Малиновская Елена: другие произведения.

Поводок для волка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 7.38*22  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Разве могла я предположить, что пикантное любовное приключение превратится для меня в такой кошмар! Совершенно неожиданно я оказалась втянута в разборки между двумя могущественными стаями оборотней. Вот-вот война захлестнет Гроштер и по улицам древней столицы польются реки крови. И только я могу остановить зарождающееся безумие. Правда, сначала мне предстоит приоткрыть завесу тайны над собственным прошлым.
    Говорят, что на кошку нельзя надеть поводок. А что получится, если надеть его на волка?
    Третья книга цикла.
    Вышла в феврале 2017 года в юмористической серии издательства Альфа-книга. Тираж - 3 500 экземпляров. ISBN 978-5-9922-2367-5
    Внимание! На самиздате отсутствует значительная часть книги!

 [Вера Успенская]

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

   В первый раз я даже не увидела его -- а почувствовала. В мире вдруг что-то изменилось. Мимо меня по-прежнему текла толпа, я слышала привычный гул чужих разговоров, но что-то было не так. Я с такой силой стиснула зубы, что заныли челюсти. Сжала кулаки до побелевших костяшек, впившись ногтями в ладони. Что-то происходило рядом со мной. Все мои чувства кричали об опасности.
   Мой спутник продолжал о чем-то вещать, явно не ощущая ничего неладного. Пожилой степенный господин заметил симпатичную молоденькую провинциалку, замершую в растерянности около витрины дорогого магазина, и решил ей помочь. Обычная история.
   Я знала, что он планирует пригласить меня на ужин. Понимала, что при минимуме усилий с моей стороны эту ночь мы можем провести вместе. Более того, я уже оценила платежеспособность своего нового знакомого. Если я захочу, то он снимет мне небольшую квартирку недалеко от своего дома, чтобы иметь возможность заскакивать в удобный для него момент. Пару раз в неделю станет пыхтеть на мне, сливая сексуальное напряжение, после чего с чистой совестью и полностью удовлетворенный будет возвращаться в семью к уже успевшей надоесть жене, которую, тем не менее, не собирается бросать. Полагаю, мне даже удастся раскрутить его на парочку дорогих подарков. Через год или два он передаст меня своему другу, а сам найдет себе новую глупышку.
   Все это было настолько банально, что мне не надо было даже читать мысли этого господина. Его планы затащить меня в постель и без того слишком отчетливо читались на одутловатом лице. Но сейчас меня больше занимал тот, кто неторопливо приближался ко мне, затерянный в толпе.
   Я втянула в себя воздух. Ветерок принес терпкий запах хищника. Смертельно опасного зверя, который скрывает свою суть под маской обычного человека. Сердце закололо от радости. Нет, не зря я приехала в Гроштер. Тут я найду того, кто мне нужен.
   -- Я с удовольствием покажу вам город, -- продолжал заливаться соловьем господин. -- Тут поблизости есть замечательное кафе, где подают великолепное вино...
   По спине пробежал колючий холодок. Он рядом. Он совсем рядом. Хочу увидеть его.
   И я лениво обернулась, скользнув нарочито безразличным взглядом по людям вокруг.
   Я сразу же увидела того, о приближении которого кричали все мои чувства. Высокий. Худощавый. В одежде черного цвета, которая выгодно оттеняла его светлые растрепанные волосы. Зеленоглазый.
   Незнакомец никуда не торопился. Он прогуливался, бережно поддерживая под локоть невысокую девушку, чью беременность уже не могло скрыть просторное платье. На его лице гуляла отсутствующая улыбка. Он вряд ли слушал, о чем ему говорит спутница, а скорее всего -- просто скучал.
   Неожиданно наши взгляды встретились. Это длилось всего миг, не больше. Но в глубине изумрудных глаз незнакомца загорел жадный любопытный огонек, и он изумленно приподнял бровь.
   Я торопливо отвернулась, осознав, что допустила ошибку. Нет, он не должен меня видеть. Это помешает охоте.
   -- Так как? -- В этот момент навязчивый господин тронул меня за рукав, видимо, устав ждать ответа на свое приглашение. -- Вы согласны, чтобы я составил вам компанию?
   Блондин не уходил. Я ощущала его присутствие за спиной всей кожей. Мельчайшие волоски встали дыбом, предупреждая меня об опасности.
   Господин все еще держал меня за локоть, и это было огромной ошибкой с его стороны. Я не любила, когда до меня дотрагивались без моего на то позволения. Ну что же, пожалуй, кое-кому стоит преподать урок вежливости.
   -- Вы такой милый и галантный, -- проворковала я. -- Я думала, что в большом городе всем друг на друга плевать. Так боялась, что попаду в какую-нибудь дурную историю.
   -- Ну что ты, дорогуша, -- рассмеялся мужчина. -- Конечно, таким милашкам, как ты, надо быть осторожнее. В мире хватает подлецов. Но тебе повезло. Рядом со мной тебе нечего опасаться.
   Я незаметно поморщилась. Еще одна ошибка. Терпеть не могу фамильярности и покровительственного тона. Тоже мне, защитник нашелся. А сам представляет, как будет мять мою грудь.
   -- Спасибо большое, -- пролепетала я и наивно захлопала ресницами.
   Господин улыбнулся, наклонился было ко мне, и я поморщилась опять, уловив чесночные нотки в его дыхании. Намекнул бы ему кто-нибудь, что зубы надо лучше чистить.
   Не думаю, что он собирался поцеловать меня. По крайней мере, не здесь и не сейчас. Такие типы весьма осторожны и не торопятся с решительными действиями, пока не получат полную уверенность в том, что жертва не сорвется с крючка. И чаще всего переходят в наступление лишь тогда, когда остаются один на один со слабой девушкой.
   Я не удержалась от искушения и быстро заглянула в его мысли, желая проверить свои догадки. Ого! Оказывается, у этого солидного импозантного мужчины есть склонности к садизму. А еще он предпочитает нетрадиционные формы секса. В его мечтаниях я сейчас извивалась под ним от боли и рыдала, умоляя прекратить, а он вновь и вновь вколачивал свой член в мой задний проход. Ну что же, это решающий аргумент. Пожалуй, кое-кому стоит преподать неплохой урок. К тому же блондин двинулся со своей спутницей вперед, а следовательно, мне надлежит поторопиться, иначе я упущу его.
   -- Ты очень красивая, -- проникновенным тоном шепнул мне мерзавец и потянулся было убрать с моего лица прядь волос.
   -- А ты урод полный и гадкий извращенец, -- кокетливо шепнула я в ответ.
   Улыбка медленно угасала на губах мужчины, пока до его сознания доходил смысл моего высказывания.
   -- Сам себя в зад отымей, -- посоветовала я.
   После чего, не давая типу опомниться, я ткнула кулаком ему ниже пояса, позволив себе частичную трансформацию. Мою руку окутало призрачное голубоватое сияние, и кошачья лапа без проблем располосовала плотную ткань штанов. Я ощутила, как мои когти погрузились в живую плоть. О, я знала, куда бить. Теперь у этой сволочи будут огромные проблемы с потенцией. Я очень удивлюсь, если окажется, что его член когда-нибудь и на кого-нибудь встанет.
   Через мгновение я уже скрылась в толпе, бросив напоследок насмешливый взгляд на раненого.
   Он еще стоял на ногах, прижимая обе руки к паху. И между его пальцев медленно сочилась багрово-черная кровь.
   Еще через пару секунд я услышала его крик -- хриплый, наполненный страданием и болью. Негромко рассмеялась, не испытывая ни малейшего сочувствия к кастрированному уроду.
   Как иногда бывают причудливы повороты судьбы! Он мечтал поглумиться над юной наивной девицей, а в итоге до окончания дней своих будет обречен помнить, что у самой невинной и беззащитной на вид жертвы могут оказаться острые клыки и когти.
   Вкус триумфа оказался настолько сладким, что я не сразу увидела темноволосого мужчину, вынырнувшего из толпы мне наперерез. Заметила его лишь в тот момент, когда столкновение казалось неизбежным.
   Но я все-таки умудрилась увернуться. Так резко затормозила, что едва не сломала каблуки на туфлях. На какой-то миг наши руки слегка соприкоснулись. И меня словно молнией ударило.
   О, передо мной был зверь совершенно иного порядка, чем тот блондин. Опаснее многократно. От него веяло такой властностью, что я едва не развернулась и не ударилась постыдно в бега тут же, не дожидаясь его первых слов.
   -- Простите, я едва не сбил вас с ног, -- без малейшего сожаления в голосе произнес брюнет. -- Задумался, должно быть.
   -- Ничего страшного, бывает, -- вежливо уведомила я и попятилась.
   Нет, не нравится он мне. Совершенно определенно -- не нравится. Но стоит отдать ему должное: красив просто-таки до неприличия. Глаза настолько удивительного фиалкового оттенка, что хочется смотреть и смотреть в них вечно.
   Я удивленно моргнула, осознав, что почти минуту глазею на него и молчу.
   Крики за спиной между тем нарастали. К стонам мерзавца, к которому я не испытывала ни малейшего сочувствия, присоединился возмущенный гвалт сопереживающих.
   Незнакомец перевел взгляд за мою спину. Изумленно вскинул бровь, неуловимо напомнив этим движением блондина.
   -- Интересно, что там случилось, -- без намека на вопрос сказал он.
   -- Карманники, -- пробурчала я. -- Наверняка кого-нибудь ограбили среди белого дня. Простите, я спешу.
   И сделала шаг в сторону, намереваясь обогнуть привязчивого мужчину и как можно быстрее удалиться.
   Теперь я не думала о блондине. Демоны с ним! Самым моим горячим желанием было немедленно скрыться. Убежать, затеряться в большом городе. Потому что я понимала: от этого мужчины лучше держаться как можно дальше. Как хищник он многократно превосходит меня. Не стоит с таким связываться. Он уничтожит меня, не моргнув и глазом.
   К моему удивлению, мужчина не стал меня останавливать. Лишь склонил голову, словно безмолвно прощаясь. И я поторопилась прочь, радуясь, что настолько легко отделалась. Словно сама смерть прошла совсем рядом от меня, легонько коснувшись краем своего угольно черного одеяния. В ноздрях засвербело от приторно сладкого аромата погребальных свечей, поставленных за мой помин.
   -- Надеюсь, до скорой встречи, -- вдруг услышала я обращенное ко мне вслед.
   Едва не споткнулась от столь недвусмысленного предупреждения. И ринулась прочь чуть ли не бегом.
   О нет, мой загадочный случайный встречный. Мы больше не столкнемся на улицах Гроштера. Уж поверь, я приложу к этому все мыслимые усилия.
  

***

   Улицы Гроштера медленно заливала тьма. Сумрак начал свое наступление неспешно. Сперва он таился в густых чернильных тенях, отбрасываемых домами. Затем начал неторопливо расползаться по сточным канавам, густея на глазах.
   Я сидела на крыше постоялого двора, где сняла на пару дней уголок в тесной коморке, и блаженно жмурилась, наслаждаясь этим зрелищем.
   О, как я любила этот миг, когда дневной свет окончательно уступал напору вечерней мглы! Едва только огромный ярко-алый шар солнца скрывался за горизонтом, по миру начинала победоносное шествие тьма. Лишь изредка ее разбавляли желтые пятна зажегшихся магических фонарей.
   Я закрыла глаза. Прислушалась к гулу толпы, текущей далеко подо мной подобно реке.
   Все мои чувства молили о превращении. Хотелось скинуть надоевшую шкуру человека и устроить безумную гонку по крышам домов. Мчаться так долго и так быстро, что моя тень сошла бы с ума, пытаясь успеть за мной. А затем я бы долго нежилась в лунном свете, позволив ночному светиле навсегда запечатлеться на самом дне моих вертикальных зрачков.
   Но нет, пока рано. На улице слишком светло. Кто-нибудь может поднять голову и заметить огромную тень, бесшумно резвящуюся на фоне звездного неба. Поэтому я подожду. Кошки терпеливы. Особенно когда им предстоит настолько важная охота.
   Наконец, ночь окончательно опустилась на город. И в тот же миг я встала. Небрежно скинула платье и зябко повела обнаженными плечами. Скоро осень. Днем это еще не чувствуется, но под вечер холодный ветер напоминает, что пройдет всего пара-тройка недель -- как зарядят нудные мелкие дожди октября.
   Свое платье я предусмотрительно придавила обломком камня. Увы, у меня не настолько много денег, чтобы раскидываться нарядами. А терпеть ради очередной красивой тряпки пыхтение какого-нибудь старого толстого мерзавца совсем не хочется.
   Никто не из прогуливающихся не заметил, как с крыши дома соскользнула серая кошачья тень. И я отправилась на разведку, ловко перепрыгивая освещенные места.
   Я хотела найти блондина, которого увидела сегодня утром. Я понимала, что мы с ним одной породы. Его глаза были слишком зелеными, чтобы принадлежать человеку. А значит, он оптимально подходит для моей задумки.
   Несколько часов я бесцельно нарезала круги по городу в безуспешных поисках знакомого аромата. Улицы Гроштера пустели. Поздние прохожие расползались по домам. Один за одним гасли вывески многочисленных забегаловок и баров.
   Я беззвучно скользила мимо подгулявших компаний. Слышала пьяный смех и бестолковые разговоры из серии "ты меня уважаешь". Один раз прошмыгнула мимо парочки в темной подворотне, которая, судя по недвусмысленным влажным звукам, коротала время за весьма приятным занятием.
   Мне нравилось все это. Казалось, будто я слилась с мраком, невидимая и неслышимая для остальных. Весь этот гомон и шум звучали для меня самой сладкой музыкой ночных улиц.
   Очередной порыв ветра взъерошил мою короткую шерсть. Я насторожилась, уловив знакомые нотки в воздухе. Блондин. Я чую его. Он где-то рядом.
   Запах был настолько неуловимым, что на какой-то миг я засомневалась, сумею ли взять след. Но ветер подул снова, и я уверенно свернула на север. Стремительно помчалась по мостовой, привычно ныряя из одной угольно черной тени в другую.
   Аромат хищника становился все отчетливее, доказывая тем самым, что я на верном пути. Он вел меня мимо заснувших до утра домов добропорядочных горожан прочь из столицы. Вскоре я миновала городские ворота, закрытые в ночное время. Там скучало несколько стражников, но мне не составило особого труда перемахнуть через ограду.
   Вскоре моим глазам предстал замок, который возвышался на пологом холме. Наверняка оттуда открывался отличный вид на улицы Гроштера. И запах блондина вел именно к высоким и неприступным на вид воротам.
   А вот теперь я заволновалась. Пожалуй, все-таки не стоит соваться туда наобум, прежде не разведав все хорошенько. Излишняя самоуверенность погубила не одну кошку. Тем более из ума никак не шел тот самоуверенный незнакомец с глазами насыщенного фиалкового цвета. Чутье подсказывало мне, что он каким-то образом связан с блондином, которого я выбрала для своих целей. Если это так, то я рискую угодить в большую беду.
   Я нерешительно переступила лапами. Широкая песчаная дорога вилась передо мной, плавными кругами убегая к замку на холме. Казалось, что под луной она светится собственным призрачным светом. Так и хотелось побежать по ней, едва касаясь подушечками лап и следуя за манящим запахом полного сил самца, который подарит мне требуемое.
   Внезапно моего слуха коснулся одинокий тоскливый вой. Он прозвучал настолько близко, что я подпрыгнула от неожиданности, развернувшись к источнику звука уже в прыжке.
   На расстоянии в несколько шагов от меня стоял волк. Огромный, с белоснежной длинной шерстью и ярко-алыми глазами.
   Испугало меня даже не появление хищника. Меня потрясло то, что я не слышала его приближения. Немыслимо! Я, осторожная кошка, ушки которой всегда на макушке, позволила дикому зверю подобраться непозволительно близко ко мне.
   А еще через мгновение волк кинулся на меня.
   Я совсем по-человечески взвизгнула. Трусливо поджала хвост и рванула бежать, от усердия загребая задними лапами далеко впереди.
   Я слышала за спиной тяжелое дыхание волка. Он был настолько рядом, что шерсть на моем загривке стояла дыбом. Каждый миг я ожидала почувствовать, как на моем хребте сжимаются стальные челюсти. Такая зверюга перекусит мне позвоночник с одного укуса. Или разорвет ударом лапы горло, оставив меня на земле захлебываться собственной кровью.
   Поразительно, я никогда не думала, что попаду в такую историю! И где! В самом центре Лейтона, рядом от многолюдной столицы. Вот ведь не повезло!
   Охваченная ужасом, я не сразу поняла, что волк гонит меня по дороге прямо к воротам замка, по непонятным причинам распахнутым настежь в столь поздний час. А когда осознала это -- было уже поздно сворачивать.
   Задыхаясь от долгого бега, я ворвалась в широкий пустынный двор. Заполошно заметалась по нему, силясь найти лазейку между плотными толстыми прутьями решетки.
   -- Добро пожаловать!
   Громкое приветствие заставило меня замереть на месте. Я неверяще посмотрела на высокое каменное крыльцо, откуда раздался голос.
   С тихим шелестом в воздух взметнулся магический шар, осветив уже знакомую мне фигуру. Отблески яркого пламени заиграли в глубине изумрудных глаз блондина, который широко улыбался, глядя на меня.
   Я обернулась к воротам, надеясь, что волк поспешил убраться прочь, напуганный светом. Хищные звери не любят колдовства. И тем более не выносят огня. Если мой преследователь сбежал, то у меня есть шанс. Сейчас я не готова к этой встречи.
   "И вообще, пожалуй, это было дурной идеей, -- промелькнуло в голове. -- Мне стоит поскорее покинуть в Гроштер, пока все не зашло слишком далеко".
   Но волк стоял там. Стоял так, что я не смогла бы убежать, каким-либо образом избежав столкновения с ним. Увы, я не сомневалась, что он не позволит мне сделать этого. Если не убьет, то наверняка задаст хорошую трепку. Полагаю, блондин отлично выдрессировал его.
   Неожиданно мужчина расхохотался. От его искреннего громкого смеха мне стало окончательно не по себе. Спрашивается, чему он так радуется?
   Впрочем, приступ непонятного веселья не продлился долго. Почти сразу блондин усилием воли успокоился и посмотрел на меня уже серьезно.
   -- Прелестная незнакомка, предлагаю вам сегодня быть гостьей в этом замке, -- торжественно провозгласил он. Лукаво усмехнулся, добавив: -- Только не пытайтесь сбежать! Все равно не получится.
   Я мрачно покосилась на невозмутимого волка, замершего в проеме ворот. О да, от такого чудовища не скроешься. Интересно, а какие еще звери охраняют замок? Но самое главное -- как этому блондину удалось их приручить?
   -- Сегодня ты получишь ответы на все свои вопросы, -- пообещал блондин, легко отказавшись от излишней официальности в обращении.
   Удивительно, но от недавнего господина, павшего жертвой моей когтистой лапы, подобная фамильярность звучала обидно, если не сказать больше -- оскорбительно. Однако из уст блондина обращение на "ты" вышло настолько естественным, как будто он просто не умел разговаривать иначе.
   Но, тем не менее, я не торопилась принять это приглашение. Слишком бескомпромиссным оно было. А мне не по нраву, когда меня принуждают что-либо сделать.
   -- Обещаю, что тебе ничего не грозит, -- добавил блондин, словно уловив мои сомнения. -- В этом замке свято чтут законы гостеприимства.
   Я уныло вздохнула. В любом случае, боюсь, особого выбора у меня нет. В самом деле, не драться ведь с волком. Такого противника мне не одолеть.
   И я неохотно потрусила по направлению к крыльцу, опустив хвост в знак своего поражения.
   За спиной раздался негромкий шорох. Я обернулась и с невольным удивлением отметила, что волк последовал за мной. Неужели ему позволено входить в замок?
   Блондин молча посторонился, пропуская нас обоих в просторный холл. Прищелкнул пальцами, и под потолком заплясало несколько пробужденных от спячки магических искр.
   Я недовольно зажмурилась, спасаясь от слишком резкой перемены освещения. А когда открыла глаза -- то увидела хмурую женщину средних лет в некрасиво сидящем на ее мужеподобной фигуре сером платье служанки.
   -- Хольгон проводит тебя в комнату, где ты сможешь привести себя в порядок, -- пояснил блондин. -- Полагаю, разговаривать с тобой будет удобнее, когда ты примешь человеческий облик.
   Я поджала уши. Ишь какой предусмотрительный!
   Эх, и почему меня не оставляет чувство, будто я угодила в заботливо расставленную ловушку?
  

***

   Все то время, что служанка вела меня по длинным запутанным переходам замка, она не проронила и слова. Промолчала она и тогда, когда я перекинулась прямо при ней. Ничем не выказала своего удивления, словно подобное было для нее в порядке вещей. Просто продолжала внимательно смотреть на меня, как будто опасалась, что я нападу на нее, стоит лишь отвести взгляд.
   Кстати, это было разумной идеей. Полагаю, мне бы ничего не стоило оглушить женщину, после чего рвануть прочь. Но почти сразу я отказалась от этой мысли. Нет, не стоит. Блондин обещал мне, что мы просто побеседуем. Попробую поверить ему на слово. Обострить ситуацию я всегда успею. Хотя неприятно осознавать, что из охотницы я превратилась в предмет охоты. Как-то не так я представляла себе окончание этого вечера.
   Я зябко передернула обнаженными плечами. Подошла к креслу, на котором было разложено несколько платьев.
   Надо же, они все моего размера. Такое чувство, будто в замке загодя приготовились к моему визиту. Неужели одна мимолетная встреча заставила блондина насторожиться? Хм-м... Это даже обидно. Получается, я сильно недооценила его как противника.
   Я задумчиво провела рукой по мягкому вороху тканей. Н-да, платья тут были на любой вкус и выбор. Ярко-алый скользкий шелк откровенного вечернего наряда с недопустимо глубоким декольте и нескромным вырезом на подоле, доходящим до середины бедра. Мешкообразное нечто, скрывающее фигуру подобно монашескому рубищу. И черное бархатное платье, чей строгий фасон слегка оживлял белый кружевной воротничок.
   Признаюсь честно, первым моим порывом было надеть красный наряд. Он наверняка выгодно подчеркнет мою грудь и крутой изгиб бедер. Что скрывать очевидное, я не стеснялась выглядеть вызывающе. Напротив, любила привлекать мужское внимание. Мне нравились комплименты, я обожала купаться в восхищенных взглядах. Но куда больше меня забавляло то, как вытягивались женские лица при моем появлении, а от завистливого злого шепота за спиной я чувствовала себя по-настоящему счастливой.
   Но после недолгого колебания мой выбор все-таки пал на черное платье. Пока я не представляю, что ожидать от блондина. Поэтому лучше не высовываться. Буду не кошкой, а серой неприметной мышкой.
   К моему величайшему удивлению, даже туфли сели прямо по ноге. Н-да, поневоле восхитишься глазомером блондина. Один взгляд -- и он знает о моей фигуре больше, чем мой муж, с которым мы прожили больше пяти лет под одной крышей.
   -- Идемте, -- в этот момент негромко произнесла служанка, видимо, решив, что мои сборы завершены.
   Я вздрогнула и опасливо покосилась на нее. Надо же, не немая!
   -- Я думала, вам вообще язык вырвали, чтобы не болтали попусту, -- прямолинейно брякнула я.
   Хольгон вскинула брови. Покачала головой.
   -- Если живешь в этом доме, то быстро привыкаешь не привлекать к себе ненужного внимания хозяев, -- так же тихо заметила она.
   Все любопытственнее и любопытственнее, как говорится. Прямо даже боязно стало. Интересно, о чем мы будем разговаривать с блондином.
   Я кинула последний взгляд в зеркало, проверяя, все ли в порядке. Из отражения мне высокомерно улыбнулась высокая стройная девушка с густыми каштановыми волосами и темно-карими глазами. Да, я знала о своей красоте. И в сложных ситуациях не гнушалась прибегнуть к женским чарам. Посмотрим, сумею ли я обворожить блондина.
   Служанка взмахнула рукой, предлагая мне следовать за ней. И мы отправились в новый путь по пустынному замку.
   На сей раз идти пришлось не так долго. Несколько поворотов -- и Хольгон остановилась перед очередными дверьми. Легонько стукнула в них и, не дожидаясь ответа, сразу же распахнула передо мной. Но сама входить не стала, лишь сделала шаг в сторону, пропуская меня.
   Я набрала полную грудь воздуха и зачем-то задержала дыхание, как будто перед прыжком в ледяную воду. Оглянулась на пустой коридор, извивающийся за моей спиной. Опять промелькнула мысль сбежать. Гибким кошачьим телом выскользнуть из этого платья и рвануть прочь, не дожидаясь строгого окрика за спиной.
   -- Добрый вечер, Илария, -- неожиданно прозвучал звучный приятный мужской голос.
   Нет, он принадлежал не блондину. Но куда сильнее меня удивило то, что говорящий назвал мое имя.
   -- Если быть совсем точным, то я рад приветствовать у себя в гостях виру Иларию Асшени, -- с насмешкой продолжил тот, кого я пока не видела.
   Я скрипнула зубами. Он знает не только мое имя, но и фамилию! Но как? Откуда?
   Впрочем, сдается, есть у меня одно объяснение подобной пугающей осведомленности. Однако если я права, то бежать бессмысленно. Меня все равно найдут.
   Я медленно вошла в зал.
   В отличие от ярко освещенного коридора тут царил приятный полумрак. В камине горело иллюзорное заклинание огня, и на стенах танцевали оранжевые отблески ненастоящего пламени. Углы просторного помещения скрывались во мраке.
   Я прикрыла глаза, позволяя себе частичную трансформацию. Кошачье зрение будет в данных условиях уместнее. Затем опять огляделась по сторонам.
   Тьма послушно посерела и отодвинулась. Я увидела, что чуть дальше от круга света, отбрасываемого камином, стоит кресло, в котором сидит уже знакомый мне блондин. Он лениво откинулся на спинку и словно дремал. Правда, при этом в руках держал полный бокал вина.
   Но в комнате был еще кто-то. Тот, кто приветствовал меня чуть ранее. Где же он?
   Я изумленно моргнула и вновь обежала взглядом комнату. Слегка расслабилась, заметив мужскую фигуру у окна.
   Почти неразличимый за непроницаемой пеленой мрака, незнакомец стоял спиной ко мне и словно любовался на далекие улицы Гроштера, видимые с его места.
   С негромким скрежетом дверь за моей спиной захлопнулась. Это Хольгон поторопилась удалиться, оставив меня наедине с загадочными хозяевами замка.
   В этот же миг мужчина обернулся. Неторопливо сложил на груди руки и подарил мне легкую чарующую улыбку.
   Я видела его прежде. Именно с ним мы едва не столкнулись сегодня днем. Именно его рука легонько прикоснулась к моей, от чего сердце чуть не выпрыгнуло через горло.
   Я гулко сглотнула ставшую вязкой от волнения слюну. Посмотрела на блондина, опять перевела взгляд на мужчину около окна. Получается, они каким-то образом связаны между собой? Потому что таких совпадений просто не бывает!
   -- Мы братья, -- любезно уведомил меня блондин, не открывая глаз. -- Меня зовут Фелан. А там стоит Норберг.
   Братья, стало быть...
   Я удивленно качнула головой. Надо же, а ведь совершенно не похожи друг на друга.
   -- У нас были разные матери, -- опять ответил на мой невысказанный вопрос блондин. Устало вздохнул и наконец-то удостоил меня кратким взглядом.
   В полумраке его глаза горели раскаленными зелеными углями, выдавая кошачью натуру. Нет, мой нюх меня не подвел. Передо мной мой собрат.
   А еще мне очень не нравилась та легкость, с которой блондин читал мои мысли. Получается, мой ментальный дар не столь уж уникален, как мне представлялось ранее. Интересно, а что будет, если я попробую заглянуть в голову блондина?
   -- Попробуй, -- лениво согласился тот и с явным удовольствием отпил немного вина, после чего поставил бокал на пол рядом с креслом.
   Я сосредоточилась. Сжала кулаки, собираясь с силами. И тут же с приглушенным вскриком схватилась за виски.
   Казалось, будто мне в глазницы вонзили раскаленные пруты. Правда, приступ боли тут же прошел, оставив после себя лишь легкое чувство тяжести в затылке.
   -- Ну что же, для самоучки неплохо, -- внезапно подал голос брюнет.
   Неспешно подошел ближе, остановившись за креслом, в котором сидел его брат.
   Я с невольным смущением опустила голову под его тяжелым испытующим взглядом.
   -- Полагаю, вы поняли, что в дальнейшем лучше отказаться от подобных экспериментов, -- предупредил Норберг.
   Я мысленно отметила, что, в отличие от брата, он предпочитает подчеркнутую вежливость в общении. Странно. Чутье подсказывало мне, что в этой паре он играет ведущую роль.
   -- Могли бы сказать это словами, -- пробурчала я и вновь потерла виски.
   -- Любые предупреждения -- ничто перед наглядной демонстрацией. -- Норберг пожал плечами и едва заметно усмехнулся. -- Недаром говорят, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
   Я промолчала, не найдя, чем можно возразить на это в высшей степени справедливое замечание.
   -- Зачем вы искалечили виера Ашера? -- спросил он, продолжая разглядывать меня с доброжелательным интересом.
   Я нахмурилась, не сразу сообразив, о ком идет речь. Виер Ашер? Кто это?
   -- Тот самый бедняга, чье причинное место вы сегодня так знатно исполосовали, -- терпеливо пояснил он. Добавил после краткой паузы: -- Кстати, вы, должно быть, не в курсе, что сей славный господин является примерным отцом семейства и много времени и денег тратит на благотворительность. К примеру, является одним из попечителей сиротского приюта.
   -- Бедные детишки! -- невольно вырвалось у меня.
   К моему удивлению, Норберг негромко рассмеялся, как будто позабавленный моей реакцией.
   -- Не переживайте, особых бед он не успел натворить, -- успокоил он меня. -- Но в некотором смысле я даже рад, что теперь мне не придется вмешиваться. Вы избавили меня от этой головной боли.
   -- Не стоит благодарностей, -- в тон ему ответила я. -- Не люблю насильников. Этот урод еще легко отделался.
   И Норберг опять благодушно улыбнулся мне.
   Я немного осмелела. Ну что же, пока встреча проходит достаточно мило и доброжелательно. Пожалуй, зря я так тревожилась.
   -- Почему ты выслеживала меня? -- вступил в беседу блондин.
   А вот сейчас мы подходим к самой сути. Боюсь, теперь разговор станет напряженнее.
   -- Присаживайтесь, -- мягко предложил мне Норберг и кивком указал на кресло, стоявшее напротив. С намеком обронил: -- Долгие беседы лучше вести не на ногах.
   Я не стала отказываться. Медленно подошла к креслу, мучительно пытаясь сообразить, как же начать свое объяснение. Мою просьбу нельзя назвать обычной. После чего столь же неторопливо опустилась на предложенное место. Закинула ногу на ногу, позволив ткани красиво обрисовать мои бедра. Пусть любуются, мне не жалко.
   Я заметила, каким жадным блеском сверкнули глаза блондина. Он, ни капли не стесняясь, с нескрываемым удовольствием осмотрел меня с ног до головы. Что же, его реакция радует меня. Пожалуй, мне не составит особого труда добиться выполнения моей цели.
   Ни Фелан, ни Норберг не торопили меня. Блондин вновь поднял свой бокал. Взглянул на меня через переливы алого. Его брат неслышно отошел к столику с напитками и щедро плеснул в один из хрустальных фужеров вина, после чего преподнес его мне.
   Я не стала отказываться от напитка. Пожалуй, в самом деле не помешает смочить горло. Тем более после той изнурительной погони, что устроил мне волк.
   Наши пальцы слегка соприкоснулись, когда я приняла бокал. И в этот момент я совершенно отчетливо увидела себя со стороны. Но не в человеческом обличье, а в серой шкуре лесной дикой кошки. Я стояла на дороге, и мои глаза испуганно сверкали, отражая лунный свет.
   -- Это были вы... -- пораженно выдохнула я. -- Тот волк.. Это же были вы!..
   Об улыбку Норберга, наверное, можно было порезаться. Он чуть склонил голову, соглашаясь с моими словами, и выпрямился.
   Я неуютно поежилась. Опять нахлынуло чувство опасности, которую я ощутила сегодня в городе при якобы случайном столкновении. Нет, данный орешек не для моих клыков. Я не сомневалась, что при желании этот мужчина уничтожит меня, не моргнув и глазом. Вполне вероятно, продолжит при этом миролюбиво улыбаться и не изменит своей вежливости.
   -- Ну, пока мне вас не за что убивать, -- заметил Норберг. -- Поверьте, Илария, я крайне рациональный человек и ничего не делаю без особой на то причины.
   -- Хотелось бы верить, -- пробурчала я.
   Норберг ничего не ответил. Он отступил на пару шагов, и я с нескрываемым облегчением перевела дыхание. Что скрывать очевидное, близость этого человека... нервировала. Все мое звериное чутье кричало о необходимости держаться подальше от него. С таким противником мне не справиться при всем желании.
   -- А теперь мы с нетерпением ждем ответа на заданный вопрос, -- напомнил он. -- Зачем вы вздумали устроить охоту на моего брата?
   -- Он, как и я, кошачьей породы, -- проговорила я, пожав плечами.
   -- Предположим, -- согласился Норберг. -- Дикая лесная кошка и снежный барс, действительно, в некотором роде родственники.
   Снежный барс?
   Я мысленно присвистнула. Ого! Пожалуй, я предпочла бы кого-нибудь попроще. Рысь там, к примеру. Или камышового кота. Снежный барс -- это немного не то, на что я рассчитывала.
   Норберг выжидающе кашлянул и многозначительно изогнул бровь, явно намекая на то, что его терпение подходит к концу.
   -- Мне нужен котенок, -- честно сказала я. -- И я планировала соблазнить вашего брата и забеременеть от него.
   Блондин как раз в очередной раз пригубил бокал. Но от моего откровенного заявления подавился и закашлялся, едва не заляпав брызгами светлую шелковую рубашку.
   В глубине фиалковых глаз Норберга запрыгали веселые искорки. Он торопливо опустил голову, пряча лицо в тени, но я услышала предательский смешок, сорвавшийся с его губ.
   -- Тебе нужен котенок? -- немного успокоившись, переспросил Фелан. -- А при чем тут я? Кстати, смею заметить, что я женат.
   Я вспомнила беременную девицу, которую он бережно вел под руку. Получается, это была его жена? Очень любопытно, чем такая блеклая особа заинтересовала снежного барса.
   -- Ну и что? -- Я с демонстративным равнодушием пожала плечами. -- Раз уж на то пошло, то я тоже замужем.
   Блондин с сомнением посмотрел на бокал вина, который держал в руках, и решительно отставил его в сторону, видимо, опасаясь вновь подавиться.
   -- Позвольте осведомиться, где же в таком случае ваш муж, -- подал голос Норберг. -- Неужели он каким-либо образом обидел вас, и его постигла незавидная судьба виера Ашера?
   -- Нет, что вы! -- Я замотала головой. -- Вэйд -- прекрасный человек. Добрый и очень отзывчивый.
   -- Но вы, тем не менее, собираетесь изменить ему, -- насмешливо сказал Норберг.
   -- Вэйд -- человек, -- с горьким вздохом проговорила я.
   -- И что? -- Норберг задумчиво потер подбородок, после чего тоже опустился в кресло, стоявшее рядом с креслом его брата.
   -- Как -- что? -- Я возмущенно всплеснула руками, удивленная, что надлежит пояснять настолько очевидные вещи. -- Да, наш ребенок унаследует мой второй облик. Просто за неимением выбора. Но кровь оборотня слабеет, будучи разбавленной человеческой.
   Норберг и Фелан переглянулись. Судя по тому, что никто из них не потребовал дальнейших уточнений, оба прекрасно поняли смысл моих слов.
   Да, я могла родить ребенка от Вэйда. Более того, я собиралась это сделать. Но я хотела, чтобы мой первенец был чистокровным оборотнем. Увы, сама я не могла похвастаться столь же безупречным происхождением. Мой отец являлся человеком. Поэтому у матери, великолепной тигрицы, родилась лесная кошка. Мелкая и не представляющая особой опасности. Ну, то есть, в поединке с обычным человеком я бы вышла победителем. Но если мне будет противостоять опытный маг или тот же барс -- то тут бы лапы унести вовремя, как говорится.
   Все мое детство было отравлено ядом этих раздумий. Мать никогда и ни в чем не упрекала меня, но я видела сожаление, мерцающее на самом дне ее янтарно-желтых глаз. Она ненавидела, когда я перекидывалась при ней в кошку. О совместной охоте, естественно, и речи не могло идти. Я потратила не один год, пытаясь доказать ей, что ни в чем не виновата, пока не поняла всю тщетность этих усилий. Своему ребенку я не желала подобной участи. Родители должны гордиться своими детьми, а не стыдиться их.
   Кстати, интересно, а жена Фелана кошачьей породы? Я практически уверена в том, что нет. Я не почувствовала от нее звериного запаха.
   -- Это будет взаимовыгодная сделка, -- вкрадчиво проговорила я, желая проверить свое предположение и глядя прямо на Фелана. -- Или вам не нужен ребенок, рожденный от той, кто одной с вами породы?
   -- Зачем мне ребенок, который будет жить вдали от меня? -- вопросом на вопрос ответил Фелан. -- Своих котят я предпочитаю воспитывать сам.
   Это возражение застало меня врасплох. Как-то странно для созданий нашей породы. Коты обычно редко обращают внимание на свое потомство. Тем более барсы. Эти не стайные животные, как, к примеру, львы или совсем уж экзотические гепарды. Снежные барсы -- суть одиночки. Странно слышать из уст блондина подобные слова.
   -- Можешь считать меня нетипичным барсом, -- раздраженно фыркнул тот.
   В его голосе при этом зазвенела настоящая обида. Надо же, а его действительно всерьез задели мои слова. Интересно, что именно ему настолько не понравилось? Мои размышления о повадках барса или же напоминание о том, что его дети родятся слабее, чем могли бы быть, выбери он себе достойную пару?
   Блондин внезапно вскочил на ноги. Его движение вышло настолько порывистым и резким, что массивное тяжелое кресло едва не опрокинулось, лишь каким-то чудом в последний момент устояв на ножках. А Фелан покачнулся по направлению ко мне, весьма недвусмысленно сжав кулаки.
   Ой. Ой-ой-ой! И я испуганно втянула голову в плечи. Как, однако, задели его мои рассуждения! Чую, полетят сейчас клочки по закоулочкам.
   -- Фелан.
   Нет, Норберг не закричал. Он вообще не повысил тона. Но имя, произнесенное им, разрезало воздух словно удар хлыста.
   И Фелан остановился. Со стороны казалось, будто натянулся невидимый поводок, который чуть ли не отбросил его назад.
   Да, я была права. В этой паре Норберг точно главный. Забавно, что два брата имеют настолько разные вторые ипостаси.
   -- Жизнь вообще удивительная штука, -- сухо сказал Норберг, в очередной раз невежливо подслушав мои мысли.
   В зале после этого воцарилась напряженная тишина, нарушаемая лишь негромким потрескиванием иллюзорного заклинания.
   Блондин не стал садиться в кресло. Теперь он отошел к окну и замер около него, уставившись невидящим взглядом на спящие улицы Гроштера.
   Норберг беззвучно барабанил подушечками пальцев по подлокотнику. Он смотрел поверх меня, но я не сомневалась, что мужчина сейчас занят обдумыванием моего предложения.
   Я досадливо поморщилась и пригубила предложенное вино, о котором совсем забыла. Не понимаю, чем вызвана такая бурная реакция на мою просьбу. Я не требую ничего выполнимого. Одна ночь. Всего одна ночь. Именно сегодня оптимальное время для зачатия. Я несколько раз проверила свои расчеты. А после этого мы вернемся каждый в свою семью. Я -- к нелюбимому, но верному и заботливому мужу, который верит каждому моему слову. Фелан -- к любимой супруге, которая всего лишь человек. Если он захочет увидеть своего котенка, то я не буду препятствовать. Пусть. Если, конечно, он сумеет найти меня. Как любая лесная кошка, я умею хорошо прятаться. Но об этом лучше подумать позже, когда я буду уверена, что никто не прочитает мои мысли.
   -- Илария, Хольгон проводит вас в комнату, -- внезапно проговорил Норберг, словно наконец-таки приняв какое-то решение. -- Время позднее. Будет лучше, если вы проведете эту ночь здесь. А утром отправляйтесь к мужу. Мой брат не заинтересован в вашем предложении.
   Я досадливо цокнула, одним глотком осушила бокал и встала.
   Не заинтересован он, видите ли. Ну и демоны с ним. Унижаться и упрашивать я не намерена. Поищу кого-нибудь другого кошачьей породы.
   И, фыркнув, я удалилась прочь.
  

***

   Признаюсь честно, первым моим порывом было немедленно покинуть замок. Но еще раз взглянув на комнату, куда меня привела Хольгон, я отказалась от этой мысли. И немало поспособствовала этому роскошная ванная со встроенным огненным заклинанием, благодаря которому из кранов текла горячая вода. Нет, вы представляете -- самая настоящая горячая вода, которую прежде не надо было греть самостоятельно! В том постоялом дворе, где я сняла себе койку на ночь, о подобном можно было только мечтать. Из всех удобств там присутствовали лишь ночной горшок да умывальник с кувшином. И это мне надлежало разделить с тремя соседками по тесной коморке.
   Поэтому я здраво рассудила, что ничего не потеряю, если задержусь в замке на несколько часов. По крайней мере, здесь я высплюсь на огромной и мягкой кровати, застеленной свежим постельным бельем, а не буду вынуждена слушать целую ночь чей-нибудь храп, отлеживая себе бока на провонявшем сыростью матрасе.
   Наплескавшись в ванной вдоволь, я долго втирала в кожу бальзам с тонким ароматом цветов. Затем до блеска расчесала себе волосы и залезла под теплое одеяло.
   Обида еще душила меня. Никогда прежде мужчина не отвергал меня так решительно и бесповоротно. Поневоле задумаешься, чем же так хороша жена Фелана, раз он даже не задумался над моим предложением.
   Я думала, что долго не смогу успокоиться, переживая первое в жизни любовное поражение. Но ошибалась. Почти сразу я соскользнула в темное небытие.
   Понятия не имею, сколько времени я проспала. Разбудило меня ощущение чужого присутствия. Ноздри пощекотал запах хищника. Пряный и острый, от которого мое сердце забилось чаще.
   В комнате было еще темно, когда я открыла глаза. Но я знала, что здесь есть кто-то еще. Кто-то лежал со мной рядом, и я чувствовала тепло его кожи.
   Я призвала было на помощь ночное зрение кошки, но мгновением раньше мои глаза вдруг перехлестнула тугая шелковая повязка.
   -- Что происх...
   Договорить я не успела. Губы обжег поцелуй. Долгий и требовательный. И мою грудь накрыли мужские ладони.
   Я позволила себе легкую торжествующую усмешку. И все-таки я оказалась права. Верность не в кошачьей натуре.
   Это была долгая, очень долгая ночь. Тот, кто делил со мной постель, явно знал свое дело. Не раз и не два я оказывалась на вершине блаженства. Но каждый раз мой неведомый мучитель в последний миг отступал, словно наказывая меня за что-то.
   Впрочем, я догадывалась, за что.
   Повязка на глазах рождала во мне сладкое томительное ощущение полной беспомощности. И будила фантазию. Увы, рядом с собой я представляла сейчас отнюдь не блондина, а его брата. Пусть это будет моей крохотной местью за полученный первоначальный отказ.
   Мои ладони скользили по гладким плечам мужчины. Из последних сил я сдерживалась от неукротимого желания выпустить когти и расцарапать их в кровь, выплескивая наслаждение. Впервые в жизни я была рядом не с обычным человеком, которого превосходила бы по всем параметрам. Рядом со мной был зверь совершенно иного порядка. Я знала, что ему ничего не стоит переломить мне хребет одним ударом лапы. Или вцепиться мне клыками в шею и держать так, пока не ослабнет биение крови.
   Хриплый стон вырвался из моего горла, когда мужчина наконец-то вошел в меня. Я обвила ногами его поясницу, приноравливаясь к резким толчкам, которые вбивали меня в смятые, влажные после долгой схватки простыни.
   -- Фела...
   Имя почти сорвалось с моих губ, но мужчина накрыл ладонью мой рот, не дав договорить. Вошел в меня настолько глубоко, что я вскрикнула от боли. Но неприятное ощущение почти сразу сменилось все возрастающим удовольствием, когда он дразняще снизил ритм движений.
   И опять я представила, словно рядом со мной Норберг. Как будто мои пальцы запутались в его густых темных волосах.
   А потом мне стало не до рассуждений, когда мужчина легко перевернул меня на живот. Вставил между моих ног колено, разведя их до предела. И привлек меня к себе, крепко взяв за бедра.
   Полагаю, на некоторое время я потеряла связь с действительностью. Я рычала, хрипела и даже, по-моему, мяукала, раздирая ногтями простынь. Одна рука мужчины лежала на моей груди, играясь с сосками. Другой он ласкал меня спереди, вновь и вновь нанизывая мое тело на свой член.
   Я кончила первой. Дрожь наслаждения еще сотрясала меня, когда я ощутила теплую пульсацию мужского семени. Затем мой неожиданный любовник легонько поцеловал меня в плечо, словно поблагодарив за доставленное удовольствие. И через пару секунд я услышала звук захлопнувшейся двери. Я осталась одна.
   Сразу после этого я сорвала со своих глаз повязку. Удивленно огляделась, гадая, не почудилось ли мне все это.
   Комнату заливал серый предутренний сумрак. Разгромленная постель яснее ясного доказывала, что все было по-настоящему. К тому же моя кожа еще хранила запах чужого тела.
   Нет, я не обижалась на блондина за то, что он поторопился покинуть меня. Самое главное я от него получила. Он выполнил мою просьбу. А значит, и мне не стоит больше оставаться в замке.
  

***

   Норберг стоял около окна в своем кабинете и с легкой улыбкой наблюдал за тем, как по широкой дороге, ведущей в Гроштер, неторопливо трусит серая кошка, слишком крупная для того, чтобы быть обычной домашней.
   На мужчине сейчас были лишь легкие штаны. Обнаженный торс искрился капельками воды после быстрого небрежного умывания.
   -- Братец, это уже вторая девушка, которая сбегает от тебя после совместно проведенной ночи, -- насмешливо заметил Фелан, бесшумно подойдя ближе. -- Почему ты ее не остановил?
   -- Хочешь напугать кошку -- запри ее в клетке, -- спокойно отозвался Норберг. -- Не мне тебе объяснять особенности кошачьей натуры.
   -- Не пожалеешь? -- уже серьезнее спросил Фелан.
   -- Нет. -- Норберг покачал головой. -- Илария -- не Алекса. Не пройдет и года, как она вернется. Обязательно вернется, как только поймет, что носит под сердцем не котенка, а щенка.
   -- Если только она не ошиблась в расчетах. -- Фелан покачал головой. -- Девушкам обычно тяжело даются точные вычисления.
   -- Если Илария ошиблась, то тем более вернется. -- Норберг фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха. -- Пожелает повторить попытку. И я с превеликим удовольствием дарую ей этот шанс.
   -- А если она вздумает найти кого-нибудь другого?
   -- Не вздумает. -- В голосе Норберга прозвучала сталь. -- В любом случае, я поставил на нее метку. Предосторожность не повредит.
   -- Но она замужем, -- заметил блондин. -- Это может стать проблемой.
   -- Не станет, -- усмехнулся Норберг. -- Ее муж уже сегодня вечером отбудет в длительную командировку по рабочим делам. Увы, жену с собой взять он не сможет при всем своем горячем желании. Не думаю, что мне составит особых трудов сделать так, чтобы он сам захотел развода. Случайная встреча, роковая красотка... Впрочем, ты понимаешь, о чем я. А за Иларией приглядит кто-нибудь из моих "ворон". Я всегда буду в курсе ее планов.
   -- Твой выбор меня немного удивляет. -- Фелан в свою очередь посмотрел в ту сторону, где только самый острый взгляд мог еще увидеть крохотную точку бегущего животного. -- Кошка -- не лучшая пара для волка.
   -- Смею тебе напомнить, что ты тоже из кошачьей породы, -- с сарказмом отозвался Норберг. -- А тебя я терплю уже долгие-долгие годы. Чем тяжелее задача -- тем интереснее ее выполнение. Я приручу ее, братец. Уж будь в этом уверен.
   -- Да я даже не сомневался. -- Фелан ободряюще хлопнул Норберга по плечу. Вкрадчиво поинтересовался: -- Значит, Алекса Врейн, в девичестве Гриан, решительно и бесповоротно осталась в прошлом?
   Лицо Норберга на миг омрачилось, будто на солнце набежала тень. Но почти сразу он с усилием улыбнулся.
   -- Даже самому верному волку надоедает верить в чудо, -- чуть слышно ответил он. -- Прошло слишком много лет с нашей последней встречи. Да и та случилась во сне. Что еще, как не ласковое кошачье мурлыканье способно исцелить израненное сердце?
   -- Только не забудь, что у кошек имеются и острые коготки, которые способны изодрать не только тело, но и душу в клочья, -- напомнил Фелан. -- А у этой милашки непростой характер. Вспомни беднягу Ашера, которому отныне придется позабыть о радостях плотской любви.
   Норберг пожал плечами и наконец-таки отвернулся от окна, окончательно потеряв из вида убегающую кошку.
   -- К этой схватке я буду готов, -- твердо проговорил он. -- Для этой кошки у меня найдется поводок.
   - Самое главное, чтобы не вышло наоборот, - прозорливо заметил Фелан.
   Однако Норберг предпочел сделать вид, будто не услышал слова брата.
  

Глава вторая

   Я резко распахнула глаза. Тупо уставилась в окружающую тьму, силясь понять, где я и что со мной.
   Затылок раскалывался от боли. На губах чувствовался солоноватый привкус крови. Я провела по ним языком и скривилась. Разбиты. Такое чувство, будто кто-то хорошенько приложил меня лицом об землю.
   Затем я осознала, что почти не чувствую собственных конечностей. Руки были прикованы высоко над моей головой, щиколотки холодила сталь прочных оков. Я стояла босая на ледяном каменном полу. Вместо одежды - легкая ночная рубашка. Странно, последнее, что я помню - как отправилась спать. Вот я поднимаюсь по лестнице на второй этаж, вот подхожу к кровати. На столике около кровати - мой привычный бокал с горячим вином, которое я предпочитала выпивать для крепкого сна. Но на этот раз я далеко не сразу делаю глоток. Меня тревожит какой-то слабый, почти не уловимый запах. Почему-то не по себе. Но затем я все-таки делаю глоток, убедив себя в том, что нечего опасаться. Я уже пила сегодня из этой бутылки. И ничего страшного не произошло. Вино оседает необычной горечью на кончике языка. А дальше? Что же было дальше?
   Нет, вроде бы, я не допила его. Спину обожгло чувство опасности, я резко развернулась... И все. Сцена утонула в черноте небытия.
   Что же со мной случилось? Ничего не помню!
   Я попыталась призвать на помощь зрение кошки, надеясь, что это поможет мне оценить положение, в которое угодила. И тут же глухо застонала.
   Вокруг головы словно сжался пылающий огненный обруч. Приступ был настолько мучительным, что к горлу подкатил сухой рвотный позыв. Я закашлялась, почти потеряв сознание.
   Но, увы, темное благословенное небытие не торопилось принимать меня в свои ласковые объятия, в которых я сумела бы забыть о страданиях.
   Спустя некоторое время боль схлынула. Нет, она не исчезла полностью, лишь затаилась в глубине глазниц, изредка отдаваясь в плечах, которые ныли из-за жестоко вывернутых рук. Но, по крайней мере, я получила возможность размышлять.
   Итак, я в каком-то темном помещении. Причем не просто связана. Тот, кто пленил меня, использовал особых кандалы - с изрядной примесью серебра и чар. Все это заставляет задуматься о самом худшем.
   Я угодила в лапы охотника за оборотнями.
   Я со свистом втянула в себя воздух. Но где я могла так проколоться? За все время моего пребывания в этом крохотном провинциальном городке под названием Ультаун ни у кого никогда не возникло сомнений в том, что у меня имеется и второй облик. Я вела на редкость правильный образ жизни добропорядочной верной жены помощника мэра. Правда, уже около месяца мой муж отсутствовал, отправившись в длительную командировку для повышения своей квалификации.
   Честно говоря, я понятия не имела, о какой квалификации шла речь. Рабочие обязанности моего супруга были на редкость просты и понятны. По сути он выполнял роль личного секретаря при вире Гордоне Алиенто. Каждое утро Вэйда начиналось с того, что он разбирал почту, отсортировывал личные и служебные послания, готовил чай.
   К слову, последнее занятие являлось чуть ли не основным в служебных занятиях Вэйда. Благо, что в нашем городке никогда и ничего не происходило. Ну, если не считать, что пару раз в год на ближайших фермах пропадало несколько куриц. Но в этом не было ничего удивительного. Лисиц в наших краях всегда хватало.
   И не только лисиц.
   Я невольно улыбнулась, вспомнив последнюю охоту и встревоженное кудахтанье птицы, когда я забралась в сарай. Правда, тут же пожалела об этом. На разбитых губах вновь выступила кровь, своим железным привкусом вернув меня в суровое настоящее.
   Итак, несколько недель назад Вэйд отбыл в столицу. Как объяснял смущенный Гордон, он сам не понял смысла сурового послания, прибывшего королевской почтой. Зачем обычному секретарю обучаться правилам ведения служебной документации? И почему на это занятие отводилось целых полгода? И потом, а что самому Гордону делать эти месяцы? Неужели самому готовить себе чай и отвечать на докучливые письма горожан, которых волновали всякие мелочи вроде сезонного ремонта мостовой?
   Говоря откровенно, мне тоже все это не нравилось. Невольно задумаешься, не связана ли неожиданная командировка Вэйда с моим недавним визитом в Гроштер, о котором никто не догадывался. Мужу свою поездку я объяснила желанием посетить монастырь богини-матери. И он вполне удовлетворился моими словами. Все-таки мы были в браке целых пять лет, но небеса так и не благословили наш союз детьми. Слишком большой срок. Самое время начинать тревожиться. Естественно, я предпочла умолчать о том, что все эти годы принимала особые травы, предохраняющие от зачатия. Мой первенец должен был родиться одной крови со мной.
   Да, моя поездка оказалась на редкость удачной и неудачной одновременно. С одной стороны, я разделила постель с тем, от кого действительно хотела родить. Но с другой... Что-то пошло не так. Или я ошиблась в расчетах, или же, что куда вероятнее, длительное употребление трав оказало свое влияние на организм. По всей видимости, необходимы было куда большее время, чтобы я смогла полностью восстановиться после их приема, и мой организм вернул бы себе возможность зачатия. Неделю назад я поняла, что ночь с Феланом не принесла желаемых результатов. Мое нутро по-прежнему было пусто.
   - Очнулась, красотка?
   Хриплый мужской голос оборвал мои тревожные размышления. С тихим шелестом под низкий сводчатый потолок взмыла магическая искра, и я с приглушенным стоном зажмурилась, когда свет пребольно резанул по глазам.
   - Думала, что хорошо спряталась, тварюга? - продолжил незнакомец. - Думала, что сумеешь всех одурачить? О нет, не на того напала! Я вас, гадов, по запаху отличаю. Мертвечиной от вас несет на милю вокруг.
   Самое удивительное, что голос был мне знаком. Я его явно где-то слышала. Причем не очень давно.
   Желая проверить свое предположение, я осторожно приоткрыла один глаз.
   В паре шагов от меня стоял невысокий кряжистый мужик лет пятидесяти. О да, я его знала. Прямо перед отъездом Вэйда он чинил в нашем доме крышу. Работал тихо, незаметно, никаких вольностей себе не позволял. Поэтому Вэйд даже накинул ему пару монет поверх уговоренной платы.
   Как же его зовут?
   Я напряглась память, силясь припомнить. Промеж себя мы с мужем называли его исключительно рябым - из-за многочисленных заживших оспин на лице. Но, право слово, вряд ли ему понравится, если я воспользуюсь этой кличкой.
   - Дик? - наконец, неуверенно протянула я. - Дик Дайнс. Верно?
   - Агась, красотка.
   Мужик неожиданно запрокинул голову и загоготал, будто я сказала нечто в высшей степени смешное.
   Н-да, и поверишь даже, что этот грубый мужлан в свое время даже глаза на меня опасался поднять и разговаривал исключительно полушепотом.
   Кстати, а не мог он случайно заметить, как я меняю облик?
   Но почти сразу я покачала головой. Нет, не мог. Я никогда не позволяла себе подобного в городе. К тому же тогда я была слишком занята своими переживаниями об интимном приключении, случившемся со мной в городе. Надеялась, что в моем чреве прижился котенок, поэтому не перекидывалась вообще, опасаясь, что это может каким-либо образом повредить зачатому ребенку.
   - Что со это значит, Дик? - Я добавила немного негодования в свой голос. - Почему ты связал меня?
   - Потому что знаю, кто ты. - Мужик хищно оскалился, продемонстрировав черные пеньки гнилых зубов. Презрительно выплюнул в мою сторону: - Ты - ведьма! Самая настоящая ведьма! Плетешь свое черное колдовство и думаешь, будто никто и никогда не призовет тебя к ответу. Так вот, гадина, ты ошиблась. Я раскусил тебя сразу, как увидел. Такие, как ты, всегда наивно хлопают ресничками, а сами при этом не забывают вызывающе крутить попкой, пока дурачок-муж смотрит в другую сторону.
   Я от изумления приоткрыла рот. Что за чушь он несет? Да мне бы в голову не пришлось кокетничать перед ним, даже если бы он остался единственным мужчиной на земле!
   И потом, он назвал меня ведьмой, а не нечистью. Получается, все-таки не догадывается, что за зверя поймал.
   - Простите, но я не совсем понимаю... - начала я.
   - Не понимает она, видите ли! - перебил меня Дик. Презрительно сплюнул прямо на каменный пол. Благо, что тот был настолько грязен, что это не имело никакого значения.
   После чего Дик, заложив большие пальцы рук за широкий кожаный ремень потрепанных рабочих штанов, неторопливо подошел ко мне.
   - Я вашу породу знаю, - прошипел он с ненавистью. - Знаешь, сколько я таких, как ты, на чистую воду вывел? И всегда одно и то же. Сначала клянетесь, что, мол, не понимаете, о чем речь. Но стоит только пару ногтей выдрать с мясом да огнем пяточки поджарить - так сразу по-другому петь начинаете.
   Сказать, что я испугалась в этот момент - значит, не сказать ничего. Я внезапно осознала, что напротив меня стоит самый настоящий безумец. И он, по всей видимости, собирается меня пытать.
   Нет, как оборотень я, конечно, более устойчива к боли. Да и скорость регенерации у меня выше, чем у обычных людей. Но я не хочу, чтобы меня мучили!
   - Но я не понимаю... - опять жалобно забормотала я, надеясь, что вызову хоть толику сочувствия в душе Дика.
   И опять он не дал мне договорить. Но на сей раз не стал обрывать на полуслове, а размахнулся и врезал по щеке.
   Нет, он ударил не кулаком, а раскрытой ладонью. Но вложил в пощечину столько силы, что моя голова бессильно мотнулась.
   Перед глазам все побелело от вспышки боли. В затылке словно что-то взорвалось, и лишь каким-то чудом я не потеряла сознание. В ушах зашумело.
   - У тебя будет достаточно времени, чтобы понять, - с трудом расслышала я насмешливое замечание Дика.
   Затем я почувствовала, как он рванул на моей груди платье, разорвав его чуть ли не до пояса. Ощутила прикосновение его холодных влажных ладоней, и меня затрясло от отвращения.
   Дик бесстыже ощупал мое тело и неприятно гоготнул, явно оставшись довольным от увиденного.
   - О, не переживай, я не сразу возьмусь за клещи и прочие мои игрушки, - заверил меня он. - Сначала мы проведем несколько превеселых ночек вдвоем. А потом я примусь за тебя всерьез. И ты признаешься мне во всех своих прегрешениях.
   В этот раз я мудро промолчала, осознав, что в противном случае рискую вновь получить, но не оплеуху, а хороший такой удар по зубам. Обмякла в оковах, старательно делая вид, будто потеряла все-таки сознание.
   - Слабачка, - презрительно фыркнул Дик. Еще раз грубо облапал меня за грудь и отошел.
   Должно быть, он хотел, чтобы я была в сознании, когда издевательства продолжат.
   Желая проверить свою догадку, я осторожно потянулась к его разуму, силясь проникнуть в чужие мысли.
   Оковы на руках и ногах ощутимо зажгли кожу, реагируя на магию. Но боль, к моему удивлению, оставалась в пределах разумного и терпимого. Впрочем, ничего странного. Ментальное воздействие недаром считается одним из самых незаметных и потому особенно опасных видов колдовского искусства.
   Картинка, которую я увидела в воображении Дика, была настолько отвратительной, что я с трудом сдержалась от приглушенного восклицания. Нет, он и понятия не имел о том, что я имею второй облик. Он просто хотел мною обладать, а потом замучить до смерти. И я была далеко не первой его жертвой. Дик уже много лет колесил по Лейтону. Нанимался на выполнение всяких хозяйственных поручений к какой-нибудь приглянувшейся паре, где муж часто отсутствовал по работе и потому сам не мог привести в порядок дом или сад. За время своей работы изучал привычки и распорядок жизни выбранной жертвы. И в удобный момент нападал, после чего устраивал себе неделю или две омерзительных развлечений.
   Дик был достаточно предусмотрителен и терпелив. Женщин он похищал не сразу, а выжидал некоторое время после окончательного расчета, зачастую имитируя свой отъезд из городка или деревни. Поэтому ни разу еще он не попадал под подозрение.
   Планировал он выбраться сухим из воды и на этот раз. Дик был в курсе, что моего мужа нет в городе. Знал, что близких подруг у меня не имеется. Поэтому рассчитывал, что моего отсутствия хватятся далеко не сразу. А когда поднимут тревогу - он будет уже далеко отсюда. К тому же он планировал хорошенько запрятать мое растерзанное тело. Подумаешь, эка невидаль - молоденькая красивая женщина отправилась во все тяжкие, едва только ее муж уехал. Обычная, в общем-то история. Наверняка сначала решат, будто я сбежала с любовником, а потому и особо усердствовать с поисками не будут.
   Я мысленно всхлипнула от ужаса. Не хочу! Не хочу умирать так глупо и так страшно!
   - Водой тебя, что ли, окатить? - между тем задумчиво пробормотал Дик. - Больно долго ты в отключке. Я бы хотел, чтобы ты дергалась подо мной и пищала, когда я начну.
   Но внезапно он насторожился. Из его мыслей я увидела, что мы сейчас находимся в заброшенном доме семейства Виер. Старики давно умерли, единственный их сын подался в Гроштер, поэтому много лет жилище пустовало. Оно находилось на отшибе от соседей, к тому же тут имелся просторный каменный подвал, который как нельзя лучше подходил для задумки Дика. Я бы могла сорвать себе горло, умоляя о помощи, но никто бы меня не услышал.
   До моего слуха донесся какой-то неясный шум, который и насторожил Дика.
   Увы, это был не человек. Я знала, что на лестницу каким-то чудом залетела ворона, которая сейчас металась среди тесных стен, силясь выбраться наружу.
   - Надо проверить, - пробурчал Дик. Снисходительно потрепал меня по обнаженной груди, добавив: - Не переживай, дорогая, я скоро вернусь. И тогда мы продолжим.
   После чего развернулся и, тяжело ступая, вышел прочь. До моего слуха донесся металлический лязг задвинутого засова.
  

***

   Двумя часами ранее в Гроштере.
  
   Норберг, до сего этого момента спокойно сидевший в расслабленной позе, вдруг насторожился и резко подался вперед.
   Его карета в этот момент неторопливо катила по главной улице Гроштера, ярко освещенной по причине позднего часа магическими фонарями.
   Ноздри мужчины шумно раздувались, будто он пытался взять след. Глаза грозно заалели, а руки словно сами собой сжались в кулаки.
   - Что с тобой? - удивился Фелан, расположившийся напротив.
   В свою очередь втянул в себя воздух, силясь почуять то, что так взволновало его брата. Но почти сразу растерянно покачал головой. Вокруг не было опасности, в этом блондин мог бы поручиться.
   Норберг, не желая тратить времени на ответ брату, резко стукнул в стену кареты и крикнул, обращаясь к извозчику:
   - Разворачивайся! И гони в замок!
   - Да что случилось-то? - уже всерьез забеспокоился Фелан. Криво ухмыльнулся, пытаясь перевести все в шутку: - Братец, неужели тебе так претит мысль провести несколько часов на званом приеме у виеры Вивьен Айгюс? Так надо было сразу же отказываться. Теперь она затаит на тебя обиду, поскольку всерьез возмечтала выдать за тебя свою дурнушку-дочурку Агнесс. А ты сам прекрасно знаешь, что Вивьен - суть мелочная, обидчивая и злопамятная особа, с которой лучше не ссориться. Мелкими пакостями замучает.
   - Да плевать мне на нее! - Норберг досадливо поморщился.
   Он по-прежнему сидел в настолько напряженной позе, словно в любой момент готовился к нападению.
   Фелан вскинулся было еще что-то спросить, но Норберг приглушенно зарычал - и блондин понятливо смолк. Откинулся на спинку сидения, с нескрываемым любопытством наблюдая за действиями своего брата.
   Тот тем временем крепко зажмурился. Его губы то и дело кривились, между бровями залегла глубокая тревожная морщина.
   - Илария, - наконец, буркнул он, почти не разжимая губ.
   - Кошка? - с еще большим изумлением уточнил Фелан. Дождался утверждающего кивка брата и обеспокоенно спросил: - Что с ней?
   - Метка сработала, - так же сухо ответил Норберг. - Наша прелестная киска попала в беду. И беду серьезную.
   Улыбка стремительно исчезла с губ блондина. Он мгновенно стал очень серьезным.
   - Ты вроде кого-то хотел приставить присматривать за ней, - отрывисто бросил он.
   - Вызови в замок Винлана, - приказал Норберг. С тяжелым вздохом добавил: - И пошли, что ли, букет с извинениями виере Агнесс. Соври, что я отравился и лежу при смерти. Ты прав, с этой гадюкой лучше не ссориться.
   Фелан понятливо кивнул. И на некоторое время в карете воцарилась тишина.
  

***

   Я прекрасно понимала, что мне слабо улыбнулась удача, но отсрочка вряд ли продлится долго. Дик скоро должен был вернуться, после чего мне останется лишь молиться всем богам о быстрой смерти.
   Предположим, мой похититель захочет сначала выгнать перепуганную ворону. Если мне очень повезет - то после проверит первый этаж, желая убедиться, что никто не помешает его омерзительным забавам в самый неожиданный момент. Но, опять-таки, вряд ли Дик потратит на это много времени. Получается, у меня в запасе всего минут пять или десять.
   Как ни странно, за краткий миг чтения чужих мыслей я узнала о Дике достаточно. Наверное, страх усилил мои ментальные способности, поскольку никогда прежде мне не удавалось за неполную минуту выяснить столько подробностей. Например, я была в курсе, что в глубине души Дик не считает меня ни оборотнем, ни даже ведьмой. Ведьмами он предпочитал называть любых девушек, которые имели несчастье ему приглянуться. Это было своего рода оправданием для того, что он с ними потом делал. Мол, это не он такой мерзавец и урод. Это они во всем виноваты, а он лишь спасает мир от гадких колдуний, сводящих мужчин с ума при помощи чар.
   Дик настолько уверовал в эту ложь, что даже приобрел оковы из особого сплава, способного блокировать магию. Они служили своего рода подтверждением его правоты.
   Я резко потрясла головой, силясь разогнать туман перед глазами. Левая щека после удара Дика онемела, ухо заложило. Но я была в сознании. И у меня имелось несколько минут. Если я бездарно потрачу это время - то погибну от рук извращенца. Причем мою смерть нельзя будет назвать ни быстрой, ни легкой. Поэтому я не буду спокойно ожидать возвращения своего мучителя. Необходимо найти выход из этой, в сущности, безвыходной ситуации!
   Естественно, первой мыслью было воспользоваться своими ментальными способностями. Но почти сразу я со вздохом сожаления отказалась от этой идеи. Нет, вряд ли получится. Увы, мои достижения в этой области магического искусства не настолько велики. Максимум, что я смогу добиться: легкого раскаяния, да и то не факт. Если Дик убьет меня чуть менее мучительно, чем намеревается, то мне от этого вряд ли станет легче.
   Я нахмурилась, силясь придумать еще что-нибудь. Переступила с ноги на ногу, и кандалы на моих щиколотках приглушенно звякнули.
   Неожиданно этот неприятный скрежещущий звук пробудил в моей голове некое смутное подобие... Нет, не плана на спасения, конечно. Но у меня появилась догадка, что я могу предпринять для своего спасения.
   Итак, оковы на моих руках и ногах зачарованы от воздействия колдовства, поскольку Дик усердно притворяется, будто охотится исключительно на ведьм. Но я не ведьма, я оборотень! А это немного другое. Выплеск магической энергии происходит только в момент превращения. Ну, или я прибегаю к помощи звериной стороны своей натуры. Например, когда я пыталась воспользоваться зрением кошки. Получается, если мне удастся перекинуться, то в иной ипостаси оковы мне будут уже не страшны. Мало того, они сами спадут с моих конечностей, поскольку кошачьи лапы намного тоньше человеческих рук и ног.
   Это была неплохая идея. Разумная, по крайней мере. И я не видела никаких препятствий для ее осуществления. Кроме одного.
   Боль.
   Наверняка при превращении я испытаю невыносимую боль. Оковы обязательно отреагируют на такой выброс энергии. Нет, я не умру, но обязательно потеряю сознание. И большой вопрос - сколько времени это продлится. Если я очнусь достаточно быстро, то успею встретить Дика клыками и когтями. Но что, если он вернется и найдет на полу бесчувственное тело кошки? Не стоит быть провидицей, чтобы понять: ничего хорошего после этого мне ждать не придется.
   Эх, да была не была! Даже если Дик забьет меня до смерти, обнаружив, что по случайности поймал оборотня, то это будет куда лучше участи, которая и без того меня ожидает. По крайней мере, я умру намного быстрее и не познаю всех "прелестей" изнасилования.
   Я глубоко вздохнула, набираясь решимости. Затем потянулась к своей звериной стороне натуры.
   О, сказать, что это было больно - не сказать ничего. На какой-то миг почудилось, будто мое тело охватило жидким огнем. Наверное, я бы даже закричала, хотя осознавала какой-то частью рассудка, еще не охваченного пламенем невыносимого страдания, что этого делать ни в коем случае нельзя, если не хочу скорейшего возвращения Дика. Но мне в некотором смысле слова повезло: спазм настолько перехватил мое горло, что я не могла протолкнуть через него и писка задушенной мыши.
   Никогда прежде я не испытывала ничего подобного. Чудилось, будто невидимый молот тщательно дробит все кости и суставы в моем теле. Что мышцы рвутся одна за одной от величайшего напряжения, выгнувшего меня дугой.
   Наверное, прошла целая вечность, пока я не соскользнула в небытие. Последнее, что я услышала перед тем, как милостивая темнота набросила на меня покрывало забвение - лязг упавших оков.
  

***

   Гроштер, это же время.
  
   Норберг, отдающий последние негромкие распоряжению Винлану, высокому темноволосому мужчине, осекся на полуслове. Устремил отсутствующий взгляд поверх почтительно склоненной головы мужчины.
   В огромной гостиной фамильного замка рода Клинг было темно. Норберг не стал будить иллюзорное заклинание, дремлющее в камине. Лишь одна тусклая магическая искра плавала в полном одиночестве под потолком, выхватывая из мрака узкий кружок пространства, в который попадало кресло нынешнего вожака стаи и мужчину, застывшего около него в ожидании новых приказаний.
   Винлан не позволил себе ни жестом, ни словом выразить удивление от столь резко прервавшегося диалога. Он продолжал стоять в неудобной позе, ожидая, когда Норберг продолжит.
   Тихий стон сорвался с губ Норберга.
   - Брат? - из тьмы встревоженно окликнул его Фелан. - Ты в порядке?
   Блондин вскочил со своего места, небрежно откинув в сторону книгу, которую небрежно перелистывал. Старинный дорогой фолиант отлетел в сторону, рассыпавшись пыльными желтыми листами по полу. Но Фелан даже не поморщился, все свое внимание обратив на брата.
   Краска медленно сползала с лица Норберга. Он до побелевших костяшек вцепился в подлокотники кресла, как будто переживая сильнейший болезненный спазм.
   Наконец, Норберг с трудом втянул в себя воздух. Размеренно задышал, прогоняя пугающую алую муть из глаз. Как только они приобрели свой обычный цвет, Норберг в изнеможении откинулся на спинку кресла.
   - Этот мужчина нужен мне живым, - процедил он, в упор глядя на внешне бесстрастного Винлана. - Плевать, как ты этого добьешься. Но он нужен мне живым и по возможности невредимым. Привези его в замок.
   - Как пожелаете, - тихо прошелестел голос Винлана.
   И мужчина, еще раз поклонившись, бесшумно покинул гостиную.
   - Зачем тебе этот мерзавец? - полюбопытствовал Фелан. Пожал плечами, холодно продолжив: - Смысл лично марать руки? Не проще ли будет решить эту проблему на месте?
   - О нет, не проще, - совершенно бесцветным голосом обронил Норберг. - Я очень хочу пообщаться с ним. Наедине.
   И было в его тоне что-то такое, от чего даже привычный ко всему Фелан поежился.
  

***

   Понятия не имею, сколько времени я пробыла без сознания. Наверное, не очень долго, поскольку когда я очнулась - Дика еще не было. А еще мне почему-то хотелось улыбаться, хотя ситуация вроде как не располагала к веселью. За краткое время забытья мне как будто приснился сон. Очень приятный сон, в котором кто-то гладил меня по волосам и смутно знакомым голосом умолял потерпеть.
   Куда-то исчезли волнение и тревога. Я с нескрываемым удивлением обнаружила, что абсолютно успокоилась. А самое главное - я была в теле кошки! И оковы бесполезным железом лежали на полу.
   Я осторожно поднялась на лапы. Потрясла головой, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Вроде бы, ничего не болело. И, крадучись, отправилась к двери.
   Уже около нее я вспомнила металлический лязг, с которым Дик задвинул снаружи засов. Села и озадаченно почесала себя за ухом.
   Не буду скрывать, я никогда не считала себя трусихой. Но в этой ситуации первым моим порывом было сбежать подальше. Да, оборотни сильнее людей. И реакция у нас лучше. Однако кошки осторожны и никогда не лезут на рожон, если противник превосходит их в том или ином качестве. Что скрывать очевидное, я чувствовала себя не готовой к схватке. Полагаю, Дик добавил какое-то снадобье в мое вино. Что-то, что оглушило меня и позволило ему незаметно подкрасться ко мне. И я до сих пор ощущала на себе действие этой отравы. При любом резком движении в глазах двоилось. Сознание немного путалось, как будто накануне я переборщила с крепким алкоголем и сейчас страдала жестоким похмельем. В общем - будет лучше, если я просто сбегу. Укроюсь за надежными стенами дома, приду в себя, а затем отправлюсь на охоту.
   Однако сейчас, сидя перед закрытой дверью, я понимала, что моим планам будет не суждено сбыться. Мне ни за что не отодвинуть наружный засов. Больше в подвале окон и дверей не было. Остается только сидеть и ждать, когда Дик вернется. Будем надеяться, что у меня получится застать его врасплох. В конце концов, на моей стороне эффект неожиданности.
   Я тяжело вздохнула. Облизнула разбитый нос, еще ноющий после полученной от Дика оплеухи. И прислушалась к тому, что творилось снаружи.
   В доме царила просто-таки нереальная мертвая тишина. Не было слышно шума крыльев перепуганной птицы. Но даже более того, замолкли и шаги Дика.
   Я недоуменно хмыкнула. Немного подумала и зажмурилась, осторожно потянувшись мыслями к разуму Дика. Если я не могу его услышать, то сумею прочитать намерения и таким образом определю, где он и что делает.
   Правда, почти сразу я изумленно распахнула глаза. Дика в доме не было. В этом я была абсолютно уверена. Но...
   Я опять зажмурилась. В этом пустоте жилища чудилось что-то неправильное. Как будто кто-то умело скрывался от меня за пеленой невидимости. Я почти слышала биение чужого сердца, почти чуяла его дыхание.
   От слишком сильного напряжения у меня опасно потемнело в глазах. Со вздохом сожаления я отказалась от идеи определить, кто же еще скрывается в доме. Нет, мне нельзя терять сознание. Это непозволительная роскошь в моей ситуации. Самое главное, что от этого существа, неважно, человек оно или зверь, не исходит чувства опасности.
   "Так ли хороша твоя интуиция? - с сомнением шепнул глас рассудка. - В Дике ты тоже не заподозрила ничего дурного. А он ведь работал подле тебя несколько дней".
   Я досадливо поморщилась. Напоминание об этой оплошности было крайне неприятно и болезненно для моего уязвленного самолюбия. Да, ошибок я наляпала немало. Слишком расслабилась. Слишком была увлечена мыслями о путешествии в Гроштер. Слишком мечтала хотя бы раз пережить те же терпкие волнующие ласки в чужой постели. Что скрывать, ни одна ночь, проведенная в пресных и привычных объятиях мужа, не сравнится с тем наслаждением, что я получила в столице.
   Тем не менее, надо было что-то делать. Я не могла вечность просидеть перед запертой дверью в заброшенном доме на окраине провинциального городка. Точнее, как раз это мне и грозило...
   И разбушевавшееся воображение мгновенно нарисовало мне неприглядную картину долгой и мучительной смерти от голода. Наверное, к концу этой пытки я сойду с ума и примусь царапать лапами дверь, выдрав тем самым себе когти с мясом. Или же примусь грызть собственный хвост, силясь таким образом хоть немного умерить муки...
   В этот момент дверь, тихонечко скрипнув, сама собой приоткрылась, будто от сквозняка.
   Беда заключалась в том, что я не ощутила ни малейшего дуновения ветерка. К тому же я слишком хорошо помнила звук задвигаемого засова.
   Что это значит?
   Я нервно задергала хвостом. Припала к полу, настороженно глядя на широкую темную щель. Неяркие отблески принесенной Диком магической искры падали на ступени, ведущие вверх. Если за дверью кто-то и скрывался, то он предпочитал не показываться до поры до времени.
   От напряжения, разлитого в воздухе, хотелось зашипеть во все горло. Кинуться вперед, ощерив в страшном оскале клыки. И биться до последней капли крови, если это окажется ловушкой. Но каким-то чудом я еще удерживала себя на месте.
   Секунды вынужденного бездействия складывались в минуты, но ничего не происходило. Кто бы ни прятался за дверью - он тоже умел ждать.
   А вдруг там вообще никого нет?
   Эта мысль неотвязно преследовала меня. Дик не был похож на опытного терпеливого охотника. И уж тем более он был не в силах скрыть свой разум от ментального воздействия. Между тем я по-прежнему не ощущала присутствия мужчины в доме. И это... Это удивляло. Неужели он ушел? Просто так взял - и ушел, не завершив начатого дела? Но почему? Чего-то испугался? Во внезапно проснувшуюся совесть я не верила. По-моему, у это гада вообще не было ее, поэтому он не испытывал никаких мук раскаяния.
   Наконец, устав терзаться неопределенностью, я бесшумно поднялась на лапы. И так же тихо, не издав ни малейшего звука, кинулась на дверь, надеясь, что застану врасплох своего противника.
   Правда, там никого не оказалось.
   Под тяжестью моего тела дверь распахнулась настежь, с глухим стуком ударившись об стену. А я приземлилась на первую ступень, ведущую из проклятого подвала к долгожданной свободе.
   Нет, я не бросилась наверх, потеряв голову от счастья. Я медленно и крадучись поднималась, надолго замирая на каждой ступени и настороженно принюхиваясь и прислушиваясь. Но все мое обостренное чутье говорило о том, что в доме никого нет.
   Оказавшись на первом этаже, я рванула было к выходу. Но затем неимоверным усилием воли заставила себя остановиться. Пожалуй, сначала я все-таки проверю заброшенный дом. Потому что мне никак не давала покоя тайна загадочного исчезновения Дика.
   Это не заняло много времени. Я за несколько минут обежала два этажа, затем опять спустилась в прихожую и озадаченно зачесала лапой за ухом. Ничего не понимаю! Ни крови, ни следов борьбы. Такое чувство, будто Дик в самом деле просто взял - и ушел. Правда, перед этим не забыл спуститься и отпер подвал, спасая тем самым меня от голодной смерти.
   Все это было слишком непонятно и странно. Но я не имела ни малейшего желания задерживаться здесь, чтобы попытаться разгадать эту тайну. Потом, все потом. Возможно, я вернусь сюда завтра. Или послезавтра. Когда окончательно приду в себя после столь невеселого и опасного приключения. А сейчас - прочь! Залезу в горячую ванну и буду долго тереть кожу, пытаясь смыть воспоминания о гадких липких прикосновениях мерзавца. Но сперва обойду весь дом, на каждом окне и дверях установив по магическому сигналу тревоги. Предосторожность, к которой я слишком давно не прибегала, расслабленная долгой спокойной жизни в маленьком городке. Пожалуй, стоит вспомнить, чему меня учила мать. Безопасности много не бывает. Правда, моя мать вызубрила это правило после того, как чудом спаслась из рук охотников на нечисть. Теперь самая пора и мне взяться за ум. И лишь после того, как мой дом превратится в неприступную крепость, я залезу под пушистое теплое одеяло и постараюсь заснуть.
   Я проделала все в задуманной последовательности. Сначала обезопасила свое жилище, затем долго отмокала в ванной и с таким ожесточением терла себя, что кожа чуть не слезла кровавыми лохмотьями. После пошла в спальню.
   На столике все еще стоял початая бутылка. Рядом на полу валялся бокал, и на ковре расплылось неопрятное красное пятно от впитавшегося вина. По всей видимости, я потеряла сознание после первого же глотка, а Дик не удосужился прибраться, должно быть, решив вернуться позже.
   Кривясь от отвращения, я подняла бутылку и осторожно принюхалась к горлышку. Сморщилась еще сильнее.
   К терпкому аромату крепкого напитка примешивался чуть уловимый аромат чего-то лекарственного. Я вполголоса выругалась. Картина произошедшего наконец-то сложилась полностью.
   О да, за время своей работы на Вэйда Дик не забывал поглядывать по сторонам, подмечая каждую мелочь. Он хорошо выучил мои привычки. Знал, что я не ложусь спать, не сделав прежде глотка-другого вина. А еще он был в курсе, что я редко запираю входную дверь и уж тем более не утруждаю себя подобным с подвальным окном. Поэтому ему ничего не стоило пробраться в дом, пока я загорала в саду, лениво читая очередной любовный роман. Осторожно влил усыпляющий настой в бутылку, стоявшую откупоренной на кухонном столе. И бесшумно удалился с тем, чтобы вернуться вечером.
   Поскольку я уже привыкла к запаху Дику, то не заподозрила дурного. Его аромат еще не полностью выветрился из дома, поэтому я и подумать не могла, что у меня побывал незваный гость. Вот, в общем-то, и все. Если бы не чудо, то эта беспечность стоила бы мне жизни.
   Правда, в чудеса я не верила.
   Усилием воли я запретила себе думать на эту тему. Потом, все потом. Я обязательно разберусь в происходящем. Но сначала мне надо отоспаться.
   И я свернулась клубочком на постели. Закрыла глаза и улыбнулась. Почему-то почудилось, будто чья-то ласковая невидимая рука невесомо погладила меня по голове.
  

***

   Гроштер, днем позже.
  
   Стены фамильного замка рода Клинг издавна славились надежностью и неприступностью. Сложенные из серого необработанного камня, они поражали своей толщиной, что не позволяло ни малейшему звуку вырваться наружу. А про подземелье, расположенное под замком, среди слуг ходили настоящие жуткие легенды. Даже Хольгон, служащая верой и правдой роду Клинг уже многие годы, не осмеливалась спуститься сюда в одиночестве. Лишь в сопровождении кого-нибудь из хозяев, да и то с огромной неохотой, которая так и читалась на ее обычно бесстрастном и невозмутимом лице. Хотя сам Норберг никогда не запрещал никому из слуг путешествовать по замку в одиночестве. По большому счету запрет был лишним. Не было такого смельчака, кто захотел бы проверить, действительно ли по подземелью скитаются неупокоенные духи тех несчастных, кому не повезло когда-либо перейти дорогу представителям рода Клинг.
   Но сегодня под низкими каменными сводами сего жуткого места гуляло гулкое эхо. Кто-то то захлебывался в жутком крике, то разражался хриплыми рыданиями, умоляя о пощаде. Лишь изредка воцарялась тишина, когда несчастный, по всей видимости, терял сознание. Но потом пытка возобновлялась вновь и вновь.
   Фелан стоял у лестницы, ведущей на верхние этажи, и откровенно скучал. Его изумрудные глаза тускло поблескивали, отражая неяркий свет плавающей неподалеку магической искры. То и дело блондин украдкой сцеживал в раскрытую ладонь зевок.
   Неожиданно очередной протяжный стон завершился приглушенным бульканьем, как будто кровь лилась из разорванного горла. Мгновение, другое - и все завершилось. Фелан недоуменно нахмурился и вздохнул, даже не пытаясь скрыть разочарования.
   Спустя пару мгновений дверь, скрытая в одной из стен, с душераздирающим скрипом давно не смазанных заржавевших петель отворилась. Через нее, нагнувшись, вышел Норберг.
   - Ты быстро управился, - с легкой ноткой неудовольствия заметил Фелан. - Я полагал, ты будешь развлекаться куда дольше.
   - Не люблю подобные занятия, - хмуро сказал Норберг, с непонятным отвращением разглядывая совершенно чистые ладони. Затем досадливо цокнул языком, заметив на отвороте белоснежной рубашки крохотное алое пятнышко. Тут же скинул ее прямо на пол и зябко повел плечами.
   Фелан тем временем сделал шаг в сторону и с нескрываемым интересом заглянул в ту коморку, из которой вышел его брат. По всей видимости, увиденное ему понравилось, потому что глаза блондина засияли собственным зеленым пламенем, ноздри затрепетали, а губы сложились в радостную ухмылку.
   - Прикажи, чтобы тут прибрали, - бросил ему Норберг. Ссутулившись, отправился к лестнице.
   - А что будет с Иларией? - спросил Фелан.
   Норберг чуть заметно вздрогнул и замедлил шаг. Пожал плечами и неохотно проговорил:
   - Пусть пока придет в себя. Винлан заменит того ротозея, что проворонил похищение. Ему приказано и глаз с нее не спускать.
   - На твоем месте я бы забрал кошку поближе к себе. - Фелан покачал головой, явно разочарованный решением брата. - Ты сам знаешь, род моей покойной матушки в последнее время чересчур оживился. Смена власти в нашей стае слишком многим не дает покоя. Многие надеются...
   - И пусть себе надеются дальше, - грубо оборвал его Норберг.
   Глаза Фелана сверкнули особенно ярко, а губы дрогнули в немом вопросе. Но он не осмелился задать его вслух.
   По всей видимости, Норберг почувствовал обиду брата, потому что у самой лестницы обернулся и уже мягче добавил:
   - Вот именно поэтому Иларии пока лучше будет побыть вдали от Гроштера. Когда все уляжется - я сделаю так, чтобы она сама захотела приехать сюда. Кошки не любят, когда их принуждают к чему-либо. Это я прекрасно уяснил из общения с тобой. О нет, я буду очень терпелив. Илария никогда не поймет, что ее решениями управляют извне.
   После чего торопливо отправился прочь из подвала, перескакивая сразу через две ступени.
   Фелан не стал останавливать брата и продолжать спор. Вместо этого он дождался, когда шаги Норберга окончательно стихнут. После чего проворчал:
   - Не переоцени свои возможности, брат. Излишняя самоуверенность еще никого до добра не доводила.
   И, негромко насвистывая под нос какую-то незатейливую веселенькую мелодию, в свою очередь начал подниматься.
  

Глава третья

   Я не выходила из дома весь следующий день, благо, что в этом не было острой нужды. Вместо этого я до зеркального блеска надраила все полы, перемыла все полки и переменила постельное белье. Мне было омерзительно думать о том, что Дик ходил по моему жилищу и своими грязными руками мог к чему-то прикасаться. К тому же я раза три или четыре принимала ванную, все силясь стереть с себя отпечатки его потных влажных ладоней.
   Уже к вечеру ничего в моей внешности не напоминало о полученных оплеухах. Лишь на скуле слабо желтел почти заживший синяк.
   Ближе к вечеру я решилась на вылазку. Мне никак не давало покоя загадочное исчезновение Дика. Не то, чтобы я огорчалась этому. Нет и еще раз нет, ведь в противном случае даже думать не хочется о том, чем бы мне это грозило. Но любопытство всегда было неотъемлемой стороной моего характера.
   Я дождалась того момента, когда сумрак на улице станет насыщенного лилового цвета. Перекинулась в гостиной, прежде на забыв плотно задвинуть тяжелые бархатные гардины. Теперь я была уверена, что никто не сможет подсмотреть за процессом моего перекидывания в кошачью шкуру.
   Дверь, ведущую из кухни в сад, я предусмотрительно оставила приоткрытой. И неслышно выскользнула прочь.
   Дом семейства Виер располагался на другой стороне городка. Понятное дело, я не стала бежать по улицам Ультауна. Вместо этого я предпочла сделать широкий круг, пробираясь по разросшимся садам окраины. Наверное, я потеряла не меньше часа времени, но не жалела об этом. Дик Дайнс преподал мне отличный урок, который лишь каким-то чудом не стал последним в моей жизни. Я способная ученица, понимаю все с первого раза.
   Наконец, передо мной оказалась покосившаяся от старости деревянная изгородь. Зимние ветры, дожди и отсутствие постоянного присмотра сделали свое дело, поэтому кое-где она лежала прямо на земле. Перемахнуть через нее мне не составило особого труда. Спустя несколько минут я уже боязливо выглядывала из разросшегося куста сирени, за которым начиналось открытое пространство перед самим домом.
   Казалось, будто двухэтажное здание грозно нависает над моей головой, издевательски таращась слепыми бельмами выбитых окон. Неприятно заныла щека, напоминая о вчерашней пощечине. Я резко втянула в себя сухой теплый воздух, напоенный ароматом полыни и цветущих полевых цветов. Нет, ничего постороннего не чую. Если тут и скрывается какой-нибудь человек, то он очень хорошо скрывает свое присутствие.
   Над моей головой вдруг хрипло раскаркалась ворона. От неожиданности я подскочила, лишь в последний момент удержавшись от такого понятного желания кинуться прочь. Осторожная птица, встревоженная моим порывистым движением, тяжело вспорхнула с ветви, еще раз каркнула прямо над моей головой и полетела прочь.
   Я проводила ее задумчивым взглядом. Интересно, не она ли вчера спасла мне жизнь, залетев в дом? Если бы Дик не захотел выяснить причину непонятного шума, то мне бы сейчас не сидеть здесь и не наслаждаться свободой.
   Набравшись решимости, я неспешно потрусила к крыльцу, готовая при малейшем подозрительном шорохе дать деру.
   Дом, как и вчера, встретил меня тишиной. Лишь изредка поскрипывали рассохшиеся половицы, и при каждом таком звуке я испуганно вздрагивала.
   И вновь я обежала все комнаты, теперь не торопясь и держа нос как можно ближе к полу. На сей раз мои старания были вознаграждены. В гостиной я неожиданно унюхала слабый металлический запах крови. Ею пах угол одного из диванов. Как будто тут кто-то упал и расшиб себе голову. Но самих следов крови я не увидела, как ни старалась. Такое чувство, будто мой неведомый спаситель поторопился уничтожить все следы своего благодеяния.
   Я долго не решалась спуститься в подвал. Сидела на самой верхней ступени и отчаянно трусила.
   Там, внизу, плескался такой непроглядный мрак, что он казался черной водой. Странно, я совершенно точно помню, что оставила дверь в подвал приоткрытой, когда сбегала. А еще не успела потушить магическую искру. Ее запаса энергии вполне бы хватило на сутки.
   С тихим шелестом над моей головой взмыл крохотный лепесток пламени. Ладно, я все равно не успокоюсь, пока не проверю, что там. В противном случае не стоило и приходить.
   И с этой мыслью я принялась спускаться.
   Как ни странно, ничего страшного в подвале со мной не произошло. Но куда больше меня удивило другое обстоятельство. Место моей так и не состоявшейся мучительной гибели оказалось абсолютно пусто. Даже оковы, оставшиеся на полу после моего побега, куда-то исчезли.
   Недоумевая все сильнее и сильнее, я села прямо на пороге, поскольку опасалась далеко отходить от двери. А то вдруг она захлопнется, и только поминай меня, как звали.
   Ничего не понимаю! Интересно, в который раз я произношу эту фразу? Предположим, я еще могла как-то объяснить исчезновение Дика. Мало ли что в голову этому ненормальному могло взбрести. Вдруг в самом деле усовестился и решил оставить свое отвратительное хобби. Но он бы вряд ли вернулся за оковами, раз уж решил встать на путь исправления. И что насчет запаха крови в гостиной наверху?
   Тяжело вздохнув, я встала и в два гигантских прыжка преодолела подъем. Ладно, как бы то ни было, но мне пора прочь. Я могу целую ночь провести в этом проклятом доме, но вряд ли это хоть немного приподнимет завесу тайну над всем случившемся. Кто бы ни спас мою жизнь, он постарался сохранить свое инкогнито. А сейчас я не сомневалась в том, что Дик пропал не просто так.
   Путь обратно не занял много времени. Я быстрой серой тенью прошмыгнула в свой двор через потайной лаз, который сама некогда вырыла под оградой, хорошенько замаскировав его очень колючими и на первый взгляд непролазными кустами. Внимательно проверила магические нити, развешенные на крыльце. Все было в порядке. За несколько часов моего отсутствия в дом никто не пробирался тайком. И только после этого я позволила себе войти.
   Да, мне не стыдно признаться, что перед обратным превращением я вновь тщательнейшим образом проверила все комнаты нашего с Вэйдом небогатого жилища. И с негромким вздохом облегчения перекинулась в человека.
   Я успела переодеться в домашнее серое платье и убрала волосы в косу, как вдруг насторожилась.
   Слышимо только для меня зазвенела тончайшая нить, установленная около калитки. Кто-то был там. Стоял, переминаясь с ноги на ногу, и явно собирался войти.
   Я сжала кулаки, готовая перекинуться обратно. Но тут раздался мелодичный перезвон входных чар, и неимоверным усилием воли я заставила себя расслабиться.
   Не думаю, что возможный убийца сначала вежливо предупредит о своем визите. Нет, если ко мне пожаловал какой-нибудь злодей - то он ворвался бы так, желая застать меня врасплох.
   Я кинула последний взгляд в зеркало, проверяя, все ли в порядке. На всякий случай провела ладонью по аккуратно причесанным волосам. И отправилась открывать.
   Я думала, что меня навестил кто-нибудь из знакомых. К примеру, заглянул сам Гордон, желая узнать, нет ли каких-нибудь новостей из Гроштера. Наш несчастный пожилой глава города очень переживал, так неожиданно оставшись без единственного помощника. Необходимость самостоятельно вести все письменные дела приводила его в настоящий ужас, поэтому он усиленно отлынивал от своих обязанностей, должно быть, надеясь, что неуклонно накапливающийся ворох документов как-нибудь сам растает без малейшего усилия с его стороны.
   Но тем большим было мое удивление, когда на крыльце я увидела очень красивую кареглазую и темноволосую девушку. Она была одета в простое синее платье, но его скромный покрой не мог скрыть всех вызывающих выпуклостей и волнующих изгибов тонкого стройного тела.
   - Добрый вечер, - первой поздоровалась она и улыбнулась мне.
   - Добрый, - настороженно отозвалась я, совершенно не понимая, кто это и что ей от меня понадобилось.
   - Меня зовут Айша, - продолжила незнакомка, продолжая стеснительно улыбаться. - Я ваша новая соседка. Сняла дом у вдовы Розалинды Ориен.
   Я немного расслабилась. Действительно, Розалинда недавно жаловалась мне, что ей очень одиноко после смерти мужа, вира Бернарда. Их единственная дочь вышла замуж и проживала в соседнем городке Тритаун. Агнесса уже давно звала мать переехать к ней, к тому же недавно она родила очаровательных близнецов-дочек, поэтому лишняя помощь ей бы не помешала. Но Розалинда все никак не решалась оставить жилище без присмотра и все разыскивала, кто бы согласился присмотреть за домом в ее отсутствие.
   - Розалинда уехала сегодня утром, - продолжила объяснять девушка. - Она так торопилась, что забыла научить меня включать плиту. Только сказала, что там нужна какая-то хитрость. И вот теперь я не могу себе даже воды согреть, чтобы выпить чая. Обед я пропустила, занявшись разбором вещей, а завтрак был так давно...
   И она смущенно пожала плечами, явно переживая из-за того, что отвлекает меня по таким пустякам.
   - Проходите. - Я посторонилась, пропуская Айшу в дом. - Раз такое дело, то накормлю вас ужином. А потом посмотрим, что там за сложности с плитой.
   - О нет, не надо! - слабо запротестовала девушка, однако все-таки вошла в прихожую. - Я не хочу вас утруждать. Просто надеялась, что вы, как соседка, в курсе, что там не так с плитой. Просто помогите включить ее - а дальше я сама справлюсь.
   - Вы наверняка голодная, - отрезала я. - А приготовление еды - процесс небыстрый. Хотя бы утолите первый голод. У меня оставался яблочный пирог.
   - М-м-м, звучит аппетитно, - протянула Айша. Но тут же встрепенулась: - А я вас точно не отвлекаю?
   - Нет, - заверила я. Кинула последний взгляд во двор и захлопнула дверь.
   - Ой, у вас так уютно! - восторженно воскликнула Айша, когда я провела ее в гостиную. С искренним интересом принялась вертеть головой по сторонам, изучая комнату.
   Я мысленно хмыкнула. Уютно? У меня? Ну... спорно, если честно. Говоря откровенно, меня всегда раздражали всякие фарфоровые статуэтки и магиснимки, которые принято расставлять на все возможные свободные поверхности и которые почему-то считаются мерилом уюта. Эти мелкие предметы почему-то постоянно падают и разбиваются, поэтому достаточно быстро я вообще отказалась от таких предметов украшательства, устав каждый день выметать горы осколков. Поэтому в моей гостиной их не было. К тому же и пыль удобнее сметать.
   Я обвела задумчивым взглядом два кресла, стоявших полукругом около камина, невысокий диванчик для гостей, девственно пустой столик, на который принято ставить напитки. Я бы назвала обстановку здесь достаточно аскетичной.
   В глубине души шевельнулось неясное чувство раздражения. Не нравится мне, когда люди начинают беззастенчиво льстить. Такое чувство, будто моя новая знакомая просто желает втереться ко мне в доверие. Но для чего ей это надо?
   Впрочем, я постаралась отогнать эти неприятные мысли. Скорее всего, на меня слишком сильно подействовало произошедшее накануне. Как говорится, если обжегся на молоке - то будешь дуть и на воду. Скорее всего, Айша действительно пытается понравиться мне. Но не потому, что преследует какие-то дурные цели, а потому что хочет поскорее обзавестись знакомыми в чужом городе.
   - Спасибо, - прохладно поговорила я. - Располагайтесь пока, а я поставлю чайник.
   - Это будет очень любезно с вашей стороны, - медленно протянула Айша и в очередной раз растянула губы в улыбке.
   Правда, на сей раз это вышло у нее настолько фальшиво, что улегшиеся было подозрения всколыхнулись с новой силой.
   Повисшую неловкую паузу оборвал мелодичный звон входных чар.
   - Ого! - искренне изумилась я. - Сегодня у меня целое нашествие гостей.
   - Вы кого-то ждете? - спросила Айша.
   Я невольно заметила, как сильно она напряглась от этого звука. Даже зрачки сузились как будто от испуга.
   - Я и вас, в общем-то, не ждала, - честно ответила я.
   - Так, может быть, не стоит открывать? - внезапно попросила Айша.
   Сказать, что я удивилась, значит, не сказать ничего. Что-то чем дальше - тем больше мне не нравится эта ситуация и этот поздний визит.
   - Не переживайте, это наверняка вир Гордон, - поторопилась успокоить я встревоженную девушку. - Наш градоначальник. Пришел в очередной раз узнать, не собирается ли мой муж вернуться и спасти его от решения хозяйственных дел.
   - Он вполне может подождать и до завтра, - неожиданно проявила настойчивость Айша. Просяще сложила на груди руки и захлопала ресницами, умоляюще протянув: - Ну пожалуйста!
   У меня было горячее желание в ответ на такую просьбу повертеть указательным пальцем у виска. Чудная она все-таки! С какой стати я не должна пускать гостей в собственный дом? Чай, не мужчину принимаю в отсутствие мужа.
   - Я очень вас прошу, - затараторила Айша, должно быть, осознав, что эту просьбу я не намерена выполнять. - Я...
   Ее сбивчивое бормотание прервал новый звон, более продолжительный и настойчивый. Должно быть, стоявший на крыльце уже проявлял нетерпение.
   - Извините, не думаю, что это займет много времени, - прямо сказала я и отправилась открывать, уже не слушая дальнейших возражений странной гостьи.
   И опять меня ожидала очередная неожиданность. Потому что на сей раз на крыльце стоял не Гордон, а незнакомый мне мужчина, высокий, худощавый и темноволосый.
   А вот теперь я всерьез заволновалась. Это еще кто такой? И что ему у меня понадобилось?
   - Простите, что тревожу вас в столь поздний час, - негромко проговорил незнакомец. - Но, видите ли, моя жена куда-то исчезла.
   - Жена? - недоуменно переспросила я.
   - Такая симпатичная темноволосая девушка, - пояснил мужчина. - Мы сегодня утром сняли дом у вашей соседки Розалинды. Я отлучился всего на пару минут. Хотел забрать кое-какие вещи из сарая. А когда вернулся - Айша сбежала.
   В этот момент я осознала, что слушаю его, некрасиво приоткрыв рот от удивления. Кашлянула и с немым вызовом скрестила на груди руки. Что-то мне не нравится эта история. Обычно от хороших мужей жены не убегают при первой удобной возможности. Поневоле заподозришь дурное.
   Мужчина, по всей видимости, понял, почему я глазею на него с таким подозрением. Тяжело вздохнул и пустился в объяснения.
   - Видите ли, моя жена... э-э... - Он замялся, но после недолгой паузы все-таки выдавил из себя: - Она не совсем здорова. Ей постоянно чудятся всякие опасности. Вбила себе в голову, как будто я желаю причинить ей вред.
   - А это не так? - на всякий случай уточнила я и тут же рассердилась на себя за столь глупый вопрос.
   Ага, так он и признался мне, если в самом деле изводит бедняжку!
   - Ну что вы, я очень люблю Айшу, - отозвался мужчина, и в его голосе прозвучало искреннее негодование тем, что я вздумала заподозрить его в столь жутком злодеянии.
   Я скептически пожевала губами. Странно все это. Странно и очень непонятно. Я очень недоверчиво отношусь ко всякого рода семейным скандалам. Как говаривала моя мама, двое ругаются - третьему лучше не встревать. Все равно крайним останешься. Но что, если Айше действительно нужна помощь?
   - Позвольте мне хотя бы переговорить с ней, - попросил мужчина. - Если она откажется идти со мной, то, честное слово, я не намерен настаивать! Я ведь верно понял, что она здесь?
   Говоря откровенно, незнакомец внушал мне необъяснимое доверие. Веяло от него спокойствием и уверенностью. Он не повышал голоса, не угрожал и не пытался прорваться в дом силой. А вот Айша... Чувствовалось в ней нечто суетное и не совсем приятное. Как будто за внешне красивой внешностью скрывалось нечто опасное.
   - Учтите, я буду рядом, - на всякий случай предупредила я, пока не торопясь делать никаких выводов.
   - Конечно, - с легкой улыбкой согласился со мной мужчина. Немного подумал и представился, любезно склонив голову: - Кстати, меня зовут Винлан. Винлан Клеон, если быть точным.
   - Очень приятно, - буркнула я. - Илария Асшени.
   В этот момент сцену знакомства прервал звон разбитого стекла, донесшийся из гостиной.
   Винлан переменился в лице. Как-то очень незаметно, но решительно отстранил меня со своего пути и кинулся в комнату.
   Я изумленно заморгала глазами, глядя ему вслед. Все это он проделал с такой скоростью, что его движения слились для меня в одну размытую тень. Для меня! Оборотня с реакцией, намного превышающей человеческую! Ох, сдается, не так прост этот мужчина, далеко не так прост. Я даже не успела заметить, каким образом он просочился мимо меня в прихожую.
   Впрочем, я почти сразу поторопилась за ним, сама немало заинтригованная происхождением загадочного шума.
   Разгадка оказалась до безобразия простой: Айша сбежала. Моим глазам предстал валяющийся в осколках стекла стул, которым она разбила окно. Самой девушки в комнате не оказалось.
   - Однако, - пробормотала я.
   Осторожно ступая по хрустким осколкам, подошла ближе к зияющему проему и выглянула наружу.
   Где-то вдалеке слышался хруст веток. Затем хлопнула калитка, и все стихло.
   - Зачем же окно бить? - недовольно пробурчала я. - Его можно было и открыть.
   Обернулась к Винлану и выжидающе вздернула бровь, надеясь, что он объяснит каким-либо образом загадочный поступок своей жены.
   Он смотрел поверх моей головы совершенно отсутствующим взглядом. И было в его лице что-то не совсем нормальное. Точнее сказать - нечеловеческое. Как будто тщательно подогнанная маска вежливого и всегда предупредительного мужчины вдруг сползла, обнаружив за собой истинный лик расчетливого и равнодушного до жестокости типа.
   Правда, Винлан тут же очнулся. Виновато и растерянно улыбнулся мне.
   - Простите! - Он потрясенно всплеснул руками. - Простите, во имя всех богов, Илария! Право слово, я не думал, что моя несчастная жена устроит такой разгром. Получается, правы были доктора. Ее болезнь быстро прогрессирует.
   Я тяжело вздохнула в ответ. Говоря откровенно, я не имела ни малейшего желания разбираться в чужих семейных тайнах. Мне не понравилась Айша, в широкой улыбке которой чудилась некая фальшь. А от Винлана у меня вообще мороз по коже. Поэтому я буду просто счастлива, если эта парочка выметется прочь из моего дома и больше никогда не потревожит мой покой.
   - Ничего страшного, вы не виноваты, - сухо сказала я. - Разберусь как-нибудь.
   И многозначительно посмотрела в сторону прихожей.
   Надеюсь, Винлан достаточно понятлив и осознает, что его присутствие в доме, мягко говоря, лишнее. По-моему, ему самое время заняться поисками пропавшей жены, пока она не натворила чего-нибудь пострашнее разбитого окна. А то мало ли, вдруг она еще и на людей кидается.
   - Но я не могу оставить вас одну на ночь с таким безобразием! - Винлан зацокал языком.
   - У вас сбежала жена, - напомнила я. - Лучше отыщите ее побыстрее. С окном я как-нибудь и сама справлюсь. Переночую наверху, а завтра вызову кого-нибудь на помощь.
   - Право слово, мне неловко, - запротестовал Винлан. - Одинокая симпатичная девушка останется ночью в доме с разбитым окном... В конце концов, это небезопасно!
   - Поверьте мне, я сумею постоять за себя. - Я невольно усмехнулась. - И потом, наш городок - это сонное болото. Здесь даже двери на ночь не принято запирать. Уж как-нибудь переночую.
   - Но вдруг с вами что-нибудь случится? - не унимался Винлан. - Я себе этого никогда не прощу!
   Последняя фраза прозвучала с таким жаром, что мне стало неловко. Хм-м, да что он ко мне привязался-то?! Право слово, ненормальная семейка! По-моему, тут не только у жены с головой большие проблемы, но и муженек ей под стать.
   - И что вы предлагаете? - устав спорить, попробовала поменять я тактику.
   Самое интересно, какое решение проблемы предложит Винлан. Неужели бесхитростно предложит мне пригласить его на ночлег? Мол, только так он будет полностью уверен в том, что мне не грозит никакая опасность.
   Но тогда я точно вытурю его взашей. Я сегодня уже по горло наелась загадочными личностями.
   - Позвольте мне починить ваше окно, - неожиданно предложил Винлан. - Это будет самым малым, что я сумею сделать для вас.
   - А как же ваша жена? - поинтересовалась я. - Вы не собираетесь догнать ее и вернуть домой?
   - Когда Айша в таком состоянии, то мне лучше держаться подальше. - Винлан грустно улыбнулся. - Благо, подобные помрачения разума не длятся долго. Думаю, она немного прогуляется - и вернется домой, как возвращалась уже не раз.
   - А если она на кого-нибудь нападет? - Я недовольно покачала головой, по-прежнему не веря в эту историю. - Если в каком-нибудь прохожем ей почудятся ваши черты?
   - Прежде Айша никогда не проявляла агрессии, - спокойно парировал мое замечание Винлан. - И ко мне в том числе.
   Я слишком устала от этой семейки и ее замысловатых взаимоотношениях, но в истории Винлана было слишком много несуразностей.
   - Одного только понять не могу: если, по вашим словам, Айша вернется домой, то почему вы вообще отправились на ее поиски? - полюбопытствовала я.
   - Обычно она начинает рассказывать обо мне всякие небылицы, - после короткой паузы ответил Винлан. - А я бы не хотел сразу же портить отношения с соседями.
   Правда, быстро оборвал фразу, заметив недоверчивую улыбку на моих губах.
   - Чушь какая-то получается, правда? - с неожиданной доверчивостью поинтересовался он.
   Я удивленно вскинула брови. Ого, вот так поворот! Неужели сейчас сознается в обмане?
   - Никогда не умел лгать. - Винлан сокрушенно всплеснул руками.
   - И что все это значит? - с подозрением осведомилась я и на всякий случай попятилась к окну.
   Полагаю, если он вздумает напасть на меня, то я сумею перекинуться и выберусь из дома тем же путем, что выбрала Айша.
   - На самом деле Айша, конечно же, не моя жена, - честно признался Винлан. - Ее фамилия - Клинг.
   А вот теперь я вздрогнула, не готовая к такому повороту разговора.
   Айша Клинг?
   Эта фамилия отпечаталась в моей памяти навечно. И во многом благодаря ночи, проведенной в замке около Гроштера. Я словно опять ощутила ласку чужих поцелуев, от которых кровь кипела в жилах. Неужели эта девушка - родственница тех братьев, к которым была адресована моя столь необычная просьба?
   Увы, не увенчавшаяся успехом.
   - Айша - единокровная сестра Норберга и Фелана, - пояснил Винлан, внимательно наблюдая за моей реакцией на его слова.
   - Вот как, - проговорила я просто потому, что видела - мужчина ждет от меня каких-либо слов.
   Мне все это не нравилось. Очень сильно не нравилось. Я рассчитывала, что мое приключение осталось в прошлом. Да, я изменила мужу. Но я рассчитывала, что моя жизнь никак не изменится в связи с этим. Семейство Клинг осталось в Гроштере. Я никак не рассчитывала увидеть кого-нибудь из этого рода на пороге собственного дома.
   - И что Айша тут делает? - спросила я.
   - Хороший вопрос. - Винлан едва заметно усмехнулся. - Но, боюсь, ответ на него вас не обрадует.
   - Меня и так эта ситуация в восторг не приводит, - с досадой фыркнула я. - Я планировала, что все случившееся в Гроштере, там и останется.
   Правда, тут же прикусила язык, испугавшись, что Винлан может потребовать объяснений - что же такое произошло между мной и представителями рода Клинг в Гроштере.
   Нет, я не стыдилась своего поступка. Я поступила так, как говорил мне голос животной стороны моей натуры. Но я прекрасно осознавала при этом, что живу-то в мире обычных людей. А среди подобного общества супружеская неверность не считается примером для подражания.
   - В жизни далеко не всегда получается так, как хочется, - с легкой ноткой сочувствия проговорил Винлан.
   - И что же Айша забыла у меня? - сухо осведомилась я.
   Винлан опустил голову, не торопясь с ответом. Неполную минуту молча разглядывал безупречно чистые носки сапог, начищенных до такого блеска, что в них можно было, наверное, увидеть свое отражение. Затем искоса взглянул на меня, словно наконец-то приняв какое-то решение.
   - Видите ли, Илария, Айша давно и безответно влюблена в Фелана, - сказал он. - Это во-первых. А во-вторых, она ненавидит Норберга. Ненавидит до такой степени, что поклялась убить его.
   - Ничего не скажешь, оригинальные отношения в этой семейке, - фыркнула я.
   - Норберг лишил Айшу ее второй ипостаси, - пояснил Винлан. - Согласитесь, это более чем весомая причина для ненависти.
   Я удивленно присвистнула. Ого!
   - А это возможно? - недоверчиво переспросила я.
   - Ну опыт доказывает, что да. - Винлан пожал плечами. Подумал немного и негромко добавил: - Впрочем, способности Норберга многих... изумляют.
   В голосе мужчины при этом послышалась плохо скрытая зависть. Впрочем, я понимала его чувства. Лишить оборотня его второго облика... Демоны, да я вообще не представляю, как такое возможно!
   - И чем же Айша заслужила такое наказание? - не унималась я с расспросами.
   - Она пыталась убить девушку, которая позднее стала женой Фелана, - коротко бросил Винлан.
   Я не удержалась и опять присвистнула. Н-да, любовь порой принимает извращенные и причудливые формы. Нет, меня не шокировало то, что Айша влюбилась в собственного брата. Да, среди людей подобное считалось чем-то постыдным и недопустимым. Но, несмотря на это, все равно случалось. Что уж говорить про оборотней, которые зачастую руководствовались исключительно инстинктами.
   - Марика не пострадала, - добавил Винлан. - Но Норберг решил, что Айша становится неуправляемой. Ее поведение ставило под угрозу существование стаи. Поэтому Норберг принял определенные меры.
   Марика. Значит, вот как зовут жену Фелана. И я невольно вспомнила светловолосую невысокую девушку, которую он бережно поддерживал под локоть, когда я увидела их на улицах Гроштера.
   - И все равно я не понимаю, с какой целью Айша пожаловала в мой дом, - упрямо повторила я. - Какое отношение ко мне имеют ее проблемы с братьями?
   Винлан как-то странно усмехнулся. Открыл было рот, желая что-то сказать, но в последний момент передумал.
   - Вы провели ночь в замке рода Клинг, - мягко напомнил он после короткой паузы. - Айша вполне могла решить, что у вас завязались какие-нибудь отношения с Феланом или Норбергом.
   - Ясно, - процедила я.
   Тяжело опустилась в ближайшее кресло и с негромким вздохом принялась массировать виски, в которых глухо заворочалась пробуждающаяся головная боль.
   Ох, как же все вдруг навалилось! Менее суток назад я чудом вырвалась из лап безумца. А теперь еще какая-то ненормальная пожаловала. Подумаешь, провела я ночь с ее братцем. Говоря откровенно, мне Фелан не особенно и понравился. Вот Норберг - да, это совсем другое дело. С ним бы я не отказалась...
   Я запнулась, почувствовав, как мои щеки заливает предательский румянец. Слишком бесстыжую картину нарисовало мое разбушевавшееся воображение. Эх, даже жаль, что я не планирую больше приезжать в Гроштер. А теперь и подавно туда не сунусь. Не хочу участвовать во всяких разборках внутри стаи. Кошки - суть одиночки. Фелан лишь исключение из правил, и я не понимаю его поведения.
   - Меня послал Норберг, - вкрадчиво проговорил Винлан, присаживаясь на самый краешек дивана, стоявшего напротив. - Он беспокоится о вас.
   - Беспокоится? - недоверчиво переспросила я. - Обо мне? Верится, если честно, с трудом.
   Винлан опять как-то загадочно улыбнулся, пожал плечами и проговорил:
   - Впрочем, если вас не устраивает такое объяснение, то вы можете считать, что он просто послал меня по следу своей сестры.
   Я нахмурилась. Фраза прозвучала очень странно. Как будто истинной причиной являлась как раз первая. Хотя... Братья Клинг не могут знать, что мой первый визит в Гроштер не увенчался успехом. Поэтому поступок Норберга вполне логичен, если он таким образом пытается защитить своего еще не рожденного племянника.
   - Думаю, вам стоит успокоить Фелана, - сказала я. - Я не беременна от него. Полагаю, когда Айша узнает об этом, то спокойно вернется домой. Я ей не соперница.
   Винлан пожевал губами и смущенно заерзал на своем месте.
   Я следила за ним со все возрастающим недоумением. Такое чувство, будто он очень хочет мне возразить, но по каким-то причинам не решается.
   - Я постараюсь убедить Айшу вернуться, - наконец, произнес он и посмотрел на меня. Осторожно усмехнулся одними краешками губ, добавив: - Но она - чрезвычайно упрямая особа. Впрочем, как и все из рода Клинг. Не уверен, что она прислушается к моим словам.
   - И что она сделает? - прямо спросила я. - Убьет меня?
   - Я не могу знать, что задумала Айша. - Винлан пожал плечами. - Я всего лишь должен проследить за тем, чтобы она не навредила вам. И по возможности попытаюсь вернуть ее в стаю.
   Я встала и нервно прошлась по комнате, то сжимая, то разжимая кулаки.
   Н-да, ну и в ситуацию же я угодила! Поневоле порадуешься, что Вэйд пока далеко отсюда. Иначе мне было бы весьма непросто объяснить ему, почему к его жене вдруг столько внимания со стороны посторонних личностей.
   - А нельзя эту Айшу как-нибудь насильно препроводить в лоно любящей семейки? - спросила я, остановившись напротив Винлана. Неохотно добавила, выдавливая каждое слово чуть ли не через силу: - Понимаете ли, я бы не хотела, чтобы о моем визите в Гроштер стало кому-нибудь известно. Это... это породит множество слухов.
   - Я сделаю все, что в моих силах, - убедил меня Винлан. В свою очередь встал и бросил многозначительный взгляд на разбитое окно. Поинтересовался: - Так вы позволите устранить тот беспорядок, который устроила Айша?
   - Делайте, что знаете, - расстроенно бросила я. - Если понадоблюсь, то я буду наверху. Мне надо осмыслить все то, что вы сказали.
   Винлан едва заметно кивнул, показывая, что услышал меня. А я торопливо развернулась и чуть ли не бегом покинула гостиную.
   Ох, как же мне все это не нравится!
   И дернула же меня нелегкая связаться с родом Клинг!
  

Глава четвертая

   Гроштер, неделю спустя.
   - Вы должны понимать, что при новых обстоятельствах мы не можем не поднять вопрос о действии предыдущих договоренностей.
   Голос худощавой светловолосой и голубоглазой женщины, расположившейся за длинным столом переговоров напротив Норберга, лился, подобно песне. В нем слышалось убаюкивающее кошачье мурлыканье. Он обволакивал, убеждал, очаровывал.
   Правда, на Норберга Клинга, по всей видимости, эта магия не действовала. Он хмурился, слушая доводы своей собеседницы.
   Фелан, стоявший за его креслом, тоже казался недовольным. Он грозно скрестил на груди руки, не отрывая внимательного напряженного взгляда от высокого мужчины настолько плотного телосложения, что крепкое дубовое кресло едва ли не стонало под его весом. Тот сидел рядом с женщиной и словно дремал, смежив веки.
   - Я вас внимательно слушаю, виера Гортензия, - уведомил Норберг, когда женщина сделала паузу.
   Она улыбнулась. Провела ладонью по безупречной высокой прическе, словно невзначай сверкнув бриллиантами на массивных перстнях, унизывающих ее тонкие пальцы. По гладкому холеному лицу женщины было совершенно непонятно, сколько же ей лет в действительности. Она выглядела особой совершенно вне времени. С равным успехом ей могло быть как тридцать, так и шестьдесят.
   - Договор о разделе власти в Гроштере наш клан заключал с вашим отцом, - мягко напомнила она. - Именно подпись виера Алисандра стоит под ним. Но, как мы все понимаем, теперь вы возглавляете стаю.
   - Разве это означает прекращение действий всех договоренностей? - перебил ее Норберг.
   Виера Гортензия едва заметно сдвинула брови, явно недовольная тем, что ей не дали договорить.
   - Конечно же, не означает, - после краткой заминки так же вкрадчиво произнесла она. - Но выяснились некоторые детали... Теперь у нашего клана имеются неопровержимые свидетельства того, что ваш отец имел непосредственное отношение к смерти Изабеллы Клинг.
   Женщина сделала паузу, при этом глядя на Фелана.
   На лице блондина не дрогнуло и мускула. Он словно не услышал ее слов, а если и услышал - то не удивился им.
   Тонкая бровь виеры Гортензии поползла было вверх в немом изумлении от такой реакции, точнее сказать - от полного отсутствия оной.
   - Изабелла ведь была вашей матерью, - проговорила она, обращаясь теперь напрямую к Фелану.
   - Я в курсе, - почти не разжимая губ, обронил тот.
   - И она являлась моей сестрой. - Виера Гортензия чуть слышно всхлипнула и ловко выудила откуда-то из-под стола крошечный кружевной платочек, которым осторожно промокнула абсолютно сухие глаза, стараясь при этом не размазать макияж.
   Норберг опустил голову, пряча в тени улыбку. Правда, почти сразу посерьезнел и сухо сказал:
   - Виера Гортензия, при всем моем уважении, я не совсем понимаю, к чему тревожить прах вашей сестры. Смерть Изабеллы Клинг, вне всякого сомнения, огромная трагедия и утрата как для вашего клана, так и для нашего.
   - Изабелла принадлежала прежде всего нашему клану. - Голос Гортензии неуловимо изменился. Из него как-то вдруг ушла вкрадчивая мягкость. Теперь в нем слышались скрежет когтей по железу. - Надеюсь, вы не будете лгать мне в лицо о том, что якобы понятия не имеете, по какой причине ваш отец жестоко убил ее.
   - Я хочу услышать вашу версию событий, - спокойно ответил Норберг.
   - Ну что же, извольте. - Гортензия опять вперилась немигающим взором в Фелана, словно адресуя свой рассказ именно ему. Отчеканила: - Ваш отец влюбился в другую женщину. Изабелла, которая к тому моменту носила его сына под сердцем, не смогла смириться со второй ролью. И убила соперницу сразу же после того, как она произвела на свет вас. После чего кара постигла уже ее.
   И опять Фелан ни жестом, ни звуком не выдал своего отношения к услышанному. Он будто окаменел, стоя за креслом своего брата.
   - И это, вне всякого сомнения, характеризует моего отца отнюдь не с лучшей стороны, - спокойно проговорил Норберг. - Но теперь я возглавляю клан. Признаюсь честно, я не совсем понимаю, к чему все эти отсылки к прошлому. Было - и было. Изабелла мертва, как и моя мать. А Алисандр больше не возглавляет стаю.
   Виера Гортензия опять провела рукой по прическе. Но теперь ее пальцы едва заметно дрожали от затаенного волнения.
   - И все-таки моя стая вправе требовать компенсацию, - сказала она.
   Норберг в последний раз ударил пальцами перед собой. Затем убрал руку со стола и резко подался вперед.
   - На каких условиях? - отрывисто спросил он.
   Виера Гортензия, однако, не торопилась отвечать. Вместо этого она встала. Тотчас же предупредительный молчаливый слуга бесшумно материализовался за ее спиной и отодвинул кресло. А вот Норберг вставать не стал, хотя это шло вразрез с требованиями этикета. Он предпочел наблюдать за действиями своей собеседницы сидя.
   Впрочем, спутник Гортензии тоже предпочел не покидать своего места. Лишь слегка дрогнули его веки, доказывая тем самым, что он не спит.
   Гортензия, шелестя пышной юбкой, неторопливо прошлась по гулкому просторному помещению. Остановилась напротив большого - во весь человеческий рост - окна, за которым вдалеке змеились ночные улицы Гроштера, освещенные сотнями огней. Нервно сцепила за спиной руки.
   В комнате после этого повисла напряженная тишина. Та самая, которая невыносимо давит на уши, вынуждая разорвать ее криком, отчаянным стоном, мольбой, просьбой - словом, чем угодно, лишь бы прервать эту пытку молчанием.
   Впервые на лице Фелана отразились хоть какие-то подобия чувств. Он переступил с ноги на ногу и еще крепче прижал к груди скрещенные руки. Сжал губы так сильно, что они превратились в две тонкие бескровные ниточки.
   Впрочем, и спутник виеры Гортензии не остался равнодушным к затянувшейся паузе. Он приоткрыл заплывшие жиром глаза. Хмуро обвел комнату взглядом, словно проверяя, все ли в порядке. Затем опять погрузился в подобие сна.
   - Виер Норберг, вы должны понимать, что мы относимся к одному роду лишь формально, - прошелестел голос Гортензии.
   Она по-прежнему не оборачивалась к присутствующим. Ее тонкий стан, обтянутый черным бархатом изысканного наряда, почти терялся на фоне темного окна. Лишь отблеск луны сверкал на крупных бриллиантах серег и камнях ожерелья вокруг изящной шеи.
   - На самом деле наши ветви давно вражд... - на этом моменте Гортензия запнулась, не осмелившись произнести это определение. Затем продолжила с явным усилием и более осмотрительно: - Было бы неверно сказать, что наши семейства связывает горячая дружба.
   Норберг промолчал. Он лишь едва дернул щекой, как будто прогонял невидимого комара.
   Гортензия между тем в последний раз провела тонким пальчиком по стеклу и развернулась.
   Наверное, при этом свет ближайшей магической искры неудачно упал на ее лицо, подчеркнув прежде невидимые морщины. Но внезапно создалось впечатление, будто женщина просто чудовищно стара. Прожитый возраст отразился в ее глазах, затаился в жестких складках, пролегших от крыльев носа к уголкам губ.
   - Точнее сказать, мы бы могли забыть о наших давних разногласиях, если бы Изабелла вышла замуж за Алисандра, - продолжила Гортензия, крепко сцепив перед собой руки. - Однако ваш отец рассудил иначе. Что же. На тот момент ваша стая была крупнее и сильнее нашей. Я с самого начала догадывалась, кто истинный виновник смерти сестры, но до поры до времени считала нецелесообразным поднимать этот вопрос.
   - Что же изменилось сейчас?
   Норберг задал этот вопрос тихо, почти неслышно. Но спутник Гортензии опять заволновался. Открыл глаза и тяжело отодвинул кресло, как будто готовился в любой момент вскочить на ноги.
   В унисон с этим Фелан напрягся. Переступил, немного отступив в сторону, намечая себе наиболее выгодную траекторию для атаки.
   - Изменилось то, что Алисандр теперь не вожак стаи, - честно ответила Гортензия, мимо прозрачных светлых глаз которой вряд ли прошла эта сцена. - И наш род теперь не тот, что был прежде. Мы... мы стали сильнее. Численность моей стаи превосходит твою, мальчик мой, минимум вдвое.
   И опять Норберг едва заметно дернул щекой, должно быть, недовольный тем, что Гортензия вздумала оставить официальный тон и перешла на более фамильярное общение.
   - То бишь, вы собираетесь расторгнуть мирное соглашение, - без малейшего намека на вопрос протянул он.
   - Нет, не собираемся. - Гортензия покачала головой. - Мы не желаем войны, хотя не сомневаемся в победе. Но любое противостояние ослабляет обе стороны. Это даст неоправданное преимущество прочим родам. К примеру, семейству Хеин, которое контролирует Хельон и северные окрестности Лейтона. Эти неотесанные грубые медведи давно намекают на то, что не отказались бы сменить климат на более теплый.
   - Тогда чего же вы хотите? - прямо спросил Норберг.
   - Подписание нового договора, в котором нашему роду отойдет вся южная часть Гроштера, - ответила Гортензия, и ее глаза зажглись жадным зеленым пламенем. - Граница пусть проходит по Дворцовой площади. Это первое условие. А второе - ты отдаешь нам Алисандра.
   Норберг задумчиво потер подбородок. Откинулся на спинку кресла, глядя на улыбающуюся Гортензию.
   - Алисандр - мой отец, - прошелестел его голос.
   - Он - убийца моей сестры, - парировала Гортензия. - И должен понести кару за свой поступок. Я знаю, что ты лишил его второго облика. Ну что же, это слегка облегчит его участь. Оборотни выносливее людей. Могут дольше терпеть боль. А он умрет быстро. По крайней мере, быстрее, чем несчастная Изабелла.
   Норберг не торопился продолжать разговор. Он сидел и с демонстративным безразличием смотрел на женщину. Удивительное дело, но чем дольше длилась эта пауза, тем больше волновалась Гортензия. Ее прежде бесстрастное лицо то и дело искажалось быстрой злой гримасой. Губы кривились, переносицу разломила некрасивая глубокая морщина.
   - Ну? - первой не выдержала она. - Ты согласен?
   При этом она сорвалась даже не на крик - на противный высокий визг. Как будто кошке кто-то случайно наступил на хвост.
   Ее спутник хмуро заворчал. Тяжело поднялся на ноги и подошел к ней. Ласково опустил широкую длань на ее плечо, и Гортензия опомнилась. На неполную минуту спрятала лицо в ладони, а когда вновь взглянула на Норберга - то ничто в ее облике не напоминало о недавнем срыве.
   - Прошу прощения, - пробормотала она уже спокойнее. - Нервы. Я слишком взбудоражена тем, что совсем скоро поквитаюсь с убийцей сестры. Столько лет я ждала этого момента...
   - Я услышал вас, - невежливо оборвал ее Норберг и тоже встал. - А теперь прошу извинить меня, но подобные вопросы так сразу не решаются. Завтра вечером мы вновь вернемся к обсуждению этой темы.
   - Ясно, - холодно проговорила Гортензия.
   Ее изумрудные глаза потемнели. По всей видимости, она ожидала от Норберга иного.
   - Если вы желаете, то можете остановиться в моем замке, - продолжил Норберг. - Естественно, я гарантирую вам полную безопасность...
   - Не стоит, - оборвала его Гортензия. Покачала головой и продолжила уже мягче: - Мальчик мой, я не хочу утруждать тебя и стеснять. К тому же я соскучилась по Гроштеру. Я не была здесь так долго! С удовольствием прогуляюсь по его улицам. Приятно осознавать, что совсем скоро наш род вернется сюда на правах хозяев.
   Глаза Норберга ощутимо потемнели. Но он ничего не сказал, лишь почтительно склонил голову, показывая, что принимает решение Гортензии.
   Та еще несколько секунд смотрела на него, чего-то выжидая. Затем негромко рассмеялась и покинула зал настолько стремительной походкой, что казалось, будто она вообще не касается пола.
   За ней вышел и ее спутник. Несмотря на свою более чем внушительную комплекцию, он проделал это столь же бесшумно.
   Фелан дождался, когда за гостями закроется дверь. После чего издал громкое презрительное фырканье и взял со стола предусмотрительно откупоренную бутылку вина, к которой, впрочем, никто так и не прикоснулся.
   - Ну и фифа, - пробормотал он, прежде сделав глоток прямо из горлышка и не утруждая себя поисками бокала. Небрежно промокнул губы рукавом рубашки, добавив с нескрываемым восхищением: - Нет, ты видел, что за фифа? Истинная тигрица!
   - А ее спутник - истинный лев, - пробормотал Норберг.
   Он смотрел поверх головы брата, явно прокручивая и прокручивая в голове прошедший разговор.
   - Что ты намерен делать? - полюбопытствовал Фелан. Норберг удивленно посмотрел на него, и блондин торопливо добавил: - Я говорю про отца. Понятное дело, власть над Гроштером им нельзя отдавать ни в коем случае. Даже если они получат один дом, то вскоре заявят права на весь город. Как говорится, коготок увяз - всей птичке пропасть. Но если отдать Гортензии нашего отца, то это подсластит ей горечь отказа.
   - И ты готов пойти на это? - Норберг высоко вскинул одну бровь, явно неприятно пораженный предложением брата.
   - Я думаю, ты не будешь спорить с тем, что наш отец - та еще сволочь. - Фелан пожал плечами. - Я не буду плакать, если он умрет. В некотором смысле слова, это будет даже проявлением милосердия. Ты лишил его второго облика. Нельзя придумать для оборотня наказания хуже.
   - Однако, между тем, он не собирается умирать, - негромко возразил Норберг. - Я не могу сказать, что он счастлив и полностью доволен своей участью. Но он не сделал ни одной попытки самостоятельно отправиться на суд богов.
   - Еще бы он сделал! - Фелан неприятно хохотнул. - За порогом миров его будет ожидать веселенькая компания тех, кого он в свое время предал или жестоко убил. Понятное дело, наш отец всеми силами будет стараться как можно дольше отсрочить эту донельзя неприятную встречу.
   - Вот именно, - обронил Норберг и устало опустился в кресло, из которого встал при завершении разговора с Гортензией.
   Устало положил на стол локти и зарылся лицом в ладони, о чем-то глубоко задумавшись.
   - Неужели тебе жалко его? - не унимался Фелан, опять отхлебнув вина. - Норберг, между нами. Но почему ты сам его не убил? Пока Алисандр жив, то он всегда будет представлять опасность твоей власти. Что скрывать очевидное, далеко не все готовы видеть тебя вожаком. У нашего отца осталось немало сторонников, которые пусть втайне, но мечтают о возвращении к прошлым временам. И это может стать огромной проблемой. Особенно сейчас, когда в город прибыла Гортензия.
   Пальцы Норберга, которыми он обхватил голову, едва заметно дрогнули. Он явно внимательно слушал рассуждения брата.
   - Ты слишком рьяно принялся наводить свои порядки, - продолжил Фелан, чуть осмелев от того, что брат не осадил его сразу. - Оборотни привыкли жить в свое удовольствие, при этом не оглядываясь на человеческие законы.
   - Наш отец насиловал девушек, - глухо напомнил Норберг, по-прежнему не отнимая ладоней от лица. - А потом, используя свой ментальный дар, заставлял их забывать об этом. И его так называемые сторонники недовольны прежде всего тем, что я запретил подобные охоты, в которых и им зачастую перепадало немало развлечений.
   - А зачем ты это сделал? - вкрадчиво поинтересовался Фелан. - Пусть бы все продолжалось. Не с таким размахом и не так часто, но все-таки. Тебе даже не надо было это разрешать. Выразил бы вслух свое неудовольствие, но продолжал бы смотреть на похождения стаи сквозь пальцы. Подумаешь, эка невидаль. Ты же устроил несколько показных наказаний. И наказаний более чем жестоких. Как думаешь, добавило ли это тебе любви среди стаи?
   - Я не нуждаюсь в любви. - Норберг вдруг стукнул кулаком по столу, да так, что Фелан от неожиданности расплескал вино. Хмуро посмотрел на брата, прошипев: - Мне нужно, чтобы меня слушались. И чтобы мои приказы выполнялись беспрекословно.
   - Невозможно править только при помощи кнута, - возразил Фелан, с неудовольствием глядя на запачканные красными брызгами манжеты рубашки. - И уж тем более не стоит начинать с этого свое правление. Вернее было бы...
   - Смею напомнить, что я - вожак стаи, - перебил его Норберг. - И пока я не нуждаюсь ни в чьих советах.
   Фелан скривился, недовольный полученной отповедью. Его губы обиженно дрогнули, но он удержался от продолжения спора.
   - Как знаешь, - прошелестел его голос. - Я всего лишь пытаюсь помочь тебе.
   - Прости, - чуть мягче добавил Норберг. - Я понимаю, что ты беспокоишься за меня. Но я поступил так, как счел единственно верным. Я не мог спокойно стоять в стороне, безучастно наблюдая за тем, как калечат невинные души. Да, несчастные жертвы нашего отца ничего не помнили о тех ночах, что они провели в замке. Только во сне кошмары возвращались. Но разве этого мало? Разве бы ты пожелал своей Марике подобную участь? А ведь она лишь чудом не попала в тот проклятый подвал.
   После вопроса брата Фелан с такой силой сдавил бутылку, что едва не раздавил толстое надежное стекло. Опомнившись, осторожно поставил ее на стол.
   - Я еще раз предлагаю - отдай нашего отца Гортензии, - настойчиво сказал он. - Ты сам признаешь, что он поступал чудовищно в бытность свою вожаком. Так пусть кара настигнет его. Я понимаю, что ты не желаешь пачкать руки сам. Что же, это разумно. Он все-таки наш отец. Но Гортензия будет счастлива, если ты позволишь ей поквитаться за смерть сестры. - Сделал паузу и чуть слышно добавил: - Которая была моей матерью.
   Норберг не торопился отвечать на слова брата. Он сидел за длинным столом, устало опустив плечи, и вычерчивал указательным пальцем на безупречно отполированной столешнице какие-то загадочные символы.
   Фелан не торопил его. Он отступил на пару шагов, не сводя с брата настороженного взгляда.
   - Насколько я помню, Марике рожать на днях, - неожиданно произнес Норберг. Вопросительно посмотрел на брата.
   Тот кивнул и озадаченно приподнял бровь.
   - Перевези ее в замок, - сухо не попросил - приказал Норберг. - Ее и маленького Этана. Полагаю, нам обоим будет спокойнее, если твоя семья окажется здесь.
   - Ты не представляешь, о чем просишь. - Фелан мученически возвел очи долу. - Этану недавно исполнилось три. Это же настоящий маленький ураган, сеющий вокруг одни разрушения.
   - Стены нашего замка достаточно крепки и надежны, чтобы выдержать проделки твоего сына. - Норберг позволил себе краткую усмешку. Но почти сразу продолжил уже без тени улыбки: - И все-таки, Фелан, перевези семью сюда. Не думаю, что Гортензия осмелится причинить им какой-либо серьезный вред. Как-никак ты ее племянник. Но она наверняка попытается разыграть эту карту. Надо лишить ее этой возможности.
   - Хорошо, - согласился Фелан. Помолчал немного и с иронией осведомился: - А что насчет Иларии? Если Гортензия узнает про твои чувства к этой кошечке, то...
   Фелан не завершил фразу. Да это было и не нужно. Норберг и без того прекрасно понял, что хотел сказать его брат.
   - Илария, - задумчиво протянул Норберг. Его лицо на миг осветила мечтательная улыбка, как будто это имя навеяло ему какие-то приятные воспоминания.
   Затем он встал, резко отодвинул кресло. И неторопливо прошелся по просторному гулкому помещению, скрестив за спиной руки.
   - Как же все не вовремя! - неожиданно пожаловался он. - Очень не вовремя. Если я прикажу Винлану доставить Иларию в Гроштер, то тем самым сильно испорчу все дело. Не мне тебе говорить, что кошки не любят, когда им приказывают.
   - Но оставлять ее в том захолустье тоже слишком опасно, - возразил Фелан. - Айша уже пронюхала про ночь, которую кошка провела в замке. Правда, она сделала неверные выводы, но все равно. У этой дурной девчонки не хватит ума держать язык за зубами. К тому же Айша обижена на тебя. И обижена сильно. Она вполне способна отправиться к Гортензии.
   - Айша сейчас не в Гроштере, - напомнил Норберг.
   - В том-то и дело. - Фелан покачал головой. - Даже ты не в силах предугадать, что замыслила Айша. В Гроштере ты бы смог хоть как-то контролировать ее. Но она в Ультауне. И слишком близко подобралась к Иларии. Вряд ли, конечно, Айша нападет на нее, пока рядом Винлан. Но кто знает, что у нее в голове.
   - Демоны! - кратко ругнулся Норберг.
   Остановился напротив окна, где совсем недавно стояла Гортензия. Прижался лбом к прохладному стеклу, будто пытался таким образом умерить головную боль.
   В зале после этого воцарилась тишина. Фелан с непонятной улыбкой наблюдал за младшим братом. В глубине его зеленых глаз мерцало какое-то чувство, более всего напоминающее злорадство.
   - Пусть будет так, - наконец, глухо произнес Норберг, не глядя на него. - Прикажи Винлану доставить кошку сюда.
   - А если она вздумает сопротивляться? - с кратким смешком уточнил Фелан.
   - Она обязательно будет сопротивляться, - с протяжным вздохом ответил Норберг. - Но все равно. Скажи, что я разрешаю Винлану прибегнуть к силе. Пусть свяжет ее, обездвижит, оглушит, в конце концов. Но привезет в замок. И как можно скорее!
   Фелан поклонился, показывая тем самым, что услышал брата. И бесшумно покинул зал.
   Только после этого Норберг отвернулся от окна. Его губы сложились в горькую гримасу.
   - Брат, - чуть слышно прошептал он. - Неужели ты всерьез намереваешься предать меня?
  

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава первая

  
   Неделя после неудавшегося похищения, чудесного спасения и столь неожиданного знакомства с Винланом пролетела на удивление быстро.
   Я по-прежнему предпочитала не покидать дом без лишней на то необходимости. Винлан не показывался мне на глаза. Я знала, что он действительно поселился в доме вдовы Ориен. Однажды я с нескрываемым изумлением увидела, как он копошится около клумбы с цветами, высоко подвернув рукава белой рубашки. По всей видимости, мужчина что-то сажал, поскольку его ладони были перемазаны землей. И это было так... необычно. Прежде всего потому, что мужчина выглядел настолько довольным, как будто испытывал настоящее счастье, сажаясь растения и выпалывая сорняки.
   Впрочем, как бы то ни было, сам Винлан, к моему величайшему удовольствию, не докучал мне визитами. Не видела я больше и Айшу. И я искренне надеялась, что чудная сестра Фелана Клинга поторопилась вернуться в столицу, убедившись, что в действительности меня и ее брата не связывают никакие любовные отношения. Хотя в глубине души подозревала, что моим мечтам вряд ли суждено исполниться. Ладно. Хотя бы окно Винлан мне починил. И теперь в моем жилище ничто не напоминало о ночи знакомства с взбалмошной девицей.
   Был очередной прекрасный и теплый летний вечер середины июля. Я решила погреться немного на солнце, которое уже не обжигало так, как днем. Вытащила плетенное кресло на полянку перед домом, приготовила полный кувшин свежего лимонада, куда щедро набросала мяты и мелиссы. Затем придирчиво выбрала себе любовный роман из домашней библиотеки и отправилась в сад с твердым намерением провести в лени и неге несколько ближайших часов, пока не станет слишком темно для чтения.
   Ничто, как говорится, не предвещало беды. Я со всем мыслимым удобством расположилась в кресле. Сделала глубокий глоток прохладного напитка и открыла книжку, намереваясь погрузиться в чтение.
   Но спустя мгновение на меня упала чья-то тень.
   - Добрый вечер, Винлан, - не поднимая головы, поздоровалась я, опознав мужчину по запаху. Недовольно добавила: - Могли бы, кстати, и постучать. Чем обязана визиту?
   Мужчина, как ни странно, проигнорировал мой вопрос, и я удивленно подняла на него глаза, когда пауза слишком затянулась.
   Винлан, одетый, как и обычно, в темную строгую одежду, почему-то нервничал. Его обычно бесстрастное лицо почему-то кривилось от скрытого неудовольствия.
   - Что-то случилось? - спросила я, нахмурившись.
   А в следующее мгновение этот негодяй метнул в меня парализующие чары.
   Это произошло настолько стремительно и без предупреждения, что я не успела отреагировать. Миг - и я оказалась заключена в плотный кокон зеленого заклинания, не позволяющего мне даже вздохнуть полной грудью.
   Я открыла рот, собираясь завизжать в полную мощь легких. Но Винлан и тут был быстрее меня. Раз - и плотная нашлепка магического кляпа плотно залепила мне лицо, оставив открытыми лишь нос и глаза.
   С тихим звяканьем из моих ослабевших рук выпал стакан с лимонадом. Покатился по траве, а сверху печально спланировала книга, шелестя страницами.
   - Простите, Илария, - только после этого подал голос Винлан. - Я обязан доставить вас в Гроштер. Таково приказание Норберга Клинга. Поскольку вы бы вряд ли согласились на это по доброй воле, то мне пришлось прибегнуть к такому методу. Во избежание возможных проблем.
   Я даже замычать не могла возмущенно. Поэтому просто изо всех сил захлопала ресницами, пытаясь хотя бы таким образом продемонстрировать свое негодование.
   - Мне очень жаль, - еще раз повторил Винлан. Вздохнул и обвел долгим взглядом мой сад. - Знаете, но я сам очень опечален тем, что мне приходится так поступить. Жить в глуши... Возиться с цветами. Такими хрупкими и нежными. С замиранием сердца наблюдать, как крепнет росток и набирает сил... Наверное, это была самая счастливая неделя в моей жизни.
   Я при всем своем горячем желании ничего не могла сказать в ответ на проникновенное заявление Винлана. Вместо этого я напряглась изо всех сил, пытаясь сбросить с себя магические путы.
   - Не сопротивляйтесь, Илария, - очнувшись от секундной задумчивости, посоветовал мне Винлан. - Иначе будет больно. Очень больно. А это, бесспорно, вызовет неудовольствие Норберга.
   Я озадаченно притихла в паутине чар. Ничего не понимаю! Норберг по какой-то непонятной причине приказал доставить меня в Гроштер. Какое ему дело до тех болезненных ощущений, что я испытаю при этом?
   "Наверное, он думает, что я все-таки забеременела от Фелана, - пришло запоздалое озарение. - И боится таким образом навредить нерожденному ребенку. Должно быть, приказ доставить меня в столицу имеет ту же подоплеку. Как сказал Фелан, он привык сам воспитывать своих котят. Проблема лишь в том, что никаких последствий та ночь не имела для меня".
   Я с еще большим усердием захлопала ресницами. Ну дай же мне возможность сказать хоть слово! Впрочем, я ведь уже говорила Винлану, что не беременна.
   "Винлан мог решить, что ты обманываешь его, - резонно возразил внутренний голос. - Или же Норберг хочет убедиться в этом лично. С его стороны подобный поступок был бы более чем логичен. Как говорится, доверяй, но проверяй. Для вожака стаи это правило должно быть основополагающей аксиомой".
   Я беззвучно вздохнула. Получается, меня ждет путешествие в Гроштер и еще одна встреча с братьями Клинг. Неприятно, но не смертельно. Главное, не встретиться случайно в столице с Вэйдом. И еще надо будет придумать какое-нибудь объяснение для соседей. Хорошо, что за пять лет проживания в Ультауне я не успела обзавестись близкими знакомствами. Но вот с Гордоном могут возникнуть проблемы. Если он явится по своему обыкновению в гости и поймет, что дома никого нет...
   "То скорее всего решит, что ты решила повидаться с мужем, - завершил глас рассудка. - Он сам не так давно предлагал тебе съездить в Гроштер. Развеяться, так сказать".
   Ну что же, можно сказать, что я последую совету Гордона. Правда, не по своей воле.
   Между тем Винлан подошел ко мне и без всякого усилия поднял меня на руки.
   - Простите, - еще раз повторил он. - Я и сам не в восторге от этого. Но приказы Норберга не обсуждаются.
   Я мысленно фыркнула от гнева. Тоже мне, великий господин и повелитель нашелся! Ух, все выскажу ему, когда увижу!
   Правда, сердце при этом сладко заныло от предвкушения скорой встречи. Что скрывать, где-то в глубине души я была даже рада, что вновь услышу негромкий хрипловатый голос Норберга.
   Винлан сделал несколько шагов по направлению к моему дому. Но вдруг замер.
   Порыв ветра принес новый запах. Острый аромат опасности и притаившегося рядом хищника.
   - Ты... - с немалым изумлением выдохнул мужчина.
   А в следующее мгновение я полетела на землю.
   Нет, я не ушиблась. Плотный кокон парализующих чар смягчил удар, но я упала на живот и застыла так, не в силах перевернуться самостоятельно.
   - Что ты задумал? - В тоне Винлана послышалось негодование. - Одумайся! Когда Норберг узнает об этом, то...
   - Если узнает, - перебил его мужской голос.
   Я чуть ли не взвыла от любопытства, как никогда страдая от полнейшей беспомощности. Кто же пришел ко мне на помощь? Готова поклясться собственным хвостом, что прежде мы не встречались.
   - Вентор, я не понимаю, что ты собираешься сделать, но еще раз прошу тебя - не глупи. - Винлан чуть ли не засюсюкал, разговаривая с моим неожиданным спасителем. - Ты не понимаешь...
   Воздух свистнул, разрезаемый чарами. Мою спину обожгло какое-то заклинание. Оно пролетело так близко от меня, что между лопатками неприятно засвербело. Я не сомневалась, что надо мной сейчас бушует настоящий вихрь смертельно опасной магией.
   Впрочем, поединок не продлился долго. Неожиданно до моего слуха донесся гулкий тяжелый звук падения. И все стихло.
   - Ты убил его? - услышала я вопрос.
   А вот теперь я всерьез заволновалась. Потому что задала его Айша, в этом не было никакого сомнения.
   - Оглушил, - ответил незнакомец.
   - Прикончи его! - капризно потребовала девушка. - Немедленно!
   - Не дури, Айша, - спокойно ответил тот. - В этом нет необходимости.
   Прищелкнул пальцами - и я ощутила, как тугой кокон чар вокруг меня исчез.
   Я стремительно вскочила на ноги, готовая в любой момент перекинуться. Заранее оскалилась, предчувствуя битву. Быстрым взглядом окинула поле предполагаемого поединка.
   Винлан лежал в паре шагов от меня. Теперь уже его надежно спутывали обездвиживающее заклинание. Лицо мужчины заливала кровь от рассеченной брови. Но он был жив. Я с облегчением вздохнула, заметив, как его грудь едва заметно вздымается.
   Затем я посмотрела на мужчину, который освободил меня. Изумленно вздохнула.
   По всей видимости, меня навестил один из рода Клинг. Что-то неуловимо общее угадывалось в уголках рта, где играла насмешливая улыбка, и во взгляде внимательных серых глаз.
   Кот!
   Мое сердце забилось вдвое чаще, когда я осознала, что передо мной стоит еще один представитель кошачьих. Интересно, кто это? Еще один из братьев Клинг? По всей видимости, бывший глава рода был очень любвеобилен, раз у него столько внебрачных детей. Но на вид парень был гораздо младше Фелана или Норберга. Полагаю, он всего на пару лет старше Айши. То бишь, мой ровесник. А мне всего двадцать пять.
   - Я не собираюсь нападать на вас, - уведомил меня незнакомец. - Так что можете не балансировать на грани превращения. Это отнимает слишком много энергии.
   Естественно, я не послушалась. Лишь презрительно фыркнула, не торопясь разжимать кулаки. Ага, так я и поверила! Наверняка стоит мне только расслабиться - как он нападет.
   - Как знаете. - Парень пожал плечами. Продолжил с легкой улыбкой: - Меня зовут Вентор Клинг. И я...
   Он замялся, как будто слова не шли по какой-то причине не шли из его горла.
   - Вы сын Фелана! - вдруг ахнула я, осознав, почему его запах кажется мне настолько знакомым.
   Лицо Вентора исказила быстрая недовольная гримаса, как будто по какой-то причине мои слова причинили ему боль. Но почти сразу он опомнился и спрятал свои эмоции под прежней равнодушной усмешкой.
   - Да, вы правы, - подтвердил он. - Я, так сказать, ошибка его бурной молодости. Бельмо на глазу, которое он с величайшим удовольствием бы уничтожил.
   Такие затаенные боль и горечь при этом прозвучали в его голосе, что мне невольно стало не по себе. Н-да, сдается, проблема отцов и детей в этом конкретном случае стоит более чем остро.
   Впрочем, пусть сами как-нибудь разбираются. Не хочу лезть в чужие семейные дрязги. Мне и своей головной боли хватает. Спрашивается, какого демона меня никак не оставят в покое?
   - Как же мне надоел ваш род! - устало посетовала я. - Можете передать вашему отцу, что я от него не беременна. Что уже сказала Винлану. Поэтому я совершенно не понимаю, почему меня надо тащить в Гроштер.
   - Не беременны? - с легкой ноткой изумления переспросил Вентор. - А что, у вас имелся шанс забеременеть от него?
   А теперь уже я с нескрываемым удивлением вскинула брови. Хм-м... Такая постановка вопроса заставляет думать, что все мои прежние рассуждения были в корне неверны. Но зачем тогда Норберг Клинг приказал доставить меня в Гроштер? Не понимаю!
   - Н-да, черного кобеля не отмоешь добела, - неприятно хихикнула Айша. - А такая любовь к Марике была, такая любовь! Верно, должно быть, говорят, что глупо требовать от кошки верности.
   - Не обобщай. - Вентор поморщился, явно задетый за живое.
   - Интересно, как отреагирует ненаглядная женушка твоего отца, когда узнает, что Фелан ей старательно рога наставляет, пока она второго котенка под сердцем носит, - не унималась Айша.
   При этом она даже не пыталась скрыть радостного нетерпения в голосе. Должно быть, уже неймется все доложить Марике.
   - Я понимаю твое желание насолить Фелану и его жене, - холодно сказал Вентор. - Но пока с этим придется погодить. Тебе лучше сейчас не показываться в Гроштере. - Помолчал немного и чуть слышно завершил: - Впрочем, как и мне.
   Мое недоумение все возрастало и возрастало. И что все это значит, хотелось бы знать?
   - Я обязательно вам все объясню, Илария, - пообещал мне Вентор, должно быть, прочитав мои эмоции по выражению лица. Кивком указал на лежащего Винлана, который по-прежнему не подавал никаких особых признаков жизни. - Но давайте сначала перенесем его в дом. Неловко получится, если кто-нибудь из соседей решит заглянуть к вам и застанет такое.
   Я неохотно кивнула и наконец-то разжала кулаки.
   Ладно, вряд ли этот паренек собирается нападать на меня. В противном случае он сделал бы это сразу же, воспользовавшись моей временной беспомощностью. С его стороны было бы чрезвычайно глупо сначала снимать с меня парализующие чары, а потом устраивать поединок.
   И, немного успокоенная этой мыслью, я принялась помогать ему.
   Через несколько минут общими усилиями мы перетащили Винлана в дом. Вентор сгрузил его на диван, а я осторожно вытерла лицо мужчины полотенцем, стирая следы крови. Хвала небесам, рана над бровью хоть и оказалась глубокой, но здоровью и жизни Винлану не угрожала.
   На всякий случай я залепила ее пластырем. Так будет лучше. Если честно, я не испытывала к Винлану никаких дурных чувств. Другом он мне не был, но и врагом не являлся. Да, мое мнение о нем слегка испортилось после того, как он пытался меня насильно увезти в Гроштер. Но Винлан выполнял приказ.
   Вентор не торопил меня. Он устроился в одном из кресел и отстраненно наблюдал за тем, как я хлопочу около мужчины. А вот Айше моя забота явно пришлась не по вкусу.
   - Да что ты с ним возишься? - не выдержав, воскликнула она, когда я бережно укрыла Винлана покрывалом. - Думаешь, он оценит и проникнется к тебе благодарностью? Ага, как же, надейся больше! Этот тип верен только Норбергу. Лижет ему руки, как прежде лизал руки Алисандру. Но при первом же удобном случае предал своего хозяина и переметнулся на сторону нового вожака.
   Ресницы Винлана при этом замечании едва заметно дрогнули, как будто мужчина напряг все свои силы, силясь в очередной раз скинуть магические узы.
   Я отступила от дивана на шаг и задумчиво почесала нос. Кто такой Алисандр? Логичнее всего предположить, что прежний вожак стаи.
   - Виер Алисандр Клинг - мой дедушка, - подал в этот момент голос Вентор, подтвердив тем самым мою догадку. - Он возглавлял стаю до недавнего времени. Затем Норберг кинул ему вызов и победил, став новой главой стаи.
   Я покачала головой и отправилась к столику, где еще со вчерашнего вечера оставила початую бутылку вина. Вызовы, поединки, слуги... Нет, не дано мне понять прелести жизни в стае. Одиночкой быть куда проще. Ни от кого не зависишь, никому не подчиняешься, ни перед кем не отчитываешься. Странно, что Фелан, у которого в крови должна быть любовь к свободе, терпит все эти игры. И мало того, что терпит, так еще и занимает подчиненное положение. Ведь, насколько я понимаю, Норберг главнее его.
   - Да, мне тоже этого не понять, - сказал Вентор.
   От неожиданности я едва не смахнула со стола бокал, к которому как раз потянулась. С подозрением обернулась к Вентору. Это что же получается, он читает мои мысли?
   - Весь род Клинг обладает ментальными способностями, - прохладно проговорил Вентор. - Кто-то в меньшей степени, кто-то в большей. Это, можно сказать, не просто наш дар, но и в некотором смысле проклятье.
   - Скажешь тоже - проклятье, - не выдержала и вновь вмешалась Айша. Ее верхняя губа приподнялась в злобном оскале, обнажающем верхние зубы и откровенно уродующем красивое лицо. И девушка с бешенством прошипела: - Я бы душу свою отдала, лишь бы вернуть эту способность!
   Ага, стало быть, сама Айша не умеет читать мысли. Наверное, Норберг забрал не только ее второй облик, но и ментальный дар. Весьма предусмотрительно с его стороны, учитывая то, какой ненавистью она к нему пылает.
   "Враг моего друга - мой враг, - прошептал внутренний голос. - Конечно, пока Норберга Клинга нельзя назвать твоим приятелем. Но он не сделал тебе ничего дурного. К тому же он нравится тебе, и прежде всего - как мужчина. Стоит ли примыкать к лагерю его неприятелей?"
   Правда, я тут же опомнилась и не стала продолжать столь опасные рассуждения. Нахмурилась, создав вокруг себя невидимую пелену защитного заклинания. Буду надеяться, это оградит мою голову от чужого вмешательства.
   По губам Вентора зазмеилась неприятная усмешка. Он явно заметил мое действие. Но предпочел не комментировать его.
   А я вернулась к прежнему занятию. Разлила вино по бокалам, с подозрением поднесла один к носу и принюхалась. Н-да, немного выдохлось. Пожалуй, стоило бы открыть новую бутылку, ну да ладно. Гости нежданные и не сказать, чтобы желанные. Поэтому пусть довольствуются тем, что есть.
   Вентор чуть качнул головой, отказавшись от бокала, когда я повернулась к нему. А вот Айша привередничать не стала. Одним глотком осушила протянутый фужер и тут же потянулась за вторым.
   - Так что привело вас в Ультаун? - спросила я, присев на самый краешек кресла напротив него и готовая в любой момент вскочить на ноги.
   - Вы, - честно ответил Вентор.
   - Даже неловко от того, насколько популярной личностью я вдруг встала, - пошутила я. Выжидающе вскинула бровь, в упор глядя на Вентора. Прошелестела: - Я жду объяснений.
   - И я с удовольствием предоставлю их, - проговорил Вентор.
   Затем, все так же не сводя с меня пристального взгляда, прищелкнул пальцами.
   Я чуть было кубарем не полетела с кресла, спасаясь от возможного нападения. Но неимоверным усилием воли осталась на прежнем месте, осознав, что чары, которые Вентор отправил в недолгий полет, предназначены не для меня.
   С тихим звяком Айша уронила бокал. Ее глаза остекленели, голова бессильно упала на грудь, а из уголка приоткрытого рта потянулась тоненькая ниточка слюны, окрашенная выпитым вином в красное.
   Я изумленно вздохнула. И что бы это значило?
   - Айше не стоит слышать наш разговор, - пояснил Вентор. Встал, подошел к опасно сползшей по креслу девушке и усадил ее удобнее. Затем поднял упавший бокал, который по какой-то счастливой случайности не разбился, и поставил его обратно на край стола. Лишь после этого продолжил, не торопясь вернуться на прежнее место: - Илария, запомните раз и навсегда: никому из рода Клинг нельзя верить. Каждый из нас, не задумываясь, предаст вас. Но сделает это, руководствуясь исключительно вопросами собственной выгоды. Айша же не такая. Она способна на предательство просто так, ради забавы, поступая даже во вред себе. Она - самая непредсказуемая из нас. И потому самая опасная. Ее поступки невозможно понять и объяснить с позиции логики.
   - Вы удивительно высокого мнения о своей спутнице, - не удержалась я от вполне понятного сарказма. - Даже странно, что в таком случае держит вас вместе.
   - Ничего не держит. - Вентор покачал головой. - Видите ли, Илария, Айша очень обижена на Норберга и моего отца. Она хочет отомстить первому и добиться любви второго. Ее скромного ума вполне хватает для понимания того, что в одиночку подобную битву не ищешь. Я был с нею добр чуть больше, чем остальные представители нашего рода. И она по этой причине возомнила, будто я ее союзник во всем.
   - А это не так? - на всякий случай уточнила я.
   Вентор уклончиво пожал плечами.
   - Я с нею до тех пор, пока это выгодно мне, - холодно сказал он. - Как я уже сказал вам: выгода. Это первое и основное, о чем надлежит помнить, когда имеешь дело с кем-нибудь из Клинг. Ни верность, ни долг, ни даже любовь - ничего из этого не имеет такого значения, как выгода. Уясните это раз и навсегда!
   На последней фразе Вентор чуть ли не сорвался в крик. Правда, тут же опомнился и уже тише обронил:
   - Простите.
   - Ничего страшного, - вежливо уведомила я, внутренне изумившись такой горячности.
   Ого! Такое чувство, будто поднятая тема об взаимоотношениях в стае по каким-то причинам весьма и весьма болезненна для него.
   - Впрочем, не обо мне сейчас речь, - продолжил Вентор. - И даже не о роде, который я представляю. Я пришел для того, чтобы помочь вам, Илария.
   - Вот как? - Я улыбнулась и вкрадчиво поинтересовалась: - И в чем же состоит выгода сего поступка для вас? Или начнете петь мне лживые песни про великодушие и самопожертвование?
   - Вы все схватываете на лету. - Вентор ободрительно рассмеялся. - Забудьте про великодушие и про самопожертвование, когда говорите с кем-нибудь из Клингов.
   - Ну так какова причина, по которой вы вдруг решили сыграть роль моего спасителя?
   Вентор задумчиво потер ладони друг об друга. Затем посмотрел на Винлана.
   Мужчина словно заснул в плотной паутине чар. Но я не сомневалась, что он все прекрасно слышит, видит и запоминает. Кстати, интересно, а почему Вентор не оглушит его? Должен ведь понимать, что кто-кто, а Винлан точно все передаст Норбергу.
   - В Гроштере вот-вот разразится если не война, то битва между двумя ветвями рода Клинг, - наконец, негромко сказал Вентор. - Дело осложняется тем, что Норберг лишь недавно стал вожаком стаи. Он не убил своего отца, и это, говоря откровенно, немного удивляет... У виера Алисандра осталось немало сторонников, которые будут счастливы, если власть вернется к нему. К тому же Норберг принялся слишком рьяно наводить новые порядки, которые многим не по нраву. Поэтому положение у него сейчас более чем уязвимое.
   - И что? - Я раздраженно фыркнула. - Мне-то какая беда? Я не собираюсь участвовать ни в каких войнах. Кошки - не стайные животные.
   - Спорное утверждение. - Вентор покачал головой. - Потому как противостоять Норбергу собирается тетя моего отца, виера Гортензия. Тигрица. И просто безумно опасная женщина.
   Я наморщила было рот, пытаясь определить запутанные родственные связи в роде Клинг, но почти сразу отказалась от столь бесперспективного занятия. Ладно, тетя - так тетя. Примем это за данность.
   - И причем здесь я? - повторила я недавний вопрос, слегка перефразировав его. - Уважаемый, да плевать мне, если честно, на все ваши разборки. Я не собираюсь участвовать во всей этой грызне.
   - Боюсь, у вас не получится остаться в стороне, - с явным сочувствием проговорил Вентор. - Потому как на вас метка Норберга.
   Я чуть не подавилась от неожиданности. Что? О чем он говорит?
   - Какая метка? - засыпала я парня градом беспорядочных торопливых вопросов. - Что она означает? Зачем он поставил ее?
   - Она показывает, что отныне вы - его собственность, - уронил Вентор.
   При этом он не сводил с меня жадно блестящих глаз, видимо, желая полностью насладиться моей реакцией на это известие.
   Я со свистом втянула в себя воздух через плотно сжатые зубы. До боли в костяшках сжала кулаки. Это было... неожиданно.
   - Что-то я не совсем поняла, что это означает, - пробормотала я голосом, до неузнаваемости измененным бешенством.
   - А что из моих слов вам непонятно? - Вентор неприятно усмехнулся. - На вас стоит метка. Эта метка видна любому оборотню. И она показывает, что вы принадлежите Норбергу Клингу.
   Я не выдержала и вскочила на ноги. Нервно заметалась по комнате, ощутив, как невыносимо стала зудеть кожа между лопаток. Метка? На мне? Знак собственности?
   - Какого демона?! - наконец, прорычала я, остановившись напротив Вентора. - Как такое вообще возможно?
   - То есть, вы не в курсе этого, - скорее, утвердительно, чем вопросительно протянул Вентор. - Занятно, очень занятно.
   И со снисходительным видом уселся в кресло. На его губах при этом играла такая мерзкая самодовольная ухмылка, что мне захотелось разбить об его голову что-нибудь тяжелое.
   "Да он же издевается надо мной! - внезапно осознала я. - Видит, насколько ошарашил меня его рассказ, и откровенно потешается над моим удивлением. Должно быть, рассчитывает, что сейчас я паду на колени, умоляя немедленно поведать мне, как такое могло приключиться".
   - Послушайте, я не буду унижаться, вытягивая из вас каждое слово клещами, - тяжело дыша от злости, предупредила я. - Или выкладывайте все, как на духу - или выметайтесь прочь.
   - А что вы сделаете, если я уйду? - полюбопытствовал Вентор.
   Его вряд ли впечатлила моя смехотворная угроза. Лишь улыбка стала шире.
   Я неопределенно хмыкнула. Что я сделаю? Наверное, тотчас же отправлюсь в Гроштер. И вытрясу всю душу из этого самого Норберга Клинга. Ишь ты, хозяин нашелся. У кошки не может быть господина! Это противоречит самой нашей сути.
   - Учтите, следующая ваша встреча с Норбергом приведет к тому, что вы навечно останетесь при нем, - добавил Вентор, как будто угадав мои планы.
   - Вот еще! - Я презрительно фыркнула. - С какой это стати?
   - А с такой, что он вас просто не отпустит. - Вентор с притворным сочувствием поджал губы.
   - И каким образом он планирует это провернуть? - с сарказмом осведомилась я. - Запрет меня на веки вечные в своем замке? Вообще-то, смею заметить, я замужем...
   - Да, кстати о вашем муже, - перебил меня Вентор, заметно оживившись. - Не скажете, куда это вдруг он запропастился?
   - Вэйд в Гроште... - начала было я, но осеклась на полуслове.
   В Гроштере! То-то мне с самого начала показалось подозрительным это назначение. Ага, как же, нужен там кому-нибудь скромный секретарь мэра провинциального захудалого городка. Но тогда получается, что связям Норберга можно лишь позавидовать. Потому что я лично видела письмо, присланное Гордону. И оценила количество официальных печатей и подписей на нем.
   - Вы должны понимать, что ваш муж вряд ли вернется домой, - вкрадчиво произнес Вентор.
   Я аж задохнулась от его фразы. Как это понимать? Неужели он намекает на то, что Норберг может пойти на убийство?
   Если честно, я не любила Вэйда. Но он был мне дорог. За годы брака он превратился для меня в, так сказать, близкого родственника. И я бы по-настоящему расстроилась, если бы с ним случилось что-нибудь дурное. Особенно по моей вине, пусть и косвенной.
   - Не переживайте, Норберг не станет марать руки, - успокоил меня Вентор. - Все-таки стоит отдать ему должное, он идет на подобные меры лишь в крайних случаях. Полагаю, ваш муж просто неожиданно обнаружит, что разлюбил вас. И тихо-мирно подаст на развод.
   - Разлюбил меня? - Я высокомерно задрала нос, почувствовав себя по-настоящему уязвленной. - Такое невозможно!
   - Да неужели? - насмешливо удивился Вентор. - Вы всерьез считаете, что такое невозможно для человека, который по праву считается одним из наиболее сильных менталистов в мире?
   А вот теперь я ощутимо пригорюнилась. Ах да, постоянно забываю про эту "милую" способность Норберга.
   - Ваш муж - обычный человек, - проговорил Вентор с легкой ноткой жалости. - И у него, как у любого обычного человека, имеются свои слабости. Вы женаты достаточно давно, чтобы чувства остыли и превратились в привычку. Неужели вы не понимаете, как все это будет? Якобы случайная встреча, красивая девушка, внезапно пробудившаяся страсть... И лишь самая капелька ментального внушения. После чего ваш ненаглядный супруг сам потребует развода.
   - Ну предположим, - хмуро согласилась я, осознав, что глупо спорить с очевидным. - Предположим, план Норберга состоит в том, чтобы развести меня. Но зачем ему потребовалось вытаскивать меня в Гроштер?
   - Я уже сказал, что грядет битва. - Вентор пожал плечами. - И в предстоящем противостоянии между двумя кланами оборотней любые средства окажутся хороши. Должно быть, Норберг опасается, что Гортензия узнает про вас и попытается разыграть эту карту. Как я уже говорил, у той же Айши язык без костей. К тому же она не испытывает особо добрых чувство по отношению к своим братьям. Будь у нее чуть больше ума - то она не стала бы сама приезжать в Ультаун. А шепнула бы кое-кому пару слов о вас. Так что, в некотором смысле, вам повезло. Но Норберг решил не рисковать и забрать вас в свой замок. Насильно, так как прекрасно понимает, что вы вряд ли придете в восторг от всего этого.
   - Я вообще не понимаю, почему он ко мне привязался! - От негодования я взвилась в кресле, едва не опрокинув его быстрым порывистым движением. - Какого демона я ему нужна?
   - Неужели действительно не понимаете? - вроде как искренне изумился Вентор.
   Скрестил на груди руки и откинулся на спинку кресла, с любопытством изучая мое покрасневшее от возмущения лицо.
   Я почувствовала, как на дне глазниц глухо заворочалась пробуждающаяся головная боль. В висках вдруг горячо запульсировала кровь, но почти сразу все неприятные ощущения исчезли, как будто их и не было.
   "Пытается прочитать мои мысли, - с затаенным удовлетворением от сработавшей защиты подумала я. - Ну-ну, пытайся дальше. Пусть я и не гений в ментальном колдовстве, но кое-что умею".
   И с немалым удовлетворением увидела, как Вентор скривил губы.
   - Илария, невозможно поставить такую метку, которая стоит на вас, незаметно, - сказал он, больше не делая попыток проникнуть в мою голову. - Это не просто следящее заклинание. Оно настолько крепко въелось в вашу ауру, что передает Норбергу ваши эмоции, ваш страх и вашу боль.
   - И мысли? - с неожиданным испугом осведомилась я.
   Ох, а ведь за последнее время я довольно часто вспоминала Норберга. И представляла... всякое с его участием.
   - В некотором роде мысли - это и есть эмоции, - уклончиво проговорил Вентор. - Если вы испытываете, к примеру, желание в присутствие какого-либо человека, то понятно, что вы неравнодушны к нему.
   Я кисло поморщилась. Н-да, не очень приятно осознавать, что Норберг в курсе, насколько сильно я его хочу.
   - Как бы то ни было, такие соединяющие разум чары возможно использовать лишь в тот момент, когда два человека настолько близки друг к другу, что являются чуть ли не единым целым, - продолжил объяснять Вентор. - Тогда метка сольется с аурой в необходимой мере.
   И замолчал, видимо, решив, что и без того сказал достаточно.
   Я нахмурилась, пытаясь осмыслить все услышанное.
   Итак, на мне не обычные следящие чары. А нечто такое, что позволяет Норбергу быть в курсе всей моей жизни. Но главное, по словам Вентора, подобное заклинание глава рода Клинг мог бы поставить на меня лишь при одном условии: полном физическом и душевном единении...
   Что из этого следует?
   - Но я ведь не спала с Норбергом! - чуть ли не в полый голос взвыла я, наконец-то сообразив, на что столь мягко намекает Вентор.
   - Правда? - с иронией осведомился он. - Вы абсолютно в этом уверены?
   Я нахмурилась. Мои щеки сами собой потеплели от непрошенных, но настолько приятных воспоминаний.
   Ночь, наполненная вздохами и стонами взаимного удовольствия. Легчайшие прикосновения, от которых кровь в жилах словно вскипает. Тот миг полного единения, когда Фелан вошел в меня...
   ...Или не Фелан?
   Я вспомнила, как попыталась воспользоваться кошачьим зрением, но тугая повязка на глазах помешала это сделать. Поэтому я так и не увидела того, кто разделил со мной тогда постель.
   - Я бы узнала Норберга по запаху, - наконец, неуверенно возразила я. - Он - волк, а Фелан - барс... Я бы не перепутала его с братом. Это исключено!
   - А если Норберг надел одежду брата? - спросил Вентор. - Если он воспользовался магией, чтобы скрыть свой запах? Если прибегнул к самой капельке ментального внушения, заставив вас окончательно потерять голову от животной страсти?
   Я угрюмо молчала. Мне было просто нечего сказать. Потому как внезапно я с ужасом осознала, что понятия не имею, кто именно было со мной в ту ночь.
   - Зачем ему это? - тоскливо протянула я. - Зачем ему понадобилась какая-то там кошка? Наличие иной ипостаси, пожалуй, единственное мое достоинство. Больше у меня нет никаких особых талантов.
   - Наличие второго облика - уже огромное достоинство. - Вентор пожал плечами. - Впрочем, я не могу проникнуть в мысли Норберга и узнать его планы по поводу вас. Пожалуй, это никому не дано. Одно очевидно. Он хочет, чтобы вы остались при нем. Поэтому приказал Винлану доставить вас в замок даже против вашего на то желания.
   - И что будет дальше? - угрюмо спросила я.
   - Понятия не имею. - Вентор сочувственно хмыкнул. - Как я уже сказал, никто не в состоянии предсказать дальнейшие действия Норберга Клинга. Позвольте мне озвучить очевидные факты. На вас его метка. Он приказал доставить вас к себе в замок. По всей видимости, он планирует заявить на вас свои права. И вы останетесь при нем. Скорее всего - как постельная игрушка.
   Я аж сжала кулаки от подобного заявления. Я? Буду вынуждена стать чужой постельной игрушкой? Да не бывать этому!
   - Впрочем, не беспокойтесь, - вкрадчиво прошелестел Вентор. - Не думаю, что вам придется долго мириться с подобным положением дел. Рано или поздно, но Норберг охладеет к вам. И, скорее всего, передаст вас кому-нибудь из членов стаи. Тому же Винлану, к примеру.
   Я заскрежетала зубами от бешенства. Невероятно! И как Вентор смеет говорить мне такие гадости?
   - Тогда я вернусь к тому вопросу, с которого начала беседу с вами, - проговорила я. - В чем заключается ваша выгода? Почему вы явились в мой дом и рассказываете мне планы своего дяди? Уж явно не из-за доброты душевной.
   Вентор склонил голову, как будто безмолвно соглашаясь с моими словами. Задумчиво посмотрел на свои ногти, проверяя их на предмет заусенцев. Затем искоса глянул на меня.
   - Прежде, чем я отвечу на ваш вопрос, ответьте вы на мой, - негромко попросил он. - А вы согласны отправиться с Винланом в замок рода Клинг?
   Нет, это было уже чересчур! И, не выдержав вихря эмоций, я вскочила на ноги. Принялась нервно расхаживать по небольшой, в сущности, гостиной. Промелькнула мысль запустить в надоеду чем-нибудь тяжелым. Как он смеет вообще задавать мне настолько отвратительные вопросы?
   - Вы издеваетесь, должно быть, - хрипло не сказала - прорычала я, когда бешенство улеглось настолько, что ко мне вернулась способность говорить.
   - Отнюдь. - Вентор печально улыбнулся. - Илария, мой дядя - очень привлекательный мужчина. Надеюсь, вы не будете с этим спорить. И очень многие женщины посчитали бы за подарок судьбы разделить с ним постель...
   - По всей видимости, вы хотели сказать - стать его имуществом? - гневно перебила я.
   - Поверьте, заведомо подчиненное положение одной из сторон, связанных сексуальными отношениями, придает особую перчинку любовной связи, - спокойно сказал Вентор. - К тому же Норберг - не садист. Он сумеет сделать так, чтобы вы были счастливы, оказавшись в паре с ним. Пусть и не на очень длинный срок.
   В груди невольно защемило от рассуждений Вентора. Что скрывать очевидное, было в них что-то... Постыдное и неправильное, но в то же время безумно притягательное. И опять вспомнилась та проклятая ночь в замке рода Клинг. О, никогда в жизни я не испытывала такого наслаждения, как тогда, в опытных и властных руках мужчины. А если представить, сколько таких ночей еще будет у нас...
   Я с силой прикусила губу, болью прогнав истому, принявшуюся было распространяться по моему телу непрошенной волной. По всей видимости, сделала это слишком сильно, потому что во рту поселился навязчивый солоноватый вкус. В воздухе запахло железом, и зрачки Вентора опасно потемнели.
   - А потом он отдаст меня кому-нибудь из своих волков, особо отличившихся в службе, - ядовито проговорила я.
   - Ну и что? - Вентор сухо усмехнулся. - По сути, такова участь любой самки в стае. Как бы то ни было, рано или поздно вам найдут пару. Вы просто заплатите свободой за благополучную сытую жизнь. Или желаете сказать, будто вы никогда не попадали в опасные ситуации?
   Я вспомнила Дика. Мой страх, когда я очнулась в темном сыром подвале, не понимая, что случилось и как я здесь оказалась. Моя твердая уверенность в том, что я погибну страшной мучительной гибелью, а убийца уйдет от возмездия.
   Судя по всему, Вентор был в курсе моих недавних невеселых приключений. Это было понятно по ухмылке, заигравшей на его губах.
   - Ты должна понимать, что жизнь в стае оградит тебя от любых подобных неприятностей, - проговорил он. - Никто никогда не посмеет даже косо взглянуть в твою сторону. Безопасность - в обмен на свободу. По-моему, неплохой обмен.
   - Не для меня, - сухо сказала я. - Я жила прекрасно без вашего рода все эти годы. Проживу и дальше. Поводок для кошки останется поводком, даже будь он из чистого золота и украшен бриллиантами. Просто не трогайте меня.
   - А вот с последним, боюсь, возникнут проблемы. - Вентор нервно забарабанил пальцами по своему колену. - Илария, я уже сказал, что Норберг не оставит вас в покое. Визит в ваш дом Винлана и приказ доставить вас в столицу это четко показывает.
   Я замычала от немого раздражения и принялась растирать виски. В голове билась лишь одна мысль: как, ну как мне выбраться из этой ситуации? Как вернуться к прежней спокойной и размеренной жизни, где никто не осмеливался принимать за меня никаких решений? Понесла же меня нелегкая в Гроштер! Ишь ты, котенка захотелось от равного себе. В конце концов, свет клином на детях не сошелся. В крайнем случае, родила бы от Вэйда. И, честное слово, мое дитя никогда бы не увидело в моих глазах разочарование или сожаление от сделанного выбора! Потому что я слишком хорошо помню, как это больно - когда собственная мать стыдится тебя.
   - Полагаю, ваш ответ - нет, - после недолгой паузы проговорил Вентор. - Вижу, что вам не по душе подобный расклад.
   - Естественно, - глухо обронила я.
   Вернулась к своему креслу, прежде подхватив со стола бутылку, на донышке которой еще плескались остатки вина. Поднесла горлышко к губам, но в последний момент передумала пить. Нет, сейчас мне как никогда прежде необходим трезвый ум и твердая память.
   - Ну что же, в таком случае я поведаю вам о причине, которая привела меня в ваш дом. - Об улыбку Вентора, казалось, можно было порезаться - настолько она оказалась острой и безжалостной.
   Я помалкивала, заинтересованно ожидая продолжения и продолжая греть бутылку между ладоней.
   - Как вы уже, наверное, поняли, я не в особых ладах с отцом, - продолжил Вентор. - Фелан Норберг... В общем, у нас много причин для взаимной нелюбви. А вот Норберг меня просто ненавидит. Ненавидит тайно, конечно, не показывая этого на людях. Но я знаю его отношение ко мне. И осознаю, что при любом удобном случае он обязательно от меня отделается. Я жив только до тех пор, пока выгода от моего существования перевешивает выгоду от моей смерти.
   - Сочувствую, - обронила я. - Нелегко, должно быть, знать, что ближайшие кровные родственники спят и видят вас в гробу.
   - Я уже привык. - Вентор невесело хмыкнул. - Впрочем, речь сейчас не обо мне. Точнее, не только обо мне. Вы не желаете вливаться в стаю Норберга, но прекрасно осознаете, что он не оставит вас в покое. А я... Я ведь тоже кот. И я бы с радостью вышел из стаи, будь у меня такая возможность. Вы правы, поводок для кошки останется поводком в любом случае. Даже если усыпать его бриллиантами. Но это символ вечного унижения и подчинения. Другими словами, как вы уже поняли, мы с вами в некотором смысле находимся по одну сторону баррикад.
   - Предположим, - уклончиво согласилась я. - И что дальше? Предлагаете вместе бежать подальше от Гроштера?
   Кстати, а ведь это была неплохая идея.
   Он, как и я, лесной кот. Мы одной крови с ним. Примерно одного возраста. А что, если нам составить пару? Фелан отказался делить со мной постель, но вдруг его сын будет посговорчивее?
   - Не смотрите на меня так оценивающе, - с иронией попросил Вентор. - Я понимаю, что вы желаете мне предложить. Но нет! Не буду скрывать, Илария, вы очень красивая девушка. И в любом другом случае я был бы счастлив разделить с вами ложе. Однако я поклялся, что никогда не заведу детей. И уж тем более не сделаю этого с той, кто имеет вторую ипостась. Ни в коем случае!
   - Почему? - удивилась я, слегка обиженная пылом парня.
   - Потому что я не хочу, чтобы оборотни размножались, - с усталым вздохом сообщил Вентор. - Двуликие должны вымереть, как вымерли некогда драконы, тролли и прочие мифические существа. Мы... Мы слишком опасны, чтобы оставлять нас в живых. Звериные инстинкты зачастую берут над нами верх, и тогда мы творим... всякое.
   - Люди тоже порой поступают ужасно, - не согласилась я, невольно вспомнив Дика.
   Как он был убежден в том, что поступает верно, похищая и насилуя девушек, а потом жестоко убивая их! До сих пор дрожь по коже идет от мысли, что я могла пополнить скорбный список его жертв.
   - Да, но зверь живет в каждом оборотне, тогда как среди людей убийцы и прочие мерзавцы встречаются намного реже, - возразил Вентор. - Понимаете, Илария, возможно, я говорю немного непонятно и сбивчиво. Но возьмите любого оборотня и проверьте его прошлое. И вы обязательно обнаружите в нем такой момент, когда он не сумел совладать с животной злостью и бешенством и натворил бед. То есть, если среди людей чудовища встречаются лишь иногда, хотя порой чаще, чем хотелось бы, то оборотни - все чудовища, без исключений.
   Я неодобрительно покачала головой. Нет, я поняла то, о чем пытался мне сказать Вентор. Но я не была согласна с его мнением. Все поголовно оборотни - чудовища? Ну уж нет! Я не такая...
   Перед мысленным взором вдруг стало бледное, искаженное от муки лицо господина, которого я исполосовала в Гроштере. Как же его звали? Норберг ведь говорил. Впрочем, неважно. Я не считаю, что поступила неверно. Такой урод, каким он являлся, заслуживал наказания и похлеще.
   "Вот, - чуть слышно шепнул внутренний голос. - Вот о чем говорит Вентор. Оборотни слишком часто решают, что вправе сами вершить правосудие. Вспомни, Дик тоже был уверен в том, что творит благо".
   Я раздраженно поставила уже надоевшую бутылку, к которой так и не прикоснулась, на пол. Причем сделала это настолько неловко, что она упала на бок и покатилась, оставив на ковре тоненькую дорожку красных брызг. Зло зашипела себе под нос, увидев, какой беспорядок натворила. Впрочем, ладно. Интуиция подсказывает мне, что совсем скоро я навсегда покину этот дом и вряд ли вернусь сюда когда-нибудь.
   - Я поняла ваше мнение, хоть и не одобряю его, - холодно сказала я.
   - Не обижайтесь, Илария. - Вентор виновато улыбнулся. - Даже будь на вашем месте моя единственная истинная, и то я бы отказался. Провести всю жизнь в бегах... Шарахаться от каждого шороха, в каждой вороне подозревать соглядатая.
   В вороне? Интересно, почему мой собеседник вдруг упомянул этих шумных бестолковых птиц? Кстати, помнится, благодаря одной не так давно я избежала гибели.
   - Итак, бежать вы не желаете, - с любопытством протянула я. - В стаю Норберга возвращаться тоже не горите желанием. Но разве есть еще один путь решения этой ситуации?
   Вентор опустил взгляд на свои руки, смирно лежащие на коленях. Молчал так долго, что я совсем было испугалась, будто ответа не последует вовсе. Но в тот миг, когда мое терпение оказалось на исходе, сказал так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух, чтобы услышать одно имя, слетевшее с его уст.
   - Гортензия, - выдохнул он.
   Гортензия?
   Ах да, это же тетя Фелана. Глава противоборствующей ветви рода Клинг, с которой стая Норберга вот-вот схватится в жестоком поединке.
   - Вы предлагаете мне примкнуть к врагам Норберга? - недоверчиво переспросила я.
   - Недаром говорят, что враг моего врага - мой друг, - вкрадчиво заметил Вентор.
   - Но Норберг - не мой враг. - Я опасливо покачала головой.
   - О, так, получается, вы лгали мне, когда сказали, будто не желаете становиться его постельной игрушкой. - Вентор донельзя неприятно ухмыльнулся. Да так, что мне невыносимо захотелось огреть его чем-нибудь тяжелым по голове. Просто ради того, чтобы стереть эту невыносимо отвратительную усмешку с его лица.
   Я глубоко вздохнула, силясь взять разбушевавшиеся эмоции под контроль. Откинулась на спинку кресла, глядя на безмятежно улыбающегося Вентора.
   Долго, однако, он подводил меня к итогу этой беседы. Хитер и осторожен. Истинный лесной кот, который никогда не атакует в лоб, а предпочитает до последнего сидеть в засаде, дожидаясь, когда потерявшая осторожность жертва подойдет на расстояние прыжка.
   Много было сказано слов с его стороны. Пожалуй, теперь самая пора сделать выводы. А вывод только один. Вентор предлагает мне влиться в стаю Гортензии, которая вот-вот начнет войну против Норберга. И, вроде бы, неплохая идея. Но есть одно очень весомое "но". И это "но" мне очень не нравится.
   - Вы сказали, что Норберг приказал доставить меня в Гроштер, потому что опасается за мою безопасность, - заметила я. - Что, если Гортензия попытается шантажировать его мною?
   - Обязательно попытается, - заверил меня Вентор. - Но одно дело, если при этом она будет знать, что вы играете на ее стороне. И тогда шантаж будет чистой игрой с ее стороны. А совсем другое, если вы попадете в ее стаю против воли. Тогда из союзницы вы превратитесь для нее в простое средство достижения цели.
   - Но я вообще не хочу входить ни в одну стаю. - Я тоскливо поджала губы.
   - Полагаю, это обсуждаемый вопрос. - Вентор пожал плечами. - Не думаю, что Гортензия будет сильно настаивать на том, чтобы вы остались у нее в подчинении, когда поставит Норберга на колени. Ваш выход из стаи может быть наградой за помощь в достижение этой цели.
   С дивана, где до сего момента смиренно лежал Винлан, послышался какой-то шум. Вентор, не глядя в ту сторону, прищелкнул пальцами, и новая порция обездвиживающих чар сорвалась с его руки.
   Я встала. Отошла к лежащему мужчине и посмотрела на его неподвижное лицо.
   Глаза Винлана яростно сверкали, как будто он пребывал в бешенстве от услышанного разговора. Впрочем, почему "как будто"? Наверняка оно так и было. Я чувствовала, в каком напряжении он сейчас пребывал. Чужая энергия волнами набегала на меня, показывая, как отчаянно Винлан пытается скинуть чары.
   По коже побежали неприятные мурашки, и я торопливо отошла на пару шагов. Страшно представить, что будет, если Винлану получится совладать с заклинанием. Как бы он не разорвал Вентора на множество маленьких окровавленных котят.
   Кстати, а что Вентор собирается сделать с невольным свидетелем нашего разговора? Он ведь обязан понимать, что Винлан обязательно передаст все услышанное Норбергу, как только найдет способ скинуть с себя заклятье. А он обязательно освободится, не вечно ведь, в самом деле, Вентор планирует держать его под чарами.
   - То бишь, вы приехали, чтобы предложить мне сыграть против Норберга, - задумчиво резюмировала я итог затянувшейся беседы.
   Отошла к большому - во всю стену - окну гостиной, за которым плескались теплые летние вечерние сумерки. Слепо уставилась на свой сад, скрытый за густеющей пеленой лиловой полутьмы.
   Нет, я была отнюдь не в восторге от столь любезного приглашения в чужую интригу. Мне все это не нравилось. Очень не нравилось. И уж тем более я не хотела причинить вред Норбергу, неважно, своим действием или бездействием. Он мне нравился. Я даже не особенно злилась на него за тот обман в замке. Хотя, не скрою, это было нечестно с его стороны - провести со мной ночь, понимая, что я представляю рядом с собой другого.
   "Не лукавь! - строго одернул меня внутренний голос. - Ты представляла рядом с собой именно Норберга. Полагаю, он был весьма польщен этим обстоятельством".
   Да, но нужен-то мне был Фелан! Интересно, как бы все повернулось, если бы я забеременела той ночью? Рано или поздно обман бы открылся. Ух, ну и удивилась бы я, когда через положенный срок родила бы не котенка, а симпатичного лохматого волчонка.
   Ладно, смысла нет представлять, что было бы, если бы. Я не беременна. Так что эта тема закрыта. Сейчас мне надлежит дать ответ Вентору.
   Наверное, самым верным было бы послать его ко всем демонам. Пусть столичные оборотни грызутся, выясняя, кто из них самый сильный и могущественный. Некоторое время им будет явно не до меня, что даст мне необходимую фору. Полагаю, мой брак уже можно считать расторгнутым. Да и не настолько я прикипела душой к Вэйду, чтобы слишком переживать по этому поводу. Поэтому ничто в Ультауне меня не держит. Могу хоть сегодня собраться - и в путь. И ищи ветра в чистом поле, а кошку - в лесной чащобе.
   "Да, но метка? - напомнил глас рассудка. - В первую очередь необходимо избавиться от нее. Норберг способен отыскать тебя за пару мгновений, пока она на тебе. Это будет даже не игрой в кошки-мышки. Просто до поры до времени тебе разрешать побегать и насладиться мнимой свободой, слегка ослабив поводок".
   А самое неприятное во всем этом заключалось в том, что я по-прежнему не ощущала на себе этой загадочной метки. Следовательно, вряд ли сумею удалить ее самостоятельно. Конечно, в Лейтоне хватает достойных магов, которым наверняка под силу будет справиться с этой задачей. Но если я обращусь к ним за помощью, то тем самым выдам себя. Если они увидят метку, то увидят и мой второй облик. Нельзя, конечно, сказать, что оборотни вне закона. Грубо говоря, официально мы вообще не существуем, поэтому на нас и не охотятся. Но с моей так называемой удачей обязательно "повезет" нарваться на какого-нибудь ненормального, который увлекается уничтожением мне подобных. Помнится, моя мать так и сгинула. Хотя кто-кто, а она всегда на первое место ставила осторожность и безопасность.
   Н-да, дилемма. От метки самостоятельно я избавиться не могу. Принять предложение Вентора - значит, ввязаться в очень опасную игру. Отправиться на поклон к Норбергу? Ну уж нет! Тем самым я признаю, что признаю его главенство надо мной. Мне как-то не улыбается участь стать постельной игрушкой, пусть даже у столь властного красавчика.
   А что, если попробовать сыграть самостоятельно?
   Будь я в зверином облике, то принялась бы нервно нахлестывать хвостом себя по бокам, обдумывая внезапно пришедшую мысль. Но сейчас я была в человеческой шкуре. Поэтому несколько раз перекатилась с носка на пятку и обратно.
   Честно говоря, идея по доброй воле явиться к Гортензии была так себе. Точнее говоря, она мне очень не нравилась. Но, пожалуй, это единственный способ снять метку Норберга. А как только я избавлюсь от нее - то поминай меня, как звали. Сбегу, не попрощавшись. Потому как лично у меня нет ни малейшего желания увидеть, чем же завершится это противостояние. Любопытной кошке на базаре хвост оторвали. Я буду мудрее и постараюсь сохранить целой свою ненаглядную серую шкурку.
   - Чувствую, ситуация, когда меня оставляют в покое и больше не тревожат, просто не рассматривается, - с грустным вздохом сказала я.
   - Простите, - спокойно отозвался Вентор, правда, при этом в его голосе не слышалось и тени сожаления.
   - А Айша? - Я обернулась и устало посмотрела на него. - Что будет с Айшей?
   Вентор, удобно развалившийся в кресле, неопределенно пожал плечами. Взглянул на девушку, мирно дремлющую напротив него.
   - Айша примет мое предложение, - без тени сомнений заявил он. - Она ненавидит Норберга. И она уверена, что Гортензия не причинит вреда Фелану. Как-никак, тот ее племянник. Правда, самой Гортензии Айша ни к чему. Норберг лишил ее второго облика. Она ничего не знает про его планы. От внутренних дел стаи ее тоже старались держать подальше. Плюс дурной характер, истерики по любому удобному и неудобному случаю и твердая убежденность в том, что ей все должны. Но, думаю, Гортензия не станет отказываться от Айши. Это будет очередной удар по самолюбию Норбергу и своего рода показательный пример для его стаи. Мол, смотрите, от вашего вожака даже родная сестра сбежала ко мне. Уверен, достаточно быстро Айша сообразит, насколько сильно сглупила. Норберг в действительности многое ей прощает из-за родства. А вот терпению Гортензии быстро придет конец, и парочка показательных наказаний дурынде обеспечены. - Вентор запнулся и покосился на Айшу, чье лицо сейчас было на редкость умиротворенным и красивым. Прошептал: - Жаль, конечно... Но свои мозги в чужую голову не вставишь.
   - Винлана вы тоже убедите переметнуться к Гортензии? - с сарказмом осведомилась я.
   Вентор едва заметно поморщился, но почти сразу вновь начал безмятежно улыбаться.
   - Не переживайте, - заверил меня он. - Судьба Винлана - не ваша головная боль.
   А вот теперь он мне стал по-настоящему омерзителен.
   Нет, я не испытывала к нему дурных чувств, когда он распинался в нелюбви ко всем оборотням в целом и к семье в частности. В конце концов, у него есть право на собственное мнение. И в некотором роде я его даже понимала. Нелюбовь родителей - что может ранить больнее? Говоря откровенно, моя мать тоже не испытывала ко мне особо теплых чувств. Нет, она не била и не унижала меня. Напротив, я никогда не была голодной, а моим нарядам могли позавидовать отпрыски богатейших семейств. Но при всем этом внешнем благополучии я прекрасно осознавала, что она лишь откупается от меня. Великолепная хищница и тигрица, она невыносимо стыдилась того обстоятельства, что родила какую-то обычную кошку. Сожаление светилось в ее глазах каждый раз, когда я перекидывалась при ней. Помнится, в подростковом возрасте я взбунтовалась и целый год отказывалась менять облик. В обличье лесной кошки облазила все окрестности Гроштера, питалась тем, что воровала кур. И, наверное, никогда в жизни я не была более счастлива, чем тогда.
   Закончилось все весьма болезненно. Однажды я проснулась - и осознала, что разучилась говорить по-человечески. Я помнила буквы, могла воспроизвести какие-то простейшие слова. Но они наотрез отказывались складываться в осмысленные фразы.
   Перепугавшись, я рванула домой так, что лишь подушечки лап засверкали. Правда, путь обратно занял целую неделю. Слишком далеко на сей раз я ушла от родных мест.
   Я осознала, что произошло нечто страшное, сразу, как только увидела отчий дом. Его окна были разбиты, незапертая входная дверь хлопала под порывами ветра.
   Мне хватило осторожности дождаться ночи. И только небеса ведают, каких сил мне это стоило. Первые седые шерстинки на кончике моего хвоста появились именно в тот жуткий и до безумия длинный день, когда я лежала в кустарнике и молила солнце как можно быстрее покинуть небо.
   И все-таки я не вытерпела. Отправилась на разведку еще до наступления полной тьмы, надеясь, что моя серая шкура сольется с ранним вечерним сумраком.
   Дом был пуст. И он опустел не вчера и даже не неделю назад, когда меня с такой непреодолимой силой потянуло сюда. Здесь никто не жил минимум месяц, а скорее всего - гораздо, гораздо дольше. Я очень старалась, но не могла уловить запаха матери. Пахло лишь пылью и какой-то давней трагедией.
   Понятное дело, я не могла перекинуться и заявиться для объяснений к соседям. Им пришлось бы каким-либо образом объяснять мое долгое отсутствие. К тому же было не исключено, что кто-нибудь имел отношение к загадочному исчезновению моей матери.
   Но я еще долго по ночам скользила по пустынным улицам городка. Проникала в палисадники, пугая собак до нервного тика, беззастенчиво подслушивала под окнами, пытаясь понять, что же случилось здесь за мое отсутствие.
   Не могу сказать, что это не принесло пользу. По крайней мере, мои ночные вылазки оказались очень познавательными. Так я узнала, что лучшая подруга виры Нормы, громогласная и пышнотелая дама в возрасте, спит с ее мужем при любой удобной возможности. Это было тем более удивительно, что сам вир Ейрин, неверный супруг несчастной Нормы, не раз во всеуслышание заявлял, что женщине просто неприлично весит больше барана. И тем самым довел свою жену до такого полупрозрачного состояния, что при сильном ветре та всерьез опасалась выходить из дома - а то вдруг унесет куда подальше.
   Это было бы, наверное, очень смешно, если бы не было так печально. Потому как пару дней позже столь знаменательного открытия я незримо присутствовала при семейной ссоре, в которой вир Ейрин сообщил своей жене, что уходит от нее. Мол, он полностью разочаровался в ней как в женщине и не испытывает никакого влечения к скелету, обтянутому кожей, в который она превратилась.
   Да, грешна, но после этого я немного похозяйничала в доме изменника и мерзавца. В мелкие осколки перебила его хваленую коллекцию старинного фарфора, изорвала в клочья ручные гобелены, которыми он так хвалился. Естественно, при этом я выбрала такой день, когда Норма ну никак не могла попасть под подозрение.
   Впрочем, это все мелочи. Главным остается то, что я так и не сумела разгадать тайну исчезновения матери. Жители городка говорили о чем угодно, кроме как о поимке опасной нечисти, долгие годы жившей с ними по соседству. А я не сомневалась, что если бы мать угодила в лапы охотника, то это происшествие еще долго бы обсуждали на все лады не только здесь, но и по всей округе. Создавалось такое впечатление, будто все просто забыли о скромной вдове Вивьен и ее дочурке Иларии. Это было странно. Это было очень непонятно. И через некоторое время, отчаявшись узнать правду, я навсегда покинула эти края.
   Я недовольно качнула головой, осознав, что в своих рассуждениях слишком ушла от темы. Пусть прошлое остается прошлым. Сейчас не время и не место ворошить пепел былых разочарований и трагедий.
   Итак, вернемся к Вентору. Да, этот молодой человек, который сперва показался мне весьма милым и обходительным, сейчас стал по-настоящему омерзителен мне. И не из-за его желания переметнуться в чужую стаю и предать своих родичей. Прежде всего из-за того, что он был готов убить беззащитного человека. А я не сомневалась в том, что он уготовил Винлану именно смерть. Тот слишком много узнал из нашего разговора.
   А ведь Вентору ничего не стоило решить эту проблему иначе. Интересно, почему он вдобавок к обездвиживающим чарам не воспользовался еще и оглушающим заклинанием? Это сохранило бы жизнь Винлана.
   "Да, но тогда, скорее всего, Норберг бы быстро догадался, кто помог мне исчезнуть, - мысленно возразила я. - Вентор не может быть абсолютно уверен в том, что Винлан действительно не почувствовал его приближения. Оборотни полагаются не только на зрение, но куда чаще - на нюх и слух. Если оставить Винлана в живых, то вся игра Гортензии будет с самого начала испорчена".
   И все-таки это было не оправданием. Получается, участь Винлана с самого начала оказалась предрешена. Но из этого следует еще один ну очень неприятный вывод.
   Предрешена и моя судьба.
   Теперь я не сомневалась в том, что Вентор не рассматривает даже малейшую вероятность моего отказа от роли подсадной утки, на которую будут ловить Норберга. Нет, я, безусловно, могу послать противного мальчишку ко всем демонам. И тогда меня сопроводят в стаю Гортензии насильно.
   - Вы слишком долго рассуждаете, - с неудовольствием сказал Вентор. - По-моему, я ясно обрисовал все плюсы и минусы ситуации, в которую вы угодили. А так же возможные пути выхода из нее.
   Я должна была согласиться. Должна была примерить маску преданного союзника Гортензии. Вентор ждал от меня именно этого. Более того, это было единственным приемлемым решением. Если я откажусь - то лишусь того призрачного преимущества, что у меня имеется.
   Но если я соглашусь - Винлан тотчас же погибнет.
   Здравый смысл и чувство самосохранения кричали мне во весь голос - ну и демоны с ним! Право слово, я почти не знаю этого мужчину. С чего вдруг мне переживать о нем?
   Но перед мысленным взором внезапно стала недавняя случайно увиденная картина. Винлан копошится в земле, бережно выпалывая розы от сорняков. А на его лице сияет абсолютно счастливая безмятежная улыбка. Да, и что насчет той страшной ночи, когда я очнулась в подвале и увидела Дика? Кто поручится, что это не Винлан был тем невидимым спасителем, который выручил меня, а потом благородно удалился, не показавшись мне на глаза. Это логичное предположение, если учесть, что именно его Норберг приставил присматривать за мной.
   А затем я представила Винлана мертвым. Остекленевшие глаза смотрят в никуда, губы скривились в последней гневной гримасе...
   Н-да, хорошо же я отблагодарю его за свое спасение, если сейчас просто отойду в сторону!
   "Но еще не факт, что именно он был в том проклятом доме", - сделал последнюю попытку переубедить меня глас рассудка. А вернее сказать - инстинкт самосохранения таким образом дал о себе знать.
   Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Кончики пальцев потеплели от магической энергии, которую я поспешно принялась собирать.
   - Илария? - вновь окликнул меня Вентор. В его голосе пока не слышалось напряжения, лишь скрытое раздражение.
   Я обернулась к нему. Растянула губы в широкой улыбке - и Вентор тоже ухмыльнулся, должно быть, решив, что мой ответ очевиден.
   - Вы не оставили мне выбора, - сладко не сказала - почти пропела я.
   - Ну почему же? - не согласился со мной он. - Выбор есть всегда. И я обрисовал вам каждый из них. Однако я надеялся, что благоразумный человек, коим вы, без сомнения, являетесь, поймет...
   Он не договорил фразу. Весь его монолог я неторопливо приближалась, сокращая расстояние шаг за шагом. Потому как прекрасно понимала: если он отразит мой удар, то на второй у меня не останется ни сил, ни времени. Увы, Вентор намного превосходил меня в магическом плане. Поэтому бить надо было наверняка.
   Сейчас нас разделял лишь столик с напитками. Вентор слегка запнулся, видимо, почувствовав неладное. А в следующий миг кроваво-алое заклинание сорвалось с моей руки.
   Мои чары угодили ему прямо в середину груди. Вентор так и застыл с открытым ртом, не договорив, что именно я должна была понять из затянувшегося разговора. Его глаза округлились от удивления, на дне зрачков промелькнул красный всполох бешенства.
   А затем он безвольно и мягко обмяк в кресле.
   Теперь надо было спешить. Я понятия не имела, как долго продлится эффект заклятья. Как ни прискорбно осознавать, но колдовала я, мягко говоря, средне.
   Правда, в комнате присутствовал человек, который разбирался в магии куда лучше, чем я.
   И я стремглав ринулась к Винлану. Принялась хлопотливо распутывать кокон обездвиживающего заклинания.
   Стоило мне снять только первый слой, как чужая энергия ударила по ладоням. Да так сильно, что я невольно вскрикнула. Затрясла в воздухе обожженными руками. И отступила на шаг, с немалым изумлением наблюдая за тем, как заклинание на Винлане само собой распадается на отдельные тонкие ниточки, которые затем тают без следа.
   Пара секунд. Краткий промежуток времени, уложившийся в два биения сердца. И Винлан вскочил на ноги, освободившись.
   Нет, он не стал рассыпаться передо мной в благодарностях. Он сразу же ринулся к Вентору, все еще смирно полулежащему в кресле. Я едва успела отпрыгнуть в сторону, иначе он бы снес меня с ног.
   Впрочем, я не собиралась обижаться на это. Винлан прав. Сначала надо убедиться в том, что враг обезврежен. А потом уже будем разговоры разговаривать.
   Но следующий поступок Винлана поразил меня до глубины души. Потому что резким взмахом руки он нейтрализовал мое заклинание!
   Это было настолько невероятно, что я не могла поверить собственным глазам. Я полагала, что Винлан усилит мои чары, возможно, присовокупит к ним еще какое-нибудь заклинание. Ан нет, он обеспокоенно склонился над Вентором. Простер над его головой ладонь, и с его пальцев полился прохладный голубоватый свет.
   Я моргнула раз, другой, надеясь, что наваждение растает. Потому как Винлан лечил Вентора! И щедро делился с ним силой.
   - Что происходит? - ошарашенно спросила я.
   Винлан не удостоил меня ответом. Все его внимание было по-прежнему обращено на Вентора. На Вентора! Того самого, кто собирался прикончить его! Пусть это и не было сказано вслух, но подразумевалось.
   - Спа... спасибо, мне уже лучше, - хрипло проговорил Вентор.
   Винлан тотчас же отступил на пару шагов, удовлетворенно хмыкнув. Встал за его креслом, положив на спинку руки и вперив в меня тяжелый немигающий взгляд.
   Бежать!
   Эта мысль вспыхнула в голове подобно факелу. Бежать, прямо сейчас! Не дожидаясь того момента, когда мне соизволят дать объяснения. И без того понятно, что я угодила в западню. Я позже подумаю о том, зачем был нужен этот спектакль. Когда буду далеко отсюда и в безопасности. А сейчас...
   - Даже не думайте, Илария, - холодно предупредил меня Вентор.
   Сел поудобнее, продолжая с гримасой страдания растирать то место, в которое угодили мои чары.
   - Один шаг к окну или двери - и Винлан остановит вас, - сказал он. - Вряд ли вам это понадобится. Не будем ссориться еще больше.
   Я хмуро посмотрела на мужчину, застывшего у него за спиной. На его бесстрастном лице не читалось и тени эмоций. Ничего, словно смотришь на каменного идола, которому в древности приносили человеческие жертвы.
   Эх, так и просится на язык парочка "ласковых". Жаль только, что ругаться в первую очередь стоит на себя. Когда я, наконец-то, уясню, что великодушие и доброта - далеко не те качества, которые помогают выжить в этом жестоком мире.
   - Простите, - негромко обронил Винлан, без особых проблем угадав по выражению моего лица, что я думаю по его поводу.
   Я открыла рот, желая озвучить, в какое место ему надо засунуть свои извинения. Но в последний момент передумала. Как говорила моя мама: три раза подумай, прежде чем что-нибудь сказать. А потом промолчи.
   - Не злитесь на Винлана, Илария, он выполнял приказ и не смел ослушаться, - проговорил Вентор, по-прежнему не убирая руки с груди. Покачал головой, со слабой иронией посетовав: - А хорошо вы меня долбанули. На какой-то миг я испугался, что у меня сердце остановится. Было бы крайне глупо погибнуть так - из-за небольшого недопонимания.
   Недопонимания? Я с сарказмом фыркнула. Интересное определение он выбрал.
   - Надо было воспользоваться смертельными чарами, - презрительно обронила я.
   - Это было бы огромной ошибкой с вашей стороны, - заверил меня Вентор. - Хорошо, что вы так не сделали.
   Наконец-то перестал морщиться и расслабленно откинулся на спинку кресла.
   Под его насмешливым испытующим взором я чувствовала себя неуютно. А еще я очень злилась на себя. В кои-то веки вздумала поступить благородно, а в итоге чувствую себя просто-таки оплеванной и преданной.
   - Честно говоря, ты меня очень удивила, - сказал Вентор. Улыбнулся, заметив, как я недовольно сдвинула брови от столь фамильярного обращения, и добавил: - Надеюсь, ты не будешь против, если мы оставим ненужный официоз? В конце концов, мы почти одного возраста и одной породы.
   Я пожала плечами, затем едва заметно кивнула. Ладно, будем на "ты", раз ему так этого хочется.
   - Я думал, что ты пусть и не с радостью, но без особых уговоров вступишь в стаю Гортензии, - продолжил Вентор. - Но ты даже не стала отказываться. А напала на меня. Почему?
   - Потому что в случае моего согласия ты убил бы Винлана, - почти не разжимая губ, обронила я, по-прежнему страдая из-за своего глупейшего поступка.
   - Но я ни словом не обмолвился о том, что намерен это сделать, - удивился Вентор.
   - Это было очевидно. - Я покачала головой. - Винлан слышал весь наш разговор. Следовательно, если бы вы оставили его в живых, то он бы передал все Норбергу.
   - Ах, да, - согласился со мной Вентор. - Как-то я не подумал об этом. - Вздохнул и огорченно добавил: - Надо было все-таки воспользоваться какими-нибудь оглушающими чарами! Но я подумал, что будет глупо тратить понапрасну энергию. Все равно Винлан в курсе происходящего Однако я просчитался. Не предполагал, право слово, что вы настолько чувствительная особа. Отец рассказал мне про вашу шалость в Гроштере. Ну, с тем толстым извращенцем. И я решил, что... А, да ладно!
   И Вентор с досадой махнул рукой, оборвав тем самым свои рассуждения.
   Я могла бы сказать ему, что Винлан не сделал мне ничего дурного, тогда как тот толстый урод планировал изнасиловать меня. Но опять промолчала. В действительности я не могла знать, о чем думать Винлан. Его мысли были закрыты для меня. Вдруг в его воображении я бы увидела куда более омерзительные и страшные картины?
   - Значит, Норберг обречен.
   Фраза упала в сонную тишину комнаты подобно камню. Честно говоря, я сама не понимала, почему мне было настолько жаль главу рода Клинг. Но его положению действительно не позавидуешь. Самые близкие люди отвернулись от него. Сдается, он обречен.
   Вентор несколько раз стукнул пальцами по колену. Затем положил руки на подлокотники кресла и негромко прошептал:
   - Вообще-то, я выполняю его приказ.
  

Глава вторая

   Карета мирно тряслась по ухабистой дороге. Наверное, мне стоило воспользоваться удобным случаем и вздремнуть. Прошлую ночь я провела почти без сна. Непростой разговор с Вентором и Винланом закончился далеко за полночь, а потом я долго обдумывала услышанное. Крутилась так сильно, как будто простынь неимоверно припекала мне спину. Провалилась в небытие я лишь на рассвете, когда в комнату уже проник розовый свет восхода. Но мне показалось, будто я всего на миг закрыла глаза, как меня кто-то с силой потряс за плечо.
   - Вставай, красотка!
   Я застонала и попыталась спрятать голову под подушкой. Но почти сразу на меня накатили воспоминания о вчерашней беседе, и последние остатки дремы мгновенно схлынули с меня.
   Я открыла глаза и хмуро воззрилась на Айшу.
   Девушка выглядела просто великолепно! Ее темные волосы были по обыкновению распущены, на щеках горел мягкий румянец, а губы улыбались.
   Ну конечно, вряд ли она подозревает, что в действительно проспала почти двенадцать часов. Стоило признать, что ментальные способности представителей рода Клинг внушали уважение, если не сказать больше - ужас. Потому что Вентор сумел не просто стереть из памяти Айши тот миг, когда отправил ее в долгую спячку, но и создал несколько фальшивых воспоминаний. Теперь Айша была уверена в том, что слышала мое искреннее согласие принять участие в игре против Норберга Клинга. А еще она могла засвидетельствовать то, что Вентор убил Винлана.
   Я поморщилась, вспомнив, какой кошмар творился сейчас в моей гостиной. Мебель вся перевернута и изломана, как будто в жестокой драке, каминная полка содрана со стены. И кровь. Всюду кровь. На стенах, на шторах, на оконных стеклах.
   Естественно, это была не человеческая кровь. Надеюсь, вир Гордон не будет слишком сильно горевать по своей собаке. Все равно бедняга Фойц был в более чем преклонном возрасте и давно мучился от артроза. Мне до слез было жалко наблюдать за тем, как он ковыляет на своих распухших от старости и болезней лапах. По крайней мере, он умер быстро и без боли, не успев понять, что же все-таки происходит.
   Только после этого я почувствовала запах крови. За ночь дом пропитался этой вонью, от которой на кончике языка чудился соленый привкус железа.
   Айша тоже принюхалась. Жадно облизнулась, не в силах скрыть торжествующего блеска в глазах.
   - Чуешь? - спросила она. - Чудесный аромат! Этот урод Винлан получил по заслугам. О, как же я ненавидела его! Как часто представляла, что буду смеяться, стоя над его остывающим телом. И, наконец, этот миг пришел!
   - Вентор сказал, что основная роль Винлана заключалась в присмотре за вами, - осторожно заметила я. - Насколько я поняла, он следил, чтобы вы не угодили в серьезные проблемы.
   - Следил? - Айша презрительно фыркнула. - О да, этот урод действительно следил за тем, как меня унижают, избивают и оскорбляют все, кому не лень. Единственная его помощь заключалась в том, что он провожал меня после всего этого до моей комнаты. Изредка помогал перевязывать серьезные раны. Но вступиться за меня? Нет, такого не припомню.
   Я резким движением отправила подушку на пол, в последнюю секунду удержавшись от желания запулить ею прямо в голову несносной девицы. Затем встала, туда же на пол отправив и одеяло.
   Краем глаза я заметила, как Айша смутилась. Она пыталась этого не показывать, но на ее щеках заиграл предательский румянец, а глаза принялись бегать по сторонам, старательно избегая смотреть на меня.
   И эта реакция, признаюсь честно, озадачила и позабавила меня. Да, я предпочитала спать нагишом. В противном случае мне не удавалось отдохнуть в должной мере. Вэйд, помнится, первый год нашего супружества частенько ворчал по этому поводу. Мол, негоже замужней даме такое поведение. Но быстро научился получать удовольствие от подобного положения дел и даже начал брать с меня пример. В самом деле, разве может быть что-нибудь приятнее, чем ощущать рядом тепло чужого тела? Причем обнаженного, не скрытого под ненужными слоями пижамы или ночной рубахи? Только в этом случае возможно почувствовать полное единение.
   Но я прекрасно осознавала, что подобное поведение считается неприемлемым в приличном обществе. Люди бывают очень смешны в своих предрассудках и запретах. Они так старательно отгораживаются от самых близких людей выдуманными преградами... Впрочем, не мне их судить.
   Однако я полагала, что Айша не обратит внимания на мою привычку. Эка невидаль - голую девушку увидела. В конце концов, она одного со мной пола. К тому же, как я успела заметить, привыкла одеваться более чем вызывающе.
   Интересно, с чем связано смущение Айши?
   Но я не стала развивать эту тему. Лишь сделала мысленную заметку. Подумаю об этом позже.
   Я бы могла поразмыслить об этом сейчас, пока карета катилась по направлению к Гроштеру. Но эта сцена лишь мельком промелькнула в моих воспоминаниях. Демоны с этой Айшей! Она слишком неприятна мне как человек, чтобы по доброй воле постоянно думать о ней и о странностях в ее поведении. Тем более что последних более чем хватает.
   Кстати, сейчас она сидела напротив меня. Она задумчиво смотрела в окно на проплывающие мимо картины мирной сельской жизни. Но губы при этом постоянно кривились, как будто девушку душил затаенный гнев.
   Вентор, который выбрал место около меня, негромко хмыкнул. Спросил с явным любопытством:
   - Айша, ты почему хмуришься? Я думал, после гибели Винлана ты вне себя от радости будешь.
   - Винлан - мелкая сошка, - хмуро сказала девушка. - А вот Норберг - совсем другое дело. Я почувствую себя совершенно счастливой лишь в тот миг, когда пну его мертвое тело.
   Я удержалась от каких-либо замечаний, хотя так и хотелось резко осадить девицу. Как-никак, Норберг - ее брат. Нет, не дано мне понять, как можно настолько искренне и яростно ненавидеть самых близких.
   - Как думаешь, после его смерти ко мне вернется мой второй облик? - Айша с надеждой посмотрела на Вентора.
   - Тяжело сказать, - уклончиво проговорил он. - Право слово, я вообще не совсем понимаю, как у Норберга получилось провернуть такое. И никто не понимает.
   - Тоже мне, великий маг. - Айша презрительно фыркнула. Сжала кулаки, прошипев: - О, как же я мечтаю о том миге, когда Гортензия поставит его на колени!
   Я отвернулась к окну, опасаясь, что в противном случае не выдержу и все-таки скажу что-нибудь резкое девушке.
   Говоря откровенно, я до сих пор злилась на себя за то, что позволила Вентору втянуть себя в эти разборки между двумя стаями оборотней. Стоило выгнать эту компанию сразу же, как только обман раскрылся.
   О, на Норберга я сердилась еще сильнее. И даже не за тот обман, что он устроил мне в замке. Признаюсь честно, то приключение получилось пикантным и более чем приятным. Но я не могла простить ему то, что он нацепил на меня метку. Разве может быть что-нибудь более унизительным для оборотня? Все равно что посадить волка на поводок. Это во-первых. А во-вторых, ему еще хватило наглости придумать этот спектакль.
   Но, тем не менее, я не могла не признать сложности всей этой задумки. Норберг, поистине, настоящий гений! Хотя мне обидно, что в его игре мне отводится роль обычной марионетки.
   Итак, Норберг послал ко мне Вентора с приказом поведать душераздирающую историю о несчастном вожаке стаи, от которого отвернулись все родные и близкие. Он рассчитывал, что я, не мудрствуя лукаво, потороплюсь примкнуть к самой сильной стороне в грядущем противостоянии. В конце концов, это было логично. Инстинкт самосохранения является, пожалуй, основным для любого оборотня.
   Тщательно разыгранная смерть Винлана должна была стать гарантией того, что нам поверят. Норберг понимал, что Гортензия вряд ли сумеет проникнуть в мысли Вентора. А вот моя ментальная защита оставляла желать лучшего. Поэтому вздумай она меня сканировать, то увидела бы душераздирающую картину убийства одного из самых верных слуг Норберга. И это, вне всякого сомнения, подтвердило бы серьезность и искренность намерений Вентора.
   А вот дальше я терялась в догадках. Зачем все-таки Норбергу отправлять меня в стаю Гортензии? Вентор на мои вопросы отвечал крайне уклончиво, поэтому я ничего толком не поняла. А еще я никак не могла понять, почему Вентор не отказался от своей затеи, когда спектакль провалился? Если Норберг действительно испытывает ко мне некие чувства, то такой поступок крайне нелогичен. То есть, он своими руками дает Гортензии средства для своего шантажа. Правда, Вентор убеждал меня, что обман не раскроется. Мол, ментальные способности Гортензии, в отличие от таковых Норберга, оставляют желать лучшего. Она вряд ли сумеет пробить мою защиту, а скорее всего, даже не подумает сделать этого, полностью удовлетворившись его рассказом и восторгами Айши от совершенного предательства. Но все равно. Я никак не могла понять, какую роль должна была сыграть в разборках между двумя стаями.
   Все это приводило меня к одной мысли. Очень неприятной.
   Нет у Норберга никаких чувств ко мне. Нет и никогда не было. Он спланировал все это тогда, когда я на свою беду заявилась в его замок.
   Наверняка проблемы со стаей Гортензией начались не вчера, а достаточно давно. Получается, уже месяц назад, лежа со мной в постели, обнимая и целуя, он расчетливо прикидывал, как будет лучше меня использовать. И решил создать видимость того, будто я что-то там значу для него. Метка, соглядатай, призванный присматривать, все ли со мной в порядке... В общем, разыграл он все как надо. А все для того, чтобы в нужный момент спровадить меня в стаю Гортензии.
   И все же мне пришлось принять предложение Вентора. Просто потому, что другого выхода у меня не осталось. Он не угрожал мне, конечно. Ему это и не требовалось. Он лишь обронил парочку полупрозрачных намеков, из которых следовало, что если я откажусь - то в стаю Гортензии отправлюсь не в карете, а в каком-нибудь пыльном мешке. Правда, Вентор попытался подсластить мне горечь поражения. Пообещал, что в действительности все не так плохо, как кажется. И Норберг щедро отблагодарит меня за помощь, когда все закончится.
   Отблагодарит...
   Смешно звучит. Как говорится, обещала кошка мышку пожалеть. Правда, не думала и не гадала, что когда-нибудь в роли мышки придется выступить мне.
   В общем, можно было многое гадать о причинах и резонах Норберга. В конце концов, нельзя скидывать со счетов и тот вариант, что Вентор самым наглым образом обманул меня. И в реальности никакого приказа Норберга он не выполняет. Кто знает, может быть, он играет только на себя, а рассказанная история была лишь своеобразным средством усыпления моей бдительности?
   Последний вариант был самым неприятным из всех возможных. Потому что тогда получается, что Норберг действительно обречен, а я отправляюсь в стаю Гортензии для того, чтобы она получила возможность шантажировать его.
   Я криво ухмыльнулась. О да, прекрасный выбор! Или быть марионеткой в руках Норберга. Или марионеткой в руках Гортензии. Как говорится, из двух зол выбирают меньшее. Поэтому я все-таки надеялась на то, что Вентор играет на стороне Норберга. И когда все завершится - если, конечно, завершится благополучно - я вытребую награду за свое участие в этом деле. Никогда больше не видеть столичных оборотней. Пусть грызутся в свое удовольствие, раз им это настолько нравится, но меня в распри больше не втягивают.
   Наверное, я бы могла еще долго рассуждать о той ситуации, в которую мне не повезло угодить. Но мерная езда по ровной дороге убаюкивала. Наверное, сказалась и практически бессонная ночь. Но я сама не заметила, как задремала. Благо, что ни Вентор, ни Айша не делали ни малейших попыток завязать разговор.
   И снилось мне детство. Один из тех ярких солнечных весенних деньков, когда кажется, будто в жизни нет горести и боли. Когда хочется улыбаться беспричинно и готов распахнуть миру всю душу.
   Я опять видела мать. Высокая, стройная, с роскошной гривой светлых волос, она - вот редкая удача - была в прекрасном настроении. Она даже накормила меня горячими оладьями собственного изготовления, хотя обычно терпеть не могла возиться на кухне. О, эти комочки подгоревшего теста, сырые внутри и слишком пересоленные, показались мне самой вкусной едой на свете.
   А потом мать долго расчесывала мне волосы, и я млела от ее осторожных ласковых прикосновений. И впервые за долгое-долгое время в ее глазах светились любовь и нежность, а не глухое раздражение.
   - Лари моя...
   Я улыбнулась, услышав голос матери. Ан нет, он прозвучал настолько отчетливо и реально... Надо же, я думала, что забыла его за эти года.
   Только мать звала меня так. И только наедине. Если рядом был кто-то еще, то мать использовала мое полное имя и ни разу не сделала исключений. Я никому и никогда про это не рассказывала. Мое семейное прозвище было нашим общим секретом.
   Я резко распахнула глаза, осознав, что действительно только что услышала голос матери. Ну, или чей-то еще, до безумия похожий на ее.
   По всей видимости, за время моего сна мы наконец-то достигли конечной точки путешествия. Карета стояла во дворе какого-то постоялого двора. Ее дверцы оказались широко распахнуты, Вентора и Айши внутри не было.
   - Лари, - вновь окликнул меня кто-то по имени.
   Кто-то, кто самым наглым образом присвоил голос и интонации моей матери! И каким-то подлым, нечестным образом узнал мое прозвище!
   Я изумленно заморгала, увидев женщину.
   Она стояла в нескольких шагах от кареты против солнечного света, поэтому я никак не могла разглядеть ее лица. Но фигура, манера держаться...
   - Мама?.. - чуть слышно пискнула я.
   Тут же осеклась. Нет, этого не может быть! Верно, я стала жертвой какого-то дурного розыгрыша. Проклятый Норберг! Наверняка он влез в мою голову, подсмотрел мои воспоминания и решил проучить меня... Но если это так - я убью его! Уничтожу, чего бы мне этого ни стоило. Потому что есть вещи, которые нельзя прощать.
   "Но ты не у Норберга, - резонно возразил внутренний голос. - Вентор вез тебя в стаю Гортензии..."
   - Лари моя, - повторила незнакомка, в которой я упорно отказывалась узнавать мать.
   По моим щекам струились горячие слезы. Я так упорно пыталась рассмотреть лицо женщины, что даже не моргала и не обращала внимания на слепящий свет солнца.
   - Здравствуй, хорошая моя, - сказала незнакомка. - Как давно мы не виделись!
   Сделала шаг к карете, еще один.
   И я, не выдержав, зарыдала в полный голос. Потому что передо мной действительно была мать - Шаянара Асшени.
  

***

   Я без аппетита ковырялась вилкой в поданном жарком. Еще по дороге сюда я от голода была готова сожрать целого поросенка. Румяного такого поросеночка. И даже не обязательно зажаренного и приготовленного по всем канонам кулинарного искусства. Лучше прямо так - в собственном соку, так сказать. Визжащего, хрюкающего и сопротивляющегося.
   Но теперь кусок мне в горло не лез. Подумать страшно, сколько лет я считала мать погибшей! Сколько сил и времени потратилась, пытаясь разгадать эту загадку! Сколько подслушивала, подглядывала, вынюхивала! А сколько ночей рыдала украдкой в подушку и всерьез считала себя виноватой в произошедшем! Я ведь искренне полагала, что если бы не сбежала тогда в запале подросткового максимализма, если бы не шлялась не пойми где целый год, то с матерью не случилось бы ничего дурного. Вдвоем мы бы сумели дать отпор любому охотнику за нечистью.
   А теперь выясняется, что все мои переживания и тревоги не имели под собой основания.
   Я со злостью бросила вилку на стол и решительно отодвинула тарелку в сторону, испугавшись, что в противном случае не выдержу и запущу ею в стену. Несколько раз глубоко вздохнула, каждый раз выпуская воздух через рот.
   Мне так и не удалось переговорить с матерью. После того, как я в буквальном смысле слова выползла из кареты на негнущихся от волнения ногах и сделала шаг к ней навстречу, откуда-то сразу появилась целая толпа незнакомых людей. Я как будто попала в сон. Кто-то о чем-то меня спрашивал, кто-то переговаривался над моей головой. От всего этого гула у меня тут же разболелась голова. А главное - я потеряла из виду мать!
   Я запаниковала, заметалась, силясь вырваться из неуклонно сжимающегося кольца людей. В этот момент я готова была перекинуться и клыками с когтями прогрызть себе путь к свободе.
   "Не беспокойся, Лари, я скоро обязательно приду к тебе, - неожиданно услышала я в голове спокойный голос матери. - Не делай глупостей. Я все тебе объясню".
   И вот миновало уже несколько часов с момента моего приезда в этот постоялый двор, который целиком и полностью оказался занят стаей Гортензией. Нет, меня не кинули в сырой мрачный подвал. Не надели оковы. Не били и не унижали. Напротив, со мной обращались подчеркнуто вежливо, как будто я являлась здесь долгожданной гостьей. Невысокая рыжеволосая девушка, от которой слишком отчетливо пахло лисицей, показала мне небольшую комнатку, предназначенную для моего проживания. Здесь я пару раз плеснула в лицо ледяной водой из кувшина, а потом долго растиралась жестким полотенцем. Надеясь, что умывание поможет мне хоть каким-нибудь упорядочить мысли, но все зря.
   Я чувствовала себя так, как будто меня огрели пыльным мешком по голове. Ошарашенной, ошеломленной, растерянной. Многие годы я прожила с твердой убежденностью в том, что моя мать погибла. А теперь оказывается...
   Я положила руки на стол, уронила сверху голову и чуть слышно застонала, ощутив, как в висках ядовитой змеей шевельнулась пробуждающаяся мигрень. Нет, я пока не буду делать никаких выводов. Дождусь обещанного разговора с матерью. И я очень, очень надеюсь, что ее объяснения окажутся убедительными и достоверными. Потому как иначе получается, что мать специально покинула меня. Бросила дочь, не оправдавшую ее надежды, и не сочла нужным за это время послать мне ни одной весточки.
   Я опять застонала, на сей раз немного громче. Никогда бы не подумала, что встреча с матерью принесет мне столько боли.
   - Иллария?
   Я торопливо подняла голову от стола. Смущенно улыбнулась, увидев уже знакомую рыжеволосую девушку, которая робко переминалась на пороге.
   Как же ее зовут? Она ведь представилась мне. По-моему, Алисия. Да, точно! Лиса Алисия. Редкий случай, когда имя настолько подходит к человеку.
   - Гортензия хотела бы с вами встретиться, - проговорила девушка. Посмотрела на тарелку, к которой я почти не притронулась, и с сомнением добавила: - Но если вы еще не завершили обедать, то я подожду.
   - Спасибо, я просто не голодна, - буркнула я и встала.
   Чуть трясущимися от волнения руками пригладила волосы. Одернула рубаху. Собираясь в дорогу, я решила отказаться от неизменных платьев в пользу куда более удобных штанов и просторной блузы. В конце концов, больше у меня нет необходимости играть роль скромной провинциалки и верной жены. А бегать и прыгать в мужской одежде удобнее.
   После чего отправилась вслед за Алисией.
  

***

   Стоило признать, численность стаи Гортензии впечатляла. Постоялый двор был битком набит людьми. И от всех встреченных по дороге остро и пряно пахло опасность.
   Весь недолгий путь на второй этаж я с любопытством глазела по сторонам, силясь хотя бы приблизительно прикинуть, сколько же людей Гортензия взяла с собой в столицу. По самым осторожным подсчетам выходило никак не меньше сотни, а то и двух. Здание казалось растревоженным пчелиным ульем, жужжащим на разные голоса.
   Сердце кольнуло тревогой. Н-да, если схватки между двумя стаями не избежать, то Норбергу придется ой как нелегко. Хотя... Я ведь понятия не имею, сколько у него в подчинении. Вдруг его стая ничем не уступает стае Гортензии?
   Но совершенно точно, что битва выйдет знатной. Как бы оборотни весь Гроштер по камушку не разнесли.
   На втором этаже, однако, было намного тише и спокойнее, чем на первом. Сюда почти не долетал шум из переполненного общего зала. По коридору лениво плавали уже зажженные магические искры, хотя за окнами по-прежнему светило солнце, пусть и повернувшее на закат, но еще по-прежнему яркое.
   Бесшумно ступая, Алисия шла передо мной, показывая дорогу. Я невольно залюбовалась ее грацией и изящной фигуркой, затянутой в простенькое серое платье. Так и кажется, что из-под полы вот-вот покажется роскошный рыжий хвост.
   Наконец, Алисия остановилась. Негромко стукнула в дверь и тут же открыла ее, не дожидаясь ответа. Посторонилась, пропуская меня.
   За порогом плескался полумрак, особенно контрастирующий по сравнению с ярко освещенным коридором. Я вопросительно глянула на Алисию, ожидая, что она зайдет со мной. Но та лишь улыбнулась и едва заметно покачала головой.
   - Илария, заходи скорее, - раздался приятный женский голос. - Не робей! Я давно мечтаю с тобой познакомиться.
   В тоне не слышалось ничего угрожающего. Напротив, в нем угадывалось мурлыканье огромной кошки. Но почему-то ледяные мурашки пробежали по моему позвоночнику. Была бы я в кошачьем облике - то, без сомнения, моя шерсть встала бы дыбом.
   Я невольно покачнулась назад, но неимоверным усилием воли заставила себя остановиться. Право слово, будет просто глупо, если я попытаюсь сейчас сбежать. Все равно ведь остановят и приведут к Гортензии силком.
   Поэтому я нацепила на лицо фальшивую радостную улыбку. И вошла в комнату, стараясь при этом не слишком отчетливо стучать зубами.
   Правда, сразу после порога я остановилась, дожидаясь, пока зрение адаптируется к резкой перемене освещения.
   По всей видимости, Гортензия любила тьму. Занавески на окнах были задвинуты, не пропуская внутрь ни единого лучика. Она не зажгла свечей и не пробудила от спячки магическую искру.
   Потихоньку сумрак серел, отодвигаясь от меня. Как только мои глаза привыкли настолько, что я начала с любопытством вертеть головой, осматриваясь, в воздух с резким хлопком взмыл шар пламени.
   Я зашипела от боли, невольно закрыла лицо ладонями. Демоны, такое чувство, будто мне в глаза раскаленными спицами ткнули!
   Где-то совсем рядом послышался мелодичный смешок, и меня захлестнуло волна негодования. Гортензия! Она играет со мной, словно кошка - с мышкой. Но, право слово, такие забавы напоминают проказы жестокого мальчишки, который отрывает у мухи лапки и ножки и с жадным любопытством наблюдает за ее мучениями.
   Я последний раз моргнула, небрежно кулаком утерла выступившие слезы - и посмотрела на Гортензию.
   Она сидела в глубоком кресле всего в паре шагов от меня. Лениво покачивала в ладони полный бокал вина и улыбалась.
   - Теперь, полагаю, вы потушите свет? - со злым сарказмом осведомилась я.
   - Нет, всякая шутка хороша в меру. - Гортензия покачала головой. - Прости, Илария. Наверное, мне не стоило так играть. Но люди так забавно реагируют, когда их выводят из зоны комфорта.
   Из зоны комфорта?
   Я мысленно хмыкнула, подметив незнакомое для меня определение. Полагаю, Гортензия рассчитывала, что я не утерплю и примусь расспрашивать ее, что она имела в виду и тем самым дам ей прекрасный повод посмеяться над моей необразованностью. Обойдется в таком случае! Не все ли равно, что означают ее слова? Главное, что ее поступок вряд ли можно свидетельствовать о хороших манерах.
   Гортензия подалась вперед, напряженно ожидая от меня реакции на свои слова. Но я молчала, с показным интересом изучая запыленные носки своих ботинок.
   Женщина с неудовольствием фыркнула. Опять расслабленно откинулась на спинку кресла и пригубила вино.
   Я осмелилась бросить на нее быстрый взгляд исподлобья, пытаясь оценить ее внешность.
   Нельзя было не оценить внешность Гортензии. Роскошно! Это первое слово, которое приходило при виде ее. Множество бриллиантовых капелек сверкало в ее светлых волосах, убранных в высокую сложную прическу. На шее - колье с драгоценными камнями просто-таки неприличных размеров. Массивные перстни украшали тонкие изящные пальцы женщины. А ее наряд! Поистине, бархатное платье темно-красного цвета выглядело настоящим произведением искусства.
   Но самое главное - я никак не могла понять, сколько же ей лет. Тонкому гибкому стану, пожалуй, могла бы позавидовать любая молодая девушка. На лице - ни морщинки. Возраст выдавали лишь прозрачные светло-голубые глаза. Слишком тяжело смотрела Гортензия. Так могут смотреть лишь те люди, которые многое в этой жизни пережили и перенесли и которые уже слышат неторопливую поступь приближающейся смерти.
   - Илария Асшени, - почти пропела Гортензия. - Кошка-одиночка. Сколько тебе лет, девочка?
   - Двадцать пять, - честно ответила я, поскольку не видела особого смысла скрывать свой возраст.
   - Целая четверть века. - Гортензия прищелкнула языком словно в восхищении. - Скажи, и как тебе удалось столько времени оставаться одиночкой? Почему ни одна из стай не приметила тебя и не пригласила к себе?
   И опять я промолчала. Да и что я могла ответить? После исчезновения матери я как огня боялась сколько-нибудь крупных городов, где, как мне казалось, просто кишмя кишит магами, способными раскусить мою истинную суть. По сути говоря Ультаун - это большая деревня, где я знала каждого жителя. Да и то если бы не Вэйд - то я бы давным-давно сделала лапы из этой дыры. Пожалуй, определяющей чертой моего характера всегда была любовь к перемене мест.
   - Неужели тебе нечего рассказать мне? - лукаво спросила Гортензия.
   - Что именно вас интересует? - сухо осведомилась я, осознав, что продолжать игнорировать вопросы главы стаи попросту глупо и опасно.
   - Все, девочка моя! - Гортензия воссияла белозубой улыбкой. Притворной до такой степени, что у меня невольно свело живот от чувства фальши. - Мне интересно о тебе абсолютно все! Где ты родилась, кто твои родители, но главное - как ты познакомилась с Норбергом Клингом.
   Я вспомнила неожиданную встречу с матерью, которая произошла около часа назад. Хм-м... Получается, Гортензия не знает, что моя мать входит в ее стаю? Нет, пожалуй, эту информацию точно не стоит озвучивать. По крайней мере до тех пор, пока я не пойму, что все это значит.
   По всей видимости, пауза слишком затянулась, потому что Гортензия нахмурилась. Тонкая морщинка разломила ее переносицу, светлые глаза потемнели от раздражения.
   - Илария, не заставляй меня повторять вопросы, - прошипела Гортензия. Резко сжала кулаки, длинными ногтями процарапав крепкие дубовые подлокотники кресла.
   Мое сердце рухнуло в пятки, потом подскочило к горлу и отчаянно затрепыхалось там. О, если Гортензия хотела напугать меня - то ей это отлично удалось!
   - Я не совсем понимаю, что вам рассказывать, - уклончиво проговорила я, осознав, что дальнейшее молчание может стоить мне слишком дорого.
   Пожалуй, все-таки не стоит злить вожака стаи без лишней на то необходимости. Сделаю вид, будто полностью принимаю ее власть.
   - Норберг Клинг! - Гортензия буквально выплюнула это имя с такой ненавистью, что мне стало не по себе. Повторила первый вопрос: - Как ты с ним познакомилась?
   - Случайно, - честно ответила я. Позволила себе краткую усмешку. - Видите ли, я хотела соблазнить его брата, Фелана.
   - Соблазнить Фелана? - Гортензия не удержалась и издала негромкий язвительный смешок. Добавила с нескрываемой иронией: - Надеюсь, тебе не составило это особого труда. Этот кошак ни одной юбки в свое время мимо не пропускал.
   Я поморщилась, вспомнив о своей неудаче. Даже обидно как-то. Неужели я настолько лицом и фигурой не вышла, что Фелан для меня решил сделать столь решительное исключение?
   - Это было давно.
   Я вздрогнула от неожиданности, услышав хриплый, с тяжелым придыханием, голос. Он прозвучал из самого дальнего угла комнаты, куда почти не долетал свет магического шара. Вскинула брови, увидев, кто именно это сказал.
   Мужчина, сидевший там в кресле, едва заметно наклонил голову, приветствуя меня. Он выглядел настолько огромным, что я удивилась, как кресло еще не рухнуло под его весом.
   - Говорят, женитьба полностью изменила твоего племянника, Гортензия, - продолжил незнакомец, делая остановку после каждого слова. - Теперь он примерный семьянин.
   - Пф-ф! - Гортензия презрительно фыркнула. - Надолго ли? Недаром говорят, что черного кобеля не отмоешь до бела. К тому же я видела его жену. Пустышка. Глупая селяночка. Совершенно не пара ему.
   - Однако его первенцу уже три года, - возразил мужчина. - А его "глупая селяночка", выражаясь твоим языком, со дня на день родит второго. И уже несколько лет Фелан не был замечен ни в каких любовных похождениях.
   - Я более чем уверена, что Фелан просто научился хорошо заметить следы, - возразила Гортензия. - Он умный мальчик. Истинный сын моей семьи. И понимает, что самое любимое блюдо надоест, если есть его каждый день, а самая любимая женщина - опостылеет, если ласкать ее каждую ночь. В изменах нет ничего дурного, если они не разрушают брак. Напротив, при грамотном подходе они укрепляют отношения.
   - Тем не менее, факт остается фактом, - тяжело обронил мужчина. Гортензия вскинулась было что-то возразить, и он шутливо вскинул руки, как будто сдаваясь: - Дорогая, я ведь не спорю с тобой. Просто говорю: как я ни пытался, но, увы, не нашел никаких доказательств того, что Фелан развлекается на стороне. А я очень старался. Лишняя ниточка влияния никогда не повредит.
   Дорогая?
   Я мысленно отметила то, как мужчина обратился к Гортензии. Неужели они любовники?
   Гортензия недовольно покачала головой. Затем перевела взгляд на меня и приказала:
   - Продолжай! Зачем ты хотела соблазнить Фелана?
   В этот момент я подумала про своеобразную иронию судьбы. В кои-то веки решила по-тихому изменить мужу. Провернуть все так, чтобы никто никогда ничего не узнал. А в итоге вынуждена уже который раз рассказывать это в подробностях совершенно посторонним людям. Поневоле задумаешься: а не постигла ли меня кара небес?
   Гортензия, недовольная затянувшейся паузой, многозначительно кашлянула.
   - Я хотела забеременеть от него, - обреченно вздохнув, призналась я.
   - Забеременеть? - Гортензия скептически заломила тонкую бровь. - Почему именно от него?
   - Он - оборотень кошачьей породы, я тоже. - Я пожала плечами. - Вот и... - Подумала немного и добавила, чтобы у Гортензии не осталось больше никаких вопросов: - Мой муж - человек, а я хочу, чтобы мой ребенок родился чистокровным.
   - Все равно не понимаю! - Гортензия всплеснула руками. Подалась вперед и вкрадчиво поинтересовалась: - Тебе нужен был ребенок от Фелана, чтобы получить на него влияние?
   - Да нет же! - Я чуть повысила голос, раздраженная, что надлежит объяснять настолько очевидные вещи. - Я хочу, чтобы мой ребенок родился чистокровным оборотнем. Это сделает его сильнее и выносливее.
   Гортензия продолжала хмуриться, постукивая пальцами по подлокотникам. Странно. Такое чувство, будто она не верит мне.
   - По-моему, девочка просто стала жертвой распространенного заблуждения, - опять подал голос мужчина. - Ей никто не объяснил, что сила оборотня не наследуется только через кровь.
   А вот теперь нахмурилась уже я. Это еще что за новости?
   - Ах, вон оно что! - Гортензия негромко рассмеялась. Снисходительно посмотрела на меня и проговорила: - О, Илария, как бы я хотела, чтобы все было так легко и просто! Если бы способности оборотней усиливались от поколения к поколению при условии не разбавления крови, то, поверь, мы бы уже завоевали весь мир. Вывели бы новую расу. Сверхсильных, сверхумных, сверхвыносливых. Но, увы, в реальности дело обстоит совсем иначе.
   - Неужели? - сухо удивилась я, все еще не веря своим ушам.
   - Поверь мне, - с нажимом проговорила Гортензия. - Посмотри хотя бы на того же Норберга. Да, наши отношения далеки от дружеских. Да что там - даже от нейтральных. Тем не менее, я не могу не признать, что как оборотень он, пожалуй, один из сильнейших не только в Гроштере, но и во всем Лейтоне, а возможно - и в мире. Однако в отличие от Фелана, оба родителя которого являлись чистокровными, Норберг - полукровка. Его мать - заурядная женщина, не обладающая даже зачатками магического дара. И вот какой результат.
   Я озадаченно молчала. Неужели это правда? Неужели я родилась серой лесной кошкой не потому, что мой отец был человеком, а просто потому, что так сложились звезды над моей головой?
   - Норберг во много раз превосходит Фелана по ментальным способностям. - Гортензия скорбно поджала губы. С трудом выдавила из себя: - Мне неприятно об этом говорить, поскольку он - мой племянник. Но против истины не поспоришь. Увы, девочка моя, но реальность заключается в том, что оборотням вредно заключать браки только между собой. Рано или поздно такой род, помешанный на чистоте крови, исчезнет с лица земли. Каждое последующее поколение будет слабее предыдущего. И итог окажется более чем печален. - Откинулась на спинку кресла, тяжело вздохнула и негромко завершила: - О, если бы сила наследовалась только через кровь! Поверь мне, милая, не было бы тогда женщины счастливее, чем я.
   Гортензия опустила голову, пряча лицо в густой тени. На какой-то миг мне показалось, будто ее глаза влажно сверкнули.
   - Я не знала об этом, - тихо призналась я. - Я думала, что...
   - Не суть важно, - перебила меня Гортензия. - Я поняла, по какой причине ты прицепилась к Фелану. Но причем тут Норберг?
   - Фелан отказал мне. - Как я ни старалась сохранить показное безразличие, но голос все равно предательски дрогнул. Что скрывать очевидное, до сего момента я ни разу не сталкивалась с подобным поражением.
   - И? - вопросительно протянула Гортензия, явно желая выведать у меня все мельчайшие подробности знакомства с Норбергом. - Почему ты не ушла из замка сразу?
   Я задумчиво пожевала губами. Честно говоря, было как-то неловко признаваться в том, что я осталась лишь из-за ванной с горячей водой. Однако что есть - то есть. Если бы не это чудо магической техники, то, скорее всего, мои приключения завершились бы, так и не успев толком начаться.
   - Норберг был так любезен, что предложил мне переночевать, - уклончиво проговорила я. - И я... Я приняла его приглашение.
   - Понятно, надеялась, что Фелан передумает, - с неприятной усмешкой протянула Гортензия.
   Я лишь смущенно улыбнулась. Пусть думает так, если ей хочется. Потому что реальная причина моей ночевки в замке выглядит как-то совсем уж нелепо.
   - Но ночью тебя посетил кое-кто другой. - Гортензия подняла бокал, опять отпила крохотный глоточек, глядя на меня в упор. Вкрадчиво прошептала: - Скажи, тебе понравилось кувыркаться с Норбергом?
   - Я понятия не имела, что это он, - пробормотала я, отчаянно пытаясь не покраснеть.
   Забавно, я никогда не считала себя стыдливой особой и не видела в сексе ничего запретного и неприличного. Да и что в нем может быть плохого? Если, конечно, он приносит удовольствие обеим сторонам и не нарушает закон. Но вопрос Гортензии прозвучал с такой интонацией, что я почувствовала себя неловко, если не сказать больше - грязно.
   Мои щеки все-таки потеплели, и я немедленно рассердилась на себя. Да что со мной такое? Нет ни малейшей причины, по которой я должна стыдиться произошедшего. Досадовать могу, потому что Норберг, все-таки, прибегнул к хитрости. Но не стыдиться. Это было... хорошо.
   "И я бы не отказалась все повторить".
   Правда, последнюю мысль я тут же прогнала, не дав ей оформиться окончательно. Ну уж нет, Норбергу придется изрядно постараться, чтобы я его простила. Как-никак, но он втянул меня в разборки между кланами оборотней. И еще неизвестно, завершится ли все благополучно для меня.
   - Но это было неплохо, - добавила я, заметив, что Гортензия продолжает на меня выжидающе смотреть.
   - О, могла бы и не уточнять! - Мелодичный смех опять нарушил тишину комнаты. Правда, он не продлился долго. Почти сразу Гортензия продолжила уже без тени веселья: - Я не сомневаюсь в том, что Норберг умеет доставить удовольствие женщине. Но его выбор, признаюсь честно, удивил меня. Почему именно ты? К его услугам всегда были самые красивые и желанные женщины не только Гроштера, но и всего Лейтона. Да что там, Лейтона - всего мира!
   - Норберг Клинг всегда отличался странным вкусом, - негромко перебил ее загадочный мужчина, имени которого я по-прежнему не знала. Но не сомневалась, что он является ближайшим помощником Гортензии, раз ему дозволено вмешиваться в беседу. Хмыкнул, переплетя над поистине необъятным животом толстые сардельки пальцев. - Вспомни эту... как ее там... Алексу Врейн.
   Я с удивлением заметила, как Гортензия зло оскалилась, услышав последнее имя. Как будто через красивое личико на мгновение проступила хищная морда разозленной тигрицы.
   - Алекса Врейн... - прошипела она. - Не напоминай мне о ней!
   - Ты сама виновата, - сухо сказал мужчина. - Я предупреждал тебя, что ты делаешь ошибку. Не стоило лезть к ней. Если у нее и были какие-то отношения с Норбергом, то они завершились давным-давно. Да и последнее дело выяснять отношения не с тем человеком, к которому у тебя претензии, а с его родными или близкими. Но ты меня не послушалась. Поэтому получила то, что получила.
   - Откуда я могла знать, что эта Алекса сумеет получить покровительство рода Хеин? - огрызнулась Гортензия, забывшись и опасно качнув бокал. Вино лишь каким-то чудом не пролилось на ее платье, но женщина, по-моему, вообще не заметила этого, захваченная вихрем эмоций. С досадой добавила: - Северные медведи всегда держались особняком. Обычно они плевать хотели на чужие проблемы. Я не думала, что они возьмут Алексу и ее семью под свое покровительство.
   - Ну и дура! - раздраженно посетовал мужчина.
   Я так и застыла с открытым ртом. Ого, ну и выраженьица! Нет, совершенно точно, этот мужчина имеет огромное влияние на Гортензию. Иначе я просто не понимаю, почему она позволяет ему подобное.
   Я ожидала, что терпение Гортензии после этого все-таки иссякнет, и она грубо осадит мужчину, указав его истинное место. Но она лишь виновато улыбнулась, некрасиво ссутулившись.
   - Не злись, Айрон, - жалобно попросила она. - Я не люблю, когда ты ругаешься.
   Мужчина тяжело смежил веки и так шумно задышал через нос, что напомнил мне выкипающий на плите чайник. Через несколько секунд он опять заговорил, правда, на сей раз спокойнее.
   - Я не злюсь, Гортензия, - сказал он. - По крайней мере, уже. Не в моих правилах задавать трепку дважды за один и тот же проступок. Что сделано - то сделано. Но, согласись, ты сглупила. И сглупила сильно. Надо было учесть то обстоятельство, что Алекса Врейн - один из сильнейших артефактников в мире. И семейство Хеин, естественно, с радостью взяло ее под свою защиту. Неужели ты не понимала, что так и будет? Это ведь было очевидно с самого начала! Но куда сильнее меня беспокоит то, что Алекса испытывала теплые чувства к Норбергу. И, скорее всего, продолжает испытывать, раз даже назвала первенца его именем. Хм-м... Хотел бы я посмотреть на лицо ее мужа, когда она объявила свое решение... - На губах Айрона промелькнула даже не улыбка - лишь тень ее. Но сразу же он посуровел и продолжил: - Впрочем, не суть! Нам надлежит думать о том, что если Алекса Врейн получит в клане медведей влияние, то расклад сил может кардинально измениться.
   - Не каркай! - строго одернула его Гортензия. - Да, признаю, с Алексой я сглупила. Но семейство Хеин никогда не допустит человека к принятию решений. Каких бы артефактов им ни пообещала эта выскочка.
   Айрон задумчиво пожевал губами и покачал головой. Но продолжать спор не стал. Опять закрыл глаза и словно задремал.
   Гортензия неполную минуту смотрела на него, затем, убедившись, что продолжения не последует, опять перевела взгляд на меня.
   - Видишь, девочка моя, как нелегко быть вожаком стаи, - негромко пожаловалась она. - Приходится держать в голове столько вещей!
   - Сочувствую, - почти не разжимая губ, обронила я.
   Признаюсь честно, услышанное меня весьма озадачило и испугало.
   Нет, меня не удивило то, что существуют и другие кланы оборотней. Это как раз было более чем ожидаемо. В самом деле, если есть род волков и род кошек, то почему бы другим двуединым не создать свои семейства? А север - наилучшее место для обитания медведей. И вполне логично предположить, что эти оборотни тоже не останутся в стороне при дележе власти. Что же касается загадочной Алексы Врейн... Было бы странно предполагать, что за свои годы Норберг ни разу не влюблялся. Судя по всему, его чувство не оказалось взаимным, раз эта самая Алекса замужем за другим. Но это тоже частенько случается в нашей жизни. Как говорится, мы выбираем - нас выбирают...
   Во всей этой истории мне не понравилась одна вещь. А именно то, как спокойно Гортензия и Айрон позволили себе обсуждать все эти проблемы в моем присутствии. Это ведь внутренние дела стаи. И никто посторонний не должен про них знать. Из этого следует ну очень неприятный вывод...
   "Они уверены, что я никуда не денусь из стаи, - с замиранием сердца осознала я. - И не сумею передать Норбергу ничего из услышанного".
   - Значит, ты и Норберг... - протянула Гортензия, рассматривая меня блестящими от непонятного возбуждения глазами. - Миленькая серая кошка сумела очаровать сурового волка-одиночку...
   - Мы провели вместе всего лишь ночь, - осмелилась я напомнить. Вымученно пошутила: - Вряд ли этому стоит придавать столь большое значение...
   - Вы провели вместе целую ночь! - перебила меня Гортензия. - Если бы ты только знала, как женщины пытались соблазнить Норберга. И все тщетно. И потом, он приставил к тебе охрану. Какая-то чрезмерная забота о той, с кем всего лишь провел несколько приятных часов. Не находишь?
   - Кстати, про охрану, - сказал Айрон. Положил локти на колени, переплел пальцы и удобно устроил на них свой мясистый подбородок, опять вперившись в меня немигающим взглядом. - И про прочее. Ты сказала, что хотела от Фелана котенка. По всей видимости, это означает, что ты явилась в замок в наиболее подходящее для зачатие время.
   Айрон не задал вопроса, но сделал паузу, подразумевая его. И я на всякий случай кивнула, не видя резонов скрывать очевидное.
   - Норберг использовал противозачаточные чары, когда спал с тобой? - отрывисто спросил Айрон. - Только не лги, что не знаешь. Ты оборотень, пусть и не особенно сильный. То есть, выброс магической энергии все равно бы ощутила.
   - Нет, - почти не разжимая губ, буркнула я, уже догадываясь, что последует дальше.
   - О, так наша киса может быть беременной? - оживилась Гортензия. - Это же совершенно меняет дело! Тогда мы точно возьмем Норберга за шкирку и поставим на колени.
   - Не получится. - Я с нескрываемым злорадством покачала головой. - Я не беременна.
   - Ну, утверждать ты можешь, что угодно, - не унималась Гортензия, хотя в ее голосе послышалось огорчение. Затем она посмотрела на Айрона и негромко приказала: - Проверь!
   Мужчина кивнул. Напряженно засопел, с усилием выбираясь из кресла.
   Я невольно попятилась, не совсем понимая, что последует дальше.
   - Не бойся, девочка, я осторожно, - заверил Айрон, наконец-то выпрямившись во весь рост.
   Я с трудом удержалась от изумленного присвиста. Ого, ну и гора! Это же не оборотень, это тролль настоящий!
   Создавалось такое впечатление, будто стоявший Айрон занял все свободное пространство в комнате. Сразу стало тяжело дышать, как будто мне на грудь надавила каменная плита.
   Айрон сделал лишь шаг - и вдруг оказалось, что он стоит совсем близко от меня. Протянул свою руку с короткими толстыми пальцами к моим волосам.
   Я дернулась было в сторону, но усилием воли заставила себя остановиться. Что даст мое сопротивление? Да ничего! Айрон все равно сделает то, что хочет. Просто я при этом получу парочку хлестких пощечин. Чтобы не дергалась, так сказать.
   - Умная девочка, - похвалил меня Айрон.
   На удивление нежно погладил меня по волосам.
   Я застыла на месте, с удивлением прислушиваясь к внутренним ощущениям. По телу неспешной волной поползло приятное тепло. Нестерпимо потянуло в сон. Захотелось лечь прямо на пол, свернуться клубком и тихо замурлыкать, позволив своему сознанию раствориться в черном небытие.
   Неожиданно я осознала, что действительно сижу на полу, прижимаясь к креслу Гортензии. Неужели я подползла к ней добровольно? Не помню.
   - Хорошая девочка, - вторил Айрону голос Гортензии. И рука женщины тоже снисходительно потрепала по моему плечу.
   Еще несколько бесконечно восхитительных секунд тишины. Я не чувствовала своего тела. Оно растворилось в неге. Я больше не видела этой комнаты. Больше не чувствовала страха. Я была маленьким котенком, который пробирался между высокой травы собственного двора, впервые в жизни выйдя на самостоятельную охоту.
   - Любопытно, - откуда-то из невообразимого далека услышала я задумчивое. - Очень любопытно. Но да, беременностью тут и не пахнет.
   И мир вокруг меня окончательно перестал существовать.

Оценка: 7.38*22  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"