Мануйлов Алексей Николаевич: другие произведения.

Хвалебный гимн правопорядку

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

  К Мишиному дому подошли в начале восьмого. Успели на последний автобус - без пяти минут шесть водитель закрыл двери, и, не смотря на протестующие крики бегущих от метро пассажиров, вклинил недовольно урчащий автобус в жиденький поток уличного движения.
  У перекрёстка остановились - пустовала железная будка дежурного по светофору. На покрытой жёлтой, потрескавшейся краской двери висела большая табличка: "ИНВЕНТАРИЗАЦИЯ".
  - Попали, теперь ждать час, не меньше. - обречённо произнёс Олег, откидываясь на старое, покрытое кожзамом кресло.
  - Там никого нет, езжайте! - донеслось откуда-то спереди.
  - Не положено. - раздражительно-спокойно ответил водитель, не оборачиваясь в салон. - Без согласования ехать дальше не могу.
  От нечего делать я стал пялиться в окно. Проезжающие мимо водители удивлённо смотрели на нас, сочувственно качали головами и исчезали впереди, начисто игнорируя помидорно-красный сигнал светофора. Спустя какое-то время к нашему заднему бамперу пристроился ещё один автобус, пустой - водитель закончил развоз пассажиров по району и теперь устало ехал в автопарк.
  - Сколько можно, мы тут что, будем целую вечность стоять? - снова раздался недовольный голос Олега. Я оторвал взгляд от окна, посмотрел на часы, на приятеля.
  - Успокойся, прошло только пять минут.
  И тут передняя половина салона загудела - параллельно моим попыткам воззвать к благоразумию, к серо-зелёной тушке автобуса подошёл мужчина в форме и с огромным блокнотом в руках. Остановился напротив окна водителя, перекинулся с ним несколькими словами. Протянул через опущенное стекло блокнот. Быстрый росчерк - и дежурный направился к заветной будке.
  По салону пронёсся гул - наконец-то! - и вот мы продолжаем свой прерывистый путь, а мужчина в форме, вновь переведя сигнал на красный, приближался к своей очередной транспортной жертве.
  - Надеюсь, дальше без приключений. - бросил Олег. На этот раз я не стал комментировать - чего толку словами выражать солидарность, когда можно просто кивнуть?
  Оставшиеся полчаса действительно прошли без приключений - все ответственные были на месте. Дежурный обмен любезностями, дежурный росчерк в блокноте - и вот мы уже едем дальше, не обращая внимания на недовольные гудки с параллельных полос и дальних рядов. Лучший способ борьбы с авариями - поменьше держать включённым зелёный свет.
  - Городское муниципальное клиническое учреждение для граждан, достигших возраста полутора месяцев. - раздался в салоне холодный голос, уже при первых словах которого часть пассажиров - а следом за ними и мы - потянулись к дверям. Когда те с шумом разъехались, я и Олег оказались в самом конце небольшой очереди, тянущейся к столу начальника остановки.
  Привычным движением люди доставали из сумок, рюкзаков и карманов паспорта, готовили их к проверке. Наклоняясь над путевой книгой, старались как можно быстрее начеркать необходимые слова и, облегчённо вздыхая, отправлялись по делам.
  - Добрый вечер, ваши документы, пожалуйста. - произнёс дежурный, когда дошла очередь до меня. Я протянул паспорт. Сидящий быстро пробежал глазами по основной странице, закрыл. Вернул мне, сказал: -Всё в порядке, прошу вас отметиться.
  Я быстро написал на чистой строке путевой книги свою фамилию, имя и отчество, год рождения и номер телефона (необязательный пункт). Поставил подпись, отошёл, освобождая место Олегу. Когда и он выпрямился, откладывая ручку, мы двинулись по тропинке к ближайшему дому. У подъезда позвонили Мише, узнали и ввели код домофона, и, готовясь к самому худшему, распахнули тяжёлую ядовито-зелёную дверь.
  - Молодые люди, - тут же окликнули нас из крошечного окна высокой будки. - вы к кому?
  - Михаил Сергеевич здесь проживает? - раздражённо бросил Олег. Женщина преклонных лет склонилась ближе к окну, осуждающе посмотрела на него. зашуршала бумагами. Глухо стукнулись о бетон две шариковых ручки с затёртым корпусом и изжёванными колпачками
  - Заполняйте. Образца нет, всё интуитивно понятно. - сказала женщина.
  Мы взяли протянутые листы, отошли к доске объявлений в дальнем конце подъезда.
  - Чушь, абсолютная чушь. - сказал Олег нарочито громко, пробежав глазами по пунктам. Я пожал плечами, опёрся листом о стену и принялся заполнять.
  Стандартные пункты: "ФАМЛИЯ", "ИМЯ", "ОТЧЕСТВО", "ГОД РОЖДЕНИЯ", "МЕСТО РОЖДЕНИЯ", "ПРОЖИВАЮЩИЙ ПО АДРЕСУ". Видели много раз, заполняли - ещё больше.
  Далее шли паспортные данные. "БУМАЖНЫЙ ИДЕНТИФИКАТОР ОСНОВНЫХ ПАРАМЕТРОВ ФИЗИЧЕСКОГО ЛИЦА". Серия, номер, когда и кем выдан, номера печатей на листе согласования... заполняется быстро, если набить руку. А это у нас делается ещё быстрее.
  Далее - цель посещения. И здесь тоже пара секунд - главное знать положенные формулировку И вот, наконец, подпись, дата, согласие на обработку персональных данных. Ещё одна подпись, ещё одна дата - и всё, можно сдавать.
  В ожидании пока Олег дозаполнит свою анкету, я стал изучать содержимое доски объявлений. Вырезка из титульного листа "Районных Ведомостей" -когда-то они назывались "Районная Правда":
  
  За текущий квартал текущего года Районным автобусным парком было перевезено 317.78 тысяч человек, что на 4.78% больше, чем в текущем квартале прошедшего года. Из всех перевезённых пассажиров - 50.8% -граждане женского пола, 33.9% -граждане мужского пола. Среди граждан мужского пола...
  
  И так далее и тому подобное. Всё это проходило на титульной странице под огромным заголовком ПОКАЗАТЕЛИ КАЧЕСТВА РАСТУТ ГОД ОТ ГОДА. И ведь они действительно растут, разве у кого-то могут быть сомнения?
  Тем временем Олег закончил, и мы вдвоём подошли к окошку дежурной.
  - Пожалуйста. - с этими словами мой друг чуть не швырнул женщине свою анкету. Вновь осуждающий взгляд. Я протянул медленно и спокойно. Взгляд не менее осуждающий.
  - Ожидайте, сейчас принесу листы прибытия. - сказала дежурная, встала со своего места и скрылась где-то в глубине комнаты.
  Мы стали послушно ожидать. Олег достал сигареты.
  - Ты что, хочешь неприятностей? - предостерегающе спросил я. Впрочем, он и сам не особо горел желанием, достал больше для вида. Почти сразу же мятая пачка вновь исчезла в его кармане.
  У двери пискнул звуковой сигнал, мы оглянулись. Зашёл высокий мужчина в куртке, сжимая в руках паспорт - жилец. Поглядел на нас, скорчил недовольную гримасу, произнёс:
  - Не местные?
  Мы отрицательно покачали головой.
  - Понятно.
  Мужчина отошёл в дальний угол подъезда, где на высоком подоконнике стояла старая консервная банка. Достал сигареты, закурил. Через минуту запах дешёвого табака долетел и до нас, и Олег начал с завистью поглядывать на стоящего.
  Прошло несколько минут, и в будке снова послышалось движение. Через мгновение дежурная заняла своё место, в руках она сжимала два небольших бланка.
  - Подписи здесь и здесь. - сказала она, наклоняясь ближе, и тут же замерла.
  Только не это, пронеслось у меня в голове...
  - Кто вам разрешал курить?
  Женщина наклонилась к самому окну, густые брови сдвинуты к переносице, взгляд прищурен, губы чуть подёргиваются. Я посмотрел на Олега. Тот ошеломлённо молчал.
  - Я спрашиваю - кто вам разрешал курить?
  - Это не мы. -сказал Олег, но как-то тихо, словно и сам был не уверен в сказанном. Потянулся за бланком.
  - Тогда кто? - грозно произнесла женщина, резко убирая бумаги. Она не видела стоящего в углу, а мы с Олегом, то и дело бросая на него взгляды, не решались обратить на него её внимание.
  - Развернулись и вышли отсюда. - вынесла, наконец, вердикт дежурная. - И чтобы я вас здесь больше не видела.
  - Успокойтесь уже, я это. - неожиданно раздалось за нашими спинами. Жилец вышел из угла и приблизился, пока мы выслушивали несправедливые обвинения. Протянул паспорт. - Пишите.
  Женщина, прищурившись, посмотрела на него, но покорно взяла ручку и стала записывать что-то в лежащей перед ней толстенной книге, на ходу причитая:
  - Сколько раз я говорила - не курите в подъезде, ведь я же потом получаю от АХО. Нет, им как об стену...
  Закончив записывать, она вернула мужчине паспорт, и тот, так и не произнеся больше ни единого слова, прошёл мимо нас в сторону лифтов. И вновь настала наша очередь.
  - Подписи здесь и здесь. - раздражённо произнесла дежурная, бросив нам два бланка, на которых было отпечатано "Начальнику управления контроля учёта посетителей дома ? такой-то по улице такой-то от..." и дальше от руки записаны все наши паспортные данные.
  Я быстро поставил две закорючки, Олег - тоже, и вот, наконец, мы миновали высокую будку и, поднявшись по ступеням, прошли в тёмный недлинный коридор. Возле старых раздвижных дверей торчала чёрная пластмассовая кнопка, висело объявление, подписанное начальником управления транспортного обеспечения дома, напоминающее о скором собрании по вопросу замены лифта.
  Отдавив кнопку и услышав где-то высоко слабый грохот, я посмотрел на Олега. Тот невозмутимо разглядывал ровные ряды почтовых ящиков. На каждом висел клочок бумаги с печатью и подписью начальника отдела корреспонденции дома - без его санкции почтальон не мог передать ни одного письма.
  Ждать пришлось долго - с нескольких этажей в лифт успело набиться любителей вечерних прогулок, поэтому, когда двери открылись, молодая пара, мужчина с крупной немецкой овчаркой и закутанная в тёплый шарф пожилая дама с маленькой весёлой девчушкой прошествовали мимо нас и потянулись к будке дежурной.
  Мы зашли в кабину, нажали на кнопку нужного этажа. С грохотом захлопнулись двери, и лифт, покачиваясь, начал движение.
  - Хорошо ещё тут не додумались будку поставить. - усмехнувшись, сказал Олег, поглядывая на себя в засаленный осколок некогда целого зеркала. Я снова не нашёлся, что ответить.
  Через несколько минут мы стояли у двери квартиры и жали на звонок. Миша открыл практически сразу - стоял и ждал нас всё это время что ли?
  - Ну наконец-то, -воскликнул он, улыбаясь и отходя в сторону, давая нам проход. - я уж думал, наша карга вас впустить отказалась.
  - Она хотела, но у неё не получилось. - сказал я, снимая туфли на старом ковре и в одних носках с крохотной дыркой на большом пальце проходя в дальний конец коридора.
  - Сейчас всё расскажете, -произнёс Миша, закрывая дверь и жестом приглашая нас пройти за ним.
  В старой гостиной царил полумрак. Шторы задёрнуты наглухо, единственные источники света - монитор компьютера и небольшая настольная лампа.
  - Я тут что-то заработался, звиняйте. - Миша распахнул занавески, впуская в комнату солнечный свет, подошёл к столу, погасил лампу, принялся щёлкать мышью. И неожиданно рассмеялся.
  - Что там такое? - спросил Олег, подходя ближе.
  - Смотрите, как совпало. - с этими словами Миша отодвинулся, открывая нам экран. На сайте городской хозяйственной организации был раскрыт раздел "электронные сервисы". Под большим, сделанным синем на бежевом фоне заголовком
  
  ЗАЯВЛЕНИЯ
  
  Списком значилось:
  
  1.) ПРИЛОЖЕНИЕ 1 Уведомление об осуществлении...
  2.) ПРИЛОЖЕНИЕ 2 Уведомление об осуществлении...
  3.) ПРИЛОЖЕНИЕ 3 Уведомление об осуществлении...
  4.) ПРИЛОЖЕНИЕ 4 Уведомление об осуществлении...
  5.) ПРИЛОЖЕНИЕ 5 Уведомление об осуществлении...
  6.) ПРИЛОЖЕНИЕ 6 Уведомление об осуществлении...
  
  - М-да, -сказал Олег, цокая языком и выпрямляясь.
  - И самое главное - это шесть заявлений на шесть абсолютно разных государственных услуг! -произнёс Миша, уже успевший рассесться на диване. - А какое вы скачали - узнаете только когда откроете на компьютере. Но да ладно, вы мне тут обещались рассказать, что у вас произошло с Тамарой Ниловной. - он потянулся к стоящей на полу бутылке, сделал несколько глотков. - Так что внимательно вас слушаю.
  - Да на самом деле ничего такого...
  - В смысле ничего такого? - в негодовании воскликнул Олег, взглянув на меня. Снова повернулся к Мише. - Мало того, что эти идиотские анкеты по десять раз надо заполнять на каждый вход-выход, так нас ещё чуть не выставили за дверь!
  - Это почему же?
  - Один из твоих соседей курил, а бабка та подумала, что это мы. Честное слово, если бы он не подошёл и не сказал... И что тут смешного?
  Но Миша уже не слушал Олега. Комнату заполнили громовые раскаты его смеха, и было его так много, что он, не в силах удержаться в рамках одного помещения, выбрался на открытую лоджию, и оттуда разлетался настолько, насколько хватало глаз.
  - Ну вы, конечно... -произнёс хозяин квартиры, тяжело дыша и протирая потный лоб тыльной стороной ладони. - и что же, думаете, это самое худшее, с чем вы могли бы столкнуться?
  Мы с Олегом переглянулись, вновь перевели взгляд на Мишу. Тот хлопнул себя по колену, встал во весь свой немаленький рост и сказал, зевая и потягиваясь:
  - Вот вы говорите, что всё надоело, формальности не дают прохода... А я вот знаете, что думаю? Я думаю - как бы вы взвыли, случись вам столкнуться со всем этим раньше. Я вот за себя расскажу - довелось мне когда-то давно побыть в вашем возрасте, и случилось со мной один раз вот что...
  
  
* * *
  
  Дело это было на первом курсе. Едва поступил, отходил первые занятия. Получил отсрочку - вы сами знаете, как это бывает...Но вот подошло время оформлять документы. И началось.
  Беготня по инстанциям, сбор бумаг. Сюда придёшь - перерыв на обед, туда прибежишь - закрыто на переучёт, в третье место - приём по чётным дням недели по предзаписи... ладно, чёрт с ним, собрал. Всё. Ну, вроде как всё. Можно идти сдаваться.
  В то утро я проснулся в отличном настроении. Умылся, побрился, поел - непростительно сытно - а затем, одевшись и предвкушая от жизни только самые лучшие её проявления и порывы, в соответствующем настроении вышел из квартиры. И вот бы уже тогда окружающему меня мирозданию взять и объяснить мне, что, мол, не положено уж так сильно радоваться, что стоило бы и честь знать в своём лучезарном прекраснодушии. Но нет, жизнь решила учить меня в этот раз по-другому, и поэтому приготовила ограниченный ряд острых воспитательных моментов.
  Первый тревожный звоночек я получил уже в подъезде - огромная очередь к дежурному. Теперь на выход нужна была не просто роспись в книге учёта, нет -на этот раз всё было по всей строгости и беспощадности административного регламента. Из слов соседей я узнал, что вчера у нас была проверка. Нашли массу нарушений, поувольняли половину аппарата дома, а новые так боятся, что требуют соблюдения всех инструкций.
  Ну ладно, подумал я тогда, это ничего, это переживаемо. Через час подошла, наконец, моя очередь. Быстро заполнил три заявления, согласие на обработку, сфотографировался, поставил подпись - и вот, наконец, смог выйти из подъезда. Что ж, решил тогда, досадная неприятность, дальше будет легче.
  Второй тревожный звоночек - закрыта автобусная остановка. Та самая, на которую вы приехали. Сейчас там один дежурный по учёту, а тогда их было трое, и каждый даёт своё заявление на заполнение. Строго по одному. Не успел и пропустил автобус - твои проблемы, в конце концов, форму можно и с официального сайта скачать... Но вот так получилось, что все трое не работали. Почему? А потому что проверка, инвентаризация и переобучение рабочего персонала. Одновременно. И на каждое мероприятие по одному сотруднику, вот так.
  Народ, конечно, подходил, ругался, да вот толку от этого? Кто-то стал ловить машину, иные пошли до следующей остановки. Ну а я посмотрел на часы и подумал - времени полно, пройдусь-ка пешком. В сорок минут доберусь до метро, если буду идти быстрым шагом. А он у нас вроде ещё пока никак не регламентирован. И двинулся, значит, в путь.
  Хоть и неблизко, а всё равно приятно - деньки сентябрьские стояли, погожие, почти летние. Тепло, ветерок приятный, солнце светит. Аж куртку снял и пошёл в одной рубашке - лепота какая была. Дошёл даже быстрее, чем думал, полчаса - и станция виднеется. Подхожу к вестибюлю, толкаю дверь - и вот вижу.
  Толпа. Огромная. У турникетов яблоку негде упасть. А сзади люди всё напирают и напирают. Ну, думаю, надо что-то делать, и бочком-бочком, лавируя-лавируя добрался-таки до прохода. Карточку приложил - вздохнул спокойно, шумная толчея осталась позади. Только вот ненадолго.
  Едва подошёл к лестнице вниз - как снова так и встал на месте. Людей тут было ещё больше, чем до этого. И все шумят, все недовольны, матерятся на чём свет стоит.
  - А что случилось? - спрашиваю у одного из стоящих впереди. Тот даже не оглядывается на меня, но ответ даёт быстро и исчерпывающе.
  Третий тревожный звоночек. Санитарная обработка станции.
  Вы сейчас уже и не знаете, наверное, что это такое. Хвала небесам, всё это теперь перенесли на ночное время. А вот раньше... Просто вообразите: в какой-то момент проём, ведущий на платформу, просто берут и перекрывают. Вход же в метро закрывают не сразу - ждут согласования с руководством подземки. И всё это время - беспрепятственный проход пассажиров. Толпятся на входе - ну, это привычно - проходят через турникеты, и только уже на лестнице понимают, во что умудрились вляпаться. А уйти нельзя - если не надавили идущие сзади, так двери на выход всё равно закрыты - для них согласования никакого не нужно...
  Но что-то я отвлёкся.
  В общем, удалось мне спуститься на несколько ступеней, а дальше - всё, финиш, ни туда, ни сюда. Остаётся только стоять и ждать, а сдавили так, что дышать больно. Смотрю вперёд - и понимаю, что удачное, однако, я место выбрал - вся станция сквозь железные прутья видна как на ладони. А там уже вовсю кипит работа.
  Сотрудники в спешке убегают в подсобные помещения, последние успевшие зайти пассажиры набиваются в поезд - уйдёт он в туннель, а сразу за ним - технический состав... и уж тут никто из персонала не виноват, всех пассажиров заблаговременно предупредили... только на бумаге, конечно, но предупредили.
  Смотрю на всё это и прямо даже переживать начинаю - а вот вдруг кто не успеет, не сможет протиснуться - и без них вагоны забиты по крышу. Нет, слава богу, все уместились. Закрылись двери, привычный шум - составы быстро скрываются в туннелях. И дальше тишина. Но не приятная, а такая, знаете, пугающая. Словно боишься чего-то, а чего именно - непонятно. Хотя, казалось бы, всё так привычно уже стало...
  Несколько минут ничего не происходило, и тут - вижу. Мигает что-то в дальнем конце станции, как раз там, где темнота туннеля начинается. И медленно выезжает. Корпус красно-жёлтый, по бокам эмблемы санитарной службы метро, движется медленно и гудит. Но не мотор, а огромная установка на крыше. И хлещет мощным потоком воды, перемешанным с пеной. Напор такой, что кого хочешь снесёт, будь ты даже под сто кило весом. Стою, смотрю на всё это и чувствую - ударило в нос сыростью. Крошечные брызги, незаметные, но ощутимые, всё же долетают до лица. Не повезло тем, кто в передних рядах, подумал я тогда, особенно если едут на работу и оделись по дресс-коду...
  А гудящая машина тем временем продолжает движение. И несутся в потоках воды, словно подхваченные ветром, скопища грязи, пыли, позабытые кем-то бутылки и банки... что-то меня на излишнюю описательность потянуло, прошу прощения. В общем, представляете вы себе, на какое зрелище мне тогда довелось попасть. И чем ближе зверь к нашей половине, тем сильнее напирает спереди толпа - никому не хочется попасть под струю, проходящую в каком-то сантиметре от тела. Ругань, гам стоят - хоть святых выноси. Но всё-таки двигается народ, понимает, в положение стоящих у самой решётки входит. Всегда мне это нравилось в наших людях, всегда.
  И как, помогло, спрашиваете? Конечно, попал народ под раздачу, попал... потом, когда уже впустили на платформу, видел я очень недовольных людей, оглядывающих свою мокрую и испачканную одежду. Кто-то даже кричал, что будет жаловаться. Жаль только его стало, долго придётся ждать, пока истекут положенные на рассмотрение сто сорок рабочих дней...
  В общем, закончилось всё, скрылся технический состав в туннеле, впустили нас всех на станцию. И вовремя. Входные двери так и не закрыли на поверхности, и народу уже там набилось до самых дверей, ещё немного, и на улицу бы очередь вытянулась, а там сами понимаете, не положено... Иду по платформе - ноги шаркают в лужицах, сыро вокруг и блестит, переливается в свете висящих под потолком ламп. Отражаются они от пола, словно парад белых планет выстроился под самым потолком... всё-всё, прекращаю поэтизировать.
  А нам тем временем объявляют, что следующий состав через пять минут будет. Перевожу дух, можно сказать, ну наконец-то, одну станцию осталось проехать, а там уже и до места недалеко. Вижу, открылись двери в подсобные помещения, начал выбираться на свет божий персонал. Дежурные по будкам расходятся, полиционеры патрулировать неспешно начинают. А уборщицы в синем вытащили швабры, вёдра и начинают пол протирать. Отворачиваюсь, смотрю в туннель. Темнота. Времени ещё порядочно. Достаю из кармана наушники...
  И тут слышу - ругань, крики. Гляжу - а к уборщицам уже во всю прыть мужик бежит, высокий, с брюшком, стрижка ёжиком и в очках. Бежит и орёт им что-то, не могу понять что. Не я один заинтересовался между тем, и быстренько перемещаемся поближе, так сказать, к эпицентру конфликта. А там уже в самом разгаре:
  - Вы что делаете, дуры!? Кто распорядился!?
  - Пол моем, весь грязный после этой поливки.
  - Это не поливка, а утверждённый порядок уборки! А вот то, что вы делаете, никто не согласовывал!
  - Разве нужно чьё-то разрешение чтобы помыть...
  - Представьте себе, нужно! Вы какой день работаете? Распоряжение начальника управления уборки станции видели?
  - Это же маразм...
  - Значит так, убираете сейчас всю эту вашу санэпидемстанцию и идёте к начальнику отдела влажной уборки, он выдаст вам дальнейшие распоряжения. И чтобы я больше подобного не видел, не то сразу же напишу в контроль, и вы вылетите отсюда, не успеете тряпку выжать! Всё, свободны.
  И седовласый с брюшком поспешно куда-то убрался, а девушки в синих халатах, недовольно переговариваясь, двинулись к двери в подсобку, причём одна из них поносила всё на свете начальство на чём свет стоит, сетуя на то, что столько инструкций и согласований даже у частника на работе не видела.
  Оглядываюсь на остальных, кто стоял рядом и слышал - на лицах у всех недоумение. И тут один говорит:
  - Ну а что? Будто забыли, в какой стране живём.
  Кто-то в ответ рассмеялся, кто-то никак не отреагировал, я лишь улыбнулся и пожал плечами - неприятный осадочек после произошедшего всё же остался.
  А между тем и поезд подъехал - народ столпился у дверей, ждёт, когда откроются. Хорошо хоть состав свежий, из депо только поданный - у нас что ни посадка - так вечно забито под завязку, вне зависимости от того, какое время суток. И что народу дома не сидится?..
  В общем, завалились мы все в вагон. Сидячее место занять не успел - слишком неушлый оказался. Ничего не поделаешь, пришлось встать у стены. Но это ничего - ехать всего пару остановок. Включаю музыку, начинаю оглядываться по сторонам. Народ сидит хмурый, насупившийся - все спешат, все куда-то торопятся. И все уже опоздали из-за уборки.
  В дальнем углу замечаю корзинку с заявлениями - висит под пожухлым рекламным плакатом. Какое-то там средство от лечения грибка стопы или что-то в этом роде... что за корзинка, спрашиваете? А, точно, вы ведь не застали с заявлениями... Ну да, раньше в каждом вагоне дежурный сотрудник был, который раздавал пассажирам бланки. Мол машинисту такому-то от такого-то-такого-то, прошу Вас предоставить мне услуги по скоростной бесповерхностной срочной транспортировке... и не смотрите на меня так, я не придумываю! Было это, чем хотите поклясться могу! Слава богу отменили, теперь только один раз такое заявление заполняешь, общее, при первом очном обращении в метро при покупке проездного билета. Я как раз первые недели этого нового порядка застал. Удобно, ничего не скажешь.
  Между тем объявили остановку. Не моя, но я ведь и не один в вагоне был. Потянулись к выходу попутчики, а я улучил момент и сел на освободившееся место. Распахнулись с шумом двери, и вперёд - стенка на стенку. Пропустить выходящих и входить самим? Кто это придумал? Лучше ведь всё сделать наоборот. Ну а мне повезло - сижу, слушаю музыку (специально погромче сделал), смотрю, как с шумом, криком и спорами рождается истина. А объявил её голос по громкой связи - осторожно, двери закрываются. Тут уж не до выяснения отношений - как бы в вагон или из него.
  Наконец отъехали от станции, миновали следующую (тут уже давка поменьше, промышленный район), затем ещё одну. А на четвёртой всё - моя остановка, увидимся позже.
  Вклиниваюсь в толпу, быстро-быстро отвоёвываем себе проход на станцию. Что говорите? Почему так много людей в вагон и из вагона рвалось? Опять же, с заявлениями всё дело - их тогда только в метро и отменили, а в автобусах-троллейбусах-трамваях не спешили. В маршрутках их отродясь не вводили, да. Но у кого вообще возникнет в здравом уме желание платить за метраж поездки?
  Со станции выхожу в подземный переход, оттуда - на улицу. Оживлённый проспект, повсюду снуют туда-сюда автомобили. Сверяюсь с адресом, с картой - и иду вдоль рядов пятиэтажек. Десять минут - затем на соседнюю улицу, по ней ещё пять минут, потом - в переулок - и я на месте.
  Обожаю этот момент, когда только открыл дверь и заходишь с улицы. Не знаю, как у вас, а я почему-то сразу могу почувствовать, как много времени мне придётся потратить в том или ином месте. Не знаю, как у меня это получается, не спрашивайте даже - знаю и всё. Что? Куда я пришёл? Потерпите, сейчас всё расскажу.
  - Здравствуйте, какой у вас вопрос? - слышу слева. Оглядываюсь. В окошке дежурного - приятная на вид девушка. Не сильно старше меня, хотя я всех под себя предпочитаю подгонять. Как выйдете на работу, тоже всё поймёте - это в школе - в универе всегда знаешь, кому сколько лет, а у коллег гадай только.
  - Добрый день, я бы хотел узнать, где мне оформить... -и оглашаю цель визита. Девушка слушает, внимательно очень, а затем начинает:
  - Смотрите, вы для этого должны собрать такие-то, такие-то документы.
  - Да, у меня всё с собой, -приподнимаю сумку, трясу.
  - Отлично, я вынуждена сразу же проинформировать вас, что срок...
  Тут она резко обрывается. Рядом с ней неожиданно даже для меня, не говоря уже о ней, вырастает молодой парень. высокий, черноволосый, в очках. Смотрит на меня и быстро произносит:
  - Вам в кабинет 127.
  - Подождите, -я даже опешил, -девушка мне как раз объясняла...
  - Вас там обо всём проконсультируют, -обрывает меня на полуслове парень, отворачивается. Я так понимаю, что разговор окончен, ничего не остаётся, как пожать плечами и отойти от окошка.
  Но не успеваю сделать два шага, как слышу - перепалка. Останавливаюсь, интересно же послушать.
  - Сколько раз я тебе говорил, Валя - говорить быстро, сжато и по делу. Почему ты так любишь с ними болтать?
  - В смысле болтать? Я человека консультировала, объясняла ему...
  - Ты задерживаешь очередь. А им и так всё объяснят.
  - Но ведь сейчас нету очереди. К тому же многие после консультаций уходят...
  - А другие начинают переспрашивать, - тут голос парня стал тонким и мерзким на слух. - "Ой, мне нужно прописать внука в квартиру, он только родился, но его отец сидит в тюрьме в ЮАР, а мать в Аргентине на ПМЖ. Как это без них нельзя, но ведь..."
  Дальше я слушать не стал и направился по коридору в сторону кабинета 127. И только за углом понял, что не могу точно сказать, сколько времени я сегодня здесь проведу.
  Коридоры были чистыми, но, знаете, не той чистотой, которую мы все знаем и любим. Они были чисты как полагается. Пройдя двумя узкими проходами, я свернул за угол - и понял, что прислушиваться к самому себе как-то уже и не надо - и без всякого внутреннего голоса стало понятно - я, что называется, попал.
  - Прошу прощения, кто последний?
  - Я, молодой человек.
  - Хорошо, тогда за вами буду.
  Очередь тянулась до самого конца коридора, на двери блестел позолотой номер... но мне даже щуриться не пришлось, чтобы понять - это как раз то, что мне нужно. Ну, не только мне, разумеется, а всем остальным, здесь собравшимся, тоже.
  Вы ведь помните, погода стояла хорошая, несмотря на осень - на улице тепло и солнечно. А если на улице тепло и солнечно, то в казённых учреждениях - жарко и душно, эту истину я уже сейчас познал, а тогда ещё не до конца. Впрочем, не так страшна духота, как контингент, её производящий.
  Все стены были заняты - кто на скамьях, кто просто облокотился. А в воздухе одновременно тихо и гулко - знаете ведь наверняка, как такое бывает, когда все молчат, но одновременно умудряются быть громкими. Кто дёргается и ножками скамьи скрепит - кто под нос себе что-то бубнит, у кого плеер дрянной и наушники звук не удерживают, кто книжку перелистывает так, словно страницу отрывает, а не переворачивает... одним словом, не сосредоточишься тут на своём, ну вот никак не получится.
  Я, впрочем, честно пытался. Кое-как устроился на краешке скамьи, достал из сумки книгу, попытался уйти в текст. Получилось не очень хорошо - то и дело подбивало меня поднять взгляд и посмотреть на дверь - будто что-то от этого изменится, и невесть какой по очереди передо мной человек проскользнёт в заветный кабинет, а я за ним...
  А, знаете, приятно ощущать, что ты не единственный такой - нет-нет, да заметишь, как кто-нибудь абсолютно также полоснёт задумчивым взглядом... но долго эта забава, сами понимаете, тянуться не может, поэтому в конце концов, удаётся успокоиться, сконцентрироваться на чтении. Да вот только недолго это держится, потому что начинается кое-что другое, безумно вымораживающее - хождение из кабинета в кабинет.
  Ничего не имею против - даже наоборот, целиком и полностью убеждён в полезности этого занятия; уверен, что именно так и делается любая политика, от муниципальной, до той, с приставкой гео-. Районные управы мэрию берегут, а мэрия - правительство, это всем известно, а передвижение сотрудников из кабинета в кабинет, даже если за этим не стоит ничего - прямой показатель эффективности работы, уверяю! И всё-таки сами понимаете, меня, как человека, максимально от этого далёкого, раздражает...
  - Извините...
  - Ждите вашей очереди.
  - Да мне просто спросить, меня направили...
  - Ждите.
  - Но ведь...
  - Прошу прощения.
  Скрип.
  Поднимаю глаза
  Мужчина средних лет стоял посреди коридора, растерянно переводя взгляд с очереди на, несомненно, только что закрывшуюся перед самым его носом дверь. Оглядев ближайших сидящих к нему людей, он облизнул губы и повторил, будто ещё на что-то надеясь:
  - Но мне же только спросить...
  - Знаете, вы не единственный, -говорит устроившийся на самом краю скамьи парень, на вид не сильно старше меня. - Мне тоже просто узнать комплект документов.
  - Вот бы в дежурном окне консультировать и списки выдавать - так нет же, направляют сюда! - приходит ему на помощь девушка с соседнего места. Надо же, обычно ворчит старшее поколение, но очередь выравнивает возраста не хуже любого кладбища. И не смотрите на меня так, удачное сравнение, сам придумал!
  А много кому вообще просто спросить? - неожиданно вырывается у меня, но я даже не успеваю ничего осознать - а уже окидываю взглядом очередь. Выяснилось, что много у кого. Почти у всех.
  - Должны проскочить быстро, -с надеждой, облегчением и энтузиазмом в голосе говорит только что подошедший.
  И действительно - после того, как из кабинета вышел неопрятного вида мужчина в кожанке и с пачкой документов в руках, процесс пошёл, я бы даже сказал, полетел.
  Стоило кому-то зайти в кабинет, как я переводил взгляд на часы. Обычно секундная стрелка движется быстрее минутной и тем более часовой, но в этот раз они словно договорились действовать наоборот.
  Час-двадцать до обеда.
  Час до обеда.
  Сорок минут до обеда.
  Двадцать минут до обеда.
  Передо мной пять человек, у всех "только спросить"
  Пятнадцать минут.
  Заходит пятый. Быстро выходит, в глазах - печаль.
  Четырнадцать минут.
  Заходит четвёртый. Сидит чуть дольше, но в итоге тоже выходит и тоже обиженный.
  Десять минут.
  Заходит третий. Вылетает почти через мгновение словно из гаубицы.
  Девять минут
  Заходит второй.
  И вот тут я попал.
  Его нет ровно семь минут, когда он выходит, ещё не успевая вытиснуться из дверного проёма, первый, грубо отталкивая его, прорывается в кабинет.
  Я обречённо вздыхаю. Похоже, всё было зря. Недавно сотрудникам сделали втык за то, что за час до начала обеда они прекращают приём посетителей и заявляют, что у них перерыв. А потом прибавьте к этому ещё два часа на "подготовку документов" -и получите час на обслуживание оставшейся очереди. Немаленькой. Очень немаленькой. Поэтому теперь железное правило - хоть в последнюю секунду, но ты обязан принять человека, если он оказался у себя в кабинете. А потом можно и обедать и "документы готовить". Три часа.
  Я захлопнул книгу, которую не читал последние полчаса, встаю - и тут слышу.
  Звук открывающейся двери.
  Выходит первый.
  А у меня ещё целая минута.
  Не помня себя, бегу к двери, насилу пропуская мимо себя уходящего, вбегаю, спиной ощущая всё отчаяние толпы, стоящей за мной (особенно того парня, который хотел "проскочить"), и, не успев перевести дух, выпаливаю:
  - Здравству...
  - Дверь закройте, молодой человек.
  Послушно закрываю, поворачиваюсь к столу. Сидящий передо мной человек зол. Нет, не просто зол. Он в ярости. Тёмные волосы, белая рубашка в чёрную точку, синий галстук, очки. Не сказал бы, что он похож на кого-то из моих знакомых. Хотя, если приглядеться, можно сказать, что он вообще ни на кого не похож. Разве что на всех тех, кто ходит из кабинета в кабинет и тем самым движет вперёд развитие родной страны.
  - Присаживайтесь.
  Мне кажется, я слышу, с каким трудом даются ему эти слова.
  - Что вы хотите? - спрашивает рубашка, когда я сажусь напротив, водружая сумку на колени.
  - Подать документы на...
  - Я понял, давайте документы.
  Послушно достаю из сумки всё. Нет, не так. Вообще всё. Даже копии сделал, даже не в одном экземпляре. И нотариально заверил. Чтоб наверняка.
  Рубашка начинает изучать, а я сижу, не смея отвести от него взгляда. Да и смотреть тут не на что - обычный кабинет со стеклянными шкафами, завешанным белыми жалюзями окном и календарём с гербом, флагом и древнем правителем на стене.
  Рубашка между тем поднимает на меня взгляд. Я вижу его улыбку. Нехорошую улыбку.
  - У вас всё хорошо. Я вижу, вы даже копии сделали.
  Киваю.
  - Что ж, -он с шумом хлопает бумагами по столу, выравнивая их, -документы по списку, который вам дали на месте учёбы, вы принесли. Теперь я дам вам ещё один список, уже от нас. Когда соберёте бумаги - тогда снова и приходите.
  
  
* * *
  
  - Да врёшь ты всё, не может такого быть! - кричит Олег.
  - Почему же не может? - Миша поднимается со стула, быстрыми шагами проходит через комнату и останавливается у двери на балкон. - Всё так и было.
  - Два списка документов с это уже перебор, -продолжает настаивать Олег. - Даже для них перебор.
  Миша пожимает плечами.
  - Можешь не верить. Мне нет резона вас обманывать. Но тогда как ты думаешь всё было?
  Смотрю на Олега. Он явно хочет что-то сказать. Но в итоге только глубоко вздыхает и в смирении машет ладонью.
  - Вот! - Миша даже улыбнулся, заметив это движение. - Кажется, и сам не можешь поверить, но если вдуматься... а вы говорите!
  Пять минут спустя мы втроём стояли на балконе и курили Мишины крепкие сигареты без фильтра. Ранневечернее солнце золотило крыши домов, и в этом сиянии было что-то, сулившее впереди только хорошее.
  
   август 2020 - февраль 2021
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"