Мамаева Надежда: другие произведения.

У волшебства запах корицы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 7.34*31  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Иллюстрация на обложке А. Липаева.
    Книга на Лабиринте
    Угодить в мир, где магия - повседневность, эльфа или дракона можно встретить на улице, да и твой статус - дочь придворного алхимика, а не абы кто. "Повезло" - скажите вы, и будете в чем-то правы. Главное, чтобы от этакого везения не свихнуться, не поседеть и не стать заикой.

ЧЕРНОВИК. ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ.

День первый

13.02.2016 по римскому календарю
16 травня 9785 года по веремскому летоисчислению

Здравствуй, дорогой дневник! Ни разу в жизни не вела личных записей, а вот сегодня поняла - накопилось, и если не выскажу всего, не человеку, а хотя бы бумаге, то не выдержу. Поэтому-то сейчас и строчу гусиным пером, царапая пергамент, хотя еще пару дней назад держала в руках шариковую ручку. Но обо всем по порядку.
***
Практикумы по аналитической химии, которые вел Лихославский, всегда проходили в тишине. Не потому, что предмет был скучен, вовсе нет. Скорее наоборот: звучный голос молодого обаятельного аспиранта, объясняющий основы качественного анализа, увлекал, затягивал. Сложные уравнения, в которых перечисление реагентов порою занимало не одну строчку, при разборе из его уст оказывались просты и понятны, как дважды два. Доска, испещренная формулами и условиями проведения реакций, скрип шариковых ручек, стрельба глазами в сторону симпатичного аспиранта - атмосфера практикумов была на удивление располагающей. На занятиях Лихославского, проходивших, к слову, с восьми утра, не было опоздавших и не пришедших. Наоборот, девичья часть группы являлась вовремя и при полном параде. Девушек не пугали зимние морозы - мини-юбки и декольте правили модным балом, а лабораторные халатики были до неприличия коротки и всегда распахнуты, попирая тем самым все требования безопасности.
Я не любила быть на глазах у преподавателей, но и галерка не прельщала: половину не услышишь, поэтому обычно садилась за средними столами. В тот день за окном кружила метель, и мороз рисовал на стекле замысловатые узоры. Пушистые сугробы, что намела заботливая хозяйка-зима, были в половину человеческого роста.
Лабораторный практикум закончился, и студенческая братия в едином порыве рванула со своих мест, не снимая халатов. Большая перемена - успеть бы в буфет очередь занять, пока народ не набежал. Я слегка замешкалась. В новую сумочку, доверху набитую, никак не хотела влезать толстая тетрадь. Впрочем, сегодня многое, помимо сумочки, было новым: прическа, макияж, одежда. Накануне мы с подружкой в преддверии четырнадцатого февраля решили поменять мне имидж. А что? Если валентинкой порадовать некому, можно и самой себе подарок организовать, вот такой, необычный.
Утром, правда, чуть было не пожалела о принятом накануне решении: непривычно было видеть себя огненно-рыжей и с ярким макияжем. Короткое легкомысленное платьице. Не умею носить такие, но Анжела настояла: 'Одень, ты в нем просто супер!'. Оно довершило образ барышни, ждущей с нетерпением весны. И вот я, вся такая 'супер', сейчас страдала от результатов персонального 'ребрендинга', на который, между прочим, ушли все мои скромные сбережения.
Жертвой противостояния логики (невозможно впихнуть не влезающее) и моего упорства стала злополучная сумочка - у нее просто оторвалась ручка. Как оказалось, китайские Дольче Габбаны держатся буквально на одном стежке. Содержимое тут же разлетелось по полу. Я начала быстро собирать упавшее, и, посмотрев вверх, поймала взгляд преподавателя, обращенный на меня.
Непроницаемая маска безразличия. Мужчина наблюдал за мной без каких-либо эмоций: ни раздражения, ни нетерпения, ни сочувствия. Вообще ничего. Даже на миг показалось, что все очарование аспиранта, завораживающее девушек на лекциях, какое-то нереальное, искусственное, и сейчас передо мной настоящий Лихославский: расчетливый и циничный. Но это был только миг.
Аспирант побарабанил пальцами по столешнице и вновь глянул в мою сторону. Когда он заговорил, его голос был тихим, напоминающим дуновение ветра, шорох осенних листьев:
- Вам никто не говорил, что Вы сегодня по-весеннему красивы..., - мягкая, обезоруживающая улыбка, и только для меня. Это насторожило.
Зажимая стопку собранных тетрадей перед собой, поднялась, поправляя юбку, которая в этот момент по ощущениям была вопиюще-короткой. Мужчина меж тем решительно подошел к двери кабинета и запер ее, убрав ключ в карман. Мне это совсем не понравилось, и я неосознанно начала пятиться.
Лихославский обернулся. Его обаяния как не бывало. Безумные глаза, непроизвольно сжимающиеся руки, губы, которые он постоянно облизывал.
В голове мысли мелькали калейдоскопом: Янка, бывшая одногруппница. Яркая, эффектная, в октябре она как-то разом увяла, замкнулась в себе, а потом и вовсе перевелась на заочное отделение. А она ведь тоже была без ума от этого Лихославского. Сообщение о пропавшей в декабре студентке с первого курса. Ее так и не нашли.
В несколько шагов аспирант приблизился и резко схватил за плечи. Рывок в сторону оказался для меня полной неожиданностью. Лихославский буквально запихнул меня в узкий простенок между шкафом и вытяжкой.
- Ну же, будь хорошей девочкой, не упрямься. Я же знаю, ты специально для меня так оделась, и осталась наедине тоже специально. Вы все так делаете, провоцируете, а потом ноете, что не хотели. Хотели, еще как хотели, - его жаркий шепот прямо в лицо напугал. Еще больший страх я испытала, когда руки мужчины бесцеремонно проникли под юбку и начали жадно шарить в районе живота, все выше задирая подол платья.
-Что Вы делаете? - происходящее настолько не укладывалось в голове, что я в первый момент растерялась.
- Ну что тут такого. Доставим друг другу немного удовольствия. Ты вроде ничего, а я тебе нравлюсь, я всем нравлюсь... - это был голос одержимого, маньяка.
Первый шок прошел, и я начала отчаянно сопротивляться. Осознание, что меня сейчас банально изнасилуют, придало сил. Заорала, но Лихославский тут же приложил меня затылком о стену так, что едва не потеряла сознание, а потом заткнул рот одной рукой. Этот ненормальный же, не теряя времени даром, стаскивал с меня колготки. Его штаны уже были приспущены, и оттопыренный член подрагивал в возбуждении.
В этот момент я ненавидела все и вся: идею сменить прическу, короткое платье, эту двуличную аспирантскую заразу. Тяжесть его тела и ощущение, что сейчас он овладеет мной, были невыносимы.
Кто-то дернул дверь с той стороны, проверяя: открыто ли? На мгновение Лихославский отвлекся и я, толкнув его, рванула из простенка. Не успела. Он нагнал буквально через пару шагов. Яростное сопротивление, звон разбивающегося стекла и полет.
Все было, как в замедленной киносъемке. Я, летящая спиной вниз, и падающие сверху в лицо осколки. Все медленнее и медленнее. Стекло застывало, вязло в воздухе, как в смоле, и мое тело вместе с ним. На уровне подоконника второго этажа, когда до земли осталось совсем чуть-чуть, я и вовсе зависла в воздухе, не в состоянии пошевелиться. Только скосила глаза сначала в одну, потом в другую сторону. Сюрреалистичность происходящего пугала даже больше, чем то, что я сейчас разобьюсь. Потому как падение с четвертого этажа и его итог - хотя бы подчиняется законам физики, и, что уж говорить, неприятно до летальности, но типично, а вот то, что происходило сейчас...
Здоровенного таракана (с ладонь, не меньше, не иначе родственник мадагаскарских), прыгнувшего мне на грудь, в этой ситуации я уже восприняла спокойнее, а вот то, что он говорящий - нет. Захотелось банально заорать, но не могла - губы не слушались.
Меж тем усатый родственник пруссаков изрек:
- Жить хочешь? - и, привстав на заднюю пару лапок, словно сурикат, потер перед собой передними.
Возможность говорить вернулась. Орать, кстати, тоже, чем я незамедлительно воспользовалась.
Таракан недовольно пошевелил усами после того, как звуковая волна иссякла.
- И почему мне всегда достается роль парламентера? - сам себе пробурчал таракашка. А потом, обращаясь уже ко мне, добавил:- Еще раз спрашиваю: жить хочешь?
- Дддаа, - выдавила из себя. Насколько бы нереальной ни была ситуация, близко знакомиться со льдом и асфальтом мне все же не хотелось. Как и превращаться в отбивную.
-Тогда у меня к тебе есть деловое предложение: ты помогаешь мне уладить одно дельце в другом мире, а я возвращаю тебя в этот. В эту же самую точку.
- И какая мне от этого выгода - разобьюсь же? - подытожила я.
- За это можешь не волноваться. Смягчу падение, отделаешься сломанной рукой или ногой. Окружающие посчитают это чудом, а ты будешь рассказывать, что вся жизнь пронеслась перед глазами.
В этот момент я поняла, не важно, соглашусь я или нет, клиентом доктора мне быть. Эскулап нацепит на меня ярлык обязательно, вот только кто это будет: патологоанатом или психолог? Мозгоправ был как-то привлекательнее (все-таки говорящий таракан - пусть и шиза, но с ней жить проще, чем с пробитым черепом), и я решилась.
-Хорошо, я согласна. Только сразу предупреди, что от меня требуется. Некоторые вещи я физически выполнить не смогу.
Тут я не лгала. На шпагат, например, садиться не умею, базу Пентагона тоже не взломаю.
- Да от тебя особо ничего и не требуется, пару часов поизображаешь дочь придворного алхимика, и вернешься сюда, долетать остаток пути. - Таракашка зашевелил усами, описал круг на моей груди, а потом по шее забежал на лицо. Его усы начали щекотать мне ноздри.
Меня не стошнило лишь по одной причине - двигаться не могла.
- Ну, раз ты согласна... - протянуло насекомое, а потом патетично прогнусавило: - Прентуриармус эолирмис.
Тело окутало сияние. В мозгу не к месту возникла мысль: 'А каков спектр его свечения? Без радиоактивных волн, надеюсь?'. Постепенно свет становился все ярче, настолько нестерпимый, что вызывал физическую боль, от которой я и отключилась.
Пришла в себя, лежа на чем-то твердом, жестком и холодном. Булыжная мостовая? По ощущениям так оно и было.
-Как похожа! Просто отражение в зеркале, вылитая Кесси... - незнакомый мужской голос с характерными старческими нотками. Вроде и нет в нем явного брюзжания, визгливых интонаций, а слушаешь, и понимаешь - не молодой, совсем не молодой человек говорит.
- Я старался, хозяин, - а это, судя по всему, мой недавний членистоногий знакомый.
- Старался он. А почему тогда девица без сознания?
- Переход был осуществлен с ее согласия. Если бы не согласилась, портал бы ее вообще сжег. И вообще, Вы же сами знаете, проще перенести из другого мира душу. Может, надо было подождать, пока она разобьется, а уже потом...
'Ну, паразит усатый, я тебе покажу 'разобьется', дай только в себя приду', - подумалось мне.
-Душа - это хорошо, но мне нужно именно тело, живое и целое. Поэтому давай, приводи девушку в чувство и объясни ей ее задачу.
Шаркающие шаги, скрип несмазанных петель, сквозняк, стелющийся по полу, а затем тишина. Чувство, что мою голову использовали вместо наковальни, все усиливалось. Я застонала и тут же ощутила, как по лицу кто-то бежит. Маленький, перебирая шустрыми лапками.
- Очнулась? - голос настолько заботливый, что навевает ассоциации о тапках и мухобойках.
- Да, - выдавила я из себя через силу.
- Ну, вот и хорошо! Судя по тому, что говоришь ты на местном языке, тебя при переходе еще об адаптационную сферу приложило.
Поскольку внятно ответить этой членистоногой заразе я не могла, она продолжала разглагольствовать:
- Обычно, когда порталом протаскиваешь кого-то из другого мира, сфера на него не реагирует, и приходиться вешать коммуникационный амулет или накладывать заклинание транслингвы, в самом крайнем случае учить язык по старинке, зубря слова, но ты у нас, похоже, везучая..., - последнее слово он протянул так, что сомнений не оставалось, какого рода это самое 'везение'.
Я же попыталась принять сидячее положение. Удалось задуманное попытки с седьмой, а может, десятой, не считала специально. Таракан в это время нарезал вокруг меня круги, шевеля усами.
- Ну, давай, выкладывай мне про эту вашу сферу, или что мне там знать нужно?
Шевелиться боялась, чувствуя, что одно неверное движение, и голова разлетится на мелкие осколки.
Судя по всему, тараканище дорвался до благодарного слушателя (а мне то что - пусть болтает, я его все равно сейчас адекватно воспринимать не могла).
- В этом мире живет несколько рас, у каждой свой язык. Чтобы не заучивать их все сразу, маги придумали сферы - ими накрыты большинство городов. Проходя через такую, твой словарный запас переводится на язык, на котором принято разговаривать под этой сферой.
Я представила себе такие гигантские купола, а-ля мыльный пузырь, накрывающий территорию Франции, например. Впечатлилась.
- Кстати, они невидимы и не ощущаются при проходе, хотя в твоем случае ничего точно сказать нельзя. Они же рассчитаны на жителей этого мира.
Судя то тому, что вопросов я не задавала, таракан решил, что в моей голове в принципе легко укладывается то, что, по сути, не лезет ни в какие ворота, и продолжил:
-Но это к делу не относиться. А вот то, зачем ты понадобилась моему господину, великому придворному алхимику Микелису Глиберусу ... У него есть дочь, Кассандриола, Кесси. Тебе выпала честь быть на нее до неприличия похожей. Так вот она на днях слегла. Ее прокляли - наложили заклятие, побочный эффект которого, помимо прочего, и абсолютное безмолвие. Сейчас ей уже лучше, но встать с постели она никак не может, как и говорить. А сегодня день объявления ее помолвки.
-Ну и в чем проблема, перенесли бы, - невольно вырвалось у меня.
-Проблема в том, что помолвка эта политического плана, о ней была договоренность, и именно ради этого приехало посольство.
-Ради дочери придворного алхимика? - сомнение в моем голосе можно было черпать ложкой.
-Не ради одной, конечно, ради двух дюжин. Просто принцесс и принцев королю жаль, да и штучный товар - королевские особы. Укреплять же межрасовую дружбу надо, за счет браков в том числе. А с драконами мы сейчас начали дружить особенно рьяно - как-никак, только что война закончилась, вот и заверяет наш король в своей искренней дружбе бывших противников, как может.
От тараканьей трескотни голова разболелась еще сильнее, но я стоически терпела.
- Кесси прочили за драконьего князя рода Дирриетгинга, и сегодня - церемония объявления помолвки. Не явиться на неё - значит, не просто впасть в немилость короля, это может послужить началом конфликта.
- Ну да, уважительной причиной неявки на лекцию может быть только смерть студента, - процитировала я слова грозы нашего факультета Алоизии Эриховны, декана и жуткой стервы в одном лице.
- Точно. Поэтому сейчас я позову служанку, которая приведет тебя в надлежащий вид, и мы отправимся на церемонию. Там тебе нужно будет произнести только одно слово 'согласна', и ты, считай, свободна.
Все, сказанное тараканом, было хотя и абсурдным, но логичным. Да и выбирать мне особо не приходилось. Ех, знала бы я, чем все это обернется...



***
Садиста, придумавшего корсеты, надо было самого засунуть в это пыточное устройство и заставить совершить марш-бросок через пустыню Гоби. Чтобы это зараза умирала долго и мучительно. Служанка шнуровала меня, безбожно сжимая ребра пластинами, бюски впивались в талию, я скрежетала зубами.
- Еще немного выдохните, госпожа, - голос, не отличающийся теплотой, но с должной долей почтения, произнес: - Ваша талия чуть шире, надо ее еще затянуть.
'Куда еще-то? Вы сейчас мне печень выдавите в грудину вместе с желудком, один позвоночник останется', - про себя завопила я. Резкий рывок (хорошо, что я вцепилась в столбик спинки кровати - иначе бы точно упала), и служанка с чувством выполненного долга выдохнула:
-Все, теперь можно и платье надевать. Глядя на бархат, расшитый серебряной нитью, я поняла, насколько сильно мое представление о данном предмете гардероба отличается от местных. Если знаменитое чёрненькое творение Коко Шанель умещалось на ладони, это произведение местных кутюрье не в каждый чемодан, полагаю, удалось бы запихнуть. А когда я его надела, то поняла, что не зря ходила в спортзал - весило оно не меньше десяти килограмм, давая столько же простору для маневра, как и плащ-палатка.
Стук в дверь и вежливое:
-Можно? - знакомый голос, кажется, это Микелис Глиберус?
-Да, пожалуйста, - что отвечать на подобный вопрос в этом мире, я не знала, так что выдала земной вариант.
Дверь открылась, явив мужчину. Уже в годах, с шевелюрой, в которой седина порезвилась вволю, с небольшим горбом, но уверенного в себе, с пытливым взглядом.
- Мой помощник, Фирселий, уже объяснил Вам суть сегодняшнего действа и то, что от Вас требуется? Как Вас, к слову, зовут?
Столько вопросов и сразу. И тон - этот человек привык получать ответы.
- Да, таракашка объяснил, что нужно только дать согласие. А мое имя Наташа.
Мужчина усмехнулся в усы.
- Ответ не верный. Здесь и сейчас Вы - Кассандриола Глиберус, моя дочь. Что же до 'таракашки' - не называй его так, он обижается, - на этих словах алхимик хитро прищурился. - Ну да время не терпит, прием уже совсем скоро. Пройдем к порталу.
-А я думала, Вы не маг, а алхимик... - не к месту уточнила я.
- Не просто алхимик, а один из сильнейших чародеев королевства. И да, держись весь прием подле меня, никуда не уходи. Если что-то спросят, постарайся отвечать как можно более размыто, а лучше вообще молчи.
Доходчивая и подробная инструкция, ничего не скажешь. Ну да делать нечего. Уцепилась за галантно подставленный локоток 'отца' и пошла, как в приснопамятном 'Служебном романе', от бедра.
Увидев мои потуги в дефиле, Глиберус закашлялся, словно откусил бутерброд, на котором вместо масла был намазан скипидар. Наконец, обретя возможность говорить, 'папенька' выдал:
- Я понимаю, наши миры весьма различны, как и понятия об этикете, но не стоит задирать юбку до колена.
'Лучше пробороздить носом пол, наступив на подол', - мысленно закончила я речь за алхимика. Ну что тут такого? Я всего лишь приподняла передний край юбки так, чтобы не зацепить его. Ну, вышло чуток выше, и оказались видны ноги до середины икры. Так никто же, кроме 'папеньки', не видит. Но, как оказалось, месье Глиберус был иного мнения.
- Приличные девушки ведут себя целомудренно, - проворчал он, назидательно подняв палец вверх,- глаза опускают долу, говорят лишь тогда, когда их о чем-то спрашивают, и юбок не задирают ни в коем разе.
-Хорошо, поняла, - я чувствовала себя продавцом 'Макдональдса', который всегда улыбчив, понятлив и все схватывает на лету, каким бы самодуром ни был клиент.
- Вот и славно, - Глиберус похлопал меня по запястью той руки, которой я за него держалась.
Больше мы не обменялись ни звуком, только ткань платья шуршала по полу. Даже таракашка перебирал лапами по паркету абсолютно бесшумно, периодически поднимая свою лобастую морду на меня и выразительно шевеля усами.
Портал больше всего напомнил мне зеркало. Большое такое, чтобы можно было без труда рассмотреть себя в полный рост, в массивной металлической раме. Только вместо отражающей поверхности - свет. Не яркий, он струился, переливался и был в каком-то постоянном, одному ему ведомом, движении.
- Это портал перехода? А почему в раме?
Фирселий оказался на редкость словоохотливым насекомым:
- Материальная рамка нужна для того, чтобы контур заклинания оставался стабилен. Без него велика вероятность того, что при переходе тебя выкинет не в том месте, где рассчитывал появиться, - протараторив все это, таракашка серьезно, по-командирски, прибавил: - Замри и не шевелись.
Я сначала не поняла, к чему это он, а когда по моему платью, а потом и по плечу Фирселий начал проворно перебирать лапками, орать было уже поздно. Таракан, подобно покорителям Эвереста, не остановился на достигнутом, и начал штурмовать мою прическу, как неприступный бастион.
Служанка постаралась на славу, укладывая мою рыжую копну в высокую прическу. Локоны образовали нагромождение завитков и волн, увеличив рост на голову, не меньше. В этом стогу Фирселий, похоже, и зарылся. Его повелительное: 'Теперь можно идти', - свидетельствовало о том, что усатый чувствует себя на своем месте и не раз проделывал подобный трюк. Следующая фраза членистогогоо подтвердила мои догадки:
- Не переживай, я с Кесси кучу раз такое проделывал. Зато, если что, смогу тебе помочь и подсказать.
Да уж, фраза 'неприятности подстерегают повсюду, но самые хитрые из них путешествуют вместе с тобой' сегодня для меня приобрела новый смысл. Буквальный.
Алхимик, наблюдавший всю эту картину, лишь усмехнулся, а потом сказал:
-Я первый, Вы - следом. Не бойтесь, это все равно, что перешагнуть через порог.
Подавая пример, он так и сделал - просто шагнул в раму, скрывшись в пелене света. Я на всякий случай обошла 'зеркало' с другой стороны. Вот уж дитя века научно технического прогресса, воспитанное на шоу Девида Копперфильда: легче поверить в гений инженерной мысли, чем в чудо, даже если волшебство - априори.
-Давай, пошли уже, хватит круги нарезать, - нетерпеливый голос, раздавшийся прямо над головой, заставил выдохнуть и мужественно шагнуть в светящееся нечто.
'Переступить через порог, как же!', - очумело подумала я. Ощущения были такие, словно шагнула с этажа небоскреба, находящегося на краю кратера вулкана: пока летишь до 'пункта назначения', успеешь превратиться в качественно прожаренный бифштекс. Благо все это длилось не долго. Пара мгновений, и я оказалась в сумрачном зале. Напротив меня уходила вверх лестница. Признаться, впервые видела такую. Пресловутые красные ковровые дорожки, постеленные на беломраморных ступенях, теряли по сравнению с ней всю свою привлекательность. Эта лестница была отдельным произведением искусства: необыкновенное разнообразие декора - колонны, зеркала, статуи, затейливая золоченая лепнина, огромный плафон, созданный талантливыми живописцами. Разделенная на два торжественных марша, она вела к анфиладе.
- Прошу Вас, дщерь моя, - алхимик, стоявший тут же, рядом с порталом, протянул мне руку.
Я не преминула воспользоваться его предложением, украдкой оглядывая остальное убранство зала: все пилястры и камины были облицованы малахитом. Бронзовые базы и капители колонн, резные деревянные двери, рамы зеркал, лепка сложного орнамента, покрывающая потолок, - все то ли вызолочено червонным золотом, то ли покрыто натертой до блеска латунью.
Мой практичный ум, глядя на это блестящее великолепие, вынес вердикт: 'Все-таки золото: полировать неблагородный металл на потолке весьма проблематично, а блестит, как новенький...'. Сочетание интенсивных зеленых тонов малахита с золотом определило парадное звучание интерьера, поэтому в нем, мимикрируя под окружающую обстановку, не бросалась в глаза охрана, бдящая у портала в зеленых же с золотом мундирах.
Ощущение торжественности и тягостное молчание витало в воздухе, разливалось в нем широкой рекой, давя на сознание не хуже умелого психоаналитика. Мы с 'папенькой' в гробовой тишине прошествовали по лестнице. Таракан (судя по тому, как глубоко он закопался в прическу, можно уже было использовать предлог не 'на', а 'в') моей голове тоже пока молчал.
Когда мы были на середине лестницы, за нашими спинами послышалось какое-то движение.
-Еще одна прибывшая чета, - прокомментировал алхимик. - Сегодняшний прием, хоть и закрытый, но в гостях недостатка не будет. А как ты, моя дорогая Кесси, находишь новое оформление зала телепортаций? Мне, признаться, прежний беломраморный вариант нравился гораздо больше.
Его 'Кесси' меня слегка покоробило, но тон, отчетливо намекающий, что отцу с дочерью надлежит создать хотя бы видимость светской беседы, заставил подобающе ответить:
- Белый слишком безлик. Он как свежий холст, на котором каждый рисует картины по своему разумению и настроению. Зеленый же питает надежды...
Старик удовлетворенно хмыкнул, принимая ответ. Похоже, тот ему понравился.
- Рад, что, несмотря на многие твои недостатки, - тут Глиберус выразительно посмотрел на меня, намекая о земном происхождении, - ты не разочаровываешь своего отца. Надеюсь, так и будет в дальнейшем.
-Я тоже на это очень надеюсь, как и на ваши милости.
Под этот милый завуалированный треп мы неторопливо добрались через анфиладу до тронного зала. Во всяком случае, я для себя окрестила его именно так, по причине стоящего напротив входа монаршего седалища, на котором и разместился местный владыка.
Когда мы только появились в дверном проеме, церемониймейстер ударил жезлом (негромко, но так, чтобы было слышно) и известил:
- Алхимик его королевского величества Нериуса седьмого Победоносного Микелис Глиберус с дочерью.
Запоздало подумалось: 'А почему, собственно, только с дочерью? Как же почтенная матрона сего семейства?' - но задавать родившиеся вопросы было уже некогда. 'Папенька', подобно буксиру, тянущему севшую на мель баржу, повел меня к трону.
- Сделай реверанс и склони голову, как только подойдем к королю поближе, - наставительно прошептал он.
Я уже поняла, что в случае моего 'батюшки' краткость не просто была сестрой таланта, но она еще и занималось братоубийством, потому как инструкции Микелиса были до ужаса короткими и размытыми. Нет бы уточнить, где это самое 'поближе' начинается, и как долго сидеть в положении 'волейболистка принимает подачу снизу' - именно так я воспринимала положение ног в этом самом реверансе, благо юбка длинная, и раскоряки из коленок не видно.
Наконец 'папенька' остановился, не доходя до трона метров пять, и почтительно склонил голову. Я поняла, что пора начинать приседания и, шаркнув ножкой в сторону, согнула колени.
- Встать-то сможешь? - ехидный комментарий из прически вызвал непреодолимое желание поправить шевелюру, хорошенько треснув себя по голове. Ну и пусть испорчу все к чёртовой бабушке, зато одним ехидным созданием в этом мире станет меньше. Я и так стараюсь, почти носом в ковровую дорожку утыкаюсь, благо декольте неглубокое, а то этому Победоносному открылась бы весьма интригующая картина.
- Нет такого препятствия, которое русский человек не смог бы преодолеть и обматерить, - выдала я на ультразвуке.
Таракан в голове замолк. Наверное, переваривал услышанное. Я же тем временем скосила глаза на Глиберуса, который начал выпрямляться и посчитала, что и мне можно выбираться из зет-образной позы.
Как только мы с 'папенькой' отошли на достаточное расстояние, алхимик соизволил озвучить мне хронометраж мероприятия:
- Все невесты уже в тронном зале, скоро прибудет посольство и начнется церемония помолвки. Герольд будет зачитывать имена пар, названные выйдут в центр зала и перед троном подтвердят свое согласие на помолвку. Тебе надо будет лишь сказать 'да', после этого вернуться ко мне и дождаться окончания церемонии.
- У меня вопрос: у вас же мир магический, не проще ли было морок какой навести и делегировать уроженку этих мест? Зачем такие сложности со мной?
Но откликнулся не 'папенька', подбиравший лаконичный и четкий ответ, а словоохотливый Фирселий:
- Есть небольшая загвоздка. Посмотри на свод потолка. По центру этого зала в зените купола установлен кристалл истины. Мера безопасности, так сказать, но она разрушает любую иллюзию, любые чары, а парик или накладной нос может разглядеть сам жених, поэтому-то и нужна была девушка, обладающая природным сходством с эталоном.
- А то, что волосы у меня немного не природного оттенка?
- Знаешь, даже вблизи не понятно, что это не твои, если ты сама не скажешь. Но, скажу по секрету, твои локоны на вкус совсем как одна из склянок в алхимической лаборатории...
-Ты что, еще и волосы мои ешь? - да, мы, дочери Евы, такие: в первую очередь обращаем внимание на мелочи, ибо из них в основном и складывается картина.
-Я такую алхимическую гадость не ем, лишь невольно дегустирую, если под жвалы попадает, - проворчал таракашка.
Тут его речь прервал стук жезла и зычный голос церемониймейстера, вслед за которым грянули фанфары: прибыло посольство.
Они шли, чеканя шаг, гордые, с высоко поднятыми головами. Все в черном, отличные лишь цветом шевелюры и прической, даже черты лица, выражение было чем-то неуловимо схоже у всех двух дюжин мужчин. 'Не мужчин, драконов', - педантично поправила я сама себя.
Они напомнили мне офицеров на построении в честь парада Победы. Словно это был не официальный прием, а показательные маневры.
Остановившись в пяти метрах от трона, глава драконьей делегации поприветствовал королевское величество Нериуса. Слова посла, прозвучавшие после обмена этикетными любезностями, повергли меня и 'папеньку' в шок:
- Ваше величество, при всем моем глубоком уважении и почтении к вашим традициям, я, Салик Чейдра, от лица моего правителя и всех, рассекающих высь, прошу Вас все же их нарушить. - Нериус Победоносный молчал. Дракон посчитал тишину дозволением продолжить: - Дело в том, что нам, сынам неба, угрожают соседи с Чернолесья. Те, кто должен составить счастье ваших дочерей, не позднее чем завтра отправляются в военный поход. Поэтому нижайше прошу о дозволении провести сегодня церемонию не помолвки, а бракосочетания, дабы все, рассекающие высь, смогли исполнить свой долг.
Красивые обороты речи и чуть шелестящий, напоминающий об огненно- золотистой листопадной осени, голос посла не смогли скрыть смысл сказанного: мне хана.
Король меж тем, насупив брови и побарабанив пальцами по подлокотнику трона, изрек:
- Наши народы поклялись друг другу в вечной дружбе, а друзьям пристало идти навстречу друг другу. Пусть будет по-вашему, и сегодняшние браки будут осенены королевским благословением.
Я в панике посмотрела на 'папеньку'. Мелкие бисеринки пота на лбу алхимика, его враз побелевшие губы, бегающий взгляд.
-Что будем делать? - шепотом спросила я.
- Действовать по первоначальному плану, - так же шепотом ответил Глиберус, а потом, словно решив для себя что-то, твердо добавил: - Отступать некуда, если узнают о подмене, ни мне, ни тебе голов не сносить. Так что пока молчи. А после церемонии постарайся от мужа скрыться, изобрази, что тебе дурно, спрячься... Я придумаю, как вас с Кесси поменять местами, чтобы дракон ничего не понял. Главное, чтобы сейчас он оставил тебя здесь, а не забрал с собой.
'Вот уж перспективка, так перспективка!' - мысль пронеслась в моей голове галопом, а герольд между тем начал объявлять имена 'счастливых' женихов и невест.
Лица молодоженов в момент сочетания священными узами были такими, что невольно создавалось впечатление - это профессиональные дегустаторы уксуса.
- Кассандра Глиберус и Арий Дирриетгинг.
В центр зала вышел высокий статный мужчина. Волосы, белые как лен, контрастировали с темными бровями. 'Любопытно, шевелюра поседела или природа расщедрилась на столь дивное сочетание?' - мелькнула невольная мысль. Да еще глаза. Встреть я такие в своем мире, непременно решила бы, что это - линзы. Уж больно насыщенный синий цвет, словно не радужка, а пресловутая берлинская лазурь. Прямой нос, губы, решительно сжатые. Словно вышедший был не в тронном зале, а на поле брани. Разглядывая этого Ария, для себя вынесла вердикт: уже далеко не юнец, но и не в годах. Плохо, очень плохо. Молодого легче обмануть, от старика - спрятаться, а этот... Чувствовалась в нем внутренняя сила, не сулящая мне ничего хорошего.
Пока он шел, заметила, как дракон слегка прихрамывает на правую ногу. 'Интересно, это у него с рождения, или жизнь так потрепала?' - в голове возник еще один непрошенный вопрос. Но этот его недостаток не мешал ему идти с потрясающей грацией и плавностью.
Похоже, что я слегка запоздала с выходом, ибо получила от Глиберуса легкий толчок в спину, задавший направление. 'Только бы не упасть, только бы не упасть...', - эта мысль была единственной связной среди той чехарды и мешанины, что в тот момент царила у меня в голове.
Когда я приблизилась к 'нареченному', заметила, как скривились его губы. Ну да, он тоже не от большой любви тут стоит, но зачем это так явно демонстрировать-то?
Я всегда полагала, что свадьба у знати - дело обстоятельное, пышное и торжественное. Все оказалось до неприличия скудно. Прямо как на кассе супермаркета: минута на обслуживание, задали вопрос про пакет (пардон, 'Берешь ли в мужья?'), получили согласие, и ... не хватало только слова: 'следующие'. Единственная разница, вместо улыбчивой кассирши - король. Его вопрос: 'Согласна ли ты, Кассандриола Глиберус, сочетаться браком при свидетелях с Арием Дирриетгингом?' и мое тихое 'Да'. Аналогичный вопрос дракону и его твёрдое 'Согласен'.
После этого, не говоря ни слова, мужчина взял мое запястье и чиркнул по нему ногтем. Не знаю, из чего у него был этот самый ноготь, но на коже образовался порез. Ранка начала быстро заполняться кровью. Пока я осознавала случившееся, Арий проделал то же самое со своей рукой, после чего соединил наши порезы, смешивая кровь. На Земле такой ритуал мог привести к заражению (СПИД и гепатит можно подхватить не только самым известным путем, но и через переливание, даже если доза была из категории 'микро'), но этот мир был какой-то ненормальный. На моем запястье стал проступать рисунок. Причудливая вязь рун обвила запястье, скрывшись под широким рукавом.
Итогом всего этого безобразия стало заключение:
-Объявляю вас мужем и женой, - голос короля прозвучал в моей голове набатом.
Герольд объявил имена следующий пары и я хотела было вернуться на то место, откуда и пришла, собственно, - поближе к ненаглядному 'папеньке', который ныне напоминал перспективного клиента реанимации: такой же бледный, готовый того и гляди потерять сознание. Как же, разбежалась, мой новоиспеченный благоверный ловко ухватил за локоток и притянул к себе.
- Вы теперь княгиня Дирриетгинг, извольте соответствовать, - его голос напомнил шипение потревоженной гадюки. - Ваше место подле супруга.
Я покорно опустила голову, следуя за новоиспеченным муженьком и прикидывая: начать сцену потери чувств сейчас или дождаться конца церемонии и попробовать улизнуть. Взвесив свои актерские навыки и пожалев, что я не Джулия Робертс, и даже не выпускница МХАТа, пришла к выводу, что стоит сначала все же попробовать незаметно исчезнуть из поля зрения дракона.
Свадебный конвейер меж тем набрал обороты. И что примечательно: многие драконы повторяли маневр Ария: отлавливали молодых жен, когда те после церемонии стремились обратно к родителям, и уводили с собой. 'А у Глиберуса этот Арий, помимо подсадной дочери, увел еще и любимого таракана', - невесело подумала я. Фир же пока сидел в волосах тише мыши, даже лапками не перебирал.
Все хорошее когда-нибудь заканчивается, плохое, впрочем, тоже. Подошла к концу и оптовая брачная церемония.
Церемониймейстер объявил о том, что его королевское величество приглашает всех гостей пройти в янтарный зал, дабы отпраздновать только что свершившееся.
Шведский стол в антураже дворца меня впечатлил, а вот дракон, стоящий рядом, лишь презрительно поджал губы. Ну да, жизненный опыт князя и студентки химфака немного отличен. Я уже начала прикидывать, как бы половчее извернуться, и высвободить свою руку из мужниной, когда Ария окликнул кто-то. Дракон повернулся, отвечая на приветствие, и я, воспользовавшись ленивой суетой разряженной толпы и ослабевшим вниманием супруга, проворно высвободила свою руку. А дальше - дело техники. Может, великосветские барышни и не привыкли ужом пробираться через толпу, но студент, закаленный толчеей метро в час пик и переполненными маршрутками, способен не просто протиснуться между кринолинами, он умудряется и между каплями дождя лавировать. Я скрылась от Ария в считанные секунды и устремилась в галерею, примыкавшую к залу. Свет, по мере отдаления от места основного действа, тускнел, магические светляки попадались все реже, что не могло не радовать.
-Просыпайся, всезнайка! Кто мне обещал помогать? - тихим матерным тоном вопросила я вольготно угнездившегося на моей голове квартиранта.
Таракашка оживился. Полагаю, он и морду свою высунул из копны волос, дабы лучше увидеть изменения обстановки.
-Вон там ниша, спрячься в нее и не высовывайся. В ней навряд ли будут искать, только доспех отодвинь, а то не протиснешься. И на место поставить не забудь, как окажешься в нише.
Совет был дельным, а ниша - пыльной. Похоже, организатор торжества (или как здесь называют главнюка церемонии: распорядитель, вершитель), как ушлая хозяйка, к которой должны нагрянуть гости, а дома бедлам, решил навести порядок только в залах приема, оставив кучу сора в темных углах. Ну ничего, я девушка не гордая.
Пошли томительные минуты ожидания, одна, вторая, третья. Я сбилась со счета, когда мое отрадное уединение нарушили голоса. Говоривших было несколько, и диалог велся на повышенных тонах.
- Я повторяю еще раз, что отказываюсь в этом участвовать, вы - драконы, так и разбирайтесь сами... - вещал взволнованный мужской баритон.
Таракашка на голове оживился, начал перебирать лапками, пробираясь поближе ко лбу.
- А Вашего желания, собственно, никто и не спрашивает. Вы уже в этом участвуете... - уверенный ответ.
- Это уже переходит всякие границы, я расскажу королю! - обладатель баритона на последних словах перешел на крик. Звук отразился от стен и полетел по коридору, как неверно сыгранная гамма.
- Вы приняли окончательное решение? - в диалог вступил третий. Он задал вроде бы простой вопрос, но у меня внутри отчего-то словно холод поселился. Захотелось вжаться в нишу еще сильнее.
-Дддда, - баритон уже не был столь уверен.
-Жаль, - вновь этот пугающий голос, отдающий железом и страхом.
А дальше звук, словно зубочистку в яблоко воткнули, и что-то грузное упало на пол.
-Пойдем, здесь нам делать больше нечего. Этот предатель сам себе подписал смертный приговор...
Звук удаляющихся шагов и вновь тишина.
В мозгу закрутились шестеренки: 'Надо срочно бежать, если найдут тело, станут обшаривать и все вокруг, и меня непременно обнаружат. А если об этом узнают еще и убийцы, мне крышка, причем сразу же надгробная'. Активно начала отодвигать боевое облачение местного тевтонца, пытаясь покинуть нишу. С полминуты пыхтела (забраться в убежище оказалось значительно легче, чем выбраться из оного), но все ж таки покинула мою тайную обитель, правда, таракашка, зацепившись за забрало рыцаря, сверзься с моей шевелюры, упав на пол.
Я уже была готова рвануть в другую сторону, когда раздался слабый даже не голос, стон:
- Пожалуйста, подойди.
Говоривший держался из последних сил, чувствовалось, что ему до свидания с костлявой осталось полмига, но он упрямо цеплялся за жизнь.
Не знаю, что двигало мной в тот момент. Может, женская жалость, может, внутренняя убежденность в том, что последняя воля умирающего свята, может, заговорили гены бабки-фронтовички, которая всю Отечественную из-под пуль вытаскивала раненых. Не знаю, да и, если честно, не хочу знать.
Я подошла к лежащему на спине мужчине. Небольшая рана на груди, но из нее темно-рубиновая кровь буквально хлестала. 'Перебита грудная вена, - отметила машинально, - если бы артерия, уже бы скончался от потери крови, а так убийцы обеспечили ему пару минут агонии'. Умирающего проткнули то ли кинжалом, то ли стилетом, а может, и обычным ножом - не суть важно, главное, что сейчас мужчина истекал кровью, и спасти его я уже не могла.
- Ближе, - вырвалось из посиневших губ.
Я подошла и присела рядом. В полутьме его лицо уже казалось бледной маской. На белом батисте рубашки алело пятно. Для меня полной неожиданностью стала цепкая хватка, которой умирающий схватился за мою руку.
-Возьми и отомсти за меня, - с этими словами мое запястье прожгла нестерпимая боль. Именно что прожгла, словно ее сжимали раскаленные добела тиски.
В спину прилетел запоздалый крик Фира: 'Стой!', но было уже поздно, я начала оседать, теряя сознание от боли.
Очнулась от того, что таракашка суетливо перебирал лапками по лицу. Похоже, в этом мире такое пробуждение для меня становится традиционным.
- Уф, очнулась! - в голосе членистоногого звучало облегчение. Затем без перехода он протараторил: - Кто тебя просил к архимагу в момент смерти лезть? Зачем его силу взяла? Она же тебя просто разорвать могла, о чем ты думала?
- Ни о чем, - я начала подниматься, осматривая коридор. В принципе ничего не изменилось, кроме того, что вместо умирающего на полу лежал свеженький клиент морга. - А этого архимага я вообще первый раз вижу.
Таракашка суетливо описал круг около меня с трупом, залез ему на грудь, сунул морду в пятно с кровью, еще и усами в нем пошевелил. И все это не переставая болтать.
- Хорошо, что ты быстро очнулась. Надо отсюда уходить, и чем скорее тем, лучше, так что ... - тут усатый дуэнья, пробежав прямо по трупу, ринулся ко мне и в мгновение ока вскарабкался по платью на плечо. В прическу Фир соваться не рискнул. То ли ему было так удобнее, то ли боялся, что опять оттуда может упасть.
Я неслась по коридору привидением, безмолвным и тихим. Юбки, которые подобрала как можно выше, чтобы не мешали бегу, даже не шуршали, проникнувшись важностью момента. Мозг лихорадочно думал, как же выкрутиться, а самое главное, как найти 'папеньку' и улизнуть из дворца. Уже начал формироваться план: запустить Фира в зал, чтобы он незаметно нашел Глиберуса и сообщил ему о моем местонахождении, потом... Потом не получилось, потому как на очередном повороте меня бесцеремонно схватили за многострадальную руку и рывком притянули к себе.
- Вот где моя ненаглядная женушка.
Я успела лишь подумать о деде, который Капец, причем полный.
Новоявленный супруг тащил меня по коридорам, нимало не заботясь о том, успеваю ли я элементарно перебирать ногами. Его хромота, почти не заметная при столь стремительном передвижении, ничуть не мешала дракону. И все это не произнося ни слова. Единственное, на что он расщедрился, так это фраза:
- Если еще раз попробуете от меня сбежать - Вам не поздоровится.
Угроза, усиленная эффектом недавно пережитого, произвела впечатление, и я даже не сопротивлялась. В мозгу лишь засела мысль: 'А что, если этот Арий - один из убийц архимага?'. Таракан, успевший спрятаться при появлении новоявленного муженька в мою слегка растрепавшуюся прическу, сидел тише воды, ниже травы.


Оценка: 7.34*31  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"