Марченко Андрей Михайлович. Варенье из молодильных яблок

"...

- Так что передать Застегнутому?

- Передай, чтобы расстегнулся.

..."

"Ва-Банк"

...А еще где-то есть что-то. Это сделал кто-то зачем-то. Когда нам понадобится непонятно кто неизвестно для чего, мы его обязательно позовем.

-//-

Когда ночь ушла не то чтоб далеко, а только за дальний лес, на пороге дома появился почтальон. Он постучал в окошко, легко тронул колотушку на двери. Но ему никто не ответил, поэтому он ушел по своим делам, а стук остался.

Хозяин проснулся позже, досмотрев свой последний сон до конца. Но и когда тот закончился, встал не сразу, а валялся, ожидая - а не будет ли продолжения. Но, так и не дождавшись, встал.

Оделся. Было холодно - китель со споротыми знаками различия застегнул плотно, на все пуговицы. Затем заварил чай. Смешал сливки и время, сахар и пространство, поставил чашку на пол, свистом подозвал свою змею.

- Пей, - сказал ей.

И она пила.

Себе сделал сбитень, с ним вышел на порог.

Мир все так же был в движении - чуть дальше в низине новая речка выплеснулась из болот и теперь прокладывала себе путь.

Застегнутый подумал, а не дать ли этой речке название. Но хорошие имена на ум не пришли, а что толку было с плохих. Да и какая разница - все равно речка недолго проживет.

Над поляной летела цапля - ее болото закончилось, и теперь она искала новое место.

Вокруг была тишь да гладь - прислушайся еще немного и услышишь, как за пару миль струится вода, и в вышине крылья бьют воздух.

И только на двери продолжала дрожать колотушка - пока он спал, к нему кто-то заходил. Но кто и зачем - осталось для него неизвестным.

Утро прошло довольно бестолково. Застегнутый хотел заняться делом, да каким именно - запамятовал.

Для своей змеи думал cмастерить воздушного змея. Затем прикрутить к нему корзинку и запускать змею к облакам. Пусть привыкает к высоте - все же будущий дракон.

Но раздумал: желательно бы найти дерево полегче, а вокруг как назло ни березки ни осинки.

А ближе к обеду мимо пронесло бесхозную грядку с капустой. Она была не совсем вызревшей, но он сорвал полдюжины кочанов цветной и десяток кочанов капусты обыкновенной - черно-белой.

А еще, рядом, с куста чертополоха снял хороший урожай спелых колючек. Хорошая колючка всегда в хозяйстве пригодится.

Когда же солнце перевалило за зенит, Застегнутый прицепил шпагу, накинул плащ. Посмотрел в зеркало - остался доволен.

Свистом подозвал змею:

- Я иду искать почту. Пока меня не будет, остаешься за старшего. Вопросы есть?

Вопросов не последовало.

-//-

Почтамт нашелся на удивление легко. Уже с третьего холма Застегнутый увидел мачту с флагом Почтового Департамента.

Почтальон был почти на месте - косил траву для своей живности.

- А нет ли для меня письма? - Спросил Застегнутый

Почтальон кивнул и улыбнулся:

- Для хорошего человека всегда что-то найдется...

Чтоб посетитель не ушел с пустыми руками, почтальон думал вручить ему бесхозные письма - вдруг какое-то и подойдет.

Но тому и так собрался изрядный пакет. С ним Застегнутый присел за стол. Тут же потребовал склянку чернил, купил конверты и писчей бумаги.

Стал разбирать почту - что-то, прочитав, тут же комкал и выбрасывал в корзину, что-то переписывал, подбивая какие-то итоги.

Делать почтальону было нечего, и он присел напротив Застегнутого. Тот показал на свои бумаги и пояснил:

- Заказы... Просят двух красных, одного зеленого. Странно, черных никто не хочет.

- А чем вы занимаетесь?

- Драконов развожу.

- И давно это с вами?

Застегнутый оторвался от бумаг и посмотрел на почтальона серьезно и строго. Тот понял - гость шутить не будет, но все же спросил:

- А чем докажете?

Застегнутый осмотрелся, задержал свой взгляд на кошке. Та будто почувствовала что-то неладное. Мяукнула и выскочила в окошко.

- Хочешь, из твоей кошки тигра сделаю?

- А тигры мышей ловят?

- Сомневаюсь.

- Тогда не надо.

Застегнутый опять погрузился в чтение писем, что, впрочем не мешало ему теоретизировать дальше:

- ...Из ящериц получаются драконы зеленые, из змей - коричневые. Черные - самые сложные. Их делают из летучих мышей.

- Так вы это... Драконьер?

- Драконарец... И заведую драконарней. А драконьеры, это те кто убийством драконов без соответствующего разрешения занимается.

- Хм... А я-то думал, драконы сами за себя могут постоять.

- Драконы охраняются законом и мной... - Он прикоснулся к эфесу шпаги, проверяя, на месте ли она - А из тех, кто охотится на драконов, я делаю призраков.

Сквозняк от окна шмыгнул на пол, разбежался, прошелся по ногам, и унесся на улицу, осторожно прикрыв за собой дверь.

Как водится, последнее письмо оказалось самым важным. И хотя было там всего-то пол-листа, Застегнутый читал его долго. Стал серьезным, хмурил брови. О чем-то задумался.

Размышлял до неприличия долго. Пришел в себя, когда услышал как почтальон читает адрес на только что засургученном письме.

-... "Департамента Охраны Редких и Вовсе Несуществующих Животных". Вы оттуда будете?

Застегнутый устало кивнул.

- А как же их можно их охранять, если таковые не существуют. - спросил почтальон.

- В таком случае их следует возродить, руководствуясь классическими бестиариями.

- Интересно... А можно к вам в гости зайти?

- Это вряд ли. - Ответил Застегнутый, пряча письмо за отворот рукава. - Я сегодня попутным плывуном отбываю из этих мест. Пишут, что на Стеклянной горе расцвел цветок о семи желаниях... Но, думаю, мы еще встретимся.

-//-

После обеда Застегнутый завалился вздремнуть - путь предстоял неблизкий.

На кровать завалился не раздеваясь. Когда стал замерзать - завернулся как в одеяло в свой плащ.

И никто не беспокоил его сон. Змея тоже спала, забравшись в башмак хозяина. Даже новорожденная река, вырвавшись на равнину, смирила свою силу, и шумела совсем негромко.

Только на полу опять пошел волнами ковер-самолет. Чтоб он не улетел, давным-давно пришлось приколотить его гвоздями к полу.

После сна Застегнутый вышел на порог, осмотрелся. На востоке собирались тучи. Хотелось дождя, но времени его дожидаться не было. тем паче, что рядышком шла попутная поляна.

Он снял со стены канат с якорем, прицелился и забросил его в крону проносящегося дерева. Канат быстро вытравило, дом дернуло, он со скрипом лег в развороте. Коробку накренило, от земли оторвалась одна лыжа - на столе в комнате заскользила посуда, змея испуганно шмыгнула под кровать.

Дом набирал скорость.

Хозяин поднялся на крышу своего дома, убрал старый флаг и поднял иной, тот, что повеселей.

Поляна мчалась на запад. Дождевые тучи за ней не поспевали.

Но убежать от вечера не вышло. Застегнутый встретил его, попивая чай на крыше своего дома, отсалютовав чашкой восходу первой звезды.

Перемешал в стакане чай. В воде закружили отраженные звезды - вслед за ними на небосклоне стали слагаться новые созвездия.

А уже ночью к нему в дверь тихонечко постучалась судьба. Но Застегнутый не стал отворять дверь - у него уже была иная.

И судьба пошла прочь - искать другого хозяина...

-//-

Когда петух вместо того, чтоб закукарекать заквохчет, его лучше без лишних разговоров отправить в суп, а то вдруг это заразно. В крайнем случае, надо следить, чтобы никто в курятник не подсунул яйца змеиного. А то высидит еще василиска - возись с тем потом.

Бывают случаи совершенно противоположные.

Не так давно, говорят, поймали в одних краях птицу, с подозрением, что это феникс. Но стали проверять - нет, не она. Только птицу зря сожгли.

А как-то пошел слух - в некой местности стал являться голем. Кто кинулся искать глину, из коей особенно хорошие големы получаются, кто стал разыскивать самого голема. Но оказалось, что глина там самая что ни на есть обыкновенная, а голем оказался горшечником, который умываться забывал.

Но меж тем, иногда чудо совсем рядом.

Ведь можно так - кадку живой воды выплеснуть на люцерну. Собрать затем пару мер четырехлистного клевера, да так и не удосужится пересчитать лепестки, а скормить все коровам. А потом удивляться, отчего надои выросли на треть.

А еще в мире, где все течет, есть стеклянная гора. На верху ее разбит сад - нанесено земли, посажены деревья, травы. И если увидеть эту гору в сумерках или в тумане, то стекла не видно, и кажется, что сад этот - летающий остров.

При саде том живет старушка-огородница.

Короче, ничего особенного: куском стекла, пусть и большим, никого ныне не удивишь. Сад - тоже явление обыкновенное, и жить при нем не запретишь. А то, что бабушка - огородница к саду приблудилась, уже ничего не поделать.

Разве что деревья раскорчевать, и сделать из сада огород.

-//-

На крыше, меж двух матч, Застегнутый натянул гамак.

Этажом ниже на стене скучали часы с боем. Боев было два - ближний и дальний. И, если ближний отбивал утро нового дня, то дальний был готов показать на осень.

Птицы волновались. Часто подымались в небо, проверяя - где же юг. Порой, собирались в клинья и улетали.

Иной раз, на крышу дома садились перелетные птицы - то ли передохнуть, то ли от любопытства. Но задерживались ненадолго - им было не по пути.

От движения качало плывун, чуть покачивался дом, качался гамак.

Застегнутому казалось, что качались кроны деревьев, качалось небо с облаками, с солнцем и с птицами в нем

Он задремал.

-//-

...Где-то там, за туманами, есть иная гора, столь старая, что с нее сыплется песок. Порой, гора выплевывает камни - они взлетают вверх, и некоторые остаются на небесах звездами. Песок струится с вершины, бьет ручьями из пещер. Затем река песка течет вниз, увлекая камни, замедляя на равнине течение. И нет моста, нет брода в ней. Бросишь туда камень - унесет течением, бросишь ветку - за мгновение измелит в щепу. И вроде бы живут в той реке звери, то ли рыбы, то ли черви, чья кожа - как броня, о кою мечи зубрятся, стрелы отскакивают.

Но если выбросит такую рыбозмею на берег - в момент она гибнет, ибо всю жизнь она привыкла бороться с текущим песком.

И течет эта река, текут и берега вдоль ее, пока песок не впадает в пустыню.

А за пустыней есть края, где твердь вовсе неподвижна.

И там, много веков назад началась война. И который век там летят стрелы и камни, пущенные из пращи. Солдаты ходят в атаку как на службу.

Но иногда они засыпают, сидя в редутах и эскарпах. Им бы надо сорваться в последний, решающий бой, да как-то ленно, сонно и они остаются в своих убежищах.

К чему я это вспомнил?...

Ума не приложу.

Просто так.

-//-

Проснулся от удара. Дрожала земля.

Застегнутый протер глаза - половину горизонта закрывала Хрустальная гора.

Перед ней расступались леса, за ней оставался овраги.

Застегнутый осмотрелся: нет, гора идет не на него, дом не раздавит, не отбросит на какой-то иной пласт. Бояться решительно нечего.

На полках в доме нашел мешок с колючками, запер дверь, соорудил штормовой фонарь, подобрал к нему длинный фитиль, поджег его. Когда сгорит фитиль, зажжется огонь в лампе - это будет уже в сумерках. Может, возвращаться придется в темноте - как же иначе свой дом найти в чужих краях?

Фонарь поднял вверх, на мачту, к флагу.

До горы было меньше четверти мили. В сад он поднялся по лесенке, вырубленной в склоне. Сразу за ней, начинался палисадник.

В нем мирно спали сторожевые цветы. Он мог бы их не будить, снять башмаки и попробовать на цыпочках проскользнуть в сад. Но не стал этого делать, а свистнул и топнул ногой.

Цветы проснулись не сразу. Или сделали такой вид. Медленно развернули листья, повернули бутоны. Пробуя воздух на запах, собрали в тугие узлы стебли, прислушались к своим корням: далеко ли пришелец?

Далеко - не достать.

Потому то ли от обиды, то ли соблюдая порядок, заскрипели, заурчали.

Скоро появилась и хозяйка. Успокоила цветы:

- Тихо, тихо... Кто тут у нас? Всего лишь человек... Я понимаю, что он вам не мил, но разве это повод шуметь...

Затем, не выходя из-под защиты цветов, повернулась к гостю:

- А вам чего надобно?

- Есть сведенья, - ответил Застегнутый, - что у вас расцвел цветок о семи желаниях. Это правда?

- А если так, то что?...

- Тогда имею предписание, цветок сей описать, внести его в анналы нашего Департамента.

Старушка думала недолго:

- Если не будете на нем гадать, то, пожалуй, покажу... Только вот описать его вряд ли получится. Проходите...

- А цветы?

- Они не тронут...

И действительно не тронули. Повернулись к солнцу, зашелестели своим цветочным языком. Были словно обижены.

- А говорят, растения не могут разговаривать.

- Разговаривают, только вот на каком языке, я не знаю. А учить их язык - некогда, да и не надо это мне. Я их и без слов понимаю.

Прошли вдоль грядки тыкв:

- Это строевые тыквы, - пояснила бабушка, - только еще не ясно, что из них получится. То ли карета, то ли дом. А, может, скоро все порежу на фонари...

Меж деревьев ходило самобеглое чучело. Выглядело оно, как и надлежит пугалу - то есть неважно. Скрипом и шумом отпугивало птиц, но то и дело наталкивалось на препятствия.

Наконец, вышли на поляну.

- Вот здесь он и растет, - сказала старушка. - Вноси его в свои гримуары, если сможешь.

Поляна была от края до края полна распустившимися цветами.

- Это что, все чудодейственные цветы?

- Нет. Много волшебства - так же плохо, как и его отсутствие. Цветок чудесный здесь - я точно помню, что садила его. Да вот только запамятовала, что на этой поляне раньше иные цветы растут - такие же по форме, но совершенно обыкновенные.

- А как же узнать, какой из них волшебный?...

- Можно, конечно, с каждого по лепестку сорвать. Только это, наверное, годы займет.

- И что делать?

- А что тут сделаешь? Я думаю, что ничего и не надо. Пусть растет, пусть смешается с остальными. И через много лет в каждом цветке будет немного волшебства.

Может, и были у Застегнутого иные мысли на сей счет, да только спорить с хозяйским словом не стал. Обошел поляну, посмотрел - будто бы все цветы подобны друг другу. Сорвал один цветок, проверил - нет, не волшебный.

Спрятал его в карман кителя - для отчетности.

И засобирался назад.

В дорогу бабушка дала ему мешок с семенами, велев разбрасывать их в местах получше.

А еще отдала два горшочка с яблочным повидлом:

- Только ты, сынок, не сильно на него налегай. Там могут быть молодильные яблоки. А вот сколько их там может оказаться - не знаю. Ведь если омолодиться без меры, тоже нехорошо будет. Бывает, подползет к молодильному яблоку гусеница, укусит его и падает на землю глупым яйцом.

В благодарность следовало бы что-то подарить старушке. Тут как раз пригодились колючки.

- Вот, возьмите... - сказал Застегнутый, протягивая мешочек.

- Что это?... - спросила старушка.

- Колючки.

- Хорошие?...

- А то! Сам отбирал.

- Хорошие колючки - это что надо... Я тут новый сорт тюльпана вывожу. Тюльпан - цветок красивый, да только очень беззащитный. Вот и хочу вырастить тюльпан, который сам за себя постоит...

-//-

Когда он думал уже ложится спать, в дверь опять постучали.

Он открыл. На пороге стоял ангел, чем-то похожий на борца. В руках у него была коробка, в которой дремало существо. Было оно размером с котенка и даже чем-то на котенка походило. А еще напоминало дюжину разных животных, но не было ни одним из них.

У этой твари было шесть лап. Меж пальцами были натянуты перепонки. На спине будто начинали расти крылья.

- Кто это? - спросил Застегнутый.

- Ума не приложу. Названия ему мы так и не придумали. Может, это выйдет у тебя.

Комментарии: 36, последний от 11/08/2008. © Copyright Марченко Андрей Михайлович (anothe@yandex.ru) Размещен: 21/07/2005, изменен: 17/02/2009. 18k. Статистика. Рассказ: Фантастика		Оценка: *6.9012** Ваша оценка:
Аннотация: With a little help of my friends...

Марченко Андрей Михайлович: другие произведения.

Варенье из молодильных яблок