Аннотация: О проблемах и печалях банковского работника.
С девяностых годов прошлого столетия Москву наводнило великое множество мелких и крупных банков. Банков стало едва ли не больше, чем универмагов, и уж точно больше, чем роддомов. Откуда их столько взялось - никто не знал, но у коренных жителей постепенно создавалось мнение, что в Москве стало слишком много миллионеров.
Так вот, в одном из таких банков, не слишком мелком, но и не очень крупном, в среду утром произошло весьма неприятное происшествие: внезапное исчезновение начальника казначейства - господина Кулькова Петра Семеновича. То есть человек просто не вышел на работу, никого не предупредив. Мобильный выключил и к домашнему телефону не подходил. Что же делать?
На втором этаже, где находился кабинет с табличкой "Кульков П.С." , а так же на лестницах, ведущих на второй этаж, то и дело слышалось:
- Вы не видели Петра Семеновича?
- Не знаете, будет он сегодня или нет?
- А у кого есть право подписи на приказы по казначейству?
- У Байкова? Иду к нему....
- Что, Байков в отпуске? Ужас-то какой! Что же теперь делать?
Работа казначейства была парализована. Подчиненные Кулькова, пользуясь его отсутствием, с удовольствием раскладывали пасьянсы и горячо обсуждали результаты гонки Формула-1.
Приказы, отчеты, письма, и другие очень и не очень ценные бумажки, складывались на стол в приемной к растерянной секретарше. Стопка бумажек росла и росла, а господина Кулькова все не было.
На самом деле этому господину с утра стало плохо. Настолько плохо, что выйти на работу он не смог. В течение двадцати лет подряд, он совершал ежедневный утренний ритуал: в 7-00 - звонок будильника, до 7-10 подъем; на умывание, бритье и туалет должно было быть отведено не более 20 минут; потом простой холостяцкий завтрак, состоящий из бутербродов или хлопьев быстрого приготовления. Ближе к 8 часам он начинал облачаться в заготовленные со вчерашнего вечера костюм и галстук, и в 8-10 непременно должен был выйти из дома, чтобы попасть к заветным девяти часам.
С момента открытия банка была введена карточная система входа, и об опоздании сразу узнавало высшее начальство. Когда Петр Семенович был простым сотрудником опаздывать он боялся, а став начальником уже не мог отказаться от привычки жить по расписанию. Даже будучи в отпусках, в каком-нибудь испанском или итальянском отеле он просыпался в 7 часов и бродил по пустынному пляжу в ожидании завтрака.
Вот и сегодня он проснулся в 7-00 без будильника и хотел было начать обычную утреннюю церемонию, но...не смог. Внезапно откуда-то взявшаяся усталость придавила его спину к постели, желудок недовольно заурчал от перспективы овсяных хлопьев, ноги не захотели идти по привычному маршруту, а голова отказывалась брать ответственность за происходящее. Глаза упорно смотрели в потолок.
Сначала он испугался. Потом заинтересовался своим состоянием и принялся думать, с чего бы оно. Переутомился? Вроде бы нет, не перерабатывал. Простудился? Лоб холодный, насморка нет - тоже не похоже...Спустя какое-то время думать он устал и решил наплевать. Закрыл глаза и просто лежал.
Настенные часы пробили восемь. Его опять стали одолевать раздумья. Ну и что случиться, если он сегодня не придет на работу? Земля не перестанет вращаться, банк не лопнет, и никто из милых сотрудниц не прольет по нему слезу. Самое страшное, что ничего не изменится. Что сиди там, что ни сиди.....
Двадцать лет жизни отдано такому делу, от которого и пользы-то людям нет.
А что в наличии? Квартира с дорогой мебелью. Обрывки воспоминаний из путешествий. Счет в банке, машина в гараже. Вот помрешь, и кому это добро?
Петр Семенович вспомнил, что лет семнадцать тому назад у него была возможность явить миру наследника, но он решил, что не имеет на то материальной базы. В результате такого решения, его девушка сделала аборт и вышла замуж за другого. Потом, когда материальная база наконец появилась, ему стало казаться, что женщины видят в нем только ходячий денежный мешок. Любовницы проходили по его жизни транзитом: одна, другая, третья.....Сердцем он ни к кому ни прикипел, и вообще считал, что любовь - штука опасная и изменчивая. Голову кружит-кружит, а чуть что - и нет ее, любви-то....
От таких размышлений Петр Семенович расстроился еще больше и твердо решил бойкотировать работу.
Он рывком поднял себя с кровати и первым делом выключил мобильник. Все! Теперь не найдут! Посмотрел на себя в зеркало: лицо сероватого цвета, мешки под глазами, щетина на подбородке. Раз на работу не надо - бриться ни к чему. Наскоро умывшись и даже не зайдя на кухню, он оделся и вышел из дома.
Он шел по улице, сам не зная куда. Хотел задать себе направление, но никак не мог выбрать. Ему было странно и непривычно выбирать. Обычно он делал только то, что должен был делать. Шел туда, куда должен был идти. Он никогда не задумывался, а хочет ли он это делать, а хочет ли он туда идти.....
Сейчас он растерялся. Может просто погулять? Погодка не ахти, сыро и ветрено. А может в поликлинику? Тем более, что предыдущее обследование показало наличие камней в почках. Нажил сидячей работой и камни, и давление, и геморрой. Но к врачу только по записи.
Может в магазин сходить? Да вроде бы ничего не надо. Все есть. И что теперь делать?
Пройдясь быстрым темпом минут пятнадцать, он наткнулся на вывеску "Пельменная" и вошел в маленькое заведение. Пять деревянных столов без скатертей с лавками под ними - вот и все убранство. За одним из столиков спиной к входу сидел человечек в черной куртке и развязанной ушанке: то ли подросток, то ли мужичок.
Петр Семенович некоторое время стоял в нерешительности, решая, куда бы ему приткнуться в этой обстановке, но потом направился к человечку, чтобы сесть напротив. Пусть будет хоть какая-то компания.
Мужичок оказался немолодой, щупленький и морщинистый. В его пластиковой тарелке лежали разваренные до безобразия пельмени, покрытые сверху сметаной. Он проворно орудовал вилкой, закусывал хлебом, наверно был голоден. Компании в лице Петра Семеновича он обрадовался и сразу начал общение:
- Сметана к пельменям сегодня с душком, советую брать кетчуп.
- Спасибо за совет, но я чего-нибудь другое возьму, мне нельзя острое - отозвался Петр Семенович.
- Больной что ли?
- А где сейчас здоровые-то? - вопросом на вопрос ответил Петр Семенович, купив пару пирожков с капустой и чай.
Мужичок с интересом изучал собеседника. Даже замедлил темп еды.
- Меня Забейко кличут, - и, поймав удивленный взгляд напротив, добавил - Андрей Забейко, я с Украины, а ты? - вдруг произнес он.
- Петр Семеныч.
- Ох ты, по имени-отчеству. Я так и смотрю - не наш. Серьезный дюже. Наверно какой-нибудь главный инженер большой конторы. Угадал?
- Нет, я начальник казначейства банка, - приосанившись, изрек Петр Семенович но тут же пожалел об этом. Вдруг напротив сидит вор?
- Ух ты! А чего в пельменную ходишь?
- Я первый раз пришел. Просто проходил мимо.
- А чего не на работе? - не унимался Забейко.
Петр Семенович нахмурил брови и опустил глаза.
- Плохо мне, - коротко произнес он.
-А у меня есть лекарство на все случаи жизни! - улыбнулся Забейко щербатой улыбкой и вытащил из внутреннего кармана куртки небольшой шкалик. - Водочка! Спасает от хворей телесных и душевных.
- Ты что, всегда с собой носишь? - изумился Петр Семенович.
- А то! Конечно! Я строителем работаю, целый день на ветру, а без этого сугрева и околеть недолго.
Не спрашивая согласия, он налил Петру Семеновичу и себе понемногу.
- Ну....... желаю чтобы все! - Забейко выпил залпом и закусил последним пельменем.
Петр Семенович замешкался. Он то прикасался к стакану, то отводил руку. Но в конце концов пригубил и приятное тепло разлилось по его телу.
- Ну что? Еще по одной? - Забейко лихо выхватил у него стаканчик и снова начал отмеривать дозу.
Выпив повторно, Петр Семенович расслабился и рассказал всю сегодняшнюю эпопею в надежде, что ему самому полегчает, и он найдет-таки ответ на извечный вопрос "что делать".
- Все ясно, - со знанием дела произнес Забейко. - У тебя этот, как там его.......кризис среднего возраста.
- Кризис, говоришь? Вообще-то у меня только сегодня началось....
- Кризис, хандра или депрессуха,- какая разница. Один черт, плохо. В газете недавно писали, что эти болячки накрывают как раз таких как ты, успешных. И реклама была к этой статье. Реклама средства.....вот запамятовал, оно на букву "п": персен, пурген или еще как... Ты аптекарей спроси, они подскажут. В общем, это средство нервы успокаивает и мысли прочищает.
Довольный своими советами, Забейко собрался было на выход, но вопрос Петра Семеновича остановил его.
- А у тебя кризисов не бывает?
- Откуда им быть-то? - удивился Забейко. Мне о смысле жизни думать некогда. Я в Москву приехал не думы думать, а выживать и зарабатывать.
Наклонившись к Петру Семеновичу как будто с секретом, и показывая рукой куда-то направо, он добавил:
- Вон, на Усиевича, новый дом стоит. Да-да, шестнадцатиэтажный. Там немало кирпичиков положено мною, Андреем Забейко! Он снял ушанку и прижал ее к груди. Лицо его расплылось в блаженной улыбке артиста под аплодисментами публики. Слегка поклонился, снова надел ушанку и ушел.
Долго сидел Петр Семенович в пельменной, подперев голову руками. Потом включил свой мобильный, набрал номер и, обращаясь к секретарше, произнес следующее:
- Катенька, добрый день! Да, все нормально, я сейчас на совещании в другой организации. Ничего, подождут. Скоро буду. А пока внесите в повестку пятничного собрания отдельным пунктом вопрос об открытии в банке нового направления. Какого? Строительство. Делом пора заниматься. Вы слышите? Де-лом!