Малиновская Елена: другие произведения.

Книга вторая. Правила черной некромантии

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Странные и пугающие дела творятся в семействе достопочтенного купца. Кто-то из его домочадцев заключил сделку с Темным Богом и оставил открытой дверь в потусторонний мир. Отныне каждый, кто взглянет в проклятое зеркало, увидит в отражении свою смерть. Казалось бы, какое отношение это имеет ко мне - барону Вулдижу из печально известного рода Сурина? Самое прямое! На кону стоит слишком многое. В тугом узле интриг сплелись чужие тайны, заговор инквизиции и игры демонов. И мне придется найти выход из сложившейся ситуации, не прибегая к помощи ритуалов черной некромантии, иначе я потеряю больше, чем жизнь,- собственную душу.
    Опубликовано в издательстве "Альфа-книга" в октябре 2010. Тираж 11 000. ISBN 978-5-9922-0702-6
    Внимание! На самиздате отсутствует значительная часть книги!

 []

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

САМОЗВАНЕЦ

   Я прятался. Да-да, самым постыдным и недостойным мужчины образом прятался на чердаке замка. Вам, быть может, интересно, от кого именно? Отвечу - от Таши, ее неугомонного братца и моей неупокоенной матушки, которая в очередной раз решила прибыть с визитом из земель мертвых и полюбоваться на своего непутевого сынка. Эх, если бы только полюбоваться! Несравненная леди Аглая, и после смерти не утратившая огненного темперамента, вбила себе в голову совершенно дурацкую мысль. А именно, что мне пришла пора остепениться и сделать Таше предложение. Мол, где это видано, чтобы незамужняя юная девица жила под одной крышей с неженатым молодым человеком. Стыд и срам один! Позор перед соседями и прочее, прочее, прочее. Отвратительней всего было то, что в этой мысли ее поддерживал и Дирон. Ну и Таша, конечно же. К слову сказать, последняя из этой троицы вела себя приличней других. По крайней мере, не давила на меня, не ругалась. Лишь печально вздыхала каждый раз, когда мы сталкивались в коридоре, и трогательно промокала шелковым носовым платочком подозрительно блестевшие глаза. Понятное дело, после десятой такой встречи кряду в течение одного дня я заподозрил неладное и забаррикадировался в своем кабинете, выходя из него лишь в крайних случаях. Не каменное же у меня сердце, в конце концов; и потом, терпеть не могу, когда при мне плачут женщины. Братец же Таши повел себя куда хуже. Заявил мне прямо: не сделаешь предложение Таше к концу месяца - вызову на дуэль. А то совсем сестру опозорил, ее же теперь никто замуж не возьмет, посчитав порченой женщиной, не сберегшей свою честь смолоду.
   Вот и делай людям добро. И это после всех бед, которые я претерпел из-за неугомонной семейки! Чуть не погиб, привлек к себе внимание инквизиции, да если бы только это. До сих пор к зеркалу без содрогания подойти не могу - так и кажется, что оттуда демон высунется и меня на судилище к Темному Богу утащит. И что они на меня так насели? Мне, конечно, нравится Таша, и весьма. В определенном смысле я даже влюблен в нее. Но жениться? Не слишком ли рано? Мне и тридцати еще нет, рано на себя брачные кандалы нацеплять. Кроме всего прочего терпеть не могу, когда на меня давят. Налетели со всех сторон, как нетопыри на свежую кровь.
   За месяц, прошедший со времени переселения Дирона и Таши ко мне, я почти привык передвигаться по своему замку бегом и прислушиваться, прежде чем войти в очередную комнату. Даже научил Тонниса шпионить за навязчивыми гостями и докладывать мне о том, чем именно они сейчас занимаются. Но сегодня наглость Дирона побила все границы! Он вызвал мою матушку. Да-да, вы не ослышались - именно вызвал. Пришел в ее покои и принялся вслух рассказывать, какая я жестокосердная скотина, раз не желаю брать Ташу в законные супруги, а на нее уже пальцем показывают. Кто показывает, спрашиваю я вас? Тоннис или Райчел - призраки моего замка? Так они без лишней надобности никогда не материализуются. Тоннис летает белесым облачком по коридорам замка, пока я его не позову. Райчел вообще из фамильного склепа не выходит, там предпочитает с костями моих предков общаться, от пыли их протирать да сказки на ночь рассказывать. И потом, ни за что не поверю, что они рискнут каким-либо образом навлечь на себя гнев хозяина - меня, то бишь. Знают, небось, какая кара им грозит. А в деревню Таша уже давно не ходила. Зачем? Продукты нам сами крестьяне приносят, а в замке и без того дел полно. Таша вбила себе в голову, что обязана привести в порядок мое родовое имение. Вот с утра до самого позднего вечера и занята: сметает паутину с потолков, вытряхивает ковры, моет окна.
   Впрочем, что-то я отвлекся. Продолжу про Дирона и ту пакость, которую этот милый юноша мне устроил. Естественно, после того, как он в течение часа живописал страдания невинной девицы, вынужденной жить с клеймом позора на светлом лике, моя матушка не могла не явиться. Особенно если учесть, что в прошлый свой визит она весьма подружилась с Ташей. Вернувшись из земель мертвых, леди Аглая пролетела по комнатам замка, который, к слову сказать, весьма преобразился упорными стараниями гостьи, осталась весьма довольна увиденным и уединилась с потенциальной снохой. Уж не знаю, о чем они там секретничали, только в итоге, всесторонне обсудив мое недостойное поведение, вся троица с самыми недвусмысленными намерениями отправилась на поиски меня. Откуда я знаю? Верный Тоннис поспешил предупредить своего хозяина о той опасности, которая нависла над головой несчастного некроманта. Райчел великодушно предложил пересидеть пару месяцев у него в склепе, но перспектива получения ревматизма от вечной сырости этого места меня как-то не прельстила. Помимо этого, надо будет чем-то питаться. Не кости же родственников обгладывать. Вот я и спрятался на чердаке, лелея надежду выждать удобный момент, кубарем скатиться по лестнице и задать драпака в деревенский кабак. Моя матушка при всем желании из замка выбраться не может, будучи привязанной к нему как к месту своей смерти. А уж от Дирона и Таши мой приятель-трактирщик меня точно спасет. Эх, поскорей бы пригубить кружку с холодным домашним пивом!
   Я жадно облизнулся, представив перед собой вожделенный напиток и сытный ужин. С самого утра ни крошки хлебной во рту не было. А еще замерз так, что зуб на зуб не попадает. Осень в этом году, словно отыгрываясь за дождливое лето, выдалась теплой и солнечной. Однако ночи уже были прохладными, если не сказать больше. Теплый плащ я с собой не догадался взять, вынужденный бежать из кабинета в самый последний момент. Поэтому сейчас стучал зубами, заледенев на сквозняке старого чердака, в котором дуло изо всех щелей. Когда же эта троица внизу угомонится-то? Ужин давно минул, а они все на ночлег не устраиваются, зовя меня на разные голоса.
   - Хозяин?..
   Рядом со мной засеребрилось легкое облачко. Это Тоннис пришел проведать несчастного беглеца. Какая жалость, что он не в силах принести мне тарелку супа! Точнее, принести-то в состоянии, поскольку призраки не могут прикасаться лишь к живым существам. Но стоит кому-нибудь из бесчинствующей внизу троицы увидеть, как по лестнице сама собой поднимается посуда, то мое укрытие окажется сразу же рассекреченным. А жаль.
   - Хозяин? - уже увереннее повторил Тоннис, принимая свой окончательный облик - невысокого лысого старичка с роскошной белоснежной бородой. - У вас все в порядке?
   - В полном, - мрачно отозвался я, энергично приседая на месте и пытаясь хоть так согреться. - Как там внизу? Спать еще не собираются?
   - Боюсь, что нет. - Тоннис огорченно заискрился всеми цветами радуги. - Леди Аглая в бешенстве. Кричит так, что стекла звенят. Угрожает найти вас и выпороть, как в детстве, чтобы неделю потом сидеть не смогли.
   Я невольно вздрогнул, вспомнив сию печальную страницу моей истории. Да, матушка всегда была скора на расправу. И не гнушалась прибегать к столь недостойным методам в воспитании детей, как порка. Правда, всегда быстро отходила, слезно просила прощения и некоторое время позволяла баловаться пуще прежнего. Но наказания от этого не становились менее регулярными, болезненными и обидными. Постоянно с братом, крупно напроказничав, на сеновале от разгневанной матушки прятались, надеясь, что ее пыл остынет, и она сменит гнев на милость. Чаще всего так и выходило, кстати. Главное было переждать грозу в тихом и спокойном месте. Какое счастье, что ныне матушка при всем своем горячем желании не в силах привести в исполнение эту угрозу! На что она способна в облике призрака?
   - Замерзли? - участливо спросил Тоннис, заметив, как я отбиваю звонкую дробь зубами.
   - Есть немного. - Я вздохнул и тоскливо посмотрел в узенькое чердачное окошко, за которым разливалась темная синева позднего вечера. - И когда они угомонятся? Не вечность же мне тут скрываться.
   - Хозяин...
   Тоннис замялся и заметно поблек, замерцав по краям, словно собираясь растаять невесомой дымкой. Я удивленно вскинул брови. Обычно это означало, что призрак собирается сказать мне нечто важное - что, по его мнению, меня может расстроить.
   - Говори уж, - поторопил я застенчивого призрака. - Чего робеешь?
   - Хозяин, - более уверенно повторил Тоннис, слегка воодушевившись моим любезным предложением. - Почему бы вам не спуститься вниз и не переговорить с леди Талией? Наедине, без ее брата и вашей матушки. Она действительно страдает в последнее время. Ночами часто плачет в подушку, думая, что ее никто не слышит. А недавно стащила из вашей комнаты рубашку и теперь каждую ночь гладит ее, словно живое существо. Осмелюсь спросить: когда вы в последний раз беседовали с леди Талией?
   - Я каждый день с ней беседую, - огрызнулся я, чувствуя себя немного смущенным. - Доброго утра желаю, приятного аппетита. Да и так, по мелочам...
   - Хозяин, - укоризненно протянул Тоннис, оглаживая свою пышную бороду. - Вы же понимаете, о чем я. Сами представьте, какие мысли должны посещать бедняжку. Сперва вы общались с ней более чем тепло и нежно. Много гуляли, разговаривали, шутили. А как только Дирон заикнулся о женитьбе - все как отрезало. С тех пор вы даже ни разу не поинтересовались, как у несчастной дела, не беспокоят ли кошмары или не докучают ли призраки. Как думаете, что она нафантазировала в результате настолько резкой перемены вашего отношения к ней?
   Я пристыженно молчал. Ну да, сознаюсь, вел себя несколько некрасиво. Отстранился от Таши, старался с ней наедине не оставаться. А все из-за этого Дирона! Насел на меня, словно дракон на рыцаря - женись, мол, и побыстрее. А если я не хочу? То есть, не так, чтобы совсем не хочу. Просто рано мне еще. Я Ташу-то знаю всего пару месяцев, а тут сразу жениться. А вдруг она после свадьбы превратиться в настоящую фурию, какой была моя матушка? Не зря же они так легко подружились. Ну и... Есть еще одна дама, которой я некогда пообещал руку, сердце и фамильный замок в придачу. Спьяну, конечно, но все же. Крошка Селия будет наверняка недовольна, когда узнает, что я променял ее ласки на брачные узы. Конечно, сейчас, когда Таша переехала ко мне, я и думать забыл о белокурой красавице-северянке. Но прежде чем жениться, необходимо поставить твердую точку в тех отношения. Иначе Селия наверняка явится на торжество и закатит грандиозный скандал. А я абсолютно не желаю подобного развития событий! Лучше обождать немного. Авось само как-нибудь успокоится да наладится.
   - Или вы охладели к леди Талии? - продолжил свой утомительный монолог Тоннис. - В таком случае вам тем более стоит спуститься и поговорить с ней. Ожидание и неизвестность ранят сильнее всего. Вам ли этого не знать. Попросите прощения у бедняжки, скажите, что насильно милой она все равно не станет, да отпустите с миром. Леди Талия еще очень молода и быстро забудет свою первую неудачную любовь, окунувшись в омут нового чувства.
   - Достаточно, - прервал я призрака, болезненно морщась. Намек на то, что Таша может быть счастлива в объятиях другого, почему-то наотмашь ударил меня по самолюбию. Как это - она и с другим мужчиной? А как же наши прогулки под луной? А как же стихи, которые я ей читал? В конце концов, наши поцелуи?
   - Вам же на самом деле нравится леди Талия. - Тоннис, к моему величайшему удивлению, ослушался меня и продолжил читать нравоучения. - Я вижу это по вашим глазам. Вы загораетесь от радости, стоит ей лишь только показаться на пороге. Правда, сразу же демонстративно хмуритесь и с показным равнодушием бросаете лишь пару слов. Почему?
   - Да потому что! - не выдержав, взорвался я от негодования. Тоннис испуганно засеребрился, готовый в любой момент растаять, если мой гнев обрушится на него. - Потому что я не уверен, что готов прожить с ней всю оставшуюся жизнь! Нет, в себе-то я как раз уверен, не уверен в ней. Что я могу ей предложить кроме титула баронессы? Гнилой рассыпающийся на глазах замок? Кучу долгов? Или фамильное кладбище? Тоннис, неужели ты не понимаешь?! Таша и Дирон получили наследство отца, и теперь они очень, очень состоятельные люди. А я нищ, как последний бедняк. И уж явно не гожусь на роль рыцаря на белом коне. Вдруг завтра Таша встретит того, кто будет ей ровней? Красивого, богатого юношу безо всяких проблем с инквизицией и без темного прошлого? Вдруг она поймет, что ее чувство ко мне - лишь мимолетное увлечение? Светлые Боги, ей всего шестнадцать! Она ребенок, пусть и выглядит старше своих лет. В ее года, помнится, я без памяти влюблялся во всех женщин, которых только встречал на своем пути. Даже кухарке нашей стихи любовные посвящал. И что было бы, если бы я обзавелся семьей уже тогда?
   - Никто не вынуждает вас жениться прямо сейчас, - слабо возразил Тоннис, наполовину дематериализовавшись из-за моего взрыва негодования. - Они просто хотят обсудить сложившуюся весьма двусмысленную ситуацию. Почему бы вам не спуститься и не рассказать о своих опасениях и тревогах вашей матушке и леди Талии? Я уверен, можно найти разумный компромисс. Выходить замуж в столь юные годы, конечно же, не очень хорошо и разумно. И вы могли бы договориться, что отстрочите свадьбу до, скажем, весны, когда леди Талии исполнится семнадцать. Этот возраст мне кажется более подходящим для начала семейной жизни. Заодно вы получите возможность проверить чувства своей невесты. Полгода - более чем достаточный срок. Разве нет?
   Я молчал. В словах Тонниса была своя правда, но... Светлые Боги, если бы я сам мог объяснить это "но" понятными словами! Ненавижу, когда на меня так давят! Словно я не взрослый мужчина, а сопляк, не способный принять самостоятельно даже самого элементарного решения. Неужели Таша, ее братец, моя матушка и, как оказалось, примкнувший к ним Тоннис не понимают, что своими настойчивыми попытками лишь отвращают меня от самой мысли первым пойти на примирение?
   - Впрочем, делайте, как считаете нужным, - проговорил призрак, будто угадав мои мысли. - Кто я такой, чтобы давать вам советы?
   И на этой фразе Тоннис растворился в лиловом сумраке позднего вечера. Я вздохнул и принялся энергично растирать себя совсем окоченевшими руками. Ничего, прорвемся! И не из таких передряг выбирались.
   Стоило мне так подумать, как воздух рядом вновь замерцал всеми цветами радуги. Неужели Тоннис вернулся учить меня жизни?
   - Брысь! - зло прошипел я, не имея ни малейшего желания выслушивать очередную порцию аргументов против моего трусливого поведения. - Брысь отсюда, занудный призрак! Я не в духе.
   - Что? - взвизгнуло облачко, принимая свою окончательную форму высокой статной женщины. Я съежился, как никогда ранее мечтая стать невидимым. Потому как рядом со мной возник дух моей давно покойной матери - несравненной, темпераментной и очень разозленной леди Аглаи.
   - Что ты сказал? - В фиалковых глазах матушки заполыхал настоящий огонь пыточных Темного Бога. - Как ты меня назвал? Занудным призраком? Вулдиж, да я не знаю, что с тобой сейчас сделаю! Все уши пообрываю, зад надеру, как в детстве, за волосы оттаскаю!
   И с этими словами матушка шагнула вперед, разъяренно засучивая рукава темного шерстяного платья, и наотмашь дала мне пощечину. Точнее - попыталась это сделать. Как и следовало ожидать, ладонь матушки прошла сквозь меня, не причинив ни малейшего вреда. Только кожа на месте предполагаемого удара онемела от ледяного дуновения ветерка.
   В первую секунду неожиданного нападения я опешил и даже попятился, но практически сразу остановился и гордо выпрямился. В конце концов, некромант я или кто? Давно прошли те времена, когда меня можно было напугать родительским гневом.
   - Что, не получилось? - язвительно вопросил я, с вызовом скрещивая руки на груди. - Ай-ай-ай, матушка, как же так?
   - Ты издеваться надо мной вздумал? - Леди Аглая аж задохнулась от возмущения. Ее лицо побагровело до такой степени, что на миг я всерьез задумался над тем, бывают ли у призраков сердечные приступы. Однако сразу же отбросил это предположение как смехотворное.
   Матушка тем временем опять замахнулась для удара, но меня, если честно, подобное представление начало уже утомлять. Кому-то надлежит вспомнить, что я давно не сопливый мальчишка, а взрослый состоявшийся некромант.
   - Достаточно, - холодно обронил я.
   Рука матушки зависла в воздухе, не в силах преодолеть оставшееся до моей щеки расстояние.
   - Да я тебя сейчас! - Крик больно резанул меня по ушам, и я поморщился. Терпеть не могу скандалы и истерики.
   - Довольно, матушка, - повторил я, смягчив повелительный тон нарочито виноватой улыбкой. - Не стоит. Говоря о занудном призраке, я имел в виду совершенно не вас. Слово чести.
   Леди Аглая растерянно опустила руку, видимо, наконец-то поняв, что при всем желании не имеет возможности нарушить мой приказ. Обескураженно кашлянула и вдруг без малейшего перехода залилась слезами. Я моментально ощутил себя полным идиотом. Ну и что прикажете делать в подобной ситуации? Я женщин-то не умею успокаивать в случае истерики, а уж с призраками тем более не знаю, как обращаться.
   - Мой сын! - патетично воскликнула матушка, украдкой бросая на меня внимательный взгляд, словно пытаясь понять - достаточно ли я проникся чувством вины. - Как ты смеешь поступать так со своей матерью! Я ведь дала тебе жизнь, растила и любила тебя. А ты... Тебе не стыдно?
   Мне было не стыдно, но неудобно. Затянувшийся спектакль уже порядком надоел. И неожиданно я рассердился. Стоило в свое время спасать Дирона и Ташу из лап демона, чтобы потом скрываться на чердаке фамильного замка, страдая от голода и пытаясь не умереть от стыда за собственную трусость.
   - Пойдем, - сухо обронил я, не делая ни малейшей попытки успокоить матушку, и первым отправился в сторону лестницы.
   Леди Аглая явно не ожидала столь странного окончания разговора. Она от неожиданности подавилась заготовленной тирадой и невоспитанно икнула.
   - Куда ты? - голосом, в котором не слышалось и намека на недавние слезы, осведомилась она, торопливо скользя за мной.
   - К Таше и Дирону. - Я пожал плечами. - Поговорим спокойно. Обсудим, что вы хотите от меня и что я могу предложить.
   - Что мы хотим? - Матушка вновь перешла на повышенные тона. - Да как ты не понимаешь! Бедняжка Таша...
   - Прекрати, - устало попросил я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не заорать в ответ. - Пусть Таша сама скажет мне в лицо все, что сочтет нужным.
   Матушка в очередной раз икнула и что-то пробурчала себе под нос. Мне не удалось расслышать, что именно, да я и не старался. Наверняка ничего лестного в мой адрес.
   Таша и Дирон сидели в гостиной на первом этаже и грелись. При виде жарко растопленного камина я печально вздохнул. Столько драгоценных дров потратили! И не так уж холодно сегодня было. Вон, целый день, считай, на свежем воздухе просидел и не очень-то замерз. Могли бы и потерпеть. Иначе точно на зиму без единого прутика на растопку останусь.
   - Добрый вечер, - вежливо поздоровался я, отгоняя неуместные рассуждения о нелегкой жизни бедного некроманта, вынужденного экономить на каждой мелочи.
   Таша и Дирон удивленно переглянулись и уставились на меня так, словно увидели привидение. Ах да, привидение они как раз увидели - рядом со мной замерла моя матушка с чрезвычайно высокомерным выражением лица.
   - Вулдиж, где ты был? - наконец прервала затянувшуюся паузу Таша, вставая и подходя ко мне. - Ты весь в пыли и в паутине.
   Я небрежно отряхнул рубашку и темные штаны, усиленно делая вид, будто в этом нет ничего необычного. Затем заложил большие пальцы за толстый кожаный ремень и нарочито равнодушно протянул:
   - Спасибо за заботу, Талия. Я сегодня весь день был так занят, что не заметил, как испачкался.
   Я пожалел о том, что сказал, сразу же, как только фраза слетела с моих губ. Таша отшатнулась от меня с такой поспешностью, будто я ее ударил. Наверняка из-за того, что я назвал ее полным именем. Так к ней обращался лишь Ромуал - сводный брат и порядочная сволочь. Да, сознаюсь, я сделал это специально. Решил отыграться за свой на редкость неудачный день хотя бы так.
   Таша подняла на меня глаза, в которых блеснули тщательно сдерживаемые слезы. Я ответил ей безразличным взглядом, стараясь не показать, что на самом деле в этот миг ощутил себя полным ничтожеством. Какой же ты дурак, барон Вулдиж! Нашел, кому и как мстить. Но сказанного не вернуть при всем желании.
   - Я обидела тебя? - чуть слышно прошептала Таша. - Почему ты?.. За что?..
   - Рад тебя видеть! - На мое счастье в разговор вмешался Дирон, избавив меня от неприятной необходимости извиняться. - Мы уж боялись, что ты сбежал из замка.
   - Не дождетесь, - холодно отозвался я, с немалой толикой облегчения отворачиваясь от Таши. - Как-никак, это я здесь хозяин. И ни за что на свете я не покину родной дом по доброй воле. Даже если кто-то вынуждает меня это сделать.
   Дирон наверняка понял, что я хотел этим сказать. Мол, гости дорогие, не пора ли вам и честь знать? А то дошли до того, что выживаете законного владельца из собственного жилища. Но юноша не возмутился, а насмешливо улыбнулся, вальяжно откинувшись на спинку кресла.
   - Мы безмерно благодарны тебе за то, что приютил нас в своем замке, - сказал он со скрытой иронией, поигрывая между пальцами бокалом, до краев наполненным рубиново-красным игристым напитком. - И надеемся, что не стесняем тебя. Не так ли?
   Я огорченно цокнул, мазнув взглядом по открытой бутылке вина, стоявшей на столе. Судя по запыленной и пожелтевшей от старости этикетке, Дирон добрался до моих самых тщательно сберегаемых запасов на черный день. Понятное дело, не соизволив взять у меня на это разрешение. Ну, проныра! Интересно, а Райчел почему не рассказал, что юнец без спроса по подвалам шастает? А еще сторож фамильных склепов называется. Заходи, кто хочет, бери, что приглянется. Этак скоро и прах моих родственничков на сувениры растащат.
   - Более радушного хозяина, чем ты, и представить сложно, - продолжил разливаться соловьем Дирон. - Ты и твоя матушка - прекрасная леди Аглая - самые лучшие, великодушные и щедрые люди, которых мы когда-либо встречали.
   Матушка раскраснелась от удовольствия и мило улыбнулась наглому льстецу.
   - Ну что ты, мой мальчик, - проворковала она. - Мне очень, очень приятно видеть тебя и твою прелестную сестру в своем доме. Вы уже давно стали для меня не гостями, но членами семьи.
   И она выразительно подмигнула Дирону, очевидно предлагая перейти к сути дела.
   Я насупился, предвидя, что после ложки меда меня сейчас окатят бочкой дегтя. И мои ожидания к величайшему сожалению полностью оправдались.
   - Но мы собрались здесь несколько по иному поводу. - Дирон сделал паузу и с явным наслаждением пригубил вино. Я замер, невольно сжав кулаки. Неужели прозвучит это страшное слово "свадьба"?
   Дирон решил не тянуть дракона за хвост. Отставив бокал в сторону, он подался вперед и прямо спросил меня:
   - Вулдиж, когда ты думаешь сделать предложение моей сестре?
   Таша зарумянилась от этих слов. Потупилась, не забыв бросить на меня косой взгляд из-под пушистых ресниц, и затеребила кончик косы.
   - Ты взрослый человек и должен понимать, что уже поползли нехорошие слухи, - продолжил Дирон. - Молодая незамужняя девушка не может так долго гостить у неженатого мужчины. Это неприлично, в конце концов!
   "Ну так и выметайтесь из моего дома, чтобы не давать пищу сплетням", - едва не ляпнул я, но в последний момент предусмотрительно прикусил язык. Боюсь, после подобного заявления дуэли между мной и Дироном точно не избежать. А я не желаю убивать настырного мальчишку, хотя, признаюсь честно, кулаки так и чешутся хорошенько врезать ему.
   - Поэтому как верный и любящий брат я не могу не спросить. - Теперь Дирон смотрел на меня без капли иронии в глазах. - Когда ты назовешь Ташу своей женой?
   Ну вот и прозвучал прямой вопрос. Теперь хочешь - не хочешь, а отвечать на него придется. Хм... Быть может, действительно сыграть на молодости Таши? Она же еще ребенок! Куда ей замуж-то идти? Пусть в куклы играет.
   Тишина в комнате изрядно затянулась. Я стоял на перекрестие взглядов и упрямо молчал, понимая, что из пересохшего от волнения горла сейчас не выдавлю ни звука. Светлые Боги, ну пошлите мне спасение! Чем я заслужил такое наказание?
   - Вулдиж, - неприятно прокаркала матушка, - мы все ждем. Даже не думай, что на этот раз тебе удастся улизнуть!
   Я украдкой посмотрел на Ташу. Она стояла так близко, что до меня доносился легкий цветочный аромат ее духов.
   - Я не могу, - неожиданно прошептала девушка, плаксиво морща нос. Звук ее голоса разбил копящееся в комнате напряжение, и я с облегчением вздохнул, обнаружив, что на время даже забыл о необходимости дышать.
   - Что? - с удивлением переспросил Дирон. - Я не расслышал.
   - Я не могу, - повторила Таша более уверенно и вздернула подбородок, с вызовом взглянув на брата. - Это неправильно! Зачем принуждать Вулдижа к женитьбе? Если он... если он не любит меня, то пусть так и скажет. Я не желаю навязываться!
   Тут голос Таши сорвался, и она отвернулась, тщетно пытаясь сдержать приглушенные всхлипы. Я вполголоса помянул вурдалаков. Что же сегодня за день-то такой?
   - Вулдиж! - в унисон воскликнули Дирон и моя матушка. Переглянулись, и Дирон сделал приглашающий жест рукой, предоставляя леди Аглае право высказаться первой.
   - Я не узнаю своего сына, - прошипела она, и ее фигура замерцала, наливаясь зеленоватым дымом злости. - Вулдиж, ты позоришь меня и весь наш род! Еще немного, и я прокляну тебя!
   Дирон нехорошо усмехнулся, встал, порывистым движением едва не опрокинув кресло, и отошел к противоположной стене, на которой было развешено всевозможнейшее оружие, начиная от ритуальных ножей и заканчивая огромным двуручником. Остановился там и принялся с подчеркнутым вниманием изучать ближайший меч.
   Я застонал, почувствовав себя в западне. Лисы отгрызают себе лапу, угодив в капкан. Жаль, что этот способ мне не подходит.
   - Я...
   Слова царапали горло, выходя с трудом и против моей воли.
   - Я прошу руки...
   Дирон обернулся, даже не пытаясь скрыть торжества на лице. Матушка подалась вперед, с жадным вниманием ожидая окончания предложения. Однако Таша и не взглянула в мою сторону. Вместо этого она понурилась еще сильнее и всхлипнула чуть громче. Боги, что еще ей не нравится?
   - Таша, я прошу твоей... - затараторил я, стремясь как можно быстрее завершить неприятный балаган. Но закончить фразу мне не удалось. Когда последнее слово уже готовилось сорваться с моих губ, дверь, ведущая в гостиную, вдруг с оглушительным грохотом распахнулась, едва не слетев с петель от чьего-то сильного и совершенно неприличного пинка, и на пороге появился грузный мужчина весьма средних лет.
   - Хозяин сейчас не принимает! - влетел за ним Тоннис, чуть не плача от такого самоуправства. - Что вы себе позволяете?
   - Где он? - пророкотал незнакомец, по очереди обведя всех присутствующих в комнате тяжелым немигающим взглядом. - Где этот шельмец и проходимец? Где эта скотина?
   Я опешил от неожиданности. Перевел взгляд на Дирона. Интересно, что натворил юнец? Не про меня ведь речь идет, это точно.
   Странно, но Дирон посмотрел на меня с такой же подозрительностью. Надо же, никогда не думал, что он умеет так здорово притворяться. Но как умело, все-таки, он делает вид, будто совершенно ни при чем!
   - Где этот гад? - продолжал бушевать мужчина. - Я ему все кости переломаю. В дегте искупаю и в перьях вываляю. Да что там, я ему оторву...
   Тут, видимо, он собирался добавить еще более страшную угрозу, но неожиданно увидел Ташу и мою матушку и осекся. Почему-то покраснел и почти шепотом закончил:
   - Ну, в принципе, неважно, что именно я ему оторву.
   - Уважаемый, - воинственно начала моя матушка, от гнева заполыхав сразу всеми оттенками красного от нежно-розового до темно-багрового, почти черного. - Вы что себе позволяете? Врываетесь к честным людям без стука, похабности всякие говорите. Вас что, в детстве не научили хорошим манерам?
   - Ой, призрак! - ошалело выдохнул незнакомец и попятился. - Неужто не врал этот шельмец, что некромантом является?
   - Кто призрак, я призрак? - возмутилась матушка, подлетела к несчастному вплотную и грозно замахала перед его лицом пальцем. - Не позволю! Не позволю меня оскорблять!
   Незнакомец, продолжая пятиться, наконец-то уперся спиной в стену. Поняв, что дальше отступать некуда, он позеленел от ужаса. Перевел взгляд на Тонниса, словно ища у него поддержки, но тот сам разноцветно мерцал, почти дематериализовавшись от смущения. Видать, бедняга сейчас умирал от стыда, что не сумел задержать такого грубияна.
   - И это призрак! - Незнакомец аж затряс головой, будто надеясь, что наваждение растает. - А я-то думал, чего он так легко отступил, когда я на него попер. Светлые Боги, да тут хоть один живой есть?
   - Что вам надобно? - ледяным тоном осведомился я, в глубине души готовый расцеловать нежданного спасителя.
   - Дык это...
   Мужчина по широкой дуге обогнул мою матушку, которая, довольная произведенным эффектом, почти успокоилась и не собиралась его более преследовать, затем приблизился ко мне. Невоспитанно дернул меня за рукав и, почувствовав под тканью рубашки живую плоть, обрадованно затараторил, заискивающе заглядывая в лицо:
   - Добрый человек, прости меня за столь наглый визит. Но пойми тоже - я ведь отец. Стеша хоть и глупая девка, но у него-то разуменье должно быть? Куда она теперь денется с животом? Кто ее замуж возьмет? Ох, позор на мою седую голову!
   - Какая Стеша? - Я решительно прервал поток откровений, поняв, что окончательно запутался. - Что у нее с животом? И у кого разуменье должно быть?
   - Стеша дочка моя, - тихо признался незнакомец. Покосился на остальных, с нескрываемым интересом слушавших наш разговор, и завершил свистящим шепотом: - Беременная она. Когда успела с этим негодяем спеться - демоны его знают! Я ж как чувствовал, глаз с них не спускал. Ан нет, проряззявил дочку единственную!
   - Сочувствую, - сказал я. - Но при чем тут мы?
   - Дык мне сказали, этот гад здесь живет, - простодушно удивился мужчина.
   Я покосился на донельзя задумчивого Дирона. Ох и влип же юнец! Видать, по молодости и горячности великую глупость сделал. Теперь всю жизнь расхлебывать придется.
   - Так что я никуда не уйду, пока с ним не поговорю! - Мужчина, вспомнив про свою важную миссию по восстановлению чести дочери, немного приободрился. Стрельнул глазами по направлению к моей матушке и Тоннису, убедился, что никто из призраков не собирается на него нападать, и громогласно завершил: - Пусть этот трусливый выродок явится сюда. Этот пройдоха. А еще бароном назвался.
   Я закашлялся от неожиданности. Меня кольнуло очень и очень нехорошее предчувствие.
   - Барон, говорите? - впервые за время нашего разбирательства подал голос Дирон. - Очень интересно. Как его зовут?
   - Барон Вулдиж из рода Сурина. - Незнакомец пожал плечами, словно удивленный нашей недогадливостью. - Владелец этого замка. Что тут непонятного?
  

***

   Я сидел у себя в спальне и мрачно рисовал пальцем на запыленной столешнице непонятные знаки. Ночной мрак ластился к одинокой свече, оплывающей воском в глиняной плошке. Слабый огонек недовольно трещал на ледяном сквозняке древнего замка, то почти ложась на бок, то взметаясь и освещая мои загадочные письмена. Замок спал, наконец-то угомонившись после вечернего происшествия. Лишь что-то негромко поскрипывало в тиши залитых темнотой коридоров, будто там бродила какая-то неприкаянная душа. Тоннис, что ли, места себе не найдет, до сих пор переживая из-за того, что не смог остановить настойчивого визитера? Неважно, впрочем. Оно и к лучшему, что так получилось. По крайней мере, у меня появился шанс отложить разговор с Ташей до лучших времен.
   Мыслями я невольно вернулся в ту секунду, когда Биридий из семейства Драковых, а именно так позже представился незваный гость, сделал свое неожиданное заявление. Усмехнулся, вспомнив оглушительную тишину, воцарившуюся после этого. А через миг... Через миг начался настоящий бедлам. Дирон сорвал со стены двуручник и всерьез вознамерился раскроить мне череп за подвиги незнакомого соблазнителя женщин. Благо, что не рассчитал направление удара и в итоге лишь расколотил кресло в мелкие щепки. Хоть запас дров на предстоящую зиму пополнил. Матушка заверещала о том, что отныне и до гроба не видать мне родительского благословения. Тоннис завыл что-то жалобно-поминальное, плавая над самым потолком. Таша... Таша ушла, хлопнув дверью. И это, признаться честно, обеспокоило меня больше всего. Пришлось... Хм... А что же я сделал тогда? Не помню. Честное слово - не помню. По-моему, я рявкнул изо всех сил, перекрывая шум и гам. Рявкнул так, что даже стекла в окнах задрожали. Я не люблю повышать голос. Напротив, чем сильнее мое бешенство - тем тише я говорю. Поэтому мой поступок вызвал немалое удивление у присутствующих и моментально остудил их пыл. А затем...
   Я недовольно заерзал в кресле. Никак не могу вспомнить всех деталей этой сцены. Что такого страшного увидел в моем лице Биридий, раз едва не рухнул в обморок? Почему матушка предпочла спешно ретироваться, растаяв в вечерних сумерках? Даже Тоннис, привычный ко всему Тоннис последовал за ней, забыв про свое извечное любопытство. Забавно. Раньше я подобными провалами памяти не страдал. Наверное, переволновался за день, вот так и вышло.
   Как бы оно ни было, но в воцарившейся тишине я быстро разобрался в ситуации. Биридий, заикаясь и попеременно то краснея, то бледнея, не признал во мне искусителя своей дочери. Узнав, что именно я являюсь бароном Вулдижом из рода Сурина, рухнул на колени с мольбой о пощаде. Увидев столь трогательную картину, Дирон умерил свой пыл. Посмотрел на обломки, оставшиеся от кресла после его героического нападения, и побагровел от стыда.
   Нет, после этого я не помчался за Ташей, чтобы рассказать ей о счастливо разрешившемся недоразумении. Уж больно заинтересовал меня неведомый самозванец, разъезжающий по округе и представляющийся моим именем. Эдак завтра мой замок осадят десятки, если не сотни, разгневанных отцов семейств. Там и до инквизиции слух дойдет. А с ней я, по вполне понятным причинам, совершенно не желаю сталкиваться. Особенно с учетом не так давно завершившегося дела.
   Поэтому я приказал Тоннису, который успел вернуться, верно, устыдившись, что бросил своего хозяина на произвол судьбы, подать в гостиную горячего вина. Извинился перед Биридием за мой крик и усадил бедного мужчину, покрытого испариной ужаса, в кресло, чудом не пострадавшее от боевых утех Дирона. После чего попросил его рассказать все с самого начала. Откуда взялся самозванец, как он выглядел и что еще натворил помимо соблазнения дочери зажиточного купца.
   Биридий с радостью ухватился за мое предложение. Торопясь излить душу, он даже забыл испугаться, когда Тоннис с глубоким поклоном подал ему запотевший бокал. Лишь кивком поблагодарил призрака за заботу.
   Чем дольше продолжался монолог Биридия, тем сильнее я мрачнел. И было из-за чего. По его словам выходило, что некий молодой человек - высокий и темноволосый - однажды поздним вечером постучался в его дом, представился бароном Вулдижом и попросился переночевать. Мол, отправился в город, да заплутал в лесу по темноте. Будто леший посмеялся, все тропинки перепутал. Лошадь, испугавшись чего-то, убежала, когда он спешился перед очередной развилкой. Вот и оказался тут без гроша в кармане, чудо, что вообще из леса выбрался.
   Биридий, будучи по натуре простым и добрым человеком, не отказал пришельцу в приюте. Его даже не насторожило, что юноша был одет в весьма поношенный сюртук, явно не подходящий для барона. Впрочем, до Биридия доходили слухи о бедности местного некроманта.
   Так или иначе, но самозванец, получив крышу над головой и пропитание, напрочь забыл о своей первоначальной цели в виде поездки в город. Каждый день он находил новую причину, чтобы остаться еще на одну ночь в гостеприимном доме. То дождь с утра такой льет, что хороший хозяин собаку из дома не выгонит. То нога разнылась, в которую, по его словам, когда-то вцепилась ядовитая многоножка, живущая на кладбищах и питающаяся мертвечиной. А то и вовсе, стыдно сказать, соленых огурцов с молоком переел. Куда в таком состоянии идти?
   Биридий сам не заметил, как юноша прочно обосновался в его доме. В любом случае купцу и не до этого было. Осень же, пора рассчитываться с поставщиками и платить торговые подати. Домой Биридий только на ночлег приходил, заваливался на кровать и до следующего рассвета падал в черную пропасть небытия. В общем, ничего удивительного в том, что он недоглядел за своей единственной и драгоценной дочкой. Если бы жена жива была, то, может, и не дошло бы до такого позора. Женщины на любовные дела более догадливые и прозорливые. Но тихая скромная Латия умерла при родах, а второй раз Биридий не женился.
   Так или иначе, но красавица Стеша с длинными белокурыми волосами и синими глазами сама явилась к нему вчера с повинной. Мол, батюшка, грешна. Делай, что сердце повелит. Хочешь - к бабкам за специальным отваром пойду, чтобы плод вытравить. Хочешь - сам ремнем меня до полусмерти избей. Да только факт есть факт, никуда не денешься от него. Биридий, конечно, вспылил сначала. Дал Стеше тяжелую оплеуху, а затем остыл. Бывает. Дело-то житейское. Стыдно признаваться, но Латия родила всего через полгода после их свадьбы. Да и потом, почему бы с аристократом не породниться? Соседи от зависти изойдут, когда узнают, что Стешу теперь баронессой величать надобно. В общем, приказал Биридий кликнуть новоявленного жениха. А того уже и след простыл. Стеша в слезы, слуги зашушкались. Ничего не оставалось, как вдогонку за сбежавшим удальцом отправиться. Благо, и искать долго не пришлось. В этих краях все замок барона Вулдижа из рода Сурина знают.
   Я устало потер лоб и снял нагар со свечи. За всеми этими разговорами и потрясениями совершенно забыл навестить Ташу. Хотя... Наверняка моя матушка уже успела ей доложить, чем дело закончилось.
   - Не спите, хозяин?
   Около стола неярко засветилось облачко.
   - Нет, Тоннис, - отозвался я, плотнее укутываясь в теплый халат. - Думаю.
   - О чем же, позвольте осведомиться? - Тоннис материализовался рядом со мной почему-то с чрезвычайно расстроенным выражением лица. - Неужели из-за этого Биридия переживаете? Простите, хозяин, я во всем виноват! Не стоило его в замок пускать в столь ответственную для вас минуту.
   Я нахмурился, уловив в словах призрака скрытую иронию. Взглянул на Тонниса повнимательнее и рассерженно хлопнул себя по лбу. Ах вон оно что. А я все гадал, как матушка мое укрытие отыскала. Видать, не обошлось без шпиона в моем ближайшем окружении.
   Видимо, Тоннис прочитал по моим глазам, что его предательство раскрыто. Испуганно икнул и тут же испарился, оставив после себя белесую дымку в воздухе.
   Я покачал головой. А еще потомственным некромантом называюсь. В собственном замке порядок навести не в силах. Совсем своих призраков распустил. Узнает кто - на смех поднимет. Грозный истребитель демонов, можно сказать, личный враг Темного Бога весь день прятался на чердаке от нежданно-негаданно явившегося неупокоенного духа матушки. А теперь готов схватиться за любую возможность покинуть замок на неопределенное время, пока страсти не улягутся.
   "Ну почему же за любую возможность? - холодно возразил внутренний голос. - В одном твои рассуждения верны. Самозванец принесет тебе слишком много проблем, если с ним не разобраться в ближайшее время. Инквизиция только и ждет малейшего повода, чтобы разделаться с тобой. Вспомни, как Биридий описал внешность этого новоявленного барона Вулдижа. Темноволосый, худощавый, высокий. Один в один ты. Ладно, на этот раз он не натворил ничего совсем уж жуткого. Но если про эти шалости станет известно надзирающему, то хлопот не оберешься. Инквизиция с величайшей радостью схватится за любой шанс, чтобы засадить тебя в темницу и продолжить свои опыты по выявлению зла в твоей душе. Даже свидетельства Дирона и Таши тебя не спасут. Они сами были участниками истории с демонами и являются детьми человека, продавшего свою душу Темному Богу. Ты должен понимать, что на суде их показания в твою пользу и гроша ломаного не будут стоить. Если до суда дело дойдет, конечно. Инквизиция имеет право проводить расследование сколь угодно долго. Держа при этом подозреваемого под надежной охраной. А представь, что произойдет, если самозванец переключится с соблазнения невинных дев на убийства? Ничего хорошего для тебя. Воспользовавшись удобным случаем, давно мозолившего глаза некроманта сразу же уничтожат. Возможно, позже принесут извинения родственникам за допущенную невольную ошибку. Ах да, у тебя из родственников-то никого в живых не осталось. Тем легче для святых отцов".
   Я раздраженно забарабанил пальцами по подлокотнику. Эта логическая цепочка мне пришлась совершенно не по нраву. Но свой резон в ней присутствовал. Как бы то ни было, от действий некоего самозванца страдало мое доброе имя. Сегодня Биридий пытался разобраться со мной, завтра еще кто-нибудь. Добрачная беременность для крестьян является из ряда вон выходящим, позором для всей семьи. Если инквизиция на мое счастье не обратит на это внимания, то окрестные жители вряд ли будут столь же благосклонны. Спалят чего доброго сгоряча замок, а мне потом на пепелище жить. Нет, так дело не пойдет. Придется самому ехать и выискивать виновного.
   "Правильно, - мерзко хихикнул внутренний голос. - Ничего не скажешь, достойное оправдание для бегства от разговора с Ташей".
   Я промолчал в ответ на гнусные инсинуации. Этот голос не поймешь. То езжай разыскивай самозванца, то оставайся, а не то трусом будешь выглядеть. Семь пятниц на неделе. После чего встал и подошел к зеркалу, висящему напротив письменного стола. Оно сегодня было в хорошем расположении духа, поэтому послушно отразило мое бледное длинное лицо, взъерошенные темные волосы и серые глаза, подчеркнутые кругами бессонницы. А как тут выспишься, когда Таша с самого раннего утра начинает ведрами звенеть да Тонниса гонять, чтобы не мешал ей убираться?
   Впрочем, что-то я отвлекся. Внешность у меня вполне подходящая для соблазнения невинных девиц. Отец был бы в восторге, если бы узнал, в каких именно преступлениях обвиняют его сына. Сам ни одной юбки не пропускал, от чего и умер в итоге.
   - Значит, в путь? - вопросительно прошептал я себе. - Если самозванец так долго жил в доме Биридия, то наверняка оставил там какие-нибудь следы. Волосы, забытую одежду. Да мало ли. Это поможет мне встать на его след. А остальное дело времени и моего мастерства. Не думаю, что путешествие затянется. День, максимум два. Хватит, чтобы разобраться наедине со своими чувствами к Таше.
   Отражение вдруг пошло рябью, словно насмехаясь над моими словами. И сквозь мой облик проступила какая-то темная неясная фигура. Я вздрогнул от неожиданности. Это еще что за шутки? Закрыл глаза и потряс головой.
   Когда я в следующий раз взглянул в зеркало, мне в лицо радостно оскалился зеленый упырь. Старинный приятель, можно сказать. Вредное стекло, доставшееся мне в наследство от прадеда, всегда демонстрировало это отражение, когда что-либо было ему не по нраву.
   - Разобью ведь, - привычно пригрозил я, уныло изучая знакомую бородавчатую морду. - Зачем пугаешь?
   Упырь расплющил свой нос по другую сторону зеркала и хищно клацнул клыками. Я равнодушно пожал плечами и накинул на раму покрывало. Еще не приведи Светлые Боги песни пьяные начнет горланить. Тогда точно в гостиную придется идти спать.
   Но когда ткань уже почти опустилась на зеркало, я вновь заметил какую-то странную тень за своим плечом. Резко обернулся, уже готовый выкрикнуть боевое заклинание, и растерянно подавился. Комната была совершенно пуста. Лишь слабо шевельнулись тяжелые гардины на окне, будто кто-то случайно их тронул. И где-то на самом восприятии слуха раздалось шипение, с трудом сложившееся во фразу: "Берегись, барон. Я уже близко".
  

***

   Я мрачно ковырялся ложкой в жидкой молочной каше, поданной на завтрак. Около локтя в кружке остывал напиток из молотых плодов несонного дерева. Тоннис исполнил мою просьбу и сделал его сегодня особенно крепким, из-за чего во рту поселилась навязчивая горечь. Ничего страшного. Зато хоть носом клевать не буду. Потому как после вчерашнего недвусмысленного предупреждения мне так и не удалось уснуть. Сгоряча я едва не разбил зеркало, но в последний момент одумался. Не стоит вымещать свой гнев на ни в чем не повинном предмете. В конце концов это лишь дверь в наш мир. Уберешь одну - обязательно откроется несколько новых. Нет, надо искать причину, почему в мире духов вновь заинтересовались мною. Хотя... По-моему, там обо мне и не забывали. Слишком сильно я в свое время насолил Темному Богу.
   Теперь я твердо был намерен покинуть свой замок. Древние стены, казалось, давили мне на грудь и голову. Мой дом перестал быть моей крепостью, когда демоны отведали моего страха и моей крови. Однако чужое жилище вполне может стать моим укрытием хотя бы на время. Слуги Темного Бога не смеют войти в дом без приглашения хозяина. Некогда мой брат даровал им это позволение, и я уже не в силах его отозвать обратно. Долгие годы демоны не беспокоили меня, словно забыв об этом маленьком обстоятельстве. Но в последнее время оживились прямо-таки до безобразия. Интересно, почему? И не придется ли мне в ближайшем будущем поменять свое место жительства?
   В столовую, жизнерадостно громыхая сапогами, прошествовал Биридий. Приветливо кивнул мне и уселся во главу стола, повелительно прищелкнув пальцами.
   - Эй там, наверху, - зычно крикнул он, обращаясь куда-то в потолок. - Поесть мне живо!
   Я изумленно изогнул бровь. Надо же, неплохо освоился за ночь. Ведет себя как полноправный хозяин. А еще несколько часов назад клялся, что не сумеет заснуть в логове некроманта.
   Биридий, будто прочитав мои мысли, смущенно улыбнулся. Наклонился и доверительно прошептал:
   - Надеюсь, вы не против, если я немного покомандую вашими призраками? Уж больно нравится мне, как они выполняют распоряжения. Надо бы и мне парочку подобных слуг прикупить. Не поможете?
   - Боюсь, это невозможно, - проговорил я и замолчал.
   Биридий явно не удовлетворился моим кратким ответом. Обиженно насупился и буркнул:
   - Вы не подумайте, что я с пустыми руками да на халяву. Заплачу золотом! Мне бы парочку всего. Перед соседями похвастаюсь. Ну и так... По нраву, что их искать не надо. Крикнул погромче - из любого конца дома услышат и в один миг примчатся. Не болтливые, кормить не надо. Словом, идеальные слуги!
   - А вы сумеете с ними совладать? - поинтересовался я. - Знаете, призраки бывают весьма своенравными. Если они решат, что хозяин слаб, то вполне могут сыграть с ним злую шутку. Развлечься, так сказать. Запутать в доме, устроить несколько весьма каверзных ловушек. Нет, конечно, прямого вреда человеку они нанести при всем желании не в силах. Но... Представьте, стоите вы на табурете, свечи в канделябрах, к примеру, меняете. Призрак способен выбить из-под вас стул. Если повезет - вы отделаетесь синяками и ушибами. Если не повезет, то... Сами понимаете. Со сломанной шеей долго не проживешь.
   Биридий немного изменился в лице, однако упрямо продолжил:
   - Но вы как-то с ними справляетесь? Научите. Или продайте мне мирных, которые не будут пакости делать.
   Я невольно усмехнулся. Продать ему мирных. А как их определишь, этих мирных?
   - Вы не понимаете, о чем просите, - спокойно начал я. - Не бывает добрых или злых призраков. У них несколько другая логика действий, отличная от человеческой. И в этом нет ничего удивительного, учитывая, что они мертвы. Призрак будет пытаться обрести окончательный покой, а для этого все средства хороши. Если убить хозяина - то и дух, подчиняющийся ему, навеки покинет мир живых. Кроме этого хозяином для призрака является тот, кто призвал его.
   - Ну так отлично! - неизвестно чему обрадовался Биридий. - Насколько я понял, хозяином для призрака останетесь вы. Прикажите ему подчиняться мне, и тому не останется ничего иного, как верно служить. Ведь вы будете слишком далеко, чтобы попытаться вас убить.
   Я печально покачал головой. Вот ведь упрямец какой! Неужели он не понимает, насколько это опасно? Любое привидение может ослушаться приказа хозяина, если решит, что наказание не последует. Я привык к Тоннису и Райчелу, отношусь к ним почти как к членам семьи, но при этом постоянно держу в уме то, что они в состоянии сделать мне какую-нибудь гадость. Возможно, удерживает их от такого поступка лишь мое обещание освободить их через десять лет верной службы. Благо, еще и половины отведенного срока не миновало. И потом, я некромант, а значит, чувствую, от каких потусторонних сил исходит опасность. Если Тоннис замыслит против меня что-нибудь - то мне тотчас же станут известны его мысли. А то, что просит у меня Биридий... По сути он хочет, чтобы я подарил ему потенциально смертельно опасное существо, способное в любой момент выйти из-под контроля. Если об этом узнают в инквизиции - мне точно не жить. Хотя...
   Я улыбнулся пришедшей в голову шальной мысли. Почему бы не провернуть одну задумку? По крайней мере мне не надо будет искать подходящего предлога, чтобы отправиться с Биридием к нему домой. Да и верный помощник под рукой никогда не помешает.
   - Я думаю, что могу вам помочь, - протянул я. - Но вы должны понять одну вещь. Призраков чрезвычайно тяжело вызвать из мира мертвых и еще тяжелее отправить их обратно. И потом... гм... неэтично как-то тревожить души понапрасну. Поэтому если вдруг вас не устроит призрак в качестве слуги, то мне прибавится очень много хлопот. Давайте договоримся так. Я отдам вам моего Тонниса. Ну, скажем, на недельку. Сам, так и быть, пожертвую планами и отправлюсь с вами, чтобы проконтролировать поведение призрака. Вы поживете с ним под одной крышей и решите, подходит ли вам такой слуга. И тогда уже я вызову для вас достаточное количество душ.
   - Отлично! - воссиял от нескрываемого удовольствия Биридий. Однако уже через секунду нахмурился и недовольно передернул плечами. - Знаете, я не очень люблю гостей. Особенно после... хм... недавнего происшествия. Может быть, есть способ обойтись без вашего присутствия в доме?
   Я укоризненно зацокал языком. Раньше надо было беспокоиться о присутствии незнакомых молодых мужчин в доме, милый Биридий. Как говорится, поздно молиться Светлым Богам, когда продал душу Темному.
   - Вы мне не доверяете? - голосом, исполненным печали, спросил я. - Ай-яй-яй. Как же тогда вы собираетесь покупать у меня призраков? Мало ли что я им прикажу совершить с вами. Но даже не это главное.
   Тут я с заговорщицким видом перегнулся через стол, поманил купца пальцем и прошептал ему на ухо:
   - Я ведь могу помочь вам в поисках того негодяя, который обесчестил вашу дочь. Подумайте сами, если найти его быстро и заставить сыграть свадьбу, то репутация Стеши окажется незапятнанной. Сами говорили, что дети часто рождаются раньше срока. А вы, я вижу, мужчина серьезный и обстоятельный. Даже если самозванец окажется бедным, сумеете наставить его на путь истинный.
   - Да зачем мне его деньги? - простодушно удивился купец. - У меня самого их куры не клюют. Лишь бы не опозорить свои седины на склоне лет. Знаю я соседских завистников - каждый день придется ворота от дегтя отмывать. И кто ведает, когда им забава эта надоест.
   - Ну вот. - Я меланхолично отхлебнул из почти остывшей кружки. Скривился от сильной горечи крепкого напитка и сплюнул вязкую слюну на пол. - Сами подумайте. Я ведь некромант. Отыскать самозванца мне не составит особого труда. Даже если мои призраки вам по каким-то причинам не угодят, хоть этим сослужу добрую службу.
   Биридий задумался. Яростно зачесал подбородок, потом нехотя кивнул и протянул руку, предлагая заключить сделку.
   - Но вы должны понимать, что мои услуги будут стоить определенных денег, - поспешил продолжить я. - Как за продажу призраков, так и за поиск негодяя, обидевшего вашу дочь.
   - Сколько? - коротко обронил Биридий.
   Я замешкался с ответом, пытаясь прикинуть, какую назвать сумму, чтобы, с одной стороны, хоть немного поправить свое плачевное денежное состояние, а с другой - не отпугнуть купца. Биридий не торопил меня. Лишь изучал с каким-то нехорошим вниманием, словно готовясь вцепиться мне в глотку, если я совсем уж обнаглею и затребую слишком много.
   - Двести золотых? - робко предположил я, наконец-то нарушив затянувшуюся паузу. Глаза Биридия опасно блеснули, и я поспешил продолжить: - Это за призрака, если он приживется у вас. А за поиск самозванца... М-м-м... Пятьдесят?
   - Заранее все не отдам, - предупредил купец, откинувшись на спинку стула и сложив на животе руки. - Даже не проси. Хватит с меня уже мошенников.
   - Двадцать золотых авансом прямо сейчас, тридцать - как приволоку мерзавца к ногам вашей дочери, - уперся я. - За призрака, так и быть, рассчитаемся по итогу.
   Биридий некоторое время изучал мою переносицу, от чего у меня заломило в висках. Затем откинул голову назад и громко расхохотался.
   - Не умеете вы торговаться, - пробасил он в перерывах между раскатами заливистого смеха. - Я бы легко двойную цену отдал. Так даже неинтересно дела вести. Поди поэтому у вас не замок, а название одно.
   Я немедленно оскорбился. Нахмурился и обвел взглядом стены гостиной. Почему это, интересно, у меня не замок? Ну да, крыша течет немного, щели проконопатить надо, мебель поменять. И такому жилищу любой наследник короля позавидует.
   - Пятьдесят отдам прямо сейчас. - Биридий встал и дружески хлопнул меня по плечу, отчего я едва не слетел с кресла. - Как-никак перед невестой тебя оклеветал. Ежели до исхода недели найдешь самозванца - еще столько же дам. А с призраком, действительно, по исходу дела решим. Идет?
   И купец отстегнул с пояса увесистый кошель, тихонько позвякивающий при малейшем движении.
   - Конечно же! - вскричал я, даже не мечтая о подобной удаче. Откуда-то сверху раздалось осторожное покашливание Тонниса, недовольного моим поведением, и я, опомнившись, продолжил уже тише: - Когда выезжаем?
   - Да без разницы. - Биридий равнодушно пожал плечами. - От тебя зависит.
   - Тогда сейчас же. - Я поспешно ссыпал со стола золото в карман и метнулся к двери. - Только вещи соберу!
   Биридий снисходительно ухмыльнулся и вернулся к недоеденному омлету, который Тоннис подал еще в начале разговора.
   По закону подлости, едва я побросал в сумку вещи и собирался незаметно улизнуть из дома, пользуясь тем, что Таша и ее неугомонный братец еще не встали, как в дверь негромко постучали.
   Я вполголоса выругался. Из живых в моем замке присутствует только эта парочка. Призраки обычно материализуются прямо посреди комнаты, не очень озадачивая себя вопросами приличия.
   - Кто там? - спросил я, уже догадываясь, каким будет ответ.
   - Это я, - раздался тоненький дрожащий голосок Таши. - Можно войти?
   Я посмотрел на собранную сумку. Тоскливо покосился в окно, всерьез собираясь вылезти из него и задать драпака, лишь бы избежать неприятного объяснения. Однако нашел в себе мужество отогнать трусливые мысли и встретиться с Ташей лицом к лицу.
   - Входи, - разрешил я. Зачем-то взял в руки боевой посох и откашлялся, стремясь принять как можно более независимый вид.
   Таша робко проскользнула в комнату. Я невольно залюбовался ею. Синие глаза ярко выделялись на бледном личике, темные длинные волосы, как обычно, были убраны в аккуратную косу, а простенькое ситцевое платье ладно сидело на стройной фигурке девушки.
   Таша первым делом взглянула на сумку, затем растерянно посмотрела на меня.
   - Ты уезжаешь? - глухо спросила она, нервно разглаживая несуществующие складки на подоле.
   Скрывать очевидное было глупо, поэтому я ограничился простым кивком.
   - Это из-за меня? - В голосе девушки послышались слезы, от чего я досадливо поморщился. Вот только истерик мне сейчас для полного счастья не хватало!
   Впрочем, девушка сразу же опомнилась, кашлянула и продолжила более твердо:
   - Вулдиж, это из-за того представления, что устроили вчера мой брат и твоя матушка? Слушай, я... Я хочу извиниться за Дирона. Я не хотела, чтобы он на тебя так давил.
   - Все в порядке, - негромко произнес я. - Нет ничего странного или постыдного в том, что Дирон так переживает за свою сестру.
   - Ты не понимаешь! - с затаенной яростью перебила меня Таша, и я удивленно вскинул брови. Девушка скривилась, словно от сильнейшей боли. - Я... Я вообще не желаю выходить за тебя замуж!
   Не скрою, сердце неприятно сжалось после этих жестоких слов. Очень интересно! Как это - она не желает становиться моей супругой? Неужели все мои опасения оказались ненапрасными, и Таша уже нашла себе более подходящего жениха? Обидно. Но с другой стороны - я это уже давно подозревал. Кому нужен некромант, у которого полно проблем с инквизицией из-за темного прошлого и нет ни гроша за душой?
   - Не желаешь? - зачем-то переспросил я. - Почему? Хотя... Нет, не говори. Все в порядке. Ты не должна оправдываться, что не испытываешь ко мне никаких чувств.
   - Какой же ты идиот, Вулдиж, - тихо протянула Таша. - Городишь всякую чушь. Все, что я хочу, - чтобы ты был счастлив. К чему мне такое замужество, если ты не любишь меня? Разве я смогу спокойно жить, осознавая, что тебя вынудили на мне жениться, а на самом деле твое сердце принадлежит не мне? Вулдиж, я... Я люблю тебя. И только поэтому не желаю ни тебе, ни мне такой судьбы.
   Таша порывисто вздохнула и опустила голову. Слепо зашарила рукой в кармане, выискивая носовой платок.
   Я стоял как оглушенный. Слова Таши бальзамом пролились на мое сердце, истерзанное подозрениями и беспочвенными опасениями.
   - Поэтому это даже к лучшему, что ты уезжаешь, - пробормотала Таша, упорно разглядывая что-то на полу. - Во время твоего отсутствия я сумею убедить Дирона, что не нуждаюсь в женихе, которому навязана силой. Когда ты вернешься, нас уже не будет в твоем замке. Обещаю!
   - Еще чего! - возмутился я и шагнул к Таше. Обнял ее за плечи, ласково взял за подбородок и заставил взглянуть мне в глаза. Девушка шмыгнула носом, стараясь остановить слезы, но все же не выдержала и тихонько заплакала.
   - Дождись меня, - попросил я, чувствуя себя последним негодяем. - Пожалуйста, дождись. Я уеду всего на неделю, надо разобраться с этим самозванцем, присвоившим мое имя. А когда вернусь - мы обязательно поговорим по поводу нашей предстоящей свадьбы.
   - Свадьбы? - переспросила Таша, подумав, верно, что ослышалась.
   - Конечно. - Я позволил себе слабую улыбку. - Неужели ты думаешь, что после всего этого я отпущу тебя? Мне еще ни разу не признавались в любви такие очаровательные девушки. Тем более первыми.
   - Мне тоже еще ни разу не признавались в любви, - с намеком протянула Таша, даже покраснев от смущения.
   - Я полагаю, это скоро изменится, - ответил я и легонько поцеловал ее в лоб.
   Сам не понимаю, как получилось, что мои губы затем скользнули ниже. Некоторое время в комнате было тихо. Но внезапно затянувшуюся паузу прервало чье-то сухое покашливание. Мы с Ташей отпрянули друг от друга с такой поспешностью, будто колдуны, застуканные святой инквизицией на сеансе черной магии.
   - Извините, что без стука, - произнес Биридий, с нескрываемым любопытством разглядывая Ташу. - Но я уже полностью готов к дороге. Если мы хотим добраться до обеда, то лучше выехать прямо сейчас.
   - Конечно, - пробормотал я, почувствовав, что в мгновение ока начал относится к купцу куда хуже, чем до этого. - Пойдемте.
   Однако Биридий не двинулся с места, продолжая глядеть на меня с такой наглой многозначностью, что мне нестерпимо захотелось врезать ему по зубам.
   - Ну что еще? - раздраженно осведомился я, подхватывая в одну руку сумку, а в другую - боевой посох.
   - Вы забыли своего призрака, - сухо напомнил купец.
   - Ах да. - Я с показным воодушевлением хлопнул себя по лбу. - Тоннис!
   Тотчас же воздух посередине комнаты засеребрился. Вот ведь шельмец! Наверняка подглядывал и подслушивал за мной с Ташей. Впрочем, с этим я разберусь позже.
   - Хозяин? - Тоннис окончательно материализовался и согнулся в глубоком поклоне. - Вы звали?
   - Едешь со мной, - распорядился я и повернул к двери. Чем призраки хороши, так это тем, что им не надо собирать вещи.
   Уже стоя на пороге комнаты, я обернулся, чтобы в последний раз посмотреть на Ташу. Она улыбнулась мне и шаловливо послала воздушный поцелуй. Я совсем было собрался улыбнуться ей в ответ, но мой взгляд случайно упал на зеркало. Плотная ткань, которой я лично занавесил опасный предмет обстановки, слабо шевелилась, словно от ветра. Вот только я не чувствовал ни малейшего сквозняка. Кажется, по моем возвращении меня ожидает множество проблем.
   Но я даже не подозревал тогда, что неприятности начнутся намного раньше.
  

***

   Во дворе нас уже встречал невысокий угрюмый тип, который иногда исполнял для меня обязанности кучера. Мрачно поздоровавшись, он отошел в сторону, предлагая нам познакомиться с повозкой, приготовленной предусмотрительным Тоннисом. Как я и предполагал, Биридий наотрез отказался садиться в эту колымагу.
   - Что это? - с некоторой опаской полюбопытствовал он, когда я показал ему, на чем нам следует проделать неблизкий путь.
   - Карета, - дал я самый очевидный ответ. - Или вы собираетесь прогуляться пешком?
   - Это карета? - с брезгливым интересом переспросил он, от возмущения аж забулькав.
   Я с некоторым сомнением почесал подбородок. Ну да, каретой это можно назвать с большой натяжкой. Честнее именовать ее крытой телегой, более-менее чистой, но без особых удобств. Не понимаю, что так возмутило купца? Таша не так давно на этой карете каталась и никаких претензий не высказывала. Или Биридий более изнежен, чем шестнадцатилетняя девушка?
   - Да, это карета, - с нажимом подтвердил я. - Ничего лучшего предложить, к величайшему сожалению, не в силах. Впрочем, мы всегда можем сходить в деревню - это около мили отсюда - и нанять на постоялом дворе другую повозку. Однако не думаю, что она будет намного лучше этой.
   Биридий насупился, от чего его одутловатое лицо с обвислыми щеками на неуловимый миг приобрело сходство с печальным хомяком. А я нахмурился от внезапно пришедшей на ум мысли.
   - А как вы добрались до моего замка? - поспешил я ее озвучить. - От деревни-то еще ладно, но от вашего дома? Или бежали всю дорогу, пылая от негодования?
   Биридий побагровел от сарказма, скользнувшего в моем голосе. Потом пожал плечами и пробасил:
   - Меня ждет в деревне собственная карета.
   - Что же нам мешает воспользоваться ею? - спросил я, изумленно вскинув брови.
   - Как сказать... - Биридий замялся, по какой-то непонятной причине не желая обосновывать свой странный поступок. Потупился и скороговоркой выпалил: - Понимаете ли, вы некромант. Я бы не желал, чтобы в деревне знали о моем визите к вам домой. Мне только проблем с инквизицией не хватает для полного счастья. Сами представляете, пойдут слухи, домыслы о том, какие дела могут связывать меня с некромантом. Поэтому я оставил кучера с повозкой на постоялом дворе и решил прогуляться. Слуги бывают так болтливы, а я, боюсь, слишком грузен и неуклюж, чтобы даже милю преодолеть верхом. Прогулки же пешком, говорят, полезны для здоровья. За кучером я пошлю слугу, когда мы вернемся домой. Поди, тот даже волноваться не станет, все это время проведя в теплой компании с бутылкой вина. Благо, денег я ему оставил более чем достаточно.
   Я кисло поморщился, услышав столь прозаическое объяснение. Мог бы догадаться и самостоятельно. Однако странно, что при всей этой нелюбви к некромантам Биридий пустил самозванца в дом, более того, спокойно отнесся к возможности породниться со мной. Или тщеславное желание выдать дочь замуж за барона заставило забыть о сплетнях?
   Впрочем, на этом я решил прекратить своеобразный допрос купца. Мало ли, вдруг он держит свою челядь в такой строгости, что она и помыслить не смеет о походах в деревню и перемывании косточек своему хозяину? Это уже сущие мелочи.
   - В таком случае у вас нет особого выбора, - проговорил я. - Или мы едем на этой колымаге, или же идем за вашей каретой в деревню.
   Биридий задумчиво пожевал губами, затем обреченно вздохнул.
   - Надеюсь, она не развалится под моим весом, - невесело пошутил он, первым забираясь в скрипучую повозку.
   Я тоже на это надеялся, но промолчал. Залез вслед за Биридием и приткнулся в самом уголке повозки. Купец с его тучной комплекцией занял сразу все свободное пространство кареты, поэтому пришлось сесть на самый краешек лавки, в любой момент рискуя свалиться с нее. Да, с Ташей путешествовать было определенно приятнее. Благо, что для Тонниса не требуется места.
   - А где ваш призрак? - Биридий с любопытством заозирался, словно прочитав мои мысли. - Или вы вновь забыли про него?
   - Я здесь, - раздалось откуда-то слева.
   Купец вздрогнул всем телом и испуганно отпрянул.
   - Аккуратнее! - прошипел я, от резкого движения мужчины едва не свалившись на пол. - Никуда Тоннис не делся. Просто витает где-то рядом в дематериализованном виде.
   В этот момент повозка издала душераздирающий скрип, задрожала, будто раненое животное, и наконец-то тронулась.
   - Веселое нам предстоит путешествие, - проворчал Биридий, устраиваясь поудобнее. - Тесно, жестко, да еще и призрак где-то рядом ошивается.
   Я флегматично пожал плечами. Говорят, трудности закаляют характер. Вот и проверим, так ли это на самом деле.
   Поскольку нам предстояло трястись в повозке несколько часов, я решил выяснить хоть что-нибудь про самозванца, явившегося в дом купца. Все равно делать нечего, не молчать же всю дорогу.
   - Быть может, вы расскажете немного о том мерзавце, который обесчестил вашу дочь? - осторожно начал я. - Зачем он пришел в ваш дом? Неужели только для того, чтобы соблазнить ее?
   - А для чего еще? - мрачно буркнул Биридий и страдальчески охнул, когда карета подскочила на очередном особенно высоком ухабе.
   - Не верится что-то. - Я скептически хмыкнул. - К чему такие сложности для обычной интрижки? Я понимаю, если бы он хотел стать мужем вашей дочери. Тогда риск был бы оправдан. Но он сбежал, когда его цель оказалась достигнута. Почему?
   - Может быть, он извращенец какой-нибудь? - предположил Биридий. - Ну, или развлекается подобным образом. Кто-то на драконов охотится, кто-то на кладбище старые могилы разрывает, не в обиду будет сказано. А кто-то по добропорядочным домам ходит и невинных девиц из хороших семей портит. Все повод побахвалиться перед дружками в кабаке.
   Я покачал головой. Нет, не сходится. Слишком сложно. Почему-то у меня такое чувство, что самозванца интересовала в доме Биридия не только красавица-дочь, но и нечто иное. И еще я все отчетливее понимал, что мне что-то недоговаривают.
   - У вас из дома ничего не пропало? - напрямик спросил я, отбросив всяческие условности. - Золото, драгоценности, старинные книги?
   - Книги? - Биридий заметно оживился при последнем слове. Подозрительно глянул на меня и зло поинтересовался: - А почему вы задаете подобные вопросы?
   Я опустил голову, пряча от купца довольный блеск глаз. Ага, кажется, мои предположения оказались верны. Неужели помимо чести Стеши из дома купца было украдено что-то еще?
   - Это первое, о чем надлежит подумать в подобной ситуации, - честно ответил я. - Если в дом обманом проникает некий человек, то в подавляющем большинстве случае следует заподозрить кражу. Так как? Пропало что-нибудь?
   Биридий молчал. Лишь барабанил толстыми короткими пальцами по колену, обдумывая мои слова.
   - Поймите, я хочу помочь вам, - вкрадчиво начал я, вплетая в голос немного магии убеждения - совсем капельку, на грани восприятия. - Негодяй, обидевший вас, чернит мою репутацию и мое доброе имя.
   - Ах, оставьте, - поморщившись, перебил меня Биридий. - Какое доброе имя у некроманта?
   Я удивленно хмыкнул, ни капли не обидевшись на столь хамское замечание. Забавно. Чем дальше мы отъезжаем от моего замка, тем сильнее меняется характер Биридия. И куда только делся тот добродушный пожилой толстяк, который вчера рассыпался передо мной в извинениях?
   - И все же, - с нажимом продолжил я. - В силу специфики... хм... профессии моей скромной персоне и так чрезмерно много внимания уделяет инквизиция. И мне совершенно не надо, чтобы происшествие с вашей дочерью стало достоянием общественности. Чем меньше скандалов вокруг моего имени - тем спокойнее жить, и тем благодушнее ко мне настроены святые отцы. Я понятно излагаю? Поэтому поимка этого самозванца есть в некотором смысле дело чести для меня. Я думал, мы уже обсудили эти детали. Более того, вы щедро заплатили мне за предполагаемую помощь. Почему же теперь столь упорствуете и не желаете честно отвечать на мои вопросы?
   - А вы инквизиции не расскажете? - неожиданно спросил Биридий, опасливо понизив голос.
   Я позволил себе слабую усмешку. Вот оно как. Значит, мои предположения верны. Не только Стеша пострадала от действий новоявленного некроманта.
   - У меня со святыми отцами не настолько хорошие отношения, чтобы беседовать с ними по душам, - отозвался я. - Поэтому не беспокойтесь. Ваша тайна останется между нами. Итак. Что пропало из дома?
   Биридий смущенно заерзал на лавке, вновь едва не спихнув меня на пол. Засопел, о чем-то напряженно размышляя. Я терпеливо ждал, не торопя его.
   - Ладно, - наконец, сдался он. - Только не уверен, что это имеет какое-нибудь значение. Правда, надо начать несколько издалека, чтобы были понятны истоки этой истории. Видите ли, я никогда не был особо охоч до чтения. Лишь время терять да зрение портить, как любил говаривать мой отец. И его можно понять. Он был родом из простой деревенской семьи. Звали его Пакий. Всего в жизни он добился благодаря невероятному везению и деловой хватке. В итоге женился на девушке из весьма знатного и древнего рода, хотя сам из всех наук только процент с прибыли научился считать. Нетрудно понять его отношение к учебе. Но мать была с ним категорически не согласна и настояла на том, чтобы мне дали неплохое образование. Хотя, если честно, умения считать и карябать свою подпись на торговых бумагах мне бы с головой хватило. Отец очень любил мать, слушался ее беспрекословно. Поэтому пошел навстречу и в этом, как он считал, капризе. Ох, до сих пор зад болит, как вспомню, с каким трудом мне наука давалась. Но речь не об этом. Моя мать - леди Циция - очень любила читать. Отец много разъезжал по стране, даже за морем бывал в древнем Хургисе. И отовсюду вез ей книги. У нас дома скопилась весьма обширная библиотека. После смерти родителей рука не поднялась выбросить весь этот пыльный хлам из комнаты, хотя Латия хотела устроить там детскую.
   - Продать книги не пытались? - полюбопытствовал я. - Они же наверняка стоят кучу денег.
   - Пытался, - мрачно ответил Биридий. - После чего едва ноги унес из столицы. Оказалось, что маленькая потрепанная книжка, за которую я не рассчитывал выручить больше серебряного, написана на каком-то странном и непонятном языке. Торговец решил, что я пытаюсь вручить ему трактат по черной магии, поднял шум, на который явились стражники. Благо, те оказались уж дюже жадными до чужих денег. Откупился всем золотом и товаром, а мне на сдачу фингал под глазом оставили. Приехал домой злющий, кинулся в библиотеку - а там почти все книги этим языком написаны. Сам не понимаю, откуда их отец в таком количестве выискал. Как я говорил, выкинуть или сжечь их у меня рука не поднялась. В итоге оставил плесневеть в отдельной комнате.
   - А как умерли ваши родители? - спросил я. - От несчастного случая или от болезни?
   - Да как сказать. - Биридий криво усмехнулся. - Отец погиб в кораблекрушении, не вернувшись из очередной поездки. Мать пять лет его прождала. Никак поверить не могла, что больше его не увидит. А потом... Однажды утром она просто не проснулась. Хорошо, что к тому моменту я как раз справил двадцатилетие и сумел сохранить и преумножить богатство семьи. Вот только про заморские страны пришлось забыть. Перед смертью мать взяла с меня обещание, что я никогда в жизни не ступлю на борт корабля.
   - Занятная история, - произнес я. - Но давайте вернемся к нашему делу. После бегства самозванца из вашего дома пропала какая-то книга?
   - Я не уверен, - смущенно сказал Биридий. - Говорю же, никогда не увлекался чтением, поэтому не знаю, сколько именно книг хранилось у меня дома. Но... Кто-то в библиотеке явно побывал. Вы бы видели, какой бедлам там творился! Мебель перевернута, канделябры опрокинуты, все бумаги на полу валяются. На первый взгляд ничего не пропало, однако поручиться за это не могу. В этой комнате давно уже не убирались должным образом.
   - Вот как? - переспросил я, удивившись подобной беспечности слуг у столь строгого хозяина. - Почему же?
   Биридий замялся, подыскивая нужные слова. Затем пожал плечами и честно признался:
   - Знаете ли, мои слуги... Хм, как бы правильнее выразиться... Им не очень нравится эта комната. Болтают про нее всякую чушь. Мол, что слышат какие-то голоса, холодом откуда-то веет. В итоге я пригрозил, что рассчитаю любого, если услышу еще раз подобные бредни. Разговоры вроде бы закончились, но слуги лучше работать не стали. Так, заскочат раз в пару недель, быстренько смахнут пыль, подметут - и вон.
   Услышанное мне весьма не понравилось. Похоже, дельце будет не столь простым, как мне сперва показалось. Книги на непонятном языке, странные явления, взломанная библиотека. Одно радует - ни о каких загадочных убийствах речи не идет. Возможно, дух покойной матушки Биридия шалит, и после смерти не пожелавший расстаться с любовью к чтению.
   - Сколько человек постоянно проживает в доме? - задал я следующий вопрос. Все равно ехать нам долго, потрачу это время на выяснение обстановки в доме.
   - Я, Стеша, моя младшая сестра Зильга со своим дурнем-мужем Дарием, - принялся перечислять Биридий, послушно загибая пальцы. - Хельга и Дан - супружеская пара, присматривающая за домом. Есть еще несколько молодых служанок, но они живут в деревне. Мы нанимаем им в помощь Хельге, когда намечается крупный прием. Кто же еще? Ах да, Чария - моя бабушка по материнской линии.
   - Бабушка? - переспросил я, решив, что ослышался. - Сколько же ей лет? Вы и сами-то не очень молоды, а уж ей...
   - По правде говоря, не могу ответить. - Биридий с виноватым видом кашлянул. - Сам сбился со счета. А у нее спрашивать бесполезно. Старушка давно уже впала в детство и считает, что она ровесница Стеше. Благо, что на здоровье не жалуется. Деревенский знахарь полагает, что она еще не меньше пяти лет точно протянет.
   Я присвистнул про себя. Ну и ну, вот это бабушка! Наверное, еще короля-братоубийцу Шердия помнит, которого в итоге вздернули на Дворцовой площади столицы.
   Я хотел еще побеседовать с Биридием, узнать, какие отношения между его родственниками, почему он так поздно женился, раз в столь почетном возрасте имеет молодую дочь, в общем - убить время в долгой поездке. Но купец откинулся на спинку лавки, закрыл глаза и тихонько засопел, притворяясь, будто задремал. Понятно. По всей видимости, больше со мной не желают общаться. Утомил я несчастного своим допросом. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.
   Я в свою очередь заклевал носом. Сказывалась бессонная ночь, проведенная в обнимку с боевым посохом в ожидании нападения очередного демона. Поэтому ничего удивительного, что я не заметил, как действительно заснул. Зря я это сделал, если честно. Потому что привиделся мне кошмар. Ну как сказать - кошмар. В нем не было никаких ужасов. Пугал он только ощущением реальности происходящего. Я стоял напротив незнакомого зеркала в замысловатой оправе, но видел в отражении не себя, а демона. Того самого, которого убил в доме Таши. Демон дружески улыбнулся, и больше всего на свете мне захотелось засмеяться в ответ.
   - Зря ты убил меня, Вулдиж, - сказал демон, укоризненно качая головой.
   - Зря, - неожиданно легко согласился с ним я.
   - Нам было бы так весело вместе. - Демон взъерошил темные волосы, в которых уже проскальзывала ранняя седина. - Мы ведь очень похожи, Вулдиж.
   - Я знаю. Но у меня не было выбора.
   - Выбор есть всегда, - прошептал демон. - Это твое любимое выражение, не так ли? Видишь, как я быстро учусь. Скоро нас станет не отличить.
   - Вряд ли, - настороженно отозвался я, внезапно почувствовав легкие нотки угрозы в его голосе. А в следующий миг когтистая лапа зловещего собеседника без малейшего труда преодолела преграду в виде зеркала и схватила меня за шею. Я захрипел, безуспешно пытаясь разжать жестокую хватку.
   - Я стану тобой, Вулдиж, - прошипел демон, и его насыщенно желтые глаза потемнели от гнева. - Слышишь? Рано или поздно, но я стану тобой. Разгадаю все твои тайны, узнаю самые сокровенные мечты. Проживу за тебя твою жизнь. Тебе не справиться со мной! Никто и никогда не почует обмана. Даже твоя ненаглядная Таша, за которую ты готов был отдать жизнь, не угадает за внешней видимостью отсутствие в тебе души. Я, слышишь, я буду целовать ее за тебя. Я стану отцом ее детей. А ты будешь вечность вымаливать прощение у Темного Бога, пресмыкаясь в грязи рядом с его престолом.
   - Не бывать этому! - Слова с трудом выходили из пережатого горла. - Однажды я уже убил тебя. Если надо - повторю.
   - Эх, Вулдиж, Вулдиж, - почти ласково пожурил меня демон. - Ты еще не понял? Тогда ты впустил меня в свою душу. И нет на свете силы, чтобы изгнать меня. Отныне ты обречен до скончания дней своих каждый миг бороться со мной. Уверен, что сумеешь выдержать это? Что даже на миг не ослабишь контроля за мыслями, словами, поступками?
   - Уверен! - просипел я, уже задыхаясь.
   - Посмотрим...
   В следующую секунду я очнулся от встревоженного восклицания Биридия и обнаружил, что по-прежнему сижу в карете, правда, уже остановившейся. Купец склонился надо мной, больно вцепившись мне в плечо.
   - Барон! - Он облегченно выдохнул, заметив, что я открыл глаза. - Ну и напугали же вы меня!
   - Что... - Я запнулся. Горло болело так, будто действительно его только что сжимал лапой демон. Я откашлялся и с трудом продолжил, пытаясь скрыть свое истинное состояние: - Что случилось?
   - Вы стонали во сне. - Биридий говорил быстрой скороговоркой. - Метались так, будто сражались с кем-то. С вами все в порядке?
   - В полном, - заверил я и невольно потер шею. - Кошмар увидел. Наверное, что-то несвежее за завтраком съел.
   - Понятно, - протянул Биридий, продолжая смотреть на меня с изрядной долей недоверия. - Вы мне ничего не желаете рассказать?
   - Нет. - Я криво усмехнулся. - Полноте. Неужели сами ни разу не видели дурных снов?
   - Видел, - неохотно подтвердил купец. - Вот только после них у меня никогда не оставалось багровых отметок на горле.
   Я стиснул зубы и наглухо укутался в плащ. Зеркала в карете не было, чтобы проверить слова Биридия, но я и так знал, что он не обманывал меня. Хотя... С нынешнего дня мне стоит держаться подальше от зеркал. Чувствует сердце, мой сон был не просто сном, как бы ни хотелось верить в обратное.
   Поняв, что я не намерен продолжать разговор, купец тяжело вздохнул и широко распахнул дверцы кареты.
   - Как бы то ни было, - начал он, подслеповато жмурясь от лучей солнца, хлынувших в темную повозку, - мы уже приехали. Добро пожаловать ко мне домой!
   Я с трудом выбрался наружу. Схватился рукой за повозку, пережидая легкое головокружение. Огляделся и восторженно присвистнул при виде зрелища, которое мне открылось.
   Стоило признать, Биридий жил на весьма широкую ногу. Его дом стоял на обрывистом берегу бурной и широкой реки, и вид отсюда открывался просто-таки изумительный. Трехэтажное каменное здание напоминало этакий замок в миниатюре - множество башенок, вместо стекол в окнах разноцветные витражи. Даже имелось нечто вроде крепостных ворот и высокой ограды, за которую возможным грабителям было бы очень непросто проникнуть.
   Я удивленно вскинул брови, услышав где-то рядом дружный заливистый лай множества собак. А это еще что такое?
   - На ночь ворота запирают, - пояснил Биридий, лучась от произведенного эффекта. - И выпускают сторожевых псов. Как вы помните, наверное, здесь живет не так много народа, а слух о моем богатстве давно разошелся по округе. Поэтому приходится заботиться о своей безопасности.
   Я хмыкнул. Получается, самозванец выбрал самый простой и легкий путь пробраться в дом. Если его целью была некая книга, а в этом я почти не сомневался, лучше способа, чем втереться в доверие хозяев, было тяжело придумать. Не штурмовать же под покровом ночи двор, по которому бегает множество свирепых псов, готовых разорвать любого нарушителя на маленькие кусочки.
   - Барон, - окликнул меня возница. - Мне подождать вас здесь?
   - Не стоит, - отозвался я и кинул ему серебряный. - Боюсь, мое пребывание здесь несколько затянется. Так что возвращайся домой.
   Возница поклонился мне, почему-то проигнорировав Биридия, и уселся на козлы. Обиженно всхрапнула лошадь, не получив заслуженного отдыха, и повозка вновь душераздирающе заскрипела, отправляясь в обратный путь.
   Биридий не стал дожидаться, когда я налюбуюсь окрестностями, и первым отправился к дому. Опомнившись, я поспешил за ним, прихватив увесистую сумку и боевой посох. Вдруг псов спустят прямо сейчас, не дожидаясь прихода ночи? И наплевать, что ворота открыты - тем веселее будет местным жителям.
   - Прошу. - На пороге купец остановился и с вежливым полупоклоном пропустил меня вперед. - Чувствуйте себя как дома.
   Я опустил голову, пряча в уголках губ неприятную усмешку. А вот это он сказал уже зря. При общении с некромантом надо следить, что именно говоришь даже в отношении известных пословиц. Я такой человек, который все воспринимает слишком буквально. Издержки профессии, наверное.
   Дом встретил нас оглушительной тишиной. По всей видимости, возвращения Биридия так рано никто не ждал.
   - Есть кто-нибудь живой? - крикнул купец, озадаченно хмуря брови. - Хельга, почему не встречаешь?
   - Хозяин? - неожиданно раздалось чуть слышное с порога. - Вы не забыли про меня? Я не могу войти.
   - Ах да! - Я хлопнул себя по лбу и тронул Биридия за плечо. - Извините, что отвлекаю, но Тоннис не имеет права пересечь порога, пока вы ему это не позволите.
   - Правда? - Купец тотчас же обернулся и с интересом прищурился, пытаясь разглядеть призрака. - А почему?
   - Таковы правила. - Я неопределенно пожал плечами. - Никакое привидение или неупокоенный дух не войдет в дом без особого разрешения на то.
   - А если я ему это позволю, то он навсегда останется здесь? - продолжил расспросы Биридий, не спеша впускать Тонниса.
   - Необязательно. - Я покачал головой. - Вы всегда вправе переменить свое мнение и отозвать разрешение.
   Я на миг запнулся, вспомнив ту ловушку, в которую некогда угодил сам. Стоит ли посвящать Биридия в такие тонкости? Да нет, наверное. Он же не собирается умирать в ближайшее время.
   К сожалению, купец заметил мои колебания. Подался вперед и повелительно бросил:
   - Но есть и еще какое-то замечание, не так ли? Я вижу по глазам, что вы что-то скрываете от меня.
   - Не скрываю. - Я поморщился от обвинительных ноток, проскользнувших в голосе Биридия. - Понимаете ли... На данный момент вы являетесь хозяином дома. Если вы сейчас позволите Тоннису войти, то потом только вы сможете, грубо говоря, выгнать его. Если с вами что-нибудь произойдет, и у дома сменится хозяин, то последнему придется мириться с присутствием тут Тонниса столько, сколько призрак захочет.
   - А что со мной может случиться? - искренне удивился Биридий.
   Я неопределенно пожал плечами. Люди не вечны. Иногда смерть настигает их внезапно, в самом расцвете сил. Никогда не угадаешь, чего следует опасаться.
   Наверное, мои мысли были написаны на лице столь отчетливо, что Биридий прочитал их. Возмущенно фыркнул, словно говоря - мол, кто смертен, я смертен? И громогласно заявил на весь тихий дом:
   - Я позволяю пересечь порог дома Тоннису - призраку. И дарую разрешение жить здесь сколь угодно долго, пока мое мнение не переменится.
   Купец особенно подчеркнул слова "мое мнение", и я удивленно хмыкнул про себя. Забавно, такое чувство, будто Биридий в первую очередь пытается убедить самого себя, что с ним ничего не случится в ближайшее время. Неужели он скрыл от меня нечто более важное, чем визит самозванца и поруганную честь дочери?
   Едва только в прихожей отгремело эхо от громкого восклицания купца, как на втором этаже, куда вела лестница, послышалось осторожное покашливание.
   - Кто тут говорит о призраках? - раздался приятный женский голос. - Что за неуместные шутки?
   Биридий неожиданно насупился, сдвинул кустистые седые брови и ощерился в столь свирепой ухмылке, что мне невольно стало не по себе. Светлые Боги, кажется, он не очень любит обладательницу мелодичного сопрано.
   На улице еще царил день, но в прихожей из-за плотных гардин на окнах было достаточно темно. Свет здесь пока не зажигали, поэтому лиловые тени уже собрались в углах и плавали над потолком. Мне пришлось напрячь все свое зрение, пока не прибегая к помощи ночного, чтобы разглядеть, кто именно спускался к нам по лестнице.
   Сначала я услышал тихий шелест шелковой юбки. Потом моего обоняния коснулся легкий, чуть уловимый аромат дорогих духов. А затем передо мной появилась статная, очень привлекательная женщина. Ее длинные темные волосы, убранные в косу, уже посеребрила седина. Вокруг глаз и рта пролегли глубокие морщины. Но это не портило, а скорее подчеркивало ее необычную красоту северянки. На ум неожиданно пришло сравнение с хорошим вином, которое с годами становится лишь лучше и ценнее для истинных знатоков.
   - Биридий, это ты? - спросила незнакомка, остановившись посередине лестницы и подслеповато прищурившись. - Уже вернулся?
   - Я, я, - ворчливо отозвался тот и как-то злобно скривился. - Чего не встречаете? Где Хельга?
   - Я отпустила ее в деревню, - спокойно отозвалась женщина. - Ты же знаешь про ее мать. Бедняжка при смерти. Пусть побудет с дочерью последние дни.
   - Я же запретил! - Биридий сорвался даже не на крик - на визг. - И ты была прекрасно осведомлена об этом!
   - Я не думала, что ты вернешься так скоро, - отозвалась женщина. Перевела на меня взгляд своих удивительно темных глаз и улыбнулась. - Как вижу, ты не один.
   Биридий был не в состоянии сейчас говорить. От приступа неожиданной ярости у него что-то страшно клекотало в горле. Мужчина тяжко опустился на ближайший стул, с такой силой рванув шнуровку рубахи, что порвал ее и, по-моему, даже не заметил этого. Пришлось мне представиться самому, не дожидаясь, когда купец придет в себя.
   - Милостиво прошу извинить меня за вторжение в ваш дом. - Я склонился в глубоком поклоне. - Полагаю, мое имя вам знакомо, но, боюсь, только с дурной стороны. Барон Вулдиж из рода Сурина. Приехал восстановить справедливость и очистить свою репутацию от дурных слухов.
   - Барон Вулдиж? - Глубокая вертикальная складка пролегла между бровями женщины. - Так вот как вы выглядите в действительности. Приятно, что я не ошиблась в своих предположениях.
   Я чуть наклонил голову, заинтригованный ее странными словами, и женщина поспешила объясниться, неторопливо продолжив свой спуск:
   - Видите ли, барон, я с самого начала говорила брату, что он приветил в доме самозванца. Тот не послушал меня, и мы все знаем, чем это закончилось.
   - Брату? - переспросил я. - Полагаю, я имею честь лицезреть перед собой леди Зильгу?
   - Леди? - Женщина негромко рассмеялась. - Полноте. Мы не аристократы, поэтому титулы ни к чему. Зовите меня просто - Зи. Так у нас принято.
   К этому моменту она как раз миновала последнюю ступеньку и остановилась около меня, протянув для приветствия маленькую узкую ладошку.
   Я почтительно приложился губами к руке женщины, подивившись тому, насколько горячим было ее пожатие. Будь я лекарем - тотчас же проверил бы у Зильги температуру. Впрочем, не похоже, будто она страдает от горячки или лихорадки. Занятно, ничего не скажешь.
   - Ох, как неудобно, - внезапно заволновалась Зильга, поспешно одергивая руку. - Вы, наверное, устали с дороги. А мы держим вас в прихожей и даже свет не зажгли. Извините меня, барон.
   Женщина в буквальном смысле отпрыгнула от меня, едва не наступив на подол длинного платья. Зашарила по карманам, выискивая огненную палочку. Я наблюдал за ее действиями с немалым изумлением. Такое чувство, будто Зильгу напугало мое прикосновение. Н-да, кажется, в этом доме далеко не все так просто, и поиски самозванца будут не основным моим занятием. Дай-то Светлые Боги, чтобы я ошибся.
   - Биридий, я слышала, ты упомянул какого-то призрака, - не оглядываясь, бросила через плечо Зильга, суетясь около канделябра. - Почему?
   Я едва не брякнул про идею Биридия нанять привидений-слуг, но купец кинул на меня столь свирепый взгляд, что слова встали у меня поперек горла.
   - О чем же еще разговаривать рядом с некромантом, как не о призраках и прочей нечисти, - неловко пошутил Биридий и чуть повысил голос. - Я говорил ему, что запрещаю, слышите - за-пре-щаю! - какому-либо призраку материализоваться в доме без моего на то особого позволения. Пусть витает бесплотным духом, пока не позову. Ясно?
   Я опустил голову, пряча неприятную усмешку. Так-так-так, дело становится все занимательнее и занимательнее. Однако купец не учел одной маленькой детали: в его власти было позволить или не позволить Тоннису войти в дом. Запретить призраку принимать какой-либо вид могу только я. Но пока не будем раскрывать глаза Биридия на это упущение.
   - Тоннис, не материализовывайся без моего приказа, ясно? - чуть слышно буркнул я себе под нос, зная, что призрак не посмеет ослушаться.
   Ответом мне был легкий вздох сожаления, от которого пламя ближайшей свечи дрогнуло, но сразу же выровнялось.
   - Что это? - заволновалась Зильга, замерев с поднятой огненной палочкой. - Вы слышали?
   Мы с Биридием переглянулись, и тот раздраженно махнул рукой, предлагая мне не обращать на слова Зильги внимания. Мол, что с глупой бабы взять. Я понимающе усмехнулся, но про себя насторожился. Сдается мне, у сестрицы Биридия имеются неплохие способности к магии, раз уж она почувствовала присутствие Тонниса. Вопрос лишь в том, догадывается ли она сама об этом.
   - Впрочем, наверное, почудилось, - смущенно пролепетала Зильга, услышав насмешливое фырканье брата. - Не обращайте внимания.
   - Да уж не будем, - ответил Биридий. - Тебе в последнее время постоянно всякая чушь мерещится.
   Я в очередной раз удивленно присвистнул про себя. Однако! Нет, мне определенно стоит пообщаться с Зильгой без лишних свидетелей. Полагаю, она расскажет мне много интересного об этом доме и его обитателях.
   - Ладно, Хельге ты дала выходной, хотя я запретил это делать, - сварливо продолжил Биридий. - Но Дан-то здесь? Пусть поможет гостю с вещами.
   - Дана тоже нет, - несколько виновато ответила Зильга. - Отпустила с женой. Мало ли что, вдруг Хельге потребуется помощь или поддержка?
   Биридий налился краской гнева. В мгновение ока побагровел до такой степени, что я невольно забеспокоился. Как бы удар не схватил. В его-то года и при его комплекции это проще, чем рассмешить болотную хохотушку.
   - Я в состоянии сам отнести сумку в комнату, - поспешил я вмешаться. - Вещей у меня мало, так что не надорвусь. Куда идти?
   - Я покажу. - Зильга повернулась и величественной походкой отправилась к лестнице, небрежно обронив напоследок брату: - Биридий, поторопи пока Дария. Он сегодня вызвался приготовить ужин.
   - Дарий готовит ужин?! - раненым вепрем взвыл Биридий. - Ты что, забыла, чем это закончилось в прошлый раз? Мне моя жизнь еще дорога, лучше голодать неделю, но его помои в рот больше не возьму!
   Биридий что-то еще кричал нам вслед, бесновался в прихожей, но Зильга даже не обернулась. Она медленно поднялась по лестнице на второй этаж и повернула направо.
   - Ваша комната будет здесь, - проговорила женщина, останавливаясь у первой же двери. - На этом этаже больше никто не живет, так что, будем надеяться, вас никто не потревожит.
   - Никто не живет? - переспросил я, втягивая носом затхлый воздух. - Почему?
   - Так повелось. - Зильга пожала плечами и загремела ключами, отпирая комнату. - Хельга и Дан спят на первом этаже рядом с кухней. Я с мужем - на третьем. Биридий и Стеша предпочитают летом жить в башенках. Мой брат - в западной, племянница - в восточной. Говорят, там им больше нравится.
   Зильга помолчала немного и добавила с лукавой усмешкой:
   - Жаль, что мы позволили это Стеше. В доме она была бы под большим присмотром. Башенки тем и хороши, что в них можно попасть не только из дома, но и напрямик по приставной лестнице со двора.
   - А ваша бабушка? - поинтересовался я, вспомнив про Чарию. - Где спит она?
   Зильга от моего невинного, в сущности, вопроса неожиданно вздрогнула и с оглушительным звоном уронила всю связку ключей.
   - Моя бабушка? - неуверенно переспросила она. - Ах да, конечно, как я могла забыть. Она будет единственной вашей соседкой на этом этаже. Правда, ее комната в другом конце коридора, так что, думаю, вы не помешаете друг другу. И потом, Чария уже давно не встает с постели.
   - Я полагаю, ее спальня находится по соседству с библиотекой? - спросил я, озаренной смутной догадкой. - Биридий рассказал про уникальные книги, которые его родители собирали всю жизнь.
   - Вы ошибаетесь, - мягко ответила Зильга. - Библиотека находится прямо напротив вашей комнаты. Биридий с недавних пор начал ее запирать, но, думаю, если вы попросите ключи - он не откажет. Наверное, вам не терпится ознакомиться с нашей коллекцией книг.
   - Дайте угадаю, - предложил я с лукавой улыбкой. - Библиотеку начали закрывать после появления здесь самозванца?
   - Нет. - Зильга качнула головой и наконец-то с усилием провернула подходящий ключ в скважине. - Примерно за полгода до его появления здесь. Кстати, я взяла на себя смелость и выделила для вас именно ту комнату, где он жил. Надеюсь, это поможет в ваших поисках шельмеца. Я ведь правильно поняла, что вы приехали сюда именно ради этого?
   - Абсолютно, - кивнул я, входя в комнату за женщиной. - Понимаете, вся эта некрасивая история с вашей племянницей сильно повредит моему честному имени, если о ней станет известно. Поэтому я решил, что стоит найти мерзавца, пока историей не заинтересовалась инквизиция.
   Женщина щелкнула огненной палочкой, зажигая в комнате свечи, и я осекся. Потому что оказалось, что я стою напротив зеркала с замысловатой оправой в виде множества перекрещивающихся ажурных кругов. Того самого, которое я уже видел в недавнем сне, когда разговаривал с демоном.
  

***

   На поздний ужин я вышел в чрезвычайно дурном расположении духа. И в этом не было ничего удивительного. Странно то, что я вообще остался в этом доме после того, как увидел злополучное зеркало. Сознаюсь честно, первым моим порывом было бросить все и сразу же отправиться к себе в замок, плюнув на поиски самозванца. Однако по здравому рассуждению я отказался от столь заманчивой мысли. Если Темный Бог решил поквитаться со мной за прошлые неудачи, то вряд ли у себя дома я окажусь в большей безопасности, чем здесь. Скорее, напротив. И потом, если предстоит новая схватка с демоном, то мне стоит находиться как можно дальше от родного замка. К чему подставлять под удар Ташу или ее противного братца? Поэтому я разобрал вещи, проверил боевой посох и, лишь убедившись, что тот заряжен магией до предела, немного успокоился. Мы еще посмотрим, кто кого. Два раза я выходил победителем из схватки со слугами Темного Бога. Почему в третий раз должен проиграть? И потом, не стоит исключать возможности, что все мои дурные предчувствия - плод разыгравшегося воображения. Подумаешь, сон с зеркалом увидел. Я на своем веку пережил столько кошмаров, столько раз видел, как погибаю самой страшной смертью, что должен относиться к этому более спокойно. Где наша не пропадала? Прорвемся и на этот раз. Наверное.
   Одно меня беспокоило: поведение Тонниса. С того момента, как Биридий позволил ему войти в дом, призрак ни разу не появился передо мной. Ладно, предположим, материализоваться в человеческом облике ему строго-настрого запрещено, но хотя бы побеспокоиться о самочувствии и настроении хозяина он мог? Нет, даже самого простого вопроса не задал. Пропал, будто его и не было никогда.
   Все это лишь подогревало мое раздражение. На поздний обед или ранний ужин - смотря с какой стороны взглянуть - я спустился, облачившись в свой самый лучший (и, стоит заметить, единственный более-менее приличный) длинный черный плащ, расшитый серебряными звездами и непонятными даже для меня символами. Боевой посох, съежившись до размеров прутика, покоился за голенищем сапога. В общем, ни дать, ни взять - некромант, вышедший на тропу войны. Посмотрим, какие тайны скрываются в этом доме. Вряд ли я надолго здесь задержусь. В прошлый раз меня сдерживало присутствие Таши и угрозы Северянина, теперь же мои руки полностью развязаны. По крайней мере, хочется на это надеяться.
   Ужин проходил в просторном обеденном зале на первом этаже. За огромным столом в этот вечер присутствовало всего несколько человек: я, Биридий, успевший переодеться в просторный синий кафтан, Зильга, оставшаяся в темном шелковом наряде, и совсем еще молоденькая белокурая девица в наглухо закрытом черном шерстяном платье.
   - Познакомьтесь с моей дочерью, барон, - вместо приветствия кинул мне Биридий. - Эта Стеша - та самая дурында, из-за которой у нас столько неприятностей.
   Девушка вспыхнула от смущения и потупилась, не смея взглянуть на меня и нервно теребя в руках поясок платья.
   - Биридий, - укоризненно протянула Зильга, ловко раскладывая по тарелкам горячее жаркое. - Хватит. Что ты ей душу бередишь? Девочке и так досталось.
   - Досталось ей! - тоненьким голоском передразнил сестру купец. - А нечего было под первого встречного-поперечного ложиться. Сама виновата - пусть теперь и сама расхлебывает. Разве этому я ее учил? Ишь, чего удумала - байстрюков плодить!
   - А чему ты ее учил? - спокойно осведомилась Зильга, подавая мне тарелку с едой. - Тебя же никогда не было дома. Девочка, считай, без присмотра росла. Только Хельга с ней занималась, да и то - в перерывах между хлопотами по дому. Понятное дело, Стеша всю жизнь мечтала о любви и понимании. Вот и кинулась в объятия первого, кто вскружил ей голову.
   - А где же ты была? - ехидно переспросил Биридий. - Что же не опекала свою племянницу? Ах да, конечно, как я мог забыть? Муженька день-деньской пасла, от баб отгоняла.
   - Биридий!
   Я едва не подавился вином, как раз в этот момент поднеся фужер к губам. От громкого возгласа Зильги даже стекла в окнах отозвались жалобным звоном.
   - Биридий, - мигом позже продолжила она уже тише, бросив на меня осторожный взгляд. - Не стоит выносить наши семейные дрязги на суд посторонних. Вряд ли барону интересны такие грязные подробности.
   Я бы мог возразить, что очень даже интересны. С самого момента приезда сюда меня никак не оставляло странное чувство. Нечто похожее я уже ощущал не так давно, когда явился с визитом в дом Таши. Словно у каждого члена семьи здесь была какая-то тайна, и множество маленьких семейных секретов переплетались, образуя один общий. Хотелось бы знать, сколько скелетов скрыто в доме купца Биридия?
   - Кстати, а где Дарий? - продолжил Биридий, лукаво мне подмигнув. - Почему он не почтил нас своим присутствием?
   - Дарий не очень хорошо себя чувствует. - Зильга чуть заметно жалобно всхлипнула, словно с трудом сдерживая слезы. - Он решил пораньше лечь спать.
   - Понятно, - жестокосердно заключил купец. - Опять напился до зеленых демонов в глазах. Скажи, он сегодня в зеркале, поди, вновь что-то жуткое увидел вместо своего отражения?
   - Биридий...
   На сей раз голос Зильги прозвучал не грозно, но умоляюще, на грани истерики.
   - А что не так? - с напускным простодушием переспросил Биридий и повернулся ко мне. - Барон, представляете, ее муженек всякую чушь болтает, лишь бы свое пьянство объяснить. Мол, как к зеркалу ни подойдет - так на него рогатая морда щерится в ухмылке. Только из-за этого, говорит, и глушит вино не бутылками, но бочками. Чтобы не страшно в доме было жить.
   Зильга опустилась на стул около меня, печально сгорбилась и закрыла лицо руками.
   - Хватит, - просяще протянула она, и ее плечи затряслись от с трудом сдерживаемых рыданий. - Биридий, хватит. За что ты меня позоришь?
   Купец, довольный произведенным эффектом, уткнулся в тарелку с жарким. Какое-то время в обеденном зале было тихо, лишь раздавалось приглушенное звяканье вилок и ножей.
   Меня так и подмывало расспросить Зильгу про странные галлюцинации ее мужа. Я очень хорошо знал, что это значит, когда вместо собственного отражения в зеркале ты видишь демона. Но женщина выглядела настолько потерянной и жалкой, что я поостерегся начинать расспросы. Наверняка она сочтет, что жестокая забава, начатая ее братом, продолжается. Нет, пусть немного успокоится. А потом я побеседую с ней наедине. И по поводу Дария, и по поводу ее способностей к магии.
   - Между прочим, я тоже видела в зеркале призрака, - неожиданно подала голос Зильга, без аппетита ковыряясь вилкой в своей тарелке. - Брат, ты присутствовал при этом. Почему тогда смеешься над Дарием?
   - Глупости все это! - резко отрезал Биридий, украдкой на меня покосившись. - Что-то не припомню, чтобы на меня из зеркала чужая рожа глазела. Ты тогда заорала, как резанная. А я лишь тень уловил. Наверняка занавеска от сквозняка качнулась. Бабы, что с вас взять? Всякую чушь собираете.
   - И когда это началось? - негромко полюбопытствовал я, обращаясь прежде всего к Зильге. - Давно ваш муж начал видеть призраков?
   - Он всегда был любителем выпить, - извиняющимся тоном проговорила Зильга. - А в последнее время совсем меру знать перестал. Я и просила, и умоляла, и угрожала. Я первый раз увидела призрака два месяца назад. Чуть Светлым Богам душу не отдала. Хотела косу поправить - глядь, а на меня из зеркала чудище смотрит. Дарий именно тогда к бутылке стал крепко прикладываться. До этого он никогда на карачках домой не приползал.
   - Это вы умом повредились, - немного заплетающимся языком оборвал ее Биридий, наливая себе пятый по счету бокал вина. - Лично я - самый нормальный. Никогда и никаких призраков не видел. Хоть сейчас к проклятому зеркалу схожу и рожу ему сострою.
   - Не надо! - воскликнула Зильга, явно впечатленная угрозой купца.
   Тот довольно заулыбался, польщенный заботой о себе, и вновь уткнулся носом в тарелку, придирчиво выбирая самые вкусные кусочки.
   - Проклятое зеркало? - Я внимательно переводил взгляд с упорно молчавшей Стеши на Зильгу и обратно. - Что это?
   - Да глупости сплошные! - Зильга так порывисто всплеснула руками, что чуть не опрокинула свой фужер. - Вы нас не слушайте, пожалуйста. Мы болтаем, что на ум взбредет. Только инквизиции тут не хватало.
   - Проклятое зеркало - это не чушь, - без спроса влез Биридий, пьяно глядя на меня поверх бокала. - Оно стоит у меня в библиотеке. Говорят, если в полночь зажечь около него свечи и трижды призвать Темного Бога, то он и придет. Вырвет у тебя сердце из груди и сожрет его сырым, еще бьющимся. Страшно?
   - А если взглянуть в него днем? - полюбопытствовал я, осторожно пригубив терпкое вино. - Вы, вроде бы, говорили, что ваши слуги не любят библиотеку. Мерещится всякое. Быть может, это из-за зеркала?
   - Без понятия. - Биридий икнул и уронил кусок мяса с вилки себе на штаны, но, по-моему, даже не заметил этого. - У нас в семье таких смельчаков нет. Правда, самозванец весьма интересовался им. Даже денег предлагал, чтобы выкупить.
   Стеша смущенно зарделась при упоминании о своем нечестном возлюбленном. Улыбнулась каким-то своим мыслям и кокетливо стрельнула в меня глазками.
   - Вы отказали ему с продажей? - спросил я. - Почему?
   - Да полноте. - Биридий негромко рассмеялся. - С чего мне ему отказывать? Сказал: заберешь из библиотеки сам, и оно твое. Дан наотрез отказался помогать вытащить зеркало. И его можно понять. Дарий, как обычно, пьяный сопел у себя в комнате, поэтому тоже с ним не пошел. Самозванец тыркнулся в библиотеку. Уж не знаю, что он там делал, но вышел без зеркала и бледный, словно упырь. По-моему, ноги он сделал сразу после этого, едва ночь настала. Верно, Стеша?
   Девушка устало вздохнула и кивнула, подтверждая слова отца.
   - Занятно, - протянул я, ни к кому, в сущности, не обращаясь.
   - Если желаете, сами полюбуйтесь на проклятое зеркало, - любезно предложил Биридий и неожиданно совершенно трезво на меня взглянул. - Вы ведь в отличие от шельмеца настоящий некромант. Или боитесь?
   - Не стоит, - мягко попросила Зильга, чуть слышно испуганно ахнув. - Братец, ну что ты опять начинаешь? Пусть зеркало пылится в библиотеке. Кому оно сдалось?
   - Вот ключи. - Биридий, словно не услышав слов сестры, бросил на стол перед собой увесистую связку. - Ну? Или не рискнете, отговорившись неотложными делами?
   Почему-то у меня было такое чувство, что Биридий вел к подобному итогу разговора с самого начала. Интересно, почему он так привязался к этому зеркалу? Будто сам боится до ужаса того, что можно в нем увидеть, но высмеивает страхи остальных, не желая быть обвиненным в трусости.
   - Вы составите мне компанию? - спросил я, подхватывая связку.
   - Ну уж нет. - Биридий нервно хихикнул. - До дверей провожу - а дальше сам. Впрочем, если опасаетесь чего-либо - не стоит. Потомственные некроманты не обязаны быть рыцарями без страха и упрека.
   Я растянул губы в вежливой улыбке и обвел взглядом присутствующих дам. Зильга и Стеша сидели бледные, уставившись перед собой и опасаясь поднять на меня глаза. Забавно, очень забавно. Они ведь в самом деле чем-то напуганы, причем напуганы сильно. Неужели только зеркалом? Даже если в нем отражается потусторонний мир, то что из этого? Стоит просто запереть библиотеку, и все будет в порядке. Но нет, тут что-то другое. Почему Биридий так настойчиво отправляет меня к проклятому зеркалу? Эх, была не была. Все равно пока не схожу - не пойму, что скрывается за этими опасливыми взглядами и туманными намеками.
   - Скоро вернусь, - пообещал я, вставая из-за стола.
   - Барон! - испуганно воскликнула Зильга, приподнимаясь следом. - Что вы задумали?
   - Навещу ваше знаменитое зеркало. - Я пожал плечами, будто удивленный ее недогадливостью. - Вы меня так заинтриговали, что спать теперь не буду, пока его не увижу.
   - Барон! - Зильга схватила меня за рукав, останавливая. - Не надо, право слово. Не слушайте моего брата! Он болтает всякую чушь, потому как выпил. Уж если идти в библиотеку, так утром. Ночью там делать нечего, поверьте мне.
   - И все-таки я попробую. - Я мягко отцепил дрожащие пальцы женщины от своей рубашки. Улыбнулся ей, пытаясь успокоить. - Не волнуйтесь, со мной все будет в порядке. В конце концов мне не привыкать общаться с призраками.
   - Валяйте, - развязным тоном поторопил меня Биридий, нервно отстукивая какой-то ритм по столешнице. - Если поторопитесь, то как раз успеете вернуться к десерту.
   - Брат! - Зильга порывисто повернулась к нему. Ее темные глаза вспыхнули гневным огнем. - Ты хоть понимаешь, куда его посылаешь?
   - Прекрасно понимаю, - отозвался купец. - Может быть, хоть его поступок убедит вас, что в библиотеке не скрываются страшные и кровожадные чудовища. А то уже плешь проели своими бреднями. Что ты, что Хельга с ее муженьком, что Дарий с его пьяным бредом.
   Я еще раз успокаивающе похлопал Зильгу по руке, вежливо поклонился Стеше, за весь спор ни разу не произнесшей ни слова, и неторопливо двинулся к двери.
   - В таком случае я иду с вами. - Женщина догнала меня в несколько шагов и решительно вцепилась мне в локоть. - Рад этому, братец?
   На миг мне показалось, что в глазах Биридия мелькнул довольный блеск. Но он поспешно опустил голову, пряча в тени свои истинные эмоции.
   - Я не заблужусь, - уверил я Зильгу, недоуменно хмуря брови. - Так что оставайтесь здесь. Вряд ли это займет много времени.
   - Ну уж нет. - Зильга криво усмехнулась и с вызовом вздернула подбородок. - Мой брат давно пытался загнать меня в библиотеку. Будем считать, ему это удалось.
   Я промолчал, сделав в уме очередную пометку. Что же происходит на самом деле в этом доме, хотелось бы знать? Уж не бросили ли мне жирную наживку в виде самозванца, чтобы заманить сюда? И если так, то какие истинные цели преследует Биридий?
   - Поторапливайтесь! - крикнул купец, вальяжно развалившись на стуле. - Разговоры да разговоры. Уже давно бы обернулись туда и обратно.
   Зильга побледнела. Лишь темно-карие глаза, почти черные при неверном свете свечей, ярко выделялись на ее красивом лице. Губы плотно сжались в одну тонкую бескровную линию.
   - Пойдемте, - шепнула она, крепче перехватывая меня под руку. - Давайте закончим с этим балаганом.
   Всю дорогу до второго этажа она не проронила ни слова. Продолжила хранить молчание и около дверей в библиотеку, когда я принялся возиться с замком.
   - Быть может, подождете меня здесь? - негромко предложил я, искоса на нее поглядывая и нарочно медля с открыванием. - Биридий все равно об этом не узнает.
   - Спасибо за заботу, но не стоит так волноваться за меня. - Зильга нервно хихикнула. - Я давно должна взглянуть в лицо своему страху. Поэтому даже не просите.
   - Хорошо, - легко согласился я, несколько удивленный ее странными словами. Вытащил из голенища сапога прутик и крепко сжал его в руках. Повинуясь мысленному приказу, тот на миг окутался белесой дымкой, потеряв свои очертания. Когда же туман рассеялся - в моих руках материализовался длинный резной посох из драгоценнейшего красного дерева. К моему величайшему удивлению, Зильга никак не отреагировала на это проявление магии. Лишь с едва заметной иронией улыбнулась, будто присутствовала не при чуде в некотором роде, а при детской шалости.
   Посох был заряжен боевыми заклинаниями до предела. Мои пальцы покалывало от той силы, которая рвалась наружу. Отлично. Кто бы ни скрывался в библиотеке - ему придется ой как несладко. Разорву на мелкие кусочки и даже не замечу.
   "Ну да, ну да, - мерзко рассмеялся внутренний голос. - Берегитесь, упыри и вурдалаки! А что, если тебя там встретит верный слуга Темного Бога? Справишься с третьим демоном?"
   Я раздраженно мотнул головой, отгоняя ненужные и даже опасные мысли. Если кто-нибудь из домочадцев Биридия продал свою душу, то это было бы тяжело не заметить. Демоны обожают убивать. В семье же купца пока никто не погиб. Исчезновение новоявленного некроманта в расчет не берем - наверняка тот просто сбежал, увидев обычного призрака.
   Дверь с душераздирающим скрипом давно не смазываемых маслом петель открылась, повинуясь моему нажиму рук. Да, прав был Биридий - в библиотеку явно очень редко заходят. Посмотрим, что же так пугает слуг.
   Свечи я не стал зажигать, ограничившись огоньком на навершии посоха. Яркий мертвенный свет отблеском лег на многочисленные шкафы с книгами, стройными рядами расположившиеся около стен, и отразился в зеркале, которое находилось прямо напротив двери. Я удивленно прищурился при виде уже знакомой замысловатой рамы в виде перекрещивающихся кругов. Можно сказать, это зеркало было братом-близнецом того, которое находилось в моей комнате. Но небольшие отличия все-таки имелись. Несколько деталей оправы были безжалостно вырваны кем-то. Вон, по центру рамы сверху чернеет провал, словно предназначенный для драгоценного камня. Значит, в своем кошмаре я видел другое зеркало - то, которое терпеливо дожидалось меня в отведенной для гостей комнате. И не знаешь - то ли радоваться этому обстоятельству, то ли огорчаться.
   Зильга испуганно жалась у меня за спиной. Я повернулся к ней, чтобы как-то ободрить женщину, но подавился словами. Зильга стояла на пороге с крепко зажмуренными глазами, словно боясь взглянуть перед собой. Однако. Она действительно до безумия боится того, что может скрываться в этой комнате. Почему тогда пошла со мной? Только чтобы утереть нос брату?
   - Почему вы молчите? - жалобным свистящим шепотом неожиданно заговорила Зильга. - Тут есть кто-нибудь?
   - Нет, - совершенно честно ответил я, подходя ближе и внимательно разглядывая зеркало. Оно послушно отразило мое бледное от усталости лицо, встрепанные черные волосы и несколько шкафов с книгами позади.
   - А зеркало? - заикаясь от страха, спросила женщина. - Оно на месте?
   - Ага, - подтвердил я, на всякий случай коснувшись пальцами ажурной рамы. - Висит, как и должно висеть. Вон, язык показываю - а никакое чудище из него не лезет.
   Женщина фыркнула от смеха, но глаза открывать не стала, хотя сделала крошечный шажочек от порога в комнату. Я же в свою очередь запнулся, поскольку в этот момент Зильга отразилась в зеркале. Точнее - должна была отразиться. Вместо нее я увидел черное клубящееся облако, смутно похожее на человеческую фигуру. Я на всякий случай зажмурился и потряс головой. Затем внимательно посмотрел на Зильгу. Она продолжала стоять рядом с порогом. Перевел взгляд в зеркало - вновь странное нечто на ее месте.
   - Занятно, - протянул я.
   - Что такое? - заволновалась Зильга. - Вы что-то увидели?
   - Нет. - Я с сожалением цокнул. - Скорее - не увидел то, что надо.
   Зильга боязливо приоткрыла один глаз. Ей хватило всего одного взгляда в зеркало, после чего она издала приглушенный тонкий визг, схватилась за сердце и медленно осела на пол.
   В последний миг я успел подхватить женщину на руки, уберегая от падения. Крякнул от неожиданной тяжести ее тела и быстро выбежал прочь из библиотеки. Пинком распахнул дверь в свою комнату, благо, оставил ее незапертой перед ужином, и бережно уложил Зильгу на постель. После чего замер каменным изваянием. И что прикажете делать дальше? Поднять крик и взбаламутить весь дом? Нет, не стоит. Только всеобщей паники мне не хватало. Поднявшаяся суматоха лишь навредит предстоящему расследованию. В этом доме скрывается что-то странное, но вряд ли смертельно опасное. Лучше сохранять спокойствие и самому попытаться разобраться в загадке проклятого зеркала, чем привлекать ненужное внимание инквизиции. Тем более что тайны семейства Биридия, как показал недавний сон, каким-то образом связаны и с моими проблемами.
   Я опустился перед неподвижно лежащей женщиной на колени. Взял ее ладонь и больно сдавил хрупкие пальцы. Сердце бьется сильно и спокойно, дыхание в норме. Не сказал бы, что Зильга находится на пороге смерти, и ей срочно необходима помощь лекаря. И потом, я сам обладаю небольшими познаниями в целебной магии, так что сумею помочь в крайнем случае. Почему бы не воспользоваться беспомощным состоянием Зильги? Не подумайте дурного, просто хочу задать ей пару вопросов. Вряд ли мне представится в скором времени вторая подобная возможность. Когда человек без сознания, то его легче всего разговорить, не опасаясь возможного сопротивления или обмана. Рискнем?
   - Зильга, - глубоким чарующим голосом начал я, другой рукой прикоснувшись ко лбу женщины. - Ты меня слышишь?
   Мои пальцы слегка засеребрились, усиливая заклинанием воздействие гипноза.
   - Да, - безжизненно отозвалась она, и легкий румянец коснулся ее щек. Хороший знак. Если бы не мое желание провести сейчас допрос, то женщина очнулась бы безо всяких проблем.
   - Что ты увидела в зеркале? - спросил я. - Что тебя так напугало?
   - Я увидела свою смерть, - бесстрастно ответила она. - Каждый, кто входит в библиотеку, видит свою смерть. Это пугает.
   Я нахмурился. Очень интересно, почему я ничего не увидел, кроме своего отражения?
   - Кроме тебя еще кто-нибудь видел в зеркале нечто странное? - Я провел пальцем по лбу Зильги, стирая испарину.
   - Мы все видели. - Зильга устало вздохнула. - Поэтому Дарий пьет. Поэтому Хельга и Дан убираются в библиотеке на ощупь, страшась лишний раз оглядеться по сторонам. Это... Это слишком страшно... Когда видишь, как твое тело пожирают могильные черви. Когда чувствуешь копошение опарышей в глазницах. Когда понимаешь, что тебя похоронили заживо.
   - Ты видела, что тебя похоронят заживо? - Я не сумел удержаться от удивленного восклицания.
   - Мы все видели это, - печально проговорила Зильга. - Я, Дарий, Хельга, Дан. Мы видели, как нас кладут в гроб. Бледных и холодных, словно трупы. Но только мы чувствовали и осознавали все. А потом комья земли начинали барабанить по крышке гроба. Сначала громко, потом все тише и тише. И наступала вечная темнота. Знаешь, как страшно: понимать, что тебя зарыли заживо, что спасения ждать бесполезно, что солнце... Солнце больше никогда не прикоснется к твоей коже, и все, что тебе отныне осталось - мрак, сырость и поцелуи червей.
   - Биридий и Стеша тоже видели это? - жестокосердно продолжил я, не обращая внимания на приглушенные всхлипывания женщины. Сейчас не время для жалости, лучше узнать как можно больше, с чем мне предстоит иметь дело.
   - Биридий... - Зильга печально улыбнулась. - Он никогда не рассказывал о том, что ему явилось в проклятом зеркале. Но сам уже давно не заходит в библиотеку. Смеется над нами, издевается, называет чушью и бредом наши истории. И до жути боится оказаться один на один с зеркалом. Стеша наверняка видела что-то. По крайней мере она сама затащила бедного мальчика в постель, надеясь, что тот заберет ее из дома.
   - Что случилось с так называемым Вулдижом? - поинтересовался я, прислушиваясь, не идут ли за нами из обеденного зала. - Он исчез сразу после визита в библиотеку, не так ли?
   - Сбежал, - подтвердила Зильга. - И его не стоит в этом винить. К чему связываться с проклятым семейством, когда вся жизнь впереди. Вот только мальчик не учел одной мелочи: раз взглянув в зеркало, ты навсегда оставляешь частичку своей души в нем.
   - Давно это началось? - задал я последний вопрос, краем уха слыша, как кто-то грохочет сапогами по лестнице.
   - Не помню, - честно ответила Зильга. - Несколько месяцев, быть может, полгода назад. Как раз когда Чария...
   - Что тут происходит? - прервал ее громогласный возглас Биридия, появившегося на пороге комнаты.
   Я торопливо оборвал нить заклинания, заставив женщину замолчать. Она тихо застонала, приходя в себя.
   - Ваша сестра потеряла сознание в библиотеке, - пояснил я, бережно подкладывая под спину Зильги подушки. - Я отнес ее к себе, хотел было кликнуть на помощь, но тут подоспели вы.
   - Потеряла сознание? - с нескрываемым скепсисом переспросил Биридий. - С чего вдруг, хотелось бы знать?
   Я неопределенно пожал плечами. Голубчик, ты же сам прекрасно знаешь, почему твоей сестре стало плохо. Зачем тогда спрашиваешь?
   - Я посмотрела в зеркало, - слабым голосом отозвалась Зильга, открывая глаза. - И увидела там... Ты в курсе, что именно.
   - А вы, господин некромант, смотрелись в зеркало? - повернулся ко мне Биридий.
   - Да, - кивнул я.
   - И как?
   Мне стало не по себе на перекрестии взглядов купца и его сестры. Биридий смотрел на меня с непонятной враждебностью, Зильга же с отчаянной мольбой и надеждой.
   - Я не совсем понял, что именно увидел, - уклончиво ответил я. - Но нечто... хм... необычное все же уловил.
   - Что же именно? - Биридий вцепился в меня, словно оголодавший упырь в свежую плоть. - Мертвецов? Призраков? Или, не приведи Светлые Боги, демона?
   - Нет, что вы. - Я покачал головой, благоразумно умолчав о том, что если бы мне явился демон, то меня бы тут уже и след простыл. - Мне тяжело объяснить. Нечто вроде... Хм... Смутной тени, не более.
   Биридий с неподдельным сожалением вздохнул и отвел глаза. Зильга в свою очередь печально улыбнулась. Забавно. Такое чувство, будто они хотели, чтобы я тоже почувствовал себя погребенным заживо. Хотя... В некотором роде их можно понять. Мой страх и ужас доказал бы, что их семья совершенно нормальная. А так получается, что проклятье лежит только на домочадцах Биридия. Интересно, а почему в таком случае самозванец что-то увидел в зеркале? Может быть, потому что купец уже был готов назвать его зятем?
   - Помогите мне встать, пожалуйста, - попросила Зильга, протягивая мне руку.
   - Вы уверены? - спросил я, не торопясь выполнять это пожелание. - Вдруг вам вновь станет плохо?
   - Все в порядке, - заверила меня женщина и неожиданно зарозовелась от смущения. - И потом, не могу ведь я всю ночь провести в постели неженатого молодого мужчины, будучи при этом верной супругой.
   - Верной, как же, - глухо буркнул себе под нос Биридий. - Таких верных в былые года, бывало, медом обмазывали да около муравейника привязывали.
   - Биридий! - гневно воскликнула Зильга, украдкой бросив на меня извиняющийся взгляд. - Ну что ты, право слово! Всякую чушь болтаешь.
   Я легонько пожал ледяные пальцы женщины, показывая, что не принял слова ее брата всерьез, и осторожно помог ей подняться. Про себя же отметил, что купец, как оказывается, великолепный знаток самых изощренных способов казни. Интересно посмотреть в книгах, за какое преступление карают погребением заживо.
   - Ну что, десерт ждет нас. - Биридий с напускной развязностью хлопнул меня по плечу. - Спустимся в обеденный зал?
   - Извините, но без меня, - твердо произнесла Зильга, расправляя смявшееся платье. - Мне как-то нехорошо. Лучше лягу пораньше.
   - Вам помочь дойти до комнаты? - любезно осведомился я, обеспокоенно наблюдая за ее еще не твердыми движениями.
   - Не стоит, - заверила она меня. - Справлюсь. Бывало и хуже. Проведаю Чарию - и сразу же в постель.
   Женщина тихо выскользнула из комнаты, и мы с Биридием остались одни. Купец косо на меня глянул и внезапно хитро подмигнул.
   - Думаю, вы не особый любитель сладкого, - проговорил он, расплываясь в лукавой усмешке. - Пусть Стеша доедает пирог. Все равно за фигурой ей уже следить незачем. А мы жахнем что-нибудь, да покрепче вина. Идет?
   Я кивнул в знак согласия. Дождался, когда купец первым выйдет из комнаты, и прищелкнул пальцами, торопливо уменьшая посох до размеров прутика, после чего сунул его на прежнее место в голенище сапога. Пусть будет под рукой. Так мне спокойнее в этом загадочном доме.
  

***

   Не сговариваясь, мы решили перебраться в более уютный каминный зал, где вовсю горело веселое рыжее пламя, согревая и даря ложное чувство защищенности. Стеша, не спрашивая соизволения отца, присоединилась к нам, прихватив тарелку с пирожными. Биридий в свою очередь взял бутылку из темного стекла, в которой что-то заманчиво булькало, и пару хрустальных фужеров. Я же быстро нарезал сыра и вяленого мяса и, опасно балансируя подносом, отправился вслед за купцом.
   Чтобы перейти из обеденного зала в каминный, надо было миновать лишь один темный переход. Но странное дело, весь недолгий путь меня не оставляло чувство, будто кто-то следит за нами. За тенями, сгустившимися в углах с приходом ночи, словно скрывалось живое существо. Казалось, обернись внезапно - и столкнешься лицом к лицу с опасным зверем, неслышно крадущимся за тобой на мягких лапах.
   Наверное, Биридий ощутил нечто похожее. По крайней мере он резко прибавил шаг, едва не сбив с ног впереди идущую Стешу, и первым ворвался в жарко натопленное помещение, ярко освещенное множеством свечей.
   - Проклятые нервы, - извиняющимся тоном пробормотал он, смахивая рукавом выступившую испарину. - Это все моя сестренка с Хельгой. Нарассказывают всякого бреда, а потом в собственном доме каждого шороха опасаешься. Где это видано, чтобы ночью по нужде страшно было выйти? Зильга муженька своего до такой степени напугала, что тот уже до белой горячки напился. Только и знает, что про призраков болтает.
   Я нахмурился, вспомнив про Тонниса. Интересно, куда он делся? С того момента, как Биридий разрешил ему войти в дом, ни звука от него.
   Видимо, купца тоже посетила эта мысль. Он опасливо глянул на Стешу, которая с отсутствующим видом поедала одно пирожное за другим, зачарованно уставившись в огонь, и нагнулся ко мне.
   - А где этот ваш Тоннис? - жарким шепотом спросил он прямо мне на ухо. - Не видать и не слыхать его. Не сбежал, случаем?
   - Что вы. - Я немного отодвинулся, слегка поморщившись от чесночного дыхания купца. - Он никуда не денется без позволения на то хозяина. Здесь где-то. Наверное, дом осматривает.
   - Это хорошо, - задумчиво проговорил Биридий, ловко открывая бутылку и разливая прозрачный напиток по бокалам. - От призрака же в доме ничего не может скрыться, верно? Значит, если здесь живут привидения, то он обязательно их почует. Правда?
   Я с иронией вскинул брови. Ах вон оно как. Сдается, Биридий попросил захватить с собой Тонниса отнюдь не для того, чтобы приглядеться к нему в качестве слуги. Решил самым простым и надежным способом удостовериться, что его дом чист от всяких духов и проклятий. Теперь мне самому интересно, куда пропал Тоннис. Поскольку он подчиняется лишь мне, то я бы обязательно почувствовал, если бы кто-нибудь вздумал ему навредить. Тем более только некромант может развоплотить призрака. Ну да ладно, позже займусь этой проблемой. На прямой приказ явиться Тоннис не посмеет не отозваться. Если же кто-нибудь попробует задержать его - я это наверняка почувствую.
   Биридий протянул мне бокал, и я с сомнением принюхался к предложенному напитку. Купец не соврал - сильный алкогольный запах доказывал, что в фужере плескалось что-то намного превышающее по крепости вино. Но было еще кое-что. Чуть уловимый аромат каких-то трав. Только не разобрать - то ли успокаивающих, то ли, напротив, тонизирующих.
   - Что это? - напрямик спросил я, не торопясь пробовать загадочную жидкость на вкус.
   - Самогон, - честно ответил Биридий и одним глотком опустошил бокал. Некоторое время сидел с закрытыми глазами, прислушиваясь к своим ощущениям, затем хрипло выдавил из себя: - Пейте, барон. Не бойтесь, я не отравлю вас. Чария лично делала его, пока ее не разбил паралич, никому не доверяя рецепта. Говорит, только благодаря ему сохранила в свои годы такое здоровье.
   Краем глаза я заметил, как Стеша загадочно улыбнулась после этих слов отца. Подняла голову и впервые с момента нашего знакомства взглянула прямо на меня, небрежным жестом убрав с лица растрепавшуюся челку. Я невольно вздрогнул. Уж больно странными были глаза у девушки - с настолько неестественно расширенными зрачками, что тоненькая полоска синей радужки на их фоне терялась и казалась почти незаметной.
   Я смущенно оглянулся на Биридия, но тот уже торопливо наливал себе второй бокал, не обращая на дочь никакого внимания. Затем я незаметно вытащил посох из-за голенища и положил себе на колени, погладил его, дожидаясь, когда в кончиках пальцев запульсирует жар, и лишь тогда потянулся через пространство к ауре Стеши, пытась понять, что с девушкой не так.
   - О Боги! - встревоженно выдохнул я, едва коснулся чарами Стеши. Та сидела на удивление спокойно, безусловно понимая, что я задумал, но не делая никаких попыток мне помешать. Я прищурился, ласково поглаживая отростками заклинания ауру девушки. Если, конечно, то, что от нее осталось, можно было так назвать. Вместо ровного розоватого свечения Стешу окутывало некое черное марево, очень похожее на то, что я увидел в отражении зеркала вместо Зильги.
   Уже догадываясь, в чем тут дело, я перевел взор на купца. Привычно прищелкнул пальцами, посылая в недолгий полет те же чары, что использовал при исследовании ауры девушки. И горько усмехнулся, лицезрев знакомую картину.
   - Потрясающе, - пробормотал я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы сразу же не выболтать открывшуюся тайну Биридию и его дочери. Боюсь, они вряд ли обрадуются, если узнают, что их семейство проклято. Я почти уверен, что Зильгу и ее мужа окружает такое же покрывало насланной смертельной магии.
   - А вы в самом деле некромант, - негромко произнесла Стеша. Биридий икнул от неожиданных слов дочери, подавился и едва не пролил себе на грудь очередную порцию самогона.
   - Это что такое было? - пророкотал его голос, в котором я с немалым удивлением услышал небывалое облегчение. - Ты заговорила? Действительно заговорила? Дочка, я уж думал, ты дала обет безмолвия, чтобы замолить перед Светлой Богиней свой грех!
   Мои брови сами собой поползли на лоб. Что творится в этой семье, хотелось бы знать? Биридий, когда нанимал меня разыскать самозванца, и словом не обмолвился о том, что его дочь от потрясения перестала общаться с окружающими. Интересно, что еще он скрыл от меня?
   - Я просто была не в настроении разговаривать. - Стеша как-то устало усмехнулась и отставила в сторону опустевшее после пирожных блюдо. - Начались бы скандалы, ругань, клеймение меня позором. Не хочу. Мне и так было очень тяжело, чтобы еще терпеть всю эту суету.
   - Простите, - мягко сказал я, - наверное, я лезу не в свое дело, но... Вы очень любили... хм... так называемого барона Вулдижа?
   - В действительности его звали Харус, - поправила меня девушка. - По крайней мере именно так он представился мне, когда понял... Ну, как бы так сказать... когда он признался в любви ко мне.
   Я оставил в сторону бокал, постаравшись не расплескать его. Все равно пить какой-то сомнительный и наверняка очень крепкий напиток мне совершенно не хотелось. После чего откинулся на спинку кресла и перевел взгляд на купца, ожидая его реакции.
   Она последовала незамедлительно. Биридий сначала побледнел, потом побагровел, рванул ворот рубахи и сипло переспросил:
   - Он признался в любви тебе? Хочешь сказать, это было тогда, когда он соблазнял тебя, спрятавшись под чужим именем?
   - Отец, по-моему, я сказала ясно, - твердо отчеканила Стеша, с вызовом вздернув подбородок. - Харус не был таким мерзавцем, как ты его любишь представлять. Он практически сразу же открылся мне. Назвался настоящим именем и предложил стать его женой. Мы должны были бежать вместе из этого дома, но ночью, накануне задуманного, Харус исчез. И я боюсь даже думать, что с ним произошло.
   - Ничего не понимаю, - с таким искренним недоумением и какой-то детской обидой протянул Биридий, что на миг мне его стало жалко. Конечно, подчас очень тяжело осознать, что твой ребенок вырос и решил вступить в мир взрослых, делая собственные ошибки и не спрашивая более советов у любящих родителей.
   - Чего тут непонятного? - с глухой яростью рявкнула девушка. - Да, я знала, что Харус обманом проник в наш дом. Да, я была в курсе, что на самом деле он не принадлежит к знатному роду. Но это нисколько не помешало мне полюбить его.
   - Но... - потерянно забормотал Биридий. - Почему ты скрыла это от меня? Почему не призналась, а поддержала его обман? Ты же знаешь, я всегда желал тебе только добра. Пусть этот самый Харус был не из знатной семьи. Ну и что? Мой отец тоже родом из простых крестьян, а все же прожил с моей матерью долгую и счастливую жизнь. Зачем вам было так торопиться? Я бы справил для тебя пышную свадьбу, взял бы зятя к себе в помощники. Он же весьма ловким и хватким типом был, уж не сочти за грубость. К чему вся эта ложь и какая-то затея с побегом?
   - Ты все прекрасно понимаешь! - огрызнулась Стеша. Встала и принялась метаться по каминному залу, подметая пушистый напольный ковер подолом длинного платья. - Неужели ты не видишь, что твой дом превратился в склеп? Мы гнием в нем заживо. Каждую ночь засыпаем и проваливаемся в могилы, кишащие червями и личинками. Каждое утро встречаем со слезами радости на глазах, потому что кошмары пропадают с лучами солнца. И каждый вечер замираем в тревожном предчувствии, понимая, что придется пережить все заново. Дарий почти спился, не в силах терпеть этой пытки. Зильга боится собственной тени. Для Хельги смертельная болезнь матери - благословение, поскольку это хоть на время, но вырвало ее из плена дома. Только ты и Чария наслаждаетесь происходящим. Хотя в последнее время даже в твоих глазах я начала замечать страх. Но гордость, непомерная гордость, погубившая в свое время мою мать, мешает тебе признать собственные ошибки.
   Стеша остановилась напротив отца. Ее зрачки теперь сузились от ярости до размеров булавочной головки. Щеки раскраснелись от гнева, а губы постоянно кривились.
   Я нервно забарабанил пальцами по подлокотнику кресла, не рискуя пока вмешиваться. Именно подобные вспышки ярости лучше всего рассказывают об истинных отношениях между родственниками. Однако стоит признать - купец мне очень многого не рассказал. Понять бы еще - случайно или намеренно.
   - Именно поэтому я легла в постель с Харусом до свадьбы, - выплюнула в лицо отцу девушка. - Не потому, что думала, будто он из знатного рода. И не потому, что влюбилась в него без памяти. Я надеялась - слышишь? - надеялась, что он заберет меня из этого проклятого дома. Что пожалеет своего еще не родившегося ребенка и избавит его от участи каждый вечер умирать в своих снах от безысходности и ужаса. Наверное, зря надеялась, раз он сбежал, оставив меня здесь наедине с кошмарами. С другой стороны, глупо было ждать от него иного, раз ты поступаешь со мной так же.
   Биридий сидел настолько красный, что я невольно забеспокоился. Как бы удар не хватил беднягу. Однако я зря переживал. В следующий миг купец встал и с чрезвычайно упрямым видом подбоченился.
   - Никто не выгонит меня из дома! - тихо, но отчетливо проговорил он. - Никакие проклятья, хотя я в них и не верю. Я родился здесь пятьдесят лет назад и здесь же и умру. Кто-то хочет, чтобы мы бежали отсюда, словно трусливые шакалы. Но не бывать этому! Пусть даже здесь поселился демон - ему придется изрядно потрудиться, чтобы вершить свои темные дела без лишних свидетелей. И я не верю в проклятье. Это все чушь и глупости. Наверняка что-то вроде тех фокусов, которые показывают балаганные шуты. Верно ведь, барон?
   И он обернулся ко мне, молчаливо взывая о помощи.
   - Как давно начались ваши кошмары? - спросил я, проигнорировав надежду и мольбу, застывшие в глазах купца. - Когда сюда явился этот самый Харус, не так ли?
   - Не так. - Стеша горько усмехнулась. - Я понимаю, к чему вы клоните, но Харус в наших бедах не виновен. Это все началось много раньше - примерно полгода назад, когда Чария, моя прабабка, устроила ритуал вызова духов.
   - А с этого места поподробнее! - приказал я, хищно подавшись вперед, будто гончая, почуявшая след. - В чем заключался этот ритуал?
   - Да ни в чем! - взорвался от негодования Биридий. Слепо зашарил рукой за собой, подхватил бутылку и сделал несколько громадных глотков прямо из горла. Меня передернуло при виде этого зрелища. Как он может так спокойно пить это пойло? Поди, этот самогон такой крепости, что подожги его - заполыхает синим пламенем.
   Однако выпивка помогла купцу успокоиться. По крайней мере он уткнулся носом себе в рукав, несколько раз глубоко вздохнул и продолжил более ровным голосом:
   - Чария вбила себе в голову, что дух моего отца не приняли на землях мертвых. Мол, всех, сгинувших в морских пучинах, забирает на вечное рабство некое чудище - что-то вроде гигантского осьминога. И несчастные обречены вечность драить ракушки на дне океана, вымаливая пощаду. Я уже говорил, что старушка впала в детство. Около года назад ноги окончательно отказали ей, и болезнь стала прогрессировать. Она целые дни проводила за чтением старинных книг, вот где-то и наткнулась на эту легенду. Сначала Чария просто доводила нас разговорами и перечислением тех ужасов, которые вынужден терпеть мой отец в загробной жизни. Потом решила провести ритуал, чтобы освободить душу моего отца из плена.
   - И вы согласились?
   Биридий как-то неуверенно пожал плечами. Опустил голову и прошептал:
   - Подумал, что хуже все равно не будет. Знаете, как говорят: чем бы принцесса ни тешилась, лишь бы в пасть дракону не лезла. Ну вот.
   - Что дальше? - поторопил его я, когда мужчина окончательно сник и замолчал. - Что-то пошло не так?
   - Все пошло не так, - злобно прошипела Стеша, с настоящей ненавистью глядя на отца. - Абсолютно все. Сперва мы все с радостью включились в предстоящую забаву. Здесь же в глуши скучно. Одни и те же лица каждый день, одни и те же разговоры. А тут хоть какое-никакое, да разнообразие. Вырядились, словно на шабаш колдунов. Черные наряды, распущенные волосы. Собрались в библиотеке, поставили два зеркала друг напротив друга. И две свечи около каждой рамы, чтобы человек видел свои многократные отражения. Как и положено, дождались полночи.
   На этом месте Стеша неожиданно поперхнулась и побледнела, словно воочию представив подробности того страшного вечера. Попятилась к ярко зажженному камину и щедро подбросила туда еще дров, заставив пламя взметнуться ввысь.
   - Мы взялись за руки между зеркал, - дрожащим голосом подхватил ее рассказ Биридий. - Зильга зажгла свечи, специально не глядя на отражение. По задумке мы должны были одновременно открыть глаза, когда Чария позовет моего отца по имени. И...
   Тут он запнулся, устало опустился в кресло и принялся с приглушенным стоном растирать виски.
   В комнате повисла настолько плотная, осязаемая тишина, что казалось, будто ее можно есть ложками, как кисель. Стеша не торопилась прерывать затянувшееся молчание, отсутствующим взглядом глядя в камин. Отблески огня плясали на ее мокрых от слез щеках. Боги, да что они увидели в зеркале-то, раз до сих пор напуганы до полусмерти?
   - Вам явился призрак? - рискнул я помочь им с рассказом.
   - Не совсем, - протянула Стеша, зло сморкаясь в маленький носовой платок. - Мы сначала подумали, будто ритуал не удался. Ничего не происходило - с небес не ударил гром, свечи не задуло сквозняком. И лишь через пару секунд сообразили, что не видим отражения пламени в зеркале. Это было очень странно. Мы смотрели в темноту, а она словно изучала нас. Внимательно, неспешно, выискивая самые слабые стороны. И нашла, как видите.
   - Что было дальше? - сухо спросил я, весьма заинтригованный этим рассказом.
   - Да ничего особенного. - Стеша пожала плечами. - Было как-то глупо продолжать стоять и пялиться в кромешный мрак. И мы разомкнули цепь. Едва только наши руки расцепились, как одно из зеркал жалобно зазвенело, едва не разбившись на тысячи хрустальных осколков. Я... Я страшно испугалась, что это нечто, скрывавшееся в темноте, пытается ворваться в комнату. Кто-то закричал. Заполыхала скатерть из-за опрокинутых в суматохе свечей. И... И все стихло. Зеркало выстояло. Маленький пожар быстро и сам собой потух. Мы не обсуждали произошедшее. Быстро разошлись по комнатам, немало смущенные. Словно дети, знающие, что поступили дурно, и пытающиеся скрыть свою шалость.
   - Все началось этой же ночью?
   Я провел языком по пересохшим губам, страдая от жажды. С сомнением покосился на почти пустую бутылку, одиноко стоявшую на столе, но не рискнул промочить ее содержимым горло. Эх, вина бы сейчас. Пусть даже той кислятины, которая хранится в подвалах моего замка. Не люблю крепкие напитки, особенно когда рядом с тобой происходит нечто странное и зловещее.
   - Пейте, - радушно предложил мне Биридий, угадав мое желание, и подтолкнул поближе бутылку. - Честное слово, лучше вам выпить. Тогда кошмары не так пугают.
   - Ну да. - Стеша недовольно хмыкнула. - Сам каждый вечер напиваешься до невменяемого состояния, а над Дарием и Даном издеваешься. Думаешь, будто никто не замечает, сколько пустых бутылок каждое утро выбрасывает Хельга.
   - Меня все игнорируют? - мягко поинтересовался я, прекращая едва не начавшуюся перепалку. Дождался, когда внимание собеседников обратится на меня, и задал повторный вопрос: - Все началось этой же ночью?
   - Не уверена, - с некоторым смущением отозвалась Стеша. - По-моему, в первый раз я увидела во сне, как меня зарывают заживо, через неделю. Когда Чария окончательно слегла.
   - Секундочку! - Я поднял палец, обрывая ее рассказ. - Как это - "окончательно слегла"? Насколько я понял, ноги отказали ей много раньше - еще год назад.
   - Тогда ей отказали ноги, а теперь отказал и разум. - Стеша криво усмехнулась. - Почти сразу после ритуала она заявила, будто ей семнадцать лет. Ну да ладно, многие в старости в детство впадают. Но потом... Понимаете, Чария всегда была бойкой и живой старушенцией...
   - Стеша! - укоризненно проворчал Биридий, перебив дочь. - Что за выражения? Имей уважение к прабабушке! Она не старушенция, а леди Чария из знатного и древнего рода.
   - Неважно, - отмахнулась от замечания отца Стеша. - Так или иначе, но крови она из нас много выпила. Особенно из отца, конечно. Старушен... - Биридий на этом месте грозно хмыкнул, и девушка поспешно исправилась: - Леди Чария, то есть, моего отца всю жизнь терпеть не могла. Уж очень он на вид напоминал Пакия, моего деда. А того она вообще ненавидела лютой ненавистью. Обвиняла, что она леди Циции всю жизнь поломал. Мол, где это видано, чтобы девушка из знатного рода вышла замуж за простолюдина. И всегда при этом напрочь забывала о том, что ее род разорился в стародавние времена, и моя бабушка, ее дочь, была бесприданницей. А Пакий к тому времени уже владел торговой лавкой в столице и медленно, но верно поднимался к вершинам благосостояния.
   - Стоп-стоп-стоп! - взмолился я, чувствуя, что совершенно запутался во всех этих объяснениях и родственных взаимоотношениях. - Если леди Чария настолько не любила вашего прадеда, Стеша, то почему она тогда так переживала о его душе, что даже пошла на вызов духа?
   Стеша лишь развела руки и вопросительно посмотрела на отца.
   - Спросите что полегче, - хмуро бросил тот, с настоящей мукой во взоре поглядывая на бутылку, на дне которой еще плескались остатки недопитого самогона, и мученически облизываясь. - Разве женщин поймешь? Особенно когда они, почитай, в маразме. Вчера ненавидели, сегодня любят. Я спрашивал ее об этом. Она сказала, что перед смертью хочет отмолить грехи. Будто бы осознала какую-то свою вину перед моим отцом и собирается вызволить его душу из плена морского чудовища, чтобы хоть этим получить его прощение.
   - Занятно, - почти не разжимая губ, проронил я и забарабанил пальцами по колену.
   - Впрочем, мы отвлеклись, - продолжила Стеша, терпеливо дождавшись окончания небольшого отступления в прошлое семьи. - В общем, через неделю после ритуала Чария... как бы поточнее выразиться... Она уснула. И спит до сих пор. Приходит в себя лишь на пару часов в сутки. Поест, обведет всех мутным взглядом, в очередной раз заявит, будто всех переживет, и вновь отключается.
   Девушка завистливо вздохнула и чуть слышно прошептала:
   - Я ей даже завидую. Раз она так сладко спит, то наверняка не видит кошмаров.
   Биридий, все же не удержавшись, одним глотком допил остатки самогона и уставился на меня взглядом побитой собаки.
   - Вернемся к Харусу, - попросил я, с трудом припомнив имя соблазнителя Стеши. - Перед его исчезновением в доме что-либо странное произошло? Ну, кроме того, что он узнал радостную весть о своем скором отцовстве.
   Биридий и Стеша переглянулись. Мне весьма не понравилось молчание, которое последовало после молниеносного обмена взглядами. Словно каждый из них знал что-то важное, но боялся начать первым.
   - Я не знаю наверняка, видел ли Харус эти жуткие сны, - наконец выдавила из себя девушка. - Но предполагаю, что нет. Иначе на его месте я бы и лишней секунды в доме не осталась. Он всегда с огромным недоверием относился к моим рассказам о проклятье. Я просила его бросить все и бежать, но Харус лишь смеялся. Говорил, что глупо оставлять привычную жизнь ради погони за иллюзорным счастьем. Однако когда он узнал о моей беременности, то согласился увезти меня из дома. Сказал, что мои кошмары могут повредить ребенку, поэтому он найдет тихое и спокойное место для нас. А потом...
   Девушка всхлипнула и замолчала. Яростно скомкала в руках носовой платок и оглушительно в него высморкалась.
   - Мы договорились встретиться в прихожей, - глухо проговорила она. - Я всю ночь, как полная идиотка, прождала его внизу. Сумку до этого спрятала во дворе, чтобы не привлекать лишнего внимания. Однако Харус так и не появился. Наутро оказалось, что его вообще нет дома. И я не понимаю, как такое могло произойти. Разве только он выбрался из окна, не желая видеться со мной.
   У меня было и другое объяснение этому загадочному факту, но я не стал его озвучивать. Не стоит волновать девушку предположениями о самом худшем, ей и так тяжело сейчас.
   - Насколько я помню, вечером перед своим исчезновением Харус наведывался в библиотеку, - медленно, осторожно подбирая слова, начал я. - Собирался купить у вашего отца печально известное зеркало...
   - Что?! - Стеша вспыхнула от негодования, оборвав меня. С возмущением взглянула на отца. - Ты позволил ему это? После того, что пережили я и все мы? Я же твердо и четко сказала, что он войдет туда только через мой труп. И упросила тебя запереть библиотеку. А ты пустил его туда! Как ты мог?
   - Просто надоели ваши ежедневные истерики, - несколько смущенно отозвался Биридий. - Понадеялся, что Харус убедится, что за зеркалом не скрываются демоны, и поставит тебе мозги на место. Кто же знал...
   Тут он запнулся и лишь безнадежно махнул рукой, показывая, как ошибался.
   В каминном зале повисло молчание. Стеша гневно буравила взглядом отца, вряд ли обрадованная известием о его участии в исчезновении жениха. Я же пытался систематизировать полученные факты. Ой-ой-ой, без листка бумаги точно не обойдусь. Все в голове перемешалось.
   - Ну так как, господин некромант, - первым рискнул нарушить затянувшуюся паузу Биридий. - Теперь вы знаете все. Простите, что я скрыл от вас некоторые детали. Боялся, что вы откажетесь искать Харуса, когда услышите про проклятье.
   - Знаете, вы все-таки верите в него? - поинтересовался я, несколько удивленный последней фразой.
   Вместо ответа Биридий неопределенно пожал плечами. Проговорил, глядя в огонь:
   - Понимаете, я как-никак глава семейства. Должен служить для остальных примером и образцом для подражания. А что я им покажу, если сам стану трястись от страха и биться в истерике? Поэтому я до последнего предпочитал делать вид, будто ничего не происходит.
   Стеша презрительно фыркнула, сползла с кресла и бухнулась передо мной на колени.
   - Вы что? - Я вскочил на ноги и бросился ее поднимать. - Встаньте!
   - Прошу вас, - прошептала Стеша, хватая руками меня за колени. - Пожалуйста. Помогите! Я больше не вынесу этой пытки. Вы хоть представляете, через что нам приходится каждую ночь переживать? Уж лучше бы проклятье убило бы нас, чем жить так - без малейшей надежды что-либо изменить. Вы ведь некромант. Вы справитесь. Только не отказывайтесь от нас.
   - Не откажусь, - твердо пообещал я и осторожно приподнял девушку с колен. - Честное слово, я никуда не уеду и не брошу вас, пока не разберусь с этим делом.
  

***

   Я разбирал вещи у себя в комнате. Давно закончились невеселые посиделки в каминном зале. Биридий ушел первым, украдкой прихватив из шкафа еще одну бутылку самогона. За ним последовала и Стеша со столь обреченным выражением лица, словно этой ночью ей предстояло погибнуть. Впрочем, с учетом всего рассказанного в ее настроении не было ничего удивительного.
   Я аккуратно выложил на покрывало несколько черных тонких свечей, присовокупив к ним огненную палочку. Немного подумав, надел на шею амулет, отводящий дурной глаз. Затем тихонечко позвал:
   - Тоннис!
   Ответа почему-то не последовало. Я недовольно нахмурился. А вот это мне уже не нравится. Призрак обязан явиться к хозяину по первому же требованию. Если Тоннис не отзывается на приказ, то значит, что-то или кто-то ему мешает. Тяжело представить человека, способного навредить привидению. Неужели в доме на самом деле таится некая зловещая сила, которая пленила моего Тонниса? В таком случае ей придется несладко. Потому что я готов к битве и действительно хочу помочь семье Биридия избавиться от проклятья.
   Я встал и огляделся по сторонам, намечая себе план действия. Если я собираюсь вызывать духов, то следует освободить пространство. Поэтому кресло и стол, стоящие по центру комнаты, отодвинем к стенке, где висит зеркало. Гардероб и кровать мне не мешают. Светлый ковер с пола откинем от греха подальше. Не то воском закапаю, потом неудобно перед хозяевами будет. Теперь осталась самая малость: мелком начертить круг, расставить треугольником черные тоненькие свечи, зажечь их и позвать Тонниса. Он не сможет проигнорировать мой призыв. Только полная дематериализация и изгнание в мир мертвых способно остановить призрака, когда его призывает хозяин. Но для этого надо потратить столько энергии, что я обязательно почувствовал бы это. Впрочем, к чему гадать? Осталось только произнести формулу вызова, чтобы узнать, почему Тоннис так долго игнорировал мои приказы.
   Я щелкнул огненной палочкой, и тотчас же свечи занялись жадным пламенем, на глазах пожирающим тоненькие фитильки. Взял в руки посох, стукнул им об пол и твердо произнес:
   - Фамильный призрак рода Сурина по имени Тоннис, явись на призыв своего хозяина!
   Целый миг после этого ничего не происходило. Я даже заволновался. Неужели в доме действительно хозяйничает злая магия такой величины, что она просто запредельна для моего восприятия? Но мои опасения быстро развеялись, как только в центре круга засеребрился в белой дымке знакомый силуэт.
   - Тоннис! - с облегчением выдохнул я. - Как же ты меня напугал! Где ты шлялся все это время?
   Старик почему-то совершенно не обрадовался, увидев меня. Напротив - страшно закатил глаза и замотал головой, будто умоляя отпустить его.
   - Тоннис, что за дела? - уже строже спросил я, делая несколько шагов к нему навстречу, но благоразумно не пересекая линии круга. - Куда ты пропал? Почему совершенно забыл о своих обязанностях?
   - Простите, хозяин...
   Почему-то голос призрака доносился до меня чуть слышно, словно между нами стояла непреодолимая преграда. По тому, как широко открывался рот призрака, я понимал, что он почти кричит, но доносился до меня лишь свистящий шепот.
   - Простите, хозяин, я не виноват, - продолжил Тоннис. - Плохо мне, едва порог пересек. Душно. Не могу быть в доме. Вас не слышу. Только сейчас с трудом почувствовал, как вы зовете. Но не мучайте меня, пожалуйста. Отпустите. Призракам здесь не место.
   Я удивленно вскинул брови. Очень интересно! Призракам здесь не место, людям тем более тут спокойно жить не дают. Что бы это значило? И кто в таком случае чувствует себя в доме Биридия полноправным владельцем?
   - Отпущу, - пообещал я. - Как только ответишь на пару вопросов. Почему тебе здесь плохо? Злое колдовство?
   - Скорее, наоборот. - Тоннис измученно улыбнулся. - Тут воздух насыщен ароматом святой воды. Она словно повсюду. Смешивается со светлыми чарами. Вы же знаете, что неупокоенные души изгоняют именно так. Поэтому... Поэтому тяжко мне. Не могу, не хочу, не смею тут оставаться.
   - Других призраков ощущаешь? - сухо спросил я, пожалев призрака и решив по максимуму сократить допрос.
   - Шутить изволите, хозяин? - Тоннис печально замерцал. - Если в стенах этого дома и обитали какие-нибудь привидения, то они давным-давно исчезли. Никто из нас не в силах жить в месте, освященном церковью Светлых Богов.
   - Ты можешь сказать, как давно был проведен ритуал? - выпалил я, стремясь узнать у Тонниса как можно больше за короткий промежуток времени. Уж больно жалкий вид сейчас имел призрак: лицо землистое, прежде роскошная белоснежная борода висит какими-то неопрятными клочками, под глазами залегли глубокие тени. Про живых в таком случае говорят - краше только в гроб кладут. Но вряд ли это выражение применимо к неупокоенному духу.
   - Не больше двух месяцев назад, - выдохнул Тоннис, мерцая всеми цветами радуги. Ого! А это плохой знак. Эдак я рискую остаться без фамильного призрака - он уже на грани развоплощения.
   - Точнее! - взмолился я.
   - Не более двух месяцев назад, скорее - прямо перед нашим приездом, - простонал Тоннис, и его фигура опасно подернулась белесой дымкой, на глазах истончаясь по краям.
   - Прочь! - выкрикнул я, не в силах продолжать пытку, и быстрым движением ноги затер часть нарисованного круга, чтобы выпустить на свободу призрака. - Свободен, Тоннис!
   Тот моментально растворился в воздухе, не успев даже поблагодарить. Мне оставалось лишь гадать - успел ли я его отпустить, или Тоннис вопреки моей воле переселился в земли мертвых. Но был и другой, куда более важный вопрос, который взволновал меня сверх всякой меры. Если дом освящен церковью, то значит ли это, что я не могу в нем колдовать? Некромантия никогда не относилась к светлой магии. Получается, что я вынужден буду встретиться с проклятьем семьи Биридия совершенно безоружным?
  

***

   В доме было тихо. Так тихо, как бывает только в полночный час, когда все уже разошлись по своим комнатам. Я стоял около двери и осторожно вслушивался в сонный покой дома. Интересно, все ли заснули? Если учесть, что мне сегодня рассказали, то не удивлюсь, узнав, что здешние обитатели страдают от бессонницы. Мне бы этого очень не хотелось, поскольку сегодняшней ночью я собирался наведаться без приглашения в знаменитую библиотеку Биридия и еще раз исследовать загадочное зеркало. Все-таки из-за Зильги предыдущий визит прошел впустую. Я больше не осматривался, а следил за ней - как бы чего не произошло. Теперь же собираюсь в тишине и спокойствии исправить эту ошибку. Главное, чтобы никто не помешал в самый ответственный момент. Хотя, с другой стороны, вряд ли кто в трезвом уме и доброй памяти рискнет это сделать, зная, что в итоге вновь ощутит на себе все прелести погребения заживо.
   Наконец, я решился на вылазку. Взял в руки посох, сжал его навершие, наслаждаясь теплой пульсацией силы. Нет, не может быть, чтобы я не сумел воспользоваться магией в стенах этого дома. Я ведь чувствую себя нормально, если не сказать больше - замечательно. Энергия так и переполняет меня. Кажется, проведи ладонью по волосам - искры полетят в разные стороны. Что мне какое-то проклятье? Да я с самим демоном не так давно сражался. И судя по тому, что остался в живых, оказался вполне достойным соперником верному слуге Темного Бога.
   За спиной раздался тихий неприятный скрежет, словно кто-то провел когтем по зеркальной поверхности. Я вздрогнул, мигом растеряв все свои отважные и несколько безрассудные мысли. Обернулся, готовый встретиться лицом к лицу с очередным разъяренным посланником несправедливо обиженного божества. Но зеркало, висящее напротив двери, послушно отразило только меня в полукруге зажженной свечи. И лишь на миг мне почудилось, будто за моей спиной промелькнула расплывчатая тень. Странно, если припомнить, в доме Таши я страдал от подобных же видений. Постоянно казалось, будто кто-то стоит рядом со мной. Что бы это значило?
   Впрочем, задумываться о причинах столь необычного и пугающего явления было некогда. Я мысленно сделал заметку, что стоит поразмыслить об этом на досуге, покрепче перехватил посох и выскользнул в коридор.
   Справиться с замком мне не составило ни малейшего труда. Стоило только приложить пальцы к косяку, как что-то негромко щелкнуло, и дверь, ведущая в библиотеку, сама собой открылась. Свеча, которую я взял с собой, выхватила из темноты несколько стульев и отразилась в далеком зеркале. Я глубоко вздохнул, пытаясь справиться с неожиданным волнением. Ну же, Вулдиж, не трусь! Ты знаешь, что проклятье семьи Биридия, чем бы оно ни являлось, не смертельно. В худшем случае тебе просто придется пережить несколько весьма неприятных минут. И то не факт. В прошлый свой визит я не заметил ничего подозрительного, хотя смотрел в зеркало. Ну, почти ничего, хотя данное маленькое уточнение можно списать на особенности моих взаимоотношений с этими весьма вредными и опасными предметами обстановки.
   Мягко ступая по ковру и стараясь не издавать ни малейшего шума, я подошел ближе. Поднял свечу, вглядываясь в свое отражение. Ничего особенного. Устало улыбнулся своему бледному и несколько встрепанному отражению. Затем прищурился, пытаясь понять, что меня насторожило в собственном виде. Так, волосы не мешало бы причесать, но это не критично. Ворот рубашки помялся. И где только я умудрился испачкать его в чем-то кроваво-красном? Вроде бы, в каминном зале мы пили кое-что покрепче вина. О Светлые Боги!
   Холодея от ужаса, я поднял руку и прикоснулся к своему горлу. Скосил глаза, пытаясь разглядеть, есть ли на моей рубахе в самом деле пятна крови. Уловил какое-то движение перед собой, взглянул в зеркало. Отражение ответило мне язвительной усмешкой. Вот только я при этом был как никогда далек от веселья. Но не это напугало меня. Я едва не заорал в полный голос от ужаса, заметив, как глаза моего зеркального двойника стремительно меняют цвет, становясь насыщенно-желтыми, словно у демона.
   - В этом зеркале каждый видит свою смерть, - прошептал я себе под нос. - Но при этом переживает все те чувства, которые испытывал бы при погребении, оставшись в живых. Я ничего странного не ощущаю. И при этом выгляжу в зеркале, как демон. Они ведь бессмертные. Значит ли это...
   Я не сумел закончить фразу. Непонятный спазм обхватил горло, выжимая из него болезненный стон. Неужели моя судьба заключается в том, что я превращусь в демона? Как там говорил Северянин? Хочешь убить слугу Темного Бога - впусти его в свою душу, чтобы сделать уязвимым. После того происшествия в доме Таши, когда я пошел на этот шаг... Точно ли в моей душе не осталось ни малейшей частички демона?
   Думать об этом было слишком неприятно. Одно утешало: если бы существовала хоть малейшая вероятность подобного исхода дела, то вряд ли отец Каспер выпустил бы меня живым из своих цепких ручонок. О нет, он давно ищет малейший благовидный повод, чтобы избавиться от меня. Святая инквизиция не допускает промахов. Поэтому успокойся, Вулдиж. Мало ли что показывает зловредное зеркало. Был бы у себя дома - разбил бы его, нисколько не раздумывая. А сейчас займемся делом, стараясь как можно реже глазеть на свое неприглядное отражение.
   Я отошел от зеркала к ближайшему канделябру. Зажег от своего огарка несколько толстых белых свечей, дающих на удивление ровный и яркий свет. Ого! Да никак они зачарованы от сквозняков. Стоит признать: Биридий точно в деньгах не нуждается, раз и на этом не экономит.
   Ночной мрак со скорее воображаемым, чем реальным шелестом уполз в углы библиотеки, затаился под книжными шкафами и за креслами. Первым делом я отправился именно к высоким - вровень с потолком - стеллажам, пытаясь понять, какой именно литературе отдавала предпочтение мать Биридия.
   Я задумчиво пробежался пальцем по потрепанным старинным корешкам и удивленно присвистнул. Да тут целое состояние! Древнейшие трактаты по зельеварению. Собрание сочинений Архоса - величайшего колдуна прошлого, по слухам, победившего течение времени и ушедшего в провал между мирами. Несколько книг с готовыми заклинаниями. Ничего не находите странного в моем перечислении? По всей видимости леди всерьез увлекалась колдовством. Еще бы понять, каким именно, - темным или светлым.
   Однако я никак не мог сообразить, где все те многочисленные труды на незнакомом языке, о которых толковал Биридий. Да, представленные в библиотеке книги ценные и, безусловно, очень дорогие. Но не запрещенные святой инквизицией. Скажем мягко: не рекомендованные, не более. Хотелось бы взглянуть на загадочные фолианты, при попытке продажи которых несчастного купца едва не упекли в темницу. Я не знаю иностранных языков и вряд ли разгадаю их содержимое. Но это и не главное. Магия тем и замечательна, что ее надо не учить, а понимать. Поэтому, полагаю, мне не составит особого труда разобраться в схемах заклинаний и рисунков кругов вызова, если они, конечно, будут там представлены. Вообще-то обязаны присутствовать, без этого любая книга по колдовству является не серьезным исследованием, а так, бредом дилетанта.
   Я еще раз провел рукой по полке, поднимая в воздух клубы пыли. Да, действительно, слуги с уборкой сюда, похоже, давненько не заглядывали. И вообще покой книг уже несколько месяцев точно никто не нарушал. Получается, Биридий не солгал: в его семье действительно не любят изучать труды древних ученых. Странно, Стеша сказала, что ее прабабка постоянно проводила время за чтением в библиотеке, пока не слегла после несчастливого ритуала.
   Я легонько пристукнул посохом по полу и прошептал простенькое заклинание. Посмотрим, куда ведут следы хозяев. Возможно, я просмотрел какой-нибудь тайник.
   Зеленоватое свечение на миг окутало стены комнаты, затем сконцентрировалось на полу, и через него четко выступили отпечатки многочисленных ног. В основном они вели от двери к зеркалу и обратно. Но была еще одна малозаметная вереница следов, которая обрывалась у книжного шкафа, стоявшего у окна. Интересно. Что же такого особенного именно здесь?
   Я подошел ближе. Задумчиво пошевелил книги, пытаясь отыскать потайной рычаг. Точнее, попытался это сделать, потому как тома стояли ровным рядом, без малейшего зазора, и сдвинуть их с места не представлялось возможным. Затем прищелкнул пальцами, на сей раз посылая чары на поиск отпечаток рук. Если тайник находится в этом шкафу, то Чария просто обязана была к чему-либо прикасаться, чтобы открыть его.
   Книжный шкаф замерцал болотными огоньками. Я сощурился, пытаясь понять хоть что-нибудь в этой мешанине следов. Ага, кажется, большая часть отпечатков сосредоточена на среднем ряду, а именно - на определенной книге. Ну-с, попробуем ее вытащить и узнать, чем же она так заинтересовала пожилую леди.
   Книга, к моему величайшему удивлению, практически выпала мне на руки, стоило только слегка потянуть ее за корешок. Я провел пальцами по выпуклому теснению на переплете, наслаждаясь прикосновением к мягкой коже. Сощурился, пытаясь разобраться в витиеватом названии, без меры украшенном всевозможными завитками.
   "Создание амулетов, предметов культа, ловушек для призраков и разнообразнейшие методы изгнания нечистых сил из дома", - гласила она.
   Это становилось все занимательнее и занимательнее. Неужели леди Чария на старости лет увлеклась демоноборчеством? Иначе для чего ей практическое руководство по борьбе со слугами Темного Бога?
   Я быстро пролистал книгу, пытаясь отыскать загнутые страницы или какие-нибудь вложенные заметки. Словом - любые подсказки на то, что именно интересовало леди Чарию. И мои поиски достаточно быстро увенчались успехом. На главе о способах вызова духа из земель мертвых мне в ладонь выскользнула маленькая серебряная закладка, а в глазах зарябило от множества замечаний, сделанных прямо на полях дорогой книги. Я отошел к свече и углубился в чтение, смело повернувшись к проклятому зеркалу спиной, но на всякий случай не убирая далеко посоха.
   По мере того, как листались страницы, мои брови все выше и выше лезли на лоб от изумления. По всему выходило, что милая старушка собиралась прибегнуть к стариннейшему ритуалу, благодаря которому черные колдуны вызывали души своих врагов из вечного небытия, чтобы и после смерти продолжать мучить их. Несколько фраз заинтересовали меня особо. Они были подчеркнуты сразу трижды, и рядом стояло множество восклицательных знаков.
   "Чтобы выманить угодную вам душу из обители богов, без разницы, светлых или темного, необходимо соорудить зеркальный лабиринт, - гласила она. - Лучше всего, когда в ритуале участвуют родственники усопшего. Зов крови в таком случае значит гораздо больше, чем называние покойного по имени. Душа явится на призыв и обязательно угодит в ловушку. Заблудившись в отражениях двух зеркал, установленных друг против друга, она будет вынуждена вечность скитаться меж двумя мирами - реальным и потусторонним. Такое существование приносит больше страданий, чем даже пыточные Темного Бога. Душа будет лишена малейшей надежды на прощение или перерождение. Но не это главное. Зеркало, в котором живет заблудившийся дух, является сильнейшим амулетом. Благодаря ему можно увидеть свое будущее или прошлое, более того - получить доступ в любое жилище, где на стенах висят зеркала. Поэтому издавна этот способ считался наилучшим для скрытого подглядывания и слежения за врагами".
   Я захлопнул книгу и задумчиво потер подбородок. Кто бы мог подумать, что старая почтенная леди способна на такую низость по отношению к своему давно усопшему зятю. Любопытно, чем именно ей так насолил отец Биридия, если даже его смерть не успокоила старушку? Чувствую, мне все-таки придется нанести визит милой женщине. Ну и пусть, что она в забытье. Так мне будет легче разговорить ее и заставить отвечать на любые вопросы.
   Вроде бы, мои дела в библиотеке завершены, и наступила пора уходить. Однако покоя никак не давало упоминание Биридия о многочисленных книгах на незнакомом языке. В самом деле, не выдумал же он столь загадочное наследство, оставленной матерью. Тогда куда оно пропало?
   Я с тяжким вздохом опустился в ближайшее кресло и отсутствующим взглядом уставился перед собой. Был еще один вопрос, который весьма меня занимал: куда запропастился Харус. Насколько я понял, проклятье, витающее над здешним домом, весьма неприятное, но не смертельное. Значит, самозванец действительно бежал отсюда. Быть может, именно он прихватил книги? А что, очень логичное предположение. Ведь для какой-то цели он обманом проник в этот дом. При всем моем уважении к молодости и очарованию Стеши, вряд ли Харус пошел на столь дерзкий шаг лишь во имя ее обворожительных глаз. Одного понять не могу: почему он так медлил с кражей? Библиотеку никто и никогда особо не охранял. Нет, Харус почему-то несколько месяцев здесь жил, практически вошел в семью, стал свидетелем странного ритуала, по какой-то невероятной причине не попал под его действие и сбежал, лишь когда узнал о своем будущем отцовстве. Ничего не понимаю. Как я помню из рассказа Стеши, они уговорились встретиться в прихожей и отправиться на поиски лучшей доли вместе. Тогда возникает еще одна загадка: девушка по ее словам всю ночь просидела внизу, рядом с дверью, ожидая прихода Харуса. Проскользнуть мимо нее, особенно нагруженный кипой тяжелых книг, он точно не мог. Выпрыгнул в окно? Возможно, но зачем усложнять себе жизнь, если намного проще было покинуть дом за день до уговоренного побега, преспокойно выйдя через дверь. И по какой причине он собирался купить проклятое зеркало? Ничего не понимаю. Ах да, кажется, я это уже говорил. Впрочем... Кажется, я знаю, кому задать все эти вопросы.
   Я уже собирался уходить, когда вдруг уловил знакомый чуть слышный скрежет за своей спиной. Будто кто-то легонько провел когтем по зеркалу, пробуя его на прочность. Я резко обернулся, выставив перед собой посох. Пламя огарка в тот же миг легло на бок от дуновения ветра, недовольно зашипело, окунувшись в раскаленный воск, и погасло, оставив меня в полнейшей темноте, поскольку остальные свечи я уже успел затушить.
   Тотчас же, повинуясь моей воле, навершие посоха угрожающе засветилось белым мертвенным огнем, без проблем озарившим всю комнату. Всю, кроме самого дальнего угла, в котором темным провалом в другую реальность скрывалось зеркало. И звенящую тишину спящего дома нарушил чей-то сухой едкий смешок.
   - Кто там? - спросил я, холодея от ужаса.
   Молчание. Но в комнате кроме меня точно кто-то был. Я слышал посторонние шорохи и чужое дыхание.
   - Я знаю, что тут кто-то есть, - смело произнес я, пытаясь сделать так, чтобы голос не дрожал от страха. - Выходите! Иначе будет хуже, предупреждаю!
   - Хуже?.. - прошелестел тот, кто скрывался в темноте.
   Я вздрогнул от неожиданности. Мрак перед зеркалом сгустился сильнее, принимая смутные очертания человеческой фигуры.
   - Если ты демон, то ты не можешь тут находиться, - хрипло произнес я, сжимая влажными от страха руками посох. - Тебя не приглашали!
   - Правда? - удивился невидимый собеседник. - А мне кажется иначе. Вспомни ритуал, проведенный старухой. Чье имя тогда кричали, призывая явиться?
   Я задохнулся от волнения. Почему мне это раньше не пришло в голову? Что, если после смерти отец Биридия превратился в демона? Тогда получается, что Чария призвала в этот дом верного слугу Темного Бога, даже не подозревая, в чьем облике он придет. Для демона не составит труда выбраться из зеркального лабиринта. Зеркала - это двери для них из мира потустороннего в реальный. Одно только непонятно: почему Пакий еще не убил всех своих родственников? Ни один демон не отказался бы от столь заманчивой перспективы безнаказанно поживиться чужими жизнями. И кровные связи ему бы не помешали. Для слуг Темного Бога не играет абсолютно никакой роли, связывали ли их с жертвами в прошлом какие-либо отношения. Пожалуй, даже наоборот: чем ближе они были раньше, тем большее наслаждение получит демон от убийства, уничтожив еще одно напоминание о своей былой человеческой сути. Однако в семействе Биридия все живы и здоровы. Ну, относительно здоровы, конечно, но все же. Тогда кто на самом деле скрывается в темноте, называя себя демоном?
   Я поднял посох выше над головой, заставляя его навершие засветиться ярче. Резной набалдашник побагровел от внутреннего жара, слепящее холодное пламя рвануло вниз по дереву, обжигая пальцы морозом. В комнате стало светло, как днем. Но непонятный сгусток мрака перед зеркалом не исчез. Напротив, стал плотнее и куда осязаемее, чем раньше.
   - Ты глупец, Вулдиж, - засмеялась тьма. - Самый настоящий глупец. Просто удивительно, что дважды тебе удавалось ускользать из лап моих товарищей. Учти, в третий раз тебе так не повезет. Никакая фамильная удача рода Сурина не поможет тебе на этот раз, когда я притащу тебя и брошу к подножию трона своего господина!
   - Да неужели? - с сарказмом удивился я, пытаясь за злой иронией скрыть свое замешательство.
   Неужели все мои прежние размышления в корне неверны, и мне не повезло опять столкнуться с демоном? Нет, тут что-то не так. Демон бы не стал точить со мной лясы, а напал бы сразу. Они вообще, как правило, весьма неразговорчивы. Почему же этот ведет со мной, можно сказать, светскую беседу? Думай, Вулдиж, думай! Ты что-то очень важное упустил из виду!
   - Почему бы тебе не сразиться со мной? - вкрадчиво предложил невидимый собеседник. - Или испугаешься? Я дам тебе право первого удара. Подумай хорошенько, прежде чем отказываться. Я ведь все равно нападу, но вот только моей атаки тебе не пережить в любом случае.
   Я медленно, словно нехотя, опустил посох. Направил его в сторону загадочного существа, скрывающегося за пеленой темноты, и почти приготовился пойти в бой. Но неожиданно растерянно мигнул, заметив, как свечение посоха само собой угасает. Это еще что такое?
   Внезапно ужасная догадка пронзила меня. Вулдиж, ты идиот! Тоннис ведь прямо сказал тебе, что в этом доме святой водой были окроплены все стены и пол. Ты же сам беспокоился, сможешь ли колдовать в этом случае. Как оказалось - смог. Вот только элементарные чары незаметно выпивают из тебя все силы. А если ты нападешь на Пакия, или кто там скрывается около зеркала, то опустошишь себя полностью. Как в прошлый раз, когда сражался с демоном в доме Таши.
   Я резко оборвал нить заклинания, и комната погрузилась в темноту, особенно непроглядную после яркого света. Повинуясь щелчку огненной палочки, вновь загорелась свечка, однако ее тусклого света едва хватало, чтобы очертить крошечный кружок света около меня. Во мраке опять послышался ядовитый смешок, только на этот раз он прозвучал совсем близко от меня.
   - Ну что, барон, страшно? - прошелестело из мрака. - Ты теперь ни на что не способен. Я удивлен прежними неудачами моих братьев. Тебя так легко обмануть и завлечь в ловушку... Интересно, почему в итоге они проиграли?
   - Меньше слов, больше дела. - Я с вызовом выпрямился. - Забавно. Ты на моей памяти первый столь разговорчивый демон. Что же ты лясы точишь, а не нападаешь?
   - Успею, - с едва уловимой заминкой ответил незнакомец. - Почему бы и не поговорить немного? Знаешь, там, откуда я пришел, очень тоскливо и одиноко. Да и люди не слишком балуют меня общением. Или ты настаиваешь прекратить наш разговор? Я с радостью, но тебе это вряд ли доставит удовольствие.
   - Не заговаривай мне зубы. - Я покрепче перехватил посох. - Некромантия не относится к черному колдовству, но тем не менее заниматься ею в освященном месте, как мы оба заметили, весьма тяжело. Тяжело, однако возможно. Но в твоем случае подобных поблажек не будет. Ты ведь демон. Так прояви свою демоническую силу! Покажи хоть что-нибудь, доказывающее хваленое могущество слуг Темного Бога! Или никак не получается?
   - Барон, - прошипело у меня над самым ухом. - Убавь свой пыл. Не забывай, с кем разговариваешь!
   - Иначе что? - с сарказмом полюбопытствовал я. - Ты разорвешь меня голыми руками на сотню кусочков? Пакий, или как там тебя звали при жизни. Я прекрасно знаю, что Темный Бог хочет поквитаться со мной лично. А для этого ему нужно, чтобы я продал свою душу. Или добровольно согласился предстать перед его глазами. Покончив со мной, ты лишь разозлишь своего господина. Готов навлечь на себя гнев божества?
   - Ты думаешь, что Темный Бог не найдет способа добраться до тебя? - Незнакомец презрительно фыркнул. - Продолжай тешить себя иллюзиями. Существует масса способов перемешать реальный мир и потусторонний. Да, мой владыка не может пересечь черту, отделяющую мир живых от мертвых. Но не забывай, что имеется масса ритуалов, способных заставить тебя сделать это.
   - Если я умру, мою душу вы все равно не получите, - с уверенностью произнес я, надеясь, что в голосе не прозвучит сомнение.
   - Ну-ну. - Собеседник негромко рассмеялся, позабавленный моим упрямством. - Посмотрим. И не обольщайся, барон, что тебя защитят освященные стены этого дома. Сам знаешь, что если здесь произойдет убийство, то зло опять войдет сюда.
   Я со злобой сжал кулаки. Ну что же, у меня есть еще одна возможность избежать битвы с демоном. На этот раз меня никто не держит в этом доме. Нет прекрасной девушки, ради которой я пойду на смертельный риск. Я никому не давал никаких клятв. Даже Северянин вряд ли пригрозит мне жуткой смертью, если я просто-напросто уеду к себе. Верну задаток Биридию, посоветую ему на время покинуть дом или хотя бы выкинуть злосчастное зеркало. Вряд ли, конечно, это избавит семейство от проклятья. Но это уже не мои проблемы. Решено! Едва наступит утро - я отправлюсь в обратный путь. И не надо корить меня за малодушие. С чего вдруг мне рисковать жизнью и душой во имя абсолютно чужих людей?
   - Раздумываешь о побеге? - немыслимым образом угадал мои недостойные мысли собеседник. - Ах да, ты же из рода Сурина. Проклятого, как всем прекрасно известно, из-за своей трусости. Поэтому ты меня, к сожалению, ни капли не удивишь этим поступком. Зато изрядно изумишься сам, обнаружив, что стены твоего фамильного замка не помогут тебе избежать встречи со мной. Скорее, напротив, приблизят ее.
   - О чем ты говоришь? - враз охрипшим голосом спросил я.
   - О том, что я последую за тобой, куда бы ты ни направился. - В темноте неприятно захихикали. - Более того, я даже буду счастлив, если ты сбежишь к себе. Не придется ждать, когда пропадает защита, поскольку стены твоего замка не освящены. Более того, я слышал, в твоем доме живет девица, чья душа уже была однажды обещана моему собрату. Тем лучше. Две добычи лучше, чем одна. И потом, любовь делает человека таким... уязвимым... Даже потомственного некроманта.
   - Ты ничего не сделаешь Таше! - несколько визгливо вскрикнул я. - Ничего, слышишь?!
   - Что и требовалось доказать, - довольно резюмировал демон. - Вы, люди, такие забавные, когда пытаетесь нам угрожать. Но не в этом суть. Так как, барон, ты примешь бой? Или постараешься как обычно остаться в стороне?
   Я молчал. Никак не мог понять, что мне следует сделать. В уме не укладывалось, что я опять ввязался в противостояние с демоном. Что они все ко мне пристали? Медом, что ли, намазан? Стоит только увидеть меня, как мигом переключаются с прежней жертвы на новую. Но кажется, в этой ситуации у меня нет иного выбора. Я не могу поставить Ташу под удар. Нет, ни в коем случае!
   - Я убью тебя, - медленно процедил я. - Убью, чего бы это мне ни стоило, слышишь? Мне не привыкать бороться с отродьями Темного Бога.
   - Я ожидал такого ответа...
   Вновь раздался негромкий скрежет когтей по стеклу, и все затихло. Я не стал подходить к зеркалу и проверять, что на этот раз увижу в отражении. Как это ни стыдно признавать, но я выскочил из комнаты, словно ошпаренный, плотно закрыл за собой дверь и лишь тогда перевел дыхание. Светлые Боги, что же мне так не везет? Такое чувство, будто на меня ополчились все демоны этого мира. Не успел с одним справиться - как тут же новый пожаловал.
  

***

   Я зря надеялся, что этой ночью мне удастся хоть немного поспать. Едва я лег на кровать и закрыл глаза, прежде занавесив подозрительное зеркало плотным покрывалом, как в коридоре раздались чьи-то крадущиеся шаги. Кто-то остановился напротив моей комнаты и замер, словно к чему-то прислушиваясь. Я мигом слетел с кровати, стараясь двигаться как можно более бесшумно, подхватил под мышку посох и весь обратился в слух.
   Какое-то время было тихо. Лишь отдавался в ушах пульс. Затем в коридоре вновь послышались приглушенные звуки. Кто-то возился с замком, видимо, стараясь попасть в библиотеку. Очень занимательно! Насколько я понял, все домочадцы Биридия как огня боятся этой комнаты из-за видений, насылаемых проклятым зеркалом. Интересно, кто же оказался таким смельчаком, что решился в одиночку ночью наведаться сюда? Чувствую, мне обязательно это надо узнать.
   Поскольку я ложился спать в одежде, долгих сборов не потребовалось. Дождавшись, когда неизвестный визитер наконец-то справился с замком и вошел в библиотеку, я выскользнул из спальни и в свою очередь приник к противоположной стене, пытаясь понять, что за ней происходит.
   Напрасно. Дом Биридия был сделан в те времена, когда народ понимал толк в строительстве и не экономил на камне для жилищ. Толстые перегородки не пропускали ни звука. Ну что же. Придется действовать на свой страх и риск.
   Я, конечно, мог воспользоваться простейшим заклинанием и окутать себя покрывалом невидимости. Но по здравому размышлению пришлось отказаться от этой идеи. Недавнее происшествие показало, что стены дома выпивают из меня силы, стоит прибегнуть к искусству невидимого. Нет, я пока не был опустошен до предела, как на то надеялся демон или тот, кто за него себя выдавал. Но мне ясно дали понять, что в ближайшем будущем, возможно, мне понадобятся все мои способности и умения. Поэтому не будем растрачиваться по пустякам.
   За дверью все так же царила полная тишина. Ели войти сейчас - меня несомненно обнаружат. Можно притаиться и посмотреть, кто именно пришел сюда, а затем незаметно за ним проследить. Но тогда я не узнаю, что этот человек делал в библиотеке. Так что, пожалуй, придется рискнуть.
   Незваный гость не позаботился запереть за собой дверь, поэтому я без проблем вошел в комнату. Легкий нажим рук - и я уже подслеповато щурюсь на пороге, пытаясь как можно скорее привыкнуть к смене освещения.
   После темноты коридора пламя зажженной свечи, установленной около зеркала, особенно больно резануло по глазам. Я сжал в руках посох, готовый к нападению. Но комната оказалась совершенно пустой. Лишь в воздухе повис легкий аромат цветочных духов, доказывающий, что поздний визит мне не привиделся.
   - Дела... - задумчиво пробормотал я, потирая лоб. - Видать, тут действительно есть потайной ход. Но как прикажете его искать?
   Едва я так сказал, как совсем рядом послышался тихий скрип. Словно неподалеку открылась дверь, повернувшись на заботливо смазанных петлях. Я едва успел отпрянуть в сторону и спрятаться за креслом, как деревянная панель, расположенная около книжного шкафа, который еще ранее привлек к себе мое особое внимание, бесшумно отъехала вбок. Открылся совсем крошечный темный провал, откуда выбралась... Как вы думаете, кто это был? К моему величайшему удивлению - Зильга. Надо же. А я-то думал, ее в эту комнату и под страхом смертной казни не затащишь больше. Неужели недавний обморок перед зеркалом - лишь умело сыгранная роль? В таком случае в ней умерла великая лицедейка.
   Зильга быстро прошла к выходу, старательно не глядя ни на что, кроме пола. Однако на самом пороге остановилась, круто развернулась на высоких каблуках и прошипела с настоящей ненавистью, обращаясь, по всей видимости, к зеркалу:
   - Я выполнила свою часть сделки. Теперь твой черед.
   Ответом ей было молчание. Лишь далеким эхом с первого этажа донесся бой часов, оповещающий, что миновало три часа пополуночи. Эх, точно мне сегодня спать не придется. Ну да ладно, не привыкать. Тут как бы вечным сном не заснуть.
   Зильга постояла еще несколько секунд на пороге, словно дожидаясь ответа, но при этом упорно глядела себе под ноги. Затем нащупала за спиной дверную ручку и быстро выскочила в коридор, небрежным щелчком пальцев потушив свечу на расстоянии. Я еще некоторое время просидел в своем укрытии, напряженно прислушиваясь, не захочет ли она вернуться. Потом встал, щелкнул огненной палочкой, поджигая себе огарок, который предусмотрительно всегда ношу в кармане, и подошел к стене. Потайная панель к тому моменту уже вернулась на место, будто подчиняясь мысленному приказу женщины. Я задумчиво ощупал ее гладкую поверхность, выискивая следы стыков. Даже не заподозришь, что за ней имеется какое-либо помещение. Ни малейшего зазора, а стук глухой, какой и должен быть у сплошной стены. Умно, ничего не скажешь. И что прикажете делать? Вышибить панель при помощи силы? Пожалуй, магией бы я это сделал с легкостью. Одно заклинание - и пожалуйста, все готово в лучшем виде. Но мы уже выяснили, что пользоваться без крайней необходимости искусством невидимого мне сейчас, говоря мягко, не рекомендовано. Значит, особого выбора нет. Надо искать рычаг, при помощи которого она открывается.
   Я в последний раз провел рукой по панели и отошел от нее на шаг, прищурившись. Даже упырю понятно, что рычаг должен быть где-то неподалеку. Но где? Книжный шкаф я осмотрел не так давно и не заметил в нем ничего подозрительного. На стене тоже нет ничего заслуживающего отдельного упоминания. Хм... Быть может, панель просто сдвигается в сторону?
   Я долго пытался каким-нибудь образом прорваться в потайную комнату. Панель стояла насмерть. Под конец в мою голову закрались сомнения: а может, мне все только привиделось? Наконец я сдался. Устало смахнул со лба испарину, выступившую от усилий, и грустно сел прямо на пол, скрестив ноги. Посох на всякий случай я держал в руках и постоянно прислушивался - не раздадутся ли позади подозрительные шорохи, доказывающие, что демон вновь вышел из зазеркалья. Но нет, все было тихо и спокойно.
   - И что с тобой делать? - печально вопросил я у стены. - Неужели все-таки магией ломать прикажешь? Опасно. Да еще и всю округу перебужу грохотом.
   Стена, как этого и следовало ожидать, ничего мне не ответила. Я тяжело вздохнул и совсем собрался подняться на ноги, для пущего удобства упершись рукой на пол. И вдруг неожиданно почувствовал под толстым пушистым ковром странное углубление. Так, это становится уже интересным. Посмотрим, какие еще тайны скрывает эта комната.
   Я быстро откинул угол ковра в сторону и нагнулся, изучая открывшуюся моему взору картину. Чутье меня не обмануло - на безупречно ровном деревянном полу действительно имелось непонятная выщерблина размером как раз в ладонь. Забавно. Ну что, попробуем нажать на нее? Авось что-нибудь и получится.
   Я приложил руку к выемке и надавил. Внизу что-то тихо щелкнуло, и деревянная панель легко отошла в сторону, являя за собой черный зев потайного хода.
   Я замер на пороге узкого прохода, ласково провел по стене рукой, и с моих пальцев змейками соскользнули зеленые искры, мгновенно впитавшиеся в камень. Конечно, магия для меня сейчас излишняя роскошь, но лучше израсходовать капельку сил сейчас, чем много больше потом, пытаясь выбраться из западни. Вдруг панель вернется на место, а я не найду рычага с другой стороны? В любом случае немного предусмотрительности никогда не помешает.
   Мне пришлось согнуться, чтобы протиснуться в крошечный лаз. Пламя огарка, который я нес в вытянутой перед собой руке, опасно трепетало на сквозняке, в любой момент рискуя потухнуть. А это было бы весьма некстати. Конечно, вряд ли бы я полетел кубарем с крутой лестницы, уводящей куда-то в подвал, скорее, подождал бы, пока глаза адаптируются к полному мраку. Но ночное зрение дает лишь общее представление об окружающем пространстве, и множество важных деталей наверняка пройдут мимо моего внимания.
   Я невольно задержал дыхание, когда снизу неожиданно пахнуло сыростью и затхлостью. И покрепче перехватил посох, уловив где-то недалеко чуть слышный вздох, переходящий в протяжный стон. Это еще что такое? На демона не похоже, скорее - на негромкую жалобу заблудившейся неупокоенной души. Вот только я не чувствовал рядом присутствия призраков.
   Еще несколько выщербленных покатых ступенек вниз. Я шел медленно, на всякий случай готовый к любым неожиданностям. В кончиках пальцев, сложенных в щепоть, горячо билась магическая энергия. Навершие посоха приглушенно багровело, показывая, что его владелец готов к нападению. Ох, как бы в самом деле не израсходовать все свои силы раньше времени. Но что поделать.
   Лестница сделала крутой поворот, и неприятный запах болота усилился. Кажется, мой долгий спуск вот-вот подойдет к своему логическому завершению. А в следующий миг до моего слуха донесся очередной стон, завершившийся странным бульканьем. Словно издавший его наглотался воды.
   - Помогите... - с трудом разобрал я в захлебывающемся кашле. - Во имя Светлых Богов... Есть тут кто-нибудь?
   Я кубарем преодолел оставшиеся ступеньки. Духи не могут призывать на помощь богов, кроме одного - Темного. Получается, я слышу сейчас живого человека, который, судя по всему, вот-вот отойдет в мир мертвых.
   Огарок потух от моего бега, но я не обратил на это внимания, привычно прищелкнув пальцами. Маленький ослепительно яркий магический шар света послушно материализовался рядом и взмыл к потолку помещения, когда наконец-то лестница кончилась. Я удивленно присвистнул, увидев, куда попал. Больше всего это напоминало самый настоящий склеп, правда, достаточно просторный. Шар висел высоко над моей головой, без проблем освещая вместительный подвал, в центре которого темнела какая-то яма. Я прищурился и заозирался по сторонам, пытаясь понять, откуда услышал стоны.
   - Помогите... - раздалось из черного провала посередине склепа. - Прошу вас, помогите. Я больше не могу держаться...
   Задыхающиеся прерывистые слова вновь окончились странным бульканьем. Я подскочил к загадочному провалу и осторожно заглянул вниз. Увиденное, если честно, потрясло меня. Стены ямы были выложены гладкими, как стекло, каменными плитами, между которыми не было ни малейшего зазора или стыка. Больше всего это напоминало заброшенный колодец, и сходство усиливала черная болотная жижа, плескавшаяся далеко под моими ногами. Неожиданно раздался громкий всплеск, и на поверхность вынырнул человек. Он изнеможенно схватился за небольшую каменную выемку, словно сделанную в абсолютно гладкой стене специально для таких случаев, запрокинул голову и не заплакал даже - завыл от безнадежности и отчаяния.
   Я заметался по склепу, не зная, что предпринять. Лезть в колодец за несчастным представлялось глупой и опасной затеей. Мы просто не выберемся вместе оттуда. Значит, надо действовать другими методами. Но какими? Самое логичное - протянуть бедолаге палку, достаточно длинную, чтобы тот смог за нее ухватиться. Однако вряд ли у него хватило бы сил для такого способа спасения. Тем более никакой палки или веревки рядом и в помине нет. Что же получается? Остается лишь прибегнуть к магии.
   - Вы меня слышите? - спросил я, наклоняясь над зевом колодца. - Я вас сейчас вытащу!
   - Помогите... - залепетал несчастный, из последних сил цепляясь за спасительную выемку. - Прошу, помогите. Я больше не могу держаться!
   - Успокойтесь! - строго приказал я, торопливо свивая сиреневую ловчую нить между своих пальцев. - Потерпите всего секунду.
   - Только не уходите! - Несчастный глядел вверх с такой безумной надеждой и одновременно ужасом, что меня пробила холодная дрожь. - Прошу, не уходите! Не оставляйте меня здесь. Лучше добейте, но не мучайте больше.
   Я зло втянул между зубов воздух и сплюнул на пол проклятье. Хотел бы я знать, кто заманил несчастного в эту ловушку? Неужели Зильга?
   Времени на лишние размышления не оставалось. Пальцы незнакомца почти соскользнули с крошечной выемки, еще секунда-две - и он вновь уйдет под воду. И еще неизвестно, удастся ли ему вынырнуть на этот раз.
   Сиреневый всполох ловчего заклинания разрезал воздух остро заточенным лезвием. Несчастный испуганно вскрикнул, когда отблеск магии ударил его по глазам и разжал руки, вновь уходя в жижу с головой. Однако мои чары уже надежно спеленали его в подобие кокона и потянули наверх, пытаясь вытащить из западни. Я до соленого привкуса закусил губу, чувствуя, как слабею на глазах. Простенькое, в общем-то, заклинание жадно выпивало мои силы, словно голодный вампир кровь из невинной девицы. На какой-то жуткий миг показалось, что у меня ничего не получится. Вода с величайшей неохотой отдавала свою жертву, успешно сопротивляясь моим попыткам. Я сжал посох, черпая из него энергию. Ну же!
   С каким-то голодным чавканьем жижа наконец-то выпустила обессиленную жертву. Несчастный взмыл в воздух, суматошно размахивая руками, и уже через секунду опустился на холодный каменный пол около меня. Не удержавшись на ногах, с тихим жалобным всхлипом рухнул на колени.
   У меня не осталось сил, чтобы смягчить его падение. Я сам с трудом стоял, цепляясь за посох вмиг ослабшими руками. Затем оттер рот рукавом и отстраненно подивился кровавым разводам, проступившим на белоснежной ткани сорочки. Не нравится мне это, ой как не нравится. Но с другой стороны, что оставалось делать в подобной ситуации? Не оставлять же несчастного тонуть.
   - Спасибо...
   Несчастный хватал воздух широко открытым ртом и беспрестанно ощупывал перед собой пол, словно не веря, что выбрался из западни.
   - Спасибо, спасибо, - забормотал он, поднимая голову и щурясь под тусклым светом магического шара. Тот почти погас, не получая должной магической подпитки от меня. Однако этого мне вполне хватило, чтобы разглядеть спасенного. Передо мной оказался молодой мужчина примерно моих лет со всклоченными волосами, настолько грязными, что разобрать их цвет не представлялось возможным.
   Я трясущимися пальцами поджег огненной палочкой свечной огарок и потушил ставший бесполезным шар. Похоже, опять пришло время экономить каждую крупицу драгоценной энергии. Нет, я еще не опустошен, но на грани этого. Если мне предстоит схватка с демоном, то моя участь предрешена. Хотя... Боюсь, в новой схватке мне в любом случае вряд ли победить. В этом доме нет зеркала, способного наделить демона человеческой уязвимостью. Да и потом, как-то не хочется еще раз вонзать себе кинжал в сердце.
   - Ты кто? - немного грубо спросил я, садясь рядом со спасенным прямо на холодный пол. - Как здесь очутился?
   Я знал, что услышу, еще до того, как мужчина заговорил. Поэтому почти не удивился, когда тот простонал:
   - Харус.
   - Жених Стеши? - на всякий случай уточнил я.
   - Можно сказать и так. - Несчастный обнял свои колени, пытаясь согреться. Его трясло мелкой противной дрожью. - Правда, в этом доме меня знают под другим именем.
   - Позвольте угадать. - Я неприятно усмехнулся. - Наверное, тебя тут знают как барона Вулдижа из рода Сурина?
   Незнакомец насторожился, на мгновение даже перестав дрожать. Поднял на меня взгляд и неожиданно охнул. Попытался встать, но ноги не повиновались ему, поэтому он лишь немного отполз в сторону, где скорчился в неудобной позе, зачем-то прикрыв руками голову. Неужели испугался, что я вытащил его из этого колодца лишь затем, чтобы добить?
   - Я вижу, ты меня узнал, - жестокосердно продолжил я, не делая ни малейшей попытки успокоить его. - Ну как? Не ожидал, поди, встретить тут истинного владельца этого имени и титула?
   - Пожалуйста, не убивайте меня. - Мужчина неожиданно заплакал. - Прошу. Не бросайте меня обратно в колодец. Я... Я все объясню.
   При виде столь жалкой картины мне стало не по себе. Называется, нашел время и место для разборок. Несчастного надо отвести наверх, переодеть в чистую сухую одежду и накормить, а не запугивать. Эх, Вулдиж, Вулдиж. Святой инквизиции на тебя не хватает.
   - Пойдем.
   Я с кряхтением встал и протянул Харусу руку. Тот отшатнулся от нее с таким ужасом, будто увидел перед собой ядовитую змею, и, не удержавшись, тяжело завалился на бок.
   - Да не трону я тебя, - поспешил я заверить несчастного, который так и остался лежать на полу, не сделав ни малейшей попытки приподняться. - Потом обсудим твои подвиги. Пока надо вытащить тебя наверх и привести в порядок.
   Харус в ответ что-то жалобно забормотал, явно не поверив моим добрым намерениям.
   - Хватит истерить! - грозно прикрикнул я, всерьез намереваясь дать тому хорошую пощечину. - Если хочешь остаться здесь - так и скажи. Тогда мучиться не буду, один уйду. Ну?
   - Нет, не надо, - Харус мотнул головой и вдруг успокоился. - Сейчас... Дай мне пару секунд прийти в себя.
   Я устало вздохнул и наклонился над несчастным. Крепко взял его под локоть и не без усилия поставил на ноги.
   - Идти сможешь? - спросил я, печально наблюдая, как моя рубашка медленно и неотвратимо напитывается грязной жижей с одежды спасенного.
   - Попытаюсь, - негромко ответил тот, хватаясь за мое плечо. - Только... Тебе придется мне немного помочь.
   - Да уже понял, - ворчливо отозвался я, покрепче перехватывая мужчину. - Ничего, самое главное - подняться по лестнице. Дальше легче будет.
   Если честно, мне пришлось практически на руках втащить Харуса наверх. Он изо всех сил пытался хоть как-нибудь облегчить мне задачу, но получалось плохо. У него постоянно подгибались колени, и мужчина почти падал, отчаянно цепляясь мне за шею. Н-да, и почему я не мог вытащить из колодца какую-нибудь хрупкую симпатичную девушку? Эдак он мне скоро ключицу сломает, если продолжит с такой силой сжимать плечо.
   Так или иначе, но мы все же поднялись по крутой лестнице без особых происшествий. Вопреки дурным предчувствиям, за время моего отсутствия никто не закрыл потайную панель. Я выбрался из лаза первым и втащил за собой Харуса. Затем прислонился к стене и с трудом перевел дыхание. Ну и ночка! Как-то отвык я от подобных физических нагрузок.
   За окнами еще и не думало светать. Я поднял огарок выше, оглядываясь по сторонам. Но в библиотеке никого не было. Даже проклятое зеркало не чудило, послушно отразив именно меня, а не какого-нибудь демона. Хоть в этом повезло.
   - Ну, пойдем дальше, - пробормотал я, вновь поднимая тяжело дышащего Харуса на ноги. - Благо, немного осталось.
   Тот чуть слышно застонал, когда я слишком сильно сжал его локоть, но послушно заковылял следом. Путь до моей комнаты занял у нас всего несколько минут. У себя я осторожно сгрузил Харуса на кровать, не беспокоясь о чистоте покрывала, и сам устало опустился в кресло подле него.
   - Спасибо, - проговорил мужчина, часто и тяжело дыша. - Огромное спасибо, барон. Я не знаю, как и благодарить вас. Отныне я ваш должник по гроб жизни.
   Я криво усмехнулся. Ох, Харус, Харус. Теперь видно, что ты ничего не понимаешь в некромантии, иначе не стал бы разбрасываться такими заявлениями в моем присутствии. Я ведь могу принять твои слова слишком всерьез. Парочка неупокоенных призраков, привязанных к хозяину нерушимой клятвой, данной еще при жизни, никогда не помешает в услужении. Именно таким образом в моей семье в свое время появились Райчел и Тоннис.
   - Мы, вроде, уже перешли на "ты", - напомнил я. - Я ничуть против этого не возражаю. Какие теперь между нами могут быть церемонии? Пожалуй, стоит кликнуть кого-нибудь, чтобы принесли горячую воду и чистую одежду. Быть может, Зильгу?
   В глазах Харуса после моего предложения отразился животный ужас. Мужчина подскочил на кровати и почти сполз с нее, сложив руки в просящем жесте.
   - Не надо! - взмолился он. - Прошу, не надо! Барон, я понимаю, что у вас... - Я недовольно вскинул бровь, и Харус тут же поправился: - Я понимаю, что у тебя есть причины меня, мягко говоря, недолюбливать. Но я все объясню. Только, пожалуйста, никого не надо сюда звать! У меня были очень веские причины назваться твоим именем.
   - Я обязательно выслушаю их, - со скрытой угрозой в голосе произнес я. - Очень внимательно. Но чуть позже. Ты мне уже всю кровать грязью и тиной извозил.
   Харус смущенно притих, видимо, только сейчас осознав, в каком он виде. Скорчился на измятом мокром одеяле и зябко обхватил себя руками. От крупной дрожи у бедняги зуб на зуб не попадал. Сейчас, при свете зачарованных от сквозняка свечей, которые я поспешно зажег, мне удалось лучше разглядеть своего новоявленного должника по гроб жизни. Надо признать, в чем-то мы оказались действительно похожи. У самозванца тоже были темные волосы и серые глаза, длинное лицо и нос с характерной горбинкой. Ничего удивительного, что Биридий поверил в его обман. Особенно если учесть, что до этого купец ни разу не видел меня, поэтому мог судить о моей внешности лишь по рассказам посторонних.
   - Раздевайся! - приказал я, отходя к столику около окна, на котором вечером кто-то заботливо оставил бутылку с алкоголем и бокал. Видно, в этом доме уже стало традицией напиваться до беспамятства перед сном, лишь бы не помнить кошмары. Но сейчас это даже сыграло мне на руку.
   - Но... - смущенно залепетал Харус, явно сбитый с толку столь резкой переменой темы разговора.
   - Раздевайся, - повторил я, щедро наливая ему беловатой жидкости с сильным запахом самогона. - Немедля! Разотрешься полотенцем и завернешься в одеяло, раз уж так не желаешь, чтобы о тебе позаботилась Зильга или твоя невеста Стеша.
   При упоминании имени дочери купца Харус неожиданно слабо улыбнулся, словно вспомнил что-то чрезвычайно приятное.
   - С ней все в порядке? - негромко спросил он, негнущимися пальцами сражаясь со шнуровкой на своей рубахе.
   - Относительно. - Я неопределенно пожал плечами. - По-моему, в этом доме нет такого человека, у которого было бы все в порядке.
   - Ты ошибаешься, - возразил Харус, с трудом стягивая мокрую одежду. Затем подхватил огромное полотенце, подготовленное услужливыми слугами для гостей и свисающее со спинки кровати, и принялся яростно себя растирать, будто пытаясь содрать кожу в кровавые ошметки.
   - О чем ты? - невольно заинтересовался я, наблюдая со стороны за его попытками привести себя в порядок. Эх, вымыться бы ему сейчас не помешало. Залезть с головой в лохань с горячей водой и там отмокать с час, пока запах тины не пропадет. Но что поделать, если Харус даже слышать не хочет о том, чтобы кого-нибудь звать на помощь. Один в чужом доме я ему таких удобств точно обеспечить не в силах.
   - В этом доме есть человек, который спит спокойно, - пояснил мужчина, заворачиваясь в шерстяное одеяло с головой. - Тот, из-за которого и началась вся эта история. Я думаю, его покой демон точно не тревожит.
   - Демон? - переспросил я, невольно ежась. На миг показалось, будто по комнате пробежал ледяной ветерок, пробравший меня до костей. - Ты думаешь, в этом доме хозяйничает демон?
   - Можно и так сказать. - Харус с легким кивком благодарности принял от меня бокал и сделал изрядный глоток. Закашлялся от крепкого алкоголя и хрипло продолжил. - В любом случае во всех несчастьях этой семьи замешен слуга Темного Бога.
   - Давай-ка по порядку, - предложил я, в свою очередь скидывая промокшую после спасения самозванца рубашку, достал из своей сумки новую, надел ее и зябко закутался в плащ. - Начни с того момента, как ты тут появился. Не буду скрывать, особенно меня интересуют причины, по которым ты назвался моим именем.
   Харус не торопился отвечать на мой вопрос. Вместо этого он допил самогон и ткнул опустевшим бокалом в мою сторону, предлагая наполнить его вновь. Я щедро плеснул ему, а сам хлебнул прямо из горла. Пьянящая жидкость огненным вихрем пролетела по моему пищеводу, выжав слезы из глаз. От неожиданного жара у меня на лбу даже выступила испарина. Харус тоже зарумянился и наконец-то перестал дрожать, но по-прежнему кутался в одеяло.
   - Ну? - поторопил его я, наблюдая, как мужчина допивает второй бокал. - Кто ты на самом деле? Вор? Соблазнитель невинных девушек? Авантюрист?
   - Архивариус, - смущенно поправил меня он, алчно поглядывая на бутылку, стоявшую около моего кресла. - Точнее, помощник среднего архивариуса. Я работаю в главной библиотеке нашей столицы Тьерда. Ну, как сказать, работаю... Меня взяли на испытательный срок.
   Я изумленно вскинул брови. Надо же, никогда не предполагал, что человек, принадлежащий к столь почтенному сословию ученых мужей, свободное время будет проводить за соблазнением невинных девиц и прочими темными делишками.
   - Понимаешь, у нас в библиотеке очень серьезная конкуренция, - заторопился с объяснениями Харус, прочитав насмешку в моих глазах. - Желающих много, а вакансий мало. Я был лучшим на курсе у нас в академии. И то меня взяли лишь на год и пригрозили, что если за этот срок я не отличусь каким-нибудь образом, то мне доверят лишь убираться в здании. Да и то далеко не факт.
   - Интересный ты выбрал способ для привлечения к себе внимания со стороны главного архивариуса, - с иронией протянул я. - Думаю, он будет в восторге, узнав про твои подвиги в здешних краях.
   - Я рассчитывал именно на это, - уныло отозвался Харус. Поймал мой вопросительный взгляд и с протяжным вздохом пустился в путаные объяснения. - Видишь ли, в столичной библиотеке собраны все самые важные и редкие книги королевства. Но несколько лет назад, когда я разбирал архивы, то наткнулся на совершенно потрясающую книгу. Редчайший экземпляр, описывающий магические ритуалы заокеанских земель. Ты сам знаешь, как редко к нам что-нибудь попадает оттуда. Море слишком жестоко к путешественникам, поэтому купцы предпочитают не рисковать, ограничиваясь плаванием в прибрежных водах. Я решил разузнать, каким образом эта книга оказалась у нас. И выяснилось, что ее пытался продать какой-то человек, но привлек к себе внимание стражников, испугался инквизиции и бежал, не получив причитающихся за нее денег. Более того, по рассказам у него в походной сумке было еще несколько томов. Наверняка таких же древних и ценных.
   Я вспомнил историю Биридия о его несчастливых приключениях в столице и невольно кивнул, подтверждая слова Харуса.
   - Так вот, - воодушевленно продолжил он. - Я взялся за расследование этого случая. Понимаешь, если бы мне удалось отыскать этого загадочного человека и убедить его отдать мне оставшиеся книги, то вопрос о моей работе в библиотеке оказался бы раз и навсегда закрыт. На самом деле поиски не составили особого труда. Просто удивительно, что инквизиция сама не вычислила Биридия. Наверное, посчитала, что книга не столь опасна, чтобы бросать храмовых дознавателей на это дело. Первым делом я поднял архивы магистрата и выяснил, кто из столичных купцов чаще всего отправлялся в плавание к заморским странам. По правилам после каждого благополучного путешествия они обязаны представлять подробнейший отчет с перечислением привезенного товара и платить дорожную подать в зависимости от размеров и ценности груза. Конечно, многие купцы пытаются схитрить и приходят в порт почти пустыми, заранее сбросив товар на маленькие суденышки контрабандистов. Но большинство предпочитает не рисковать, поскольку если хитреца выведут на чистую воду, то тут же выкинут из торговой гильдии и лишат права держать лавки. К тому же не такая уж большая эта дорожная подать по сравнению с тем, что можно потерять в итоге раскрытия обмана.
   - Ближе к делу, - поторопил я Харуса, несколько утомившись слушать про особенности ведения дел в торговой гильдии. - Итак, ты поднял архивы. Что дальше?
   - Все очень просто. - Харус смущенно пожал плечами и вновь облизнулся, глядя на бутылку около моих ног. - Я выяснил, что за прошедшие десять лет было всего восемь купцов, более-менее регулярно совершавших плавания в заморские страны. И лишь один из своих опасных поездок привозил не только редкие благовония и ценные специи, но всевозможные рукописи и фолианты. В архиве было указано его имя. Все остальное оказалось легче, чем выиграть у дракона в кости.
   - Почему инквизиция не заинтересовалась книгами и не изъяла их на экспертизу? - отрывисто спросил я, озадаченно морща лоб. - Она же должна обращать на подобные вещи самое пристальное внимание.
   - Спроси что полегче. - Харус легкомысленно пожал плечами. - Возможно, отец Биридия, как его... Пакий, что ли, откупился от проверяющего. Сам знаешь, что золото порой способно на самые невероятные вещи. Например, смягчить сердце инквизитора. А быть может, Пакий демонстрировал лишь разрешенные труды, не предоставляющие никакого интереса для святых отцов. В конце концов, пару раз услугами контрабандистов он точно мог воспользоваться.
   Я задумчиво пожевал губами. Нет, все равно что-то не сходится. Зачем Пакию вообще привлекать к себе внимание инквизиции, привозя из своих поездок книги, пусть даже самые обыкновенные? Святые отцы очень не любят рукописи, написанные на незнакомом языке и содержащие непонятные знаки. Если уж он действительно был связан с контрабандистами, то почему не переправлял все книги на материк при их помощи? Какая разница - томиком больше, томиком меньше. Риска быть пойманным за руку это не уменьшает.
   - И что дальше? - полюбопытствовал я, делая крошечный глоток из бутылки, но собеседнику присоединиться не предложил. Хватит с него и двух полных бокалов. Вон как глаза блестят. На голодный желудок точно наклюкается. Кстати! А почему он еще не попросил еды? Неужели сытый? Впрочем, не будем забегать вперед. Кажется, меня ждет очень долгий рассказ.
   - В бумагах магистрата было указано, что купец не вернулся после очередного плавания. Поэтому дальше я выпросил у главного архивариуса отпуск за свой счет и поехал разыскивать наследников Пакия. - Харус, раскрасневшись после выпитого и явно согревшись, выпростал руки из-под одеяла и принялся энергично жестикулировать. - Так я тут и оказался.
   - Замечательно, - процедил я, не испытывая и малейшей толики того воодушевления, которое прозвучало в голосе собеседника. - А теперь объясни мне, какого демона ты назвался моим именем? Или именно этому тебя учили в столичной академии?
   - Ну... - Харус замялся на несколько секунд. - Понимаешь, я же не мог явиться в этот дом и с порога попросить отдать или продать мне книги. Биридий наверняка бы потребовал огромные деньги за них. А я сначала хотел спокойно рассмотреть его коллекцию и решить, стоит ли за нее бороться.
   - Почему ты не припугнул купца инквизицией? - спросил я, плотнее укутываясь в плащ. В комнате ощутимо похолодало, как обычно бывает перед рассветом. От окна повеяло ледяным сквозняком. Даже свечи, зачарованные от ветра, недовольно зашипели и замерцали оранжевыми всполохами. - Это же был самый легкий способ получить желаемое. Сказал бы, что инквизиция наконец-то нашла его и послала тебя забрать оставшиеся книги. Иначе, мол, пусть готовится к суду за занятия черным колдовством.
   - Дело в том, что на пороге меня встретила Стеша. - Харус неожиданно покраснел. - И... В общем, все мысли сразу же перепутались. Я влюбился в нее как мальчишка с первого взгляда. Не мог же я начать угрожать Биридию в присутствии его дочери. Выпалил первое, что в голову пришло. А потом поздно было что-то менять. Я подумал, что так даже лучше. Без спешки осмотрюсь и на месте решу, как следует поступить.
   - Я тебе не верю, - спокойно обронил я, обрывая его бессвязные оправдания. - С чего вдруг ты назвался именно бароном Вулдижом? Знаешь, я крайне редко бывал в столице и сомневаюсь, чтобы это имя первым пришло тебе в голову. С чего вдруг? Ты мог представиться кем угодно. Хоть графом из древнейшего рода, корнями уходящего к истокам королевской семьи. Но выбрал мое скромное имя. Как-то странно.
   Харус сидел багрово-красный от стыда и упорно избегал встретиться со мной глазами. И это мне весьма не нравилось. Сдается, он прекрасно знает, что ему грозит, если мы столкнемся взглядами. Магия тем и хороша, что позволяет развязать язык любому обманщику.
   - Я не могу это объяснить, - наконец, с трудом выдавил самозванец, упорно буравя взглядом заляпанное грязью покрывало. - Сам не понимаю, что на меня тогда нашло. Совпадение, ничего более. Как раз до поездки сюда я читал книгу о некромантах современности. Вот в голову и запал род Сурина.
   Я криво усмехнулся. Ты совершенно не умеешь лгать, милый Харус. Просто удивительно, как прозорливый Биридий, обладающий настоящим купеческим чутьем на всякого рода обман, не раскусил тебя раньше.
   - Посмотри на меня, - вкрадчивым шепотом предложил я, потягиваясь в кресле до хруста в костях. - Если ты говоришь правду - просто взгляни на меня. Неужели это так сложно?
   - Прошу, не надо, - жалобно залепетал Харус, для верности прикрыв глаза руками. - Да, я виноват, что обманул Биридия. Но сам же пострадал от этого. Столько дней сидел в этом подвале, питаясь лишь теми жалкими крохами, которые приносила Зильга. А сегодня ночью она столкнула меня в колодец и сказала, что я буду умирать долго и страшно. И никто не услышит моих криков.
   Я укоризненно качнул головой. Ну кто так делает? Захотел отвлечь мое внимание более интересным рассказом. Но я не поддамся на эту уловку. Сначала завершим с одним делом, потом займемся следующим. Главное, чтобы времени на все хватило.
   - Хорошо, - якобы уступил я, пряча в уголках губ ядовитую усмешку. - Так как Зильга заманила тебя в ловушку?
   Тут Харус допустил ошибку. Поверив, что я отвлекся, он поднял голову и неосторожно посмотрел на меня. Я тут же поймал его взгляд. Удовлетворенно заметил, как зрачки собеседника испуганно расширились от осознания своей ошибки, и почти ласково проговорил:
   - Впрочем, это подождет. Так почему ты назвался моим именем?
   Харус дернулся всем телом, пытаясь сбросить с себя чары. Судорожно вздохнул, не в силах даже пошевелиться под гнетом моего немигающего внимательного взора.
   - Не заставляй меня делать тебе больно, - попросил я, с тревогой чувствуя, как немеют кончики моих пальцев. Плохо, очень плохо. Даже элементарнейшее заклинание дается мне с таким трудом. Значит, запас моих сил на исходе. Если Харус вздумает сопротивляться - мне придется несладко. - Говори, пока я не заставил тебя делать это!
   Наверное, в моем голосе прозвучало что-то по-настоящему страшное. Но после этого приказа Харус внезапно сдался, моментально прекратив малейшие попытки сопротивляться.
   - Я много читал про твой род, - прошептал он, уже безо всякого принуждения глядя мне в глаза. - Но если об этом узнают в библиотеке, то обязательно выгонят. Даже полы мыть не доверят.
   - Не понимаю, - честно признался я. - Библиотеки созданы, чтобы читать. Разве ты нарушил какие-нибудь правила?
   - Я залез в закрытые архивы инквизиции. - Харус произнес это так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух. - Ты знаешь, что дело твоей семьи отныне находится в кабинете у главного инквизитора?
   - Нет, не знаю, - процедил я, несколько удивленный подобной новостью. - С чего ты взял это? Неужели обманом проник и туда?
   - Я же говорил, что работал в библиотеке помощником архивариуса. - Харус сморщился, словно ему было неприятно напоминать о своем низком статусе. - Меня часто заставляли бегать по поручениям или заниматься хозяйственными вопросами. И однажды отправили разбирать бумаги в самую дальнюю комнату книжного хранилища. Дело в том, что святой инквизиции срочно потребовались любые бумаги, так или иначе касающегося твоего рода. Рыться в пыльных рукописях главному архивариусу не хотелось. Он спихнул это поручение на среднего, а тот в свою очередь на меня. Ох, и наглотался же я пыли за неделю, пока разбирал записи, касающиеся твоего семейства! Мало того - каждый день, когда я уходил с работы, меня обыскивали с ног до головы. Даже клочка бумаги вынести было невозможно. Но мне это и не нужно. Благо, на память никогда не жаловался.
   - Зачем святым отцам потребовалось собирать на меня информацию? - спросил я. - Они и так знают все обо мне и моем роде. В свое время пришлось с ними более чем достаточно пообщаться.
   - Теперь они знают о тебе гораздо больше. - Харус лучился таким удовольствием из-за проделанной работы, что мне нестерпимо захотелось двинуть ему по зубам. Нашел чем гордиться, называется. - Я разыскал такие древние документы, что ты даже представить себе не можешь! Жалко, что внимательно прочитать не успел. Один из святых отцов постоянно был рядом, контролируя меня. Поэтому успел лишь мазнуть взглядом по паре страниц. Но и этого хватило сполна, чтобы твое имя намертво засело у меня в голове.
   - И что же было на тех страницах? - полюбопытствовал я, зябко растирая себе плечи. Кто бы мог подумать, что в это время года уже настолько холодные ночи. Даже пар изо рта пошел, а ведь с вечера в доме было натоплено весьма жарко.
   - Ты даже не представляешь! - Забывшись, Харус всплеснул руками, едва не опрокинув канделябр, стоявший рядом. - Ты в курсе, что на самом деле означает проклятье вашего рода?
   Я сжал кулаки, донельзя раздраженный манерой собеседника вести разговор. Неужели непонятно, что если бы знал - не спрашивал бы. К чему задавать глупые вопросы?
   Харус удовлетворенно усмехнулся и совсем было собрался продолжить, но вдруг поперхнулся. Уставился куда-то мне за спину круглыми от ужаса глазами и залился смертельной белизной.
   Я понял, что он там увидел, еще до того, как обернулся. Вулдиж, как можно быть таким идиотом?! Давно пора уяснить, что резкие перепады температуры в комнате означают лишь одно: к тебе приближается очередной слуга Темного Бога. А ты имел неосторожность со всеми возможными удобствами расположиться спиной именно к зеркалу.
   Посох сам прыгнул мне в руку, послушно отдавая последние крохи драгоценной энергии.
   - Не стоит, - прошелестело в комнате, и на мое плечо легла рука, останавливая меня от поспешного движения. - Вулдиж, игра с тобой еще не закончена. Или ты уже сейчас готов встретиться со мной лицом к лицу? Но учти, для тебя это будет означать смерть.
   - Правда? - Я боролся с невыносимым желанием закричать во все горло от ужаса, но каким-то чудом мне удалось спросить это спокойно. - Сам же говорил, что тебя интересует моя душа. Как ты ее получишь, если убьешь меня раньше времени? И потом, однажды я уже видел демона перед собой.
   - И ты умер тогда, - с негромким смешком проговорили позади. - Неужели забыл?
   Я этого не забыл. К моему величайшему сожалению я прекрасно помнил свои чувства, когда кинжал демона вонзился мне в сердце. И повторения этого совершенно не желал.
   - Я пришел не за тобой, - с примирительной интонацией раздалось позади, и рука на моем плече лишь слегка сжалась. Я с трудом сдержал стон, почувствовав жалобный хруст моих костей. - Я пришел за этим болтуном. Ты же не станешь делать глупостей, барон Вулдиж из рода Сурина?
   Больше всего на свете мне хотелось согласиться с предложением демона. Кем является мне этот Харус, чтобы вставать между ним и слугой Темного Бога? Он назвался моим именем, из-за него я попал в эту передрягу, и сейчас моя жизнь в очередной раз забалансировала на опасной грани. Стоит ли вмешиваться? Не легче ли сделать шаг в сторону, позволяя демону получить свою законную добычу? Вскоре, не сомневаюсь, мне предстоит битва за собственную душу. Так зачем расходовать энергию, спасая, в общем-то, незнакомого человека, которому я ничем не обязан?
   Я крепче сжал посох, чувствуя, как воздух вокруг зазвенел от напряжения. Харус сидел на кровати совершенно белый. Одни черные из-за непомерно расширившихся зрачков глаза выделялись на бескровном лице. Мужчина смотрел мне за спину, не в силах отвести взгляд. Лишь на лбу переливалась крохотными искорками выступившая испарина.
   - Ты сам говорил, что стены этого дома освящены, - с сарказмом напомнил я, ощущая, как леденеет плечо под тяжелой рукой демона. - Как посмел ты выбраться из зазеркалья?! Ты сейчас бессилен проявить свою демоническую сущность. Так что хватит пугать. Не на того напал.
   - Вулдиж, с нашей беседы прошло не больше нескольких часов, а ты успел забыть самое главное. - Демон поднял лапу к моему горлу и нежно провел когтем по сонной артерии. - Святость любого места может быть осквернена, когда в нем совершится убийство невинного человека. Пока ты спасал это ничтожество, кое-кто провел ритуал и пролил кровь во славу моего владыки. Так что теперь я полноправный господин этого дома. А вот твоя сила вернется к тебе ой как нескоро. Любому магу, будь он хоть трижды могущественным некромантом, нужно время, чтобы восстановиться. Сам знаешь, что этой ночью ты выложился почти полностью на элементарных заклинаниях. Поэтому не глупи, Вулдиж. Не мешай мне в моей работе. И тогда обещаю, что твоя смерть будет почти безболезненной. Но ты мне нужен не сейчас. Чуть позже.
   Харус с трудом перевел взгляд на меня. Облизал пересохшие губы и беззвучно прошептал: "Помоги!" Я до боли в костяшках стиснул в руках бесполезный посох. Думай, Вулдиж, думай. Почему демон явился именно за Харусом и именно сейчас? Есть только одно объяснение: ему приказали убить невезучего помощника архивариуса. Но кому это потребовалось? И по какой причине слуга Темного Бога приберегает меня на сладкое?
   - Хочешь убить его? - Я выдавил из себя слабый смешок. - Пожалуйста.
   Харус издал сдавленный испуганный хрип. Вжался в спинку кровати, намертво вцепившись в одеяло, как будто оно могло спасти его.
   - Я не сомневался, что ты сделаешь верный выбор. - Демон наконец-то убрал руку с моей шеи. - В таком случае отвернись, пожалуйста. Не хочу пугать тебя раньше времени.
   Я с показной покорностью опустил голову, продолжая наблюдать за Харусом через полуопущенные ресницы. Несчастный, поняв, что его участь предрешена, позеленел от ужаса. Дернулся было в сторону, но тут же замер, поняв, что бежать бесполезно.
   - Я сделаю это быстро, - пообещал слуга Темного Бога, и в поле моего зрения попал край его белоснежной рубашки, когда он неторопливо двинулся вперед.
   А в следующий миг я слетел с кресла и со всей силы двинул посохом прямо в живот демону. Из навершия вылетела багровая молния, которая ударила моему противнику в солнечное сплетение и тут же погасла, словно впитавшись в дорогую шелковую ткань. Демон согнулся, прижав обе руки к животу, словно мой удар в самом деле причинил ему боль.
   - Но убьешь ты его только после того, как покончишь со мной, - твердо произнес я, вставая между демоном и Харусом.
   Демон медленно поднял голову, и я похолодел от испуга. Потому что увидел перед собой знакомого седовласого мужчину с упрямым подбородком и колючим взглядом светлых глаз.
   - Ты идиот, Вулдиж, - весело проговорил Северянин. Именно он стоял сейчас передо мной. И это обстоятельство меня совершенно не обрадовало. - Впрочем, мужчины твоего рода вообще не отличаются умом и сообразительностью. Ну и зачем ты это сделал?
   - Ты?.. - потрясенно прошептал я. - И в библиотеке я разговаривал тоже с тобой? Но почему?
   - Я человек подневольный. - Северянин смущенно пожал плечами. - Точнее, не совсем человек, но сути это не меняет. Некоторые приказы я не имею права игнорировать. Прости, так уж получилось.
   - Ты угрожал жизни Таши. - В ушах вновь зазвучало зловещее пророчество демона о том, что будет, если я сбегу. - Неужели ты готов убить собственную правнучку?
   - Для потомственного некроманта ты задаешь на удивление глупые вопросы. - Северянин досадливо поморщился. - Сам прекрасно знаешь, что после порога смерти родственные отношения прекращают играть какую-либо роль. Тем более для слуг Темного Бога.
   - По-моему при нашей последней встречи ты доказал обратное, - с некоторой робостью напомнил я.
   - Сейчас правила игры немного поменялись. - Варвар виновато улыбнулся. - На кону слишком большая ставка. Ради нее... О-о-о, Вулдиж... Ради нее я готов практически на все. Мне неприятно это говорить, но теперь и ты, и даже Таша - всего лишь средства для достижения цели.
   Я промолчал. Что можно было сказать в ответ на столь откровенное признание? И с вызовом вздернул подбородок, глядя в равнодушные светлые глаза варвара. Ну что же, Северянин. Барон Вулдиж не из тех людей, которые отступают и нарушают свои обещания. Харуса ты получишь лишь в том случае, если переступишь через мой труп. Какая разница, когда вступить с тобой в схватку, - днем раньше или днем позже? Боюсь, итог этой битвы уже предрешен.
   - Ты не только идиот, ты еще и безумец, - печально констатировал варвар, словно прочитав мои мысли. - Зачем тебе сдался этот библиотекаришка? Сам же пару часов назад хотел по-тихому смыться из дома, узнав, с чем тебе тут предстоит столкнуться. Ты даже Ташу не так давно хотел отдать на заклание демону, я тогда едва успел тебя остановить от трусливого бегства. А сейчас играешь в храбреца, защищая совершенно чужого и постороннего тебе человека. Говорю же тебе - отступи. И я не трону тебя. На этот раз.
   - Но тронешь на следующий. - Я криво ухмыльнулся. - Нет уж, Северянин. За последнее время жизнь преподала мне весьма жестокие уроки. И некоторые из них я уяснил раз и навсегда. Например, что никогда и ни при каких условиях не стоит вступать в сделку с демоном. А уж тем более соглашаться на его требования. Все равно в итоге останешься в дураках. Так что давай решим наш спор прямо сейчас. Хочешь меня убить? Валяй. Только придумай объяснение для твоего господина. Насколько я помню, он жаждет не моей смерти, но души.
   Северянин холодно улыбнулся. Меня мороз продрал по коже от его внимательного изучающего взгляда, словно он пытался понять - действительно ли я намерен стоять до конца. Затем он посмотрел на Харуса, который от этого что-то невнятно пискнул и сжался в маленький комочек.
   - Упрямец, - прошептал варвар. - Такой же упрямец, как твой прадед. Что же, Вулдиж, давай играть в открытую. Я предлагаю сделку. Ты не пытаешься спасти Харуса, а я оставляю Ташу в живых. Как тебе такой выбор?
   - Ты блефуешь, - недоверчиво проговорил я, почувствовав, как от жестоких слов Северянина мое сердце пропустило удар, а потом зачастило вдвое больше обычного. - К чему тебе убивать ее? Я твой противник и твоя будущая жертва. Со мной и решай все вопросы.
   - Мне действительно незачем ее убивать, - охотно подтвердил Северянин. - Но, мой милый Вулдиж, передо мной стоит определенная задача. На данный момент она заключается в устранении этого жалкого человечишки. Ты не ошибаешься, я действительно не имею права покончить с тобой в настоящий момент. Кое-какие детали твоей предстоящей встречи с Темным Богом еще не завершены. Но меня, не буду скрывать, начинает сильно злить твое своеволие. Злит настолько, что я готов проучить тебя достойным образом. Полагаю, смерть Таши послужит тебе надлежащим уроком, что со мной шутки плохи.
   Я стоял, словно оглушенный пыльным мешком. Вот и доигрался, барон, вот и показал свою силу и независимость. Эх, не зря отец постоянно мне говорил, что любовь делает нас слабыми и беспомощными. Когда ты любишь - ты боишься за дорогого тебе человека. И любой сможет манипулировать тобой, если разгадает твое уязвимое место. Потому, мол, и жениться необязательно, а если уж приспичило, то пусть супруга хозяйкой будет хорошей и наследника сумеет родить. А все остальное - совершенно неважно. Не по великой любви мой отец в свое время сделал предложение руки и сердца леди Аглае, а из-за желания наконец-то выбраться из вечных долгов и безденежья. Потому до конца жизни и заглядывался на хорошеньких крестьянок, пока не погиб от разрыва сердца, застуканный на месте преступления ревнивой женой. Впрочем, кажется, я об этом уже рассказывал.
   Так или иначе, но я сделал великую глупость, позволив Таше и Дирону переселиться в мой замок. Мне надо было бежать от этой семейки как можно дальше, едва я почувствовал зарождение первого намека на любовь. И что мне теперь делать? Если отступлю сейчас, то тем самым дам Северянину понять, что он и дальше вправе ставить мне условия и требовать их неукоснительного исполнения. Если останусь стоять между демоном и его жертвой, то... То потеряю самого дорогого мне человека. Слуги Темного Бога никогда не угрожают. Они лишь ставят в известность о своих планах. И, как ни печально об этом говорить, они никогда не обманывают.
   - Вулдиж, я не могу ждать твоего ответа вечность, - негромко проговорил Северянин, слабо улыбаясь. - Отойди. Всего лишь шаг в сторону. Разве это так тяжело?
   Я до боли закусил губу. Что же делать? Кажется, впервые в жизни мне предстоит настолько сложный выбор.
   - Пожалуйста, - с придыханием прошептал Харус, наконец-то обретя дар речи. - Прошу тебя. Не уходи!
   "И что меня вообще понесло в этот дом? - уныло подумал я. - Подумаешь, самозванец выискался. Инквизиции пришлось бы сильно потрудиться, чтобы доказать, что я имею к этому делу хоть какое-то отношение. Правда в том, Вулдиж, что ты всеми способами пытался сбежать из родного замка, лишь бы отсрочить неизбежное объяснение с Ташей. Вот и пожинай теперь плоды своей трусости".
   - Вулдиж, я в самом деле тороплюсь. - Северянин положил руку мне на плечо, пытаясь мягко отстранить меня в сторону. - И отвернись, пожалуйста. Я не люблю, когда за моей работой наблюдают. Тем более будущая жертва. Поверь, это не очень красивое зрелище.
   Харус жалобно всхлипнул, но тут же подавился, стоило Северянину лишь искоса глянуть на него. Я на миг закрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание. Посох едва ли не вибрировал в руках, требуя от меня каких-либо действий. Ну же, барон. Покажи, чего ты стоишь в действительности, а не на словах. Или понятие "родовая честь" для тебя пустой звук?
   - Отойди! - потеряв терпение, выплюнул приказание Северянин и сжал пальцы на моем плече с такой силой, что я зашипел от боли. - Быстро! Ты утомил меня, Вулдиж.
   Я послушно посторонился. Позади что-то невнятное пробормотал Харус, захлебнувшись в сдавленных рыданиях. Северянин удовлетворенно хмыкнул и сделал шаг к кровати, где корчился в конвульсиях ужаса несчастный библиотекарь-архивариус. А в следующий миг я со всей мыслимой силой огрел варвара посохом по голове, вложив в этот удар всю энергию, которая у меня еще оставалась. Нет, я не рассчитывал на успех. Но не попробовать просто не мог.
   Посох переломился с такой легкостью, будто был сделан из хвороста, а не из древесины, зачарованной к тому же на прочность. Сухой треск отозвался у меня в ушах похоронным набатом. Вот и все. Без фамильной реликвии я моментально стал не просто уязвимым - беззащитным перед простейшим призраком или элементарным заклинанием. К тому же теперь, когда весь запас энергии у меня иссяк.
   Северянин медленно повернулся ко мне, словно не веря в произошедшее. Поднял руку и оттер кровь, ленивым ручейком сбегавшую по щеке. Его светлые глаза потемнели от бешенства и ярости.
   - Беги! - выплюнул я Харусу, и тот неожиданно резво соскочил с кровати, словно наконец-то получив возможность самостоятельно двигаться. Вылетел в коридор, путаясь в покрывале, и с грохотом захлопнул за собой дверь, оставив меня наедине с разгневанным демоном.
   - Ты сделал огромную ошибку, барон, - медленно процедил Северянин. Покачнулся по направлению ко мне, занеся руку, как для удара. Его ногти неестественно вытянулись, превратившись в острые как лезвия ножей когти. Но они лишь царапнули по воздуху, не дотянувшись до меня самую малость. А в следующий миг варвар растаял в воздухе. Исчез, будто его и не было. Лишь жалобным хрустальным звоном отозвалось зеркало у меня за спиной. И все стихло.
  

***

   Я сидел в обеденном зале и мрачно крошил хлеб на стол, наблюдая, как торопливо Харус поглощает завтрак. Мужчина, казалось, совершенно оправился после купания в ледяной воде и визита демона и сейчас выглядел вполне довольным жизнью.
   - Ты молодец, барон, - прошамкал он с полностью набитым ртом, торопливо уминая уже вторую тарелку с кашей. - Не думал, что рискнешь напасть на демона.
   Я и сам не подозревал, что способен на подобное безрассудство. Но промолчал, сдержав тоскливый вздох. Если бы только несчастный знал, что я лишь отсрочил его гибель, не отменив ее. Вряд ли мой удар посохом причинил какой-либо существенный вред Северянину. Интересно, почему он все-таки отступил? Почему не завершил начатого? Ведь теперь я беззащитен как младенец. Настолько плохо дела у меня не обстояли, даже когда я сражался с демоном в доме Таши. Тогда со мной хотя бы был верный посох и крупицы магической энергии. Теперь же я опустошен до дна и лишен возможности копить силу про запас. Но говорить об этом библиотекарю я совершенно не собирался. Пусть сначала завершит рассказ о своих приключениях.
   - В чем заключается проклятье моего рода? - спросил я, решив не терять драгоценного времени понапрасну. - Только отвечай прямо и по существу.
   - Ты куда-то торопишься? - Харус довольно усмехнулся. - Полно, барон. Вряд ли демон сунется сюда после того, что ты ему устроил. Наверняка он отправился к Темному Богу зализывать свои раны.
   Я точно знал, что это не так. Но говорить об этом не собирался. Пока, по крайней мере.
   - Проклятье, - напомнил я, раздраженно постукивая пальцами по столешнице. - В чем его суть?
   - Это же элементарно! - Харус вытер губы и вальяжно откинулся на спинку стула. - Вулдиж, неужели сам не догадался еще?
   Я зарычал от бешенства. Кажется, еще немного - и я самолично придушу его голыми руками. Неужели так тяжело ответить на простой вопрос? Зачем разводить пустую болтовню на ровном месте, когда в любой момент может явиться демон, чтобы завершить начатое?
   Харус снисходительно на меня посмотрел, поймал мой тяжелый взгляд и подавился очередным куском хлеба.
   - Да скажу я, - недовольно проговорил он в перерывах между кашлем. - Видишь ли, барон, твой род поистине уникален. Мало кому удавалось настолько разозлить Темного Бога, как это сделал Сурин, и после этого остаться в живых. И потому тот несколько поторопился, наделяя твоего предка возможностью видеть неупокоенные души. Не уточнил одну маленькую деталь, запрещающую вам возвращаться из земель мертвых.
   - Ты имеешь в виду, что нам после смерти тяжело найти окончательный покой? - полюбопытствовал я, немного расслабившись. - Представляешь, я в курсе этого. Все мои родственники отличаются просто-таки патологической активностью, перейдя во владения вечного покоя. То и дело приходят навестить своих потомков.
   - Нет, ты не понял. - Харус хитро покачал головой. - Такова была изначальная задумка Темного Бога - чтобы после смерти вы не получали окончательный покой. Но он поторопился, слегка ошибся с формулировкой проклятья. И в итоге вы и при жизни обладаете этой же способностью.
   - Какой? - с сарказмом переспросил я. - Живым не надо переселяться из мира мертвых. Мы и так обитаем по другую сторону грани.
   - Ты не понял. - Харус укоризненно цокнул языком. - Дело в том, что для вашего рода границы между двумя мирами вообще не существует. То есть, вы не только можете после смерти приходить с визитом из земель мертвых. Но и при жизни заглядывать в потусторонний мир. Правда, здорово?
   По вполне понятным причинам я восторга библиотекаря совершенно не разделял. Напротив, новая информация заставила меня в известной степени ужаснуться. Это что же получается? Северянин не обманывал меня, когда говорил, что Темный Бог может получить меня еще при жизни? Выходит, я в самом деле рискую предстать перед ним до смерти, перейдя через грань между двумя мирами?
   Я оперся локтями на стол и принялся массировать себе виски, в которых после бессонной ночи поселилась свинцовая тяжесть. Слишком много информации свалилось на меня сразу. И надо еще придумать, что делать с Харусом. Интересно, по какой причине Северянин не прикончил его сразу? Неужели варвара действительно остановил мой смехотворный удар посохом? Нет, чушь. Демона подобными вещами не убьешь. Но библиотекарь до сих пор жив и относительно здоров. Почему, хотелось бы знать?
   Но даже не это волновало меня больше всего. Сегодня ночью в этом доме кто-то умер, чтобы распахнуть двери злу и снять освященную защиту. Но кто именно? Не могу же я бегать по комнатам с воплями ужаса, разыскивая упокоенного. В любом случае несчастному уже ничем не поможешь. Так что с поднятием паники мы пока погодим. Лучше закончим разговор с Харусом, пока он еще жив. Демоны никогда не отступают от своей добычи. Боюсь, несчастному недолго осталось на этом свете. Поэтому попробуем выжать из него как можно больше информации.
   - Ты сказал, что в подвале тебя заперла Зильга, - медленно начал я, пытаясь отвлечься от невеселых дум о собственном будущем. - Каким образом, хотелось бы знать? Ты взрослый здоровый мужчина. Неужели не сумел справиться с хрупкой женщиной?
   - Хрупкая женщина! - Харус аж забулькал от возмущения, подавившись оставшимся с вечера холодным отваром несонной травы. - Ты бы ее видел в тот момент! Она сражалась как тигрица! Избила меня почти до смерти, когда застала в библиотеке.
   - А что ты там делал? - перебил его я. - Насколько я помню по рассказу Стеши, вы собирались бежать из этого дома. Или решил прихватить на память пару наиболее ценных книжек?
   Харус неожиданно покраснел и стыдливо отвел глаза, доказывая, что я угадал.
   - Вот как? - Я насмешливо вскинул бровь. - А как же твои россказни о том, что ты собирался выкупить книги для библиотеки?
   - Понимаешь, у меня не было с собой столько денег, - забормотал Харус, потупившись. - И никто бы мне их не дал сразу, поверив рассказу о проведенном расследовании. Скорее подумали бы, что я собираюсь всех обмануть и смыться с золотом. А вот если бы я явился к Даонию - главному архивариусу - с книгой... Это послужило бы наилучшим доказательством, что моя история - чистая правда. Честное слово, я обязательно вернул бы Биридию деньги за украденное! Да и потом, разве это можно назвать воровством? Просто хотел одолжить какой-нибудь самый маленький и незаметный томик на несколько недель, чтобы провести более тщательную экспертизу в библиотеке. Все равно на книги в этом доме всем плевать. Они пылятся без дела, хотя могли бы приносить пользу людям. Уверен, Биридий даже не заметил бы исчезновения. В последнее время он и его домочадцы, как ты уже заметил, крайне редко заходят в ту комнату.
   - Но что-то пошло не так? - перебил я, утомившись от нескончаемого потока оправданий, выливаемых на мою голову. - Что именно?
   - Меня застукала Зальга, - шепотом признался Харус. - Застукала именно в тот момент, когда я засовывал книги в сумку.
   - Книги? - переспросил я с сарказмом. - Неужели ты намеревался всю библиотеку Биридия захватить в столицу на экспертизу?
   Харус побагровел так, что цветом лица сравнялся со спелым яблоком. Обиженно засопел и насупился, словно я только что смертельно обидел его столь низким предположением.
   - Ладно, - смилостивился я. - Продолжим. Зильга застукала тебя на месте преступления. И что произошло дальше?
   - Она просто взбесилась! - Харус всплеснул руками. - Налетела на меня, будто разъяренная драконица. Хлестала и била по лицу, чем только придется. А потом огрела по голове канделябром. Я отключился, а пришел в себя уже в подвале. Там и сидел все эти дни. Первое время пытался кричать, но быстро понял, что это бесполезно - толстые стены не пропускали никаких звуков. Лишь охрип понапрасну.
   Я задумчиво почесал бровь. Давайте-ка сориентируемся по времени. Биридий явился ко мне в замок позавчера, ближе к вечеру. По его словам он пустился в путь сразу же, как узнал об исчезновении соблазнителя дочери. Интересно, правда ли? Но в любом случае дорога до моего замка у него вряд ли заняла больше суток. Скорее всего, если купец не обманывает, то ночью Зильга заперла Харуса в подвале, а уже на следующее же утро Биридий отправился ко мне, алча мщения. Получается, библиотекарь провел в подвале около двух дней. Неудивительно, что с такой жадностью ест. Поди оголодал, несчастный.
   - Что было дальше? - спросил я, вертя между пальцев кружку. - Как ты оказался в колодце? Неужели Зильга в одиночку тебя столкнула? Ведь на этот раз ты должен был приготовиться к нападению, зная, чего от нее можно ожидать.
   - Она застала меня врасплох, - хмыкнул Харус. - И потом, против колдуньи бороться тяжело.
   - Против колдуньи? - Я с интересом подался вперед. - С чего ты взял, что Зильга - колдунья?
   - Потому что она обездвижила меня при помощи магии. Прищелкнула пальцами - и я осел около ее ног. А она подтащила меня к колодцу и бросила вниз. Причем сделала это с такой легкостью, будто я весил не больше ребенка. - Харус передернул плечами, будто вновь почувствовав себя в ледяной воде. - И крикнула, что пришла моя смерть. Мол, я буду умирать долго, очень долго. И мое отчаяние напитает силой демона, живущего в зеркале.
   Я внимательно слушал собеседника, не делая ни малейшей попытки его оборвать. Ничего не скажешь, занятная история. Никогда не думал, что я могу настолько ошибиться в людях. При первой встрече Зильга показалась мне весьма милой и привлекательной женщиной. И еще один вопрос - если она служит демону, то почему в таком случае упала в обморок в библиотеке при виде зеркала?
   - Это было ужасно, Вулдиж. - Харус сдавленно всхлипнул. - В колодце была маленькая выемка, за которую я мог цепляться. Только поэтому я не пошел камнем на дно сразу. Но руки быстро замерзли и постоянно соскальзывали. Просто не представляю, что бы со мной случилось, если бы ты не подоспел вовремя.
   Я невольно поморщился от льстивых угодливых ноток, проскользнувших в голосе библиотекаря. Как же, не знает он, что бы с ним случилось. Он бы утонул, и ничего другого.
   - Скажи, - начал я, прислушиваясь к мертвой тишине все еще спящего дома, - когда ты жил здесь, тебя не мучили кошмары? Ну, всякие видения, о которых тебе наверняка рассказывала Стеша.
   - Нет. - Харус покачал головой. - Барон, не буду лгать - как ты уже заметил, я далеко не храбрец. Поэтому если бы каждую ночь я видел во снах свою смерть, то давным-давно смылся бы отсюда. По всей видимости, проклятье лежит только на семье Биридия. Или, скорее всего, на тех, кто присутствовал на том злополучном сеансе вызова духов. Или Биридий не рассказал вам о затее своей бабушки?
   - Почему же? - Я холодно улыбнулся. - Рассказал в подробностях. Одно только непонятно: почему демон пощадил леди Чарию, которая и устроила все это представление? Насколько я понял, ее сны никакие кошмары не тревожат.
   - Да кто знает, что ее тревожит на самом деле. - Харус плотнее запахнулся в одеяло, до сих пор служившее ему единственной одеждой. - К тому времени, как я приехал сюда, она уже слегла окончательно. Теперь спит целыми днями. Возможно, при этом страдает от жутких видений. Все равно никому рассказать об этом не в силах. Зильга запретила тревожить ее. Сама кормит ее, сама поит, сама убирается в той комнате.
   Я неприятно хрустнул пальцами. Опять Зильга! Неужели именно она виновата во всех злоключениях этой семьи? Но почему у меня тогда такое чувство, будто кто-то настойчиво подсовывает мне самую логичную кандидатуру на роль преступника, тогда как настоящий злодей в сторонке радостно аплодирует своей хитрости?
   - Как ты думаешь, кого убили этой ночью? - спросил я, устало потирая глаза, в которые кто-то словно песка насыпал.
   Харус от моего незамысловатого вопроса аж подавился травяным отваром. Мучительно закашлялся, отплевываясь, затем укоризненно покачал головой.
   - Ну и шуточки у тебя, барон, - проговорил он. - Так ведь и богам душу отдать можно. С чего ты взял, что кто-то умер?
   - По-моему, демон прямо об этом сказал. - Я невесело хмыкнул. - А они, как известно, не обманывают.
   - Ах да, совсем забыл, что ты с демоном разговаривал. - Харус отодвинул подальше недопитую кружку. - Когда это чудовище шагнуло из зеркала, я так испугался, что вообще ничего не соображал и не слышал.
   Внезапно библиотекарь перегнулся через стол и поинтересовался, доверительно понизив голос до шепота, прежде осмотревшись по сторонам:
   - Вулдиж, я заметил, ты с демоном знаком, не так ли? Иначе почему он так долго с тобой беседовал? Можно сказать, прямо-таки по-дружески болтал. Скажи, в инквизиции знают о твоих связях со слугами Темного Бога?
   Я застонал про себя. Вот ведь вляпался! Если этот оболтус вздумает болтать, то мне конец. Святые отцы упекут меня в темницу до скончания времен. И им не докажешь, что в действительности Северянин в этот момент расписывал, каким жутким мукам он меня подвергнет, если я попытаюсь встать между ним и его жертвой.
   - Я пытался спасти твою жизнь, - осторожно произнес я, внимательно наблюдая за реакцией Харуса. - Ты же помнишь, что демон явился убить тебя?
   - Такое вряд ли забудешь. - Библиотекарь помолчал немного и лукаво мне подмигнул. - Однако повезло мне, что он оказался твоим приятелем.
   - Я ударил его посохом по голове, - процедил я сквозь зубы. - Как по-твоему, неужели друзья так поступают друг с другом?
   - Да не переживай ты так, - попытался успокоить меня Харус. - Я никому не расскажу! Но все же будь осмотрительнее. Я уже говорил тебе, что тобою весьма интересуется главный инквизитор.
   Я со свистом втянул в себя воздух и мысленно досчитал до десяти, пытаясь успокоиться. Ну что за противный тип! С чего он вообще взял, что меня с Северянином связывают какие-либо дружеские чувства? Боюсь, после сегодняшней ночи мы стали злейшими врагами, как это ни печально осознавать. Пожалуй, я не буду советовать Харусу бежать из дома. Пусть лучше демон разделается с ним, как собирался с самого начала. Одной головной болью станет меньше. Если честно, вообще не стоило его вытаскивать из колодца. Эх, Вулдиж, умеешь же ты себе проблемы на пустом месте создавать.
   - Поздно тут встают, - отметил я, пытаясь перевести беседу на более безопасную тему. - Уже рассвело давно, а никого нет.
   - Ничего странного в этом нет, - с готовностью принялся объяснять мне Харус. - Видишь ли, Вулдиж, местные обитатели очень поздно ложатся. Пытаются до последнего отсрочить момент встречи со своими кошмарами. Укладываются на отдых, только когда бороться со сном становится совершенно невозможным. Соответственно, раньше позднего завтрака или раннего обеда редко поднимаются.
   Я нервно допил остатки несонного отвара и скривился от горечи перестоявшего напитка. Ох, не нравится мне все это. А вдруг в этом доме никого, кроме нас двоих, не осталось в живых? Мало ли каких жертв потребовало снятие освященной защиты с этих стен.
   Стоило мне только так подумать, как со второго этажа послышались какие-то странные звуки. Сначала раздался приглушенный расстоянием и стенами вскрик, потом грохот, словно с размаху уронили целый поднос с посудой. Затем кто-то кубарем слетел с лестницы. Я невольно протянул руку к остаткам посоха, печально покоящимся на стуле рядом. Конечно, вряд ли они спасут меня в борьбе против демона. Но в случае чего можно прицельно метнуть их наподобие копья. Чем боги не шутят, вдруг попаду?
   Дверь распахнулась от чьего-то резкого рывка, и на пороге возник высокий худощавый мужчина, почти белый от преждевременной седины. Он стоял в одной лишь ночной сорочке, наверняка вырванный из объятий сна каким-то ужасным происшествием.
   Мужчина обвел нас растерянным взглядом, рванул ворот рубахи, словно тот душил его, и просипел:
   - Там, наверху... Зильга!
   Стоит ли говорить, что я моментально соскочил со своего места, порывистым движением опрокинув стул, и бросился к лестнице. Неужели Зильга решила играть в открытую и в настоящий момент убивает кого-нибудь? Ну, уж нет, давно пора побеседовать по душам с этой лицемерной колдуньей. Меня ей точно не удастся провести. Я не Харус, отпор ей дать сумею.
   Следом за мной кинулся библиотекарь, путаясь в покрывале и постоянно спотыкаясь. Незнакомец же остался в обеденном зале, обессиленно рухнув на один из стульев. Я отметил эти детали краем глаза, пока в два гигантских шага пересекал комнату. Затем взлетел по лестнице, в последний момент вспомнив, что спальня Зильги находится на третьем этаже. Впрочем, и без этого мне не составило бы труда найти ее комнату. По дому струился чуть уловимый металлический запах свежей крови, который по мере моего продвижения к цели усиливался.
   В полутемном коридоре третьего этажа я притормозил. Уже давно рассвело, но робкие солнечные лучи с трудом проходили через темные плотные гардины на окнах, да неподалеку светлел прямоугольник дверного проема, ведущего в какую-то комнату. Ага, стало быть, незнакомец выбежал именно отсюда. Ну, посмотрим, что его так напугало.
   Я задумчиво взвесил в руках заостренный обломок верного посоха и неторопливо двинулся вперед, выверяя каждый шаг, чтобы скрипом половиц не спугнуть преступницу. В доме царила просто-таки неестественная тишина. Ни шороха, ни стона жертвы, ни звука чужого дыхания. Только оглушительный пульс в ушах да звенящее напряжение, от которого хотелось закричать во все горло.
   Около настежь распахнутой двери я остановился. Сложил пальцы в щепоть и потер их, пытаясь вызвать привычное покалывание готовой вырваться наружу энергии. Нет, все пусто. Я даже свечу сейчас на расстоянии при помощи заклинания задуть не сумею. А жаль, очень жаль. Ну ладно, попробуем справиться с обезумевшей убийцей собственными силами.
   Я осторожно вошел в комнату, готовый ко всему. Щурясь от солнца, бившего в окна, отпрянул к стене, уверенный, что на меня сейчас нападут. Однако в спальне все было спокойно. Лишь металлический запах крови усилился, став почти невыносимым.
   Я не сразу рассмотрел Зильгу на кровати. Она лежала среди скомканных простыней, одеял и подушек, широко раскинув руки, словно силясь обнять кого-то. А вокруг расплылась неаккуратная клякса бурой, уже свернувшейся крови.
   Женщина была мертва. Ее равнодушные глаза спокойно смотрели в потолок, а на губах застыла умиротворенная улыбка.
   - Ну и дела, Вулдиж, - тихо прошептал я себе. - Кажется, твоя главная подозреваемая сама пала жертвой демона или его помощника.
  


Популярное на LitNet.com Д.Куликов "Пчелиный Рой. Уплаченный долг"(Постапокалипсис) О.Обская "Непростительно красива, или Лекарство Его Высочества"(Любовное фэнтези) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) М.Олав "Мгновения до бури 3. Грани верности"(Боевое фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Е.Решетов "Игра наяву 2. Вкус крови."(ЛитРПГ) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) Н.Лакомка "(не) люби меня"(Любовное фэнтези) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"