказать, в полной красе.
   Понятия не имею, который раз за последний час я покраснела. Смешно прозвучит, но никогда прежде я не видела голого мужчину в такой близости от себя. С Диланом, моим женихом, все обычно происходило под одеялом и в полной темноте. Наверное, он даже не в курсе, какие родинки есть на моем теле, поскольку и сам ни разу не видел меня обнаженной при свете. Лоренс, безусловно, был более раскрепощен и свободен, но тусклого света свечей, горящих в его спальне, было явно недостаточно для того, чтобы во всех подробностях разглядеть его тело. Тогда как сейчас в окна вливался яркий свет зарождающегося дня.
   Сначала я хотела с негодованием отказаться, встать и потребовать, чтобы Нико немедленно покинул комнату. Но почему-то мне было очень неловко. В конце концов, он сделал мне так приятно...
   Мой взгляд скользнул по его телу. Да, стоило признать, сложен Нико был как надо. Худощавый, с рельефной мускулатурой, которая при этом не выглядела чрезмерной.
   Моя рука словно против моей воли скользнула по его груди к плоскому животу. Испуганно замерла на полпути, когда я мысленно строго одернула себя. Беата, да что ты творишь!
   -- Ты так смотришь на меня, как будто впервые увидела голого мужчину. -- Нико вдруг фыркнул от смеха.
   -- Вживую -- действительно впервые, -- хмуро пробормотала я. Нико аж поперхнулся от моей фразы, и я торопливо исправилась: -- Я не имею в виду, что до этого глазела лишь на мертвых голых мужчин. Просто выразилась неправильно.
   -- Ты девственница? -- недоверчиво переспросил он.
   -- Нет! -- воскликнула я и раздраженно махнула рукой, раздосадованная, что надлежит давать объяснения в столь деликатной теме. -- У меня был жених, и у меня все с ним было. Хм-м, по-дурацки звучит, правда? Ну, в общем, я с ним спала. Но...
   -- Но вы это делали в темноте и под одеялом, -- догадливо завершил за меня Нико.
   Я кивнула, мудро решив не рассказывать про Лоренса. С ним все как раз происходило далеко не столь целомудренно, я бы даже сказала -- намного более развратно. Но до детального изучения тел друг друга мы так и не добрались.
   -- Поразительное дремучее невежество! -- с таким чувством воскликнул Нико, как будто был потрясен моим признанием до глубины души. -- Ну и дурак же твой жених! Как можно было заниматься любовью со столь красивой девушкой и по доброй воле лишить себя удовольствия зацеловать всю ее с головы до пяток!
   Я смущенно опустила голову, польщенно зардевшись. А Нико умеет делать комплименты. Пожалуй, еще немного -- и он на самом деле мне понравится. Удивительное дело, но даже смущение куда-то исчезло. Я даже не вспоминала о том, что по-прежнему неодета.
   -- Ладно, смотри дальше, -- милостиво разрешил мне Нико и взял мою руку в свою. Провел моими пальцами по своему животу, щурясь от удовольствия. -- Спрашивай, если что-нибудь непонятно.
   Я немедленно уставилась на самый главный мужской орган, который сейчас величественно вздымался из треугольника жестких курчавых волос. Даже смешное признаться, что я впервые вижу его так близко и так ясно.
   -- Ну как? -- горделиво поинтересовался Нико, проследив за моим взглядом. -- Впечатляет?
   -- Ага, -- честно призналась я, и молодой барон расплылся в широкой улыбке, которая, правда, тут же сползла с его губ, когда я вдруг брякнула: -- Если честно, на редкость нелепо выглядит.
   -- Почему это -- нелепо? -- обиженно переспросил Нико, и его достоинство, словно оскорбленное моим нелестным определением, начало на глазах уменьшаться в размерах.
   -- Нет, я не имею в виду, что у тебя нелепый... -- Я замялась и покраснела. Язык никак не поворачивался назвать простое слово из четырех букв. Поэтому я неопределенно взмахнула рукой и сделала еще одну попытку, которая тоже завершилась полным провалом: -- Ну, что у тебя нелепый... Это нелепое... То есть, нелепое это...
   -- Что -- это? -- насмешливо переспросил Нико, без особых проблем догадавшись о причинах моего смущенного замешательства.
   -- Вот это. -- Я ткнула пальцем в его орган, который, хоть слегка и утратил величественный вид, но продолжал еще выситься.
   -- Так, Беата, давай называть вещи своими именами. -- Нико фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха. Затем опять поймал мою руку и положил ее на предмет нашего разговора, который, почувствовав тепло моих пальцев, немедленно принялся твердеть и вновь увеличиваться в размерах. А Нико тем временем продолжал свою на редкость познавательную лекцию: -- "Это" называется членом. На крайний случай -- достоинством. Кое-кто величает жезлом наслаждения. Выбирай любой вариант, какой тебе более по нраву.
   -- Жезл наслаждения, -- пробормотала я, впечатленная фантазией того, кто дал сему органу такое название.
   -- Так почему мой член нелепо выглядит? -- вернулся Нико к тому, с чего мы начали наш разговор.
   -- Нет, я не говорила, что именно твой... -- Я втянула в себя воздух и с усилием продолжила, -- твой член нелепый. Я имела в виду, что этот орган, то бишь, достоинство как-то нелепо выглядит у всех мужчин. Болтается такая финтифлюшка спереди. Так и тянет оторвать.
   Говоря все это, я продолжала держать руку на достоинстве Нико, поэтому почувствовала, как резко он отреагировал на мое признание. Прежде твердый и внушительный по размерам, он внезапно съежился и стал таким маленьким, что с легкостью уместился в моей ладони.
   -- Ой, -- испуганно пискнула я, поскольку не ожидала такой реакции.
   -- Н-да, после таких слов у любого мужчины все опустится, -- хмуро резюмировал Нико. -- Беата, нашла, о чем говорить в постели! Ишь ты, оторвать ей кое-что хочется.
   -- Не кое-что, а член, -- вернула я ему той же монетой. Невежливо ткнула пальцем в его достоинство, желая, чтобы барон понял, о чем я говорю: -- Ну посмотри же! В самом деле, такая висюлька забавная...
   -- Да у любого бы повис после твоих откровений, -- огрызнулся Нико и поторопился спрятаться под покрывалом, явно покоробленный моими откровениями. Задумчиво добавил: -- Кажется, теперь я понимаю, почему твой жених предпочитал не показываться тебе голым при свете.
   -- Ты обиделся, -- скорее утвердительно, чем вопросительно протянула я. -- Прости, пожалуйста. Сама не знаю, почему сказала тебе это.
   -- Да нет, все в порядке, -- отозвался Нико, и улыбка вновь вернулась на его губы. -- Наоборот, я даже рад, что ты преодолела свое смущение и поговорила со мной на столь откровенную тему. Это значит, что ты перестаешь видеть во мне врага и начинаешь видеть друга. Между мужем и женой не может быть никаких секретов и недомолвок, особенно в столь интимных вопросах.
   Теперь у меня испортилось настроение. Ну вот, зачем он опять заговорил про свадьбу? Не хочу я становиться баронессой Бриан! По крайней мере, не таким образом. Полагаю, если бы мы с Нико встретились в обычной ситуации, он бы начал ухаживать за мной, а потом, через некоторое время, сделал предложение, то я бы не имела ничего против. Но мне не нравится, когда меня ставят перед решением. Мол, будешь моей женой -- и все тут. Причем свадьба уже через день, а твое мнение на сей счет никого не волнует. Вот почему Нико так поступает? Как будто не понимает, как сильно меня злит его твердая убежденность в собственной правоте.
   -- Я не могу ждать, Беата, -- проговорил Нико, каким-то чудом угадав мои мысли в этот момент. -- Прости, но не могу. Ты должна стать моей женой. Иначе Ильза доберется до тебя, а я не желаю твоей смерти.
   Я угрюмо вздохнула, не впечатленная его словами. Впрочем, я прекрасно понимала, что не стоит затевать очередной бессмысленный спор. Нико все равно останется при своем мнении. Он не желает обращаться за помощью к властям, поскольку у самого рыльце в пушку, и собирается решить эту проблему в одиночку. А для этого ему необходимо, чтобы я стала баронессой Бриан.
   -- Ладно, не будем о грустном, а то я чувствую, что мы опять поссоримся. -- Нико, по-прежнему стыдливо придерживая покрывало около бедер, встал, прежде легонько чмокнув меня в плечо. Посмотрел на меня сверху вниз и добавил с иронией: -- Пожалуй, отложим наш урок сексуального просвещения на потом. Мне надо переварить твои откровения. Отдыхай, Беата. Тебе надо хорошенько выспаться после столь тяжелых испытаний, поскольку сегодня вечером ты станешь моей женой. Поверь, в первую брачную ночь тебе спать не придется. И вряд ли после этого ты посмеешь и дальше называть мужской член нелепой финтифлюшкой.
   Если честно, прозвучало это как угроза. Но я не успела ничего сказать в ответ, поскольку Нико торопливо развернулся и буквально вылетел из комнаты, словно испугался чего-то. Выглядело это как весьма трусливое бегство, однако я невольно залюбовалась той картиной, которая мне при этом открылась, поскольку сзади себя Нико не удосужился прикрыть покрывалом. Эх, отличные у него все-таки ягодицы!
  

***

   Я стояла на крыльце дома и задумчиво глядела в зеленый сумрак подступающего к ограде леса.
   Естественно, я не оставила надежды на бегство. Времени у меня на это оставалось всего ничего. Сейчас день уже перевалил за середину, а Нико сказал, что священник явится в дом вечером. Получается, у меня в запасе всего несколько часов.
   Я тяжело вздохнула, силясь тем самым заглушить недовольное бурчание живота. Говоря откровенно, я бы предпочла хорошенько подкрепиться перед тем, как сломя голову кидаться в новую авантюру. Но никто не пригласил меня к обеду, который, по моим скромным представлениям, уже давным-давно должен был начаться. Нико после моего честного признания о том, насколько я нелестного мнения о главном мужском органе, куда-то запропастился. Видимо, предпочел хорошенько осмыслить мои откровения. Томас тоже не подавал голоса. И правильно делал, кстати. Меня начинала душить ярость и ненависть при воспоминании о том, как зловредный призрак оставил меня в полном одиночестве и без света в подвале. Пусть и дальше помалкивает, а то я выскажу ему все, что о нем думаю!
   Кстати, на первый взгляд ничто в гостиной не указывало на произошедшее. Дверца, ведущая к магическому ходу, была все так же крепко закрыта. Стену вокруг нее не пачкала копоть и жирная сажа. Даже статуэтки на каминной полке стояли в прежнем порядке. Как будто мне все привиделось, и за нами по пятам не гналась разгневанная хранительница, желающая полакомиться моим молодым мясом, а потолок не рушился нам на голову.
   Первым моим порывом было открыть дверь и проверить, как обстоит дела за ней. Нико говорил, что ход завален. А что, если он солгал, и на самом деле все в порядке?
   Но почти сразу я отказалась от этой идеи. Даже если предположить, что лестница не обрушилась, то все равно не стоит забывать о Шарриаш, обитающей в подвале. Вряд ли она обрадуется, вновь увидев меня. Скорее, поспешит закончить то, что не дал ей сделать Нико в мой первый визит.
   Я уныло вздохнула и переступила с ноги на ногу. Нервно провела рукой по подолу платья, разглаживая складки.
   Естественно, я не смогла надеть те тряпки, в которые превратилось мое платье после всех этих событий. Мало того, что оно сильно обгорело, так еще и Нико хорошенько потрудился над ним с ножом. Но и разгуливать голышом по дому я не могла. Пришлось пересилить себя и внимательно обследовать платяной шкаф, который стоял в моей комнате. Там к своей радости я обнаружила несколько нарядов. Если судить по старомодному фасону и пожелтевшей от времени ткани, некогда они принадлежали матери Нико. Выбор у меня был маленький: или надеть одно из них, или же разгуливать по дому, задрапировавшись в одеяло. Понятное дело, я остановилась на первом варианте. И сейчас очень мучилась из-за этого, поскольку мне казалось, будто от наряда слишком сильно пахнет влажной сыростью. Хотя скорее всего так проявлялось мое чувство брезгливости, ведь до сего момента мне ни разу не приходилось носить чужих вещей. А вообще платье пришлось мне в пору. Только лиф немного жал, а в бедрах, наоборот, было слегка свободнее, чем я привыкла. Но на эти мелочи я быстро перестала обращать внимания.
   Я еще раз провела рукой по подолу и опять вздохнула. Было из-за чего огорчаться. После ночной грозы двор утопал в грязи. Прямо перед крыльцом расплескалась громадная лужа, своими размерами напоминающая маленькое лесное озерцо. Н-да, мои туфли явно не предназначены для форсирования таких водных преград. Тут скорее подойдут тяжелые болотные сапоги, да только кто же мне их даст.
   Я угрюмо посмотрела на выглядевшие совершенно недосягаемыми ворота. Сейчас они были закрыты, впрочем, совсем рядом с ними забор обвалился настолько, что я вполне могла бы перелезть через него. Но что делать с обувью? Если даже здесь настолько грязно и мокро, то даже страшно представить, что меня ждет в лесу. Как бы не утонуть, ненароком забредя в какое-нибудь болотце.
   Мое отчаяние и нежелание выходить за Нико замуж достигло таких пределов, что я всерьез решила бежать через лес, раз уж магический ход оказался недоступен. Подумаешь, несколько десятков миль... Уж как-нибудь преодолею их. А отребье, которым меня пугал Нико... Ну, прошмыгну как-нибудь мимо, не привлекая ничьего внимания. В конце концов, мир не без добрых людей. Авось мне и повезет.
   Я жалобно скривилась. Я прекрасно понимала, насколько глупо звучали мои утешения самой себе. Но сидеть, смиренно сложив руки в ожидании свадебного ритуала, было выше моих сил. Да, за последние сутки Нико показал себя с неплохой стороны, но это ничего не значит. Он и должен стараться, поскольку хочет продемонстрировать мне все свои достоинства. Мол, посмотри, Беата, какой я умный, добрый, всепрощающий и всепонимающий. Однако никак не может осознать, что одно его навязчивое желание жениться на мне против моей воли перечеркивает все его старания. Я терпеть не могу, когда меня к чему-нибудь принуждают, и буду противиться этому всеми возможными способами!
   Гневно фыркнул себе под нос, я гордо задрала нос и все-таки спустилась на пару ступеней вниз, остановившись на последней.
   Под солнечными лучами, пробивающимися через верхушки елей, лужа весело искрилась и переливалась. Н-да, что-то совершенно не хочется в нее лезть. Думаю, тут мне будет по колено, вряд ли меньше.
   Я покосилась на дверь, ведущую в дом. Затем посмотрела на ворота, близость к которым манила пуще прежнего. Решительно скинула туфли, взяла их в одну руку, другой задрала подол платья до неприличной высоты и шагнула в лужу.
   Сначала глубина была мне по щиколотку, и я совсем было расслабилась, подумав, что переоценила сложность своеобразной преграды. Но почти сразу же пожалела о скороспелом выводе, потому что при следующем шаге ушла в воду по колено, при этом едва не поскользнулась и чудом не загремела вперед носом.
   Я взмахнула руками, силясь удержать равновесие. Туфли от слишком резкого движения выскользнули из моих пальцев и с бульком утонули в луже. Тьфу ты, не везет-то как!
   В этот момент со стороны крыльца послышался негромкий ехидный смешок. Я кинула через плечо взгляд и нахмурилась, заметив, что воздух около полуоткрытой двери как-то странно мерцает. Неужели Томас опять пожаловал? Вот ведь противный призрак!
   -- Месс Беата, смею сказать вам, что вы выбрали на редкость неудачное место для купания, -- в тот же момент раздался знакомый суховатый голос, подтвердив тем самым мою догадку. -- Если вы желаете умыться -- то вернитесь в дом. Я нагрею для вас воды столько, сколько вам надо. Но, во имя всех богов, выйдите из лужи!
   Я скрипнула зубами. Что называется, уел. Ишь, сколько сарказма в голосе. Словно не понимает, с чего вдруг я на самом деле полезла в эту злосчастную лужу.
   -- Спасибо за предложение, но я и не думала купаться в этой проклятой луже, -- ответила я. -- Просто хотела прогуляться.
   -- Прогуляться?! -- Было такое чувство, что Томас хотел расхохотаться в полный голос, но в последний момент сдержался и просто невоспитанно хрюкнул. -- Месс Беата, прошу прощения за то, что лезу не в свое дело, но вы странно одеты для прогулки в лесу. Тем более сейчас, после сильного ливня. Во-первых, вы переломаете себе каблуки, а возможно -- и ноги. А во-вторых, вас заживо сожрут комары. И не обольщайтесь, если пока вас никто не укусил. Барон Николас обезопасил периметр усадьбы от этих мелких кровососущих надоед при помощи заклинания, но за оградой вам придется несладко.
   Я досадливо фыркнула себе под нос. Признавать правоту Томаса совершенно не хотелось, но по всему было понятно, что я погорячилась и не продумала как следует детали очередного гениального плана спасения. Сперва надо было позаботиться о выборе достойной экипировки для долгого пешего похода. К тому же туфли я благополучно успела утопить. Не босиком ведь в Бристар идти.
   -- Беата? -- в этот момент услышала я изумленное восклицание Нико. Опять посмотрела через плечо на дом и в очередной раз раздосадованно цокнула языком, увидев молодого барона. Он стоял на крыльце, глядя на меня круглыми от удивления глазами.
   -- Беата, -- повторил он уже не вопросительно, а с отчетливыми обвиняющими нотками. -- Я пришел пригласить тебя отобедать со мной, обыскал весь дом, а ты, оказывается, за старое взялась. Не стыдно?
   -- Ни капли, -- огрызнулась я, кинув еще один вожделенный взгляд на ворота, недосягаемая близость которых сводила меня с ума.
   -- Так и будешь стоять в луже? -- холодно осведомился Нико. -- Смотри, а то еще рыбий хвост вырастет, и превратишься ты тогда в русалку. Хватит дурить, Беата, возвращайся в дом.
   -- Я туфли утопила, -- мрачно призналась я.
   -- Горе ты мое луковое. -- Нико укоризненно покачал головой. Потом прищелкнул пальцами -- и на моих изумленных глазах из лужи вдруг сами собой вылетели мои туфли, после чего медленно проследовали по воздуху мимо меня к крыльцу.
   Что мне оставалось делать? Только последовать примеру своей обуви. И, повыше подоткнув подол, я неохотно побрела к крыльцу.
   -- Кошмар! -- искренне ужаснулся Нико, когда я предстала перед ним, поднявшись на первую ступеньку крыльца.
   Да я и сама великолепно понимала, что выгляжу хуже некуда. Ноги были до того облеплены жидкой грязью, что она стекала с них крупными ошметками. Н-да, поневоле возрадуешься, что в этой луже не водятся какие-нибудь пиявки. И я вздрогнула от омерзения, представив, что могла бы для полноты счастья обнаружить на себе такую гадость.
   -- Томас, принеси сюда таз с водой, -- распорядился Нико. Призрак ничего не ответил, но я не сомневалась, что он мгновенно отправился выполнять приказ хозяина, а молодой барон уже продолжал, насмешливо глядя на меня: -- Прости, Беата, но в таком виде я тебя в дом не пущу.
   -- И отлично, -- буркнула я. -- Потому что, если честно, я не желаю возвращаться.
   Удивительное дело, но Нико проглотил мое обидное высказывание. Лишь его зрачки опасно сузились, и я торопливо прикусила язычок, как-то вдруг вспомнив, кто передо мной. Что-то я совсем расслабилась и позабыла, что Нико меня похитил.
   Тем временем на крыльцо величаво выплыл таз, до пределов наполненный водой. Опустился передо мной, и Нико повелительно ткнул в него пальцем.
   Я понурилась и послушно наступила в него. Тотчас же вода забурлила, будто начав кипеть, и я едва не выпрыгнула прочь, испугавшись, что Нико вздумал преподать мне жестокий урок за своеволие. Но нет, вода оставалась приятно теплой, а вот мои ноги моментально стали чистыми.
   -- Твои туфли, боюсь, придется выкинуть, -- произнес Нико, брезгливо рассматривая те два комка жирной грязи, в которые они превратились после купания в луже. Затем взглянул на меня и добавил: -- Но если тебе подошло платье моей матери, то, скорее всего, и ее обувь придется впору.
   Я опустила голову еще ниже, почти уткнувшись носом себе в грудь. Почему-то мне почудился в словах Нико скрытый упрек, будто он был недоволен тем, что я без спроса изучила содержимое платяного шкафа. Но с другой стороны -- а что мне оставалось делать? Не разгуливать ведь, в самом деле, голышом.
   -- Пойдем в дом, -- чуть мягче продолжил Нико. -- Пообедаем и начнем готовить тебя к свадьбе. Я хочу, что ты была самой красивой невестой в мире!
   Я скептически поморщилась, не испытывая и сотой доли того воодушевления, которое прозвучало в голосе моего так называемого жениха. Но спорить не стала, все равно это бесполезно. И я послушно отправилась вслед за Нико, кинув последний тоскливый взгляд на лес. Эх, а свобода, казалось, была так близка!
   За обедом царила напряженная тишина. Томас неслышно прислуживал нам, и я не удержалась от искушения прошипеть себе под нос, когда он менял у меня тарелки -- "ябеда-корябеда"!
   Судя по тому, как громко звякнули столовые приборы, лишь каким-то чудом не выпав из рук призрака, дворецкий меня услышал. Но отвечать не стал, сочтя это ниже своего достоинства.
   Если честно, я планировала с гордостью отказаться от еды и удалиться к себе в комнату, гордо вскинув голову и играя роль несчастной пленницы, чей дух несломлен тяжкими жизненными испытаниями, выпавшими на ее долю. Но от каждого блюда веяло таким густым ароматным и сытным запахом, что моя решимость остаться голодной как-то незаметно сошла на нет. Я гулко сглотнула слюнки, когда увидела, как Нико работает вилкой и ножом, подумала немного -- и тоже принялась за трапезу. В конце концов, это поможет мне восполнить силы, которые наверняка пригодятся в дальнейшем.
   По всей видимости, Нико действительно обиделся на меня за новую попытку побега. Наверное, он считал, что после произошедшей между нами постельной сцены и последующего разговора по душам я перестану относиться к нему как к похитителю и воспылаю если не любовью, то страстью уж точно. А я, такая неблагодарная, оказывается, по-прежнему продолжаю лелеять надежду на спасение.
   Так или иначе, но за все время обеда Нико не проронил ни слова, хотя изредка я чувствовала на себе его тяжелый изучающий взгляд. Однако стоило мне только поднять на него глаза -- как молодой барон тут же принимался с демонстративным вниманием ковыряться в своей порции, разглядывая каждый кусочек с таким брезгливым недоумением, словно не понимал, как это здесь оказалось и из чего сделано.
   После того, как обед был завершен, Нико встал и холодно обронил, по-прежнему не глядя на меня:
   -- Иди к себе, Беата. В том платяном шкафу, содержимое которого ты уже так хорошо изучила, имеется свадебный наряд моей матери. Примерь, хотя я уверен, что он будет тебе как раз. И жди. До церемонии осталось всего несколько часов.
   После чего отправился прочь из обеденного зала. Но на самом пороге остановился и обронил, даже не удосужившись повернуть голову в мою сторону:
   -- Да, кстати, на тот случай, если ты опять решишь искупаться в луже. Я запер входную дверь. Надеюсь, у тебя хватит благоразумия и здравого смысла не лезть через окно. А если не хватит, то учти, что я все-таки маг, то бишь, тебя может поджидать весьма неприятный сюрприз при очередной попытке бегства.
   И вышел, с такой силой и злостью хлопнув дверью, что с потолка посыпалась мелкая пыль побелки.
   -- Ишь ты, в самом деле обиделся, -- пробормотала я себе под нос. Затем пожала плечами, ведя сама с собой диалог: -- А чего, собственно, он ожидал?
   Естественно, мне никто не ответил. Лишь негромко звякнули хрустальные бокалы, которые, должно быть, протирал Томас. Но и призрак предпочел промолчать.
   Я еще немного горестно повздыхала, затем встала и отправилась наверх. Ладно, проверим, в каком наряде мне предстоит выходить замуж.
  

Оценка: 5.95*67  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"