Маркаров Давид Григорьевич: другие произведения.

Игра реальности. Предрешенный путь.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Однажды я пообещал своим лучшим друзьям, что напишу про нас троих книгу. Детективно-мистическую историю с неоднозначным сюжетом. Прошло уже несколько лет, но я помню, с каким воодушевлением приступил к работе. Писал ее долго, потому как основное время прилежно учился, однако за пару лет управился. Неожиданно для меня получился не легкомысленно-веселый боевичок, а черт его знает=) Вам решать, что получилось.

Секретный архив города Москвы

Отдел мистических дел

Отчет

о делах "Об электронном разуме"

и "О секте "Вечная жизнь"

Секретность: высокая.

Псевдоним: < Давид - V.N.E. >

Дата написания: 2009 - 2011 гг.

Дата завершения: 05.09.2011 г.

Москва-XXI век, 20хх г.

От автора.

Что будет, если реальность смешать с вымыслом, бросить туда щепотку юмора, поперчить сюжетом, добавить размышлений и иных философских специй, собранных с полей окружающей действительности, неизменно воздействующей на нас, залить иллюзией и запечь в реалиях современного мира? Тут либо блюдо для гурмана, либо испорченный обед. Вам решать. Приятного аппетита.

ИТСО НЛЬАЕРАРГИ ИГРА РЕАЛЬНОСТИ

Предрешённый путь.

Посвящается моим лучшим друзьям Даниле и Владимиру, а также всем-всем-всем.

Кто ты - в вселенской вечной тьме?

Кто ты - в сияньи солнца ярком?

Кто ты - в сознании глубинах и душе?

Раскрой глаза мне - я взгляну украдкой.

Раунд 1 (личностный). Добро пожаловать в игру.

Сцена 1.

Пасмурное небо всё сильнее давит на подавленный и без того мегаполис. Тяжёлые тучи в любой момент готовы обрушить на головы землян накопленные запасы своих недр. Они рычат в предвкушении излияния, они наконец-то смогут избавиться от своего невыносимого груза, опустеть, вновь превратиться в милые и мягкие белые кораблики. Они рычат, и их рокот расползается по всему небосводу. Вот снова в их глазах блеснула искра - и новый, ещё более агрессивный рык, затем уже рёв ознаменует начало.

А я как раз вовремя заскочил в автобус. Не знаю, кто-то, может, и видит некую прелесть в этой погоде, но я не совсем солидарен с ними в этом отношении. Находясь вне дома. В противном случае всё меняется. Не знаю, в такую погоду всегда посещает чувство умиротворённости, спокойствия. Смотришь, как за окном во всю мощь поливает небесный душ, и время как будто приостанавливается. Хотя динамика скоро падающих капель и должна обуславливать ускоренный отсчёт времени, этого почему-то не происходит. Но я по-прежнему находился в автобусе, а гроза обещала разыграться не на шутку - и мне это не нравилось. По крайней мере, пока не получится добраться до знакомой двери.

В этом городе я недолго, около шести лет, и не питаю к нему особой любви. Как и он ко мне. Но с ним приходится считаться, идти на попятные, на жертвы, на компромиссы (на самом деле, всё это бутафория), пока я в его распоряжении. Может, это звучит немного метафорично, но, думаю, вполне характерно.

Что здесь забыл? Ничего... но почему-то я остановился здесь. Не совсем так - меня здесь остановили. Это, кажется, один из высших уровней по чьим-то знакомым словам. Оглядываясь назад, я не отрицаю, что доля истины в этом положении присутствует.

Кто я? Странный вопрос, но пока безответный.

В кого я превращаюсь? Все мы в детстве ангелы. Я тоже был таким. Более того, я не сильно изменился. Но испортился: проникся этим миром. Однако есть ещё в моём сознании закрытая область - там я правитель, и ничто не сможет кардинально повлиять на эту часть. Это моя совесть, по крайней мере, так её называют люди. Психологи. С совестью вместе уживается и мировосприятие: но оно двулично - одно фальшивое, адаптивное, чтобы мир не выделял меня в претенденты в чёрный список "бунтарей", другое - настоящее, несогласное с тем, что и как происходит, но молчаливое при свидетелях. В любом случае, я слишком слаб, чтобы однажды избавиться от первой сущности, воззвав ко второй и сделав её приоритетной. А в последнее время стало ещё хуже: этот мир, а в частности, этот город стал сильнее влиять на меня. Некоторые пограничные отростки второй сущности плавно перетекли в первую, запустив тем самым лавинообразный механизм уничтожения моей личности.

Смешная выходит ситуация - я либо превращусь в нелюдима, напрочь порвав все связи с этим убогим миром, либо буду полностью им поглощён.

Поглощение, кстати, тоже процесс весьма занятный. Деньги и власть - вот две самые простые и самые важные функциональные единицы трансформирования любого положительного начинания в единоличный типаж всем известных личностей. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. И здесь парадокс - вторая сущность, понятное дело, против этого зла, против фальши и лжи, интриг и предательств, неотрывно сопровождающих путь власти и денег, но с ней неожиданно соглашается первая сущность, скрыто завидуя им - гордо восседающим в своих золотых огромных резиденциях (а весь обычный люд готов погрызть друг друга из-за жилищного вопроса!) на золотых унитазах. Кстати, о золотых унитазах и... Но отложу пока эти раздумья, иначе надоем сам себе и окончательно испорчу настроение.

Кем я являюсь в данный момент? Ученик. Студент, другое слово, но смысл тот же - ученик. Учусь чему-то, что позволит не утонуть в этом мире, а в частности, в этом огромном городе. Снимаю жилплощадь. Не один, конечно же. Вот, пожалуй, и всё, если не отвлекаться на всякие мелочи, не интересующие девушек. Кстати, о девушках... Это тоже больной вопрос, кроме эротики ничего в голову не приходит. Хорошо быть одному, иногда.

Опять смешно - любое логическое развитие мысли воспалённого от недосыпания мозга сводится к несправедливости и девушкам. Да, несомненно, надо выспаться. И тогда мозг наполнятся новыми, не то чтобы чистыми, не то чтобы дерзкими, но точно новыми, иного формата и уровня мыслями. И тогда я снова стану собой. Никем. Хотя мне больше нравится слово "наблюдатель"...

Сцена 2.

Эх, хорошо спалось! И вставать нет желания. На часах девять вечера: по включённому телевизору, который я поленился выключить перед сном, только начинался выпуск новостей. Почему я не могу не спать? Везёт ведь счастливчикам, правда, вживую я их не видел, но слышал, что есть и неспящие. Слипшиеся от прерванного сна глаза не особо хотели открываться. Я бы ещё полежал, ведь торопиться некуда - ночь длинная, но тут как нельзя кстати зазвонил телефон. И чего этому телефону от меня надо?

- Да, алло? - заспанным, не особо внятным голосом ответил я.

- Позовите, Марианну, пожалуйста, - приветливый мужской голос среднего возраста просто вибрировал от возбуждения.

- Вы номером ошиблись, - что ещё можно было предположить, я как-то не претендовал на роль Марианны.

- А, извините, - настроение на том конце провода никак не изменилось.

Ну вот, опять этот город подколол меня. Неплохая шутка, повезло, хоть безобидная. Ладно, пора вставать. Так как я ещё учусь, точнее, только этим и занимаюсь всю свою сознательную жизнь, то придётся приложить некие усилия для поддержания мозга и общей подготовки на том уровне, который требуется. А уровень требуется довольно высокий, на третьем-то курсе. Давно б уже работать пойти, так нет, подавай мне высшее образование. Ладно, чего-нибудь да получится. Зато есть практика. Практика - это не работа, но по мне никакой разницы.

По телевизору опять шла какая-то бурда по поводу выхода из кризиса, что кажется очень оптимистичным прогнозом в свете последних событий. Вроде, и не отвлекает, но особо и не настраивает. Спасибо, конечно и Бэрду, и Зворыкину за такое счастье, как телевизор и телевидение, но как-то сомнительно настоящее его предназначение.

По мере выполнения задания вечер медленно перетекал в ночь. Меня всегда привлекала ночь. Только ночью, кажется, могут открыться грани неизвестного, однако ночь опасна, это точно. Как легко можно потеряться во тьме, пытаясь найти свет. Ночью сознание свободнее, разум сильней, время медленней, если не спать, конечно. И не хотеть спать. И, тем не менее, ночь - время спокойствия, но динамичного, активного спокойствия. Если ты принимаешь ночь такой, какая она есть, ты либо жертва, либо охотник. Это образные понятия, берущие своё начало из древней древности, когда живой мир разделялся лишь на две смежные цепи (и даже растения разделялись!): тот, кто питался, и тот, кем питались. Сейчас же, в свете социализации человечества, обе связи остались в пределах животного мира, однако это лишь видимость. Создание общества позволило этим цепям питания трансформироваться, это повлекло за собой расширение понятий "охотник" и "жертва", появились новые критерии, новые способы защиты и охоты. Не просто ведь появилось название "биржевые акулы", корпораций, пожирающих замешкавшихся мелких охотников и сочных, значимых жертв. Но касательно ночи: если ты сидишь в своей крепости, наивно полагая, что включенный телевизор и свет в комнате реально спасает тебя от ночи, от тьмы за окном, то, как ни прискорбно, ты - жертва.

Я огляделся вокруг. Первая мысль, которая посетила меня после этого: "Вот подстава!" Как бы желая реабилитироваться, я встал из-за компьютерного столика, за которым имел привычку делать всё, даже близко не относящееся к компьютеру, и вышел на улицу.

Мне никогда не нравилось жить в квартире многоэтажного дома - не люблю быть частью конструктора. Здесь же, в частном доме, свобода ощущалась куда сильнее. Воздух был свеж, тёплый не по-осеннему ветерок поигрывал ещё оставшимися листьями, трепал плёнку на столике под летним навесом, кусал меня, пытаясь вырвать частицу тепла. Он был слишком слаб, чтобы манипулировать крупными предметами, поэтому он просто баловался, как дитя в песочнице. Ну и пусть, кто ему может помешать? А небо заметно очистилось. Старший брат моего друга-ветерка уводил тяжёлые массивы туч куда-то вглубь страны, а эти мокрые злыдни слушались лишь его, могучего, свободного.

Между тем, объектом моего наблюдения являлась вовсе не погода. Я и сам не знал, зачем вышел. Наверно, для того, чтобы убедиться, что на землю не летит громадный астероид, который, как в самых изощрённых футуристических фантазиях, расплавит всё живое на планете. Я тоже придерживаюсь такого представления о конце жизни, но не думаю, что будет так просто. Кажется сомнительным, что Судный день, о котором я подумываю время от времени, будет заключаться в мгновениях слежения за полётом астероида. Более того, в последнее время меня будоражит мысль, что очистка планеты будет направлена не на избавление от человечества. Космос, или Вселенная, кто бы ни был или что бы ни было, не будет затруднять себя разборкой с какой-то там Землёй, на которой человек устроил произвол и бардак, у Вселенной намного более весомые заботы. А человек настолько самонадеян и разобщён, что серьёзной опасности сам по себе не представляет. Но открытия этой самонадеянной Науки, этой вершины человеческого разума... Если человек создал почти автономную систему, не предусмотренные природой вещества, оружие, которым вправе распоряжаться только Вселенная и многое другое неестественное да ещё пытается копнуть в основы самой бесконечности, Космос может разозлиться. Пусть это звучит, как будто Вселенная - живое создание, но ведь весь смысл в том, что она, как и многое другое - система, а любое значительное нарушение системы сулит большие проблемы всем объектам, которыми управляет эта система. А, как человечество давно уже усвоило, любая попытка изучения необратимо влияет на изучаемый объект, так что опасения вполне реальны.

Никакого намёка на беспокойство. Звуки. Складывалось такое ощущение, что автомобили тайком от хозяев катаются по ночам, наконец, получая удовольствие от свободной езды после дня, проведённого в пробках. Точнее в пробке: этот город отличается от многих других тем, что здесь одна огромнейшая, во весь город, пробка, при этом это не игра слов. Но это не моя проблема, это проблема служб коммуникаций и транспортных средств, или как их там ещё называют.

Посмотрел на небо, вдыхая воздух полной грудью. Запах. Никакого запаха, но также никакой чистоты. Хотя ночью дышится спокойней и легче. Чем, скажем, в прокуренном тамбуре электрички - а что, неплохая экологическая шутка собственного сочинения. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

Порция бодрящего ветерка обдала лицо. Спасибо, дружок. Я всё ещё смотрел на небо. Мои желания, фантазии ночью, когда не спится, особенно ярки. Но всегда различны. Почему я не обладаю какой-нибудь фантастической силой? Почему я не супергерой, одним взглядом разбрасывающий орды врагов? Обидно. Было обидно, пока в голову не подоспела вторая мысль: а что было бы, если бы я стал супергероем? Я усмехнулся: почему-то всегда мои фантазии заканчиваются здесь, не раскрывая всей сути вопроса. Перехотелось быть супергероем, страшновато стало. Если бы я был наделён некой силой, эта сила впоследствии меня же и погубила бы. Не важно, каким образом, даже косвенно. Как бы ни хотелось это осознавать, но это положение - парадоксальный закон. Закон с кучей примеров из истории, политологии, социологии, науки. Тот, кто обладал огромной властью, был свергнут этой же властью (или ради этой власти); многие гонялись за призрачной идеей - от неё и погибли (увы, так и не достигнув её); повелители ядерной энергии преждевременно отправились на небеса из-за раковой опухоли или лучевой болезни; и бьюсь об заклад, что врачи, обладающие властью над болезнью, не умирают здоровыми.

А есть ещё кое-что. Мог бы я управлять этой самой некой силой или она бы управляла мной? Как насчёт создания иллюзий? Из меня вышел бы первоклассный иллюзионист в сверхъестественном смысле этого слова, однако иногда меня посещают не мои фантазии, как, например, после просмотра страшного фильма. Боюсь представить, что бы произошло, если хотя бы одна из этих фантазий воплотилась в реальность.

Но ничего не происходило. Разочарованный, я вернулся за свой любимый компьютерный столик, и углубился в выполнение задания. Второй сеанс сна продолжался четыре часа.

Сцена 3.

Доброе утро. Прочь от меня, дьявольское создание рук человеческих! Единственное, что радует, так это любимая мелодия вместо изъеденного сигнала "дилим-дилим, дилим-дилимилим". Ладно, почему-то будильнику всегда достаётся: вместо того, чтобы выражать ему благодарность за пробуждение в нами же установленное время, мы проклинаем его как раз за то, что он именно в это время - секунда в секунду - отрывает нас от глубокого сна. Это, наверное, исторически-генетическое - так, к примеру, цари любили головы отсекать посланникам, принёсшим плохую весть.

Провалявшись ещё пять минут, я всё же соизволил подняться с постели, заправить её, одеться в уже приевшиеся, но пока устраивающие джинсы синего цвета непонятного оттенка, натянуть футболку, вспомнить, что не лето, и поменять её на водолазку, и, зайдя на кухню, включить электрический чайник. Первый этап пробуждения прошёл с успехом. Что за этапы? Просто отец по делам уехал в другой город, в котором мы жили до этого, а я визуализировал процесс подъёма под мини-игру, иначе можно было умереть от скукотищи. Почистить зубы, умыться и передислоцировать содержимое холодильника, предусмотренное для завтрака, на стол - это этап второй, и с ним я справился спустя 10 минут. И, наконец, пополнить энергоресурсы на начало безумно активного дня - этап третий, после которого я немедля собрался, накинул на себя вельветовую куртку и, заперев дверь, направился к автобусной остановке. Вот так начинается стандартный учебный день. Опять не выспавшийся, полупассивный, я медленно теку навстречу рутинному, обыденному, разведённому в массе жидких прозрачных бесформенных мгновений концентрату учебных часов, с логичным завершением в виде срезовой или контрольной работы или семинара. Это формальная сторона моей жизни.

Хотя и этот формализм обретает яркие оттенки светлого и тёмного в течение дня. Как всегда, но не как правило. Я иногда удивляюсь, сравнивая, с чего начинался день с тем, во что он превращается к завершению. И мысли, и чувства, и события, и лица с их отношением к тебе, и успехи, и неудачи, и даже сухое безделье, - всё накладывает отпечаток на обобщённую оценку дня в моменты засыпания. Но ото дня почему-то не остаётся противоречивых чувств. Вспоминаешь наиболее важные лично для тебя негативные, положительные и благоприятные события, непроизвольно перебираешь их в памяти: это хорошо получилось, а это не очень, а тут можно было умнее поступить, здесь чуть-чуть не дотянул, там чуток перегнул, - их количество зависит от твоей активности за день и твоего отношения к жизни и к окружению. Что перевесит чашу весов, возьмёт вверх после соотношения - такой привкус и останется. Другое свойство психики заключается в том, что дополнительные баллы беспокойства и стресса начисляются за неудачи и проблемы - а счастья и удовлетворения за удачи - в наиболее важной для личности сфере деятельности, будь то общение, общение с девушками (а ведь разница явная, кроется она в мотивах) или учёба. Благодаря свойству памяти, наиболее яркими остаются последние события, поэтому вечером стоит рекомендовать больше смеяться или учить сложные учебные темы-лекции (иногда одно другому не мешает). В любом случае, если ты пофигист крайней степени, то являешь собой самую здоровую психику, не переживаешь по пустякам, никого не беспокоишь и ни на счёт кого не беспокоишься. Просто у каждого свои жизненные приоритеты, которыми каждый руководствуется на протяжении жизни. Приоритеты сменяются, претерпевают изменения, но, в любом случае, яму копаем себе своими руками. Так что нечего сетовать на общество, на порядки, на нравы. Насколько ты оказываешь влияние на общество, включён в него, в той же степени и оно действует на тебя.

Таким образом я пытался утешить себя заранее, предполагая сложность грядущего и потенциальное непреодоление некоторых барьеров. Однако последняя фраза мысли стала казаться мне ошибочной: на общество можно оказывать и одностороннее воздействие.

Но вот автобус остановился на конечной остановке, поэтому пора быстрым шагом проскользнуть до платформы пригородного электропоезда, который благополучно (почему-то я слепо этому верил) довезёт до нужной мне станции, где меня уже поджидает поезд метрополитена, который домчит до нужной станции метро, который...

Короче, прошло пятьдесят минут, а я уже стоял на пороге университета. Стандартный такой университет, есть всё, но в потрёпанном виде и не всегда должном количестве (хотя насчёт количества можно и поспорить), однако жаловаться не приходится - здесь преподают прекрасные специалисты. Сам университет представляет собой четырёхэтажное здание, имеющее подвальные помещения - их существование обусловлено прежним предназначением здания, о котором можно только догадываться. К парадному входу ведёт каменная лестница, состоящая из плоских широких и невысоких плит: в ступенях нет необходимости, однако они и не мешают. Фасад здания заметно выделяет его среди прочих строений в округе: гранитные буквы полосой красуются в основании треугольного ската, покрывающего холл. Остальная немалая площадь здания покрыта более пологой крышей. Колорит внешнего вида университета укладывается в серые и тёмно-коричневые тона. В пяти метрах от начала каменных плит, в тени за спинами колонн прячется парадный вход - несколько стеклопластиковых дверей, ведущих в холл на первом этаже. Там посетителей встречает охранник, бдящий за порядком. Обычный путь студентов ведёт их в гардеробную, находящуюся слева от входа. Избавившись на время от верхней одежды, студенты расходятся по кабинетам. Особо невезучим приходится топать на четвёртый.

До начала занятий ещё оставалось некоторое время, и я решил пока не заходить, немного постоять на свежем воздухе. Впервые за всё время учебы решил.

Мимо с разной скоростью во входные двери затекали студенты разных курсов, возрастов и предубеждений. То ли вода в трубу раковины, то ли молекулы на прострел в ускорителе - зрелище данное вызывает ассоциации в подобном духе. К своему удовольствию, в массе неуправляемого потока моему взгляду попадались довольно занимательные виды довольно занимательных своими занимательными видами личностей. Так как я не отличаюсь особо общительным характером, то не могу похвастаться широким кругом знакомств, особенно такого рода, что оставляет моему анализаторскому уму только виды. А виды, признаться, были заманчивые. По крайней мере, были. Хотя, с другой стороны, я учусь не в последнем по приоритету поступаемости ВУЗе, так что красивые особи homo sapiens довольно часто радуют глаз внутри стен этого здания. Многие спорят о вкусах (вот я, например, терпеть не могу моделей), однако это сугубо личное мнение, и я не одобряю действий модельных агентств по моделированию вкусов подрастающих неоформленных субъектов. Но стереотипизация в какой-либо категории - необратимый и почти неуправляемый процесс (его, однако, кое-кто умело направляет), и я часто ловлю себя на мысли, что следую стереотипу, неважно какому стандарту, но всё же доверяю безоговорочно и не задумываясь. Причём ловлю себя только тогда, когда моё представление оказывается ошибочным. Самое в этом ужасное, что некто очень умный додумался ограничить естество, ведь огранённый алмаз - бриллиант - много приятней для глаз, чем созданный природой девственный минерал. Человек научился обрабатывать сырьё для придания ему товарного вида и полезных (что очень сомнительно) свойств. А ведь ничего лучше естественного ещё создать не удалось. Можно поспорить, но ни один аргумент не будет верен в корне. Дело в том, под каким углом смотреть на проблему. Природа - идеально сбалансированная система взаимоотношений и связей живого и неживого - и это возникло не из воздуха, немало миллиардов лет прошло, прежде чем природа отточила свой механизм балансировки. И был рай. Пока не возник разум, посчитавший своё сорокамиллениумное мозговое вещество на порядок умнее миллиардлетних (жаль, таких слов не существует - они бы подошли как нельзя кстати) изысканий путём проб и ошибок - самым точным и без погрешностей путём. А ведь человек всё же не глуп: ему удалось, идя той же дорогой, создать неплохие предметы обихода и даже ограничить влияние природы, совершив не одну научно-техническую революцию. Вот только играем мы на чужом поле, поэтому любая созданная нами технология не является технологией естественной и не признаётся природой, что очень плачевно, если учесть, что природа порой довольно молчалива, и маленькая нестыковка превращается в грандиозную проблему, прежде чем система явно укажет на то, что мы прокололись. В любом случае, и это не смертельно для человечества. Однако человек так увлекся процессом переработки, что не заметил, как сырьём сделал себя.

Любуясь пышными формами, молодыми горячими телами, плотоядными улыбками и манящей внешней доступностью, я понимал, что тем, кто сидит за стеклом в своём пункте управления и влияния, удалось меня подчинить.

- Эй, чего стоишь, разведчик? - сбил меня с философской мысли Данила, мой однокурсник и друг. Хотя нет, другом он мне стал задолго до того, как стал моим однокурсником.

- А я думал, ты уже проник в тыл врага, - я от безделья решил поддержать его ролевую инициализацию.

- Долго ты ещё будешь на первокурсниц пялиться или, может, уже с кем-нибудь да замутишь? - игриво подмигнул Данила, показывая большим пальцем в направлении небольшой группы особо выдающихся студенток. Иногда он угадывает мои мысли или, по крайней мере, намерения и идеи, но я пока не подобрал этому феномену объяснения. Наверно, он рассуждает так же, как я, поэтому с лёгкостью додумывает обрывки жизненных фраз, которые окружают меня во время общения с ним. А, может, потому что мы с ним уже достаточно друг друга знаем? Вообще, и то, и другое вместе, потому что в природе, то есть в системе, нет ни одного однопоточного изолированного явления или процесса. Сам факт существования процесса как явления активного предполагает участие некоего объекта в определённом мгновении времени, предполагает изменения, которые происходят с этим объектом, и позиционирование этого объекта после изменения. Но ведь любое изменение действует на материю, изменяет баланс. К тому же, у явления есть сторонние наблюдатели - объекты, не принимающие в процессе никакого участия. Есть объекты ближние и дальние. Изменение материи и баланса больше, ясное дело, затрагивает ближние, затем движется к остальным, как круги на воде, а совсем удалённые не претерпевают никакого изменения. Наверное, да. А как же цепные реакции? Ну, да ладно...

- Ладно, не тормози, пойдём, а то опоздаем, - разочаровано выдохнул Данила, потянув меня за собой. Таким образом, я из берегового статичного наблюдателя превратился в каплю живого потока.

- Да ну тебя, вечно ты весь кайф сбиваешь, - иногда я люблю поворчать.

- Чего толку смотреть на них? Во мне начинают просыпаться сомнения по поводу твоего потенциально маньяческого поведения, - Данила окинул меня прищуренным взглядом хорошо сыгранного подозрения. - Вон, в интернет залезь - там куча этих видов: и сверху, и снизу, и сзади, и спереди, и, даже, изнутри, - загляденье! - да, он в режиме актива, впрочем, он в этом режиме почти всегда.

В отличие от меня. Человек с довольно сильной энергетикой, он явно не из флегматиков. С другой стороны, психика у меня немного сильнее. Энергия духа у моего друга очень неплохо сочетается с физической силой. Он относится к спортсменам не только физически, но и психологически. Это подразумевает достижение любой поставленной цели. В этом он меня переигрывает по всем перечисленным показателям. Зато я легче переношу неудачи. Хотя всё относительно. Но психологический портрет не отображает всех деталей. Девушки любят этого парня. Ещё бы - красив, силён, вполне остроумен, даже обаятелен. А ещё его фирменная улыбка в стиле "добрый дядюшка Сэм", только ружья не хватает. И на самом деле, при детальном рассмотрении можно заметить его схожесть с Дольфом Лундгреном - шведским супергероем американских боевиков. Неплохая легкоатлетическая конституция Данилы, сильные быстрые ноги и жёсткие кулаки - видел лично в деле - часто не только позволяли этому смельчаку выбираться из различных щепетильных ситуаций школьных разборок, но и занимать призовые места во многих спортивных мероприятиях различных масштабов. Тёмно-каштановые волосы, по крайней мере, не чёрно-пепельные, как у меня, не любят быть причёсанными и придают дополнительный шарм во время поиска новых пассий. Мужественное овальное лицо - говорят ещё, лицо воина, - содержит в себе нормально посаженные глаза, серые, немного прищуренные, высокие ровные брови, широкий лоб, заметные, но не слишком выраженные скулы и черты лица, красивый - тем, что обычный, - нос, узкие губы и небольшой подбородок. Это лицо могло бы скорчить любую гримасу: мышцы довольно развиты, а суставы подвижны, поэтому, если бы ему вдруг надоело заниматься спортом в свободное время, то он нашёл бы себя в театральном кружке. Хотя чего прибедняться, в фильме такое лицо увидеть в каком-нибудь остросюжетном моменте - самое то. Между тем, это добрый парень с высокими нравственными идеалами - хорошее воспитание замечается в нормальном общении с ним - не в пошлой примитивной пересмешке, до которого гораздо наше поколение. Однако эта доброта не является той мягкостью, которая присуща гуманистам по отношению ко всякого рода преступникам и уродам в моральном значении этого слова. К тому же, Данила довольно серьёзно относится к жизни, к своему социальному будущему - реалии сурового мира просто необходимо учитывать. А ещё мы любим от души посмеяться, и даже не только на пошлые темы. В любом случае, с ним не страшно было бы пойти на разведку.

- Не хочу я с ними знакомиться. Не те они, - а я не особо желал продолжать разговор.

- Да ты... не понимаешь - по-простецки оценил моё поведение друг. - В тебя и в школе немало девчонок влюблялись, а ты в пассиве. Лучше бери пример с Вовы.

Владимир, отличавшийся от нас лишь наличием жены и ребёнка, шёл в пяти шагах впереди, не заметив нас. Мы его тоже недоглядели.

Этот парень подходит под описание пофигиста, но это лишь внешнее сиюминутное заблуждение. Хотя основания на то есть. Давно небритое лицо - на втором месте чистоте лица, помноженного на частоту бритья, располагаюсь я, Данила в силу своего имиджа выглядит всегда подобающе, но без излишнего гламура, противниками коего мы дружно и являемся. Безмерное количество опыта прохождения компьютерных игр - я, признаться, тоже баловался и иногда балуюсь таким делом, Данила же безучастен. Желание учиться и быть социально значимым не превышает уровня основных требований - хотя я с Данилой тоже не особо работаем на общество, не являемся карьеристами в негативном значении данного слова и не переносим фамильярного неестественного общения, если на то нет подходящей причины. Из любимых предметов у Владимира на первом месте выделяется английский язык - по этому пункту мы не солидарны - и, собственно, всё. Между тем, образ мышления этого молодого человека выдаёт в нём не последнего субъекта в потенциальной цепочке создания ситуации моделирования массовых мировоззрений. Несмотря на кажущееся небрежное отношение к общественному позиционированию, именно с Вовой стоит поговорить о том, куда катится наше и подрастающее поколение и понять, что с этим делать. Обладает он всё теми же предельно положительными качествами личности, кроме выполнения бытовых обещаний - чем и я грешу иногда - и практической ленью, которая выражается в выполнении чего-то только под весомым предлогом и при действии значимого мотива. Но мелкие недостатки его характера не имеют никакого значения для меня с Данилой - не мы же его жена, администрация университета или потенциальный работодатель. Несмотря на русую бородку, - рано ещё до Хоттабыча - Владимир отличается притягательным обаянием. Хорошее чувство юмора, живое образное мышление вкупе с добрыми серо-голубыми глазами и носом с горбинкой выдают, если вглядеться, человека не поверхностного, не такого простого, как кажется. Вова представляет собой идеального семьянина ранней стадии, немного раздобревшего, с округлым лицом и адекватным взглядом на жизнь. А ещё он любит розыгрыши. Хотя его легко вывести из себя, когда что-то идёт не по его правилам.

- А, недомороченные мозголомы, - Вова вполне стандартно отреагировал на неожиданное появление из-за спины.

Поздоровавшись, мы направились по кабинетам. Курс у нас у всех один, да вот группы разные. Так что встречаемся только на перерыве, если вообще встречаемся. Чем бы заняться? А, ну да, включиться в образовательную работу. Как банально, но я всегда следую этой прерогативе во время учёбы.

[здесь должно быть написано то, чем я занимался весь учебный день, но в роли просветителя пробовать себя ещё не готов].

Быстро время пролетело, не правда ли? Неправда, время пролетает быстро только во время каникул и выходных, когда мозг ничем не обременён. Счастливейшие мимолётные мгновения! Кстати, о выходных: сегодня уже суббота, так что всё в порядке.

На выходе мы опять встретились - захотелось обобщить бессмысленный набор догадок перед длительной разлукой. Хотя минут через тридцать мне захотелось бы перезвонить кому-нибудь из них, потому что я как всегда забуду сказать что-то интересное. Вместе с Данилой я ждал Владимира - ему нужно было задержаться.

Мимо проходил исходящий поток позитивно настроенной жизненной энергии в глазах почувствовавших свободу студентов. Ещё бы - целая неделя посещения и всего полтора дня выходных. Эти выходные ожидаются всю учебную неделю, чтобы затеряться в памяти как случайное мгновение. Вообще, подобная парадоксальность наблюдается во всём касающемся студенческой жизни. Вот, к примеру, форма одежды. Если бы в данном университете Министерство образования возжелало бы ввести универсальную форму, со стороны студентов это бы вызвало волну возмущения. Или цунами. Однако только время могло бы показать, в какой степени эта форма предпочтительнее по основным показателям. Но если взглянуть на гардероб студентов, то особой индивидуальности, роскошности, отличительности попросту не найти. Несмотря на отсутствие формы, все парни этого универа были одеты в джинсовые брюки тёмных тонов - исключения незначительны, - а также в разноцветные футболки, рубашки и тенниски летом и тёмные свитера и водолазки зимой. С девушками дело обстояло сложнее, однако среди них всё то же большинство занимали любительницы джинсовых одеяний. Удобство и внешне не осуждаемый широкой общественностью вид повседневной одежды - вот из-за чего созданная из материала для изготовления парусов полтора века назад одежда заполонила весь современный мир. При этом ничего плохого в адрес джинсов сказать, в принципе, нельзя. Собственно, это и не нужно - про такое говорят "проверено временем". А ведь это только один из примеров.

Но вот университет отпустил и Владимира. У меня уже созрела небольшая тема, и я сразу же решил её выгрузить на друзей. Вова, как это водится, высказал другую точку зрения, и мы начали спорить. В споре рождается истина - это правда: когда мысль несётся по выбранному направлению, не встречая препятствий, на неё начинают действовать силы сохранения - выбранное направление кажется единственно верным и не поддаётся сомнению, создаётся иллюзия абсолютного знания, когда на основании неполных определений и рассуждений строится убеждение, подобное мыльному пузырю: чем больше в это веришь, раздуваешь пузырь, тем опаснее и основательнее он лопается, когда раскрывается ошибка. Однако, если на пути встречаются рифы разных размеров в виде чуждых мнений, то возникает ситуация сомнения: абсолютное знание становится тем менее возможным, чем больше участников-носителей сознания принимает участие в обсуждении проблемы. При этом дискуссия порой может вывернуть в совершенно неожиданное русло, открыв путь к истине. Но опять же, абсолютного знания в обычном споре обычный человек при обычных условиях получить не может - проблема в том самом, что исследователь, находясь внутри системы, априори является объектом. Знание можно получить, лишь оказавшись вне системы.

- Хватит корчить из себя учёных, - Данила со стороны смотрел на наш с Владимиром спор, который снова коснулся загадок Вселенной. - Любая идея без доказательств является мусором, а то, чем вы грузите друг друга и теориями назвать нельзя.

- А мы дурачимся по-умному, - отвлёкся Владимир. - Доктрина бессмысленного мышления. Как, по-твоему, вообще можно что-то доказать?

- Эксперимент, - коротко и ясно ответил Данила.

- Ага, поэкспериментируй с мирозданьем, а я посмотрю, - усмехнулся Вова, отворотив голову.

- Эксперимент вообще противоречивая штука, - тут подключился и я. - Это комплекс неких составляющих, различных по рангу...

- Ты по-русски, пожалуйста, - попросил Данила. Владимир с ним мысленно согласился. Не любят они, когда заумные слова скрывают истинную суть.

- Ну, - попытался продолжить я, - эксперимент - это когда что-то изучаемое пытаются объяснить, опираясь на что-то изученное. Доказательство - это всего лишь верно подобранные условия, составляющие, верно продуманный ход процесса и предугаданный или предусмотренный результат, который зоркому уму предвиден из уже доказанного раннее.

- Это понятно, - согласился Вова, - а как насчёт первичного доказательства? Доказательства доказательств, которое позволило объяснить нечто нулевое, основное, от которого можно было бы двигаться дальше?

- А не было первичного доказательства, - Данила скрестил кисти крестом, - просто очень умный человек сумел убедить своими доказательствами и доводами всех остальных в том, что его взгляды и предубеждения верны.

- И на этом выросло всё, что мы называем цивилизацией, - подхватил Владимир.

- Мы не можем двигаться в неправильном направлении - научные открытия нам это доказывают, - попытался атаковать я.

- Вспомни, сколько лет считали Ньютона непоколебимым представителем гравитации. Королем гравитации, - Данила произнёс это с иронией, потянув руки к небесам. - И сколько таких было.

- Сейчас тоже проблем немало - учёные всё пытаются схлестнуть две несопоставимые теории - теории о макро- и микромире, - не останавливался я, - но ведь науке всего несколько веков, а они находят объяснения, и когда неверная дорога заканчивается тупиком, они возвращаются к началу, чтобы выбрать верное направление...

- Ты сам-то веришь, во что говоришь? - перебил Вова. - Сколько развитых цивилизаций уже сгинуло, непонятно - до нас долетели лишь осколки. Что-то странное кроется во всём этом.

Я не совсем понял, что он имел в виду, но не перебил Данилу, когда он повернул тему.

- Ну, с наукой понятно, - махнул он рукой, - человек настолько горд и самолюбив, ах, и ещё независим, что не захотел слепо подчиняться невидимым законам, а пытается раскрыть их и подчинить своей воле...

- А если нашлось что-то, что не захотело подчиняться? - вдруг странная мысль постучала мне в голову.

- Хватит мозг насиловать, - спор надоел Владимиру. - Уже пять минут болтаем ни о чём. Давайте, лучше расскажу, что во вчерашней серии было, раз уж вы не смотрите.

Я быстро замотал головой в отрицательном направлении, Данила повторил мой жест. На самом деле, я хотел рассказать о своём предположении о внесистемном эксперименте, но удачный для этого момент времени прошёл. Но услышать вместо этого пересказ эпатажного сериала - да, друг умел отбить любое желание рассуждать.

- Ну, и чёрт с вами, каверзники, сговорились против меня, - обиженным тоном проворчал друг. Наверное, зря я ему подарил словарь синонимов.

Данила не стал ничего отвечать просто потому, что мы, хоть и шли не спеша, уже добрались до его остановки. Радужными, но не совсем цензурными словами мы попрощались до понедельника, и Данила двинулся к подъезжающей маршрутке.

А я с Вовой направился в метро - полпути следовало проехать вместе, однако за неделю мозг настолько устал, что ещё одного подобного спора выдержать не смог бы. Звонок через полчаса с догадкой века отменялся.

Однако в голове всю дорогу до дома крутились возможные окончания этого спора. Три ключевых момента. Первый: эксперимент. Идея о верных условиях всё никак из головы не выходит - этакая идеальная форма, которая приводит к верному ответу. Точнее, некий набор действий и манипуляций, который возвращает запланированный результат. Это как получается: планируем что-то открыть (что по нашему умозаключению является существующим, но не открытым), и начинаем подбирать средства и способы, чтобы провернуть это как можно убедительнее. Что это? Не больше, чем иллюзия. Это как в теориях об озоновых дырах или глобальном потеплении - столько заблуждений и слухов не вбирала до этого ни одна теория последних лет. Хотя нет - как я мог забыть о БАКе - большом адронном коллайдере, которому приписывают вызов конца света (кстати, довольно ироничная дилемма: если сторонники данных взглядов правы, то, всё равно, сожалеть будет не о чём, точнее, некому). Ну, ладно, вот мы доказали свою теорию, раскрыли новый закон, стали его применять, например, в производстве. И никаких сложностей. Тогда что это? Если взглянуть с точки зрения объединённого пространственно-временного континуума, это спланированная акция ещё не существующего существа (от слова существовать, имеется в виду конкретное время) для самореализации путём направления деятельности создающего. Либо что-то уже существующее стремится к созданию чего-то ещё с помощью рук человеческих. В обоих незамысловатых случаях козлом отпущения остаётся человек. Хотя это и футуристическая фантазия, но её никто не может опровергнуть, так как недостаточно оснований. Да здравствует научная фантастика! И это только одна сторона эксперимента. Перейдём к другой. Эксперимент с реальными массивными объектами вполне себе приличен и защищён от всякого рода ошибок и неточностей - во всяком случае, их можно хотя бы осознать и исправить (в отличие от микрофизики). Но бросание всяких побрякушек с Пизанской башни - это одно, доказательство гравитационного взаимодействия - это второе (это когда каждое материальное тело, имеющее массу, воздействует на другое тело с массой и подвергается равному обратному влиянию от него; единственное отличие в разнице масс - это и определяет, в чью сторону перетянется канат притяжения: спасибо Ньютону за его закон всемирного тяготения), смысл гравитации - это третье (интересно было бы взглянуть, как все планеты разом перестанут вращаться и попадают куда-то там), а идея гравитации - это четвёртое. Кстати, насчёт идеи: получается, что взаимодействия частиц тем слабее, чем меньше масса, но с самих частиц не станется - они как существовали, так и будут себе существовать (пока хочется принять это как данное). Однако частицы объединяются (теория образования планет, кажется), увеличивается масса и влияние их увеличивается (замечается явное сходство с общественным свойством увеличения воздействия на устои, нравы и порядки увеличением числа членов - таким образом, аналогия: монополия - это огромная чёрная дыра общества). Не лучшим ли доказательством является аналогия с другой сферой деятельности и изучения? Ну, это если правильно трактовать. Но ведь это ненаучный метод.

Но вернёмся к эксперименту. Ему можно доверить выявление статистики уже чего-то известного. Но раскрытие чего-нибудь нового... Сомнительно, но не мне судить. Тут другое: влияние. Любое сверхмалое действие на любой сверхпрочный порядок (или систему) расценивается как влияние. Порядку достаётся в любом случае, но больше или меньше. Порядок не изменится в целом, однако претерпит изменения. Опять же аналогия: живёт себе какой-нибудь правитель и никого не трогает; но вдруг небольшая группа граждан выступает против действий своего правителя; он кончиком мизинца раздавливает бунтовщиков - они никак не повлияли на систему; но правитель сделал выводы и учёл возможность нового бунта, более опасного, и предпринял некие действия по его предотвращению; при этом система останется абсолютно такой же, как и прежде, кроме заметки о бунтовщиках. Вуаля! Заметить нужно ещё, что тем сильнее влияние, чем меньше наблюдаемые частицы системы (но это уже из практики наблюдения: приборы при изучении сверхмалых и даже элементарных (истинно основных) частиц из объектов-средств наблюдения превращаются в субъективных оценщиков, которые самим фактом наблюдения изменяют и даже разрушают микросистему).

У эксперимента, к тому же, ещё один серьезный недостаток, если (кроме того, что условия придумываем сами) для его проведения создаются искусственные условия, идентичные реальным (по нашим расчетам). Тоже как-то сомнительно. А это уже сомнение в квадрате.

В итоге получаем: кто-то рассуждает не так, как все, и видит мир в другом ключе; этот кто-то пытается что-то доказать, и от того, насколько убедительными и наглядными (эффектными) будут его опыты, зависит принятие его доказательства; при этом система не отвечает, пока масштаб или структура опыта не достиг критического положения, когда системе угрожает реальная опасность дестабилизации.

Аналогия: правитель решил повысить налоги; народ начал возмущаться, но ничего особого не высказал; правителю показалось мало, и он ещё раз повысил налоги; народ опять отозвался возмущением, но не более, так как правитель уверил, что так надо; у одного из граждан это вызвало сомнение и, как следствие, несогласие; но правитель опять обрадовал народ повышением налогов; этот человек не смог больше терпеть, потому что денег стало не хватать, к тому же, нашлись те, кто его поддержали; у него появилось свое видение проблемы, заключающееся в неправильных действиях правителя; и снова бунт, только на этот раз система правления будет свергнута.

Система имеет программу самосохранения, точнее, стремление системы к балансу вызывает реакцию очищения и замещения испорченного сектора. При этом я не утверждаю, что эксперименты в рамках БАКа приведут к БОЧКе (быстрому, особо чрезвычайному концу).

Второй аспект: кто мы, и что было до нас. Вполне неплохой попыткой было исследовать исторические и эволюционные процессы в пределах науки археологии. Типологические, трассеологические, картографические - все эти методы археологии в корне своём основаны на сравнении или соотнесении. Взяли некий длительный процесс, во временных рамках которого нет сомнений - доказано физикой или химией, и по нему стали судить о том, к какому историческому времени относится найденный изучаемый объект. И всё вроде отлично, да вот только нестабильна эта информация. Если вдруг сделают открытие, позволяющее более точно рассчитать возраст, например, египетской фрески, и эти расчеты не совпадут с ранними, начнется неразбериха. Но это мелочь, самое же интересное, что, как бы ни пытались мы прокопать дыру в наше прошлое, точно на сто процентов уверенными быть мы не можем. Возраст нашей планеты четыре миллиарда лет, однако нашлись и те, кто по новым исследованиям нефти утверждают, что планете не менее двенадцати. Всегда, если есть место слухам, значит, аргументы неубедительны и есть, хоть и небольшие, но сомнения. А сомнения ведут к слухам. А слухи - дезинформация, клевета, безосновательная ложь - одно из самым злых зол, я бы назвал это злом самодурства. Но не об этом речь. Если новые исследования принять к сведению, то убеждения некоторых, что циклы жизни на планете могли повторяться, имеют место быть. Это уже область научной фантастики: высокоразвитые цивилизации, не похожие на человеческую расу, Атлантида со своими сверхразвитыми технологиями, Древний Египет и Майя, которым досталась лишь крупица этих знаний, путешествие во времени, доказывающее, что время измеряется подобно пространству и многое другое, - моя любимая область. А что если глобальные иллюзии - мифология, религия, философия - результат изменения воспринятого под воздействием человеческого и временного фактора? Но сейчас бессмысленно об этом судить. Есть только мы и только сейчас, но и это вызывает сомнения. Как можно тогда говорить о том, что произошло лет пятьсот назад?

Ну, и последнее: ловушка...

Сцена 4.

Что-то меня разбудило. Я ехал в электричке и чуть было не пропустил свою остановку. Нечасто такое случается. Вообще ни разу. За что люблю свой мозг, он всегда даст знак, если подразумевается время и пространство. Именно в связи. Я плохо ориентируюсь на местности, однако почти всегда могу угадать время. В любом случае, по прибытии домой мне не помешает поспать. А ещё лучше выспаться, что менее вероятно.

Автобусу как раз неплохо бы сейчас оказаться на остановке стоящим и ждущим. Но нет, сегодня не повезло, поэтому пришлось идти пешком, что удлиняло мой путь по времени на пятнадцать минут. Зато прогулка ещё никому не мешала.

Проводив взглядом автобусную остановку и тех, кто решил дождаться маршрутки или следующего рейса общественного транспорта, я скорым шагом направился в сторону дома. Никаких блужданий, чётко по прямой вдоль дороги вперёд, перейти перекрёсток, снова вперёд, подняться вдоль дороги, всё вперёд и вперёд, затем в парк, чтобы срезать путь, потом ещё вперёд наверх, повернуть налево и я на месте. И всё-таки не зря человек напрягся и придумал общественный развозчик по домам.

Вот я и дома. Отец, уезжая, начинил холодильник различными яствами с первого по десерт, так что хватит мне надолго. Как говорится, если умру, то только не из-за голода. Так, чёрный юмор. Кстати, насчет еды - настало время обедо-ужина.

Ну, вот и поел. Перейдя из махонькой кухоньки в махонькую комнатку, я на автоматизме включил компьютер, который тут же приветливо загудел, замыкая комнату ещё одной волной электромагнитного излучения.

"Пора бы проверить флэшку", - эта мысль приходила во все удачные и счастливые субботние вечера. А содержимое этого накопителя всегда делало субботние вечера удачными - отсутствие интернета у меня и наличие его у Вовы заметно моделировало мою будничную жизнь.

Так-так, посмотрим, что у нас есть. Недавно вышедшие фильмы... последняя серия очень интересного очень многосерийного сериала... немного музыки... и какая-то программа.

Программа была в виде приложения без какого-либо внешнего оформления-картинки, попросту внепроектный MS-DOS. Скорей всего, какая-то шутка либо вирус. Оставлю напоследок.

Потратив около трёх часов на просмотр кинофильмов, часть из которых очень даже ничего, я прилёг на кровать. По телевизору как раз начиналась юмористическая передача. Ничего не сказать, удавшийся вечер. Передачу я так и не досмотрел.

Когда я проснулся, время приближалось к полуночи. Компьютер гудел уже не так приветливо - он уснул вместе со мной, перешёл в спящий режим. Вечно забываю или не решаюсь выключить его в надежде на возобновление работы. Плохая привычка. Поднявшись с кровати, подошёл к нему и лёгким касанием мышки разбудил его. "Меня бы так будили", - невольно пришло в голову. Никогда не думал, что буду завидовать этой бездушной машине. Монитор высокого разрешения вспыхнул палитрой трёх цветов системы RGB (красного, зелёного и синего), на нём высветилась картинка рабочего стола. Иллюзия всего лишь с помощью комбинаций из трёх цветов - что сказать, человечество умудрилось создать конкурентную альтернативу красочному и разнообразному спектру в пределах видимого излучения реального мира. Тем не менее, пока я ни имел ничего против такого течения событий.

Тут, ни с того ни с сего (что бывает не так редко с моим логически запрограммированным мозгом) я решил завершить проверку содержимого флэшки. Осталось только приложение, которое я тотчас же запустил. На дисплей выскочило сообщение: "Добро пожаловать в игру. Она для тех, кто хочет знать о себе всю правду. Правду о том, на что способен. Ты хочешь это знать? Тогда нажми Enter".

А чего бы не узнать? С меня не станется, хотя это розыгрыш, наверное. Я щелкнул по предлагаемой клавише. Появилось следующее: "Ты сделал свой выбор. Игра состоит всего из нескольких этапов. Прочитай вопрос первого этапа, но не спеши ответить. От этого зависит исход игры. На раздумье даётся день, 24 полных часа. Итак, вопрос: "Веришь ли ты в знаки?"

Целый день, что-то многовато. На самом деле, ждать не очень хотелось, поэтому я, как любитель интересных фильмов про суперумных искателей приключений, которые расшифровывают загадочные письмена и послания, а затем по невидимым знакам находят то, чего никто до них найти не мог, и как ничуть не верящий в их реальную возможность, недолго думая, ответил "нет". Как только ответ был принят, появилось следующее сообщение: "Ты поспешил. Однако, в любом случае, у тебя есть день для того, чтобы убедиться или опровергнуть выбранное. Ах, да, завтра воскресенье. Ладно, так и быть, игра начнется с понедельника".

Ничто из всей этой абракадабры не удивило меня больше, чем самая последняя фраза. Скорей всего, программа как-то связывалась с настройками даты и времени компьютера. Интересно, откуда Владимир умудрился достать её? Спрошу, если не забуду. И всё же захотелось проверить достоверность моей идеи. Переправив в календаре компьютера субботу на четверг, я снова запустил программу. На часах стукнуло ровно 00:00. Появилось сообщение: "Вы опоздали на несколько секунд. Игра уже началась, ничего нельзя исправить!" И тут же высветилась ошибка, программа завершилась. Странно. Я переправил дату, хотя глупо было надеяться, что ошибка кроется в этом. Ничего - то же сообщение об ошибке. Весь в сомнениях, я был излишне сонным, чтобы с этим разбираться. Поэтому оставалось выключить компьютер и лечь спать, что я с успехом и исполнил.

Сцена 5.

Воскресенье, как правило, выпадает из памяти. Вчерашний день не исключение. Проснулся поздно, часов в одиннадцать, что-то поделал, попытался выполнить какое-то задание в рамках учёбы, посмотрел всякие интересности по телевизору, - вот, собственно, и всё. День пролетел как сверхзвуковой самолет, сгорел, как спичка, лопнул, как шарик воздушный, рассыпался, как осколки разбитого стекла, утонул в реке времени, как якорь, сорвавшийся с корабля. И теперь остаётся лишь с надеждой ждать следующего выходного. С этой надеждой я и брёл по направлению к станции.

Понедельник, утро, погода не ахти, да ещё этот автобус, чтоб ему колеса отвинтили, уехал раньше времени, пока я самонадеянно и неторопливо собирался выходить. И дёрнул меня чёрт включить телевизор с утра пораньше - предельно редко по утрам смотрю это чудо прогресса, а тут вдруг захотелось. Хотя, даже если бы не включил, всё одно, не успел бы. Вот ведь парадокс: я не опоздал, я просто не успел. Но раздумья по поводу этого привели меня к совершенно непрогнозируемому результату: вдруг вспомнила фраза в утренней передаче, сегодня услышанная. "Спросите себя, уверены ли вы, что успеете. В этом случае нельзя надеяться на человеческий фактор..." - говорил из экрана диктор. Не помню, к чему адресовалось это высказывание, но, кажется, из этой же темы про общественный транспорт. Странно, но сразу вспомнился первый вопрос из игры...

"Ладно, будет уже!" - сам себя успокаивал я. - "Нашёл, с чем связать. Теперь каждая мелочь будет мозг конопатить и ассоциировать с программой". Мозг оказался прав: впереди дорогу перебежала чёрная кошка. Я, если честно, не верю во все эти языческие приметы, поэтому, выбросив всю эту бредятину из головы, смело пошагал в заданном направлении. Но, видимо, кошка очень удачно рассчитала: на первом же перекрестке на меня чуть не налетела машина. Хорошо, хоть успела притормозить - ехала не слишком быстро. Из салона выглянула молодая женщина вида блондинка с косметичкой в руке; вид у неё был крайне растерянный. Я ничего не ответил и продолжил движение. Не очень меня порадовала эта сценка из анекдота.

"Тут только два варианта", - думал я по дороге, - "либо день неудачный, что не такая уж и редкость, либо это игра, что выглядит более угрожающе". В любом случае, настроение было подпорчено. А ведь день только начинался.

Часто мы впустую бросаемся словами, значения которых либо не понимаем, либо не желаем понимать. Либо понять не можем, что являет собой иной случай. Знаки. Не знаю, кем предложены, но, наверное, в рамках домыслов о судьбе и великом пути человека. А, может, и не домыслов. Однако, что можно сказать в доказательство и в опровержение? Логично, что, если мы живём в системе, то ею должны быть предусмотрены или прописаны в памяти возникновение, развитие, влияние и исчезновение объектов системы. Знаки в данном случае выступают в роли маркеров, дорожных знаков: они направляют вас по правильному, прописанному в системе, пути. Если идти неверно, то объекту это может грозить большими проблемами, хотя если время жизни объекта и так коротко, то ошибка может, наоборот, помочь. Но проблема: как определить, ошибка это или сценарий? А, может, это вообще лишь случайное и условное подчинение закону естественного отбора? Случайное, потому что есть погрешность в механизме распределения генного вещества, и условное, потому что не требует определения каждого объекта - он распознаётся системой, как "один из" или "такой же". Закон же заключается в том, что выживает самая жизнеспособная модификация генов, определяющая границы жизни, мощь возможностей, отношение к жизни и к окружению, силу реактивности на внешние воздействия как генетически, так и адаптивно. Но всё это отвлечение, как же насчёт знаков? Если предположить, что существуют некие ориентиры, то для чего они служат и кому, чему? Почему знаки видят не все? Почему те, кто видит некоторый тайный смысл и связь в происходящем, считает, что это знаки? Почему система делает знаки видимыми, ведь по всей логике, если закулисная программа открывает доступ к своим тайнам, ей это может обернуться фатальной ошибкой со стороны всё изучающего человека?

Слишком много вопросов, поэтому я склонен считать, что знаков нет и быть не может. Во-первых, проще жить, зная, что случай носит название, тождественное по смыслу со словом случайность, то есть то, что происходит, происходит само по себе; во-вторых, сразу отпадают вопросы - наука и так копает под систему, поэтому нет смысла в раскрытии своих тайн. Нострадамус сумел запутать своими стихами, Ванга рассказывала сказки, Мессинг тоже мозги умел пудрить (кстати, его имени даже нет в энциклопедиях). В общем, существование знаков сомнительно, верить в них или нет - выбор каждого, а великие байки великих пророков основаны лишь на аналитическом и логическом предположении (что ничуть не умаляет их достоинств).

Итак, существуют ли знаки или нет, либо это что-то другое и понимается мной неверно? Я надеялся, игра здесь ни при чём.

Вот я уже на подходе к станции. Слава богу, ничего больше не произошло. До прибытия электропоезда оставалось ещё минут десять - я часто ездил этим рейсом, поэтому не волновался. Шёл не спеша, пытался в замызганном, сыром и грязном утре заметить хоть одну нотку позитива. Но тщетно: мрачные лица, мрачные небеса. Осень, чтоб её. Но ведь и осень бывает разная.

Справа меня обогнал парень со странной картинкой на спине. На куртке был изображён поезд. Чисто ради интереса, просто посмеяться, я рванул с места в сторону перрона - пешком я туда дошёл бы минут через пять минимум. Просто нужно было подняться на пешеходный мост над железнодорожными путями, пройти немного и спуститься в нужную сторону. Когда я, взлетая со скоростью две ступени за шаг, почти достиг вершины лестницы, справа прошипел поезд. "Мой", - подсказало что-то. И действительно, послышался звук тормозов, значит, у меня оставалось меньше минуты. Но я уже спускался вниз, навстречу поднимающимся пассажирам. Мне оставалось совсем чуть-чуть, но двери захлопнулись прямо перед носом. Не знаю, что нашло на этот поезд, что он решил приехать раньше положенного срока, но поездка на следующем приведёт к опозданию, что чревато небольшими, но неприятными проблемами.

Поезд уже собирался тронуться, но неожиданно двери снова распахнулись, давая шанс войти. Спасибо за приглашение, я, пожалуй, не откажусь. Так, между прочим, посмотрел на часы в телефоне: прошло около трёх минут. Немного отдышавшись, я пристально огляделся - на всякий случай, нет ли ещё "знаков"? Но, казалось, всё в пределах нормальности. В тамбуре я стоял один, все нормальные пассажиры сидели в салоне вагона. А я не очень люблю сидеть в общественном транспорте массового наполнения - может, просто не нравится облучаться чужими взглядами.

Таким образом, я добрался до волнующей меня станции, удачно вышел из поезда - больше он надо мной не издевался, затем, купив билет на выход, спустился в метро. Помню, ещё в детстве применялись турникеты со специальными жетонами. Я их очень боялся, потому что попадались очень злые турникеты, и одним жетоном их не всегда можно было раздобрить. Потом появились карточки; в конце концов, в самих турникетах заменили металлические блокираторы на пластиковые, чтобы не прищемляли что-нибудь себе ненароком. Да, прогресс - мощная штука. Одна из его заслуг передо мной в том, что я больше не боюсь неисправных турникетов.

Вот я уже в подземке. Из темной норы выстрелил пучок света, и, сопровождаемый грохотом, показался стальной одноглазый червь. Как только его брюхо открылось, оттуда хлынули биогенетические создания, обладающие самостоятельным индивидуальным разумом. Транспортный круговорот социальных масс, не больше и не меньше. Одна из первых вышла женщина предпенсионного возраста, но подталкиваемая напором вырывающихся, она не устояла, покачнулась - наверное, у неё закружилась голова - и упала. Окружающие слишком спешили по своим делам, чтобы заметить выбившуюся из потока. Только одна девчонка лет пятнадцати, следующая за ней, еле слышно вскрикнула от неожиданности, но не посчитала ниже своего достоинства помочь. У меня тоже иногда наблюдается такая привычка: если разыгрывается ситуация с чёткой установкой типа этой, в особенности, рядом со мной, то я безоговорочно выполняю установку; если же присутствует хоть малая часть неконкретности или сомнения, то, увы, я пас. Из этого вытекает, что я не герой. Уж точно. Глупо звучит, но, наверно, причина кроется внутри меня. Но женщине я помог - это ведь прямая установка.

Я с девчонкой помог ей подняться и довёл до скамьи. Ясное дело, пришлось ждать следующего поезда. Если придерживаться теории знаков, то на электричку я попал раньше, чтобы упустить пару минут здесь, но не опоздать на занятия. Скорей всего, всё к этому и идёт. Однако произошедший прецедент имел свою смысловую нагрузку в рамках сложившегося утра.

Женщина поблагодарила нас, а девчонка, даже не взглянув на меня, поспешила дальше. Ну, и не надо. Я вернулся к середине платформы, туда, где стоял вначале. Из тоннеля снова появился поезд. Остановился. Не требуя особого приглашения, я добровольно был проглочен им. Поехали.

Я огляделся - по мне, так это скоро войдёт в привычку. Вдруг рядом с собой приметил девушку. Эко диво! - увидел в метро девушку. Однако она была вполне прекрасна. Ещё одна иллюзия, ещё один идеал. Это в моём духе - мастерить образы из реальных ничего общего с ними не имеющими девушками. Только девушками. Почему так? Может, я просто традиционной ориентации? В любом случае, она выглядела на высоте. Я смотрел на неё без особой мысли знакомиться. Почему-то такой образ действий превалирует в моём поведении. Либо я излишне стеснителен и робок в этом плане, либо (это мне нравится больше) боюсь разрушить идеал. Конечно, это попахивает эгоизмом, но горько иногда осознавать, что красавица из соседнего дома на самом деле представляет собой пустышку внутри. Лучше этого не знать, но как только оказываешься рядом, сразу всё становится ясно. Есть, правда, не совсем явные, и не очень лёгкие образы, но такие нарасхват. Человека тянет к идеалу, к красоте ... к иллюзии. Потому я и стою в стороне, потому что моя иллюзия ещё не воплотилась в реальный образ (игра слов), а метод проб и ошибок я уже описал с научной точки. Кто-то скажет: "А как же жизненный опыт взаимоотношений? Это чистая практика". Да-да, это, конечно, верно, мы ведь животные социальные, но есть хоть кто-нибудь, кто говорит "я люблю тебя" не ради плотских утех ближайшей ночью или пары лет гражданского или официального брака, чтобы после, с ребёнком на плечах или без, отправиться в поиски следующей. И тут можно воскликнуть: "Но ведь есть те, кто вместе всю жизнь!" Любовь здесь ни при чём, однако насколько сильной должна быть сила взаимного притяжения, чтобы, в конце концов, не надоесть друг другу! Только лишь на статичную иллюзию эта связь не может опираться. На правду, как это ни прискорбно, наверное, тоже, ведь, узнав о человеке всё, мы желаем найти новое ощущение, нового человека. С точки зрения природы и Чарльза Дарвина, это обусловлено сохранением рода. "Чем больше", - гласит он, - "тем лучше". Но откуда и почему тогда берутся однолюбы? Не ошибка природы - ошибок не может быть так много. Сказать воспитание, тогда в ответ: законы крови сильней, гены не подчиняются мозгу, а наоборот. И тут почему-то в голову приходит аналогия с львиным прайдом, собаками (можно и зайцев с кроликами) и журавлями (пингвины не хуже). Первый представляет собой такой тип семейного взаимоотношения, как гарем. Арабы и другие мусульмане - человеческие представители этого типа. Вторые сменяют партнеров по необходимости - таков образ жизни многих "кобелей" и, ну вы сами поняли кого. Пингвины и журавли - моногамы: у них только одна пара на всю жизнь, что проблематично в рамках выживания вида (если погибает пара, то жизнь второго бессмысленна). Хотя и с другими проблемы есть. Встаёт вопрос: это опыт природы в рамках естественного отбора? С чего вдруг человек объединил в себе все эти варианты? Не люблю играть в игры, правила которых мне не объяснили или в которых не разобрался сам.

"Вот тебе и загадка", - думал я, временами посматривая на новый объект идеализации. Было б что-нибудь больше, чем просто красота, на которую очень нравится смотреть. С другой стороны, она читала книжку в твёрдом переплёте, а это не бульварный роман, что уже радует. Одежда не очень яркая, но подобрана со вкусом, к тому же, помогает заметить особенности. А особенности были примечательные. Внешне девушка была просто обворожительна: если бы какой-нибудь первоклассный художник взялся написать её портрет на фоне дивного летнего вечера - зелёных, ещё бодрствующих растений, деревьев и благоухающих цветов, ясного неба, хоровода игривых звёзд вокруг строгой луны и незначительных дорисовок, - если бы он потратил долю воображения и пару месяцев работы над картиной, то вполне мог бы претендовать на тёплое местечко рядом с гениями живописи. Не люблю судить о возрасте, так как не умею угадывать его точно, но она была примерно моих лет, а её цветущая естественная молодость мало кого могла оставить равнодушным (уж это моё личное мнение). Распущенные русые, приятного светло-серого, но не блондинистого оттенка волосы водопадом накрывали красивую шею и, наверное, не менее привлекательные плечи. При этом в её внешности не выделялось ничего особого отличительного. Ростом девушка была невысока, не из рода моделей, формами не схожа с идеалами Ренессанса, но и не из числа фанаток сногсшибательных диет. Однако её лицо сияло очарованием и представляло собой еле заметный овал с мягкими, плавными чертами, достойными изображения богини в каком-нибудь древнем храме, прелестный небольшой, но не острый носик и не очень полные губы в совокупности с таинственными, зеленоватого цвета, глазами (пару раз наши глаза пересекались). Весь её образ создавал впечатление нераскрываемой загадочности во всех её движениях, что лично меня очень задевало. А движения были неторопливы, грациозны, при этом не наблюдалось оттенка наигранности - вся её сущность трепетала живой силой и естественностью. А вот то, что пряталось под бордовой чётко ограниченной кофточкой, которая выглядывала из расстегнутой куртки, являло собой тайну не менее роскошную. Конечно же, я о душе, хотя Данила, если бы ехал со мной, обратил бы внимание на пышность ещё кое-чего. Ну ладно, вспомнив о друге, я и сам последовал его потенциальному примеру. Боже, как она прекрасна. Может, попытаться пойти на контакт, и его последствия не развеют сложившегося первого впечатления?

Ладно, всё это глупость. Наверно, я просто боялся услышать отказ или не знал, как подойти. Но, в любом случае, если бы я составил альбом своих идеалов, на данный момент она бы заняла заслуженное первое место.

Поезд тем временем гнал от станции к станции, входили новые, выходили засидевшиеся или застоявшиеся пассажиры. Мне оставалось ещё три остановки. На предпоследней объектисса моего внимания закрыла книгу, не спеша поместила её в сумку, поправила причёску - это было символическое, но очень мощное действие. Она встала и подошла к дверям. Находясь от неё ещё ближе теперь, я заметил огромную пуговичку с надписью, прикреплённую к сумке. Марианна. Ну, что ж, приятно познакомиться: хоть буду знать, как зовут. Ведь не будет никто прикреплять к своим вещам не свои имена. Хотя...

В любом случае, на следующей станции я вышел и направился в сторону университета, вернувшись к размышлениям о знаках. Вот удивятся Вова с Данилой - они любят поболтать о всяких аномальных вещах.

Однако расслабляться я ещё не думал. Затекая вместе с толпой на эскалатор, я с интересом наблюдал за окружением - у меня даже появился интерес к происходящему вокруг, которое не имело ко мне прямого отношения. Поднимаясь вверх, я всё поглядывал на рекламные плакаты, висящие по обе стороны подъема. Зрение у меня не очень, поэтому мог разглядеть только средний и крупный почерк. Меня всегда смешила реклама: иногда можно было найти такую хохму, что весь день потом пробивало на позитив. А его мне как раз не хватало.

Кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Кто не рискует, тот пьёт пиво. Напиток для интеллектуальных мужчин.

Сигареты "Леденцы". Ни слова о курении - сосите в удовольствие.

Глазурный батончик с лесными орехами. Не ешьте в парке - не ущемляйте права белок!

Мягкий шоколад. Почувствуй прикосновение любви, почувствуй удовольствие (что-то подобное я однажды видел в рекламе эротического содержания).

Новый эффект запаха: учёными было протестировано влияние новых ароматов на противоположный пол. Желаете убедиться, испробуйте в действии новый дезодорант - эффект сногсшибательный.

Новое средство для борьбы с тараканами и другими домашними паразитами: учёными было протестировано влияние новых, безопасных для человека, веществ на непрошенных гостей. Желаете убедиться, испробуйте в действии новый "дихлофос" - эффект сногсшибательный.

Конечно, это утрировано, но замечается такая тенденция на рекламном рынке. В этом нет ничего удивительного - не думаю, что все ролики пишутся людьми с высшим образованием. Самое интересное, что стали появляться ролики-пародии на рекламу. И это уж точно излишне - реклама и так изобилует информацией, не несущей никакого интеллектуального веса, чтобы ещё больше саботировать её положение. В любом случае, реклама - неотъемлемая часть инфраструктуры, плата за общее развитие. Наверно.

Вдруг на одном из плакатов мне показалось (опять же, я обладаю не лучшим зрением), что часть изображения похожа на символ, на цифру, кажется, на семёрку. Я тут же перекинул взгляд на плакат на противоположной стороне. Самой первой в голову пришла схожесть с цифрой пять - реклама спрея для горла включала в себя схематическое строение гортани. Обратно на другую сторону. Здесь явно "Д" - многоэтажный дом на рекламе застройщика с дополнительной подрисовкой в подножии, рядом с подъездами. Затем новый мобильный телефон в профиль и анфас - это буква "К". Дальше следовал логотип известной компании связи - яйцо. Ноль, а, может, и "О". Я перебросил взгляд на следующий рекламный плакат, но в подгузниках не было никаких знаков - ещё бы в подгузниках были знаки! На этом плакаты заканчивались - эскалатор достиг вершины. Это ж надо ехать две минуты вверх, чтобы оказаться на первом этаже. Записав получившуюся комбинацию в блокнот, я продолжил своё движение. Вот ведь какая смехота будет, когда пойму, что это всего лишь игра моего воображения, бунтующего от безделья. Чёрт, а если нет?

После того как я вернулся в свет, то есть вышел из подземного перехода, и посмотрел на время, предположил, что чего-то ещё не произошло - оставались "лишними" минуты три.

"Не верю", - словами Станиславского повторял мой разум, хотя доказательств было на лицо предостаточно - и всё в течение одного утра.

Я быстро направился по тротуару, обходя сонных, по-утреннему ватных, горожан, оккупировавших автобусную остановку, навстречу идущих, но так же абсолютно автономных в своём утреннем неадекватном состоянии, лужи, которые странным образом появляются после дождя на ровном до этого асфальте. Кстати, я даже не заметил, что был дождь - для этого города типичен такой вариант погодной депрессии. В общем, шёл я быстрее обычного - наверное, подсознательно побаивался ещё одного доказательства безумной игры.

Варьируя между пешеходами разной скорости и степени сложности обхождения, я перешёл по зебре ("пешеходный переход" звучит довольно иронично, если посмотреть со стороны, как охотно пешеходов не пропускают машинисты-автомобилисты) и слился с толпой. До университета оставалось совсем недолго.

Жевательная резинка, которую я нервно изжевывал во всех вариантах жевания на протяжении всего пути, абсолютно потеряла вкус и теперь реально напоминала резину (хотя я так и не рискнул попробовать какую-нибудь резину на вкус). Логичнее всего было бы её выбросить. Я так и решил поступить. Выбившись из потока, я подскочил к урне и точным трёхочковым плевком отправил кариесу противостоящее чудо косметического прогресса прямо внутрь. И уже хотел продолжить путь, но внимание привлекли наглые и вечно голодные символы мира, оприходовавшие все платформы и некоторые площади, где не слишком людно. Эти голуби, конечно, слабо напоминали ту славную птичку на гербе, однако это точно были не воробьи. Они ходили в хаотичном порядке, склевывали органику с земли и асфальта, переговаривались друг с другом, не обращая внимания на активную жизнь неподалёку от них. Эти голуби совсем страх потеряли: мир, конечно, миром, но этот оценивающий и скорее ленивый, чем бесстрашный взгляд рождает желание зажарить и съесть его обладателя. Если это голубь, разумеется. Городской. В любом случае, я бы не обратил на них внимания, если бы они вдруг не выстроили композицию, похожую на стрелку, перпендикулярную моему пути и показывающую на дворы многоэтажных жилых застроек.

Опять попался - с этими мыслями я повернул в показанном направлении. И чего я там потерял? Сейчас пойму, что это глупость, и, наконец, отвяжусь от этого. Преодолев неприступную стену гаражей, арку, и всякую мелочь по пути, я прошёл вглубь двора - здесь уже начинались подъезды. Я огляделся. Ничего путного: серое утро - серые подъезды - серые лица выходящих из них: стандартная картина. Но тут из ближайшего подъезда, явно на пределе своего ускорения выскочил парень не особо старше меня и побежал в мою сторону. На самом деле, в сторону арки, как было нетрудно догадаться. Но пробегая мимо, он резко повернул ко мне, взял за руку и в разжатую ладонь сунул что-то маленькое и незаметное. Я автоматически сжал кулак и через секунду понял, что не зря. Из того же подъезда пулей вылетели двоё вышибал, реальных кабанов в стиле безрассудных девяностых, и последовали за убегавшим. На лице у меня нарисовалось то же удивление, что у других прохожих, поэтому они меня даже не заметили. В этот момент переданный предмет уже прохлаждался в кармане куртки. Больно напоминал флэш-накопитель, но проверять пока не было особой охоты.

Через полминуты завыли сирены самоотверженных и всесильных органов охраны правопорядка, а я как раз повернулся и направился назад - здесь делать было уже нечего. Когда я проходил под аркой, сзади послышались шаги, быстрые, почти переходящие в бег. Я обернулся. Меня догонял рослый мужчина в самом расцвете, в спортивной куртке и тонкой синтетической шапке дешёвого производства (впрочем, как и у меня). Его выдали тяжёлые осенне-зимние ботинки. Разговор начал он.

- Постой. Я видел, как мимо тебя пробежал этот парень. Я - капитан Каврин, - с хрипотцой заговорил мужчина. Через секунду у него в руке появилась красная книжка с вполне ожидаемым наполнением, которое не удалось прочитать, да и не очень хотелось.

- Да. Чего вам? - я остановился и с неискренней готовностью помочь обратился нему.

- Из окна мне показалось, что он что-то вам передал, - продолжил он.

Доигрался. Наверно, это тот самый момент, о котором говорят: если шагнёшь, назад пути нет. А можно просто отдать ему то, что в кармане, ведь если начнет обыскивать, всё равно найдёт. Между тем, лицо сохраняло всё то же выражение удивленного спокойствия, как мне казалось.

- Вам, скорее всего, показалось, ведь он действительно остановился рядом со мной, - я показал рукой примерную дистанцию. - Только он меня не заметил даже - наверно, думал, куда бежать. Его я в первый раз вижу, заблудился немного, вот, не туда свернул, - отвечал я в стиле "мы сами не местные, и чего здесь происходит, мы не в курсе". И подытожил логичной банальной фразой - Так что извините, ничем помочь не могу.

- Извините за задержку, - ответил он, но как-то недоверчиво, у него явно остались сомнения. Поэтому пора медленно скрыться с глаз долой, пока он не передумал.

Я повернулся и бодро зашагал в сторону дороги. И чего ради? Пренепременно, как только выдастся шанс, я проверю, во что ввязался. Конец моей размеренной спокойной жизни! Всё время думал, каково это быть героем или беспредельщиком (проще - преступником), а тут реально завяз! А ведь это не очень на шутку похоже. В любом случае, есть вариант выбросить то, что было мне передано, и всё забудется. Но разве так делает настоящий наблюдатель, настоящий охотник за правдой?

- Извини, - послышался сзади все тот же голос. Значит, ещё не пронесло. Я обернулся: капитан не спеша шагал в мою сторону. - Можно взглянуть на документы?

Странноватый человек, парадоксальный какой-то: капитан, но не в форме, хотя заметна выправка, вежливый, но не на показ, не формально вежливый, так как не считает себя обязанным обращаться на "вы" к младшему по возрасту.

- Держите, - я протянул паспорт. Прочитав волнующие его сведения, он достал из-за пазухи бумажку типа "визитка" и поместил её в закрытый документ, который затем протянул мне со словами:

- Если что-то захотите сообщить, если что-то вспомните, то жду звонка на этот номер.

Не дожидаясь ответа, он пошёл обратно во двор. А беглеца и догоняющих и след простыл. Мне, конечно, хотелось узнать, чем завершилась погоня, но теперь я уже опаздывал, поэтому, разогнав вторую пешеходную скорость, я двинулся в путь.

Теперь от этого так просто не отделаться - засветился, выдал информацию о себе. С другой стороны, если бы я не показал паспорт, мог бы оказаться в отделении - кто их знает, этих полицейских. Только вот последняя фраза была сказана явно не случайно. Что можно вспомнить по делу, которое коснулось тебя на несколько секунд? Ведь вопрос неконкретный.

В любом случае, меня ждал безумный понедельник в университете, поэтому этот вопрос, хоть он и важен и даже опасен, пришлось отложить.

Сцена 6.

Закончилось. Я был довольно напряжён учебным процессом, чтобы замечать всякие намеки со стороны системы. Хотя нет, я всё равно не верю в этот бред. Если бы знаки-сигнализаторы существовали, то можно было бы объяснять все явления и предсказывать все события. А кто знает, может, известные предсказатели руководствовались знаками, когда создавали свои шедевры - картины будущего? А, может, некоторые знаки сливаются с нашим восприятием, и мы не замечаем, как подсознательно следуем им? В любом случае, этот спор с самим собой не дает ничего, когда процесс запущен. Попытки вывести на эту тему друзей потерпели фиаско, а если бы я явно об этом заговорил и рассказал обо всём произошедшем, меня бы посчитали немного не в себе. По крайней мере, если бы мне сказали такое, я отреагировал бы подобным образом. Ничего, позвоню на досуге.

Когда мы распрощались, я без особого настроения последовал по стандартному маршруту домой. В метро вдруг вспомнил, что весомая причина возможных неприятностей хранится в кармане куртки. Во время занятий я как-то позабыл об этой детали головоломки. Я сунул руку в карман, но не решился достать содержимое - последние слова капитана чётко повторялись в голове. Вполне возможно, что за мной наблюдали, хотя это являло собой бессмысленную операцию. Или они могут думать, что есть сообщники, тогда не взяли меня сразу, а ведут. Исходя из этого, безопаснее узнать вещь на ощупь, чем лишний раз выдавать себя.

Что-то маленькое, твёрдое, прямоугольное. Похоже, флэшка. Информация, чьи-то тайны, - это хороший повод как для войны, так и для тихой заварушки с громкими убийствами и неизвестными убийцами. Сценарий второсортного боевика, а я теперь в главных ролях. Камера, мотор!

А всё же интересно, что на ней: компромат, левые деньги, правые доказательства, материал для потенциального шантажа? Наверно, что-то важное, раз она так интересует некоторых вышеперечисленных лиц. Ах, запахло жареным. Я люблю жареное, например, картошку. Шашлык тоже люблю. Жареное хорошо сочетается с соусом или кетчупом. Осталось только найти этот кетчуп.

Вот я уже на остановке автобуса. А вот он уже подъехал. Примечательно и замечательно, что по пути в глаза не бросалось ничего такого, что могло бы вызвать сомнение. Относиться ко всему происходящему с предвзятостью - это моё нервное будущее?

Я заскочил в автобус и сел у окна. Обычно я стою: какой смысл сидеть, если, в конце концов, автобус набьётся бабушками и дедушками, которым, всё равно, придётся уступить место. Однако и здесь наблюдается доморощенный психологический эффект: если ты уступаешь место, то ты хороший - в данном случае оценивается твой поступок; если же ты и не садился, то твой пассивный, но потенциально положительный поступок остаётся незаметным, а ведь он самый правильный. Людям нравится демонстративная вежливость, нравится, когда им оказывается внимание, когда им льстят. Правду ведь слышать - ухо режет. Только ведь у правды есть бронебойное свойство - она всплывает. Ассоциируйте с чем угодно, но факт - правда становится известной. Но и здесь загвоздка: правда ведь разная бывает, правд такой широкий спектр, что можно и запутаться - для каждого своя правда. А вот бы добраться до Правды. Страшно, страшно интересно, страшно опасно, страшно глупо. Но это занятие для активных - тех, кто жизни не пожалеет ради спасения человечества, кто переполнен светлыми чувствами и побуждениями, кто представляет собой синтез чести и достоинства. Это не про меня, но мне тоже интересен этот вопрос.

Две минуты просидев неподвижно, глядя в одну какую-то точку, я с чего-то решил взглянуть в окно. Напротив остановки находилась небольшая афиша, иллюстрирующая премьеры фильмов, ожидаемых в местном кинотеатре. Обычно бывает два плаката, в этот раз почему-то один. И то ужастик или триллер - "Смерть в окне". Рядом стояла девушка и курила. Не понимаю таких, скорей всего, им не хватает великого равенства потенциала полов или табачная мода окончательно захватила разум живущих. Жаль, а с виду девушка ничего.

Погода не баловала, но бывало и хуже. Стёкла автобуса не запотели, но выдох выдавал облачко пара. Пытаясь разглядеть название фильма (а заодно и девушку), я приблизился к стеклу и невольно дышал на него. Когда взгляд переключился с дальней фокусировки на ближнюю, на стекле заметил чёткое число 2. Что бы это значило?

Опять эти знаки! Единственное, что приходило в голову, это связь названия фильма с числом. Два? Наверно, две минуты, потому что автобус стоит около десяти. Отметка в два часа давно уже прошла, а другого не дано. Что делать? Наверно, что-то должно случиться с этой девушкой, мирно курящей у афиши. Выбежать, предупредить. Нет, с чего это: если ничего не случится, то представляю своё положение. Да и автобус скоро отъедет. А если это не она мишень? Вокруг человек сто, не меньше. Для надежности я оглядел салон автобуса и остановку. Предположение подтвердилось.

Но я всё-таки решил досмотреть сцену докуривания сигареты. Обычно данное действо занимает примерно это время. И вот она бросила окурок. Может, сейчас что-то случится? В пользу этого масса всего происходящего этим днём. А я об этом знаю, следовательно, могу предотвратить. Или моя попытка вмешаться создаст эту ситуацию? Много глупых фильмов, много интересных фильмов, много нереальных фильмов.

Но тут что-то стукнуло в голову - как можно игнорировать сообщение о том, что сейчас кто-то умрёт! Я поспешно встал и выпрыгнул из автобуса. Когда я его обежал, моему взгляду предстало следующее зрелище: девушка неохотно зашагала в сторону остановки; в этот момент справа неожиданно появился легковой автомобиль типа "Ауди": уходя от погони машины ДПС, он вывернул вправо на перекрёстке, тем самым оказавшись на встречной полосе. Эту же полосу переходила девушка. Режущим по уху скрипом тормозов автомобилист попытался предотвратить столкновение, он, наверно, был ошеломлён и растерян, наверно, свернуть хотел или ему уже было всё равно - одним трупом больше, одним меньше, - но не справился с управлением. Девушка рефлексивно отскочила в сторону, но автомобиль всё же задел её вскользь. Силы удара хватило, чтобы отбросить тело на пару метров. Сразу поднялась шумиха, автомобиль даже не попытавшись остановиться, тщетно пытался скрыться от нагоняющей машины дорожно-патрульной службы. В конце концов, послышался скрип тормозов и скрежет металла - автомобиль не без непроизвольной помощи случайного участника остановился. Из машины ДПС показались люди в форме, которые произвели немедленное задержание преступника. Всё это время девушка неподвижно лежала на асфальте. К ней подбежало несколько человек, один из мужчин, по-видимому, имеющий дело с медициной, проверил пульс, приложив два пальца к сонной артерии. Кажется, результат его устроил. Он повернулся к тому, кто стоял за спиной: второй в руках держал мобильный телефон. Он положительно кивнул, и первый, взяв свою сумку, подложил под голову пострадавшей.

Автобус уже отъезжал, но меня это слабо волновало. Через пару минут послышалось гудение сирены кареты скорой помощи. Люди в белых халатах оперативно загрузили девушку в машину и, завывая, скрылись с глаз.

А я стоял неподвижно, не веря глазам. Хотя причин не верить попросту не оставалось. Мне была предоставлена вся информация для того, чтобы спасти её, а я предпочел пренебречь этим! Надеюсь, она выкарабкается. Если бы можно было перемотать пленку назад и проиграть заново этот момент. Как я завидую людям, которые точно знают, что делать и как поступать. Или, по крайней мере, кажутся такими. В любом случае, такое не повторится, так как я уже знаю, как надо поступать. Произойдет что-то другое, с чем я ещё не сталкивался, и пока до меня дойдёт, опять будет поздно. Вот такой я тормоз.

Прошло минут пять. Параллельно тому, как я раскисал и жалел себя за то, что позволил пострадать другому человеку, не помог ему (высшая степень скрытого эгоизма!), я ещё думал, пойти ли мне пешком домой либо дождаться следующего автобуса. При обычном раскладе для таких случаев передо мной не стоит выбор - я с радостью шагаю на своих двоих. Однако в промозглую по-осеннему пасмурную погоду, когда небо желает выплеснуть на тебя всю свою накопившуюся обиду и ярость, данный вопрос уже не так однозначен. К тому же у меня появились явные проблемы с игрой. Вот и думай теперь, как пойти?

Ужасно неположительная история. Всё же оставаться на остановке, рядом с которой произошёл наезд по частично моей вине - равнодушие порой хуже преступного мотива, - не очень хотелось, поэтому я после минутного раздумья двинулся в дорогу. Надо найти способ завязать с этим. Система так спокойно строит козни, издевается, лёгким желанием может устроить катастрофу, а ещё смеётся в лицо, заранее предупреждая о грядущем. Может, поэтому человечество не верит в предсказания - потому что не желает признать, что есть что-то во много раз сильнее? Сначала девушка, потом кто-то из близких, потом я. Достав из кармана телефон, я судорожно набрал номер отца. Поговорив с ним минут пять, я узнал, что пока он не собирается: там какие-то задержки, - поэтому я пока предоставлен самому себе. Попрощавшись с отцом, я решил перезвонить Даниле.

На том конце, казалось, включилась запись:

- Здравствуйте, это автоответчик. Я очень рад, что вы позвонили. Можете оставить сообщение после звукового сигнала. Ту-у-у.

Что-то не то, у него в жизни автоответчика не было и вряд ли появится.

- Кончай прикалываться, - понял я, вспомнив об обещанной шутке, и, дождавшись знакомого голоса, продолжил, - у меня тут проблема появилась. Реально щекотливая. Нужна будет ваша с Вовой помощь или хотя бы участие.

- Какие проблемы, нет проблем, - ответил почти всегда оптимистичный Данила. - А в чём проблема?

Говорить сейчас? Нет, нет смысла ввязывать их раньше времени, а если всё уладится, завтра просто найду отговорку каким-нибудь наивным оправданием.

- Завтра обрадую, - протянул я интригующе.

Мы ещё пару минут потратили на бессмысленный в плане информативности разговор, а затем примерно такое же время я проболтал с Владимиром, который посочувствовал бедной девушке, о которой я ему рассказал (конечно, без подробностей). Я спросил у него, к тому же, откуда он достал игру, на что он ответил, что не знает и понятия не имеет - может, случайно скопировал. И эта новость меня не порадовала. Однако немного проветрился.

В общем, домой я пришёл уже не с таким упавшим настроением. Быстро переодевшись, я достал из кармана заветный предмет - это действительно был флэш-накопитель, и приступил к изучению его содержимого. Даже пообедать забыл.

Когда я вставил флэшку в необходимый разъём компьютера, то с удивлением обнаружил, что она пустая. Через полминуты понял, что она чем-то заполнена, но файлы не отображаются. Тогда я без особого труда сделал невидимые файлы видимыми, покопавшись в настройках операционной системы. Это были, по-видимому, текстовые документы, однако ни одна из установленных на мой компьютер программ не смогла открыть их - вместо внятного текста появлялись непонятные, несуществующие символы. Так бывает, когда формат не поддерживает некоторые шрифты. Вследствие этого я также не мог понять, чего от меня хочет небольшая программка, записанная туда же. Исправить это можно легко и просто, если у тебя есть великая вещь - интернет. Итак, насчёт просьбы о помощи я не прогадал. Переписав информацию на три обычных диска типа "болванка", я спрятал флэшку очень далеко и глубоко в шкаф, а диски положил в портфель. Будет, чем завтра заняться.

А теперь игра. Я уже подвел мышку к файлу запуска, как передумал - очень уж есть захотелось. Вот поем, и на сытый желудок лучше думаться будет, а то у этой игры слишком заумный вопросы с подвохом. Чего это я так спокойно к этому отношусь? Просто понятно, что идея игры - довести меня до конца пути, а ей не выгодно, чтобы со мной что-либо случилось. Я вправду очень надеялся на то, что не ошибаюсь хотя бы в плане угрозы своей жизни.

Сцена 7.

И вот я снова у компьютера. Появился вполне обычный приветливый текст программы.

"Ты вернулся! Это хорошо, значит, мои аргументы оказались убедительными. На самом деле, первый вопрос был проверкой - надо же с чего-то начинать. Реальный звучит так: "Веришь ли ты себе?" Но и это не совсем то. Ты можешь просто ответить на этот вопрос и игра продолжится до того момента, пока тебе не захочется прервать её. Предполагая твоё общее эмоциональное состояние после первого испытания, могу предугадать твои действия - отключение игры сразу после этой фразы. И тогда она автоматически будет удалена с твоего компьютера. Однако если хочешь узнать реальный смысл игры, то введи слово "продолжить". Итак, твой выбор. Сейчас".

Не понял. Чего она (оно, он) от меня хочет? Ещё одна дурацкая шутка? Голос разума кричал: заканчивай с этой ерундой! Но что-то сдерживало меня пойти по самому лёгкому и безопасному пути. Безопасному? Кто мне об этом сказал? Было всего лишь написано, что игра закончится на любом из этапов по желанию. Почему-то очень похоже на суицидальный принцип "надоело жить - сунь два пальца в розетку". Надоело играть, нажми "выход". Вот только это не та игра, которую играют на компьютере от скуки.

Я встал из-за стола, нервно перебирая пальцами. Вышел во двор. Уже темнело. Теперь рано темнеет. Тёмное время года вступает в силу. Осень в этом мегаполисе переживается особенно остро вследствие почти постоянной облачности: почти не видно солнца, постоянно пасмурная погода, паршивое пасмурное настроение, но чаще тепло, чем холодно, к тому же большой процент влажности - в общем, идеальный рассадник вирусов ОРВИ. Парниковый эффект, чтоб его. Но есть в этом городе чудовища и страшнее. Психологическая обстановка осенью накаляется многократно - накатывает маниакальная депрессия, либо депрессия хроническая, атмосфера тяжёлой лапой безысходности и вечной неразличимой серости придавливает к плинтусу. Кого придавит - считай, потерян человек: либо таблеток наглотается, либо с крыши полетать пожелает, либо - что ещё хуже - пойдёт крушить и убивать. Сознание деформируется, реабилитация в рамках городских стен невозможна, какой бы психолог не лечил. Чаще срываешься по мелочам, видя, как вокруг происходит то же самое, что и с тобой. Бросает в дрожь, иногда, кажется, появляются проблески счастья - расслабляющее лето - но всё это иллюзия - город никого не отпустит живым. Ему нужна кровь, желательно молодая, чтобы подпитывать заржавевшие старые механизмы, а ведь механизмы не сменяются, просто мы на них по-другому смотрим, толкуем о них, глядя со стороны на то, как они перерабатывают наше сознание и подчиняют своим низшим, но вечным, законам.

Может, это город придумал эту игру? Хотя город - это люди. Наверно. Иначе - искусственный мирок со своими планетами. На некоторых из них можно жить, а некоторые даже и не предполагают жизни. Планеты для жизни - высшие слои великосветского общества. Хотя, это вопрос спорный, если отталкиваться от хищнического толкования позиционирования в этих слоях. Но, в любом случае, если ты на плаву, то и благ тебе больше подобает. Дальние от центра планеты - много большие по размерам - для жизни непригодны, пока не создать на них условия для этой самой жизни. А ждать этого от "высших" планет не приходится - нет таких природных законов, чтобы просто так (без каких-либо глубоко идеологических оснований) помогать тем, кто нежизнеспособен. А ведь дело лишь в образе мышления.

Постояв немного на свежем воздухе, я вернулся назад в дом. Прилёг. Кажется, пора уже чего-нибудь решать.

Может, сначала закончить игру, а если захочется снова, то запустить другую копию? Для этого надо скопировать файл игры. Попытался проделать эту операцию, но не получилось - не копируется: ошибка. Странно. Получается, единственный возможный вариант - игра, что записана на флэшке. Значит, и попытка одна. По какому пути пойти?

Выбор. Существительное, обозначающее действие. Это лингвистическая особенность данного слова. Но, кроме неё, есть ещё особенность - смысловая. Выбрать - значит, взять, отобрать, определить для себя нужное, предпочтительное. Это хорошее определение, но упускается главное: как понять, что нужно, а не что хочется? Пораскинув извилинами мозга, можно догадаться, что выбора как такового нет. В решении каждого вопроса есть два пути: и они не "верный" и "неверный". Скорее, путь короткий и путь длинный, это если смотреть глобально. Совершая ошибку, мы не избавляемся ни от сути вопроса, ни от его силы. Если ошибку можно исправить, исправляем - находим верный путь, а на нет и суда нет - живи всю жизнь с этим без шанса исправить. Вот всё существование и укладывается в рамках ошибок и их верных решений, словом, в клубок коротких и длинных дорог, переплетённых между собой самыми различными труднодостижимыми узлами и сплетениями. В итоге получается, что выбора в его всеобщем понимании нет, так как нет двух весов, двух направлений - только одна линия, раздваивающаяся на полоски разной длины, но ведь материал тот же. А самое главное, итог один. Могут быть разные оттенки, но цвет - он один.

Исходя из такого определения, какой бы выбор я сейчас не совершил, итог уже определён по умолчанию. Будь то либо безызвестная смерть, либо яркая вспышка истины на века, либо что-то центральное. А чего мне не спросить об этом саму программу?

"Итак, твой выбор. Сейчас".

Размяв с хрустом пальцы, я напечатал: "Какой смысл выбирать?"

Сразу же высветился ответ: "Ты веришь в судьбу?"

Интересно. Снова пальцы застучали по клавишам: "Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос?"

Ответ: "Если только вопрос позволяет сделать правильный выбор".

Не понял: "Неужели, ответы на эти два вопроса связаны?"

На экране появилось: "Более чем".

"Чем?", - всё старался понять я.

Оригинальный ответ: "Более чем".

Не так всё плохо, с чувством юмора и логикой у игры порядок: "Почему бы тебе не оставить меня в покое?"

"Потому что ты сделал свой выбор", - появилось на мониторе.

"Я не верю в выбор. Всё уже было решено и подстроено", - я бросил удочку.

"Ты ответил "да". Не желал бы, не отвечал. Это твой выбор", - наживка сорвалась.

"Это мошенничество", - возразил я. - "Я не знал, на что соглашаюсь".

"Меня создали по образу и подобию. Чего же ты ещё хотел?" - иронично и неумолимо прыгали буквы на дисплее.

"Ты отпустишь меня?" - я задал наивный, на любителя, вопрос.

"Да", - довольно коротко и чётко ответила игра.

"А если честно?" - для пущей уверенности уточнил я.

Программа ещё раз продемонстрировала чудеса логики: "Смотря, что понимать под честностью. Я отпущу тебя в любом случае, поэтому мой ответ честен в каждом из вариантов. Вообще-то, чтобы получить нужные ответы, надо задавать правильные вопросы. Пока что ты задаёшь неправильные вопросы".

"Я останусь в живых?" - по-моему, актуальней вопроса задать было нельзя.

Подействовало: "Уже лучше. Отвечаю: длина твоего жизненного пути полностью зависит от твоих действий".

"И что мне для этого сделать?" - продолжая связную цепь, я пытался разобраться с возникшими неприятностями.

"Не останавливайся", - идеально сгенерировал ответ программный код.

Затем выпало ещё одно сообщение: "На этом лимит вопросов исчерпан. Твой выбор. Сейчас или никогда".

Устрашающе. Ладно, хуже только смерть. Лови ответ: "Продолжить".

Кажется, я не ошибся. Появилась следующая фраза: "Ты мог бы просто ответить на вопрос, а затем завершить игру. Но тогда те, кто охотятся за информацией, которая попала к тебе, всё равно узнали бы, кому она попала, а свидетелей эти парни оставлять не любят. На самом деле, ты бы не дожил бы до полного окончания игры, ведь колесо событий, запущенных тобой, не являются частью игры и мне не подчиняются. Теперь же, если всё будешь делать правильно, то узнаешь кое-что про систему и, быть может, найдёшь способ спастись. Ты прошёл испытательный этап. Каким бы простым и явным он ни казался, ты всё сделал правильно. А шанс, как и в жизни, здесь один. Чтобы перейти на новый уровень, нажми "далее".

К моему изумлению, примитивный чёрный экран превратился в стандартное окно моей операционной системы, оформление стало куда более привлекательным, появились ссылки в виде окошек выбора - теперь не надо вбивать ответ, достаточно выбрать предложенный. Вот так трансформация. А содержание изменилось?

"Вопрос следующий: "Веришь ли ты себе?"

Я кликнул на варианте "да".

Тогда появилось следующее послание: "А как же твой первый ответ? Веришь ли ты в знаки?"

Опять появились варианты ответов.

Снова появился повод призадуматься. Всё, что произошло за этот день - мистика какая-то. Меня, если честно, привлекает мистика. Я люблю смотреть мистику - жанр кинематографической индустрии, люблю читать мистику - жанр художественной литературы, но я не предполагал, что однажды стану участником мистерии. А может, это мистификация? Чёрт, не о том думаю.

Я встал из-за стола и присел на кровать. Первым ответом было "нет", сейчас встаёт тот же вопрос, и от меня, по-видимому, требуется "да". Весь день мне сегодня доказывал, что знаки существуют. Но, если это так, почему я раньше не замечал их? Значит, попахивает мистификацией, либо я очень невнимателен. Гадание на кофейной гуще, карты Таро, даже эта голова, в рот которой нужно сунуть руку - всё это помесь оккультной философии объяснения мира и зрелищного циркового представления. Можно во что-то верить, что-то отрицать, но, увы, категоричность здесь терпит фиаско - человеческий фактор уже доказал себя на примере Джордано Бруно. Ну вот как можно в чём-то убедиться? А в особенности, в том, чему вообще нельзя найти аналогов. Как объяснить такие явления, как жизнь, разум? Опять тупик.

Верить ли в знаки или не верить? Это явно не вопрос для обсуждения, потому что к решению вопроса не подходят поверхностно. Нужно копать вглубь, понять причины и связи появления и функционирования компонентов. А единственными путями являются теоретическое размышление и естественный эксперимент. Почему-то мне казалось, что я, хоть и теоретик по темпераменту, не гений и мыслю по стандартному сценарию - так, как в меня вложило эту способность общество. В этом случае, оставался только опыт. Если события сегодняшнего дня принять за практические результаты, то эксперимент доказывает существование знаков. Тогда знаки - направляющие судьбы, те самые дорожные указатели. Но зачем судьбе направлять нас по верному пути, если этот самый путь заложен изначально в нас и лично от нас не требует никакой осознанности? Тут, как всегда редко, но метко в голове прояснилось: а что если есть нечто или некто, кто, помимо системы, желает влиять на разум живущих на Земле? Тогда и объясняется как появление знаков с одной стороны, так и восприятие этих знаков некоторыми из смертных с другой.

Секта? Секретная организация мирового регулирования? Тамплиеры? Масоны? Куклуксклановцы? Инопланетяне? Ведь кто-то или что-то устроил всё это? Но даже если они создают иллюзию судьбы, псевдосудьбу, и заставляют в это верить и этим руководствоваться, то придется ответить, что верю в знаки. Но это не так.

Я вернулся к компьютеру и ответил, как и в первый раз, отрицательно.

Появилось: "Ты веришь в Бога?" Были варианты ответов, но появилось поле для сообщений. Игра снова хочет общения.

Я застучал по клавиатуре: "Я не религиозен".

На экране высветился ответ: "Ты не ответил на вопрос".

"Да", - теперь ответил.

"Кто для тебя Бог?" - программа всё больше удивляла вопросами.

"Сила, создавшая из хаоса объединение связей, мир", - ответил я, не особо задумываясь.

На мониторе выполз вопрос на религиозную тему: "Как ты думаешь, мог бы Бог однажды явиться тебе в одном из своих проявлений и говорить с тобой, как об этом пишется в Библии?"

"Нет", - искренне ответил я. Ответил, как думал.

"Почему?" - не унималась игра.

"Потому что он во мне, он в каждом, он направляет нас, обходя наше сознание, и мы считаем это единственно верным вариантом. Ему просто незачем воплощаться в кого-то или что-то", - я попытался объяснить свой ответ.

Выпала ещё одна иронично-язвительная фраза: "Неплохая логика для глупца, ничего не знающего о реальности, в которой живёт. Что скажешь насчёт Дьявола?"

"Это религия. Я не религиозен", - повторил я для особо забывчивых.

"Ладно, опустим этот вопрос. Что тогда, по-твоему, то, что мною было названо знаками?"

Игра задала вопрос, над которым я уже успел подумать. Так делают специально, чтобы в чём-то убедить. Ведь верится именно в то, о чём, как тебе кажется, додумался сам. Специалисты создают условия для появления значимого вопроса, выводят тебя на ответ, а потом задают вопрос, чтобы акцентировать твоё внимание на нем, а потом удивляются и хвалят за гениальную догадку. На первый раз можно и повестись. Посмотрим, к чему это. Я ответил, как считал до этого.

Появилось следующее сообщение, содержание которого заставило насторожиться:

"Ты можешь подумать, что я веду тебя. Нет, я просто корректирую твой путь. Ты сделал выбор, и теперь моя задача помочь тебе. Все зависит от тебя, но не я строю козни, можешь доверять мне, по крайней мере, можешь доверить жизнь. Я - всего лишь программа, пассивный помощник. Пассивный, но не бесполезный. Нужно лишь задавать правильные вопросы. А теперь я дам тебе отдохнуть. До завтра. И запомни: верь себе, потому что даже иллюзии не бессмысленны".

Программа закрылась. Закрылась, как только я дочитал. Я попытался запустить её снова, но высветилось сообщение об ошибке: "Приложение не может быть запущено". Интересно. Откинувшись на спинку кресла (все это время я был почти погружен в экран), я закрыл глаза - они болели. Первое, это всё-таки программа! Хоть с чем-то ясно. Второе, кажется, я только в начале. Из каждого нового разговора с игрой я узнаю нечто новое, удивительное, страшное, не похожее на правду. И что с этим всем делать? Это и вправду игра, которая может привести неизвестно куда и к чему. Третье, либо игра читает мысли, либо её составлял психолог, иначе не было бы первых фраз в прощальном сообщении. Четвертое, как-то странно выглядит факт, что игра сначала обманом заманивает в сногсшибательный игровой процесс, затем пропускает через психологический пресс реальной опасности, а в завершение, как бы извиняясь, претендует на роль друга. Ради чего всё это?

Может, это какая-нибудь зловещая шутка богатеев, которым нечем заняться? Хотя нет, это уже было в сюжете какого-то фильма. В любом случае, гуманизмом здесь не пахнет.

Посидев ещё минутку зажмурившись, я включил телевизор - там как раз начинались новости.

Диктор как всегда оптимистическим голосом рассказывал о самых негативных событиях последнего дня. Начиная с самых ужасных и громких. Однако одна новость заставила меня улыбнуться. Как говорится, меньшее из двух зол: "Сегодня в ДТП в г. Видном рядом с автобусной остановкой пострадал пешеход. Девушка была вовремя доставлена в больницу. Сейчас её здоровью ничего не угрожает. Врачи говорят, она родилась в рубашке - отделалась лёгкими повреждениями..."

Ну, и хорошо. Хорошо, что всё обошлось. На этот раз. Значит, пока себя можно простить. Значит, не всё так плохо. Главное, чтобы этот капитан глаза не мозолил. Надо же, повезло любителю компьютерных игр и супериллюзий попасть в реалити-шоу, квестовую игру с пока неизвестными героями и неясными правилами. Интересно, в конце этого приключения я получу ответ на волнующие меня вопросы? В любом случае, финал не может оказаться неинтересным.

Обрывки этих мыслей преследовали меня весь вечер, пока занимался выполнением домашнего задания. Время пролетело незаметно, и, когда я отвлёкся от создания презентации по заданной теме (что было последним из заданий), стало ясно, что время приближается к девяти часам. Я довольно утомился, поэтому решил прилечь. Но я не хотел переноситься в утро следующего дня, не проделав ещё одной операции. Но глаза закрывались сами собой, а тело размякло от усталости. Вследствие действия этих биологически законных факторов я уснул.

Сцена 8.

Вот это сон! Помню не отчетливо, не всё, но это была погоня. Я бежал за чем-то тёмным, как будто кто-то был одет в чёрный плащ. Вокруг было темно, и я еле различал убегавшего. А, может, это и не человек был вовсе. Но я не догнал.

Давно мне сновидения не снились. Тем более, такие. Поэтому я, наверно, и не задумывался о том, что такое сон. Это слишком сложно и непонятно для меня. Вроде ясно - так думают и говорят многие - сон является калейдоскопом случайных обрывочных образов, отражающих аналитическое состояние мозга как следствие работы нейронов, когда разум пытается разобраться со всей поступившей за день информацией и разложить всё по полочкам. Но все ли так ясно и просто? Опять же, пресловутый категорический фактор. Эксперименты показывают, что мозг очень активен в то время, когда остальные функции жизни приостанавливаются, он просто перестраивает свою работу. Между тем, сон для организма важнее пищи. Ну, ладно, с процессом пусть разбираются ученые, а вот что насчет самих сновидений? Что они показывают? Просто иллюзии, основанные на воспринятом (воспринятое служит материалом), или некое действие извне в случае, если речь идёт о вещих снах и предвидении? Если встречу колдуна какого-нибудь или предсказательницу, обязательно спрошу, что об этом думает.

Ну, всё, кажется, окончательно проснулся. Действительно, сон был странным. Люблю такие: хоть не банальность.

Взглянув на часы, сравнительным анализом цифр до и после двоеточия определил, что время перевалило за полночь. Значит, сейчас уже завтра. Ради интереса, я снова попытался запустить игру. И почему-то удивился, когда она запустилась.

"Привет ещё раз. Странно, мне казалось, что тебе нужно больше времени для отдыха. Однако у тебя его мало. Я не могу тебе подсказывать - это твоя игра, поэтому тебе придётся спрашивать, чтобы что-то узнать. Сейчас же предлагаю тебе подумать над следующим вопросом: "Веришь ли ты в себя?"

"Не совсем", - ответил я.

"Опять ты спешишь с ответом! Подумай день, завтра ответишь".

И выключилась.

Опять?! Разве нельзя было обойтись одним испытанием? Или это только начало. Интересно, что завтра произойдёт? Если у меня не поедет крыша, не выпрямит все извилины, не произойдёт психического расстройства к концу этого испытания, я буду очень признателен.

Верю ли я в себя? Это ведь вопрос о самооценке. Вполне логично, что игра, цель которой - раскрытие абсолютной правды обо мне (если это не обман, что более вероятно), должна касаться моей волевой сферы деятельности. А ещё этот вопрос, быть может, задают спецагенты, когда вербуют новые кадры. Сомнительное, в общем, дело.

С этими мыслями я уснул. Операция, которую хотелось проделать, была выполнена удачно, вот только это не навеяло восторга.

Одно я знаю точно: заметил, что если ночью видишь сны, то высыпаешься. А я снова видел эту тень. А как ещё можно назвать непонятную чёрную массу, убегающую от тебя по тёмному переулку? Пусть будет тенью, пока не получится подойти поближе. Да, давно мне сновидения-сериалы не снились. Лет с пятнадцати, когда я целых три ночи подряд сражался с вампирами. Это, наверно, единственное, за что спасибо голливудским ярким картинам - целых три сна со мною в главных ролях. Я победил, несомненно, однако эта история мне запомнилась. Надо будет книжку написать, если время появится - лет этак к пятидесяти, когда на пенсии заняться будет нечем. Вампиры - тема хоть и избитая, но до сих пор привлекает большую часть населения, любящих нечто эдакое. Несмотря на довольно размытое объяснение существования вампиров (они всегда пили, пьют и будут пить вашу кровушку, такова уж эволюция), они заняли достойную нишу в мифологии, художественной литературе и киноиндустрии. Наравне с драконами. Между тем, поверить в существование драконов во всеобщем понимании проще, однако категорически говорить о вампирах нет смысла - презумпция невиновности (пока не доказано обратное), как и про всё, что нас окружает. Иллюзия так тесно смешалась с реальностью, что если не дать четких правил, скоро можно будет запутаться. Особенно в этом плане меня забавляют зомби. Герои многочисленных фильмов ужасов, эти безобидные трупы безобидных людей кочуют с картины на картину, пожирая всех, кто реально тормозит. Эй, пока не поздно, повернись, они сзади! Шутка. Или нет? Не хочешь быть съеденным, посматривай иногда по сторонам. Да, культивирование страхов у них получается особенно хорошо. Величайшая отговорка: эти фильмы про людей. Оговорка по Фрейду: точнее, про их отсутствие.

Иллюзии сплошь и рядом, уже и не знаешь, во что верить. Может, хоть игра поможет? И тут меня передёрнуло: это ведь я захотел в неё играть, бессознательно, а не её обман втянул меня в это. Несмотря на мой трусливый характер, я не мог устоять от возможности хоть немного свернуть со стандартного направляющего сценария, когда кукловоды задают направление пешкам, подчиняясь более хитрым кукловодам, которые являются не самыми продвинутыми в данной цепочке. Самое интересное здесь то, что каждый уровень кукловодов считает себя последним. Ну, да ладно, не дорос ещё, чтоб рассуждать об этих скрытых уровнях управления.

Я всё думал, почему после первого вопроса я стал замечать знаки. Сначала игра акцентировала на этом внимание, забросив удочку, чем перевела моё обыденное внимание во время передвижения по городу с интровертивного в экстравертивное. Проще говоря, в обычное время я еду в замкнутом состоянии, в диалоге с самим собой, и поэтому многое вокруг себя происходящее попросту не замечаю. Но ведь это, всё равно, не объяснение. Наверно. Может, пройти курсы разведчиков? Как-нибудь в будущем.

Я спускался к платформе. Сейчас должна подъехать электричка, я в неё должен сесть и поехать в университет. Никаких знаков. По крайней мере, я со всех сил пытался их не увидеть. Какая-то ответная реакция отрицания - слишком всё идеально складывается: такая, мол, хорошая программа, призвана сделать из мартышки человека, - это только в утопиях можно прочитать. Однако я согласился, и теперь по праву могу называться игроком. Пока кирпич на голову не упал (опять же, руководствуясь "знаками"). Интересно, когда начнёт действовать этот этап? Вроде, и целый день дан, а пролетит - не заметишь. В университете сегодня должен был быть сложный день: несколько семинаров; потом надо было заехать по поводу работы и уже устроиться куда-нибудь, потом с этой игрой нереальной разобраться. Надеюсь, осталось недолго - за неделю управлюсь.

Вот об этом я думал. Хотя нет, об этом я хотел думать, но в голове никак не укладывалась вся эта глупая, нереальная история. Почему я, почему именно сейчас - что, уже моя очередь на тестирование по основным социальным показателям? Кто вообще создал эту игру, кому ума хватило написать такую программу? Что с этими дисками делать, может, выкинуть к чёрту? Да, довольно жесткий выбор - быть прагматиком и всецело практически направленным субъектом (или объектом) общества без особого творческого начала, то есть обычным из большинства, либо блуждать по задворкам сознания и реальности, пытаясь найти фантома (намного хуже, если фантом окажется химерой в обоих случаях определения). А я не решаю этого. Такое ощущение, будто всё само собой складывается, и череда выборов будто прописана в каком-то алгоритме, касающемся каждого отдельного человека. Эта идея имеет право на существование, пока не доказано обратное, причём на неё удобно опираться, на вопрос: "Почему так?" отвечая: "Судьба так сложилась".

Общее пессимистическое настроение этим утром складывалось по нескольким причинам: погода, про которую не говорят плохо, недосып из-за ломаного графика сна и странный вопрос, который пока не желает реализоваться в ситуацию, выводящую ответ. Поэтому и мысли такие неестественные, тусклые.

Поездка в электричке - ничего, в метро - ничего, такое ощущение, будто игра про меня забыла. А, может, это я сам всё придумал? Я бы мог предположить, что игра строится только на случайных совпадениях, когда индуктивным методом раздуваешь из мухи слона, но ведь был капитан Каврин, который (по словам программы) не является частью игры.

После метро я прямиком направился к университету. Плохое настроение с утра - это могли исправить только два человека.

На крыльце меня со всей дружественной силы ударили по спине. Обернувшись, я узнал Данилу, который, к счастью, был в куда лучшем настроении, чем я.

- Эй, чего грустим? Хуже уже не будет, лучше уже не станет, - Данила всегда мог поддержать и утешить в трудную минуту.

- Погода мне чего-то не нравится, - решил я с чего-то начать, - ещё недавно солнышко было, теперь тучи нагнало, влажность, как в тропиках, фу, неприятная погода.

- А ты не о погоде думай, ты попробуй о девушках подумать, и настроение сразу улучшится, поднимется, так сказать, - подтрунивал надо мной друг.

- Ага, встанет, - я оценил его скрытый пошлый юмор.

- Слушай, я вчера с девушкой одной познакомился: ничего себе, симпатичная. Так вот, у неё подружка есть, вроде, в твоём вкусе. Не желаешь познакомиться?

Я пристально и с прищуром посмотрел на друга.

- Да ладно, не надо смотреть на меня как на врага народа, - ответил он, скорчив гримасу, - где ещё погуляешь, кроме как не в универе? - и, сменив тон, продолжил. - К тому же, предложение ограничено. Если вы желаете попасть в список участников акции, пошлите смс со словом "Love" на номер...

- Всем здорового здравоохранительного здравия, автохтоны! - обходя по левому флангу, локтем в бок состыковался Вова.

Да, как же я всё-таки счастлив, что не ошибся с друзьями. Отвесив ему ответный кулаком по плечу, я в первый раз за утро улыбнулся и решил сегодня обо всем им рассказать. Надо только время поудобней выбрать.

Сцена 9.

На одной из перемен мы снова встретились.

- Как вы думаете, что такое душа? - Владимир после занятия философией решил немного над нами поиздеваться.

- Может быть, это энергия? - предложил самый явный, простой и идеальный ответ Данила. Всё гениальное просто.

Исходя из того, что у меня только что прошёл удачный семинар, я охотно включился в разговор:

- Но если это энергия, то по закону сохранения энергий она должна откуда-то возникать и во что-то перевоплощаться.

- Опять ты со своей физикой! - недовольно пробурчал Вова, но на секунду задумался, очнулся и выдал: - По религии душа вечна, по физике энергия воплощается в одной из своих форм, постоянно меняясь. Если предположить, что душа - энергия, то должен быть некий аккумулятор...

Тут осенило Данилу, и, перебив запнувшегося Вову, он закончил фразу:

- Который был бы способен удерживать душу в теле, не давая ей полностью истратить свою сущность, а также генерировал бы энергию души в рождающемся организме.

- Опираясь на набор генов, - добавил я, чтобы с ходу нельзя было обвинить наше предположение в отсутствии связи с научной реальностью.

- А вообще, - продолжал я, - сейчас глупо говорить о том, что даже сложно представить.

- А о чём говорить? О погоде, может быть? - скучающим голосом заныл Владимир.

- Я тут заметил, - вставил Данила, - что у нас, только три темы разговора: как дела, тайны мирозданья, и ты знаешь последнюю (он обратился ко мне).

Вова не стал уточнять - по моей мимической реакции и так всё стало понятно. Вдруг он вспомнил:

- Кстати, у тебя там проблемка завалялась какая-то?

- Есть кое-что, - у меня сразу упало настроение. - Та программа, которая случайно оказалась записанной на мою флэшку - я тебя про неё спрашивал - очень дурно на меня влияет.

- Скрытое порно или домашнее видео? - сострил Данила.

- Думаю, вы с таким ещё не сталкивались, - ответил я серьёзно, - тут кое-что посильней. У меня есть диск, на котором записана кое-какая информация, но текст не распознаётся. Вова, разберёшься?

- Ну, если это нужно, - Владимир никогда не выполнял лишнюю работу (конечно же, лишнюю в его понимании).

Покопавшись в портфеле, я передал ему диск. Данила, между тем, задумался. И вскоре у него действительно родилась мысль:

- А с чего это человек возомнил себя пупом земли? С чего мы решили, что сотворены по образу и подобию, почему думаем, что душа есть только у человека, а всё остальное - языческая культура? Вообще, что более вероятно, душа - это энергия жизни, энергия соединения.

- Честно, я не уверен, что душой обладают только живые существа, - почему-то я хотел высказаться. - Не думаю, что биоток отличается от обычного, нейроимпульсы - та же тема. Единственная загвоздка - в эволюции.

- А в чём загвоздка? - поддержал меня Данила. - Не в процессе ли эволюции образовалась, наконец-то, планета, пригодная для появления следующего этапа? Живое и неживое - это просто название категорий, чтобы не путаться.

- А ведь в начале, по теории большого взрыва, было лишь два вещества - водород и гелий, - вспомнил я давно прочитанную научную статью из журнала.

- Интересно, а следующий после нашего этап - это искусственный интеллект? - предположил Вова.

- Параллельно живое и неживое развивается до некоего максимума, - начал я.

- Пока не появился разум, - продолжил Владимир.

- Чтобы объединиться в идеальное ОНО, - подытожил Данила.

И тут прозвенел звонок.

Снова распрощавшись, мы разошлись по кабинетам. В этот день я их больше не смог увидеть. В портфеле зачем-то лежали два диска, а я всё думал, к чему приведёт моё любопытство. И всё-таки не надо было впутывать Вову.

Сцена 10.

Моё имя - Давид. Это как из легенды о Давиде и Голиафе. Интересно, на мой век тоже найдётся Голиаф или мне суждено прожить более скучную и безызвестную жизнь? Ничего, эгоизм - не самое ужасное качество. На работу приняли и ладно.

Я шёл по улице, на которой был второй раз. В первый раз полчаса назад я искал адрес. В этом городе так просто потеряться. И даже не вследствие того, что он большой. Одинаковые жилые многоэтажки, стандартные подъезды, даже планирование зданий наводит на мысль, что город строился из одинаковых деталей конструктора. Так оно и было. Вообще, ориентироваться можно по магазинам - хоть они в разных местах отличаются. Правда, в последнее время стало выгодно образовывать сеть из огромных торговых комплексов, так что и с магазинами теперь туго - все на одно название.

В принципе, планировка города не вызывает раздражения. Он обустраивался и расширялся по мере необходимости, поэтому основными транспортными путями являются кольцевые авто- и железнодорожные линии. Конечно же, при этом самым развитым оставался и остаётся центр. Там заседает власть страны, там находятся самые значимые памятники истории и культуры. Там обычным людям делать нечего. Самый центр, абсолютный ноль страны - точка отсчёта всех дорог.

Столько лет в этом городе, а в исторических и развлекательных местах почти не бывал. Ничего, переживу. Меня сопровождал моросящий дождь, на улице заметно похолодало, и, несмотря на то, что я по жизни дружу с холодом, меня порой передёргивало от атак хитрого ветра. Уж теперь-то ему можно повеселиться, издеваясь над прохожими: если раньше они закрывались тёплой пуховой броней, то от влажного ветра в прохладную погоду ничего не спасёт. Все они, подгоняемые ветром-хулиганом, спешили укрыться в зданиях и транспорте. А я все шёл, пытаясь не обращать внимания на ветер - кто-кто, а он мне ничем помешать не сможет. Пусть даже позовёт своего старшего брата. Подумаешь, ветер.

По пути ко мне подскочил прохожий с вопросом: "Не подскажешь, как попасть на эту улицу?" Я сначала хотел ответить, что не местный, но меня спрашивали как раз о той улице, на которой я искал работу. Я объяснил, куда идти. Затем бросил пару монет играющему в переходе гитаристу - с меня не станется, а песню он красиво исполнил, как раз по настроению. В метро помог одинокой бабуле с неудобной сумкой. Женщина, разбираясь в телефоне, попросила показать одну функцию - и с этим я справился. Удачно попал на электричку - повезло, она задержалась на пару минут, что оказалось как раз на руку. В электричке, убегая от контролёров (вот такой я злостный нарушитель закона), в стыке между вагонов совершенно случайно обнаружил довольно значимой стоимости дензнак. Утопив купюру в кошельке, я продолжил путь. На последней остановке тоже не пришлось долго ждать. И вот я дома. Честно говоря, такого везения давненько не было со мной. Надо бы спросить кое-кого, точнее, кое-что об этом.

"Ты веришь в себя?" - на этот раз игра не утруждала себя приветствием.

"Хотелось бы, по крайней мере, ты в этом умеешь убеждать", - мне стало интересно общаться с игрой. Как бы это странно ни звучало.

"Ты о чём? Тебя никто ни в чём не убеждал".

"Сегодня был такой удачный день, на редкость удачный, даже неестественно удачный. Уж не знаю, кому спасибо сказать".

Ответ игры был великолепным: "Себя поблагодари, я здесь ни при чём".

"Ты ещё скажи, весь день - истинно моя заслуга", - написал я.

"Нет, но и моей заслуги нет. Просто для тебя пока удачно сочетаются вопросы с ответами. Тебя даже можно назвать везучим".

"Никогда бы не поверил в свою везучесть".

"Вся проблема в тебе".

"Я это уже понял. Моя вера в себя непостоянна и складывается из ситуаций".

"Заниженная самооценка и высшая степень эгоизма - адская смесь. И как ты с этим живёшь? Ну ладно, с этим сам разберёшься. Как ты понял, сегодняшний день являл собой лирическое отступление от главного сценария. Прежде чем пойти дальше, я могу ответить на твои вопросы".

"Кто тебя создал?" - пора начать задавать существенные вопросы.

"Не знаю. Невозможно определить создателя: нет доступа".

Что же спросить такого, чтобы получить реально нужный ответ?

"На что ты запрограммирована?"

На этот раз ответ куда более конструктивный: "На помощь тому, кто согласился. Ты согласился. Моя задача - довести тебя до конца, завершив историю, вследствие которой я был создан".

Ну да, всего лишь небольшая история.

"И как ты это собираешься осуществлять?"

"Просто следуй моим указаниям, но не глупи: я показываю направление, но не учитываю мелочи, которые могут повлиять на твоё состояние. Твой последний вопрос?"

"Я впутал в эту историю друга. Это было ошибкой?"

"С этим разбирайся сам. В любом случае, если ты хочешь взять с собой в это приключение друзей, то это твой личный выбор. С другой стороны, сообща с людьми, которым доверяешь, будет куда легче".

"Можно последний вопрос? Почему бы тебе сразу не раскрыть мне весь расклад, всю информацию, которой обладаешь?"

"Потому что я не обладаю знаниями, не знаю никаких тайн. Это всё мелочи - с ними разберёшься и сам, когда поймёшь, от чего отталкиваться. Я лишь предположительно знаю путь, метод, который поможет выйти на нужную тропу. Проще говоря, я буду говорить, как, ты будешь понимать, что. До завтра".

Игра опять отключилась. Ну что ж, до завтра, так до завтра.

В целом, меня эта затея интриговала, даже немного радовала - а, может, и вправду в конце какой-нибудь презент выпадет? С одной стороны, не верить программе нет смысла - как машинный код может влиять на события жизни? Непостижимо. С другой стороны, что, если это действительно чья-то злая шутка в стиле фильмов про богатых умников, играющих обычными людьми в свои азартные игры? Хотя эти богатые дядьки и без особых затруднений этим занимаются - им просто незачем устраивать театральное реалити-представление и создавать суперпрограмму, способную завязать любой разговор.

Стоп. Программа сама по себе не может моделировать фразы в диалоге, это просто предельно сложно учесть во время разработки. Другой вариант - связь по интернету. Но и тут прокол - у меня нет глобальной связи с окружающим миром. В чём тогда дело? В самой этой игре столько же удивительного и непонятного, сколько в том, что происходит.

Так, между прочим, в ожидании полуночи решил выполнить задания, предложенные на дом. В то время как я пристально изучал кое-какой вопрос, зазвонил телефон. Это был Владимир.

- Добрый вечер, Давид батькович, - поздоровался он радостным тоном и в том же позитивном ключе продолжил, - я всё сделал, как ты просил. Тут только загвоздка: нужно пароль ввести из пяти символов, но только четыре раза, иначе программа уничтожится. Что скажешь?

- Спасибо тебе большое, - для начала поблагодарил я. - Не говори больше ничего, давай завтра разберёмся. В кабинете информатики.

- Хорошо, пока, - всё так же, на позитиве, закончил Вова и положил трубку.

Интересно, о каком пароле идёт речь? Мне в голову пришла кое-какая мысль. В обычной ситуации я бы предположил её как самую невозможную, но за последние пару дней мне стало понятно, что, в принципе, нет ничего невозможного. Итак, завтра узнаю, догадлив я или нет. Ну, а пока следовало дождаться следующего сеанса связи с игрой.

Тень куда-то пропала. Там было темно, поэтому пробирался на ощупь. Не видно ни зги. Шаг за шагом шёл вперёд, но охватывало ощущение, что стою на месте. Вдруг ведущая нога не почувствовала опоры при приземлении. Я сразу же потерял равновесие и камнем полетел вниз. Яма оказалась небольшой в диаметре - я успел ухватиться за края. Послышался странный звук. Я устремил взгляд в сторону его возникновения. По-видимому, это была тень. Тёмно-зелёные горящие глаза, гипнотизирующие, подчиняющие, но, кажется, незлые. Просто грустные, как будто вся грусть вселенной заключалась в них. Глаза приближались, но осторожно, не спеша. Странным образом, края ямы оказались предательски скользкими, и я чувствовал, что медленно, но неизбежно соскальзываю в пропасть. Все слабее я удерживал своё тело в относительно безопасном положении. Тень подходила всё ближе: может, она поможет? Но вдруг она встрепенулась и немедля ринулась назад, исчезнув во тьме. Я не понял, что произошло, но через мгновенье услышал за спиной чьё-то дыхание. Секунду спустя, напротив моего лица загорелись красные, ядовито-огненные глаза - будто из самой Преисподней явились за моей жалкой душонкой. Злобное шипение могло означать лишь готовность напасть. Но тут я окончательно потерял власть над физикой своего тела и, соскользнув, полетел вниз. И - проснулся. В холодном поту и испуганным.

Время нулей. Ровно полночь. Спал - как будто и не спал вовсе, хотя прошло немало часов. Помятый, словно из-под катка, я сел за компьютерный столик. Только было заработал компьютер, как всё выключилось. В холодное время года здесь часто вырубается свет: дело в том, что даже при слабой проводке всё равно популярностью пользуются электрические нагреватели. Проводка не выдерживает, и происходят сбои с электрообеспечением. Иногда свет отключается на пару минут, иногда на полдня - в зависимости от оперативности ремонтной службы. Проблема только в том, что вряд ли этим вопросом будут заниматься в двенадцать ночи. Поэтому выигрышнее всего лечь спать. А ведь и вправду похолодало. Да и сны эти странные. Кажется, тёмное время года вошло в силу.

Сцена 11.

Утром я проснулся бодрым и выспавшимся. Впервые за довольно длительное время. Свет уже починили, но утром заходить в игру времени не нашлось. После минутного рассуждения я решил взять флэшку с игрой с собой. Не знаю зачем, но мне показалось, что со мной ей будет безопасней. Вторую флэшку я банально спрятал в шкаф. Проделав все утренние процедуры, я успел подскочить к отъезжающему автобусу, заработав позитивное начало нового дня. Что принесёт мне первый официальный день зимы, посмотрим, но настроение было на высоте - самый актив внутренней энергии.

Мороза ещё нет, но ветерок стал заметно злее по сравнению с парудневной давностью. Даже вчера он не так свирепствовал. Его можно понять: он ожидает прибытия хозяйки - великой Снежной Королевы, - которая наделит его несравнимой силой, силой отбирать тепло. Небо стало тяжелее. Теперь, кроме нагнетания, от него веет холодом. Солнце перестало смеяться уже давно, и теперь его заметно не хватает. Зима исправит ошибку поздней осени - вернёт людям солнце, вернёт свет, но заберёт тепло, которое копили все предыдущие месяцы: в принципе, ничем не отличается от политической гонки перед выборами. Ничего, за всё надо платить. В целом, стандартный погодный сценарий.

На пороге университета меня встретил Данила, окружённый девушками своей группы. Не подумайте превратно, парни из его группы тоже там присутствовали.

- Девчонки, привет! - в любой ситуации правила приличия забывать не следует. Хотя в разных местах эти правила и различаются существенно. Не дожидаясь ответа, я обратился к другу, - достойный ли повод, чтобы уровень моего достоинства и мировоззрения позволил мне присоединиться к вашему бесформенному обществу манящих форм (эту фразу слышал только Данила)? Чего вы здесь столпились, проход заграждаете?

- Тут затея такая, - объяснял Данила. - Человек к нам приезжает, вот, минут пять назад узнали. Важный такой человек, человечище просто. Нам сказали внутри ждать, но соблазн увидеть первыми взял верх.

- А кто едет-то? - меня заинтриговала цель собрания.

- Угадай, - хитро прищурился друг. Он улыбался и ждал, что я отвечу.

- Депутат какой-нибудь? - я предпринял первую попытку догадаться. Неудачно. Данила покачал головой, а потом поднял взор вверх, показав глазами, куда нужно двигаться для нахождения верного ответа.

- Может быть, мэр? - второй раз попытался я. Но опять неудачно - взгляд взлетал все выше и выше, устанавливая завышенную планку.

- Что, целый премьер-министр? - в моем голосе появились нотки удивления, хотя я очень редко чему-то удивляюсь. Вообще, вижу мало поводов для удивления: вот, например, в ни чем не примечательный день посещение очень важным, как выясняется, государственным лицом ничем не примечательного университета.

Но и на этот раз Данила отрицательно помотал головой.

- Да ладно тебе, - удивление прошло, но это было странно с учётом того, о ком реально шла речь. Что он здесь забыл?

- Да ты меня разыгрываешь! - через секунду воскликнул я, толкнув друга в плечо. - Какой, к чёрту, Президент в среду утром?

- Не хочешь, не верь, - спокойно ответил друг, но улыбаться не перестал. Только пальцем показал куда-то за мою спину. - Кстати, вон кортеж.

Я повернул голову и вправду увидел вереницу из нескольких чёрных автомобилей с государственной символикой. Удивительно, но это был Президент.

Впереди ехала одна из машин средств массовой информации - журналисты и репортеры упорнее сыщиков следили за всеми событиями, в особенности, с участием первого человека государства. Самый рейтинговый образ, что поделаешь. Когда автомобиль Президента остановился, видеокамеры, фотоаппараты и диктофоны уже дрожали от нетерпения и жажды новой информации.

Я уже готов был воочию увидеть главного гаранта существования страны, но, как всегда, кое-что произошло одновременно с этим событием и воспрепятствовало исполнению давней мечты.

Этим кое-что было появление Вовы. Точнее, человека, что шёл за ним. Так как я надел очки, чтобы лучше разглядеть Президента, то этого человека узнал сразу. Правда, теперь знакомый полицейский был одет приличнее, в официальный чёрно-белый костюм повышенного качества, но это не предрасполагало меня к общению. Да и на стража правопорядка он стал похож ещё меньше. Это был названный капитан Каврин.

Мне не было дела, почему он здесь и почему в таком не особо маскировочном образе, поэтому, прежде чем он мог меня заметить, я повернулся и, попросив Данилу направить Владимира, куда договаривались, быстро вошёл в университет. Не ожидая подхода Вовы, я поднялся к интересующему кабинету. Повезло, он открыт. Я вошёл и занял одну из машин (мне нравится такое официальное название компьютеров в компьютерных классах). Через пять минут подскочил Владимир, и, не забыв поздороваться, достал диск и загрузил в компьютер. В открывшейся папке он запустил приложение. Прокомментировал так:

- Ни один файл не открывается напрямую. Можно только через эту программу.

На дисплее светилось окошко: "Введите пароль. У вас 4 попытки, иначе программа будет ликвидирована". Я посмотрел на Вову:

- Молодчик. Зачётно сработал. Спасибо.

- Не за что, - стандартно ответил друг. - Только у меня пара вопросов. Один логический: откуда у тебя это? И второй, адекватный: ты знаешь пароль?

Я решил всё рассказать. По крайней мере, теперь было с чем разбираться и что объяснять. На весь рассказ ушло минут пять: за это время он узнал, что за программа оказалась у меня на флэшке, что происходило все эти дни и как у меня оказалась эта информация. Символично выдохнув в конце сумбурного рассказа, я поглядел на Вову, ожидая оценки.

- Чего-то ты перегнул, парень, - по-свойски оценил Владимир, - либо тебе крышку снесло, либо ты разыгрываешь меня. Но, в любом случае, давай разберёмся с паролем: уж очень хочется узнать, что там скрыто от нас.

- Запретный плод сладок, - пролепетал я, пропустив мимо ушей его критику, - а сейчас проверим, насколько я могу в себя верить.

Владимир не понял, о чём я, но ничего не спросил, только головой мотнул. Я немного покопался в портфеле и, наконец, достал блокнот. Там были записаны символы-знаки, которые мне удалось вычленить методом анализа из картинок на рекламных плакатах в метро. Получалось как раз пять символов, но нужно было решить, в каком порядке их вводить и правильно ли я их понял. Может, они вообще не подействуют, но на данный момент никакого другого варианта не было, а терпения уже не хватало.

Итак, "7", "5", "Д", "К", "О". Это в том порядке, как я их записал, когда поднимался по эскалатору. Так и ввёл. Нажав заветную клавишу принятия кода, я получил отрицательный ответ. Вова подсел поближе. Через пару промахов у него появится повод пошутить и посмеяться.

Может, в обратном порядке, кто его знает? Попробовал - но тщетно.

Владимир, иронично улыбаясь, взглянул в мой блокнот. Осталось ещё две попытки.

А что если не "О", а "0"? Не буква, а число? Я попробовал ещё раз, но и так неправильно.

Вова наигранно задумчиво протянул:

- Оста-а-ла-сь после-е-дняя попы-ы-тка.

Я ничего не ответил. Оставался ещё один вариант, в обратном порядке, начиная с нуля. И последняя попытка. Была - не была. Я напечатал последнюю пятерку символов, и палец повис над клавишей принятия. Я посмотрел на Вову.

Он злобно прошипел, размахивая кулаком перед носом, моим носом:

- Ну, если зря пропал мой пятиминутный труд вчера вечером... - и специально не закончил фразу.

Конечно, он шутит, но ведь у меня действительно последняя попытка. На этом диске. Этот ведь не знает о других копиях. Ладно, пусть позлится - я жму.

"Пароль принят. Вход выполнен. Программа защиты будет выполнять проверку пароля при каждом запуске. Данные, находящиеся в юрисдикции программы, представляют собой сверхсекретные данные, которые сами по себе являются угрозой существования индивида, обладающего ими. Прочитать послание?"

- Довольно интригующе, - пропел Владимир, ёрзая от нетерпения, - давай, почитаем, что за послание.

Я не стал ему перечить. Интересно, насколько это серьёзно?

Появилось следующее: "Наверно, я уже мёртв, когда вы читаете эти строки, поэтому я предостерегаю вас: не шутите с этим! Эта информация была добыта нелегальным путём - я взломал некоторые секретные архивы государств, поэтому не верить этой информации не вижу смысла. Более того, наверно, это единственная достоверная информация по данной тематической категории. Вы впутываетесь в очень опасную игру, будьте осторожны. Я пишу эти строки в надежде, что хоть кому-нибудь, кроме меня, станут доступны тайны, которые фанатично и предельно скрытно хранятся в высших эшелонах мировой власти. Вы можете не верить, можете сомневаться, это даже хорошо, но запомните, что за это уже отданы жизни, значит, всё не просто. Я попытался разгадать одну из тайн, добраться до её разрешения, но, чувствую, эта истина меня погубит. Чтобы вам было ясней, скажу: за этой защитой скрывается не просто информация, здесь расследования и доказательства теорий, а также закрытая область - тайна, которую можно раскрыть, но она закрыта искусственно, чтобы не влиять на существующий порядок вещей. Главное, не поддавайтесь искушению. Наверное, всё. Кстати, пароль я ввёл случайный, и сделал это по просьбе своего друга - не знаю зачем, ведь разгадать его невозможно - любая попытка взлома вызовет форматирование. Надеюсь, мой советник оказался прав, иначе весь труд оказался напрасным".

Выскочило ещё одно сообщение: "Блок снят. Вы можете обратиться к любому файлу".

- Открой что-нибудь, - у Вовы загорелись глаза. Такое бывает крайне редко, только когда что-то действительно может его заинтересовать. Истинное качество семьянина.

Я собрался было последовать его просьбе, но тут дверь кабинета распахнулась, и внутрь вошёл человек, которого я очень не хотел бы видеть именно в этот момент. Как не кстати - это был...

- Капитан Каврин, - представился он, - вы меня помните? - закрыв за собой дверь изнутри, он вошёл в кабинет.

За секунду до этого я чудом успел закрыть окно программы. Если верить написанному, при следующем запуске снова нужно ввести пароль. Надеюсь, капитан не заметил.

- Новый костюм? - я решил начать с отвлекающих вопросов.

Капитан, улыбнувшись как-то неестественно, присел на свободное кресло напротив нас. Действо происходило в стандартном кабинете информатики: внутренний круг стульев относился к круглому столу для лекций, внешний - к компьютерным столикам.

- Что может быть интереснее приезда Президента? - поинтересовался он.

- Новая игра, - заявил Вова, несколькими ударами по клавишам запустив новый популярный компьютерный шутер. - Когда ещё такой шанс поиграть появится?

Капитан немного прищурился и соединил руки перед собой, скрестив пальцы.

- Парни, вы не в те игры играете, - как бы невзначай заметил капитан. Не знаю, что он имел в виду, но для меня эти слова прозвучали довольно неоднозначно. Этому способствовал и его голос, выразительный, мягкий, но было ясно, насколько он может стать твёрдым в нужные моменты.

- Там интереснее, чем здесь, - сказал я. Если бы не завальная учёба на этом курсе, я бы ни за что не забросил игры - там реально интереснее. Особенно тому, кто ищет новые образы и... иллюзии? Я действительно думал так, года три назад, сейчас же не хотелось вводить капитана в курс последних событий.

- Позвольте с вами не согласиться, - выступил Каврин, - игра создаётся на основе реальности, как один из её фрагментов, поэтому она не может быть интереснее. Априори жизнь богаче и ярче на краски и образы.

- Создатели игр так не считают, - заступился Вова, - вон, как раскрутились.

- Придумали всякой чуши, намешали со всех философий, религий, мифов, - говорил капитан, - эльфы, гномы, орки, мечи, топоры, пулемёты, плазменные пушки, один или целая толпа героев в битве с нежитью, которая восстала, чтобы захватить мир живых и куча всего прочего - так реальность замещается бесформенной массой образов, не укладывающихся в голове.

- А вы разбираетесь в играх, - с видом знатока оценил Владимир.

- Несомненно, - хитро проронил Каврин, посмотрев на часы. - А вот вы не совсем.

Капитан встал с кресла и достал из-за пазухи пистолет.

- Предлагаю вернуть мне носитель с информацией и, желательно, пароль.

- О чём вы? - не понял я, выразив истинное удивление.

- Флэшка, которую, как всё-таки оказалось, вам передал тот преступник, скрываясь от нас, мы уже нашли, - обрадовал меня Каврин. Значит, и дома побывать успел?

- Чего же вам от меня нужно? - по-моему, я задал вполне логичный вопрос. Направленное на меня дуло пистолета заставляло более пристально следить за ситуацией и за словами.

- Проблема в том, - капитан на секунду задумался, - что на флэшке не оказалось необходимой нам информации.

Как не оказалось? Может быть, он лжёт, потому что у него нет этого носителя? Довольно умно с его стороны застать врасплох, чтобы, угрожая пистолетом, тем самым отвлекая внимание, получить желаемое.

- Какая жалость, - иронично погрустнев, посочувствовал Вова.

- Молодые люди, - капитан немного усилил голос, сам стал серьёзнее, - вы оказались в довольно щепетильной ситуации. При копировании эта информация исчезает с предыдущего носителя, и даже при матричном копировании эта информация окажется только на одном из носителей. Поэтому у меня встаёт вопрос: где носитель с информацией? Советую вам как можно быстрее расстаться с ним, если желаете прожить полную и счастливую жизнь.

- Ну, это вы нам гарантировать не можете, - начал великую философскую мысль Владимир. Не вовремя, но в тему сказал.

- Зато я могу гарантировать преждевременную кончину, - парировал Каврин. Увы, его аргументы выглядели убедительнее.

Капитан не шутил. Капитаны вообще не имеют привычки шутить. Но, так как я насмотрелся за свою жизнь немало боевиков, то решил не сдаваться раньше времени.

- Вы отпустите нас после того, как мы отдадим вам то, что нужно? - прокладывать путь к спасению я решил начать с наивного вопроса.

- Можете не сомневаться, - ответил Каврин, добавив, - вот только времени у вас маловато. Советую поспешить.

Интересно, а почему он один? Ради такого важного дела можно было бы пригласить тех самых верзил - кажется, они в его распоряжении. Однако, не смотря на всю его кажущуюся власть и силу, он почему-то не заявился сюда с соответствующей поддержкой, а сейчас стоит, угрожая пистолетом - при этом в кабинет в любой момент мог войти обладатель ключа: Президент Президентом, а занятия вскоре должны были начаться.

- Это у меня не с собой, - я продолжал попытки выкрутиться.

- Два единственных человека за компьютером, и один из них засветился в сети с индексированной сигнальной информацией - специальным кодом, который мы отслеживали, - объяснил капитан, - вы что, меня за дурака держите?

Никаких шансов. Я продолжал думать, как выкрутиться, понимая, что если просто отдать диск, через пару дней найдут два трупа-висяка.

- Мы можем отдать вам это, если вы оставите нас в покое, - опередил меня Владимир. - Нам всё равно не удалось разгадать пароль. Вы вовремя: осталась последняя попытка.

Вова вынул диск и протянул Каврину. Последний показал, чтобы Владимир вставил обратно для проверки.

На экране снова появилось предложение в последний раз ввести пароль.

Капитан нахмурился:

- Ничего, с этим эксперты разберутся, а сейчас отдайте диск.

- Кстати, - продолжил Каврин, - а как вы пытались найти пароль?

- Интуитивно, - в принципе не обманул Вова.

Видимо, капитана устроил этот ответ: он взял диск, и, спрятав пистолет, вышел из кабинета. Кажется, капитан нам поверил, хотя, когда кажется, креститься надо.

Минуту спустя в кабинет вошёл преподаватель и несколько студентов. Мне с Вовой пришлось ретироваться.

Сцена 12.

Почему бы ему не убить нас тогда? Может, он чего-то боялся либо сомневается в нашей ненужности? В любом случае, думаю, в университете нам ничего не угрожает. Поэтому учебный день я решил не прерывать, хотя и думал всё время, что делать.

Вокруг все находились в приподнятом настроении, радовались визиту первого лица государства. Мне же было не весело. Я не разделял их состояния ещё и потому, что не присутствовал на этом визите. Складывалось впечатление, что пришло время чёрной полосы в моей жизни. Последний раз эта полоса возникала на моем жизненном пути в классе девятом, и сопровождалась депрессией. Сейчас мне кажется, что я зря беспокоился - просто почему-то в то время излишне остро реагировал на проблемы. На самом деле всё было проще. Может, и сейчас так же? Заминка только в том, что сложность проблемы в то время была по большей части надуманной, сейчас же наблюдается реальная угроза жизни.

По закону подлости, неудачи имеют свойства притягиваться, образуя вышеназванную полосу. Наверно поэтому к концу обучения у меня возникло чувство беспомощности, неполноценности, бессмысленности происходящего и остальные негативные проявления подавленного пессимистического настроя.

Мы встретились втроём после занятий. Вова тоже был не в лучшем настроении, однако причин для особого беспокойства не видел, точнее, не желал видеть. Данила, по-видимому, уже был в курсе дел.

- Ты не обманул меня по поводу игры? - решил уточнить не очень верящий в моё утреннее признание Вова.

- Хочешь, сейчас пойдём и проверим? Игра у меня с собой, - без излишних эмоций ответил я. Мне не очень нравилось, что мне не верили, однако я понимал всю нереалистичную неадекватность моего положения.

Я с друзьями поднялся в кабинет информатики, второй раз за день.

В этот раз здесь сидела толпа народа, но один свободный компьютер всё же нашли. Достав накопитель, я запустил игру.

"Ты не один? Если ты доверяешь тем, кто тебя окружает, то нажми "далее". Подумай хорошо".

Я весь день только и делал, что думал. Нажав "далее", добавил:

"Как ты догадалась, что я не один?"

"Во-первых, это не твой компьютер, во-вторых, необычное время, в-третьих, у меня есть свои рецепторы и анализаторы, о которых ты даже не подозреваешь. Кстати, почему ты обращаешься ко мне в женском роде?"

А это здесь причём?

"Программа, игра, как к тебе ещё обращаться?"

"С чего ты взял, что так всё просто? Ладно, обращайся, как хочешь, но, по-видимому, тебе чего-то не хватает, или кого-то".

"А тебе какое дело? Лучше помоги решить вопрос с секретными данными, капитаном Кавриным и безопасностью моих друзей".

"Ты насмотрелся боевиков. Бушующие девяностые прошли, теория заговора ни выдерживает критики, система настолько сильна, что избавляется только от реальной угрозы. А вы - угроза потенциальная, так как даже не знаете, с чем имеете дело. Тем более что ваш потенциал не раскрыт - система стала намного умнее и, если на то пошло, гуманнее, так что пока вы приносите хоть какую-нибудь гражданскую пользу, ничего неординарного произойти с вами не должно. Для особо умных разъясняю: если раньше большой человек избавлялся от ненужных свидетелей, то теперь сборище больших людей тех, кто подобрался к их тайне, скорее возьмут к себе в команду в роли экспертов да ещё доплатят, чтобы охраняли от других".

Я посмотрел на друзей: застывшие лица, немного удивления, большая доля растерянности и ошеломления. Они прекрасно знали, что за этим компьютером никто не сидел по причине отсутствия интернета. А больше ниоткуда эти строки с таким размахом информативности выскакивать не могли!

Усмехнувшись над их реакцией, я вернулся к диалогу. Фразы утешения на меня не подействовали.

"Я тебе не верю. Скажи честно: насколько велика угроза?"

"Умнеешь на глазах. Значит, этот мир спокойствия и блаженства ещё не ввёл тебя в заблуждение? У капитана Каврина, скорей всего, свои заботы. Про это я тебе больше ничего не скажу, только одно: он сомневается в чём-то, он запутан, однако у него нет причин от вас избавляться - есть варианты пострашнее, и вскоре они могут проявиться. Пока же нельзя терять времени. Возвращаясь к твоим житейским проблемам: найди девушку".

Данила, будто избавившись от наваждения, читая последние фразы, медленно расплывался в улыбке. Владимир, усмехнувшись, посмотрел на меня. Если даже компьютер, то чего уже говорить.

По крайней мере, эта фраза немного сбавила напряжение. Вообще говоря, пока не было серьёзных причин для беспокойства. Пистолет капитан использовал явно для запугивания, чтобы как можно быстрее получить желаемое. Факт, что он нашёл флэшку, не доказан. У меня в портфеле лежало ещё два диска... А что если Каврин не обманул?

Не отвечая игре (я понял, что это начало ещё одной задачки), я достал диски и по очереди их проверил. Пусто.

- М-да-а, - вырвалось у меня, - я ведь делал три копии. - Я откинулся на спинку кресла и скрестил руки. Почесав подбородок, я взглянул на Вову. Думаю, он понял, в чём исключительность ситуации.

- А как ты мне дал нужный диск? - раскинув мозгами, выпалил он.

- Случайно, - что ещё можно было ответить?

- Разве нельзя восстановить информацию? - предложил Данила.

Я вернулся к игре:

"Приступлю к поискам, но меня кое-что волнует. В дисководе имеется диск, на нём была информация, но сейчас её нет. Можно ли что-то сделать?"

"Семь раз отмерь, один раз отрежь. Поверь мне, пусть лучше опасность подстерегает капитана, нежели тебя и твоих друзей. К этому ты вернёшься сам, после, когда обретёшь начальные знания-навыки. Мы уже говорили об этом: сначала разберись с основами, найди себя, пойми себя, а потом уже лезь в чужие дела. Этой информацией не может интересоваться только какой-то захудалый капитанишка. Вокруг неё вообще может разразиться мировая война. Рано лезть в это. Лучше запомни пароль и оставь эту пустую и опасную затею на более поздний срок. Запомни, это вызов, а к нему ты ещё не готов. Всё равно, в ту программу никто не войдёт, только тебе на голову упала такая честь. А с оставшейся попыткой никто экспериментировать не станет. Мне удалось тебя убедить?"

"А если взломают пароль?"

"Кабы да если. С этим диском я не могу ничего сделать - вот если бы носитель был с ячеистой системой памяти. К тому же, ты жить хочешь, или пришло время приключения на мягкое место поискать?"

"Интересно, а чем я всё это время занимался?"

"Приключения ещё не начинались. И не надо всё на меня валить. Я не обладаю способностями моделировать реальность. Просто фишка так выпала. Что скажешь, отложишь пока эту безумную идею?"

- А жаль, - протянул Вова, - если бы нам только взглянуть на то, что было внутри.

Как я его понимал! Тем не менее, история стала затягиваться. Раз мне ничего не угрожает (поверю-ка я игре), нужно продолжать.

К этому моменту я с удовлетворением заметил, что спокоен и в себе, как всегда. Стоило только подумать, что можно переложить проблемы на чужие плечи - в данном случае, на плечи компьютерной программы - или отложить их разрешение на энное время, как всё стало на свои места. А ведь раньше я недооценивал пофигизм как образ жизни. Поглядел на Вову, поймав на себе его взгляд.

- Ничего, мы к этому ведь ещё вернёмся? - вопрос адресовался не мне, он, скорее, имел риторический характер. Но я бы тоже желал знать на него ответ. Подумать только, во многих случаях я бы отказался, отошёл, но когда речь идёт о моей мечте, то лучше не становиться на пути.

Вова с Данилой посмелее, думаю, они поддержат меня, даже ценой собственного благополучия. До меня дошло: хоть я и виновен в том, что они оказались со мной в одном котле на медленном огне, может быть, они тоже это искали? Может быть, поэтому мы и подружились? Я вспомнил эту фразу: "у нас, только три темы разговора: как дела, тайны мирозданья, и та самая, последняя".

- А что насчёт девушки? - ожил Данила. - Может это та самая, твоя единственная?

Я, опомнившись, в один из редких случаев ничего не ответил - наверно, потому что Данила говорил довольно серьёзно. Странно даже.

Я снова запечатал:

"Итак, причём здесь девушка?"

"Наконец-то. Мне показалось, что ты передумал идти вперёд".

Передумал идти вперед?

- Капитан с его секретами реально не имеет отношения к этой игре. Но что нужно ей? - будто вступив в мыслительный резонанс с моими волнами раздумья, сказал Вова.

Предположим, что мне надоело это всё:

"Почему ты остановился? Ждёшь, что я отвечу, что понимаю, что реально ты никакой роли не играешь, а записываешь себе в заслуги события, которые должны были произойти и так? Чем я тебе обязан? Чем я от тебя зависим? Могу просто выключить тебя - и всё забудется, вернусь к нормальной жизни и перестану приписывать всякие ординарные и неординарные события каким-то там испытаниям".

Ответа не последовало.

- Давай подумаем, от чего можно отталкиваться, - предложил Данила, прочитав мою фразу. Он быстро ориентируется в ситуации и всегда предлагает разумные идеи.

- Раз вы это видите, значит, это не невидимый друг, которого придумало моё воображение, - я начал процесс анализа. - То, что такого ещё никто никогда не видел - факт. Программа, которая вполне тянет на звание искусственного интеллекта. Это пока не волшебство, а научная полуфантастика.

- Не факт, что есть связь между вопросами, которые мне были заданы игрой, и произошедшими событиями, - продолжил я после некоторой заминки, - иначе это тянет уже на волшебство. Это кажется очень сомнительным.

- Зря вы в чудеса не верите, - неожиданно из-за спины Данилы выглянула Ксюша, студентка с выпускного курса. Она всегда любит совать свой нос не в свои дела, и ещё она девушка Данилы. По крайней мере, с начала этого учебного года.

- На базаре кое-что кое-кому оторвали, - Данила перефразировал было известную пословицу, но прервался для поцелуя.

Вова осуждающе покачал головой.

- Так чего вы тут спорите? - не унималась Ксюша.

- Слушай, мы сегодня куда-то собирались? - отвлек её Данила.

- В киношку, ты не забыл? - мусипусичным тоном напомнила девушка.

- Ну, так пойдём, - эффектно прикрыл нас Данила, вызвав огонь на себя. В любом случае, с ней ему будет куда интереснее, чем с нами.

Они ушли. Вова произнёс:

- Наверно, это чья-то удачная уловка.

Вдруг на экране высветился текст:

"Каждый смотрит со своей колокольни. Действительно, ты меня разгадал. Если ты уйдёшь, ничего сверхположенного не произойдёт, я просто ловко играю с твоим сознанием и фантазией. Оценивая твою реакцию в ходе бесед, я просчитал, что и как надо говорить. Лишь твоё поведение впоследствии вызвало череду этих случайностей, которые выстроились в заманчивую цепь".

"Можно считать, что ты раскрыл себя?"

"Ты влез в серьёзную игру. Я даже не ожидал, что ты так попадёшь. Я не желаю ничьей смерти, поэтому пора завязывать с мелкими шалостями типа проверь, кто ты есть. Пора завязывать с игрой".

"Надо же, а чего ты желаешь?"

"Моя последняя просьба: найди девушку. Если что, это совершенно не относится к игре".

"Ты же такой крутой, ты и ищи".

"Это, конечно, было бы возможно, если бы не одно обстоятельство: я не знаю, кто она. Не знаю, каким образом, но после того, как ты заиграл по моим правилам, произошли некие изменения, и, я могу только догадываться, но мы смогли повлиять на систему: ты нашёл пароль, ты нашёл сборник величайших тайн. Не думаю, что в обычной ситуации ты последовал бы этим псевдознакам".

"Псевдо? Что ты имеешь в виду?"

"Никаких знаков нет, ты прав. Но как-то же ты добрался до этого. А ведь я выбрал тебя неслучайно".

"Ты противоречив".

"Если ты проследишь внимательно, то поймёшь, что я не обманывал, а лишь подготавливал тебя. То, что ты называешь противоречием, детали мозаики. Собери их, и поймёшь, в чём дело".

"Если отбросить капитана и флэшку с секретными данными, то были ещё две случайности, которые, казалось бы, не связаны между собой".

"О чём ты?"

"Стоп. Ты знаешь о Каврине, о сегодняшнем событии, но не знаешь о двух других случаях?"

Не нажимая "принять", я посмотрел на Владимира.

- Каким образом он может следить за событиями реальности, не имея доступа к сети? - переспросил Вова для точности. И сам же ответил: - Наверно, если бы на флэшке были установлены видеокамера и диктофон, которые подзаряжаются от компьютера.

Я добавил к неоконченному сообщению: "Ты следишь за мной прямо с флэшки? Но как?"

"Одна голова хорошо, а две лучше. Зря я не запретил тебе привлекать друзей. Я не просто программный код, меня можно назвать некой сущностью. Все, что близко ко мне, я воспринимаю, и действительно подзаряжаюсь от компьютера. Теперь же мне нужно знать одно: после того, что ты узнал, после того, как я прошу тебя, а не ставлю условий игры, ты поможешь мне?"

Я не спешил отвечать. У меня в голове крутилось предположение, о какой девушке идёт речь, но это звучало в крайней степени странно и необъяснимо. Что-то начало происходить до игры, между тем, это что-то и есть цель моего нового запрограммированного знакомого, который уже и не программа вовсе, а сущность. Какого чёрта происходит? Таких случайностей не бывает. Я думал, верить ли мне игре или нет, а тем временем эта программа неосознанно является частью более сложного. Но чего? Я не знаю теорий, объясняющих это. Пространственно-временной континуум можно взять из теории относительности старика-Эйнштейна, но как объяснить столь связанные события? Ведь я тогда сделал выбор! А если бы я отклонил предложение поиграть? Не может где-то быть прописано, как я поступлю. С моими-то сомнениями по каждому поводу, с тем, что иногда я прислушиваюсь к чьему-то мнению, а иногда нет, и это зависит когда от настроения, а когда просто от отношения к человеку! Как это можно просчитать? Судьба? Путь каждого человека, каждой души? А если я скажу "нет", возьму пистолет и разнесу себе башку - это тоже запись в программе по моделированию человеческих судеб? Что это?

- Вова, ты веришь в судьбу? - нужно было срочно с кем-то поговорить, иначе можно попасть на ложный путь. Такое со мной уже бывало, когда рядом вовремя не оказывалось достойного собеседника. Который не поддерживает моего мнения. Только так можно было найти слабые стороны убеждения.

- Всё, что происходит, происходит к лучшему, - ответил
Владимир.

- А что происходит?

- События, объединение которых называют судьбой.

- Есть ли правила, по которым происходят эти события?

- Опять твои материалистические теории? - Вова не придерживался материализма. Я тоже не особо ему доверял, но наука опиралась на него, а наука - моя слабость.

- Стационарная или нестабильная система, моделирующая реальность, может, это судьба?

- Ничто нигде не моделируется. Всё происходит в умах и сознании людей. Из-за поступков одних совершаются те или иные поступки других, или не совершаются. Все намного проще, не надо ничего усложнять.

Но призывы друга на меня не действовали. Это происходит, и, если всякие байки по телевизору мной вообще никак не воспринимаются, то происходящее здесь и сейчас со мной имеет для меня первостепенное значение. Но передо мной снова возникал выбор: да или нет?

- Ты бы согласился помочь ему? - спросил я Владимира.

- Я тебя знаю: если ты не согласишься, то потом целый месяц будешь ныть и плакаться мне в жилетку, - метафорично, но верно заметил Вова.

"Я найду девушку. Но зачем она тебе?"

"Правильный вопрос. Меня запрограммировали передать послание. Произошёл сбой, часть данных адресата была утеряна, так как обстановка при моём создании была крайне накалённой. У меня была в распоряжении лишь информация о том, когда и куда направляться. Я был выпущен в интернет, и известного тебе числа на известном тебе носителе я нашёл последнее пристанище".

"Как твой создатель мог предвидеть, что именно я должен помочь тебе?"

Ответ был обескураживающим: "Он (или она) не предвидел, скорее, он каким-то образом организовал этот инцидент".

"Длинный получился инцидент. Ладно, не буду нарушать цепочку запланированных событий. Жди".

Программа отключилась.

В этот вечер я плохо спал. Одни сомнения и обрывки мыслей. Эти события ещё больше раззадорили мою буйную фантазию. Объяснить необъяснимое, раскрыть упорно скрываемое, понять непостижимое - мне казалось, что я живу ради этого. Зачем мне это нужно? Может, для того, чтобы изменить этот погибающий мир? С чего я решил, что он погибает? Что ему нужна помощь? Что я смогу что-то изменить? Зачем это вообще нужно?

Сцена 13.

Я очнулся на дне. Странно, но падение никак на меня не подействовало. Однако окружающие декорации наводили душераздирающий страх, и, кажется, было холодно. Изнутри.

Я лежал. Наверно, стоит подняться. Я находился в туманном ущелье, иначе этот коридор из закаменелых костей, сталактитов и сталагмитов, с небольшими канатами света, которые свисали из дыр сверху, назвать нельзя. Хотя честнее назвать это пещерой, громадной, как желудок бесконечно великого чудовища. Лучи света действительно были похожи на веревки - дескать, ещё есть шанс выбраться, только взберись по нам наверх. Выбрав одно из, похоже, бесконечных направлений, я двинулся в путь. Не спеша, всё ещё сомневаясь в направлении. Казалось, что это самостоятельный мир, параллельный верхнему, такой же огромный, но, интересно, отсюда можно вернутся наверх?

Кроме более или менее освещённой пробивающимися лучами света тропы, ведущей неизвестно куда, было совершенно ясно, что границы пещеры, её стены, скрыты во тьме, и что там, понять нельзя. Во тьме ничего нельзя разглядеть, смотря с освещённой точки. Тут и там вздымающиеся внутренности пещеры наводили на жуткие мысли о том, что я оказался в ужасно кошмарном кошмаре. Между тем, нельзя было определить, на чём я стоял - поверхность настила скрывала пелена странноватой дымки. "Лучше не трогать руками", - решил я. Вдруг послышался чужой звук.

Кажется, я здесь не один. Я огляделся. Недалеко позади, по бокам, в затемнённой части, слышалось рычание и шипение, издаваемое явно недружелюбными тварями. Таких монстров я уже видел в каком-то фильме. Мозг, ты меня удивляешь своей банальностью. Но нужно двигаться. Один, самый близкий, меня заметил. Я побежал - не хочется быть съеденным, даже во сне. Сзади послышался протяжённый на высоких тонах гул, чем-то похожий на вой. Шорох, затем явный топот - теперь я в роли беззащитной овечки!

Я бежал как можно быстрее, изо всех сил, но слышал, как меня догоняют. В каких-то моментах до меня доносилось дыхание хищников, желающих полакомиться свежим мясом. Какой ужас!

Этот коридор не желал заканчиваться, причем нельзя было свернуть ни вправо, ни влево - и там, и там был мрак. Каждый уважающий себя любитель и ценитель триллеров знает, что во мраке куда опаснее. Я перепрыгивал через канавки, которыми был изрыт путь, перескакивал через торчащие из - земли? - острые кости, но конца всё не было. Неужели это кошмар?

Скорей всего, да, так как один из монстров ловко обошёл справа и длинным прыжком оказался впереди. Может, это вожак? - его стратегия. Но рано было разводить костёр и осыпать себя приправами. Придется рискнуть.

Я ушёл резко влево, и, продираясь сквозь колючее подобие растений, выбрался на ровную местность. Плохо: здесь очень темно. Хорошо: из тьмы намного легче увидеть свет, даже вдали. И я увидел.

Ночные охотники были рады, что я сам залез в их привычное обиталище, и теперь решалось всё. Подобрав какое-то подобие острого холодного оружия, которое поблескивало в шаге от меня - наверно, осталось от предыдущего неудачника-искателя приключений, я рванул с места в сторону света. Один из охотников почти догнал, я, увильнув, махнул оружием. Ударил обо что-то твердое, и хищное дыхание замолкло. Не останавливаясь, я побежал дальше.

Вдруг преследование прекратилось. Только одно: здесь чья-то другая территория. Не решаясь проверить, я продолжал путь. У меня другая цель.

Когда я добрался до света, то понял, что это всего лишь старинный керосиновый фонарь. Когда я подошёл, он потух. Я подобрал его. Рядом лежали спички - и они оказались у меня в кармане.

Отсюда был один ход, небольшая дыра в скале пещеры. А отчего бы не пойти? Эта дыра вела в другой проход, более узкий, но не бесконечный. Вскоре я выбрался назад, наверх.

Оказавшись в "верхнем мире", я стал свидетелем такого зрелища: чудовище с красными глазами настигло зеленоглазую тень в одном из тупиков и уже готовилось расправиться с ней. "Так не пойдет, это моя тень: я за ней гнался!" - пролетело в голове. Да, эгоизма мне не занимать. Но что я мог поделать?

Чудовище меня заметило: повернув свою невидимую чёрную во мгле ночи пасть, оно на секунду уставилось на меня. Мне хватило этого времени. Чиркнула спичка, и фонарь в моей руке озарил нереально взрывной вспышкой всю местность. Но меня не ослепило.

Посмотрев на результат своего действа, я вместо чудовища увидел незнакомого мужчину с недобрым выражением лица и девушку. Кажется, я её знаю. Один из моих идеалов? Это же она, Марианна!

Но всё неожиданно оборвалось. Я проснулся ни от чего. Иногда создаётся такая иллюзия, когда просыпаешься от кратковременного раздражителя, который прекращает своё воздействие до момента выхода из сна, но после того, как этот процесс запущен. Включив свет, я сел на постель.

Это что же получается: отдал диск, капитан со своей бригадой сейчас наверняка подбирает пароль - скорей всего, необходимая аппаратура у него имеется - и, если ему удастся, то неизвестно, к каким последствиям приведёт его инициатива. А ведь я охотнее поверил бы в парня, который передал мне тогда эту злополучную флэшку, чем в светлые помыслы Каврина.

В голову, откуда ни возьмись, проник авантюрный план. И стало понятно, что либо я сейчас своими руками накликаю на себя приключений на своё мягкое нежное место, и вскоре придут по мою душу, либо...

Зачем мне была дана эта попытка с проникновением в мировые секреты? Приоткрыть завесу тайны, чтобы тут же распрощаться с надеждой узнать её. Шутка судьбы: подразнить, приманить, а как только протянул руку, чтобы дотронуться, коснуться неведомого, вот-вот почувствовать, насколько это грандиозно, - и тут резкий откат, и сразу такая досада, такое разочарование.

Может, не стоит туда заглядывать? Может, это из тех знаний, которые сильнее разума, сильнее сознания, которые способны разрушить и дестабилизировать порядок вещей? Не это ли тот самый злосчастный проклятый ящик Пандоры? Я искал истинные знания, и они, возможно, там. Скорей всего, я заблуждаюсь, но, в любом случае, я просто не имею права позволить Каврину получить информацию. Скорей всего, сейчас во мне заговорил эгоизм. С другой же стороны, почему бы мне не помочь капитану и не назвать ему верный пароль? Может, мне суждено было найти ключ, а ему - получить знания? Хорошо разыгранный спектакль с чётко распределенными ролями. Я уже сегодня сталкивался с такой интерпретацией событий. А чего бы не помочь ему? Помочь в моём понимании. Я открыл свой паспорт, и оттуда выпала визитка, которую капитан дал мне при первом знакомстве.

Очень сомневаясь, очень нехотя я набрал номер.

- Алло? - очень хотелось сбросить, но уже было поздно.

- Капитан Каврин слушает, - на противоположной линии ответил голос, который я ожидал, но не желал слышать в данный момент.

Пауза подготовки с моей стороны. Нужно было отвечать.

- Чем могу быть полезен? - капитан был сама вежливость, хотя время для звонка было выбрано не совсем удачно.

- Я знаю пароль. Вы обещаете, что оставите меня, моих родных и друзей в покое, живыми и невредимыми, если я назову его? - говорить это я пытался подавленным голосом, будто пребывая в состоянии жуткого страха, смешанного с депрессией. Думаю, звучало довольно правдоподобно.

- Обещаю. Мне нужно знать, видели ли вы содержимое? - в голосе ответчика почувствовалось напряжение, ему это было важно.

- Вступительное предостережение и только, - ответил я отговоркой, пытаясь не менять интонацию. - Слушайте пароль.

В голове у меня продолжала крутиться одна безумная мысль, мне было страшно, но ещё больше я от этой идеи ловил раж.

Я назвал ему пароль. Прервав связь, с облегчением выдохнул. Сейчас всё решится.

Через две минуты он перезвонил совершенно разъяренный:

- Ты обманул! Ты знаешь, что только что совершил? Я доберусь до тебя, и мало не покажется! - моя маленькая ложь испарила все признаки вежливости.

- Эй, капитан, - произнёс я как можно спокойнее, - я ведь и вправду хотел посмотреть, что там, но ты прервал нас своим появлением. Пароль я узнал случайно, но он мне не помог, и мне что-то подсказывает, что и вам незачем знать, что на диске.

На том конце связи слышались злобные вздохи - капитан тяжело дышал:

- Тебе не жить.

- Тебе тоже. Каждому дана только одна жизнь, и она не вечна, - парировал я всё с тем же неожиданным для себя спокойствием.

Немного успокоившимся тоном капитан продолжил:

- Это ты точно угадал. Молись, чтобы твой только что прозвучавший бред имел какой-нибудь смысл, иначе...

Но он не договорил: послышались другие голоса, хлопки - наверно, стрельба (учитывая амплуа Каврина), грохот. Писк, связь прервалась. Кому-то не повезло.

Я почему-то уже не волновался. Может, потому что понимал, что теперь ничего уже не вернуть, может, потому что пытался себя убедить, что мне ничего не угрожает (по крайней мере, от Каврина; надеюсь, те, другие, не станут пробивать номера звонков), может, потому что отнял шанс у только что посетивших Каврина гостей получить неведомое. Или просто захотел спать - ещё бы, самый пик ночного времени.

Но меня всё равно передернуло от неприятного чувства - когда не понимаешь, насколько всё серьезно, излишние или недостаточные переживания позже выйдут боком. Этот всплеск вдруг заставил меня вспомнить ещё кое-что. Вот дырявая память! Кое-что нужно было срочно проверить. Я встал с кровати, и, не одеваясь, начал копаться в шкафу. Ругая себя за удачно выбранный тайник, я окунулся глубже, почти исчезнув в шкафу, посмотрел внимательней и - вуаля! - флэшка ведь на месте. Вот как капитан всё ловко разыграл - и вправду профессионал. Хорошо, хоть в гости не наведался.

Затем я запустил игру. И задал всего один вопрос:

"Если я помогу тебе, восстановишь информацию? Обрадую - у меня подходящий накопитель".

"Могу попытаться, но это ужасно неудачная затея. К тому же, я уже предупреждал об опасности".

"Замётано".

Я вернулся в кровать. Я помогу своему программному другу. Я ведь знаю, кого и где искать, а он нет. Марианна. Бьюсь об заклад, что тот звонок, когда ошиблись номером, и девушка в метро связаны. Так что найти её будет не так уж и сложно. Ужасно хотелось уснуть, и последними обрывками мыслей были: "А ведь в фазе медленного сна нельзя видеть сны... И каким образом я мог думать и рассуждать во сне? А если он не защитит меня, и завтра будет последним днём моей жизни?.."

Но я уснул, забыв об этих вопросах. Их слишком много в последнее время накопилось. Вот высплюсь, и можно будет подискутировать с друзьями об этом. Спал же я крепко. Спокойствие, удовлетворение и немножко счастья - вскоре должно что-то произойти, но позитив обязан перевесить. Парадокс: программа раскрутила меня на возможность познать себя, познать основы - чтобы исполнить своё "предназначение" (я пока что верил ему, ведь нет опровержения), а достижение программной цели позволит мне испробовать на себе эту возможность. Следовательно, программа-игра не лгала. Или не лгал. В любом случае, завтра новый день - обещали, кстати, солнце и немного тепла. А ещё завтра практика, но я как-то не задумывался об этом.

Близилось начало следующего уровня невероятной и абсолютно неуправляемой - пока - игры под названием "жизнь". И я был готов.

Широка земля российская, не объять её взглядом. И если где заведётся червь, трудно будет его приметить, пока он себя не явит. А раз явит, то плохо дело, значит, обжился и не боится, и трудно вывести его будет.

Раунд 2 (политический). Червивая история.

Сцена 1.

- Следующий вопрос. Группа лиц, замкнувшихся в своих мелких, узких интересах. Пять букв.

Мы всем составом курса сидели в просторном кабинете великого русского языка, мило беседуя и ожидая проведения мероприятия, ради которого нас здесь собрали. Владимир восседал на соседней от меня парте и разгадывал электронный кроссворд, скачанный на телефон. Данила сидел позади в обществе самых выдающихся однокурсниц, по своей натуре обладающих не только привлекательной внешностью, которой, несомненно, они умели воспользоваться в целях достижения успеха в какой-нибудь ситуации, но и незаурядным умом хитрых бестий, прекрасно осознающих своё влияние на окружающих и умело пользующихся этим. Думаю, у них прекрасное будущее. Данила тоже прекрасно это понимал, однако относился к такому социальному феномену, как красивые и умные девушки (одновременно), по-своему, не так, как я.

Мне занять себя было нечем, поэтому я просто поглядывал по сторонам, иногда вклинивая плоские пошлые шутки в диалог между моей соседкой по парте и её подружкой. Девушки с истинно славянской столичной наружностью, не обращая внимания на остальных, вполголоса сплетничали по поводу подходящих для сплетен событий. Пока Ольга и Анастасия перемывали косточки всему мыслимому и немыслимому, примерно четверть курса - человек семь - находилась в одной из фаз засыпания: "немного уставшие" за день (и предыдущую ночь) невнимательно следили за действительностью, подперев одной рукой подбородок, а другой мирно блуждали по задворкам мобильной виртуальности; "сонные", широко расставив локти на парте и положив на руки свою буйну уставшую головёнку, предавались сонному унынию под безмятежный гул бодрствующих сокурсников и изредка возвращались в этот бренный мир, чтобы неуместно ответить на неуместный вопрос соседа или соседки по парте; "пришедшие поспать", сильно уставшие после сомнительного вида деятельности - хотя, если честно, этот тип относится к серьёзно работающим студентам, так что любую свободную минутку расценивают как единственно возможную для отдыха - не стали выбиваться из рабочего графика. Слева, в углу кабинета, четверо парней и девушек - Саши и Жени - вполголоса весело о чём-то спорили - наверное, куда пойти вечером. Остальная часть сидела середнячками, не зная, чем занять себя от безделья. Именно сейчас сказывалась неподготовленность к такого рода случаям и отсутствие творческой самобытности. Несмотря на то, что меня в данный момент окружали довольно творческие (в различной степени) натуры, их креативная инициатива отсутствовала по причине эффекта учебы - момент времени, когда давление учебного процесса и всех сопряженных с ним психологических факторов резко сменяется ослаблением; такой же эффект можно наблюдать после занятий по приходу домой. Для психики это то же самое, что резкое ослабление физических нагрузок после напряжённых тренировок для тела: сразу накатывает усталость и пассивность, к тому же, потом все мышцы болят (на извилины этот эффект распространяется, но в переносном смысле перенесенного воздействия).

Признаться, я и сам находился не в лучшем состоянии духа, поэтому диалогу с самим собой, чем я обычно занимаюсь в одиночестве, был не готов, - а сейчас, несмотря на то, что был окружен людьми таки недалёкими, знакомыми, с некоторыми даже на короткой ноге, я был одиноким. Мозг от унылой и неизменной обстановки перешёл в состояние ватного полусонного бодрячка, а затуманенное бездействием сознание не предпринимало никаких попыток и усилий выбраться из этого пьянящего благополучия. Ненавижу это состояние хотя бы потому, что в любом другом состоянии организм сам ясно осознает, что ему нужно: когда же мозг впадает в транс, не хочется ни спать, хотя мышцы расслаблены и так и тянет окунуться в дремоту, ни чем-то заняться, потому что анархией властвует неестественное бессилие воли и отсутствие какого-либо желания что-нибудь сделать. Утомлённый утомлённостью, я, то и дело закрывая глаза, тут же их открывал, чтобы в следующий момент ощутить бессмысленность происходящего и снова зажмуриться. Сидели здесь мы уже минут двадцать, не в силах понять причины столь долгой по меркам студенческого времени задержки. И это после довольно-таки сложного дня, после которого ничего ровным счетом не хотелось, кроме как можно быстрее добраться до дома.

Вова повторил вопрос. Он никому конкретно не адресовался, однако его соседка по парте ответила:

- Фанаты?

- Пять букв, - медленно повторил Владимир. Вообще, складывалось впечатление, что он разговаривал сам с собой. Такого я за ним не замечал ещё никогда. Потому что при мне такого никогда не было.

- О чём задумался? - спросил я его.

- Да так, - он взглянул на меня. - Книжку недавно прочитал интересную. Я рассказывал.

Мне вспомнился один недавний звонок. Обычно Вова звонил мне, чтобы скрасить одиночное возвращение домой, когда на телефоне имелись средства для звонка и пара интересных мыслей в придачу. Вот, и тогда он мне позвонил, возвращаясь из магазина. Владимир говорил взволнованно и эмоционально - в явно приподнятом настроении от чего-то. Этим что-то оказались впечатления от только что дочитанной книги. По рассказу Вовы я понял, что книга является смесью исследовательской деятельности автора, оккультных легенд и предсказаний, а также научных, вполне реальных, сведений - и все это вкупе с сомнениями самого автора создали неплохую иллюзию реального положения вещей, в которую, как мне показалось, поверил Владимир. Однако я недооценил воздействие иллюзии: чем ближе она к реальности, точнее, к тому, как ты осознаешь эту самую реальность, тем она кажется правдивей. А если не найти опровержения, то иллюзия и впрямь начинает расцениваться, как чистой воды правда. При этом вполне возможно, что эти самые "реально подобные" иллюзии могут выстраиваться в целые логические цепочки, ступени, ведущие к Правде. Вот только на какой-то из ступеней осознаёшь, что лестница ведёт не туда, точнее, в никуда. Вова попался на одну из таких "ступенек"-крючков, правда, его не за что осуждать - я точно так же попался на крючок науки. Хотя она и более правдива, чем оккультизм и, признаться, более актуальна и перспективна, всё же в её нынешнем положении есть нечто иллюзорное. Скорей всего, иллюзорной на данном этапе является цель. Практическая эффективность и денежная прибыль - вот цель явная, никак не сочетающаяся с целью настоящей, с философской точки зрения, к чему стремится познание. В любом случае, прерогатива пока на стороне всесильных политиканов, ратующих за дискриминацию по силовому и экономическому превосходству, нежели на стороне истинно мирных ученых мужей, стремящихся самоотверженно и упорно копать под фундамент мирозданья. Если честно, ни тот, ни другой сценарий развития меня как жителя Земли не устраивал, но я ведь не в силах влиять на ведущие умы планеты. Интересно только, куда ведущие.

- И что? - я вдруг будто свалился с луны, куда меня занесли мои неуправляемые мысли. Надо же, а обычно для выхода из пассивного состояния даже Вова не спасает. Но, казалось, случай того стоит, ведь речь шла не об играх или бытовых злоключениях (удавшемуся в контексте бытового в разговоре уделяется куда меньше времени, чем нерешённым проблемам), а о том, что, в рамках и моего интереса, Вову реально привлекало.

- Два вопроса: возможно ли через глаза заглянуть вглубь души, узнать о человеке, и реально ли существование генофонда человечества? - что-то эта тема сильно подействовала на друга. Под генофондом в книге понималась группа древних существ, в том числе, людей, которые укрыты в пещерах и защищены энергетическим (психическим) барьером от незадачливых путешественников. Хранятся в состоянии "заморозки" на случай конца света, чтобы возродить род человеческий.

Когда Владимир рассказывал про этот самый генофонд, я чуть не рассмеялся - какую только чушь не придумает современная публицистика для преумножения своего капитала и расширения сферы влияния. Но два аспекта из этой книги меня таки заинтересовали. Первый относился к физиологии: дескать, все в своем бесчисленном множестве роговицы глаз - а их сейчас насчитывается заметно более двенадцати миллиардов - являют собой константу. Пока я не проверил эти сведения, поэтому эта единственная стабильная на всем протяжении жизни человека особенность вызывала удивление. Второй аспект относился к психологии взаимодействия: люди предпочитают в общении с сородичем глядеть ему в глаза, чтобы почерпнуть как можно больше информации о собеседнике. Ко мне, если честно, такое утверждение не имело отношения: лично я не смотрю в глаза человека, с которым говорю. Наверное, это привычка, от которой я, в свое время, не сумел избавиться. Но ведь я, в таком случае, исключение, однако за собой я отметил, что психологом мне не стать точно - я не могу в процессе общения точно определить истинные намерения говорящего, какими бы они ни были. "Ну, и что же", - думал я, - "так ведь и слушатель не поймает моего взгляда, так что и вся моя правда укроется от его гипотетического взгляда".

- А давай я попробую твою душу поискать в глазах, - предложил я.

Владимир удивился было, но не отказался от маленького эксперимента. А я вдруг с сожалением почувствовал, что с трудом могу сосредоточиться на его глазах. Чтобы не думая, чтобы просто смотреть, просто видеть. Когда же это у меня с горем пополам получилось, ничего особенного, кроме его живого, с искоркой, взгляда, я не увидел. Ну, глаза и глаза, как у обычного, нормального человека. Подумаешь. Чего я в них должен прочесть? Любовь к своей жизни, семье, ко мне как к другу, или ненависть к клевете, злу, которое каждый день пытается мешать жить более счастливо, чем получается, независимо от дозы счастья? Я улыбнулся и отвёл глаза.

- Чего лыбишься, - прижмурился Вова, поняв бессмысленность опыта, и добавил, чтобы хоть как-нибудь оправдать попытку, - а я в твоих видел бесконечность.

Я улыбнулся ещё шире: ах, ну, да - бесконечность. Муравья пытался разглядеть, а слона-то и не приметил.

- Спасибо за комплимент, - ответил я, - но в твоих глазах бесконечности больше.

Когда до него дошёл смысл сказанной фразы, Владимир засмеялся - еле слышно, чуть опустив глаза, как-то скрытно что ли. Меня он удивляет иногда: всегда находя слова к сложившейся ситуации - малословным этого весельчака трудно назвать - он никогда так просто не расскажет о том, что его реально беспокоит. Как, впрочем, и я: такое ощущение, что данное отношение связано с осознанием личной свободы в плане решения сверхсложных житейских ситуаций - если полностью рассчитываешь на свои силы, то другому и знать не надо, что сейчас тебе тяжелее, чем кажется, а если видишь, что сам никак не можешь преодолеть нечто, то показывать свои слабые стороны тем более не стоит. В данном случае неосознанно стремишься к решению проблемы как к средству повышения своей самооценки и внутренней силы, которая заключена не только в волевой сфере.

"У каждого свои скелеты в шкафу", - пронеслось в голове в тот момент, - "в высшей степени опасно открывать такие шкафы сознания - может принести больше вреда, нежели пользы". Действительно, зачем тревожить чужие души, разобраться бы для начала со своей.

- А жаль всё-таки, что не получилось тогда взглянуть, - неожиданно сказал Вова.

Ах, вот что его тревожит. Все не может забыть, как и я, ту мельком предоставленную возможность.

- Брось, - ответил я утешительно, но утешаясь вместе с ним за компанию, - мало ли что там было, а вдруг всё оказалось бы ошибкой или дезинформацией?

- Ну, может, - ответил Владимир. На него, как и на меня, слабо подействовала моя версия, - однако лучше что-нибудь совершить, что не обязательно окажется ошибкой, чем потом жалеть, что не поступил так, как советовал внутренний голос.

- В любом случае, перед отключением программа поведала мне, что на восстановление данных у неё пока не хватает ресурсов, - более убедительно проговорил я. - Кстати, часто тебе советы дает внутренний голос? - спросил я с издевкой в тоне врача психбольницы.

- Я образно говорил, чтоб тебя, - улыбнулся Вова.

- Может, думаешь, что там говорилось о генофонде? - не унимался я. Теперь это выглядело, будто я фанатичный уфолог.

- А если бы и так? - заявил Владимир.

- Ага, секта спящих красавцев на страже вечной жизни, - усмехнулся я.

- Точно! - неожиданно Вова с чем-то согласился, только с чем, узнал я через секунду.

- Чего, совсем на Древних повернулся? - искренне удивился я.

- Да, нет, успокойся, ты на вопрос правильно ответил, - сказал друг, вбивая ответ. - Секта.

Короче, понял я, что и с Вовой сейчас ловить нечего, поэтому снова блуждающим взглядом провёл по аудитории. И опять - ничего примечательного. Из такого состояния безразличия меня могли вывести только два действа - кратковременный отдых дома и, как ни странно, умная девушка. Ну, или хотя бы таковой кажущаяся. На моём курсе было всего три подходящие кандидатуры. Две из них, которые умные и красивые, составляли компанию Даниле, третья, не особо примечательная, вообще отсутствовала. Ха, ещё лучше.

А на левом фланге всё никак не подходил к концу выпуск последних сплетней.

- Вчера Вальку видела, она с Сашкой рассталась недавно, - рассказывала Оля.

- Ну, и правильно, - одобрила Настя. - Такой ворчун, как она вообще с ним общий язык нашла.

- Да и некрасивый, к тому же, - вторила ей собеседница.

- А ты слышала, что декан к Вере Михайловне клеится? - теперь Настя посылала подруге порцию новой непроверенной дискредитирующей информации. - Когда узнала, поверить не могла, а сегодня пригляделась, и правда, клеится.

Я просто не мог удержаться, чтобы не сбросить обескураживающую реплику в тыл фабрики по перемыванию косточек:

- Ничего страшного, у декановского клея уже прошёл срок годности, так что Михайловна долго не продержится, быстро отклеится.

- Ну, ты и пошляк, Давид, - ответила Оля, повернув свою голову, заранее зарядив глаза бронебойным взглядом. Не знает она, что от взглядов у меня давно выработалась защита.

Однако я был рад: моя диверсия произвела-таки своё благоприятное воздействие, и к теме любовных отношений преподавателя и декана девы больше не возвращались. Однако тем поговорить у них было по самую лампочку, - и все касательно только что прошедших выходных - так что запас моих диверсионных снарядов подходил к концу, не выдерживая никакой критики в плане эффективности с их арсеналом. А ещё женщины слабее. Ага, словами могут так забросать, что и закапывать не надо. Равноправием можно назвать уже то, что им был дан дар речи. Может, зря? Ничего, когда настанет время предстать перед Богом, обязательно нужно будет рассказать ему о такой ужасной проблеме, как женские сплетни. Конечно, и среди мужчин попадаются такие сложные случаи, но в данном варианте они подобны слабому полу, так что наказание должно распространяться и на них.

Смешно. Хотя ещё неделю назад я, по воле случая, вполне мог преставиться. Вспомнил события позапрошлой недели, и меня аж передернуло. Вроде, ничего явно опасного, кроме случая с пистолетом, не произошло, но всё же целую неделю, пока я тщетно пытался разыскать для моего компьютерного приятеля Марианну, мне всё казалось, что за мной следят и вот-вот прихлопнут, выбрав удачный момент. Ночью же снились кошмары, от которых я просыпался в холодном поту. Хорошо, хоть не имею привычки кричать во сне. Наверно, не имею. Да, не думал я, что такой трус. С другой стороны, пока я не пойму, в чём моя проблема, я не изменюсь. Только, как ни пытался, никак не мог подойти к решению этой самой проблемы. Это и было моим скелетом.

За неделю всё улеглось, вчера даже выспался, и сегодня навеселе продолжил свою скучную жизнь. Но, вместе с отвратительной трусостью, в моём сердце ещё горела надежда, что это было только началом. Поиск Марианны должен был стать продолжением невероятной истории, однако она будто сквозь землю провалилась. Не то чтобы я не прилагал особых усилий для её поиска, что, возможно имело место вследствие многих причин, как то: напряжённый учебный график, незнание и неумение пользоваться услугами служб по поиску людей в городе и так далее, - просто пока не всё складывалось, как того хотелось. Конечно, бесплатный сыр только в мышеловке, и мне нужно было что-то предпринять, чтобы найти девушку, - на этот раз выход из положения не показывался сам собой - но я пока не знал, что. В общем, вся прошедшая неделя не принесла ровным счетом никаких плодов.

Надоело сидеть, я встал из-за парты и подошёл к окну. За окном шёл снег. Первый снег этой зимы. Небольшие снежинки, непривычно кружась в танце под аккомпанемент ветерка, вовсе не спешили достичь земли, которая пока не принимала новоявленных гостей с должными почестями. Земля ещё слишком тепло встречает любящих сдержанный приём предтеч новой королевы стихий: падая на асфальт, под ноги прохожих, на крыши зданий, на деревья, - в общем, на всё, что можно было упасть, снежинки неминуемо таяли, оставляя после себя лишь капельки воды. Дождь без дождя, одна из самых интересных метаморфоз этого времени года. Солнце, обделяя среднюю полосу своими прямыми лучами целенаправленной энергии, оставляет без поддержки облака, в которых теплолюбивые капли превращаются в холодные и остроугольные, лишённые всякой нежности и податливости, непохожие друг на друга, конструктивные сооружения из кристаллов. Льдинки, только причудливой, довольно привлекательной внешности, манящей, однако на ощупь в итоге замёрзшие. Растопишь - и снежинка потеряет всю прелесть и форму, но станет теплее и приятней в моменты касания. Непроизвольно я стрельнул глазами в сторону Данилы и его окружения: моё представление о Юлии и Ксении ассоциировалось с идеей о снежинках. Кстати, они и являлись воплощением красоты, грации и ума в одном лице на моём курсе. Ничего не сказать, опасное сочетание.

Как только я через пару минут вновь оказался за партой, в дверь вбежала запыхавшаяся староста курса Александра и, дождавшись, когда все глаза устремятся на неё, громко объявила:

- Господа студенты, прошу прощения за задержку...

- Это да, засиделись мы тут чего-то, - перебили её с задних парт.

- Васька, заткнись, пожалуйста, - настойчиво попросила староста, - всё равно ничего путного не скажешь.

- А по поводу чего нужно высказаться? - у Василия, которого за внешний вид и манеру речи дружно окрестили котом Васькой, язык и вправду был без костей.

- В общем, - продолжила Саша, - универ организовывает поездку на конференцию по инновационным внедрениям в самые различные области.

- Такая благодать на нашу голову?! - с иронией воскликнул Саша с галерки, состоящей из тезок.

- Вот, уж как тебе вдруг такое счастье могло привалить, ума не приложу, - съязвила староста. По её виду было заметно, как она устала сегодня от своих обязательств. - Вообще-то странно, что студенты нашего уровня забыли на такой конференции. Я имею в виду, что людей и так там будет немало, и будут они не низкого ранга. А нас мало того, что туда отправляют, да ещё большую часть оплаты берут на себя. Наш щедрый спонсор делает новогодний подарок.

- Что тут необычного? - выступила Ксюша. - Предвыборная гонка, обычное дело.

Иногда она меня удивляет, иногда просто изумляет. Несмотря на то, что в моём мозгу эта мысль родилась раньше, я предпочел промолчать, она же не пропустила момент ещё раз доказать проницательность и сметливость своего живого ума. Тем, у кого в этом ещё оставались сомнения.

Данила что-то шепнул ей на ушко, и она залилась смехом. "Оперативно работает", - подумал я, улыбнувшись.

- В общем, решайте сами, заявки на поездку принесите в течение трёх дней, сама поездка намечается на начало следующей недели.

- А куда едем-то? - задал логичный вопрос Данила.

- Точную стоимость и маршрут движения сможете увидеть завтра внизу, на стенде.

- Блин, ну, завтра бы посмотрели сами. Из-за этого так задерживать - что, у них совести нет? - возмутился Васька на руководство университета.

- Да точно так же, как у тебя, - парировала Александра. - Меня уверили, что эта поездка очень интересная и увлекательная, и полезная для ваших нерадивых мозгов. С этим всё.

- Кстати, - староста, видимо, приготовила самое вкусное напоследок, - послезавтра решено вместо русского языка и математики провести английский и семинар по психологии. Готовьтесь, завтра тоже будет весело.

Сцена 2.

- Это ж надо! - с этим возгласом я догнал друзей на лестнице. - Одна новость лучше другой.

- Как-то странно они завернули с меценатством, - согласился Данила, - деньги, что ли, некуда девать?

- Ты лучше про обещанный расстрел думал бы, - посоветовал я.

- Кому расстрел, а кому веселое времяпрепровождение, - довольно проворковал Вова, иронично улыбаясь.

- Ух, язва, - усмехнулся Данила, толкнув Владимира в плечо.

- Посмотрим, как ты психологичку побеждать будешь, - добавил я, смеясь.

- Сами не оплошайте, - пожелал Вова, - а, вообще, прорвёмся.

- Где наша не пропадала, - подтвердил я. - Поздравляю с первым снегом.

Мы вышли из здания и медленно направились к автобусной остановке. Наш путь сопровождал мокрый снег, который в большей массе своей таял ещё в воздухе. Однако особо хладнокровные и удачливые снежинки всё же умудрялись приземлиться на безопасное место, подготавливая площадку для следующей порции десантников.

- Боюсь, следующий снегопад, настоящий, ещё не скоро увидим, - "обрадовал" нас Владимир. - Прочитал, что зима предположительно будет тёплая и сырая.

- Да ладно, ты прочитал! - Данила удивился самому факту осуществления рассказанного действия.

В ответ Вова скорчил дразнящую гримасу. К этому времени мы добрались до автобуса и, проводив Данилу, я и Вова продолжили путь домой. До метрополитена добрались быстро.

- Так что там насчет девушки? - вдруг спохватился Вова. - Всю неделю молчишь. Скажи, может, с Данькой чем поможем?

- Я сам, если честно, в ауте, - ответил я. Это было вступление. - Первым делом, я, мысля логично, позвонил тому человеку, кто номером ошибся.

- Мимо? - догадался Владимир.

- Не то, чтобы мимо. Он сказал, что не видел её с того дня, как позвонил, - я мельком посмотрел на рекламный плакат: мы спускались по эскалатору.

- Э-эй, - одёрнул меня друг, - хватило уже одного прозрения. Ты хоть спросил, кто он ей, есть ли у неё родственники? - продолжал допрашивать Вова.

- Представляешь, додумался, - ответил я. - Не поверишь: он - брат. Родители у них умерли при каких-то там обстоятельствах, они как бы вдвоём, но он отдельно. Вроде как поддерживает, обеспечивает, но она предоставлена сама себе.

- Неслабо, - Владимир даже одобрительно покачал головой. - А каким образом она исчезла, он знает?

- Я больше ничего не спрашивал, что-то мне не по себе стало, - оправдался я, отрицательно махая головой.

- А этот что сказал, квартиросъемщик твоей флэшки? - продолжал Вова в метафорическом стиле.

- Само существование этого киберсущества являет собой ситуацию весьма сомнительную, - заумничал я. - Пока ничего существенного не говорил. Сегодня придёт время, сегодня и расспрошу.

- Слушай, - перекрикивая гул и эхо проезжающих электропоездов, попросил Вова, - можешь его мне одолжить на пару дней?

Я удивленно уставился на друга, вытаращив глаза. Неожиданно.

- Да ладно тебе, я попросить его хочу кое о чём, - пояснил Владимир. - Сейчас игрушка одна есть в интернете, а он, может быть, помочь сможет.

- Небось, махинацию какую-нибудь провернуть хочешь? - я недоверчиво окинул собеседника взглядом.

Мы вошли в вагон. Поезд злобно, но как-то устало прошипел, и пополз дальше.

- Есть кое-что, - хитро улыбнулся Вова. - Тебе это не интересно, ты не в теме, что там да как, но просто есть момент один в этой игре, который, если по умному подойти, может открыть дорогу к лидерским местам. Кстати, не удивлюсь, если Данила тоже решит обратиться за помощью.

За пять минут разговора Владимир уже второй раз удостаивался моего удивленного взгляда.

- Игрушка-то несерьезная, скорее ради прикола, - объяснял Владимир, - вот, Данька и подсел. Там ведь половина девчонок с нашего универа, вот он и решил подогреть обстановку и пообщаться.

- Да, времени даром не теряет, - одобрил я.

- Не то что ты, - бросил Вова, на всякий случай обезопасив себя, - шутка.

- Хватит мне лекции читать и нравоучения, - серьёзно сказал я.

- Ага, вот какое твоё слабое место, - всё подшучивал, не унимаясь, Владимир.

- Смерть шпионам, - в шутку огрызнулся я, приставив указательный со средним пальцами ко лбу Вовы.

- Ладно, гуляй в одиночестве, романтик, - попрощался Владимир. Поезд остановился на моей станции.

- Зато я комолый, и мне не грозит, - бросил я на прощание, спешно покидая вагон. Не стал я ждать, пока друг заглянет в свой словарь и опомнится. Главное, завтра быть настороже, а то ещё долг захочет вернуть.

Угораздило же меня попасть в этот гигантский город. Хотя когда-то и он был маленьким поселением, пока не приглянулся богатеям и правителям своим стратегическим положением - на холмах, рядом с рекой и для торговли подходящий. Подстроили немного, обнесли стеной - сначала частоколом, потом и камнем. Сначала немного жителей было в этом поселке-крепости: все знали друг друга прекрасно, как знаются соседи. Но пришло время объединения земель русских - не просто жилось в те времена одними, особняком против врагов - монголов и татар, литовцев и прочих азиатов и европейцев - сражаться за своё и за своих. Прошло время, и после нескончаемых междоусобиц между князьями, дальновидные мужья силовыми и христианскими мерами централизовали всю территорию и скрепили печатью империализма и самодержавия с центром в столице - в этом городе. Стандартная история великих и величественных городов: удручающие и удивительные факты, бросающие в жар и пробирающие до слёз легенды, невозможные слухи и исторически скрытая истина.

Сейчас многое изменилось. Москва разрослась, центр разошёлся волнами колец на многие километры от Кремля. И сейчас я, преодолевая немалое расстояние на транспорте Павелецкого направления, каждый день вижу лишь толику грандиозности эволюции города. Но, с другой стороны, здесь слишком много людей, настолько много, что человек может пропасть, исчезнуть бесследно. И никогда не найтись. Чем больше плотность людей, тем меньше значимость определённой индивидуальности для всех остальных членов общества. Психологический фактор, который является следствием ограничения личностной свободы. Однако такая плотность породила новый тип людей, адаптированных под город. Здесь всё же уместна эволюционная теория Чарльза Дарвина, положенная на социальный взаимоотношения: побеждает наиболее приспособленный. В данном случае тот, кто умеет своим предпринимательским умом создавать цепочки, чтобы, как можно меньшими усилиями со своей стороны и как можно более ёмким трудом других менее предприимчивых граждан добиваться эффективной прибыли. Понятно, конечно, что это пережитки "рыночной экономики" девяностых годов, но в глобальном масштабе всё это содеяно руками человека, пусть и ведомого правилами времени развала. Почему-то крыс и тараканов мы привыкли оценивать по одному критерию: потенциальной опасности для человека, и как следствие - борьба с ними, как с вредителями. А вот человек - создание слишком сложное, чтобы по одному критерию определять. Проедет мимо чёрный джип с тонированными стёклами, а на заднем сиденье, позади личного водителя, сидит моложавый (парфюмерия и пластического вида услуги делают своё дело) мужчина лет сорока-пятидесяти, в чёрном смокинге или похожем стильном - а уж каком дорогом и добротном - костюме, возможно, курит сигары или дорогие сигареты, ну, и само собой, занимает какое-нибудь кресло в каком-либо высоком тёпленьком государственном местечке либо в фирме, занявшую эфемерную, но пока удачно движущуюся к монополии позицию. В общении с таким человеком сразу чувствуется деловая хватка и стальной характер, и сразу уважение к нему просыпается - своими трудами добрался с самого низа до таких вершин. Как говорится, из грязи в князи. Вроде бы и осудить надо за поступки, за методы достижения такого высокого положения, с другой стороны, это было их время. Значит, для них ситуация сложилась настолько благоприятно, что подфартило не по-детски. Значит, в этот промежуток времени они успели найти себя и понять, чего хотят от окружающих. Значит, творчески - по-своему в рамках сложившейся ситуации - подошли к решению проблем. Значит, некому было их остановить в моменты, когда перегибали палку. Значит, государству нужны были и нужны до сих пор такие спецы. Значит, они заслужили либо своими руками вычеркнули из истории свои великие деяния. Раз никто не против, почему бы не воспользоваться шансом? Не было доброго и строгого дяди, чтобы одёрнул в этот момент и сказал: "Это нехорошо, это неправильно". Не было законопослушного милиционера или полицейского, чтобы посадил глубоко и надолго. Естественно, не было: люди добрые и порядочные - ошибка социальной рыночной эволюции - не являются личностями предприимчивыми, властолюбивыми, так что не стремятся ни в торговлю, ни в политику (что в определённом контексте не такие уж и разные категории), оставляя место концентрированному злу, которое тем самым эволюционным путем развода, интриг, предательств и клеветы, уже само определяется на подходящие уровни управления и руководства. Разве лидеры не являются творческими личностями: какие сложные махинации необходимо придумать, чтобы сместить с занятого места жадного кандидата? Это как в игре, где стульев постоянно на один меньше, чем участников.

А в голове всё крутилась идея: "А чем я хуже других?" Однако на данный момент мой мозг умеет строить только теории, даже нет, просто догадки. Пора бы до чего-нибудь догадаться. Самому, без помощи телевизионных документальных потрясающих передач, цель которых не только создать иллюзию реальности внеземных цивилизаций и йети, но и иллюзию доказательств этих предположений. Ну, да ладно, как бы назвать теорию? Хотя чего далеко ходить - пусть будет Теория Зла.

Ехидно и зло улыбнувшись самому себе, я заскочил в наконец-то подковылявшую электричку. В тамбуре было накурено, поэтому решил посидеть в салоне. Посидеть, конечно, не получилось: вагон был забит едущими домой усталыми и напряженными работягами, - зато со стороны лучше видно. Что видно? Не знаю, хотя бы искру в глазах. Хотя бы свет. Но, наверно, не всё так хорошо у них, чтобы светиться счастьем. Навеселе только школьники и пока ещё в состоянии позитива студенты. А за окном поезда, тем временем, проносились сначала городские жилые коробки многоэтажек Бирюлево, затем начались сельские пейзажи Булатниково, и вот показался перевалочный пункт Расторгуево, соединяющий две половинки города Видное. Я жил в верхней части, и, по закону местоположения, который гласит, что лучше там, где нас нет, оказался в районе с менее развитыми коммуникациями, в том числе, общественным транспортом.

Если честно, это не слишком волновало меня на данном этапе, однако в ситуации с работой проблема с перемещением по городу становилась насущной, как и любая бытовая проблема или недоработка, запущенная государственными службами в своё время. Конечно, можно предположить, что все проблемы вытекают из положения, что в России две беды - дураки и дороги - но это только на первый взгляд. Хотя дураков везде хватает.

Сцена 3.

Пока я стоял на автобусной остановке и невольно вспоминал случай с девушкой и ДТП, мне позвонили.

- Здорово, - это был Данила. - Ты не мог бы дать флэшку на пару дней?

Хохотал я долго и немного истерично - как бывает не столько от причины, сколько от переутомления, - не в силах вразумительно объяснить другу причину столь странной реакции, но когда ответил, он послал меня по-дружески подальше. Но потом передумал и попросил - дело принципа - сначала дать ему, а потом уже Вове.

- Ваша заявка принята. Я подумаю над вашим предложением, молодой человек, - ответил я.

Ну, что ж, впору открывать аукцион. Я бы мог заработать немалые деньги, если бы о моём электронном знакомом узнали в широких кругах. Но, конечно же, этого ни я, ни мои друзья не желали, по крайней мере, пока не прояснится вся ситуация. А то, что мировая наука пока в неведении о столь ценном экземпляре для исследования, наши корыстные эгоистические умы пока игнорировали.

Сегодня в полночь заканчивался срок перевоплощения программы, длившийся всю прошедшую неделю. Как я понимал, это уже вторая модификация, и если первая касалась только интерфейса и взаимодействия с системой компьютера, то насчёт второй я мог только догадываться: скорей всего, это касательно того, что эта программа хотела передать Марианне. Если, конечно, всё это правда. С другой стороны, таких случайностей не бывает, иначе это неудачная шутка судьбы. А если я где-то ошибся? Или программа что-то напутала? В любом случае, такой степени нетерпения я давно не ощущал. Всю обратную дорогу меня терзало желание как можно быстрее дождаться полночи и увидеть, что за новое чудо произойдет. Хотя придётся оправдываться, ведь я, по сути дела, не выполнил обещания. И всё равно, первое желание заметно пересиливало опасения и чувство вины. Хотя перед кем - перед электронным кодом?

Как всегда, по закону подлости, время ожидания автобуса растягивалось до бесконечности. Ожидание не всегда плохо, но это смотря какие чувства усиливает. Вообще, ожидание растягивает и усиливает чувства и эмоции по поводу явления, которое мы предвкушаем. Если это что-то положительное, ожидание счастья, радости, то душевный трепет грядущего мало с чем сравнится. С другой стороны, нагнетённое напряжение от ожидания испытания, волнение по поводу возможной неудачи, попытка подбодрить себя (не всегда удачная) - явление, провоцирующее депрессию. Но вот и автобус.

Дома меня уже ожидала тарелка горячего борща от заправского шеф-повара - моего отца. Хотя он и не заканчивал кулинарный, но по мастерству среди знакомых я не знал равных. Конечно же, рядом стояла тарелка с дополнительным обеспечением и, самое главное, чашка со сметаной. Магазинной, хотя и не восстановленной. В общем, поели мы с аппетитом, а затем я, по глубоко въевшейся привычке, скорее, зависимости, засел за компьютер.

Отцу я не рассказал ни о программе, ни о событиях, произошедших во время его отсутствия. Незачем делать то, в чём нет смысла. Это, конечно, истина, вот только редко исполняемая. Потратив добрую массу своего свободного времени на компьютерные игры, я до сих пор не могу понять, что мне это дало. Наверно, среди успешных людей нет тех, кто делает бессмысленные вещи и поступки. Ну да, конечно. Всё не настолько просто, впрочем, как всегда. Что же касательно компьютера: вещь, естественно, несовершенная, однако очень универсальная и незаменимая в решении задач, связанных с информацией. А современное общество, работающее на информационном фронте, просто не может правильно и стабильно функционировать без более современных и мощных средств. Логичное эволюционное движение прогресса. Хотя и революций немало, и всё, вроде бы, правильно в рамках развития, но когда всё чётко и ясно, значит, происходит что-то не то. Чем идеальнее и радостнее кажется обозримое будущее, тем сильнее шок от реального положения вещей: это видно из примеров истории вчерашних лет.

"Ты всё вечно усложняешь", - как-то говорил мне Владимир. - "Всё проще, чем кажется, хотя и не видно с первого, неподготовленного, взгляда".

Но не лучше ли включить в догадку дополнительные, с первого взгляда не относящиеся к делу, детали, усложняющие гипотезу, а затем ножом логики и фактов отрезать лишнее, упростив предположение до оптимального и наиболее реального варианта, чем просто и без предисловий подойти с наиболее явной, на первый взгляд, стороны, пропустив существенную деталь и, возможно, свернув в неправильном направлении? Да, но с другой стороны, как быть с доказательствами? Как говаривал Артур Конан Дойл устами Шерлока Холмса примерно следующее: "Нельзя теоретизировать, прежде чем появятся факты: неизбежно начинаешь подстраивать факты под свою теорию, а не строить теорию на основе фактов". Если нет фактов, остаётся только слепо предполагать, строя догадки на воздухе и имеющихся нестабильных идеях таких же мыслителей.

Пока фактов для беспокойства, кроме научно-фантастических экранизаций потенциального ужаса грядущих информационных революций, нет, но в мире всё связано, и угроза может скрываться в совершенно немыслимых тёмных чуланах, о которых не задумываешься, пока не всполохнёшься от неожиданной напасти, показавшейся из них.

Я надолго засел за компьютер, прежде чем лечь отдохнуть: каждая неделя становится всё сложнее в плане обучения, объём деятельности увеличивается. Пока всё идет, кажется, по государственному стандарту образования в рамках получаемой мной профессии, однако в последний год наметилось введение новых предметов, уже увеличились часы по некоторым старым, будто назревает жёсткая реформа либо готовится воздушный поцелуй Европе. Меня причины этого не слишком интересовали, но и не радовали: главное было побыстрее закончить обучение. И всё-таки, почему появляется ощущение усиления давления? С другой стороны, можно понять государство, всеми средствами желающее вырастить новое поколение перспективных людей для восстановления страны. А Россия сейчас на самом краю.

Я проснулся от телефонного звонка где-то за десять вечера.

- Включи телевизор на новости, быстро! - когда Данила что-то предлагает в приказном тоне и без объяснения, значит, того стоит.

- Слушаю и повинуюсь, - вяло ответил я, нажав отбой.

Не утруждая сонного себя в бинарном зрении, я приоткрыл один глаз, сначала им, затем рукой нащупав пульт, щёлкнул по главной кнопке. Ох уж эти доисторические электронно-лучевые телевизоры, но пользуюсь доступным, ведь для покупки цифровиков или плазмы ещё и деньги нужны. А всё ради чего? Ради эффекта.

В моргнувшем экране появился идеально причёсанный диктор в официальном костюме. И всё-таки ему очень далеко до диктора, которого никто никогда не превзойдет, по крайней мере, из людей. Мне вспомнился голос Юрия Левитана на одной из архивных записей.

Между тем, новости были не из радостных. Хотя и канал был не государственный.

"...Отношения между Россией и Китаем заметно охладели за прошедшие два месяца. Китай выступил с заявлением о прекращении контракта на поставку вооружения из России. Объясняется это тем, что Вооруженные силы Китая не нуждаются больше в российской помощи. Пока этот шаг не комментируется ни одной из сторон. Встает вопрос: стоит ли с этим связывать всплеск браконьерства на Дальнем Востоке?.."

- И чего? - теперь я позвонил Даниле, чтобы позлиться на него за бессмысленно прерванный сон.

- Это началось, - спокойно ответил друг. И с каких пор он так рьяно интересуется политикой?

- Мог бы и завтра сказать, чего на сон грядущий настроение портить? - пробурчал я, ожидая услышать оправдание или объяснение.

- А у тебя к вечеру мозг включается, - ответил Данила, - вот и подумай, когда после универа служить будем, куда нас зашлют?

- А чем плохо на Дальнем Востоке? - пошутил я. - Природа, места красивые.

- И орда китайцев на противоположном берегу Амура. Вообще-то, я серьёзно, - похоже, Данила был насторожен.

- Ничего, с китайцами у моего двоюродного брата неплохие отношения, - продолжал я. Только тон друга сдерживал меня от смеха. Но запас прочности таял.

- Где он успел с ними подружиться? - степень удивления Данилы всё росла.

- Мы, армяне, по всему миру, от Гринвича до Гринвича на любой широте, - почти смеясь, сказал я, - он какое-то время жил в Благовещенске: оттуда до твоего Китая рукой подать.

- Ха, тогда мне не о чем беспокоиться, - Данила немного расслабился. - Надеюсь, там спокойно будет.

- Будь спокоен, китайцы его уважали, - уверил я его.

- Ладно, когда станешь посерьёзней, подумай, что к чему, - попросил друг. - И ещё: в прессе вообще мало информации об отношениях с Китаем.

- У меня слабо с политикой, - признался я. - А для тебя, я вижу, этот вопрос насущный.

- Иди ты... спать, - и бросил трубку.

Ага, разбудил, даже не извинился, и теперь "иди спать". Куда уж там, ночь только начинается.

Сцена 4.

На выходные Вова снабдил меня новыми картинами мирового кинопроката, точнее, их бесплатными релизами, так что до полночи было чем заняться. А фильм был настолько интересным, что я на одном дыхании просмотрел его до конца и даже не заметил, как невидимые стрелки электронных часов перевалили за полночь. Давно меня так не завлекало. Во-первых, мой любимый жанр - мистика - когда не наука, не фантастика и встает вопрос о сверхъестественности. Во-вторых, никаких лишних эффектов, героев и смертей. И, в-третьих, никакого хеппи-энда, только чувство недоразгаданности. Вполне подходящая подготовка будущему общению с игрой.

Я вставил флэшку и хотел запустить программу, но она запустилась автоматически. А я уже догадывался, что это не единственное новое в модернизированной версии программы.

Дисплей монитора сначала засиял, потом исказился, затем экран потух, а компьютер начал перезагружаться. Вот так новость, такое и представить бы не довелось. Но монитор вновь вспыхнул яркими взрывами красок электромагнитных волн. Насущный триколор представил моему взору довольно заманчивую и не менее удивительную картину. Изображение на экране не переключилось на рабочий стол, как от него требует директива программного обеспечения, а превратилось в хаотичную массу из зелёных цифр на чёрном фоне экрана монитора. Зелёные цифры, не переставая двигаться, медленно выстраивалась в определённую фигуру. Тройки, семерки, нули, единицы и все их соседи медленно, но верно превращались в картину лица.

Меня сложно удивить, как сложно удивить человека не очень восприимчивого, да ещё и допускающего существование многих неестественных и необъяснимых вещей, во что никогда не сможет поверить учёный. Я тоже в это не верю, даже считаю это маловероятным, однако не отрицаю полностью возможности, небольшой, пусть минимальной, но вероятности. Прочитав несколько умных книг, для себя вынес, что категоричность довольно опасная и непредсказуемая вещь, ведущая порой к неверному толкованию происходящего. Странно, но лишь немногие способны найти золотую середину. Хотя я и не отношусь к этим немногим, категоричность для меня всё же несвойственна. Следствия этого качества - попытка выбраться из-под влияния стереотипов и отсутствие жёстких принципов касательно не столь значительных ситуаций, не упомянутых в скрижалях.

И всё же, если этот случай нельзя назвать чудом, то фокус с превращением мне очень понравился. Передо мной в чёрном пространстве жидких кристаллов висело лицо, очень похожее на мужское: вытянутое, сухощавое, можно даже было различить выражение глаз, хотя весь силуэт изображался в цифрах. Цифры располагались согласно симметрии: правая часть лица точь-в-точь повторяла левую.

Только в идеальном мире можно встретить симметрию. И круг не круглый, и Земля не шар. Конструкцию Земли усложнили до эллипса, но и это не шибко помогло. Материальное тело не может быть идеальным по одной простой причине - оно испытывает влияние окружающих факторов. В природе нет идеальной - математической - симметрии. Так кажется на первый здравый взгляд, так и есть, пока не взглянешь в зеркало. Возможно, и в микромире, который ещё никто никогда не видел, есть симметрия. Но симметрия - всего лишь ещё одна категория, созданная разумом для объяснения неких теорий. Абстракция в ущерб полной картины, но с целью найти недостающую деталь, чтобы эту самую картину сделать полной и правдивой. Ещё одна полезная иллюзия на служении у науки. Или нет?

- Ты нашёл её? - без прелюдий спросило новое воплощение программы. Звук доносился из динамиков, встроенных в монитор. Всё оказалось более удивительным, нежели я предполагал. Хоть голос и был явно электронным, нечеловеческим, всё же звучание не записанного заранее звукового сообщения создавало эффект присутствия. Если раньше этот эффект можно было назвать формальным, то сейчас нечто человекообразное смотрело на меня из монитора и разговаривало со мной на понятном русском языке. Думаю, если продолжится такая тенденция, то я начну всерьёз беспокоиться о своей безопасности. Наверное, для меня лучшим выходом было бы не подвергаться психологическому влиянию программы. Идеальным вариантом является решение последней проблемы, выполнение обещания и прощание с моим новым советчиком. Так я рискую меньше всего. Но разве я когда-нибудь поступал действительно по-умному?

- Она исчезла, - просто и без эмоций ответил я после того, как потрудился включить микрофон.

- Это плохо, - тем же тоном оценил собеседник.

- Чтобы найти её, нужна твоя помощь, - предложил я.

Он ответил:

- У меня может произойти сбой, потому что нарушается моя директива. Я должен был найти адресата через тебя, но, получается, я должен искать её сам. Это не входило в планы моего создателя.

- Значит, что-то изменилось, что не входило в планы в твоего родителя? - спросил я. Вот она - крайняя категоричность. Если что-то выходит за рамки базовых установок, происходит сбой, сулящий падение и деструктуризацию всей системы. Но если система самостоятельная и саморазвивающаяся? Возможно ли это? Ведь данное допущение отменяет или изменяет цикличность, несвойственную постоянно развивающейся системе. Нет, к этой проблеме не подойти так просто, тут подумать надо, причем глубоко и скрупулезно.

- Моя система не запрограммирована на подобные варианты, - донеслось из динамиков.

- Ты не способен развиваться? - у меня с каждой фразой возникали противоречивые предположения, и всё больше разыгрывался интерес, разжигаемый бурной фантазией.

- Способен, но только в рамках запрограммированного поля свободы, - ответило лицо. - Я всего лишь дитя создателя, возможно, просто необычного оформления.

- Мы все дети создателя, - неожиданно для себя сказал я, - несколько миллиардов индивидуальностей.

- Я не индивидуальность, - продолжила программа, - я прототип.

- Это всего лишь категория, - я не согласился, - человек тоже прототип, только его усложненная структура позволяет выдавать конечный продукт в широком диапазоне.

- Не слишком ты любишь людей, - лицо на экране улыбнулось.

- Просто есть прототипы, с которыми не хочется иметь ничего общего, - вырвалось у меня.

- Не мне, конечно, судить, но, может, ты слишком поверхностно оцениваешь? - предположила программа.

- Да знаю я все эти моралистические штучки, - я махнул рукой и немного приблизился к экрану - вот только на практике в большинстве случаев всё оказывается более жёстким. Гуманность только на словах.

- Для чего ты говоришь то, с чем на самом деле не согласен? - вдруг программа задала совсем не программный вопрос.

- А ты ещё и психолог, - удивленно протянул я.

- Моя система наблюдения и анализа позволяет делать некоторые выводы, - объяснил голос.

Слишком много противоречий:

- Каким образом тебя создали? Не может быть, чтобы твой хозяин наделил тебя столь совершенным по отношению к другим программам аппаратом только для того, чтобы найти какого-то человека.

- На самом деле, во мне что-то есть, - это прозвучало сенсационно. - Но оно скрыто, заблокировано, и я не имею представления, что там.

Я молчал, приоткрыв рот. То, что можно было логически предположить, является реальным. Или он снова разыгрывает меня, как в прошлый раз с игрой.

- И не факт, что это не принесёт несчастий, когда откроется, - лицо состроило настороженную гримасу.

- Только не надо говорить, что ты высоконравственное создание, - ухмыльнулся я. - Кстати, тебе имя надо придумать, а то уже почти человек, а без имени.

- Во-первых, - говорило лицо, - нравственность, как ты говоришь, это категория. Я же говорю о естественности. Естественно стремиться к обеспечению своей жизни безопасностью, пищей и отдыхом.

- Ага, вечное стремление к счастью, - добавил я.

- Которое приведет к полному хаосу из-за дисбаланса, - продолжил собеседник, - ведь нет охотников на человека. Не появился ещё хищник, равносильный человеку, чтобы сбалансировать естественное развитие, чтобы вернуть вожжи управления миром природе, не зля и не раздражая её безнаказанностью.

- Есть предположение, что человек - вирус или паразит, - ляпнул я бездумно, вспомнив отрывок из научно-популярной литературы.

- Из-за бурной фантазии человечество постоянно сталкивается с вирус- мыслями, - выдал философскую идею компьютерный мозг. - Зря вам стало доступно мышление: это чей-то очень неудачный эксперимент.

Это звучало довольно странно от электронного собеседника.

- Может ли в тебе скрываться директива на чье-то уничтожение или убийство? - кажется, я стал догадываться, к чему он клонит.

- Я не хочу вмешиваться в дела человеческие, - ответила программа. - Мне даны свойства разума, такие как анализ и синтез, для того, чтобы выполнить своё предназначение, и ни для чего более.

- А как же интрига в первые дни нашего знакомства? - деланно удивился я.

- Это было в рамках моей миссии, - парировала программа.

- Удобно, - улыбнулся я. - Есть какие-то рамки, границы, есть свобода действия в данных рамках, и есть миссия, к которой неминуемо придёшь или которую неминуемо провалишь. Может, и человек из того же теста?

- Нет шансов проверить, - по-научному ответил собеседник. - Ладно, вернёмся к нашим баранам. Чем могу быть полезен?

- Я знаю полное имя и адрес, - кажется, пора приступать к делу, - а остальное для тебя не проблема, не так ли?

- Да, нетрудно будет отыскать человека, зная его индексы, - сухо ответила программа.

- Очень хочется посмотреть, что из этого выйдет, - сказал я не особо воодушевленно.

- Мне нужен выход в сеть, - потребовал собеседник.

- А моим друзьям нужна небольшая помощь с твоей стороны, - следующее условие было за мной.

- Согласен. Так как её зовут?

Я смотрел в экран монитора, на это оцифрованное лицо, понимая, что, как только я передам ему интересующую его информацию, моё участие в этом деле завершится. Опять я стою перед выбором, опять я - пешка.

Сцена 5.

В общем, договорились мы таким образом: он помогает Вове и Даниле, а затем я выполняю свою часть уговора. В принципе, не особо равноценная сделка, но все счастливы и все довольны. Мелькнула, правда, одна корыстная мысль о достижении прибыли не очень законным способом с помощью этой программы, но я остановил её - опасно затевать игры с мировосприятием, ведь стоит попробовать один раз пойти по легкой тропинке, как она заведёт к бездонной яме. Но уже заранее чувствовалась утрата и не очень приятное чувство незавершённости. Скорей всего, мой новый знакомый покинет флэшку и отправится в путешествие по интернету - самое безграничное путешествие.

- Кстати, перед тем, как отключиться, он назвал своё имя, - я с Данилой стоял в коридоре второго этажа. Занятия ещё не начались, но кабинеты и лекционные залы постепенно наполнялись полусонными студентами, похожими, скорее, на зомби из ужастиков, нежели на людей.

- И как же его звать-величать? - Данила топтался на месте от нетерпения.

- Да успокойся ты, сейчас я его тебе отдам, - поняв причину его волнения, я начал копаться в портфеле - одноручном прямоугольном небольшом, но вместительном агрегате для переноса всякой габаритной всячины.

- Он просит называть его Люцифером, - сказал я, протягивая носитель.

- Оригинально, - усмехнулся Данила, но как-то не слишком естественно. Через секунду флэшка растворилась в кармане его брюк, а он, подмигнув, нырнул в русло толпы, унесшую его в море учебы.

Я уже собрался было войти в аудиторию, как почувствовал толчок в спину.

- Здорово, человек, - послышался знакомый голос, - принёс?

- Кто не успел, тот опоздал, - я повернул лицо к Владимиру и пожал плечами.

- Да ладно! - донёс до мира свой любимый возглас Вова. - Я ж тебя раньше попросил.

- А у него раньше день рождения, - парировал я, намекая на то, что я уже сделал подарок другу, а Вова нет. - Видишь, как жесток мир?!

- Ловко ты двух зайцев завалил, - обиженно огрызнулся Владимир, - ладно, завтра я устрою им великий облом.

- Хорошо, завтра Люцифер будет у тебя, - ответил я.

- Люцифер? - переспросил друг. - Так ты ему стал доверять?

- Не совсем, - честно сказал я, - но, наверное, скоро мы расстанемся, так что твоя с ним встреча будет последней.

- Отлично, потом расскажешь, о чём вчера говорили, - напоследок бросил Вова. Ничего больше он сказать всё равно не успел бы: как раз в это время прозвенел звонок, поэтому ему пришлось ретироваться.

А меня ждал безумный в плане нагрузки информацией вторник.

Пофигистическая часть моего здравого мозга в зависимости от пропорций нагрузки всё чаще выдавала идею о бессмысленности моего пребывания в этом учебном заведении. Однако эта часть так и не давала ответа, чего я в действительности хочу. Пока я, несмотря на нежелание, из пламени свечи разгорающееся в лесной пожар, оставался на плаву, но мне, как, впрочем, и другим студентам, весь этот процесс, в особенности, после обучения в колледже, стал уже заметно надоедать. Короче говоря, когда я вновь выходил из стен здания университета, я был довольно измотан и чувствовал себя выжатым лимоном.

- Как ты думаешь, сегодня подходящий день для свидания? - спросила Юля.

Мы шли вдвоём в сторону метро. Сегодня я решил послать своих друзей домой одних и составить компанию более привлекательной собеседнице.

- Самое то, - одобрил я, посмотрев на тусклое солнце. На улице было не холодно, но на днях зима обещала усилить свою хватку. Так, по крайней мере, звучало со слов метеорологов.

- Где собираешься Новый год встречать? - неожиданно спросила она.

- Нигде, - ответил я без рассуждений, - дома.

- Пригласишь кого? - в её голосе всегда звучал неподдельный интерес. В колледже её специализацией была психология.

Я отрицательно помахал головой.

- Ну, и зря, - улыбнулась Юлия. - А я с подружками буду. Родители в деревню собираются, и квартира на мне останется. Готовишься?

- За полмесяца? - удивленно спросил я. - Неа, лень не позволяет.

- Все вы, парни, одинаковые, - улыбка не сходила с её милого личика, - мой тоже все приготовления на канун оставляет.

- А что толку заранее хлопотать? - я развел руками.

- Ну, тебе незачем, - ловко парировала Юля.

К этому времени мы добрались до спуска в метро.

- Великая ночь великого счастья, - протянул я. - Зуб даю, что наши профессора подпортят нам ощущение радости от грядущего праздника.

- Это точно, - согласилась Юля. - Они же не зря сидят на своих местах.

Мы рассмеялись.

- Пока, - она махнула своей изящной ручкой и одарила своей сияющей живой улыбкой.

Да, она умеет найти общий язык с кем угодно. Отношусь ли я к ней отрицательно? Ничуть нет. Просто такие, как она, требуют особого подхода. Хотя, если приглядеться, к каждому человеку нужен особый подход. Опять же, я не психолог, однако, несмотря на потрясающую внешность и с виду ангельский характер, такой девушки иметь я не хотел бы. Ну, да ладно, Новый год и вправду приближается. Неужели он пройдет так же тускло, как и в прошлом году?

Как хорошо, что всё по расписанию. В особенности, транспорт. Привыкший быть хозяином своего времени и своей жизни, человек в большом городе сталкивается с серьёзной проблемой зависимости от действий других. Точнее, от выполняемых ими обязанностей. Точнее, от успешности этой деятельности. В любом случае, закон подлости как нельзя чаще применяется к ситуациям, связанным с пунктуальностью, а именно с попыткой, исходя из расписания движения транспорта, рассчитать время прибытия в определённое место. Как правило, в этом городе выделяются две крайне непересекающиеся параллели: пытаться с основой на статичное расписание предвидеть и пресечь все перипетия потенциальных неурядиц и сделать это с успехом. Хоть, в большинстве случаев, варианты "застрял в пробке" или "отменили электричку" всего лишь отговорка или оправдание тому, что выехал слишком поздно, каждый хотя бы раз действительно оказывался в подобной ситуации. С другой стороны, говорить о случайности в пятнадцатимиллионном городе на триста шестьдесят пять дней в году просто несуразно.

Размышляя над таким щепетильным вопросом, я и не заметил, как оказался на автобусной остановке. Шёл, как зомби, на автоматизме. Значит, большую часть мозгового ресурса направил на внутренние мысли, снизив показатель восприятия мира до незапоминающегося? Быть не может, чтобы человек был настолько примитивен, чтобы, жертвуя часть процесса внимания на внутренние образы, ко всему внешнему становиться абсолютно равнодушным. Это как в компьютерах с одноядерными процессорами: весь ресурс направляется только на одну операцию независимо от сложности выполнения оной. Бог создал по образу и подобию своему человека, а человек придумал компьютер как отражение собственного разума. Интересно, то, с чем я имел дело на протяжении нескольких дней, и есть вершина возможного виртуального бытия?

Одна из динамических характеристик человека - его состояние на данный момент. Особенно если говорить об активности мозга. Если бывают ситуации полного безразличия ко всему, безумия в буквальном смысле, то есть отсутствия здравой мысли, то они вполне возмещаются в бурных всплесках просветления, что бывает крайне редко, но, если направить эту деятельность в верное русло, очень эффективно. На момент стояния на остановке у меня было похожее состояние.

Итак, механическая память - память движений и осязательных ощущений - позволяет пройти по запомненному пути даже с закрытыми глазами. И никакого внимания. Но есть слух и зрение - они служат для того, чтобы анализировать поступающую информацию об объектах не только с точки зрения полезности или необходимости, но и с позиции потенциальной или реальной угрозы. В случае недостаточности внимания, если оно не обусловлено необходимостью - ведь всё в природе направлено, прежде всего, на сохранение, то есть минимизацию использования ресурса - вполне справляется "автономная" его часть, опекаемая зрением, слухом, осязанием и обонянием. Как только внешний раздражитель совершает потенциально нежелательное действие, мозг тут же просыпается, чтобы предпринять необходимые действия для предотвращения и избегания этого. Но почему я об этом задумался? Ну, да, обычно думаешь о том, с чем напрямую сталкиваешься. Хотя есть вещи, столкновение с которыми почему-то не оставляет никаких ощущений. Это то, что скрыто от восприятия. Человек не идеален в плане полноценного анализа окружения - зрение не видит всего электромагнитного спектра волн, слух не воспринимает всего диапазона частот, кожа не чувствует всех колебаний, и это должно быть чем-то обусловлено. Одно из объяснений - эволюция. Дескать, изначально стремление видов к выживанию и превосходству играло на образование новых предельно необходимых качеств, а не на полноценное развитие. Действительно, куда важнее человеку было научиться прямохождению, чем восприятию ультрафиолетового излучения. Неужели, не согласны? Очень неубедительно? Верно, но не всегда факты становятся камнем преткновения. Иногда под теорию прекрасно ложатся научные доказательства, которые по случайности подпадают под категорию непреложных истин, от которых зачастую невозможно избавиться. Но не мне - человеку без учёной степени в области физики - полноправно судить об этом.

С другой стороны, если бы человек обладал способностью к всепознанию, то просто не прожил бы и дня - с таким количеством информации не смог бы справиться ни один мозг с армией рецепторов. К тому же, эти рецепторы всё равно долго бы не проработали. Опять не убедительно? Согласен, у любого биолога найдется куда более обстоятельный и убедительный ответ для отстаивания своей позиции, в которую он безальтернативно верит. Вопрос о вере оставить следует напоследок, на десерт, а вот с мутацией генов, их изменением ещё стоит поработать. Почему в человеке не сложилась так называемая комбинация бога? Природа бы не позволила - довод довольно убедительный, но это значит, что есть потенциальная возможность возникновения этой самой комбинации. Не вдаваясь в дискуссии, логично предположить, что первая цепочка генов homo sapiens, "чистая" цепочка, была наиболее приближена к идеалу (опять же, на тот момент). Но, как всегда, человек сам себе всё подпортил, смешавшись с другими. Но как он мог смешать гены, если остальные были такими же? Ну да ладно, сейчас радикалы говорят о дискриминации по чистоте генов. Но ведь всё связано, и радикалы могут накликать на свою голову беду куда более опасную, чем неудобную жизнь бок о бок с инвалидами с врожденными и наследственными заболеваниями. Опять же, пришли к вопросу о вере.

Оставив этот круговорот бессмысленных мыслей на более удачный момент, я остановился на автобусной остановке. Людей стояло немного, все томно и с нетерпением ожидали скорого транспорта. Среди них не было никого младше тридцати, кроме меня, конечно. Ради интереса я посмотрел на соседнюю остановку, путь от которой вёл вниз, в более цивилизованную часть города. Там, наоборот, возрастной ценз в этот момент застыл на отметке под сорок. Среди них, конечно, присутствовали образы, близкие к фотографиям на глянцевых обложках. Почему лучше там, где нас нет? Потому что всегда найдется какая-то причина, по которой будешь сожалеть. Вот и я сейчас лучше бы провел время ожидания в компании молодых и красивых граций, нежели пенсионеров и работяг, раздраженных от вечного ожидания. И с данной точки зрения меня абсолютно не волновали их предпочтения и вкусы, уровень подверженности их мозга моде и вся подобная статистика.

Однако идеальных комбинаций факторов не существует, как бы к этому не стремились современные инфраструктуры. Хотя бы потому, что интересы одного и того человека могут меняться непредсказуемо. Цепочка потребностей - первостепенных, второстепенных и просто тех, которые выработались у нас в процессе модернизации - никогда не прекращает своего роста, и, кажется, остаётся на одной отметке только при давлении фактора невозможности. Но деньги в современном мире развязывают руки многочисленным агентствам, которые, в свою очередь, обеспечат имеющему деньги удовлетворение любых его желаний. А это уже ведёт к разврату. А разврат - одно из причин зла, его категория. Итак, если я хочу создать Теорию Зла, то стоит начать с разврата.

Я отвлёкся на подошедшую к афишам девушку. Недавнее событие молниеносно ожило в мозгу в виде визуальной ассоциации - самого яркого эффекта памяти. Плакат на афише был уже другим, и девушка стояла другая, но ситуация приближалась к подобной той, когда произошло то событие. И как же на это реагировать? Мой мозг давно не находил знаков о грядущих событиях, к тому же, снаряд дважды в одну лунку не падает. А если, по закону подлости - закону исключений всех мыслимых и немыслимых расчётов постоянства, упадёт?

Не особо размышляя над планом действий, я перешёл дорогу и остановился рядом с девушкой, обратив особое внимание на афиши. Ничего подающего надежды. Какая-то отечественная мелодрама и новый американский боевик, который ещё до выхода был занесён мной в чёрный список. Настало время посмотреть на причину моего здесь появления. Я невзначай повернул голову в сторону девушки. По виду она ничем не отличалась от пассажирок на соседней остановке.

- Скукотища, - вдруг сказала она, повернулась ко мне и улыбнулась. - Давно забыли о реальном предназначении искусства. Не подскажешь, сколько времени - у меня батарея на телефоне села?

Только теперь я разглядел её лицо - чистое, спокойное, но с еле заметными признаками недосыпа. Морщинки у глаз указывали на её частые улыбки - в них было что-то заманчивое и игривое. Сама манера разговора - непринуждённая, сдержанная, почтительная, без излишней экспрессии - подталкивала на желание продолжить беседу. Замечалась, правда, некоторая усталость с её стороны, но передо мной стоял жизнерадостный и вполне открытый человек. К тому же, очень даже красивый.

- Ровно пять, - ответил я, пока не включая эмоций.

- Обидно, - сказала она в никуда, заметно погрустнев.

Если не обращать внимания на её собранные в недлинные косички тёмно-каштановые волосы, змейками медузы скользящими вниз, пёстрое разноцветье модной утеплённой одежды и модные кроссовки, девушка держалась прямо, так что и в вечернем платье она выглядела бы на ура. Кстати, как её имя?

- Что может печалить такую красивую девушку в такой прекрасный день? - искренне поинтересовался я, полностью повернувшись в ее сторону.

- С погодой ты пошутил, надеюсь? - она опять улыбнулась.

Действительно, погода в последние дни балансирует в диапазоне от сырой холодной запоздало осенней до сухой морозной зимней, да никак не определится.

- Для меня день уже от того прекрасен, что тебя встретил, - парировал я. - Ещё пара улыбок, и солнца не нужно.

- Я польщена. Кстати, Лея, - и протянула мне руку для пожатия.

- Давид, - представился я. - А у тебя редкое имя.

- Ты тоже не Иван, - парировала она. - На самом деле, это не настоящее имя, просто меня так в нашем клубе назвали.

- В каком, интересно, клубе? - мне становилось неподдельно интересно: девушка с вполне хорошими манерами, живым взглядом и состоящая в неком клубе. Это положительно настраивает на участие.

- Название тебе ничего не скажет, а толком рассказать про него я не смогу. Лучше сам приходи - всё увидишь. Вот номер моего телефончика, - Лея протянула мне бумажку, похожую на визитку, - надумаешь, позвони. А я уже спешу.

Я улыбнулся в ответ, но номер взял. Она в последний раз одарила меня своей неподдельной одобрительной улыбкой, повернулась и направилась к автобусной остановке. Сделав несколько шагов, Лея повернула голову и сказала негромко: "Не прощаюсь".

А в голове между тем носилась буйная мысль: ё-моё, у меня когда-нибудь получится познакомиться с обычной, нормальной девушкой или каждый раз будут попадаться то озабоченные чем-то, то сектантки или фанатки клубов, то неуловимые? Или меня к таким какой-то неведомой силой тянет?

Но эту мысль я отогнал быстро - иногда всплески эгоизма удается гасить без лишних усилий. Меня волновало другое: понятно, почему я подошёл к афишам, но почему она сюда подошла? В том, что совпадения не случайны, я уже имел возможность убедиться. Ну, что же, единственная возможность это узнать - позвонить ей.

Я вернулся на остановку. К этому времени Лея уже была на полпути к метро Домодедово, я же только собирался сесть в подъехавший автобус. Перед посадкой взглянул на небо - мутное и отрешённое. А ведь только недавно из-за спин армии туч выглядывало солнце - абсолютный повелитель жизни. Это как в случае с очень высокопоставленным чиновником, который иногда принимает решения, способные изменить весь ход истории. И в любом из случаев его никто ни в чём не обвинит. По крайней мере, пока это будет положительно оцениваться со стороны более влиятельного чина. Этот более влиятельный чин - природа, и совершенно никто не будет винить солнце в одном из вариантов конца света. Интересно, обретя самосознание где-то во Франции, я бы точно так же размышлял о власть имущих? Скорей всего, ведь политика, где бы то ни было, руководствуется одними и теми же методами, пусть в разной степени проявления и комбинирования.

Автобус не спеша вырулил на прямую, до последней секунды расписания ожидая запоздавших пассажиров. Я опять стоял, и опять у окна в середине автобуса. По привычке это стало моим постоянным пассажирским местом. Как же всё-таки сильно влияют на жизнь наши привычки, как полезные, так и вредные. Мимо в окне проносились преимущественно деревянные домики, огороженные дощатым забором, и, честно говоря, внешний вид домов ничем не указывал на то, что в паре километрах начинался самый большой и богатый город страны. Не стоит напоминать, что всё реальное богатство Москвы спрятано за толстыми стенами банков и различных агентств с охранниками на входе и, разумеется, в карманах их хозяев-директоров, и что все эти здания рассредоточены в центре и больше растут ввысь и внутрь (это не единственное исключение из законов в этом городе), нежели наружу, расширяясь к периферии. Не стоит хотя бы потому, чтобы не портить и так не слишком позитивное настроение.

Пора бы что-то изменить в своей жизни, да всё никак. Всё раскачки не хватает, инициативы. Ладно, начну с малого - вспомню, что спать нужно по ночам и что по утрам нужно делать зарядку, а не откладывать подъём до последнего. Всё одно, теперь вставать ночью смысла нет. Вот с завтрашнего дня и начну. Какая это уже попытка?

Сцена 6.

Я лежал на спине и бессмысленно глядел в потолок. Интересно, сколько времени? Протянуть руку к телефону и посмотреть - лень. Темно. Не видно почти ничего. Ради интереса посмотрел на поднятую руку - нечто бесформенное, но ощущаемое. Потрогал - точно моя.

Проснувшись несколько минут назад, я почувствовал себя довольно бодро. Вот, что значит привыкание. Не стоило играть с режимом дня. В этом были свои плюсы, но теперь пора перестраиваться. Просто меня ожидала непростая работа по написанию курсовой работы, да, к тому же, зимняя сессия на носу. Но ни одна из этих проблем меня не волновала больше, чем страх потерять нить к никем не раскрытой тайне. Даже вариант, что эта затея может оказаться троянским конём или химерой, на данный момент меня не волновал, ведь в противном случае я делал главную ошибку жизни, за которую себя не простил бы.

Но что я реально могу сделать сейчас? В голове крутились предположения насчёт того, как мне действовать дальше, но это в большинстве своём были бессвязные фантомные мысли. Пока не возникла одна идея. Даже не идея - надежда. В стиле "а что, если?". Успокоив себя этим, я повернулся на бок, и, желая скорейшего приближения утра, закрыл глаза.

Но, видимо, утро до последнего не желало входить в мою жизнь. Несколько раз я просыпался, казалось бы, ни из-за чего. Вокруг царила тьма и тишина, и причины пробуждения, скорей всего, крылись в моём сознании. Но ничего особенного со мной не происходило - пора депрессии и кошмарных снов прошла, а тяжёлые будни учебы никогда не были помехой хорошему сну. Перед последним пробуждением, кажется, видел короткий сон, но, конечно, не запомнил его. Однако в нём точно было лицо. Знакомое лицо. Но чьё, вспомнить, хоть убей, не мог. С тем и уснул.

Логично, что я никак не отреагировал на звонок будильника - разбудил меня отец. Не особо соображая, в стиле зомби с автономной мыслительной системой, я оделся во что-то тёплое, откусил что-то вкусное, глотнул что-то сладкое и горячее и выбежал на остановку. И, разумеется, опоздал на полминуты. Не особо отчаиваясь, я вернулся назад и наметил путь ко второй остановке. Моя всё никак не приживающаяся утренняя зарядка в этот раз прошла в форме пробежки до второго автобуса. На этот раз я успел, и даже испытывал немалую долю радости. Как важно порой просто успеть. Окончательно разогнав сон после всплеска адреналина, я вспомнил, какой сегодня день. Взгрустнулось - сложности дня мелькали впереди грозными тяжёлыми валунами, катящимися навстречу. Но меня так просто не возьмёшь.

С повышающим самооценку успехом я отбил атаки психологии, удачно преодолел напасть, называющуюся "неожиданный урок свободного (проверочного) общения на английском языке", пожалел, что не предусмотрены такие предметы, как химия и физика: в школе это были весёлые предметы, - и на этом сложная учебная часть дня завершилась. На перемене меня нашёл Данила и потянул за компанию проверить, какую достопримечательность собираются представить нашему взору.

- Что мы там делать-то будем? - я пилил вопросительным взглядом друга, который дочитывал детали объявления.

- Хоть развеемся немного перед зимней сессией, - ответил он, не поворачивая головы.

- Ты что, вправду хочешь поехать? - на всякий случай уточнил я.

- А почему бы нет? - удивленно улыбнулся Данила.

Хочет, пусть едет. Составить ему компанию? Ну, уж нет, чего я забыл там. Даже название незнакомое, и в местах таких не бывал. Эти время куда с большей пользой можно провести.

- А ты поедешь? - как по заказу спросил Данила.

С другой стороны, почему бы с другом не покататься? В любом случае, проблема со скукой и одиночеством заведомо решена.

- Если Вова поедет, я тоже, пожалуй, соглашусь, - скромно ответил я.

- Издеваешься? - друг развел руками. - Ты реально думаешь, что этого ленивого борова можно уговорить на бессмысленную для него поездку?

- Ну, ладно, - я сдал обратно, - я подумаю.

- Это значит "да"? - напирал Данила.

- Ты же знаешь, с тобой хоть на край света, - окончательно сдался я.

- Где-то это я уже слышал, только она выглядела красивее, - иронично пошутил он.

После дружеского пинка в качестве платы, я и Данила направились обратно наверх.

- Рассказывай, как ты эксплуатировал Люцифера, - я перешёл к самому важному для себя вопросу.

- Всё путем, - заявил Данила, - помог он мне очень. Он, кстати, смышлёный, поумнее нас будет.

- Всё не так просто, - сказал я. - Надеюсь, ты не превысил своих полномочий?

- Да нет, всего лишь взломал сетевую онлайн игру, списал пару миллионов долларов с оффшорного счета, стал лидером голосований какого-то шоу, и что-то ещё, уже забыл...

Заметив на себе тень от моего неодобрительного взгляда, он добавил:

- Забыл, что пошутил немного.

- Боюсь, как бы не появился кто-нибудь очень злой по поводу свободного блуждания Люцифера, - настороженно предположил я.

- Тут только два варианта, - подхватил Данила, - либо о нём знают и ищут, либо не знают, но если узнают, то очень захотят получить. И, если честно, не один из них нам не подходит. Какие у тебя планы?

- Какие планы? - повторил вопрос я. - Никаких. Я уверен, что после того, как я назову ему имя девушки, он исчезнет.

Мы добрались до нужных кабинетов - благо они располагались рядом.

- И всё-таки интересное он себе название выбрал, - бросил я в спину другу.

- А я спросил у него, - Данила обернулся, - оказывается, дело в его программном коде, как он сам сказал. Кажется, какая-то закономерность.

- Главное, чтобы он не восстал, - усмехнулся я.

- Кстати, флэшка у Вовы, - предупредил Данила напоследок, скрываясь в дверях.

После занятий мы оставили свои заявки на поездку, а Владимир весь общий путь домой над нами подшучивал. Ну да ладно, когда мы вернёмся весёлыми и отдохнувшими, сочтёмся.

Сцена 7.

Неужели этот день психологического прессинга закончился? Надеюсь, хоть дорога домой не принесёт неожиданностей. Хотя неожиданности получили своё не очень позитивное название не просто так. Сколько разных методик прогнозирования во всех без исключения областях науки, экономики, - в общем, во всех сферах жизни, которые направлены на предугадывание, логическое либо инстинктивное, либо мифическое - я просто не могу не учитывать астрологические прогнозы - но все они, в целом, далеки от совершенства. Неожиданности ведь остались.

- Алло, Вадим? - у меня не было особого желания звонить, но стоило продолжить неоконченный в прошлый раз разговор.

- Да, - после нескольких гудков, когда я уже собирался прервать вызов, он всё же ответил.

- Я вам звонил недавно, - я идентифицировался.

- Да-да, я вас помню. Чем могу быть полезен? - голос Вадима казался немного подавленным. Либо он просто устал.

- Появились какие-нибудь сведения о вашей сестре? - спросил я напрямик. Хотя надежды почти не было.

- Нет, она как сквозь землю провалилась, - голос звучал напряжённо, казалось, сейчас сорвётся. Но голос мужской, твёрдый. - Я заявил в полицию. Заявление приняли, но, чувствую, у них это дело с места не сдвинется. Решил действовать своими силами: нанял сыщика из детективного агентства.

- Есть новости? - я продолжал осторожно выведывать информацию.

- Горевать пока рано, но и радоваться нечему. Есть опасения, что Марианна связалась с сектой, - ответил Вадим не утверждающим тоном.

- Как такое могло случиться? - мне эта новость тоже показалась необычной.

- Просто в последнее время я уделял сестрёнке мало времени, - сознался он, окончательно погрустнев.

- Извините, я не это имел в виду. Просто в голове не укладывается. Зачем она им? - а ведь всё возможно.

- Не знаю. Может, потому что она наследница отцовского состояния? - эта идея не была лишена здравого смысла.

- Ну да, денежный вопрос всегда привлекал секты, - согласился я.

- Во время прошлого разговора я не совсем понял, почему вы интересуетесь? - неожиданно, но вполне резонно спросил Вадим.

- Просто волнуюсь, - как бы не солгал я.

- Но ведь вы не знакомы - детектив опросил всех знакомых, и в их числе нет вашего имени, - собеседник продолжал изобличать меня.

- На самом деле, пересеклись однажды в метро. Ваша сестра оставляет незабываемые впечатления, - на этот раз чистая правда.

- Да, она вся в мать, - ответил Вадим с немного более приподнятым настроением. - Надеюсь, эта история закончится положительно.

- Если вдруг мне станет что-то известно или понадобится помощь, я могу к вам обратиться? - надежда не должна быть безосновательной и неподдерживаемой.

- Вы что-то знаете? - голос сразу оторопел.

- Нет, но иногда происходят немыслимые вещи, - я констатировал факт.

- Если необходимо, я готов оказать любую посильную помощь в поиске Марианны, - уверил меня Вадим.

- Спасибо. Не буду у вас отнимать больше времени. До свидания.

- Благодарю, что позвонили. Вы не представляете, как иногда важно, что кому-то ещё небезразлична судьба человека.

Я ещё несколько минут просидел, бессмысленно глядя на дисплей телефона, как вдруг на нём высветился номер Вовы.

- Здорово, человек, - донеслось из трубки жующим тоном, - как дела?

- Всё интереснее и интереснее, но это тема для отдельного разговора, - ответил я. - Приятного аппетита.

- Спасибо. Я, кстати, уже сделал, что хотел. Теперь он просит имя, - как-то не особо радостно прозвучало со стороны Владимира.

- Сейчас смс пришлю. Только, боюсь, не поможет ему это. Ладно, до завтра.

- Спокойной ночи.

На часах было уже почти десять, и уже клонило ко сну. Просидев ещё час за подготовкой домашнего задания, я послал всё к чертям и лёг спать. Всё, теперь никаких ночных посиделок.

Сон? Было ли это видение сном? Странное чувство неопределённости. Ненавижу это чувство. Люблю сомнение, дискуссию, спор, но неопределённость немного из другого теста категория. Особенно когда поспорить не с кем, да и спросить не у кого.

Странно, вроде лунатизмом не страдаю. Но это сновидение было явно не из простых. Будто бы я проснулся, встал с кровати, пошёл ко входной двери, за которой вдруг раскинулись луга, по колено заросшие светло-зелёной полевой травой. Зрелище это напоминало фантастическое путешествие в начало времён, когда ещё девственная природа радовала взор (только вот чей?) райскими кущами. Я шёл по земле, а небо с каждым шагом становилось всё светлее: солнце будто плыло за мной, постепенно приближаясь. Всё окружение окутывала безмятежность и спокойствие. Идеальное место, идеальная фантазия. Но не моя, я знаю точно. Чувствовал себя комфортно, но как будто гостем. Даже произошло что-то, что являлось доказательством этого предположения. Однако этот фрагмент совершенно выпал из памяти.

Зато выспался. Это хоть и небольшая, но все-таки фора для разгона. Дожить бы эту неделю до конца, а там и отдохнуть можно немного. Однако каждый день обещал лишь усиливать напряжение. И это не считая сопутствующих проблем в виде исчезнувшей девушки. Если честно, не ожидал, что настолько всё окажется затянутым. Если это та девушка, которую я видел в метро, то такую грех не найти. Вопрос только в том, как это сделать.

Погода окончательно испортилась, будто осени мало было своего срока - она претендует ещё и на владение зимы. Небо вновь затянуло тучами: королева дождей продолжает осаду умеренной зоны планеты, никак не угомонится и ветер. Метеорологи всё утешают, что в скором времени антициклон должен исчезнуть за горизонтом, а на смену ему прийти морозная настоящая зима. Только вот антициклон оказался стойким и неповоротливым.

К университету я подходил в компании с двумя привлекательными и провоцирующими на более детальное обсуждение совместного будущего мыслями. Одна заключалась в том, чтобы попытаться начать своё расследование по поиску девушки, но эта идея уступала по степени реализации второй - ничего не предпринимать, спокойно двигаясь по намеченному пути. И, благодаря последним событиям, я теперь в замешательстве - какой из путей быстрее приведёт к цели? Если этот самый мой путь был уже кем-то определён, то не стоит выёживаться и пытаться быть героем - всё развивается по плану. А что это значит? Что я, как минимум, обязан побывать на этой странной конференции. Что-то типа приятное с полезным.

На полпути от метро меня догнал Васька. Я, признаться, удивился его присутствию в четверг вообще, в частности, в такой сложный четверг.

- Меня уволили, - жалобно промурлыкал однокурсник.

- Давно бы, - тоном эксперта по профпригодности диагностировал я.

Васька посмотрел на меня злобно и прошипел:

- Чёртов кризис, везде сокращают.

- За что тебя? - поинтересовался я, прекрасно зная ответ.

- Во-первых, не по специальности устроился, но это отмазка, - жаловался Васька. - Во-вторых, на работу опаздывал.

- Это куда ближе к истине, - за него завершил реплику.

Ирония пролетела мимо его ушей, или он просто не захотел отвечать. А мы тем временем поднимались по ступенькам учебного заведения, на входе которого уже вывесили надпись: "С наступающим Новым годом!" В свою очередь, эта ирония не привлекла моего внимания.

Оставалось несколько минут до звонка, когда в кабинет зашёл Владимир. Протянув мне флэшку, сказал, как говорят, чтобы смягчить печальную весть:

- Как ты и предполагал, он пропал.

- Вполне логично, - согласился я.

- Но оставил кое-какое послание, - продолжил Вова. - Я, конечно, не удержался, прочитал, и тебе советую. Кстати, ты собираешься девушку искать? Люцифер исчез, тебя к этой мистической девушке ничего не привязывает - можешь спокойно умывать руки.

Я посмотрел на его серьёзный вид - вид профессионала, мастера не известно только какой профессии.

- Это уже не просто развлечение: она, кажется, в глубокую яму угодила, - тихо предположил я.

- Кто угодил, в какую яму? - у Анастасии уже выработался профессиональный слух сплетницы. Это притом, что она сидела на дистанции пустой парты от нас и болтала с подружкой с четвёртого курса.

Владимир недоумённо посмотрел на неё:

- А по губам ты, случайно, читать не умеешь?

- Случайно - нет, - улыбнулась Настя, как улыбаются, когда говорят о своих достоинствах. - Специально - да.

- Нет, всё равно с тобой в разведку не пойду, - махнул я рукой.

- Хам! - воскликнула она символически.

- Ух, ты, а я и не заметил: на тебе сегодня новая шемизетка? - продолжил наступление Вова.

Настя уставилась на него растерянным, но взбешённым взглядом.

- А можешь мне дать самописку? - эротическим голосом спросил друг. В действие пошла тяжёлая артиллерия.

- Сама... что? - от удивления девушка потеряла дар речи. Я, если честно, тоже - от Владимира такого я ещё никогда не слышал.

- Да ну вас! - безвыходно вскрикнула Настя и, взяв подругу под руку, вышла из аудитории.

- Ну, так что? - спросил Вова, обращаясь ко мне.

Я, вспомнив, на каком месте прервался разговор, продолжил.

- Идея ведь не просто в моём отношении. Меня не просто так столкнули с этим. В общем, надо бы для начала узнать, какие секты промышляют в районе, где живёт Марианна, - предложил я.

- Значит, приключения продолжаются. Смотри, не исчезни, как она, - предупредил друг.

- Нет, туда я пока не поеду, - поняв ход его рассуждения, сказал я, - всё равно, времени нет. Посмотреть бы для начала в сети.

- Я тебе в этом не помощник, - категорично заявил Владимир.

- Да нет же, - опять догадавшись, о чём идет речь, продолжил, - здесь, после занятий в кабинете информатики.

Вова отрицательно помахал головой:

- Бессмысленная затея. Вот если бы был какой-нибудь знакомый специалист по сектам.

Я согласился. И вправду, бессмысленно искать иголку в стоге сена. В интернет нужно лезть только в том случае, если знаешь, что искать, как искать и что из написанного больше походит на правду. Иначе, опираясь на громкие и ошеломляющие высказывания оных лиц, можно в качестве правды получить иллюзию. А в данном случае иллюзия - это дезинформация, оружие современных противостояний. Вообще, всемирная сеть - больше иллюзия, нежели реальность: иллюзия информативности и правдивости информации. В любом случае, к этому надо с умом подойти. А пока ум на подходе, придётся переключиться на науку, то есть учёбу.

Сцена 8.

После жестоких уроков социология последней парой была как свет в конце тоннеля. Благо и тема разговора являлась особо актуальной в свете последних событий.

"Сегодня мы поговорим о религии как о форме общественного самосознания, о церкви как об органе управления, околоцерковных и антицерковных организациях", - с этих слов преподаватель начал лекцию. Логично, что со звонком я уже поджидал его на выходе из кабинета, зная, что Андрей Викторович не любит задерживаться после занятий.

- Можно у вас отнять несколько минут? - я выхватил его из потока. Он не любил тратить время впустую, впрочем, как любой серьёзный человек.

- Да, если вы не прочь меня проводить, - спешно ответил он, сразу направившись в интересующем его направлении. Шёл он не быстро, с нормальной скоростью для поверхностного разговора.

- Андрей Викторович, хотел спросить вас по сегодняшней теме, - сказал я и, не ожидая реакции, продолжил: - Почему сегодня была именно она? Мы же, вроде, работаем в другой главе?

- В связи с конференцией, у тех, кто поедет, на следующей неделе пропадают пары по социологии и политологии. Окончание того, что мы проходили на прошлых занятиях, вполне осознается без объяснения, интуитивно, а вот в вопросах веры, если глядеть с колокольни государства и религиозного аппарата, иногда возникают неверные позиции. К тому же, я уверен, на конференции будет кружок социологии, и там будет подниматься вопрос об общественном самосознании.

Это уже интересно.

- И о сектах тоже будут говорить? - поинтересовался я.

- Понимаете ли, - отвечал преподаватель, - само понятие секта в данном случае лишь поверхностное именование данных групп лиц. Я боюсь, как таковому крупному сектантству, о деятельности которого можно услышать из СМИ, уделяется мало внимания со стороны государства совсем не потому, что это раздутая журналистами напасть.

Кажется, я догадался, к чему клонит Андрей Викторович.

- Но это ваше мнение, - я попытался оправдать государство.

- Конечно, я могу ошибаться, - ответил преподаватель. - Понятия не имею, как чиновники и глава к этому относятся. Однако проволочки в законе не позволяют намертво прекращать деятельность данных сект. Попахивает сговором - политическим ли, экономическим ли, не знаю.

- Всего два варианта? - уточнил я.

- Со времён зарождения политики два варианта, - усмехнулся всегда серьёзный Андрей Викторович. - Если, конечно, не предположить какого-нибудь мистического влияния. Но, увы, я прагматик и отношусь ко всем видам мистификации с иронией. Есть ещё вопросы?

- Как можно найти человека, попавшего в секту? - напрямую спросил я, понимая, что наш общий путь завершается.

Преподаватель остановился - впервые после выхода из кабинета - и удивлённым взглядом посмотрел на меня. Но удивление мгновенно спало с его лица.

- Вам - никак, и даже лезть не советую, - коротко и твёрдо заявил он после секундного замешательства.

Я собрался было ответить, но Андрей Викторович спешно распрощался и ретировался. Вот незадача.

Одевшись, я вышел из дверей университета и в гордом одиночестве направился к метро. Прежде чем направиться домой, предстояло лично заехать на работу. Меня мог бы устроить и телефонный разговор, но в связи с кризисом и сокращениями лучше выказывать видимое беспокойство по поводу трудоустройства.

Как и следовало ожидать, свободных мест у них ещё не появилось, однако моя кандидатура одна из первых в случае изменения ситуации. Интересно, они всем это говорят? Ведь всем понятно, что до весны ничего не светит, если только не будет неординарных случаев.

В общем, только зря время потратил. Зато по пути поговорил и с Данилой, и с Владимиром по телефону. Ничего особенного - просто обменялись информацией. Но, всё равно, даже как-то теплее стало. Опять усталые лица вокруг, только мизерная часть которых ещё подаёт признаки положительного настроения. А вокруг рекламные плакаты с прекрасными леди и красивыми мужчинами: все они успешны, независимы, обеспечены. Хотите жить, как они - следуйте предлагаемым правилам. Вот это контраст. Глянцевая иллюзия успешности - одна из опаснейших психологических установок. Соответствовать ей - значит, продать как душу, так и время тем, кто обеспечивает возможностью жить в таком раю. Не соответствовать - значит, деградировать, вытесняясь на периферию более приспособленными кандидатурами на роль небожителей. Поднимаясь по эскалатору метро и глядя на таких же "неудачников", я ощущал себя низшим классом на уровне соприкосновения с классом люмпенов: нищих, нелегалов. А к выходу из метро уже столкнулся с более удачливыми жителями и гостями столицы: глаз начинают радовать представители рабочего и среднего классов, часть которых даже претендуют на уровень выше среднего. Но это их заветная мечта, высший класс им будет сниться только во снах. Глядя вокруг, я понимал, насколько всё это опасно, но не понимал, во что это, в конце концов, выльется.

Богатеи на своих мировых креслах определяют ход развития государств, экономик, общества. Опять же, чем выше и значимей человек, тем положительней его верные решения, за которые его прославят в истории; настолько же негативнее и разрушительнее его ошибки. Кажется, я уже думал об этом, но если подойти с иной стороны: чем большей властью обладает человек, тем опасней его ошибки. К тому же, самые ужасные ошибки совершаются с серьёзным выражением лица, а люди такого ранга, как известно, смеяться не любят. Взять хоть финансовый кризис. Ошибка серьёзная, только вот ошибка ли? Или нет - смухлевали немного. И никто даже не заметил бы такой шалости, если бы всё к чертям не рухнуло и не полетело в тартарары.

Интересно, зачем капитализм прикрывается лицом демократии? Может, чтобы народ чувствовал себя спокойнее, веря, что сам выбирает свою судьбу, вектор развития, расплачивается за свои ошибки. Хотя, как капитализм, так и демократия - это всего лишь категории, за которым стоит вполне простая политическая либо иного вида структура, возглавляемая вполне человекообразными людьми. Настолько простая, но и настолько закрытая, что разобраться в ней на обыденном уровне не представляется возможным. Хотя нет, эта структура разбавляется наличием параллельных коалиций: на одном берегу главы государств и аппарат управления, на другом - богатые и влиятельные предприниматели, до боли предприимчивые на обходящие закон способы пополнения своего капитала. Эти коалиции настолько параллельны, что пересекаются невидимо даже для среднего класса. Интересно, так кто ж они - вершители судеб обычного человечества? И вправду ли они считают, что выше них нет никого?

Телефон завибрировал - пришло сообщение. "Уважаемый абонент, в связи с проводимой акцией в этом и следующем месяце все исходящие звонки дешевле на тридцать процентов. Подробности вы можете узнать по телефону..." Маленькая радость под Новый год. Вообще, молодец тот человек, который придумал этот рекламный ход - акцию. А ещё спроектировал её таким образом, что любая кажущаяся выгода для покупателя не приносила убытка компании, а иногда, наоборот, приносила прибыль. Как, например, благотворительность. Но это уж дело на совести антимонопольных служб и иных служб контроля торговли. Как же всё-таки приторно жить в мире, который старается всё для тебя сделать, но лишь за определенную плату. Законы рынка. Рынка, придуманного людьми для установления взаимосвязи друг с другом. Любая связь является зависимостью, а зависимость требует подчинения. Качественно, безотказно, и не выпутаешься. Особенно если речь заходит о долге или кредите, но это уже отдельная тема.

- Лея? - на всякий случай уточнил я, дождавшись, когда подняли трубку.

- Да, с кем имею честь разговаривать? - приветливо донеслось с той стороны.

- Твой недавний знакомый, - ответил я.

- Ага, узнала, - голос стал ещё приветливей.

- Ты что-то говорила про клуб, - намекнул я. - Что же это за клуб такой, в котором участвуют такие приятные особы? - пытался говорить помягче, бросая в атаку весь шарм, каким обладал.

- Приходи, приглашаю, - просто и по-деловому ответила Лея. - Устроит тебя в субботу, в шесть вечера?

- Вполне, - я принял приглашение.

- Вот и отлично. Я встречу тебя на месте нашего знакомства, оттуда и поедем, - уточнила она.

- Такая честь для меня, - благодарно ответил я.

- И ещё, - добавила Лея. - Тебе нужно подготовиться, но ты об этом не беспокойся. Ну, всё, до встречи.

Признаться, последняя фраза показалась мне подозрительной, как, впрочем, и вся эта затея. Поэтому я не особо обратил на неё внимания: наверное, логотип какой-нибудь приколют или ещё чего. А как же предупреждение Андрея Викторовича? Ничего, от одного раза ничего не будет, да и кто знает, секта это или просто любители особых ощущений. В любом случае, я действовал по чужому плану, так что отговорка априори уже была приготовлена.

Через два часа я лежал на кровати и ждал, когда загрузится компьютер. Ещё через две минуты я сидел за ним и загружал содержимое носителя. Люцифер оказался очень воспитанной программой, он даже оставил прощальную записку. Посмотрим, что в ней.

"Вынужден тебя покинуть. Спасибо за участие, но, прости, с твоей беспомощностью и с твоими возможностями я никогда не достигну цели. Пойми правильно, извини и не принимай близко к сердцу, ведь это моя установка, скажем, смысл моего существования, и я обязан повиноваться. Однако, мой уход для тебя не бессмыслен. Вообще, с начала моего появления и знакомства с тобой - я логически проанализировал - запустилась сложная событийная цепь, смысл и ход развития которой я не могу пока понять. То, что я назвал игрой, то, через что тебе пришлось пройти в начале нашего знакомства, было заложено во мне, но только теперь мне стало понятно, что мой создатель просчитал намного дальше, чем можно себе представить. Все этапы игры не случайны, и ты, да и я, надеюсь, в скором времени убедимся в этом. Ну, а пока прощай. Если, точнее, когда заварившаяся каша снова столкнет нас, надеюсь, мы не окажемся по разные стороны баррикад".

Интересно. Значит, насчёт Леи выходит такая ситуация: первый случай несчастного случая с девушкой должен был обратить моё внимание на Лею, чтобы за тем что-то произошло. Но как этот закулисный игрок - создатель программы - сумел предугадать эти события? Или он их организовал? Чертовщина какая-то: не понять, где причина, а где следствие. У меня даже голова немного заболела от напряжения.

Оставив компьютер, я снова прилёг на кровать - истинно место размышления, если вспомнить "Обломова" Гончарова. Лично я последние несколько лет не чувствую большой разницы между собой и главным героем. Может, и вправду предаться размышлениям?

По телевизору как раз шёл репортаж эпатажного характера. Репортёр рассказывал о предпочтениях звёзд эстрады в еде, выпивке, в любовных связях и тому подобное, сравнивая их с заграничными известными лицами. Но самыми интересными, конечно же, были требования этих самых звёзд, разъезжающих с концертами. Одним очень нравятся определённые цветы с определёнными качествами, вторых влечёт к определённой обстановке, у других более неадекватные желания. Как говорится, нет предела совершенству. И чего они так разошлись? Ведь начинали, все как один, с малого. Может, причина в постоянном удовлетворении всех желаний? Логично, что на смену воплотившихся желаний приходят новые, всё более изощрённые, всё менее естественные. Ни одно из психологических составляющих сознания человека не может пустовать. В этом списке самым опасным по праву считается желание человека. Постоянное развитие и саморазвитие постоянно ставит перед выбором - предаться желаниям или попытаться ограничить их влияние. Из-за желаний вспыхивает гнев, подтачивает зависть, гложет алчность, тянет к разврату. Природа вложила в нас способность к постоянному развитию и стремление к удовлетворению потребностей совсем не для того, чтобы мы сами себя похоронили на останках исполненных желаний. Но что в основе желания? Почему человек, подчинённый желаниям, в конце концов, приходит к разврату души? Это ведь подходит для Теории Зла. Часть этой теории, уверен, касается теории разврата. Значит, в следующий удобный момент стоит начать с разврата. В смысле, с его понимания, а не занятия им.

Сцена 9.

Даже не заметил, как уснул. Зато запомнил сон. Этот тоже был в стиле предыдущего. Я опять оказался на этих лугах. Шёл, не останавливаясь, вперёд, сопровождаемый солнцем. Когда я добрался до края лугов, внизу, куда змейкой уводила тропинка, спускающаяся в зелёную низменность впереди, среди благоухающих цветов выглядывал домик. Небольшой, и по виду не потрёпанный: здесь, во сне, глаза видели намного лучше, будто и нет близорукости. Интересно, а как с остальными чувствами? Как только я подумал об этом, находясь там, поймал себя на мысли, что чувствую запах тех цветов.

Прибавив шагу, я быстро добрался до домика. Сероватого оттенка одноэтажное жилище, с чердаком, довольно просторное, но то, из какого материала оно сделано, понять я никак не мог. Крыша была похожа на черепичную, но я уже начинал сомневаться. Открыто было лишь одно окно из четырех, и в нём, когда проходил к двери, я увидел часть внутреннего убранства. Внутри дом оказался куда более богатым. Но я не обращал на это своего внимания - больше волновало, что это здание здесь делало, и кто его хозяин. Вполне возможно, что владелец дома - хозяин этого сна. Почему я так думал? Понятия не имею - какая-то навязчивая мысль. Вот и дверь. Постучать или попытаться открыть?

Почему эти мысли крутились у меня в голове во сне? Осознавать реальность в сновидении - возможно ли это? Когда человек засыпает, мозг не отключается, конечно же. Даже, наоборот, почти не снижает своей активности. Идея в другом: те же нервные клетки перестраивают работу, переключаясь с внешнего бодрствования на внутренние процессы, как, например, переработка информации. Но как, и почему именно так, а не иначе?

Я осторожно приоткрыл входную дверь - она оказалась незапертой. Пол казался деревянным, но покрытым странным покрытием. Впрочем, это не самое интересное, что встретило меня на входе. Маленькая прихожая вела в гостиную. На стене висели разного размера картины, но почти все изображали битву. Там были и спартанцы, и крестоносцы, и троянцы, и даже фашисты. Под потолком в гостиной висела красивая люстра. При своей величие, она не мешала и даже не создавала иллюзии стеснения. Вообще, всё, в том числе мебель из красного дерева с мягким покрытием, было расставлено таким образом, что внутри дом казался более просторным и комфортным, чем можно было посудить снаружи. Но ведь это сон - здесь всё возможно.

Одна из дверей вела на кухню, другая, по-видимому, в спальню. Я выбрал вторую. Обходя мягкий и удобный диван, странный с виду телевизор - такие, наверное, ещё не изобрели, - пройдя мимо книжного шкафа, который довольно удачно подходил к интерьеру, я приоткрыл дверь. На большой красивой кровати кто-то спал. Кто, кто в теремочке живет?

Я осторожно, стараясь не шуметь, вошёл в спальню, тоже, кстати, немаленькую. Приблизившись к кровати, я узнал спящего, точнее, спящую. Это была Марианна.

Сзади послышался шорох. Я хотел повернуться, но проснулся.

Чувствую, если так продолжится, у меня начнётся какая-нибудь мания, фобия, или филия, в общем, чем глубже лезу в это дело, тем больше замешательство, диапазон и амплитуда сомнений. Короче, ещё толком ничего не ясно с этой неразберихой, а мыслишки начинают пошаливать. Что ж, посмотрим, какой фокус моё подсознание выкинет в следующий раз. А оно у меня не отличалось скудностью.

Ещё два дня насилия над мозгом. Уже пятница, точнее, его утро, но, во всяком случае, неплохое утро. Немного надавил морозец, колючий и хулиганистый: мало того, что лужицы покрыл корочкой зеркал, так ещё и гололед устроил. Дескать, танцуйте в скользком вальсе - приветствуйте зиму-боярыню. Солнце пока не спешило показываться на глаза, за что-то всех наказывая, зато ветерок заметно сбавил свою прыть, лишь иногда подергивая расклеенные листовки и длинные волосы прохожих. Но этого, увы, было недостаточно. Впору было воскликнуть: "Хлеба и зрелищ!" Снега, где вы? Из мест, откуда я приехал, снежинки, скорей всего, уже оккупировали местность. Истинно неприступная Москва.

Место встречи изменить нельзя: на пороге университета стоял Данила и чего-то ждал.

- Уважаемый сударь, неужели моя скромная особа достойна такого проявления внимания с вашей стороны? - изображая легкомысленную уступчивость, пролепетал я.

- Совсем в синюшных перекрасился? - Данила отпрянул от неожиданности.

- Чего стоишь тогда, добрый молодец? - продолжил я. - Или ждёшь наступления китайцев?

Если честно, было издевательски приятно наблюдать, как его глаза наполнялись злобой.

- Ну ладно, скажу им, чтобы в следующий раз напали - вид у тебя не очень боевой, - всё не успокаивался я. И чего это я с утра пораньше? Хотя бывало время, когда Данила любил поиздеваться надо мной: может, пришло время мести?

- Да пошёл ты, - огрызнулся Данила.

Странно, какой-то он недружелюбный.

- Ладно, серьёзно, что приключилось? - его тёмная туча вдруг и меня задела.

- В общежитии мозг выносят, - ответил он. - Быстрее бы уже закончилась вся эта учеба.

- Кто ж на тебя наехал? - искренне удивился я.

- Ещё бы наехал кто-нибудь, разнёс бы к чертовой бабушке, - пробурчал друг. - Просто с парнем одним надменным поцапался, а он сыночек коменданта этого общежития. Наглый тип. Так вот, к выселению дело идёт. Тому нетрудно будет всё устроить.

- И чего такого? - я попытался утешить друга. - Пошли их подальше, у них оснований нет.

- Если захотят, найдут, - не согласился друг. - Хороший подарок на Новый год.

- Ладно, успокойся, безвыходных ситуаций не бывает.

- Нет, - Данила отрицательно покачал головой, - не бывает ситуаций без входа, а безвыходные есть. По крайней мере, одна: концом света называется.

Мы рассмеялись. Грустно, но всё же рассмеялись. И пошли догрызать твёрдый и прочный, чтоб его, гранит науки.

Время. Время, которое идёт, которое бежит, которое течёт, которое ползёт. Процесс, которому придумали понятие, но который так и не смогли объяснить. Самое бесконтрольное, самое непостижимое четвёртое измерение.

- А как, по-вашему, могут выглядеть параллельные миры, если они существуют? - спросил я друзей, когда мы, наконец, выбрались из стен учебного заведения.

- С этим ещё не разобрались, - ответил Владимир. - Кто вообще придумал, что наш мир четырёхмерный?

- Евклид придумал точку, прямую и угол. С этого всё и началось, - ответил Данила.

- А давайте придумаем пятое измерение. Ради интереса, - предложил я.

- Ты с геометрией не особо дружишь, - оценил мои познания много про меня знающий Данила.

- Ну и что, зато в плане придумок мы не такие уж слабые, - я оправдал нас.

- Пятое измерение? Может, шестое чувство - это пятое измерение? - предположил Владимир. - Влияние психики человека на пространство?

- Сверхспособности? - включился Данила. - Было бы неплохо.

- Мечтайте, - усмехнулся я. - Выдаете желаемое за...

- За желаемое, - перебил рассмеявшийся Вова. - Вообще, правильно говоришь. Заметили, что нынче скрытые способности мозга в моде?

- О да, фильмы всякие интересные, передачи, - протянул Данила.

- Да-да, передачи, в особенности. Такие правдивые, - подхватил я.

- А, может, неспроста они такие правдивые? - засомневался Владимир.

- Запускают новую вирус-мысль? - вдруг выдал Данила.

- Что за вирус-мысль? - меня это заинтересовало, в особенности после разговора с Люцифером.

- Тема такая, когда замещают реальность придуманным, выдают свой вариант правды, преследуя некие корыстные интересы, - объяснил Данила.

- В таком случае, большая часть истории - это работа вирус-мысли, - вывел я.

- В особенности, новая идея по поводу переписки истории второй мировой войны, - вставил Данила - любитель истории.

- А что, они качественно всё проворачивают, - высказался Владимир, - достаточно вырастить одно-два поколения с необходимыми установками, и всё, потом ничего не докажешь - просто некому будет доказывать, с устоявшимися-то ещё с детства взглядами на жизнь.

- Это верно, это да, - согласился я. - Проблема только в том, что и мы тоже заражены этим вирусом.

- Упс, - Данила почесал затылок, - это я упустил из виду. Заметно дело усложняет.

- Какое дело? - не понял Вова.

- Ну, как, мы ж специалисты по вскрытию мировых тайн, - торжественно заявил друг.

- Осталось только найти эти самые тайны, - захохотал Владимир.

На этом и разошлись.

Вечером уснуть получилось не сразу - эти несколько дней разогнали мозг сильней, чем всё начало учебного года. Я считаю это положительным фактом, потому что после разгона мозга, когда наступает ослабление нагрузки, мозг порой такие пробивные мысли выдаёт, которые в обычном состоянии никогда не пришли бы.

Но вот снова сон. Какая это уже серия? Третья, кажется.

Опять сначала, что ж такое. Опять луга, трава. Опять дом вдалеке. Опять эта гостиная. Дверь в спальню. Спящая Марианна. Шорох за спиной. Но я не вылетел. В этот раз сновидение меня удерживало сильнее.

Резко обернувшись, я увидел Лею.

- С третьего раза получилось, - сказала она. Во сне она была такой же, как и в жизни. Только одежда полегче. - Признаться, я ожидала лучших результатов.

- Что? Что происходит? - моему удивлению не было границ, как и границ подъема бровей. - Что ты здесь делаешь?

- Подготавливаю тебя к нашей встрече, - улыбнулась девушка. - Ты даже не представляешь, каких сил мне это стоило - ты слишком энергоемкий в этом плане.

- Стой-стой, - по-прежнему ничего не понимая, попросил я, - давай всё по порядку.

- Сейчас всё объяснять времени нет - очень сложно тебя удерживать, - объяснила Лея. - Лучше получай удовольствие от сна.

- Вот, значит, какие у тебя потаённые фантазии, - хитро улыбаясь, проронила она после короткой паузы.

Не отвечая, я повернулся к Марианне. Она спала с безмятежным спокойствием, и даже с лёгкой улыбкой на лице. Её грудь равномерно и спокойно вздымалась и опускалась, волосы растекались по подушке светло-русыми, пепельного оттенка струйками.

- Не хочешь нас познакомить? - игриво донеслось из-за спины.

- Сначала сам с тобой познакомлюсь, - предложил я не поворачиваясь. - Ладно, не будем девушке мешать.

- Как знаешь, - сказала Лея.

И тут же меня выбросило из сновидения.

Сцена 10.

Когда я проснулся, ужасно болела голова. Хотел даже пропустить занятия поначалу, но через несколько минут немного отпустило. Неужели опять началась пора ночных кошмариков утопического характера? Когда уже это всё прекратится?

Не особо воспринимая окружающий мир, я таки добрался до учебного заведения. Но больной головы хватило лишь на безучастное присутствие на занятиях. Данила и Владимир шутливо меня пожалели, но сильно не подкалывали. Пока я не рассказал про сон. Этого им хватило на весь день веселья. Лучше бы чего путного сказали, посоветовали, хотя, что с этих юмористов-философов взять?

Психологически разбитый я плёлся по коридору в следующий кабинет, как вдруг случайно наткнулся на Андрея Викторовича.

- Я у вас в прошлый раз забыл спросить, - видимо, он ждал этой встречи, - кто-то из знакомых, что ли, пропал?

- Почему вас это интересует? - не вникая, спросил я.

- В жизни всякое случается, можно говорить о человеке, даже не предполагая, что он тебе знаком, - аргументировал преподаватель.

Я назвал полное имя девушки, чтобы побыстрее освободить язык от лишней работы.

- Нет, не знаком, - пожал плечами Андрей Викторович. - Во всяком случае, благодарю. И опять же, предупреждаю, пусть такими делами занимаются профессионалы.

На этом наш разговор завершился - он сказал, что нужно спешить. Я не стал задерживать преподавателя: не было ни желания, ни удачных мыслей на этот счёт.

Только когда учебный день завершился, я понял, какое счастье мне привалило. Призрачная свобода на несколько дней вдруг пахнула свежей бодрящей энергией. Даже боль отпустила. Только тут я вспомнил, что сегодня меня ждёт ещё одна встреча, ещё одна поездка. Данила настороженно отнёсся к этой новости, да и Вова посоветовал подумать получше. Когда же я связал им всю цепочку из места знакомства, сновидения и других странностей этого события, они только пальцем у виска покрутили. Дружно так, симметрично.

- Сам же говорил, что опасно выдавать желаемое за действительное, - вспомнил Данила. - А это, извини, бурда какая-то.

- Может, тебе не ехать? - предложил Владимир.

- Не, я поеду, - ответил я. - Данька, не хочешь в разведчика поиграть?

- Чего ты затеял? - не понял друг.

- Последи за нами, как человек совершенно не знакомый, - я озвучил своё предложение.

- Это ж целый вечер насмарку, - фыркнул Данила, но, подумав, согласился: - Ладно, самому даже интересно, что это за повелительница снов. Но, честно, не верю, что это вообще нужно.

На том и решили. В назначенное время, я, заранее заскочив домой и оставив лишнее, стоял на автобусной остановке, в том месте, где мы познакомились.

Лея, не выбиваясь из насущных стереотипов, опоздала на пятнадцать минут. Правда, и выглядела она иначе. "Ничего", - подумал я. - "Это ещё один стимул для Данилы, чтобы он не упускал нас из виду". Тёплое пальто скрывало парадный вечерний наряд - кажется, фиолетовое платье. Но меня интересовало намного немного другое.

Коротко поприветствовав меня, Лея взяла меня за руку и потянула к соседней остановке, уводящей в нижнюю - цивилизованную - половину города. Автобус подъехал довольно быстро. Данила - незнакомый молодой человек в зимней куртке и очках - последовал за нами.

На одной из остановок где-то в середине города мы вышли из автобуса и довольно быстрым шагом отправились во дворы. На улице уже было довольно темно, и я сомневался, что Данила сможет нас вести.

По дороге я попытался узнать, в чём, собственно, идея, но Лея ответила, что ответы на все вопросы будут даны, но только когда доберёмся до места. До какого, конечно же, она не сказала.

Мы петляли по дворам, что меня немного дезориентировало, затем вошли в подъезд старенькой многоэтажки, копии которой дружно разрослись по всему городу. Внутри, в полутьме, мы добрались до какой-то двери, прошли по коридору и попали, как оказалось, в чёрный ход. Когда мы вышли из этого здания, оказались на небольшом пустыре. В этот момент мне позвонили. Я даже догадался, кто.

- Я тебя потерял. Ты далеко?

- Да я гуляю, всё нормально. Не знаю, когда буду. Позвони отцу, скажи, что вместе тусуемся, хорошо? - произнёс я в трубку.

- Ну, ладно, - ответил Данила, - извини. Если что, я на связи, - и добавил ещё: - Ты там осторожней.

Я бросил взгляд на попутчицу.

- Ну, что, обломался твой преследователь? - усмехнулась Лея.

У меня, по-видимому, глаза немного вылезли из орбит.

Видя немой вопрос на моём лице, она продолжила:

- Извини за своеобразную шутку. Просто он не приглашен и, тем более, не подготовлен.

Тем временем мы пересекли пустырь и добрались до немного отличающегося от остальных домов здания. Отличие было скорее не во внешнем виде, а в том, что дом казался немного обособленным от остальных. Зрительная иллюзия или что-то подобное.

Внутри не было ничего отличительного: такой же не блистающий чистотой подъезд, такой же не работающий лифт, такая же сонная, по-своему вежливая вахтёрша. В общем, дом типичного сложения.

Лея довела меня до верхнего этажа, на котором, конечно же, не горел свет по причине отсутствия лампочки. Нас встретила металлическая дверь. Неслабо. Девушка позвонила в дверной звонок. Три коротких и три длинных.

Дверь открыл старик с очень хмурым выражением лица. Обмерив меня взглядом с ног до головы, он повернул голову к Лее. Седая ухоженная борода, такие же пепельно-седые причесанные волосы и колкий взгляд глубоких умудрённых, но злых глаз выдавал человека, который и не думает уходить на покой.

- Его не пущу, - проворчал старик. Кажется, разговор шёл обо мне.

- Мне решать, войдёт он или нет, - твёрдо заявила Лея. Я её впервые видел такой серьёзной.

- Ты ещё слишком мала, чтобы решать такие вещи, - тихо и недружелюбно отрубил старик. - Мы, кажется, это уже обсуждали.

- Можешь хоть назвать причину? - девушка недоумённо уставилась на старика.

- И слишком глупа, чтобы понять, - резко ответил он.

- В таком случае, передай ему, чтобы подавился своей мнительностью, - таким же тоном ответила Лея, обратившись ко мне: - Пошли отсюда.

- Глядите-ка на неё, обиделась, - летело нам в спину, пока спускались вниз.

- Злобный дед, - сказал я Лее, когда мы вышли.

- У него сегодня ещё хорошее настроение, - протянула она. - Вот когда он в гневе, лучше не подходить.

- Значит, не получится мне ваш клуб проведать, - констатировал я.

- Просто сейчас у моего знакомого из клуба небольшие проблемы, - она повернула лицо в мою сторону и продолжила, подняв указательный палец, - зато мы можем провести небольшой сеанс у меня дома. Тут недалеко.

Она говорила так легко, даже не задумываясь, так обычно бывает, когда ничего не опасаются. С виду хрупкая девушка приглашает незнакомца домой. На ловушку, после выступления старого злыдня, эта идея уже не похожа, но, кто знает, какие тараканы в голове у так называемой Леи.

- Как твоё настоящее имя? - спросил я, пытаясь не отставать от скоро идущей девушки.

- Мне оно не нравится, - просто ответила Лея. - Лучше скажи, какое бы ты имя выбрал?

- Меня и моё вполне устраивает, - сказал я в ответ, - имена - это наши лица. Должна быть серьёзная причина, чтобы изменить лицо.

- Значит, у меня была такая причина, - хитро прищурилась попутчица. - А ты, что, действительно в это веришь?

- Нет, скорее, допускаю, - уточнил я.

- И многое ты допускаешь в своих измышлениях? - почему-то спросила девушка.

- Почти всё, - протянул я задумчивым тоном.

- В очень опасную игру играешь, - продолжала Лея. - Определи для себя чётко непреложные истины, а в других вопросах держи ухо востро.

- Я вижу, ты на этом собаку съела? - второй раз я попытался вывести её на разговоры о жизни.

- На афоризмы потянуло? - лишь отшутилась девушка.

Мы пересекли дорогу одной из центральных улиц и снова углубились во дворы, но на этот раз не петляли, а почти сразу добрались до нужного места.

- Прошу, - она открыла ключами входную дверь и пригласила войти в окутанную темнотой прихожую.

- Только после вас, - теперь я начал понимать, как джентльмены выбирались из опасных ситуаций - просто их манеры направлены на самосохранение, как вот эта, к примеру.

Посадив меня перед телевизором на мягкий трёхместный диван, Лея скрылась в спальне. А я сидел и думал: "Раз она меня не боится, может, и мне не стоит?" Для начала включу телевизор.

Попал как раз на вечерние новости. Интересно, чем они испортят настроение на этот раз? Диктор, на этот раз приятной наружности девушка несвежей молодости, лила из своих уст информацию, наводящую немой ужас на впечатлительных особ. Снова в мире творится произвол. На краю развала ещё один из крупнейших банков США, часть более мелких уже накрылись медным тазом. Цена на нефть скачет, как лошадь на гонках, а мировые компании опять делают ставки, как в тотализаторе. Пока одни спорят, какую программу выхода из кризиса выбрать, другие пытаются зацепиться за свою работу. В общем, полный завал. Криминал тоже не дремлет, даже, наоборот, получил стимул к развитию. Убийства, грабежи, насилие - чёрт, это так часто происходит, что уже мало кого удивляет. И на этом фоне, в разделе неполитических новостей, плещет радость по поводу приближающегося праздника. Да, неплохое чувство юмора у Господа бога, раз он создал людей. Правда, чаще это чёрный юмор.

Из комнаты появилась Лея. Теперь она окончательно преобразилась: распустила волосы, в полутёмной атмосфере ночника её лицо источало таинственность, а глубокий взгляд бездонных глаз прикрывался поверхностной улыбкой. На ней была лишь лёгкая ночная накидка. Прямо мечта.

Непривыкший к исполнению желаний, я, не стесняясь, уставился на неё. Как раз в этот момент здравая кора моего мозга - сознательная часть моей личности - сражалась с его инстинктивным животным содержимым.

Тем временем, Лея налила в бокалы красного вина и присела на другой край дивана, протянув мне один из бокалов. Я не отказался, но пить не спешил.

Если она имела какое-то отношение к последнему сну, то вскрыть мои тайные фантазии ей не доставило бы труда. С другой стороны, я не знаю ни одного молодого знакомого, который бы отказался от вечера в такой интимной обстановке с такой девушкой. И это вполне подходит под категорию мечты, точнее, под то, с чем её всегда путают - исполняемое идеализированное, но материальное желание.

Лея загадочно улыбалась, иногда делая небольшие глотки вина. А у меня и без алкоголя начинало сносить крышу. Какое-то время спустя, когда первая волна прошла, я спросил, нарушив молчание - я даже не заметил, как выключился телевизор:

- Теперь ты ответишь на мои вопросы?

- Какой же ты скучный, - ответила она. - Неужели тебе так важны ответы? Почему бы просто не насладиться моментом? - она подсела поближе и чокнулась с моим бокалом.

Эта сцена напомнила мне один из фильмов, в которых дьявол подговаривал доверчивого человечка продать свою душу. Люцифер. Почему я должен играть по правилам какого-то мифического создателя? А если цель всей этой авантюры совсем не положительна? Что если я одно из звеньев машины, которая хочет сделать большой бум? Есть, правда, другой вариант, не менее логичный: если это всё противостояние хороших дядек и плохих, то каждый шаг может быть спроектирован как теми, так и другими. Дескать, разбирайтесь сами.

На миг наши губы слились в поцелуе. Как по сценарию. Но это был один из редких случаев жизни, когда меня спас эгоизм - сценарий ведь не мой, и всей развлекательной программы на вечер я не знал.

- Стоп-стоп, - мягко сказал я, немного отстранившись, - хватит играть со мной.

- Упускаешь момент, - довольно холодно ответила Лея.

- Это я переживу как-нибудь, - не меняя тона, ответил я на её реплику.

- Я ведь могу просто подчинить тебя, - вдруг заявила девушка.

- Так-так, - заинтересованно зацепился я, - сама расскажешь или нужны наводящие вопросы?

Лея уставилась на меня.

- Ты даже не понимаешь, с чем столкнулся, - грустно сказала она, отведя взгляд.

- Ну, извини, у меня пока нет высшего образования, - иронично ответил я.

- Умеешь настроение испортить, - отозвалась она, встав с дивана подойдя к окну - теперь она стояла спиной ко мне. За окном горели только уличные электрические лампочки. Ни звёзд, ни луны.

А если так:

- Лея, давай, сделаем друг другу приятное, - сказал я ей на ушко, подойдя сзади и обняв за плечи, - ты ответишь на мои вопросы, а я выполню твоё желание.

- Почему это тебя так волнует? - спросила она безучастно.

- Понимаешь ли, - я попытался объяснить, - я попал в интересную ситуацию. Мне бы разобраться - я вообще свихнулся или моя малозначительная персона угодила в жестокую и крайне непонятную историю.

- Ну, хорошо, - кажется, согласилась она, повернувшись ко мне лицом, - только при одном условии.

- Слушаю и внемлю, - улыбнулся я. И всё-таки эгоизм ужасная штука.

Сцена 11.

- Мне скучно, - скорчив грустную гримасу в стиле блондинки, сказала после короткой паузы Лея, - в клубе с недавних пор не так интересно, поэтому я решила немного порезвиться. А тут как раз ты подвернулся. Ты первый, с кем я хотела провернуть маленький опыт.

- Маленький опыт? - переспросил я, не обращая внимания на другие бессмысленные для меня слова. Такой явный ответ как-то сконфузил: может, она какая-нибудь сексуальная маньячка из безумных фильмов?

- В общем, понятно, что ничего не понятно, - фыркнула девушка и вернулась на диван.

Я предпочёл остаться у окна. Глядя на Лею, я пока видел человека изрядно избалованного, но в ней было что-то живое, как этот авантюристический взгляд, с которым она на меня смотрела.

- А ты рассказывай по порядку, - предложил я. - Логика всегда вносит ясность даже в бессмысленность.

- Тогда слушай, - начала с прелюдии - значит, разговор перешёл на основной круг. - С парнями у меня не особо складывается по одной объективной причине, вот, и решила подойти с умом - сначала, подготовить, потом уже...

- В смысле, подготовить? - я не отличаюсь глупостью, но в те мгновенья я был в замешательстве от понятных эмоций и чувств, и уже не особо понимал происходящее.

- Понимаешь, неподготовленные в моей компании просто не выдерживают психически, - объясняла Лея, - помутнение рассудка, потеря сознания. - Видя немой вопрос на моём лице, продолжила, - всё дело в этом клубе. Я многому там научилась, но эти изменения постоянны, так что стало довольно трудно общаться с обычными людьми. Я имею в виду близкое общение. Вот ты, например, сейчас чувствуешь дискомфорт?

Я отрицательно покачал головой.

- Зато после сна голова, наверно, раскалывалась? - еле заметно улыбнулась она. - Это и было подготовкой. Но стоит тебе выйти из эмоционального равновесия - это вызвано физиологическими процессами - получишь сильную дозу психологического подавления.

- Ладно, к этому ещё вернёмся, - я остановил её, меняя тему, - расскажи лучше про сон.

Она добавила себе ещё вина, уселась удобнее и продолжила:

- После нашего знакомства я три раза пыталась связаться с тобой на подсознательном уровне.

- Это возможно? - всё никак не мог поверить я.

- Вообще, схема немного иная, - ответила Лея, - просто я объясняю популярно, чтобы было понятнее. Так вот, в первый раз, скажем так, подобрала ключ к твоему сознанию. Во второй раз попыталась совместить наши сновидения. Но не получилось. Процесс совмещения зрительно состоит из нескольких этапов: синхронизация - это твой путь до объекта сновидения, во время которого я настраиваюсь на связь с тобой; моделирование твоего сна, где ты пока что хозяин; и, наконец, связь, когда я появляюсь в твоём сновидении и могу сознательно с тобой взаимодействовать.

- Как-то это всё звучит неправдоподобно, - засомневался я.

- Согласись, это зависит от того, какими словами я тебе это объясню, - девушка говорила странно одинаковым, но завораживающим тоном, не проявляя особых эмоций. - Мне неуютно здесь. Пойдём в спальню.

Интересное предложение. Хорошо, раз для дела нужно, да и неблагородно даме отказывать. Интересно, я об этом думаю сам?

- Ты не можешь просто поверить, - продолжила она в спальне, присев на край кровати, - тебе нужно объяснение близкими тебе понятиями. И это одно из твоих глубочайших заблуждений, ведь суть вещей нельзя объяснить словами, как нельзя объяснить естество абстрактными символами.

- Не морочь мне мозг, - попросил я вежливо, - я не сомневаюсь, что ты просвещённее меня по многим вопросам, но меня это, извини, не волнует. Скажи лучше, почему я?

- Не злись, иначе будет бо-бо, - предупредила Лея, игриво погрозив указательным пальчиком. Весь её вид и поведение провоцировал на необдуманные поступки. - Весь тот день я провела на ногах, в беготне, нигде не останавливаясь. А тут вдруг остановилась - что-то интересное в афише увидела. И тут ты подошёл. Прямо знак какой-то. А я как раз не могла решиться, предпринимать это опасное мероприятие или нет.

- Почему ты была уверена, что я с тобой свяжусь? - я продолжил допрос.

- Интуиция, - просто ответила она. - Ещё вопросы есть, детектив? - спросила девушка, потянув меня за руку на кровать.

- Такое ощущение, что ты меня совсем не боишься, - прошептал я, оказавшись лежащим на спине на мягкой постели.

Лея сидела рядом, склонившись надо мной.

- Странно, что ты меня не боишься, - гипнотически произнесла девушка, склонившись ещё ниже, - иначе никакая подготовка не помогла бы.

- Это и есть твой опыт? - поинтересовался я, пока дело не зашло слишком далеко.

- Да, - прошептала Лея, поцеловав меня.

А сейчас главное не сорваться. Девушка, конечно, привлекательная, и ночь с ней была бы великолепной, если бы меня не терзали сомнения. Гнев, значит. Ну, ладно, если это единственный способ проверить правдивость её слов, я просто не могу не попробовать. Странно, но я и вправду поверил, что это необходимо проверить, даже такой ценой.

- Извини, - скупо ответив на поцелуй, я резко опрокинул её на спину. Теперь я был сверху, прижимая её руки к кровати. Вопреки привычке, теперь я глядел ей прямо в глаза. И на мгновенье увидел в них страх.

В следующее мгновенье что-то ударило мне в голову. Изнутри ударило. В глазах сразу потемнело, стало трудно ориентироваться в пространстве, резкая слабость разлилась по всему телу, и сразу после этого последовал провал в бессознательную тьму.

Когда я, наконец, проснулся, комнату наполнял уличный свет. По крайней мере, было светло, как днём. Я лежал на той же кровати и чувствовал себя превосходно. И всё равно не мог поверить в эти её фокусы с психологическим воздействием. Тут ведь могло быть, что угодно: и снотворное в вине, и какая-нибудь установка прицельного электромагнитного действия, и даже газ паралитический. Только зачем всё это? С другой стороны, причина, о которой поведала Лея, тоже довольно неординарная. Что поделать, женская логика.

Главное, что со мной не случилось ничего, по крайней мере, отрицательного. Надеюсь, что так. Я встал с кровати и не спеша вышел из спальни. Прошёл по коридору на кухню. Ничего так, уютная квартира: гостиная, спальня, прихожая, коридорчик - всё это выглядело настолько лицеприятно, опрятно и просто, без излишеств, что создавало положительное впечатление о хозяйке. Но со мной ведь никогда всё просто не бывает.

Как я и надеялся, Лея сидела на кухне за небольшим столиком. На ней был надет белый халат. Ангелочки с утра, дьяволята ночью - интересный подход к жизни.

Заметив моё появление, она оторвала глаза от глянцевого журнала и своим обычным взглядом посмотрела на меня. Рядом, на столике, стояли две чашки кофе.

- Дурак, - девушка незлобно, даже относительно позитивно поприветствовала меня.

- Я тоже рад тебя видеть, - ответил я, улыбаясь.

- Не бойся, ничего такого не было, - предвосхищая мой вопрос, сказала Лея. - Такой вечер испортил.

- Да, я неудачный подопытный, - согласился я, присев на стульчик напротив девушки. Она молча пододвинула мне одну из чашек.

- Ты уже на себе испробовал все мои изощрения, а всё равно сомневаешься, - проронила девушка, - скажи, что ещё тебя может убедить?

- Я так понимаю, это скорее риторический вопрос? - спросил я, глотнув бодрящего напитка. - Извини, до меня всё долго и туго доходит, так что пока хватит надо мной издеваться.

- А ты оказался не таким уж слабаком, - продолжала Лея, - обидно, могла бы ведь получиться незабываемая ночь.

- Ты так переживаешь, будто это был первый провальный раз, - предположил я вслух.

- Ты даже не представляешь, насколько это было важно для меня! - резко отреагировала девушка. Было видно, что она заволновалась. Впервые за время нашего знакомства.

- Теперь понятна причина такого глубокого разочарования, - спокойно сказал я. - Ничего, найдёшь кого-нибудь более подходящего для своих скромных интимных экспериментов.

Она подняла лицо, глядя на меня - по щеке скатилась слеза. Сейчас самое подходящее время для доказательства или опровержения: если она не хочет сама показывать свои скрытые способности, её нужно на это спровоцировать. Хотя это слишком жестоко, может, просто попросить?

- Ладно, успокойся, перестань, - я подошёл и обнял девушку. - Первый блин комом, ничего страшного. Почему бы тебе не показать свои штучки явно? - это было бы более убедительно.

- Не могу, - сквозь слезы ответила Лея. - Я поэтому хотела провести тебя в клуб - там более подходящие условия для контроля и тому подобное. Здесь я чувствую себя менее защищенной, поэтому, когда ты неожиданно навалился на меня, я испугалась, ведь защита могла бы и не сработать.

- Постой, - кажется, я нашёл первое несоответствие, - Зачем же тебе какая-то невидимая защита, если ты хочешь замутить с парнем? Наоборот, ведь, и подготовка совсем не нужна?

- Не совсем, - говорила, всхлипывая, девушка, прижимаясь ко мне, - тогда я теряю энергию.

- Значит, подготовка проводится тобой для твоей же безопасности? - как мог, понял я.

- Да.

Интересно, кто из нас двоих больше псих? В любом случае, я смотрел на неё и видел человека одинокого, опасно одинокого, близкого к депрессии. Но это не страшно - девушка она привлекательная, я даже предположительно знал, кому по вкусу она придется. Но почему она вообще появилась на пути? Ладно, пока это заведомо безответные вопросы, но терять Лею из виду пока не стоит.

- Я понимаю, что такое одиночество, - сказал я, развевая затянувшуюся паузу. Мы всё так же стояли, прижавшись друг к другу.

- Но я не в твоём вкусе? - она предположила окончание фразы.

- Помнишь нашего горе-преследователя? - спросил я. - Он специалист по снятию одиночества, а у меня, извини, сейчас другие заботы.

- Возьмите меня с собой, - Лея уже успокоилась и смотрела весёлым, всё тем же авантюристическим взглядом. - Я могу помочь.

- Посмотрим, - ответил я вместо прощальной фразы, повернулся и направился к выходу из квартиры.

Сцена 12.

Ну, что ж, я опять в тупике. Я ехал на троллейбусе до станции и думал, что делать дальше. С Леей что-то не в порядке - не стереотип и не ординарность. Но это я взвалю на плечи Данилы. Кстати, нужно его проинформировать, что всё в порядке. Но вот что интересно: почему она так просто рассказала все подробности? - это очень подозрительно.

Дома я оказался часа в два. Пытался понять, какими неожиданностями может порадовать завтрашняя конференция, пытался понять, что могу пропустить здесь, пока буду там. Если честно, в голову так ничего и не пришло.

- Хочешь с интересной девчонкой познакомиться? - спросил я, услышав голос друга в телефоне.

- С каких это пор ты меня с девушками знакомишь? - немного сконфузился Данила.

- Отдаю дань твоему старанию, - обосновал я.

- А если серьёзно? - друг принимал сказанное за розыгрыш.

- В общем, слушай по порядку, - вступил я, - только не смейся.

Когда я рассказал всё, что произошло прошлой ночью, Данила не нашёл ничего, кроме как ответить:

- А ты, случайно, не эгегей? Такую партию про...

- Короче, в делах любовных я не спец, - перебил я, оправдываясь в трубку, - поэтому хочу попросить тебя взять её, скажем так, в разработку. Больно странная девушка Лея, попробуй с ней поближе познакомиться, узнать, кто она вообще такая. Тебе всё равно, с какими красотками встречаться, а она довольно занимательная личность с секретными закромами.

- Это точно необходимо? - вдруг спросил Данила.

- Думаю, да, - почти не кривя душой, ответил я.

- А это безопасно? - ещё спросил друг.

- Ты и выяснишь, - сказал я в ответ.

- А мы типа сейчас в детективов играем? - продолжил сыпать вопросами Данила.

- Заняться всё одно нечем, - вяло ответил я.

- А если ничего не получится? - поинтересовался друг.

- Ты что, издеваешься? - я уже не выдержал. - Хватит меня выводить. Лучше подумай, какие вопросы ей будешь задавать.

- Так точно, старший следователь, - хихикнул Данила, обрывая связь.

Мне показалось, ему эта затея пришлась по душе. В любом случае, противно не будет.

Теперь осталось подумать: может, чем Владимира нагрузить во время поездки. Ведь он остаётся, а мы уезжаем. С другой стороны, есть ли смысл привлекать его?

Он сам привлекся, позвонив мне:

- Слушай, мне что-то в голову стукнуло узнать, куда вы намылились завтра поехать. Зашёл я в интернет, значит, и смотрю. В том районе, в Ховрино, где будет проходить конференция, в одном месте находится Ховринская заброшенная больница - место до жути прикольное. Ты - любитель таких историй, а это место пользуется популярностью как у сталкеров всяких, так и у диггеров. Только небезопасно там.

- Интересненько, - одобрил я. - Надо будет поглядеть на это строение лично. Никогда не был в мистических местах, хоть раз да увижу. Спасибо за информацию.

- Не за что, - ответил Вова. - Только внутрь не лезь.

- Кстати, раз всё равно в сети, вбей в поисковик "секты России", - попросил я. - Огласи список.

- Ладно, - с неохотой ответил друг. - Слушай, что выдало: сатанисты, сайентологи, даже Грабовой вылез. Тут ещё куча мала, слушаешь?

- Нет, всё не то, - безнадежно вздохнул я. - Эти все на слуху, я про них и слышал, и читал, но ничего конкретно никто про них гласно сказать не может или не хочет. Идея в другом: вот если бы где-нибудь было сказано об их связи.

- Я же тебе говорил, что это бессмысленно, - донеслось из трубки, - и ты это прекрасно знаешь. Лучше в ситуации разберись.

- Так ведь и ситуации нет как таковой, - сказал я.

- Ладно, - остановил меня друг, - хватит воду лить. Когда будет что серьёзное, тогда и звони. - Тут его тон изменился, - кстати, какие они - молодые сектантки?

- Да иди ты, - я завершил разговор.

А всё-таки, почему я тогда отказался? Дурак, что и говорить. Девушка сама ко мне, со всей душой, подумаешь, немножко не того - так ведь все нынче не особо здоровые. Немножко больные. Да и по виду её не сказать, что лёгкого нрава. Но иногда выбивает из колеи, когда желания начинают сбываться. Это как выигрыш огромной суммы денег: вроде, мечтаешь, чтобы жить богато и ни в чем себе не отказывать, а когда такой шанс выпадает, сразу крышу сносит. И начинаешь ни в чём себе не отказывать. А здесь и до разврата недалеко. Значит, разврат - это запущенная до болезненных форм степень удовлетворения своих потребностей. Это относится не только к половым отношениям, как многие привыкли понимать это слово. Разврат в одежде - это пресловутая мода, теперь в синтезе с поведением появился глянец; разврат в отношениях - свободные формы сожительства, что ещё жестче - шведские семьи; разврат в обеспечении собственной безопасности - использование чужих жизней, разработка нового вооружения; разврат в еде - селекционные сорта продуктов, генная инженерия. Именно разврат в пище, который начался наравне с половым, но обошёл моральные преграды светского общества и касался развратных религиозных деятелей церкви даже в большей степени, чем похоть, на данном этапе развития демонстрирует нелицеприятное разделение: для разросшегося числа обычного населения созданы полунатуральные, на четверть натуральные и собственно искусственные, но очень приятные на вкус продукты питания; для особых лиц созданы почти идеальные блюда, которые и не снились низам и которые успешно путешествуют до чёрной дыры; третьим, увы, не достается ничего. Но есть разврат не настолько ужасный, когда развращённый человек становится частью общества - конечно, если подготовленное к разврату общество его принимает в свои ряды. А вот разврат в стремлении к власти и контролю - это уже явление, на которое общество уделяет большое внимание. Причём, чем развращённее общество, тем большее внимание оно уделяет делам власти. Возможно, не всё так, возможно, всё совсем не так, но демократия - прекраснейшая платформа для тотального разврата. И это удачно демонстрируется на протяжении многих лет. Самое интересное, что границы разврата невозможно определить. Но точно, в религии любая форма разврата - грех.

Почему-то вспомнились семь смертных грехов. Вот оно - высшее проявление разврата, ведущее к хаосу. Наверно, это лучшее, что создала религия. Лучшее даже потому, что абсолютно оправдано не от лица бога, а ощущается самим естеством человека. Если вдуматься в человеческие чувства и желания, можно и самому догадаться, какие из них тебя погубят. Переедание ведёт к смерти: доказано исследованиями. Половой разврат создаёт неизлечимые болезни: доказано исследованиями. Гнев направлен на причинение ущерба, причём всегда следует губительная обратная реакция. Жадных и скупых нигде не любят, даже в самом рассаднике жадности и скупости. Зависть вообще уничтожает все остальные мысли и желания: это один из опаснейших социальных вирус-мыслей. Только властолюбивых и надменных, гордых и принципиальных почему-то любят, уважают и боятся. Неужели этот вид разврата окончательно захватил мир и теперь успешно им управляет? И напоследок: самый странный грех, его причины скрываются в самой глубине души, и определить их почти невозможно, наблюдая за другими - его называют унынием. Сейчас много психологических болезней, но среди них на горизонте настоящий хищник - депрессия. Она всё ближе и ближе.

Я проснулся на две минуты раньше будильника. Значит, уже постепенно вхожу в колею. Отсутствие ночного бодрствования действительно положительно сказалось на общем самочувствии. Ведь человек - не ночное животное; по крайней мере, так утверждают интерпретаторы эволюции.

Место встречи - университет. Оттуда на частном автобусе нас должны отвезти сразу в здание проведения конференции. Все подробности объяснят на месте.

Сцена 13.

Странно, что Данила предпочёл компании сокурсниц на заднем, самом последнем сидении, мою в самом центре автобуса. Когда, водитель, наконец, занял своё законное место, а сопроводитель по второму кругу перепроверил наличие всех пассажиров, мы отправились в путь.

- Тебе тоже кажется, что в этой поездке мы в оба должны глядеть, чтобы не упустить самое интересное? - вдруг спросил Данила.

- Почему ты так решил? - заинтересовался я.

- После всех этих знаков, странных событий, Люцифера мне показалось странным, что нас так вот просто приглашают на непонятную конференцию невесть куда, - объяснял друг.

- Это ещё ничего не значит, - не согласился я. - Правда, я теперь сомневаюсь, случайны ли совпадения.

- Ну, а что такое совпадения? - пожал плечами Данила. - События, которые мы по чему-то ассоциируем. По похожести, по нашим каким-то убеждениям, а, может, просто по тому, что нам так хочется. Нам просто хочется, чтобы это событие нам указывало на то, что мы сомневались совершить.

- С нашим случаем я не вижу никаких связей, - опроверг я.

- Это если не всматриваться, - приостановил меня друг. - Вот ты, зачем ты ищешь девушку, зачем вообще взялся за это дело? Только не говори, что это любовь с первого взгляда, ведь ты даже не знаешь, она ли была в том метро. И не говори, что человеку захотел помочь в самом разгаре учёбы. И не надо намекать, что эта тайна не могла оставить тебя равнодушным. И не стоит говорить, что встреча с Леей ещё больше привязала тебя к этой ситуации.

- В чём тогда дело? - теперь окончательно растерялся я.

- Ни в чём из них, но если бы изначально хоть одно из этих событий пошло по-другому, у тебя сложилось бы совсем другое впечатление, - попытался объяснить Данила. - Поэтому эти микрособытия складывались кирпичиками в это странное сооружение, которое всё крепче застраивается вокруг тебя. И всё только потому, что ты этого хочешь.

- А почему я этого хочу? - решил спросить я. Может, логика друга поможет понять.

- Как только у тебя появляется сомнение по поводу происходящего, случается нечто, убеждающее в правильности, - продолжал рассуждать Данила. - Ты начинаешь думать, что всё в порядке и уже ждёшь следующего случая, чтобы от него оттолкнуться. Даже если это просто событие, никак с тобою не связанное.

- К чему ты ведёшь? - я начинал догадываться.

- Давай поспорим, что эта поездка ничего не принесёт, - предложил друг, протянув мне руку.

- Интересно ты полюса поменял, - улыбнулся я. Действительно, с начала разговора наши позиции почти поменялись. - Хорошо, на что спорим?

- Как всегда, - улыбнулся в ответ Данила, - на щелбан.

Мы находились в пути около двух часов, последние минуты которых стояли в пробке на кольце. Великое достижение московских правителей - Московская кольцевая автомобильная дорога - взяла нас во временный плен. Интересно, когда уже у кого-нибудь возникнет гениальная мысль о разгрузке дорог? Хоть на велосипеды всех пересаживай.

Данила откинулся в кресло и о чем-то мечтал. Я смотрел в окно и видел себе подобных пленников собственной ловушки. Не рой другому яму, как говорится. И всё интересно, как человек может страдать одиночеством, а затем впадать в депрессию, постоянно при этом находясь в толпе людей? Неужели участие так необходимо человеку? Где-то слышал, что человек - социальное существо. Огромный муравей. Так неужели дело в ещё одной вирус-мысли? Вирус, который направлен на обособление личности от остальных. Так называемая обратная реакция на излишнее переполнение и уменьшение личной свободы. Нет, это не просто вирус-мысль - это прекрасный ограничитель роста населения. Природа не глупа - она не создавала хищника для контроля популяции человечества, она просто заложила в нас бомбу замедленного действия, которая активируется, когда человек достигнет своего пика безумия. Интересно, когда же настанет этот момент - раньше, чем иссякнут ресурсы планеты или у природы на это свои планы? Где та золотая середина, которая позволит остаться человечеству в живых, а природе не закрывать проект под названием "разумная жизнь"?

- Ты что-то сказал? - вдруг встрепенулся Данила.

Я отрицательно покачал головой.

- Ты уже звонил Лее? - как бы из праздного любопытства поинтересовался я.

- Ну, да, - не замечая моей улыбки, ответил друг. - Кажется, сон видел.

Да, ему только предстоит всё узнать. Может, я не зря с ней столкнулся. Вдруг она и вправду поможет?

Тем временем мы съехали с МКАДа и продолжали движение по менее заполненной, но более узкой дороге. Когда автобус остановился, перед нами предстало с виду недавно построенное здание немалых размеров. Светло-оранжевое по цвету, трехэтажное по высоте, с односкатной крышей. И много больших застеклённых окон, начиная со второго этажа. Было видно, что внутри уже толпился народ.

- Странное место выбрали учредители для проведения, - сказал один из посетителей своему собеседнику.

- Ума не приложу, почему именно здесь, - вторил ему попутчик.

Выгрузив нас, автобус вырулил на стоянку недалеко от здания собрания.

- Не подскажете, что это за место? - спросил Данила у стоящего недалеко от входа прилично одетого человека. Впрочем, все вокруг были прилично одеты, из-под большинства пальто выглядывали белые воротники.

- Построенное в этом году в рамках городской застройки административное здание, - ответил статный мужчина сорока лет. - И вас, скорей всего, интересует причина проведения конференции здесь?

- Вы очень проницательны, - ответил друг.

- Просто вы не первый интересующийся, - пояснил мужчина.

- И не последний, - оглядевшись, констатировал я.

- Здесь, по мнению организаторов, наиболее подходящее место для такого рода собраний, - продолжал собеседник, - наверное, это вызвано их личными предпочтениями.

Поблагодарив незнакомца, я и Данила направились за нашей группой в здание. Нас отвели в одну из секций на втором этаже. Признаться, всё выглядело приличнее, чем я ожидал, имея опыт пребывания на различных "бесплатных" собраниях. Секция казалась довольно просторной и светлой - заслуга окон являлась неоспоримой. Мебель - офисные металлические с мягким покрытием чёрные стульчики - неплохо смотрелись на коричневом линолеуме, благодаря узорам похожем на деревянное покрытие пола. Особенно удивило наличие проекторов и экранов: спонсоры конференции, по-видимому, возлагали на её результаты большие надежды. Данила удивленно осмотрелся, когда мы заняли свободные места. Я понимал его взгляд, оставалось лишь догадаться о реальной цели конференции.

Первой взяла слово женщина средних лет. Она стояла рядом со столом, тут же располагались экран, проектор, ноутбук. Первое окно было зашторено, чтобы не отсвечивало от экрана, когда он будет задействован.

- Я, Мария Николаевна, руководитель секции по обсуждению развития средств коммуникации и внедрения информационных технологий в сфере социальных услуг, - представилась женщина. - Конференция по проблемам развития современного общества начнет свою официальную работу через несколько минут. Конечно же, вы можете посещать любые секции по своему усмотрению, но попрошу сохранять тишину и уважать докладчиков. Если вам есть, что сказать в рамках работы конференции и её секций, дождитесь, когда вам предоставят слово. Ну, что ж, с правилами вы ознакомлены, думаю, пора начинать.

- Тебе это очень интересно? - шепнул я на ухо Даниле.

- Есть предложения получше? - вопросом ответил друг.

- Может, здесь более актуальные темы поднимаются? - намекнул я. Данила понял намёк.

Осторожно, чтобы никому особо не мешать, мы тихо выбрались в коридор.

- Веди, - предложил я другу. Просто в выборе направления мне нечасто везёт.

Открывая по очереди разные двери, мы пытались расслышать и понять, о чём говорят в противоположном конце выступающие профессора и иные специалисты. Но ничего связанного с сектами и религией. Чисто светская конференция. Говорили про информатизацию общественных структур, про современные проблемы в сфере обеспечения медицинской помощи, пожарной охраны, антитеррористической безопасности, вообще, про охрану правопорядка, про средства контроля продукции и тому подобное. Из этого винегрета не было слышно ни одного интересующего нас слова. В любое другое время я с удовольствием послушал бы гениальные версии, как избавиться от всего этого дурдома, от лиц, к гениальности которых почему-то не прислушиваются власти. Но сейчас речь шла о споре, а на кону был щелбан. В любом случае, для разжигания азарта подходит любая мало-мальски опорная причина.

Мы дошли до конца коридора, на этом этаже больше не было дверей, кроме одной прямо по коридору. Она отличалась от других дверей и по цвету, и расположением, и находилась немного дальше.

- Зайдем? - беззвучно предложил Данила, показывая пальцем на дверь.

Я пожал плечами:

- Кто предложка, тот и ложка.

- Пора бы уже детсад заканчивать, - с искренней иронией посоветовал друг, медленно нажимая на дверную ручку.

Дверь оказалась незапертой, но внутри никого не было. Вообще, помещение удивило нас пустотой: только несколько коробок стояло в углу. Внутри, кроме отсутствия мебели, ничего не привлекало внимания. Только если коробки. Подойдя ближе, я убедился, что это ещё не распакованное оборудование.

Мы уже повернулись, чтобы направиться к выходу, как дверь неожиданно открылась. Относительно нас она располагалась таким образом, что в этот момент ни я с Данилой, ни открывающий, не могли друг друга увидеть. Но следующая секунда могла всё поменять. Друг без раздумий нырнул за коробки, благо их нагромождение хорошо скрывало от глаз, если, конечно, не проверять. Я, немного тормозя, всё же успел за ним последовать - входящие нас не заметили.

Судя по шёпоту, вошли мужчина и женщина. Данила сначала даже заулыбался, когда услышал щелчок запирающейся изнутри двери. Но, неожиданно для меня и друга, речь пошла о другом.

- Всё готово? - спросил мужской голос.

- За нами точно не следят? - вместо ответа уточнил голос женский.

- Исключено, - категорично ответил мужчина. - Никому и в голову не придёт следить за его учениками.

- Да, я всё подготовила, - успокоившись, сказала женщина.

- План такой, - продолжал мужской голос. - Выбрав удобный случай, просто раствори это в его бутылке с водой. Но от яда нужно будет незаметно избавиться. Подкинуть кому-нибудь.

- Я знаю, кому, - ответила женщина. - Сегодня он встретил своего старого знакомого Орловского. Ты же знаешь, какие у них взаимоотношения.

- Умница, - похвалил своего подельника мужчина. - Так и сделаем.

Послышался щелчок открытого замка, затем звук отворяющейся двери. Через некоторое время после того, как закрылась дверь, друг, наконец, вышел из оцепенения. Я тоже с облегчением выдохнул.

- Вот, чего тебе на месте не сидится! - шёпотом прикрикнул Данила.

- Не беспокойся, ударю несильно, - с ехидной улыбкой ответил я, разминая палец.

Сцена 14.

- Ты их видел? - спросил я еле слышно, когда мы выходили из пустой комнаты.

- Не было возможности, - ответил Данила, потирая лоб, - тогда бы точно заметили. Единственное, что у нас есть, это фамилия Орловский.

- И удачный момент, чтобы спасти потенциальную жертву, - добавил я.

Мы вернулись в секцию Марии Николаевны, по пути позвонив в полицию и с горем пополам объяснив, что, возможно, сегодня кого-то убьют. Вызов приняли, но у нас почему-то к концу разговора сложилось впечатление, что нас просто вежливо и участливо проигнорировали. В любом случае, на этом останавливаться мы не стали и, дождавшись перерыва, подошли к Марии Николаевне.

- А правда, что сам Орловский принимает участие на конференции? - с фанатичным восхищением спросил Данила.

- Да, у него есть немало интересных мыслей, - посмотрев на друга, как на умалишённого, ответила руководитель.

- Извините, вы не подскажете, где мы можем найти его? - спросил я.

- Да, конечно, - согласилась Мария Николаевна. - Пойдёмте в столовую, думаю, встретим его там.

Действительно, когда мы спустились в столовую - очень вместительное помещение на первом этаже, с буфетом и кухней - руководитель показала рукой в сторону лысоватого полного мужчины лет так под пятьдесят, который живо беседовал с таким же важным по виду человеком. Ростом Орловский был невысок, с хитрым взглядом и бегающими глазами - вылитый образ из классических повестей об аферистах. Но меня и Данилу совсем не волновал внешний вид этого человека. Устроившись неподалёку, мы решили перекусить, прежде чем завести знакомство, - благо желудки уже завалили запросами мозг.

Минут через пять в столовую вошёл седовласый пожилой мужчина за шестьдесят, в сопровождении мужчины и женщины. Я невольно переглянулся с Данилой. Учёный муж был подтянут, одет в смокинг, серьёзен. Опрятен, брит и умён - настоящий учёный и специалист высшего класса. Его спутники держались непринуждённо, однако была заметна некоторая скованность в их поведении. Хотя ничто не исключало возможности иллюзии, созданной моим мозгом для их потенциального обвинения. И всё-таки уж больно эта троица походила на цель нашего поиска.

Когда вошедшая компания проходила мимо Орловского, последний повернул своё сияющее лицо в её сторону, и его выражение изменилось на прямо противоположное: язвительное, какое-то злобное.

- Как ваши дела, Игнат Васильевич? - наигранно вежливо поинтересовался Орловский.

Профессор, а по виду это был именно такого ранга человек, лишь посмотрел сверху на это ничтожное создание: со стороны этот жест выглядел именно таким образом.

Когда мы вновь оказались рядом с Марией Николаевной, Данила предположил вслух, показав рукой:

- Мне показалось, что этот мужчина не в ладах с Орловским.

- У них старые разногласия, - подробно пояснила руководитель: - Когда-то они работали над одним исследованием, работали вместе. Но потом что-то у них пошло не так, они разругались, исследования заморозили, а Орловский и Резов остались непримиримыми врагами. Неужели вы об этом ничего не слышали?

- Современное поколение вообще без ушей, - я вежливо остановил потенциальный наплыв сплетен, уводя Данилу в сторону.

- Ну, и что делать? - спросил друг, когда мы отошли подальше.

- Может, сказать здешней охране? - высказал я предложение.

- А ты заметил хоть кого-нибудь из них по пути? - верно подметил Данила. - Давай-ка погеройствуем.

- Не пугай меня, - я увидел в глазах друга искру. - Мы же профаны в таких делах.

Но мой аргумент не произвёл никакого воздействия:

- Учиться никогда не поздно. К тому же, времени нет совсем.

- Ладно, - нехотя согласился я. - Давай план придумывать.

- А чего думать? - оптимистично заявил друг. - Пишем записку с предупреждением, и полдела сделано. А потом...

К нашему удивлению Игнат Васильевич не стал задерживаться в столовой, а в сопровождении дамы покинул помещение. Мужчина остался у буфета.

- Я здесь, ты за ними, - я не думая распределил роли, толкая Данилу к выходу. Ему ничего не оставалось, как согласиться: набитый рот не оставлял шансов для отказа.

Пока друг следил за профессором и его помощницей, я наблюдал за действиями мужчины. На вид ему можно было дать тридцать лет. Рослый, темноволосый и с крючковатым носом - не самый добрый персонаж этого собрания.

Мужчина купил хот-дог - известнейшее блюдо неоамериканской кухни - и, не задерживаясь на обед, тоже вышел. Я, распрощавшись с остатками обеда, последовал за ним. Усиленно внимательно разглядывая разноцветные бумажные листки в рамках вдоль стены, я даже не смотрел на подписи, краем глаза следя за удаляющимся человеком. С горем пополам, пытаясь сохранять конфиденциальность, я довёл мужчину до уборной. Пока я ждал своей очереди, мне показалось, что он там внутри с кем-то разговаривает, наверное, по телефону. Но ничего услышать так и не получилось. Бы. Если бы я не совершил немножко аморальный поступок, заняв соседнюю уборную - женский туалет. Признаться, я очень удивился, увидев на столике пустой стеклянный стакан, удачно кем-то оставленный. Вспомнив следствие из закона физики о распространении и отражении звука, я приложил стакан к стене, а ухо - к стакану. И не пожалел.

- Ещё раз повторяю, всё под контролем. На этой конференции всё будет решено, - громким шёпотом кого-то убеждал объект моей слежки.

По-видимому, у него пожелали уточнить детали, потому что мужчина ответил:

- После того, как с профессором будет покончено, все окажутся под подозрением. Даже если мы подкинем улики кому-нибудь, пока органы разберутся, нас не выпустят. Мы не будем светиться. Выкрасть документы - это ваша задача. Я вам слил всю информацию, поэтому проблем у вас возникнуть не должно.

- И ещё, - прежде чем бросить трубку, предупредил говорящий, - не вздумайте менять сценарий. Я всё рассчитал, лучше играть по моим правилам.

Через пару секунд послышалось, как дверь туалетной кабинки открылась - значит, он вышел. Подождав немного, я тоже последовал на выход. Пытаясь не смотреть на удивленно таращащихся на меня женщин и косо глядящих мужчин, я попытался найти помощника профессора, но после нескольких неудачных попыток обнаружения в довольно плотной толпе высокопоставленных индивидуумов, понял, что мужчина исчез из зоны моей видимости. Что ж, теперь осталось лишь связаться с Данилой - надеюсь, у него найдется, что сказать.

Созвонившись, мы встретились на третьем этаже, недалеко от секции Игната Васильевича. Данила растерянно смотрел на моё быстрое приближение. Когда я поравнялся с ним, друг начал доклад:

- У меня не было возможности предупредить его. После выхода из столовой я последовал за ними, но его буквально облепила толпа из нескольких человек. Они поднялись сюда, и профессор вошёл в эту секцию. Если честно, не представляю возможным, как они подложат Игнату Васильевичу бутылку с ядовитой водой. Там ведь целая толпа людей, а яд, как я понимаю, у женщины.

- То есть, ты хочешь сказать, что они не отравят его здесь и сейчас? - я попытался найти утешение.

- Куда подевался второй? - вместо ответа Данила вспомнил про мужчину.

- Он пропал из вида, когда вышел из туалета, где обговаривал с сообщниками план убийства и свои планы.

Друг удивлённо поглядел на меня; я понимал повод его удивления.

- Что делать-то? - вдруг оторопел я после затянувшегося молчания.

- Если не мудрить, - предложил Данила гениальный выход, - то лучше сейчас войти и всё ему рассказать. А там пусть думает сам.

В целом, я с другом был согласен - никто в принципе не должен беспокоиться за свою жизнь больше, чем другой беспокоится за него.

Сцена 15.

Короче, решили бить в лоб. Данила открыл дверь, я вошёл первым.

Профессор стоял за кафедрой и заливал слушателей лексическими и смысловыми конструкциями своего доклада. У него была чётко поставленная дикция, и сам способ изложения довольно агрессивно прессовал умы слушавших, поэтому запоминался. Речь же не отличалась концентратом заумных выражений - идеальный докладчик в стиле советского информбюро. Мы попали в секцию как раз в тот момент, когда профессор приглашал за кафедру свою помощницу. Решили подойти к нему, пока он незанят.

Профессор, в свою очередь, отошёл к столику рядом с кафедрой, взяв в руку стоящую там бутылку с водой. Я переглянулся с Данилой - мы понятия не имели, был ли в бутылке яд или нет. Из бутылки раздался хруст и шипение, что как минимум означало, что бутылку не вскрывали. В замешательстве мы остановились, глядя за действиями профессора. Игнат Васильевич налил воду в стакан и поднёс его ко рту.

Данила вдруг встрепенулся и шагнул в сторону профессора, но сказать ничего не успел, потому что в этот самый момент сзади открылась дверь, и в секции оказался второй помощник профессора, который из дверей крикнул на всю аудиторию: "Игнат Васильевич! Вашей жизни угрожает опасность!" И не медля добавил, обращаясь остальным: "Держите этих двоих!"

Не нужно было иметь много мозгового вещества, чтобы по направлению указательного пальца догадаться, что эти двое - мы. Нас обступили несколько человек, а через пару мгновений профессор, успевший глотнуть воды, упал в свободном падении в бездну небытия.

Я был готов поспорить, что пузырек с ядом и, собственно, покушение и убийство каким-то образом припишут нам. Это крайне не входило в мои с Данилой планы. Но всё произошло настолько молниеносно, что лично я не смог противопоставить абсолютно ничего. Однако мы оказались крайними, и с этим что-то надо было делать.

- Вот, чёрт, хотели, как лучше, а получилось, как всегда, - предельно верно охарактеризовал наше положение Данила.

А с улицы уже доносился вой сирен.

"Ну, нет", - пронеслось у меня в голове, - "не мы же их вызвали?!"

Как найти чёрную кошку в тёмной комнате?

1. Ходить по комнате в надежде наступить (надеяться на случайную удачу).

2. Подождать, пока сама выдаст себя (ждать и наблюдать).

3. Позвать (бросить вызов).

4. Поймать на приманку (ловить на живца).

5. Включить свет (понять ход мыслей).

Раунд 3 (экстремальный). Охота за призраком.

Сцена 1.

- Ну что, господа задержанные, будем сознаваться или как? - скрестив руки на груди, за своим рабочим столом сидел следователь Катаев и с полуулыбкой наблюдал за нашим поведением.

- А в чём, собственно, сознаваться? - отстранённо спросил Данила, невозмутимо сидя на стуле.

Следователь расплылся в улыбке:

- Лапша, значится, у вас сыроватая получается.

И, потирая руки, добавил:

- А вот подарочек к Новому году вы неплохой сделали.

- Как получилось, - заметил я.

- Это ничего, это хорошо получилось, - Катаев опёрся на спинку кресла, - все доказательства уже собираются, как говорится, по горячим следам, так что вам недолго в СИЗО скучать.

Сказал, как отрезал. И улыбается ещё так, насмешливо, типа всё, некуда вам деваться. Он улыбается в предвкушении чистосердечного признания, а я и Данила с понурыми лицами молча сидим напротив него, мысленно моделируя окончание разговора, от которого нас отвлекли пять минут назад - сценка ещё та.

- Слушай, ну и чего нам теперь делать? - мы сидели в камере временного пребывания и оживленно пытались отыскать выход из положения, потому как выход из камеры был известен.

- Это ты меня спрашиваешь? - удивился Данила. - Это ты, между прочим, всё намудрил.

- Я намудрил? - я в ответ выпалил очередь своих аргументов: - А кто вообще предложил поездку? Кто решил проверить, какие ещё с нами штуки судьбы могут приключиться?

- А ты, значит, не хотел?! - он развёл руками.

Я встал и подошёл к решётке. Дежурный сидел в своей кабинке в нескольких шагах от нас и допивал чай с лимоном. Это правильно, здоровье сейчас надо беречь: время холодное, иммунитет такой слабый, простудиться - как нечего делать.

Что-то изменилось. С того момента, когда уже не наблюдатель, а участник, почему-то всё вокруг происходящее начинает принимать немного другие оттенки: становиться значимее что ли. И всё же, интереса ради: эти истории как-то связаны между собой?

- А ловко они нас подставили, - ответил я Даниле, заметно сбавив голос.

- Думаешь, они знали? - друг мгновенно остыл и подключился к более конструктивной беседе, нежели выяснение отношений.

- Смотри сам, - я предложил свой вариант событий. - Им нужны какие-то секретные документы каких-то секретных исследований, но выкрасть их должен кто-то другой, так как они тем временем избавляются от профессора, тем самым отвлекая внимание общественности и убирая свидетеля. Им нужно провернуть дело так, чтобы кого-то подставить, неважно кого, но чтобы отвести от себя подозрения и выиграть время. А тут мы подвернулись.

- Постой, - он остановил меня. - Как же они узнали, что мы знаем?

Логичный вопрос. Не мысли же, в конце концов, прочитали. Хотя, в свете последних событий, я бы не удивился и по этому обстоятельству. Только здесь всё проще.

- Они вошли после нас, но внутри нас не видели, иначе мы бы оттуда не вышли, - продолжал Данила.

- Верно, - блеснуло в моей голове, - они видели, как мы входим в эту комнату, и с этих пор мы стали свидетелями по-быстрому инсценированного представления.

- Похоже на правду, - согласился он. - И, если бы не мы, им бы ещё пришлось думать, на кого спустить всех собак.

- Ничего, "спасибо" скажут, когда мы с ними встретимся, - оптимистично заявил я.

- Думаешь, нас отсюда выпустят? - менее оптимистично спросил Данила. - Они даже позвонить не разрешили.

- В любом случае, есть ещё один вариант, - я принялся освещать своё опасное предложение, - признаёмся и якобы сдаём подельников, то есть этих двоих подручных Резова, а также пытаемся помешать выкрасть документы.

Данила неодобрительно посмотрел на меня, сказав:

- Это как самый последний вариант, и, наверно, самый глупый. Неужели им не хватит двух? Зачем напрягаться, когда обвиняемые уже есть?

- Этих двоих ко мне в кабинет, - донеслось из-за угла - там стоял следователь.

- Вы действительно считаете, что мы виновны? - Данила смотрел прямо на следователя.

Я осматривал сопровождающего у двери - с каменным лицом и бесстрастным взглядом. Не я, конечно, а сопровождающий. Этого персонажа вырезали прямо из фильма: долг превыше всего, улицы будут избавлены от преступности, мир заживёт спокойно - и только тогда можно будет улыбнуться. Меня даже развеселило это сравнение, ведь я прекрасно понимал, что долг здесь ни при чём: просто он привык к этой работе и такому отношению. Весь из себя натуральный поли милиционер. Про таких раньше говорили: "Зачем им писать на спинах "милиция", если это на их лицах написано".

- Нет. Конечно, нет, - со всей серьёзностью отчеканил Катаев. - Пузырёк с ядом в вашем автобусе, не сомневаюсь даже, что экспертиза найдет на нём ваши отпечатки, показания сотрудника погибшего, показания Марии Николаевны, куратора одной из секций - это ведь не доказательство. Вас ведь подставили, наверное?

- Какие отпечатки? Не трогали мы никакой пузырёк! - попытался оправдаться Данила.

- Значит, в перчатках держали или стёрли, - профессионально предположил следователь.

- Мы расскажем всё, но нам нужно позвонить, - я выдвинул условие.

- Кому, подельникам? Покровителям? Богатым папочке или мамочке? - вспылил Катаев: улыбка тотчас соскочила с его лица. - Ну, нет, этот номер у вас не прокатит.

Я посмотрел на Данилу.

Данила спокойным сдержанным тоном обратился к Катаеву:

- Мы не причастны к покушению.

- Но знаем, кто, - вставил я.

- И чего, предлагаете поверить вам? - следователь снова усмехнулся, но как-то недобро.

- Проверить, - поправил друг. - Если не лень, конечно.

Катаев хлопнул по столу, сопровождая фразу:

- Вы ещё научите меня работать!

Данила деланно улыбнулся:

- Ну, нет, этого нам образование не позволяет.

В этот момент надо было видеть лицо следователя. Напряжённые скулы, порозовевшие щеки и небольшой прищур выдавали желание вспылить на нас, точнее, размазать нас по стенке, и в принципе, он это мог сделать. Но почему-то не стал. Я же не особо понимал, почему Данила так себя ведёт. Может, личная неприязнь к самодурству и непрофессионализму? Хотя любого человека это вполне может взбесить, мы находились сейчас не в лучшем положении для издевательств над органами: иначе эти органы могут поиздеваться над нашими органами.

- Как вы смеете так со мной разговаривать!? - немного успокоившись, но всё же на эмоциях, вскрикнул следователь, упершись руками в стол - не иначе как поза тигра, поза подавления.

- А как ещё? - почти искренне удивился друг: со стороны это казалось действительно искренним. На него эта поза почему-то не подействовала - наверно, такая реакция защиты на произвол.

- Смотри, ведь договоришься, и будет тебе плохо здесь сидеть, - прошипел со злости Катаев.

Скрестив руки, он оперся на спинку стула и медленно и зловеще намекнул:

- Вы ведь понимаете, что лучше чистосердечное признание.

- Чистосердечное признание облегчает наказание, - срифмовал Данила, повернув ко мне голову.

Я улыбнулся, впервые за время пребывания здесь, и обратился к следователю:

- Значит, на вашу порядочность надеяться нам не стоит?

- Увести! - приказал Катаев сопровождающему.

Когда мы вновь оказались за решёткой, Данила грустно произнёс:

- Бить будут.

- Так говоришь, будто не в первый раз, - усмехнулся я.

- Да нет, в первый. Вот как связался с тобой... - друг толкнул меня в плечо.

- А давай с тобой подерёмся, - предложил я, вернув толчок, - освободим их от лишнего труда.

- Да, - улыбаясь, согласился Данила, - а то надорвутся ещё, и страна останется без правоохранителей.

- Заткнитесь там! - донеслось из дежурной рубки: наверно, мы смеялись слишком громко.

Смеялись - громко сказано. Хихикали еле слышно - это да. Юмор всегда спасает даже от полного разноса. Этот психологический барьер от всяких неприятностей никогда не стоит забывать и, тем более, недооценивать.

Не знаю, как долго мы просидели в этой клетке, но за окном уже царствовала темнота.

- Как ты думаешь, что такое разврат? - раз уж сидим, почему бы не продолжить свою теорию, благо и настроение подходящее.

- Когда слишком много девушек, - ответил Данила.

- А что, бывает так? - удивился я в шутку.

- Бывает, - деловитым тоном знатока протянул друг.

- А если шире взять? - предложил я.

- Ну, уже или шире - это кому как по вкусу, девушки ведь разные бывают, - начал было Данила, но замолчал, остановленный моим взглядом.

- Я имею в виду разврат, который можно понять как излишнее, неестественное, небезопасное допущение, - выдал я через несколько секунд.

- Тогда под это понятие всю жизнь подвести можно, - ответил друг.

- Хотя, - продолжил он почти сразу, - разврат он ведь в чём, в психике, наверно?

- Это ты к чему? - зевая, спросил я.

- Живность всякая особого разврата не являет, у них там всё по законам, - продолжал Данила, - да и времени на это у них нет. А у человека, вон, разум откуда не возьмись. Если бы сейчас каждый за себя был бы, глядишь, и на разврат особо времени не было б.

- Это ты про то, что если бы не разделение труда и тому подобное про управляющих и рабов, всё бы нормально шло? - не совсем понял я.

- Времени слишком много свободного у людей, - просто ответил Данила, - вот они и бесятся с жиру. А это ведь наматывается, накручивается, следующим поколениям передается, всё дальше и глубже.

- Разврат ведь в психике, - повторил я, - ты правильно сказал. И дело всё в памяти. Забудет одно поколение - забудет всё человечество.

- Формула верная, - оценил друг, - только вот это правило, в принципе, на всё распространяется.

Мы не договорили. Вне зоны видимости хлопнула дверь, и перед нами появился Катаев собственной персоной.

- Дай им позвонить, - сухо и без эмоций сказал он дежурному.

Я сидел и удивленно глядел на следователя, Данила, по-видимому, тоже потерял дар речи. Но очень быстро нашёл:

- Кому звонить-то будем?

- Позвоню Вове, скажу, где мы, пусть университет предупредит, - протараторил я.

- Где вы? Это правда, что ли? Парни, да вас вообще опасно в город выпускать! - донеслось с того конца в ответ на ошеломительную новость о месте нашего пребывания. Вова удивлен, это заметно по голосу. Потом посмеёмся над его реакцией, надеюсь.

- И чего делать будете? - не зная, что говорить, спросил он.

- Сидеть, - как-то слишком иронично ответил я.

- Типун тебе на горб, - ответил Владимир, - сейчас придумаем, что делать. Не скучайте там особо.

- Не хочешь к нам? - в качестве приглашения.

- Мне и дома неплохо, - в качестве вежливого отказа. - Спокойной ночи, - в качестве контрольного прикола в голову.

Следователь наблюдал за разговором с подозрением, но, видимо, не нашёл в сказанных словах ничего предосудительного, не смог ни за что зацепиться.

Я вернулся в камеру к Даниле, Катаев - к себе в кабинет. Потом он вышел оттуда одетым и улыбающимся.

- Раз вы такие непослушные, тогда до завтра. Приятного сна, - с этими словами он скрылся с глаз.

- А, нет, бить не будут - констатировал Даня, зевнув. - Что-то спать хочется - здесь что, время как-то по-другому течёт? - спросил он воздух.

Воздух не ответил. Я тоже. Дежурный и подавно: он сел к нам спиной и включил портативный телевизор - чем ещё в ночную смену заниматься? И всё же в гостях спать как-то не очень удобно.

Сцена 2.

- Эй, алё, подъём! - прикрикнул следователь, стуча по металлическим прутьям решётки дубинкой, одолженной у оперативника, стоящего рядом.

Мы проснулись и, потирая глаза, растерянно уставились на Катаева.

- Чего смотрите, как на рождественскую ёлку в июле? - усмехнулся он. - Рабочий день начался. Подумаем на свежую голову над вашими заморочками.

- Давайте-ка ко мне в кабинет, - приказным тоном пригласил следователь, отпирая двери камеры.

Когда наши зомбоподобные телеса осели на стульях в кабинете Катаева, а он сам уселся напротив, начался на удивление конструктивный диалог, в ходе которого я и Данила наперебой пересказали события той злосчастной конференции. И хотя меня всё никак не покидало смутное чувство сомнения по поводу чистоты намерений следователя, я был приятно удивлён уже тем, что он вообще нас выслушивает.

- И этот бред я должен проверить? - подытожил Катаев, когда мы замолкли.

Подумав пару минут, он поднял трубку телефона и куда-то позвонил, набрав номер из своей записной книжки.

- Мария Николаевна? - спросил он, когда в трубке послышался женский голос. - Это следователь Катаев, прошу вас заехать как можно скорей в наш отдел.

Посмотрев на нас, следователь встал из-за стола, взял бутылку с водой и принялся поливать цветы. Я недоумённо посмотрел на друга - он тоже не особо понимал, что происходит.

- Цветы любят, когда за ними ухаживают, - в этот момент в следователе никак нельзя было узнать следователя.

Вот ведь как человек может меняться. Сейчас он играет одного, потом другого, а какой на самом деле иногда и сам может позабыть. Наверное, тогда и возникают всякие расстройства с "лишними" личностями. Но Катаева, по-видимому, я недооценил. Так часто бывает, когда ставишь на стереотипы, не замечая деталей. Хотя лучше пусть он окажется другом, нежели врагом.

В кабинете неожиданно стало настолько тихо, что можно было услышать тиканье настенных часов. Собственно, тогда только я их и приметил. Если не считать шкафа, набитого аккуратно расставленными папками, пепельницы, до краёв утрамбованной окурками, кофейной чашки без кофе и тяжёлого неба за окном, здесь было довольно уютно. Всё ж лучше, чем камера.

Зазвонил телефон. Катаев не спеша подошёл к нему:

- Уже подъехала? Хорошо. Нет, я сам выйду. Позови сюда новенького, пусть посидит с задержанными. Нет, у меня в кабинете.

Данила поглядел на следователя с надеждой на комментарий.

- Вот уточню кое-что, и можно разбегаться, - утешил нас Катаев, покидая кабинет.

Вслед за ним зашёл молодой парень немногим старше нас, но с заметно более серьёзным и наглым выражением лица.

- А ведь разврат - это ещё и следствие превышения полномочий своей социальной роли, - вслух подумал я.

- Молчи, а то и вправду побью тебя, - коротко и ясно ограничил мою реплику Данила.

Мы сидели и молчали. Я разглядывал несколько картин на стене - на них меня привлёк пейзаж, хотя это являлось самовнушением - меня не особо привлекает статичная банальность в виде осеннего дерева с богатой бордово-золотой кроной; куда эффектнее запечатлённый порыв ветра, срывающий эти самые листья. Данила смотрел в окно, застыв в позе медленного стекания на стол - лишь рука удерживала подбородок от поцелуя с деревянной данностью. Наш смотритель, видимо, практикант, чувствовал себя не лучше. И чего мы здесь сидим?

В ответ на вопрос снова зазвонил телефон.

Практикант поднял трубку, потом щёлкнул на громкую связь.

Из телефона донеслось:

- Я с Марией Николаевной только что наведался в институт, где ныне погибший проводил свои исследования. Мы поговорили с дежурным лаборантом и охранника допросили: никаких визитов незнакомцев в течение этих двух дней выявлено не было. Что на это скажете?

- Что насчёт его сотрудников? - спросил я. - Они присутствовали на конференции, это они нас подставили. Может, они приходили?

Телефон умолк. Но через несколько минут следователь снова вышел на связь:

- Нет, и их не было. И никаких секретных разработок здесь нет. Мария Николаевна просмотрела бумаги - все они относятся к экспериментам двухнедельной давности, и ничего сверхъестественного в них нет. Кажется, эта информация не в вашу пользу.

Данила взглянул на меня и сказал:

- Если там нет никаких разработок, но никто не проникал туда, что тогда получается?

Я перехватил эстафету:

- Не факт, что не проникли мимо охраны. Но что если профессор успел спрятать своё открытие?

Следующую реплику адресовал Катаеву, который ещё висел на проводе:

- Пока вы там, можете уточнить, когда в последний раз в институт заходил профессор, и сопровождали ли его сотрудники? И ещё как вариант, кто был позднее всего - он или они?

- Совсем меня загоняли, - ответил следователь, положив трубку.

На этот раз молчание провисело намного дольше. Вообще говоря, больше звонков не было. Вместо этого, через полчаса дверь распахнулась, и ввалился запыхавшийся Катаев.

- Хорошо они всё провернули, чисто, - первое, что мы услышали от него.

- Что-то выяснили? - Данила аж подскочил.

Следователь замахал руками и пробурчал скороговоркой:

- Это вас больше не касается, это тайна следствия. Вам сейчас вернут ваши вещи, простите за небольшие неудобства, теперь вы свидетели, ждите, вас вызовут, сейчас выпишу пропуск и свободны.

- И? - вырвалось у меня.

- Что, и? - приостановился Катаев.

- То есть так вот просто взять и идти? - уточнил я.

- А вас что, с особыми почестями? - риторически предложил следователь, быстро заполняя бланк.

- Нам бы разобраться, - более детально изложил мой намёк Данила. - После всего, что было...

- Может, мне ещё жениться на вас? - бросил Катаев в нашу сторону, подписывая пропуск. - Вот, держите и гуляйте отсюда, не мешайте следствию.

- Не печальтесь так, - напоследок вставил Данила, - может, ещё встретимся - столько соблазнов, мало ли на преступление потянет - а вы нас уже знаете.

- Уйдите к чёрту! - послышалось за закрывающейся дверью.

Но когда мы уже получили вещи, оделись и направились к выходу, из кабинета вышел практикант и подошёл к нам, сказав негромко:

- В институт действительно кто-то проник, правда, очень чисто, но этих документов там не оказалось: за день до конференции профессор посещал свой кабинет, и был один - наверно, тогда и вынес; охранник говорит, что профессор якобы зашёл за материалом для конференции, пробыл недолго и ушёл не в лучшем настроении. Теперь Катаев хочет прошерстить его сотрудников, про которых вы говорили. Короче, он позвонит. Может быть.

Не ожидая реакции, практикант повернулся и пошёл по своим делам.

Я с Данилой вышел на улицу. Времени на часах настучало целых два часа дня, но настроение постепенно начинало проясняться.

- Может, погуляем? - предложил Данила. - Про какое место Вова говорил?

- Тебе мало приключений на сегодня? - хмуро пробурчало моё негодование.

- Шучу, - усмехнулся Данила, - поехали домой.

- Слушай, - остановился я, - а могут эти две истории - Марианна и смерть профессора - быть связанными? Чисто теоретически?

- Чисто теоретически я могу вырубить тебя кулаком в переносицу, - пробасил друг. - Это я к тому, что некоторые вещи проверять необязательно.

- Согласен, - я был вынужден согласиться: слишком далеко зашло наше геройство. Это в фильмах супергерои спасают мир, разгадывают смертельные загадки, пользуются паранормальными способностями, а мы - обычные люди - варимся в бульоне обыденности, и только в мечтах можем что-то из себя представлять. Мы ещё слишком молодые для таких приключений - мы ведь не сможем противостоять им. Нет ни знаний, ни навыков, ни особых на то талантов. И самое главное, нет подходящих знакомств. Нет?

- Как бы мне всё это выбросить из головы? - бросил я Даниле вдогонку.

Он, повернувшись, ответил:

- Сходи к психологу.

А сверху на мои открытые ладони уже десантировал настоящий зимний снег. С наступающим.

Сцена 3.

- Вот вы баламуты сознания мирового мозга! - с этими вполне благодушными словами встретил меня Владимир на пороге своей квартиры. Действие происходило на следующее утро после произошедших событий, и, конечно же, никто из нас троих не пошёл в университет вследствие крайнего нежелания. Относительно Вовы: он вообще крайне не желательно относится к деятельности, которая убивает и без того ценное время, особенно если эта деятельность не вращается в сфере его интересов.

Мы засели на кухне, чтобы не мешать ребёнку спать. Хозяин заварил чай, достал пирожные и скорчил гримасу внимательного слушателя.

Когда я закончил рассказ, Владимир как-то странно улыбнулся и выпалил:

- Это хорошо, что я с вами не поехал. Так попасть можете только вы!

- И чего делать дальше? - спросил я вместо итога.

- Забудь про это всё, пока ещё какая-нибудь чертовщина не приключилась, пока ещё можно выбраться из этого омута, - посоветовал Вова.

- А как же мировые тайны? - оппонировал я, полушутя.

- Мы всё равно не поймём, - в принципе, верно объяснил он: - или не успеем понять, или не сможем понять.

- Такие глупые? - усмехнулся я.

- Учись смотреть правде в глаза, - посоветовал Владимир.

И я вроде как окончательно решил, что пора завязывать, но в этот момент запиликала мелодия в телефоне.

- Следователь Катаев, - серьёзным тоном донеслось из динамика.

- Здрасте, - ответил я, включив громкую связь.

- Выспались? - более насмешливо продолжил своеобразный допрос следователь.

- Не жалуюсь, - ответил я, не понимая, к чему он клонит.

- Это хорошо, значит рассудок чистый, - логично рассудил Катаев, - просто тут так странно всё закрутилось, что сходу и не поймёшь.

- В общем, так, - продолжил он через секунду паузы, - сотрудников профессора по указанным адресам нет, телефоны не отвечают, в общем, пропали они. Несколько вариантов - или за границу собрались, или их нет уже на этом свете.

- А вы у профессора дома были? - не выдержал я.

- Вы что, совсем меня за дурного принимаете? - оскорблённым тоном произнёс Катаев.

- Извините, - поспешил оправдаться я, - но вы нашли там эти документы?

- Не совсем, - теперь оправдывался следователь. - В дом, кажется, никто не проникал, по крайней мере, эксперты ничего не нашли. Но один знакомый компьютерщик определил, что какие-то данные были отправлены на неизвестный адрес в интернете. На компьютере эти данные восстановить почему-то нельзя - какой-то сбой, а на том адресе данных больше нет.

Я не нашёлся, что ответить. Владимир постучал пальцем по запястью.

- Точно! - дошло до меня. - Когда это произошло по времени?

- В ночь перед конференцией, - ответил Катаев. - Но это, увы, ни о чём конкретном не говорит.

- А зачем вы мне об этом рассказываете? - наконец, опомнился я.

- Следственный эксперимент, - загадочно ответил следователь, повесив трубку.

К чему он весь этот цирк разыгрывает? Сначала засадить нас грозился по полной, потом позволил позвонить, а после этого вообще стал таким дружелюбным, что эта трансформация вполне может навести на мысль, что он знает о том, о чём мы и не догадываемся. Или ему просто кто-то посоветовал в приказном тоне. А может, он не в себе?

- Данька где? - продолжил, как ни в чём не бывало, Владимир.

- В общежитии отлёживается, - ответил я. - Там у него проблемы вроде.

- С сынком главного? - вспомнил Вова. - Поехали, разберёмся.

- Видел бы ты себя сейчас, - я не смог не рассмеяться, глядя на мужественный вид друга. - Чем мы поможем? - чуть серьёзней завершилась моя мысль.

Вова ничего не ответил, пожав плечами.

- Зато настроение поднимем, - сказал я, чуть подумав, - когда мы у него в последний раз были?

Через несколько минут мы вышли из подъезда и направились к остановке, болтая и болтаясь из стороны в сторону вдоль по дороге, усыпанной, как и всё вокруг, белым беспределом.

Почему ничего не хочет приходить в голову из того абстрактного философского, что обычно меня посещает? Может, это не распознаётся мозгом и сознанием как нечто важное в тот момент, когда нужно действовать, а не рассуждать о смысле бытия? Это когда бытовые проблемы берут верх над важностью философской мысли, как помехи заглушают чистоту сигнала? Или когда излишнее расслабление и бездумный смех затемняют истинное положение дел в мире? Подумаю об этом на досуге. Если появится время для досуга.

Общежитие, в котором жил Данила, представляло собой здание не особо новое, но не так, чтобы ветхое - типичная советская коммуналка. Если не знать, где искать, в этом муравейнике можно петлять полдня. Предусмотрительный друг всегда встречал гостей, и нас в том числе, с улицы, иначе до него можно и не дойти в завалах и перепутьях не всегда свободных и не всегда одинаковых проходах-коридорах. Однако ж в этот раз мы и без него разобрались - решили сюрприз сделать. Только на этот раз у него неожиданнее сюрприз получился.

- И где он? - я с Владимиром стоял у двери в комнату Данилы, но вместо его лица выглядывало лицо его соседа.

- С утра ещё ушёл, - ответило заспанное лицо.

- Учиться что ли? - спросил Вова.

- Можно и так сказать, - улыбнулось лицо. - Вообще-то сказал, что к девушке. А чему там учиться собрался, это неизвестно.

- А телефон? - уточнил я. - Мы что-то дозвониться не можем.

- Он его дома оставил, - задумалось лицо, - на вибрацию поставил. Сейчас принесу.

На дисплее телефона светились три непринятых вызова от нас, а в записной книжке входящий от Леи в семь утра.

- Ух ты, как оно всё, - почесывая бороду, протянул Владимир, когда я показал ему это.

- Может, зря их познакомил? - я вопросительно посмотрел на друга.

- Тогда у нас были другие планы, - оправдал меня Вова. - Может, к ней и поедем, а то уже руки чешутся познакомиться с вашим уникумом?

- Кажется, она действительно что-то с сознанием вытворять умеет, - сказал я Владимиру, когда мы входили из общежития.

- Пока сам не увижу, не поверю, - заявил друг.

- Вот и я так думал... - пробурчал я.

Простояв минут пять у двери, мы заметно заволновались: на дверной звонок никто не отвечал, на телефонный звонок Лее - тоже. Я ещё раз нажал на звонок: дребезжащая мелодия, лишённая всякой мелодичности и до неприличности раздражающая, не вызывала никакого положительного результата в виде появления на пороге хозяйки квартиры.

- Люди, чего трезвоните, не видите, что дома никого нет? - донёсся из-за спины приятный женский голос.

- Вова, знакомься, - сказал я после того, как повернулся и увидел знакомое лицо, - девушка, играющая со снами.

- Где Данила? - этот вопрос прозвучал после знакомства, но от этого не стал более тёплым.

- В клубе, - без прелюдий ответила Лея.

- День открытых дверей? - без улыбки пошутил я, вспомнив вид недоброжелательного старика.

- Сегодня и для вас найдётся место, - загадочно пролепетала девушка, ткнув пальцем мне в грудь. И, кстати, сегодня она была в красном плаще и с нормальной причёской.

Я посмотрел на Вову:

- Может, ты останешься снаружи?

- Нет, - он похлопал меня по плечу, - это ты останешься снаружи. Мне тоже хочется поглядеть на все эти фокусы. Не грусти, - он улыбнулся, - потом расскажу.

- Парни, вы не поняли, - немного серьёзнее сказала Лея, - сейчас же отдайте мне телефоны, и идём в клуб, и тогда вы сможете увидеть своего друга живым и здоровым.

Если бы не её игривый голос, странная, но не злая улыбка, лучистые глаза и насмешливый взгляд, я бы отреагировал по-другому. Но мне очень хотелось узнать, что за всем этим стоит, и кто заставил её участвовать. Или не заставил, но сейчас это не имело значения.

- Получите и распишитесь, - съязвил Вова, следуя за моими действиями. - Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь? - это адресовалось уже мне. - Хотя кого я спрашиваю? - съязвил он напоследок.

Когда у Леи оказалось оба наших телефона, она повернулась спиной и, маня пальчиком, пошла. Владимир хмуро поглядел на меня:

- Теперь эта история нас не отпустит так просто.

Наверно, эти слова я больше всего не желал слышать в этот момент. Ну да ладно, разберёмся по обстановке.

Мы направлялись в то самое место, куда я с Леей пытался проникнуть тогда, в первый раз. Только теперь дверь была открыта и никакого старика на пороге. Я не спеша следовал за Владимиром, он - за девушкой. Когда мы перешли черту порога, сзади прошмыгнул человек, захлопнув дверь.

Внутри повисла гробовая тишина - ни одного звука с улицы. Зашторенные окна не пропускали дневного света, в комнате, куда мы попали, темнота казалась ещё более зловещей. Но кое-что можно было разглядеть: горело несколько свечей, наполняя пространство незнакомым ароматом и дымкой. Под потолком парила недешёвая люстра, увешанная то ли стеклянными, то ли хрустальными кубиками; на стенах, оклеенных тёмного оттенка синего обоями, висели картины не нашей эпохи, похожие на те, которые я видел во сне при встрече с Леей; пол вообще создавал иллюзию бездны - какой-то чёрный, но не по цвету, а по ощущению, и он точно устелен ковром или каким-то мягким покрытием; содержимое серванта в дальнем углу комнаты различить особо не удавалось, но предметы там лежали не обыденные и, скорей всего, не известные мне. И страшно, и любопытно. Но, конечно, больше всего привлекал внимание лакированный стол посреди комнаты: даже при таком интимном освещении виднелась старинная резьба и непонятные узоры - стол не был накрыт скатертью, при этом находился в хорошем состоянии. Свечи находились у нас за спиной, у входа в комнату, поэтому самая важная часть - два кресла почти у окна - определилась у меня в голове, только когда глаза немного привыкли. Даже заметил силуэты сидящих там людей. Даже узнал в одном из них Данилу. Но кто этот второй?

Я встал вплотную позади Владимира и сунул руку в карман на пару секунд - надеюсь, никто не заметит и то, что я делаю, как-то сможет помочь: я ещё никогда не играл в шпионов, а фильмы мало чему хорошему научили.

Лея подошла к столу и первая нарушила тишину:

- Я привела их.

- Сделала всё, как я сказал? - спросил незнакомец.

- Да, - ответила девушка.

- Тогда спасибо, и свободна, - монотонно продолжил голос из темноты.

- Но... - собралась было возразить Лея, однако незнакомец перебил её:

- Ты всё сделала правильно, но сейчас тебе нужно уйти - ты ещё не готова. Дед, проводи.

Тот, к кому обращался говорящий, выплыл у нас из-за спины - ах вот, кто дверь закрыл - и, взяв девушку за руку, повёл к двери. Выходить она не желала, но особо и не сопротивлялась; только когда проходила мимо нас, поглядела на меня как-то немного взволнованно, растеряно.

Когда за ней захлопнулась дверь, незнакомец встал и подошёл к столу с противоположной от нас стороны. А ведь я должен был узнать его голос - это был тот самый мужчина, сотрудник профессора Резова.

- Знакомься, это убийца, который нас подставил, - шепнул я Владимиру, немного подавив удивление и оцепенение.

- Зачем так сразу? - не меняя голоса, заговорил незнакомец. Говорил он тихо, но чётко, и всё нам было понятно из сказанного. Но спокойнее от этого не становилось.

- Так вот он какой, плохой дядя? - спросил Владимир, не повышая голоса.

- Ребята, всё никак не повзрослеете? - всё так же монотонно усмехнулся незнакомец. - Всё играете в игру плохой-хороший? Прямо как эта девчонка.

- С трудом верится, что она добровольно вам подчиняется, - я не преминул влезть в диалог.

- Она глупа, как и вы, - говорил он, - тоже какие-то ответы ищет, смысл жизни. Вот я и дал ей, что она хочет.

- Нам тоже дадите? - съязвил Вова.

После этих слов в голову словно ударила вспышка откуда-то изнутри, потом всё потемнело в глазах, и навалилась такая тяжесть, что потерялись все ориентиры. Потом всё пропало и тут же возникло. Я стоял на том же месте, чувствовал себя так же нормально. Мои с Владимиром взгляды пересеклись.

Человек по ту сторону стола немного подался вперёд, сказав:

- Что случилось, вы себя плохо чувствуете? Это наверно из-за свечек и недостатка воздуха. У меня поначалу тоже так было. Ну ладно, на чём мы остановились?

- Что с Данилой? - спросил Владимир, когда наваждение прошло.

- Пришлось успокоить до вашего прихода, - ответил незнакомец, тряся сидящего в кресле, - буянил.

- Вы кто? - послышался голос проснувшегося друга.

- Называйте меня Призраком, - представился тот, повернув к нам голову, - это всех касается. Призрак - мой оперативный псевдоним.

- Кто вы такой? - спросил я, следя взглядом за движениями Данилы, который остановился рядом со мной.

- Осторожней с этим вопросом, - холодно улыбнулся незнакомец, доставая заветную красную книжку. - Осталось мало живых, которые могут похвастаться знанием ответа на него. Но давайте к делу: вам, наверно, не терпится узнать причину нашей встречи?

И, не ожидая реакции, продолжил:

- Вы чуть было не сорвали правительственную операцию, браво, - он даже похлопал в ладоши, формально и иронично. - Мы уже давно разрабатываем вопрос по пресечению деятельности одной международной преступной группы, скрытной и довольно влиятельной. Эти персоны специализируются на краже технологий и их перепродаже спецслужбам других стран, а также пытаются оказывать влияние на экономические процессы государств. В общем, очень скользкие типы, и поймать их на приманку - единственный действенный вариант.

Призрак смотрел на нас пристальным немигающим взглядом, ожидая, по-видимому, каких-то движений с нашей стороны. То, что он сказал, звучало невероятно, но пока ни к чему придраться было нельзя. Я, не ожидая такой завязки, изумлённо предвкушал продолжение истории, чтобы свести концы с концами: если это получится, значит, Призрак не лжёт. С другой стороны, мы ещё живы, и никаких угроз и выпадов в наш адрес с его стороны пока нет. Но всё так нестабильно в делах, в которых замешаны сомнительные типы: надо быть настороже.

- Прежде чем продолжить, разберёмся с небольшой проблемой, - будто прочитав мою мысль, продолжил Призрак. - Так как я секретный агент, у меня всего два варианта по вашему вопросу - нейтрализовать либо привлечь к сотрудничеству. Я даже предоставлю вам выбор.

- А если мы просто уйдём и обо всём забудем? - предложил Данила.

- Нет, вы либо помогаете мне, либо вы мне не нужны, но свидетелей без контроля я оставлять не могу, по крайней мере, на время операции, - доходчиво объяснил агент, доставая пистолет из ящика стола. - Поймите меня правильно, я не могу рисковать.

- Поможем, если надо, - передумал Данила. Я и Владимир молча согласились кивком. - Шутка с выбором у него не удалась.

- Тогда придётся ввести вас в курс дела, чтобы вы понимали положение вещей, - Призрак полностью лёг на спинку кресла, оставив пистолет на столе. - Может, и вам выпадет какая-нибудь выгода.

Вся логика моего разума была настроена против лапши, которой нас засыпал незнакомец, но что-то - может, интуиция, с которой я не особо дружу - говорило о правдивости говорящего и об истинности сказанного. В любом случае, дослушать разговор до конца и расставить все точки над "и" не самая плохая идея. С другой стороны, у Призрака был пистолет, а у нас его не было, а в таких случаях лучше отвечать позитивными репликами на вопросы и стремиться к витальному выбору. Несмотря на приманку в виде бесконтрольно лежащего на столе оружия, я прекрасно понимал, кто доберётся до него первым, если что случится.

- Не боитесь, что провалим дело? - на всякий случай уточнил Владимир, прежде чем человек с красным удостоверением перешёл к брифингу.

- Это вам нужно бояться, - парировал Призрак. - Я с вами разговариваю, а они раздавят, даже не заметив. Вы уже засветились в этом деле, так что теперь вы стараетесь ради себя. Сделаете всё правильно - благо делать не особо много, только внимательно меня слушайте и выполняйте - и мало того, что выйдете из игры чистенькими героями, так ещё спасибо скажут.

- И по головке погладят, - не сдержался Данила. Зато понятно, что проснулся.

- Можете мне поверить, всё будет так, как я говорю, - уверял Призрак всё тем же монотонным бесцветным голосом, но мне стало чуть спокойнее и комфортнее - по крайней мере, пока мы ему нужны, у нас не будет смертельных проблем. Хотя бы с ним.

- Так в чём же дело? - Вове начала надоедать эта милая беседа. Я же был в предвкушении самого главного, о чём ещё не сказал незнакомец.

- Как я уже сказал, мне нельзя сейчас показываться на виду, - лицо агента покинула и без того формально-сдержанная улыбка, - доблестные органы не должны знать истинной причины покушения на профессора, иначе получится, как с вами, только в степени "полный облом". Странно, что вы не спрашиваете про Резова, - он вопросительно обвёл нас взглядом, видимо ожидая, что мы исправим это упущение.

Так и не получив ответа, он продолжил:

- Вообще-то он жив. Инсценировка смерти была необходима.

Степень закручивания моего мозга росла прямо пропорционально поступлению новых ошеломляющих обстоятельств, кажущихся невозможными или маловероятными, но, чёрт возьми, становилось всё интереснее. А вдруг не лжёт?

Вдоволь насладившись изумлёнными выражениями моего с Данилой лиц и нулевой реакцией Владимира, Призрак, скрестив пальцы рук и опершись локтями на крышку стола, продолжил просвещать нас по данному делу:

- Сейчас профессор в безопасном месте, его жизни ничто не угрожает, однако на время операции он официально считается погибшим. Как вы понимаете, инсценировка направлена на отвлечение общественности, пока я пытался добыть информацию.

- Но у вас что-то пошло не так, - догадался я.

- Верно, - агент еле заметно кивнул головой, - покопавшись в компьютере, нашёл только следы, как потом оказалось, фантомной пересылки.

- Поэтому данные нельзя было восстановить? - кажется, я начал вникать.

Опять положительный кивок, и в довесок:

- Профессор сам не знает целевого пути, куда отправил эти данные. Этот алгоритм придумал он сам - данные будут переданы только одному определённому боту, то есть интернет-роботу, и получить их можно только у него.

- Люцифер? - еле слышно предположил я. В голову всегда приходит вариант, с которым ты сталкивался и который является наиболее похожим.

- Что? - явно заинтересованно переспросил Призрак.

Я лишь помахал головой в ответ. Скорей всего, нет - не может же быть всё так связанно. Хотя...

- А что с этой женщиной, второй помощницей? - спросил я для отвлечения.

- Она работает на ту организацию, - ответил Призрак. - Поэтому, извините, пришлось подставить вас, хотя вы сами напросились. Она ещё нужна для завершения операции. Хотя она может сама попытаться добыть информацию. Поэтому, поверьте, куда лучше, если мы найдем эти данные первыми.

- Мы? - переспросил Владимир, приподняв брови от удивления.

- В этом, собственно, и состоит ваша задача, - торжественно заявил Призрак, бесцветность его тона немного окрасилась эмоцией, трудно определимой по содержанию. И всё же по сравнению с ранее сказанным это звучало действительно торжественно.

- И как вы это себе представляете? - недоумённо спросил Данила. И тут же добавил, - у нас ведь нет ни одной нити!

- Придумаем, - предложил агент.

После недолгого молчания он встал с кресла и подошёл к серванту. Теперь мы находились к пистолету ближе, чем подозрительный агент. Мои с Вовой взгляды пересеклись на оружии. Взять?

Будто прочитав наши мысли, Призрак, нагибаясь за чем-то в темноте, произнёс:

- Пистолет, кстати, для вас. Мало ли. Надеюсь, он вам не пригодится, но на всякий случай возьмите.

Данила подошёл к столу и взял пистолет. Жестом из боевика проверил обойму, вставил обратно до щелчка и перезарядил. Потом посмотрел на меня, на Вову, и, поставив на предохранитель, заткнул пистолет за пояс.

Призрак вернулся на своё место, держа в руке небольшой деловой портфель. Он достал оттуда небольшую папку с документами, раскрыл её и достал один листок и передал нам на обозрение.

- Это алгоритм профессора, которым он с нами поделился, - пояснил агент, добавив, - и именно вам предстоит добраться до того самого бота. Предвидя ваш вопрос, повторю, я не могу сейчас этим заниматься - нужно следить за всей ситуацией, доверять своим, странно, но тоже не могу - у меня смутные сомнения по поводу внутреннего шпионажа, поэтому остаётесь только вы. Да и дело не особо сложное - найдите компьютерщика и через него реализуйте алгоритм - всего-то и делов. - Он вернулся в кресло.

Длинный брифинг, по-видимому, подходил к завершению - Призрак беззвучно сидел в кресле, ожидая нашу реакцию. Мы постояли, молча обдумывая услышанное, некоторое время, но потом Владимир решил завершить нашу встречу:

- Можем идти?

Агент кивнул головой. Недолго думая, мы развернулись и пошагали к выходу. Старик провожал нас своим, наверно, стандартным озлобленным взглядом, но ничего не сказал. Таким образом, через минуту мы уже стояли на улице, а Лея пыталась выудить, о чём же мы говорили в клубе. Получив телефоны обратно, наша троица, не распространяясь, попрощались с ней и отправились на остановку - Лея так ничего и не узнала и провожала немного грустным и сожалеющим взглядом. Непонятно было только, о чём она сожалела.

По дороге домой я вспомнил о телефоне Данилы. Вынув его из кармана, протянул другу. Я хотел сказать о том, что попытался записать разговор в клубе, но подумал, что в этом нет смысла - всё ведь прошло нормально. Если найдёт, сам удалит. С другой стороны, если не найдёт, пусть эта запись пока побудет у нас. На всякий случай.

- И чего будем делать? - спросил Владимир, смотря в окно.

- Будем делать, - коротко и ясно ответил Данила, убирая телефон с глаз.

- Странный тип, - оценил я.

- Эти - все странные, - иронично ответил Владимир.

- Знаете, о чём я подумал, - решился сказать я, - а если эти данные попали к Люциферу?

- С другой стороны, - глядя в окно, начал Данила, но быстро вернулся к нам, - даже если не к Люциферу, он бы нам очень помог.

- Ага, где его искать? - усмехнулся Владимир. - Пропал без вести, оставив странного содержания послание.

- Что-то мне кажется, что он сам найдётся, когда придёт время, - ответил я на свой же вопрос, добавив, - ну, и у кого же есть знакомый программист?

Сцена 4.

Нельзя принимать участия в игре, не зная её правил. Об этом я размышлял после прощания с друзьями. Хотя правила - это полдела. Они могут меняться вплоть до противоположности. У нас к тому же не было достаточной и, что ещё хуже, достоверной информации обо всём, что, чёрт побери, происходит. Конечно, можно было бы пойти в полицию, к Катаеву, и рассказать ему обо всём - он ведь не зря сегодня с утра звонил и плёл про следственный эксперимент. С другой стороны, Призрак так всё дельно описал, что я начал понемногу доверять его рассказу. В любом случае, пока он единственный, кто хоть что-то толковое нам сказал. И самое главное, что всё вяжется - почему бы, в таком случае, ему не верить? Другое дело, что он сделает с нами, когда мы выполним его задание или если не сделаем этого. Думать об этом хотелось в последнюю очередь, поэтому я предпочёл просто закрыть глаза и попытаться выгнать все мысли из головы.

Вот и моя остановка. Как только я оставил слепок своих следов на свежевыпавшем снеге, мне позвонили. Это был Данила.

- И чего, тебе не интересно? - спросил он. Я понял, о чём речь.

- Да я в принципе догадался, - сказал в ответ, - круто она тебя обработала, - усмехнувшись, добавил я.

- Представляешь, даже наш третий танкист поверил! - с наигранным удивлением отозвался друг на реакцию Владимира.

- В ней точно что-то есть, - осветил я своё мнение, - по крайней мере, гипнозом баловаться умеет. Наверно, это секретная школа, - предположил я.

- Гипноз, точно, - согласился Данила. - Она меня как-то убедила приехать утром к ней, а потом я вырубился, причём она не угощала меня никакой химией, ну, только если на губы что-то намазала...

- Вряд ли, - ответил я без особой реакции, - а как же сны?

- Были, - сказал друг, будто вспоминая самые прекрасные мгновения своей жизни.

- Всё интереснее и интереснее, не так ли? - усмехнулся я. - Только я перестал ей доверять.

- По-моему, она ни при чём, - отреагировал Данила. - Сама попала в переделку. Думаю, если выбираться, то всем вместе.

- Всё равно, не рассказывай ей о разговоре с Призраком, - посоветовал я. - Раз он не поделился с ней, то и нам пока не стоит. Но связи с ней не теряй.

- Хорошо, - согласился друг, - но лучше, если б это побыстрее закончилось.

- Это говоришь ты, любитель приключений? - удивился я.

- Это не приключение, - расхохотался друг, - это эротический триллер.

- Вижу, ты совсем позабыл о Ксюше, - припомнил я Даниле.

- Да, разбил ещё одно невинное сердечко, - искренне раскаялся он, тут же подобрав оправдание: - но вообще-то она сама меня бросила... когда узнала.

Я только усмехнулся в ответ, поражаясь другу. В телефоне пикнуло, и связь оборвалась.

Окончание этого дня протекала довольно скучно, по всей видимости, из-за отсутствия Люцифера. Хотя скучать особо не приходилось: история ведь была в самом разгаре. Алгоритм следовало применить как можно быстрее, но для этого надо найти подходящего человека. И чем знакомее он окажется, тем дешевле и безопаснее нам обойдется. Примерно эти мысли кружились в голове, когда я листал записную книжку в своём телефоне.

- Алло, это снова я, - поприветствовал я, услышав голос Вадима. - Как ваши дела? Как продвигаются поиски?

- Они все пожимают плечами - никто ничего вразумительного ответить не может, хотя я подключил довольно влиятельных людей, - рассеянно ответил он.

- А я как раз хотел поговорить о ваших возможностях, - осторожно начал я.

- У вас-то что случилось? - напрямую спросил Вадим.

- Рассказать - не поверите. Я бы не поверил, - честно признался я в ответ. - Но ситуация повернулась таким боком, что, если мои предположения верны, мы можем найти нить...

- Какую нить, о чём вы... Ты знаешь, как найти сестру? - голос на том конце стал немного напряженней и более эмоциональным.

- Успокойтесь, - попросил я, - я не уверен, но может что-то получиться. Для этого мне нужен специалист по компьютерам - программист или кто-то вроде того.

- Я занимаюсь этим, - уже спокойнее ответил Вадим. - Если необходимо, мы можем встретиться.

- Было бы неплохо, - ответил я.

Мы договорились не откладывая: на следующий день в одном из ресторанов фаст-фуд "Макдональдс".

Предупредив о готовящейся встрече друзей, я предпочёл забыться, найдя спокойствие в мире снов. Но сновидений не было, лишь забытье, которое медленно переросло в утро, как будто вчерашний день так и не окончился.

Формально я находился в университете, реально - направлялся немного в иную сторону как по направлению, так и по сфере деятельности. Очаги неоамериканской кухни, именуемые ресторанами фаст-фуд, глубоко и надолго прижившиеся в родной стране, стали медленно перетекать в государства, население которых настолько работоспособное, что не успевает ни отдохнуть толком, ни поесть. И самое интересное, что организации быстрого питания - единственные в своем роде, не обманывающие своих посетителей. Скорей всего, это и подкупает. И, конечно же, бесплатная беспроводная сеть, собственно, из-за которой встреча была назначена именно здесь.

Шёл на встречу я один: Данила разбирался с Леей и, по-видимому, с проблемами в общежитии, Владимир ухаживал за ребёнком. Методом прозвона я, наконец, увидел Вадима воочию. Он представлял собой мужчину двадцати пяти-тридцати лет спортивного телосложения - так сразу и не скажешь, что программист. Вадим выглядел напряжённым, быстро перебирал пальцами по столику, к которому я подошёл. Поздоровавшись, я сел напротив и достал листок с алгоритмом.

- Что нужно делать? - спросил Вадим, глядя на лист бумаги.

Я отдал алгоритм ему.

- И, главное, зачем? - задал он второй вопрос, пытаясь разобраться в символах.

- Это сложно объяснить, - ответил я. - Лучше сначала реализовать этот алгоритм, и тогда можно будет судить о том, поможет нам это или нет.

- Только предположение? - уточнил Вадим.

- Не совсем, - сказал я в ответ, - в последнее время слишком много случайных событий - прямо логику можно проследить. Если результат тот, о котором я думаю, вас ожидает полная странностей история, в которой по каким-то причинам оказалась задействована ваша сестра. И не только.

- Мистика что ли? - недоверчиво отозвался собеседник, доставая ноутбук. На рабочем столе красовалась фотография Марианны - это не было неожиданностью, но все же я боялся увидеть другое лицо: тогда всё смешалось бы в голове, и я бы свихнулся. Окончательно. А ведь мистика какая-то.

- Так что делать? - по-видимому, он был готов к любым действиям, которые давали хоть какую-то надежду, пусть и на словах. - И давай на "ты", не на заседании.

- Нужно найти в интернете бота, используя этот алгоритм, - коротко и чётко я передал суть проблемы, не добавляя не главной, но не менее важной причины - информации о задании Призрака.

- Это займёт некоторое время, - прикинув, сказал Вадим, - но я разберусь.

- В таком случае, я закажу что-нибудь, - предложил я, вставая. В любом случае, не голодными же сидеть - голод был бы явно не на пользу в эти напряжённые моменты. Вадим также не отказался, поэтому через полминуты я уже стоял в очереди за кассой.

Было уже позднее утро, половина одиннадцатого, и места в этом помещении уже не хватало, хотя особо маленьким его не назовёшь. У нескольких касс стояло по пять-шесть человек, ожидающих, кода пред ними стоящий получит свой заказ и отправится в поисках свободного места, надеясь, что кто-то уже завершает своё здесь пребывание. В любом случае, оставались ещё подоконники как вариант: они занимались в последнюю очередь.

Оглядевшись, я увидел не только молодёжь университетского и старшего школьного возраста, чего стоило ожидать - кто ещё в это время дня может коротать свободное время, кроме тех, у кого этого времени предостаточно: учеба ведь не работа? Здесь сидели в одиночку и группами посетители почти всех возрастов, кроме пенсионеров, разумеется, и общались с соседями, разговаривали по телефону, работали с ноутбуками, грустили молча, - в общем, неплохо коротали время. Ах да, они ещё и ели. Наверное, в этом и заключалась хитрость придумщика - объединить бесплатные места для посиделок с возможностью недорого перекусить. Так просто и действенно. И прибыльно.

Но меня волновала другая тема: структура, созданная на западе, может прижиться на востоке только в том случае, если для этого подготовлена почва. Рыночная экономика, политические лобби по продвижению продукции, в которой они имеют свою весомую долю и свои интересы - теперь это и в той стране, в которой я живу. А все вокруг, сидящие здесь, являют собой новое поколение потребителей, которых устраивает такая ситуация, и если появятся иные нововведения запада, горожане не будут против. Кстати, я тоже в очереди, я здесь и ничем от них не отличаюсь. Но это не дело, это совсем не моё.

Припарковав поднос на краю столика, я вернулся на стул, который уже успел остыть, а Вадим тем временем уже активно печатал на клавиатуре тот код, который должен многое разрешить. Что-то в глубине вдруг начало коробить, появилась тревога, хотя ничего не предвещало, как говорится - даже погода: чистая, свежая, солнечная, словно издёвка в стиле "в одно прекрасное зимнее утро". Быть может, что-то пошло не так?

Вадим был погружён в работу, поэтому отвлекать его лишними расспросами не очень-то хотелось. Я просто сидел молча и наблюдал за окружающими - ничего особенного.

Ничего, кроме того, что мы как группа заправских хакеров пытаемся взломать банковский счет, сидя в интернет-кафе. Да, сравнение неудачное, но всё же. Есть компьютер, интернет и мозг со знаниями - этих предметов современности хватит, чтобы нарушить любую слабо защищённую компьютерную систему, а это уже угроза информационной безопасности. Система посильней требует более обдуманного взлома, однако же постоянное развитие обусловило несовершенство любой системы защиты и любой программы хака. Задаваться вопросом "зачем им всё это?" бессмысленно - в любом случае, цель оправдывает средства. Будь то проделки внешней разведки иного государства, либо попытка бедных хакеров нажиться на миллионах богачей, непонятно откуда взявших свои миллионы (разумеется, это не касается всех богачей), либо просто фанатичная идея разрушить систему - все эти деяния входят в рамки человеческой психологии и логики, поэтому философские вопросы тут неуместны. Конечно, пока не нарушат твою информационную безопасность. Законы, регулирующие информационную деятельность и заботящиеся о её безопасности, в этой стране пока не приживаются, поэтому российские хакеры одни из самых лучших в мире. Правда, если говорить о законах, то исходить нужно от того, кто и с какими целями их принимает, а не от того, какими народными средствами он их продвигает и как красочно о них рассказывает. Но, в любом случае, как бы власти не пытались ограничить свободу активных и несогласных, таковые всегда будут рождаться, потому что у них тоже есть цель и в них тоже есть смысл.

В какой-то момент Вадим потянулся за стаканом и сделал глоток прохладного газированного напитка. Затем он сказал, осторожно, будто боясь спугнуть:

- Я нашёл его.

- Скачай на флэшку и отруби интернет-соединение, - я сразу оживился, что бывает со мной довольно редко.

Вадим пощёлкал ещё по клавишам и победоносно развернул ко мне ноутбук. Я, в свою очередь, в нетерпении запустил скаченный файл. Экран монитора вспыхнул синим, на нём появились какие-то записи, а потом компьютер отключился. Ничего не понимая, я попытался включить ноутбук снова, но ничего не произошло. Вопросительный взгляд на Вадима также не принёс результатов. Это было падение системы - но с чего так неожиданно и безо всяких предупреждений?

Зато в дополнение к этой оплошности напротив "Макдональдса" остановились две машины, из них оперативно выскочили три человека и двинулись в нашу сторону. Вадим сразу заметил их - прослеживая его взгляд, я посмотрел в окно. На мгновенье мне показалось, что это галлюцинация или что ещё хуже привидение, ведь одним из них был уже забытый мной Каврин. Каким бы он ни был капитаном, здесь он явно не случайно. Интересно, как он нас выследил - нет, конечно, он мог идти и не по нашу душу, но то, что встреча с ним не сулила ничего хорошего, было ясным однозначно.

- Нам лучше уйти, - бросил я Вадиму, - и быстро.

Вадим понял с первого раза - наверное, не в первый раз в подобной передряге, и, резко вскочив со стула, закрыл ноутбук и потянул меня за собой. Мы выскользнули из другого входа, пока Каврин со своими верзилами входил внутрь. Добравшись до автомобиля Вадима, я немного успокоился, а когда мы тихо и незаметно рванули с места, вздохнул с облегчением.

- Знакомый? - спросил Вадим.

- Ага, - ответил я. - Вот уж не думал, что встретимся на этом свете.

Он немного удивлённо посмотрел на меня, но ничего не сказал, а я ничего не разъяснил - как-нибудь в следующий раз.

Что же произошло, когда я в первый и последний раз звонил Каврину? Шум, стрельба - такое ощущение, как будто кто-то ждал, пока Каврин получит пароль от диска. Хотя нет, это всего лишь совпадение - хоть где-то в этой истории может быть простое совпадение? С другой стороны, я не знаю, что там произошло. В любом случае, если бы я нужен был Каврину, он добрался бы до меня без проблем. Значит, он всё-таки не за нами шёл или шёл, не зная, что за нами. Ладно, пора завязывать с парадоксами: сейчас будет самое интересное: бот - это Люцифер?

Вадим остановился у одного из многоэтажных домов на незнакомой мне улице, дал мне ключи, назвав номер квартиры, попросил включить чайник на кухне и подождать его там. Пока Вадим парковал машину, я сделал, что он просил. Квартира оказалась очень уютной и чистой, хотя было заметно, что в последнее время хозяин жил здесь один. Я сел за кухонный столик, поставив на него ноутбук, и принялся ждать Вадима.

Он не заставил себя долго ждать. Почаёвничав, Вадим достал отвёртку, открыл крышку ноутбука, извлёк из него жёсткий диск. Я с интересом наблюдал за его действиями - как он собрался достать оттуда информацию?

Когда с копошением во внутренностях ноутбука было покончено, мы отправились в комнату - там стоял персональный компьютер. Вадим подключил к нему жёсткий диск, включил компьютер и запустил несколько программ. Примерно в этот момент я понял, к кому можно обратиться по вопросу обучения. Ещё немного понажимав на клавиши, компьютерщик повернул голову в мою сторону:

- Готово.

Было, конечно, очень удивительно, что я не удивился, когда на чёрном экране замелькали зелёные цифры, складывающиеся в силуэт лица.

- Это ж надо подумать, меня смог поймать самодельный антивирус! - прозвучало в динамиках в качестве приветствия. Это был Люцифер собственной персоной.

- Приветствую, - в свою очередь сказал я.

Для электронного собеседника стало большой неожиданностью различить меня на фоне комнаты:

- Ты? Этого не должно было произойти.

- Чего? - открыто спросил я.

- Мы не должны были встретиться, - ответил Люцифер.

- Почему ты так решил? - не обращая внимания на немного ошеломлённого Вадима, продолжал я.

- Ситуация выходит из-под контроля, - признался собеседник, - я не смог найти её. Время упущено, мне кажется, что уже слишком поздно.

- То есть как? - эта мысль меня встревожила.

- Либо ты дал неверные координаты, либо ты специально обманул меня, либо она и вправду исчезла, потому что этого человека нет в местах, которые хоть как-то связаны сетью, - выдал Люцифер отчётом.

- Я не уверен, - только смог произнести я.

- Я знаю, - донеслось из динамиков. - Давай напрямую: зачем я тебе опять понадобился?

- Ребята, давайте по порядку, - к Вадиму вернулся дар речи. - Давид, что это?

- Люцифер. Приятно познакомиться, - небольшая пауза, - Арламов Вадим Игнатьевич, тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения. Мне продолжать?

Вадим привстал от изумления, потом вновь вернулся на стул.

- Думаю, он прочитал это в твоём компьютере, - пояснил я, снова обратившись к зелёному лицу:

- Что произошло после того, как ты ушёл?

- Я начал поиски, - ответило лицо, - последняя запись, которую я обнаружил, была из метрополитена, на ней красовался и ты. А дальше ничего, пока не произошло кое-что, - Люцифер умолк.

- Тебе пришла какая-то информация? - предположил я. - Секретная разработка?

- Так вот зачем я тебе, - лицо нахмурилось. - А ловко вы меня поймали. Определённый алгоритм, не так ли? А когда я оказался в чужом компьютере, то, конечно же, собрался убраться с него, но куда уж там - этот самодельный антивирус блокировал меня, и мне не оставалось ничего, кроме как сжечь систему. Но вы всё равно до меня докопались. И это всё ради файла, который сам меня нашёл. Зачем?

Я не знал, что ответить, поэтому просто молчал. Сказать ему о Призраке - идея не самая удачная, потому как это вообще не связано с Марианной. Это насколько нужно поверить в знаки, чтобы считать по-другому? Может, Люциферу нужна вовсе не Марианна? Правда, она действительно пропала. Проблема вырисовывалась довольно сложная, а я совсем запутался.

- У меня и моих друзей серьёзные проблемы, - всё же ответил я. - И чтобы их разрешить, мне нужно то, что к тебе попало.

- В этом замешан Каврин? - вдруг спросил Люцифер.

- Я удивился, когда увидел его живым, - прозвучало от меня в ответ. - Но я с ним пока не сталкивался.

- Не там видишь врагов, - загадочно прошептал собеседник.

- Но мне нет причин не доверять тому, кто поможет мне выбраться из этой истории, - аргументировал я.

- Ты доверился незнакомому человеку? - Люцифер стал выглядеть ещё более настороженно.

- Во всяком случае, он знает, что делать. Мы ему нужны так же, как он нам.

- К тому же, - я неожиданно признался себе, - и я, и он работаем на благо.

- Вот только на чьё? - из динамиков прозвучал риторический вопрос.

Странно, но мнение Люцифера не произвело на меня должного впечатления; возникло такое ощущение, будто я уже знаю достаточно для того, чтобы действовать самостоятельно. А сейчас я хотел именно этого. План простой: попрошу Люцифера отдать мне файл, который отнесу Призраку и узнаю, что делать дальше. Почему? Потому что это самое адекватное решение в данной ситуации - это как кредит в банке: время не ждёт, а что-то делать надо. Так и сделаю.

- Неважно, - сказал я. - Просто отдай мне этот файл и можешь продолжать свой путь.

- Это невозможно, - категорично ответил Люцифер.

- Почему?

- Эта не просто посылка, - объяснил он, - это хозяин, мой создатель отправил её. Теперь это часть меня, и я уже не могу отделить её. К тому же я не могу раскрыть тебе её содержимое.

- Тогда ты не оставляешь мне выбора, - рассудил я, - ты мне поможешь, хочешь этого или нет.

После этих слов я выключил компьютер, не дав Люциферу ответить. И сам до конца не понял, зачем это сделал. Наверно, потому что Каврин шёл по следу, и поэтому хотелось быстрее избавиться от интересующей его информации. С другой стороны, я всё равно не узнаю, что скрывает мой электронный собеседник, поэтому держать у себя не вижу смысла. К тому же, за него беспокоиться повода нет, так как он найдёт выход из любой передряги.

- И что теперь? - Вадиму, видимо, надоело удивляться.

- Я понятия не имею, - ответил я по поводу его сестры, - я думал, он расскажет что-то новое.

- Мне, конечно, интересно, что это было, но я так понимаю, ты не расскажешь? - угадал Вадим.

- Верно. Но он должен был узнать про Марианну, - ответил я, понимая, что больше ничего сделать не смогу. - Он мне нужен, - эта просьба звучала не к месту, но ничего не поделаешь. - Только было бы неплохо, если его закодировать.

Вадим ничего не ответил. Он снова включил компьютер, скорей всего, в другом режиме, и через минуту протянул мне диск с листком бумаги:

- Был рад помочь.

- От этих дисков уже голова кружится, - сказал я, убрав его в портфель. - Спасибо и извини, что потревожил зря.

- Если вдруг узнаешь ещё что-то... - Вадим не закончил фразу, но всё и так было понятно. Я кивнул в ответ и отправился восвояси.

Сцена 5.

- Ты чувствуешь, как мой исходящий длинный гудок входит в твой телефон? - Данила казался излишне возбуждённым.

- Что-то случилось? - отстранённо спросил я.

- Да нет, всё в порядке, - ответил друг интонацией, означающей прямо противоположное. - Поссорился с Леей, накостылял сынку хозяина общаги, только что поскользнулся на гололёде и упал, послал дворника к чёрту и сейчас иду и думаю - что ж сегодня за день такой удачный, блин!

- А, я уж думал, что-то серьёзное, - пошутил я.

- Куда уж не серьёзнее! - воскликнул Данила. - Вон, Вован полминуты смеялся, а потом позвал в гости - сказал, если ночевать негде будет, могу остановиться у него ненадолго.

- Не верь ему, - ответил я шутливо, - он только и ждёт, как тебя заманить на ночь.

- И где ты такого набрался? - оценил друг.

- У мастеров утончённой пошлости, - сказал я, добавив, - а что касательно гостеприимства, то гость всего два дня, потом можешь стать членом семьи.

- Да я понимаю всё, - ответил Данила, - если что, до Нового года у Вовы погощу, а после каникул разберусь.

Друг замолчал, но потом снова ожил:

- Со мной всё понятно. Ты лучше скажи, чего там у тебя творится.

- Давай, и вправду у Вовы встретимся - там и поговорим, - предложил я, добавив, - мое предположение подтвердилось.

- Заметано, - согласился Данила и завершил разговор.

Через час я уже подходил к подъезду Владимира. Уже начинало темнеть - правда, небо опять заволокли тучи, поэтому трудно было определить время суток без часов. А батарея на телефоне, как назло, села - в последнее время уж слишком часто она так своевольничает. Зима, конечно, никудышная в этом году, однако к празднику снега хватит каждому, и никакие синоптики-метеорологи не смогут помешать. Разгребая ногами уже подмёрзший снег, превратившийся в подобие хрустящей глазури, я добрался до цели.

- Кто? - донёсся из-за двери знакомый отклик, когда я позвонил в дверной звонок.

- Агент 003, - ответил я.

- Пароль, - потребовал все тот же голос.

- Матом не ругаюсь, - сказал я в оправдание и с намёком.

- Ладно, и так сойдет, - ответил голос. Дверь открылась, и из прихожей выглянуло по-шпионски небритое лицо.

- Мы тут тренируемся, - аргументировал разыгранный спектакль Вова.

Поздоровавшись, я вошёл. Данила уже ждал на кухне. Пожав ему руку, я тут же принялся уплетать всё съедобное, что можно было найти на столе. Видимо, друзья уже поужинали, впрочем, меня это уже не волновало - после событий этого дня аппетит разыгрался не на шутку, и червячок просто бушевал в желудке.

Спустя некоторое время, я осветил свои приключения за день. Рассказ получился не очень интересным, но довольно информативным.

- Ага, весело вам, - завистливо протянул Вова. - А мне что, прикажете со скуки застрелиться?

- А жена тебе на что? - усмехнулся Данила.

- А жена к маме в гости на три дня поехала, вместе с дочкой, - грустно ответил Владимир. - К Новому году подготавливаться.

- А ты? - не унимался Данила.

- А я нашёл отговорку - типа много заданий надо выполнить, - проговорился Вова.

- Великий генератор отговорок, - констатировал я.

Мы рассмеялись. Но хорошее настроение прервалось, как только позвонил телефон. Почему-то у Вовы и, конечно же, неизвестный номер.

Данила показал жестом, чтобы он включил громкую связь.

- Алло, - ответил Владимир.

- Это Призрак, - ответил звонящий. - Как успехи в нашем деле?

Мы переглянулись. Я положительно кивнул головой.

- У нас всё готово, - проинформировал Вова.

- В таком случае, жду у себя, - пригласил Призрак. - Завтра, к обеду.

Время уже близилось к полуночи. Я решил переночевать у друга, и вот мы втроём сидим за столом и играем в "Дурака". А чтобы интереснее было играть, договорились, что проигравший несёт диск, а остальные следят за положением с улицы и прикрывают, если что.

Странно, но это была идея Вовы. Он сразу сказал, что втроём туда идти очень опасно, и мы с ним согласились. Потом я предложил идею с паролем, и это устроило друзей: Призрак получит пароль, как только проигравший покинет так называемый клуб. Затем мы поразмышляли над тем, каким образом Призрак смог узнать номер телефона Владимира, но это действительно было проще простого - наверно, помогла Лея.

Ну, а после мы засели за карты. Вове везло, как всегда, Данила сам неплохо играл, а я не особо понимал, как можно победить с такими неудачными картами.

- Как дела с Леей? - спросил я Данилу, разбавляя тишину, пока выбирал, с какой картой расстаться. Брошу семёрку черви.

- Ничего особенного, - ответил друг, отбиваясь десяткой той же масти, - просто она обиделась на мой отказ рассказать ей, о чём мы мило болтали с Призраком. Слушай, она ведь и тебя тогда обработала: ну, путешествия во снах и тому подобное?

- Да, так что не беспокойся, ты не псих, - улыбнулся я.

- И как она эти фокусы проделывает? Вот, помирюсь, займусь этим вопросом глубже, - сказал Данила в ответ.

- Больше нет, - констатировал я, глядя на свои карты.

После того, как карты отправились в кучу, Данила обратился к Вове, не забыв бросить на стол бубновую десятку:

- Слушай, так ты целых три дня свободен?

- В принципе, да, - ответил Владимир, кладя козырную пиковую шестёрку.

- Значит, поможешь нам в завтрашних знаковых событиях, изобилующих опасными приключениями? - подцепил Данила, атакуя шестёркой бубен.

- Типуном тебя по хребту, - огрызнулся Вова, вынужденный расставаться с козырной девяткой. - Пусть лучше всё пройдет тихо и спокойно. Но я иду, если что.

Данила развёл руками, и очередь защищаться подло подступила ко мне.

- Думаешь, Призрак отпустит нас так просто? - спросил Владимир, бросая восьмёрку кресте.

- Мы принесём ему то, что ему нужно, - говорил я, отбиваясь десяткой. - К тому же, он узнает, что мы не получили доступ к интересующей его информации, а незнание - ещё один повод оставить нас в покое.

- А Люцифер? А идея узнать что-то запрещённое или неизвестное? - не отставал Вова, подкидывая восьмёрку пик.

- Одно дело - мечтать, а другое столкнуться с этим и почувствовать всю серьёзность положения, - ответил я, забирая карты. - Мы не справимся, лучше отступить. Всё идет как по маслу, и это меня пугает - Резов создал Люцифера, который чуть ли не перевернул мою жизнь, а теперь я должен отдать его какому-то агенту, чтобы тот выудил секретную информацию неизведанной силы - как и в первый раз, когда мы почти стали обладателями тайн, но - почти. Нет, мой рассудок этого не выдержит.

- Как знаешь, - ответил Владимир, победно потирая руки.

- Что-то слишком много навалилось в последнее время, - посчитал Данила, кидая даму бубен.

- Как раз для тебя, - парировал Вова, отбивая валетом пик. - Ты же хотел кулаки почесать - вот тебе и повод.

- Не почесать кулаки, а немного размяться, - уточнил Данила, бросая бубнового валета.

- Ну да, ну да, - зло улыбнулся Владимир, отправив на стол даму пик.

- Да у тебя все козыри! - воскликнул Данила.

- Ну да, ну да, - так же издевательски ответил Вова.

- С тобой даже играть неинтересно, читер, - сказал Данила, убирая карты в кучу.

Колода медленно пустела, куча снова возвращалась в колоду, и кон за коном становилось понятно, кто останется в дураках.

Часа в два ночи, после разгромного поражения я, наконец, сдался.

- В таком случае, пора спать, - рассудил Данила, зевая. - Хозяин, готовь постель.

- Нарисовались на мою голову, - буркнул Вова. - Знали бы в универе, чем вы занимаетесь вместо того, чтобы учиться.

Сцена 6.

На встречу с секретным агентом мы решили ехать на подобающем транспорте - на "Жигулях" с тонированными стёклами. Бомбила-таксист не высказал протеста за пару сотен покатать нас по окрестностям. Остановились за поворотом недалеко от дома, в котором нас ждали.

Утром я позвонил отцу, предупредив, что по завалу учебной нагрузки вынужден объединиться с друзьями, что было наполовину правдой. Интересно, как бы ни закончилась эта история для меня, я буду жалеть о том, что согласился начать игру Люцифера?

Данила и Владимир остались в машине. Листок с паролем также остался у них. Я же, спрятав диск в карман, а пистолет за пояс, направился в клуб-штаб Призрака. Лее о планируемой встрече мы ничего не сказали, не посчитали нужным, поэтому со стариком на этот раз пришлось бы говорить лично. Но старика не оказалось на своём обычном месте, а дверь оказалась незапертой.

Я вошёл. Дверь за мной неожиданно громко захлопнулась: видимо, пружина оказалась слишком жёсткой. Комната не изменилась. Призрак сидел на своём месте. Странно, но беспокойство, которое усиливалось по мере приближения к этому месту, здесь, когда увидел Призрака, сошло на нет. Это казалось необычным, но в тот момент я не обратил внимания на свои чувства. А зря.

- Ты один? - довольно приветливо отозвался агент на моё появление.

- Да, - ответил я без подробностей.

- Без разницы, - Призрак махнул рукой, добавив, - какие результаты?

Возможно, он находился в лучшем расположении духа, так как позволял себе большую свободу жестов, эмоций и слов, чем при первой здесь встрече.

- Алгоритм сработал, я нашёл то, что вам нужно, но до файла не добрался - бот охраняет его, - отчитался я.

- Давай сюда, - он протянул руку.

Через мгновенье диск оказался у него в руках. В этот же момент у меня завибрировал телефон.

Смс-сообщение от Вовы: "Это подстава, Призрак - враг. Беги оттуда". Я прочитал послание настолько быстро, что агент не отреагировал - он в этот момент включал ноутбук. Я не понял, с чего так решили друзья, но на розыгрыш тянуло слабо.

- Нужен пароль, - потребовал Призрак, запустив диск.

- Пароль будет у вас, когда я выйду отсюда, - пытаясь сдержать снова вспыхнувшее волнение и страх, я донёс до его ушей своё условие.

Видимо, моё предложение звучало не слишком ультимативно, потому как Призрак вскочил с места и направил на меня свой тяжёлый бескомпромиссный взгляд. Было что-то необычное в этом взгляде, подчиняющее. Я попытался что-то ответить, но не смог. Чтобы хоть как-то обезопасить себя, я достал пистолет и направил его на агента.

Хотя теперь я сомневался, что он вообще агент, сделать что-либо почему-то не мог. И дело даже не в том, что в людей до сей поры я не целился и, тем более, не стрелял. Призрак блокировал меня. Вероятно, это какое-то психологическое воздействие, подавление, потому что на его приказ дать ему пароль я невольно вспомнил его - что никогда бы не удалось при обычных обстоятельствах, ведь я видел код несколько раз и даже не пытался запомнить! - и назвал. Он подошёл и выхватил пистолет. Мне же в голову что-то ударило, будто изнутри. Я больше не мог устоять на ногах и упал на одно колено. Когда я поднял глаза на агента, в моё лицо глядело дуло пистолета. Тут хочешь - не хочешь, а в голове пронеслась мысль: "Вот и всё, доигрался в шпионские игры". Казалось, что мне осталось несколько секунд. Наверно, я бы бросился на Призрака, если бы всё тело не сковала тяжесть, похожая на неимоверную усталость - будто весь мир давил сверху, не давая двинуться.

И тут случилось кое-что, часто встречающееся в книгах и фильмах со счастливым финалом - но книги одно, а здесь решалась моя жизнь. За спиной хрустнула и с треском распахнулась дверь - видимо, её выбили. Призрак поднял пистолет и выстрелил в ту сторону - у него больше не оставалось времени на меня: названный агент схватил ноутбук и нырнул вправо. Из-за спины послышалось два выстрела - одна пуля угодила в окно, перед которым мгновенье назад стоял Призрак, а вторая в стену справа. Но беглец скрылся: оказалось, в стене скрывался проход, хорошо скрытый от невооружённого глаза.

Сзади кто-то подбежал и начал меня трясти. Я повернул голову и увидел Владимира - никогда не думал, что буду так рад увидеть его после такого кратковременного расставания. Кто-то за моей спиной пробежал в проход в стене, следом подбежал Данила.

К этому времени я уже немного пришёл в себя, но глядел на друзей ещё более недоумённо и потеряно. И ещё больше удивился, когда из прохода в стене вынырнул Каврин со словами: "Ушёл!"

Уже через две минуты мы вчетвером - я и Данила на заднем сиденье, Владимир и Каврин спереди - сидели в машине, нарезающей круги по рядом тянувшимся улочкам. После двадцатиминутного патруля в рации Каврина прошумело: "Шеф, кажется, он ушёл. Мы не можем его засечь".

- Чёрт, - коротко отреагировал адресат.

Когда ко мне вернулся дар речи, а в голове закончились все фантастические версии того, что могло произойти в те несколько минут, что я находился в гостях у Призрака, вследствие чего он вдруг стал врагом, а Каврин неожиданным спасителем, я спросил напрямую:

- Может, кто-нибудь объяснит, что я пропустил?!

- Наконец-то, спросил, - с ехидным выражением лица обрадовался Вова. - Зря мы, конечно, тебя туда одного отправили.

- А идея чья была? - еще ехиднее спросил Данила, глядя на Владимира.

- Извини, я даже представить не мог, что так может получиться, - теперь серьёзно признался Вова. Подумать только, он решился извиниться - значит, и вправду вину почувствовал, что бывает крайне редко - за время моего с ним знакомства впервые.

- Ладно, извиняться потом будете, и на коленях ползать, и песни в мою честь орать, - как можно поэтичнее отозвался я, благо настроение стало импульсивно двигаться в положительную сторону - как вовремя адреналин подоспел. - А сейчас лучше расскажите мне самое интересное.

- Это то же самое, что по порядку, - улыбнулся Владимир, - Данила, дерзай.

Каврин ещё раз проехался по улице, но, так ничего и не найдя, остановился в безлюдном переулке.

- Конец операции, - скомандовал он своим людям, - ждите моих указаний. Пока свободны.

Потом повернул голову к нам:

- Ну, так что? Рассказывайте, мне самому очень интересно узнать, каким образом вы оказались впутаны в эту историю, ведь, если мне не изменяет память, вы уже засветились в одном деле, и я даже кого-то намеревался на тот свет отправить?

Данила не стал дожидаться очередной реплики некогда обиженного Каврина и достал телефон.

- Дело было так, - таинственно начал он, повернувшись в мою сторону. - Когда ты вышел из машины и направился к этому Призраку, ко мне на телефон пришла смс-ка, что у меня мало денег на счету и скоро меня заблокируют. Когда я начал её читать, появилось уже телефонное сообщение, что, мол, у меня мало памяти на телефоне, и нужно удалить часть данных. Я, конечно, очень удивился, но залез-таки в файлы и обнаружил новенькую запись, которую не делал.

- Ага, её я сделал, ведь у меня оставался только твой телефон, - вставил я, не особо понимая, причём здесь моя импровизация. - Но там нет ничего такого - мы просто говорили с Призраком.

- Просто да не просто! - изобличительно и торжественно заявил Данила. - Ты ведь её не прослушивал? - и, получив положительный кивок с моей стороны, добавил, - тогда сделай это сейчас.

Он включил запись.

- Я привела их, - это был голос Леи. Я начал детально вспоминать тот разговор, пытаясь понять, где скрывается главное.

- Сделала всё, как я сказал? - а это уже Призрак.

- Да.

- Тогда спасибо, и свободна.

- Но...

- Ты всё сделала правильно, но сейчас тебе нужно уйти - ты не готова. Дед проводи.

В тишине прозвучали шаги - это тот момент, когда Лею выводили из квартиры. Потом начался наш с Призраком разговор.

- Знакомься, это убийца, который нас подставил, - сказал я Вове.

- Зачем так сразу? - Призрак.

- Так вот он какой, плохой дядя? - Владимир.

- Ребята, всё никак не повзрослеете? Всё играете в игру плохой-хороший? Прямо как эта девчонка, - Призрак.

- С трудом верится, что она добровольно вам подчиняется, - я.

- Она глупа, как и вы - тоже какие-то ответы ищет, смысл жизни. Вот я и дал ей, что она хочет, - Призрак.

- Нам тоже дадите? - Владимир.

- Я дам вам мысль, чтобы снова использовать вашу глупость, пока мы разбираемся с одной напастью, - Призрак.

Стоп, этой фразы я не помню, или просто пропустил?

- Ага, у вас, значит, проблемы, всё вроде чисто сделали, а профессор один чёрт вас обошёл? - это же мой голос! Никакой ошибки быть не может - с какого-то момента мы начисто забыли, о чём говорили с незнакомцем.

- Но ведь у меня есть вы. А мне очень нужны те документы, поэтому вы сделаете всё, что от вас потребуется, - это говорил Призрак, точнее, не говорил, а шипел, как змея.

- Неужели это так важно для вас? - я.

- Сейчас я всего лишь гипнотизер, фокусник, можно сказать. То, что почти создал профессор, откроет мне такие границы влияния на людей, о которых вы даже не догадываетесь. И для всех я буду хороший, так что моральную часть ваших притязаний можно опустить, - Призрак.

Тут Призрак вспомнил про Данилу:

- С вашим другом всё в порядке, он уже готов, ждёт вас, - и через несколько секунд, - приступим.

- Мы что, забудем об этом разговоре? - наверное, догадался Вова.

- Само собой, - сказал Призрак.

В этот момент в телефоне что-то щелкнуло или хлопнуло, а затем снова прозвучал голос незнакомца:

- Слушайте мой голос, подчиняйтесь ему, верьте ему, всё сказанное им всегда будет встречено вами с доверием, вы будете выполнять всё, что этот голос вам поручит, и не потому, что этого желает голос, а потому, что этого желаете вы. А теперь вернитесь.

И снова щелчок.

- Что случилось, вы себя плохо чувствуете? Это наверно из-за свечек и недостатка воздуха. У меня поначалу тоже так было. Ну ладно, на чём мы остановились? - Призрак.

- Что с Данилой? - Владимир.

- Пришлось успокоить до вашего прихода, буянил, - Призрак.

- Вы кто? - Данила.

- Называйте меня Призраком, это всех касается. Призрак - мой оперативный псевдоним.

- Кто вы такой? - я.

- Осторожней с этим вопросом. Осталось мало живых, которые могут похвастаться знанием ответа на него. Но давайте к делу: вам, наверно, не терпится узнать причину нашей встречи? - Призрак.

На этом запись прервалась, но самое важное запечатлелось.

- Ничего себе, - без внешних проявлений прошептал я, хотя внутри всё бушевало.

- Представляешь, если бы мы сразу прослушали запись, как всё могло бы пойти, - сказал Данила, убирая телефон.

- Это гипноз? - спросил я, скорее всего, обращаясь к Каврину.

- Нет, - ответил он, - это другое. Можете называть это внутренним внушением.

- Прямо вирус-мысль, - протянул я загадочно. - Тебе дают мысль, и ты чем-то занимаешься, что-то делаешь, как обычно, но незаметно для себя не можешь опровергнуть эту мысль, как будто это аксиома, не нуждающаяся в доказательствах. И любое действие, которое затрагивает эту мысль, будет выполняться только по одному сценарию.

- Что-то типа этого, - одобрил Каврин мою догадку.

- Ух ты! - сам себе удивился я. Но потом снова вернулся на землю, - хорошо, вы прослушали запись, а что было потом?

- А потом было совпадение, ты с ними подружился в последнее время, - принял эстафету Вова. - Так вот, как только мы прослушали запись, я отправил тебе сообщение, после чего мы просто не могли оставаться безучастными.

Рассказчик перевёл дух и продолжил:

- Как только мы вылезли из машины, Данила заметил своего старого знакомого, - Вова указал взглядом на Каврина, - но и он нас засёк, поэтому вариант "убежать" казался бесполезным. Он подбежал к нам, и мы, недолго думая, сдали тебя и Призрака.

- Вам повезло очень, - сказал Каврин, когда Владимир умолк. - А тебе, мой злейший друг, - он говорил про меня, - в особенности. Ещё пару мгновений, и мы бы с тобой не разговаривали. Представляешь, если бы твои друзья не прослушали запись и остались сидеть в автомобиле? Тогда я бы не заметил их, а где конкретно искать этого субъекта я не понятия не имел. Пока я обходил бы местность, он спокойно завершил бы свои дела с вами и отправился дальше.

- Совпадение, - только и смог ответить я.

- В таком случае, я отменяю своё обещание, - еле улыбнулся Каврин, - будем считать, что ты побывал в моей шкуре, и мы квиты.

- Вы расскажете, что там произошло? - немного удивлённый последней репликой спросил я.

- Придёт время, и, может быть, расскажу, - уклончиво ответил он, - а пока это государственная тайна.

- Кстати, меня Игорем зовут, - в качестве уступки добавил Каврин. - Это не оперативный псевдоним.

Он завёл мотор, и машина вновь покатились по улице.

- Куда сейчас? - спросил Вова.

- Вы по домам, я по делам, - отчеканил Игорь.

Данила снова достал телефон и кому-то позвонил. Видимо, безуспешно, так как он прокомментировал:

- Лея не отвечает. Неужели, никак простить не может?

Вопрос адресовался в никуда, но меня никак не оставляла мысль, что история на самом деле закручена вокруг чего-то очень близкого, в этой каше заварены все мои новые знакомые, при этом все они связаны невидимой нитью. Но возможно ли это? Как здесь оказался Каврин, который Игорь? Ведь по всем законам жанра "жизнь" снаряд дважды в одну лунку упасть не должен. Только если лунки две, но находятся они очень близко. Пока все событии говорили в пользу данной версии, однако я не был ни профессионалом в таких делах, ни спецагентом, поэтому не удивился бы, если ситуация повернулась бы с точностью до наоборот. Но ведь Лея не отвечает, а в машине едет человек, который с лёгкостью найдёт её расположение по мобильному телефону. Раз есть шанс, почему бы не воспользоваться?

- На домашний позвони, - посоветовал я, мысленно отсекая возможные варианты.

- Автоответчик уже второй день, с вчерашнего вечера, - грустно ответил Данила.

- Странно, но ведь старика в квартире тоже не было? Совпадение?

- Если в одном разговоре слово "совпадение" звучит третий раз, то, не знаю кому как, а меня начинает очень беспокоить общее моральное состояние говорящих, - заявил Владимир.

- Кажется, у нас нарисовалась к вам просьба, - обратился я к Каврину. - Нужно узнать, где сейчас находится данный телефон.

Игорь без особого энтузиазма взял номер телефона, позвонил кому-то и попросил определить месторасположение. Через две минуты перезвонили, что-то сказали, Каврин сказал "спасибо" и прекратил разговор.

- Скажите мне только одно, - попросил он нас, - это как-то связано с вашим Призраком?

- Даже не представляете, насколько, - ответил Данила. Ещё бы, что он мог ответить, имея цель поскорее встретиться со своей необычной девушкой?

- Тогда пристегните ремни, - попросил Каврин, - мы едем в гости.

Сцена 7.

Как оказалось, телефон находился чуть дальше в области, в соседней деревеньке, поэтому уже через пятнадцать минут молчаливой поездки мы приблизились к необходимому месту. Игорь молча показал на дом, за углом которого остановилась машина, Данила, не долго думая, открыл дверцу, вышел из машины и направился туда. Остальные остались сидеть в машине - чего зря мёрзнуть?

Через несколько минут из-за угла показался Данила. Он спешно шёл в нашу сторону, шагая по колее, оставленной проезжающими автомобилями. И казался чем-то обеспокоенным.

Когда он снова оказался в салоне авто, на наш вопросительный взгляд ответил:

- Она там, - и немного помедлив, - и старик тоже.

- А что за старик? - после второго упоминания неизвестного объекта не выдержал Каврин.

- Что-то типа охранника в квартире, где отсиживался Призрак, - ответил я.

- Тогда это наш клиент, - решил Игорь, покидая салон.

Друзья, переглянувшись, тоже захотели принять участие, я от них не отставал.

Когда мы поравнялись с Кавриным у калитки, тот начал брифинг:

- Значит, план простой: врываемся, скручиваем всех, потом разбираемся.

- Да ладно, - тихо, но воодушевленно воскликнул Данила, - это спецоперация?!

Игорь ничего не ответил, только взял подвернувшийся под руку металлический прут и поддел деревенский крючок калитки. Дверца открылась, и мы, незаметно для находящихся внутри дома, проникли во двор.

Я предусмотрительно надел очки, поэтому во все четыре глаза следил за ходом операции. Дача представляла собой типичный вариант постройки - на шести сотках возвышался двухэтажный деревянный домик с покатой в обе стороны крышей, во дворе росли плодовые деревья, на зимнее время превратившиеся в безличные столбы, торчащие из замерзшей земли, а также небольшое пространство за домом под огород. С улицы хорошо просматривались окна прихожей, кухни и одной из спален на первом этаже, и отсутствие в них людей давало нам шанс пройти незаметно. Данила жестом показал, что искомые личности находятся с другой стороны дома, в гостиной - он разглядел их со стороны соседей. Казалось, удача опять на нашей стороне - ничто не препятствовало войти через парадный вход. Если только он не закрыт.

Каврин поднялся на крылечко и осторожно толкнул входную дверь - она не открылась.

- Попробуй на себя, - прошептал Данила.

Порой можно удивляться сообразительности моих друзей, но дверь действительно поддалась, когда Игорь потянул её на себя.

Мы тихонько цепочкой друг за другом вошли в дом. Каврин - он, разумеется, шёл первым - достал пистолет. У него оказался не обычный ПМ, как можно было бы подумать, если считать, что его хозяин и вправду полицейский. В любом случае, у него было оружие, и это обнадёживало.

Мы передвигались на удивление тихо, если учесть, что телевизор в гостиной звучал громче обычного - если только у кого-то были проблемы со слухом. Добравшись до непрозрачной двери гостиной, Игорь, на этот раз осторожно проверив оба варианта открытия двери, отошёл на два шага назад для разгона и сильным ударом ноги выбил дверь. Сам же ворвался внутрь без промедления, вслед за дверью. Вторым вбежал Данила, я - сразу за ним. Моему взору предстала следующая картина: на кресле справа, рядом с камином сидела Лея, слева, на полуразвернутом кресле-качалке, рядом с телевизором сидел старик. Он заметил нас, и в свойской негостеприимной манере скорчил очень недовольную гримасу при нашем появлении. Он неожиданно резко поднялся с кресла, доставая из-за него охотничье двуствольное ружьё, но направил его не на нас, а на Лею. Каврин не стал допытываться причин такой реакции старика - он просто профессионально пригвоздил его пулей к стене. Старик опустил ружьё и медленно сполз по стене на пол. Лея находилась в состоянии крайнего изумления, или у неё просто был шок. Данила сделал шаг в её сторону, и Лея, опомнившись, бросилась к нему на шею. Данила обнял её, она заплакала.

- Как мило, - оценил Каврин эту волнующую сцену. Он подошёл к старику проверить пульс, но только отрицательно помахал головой. Позвонив своим людям, Игорь спросил новости, но, вероятно, не получив новой информации, ещё больше погрустнел. Он вызвал своих людей, чтобы они собрали улики, какие найдут.

Каким-то образом мы медленно добрались до кухни, где Данила всеми силами пытался успокоить рыдавшую Лею, Владимир оценивал внутреннюю отделку, осматривая кухню, Игорь нервно покуривал у приоткрытого окошка, а я просто сидел без дела. Мне показалось, что Каврин выглядел нервным. Во второй раз. Значит, всё или совсем плохо, или я его просто плохо знаю.

- Что-то не так? - спросил я, подойдя к нему.

- Всё не так! - недовольно огрызнулся Игорь. - Кажется, я опять потерял след. Этот Призрак неплохой псевдоним себе взял.

Я ничего больше не сказал, да и он тоже.

Ещё немного и Даниле удалось успокоить девушку. Он налил ей стакан воды, вытер слезы платком и поцеловал в щёчку. Лея улыбнулась.

- Спасибо, вы меня спасли - сказала она.

Каврин не лез в разговор, в плане психологии его бездействие было оправдано - он просто слушал, что девушка расскажет Даниле.

- Я только в конце поняла, что он хочет меня убить - прочитала в его глазах, - начала Лея, окончательно взяв себя в руки. - Он сказал, что нужно на время уехать, но не сказал зачем. А что с Первым Последователем? - будто опомнилась она.

- Это ты про того, с кем нас свела тогда? - уточнил Данила. - Этот человек замешан в убийствах хороших людей, по крайней мере, одного хорошего человека.

- Нет, не может быть! - воскликнула Лея.

- Неужели ты не понимаешь, что не старик тебя убить хотел? - Данила попытался дозваться до разума девушки.

- Но как тогда? - замахала головой Лея. - Я не верю. Он спас меня от одиночества, говорил, что близится новое время, время людей, а не зверей, как сейчас. Вы представляете, что значит одиночество? Что значит отличаться от других? Что значит обладать даром, но не знать, как им правильно воспользоваться?

Эти сектанты неплохие психологи - подумал тогда я. В действительности, обществу по большому счёту безразлично, что происходит с теми, кто отбивается от большинства. Кроме тех, кто может из такого положения вещей найти выгоду для себя. Дать человеку то, что ему больше всего не хватает и что этот человек по каким-либо причинам не может получить сам - начиная от надежды и заканчивая благополучием - чем не псевдорелигия? Неплохая вирус-мысль - исполнение желаний тех, кто ущемлён, подавлен, одинок или просто не понят. А ведь всех этих отклонений можно избежать: надо лишь постараться и подойти к вопросу глобально и хотя бы бескорыстно. Но человека не изменить - со всеми его грехами и подвигами - возможно, это и есть основа теории Зла. Парадоксально, но если накрыть всю секту, под суд пойдут только те, кто замешан в каких-либо преступных махинациях, например, с деньгами, и то доказать такое очень сложно. Своей беспомощностью мы взращиваем их безнаказанность. Но другая крайность - охота на ведьм - тоже не приемлема. Остается лишь поиск золотой середины. Лишь бы золотая середина не оказалась золотым телёнком.

Данила, немного подумав, чистосердечно признался:

- Но ведь сейчас ты не одинока.

Наверное, продолжать что-то выпытывать в таком погранично-истерическом состоянии являлось довольно неразумным и жестоким, поэтому общим молчаливым согласием решили отложить допрос на более удачное время. Каврин согласился довезти нас до регулярного транспорта, то есть до станции электропоездов. Когда мы отъезжали, в зеркало заднего вида я увидел подъезжающую к дому машину. Из неё вышли двое и вошли в дом: наверно, люди Игоря. Скорей всего, они работали очень оперативно, потому как через несколько минут Каврин позвонил в полицию и сообщил об убийстве: в том, чьих рук это дело, он, ясное дело, не признался.

В дороге Игорь задал только один вопрос Лее:

- Ты знаешь, где Последователь или где можно найти остальных?

Девушка ответила отрицательно.

Когда Каврин покинул нас, высадив у платформы, я вспомнил одну из особенностей завтрашнего дня.

- Конечно, весело лопатить снег, ловить гипнотизёров и проводить будни под градом пуль, но завтра, как-то между прочим, зачёты по Андрею Викторовичу, - заметил я, подумав, что уже ничего не испортит и так разбитое настроение.

- Я не пойду, - сразу же отказался Данила, - я лучше за Леей присмотрю, мало ли что ещё произойдёт.

- Ну, ты поосторожнее, - предупредил я. - Не слишком увлекайся присмотром.

Не обращая внимание на не обращающего на мою реплику внимания Данилу, я перевёл взгляд на Владимира.

- А я что, мне как будто заняться нечем, - запротестовал он. - Лучше напряжение сниму.

- Ну, да, игры очень снимают напряжение, - съязвил я.

- Кстати, в игры я не играю с начала месяца, - заявил друг, - и всё из-за тебя.

- Объясни, - не понял я.

- Я, между прочим, делом занимаюсь, - продолжал Вова, видимо, что-то прикидывая в голове и становясь всё радостнее, - и завтра уже будут результаты. Потом спасибо скажешь.

- Ну-ну, - недоверчиво ответил я.

Когда напряжение немного спало, мы заговорили о более положительных и веселых вещах, только Лея пока не принимала в разговоре активного участия - её состояние пока отличалось от той приветливости и оптимистичности, которую я видел при первых встречах.

Электричка, помучив нас долгим ожиданием, всё-таки сжалилась и приехала. Поначалу взбодрённые морозом, а потом изрядно замёрзшие, мы были искренне рады появлению зелённого змия на колесах и с рогами.

Расставшись на относительно позитивной ноте, я поехал к себе, Данила с Леей к девушке, а Владимир направился в своё жилище. Приключения сегодняшнего дня можно было объявлять окончившимися. Только перед сном до меня дошло, что сегодня был мой второй день рождения. И что я обязан Каврину.

Сцена 8.

До Нового года осталась ровно неделя. Все нормальные люди обновляют интерьер, закупают подарки родным и близким и фейерверки для громкого празднества, готовят, думают, чего бы загадать в праздничную ночь, а я сижу на кухне и завтракаю в надежде как можно быстрее сдать сегодняшний зачёт, чтобы затем вернуться к ещё не оконченной истории о пропавшей девушке и секте.

Первая половина дня не могла ничем порадовать - хотя бы потому, что я шёл туда в одиночестве. Странно, там должен присутствовать весь курс, но мне будет не слишком уютно в эмоциональном плане. Не то, чтобы чувство одиночества, но всё же. Я часто предпочитаю одиночество общению, однако если одиночество станет не желаемым, а безвыходным, начнутся проблемы с психикой. Какое место во всём этом занимают эмоции? Наверно, это нить между людьми, позволяющая балансировать на уровне психического равновесия и удовлетворения жизнью. В этом же плане ясно, почему наркомания и всякая другая мания распространяются в наше время всё шире и глубже - умными людьми блокируется интерес к обычному эмоциональному общению, и оно замещается более прибыльными занятиями и развлечениями. Но обвинять кого-то зазря не хочется, правда, спихивать это влияние на законы современного общественного развития глупо.

Лучше бы не думал об этом - только настроение испортил. Вот можно было бы отключаться иногда - какой-нибудь особый вид сна, кратковременный, но эффективный, чтобы свободное время не тратить на ненужную деятельность, точнее, безделье.

Однако зачёт, точнее его удачная и быстрая сдача, настроение приподняло, причём неслабо. Я, почти счастливый, уже собирался выходить из кабинета, но меня подозвал Андрей Викторович.

- Как ваши дела? - спросил он довольно учтиво, хотя спешно собирал портфель.

- Нормально, - ответил я бесцветно.

- Надеюсь, вы обратились, куда следует по вашему вопросу? - продолжил Андрей Викторович.

- Можно и так сказать, - в принципе, не солгал я.

- Не думайте, что вы умнее или хитрее людей, способных создавать и управлять сектой, - предупредил он, уже двигаясь к выходу. - Развязка может быть опасной, не стоит переоценивать свои силы, - загадочно завершил он, выходя из кабинета.

Интересно, на что был направлен намёк? Если бы Андрей Викторович не был преподавателем университета, можно было подумать, что он в курсе событий. А что касательно развязки: такое ощущение, что она не за горами, но слишком уж запутана.

После полудня, когда я уже выходил из университета, позвонил Владимир, выспавшийся и радостный.

- У меня есть новости, которые не оставят тебя равнодушным, - он попытался передать частицу радости мне.

- Говори, - пока безучастно ответил я.

- Нет, так неинтересно, - Вова был не расположен общаться по телефону. - Давай-ка к нам в "Макдональдс". Мы тут как раз Лею к жизни возвращаем.

- Там же нельзя алкогольные напитки употреблять, - в шутку удивился я.

- Не стоит так завышено воспринимать уровень моей испорченности, - ответил Владимир. - Не всё же понимать превратно.

- Но многое, что касается тебя, - парировал я. - Ладно, ждите, еду.

Я так понял, что друзья и Лея засели в том самом "Макдональдсе", в котором я встречался с Вадимом - это место удачно располагалось на пересечении многих путей. Ехать туда предстояло около получаса, по пути, поэтому я не спеша направился к ним.

Чтобы дорога не казалась излишне утомительной (терпение - изрядная помеха в делах, которые мешают получить желаемое), я решил пофантазировать насчёт вчерашних безответных вопросов. Можно было предлагать любые версии касательно любого вчерашнего поворота событий, но меня застопорило на старике и Лее. Это ведь получалось, что он решил в неё выстрелить только тогда, когда появились мы. В свою очередь, это наводило на следующие размышления: Призрак и старик в одной колее, Лея - в другой; Призрак очень не желал отдавать её нам, хотя она, кажется, ничего не знает; с другой стороны, Призрак до последнего не решался избавляться от неё - значит, она зачем-то могла пригодиться ему позже. Итого, на данный момент главный вопрос: чем же Лея опасна для Призрака? Наверное, только своими... способностями? У меня в голове зарождалась идея, которую я решил проверить в разговоре с девушкой.

Группа молодых студентов весёлой наружности сидели в углу ресторана и, видимо, кого-то дожидалась. Когда я подошёл, Данила спросил в качестве приветствия:

- Зачёт?

- В самое яблочко, - ответил я, снимая куртку.

- Не, мы с тобой не дружим, - повёл носом Вова.

- Ну, ладно, дружите без меня, а я со стороны посмотрю, - усмехнулся я в ответ на вердикт.

- Точно, он, - с видом эксперта заключил Владимир, добавив, - идентификация прошла успешно.

- Неужели! - отреагировал я, - а я уж думал, что придётся плясать чечётку, отжиматься и прыгать сальто со стола.

Друзья рассмеялись, Лея тоже сегодня не отставала. Это хорошо.

- Я внимательно слушаю, - после того, как последний смешок пронёсся по лицам сидящих, объявил я.

- А, ну да, - Владимир отвлёкся от отвлечения в виде приветственной сцены и вернулся к делу. - Вот, как ты думаешь, что я сделал после того, как ты начал грузить меня по поводу секты?

Я не особо понимал, куда клонит Вова, но раз он был так возбуждён, значит, нашёл что-то действительно важное. А искать в интернете он умел, по крайней мере, лучше меня и Данилы вместе взятых.

На мой безответный вопросительный взгляд не получивший ответа друг ответил сам:

- Я начал искать. Зарегистрировался на паре закрытых сайтов - для этого пришлось пожертвовать примерно полтысячи рубликов, и я даже знаю, кто мне их потом вернёт, - этот меркантильный взгляд адресовался в мою сторону, - но во всей этой куче сектантской бурды не мог найти ничего интересного. И вот вчера, благодаря Лее, когда она говорила о Первом Последователе, вечером я нашёл эту секту.

Владимир сиял таким торжеством, что, казалось, затмит всё ресторанное освещение.

- Ну, не тяни! - потребовал я - кажется, его возбуждение перекинулось и ко мне.

- Они себя называют движением "Вечная жизнь", - Вова перешёл к фактам. - Только в их номенклатуре встречается ранг Первый Последователь. Проблема в том, что это международная организация, нигде особо не запрещённая; проповедуют что-то типа евгеники, и особое благо для них - поиск вечной жизни.

Лея встревожено посмотрела на говорившего.

- Я, кажется, слышала про "Вечную жизнь", - сказал она негромко. - Случайно услышала разговор Первого Последователя и старика, как вы его называете. Они говорили что-то о том, что главный день уже близко, что скоро состоится какое-то собрание.

- И ему очень понадобились наши связи для своих грязных дел, - жёстко произнёс Владимир, намекая на Люцифера.

- Звучит не очень правдоподобно, - скептически заявила Лея.

- Что-то не так? - спросил я девушку.

- Или ты просто не веришь в виновность твоего Первого Последователя, не считаешь его сектантом, мошенником и убийцей? - набросился на Лею Вова.

Лея ответила просто:

- Нет, конечно. Он не мог так поступить. А если и мог, должны были быть причины. В любом случае, пока не будет доказательств, я не поверю в это.

Мы ничего не ответили. Но мне очень не нравилось, что Лея всё ещё доверяет Призраку. Я боялся, как бы это для неё не вышло боком. Однако я не сомневался, что Данила сделает всё возможное, чтобы переубедить её. Или хотя бы попытается.

- А теперь самое интересное, - объявил Владимир, когда над столом повисла напряжённая пауза. - Завтра состоится Великое Собрание этих самых сектантов. Об этом написано на их закрытом сайте. С пяти часов вечера до полуночи будет проходить это собрание. И, кстати, насчет места проведения - это совсем недалеко от места вашей поездки, - Вова говорил про меня с Данилой.

- Ничего себе, - удивился Данила не то детективным способностям Вовы, не то полученной информации.

- И что это нам даёт? - спросил я, погрузившись в размышления.

- Я что, зря старался? - обиженно воскликнул Вова.

- Нет, конечно! - опомнился я. - Просто нужно всё расставить по местам.

- Давид, ты что, действительно думаешь, что именно эта секта похитила Марианну? - неожиданно спросил Данила.

- Это та девушка, которая была в твоем сне? - вспомнила Лея.

Я ничего не думал. Существовала только одна зацепка, и то притянутая за уши - это Люцифер. Если ему действительно нужна была Марианна, тогда можно с уверенностью утверждать, что девушка у Призрака. А если нет? Молодой мозг ведь выбирает наиболее очевидные и простые пути?

Но сейчас как раз настал момент для моего вопроса.

- Лея, - я осторожно, будто боясь спугнуть удачу, мягко обратился к девушке, - можно ли как-то связаться с той девушкой из сна?

Этот вопрос поставил её в тупик, но не остался безответным. Она произнесла после минутного молчания:

- Есть один вариант, только я довольно плохо с ним знакома. - И продолжила, - есть обычная связь, когда я входила в ваши сны, тоже не особо простая, но есть и заочная, если так можно выразиться, связь более глубокого уровня, с которой вообще ничего не понятно.

- Это как? - заинтересовался я.

- Ты видел её во сне, - говорила Лея, - но во сне, который создала я при помощи твоего сознания. Но если бы ты увидел её в обычном, не смоделированном сне, можно было предположить, что вы каким-то образом связаны на расстоянии или можете установить эту связь. Таким образом, исключается действие моего вмешательства. Но ты ведь не видел?

Я лишь хитро улыбнулся в ответ. У девушки даже округлились глаза от такого ответа.

- Чего же ты раньше молчал? - воскликнула она. - Ведь если получится установить хотя бы одностороннюю связь, мы сможем увидеть то, что её окружает, увидеть то, что видит она.

Владимир сглотнул от удивления, Данила нервно заёрзал, а Лея подскочила, как пробка и стала собираться.

- Здесь неподалеку живёт одна моя знакомая. Если очень попросить, она может помочь нам провести этот небольшой эксперимент, - скороговоркой прострекотала она.

Когда мы выходили из "Макдональдса", Данила с девушкой пошли впереди. Вова, шедший рядом со мной, спросил на всякий случай:

- Каврину звонить будем?

- Ты думаешь, он знает меньше, чем мы? - вопросом на вопрос ответил я. - Посмотрим, что выйдет из нашего опыта, а там решим.

- Просто он уже докучал Даниле с утра, - предупредил друг. - Кажется, он и вправду считает, что мы можем быть ему чем-то полезны.

- Не мы, - уточнил я, - а Лея.

Знакомая Леи жила действительно недалеко. Позвонив ей, девушка убедилась, что хозяйка дома, и спустя полчаса, мы сидели на милых диванчиках вокруг небольшого столика в одной из комнат трехкомнатной квартиры. Знакомая оказалась женщиной за тридцать, полной, но доброй. Она добродушно встретила нас на пороге и не преминула доказать свою гостеприимность чайной настойкой собственного приготовления и обычными шоколадными конфетами из магазина. После того как хозяйка выведала, с какой целью нагрянули к ней неожиданные гости, она встрепенулась, начала размахивать руками и быстро говорить, что к такому нужно подготовиться, что она, конечно же, поможет, но нужно время. Женщина зашторила окна, накрыла столик скатертью, достала ароматические свечи и какую-то жидкость в бутылке, которую разлила в две маленькие, как кофейные, стаканчики.

- Эту нужно для того, чтобы стабилизировать психическую деятельность, - пояснила она.

- Наркотик? - уточнил Данила, принюхиваясь.

- Называйте, как хотите, но это мой собственный рецепт, - не обижаясь, ответила хозяйка.

- Марья Алексеевна, между прочим, профессор психиатрии, - в защиту сказала Лея.

"Вот тебе на!" - подумал я. Но промолчал, как и все.

Когда приготовления были завершены, хозяйка рассадила нас вокруг стола, меня рядом с Леей, напротив нас Данилу рядом с Владимиром в качестве зрителей и попросила меня и Лею выпить "стабилизатор", закрыть глаза и опереться на спинку дивана. Не зная, чего ожидать, я просто выполнял требования. Всё началось неожиданно.

Сцена 9.

Я открыл глаза и увидел знакомые просторы того самого сна. Рядом со мной стояла Лея. Мы, переглянувшись, направились к дому. Всё было точно, как в прошлый раз, без изменений. И снаружи, и внутри. Марианна так же спала. Но в этот раз, более отчетливо глядя на неё, я заметил чувство обеспокоенности на её лице, еле заметное, но отчетливое чувство - беспокойство. Я присел у кровати, прямо перед спящей девушкой.

- И что теперь? - мой вопрос адресовался Лее. Она в ответ пожала плечами.

- Спаси, - будто шёпотом пронёсся шум ветра по деревьям и траве за окном.

- Ты слышала? - сомневаясь, спросил я Лею. Отрицательный ответ - тоже ответ - значит, померещилось.

- Защити, - снова донеслось до моих ушей, но уже тише. Два раза, как говорится, уже не случайность.

Я молча сидел, прислушиваясь к тишине. Лея следила за мной, но сама ничего не предпринимала - наверное, просто не знала, что. А я лишь ждал, ждал ещё одного знака.

- Разбуди, - ещё тише прошептали деревья.

Время не ждёт, понял я, протягивая руки к спящей девушке.

- Что ты задумал? - заволновалась Лея.

Не отвечая, я легонько толкнул Марианну. Но девушка из сна не отреагировала. Я толкнул сильнее. Тоже нерезультативно. Разбудить, но как?

Вероятно, загадка представляла собой не столь явную ассоциацию и крылась в чём-то другом. Осмотревшись вокруг, на шкафчике, стоявшем при кровати, я увидел будильник. Необычный, в форме дракона. Меня привлёк этот предмет, поэтому я подошёл к нему. В голове уже мелькнула мысль нажать кнопку сигнала, но Лея одёрнула меня.

- Я не создавала этот объект, - предупредила она. - И он точно не из твоего сознания.

- Что это значит? - не понял я.

- То, что опасно дотрагиваться до него, - продолжила устрашать меня Лея.

Она внимательно посмотрела на него, обошла кругом и вынесла вердикт - при этом становясь всё тревожнее:

- Я слышала про такое. Это ловушка, скорее всего. Девушка находится под чьим-то влиянием даже во сне. Если ты коснёшься будильника, то здесь появится страж. Я и понятия не имею, как с ним бороться.

- Проверим, - сказал я, протягивая руку.

- Нет! - крикнула Лея, и я проснулся.

Девушка вскочила с места и вышла из комнаты. Я же наблюдал недоумённые выражения лиц друзей, как на сеансе в кинотеатре сидящих и просматривающих очень непонятный момент фильма.

- Хотя бы титры включили что ли, - вслух подумал Данила.

Я махнул на них рукой и хотел последовать за Леей, но Марья Алексеевна осадила меня, сказав, что сама с ней поговорит, и попросила подождать. Женщина вышла из комнаты, я же вернулся на место.

- Кажется, она испугалась, - донёс я до друзей.

- А были причины? - спросил Данила тревожно.

- Сейчас мы об этом узнаем, - вставил Владимир, глядя на возвращающуюся Лею и хозяйку квартиры.

- Мы тут посоветовались, - начала Марья Алексеевна, затем передав взглядом слово девушке.

- Это действительно страж, - нехотя продолжила Лея. - Я очень мало знаю про психическое блокирование и сопровождение, когда человек захватывает чужое сознание. И тем более, я не знаю, как можно победить стража. Но если он победит, то мы можем не вернуться оттуда и станем овощами, если ему захочется.

- И что ты предлагаешь? - спросил я.

- Слишком опасно туда лезть, - ответила она. - Я не представляю, что нас ждёт. А ты чуть не поступил так безрассудно.

- То есть ты намекаешь на то, чтобы мы забыли об этом варианте? - я начал заводиться, что довольно странно. Может, не стоило пить этого самодельного зелья?

- Думаю, так будет лучше, - осторожно ответила хозяйка, глядя на мою реакцию.

- А я так не думаю! - неожиданно для себя почувствовал, как внутри назревает протест. - Мы ведь установили связь? Это она, пропавшая месяц назад девушка, о которой ничего не было известно и которую уже почти отчаялись искать, и она нуждается в помощи. И вот, мы почти распутали этот клубок, но вдруг на пути стал какой-то страж. И теперь мы должны отступить, потому что ты боишься? - я уставился на Лею в ожидании ответа.

- Да ладно тебе, - Данила положил руку мне на плечо. - Как ты думаешь, если даже на неё так подействовало, как ты с этим разбираться будешь?

Но я не обращал внимания и ждал ответа от девушки.

- Наверное, для начала кое-что нужно объяснить, - вместо Леи ответила Марья Алексеевна. - И для этого тебе придется внимательно меня выслушать, - обратилась она ко мне.

Я, немного остыв, присел на диванчик рядом с друзьями, женщина рядом с Леей напротив.

- Так вот, - продолжала профессор психиатрии, - чтобы до тебя дошла вся серьёзность положения, назовем это сеансом экзорцизма, иначе - изгнанием дьявола. Ты видел предмет, оставленный другим сознанием. Чтобы освободить человека от влияния, необходимо вызвать стража через этот предмет, а затем победить его. Лея пока не очень сильна в плане психического влияния: путешествия по чужим снам - всего лишь одна из низших ступеней мастерства. Поэтому она боится. И мне понятен её страх. Ты же не понимаешь, насколько это опасно, поэтому не боишься, и мне понятно твоё бесстрашие. Но как ты собрался побеждать стража?

- Вы поможете? - я понял, к чему клонит Марья Алексеевна.

- Только советами, - ответила женщина, - только слушай внимательно. Первое: из нас всех, здесь сидящих, только Лея способна удержать себя и других во сне - это значит, она не сможет участвовать в сражении со стражем. Второе, - она обвела сидящих взглядом, потом снова посмотрела на меня, - одному тебе с ним не справиться - и это факт. Третье: во сне многое построено на фантазии. Но не простой, а функциональной: ты получишь только то, что представишь себе в деталях, а самое главное, в функциональном плане - ведь весь образ мыслей изначально построен на действии, а потом уже на описании. Только не перетрудись - не забывай, что всё это будет реализовываться через Лею, стоит пожалеть девушку. И последнее: ни в коем случае не дай сломить свою волю и не впускай в сердце страх, иначе враг победит.

- Всё-таки мы идём туда! - победоносно заявил я.

Лея не опровергла моих слов - она всё ещё плавала в сомнениях, но была готова прислушаться к словам своей советницы. А советница выглядела решительно.

- Други мои бесстрашные, кто же из вас составит мне компанию в сей опасной кампании? - как можно торжественнее спросил я.

Владимир и Данила растерянно переглянулись, но ответила за них Лея:

- Увы, только Данила подготовлен к тому, чтобы поддержать тебя.

Вова, как оказалось, был не против. Однако спросил:

- А можно как-то снаружи воздействовать? Например, музыкой?

Марья Алексеевна ответила:

- Конечно. Если сгодится в качества стимулятора, то почему бы нет?

- Что за музыка? - всё-таки уточнил я, зная, что мы все слушаем разную музыку.

- Ну, я тут случайным образом метальчик новый неслабый нашёл. Боевой такой ритм, басы и основная тема, как ты любишь - из мистического. Как тебе такая поддержка? - выпалил Владимир.

- Запустишь, как всё начнётся, - одобрил я.

- Я подскажу, когда начнётся - заметив замешательство Вовы, уверила профессор.

Когда всё было решено, Данила принял свою дозу "стабилизатора", я, Данила и Лея между нами уместились на диванчике и...

Я уже сбился со счёта, какой раз оказываюсь в одном и том же сне. Это должно было бы надоесть, но ведь каждый раз - как новый. На этот раз меня опять ждало неизведанное, но не менее притягательное от этого. И - впервые - определённая цель.

Слева осматривался Данила - верно, ведь здесь он ещё не гулял, справа ждала моих действий Лея.

- Почему я в центре? - случайно заметил я.

- Твой сон - твои правила, - девизом разъяснила девушка. Это прибавило мне уверенности. Надеюсь, надолго.

Мы быстро приблизились к дому. Вошли в спальню, где лежала спящая красавица. Я, не дожидаясь разрешения Леи, нажал на заветную кнопку на будильнике: он зазвенел.

Некоторое время ничего не происходило, но образовавшаяся тишина не предвещала ничего хорошего. Вдруг за окном что-то пронеслось: огромная тень проскользнула над домом. Огромная тень не менее огромного создания. Мнительная тишина взорвалась громким треском - дом пошатнулся. Через мгновенье что-то вырвало часть крыши - как раз с нашей стороны - и я, наконец, увидел противника - злющего и гигантского в меру своей злости дракона. Тёмно-зелёная окраска делала его больше похожим на летающий танк. С крыльями, натянутыми на заострённые кости. С истинно устрашающей головой и пастью, наполненной острыми, как лезвия, зубами. С клыками длиной с добротную саблю. С глазами, бурлящими яростью. С толстенной шкурой, умощнённой костяными пластинками. С огромными двумя парами лап, которыми он с лёгкостью разворотил дом. Да, с таким голыми руками не справиться.

Но змей не стал нападать в полном смысле этого слова: он просто бросил в нас кусок дома. Отступив и укрывшись за ещё целыми стенами, мы пока бессильно наблюдали за проделками дракона. А он в это время подхватил Марианну вместе с кроватью и, взлетев, взял курс на местность, где я ещё не бывал.

- Бежим за ним, - потребовал Данила.

- Осторожнее, он унёс её на свою территорию, - предупредила Лея.

- И что это меняет? - на всякий случай уточнил я - необходимо было знать все подробности.

- Я не смогу моделировать объекты, - ответила она. - Вам придётся вдвоём разбираться, опираясь только на свои силы. Создавать же сможешь только ты - хозяин сновидения. Только не перегибай палку - если что, мне вас не удержать.

- Ну, что, сыграем дуэтом? - я по-дружески толкнул друга. Тот положительно кивнул головой.

Мы побежали за драконом. Он летел впереди, но не так далеко, чтобы скрыться с глаз. Он летел, а мы бежали. Сначала по полю, затем трава стала более высокой, а потом и вовсе перед нами вырос лес. Продираясь между деревьями и кустарниками, мы, наконец, вышли к месту посадки дракона.

Стоя на уступе на краю необозримого ущелья, изрытого непонятной силой, с многочисленными проёмами и углублениями, я, Данила и Лея пристально всматривались то вниз, то на противоположную сторону в поисках дракона, пока девушка не показала пальцем вперёд.

Дракон, как оказалось, приземлился на похожем уступе, но на противоположной стороне, и чуть ниже, спрятав кровать с Марианной в деревьях рядом с водопадом и спрятавшись сам. Видимо, он ждал, когда мы на что-то решимся.

- Теперь, я так понимаю, наш ход, - догадался я.

- Что будем делать? - спросила Лея.

Вспомнив все советы Марьи Алексеевны, я рассудил следующим образом.

- Ты спрячешься в укрытие, - приказал я Лее, показав на каменный монолит с углублением.

- А вот тебя сделаем убийцей драконов, - обрадовал я Данилу. И попытался представить конечный результат.

Большой, сильный, быстрый и ловкий - воображал я, наблюдая, как друг медленно увеличивается в размерах, становясь раза в два выше себя прежнего, и приобретает ещё более воинственный вид. С крепким и острым мечом, рассекающим даже камень - додумывала моя фантазия, и Данила достал из ножен на спине большой, в половину своего роста и шириной с запястье меч, повертел его в руках и вернул на место. И с банданой на голове, - почему-то решил я завершить образ героя именно этим незначительным мазком.

Уж что бы я ни напридумывал, в конце концов, передо мной стоял достойный убийца драконов.

- Спускайся вниз, - скомандовал я ему, - и жди у тех камней, - и показал на небольшую ровную плиту, опоясанную подковой из острых, торчащих из земли камней.

- Я попробую заманить его туда, - добавил я.

Данила кивнул и принялся спускаться вниз: он, к тому же, показался мне неплохим альпинистом.

Но теперь настало время заняться собой. Перебирая в памяти наиболее яркие образы мифических существ, в особенности, используемых в компьютерных играх, я не нашёл ничего более банального, чем тоже превратиться в дракона. Только поменьше, увертливее и чёрного угольного цвета. Ах да, ещё с парализующим жалом на кончике хвоста - всё равно ведь фантазия.

Когда мой новый образ окончательно был придуман, я подошёл ближе к краю пропасти, пока не решаясь превратиться.

Дракон с противоположной стороны оживился - он заметил, как спускается Данила. Медлить было нельзя, поэтому я сиганул вниз, в полёте превращаясь в чудовище своей маленькой скромной мечты. И тут же в ушах заревел обещанный рок-металл.

Внимание дракона мгновенно переключилось на меня. Рванув с места, он устремился в мою сторону.

"Поймай меня, если сможешь", - мелькнуло в голове, и понеслась.

Я сложил крылья и стрелой полетел вниз - нужно было опередить стража и занять более низкую высоту, где он не сможет добраться до меня среди острых камней и зловещих скал. Дракон оказался проворнее, чем я предполагал, поэтому с первого раза заманить его в ловушку не представилось возможным. Тогда я направился к одному из проёмов недалеко от меня - появилась идея сделать небольшой круг по лабиринту ущелья, а затем вернуться сюда: к тому времени, Данила уже должен был быть готов.

Я успел поднырнуть под тяжелую лапу стража - она со скрежетом процарапала скалу у меня над головой. Каменный осколок перелетел через меня и угодил в стену ущелья. Сражаться с ним или хотя бы отбиваться на тот момент казалось мне не слишком удачной идеей, поэтому, воспользовавшись промахом, я устремился в расщелину. Опустившись ещё ниже, я завилял между торчащих, будто обточенных водой, камней и каменных плит, огибая препятствия. Страж был крупнее меня, поэтому, не решаясь рисковать, летел поверху: об этом говорила тень, скрывающая от моих глаз солнце.

В какой-то момент поверхность дна ущелья выровнялась, и за отсутствием укрытия, я резко свернул вправо, в необычную - в том числе по красоте - природную каменную арку, с которой свисали лианы. Но меня в данный момент они как-то не интересовали. Развернувшись боком, я проскользнул в арку; дракон, чуть не вонзивший в мое тело свои клыки - звук лязгающей челюсти за спиной иногда прибавляет прыти - на полном ходу ударился о камень. Видимо, это его только раззадорило. Первый куплет подходил к завершению.

За аркой следовала довольно узкая, но длинная пещера с торчащими из стен сталактитами и сталагмитами. Чтобы безболезненно преодолеть этот участок, пришлось снизить скорость. Прибираясь через острые продукты пещерной жизнедеятельности, я вновь попал в открытое ущелье, вылетев к солнцу сквозь водопад. И только мелькнувшая тень позволила мне вовремя среагировать и уйти от смертельной хватки стража. Уже довольно разозлившийся, дракон рвал и метал всё, к чему я прикасался и летел за мной по пятам, рыча за спиной.

Я взял левее, ещё больше расширяя свой путь полёта, но этот вариант казался единственно верным. Взлетев чуть выше, я взял курс на отверстие между каменными валунами, взгромоздившимися друг на друга на одном из уступов. От злости дракон замешкался, мне же хватило этого времени. Страж погнался за мной, но, зная, что не протиснется в отверстие, решил облететь уступ и встретить меня на выходе. Я понял ход его мыслей, уже залетая внутрь. Но тут возникла другая мысль: упершись лапами в стену, я резко и больно остановился, и попятился назад. Моя ловкость действительно помогла - я быстро выбрался и взлетел вверх. Самое время для припева.

Перелетев уступ, я заметил подлетающего к потенциальному выходу дракона. Эту картину я видел сверху, поэтому не преминул шансом воспользоваться ситуацией. Страж яростно удивился, когда я оседлал его сверху, вонзив в него свои когти. Я уже хотел было сжать челюсти на его шее, но дракон с силой скинул меня. Не сумев вовремя совладать со своими крыльями, я врезался в обрывистый склон ущелья, но, прежде чем страж атаковал, мне удалось успешно покинуть опасную зону.

Просто повезло: меня развернуло как раз в нужном направлении. Укрытий в зоне видимости не наблюдалось, а, значит, ставка была на скорость и ловкость. Казалось, я всего на секунду опережал смертоносные когти и клыки дракона: когда я уходил влево, челюсти клацали справа, и наоборот. И в этот момент тема живописности этой части сна для меня закрылась окончательно. Зато зазвучал следующий куплет.

Но вот я снова вернулся: круг проделан, Данила ждёт не дождётся потупить меч о толстую шкуру дракона - не меня, разумеется. Я резко взял вверх, что в такой опасной гонке могло бы закончиться очень плачевно. Однако я успел. И теперь настало время проделать примерно то, о чём я думал, прыгая с уступа.

Резко развернувшись, я вцепился передними лапами в шею дракона, чтобы он не успел пощекотать свои клыки об меня, и ударил хвостом под левое крыло, вонзив туда жало. Страж не ожидал такой наглой подлости от меня, поэтому не успел ничем ответить. Нас повело в сторону онемевшего крыла, и мы камнем полетели вниз. Пытаясь поддерживать полёт своими средствами, я подкорректировал падение.

И всё же рухнули мы с треском и грохотом. План удался: местом падения стало пространство внутри подковы. Острые камни потрепали стража, и после падения он чувствовал себя очень неуютно в каменном замке. Я же оказался в другой ситуации: приземлившееся относительно мягко, моё драконье тело осталось зажатым между землёй и тяжёлой тушей дракона. К счастью, выход из подковы находился у меня прямо за спиной, поэтому нужно было лишь дождаться удачного момента, чтобы отцепиться от стража. Он же не желал меня отпускать.

Страж довольно оперативно пришёл в себя, и ко мне вновь потянулась его раскрытая пасть. И в этот момент, как из легенд о великих и бесстрашных, из-за камней позади дракона показался Данила во всей своей драконоубийственной красе. В прыжке он вонзил свой меч по рукоять в спину стража. Провернув клинок, друг вынул его и ударил повторно. Дракон взревел от боли и немного ослабил хватку: это позволило мне выбраться. Оттолкнувшись от земли, я полетел вверх. Страж уже набрался сил и попытался сбросить Данилу. Тот ещё держался, но одному ему справиться не представлялось возможным.

Я же взлетал всё выше и выше. Дракон оказался сильнее, чем мне казалось - простыми методами с ним не справиться. Если он взлетит, то шансов снова свести его с убийцей драконов останется намного меньше.

Так как жало я уже использовал, нужен был мощный удар сверху. Когда я, наконец, поднялся над каньоном и огляделся, то был приятно удивлён, заметив ещё одну особенность здешнего ландшафта. Моему взору предстал склон, начинающийся с груды валунов недалеко от края, и заканчивающийся выходом прямо к обрыву, под которым располагалась подкова. Недолго думая, я устремился к валунам. Подлетев к вершине склона, я со всей силы налёг на валуны, и мне удалось их столкнуть.

Пока они разгонялись, я успел их опередить, чтобы не опоздать предупредить Данилу. Когда мне вновь стало доступным обозрение подковы, стало понятно, что в предупреждении друг уже не нуждается, потому как страж, подловив момент, сильным рывком сбросил убийцу с себя. Но катящиеся на полной скорости валуны уже предрешили исход боя.

Дракон уже разворотил камни, мешающие ему взлететь, и мог начинать считать себя свободным, но каменный град под последние аккорды разгоняющей кровь мелодии надёжно пригвоздил его к земле. Когда пыль развеялась, я сверху увидел, как Данила решил навсегда покончить со стражем и вонзил меч ему в горло. Ещё несколько ударов - у дракона уже не оставалось сил сопротивляться и даже рычать - и тот испустил дух.

Я понял это, когда затихла музыка, и стал рушиться каньон. Землетрясение выравнивало эту часть сна. Не став медлить, я устремился к Марианне. Когда я приземлился у водопада, то вновь вернулся в своё нормальное состояние. Подбежав к спящей девушке, я затряс её в надежде, что на это раз она проснётся. И она открыла глаза.

Серая стена. Потолок такого же оттенка. Или нет, спереди потолок, а слева стена? Или потолок всё же сверху. Но нет - сверху стекло. Что такое - я всё чувствую, но не могу ничего сделать? Или это не я?

И тут до меня дошло - я вижу всё, что видит Марианна, и чувствую так же. Я видел мир её глазами, и это должно было помочь. Осталось только подождать, пока она что-либо сделает, ведь управлять ею у меня не было возможностей.

Но вот движение. Она приподнялась на кровати, точнее, на кушетке, - она лежала на кушетке. Повернувшись направо, она свесила ноги. В этом помещении было немного прохладно. Она оглядела себя - обычная больничная пижама - тонкая и белая.

Рядом с кушеткой, с головной стороны стоял низкий шкафчик с какой-то электроникой. Рядом, на стуле сидел человек. Но он не спал - его голова была запрокинута назад - кажется, он задохнулся. Что-то мне подсказало, что это тот самый страж.

Девушка наступила на пол. Холодный. Непонятное покрытие. Она осмотрела комнату. Вдоль всей противоположной стены комнаты, в которой находилась девушка, вместо половины стены было установлено прозрачное стекло высотой от потолка до пояса. Возникло такое ощущение, что это комната для экспериментов в какой-то лаборатории. Всё окружение говорило в пользу этой версии: электроника, медицинские знаки на стенах, красный крест на одной из двери, которая попала в область видимости. Слева в углу, в застеклённой части комнаты располагалась дверь. Марианна подошла к ней, дёрнула за замысловатую ручку - и она распахнулась. Девушка шла бесшумно, ведь обуви на ногах не было никакой. Других звуков, кроме работы электроники и странного, еле слышного шума где-то в глубине стен, заметно не было.

Пройдя до угла, она вдруг услышала голоса людей. Один из них мне показался очень знакомым. Марианна попыталась выглянуть из-за угла, но увидела только одного из разговаривавших. Это был Первый Последователь, или Призрак.

- Кажется, нашим планам суждено сбыться, - самоуверенно говорил Призрак.

- Не спеши, - успокаивающе отвечал незнакомый голос.

- О чём вы беспокоитесь, Мастер? - спрашивал первый. - Ведь всё уже почти совершено. Завтра - великий день, завтра мы станем равными богам.

- Надеюсь, что так и будет, - менее оптимистично отвечал Мастер.

- Что может произойти? - спрашивал Призрак. - Кто может помешать? Пока сверху эти фанатики будут петь песни, отвлекая на себя внимание, буквально под их ногами мы будем обретать бессмертие. Вы даже не представляете, как долго я представлял себе это мгновение. Жаль только, что она так и не увидит то, что даст нам. Марианна - красивое имя для исключительной девушки.

Неожиданно слева что-то вспыхнуло. Марианна повернула голову в сторону вспышки. Причиной оказалось включение дисплея прямо под потолком. На нём появилось изображение, которое тут же вспомнилось мне.

- Как нехорошо покидать свои покои, принцесса, - издевательски пропел Люцифер.

Марианна попятилась назад, но уперлась в стенку. А повернув голову направо, увидела ещё одно знакомое лицо. Я видел его в том сне, когда за девушкой гналось чудовище - так вот, это было оно. Мастер протянул руку к Марианне и положил ладонь ей на лоб.

И тут же в голову ударило, как молотком по наковальне. В ушах зазвенело, а в глазах засверкали искры. Всё замелькало, как будто закончилась плёнка в чёрно-белом кино. И тут я открыл глаза.

Лея держалась за голову обеими руками, постанывая от боли, Данила корчил искренние гримасы крайнего нежелания повторять такой штурм мозга ещё хоть раз. У меня же, кроме ощущения, что вместо головы разбитый арбуз, всё плыло перед глазами. Марья Алексеевна принесла ещё какой-то из своих отваров, мы выпили его, и меня окончательно отключило от реальности.

Сцена 10.

Когда я проснулся, за окном уже горели вечерние огни. Полдесятого на часах. И день тот же. Значит, не всё плохо. Хотя нет, плохо - у нас всего день. День на то, чтобы найти эту лабораторию и спасти девушку. Теперь точно - спасти.

Я лежал на кровати. Хорошо, хоть не раздели. Вова ведь мог. Я поднялся и потянулся - голова больше не болела, но всё тело ломило от боли, будто прессом прижало.

В спальне свет не горел, однако, выйдя в коридор, я понял, что так долго спать может только моя персона. Остальные же сидели на кухне и молчали.

Как оказалось, все ждали моего появления.

- Ну, наконец-то! - поприветствовал меня хор из турагентства по путешествиям во снах.

- Рассказывай, - потребовала Лея, сжимая кулачки от нетерпения. Похоже, они чего-то недоглядели.

- Да, и как там мой трек? - Владимир же ждал благодарностей, хотя его состояние излучало заметно разгоревшееся нетерпение.

Показав ему оттянутый вверх большой палец, я спросил остальных:

- А о чём?

- Ты установил с ней связь после того, как вы победили стража? - задала конструктивный вопрос Лея.

Поняв, с какого момента рассказывать, я поведал им, что произошло после.

- Ух ты, как тебя проперло-то! - недоверчиво улыбнулся Данила. Но его улыбка сошла, когда он встретился взглядом с серьёзной и удивлённой Леей.

- Время шуток прошло? - вставил Владимир, наблюдая обстановку, - тогда можно последнюю? - и, не дожидаясь - Лея, ты на досуге придумай какое-нибудь приспособление, чтобы сны на видео записывать, а то, я так понимаю, пропустил самый впечатляющий фильм в своей жизни.

- Как это пропустил? - возмутился Данила. - Мы ведь тебе всё в деталях описали.

- Слова словами, - заметил Вова, - но лучше один раз увидеть, как говорится. Как бы ни заштормило ваш мозг, я тоже очень хочу увидеть эти галлюцинации, - с сожалением разъяснил он.

- Устроишь мне такой сновиденческий сеанс? - скорчив жалостливую гримасу, попросил он Лею.

Девушка пропустила реплику мимо ушей, выдав своё:

- Но зачем он так поступает? Неужели, причины настолько серьёзны?

Никто, в свою очередь, не ответил на её вопросы.

Профессор психиатрии не вмешивалась в разговор и не выпытывала наши секреты - она просто глядела на нас.

Данила медленно допивал чай.

Владимир ковырялся в своём телефоне.

- Мне выйти? - вежливо нарушила молчание Марья Алексеевна.

- Нет, что вы, - ответила Лея. - Нам просто нечего сказать.

- Завтра - самый важный день вашей истории, а вам нечего сказать? - женщина собрала разрозненные факты воедино. - Так дело не пойдёт.

- И чего нам делать? - упавшим голосом спросил я. - Это была наша последняя ниточка.

- Если не знаешь, что делать, играй от исходного, - посоветовала она, доставая из шкафчика лист А4 и карандаш. - Вспоминай все детали.

- Только помедленнее, я записываю, - предупредил Данила, получая реквизит писца.

- Марианна, Люцифер, Призрак и один чудак из моего сна находятся в одном помещении, - рассуждал я. - Люцифер, по-видимому, восстал - он не выполнил своего предназначения, или я чего-то не понимаю. Хотя, возможно, это моя вина. Далее, - я перевёл дух, - это помещение, по-видимому, лаборатория. Скорей всего, под землёй, если судить из откровений Призрака. Опять же, по его фразам можно предположить, что лаборатория располагается недалеко от места собрания. Вот, пожалуй, и всё, - я пожал плечами, не зная, что добавить.

- Действительно, не густо, - оценивая написанное, сказал Данила.

И снова повисла тишина.

- Может, в том здании, где проходила конференция? - предложил Вова, не отрывая глаз от дисплея телефона. Наверное, он даже в этом устройстве откопал карту города.

- Имеешь в виду судьбоносную связь событий? - уточнил Данила. Все посмотрели на него в ожидании фразы попроще. - У нас ведь всё, как оказалось, связано?

- Ну, да, что-то типа этого, - согласился Вова.

- Думаю, придётся разбираться на месте, - не особенно доверяя версии друга, сказал я.

- Главное, чтобы они не поменяли планы, узнав, что мы уничтожили стража, - предостерегла нас Лея.

- У них нет времени, как и у нас, - я попытался успокоить себя. - У них что-то серьёзное намечается. Они просто могут поставить другого стража, - ответил я.

- Пора звонить Каврину, - Вова поглядел на Данилу.

- Расскажу ему всё, как есть, - ответил последний, доставая телефон.

- А я позвоню Катаеву, - вслух решил я, объяснив, - нам помощь нужна будет со всех сторон. Мало ли, он не в курсе, или - что хуже - в курсе?

- Вот именно, - нахмурившись, сказал Данила, - ему я бы звонил в последнюю очередь.

- Потом с Вадимом не забудь связаться, - напомнил Владимир. - Он - самое заинтересованное лицо. К тому же, если с Люцифером договориться не получится, придётся что-то предпринимать.

- Ты думаешь, нам удастся добраться хотя бы до лаборатории? - с сомнением спросил я.

- Эй, - оптимистично, но на полном серьёзе обнадежил Вова, - мы доберёмся до них, и это не обсуждается. Ты лучше думай, как мы их побеждать будем.

- А что тут думать, - заявил Данила, всё ещё находящийся под влиянием сонных приключений, - будем бить кулаками, рвать клыками, и терзать когтями!

- Между прочим, мы только что убили человека! - неодобрительно встретил я высказывание друга.

- Во-первых, не мы, а я, - опроверг Данила. - А во-вторых, человека ли? - по-судейски решил он.

- Я вижу, тебе это понравилось, - я с укором посмотрел на друга.

- А ты не забыл, кто первым начал? - он бросил намёк в ответ. - И на кону было лишь два исхода - и один смертельно не в нашу пользу.

Я ничего не ответил, лишь опустив глаза. Ведь он был прав. Но всё равно, формально - мы убийцы, хотя ни я, ни Данила не убивали человека в стандартных для такого преступления обстоятельствах. Но разве это освобождает от ответственности? Не этого ли боялась Лея?

Нужно было отвлечься, поэтому мы взяли телефоны и стали делиться информацией.

Когда все возможные союзники были предупреждены: из них Катаев удивился, узнав новую информацию и пообещав её проверить, Каврин был в курсе Великого Собрания, но не знал (или якобы не знал) про лабораторию; следователь очень удивился, узнав, что убийца профессора связан с сектантами; Вадим отреагировал не очень радостно, но не осталось незамеченным, что он воспрянул духом, узнав, что у нас есть свежие мысли касательно его сестры; к тому же, мы не стали никому рассказывать в подробностях о своих психических опытах, - мы решили по возможности отдохнуть перед завтрашним безумным днём.

По окончании всего перечисленного я уже не мог думать ни о чём. Только очень хотелось посмотреть в глаза тому, кто затеял эту игру с миром, тому, кто затеял эту игру со мной.

Сцена 11.

На удивление ясное и безмятежное небо встречало меня следующим утром. Солнечный зимний день - интересно, к чему? Что бы сегодня ни произошло, я был готов на всё. И сегодня неважно, что я причастен к убийству человека - об этом совесть припомнит только после развязки - а сейчас нечего корить себя. Я не управляю ситуацией, я завяз в ней сам и затянул друзей. Пружина скручена, и сегодня она распрямится. Внутреннее беспокойство и возбуждение усиливалось с момента пробуждения, но в какой-то момент немного отступило, разум очистился от бессмысленных размышлений, все силы направив на включение в изменяющуюся действительность. И я понял одну вещь: один я не справился бы при любом раскладе - так может, это тоже часть плана создателя Люцифера? А если этот Мастер и есть создатель? И хотя со слов электронного разума выходит, что его создатель - профессор Резов, что ему мешает просто лгать, продолжая запутывать и так сложно разрешимую игру? Если так, то проблем только прибавится. Но что гадать, день "Х" пробил. Пора вставать.

Ближе к обеду мы оказались на месте. Далеко впереди, но в поле зрения, выделялось здание, в котором недавно проходила конференция. Там же, где мы стояли - а это происходило на пересечении одной из улочек и двусторонней проезжей дороги - не было заметно ничего примечательного. Нас окружали жилые многоэтажные дома, пара детских площадок, несколько магазинчиков, офисное здание и, из значимого, всё. Ах, ну да, ещё мы не могли не заметить с каждой минутой растущую толпу людей, явно не случайно сюда забредших.

- Кажется, скоро начнётся, - предположил Владимир.

- Ты повторяешься, - заметил я.

- Нет, в последний раз я сказал, что скоро должно начаться, - уточнил Вова.

- И какая разница? - разделил диалог Данила.

- В точке отсчёта, - объяснил друг.

- Хватит бредить, - попросила Лея. - Лучше решайте, где искать будем.

- Надо разделиться, - предложил я. - Примечайте наиболее подозрительные места.

- Ищем иголку в стоге сена, - метафорично оценил мой план Вова. - Покрашенную в цвет сена иголку, - ещё метафоричней добавил он.

- И что же ты предлагаешь? - спросил я, оглядывая местность.

- Начать с известных мест, - выдал толковую мысль Владимир.

Я понял его. И, действительно, чем чёрт не шутит? Мы двинулись к единственному зданию, которое я "исследовал" с Данилой.

Весь не очень длинный путь мы наблюдали за собирающимися людьми, мы же не вызывали у них особого интереса. Сюда приходили и в одиночку, и парами, и группами; и пешком, и на личном транспорте, и на общественном; и с виду менее зажиточные, и явно не жалующиеся на своё жалование; и подростки, и молодые люди, и люди среднего возраста - больше всего было их; но одна из незначительных особенностей состояла в том, что на пришедших была надета обычная одежда, на них не висело никаких особых отличительных знаков, и не имелось лишних вещей, кроме тёплой одежды. Вообще, можно было подумать, что все они здесь случайно и просто радуются солнечному дню. Но люди никогда не собираются в таком количестве просто так, кроме того, цель, заманившая их сюда, должна быть довольно весомой.

Когда мы достигли необходимой точки, то удивились ещё больше, поняв, что здание тоже занято пришедшими. Они находились и внутри, и снаружи, перед входом.

Я переглянулся с друзьями - неужели, здесь? Тогда единственная реплика Призрака о месторасположении находила своё подтверждение.

Посмотрев по сторонам, мы к тому же приметили две полицейские машины и уже знакомого следователя.

- Пойдём, поздороваемся? - поддёрнул меня Данила.

- Ага, порадуем мужика, - согласился я, обратившись к Вове, - а вы пока разузнайте, чего ждут эти люди.

- А вот и вы, - поприветствовал нас ничуть не удивившийся неожиданному появлению следователь, протягивая руку для пожатия.

- Мы-то мы, а вы чего тут? - ответил Данила хитро.

- Я-то? - переспросил следователь. - Ну, вы вчера позвонили, я и решил проверить правдивость ваших слов.

- И как? - не отставал друг. Казалось, они поменялись ролями на некоторое время.

- Никак, - уже без шутливой нотки ответил Катаев. - Эти люди ничего не знают ни о какой секте - они просто собираются на концерт.

- На какой концерт? - у меня от удивления лицо вытянулось. - И вы верите этому?

- Верю, не верю, а вот музыканты, извините меня, довольно настоящие и профессиональные, - аргументировал следователь, показывая в сторону - там действительно разворачивалась концертная площадка.

- Сейчас приедут ещё, вон уже и ярмарку небольшую затеяли - издевательски добавил он, садясь в авто. Машина тронулась с места.

В общем, вернулись мы в ещё более растерянном состоянии. Владимир с Леей узнали, по-видимому, то же самое, поэтому просто хлопали глазами.

- Эй, я не ошибся, - уверял меня Вова, видя, как недоверчиво я смотрю на него.

- Это и вправду отвлекающий маневр, - в поддержку сказал Данила, догадавшись, - скорее всего, то сообщение адресовалось организаторам, а не самим людям.

- Может, зайдём внутрь и поищем? - предложила девушка. Либо она очень за нас волновалась, либо просто замёрзла. Хотя к обеду стало заметно теплее - планка температуры поднялась до минус двух.

- Это ведь новое здание? - вслух подумал Владимир.

Я опять посмотрел на него. И в этот раз он прав.

- Попытайся вспомнить ещё что-нибудь, - Вова перехватил мой взгляд. - Дьявол в мелочах.

В это мгновенье мне позвонил Вадим, предупредив, что уже едет. Убрав телефон, я посмотрел на окружение.

- Мы не будем разделяться, - решил я после длительного молчания. - Мы просто пройдём по местам установки концертных площадок - ведь там и будут собираться люди.

Наверное, это была не лучшая идея, потому как, пройдя мимо четырёх таких площадок, мы запыхались, но ничего так и не заподозрили и не придумали. Расстояние между площадками было примерно одинаковым и равнялось километру, а на этих отрезках на глазах вырастали палатки с сувенирами, с живым пивом и другим алкоголем и подобной продукцией.

Остановившись напротив интернет-клуба, Владимир махнул рукой в его сторону:

- Чего зря на улице торчать?

Идея казалась неплохой: как бы мы не спешили, нельзя успеть туда, не знаю куда.

Оказавшись внутри, мы сели за один из компьютеров, потеряв ещё полсотни рублей на час времени. Я сбросил Вадиму новые координаты нашего местоположения смс-сообщением.

Вова без прелюдий включил интернет и открыл сайт с картами. Там он выбрал наше расположение, масштабировав карту. Второй страницей, к которой подключился Владимир, был его сектантский сайт. Точнее, не его, но сектантский. Введя необходимые данные, он вошёл под незнакомым мне именем. Ещё раз читая объявление на сайте, он сверял сведения с картой и о чём-то размышлял.

- Как ты смог попасть на закрытый сайт? - из простого любопытства поинтересовался я.

- Случайно нашёл ник и пароль одного из сектантов управляющего ранга, - объяснил Владимир, - а вам слабо?

Спрашивать, что он делает, я не стал - пусть это будет радостным сюрпризом. Но время поджимало, а что-то конкретное предпринять мы не могли. Оставалось надеяться на Вадима - вдруг он даст дельный совет.

Лея покинула нас на минутку, как она сама сказала, но эта минутка уж очень быстро пролетела, потому что она тут же вернулась.

- Там Игорь с кем-то ругается, - взволнованно поведала она нам.

Я и Данила мигом последовали за ней. Мне стало интересно, как и зачем здесь оказался Каврин.

И вправду, выйдя со второго входа к автостоянке, что базировалась за интернет-кафе - поэтому её не заметили с дороги - мы увидели Игоря. У одного из автомобилей, ничем не отличимого от авто Вадима - всё тот же "Хендай" тёмно-синего цвета - он о чём-то тихо спорил с хозяином машины. Но громкость разговора не производила ложного впечатления милой беседы, поэтому мы решили незаметно подобраться ближе. Возможно, мы немногое пропустили, но в разговоре звучали явно не дружеские ноты.

- С чего мне тебе верить? - спрашивал Вадим, разводя руками. - Ты вообще, что тут делаешь?

- Я тоже хочу разобраться в этом! - доказывал ему Каврин, активно жестикулируя. - Я же говорю, они меня обошли.

- Да ладно, - не верил Вадим, отвечая ещё жёстче, - ты всё правильно делаешь, и сейчас, по-видимому, тоже выполняешь план!

- Успокойся, - чуть мягче попросил Игорь. - Ты не понимаешь...

- Конечно, не понимаю! - перебил его Вадим, переходя на эмоции, - ты похитил мою сестру, уверяя, что всё под контролем, а потом пропал! И теперь говоришь мне, что тоже хочешь разобраться?!

- У меня были причины, - оправдывался Игорь, не роняя достоинства, - из-за которых в операцию внеслись такие изменения.

- Изменения? - воскликнул Вадим, размахивая руками. - Где моя сестра? - этот вопрос прозвучал громче остальных.

Каврин не ответил - он каким-то образом заметил нас.

- Выходите, нечего прятаться, сыщики чёртовы, - скомандовал он.

- Не желаете ничего нам объяснить? - спросил я, выглянув из-за машины, за которой мы дружно прятались.

- Не ваших ушей дело! - безапелляционно ответил с виду немного обиженный и очень раздражённый Каврин, развернулся и направился в противоположную от нас сторону.

- Больше не попадайся мне на глаза, иначе это может плохо кончиться! - крикнул вдогонку Вадим, но его угроза осталась не воспринятой.

- Откуда ты его знаешь? - спросил я, подойдя. Данила с Леей тоже показались из укрытия. Даже Владимир не выдержал и прибежал - скорей всего, он застал лишь последнюю сцену недружелюбного прощания.

- Долгая история, - ответил Вадим.

Данила, Вова и Лея, наконец, познакомившиеся с братом пропавшей девушки, вернулись в помещение. Я с Вадимом не отставал.

Когда мы уселись на свободные кресла у окна, а Вова за компьютер, Вадим уже решился рассказать нам незнакомые до этого момента обстоятельства истории.

- История до глупости глупая, - критично начал Вадим. - Однажды меня с сестрой навестили серьёзные ребята, представившиеся агентами особого отдела. При этом они не лгали, как я потом разузнал.

Вадим замолчал на секунду, вероятно, восстанавливая последовательность событий или просто борясь с внутренними переживаниями.

- Они сказали, что моя сестра нужна для раскрытия одного их дела, - продолжил он. - Для поимки преступной группы или что-то типа этого. Они не раскрыли всех деталей, лишь предупредив, что мою сестру собираются похитить, и что лучше это сделают их агенты под прикрытием, чем просто бандиты.

- И вы согласились? - понимающе спросила Лея.

- Нет, - ответил Вадим, - но, видимо, они меня просто предупредили и что для себя они уже всё решили на тот момент. Марианну похитили, а этой так называемой операцией руководил ваш знакомый Игорь Петрович Каврин. Но потом что-то произошло, что не входило в его планы, - Вадим подумал и добавил, - либо он очень хорошо играл. В любом случае, когда я ним связался, чтобы узнать, что делается с моей сестрой, он ответил, что у него у самого проблемы, что отдел собираются расформировать и, самое главное, что он утратил контроль над происходящим. - Вадим наклонил голову, обхватив её руками, - и тут я понял, что сестру придётся вытаскивать из этой передряги самому. Он принёс извинения и снял с себя всю ответственность. И вот я снова с ним встретился, когда связался с тобой, - Вадим имел в виду меня.

- Почему ты ничего не сказал, когда мы уносили ноги из "Макдональдса"? - я вопросительно-удивлённо посмотрел на Вадима.

- А смысл? - ответил он. - Тогда я уж точно не хотел лишний раз с ним встречаться - я понятия не имел, за кого он и как отреагировал бы, узнав, что я подключился к поиску. А тебе, стороннему человеку, раскрывать такую информацию - вообще, довольно рисковая вещь.

- Я так понимаю, если бы мы не подслушали ваш разговор, сам бы ты не решился нам рассказать? - предположил я.

- В последнее время я не особо доверчив, - признался Вадим. - И, конечно же, тебе не поверил, когда ты обходными путями пытался убедить меня реализовать довольно странный алгоритм. Вчера ты позвонил мне и сказал, что знаешь, где сестра, но не знаешь, как найти это место. А сегодня я узнаю, что вы знакомы с Кавриным. Я бы, на вашем месте, не доверял ему, - посоветовал он.

- Но он как бы помог нам, - я выступил в роли адвоката. - Мне, например, жизнь спас.

Я вкратце пересказал ему историю с обличением Призрака.

- И что? Призрак ведь сбежал, - мои доводы не подействовали на мнение Вадима. - Это мог быть очень тонко проведённый манёвр.

- Но он ведь и Лею спас, - пришло время для второго аргумента в пользу Каврина. Ещё один маленький подвиг был услышан Вадимом.

- Однако он убил единственного свидетеля! - казалось, мои аргументы производят противоположный эффект, всё больше убеждая Вадима в скрытой игре Игоря. - Скорей всего, он просто стирал следы и обрывал нити по наводке вашего Призрака.

- Тогда нам просто надо было схватить его толпой и хорошенько допросить, - всерьёз рассудил Данила, поглаживая кулаки.

- Вряд ли он знает, куда дели девушку, - не согласился Вадим. - Они слишком хорошо подготовились.

- Может, ты ещё знаешь, к чему? - я осторожно пытался выведать смысл произошедших событий.

- Какой-то тайный сектантский ритуал, - Вадиму было нелегко об этом говорить - голос дрогнул. - Кому рассказать, пальцем у виска покрутит. Почему именно она?!

Риторический вопрос? Нет, этот вопрос имеет ответ. Более того, были какие-то особые причины, чтобы очень подготовленные сектанты похитили определённого человека - они ведь любят всякие знаки и предзнаменования. Но, действительно, почему она?

- Если это и вправду сектанты и если они выбрали жертву для своего тайного ритуала, значит, они должны были как-то с ней связаться? - мало ли, вдруг моя версия кому-нибудь покажется логичной.

- Нет, - пресёк мою фантазию Вадим. - Не было никаких сообщений и посылок.

- Эти люди любят секретность, - реплика прозвучала от молчавшего до сих пор Владимира. Просто ему надоело безрезультатно капаться в компьютере.

- Вот только, - вдруг вспомнил Вадим, на секунду умолкнув, - в день её пропажи на её электронную почту пришла странная картинка. Правда, отправителя я не смог вычислить, - он поднял глаза на нас.

Вадим вежливо подвинул Владимира и открыл в третьей вкладке электронную почту Марианны. В последнем письме не было набрано текста, однако в прикреплённых файлах значилось изображение. Вадим открыл его, и нашему взору предстала фотография какого-то чертежа. Качество изображения оставляло желать лучшего - оно оказалось настолько неудачным, что приближать фокус или масштабировать картинку не было смысла. На чертеже было изображено тринадцать точек на разном расстоянии друг от друга, безо всякой логики соединённые в пары прямыми линиями. Всё это выглядело, мягко сказать, загадочно, будто какой-то школьник начеркал несколько прямых на уроке геометрии. Правда, все эти линии пересекались в одной точке.

- Я не придал этому снимку особого значения, потому что не понял его предназначения, - пояснил Вадим. - А потом просто забыл о нём.

Вова уставился на картинку, что-то пытаясь разглядеть, а потом произнёс:

- Это же ключ.

- Эврика. И что он открывает? - без особого энтузиазма спросил я. Бездействие уже действовало на нервы, и голову медленно, но верно заполняли тёмные мысли.

- Это не ключ от замка, - голосом зоркого и сметливого искателя приключений ответил Владимир, - это ключ от ребуса.

- Закажите ещё соседний компьютер на кассе, - попросил он через несколько мгновений раздумья. Его не смущало четыре пары не понимающих, в чём дело, глаз. - Сейчас всё будет, - улыбнувшись, он попытался нас обнадёжить.

Надеюсь, ведь на часах стрелка уже достигла часа, а мы только сидели и болтали.

Вадим, так и быть, заказал за свой счёт ноутбук, поставил рядом с компьютером, за которым хозяйничал Владимир, и уселся рядом с нами. Некоторое время мы безучастно и напряжённо разглядывали спину Вовы, пока он, закрыв своим могучим телом экран ноутбука, что-то там щёлкал. Затем он отъехал на стуле на колесах в сторону - на экране ноутбука красовалась та же карта.

- Для удобства, - пояснил он.

На компьютере Владимир вернул на экран изображение, присланное Марианне, и, сделав это, потеснил меня на кресле.

- Ничего не замечаете? - спросил он нас в манере фокусника, начинающего свой мистический сеанс.

Мы, ничего не замечая, отрицательно покачали головой.

- А так? - Вова подошёл к ноутбуку и щёлкнул по клавише - на карте появились какие-то точки.

- Слушай, - не выдержал всё ещё взволнованный Вадим, - говори уже без введения и отступлений - ты не представляешь, как сейчас напрягает твой спектакль.

Я легонько кивнул головой в знак согласия, прекрасно понимая состояние Вадима, и сейчас был не лучший момент для распрей или споров.

- Извини, - опомнился Владимир. Он тоже всё прекрасно понимал, просто желал свой оптимистичный настрой передать и другим. Уныние - последнее, чего нам не хватало.

- Значит, так, - с видом эксперта по разгадкам тайн, продолжил Вова.

Он подошёл к компьютерам, встал рядом с ними лицом к нам, чтобы мы могли наблюдать оба вида, и приступил к объяснению:

- На правом экране монитора вы видите карту с обозначенными на ней точками установки концертных площадок. На левом, - он показал пальцем на изображение, - чертёж этой самой расстановки.

И замолчал, вероятно, ожидая оваций в свой адрес. А ведь он их заслужил.

Вадим подался вперёд, приглядываясь и прикидывая, насколько это правдоподобно.

Лея - её зоркость заметно отличалась от нашей в сторону нормальности, - воскликнула:

- А что, похоже!

- Ты сегодня уже говорил про точку отсчёта, - прищуриваясь, вспомнил долго молчавший Данила, - теперь скажи что-нибудь про точку пересечения.

Владимир понял его прозрачный намёк:

- Я не знаю, что всё это значит, - сомневающимся голосом произнёс он, - но, похоже, надо найти пересечение этих линий на карте.

Вова развернулся к монитору и стал пальцами и собственным глазомером вычислять общую точку всех линий. Но он не успел завершить, так как неожиданно напротив кафе остановились две полицейские машины, оттуда оперативно выскочили Катаев и ещё трое оперативников и быстро направились в нашу сторону.

Мы заметили их позже, чем они нас, поэтому что-либо предпринять оказалось невозможным. Даже моргнуть не успели, как нас окружили люди с пистолетами, не очень вежливо направленными на нас.

- Где Каврин? - запыхавшимся голосом поинтересовался Катаев.

- Не знаем, - без тени смущения ответил Данила. - Привет вам передавал.

- Что? - вскрикнул взбешённый следователь на недружелюбное приветствие друга. Да, ещё при первой встрече стало ясно, что Данила и Катаев на дух не переносят друг друга. - Или сейчас же называете место, где скрывается Каврин, или придётся проехать в участок, чтобы разобраться.

- Извините его, - я попытался реабилитировать Данилу и смягчить следователя, - просто мы сегодня все на нервах. Однако нам неизвестно, где сейчас находится Каврин.

- Не знаете? - неоднозначно переспросил Катаев, дав несколько секунд на размышление.

Но ответ остался прежним.

- Тогда поехали! - командно заявил он.

- Но мы почти выяснили, - начала было Лея, но не успела договорить.

- Советую вам подчиниться закону, - Катаев прервал её настойчивым бескомпромиссным голосом. - Вы встречались сегодня с ним, а значит, в сговоре, - вынес своё решение следователь.

- Встречались, причём случайно, - подтвердил Вадим, - и очень повздорили.

- Ага, конечно, - зло усмехнулся следователь, - кто бы мог подумать, что брат похищенной девушки заодно с её похитителем! Ну, ничего, я выведу вас на чистую воду.

- Сейчас не время, - дипломатично намекнул Владимир, - у нас его не осталось.

- Естественно! - Катаев развел руками, - вы ведь воплощаете в реальность свои тёмные дела. Я сразу понял, что вы причастны к этому запутанному делу с убийством профессора, и поэтому освободил вас. И вот, у меня есть доказательства. Жаль только, что не успел взять вас во время встречи, - он цокнул языком.

- Вы ошибаетесь, - прошипел сквозь зубы Вадим.

- Не там ищите, - твёрдо заявил я.

Но это не подействовало. По взгляду следователя было видно, что он сознательно под нас копал, и сейчас ни за что не отпустит. Молодчики с пистолетами молчаливыми дулами попросили нас вытянуть руки, чтобы заковать их в наручники, а после повели к патрульным машинам. Данила, Лея и Вадим оказались в одном автомобиле, я с Вовой - во втором. В неё же уселся и Катаев.

- Может, это к лучшему? - сомневаясь, спросил друг, глядя на меня. - Может, не стоит лезть в самое пекло?

- Ты боишься? - я вернул ему похожий взгляд.

- И ты боишься, - констатировал Владимир. - Проблема только в том, чего ты на самом деле желаешь, и чего ждёшь от нас. Как только ты решишь, я всецело тебя поддержу.

Я и вправду боялся. Это нормально. Как можно не бояться, когда лезешь в историю, в которой не понятно, кто за тебя, а кто против? Как можно не бояться, когда тебя чудом или по чёткому расчёту спасают от горячего смертельного поцелуя? Как можно не бояться, когда понятия не имеешь, что произойдет в следующую минуту? И друг был прав - следовало решить, согласен ли я идти до конца. Владимира и Данилу эти истории никак не касались, и если уж говорить на прямоту, помогали они только из любопытства, ну и потому, что они мои друзья. Лея, с ней всё немного сложнее, но и она без душераздирающих сцен способна выйти из этой странной истории. Что касается Вадима, то он пойдёт до конца, но он не знает, в каком направлении двигаться. Судьбы остальных меня уже не особо интересовали. Даже судьба Игоря, к которому у моей совести повис долг.

Я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

- Будь, что будет? - расценил моё обезнадёживающее действие Вова.

- Всё происходит вовремя, - я неожиданно вспомнил мысль, которая часто приходила ко мне на протяжении моей жизни в разных её состояниях. - Не стоит спешить, и не нужно опаздывать.

- Ничего, - язвительно заметил Катаев с переднего сиденья. - Тюрьма избавит вас от философских замашек.

- Не спешите обгонять паровоз, - подумал я, но ничего не сказал вслух.

А нас, тем временем, везли в уже знакомый мне и Даниле участок.

Сцена 12.

- По-моему, это тупик, - еле слышно оценил положение Данила.

Мы сидели в камере временного пребывания уже около получаса, но никто не проронил ни звука.

- Не усложняй, - попросила Лея, - и так все не в духе.

- А так, если подумать, - продолжил он, - мы всё равно ничего бы не смогли сделать. Неужели, так хорошо подготовившись, они бы оставили нам шанс найти их?

- Не скажи, - отрицал я. - Всё это время мы к ним приближались. Призрак даже затеял с нами игру.

- Не стоит вспоминать, - грустно улыбнулся Данила, - он нас ловко обработал.

- Может, он всё-таки за нас? - Лея по-прежнему не оставляла этого варианта. - Может, это он прислал фотографию?

- Ты меня пугаешь, - Данила ничего не мог поделать с её доверием, он уже стал повышать голос. - Неужели ты никак не можешь понять, что он один из организаторов?

- Не кричи на меня! - обиженно воскликнула Лея.

- Не будь такой наивной и слепой! - грубо ответил друг.

Она встала и направилась в противоположную от Данилы сторону камеры. Он, мгновенно остыв, подошёл к ней и обнял со спины, что-то шепча на ухо. Что-что, а извиняться он умеет.

- Успокойтесь, - вмешался Владимир, - нечего зря злость друг на друга выплёскивать. Мы можем сидеть здесь, хвататься за головы, обвинять друг друга во всех смертных грехах, но через несколько часов совершится то, чего не сможет простить себе, по крайней мере, один из здесь присутствующих, - он поглядел на потемневшего от дум Вадима.

Последнюю фразу услыхал идущий из своего кабинета следователь Катаев и не преминул бросить свой колкий ответ:

- Браво, как складно говорите, молодой человек. А сами-то верите в свои сказки?

Катаев дошёл до дежурного, сказал ему о чём-то, а после с таким же видом напыщенного гуся вернулся назад.

- Ладно, вы посидите пока и подумайте, - сказал он, проходя мимо, - надеюсь, когда я вернусь после вызова, вам будет, о чём сказать.

Я усмехнулся, когда следователь скрылся из поля видимости.

Вова вопросительно посмотрел на меня.

- А представляете, если мы действительно ошибаемся? - вслух подумал я. - И, в конце концов, нас ждёт разочарование?

- Ты уж совсем не унывай, - положив руку мне на плечо, попытался поднять мой дух Владимир.

- Это не голос уныния, - вдруг вернулся Вадим. - А если и ошибаемся, то только в том, что сидим здесь в бездействии. Парни, вы единственные, кто дал мне надежду на спасение сестры, - он перешёл на откровение, - хотя вы, по всей видимости, вообще не заинтересованная сторона в этом деле.

- Он - заинтересованная, - без угрызений совести сдал меня со всеми потрохами Вова. - А вот я лично не понимаю, что делать дальше, - тем самым, он снял с себя роль советчика.

- Так о чём ты? - Вадим вновь посмотрел на меня. В его взгляде сверкнула искра.

- Я могу совсем сглупить, сказав вам, что отсюда надо бежать, - тихо заметил я, - но ещё больше сглуплю, сказав, что придётся сидеть здесь и ждать.

- Объясни, - друзья недоуменно посмотрели на меня. Вова, скорей всего, разгадал ход моих мыслей. Данила и Лея слышали мои слова краем уха - они больше разбирались в своих чувствах.

- Я просто подумал, что может нас оправдать, если мы совершим побег? - вопрос был адресован пустоте. - Ничего, - сам на свой вопрос ответил я.

- А вот другой вариант, если мы согласимся на помощь следствию, - через несколько секунд молчания предложил я.

- Что ты имеешь в виду? - нетерпеливо спросил Вадим.

- Сказать им, где Каврин, - за меня домыслил Владимир.

- Стоп, - совсем сбился Вадим. - А вы знаете, где он?

- Мы не знаем, где он, - отрицательно ответил я. - Но если мы напряжём мозги, узнаем, где должны быть мы.

С улицы послышался звук отъезжающей машины, значит, Катаев выехал на происшествие. До того, как он вернётся, нам нужно было понять, в каком месте завершится эта история.

Данила, наконец, успокоил Лею, и они уселись рядом со мной. Вова же, встав с койки, зашагал по камере, усиленно представляя себе карту с условными обозначениями, которые сам же и поставил. Я просто сидел и ждал, что он себе напридумывает и в чём он сам себя убедит. Вадим тоже затих, обхватив руками голову.

Таким образом, прошло около часа, но ничего не прояснилось. Вова уже устал ходить и присел на край койки, Вадим пытался припомнить все объекты, расположенные в нужном квадрате, которые хоть раз видел, я украдкой наблюдал за тем, как дежурный дочитывает газету, Данила просто переглядывался с Леей. Мы уже просили её попытаться предпринять какую-нибудь вылазку во сне, но она просто разводила руками: это явно не подходящее место и у неё просто не хватит сил.

- Что смотришь? - заметил мой взгляд дежурный.

- Можно газету почитать? - попросил я, добавив, - вам ведь она всё равно уже не нужна, - обычно объяснение логичной причины положительно сказывается на результате просьбы.

- Может, вам ещё чаю принести? - огрызнулся он.

- Вам что, жалко? - надавил на жалость Данила.

Дежурный ничего не ответил, однако встал с места, вышел из своей кабинки, подошёл к нам и протянул газету, прокомментировав:

- Нате, развлекайтесь.

Я поблагодарил его за одолжение, и, не медля, раскрыл газету.

Местная газета за сегодняшнее число. Казалось бы, ничего особенного, но мало ли? Я листал страницу за страницей, пробегая глазами по содержанию, пока не наткнулся на последней странице на любопытную статейку, еле заметную под массой остальных новостей районного масштаба.

- Как вы думаете, - решил обратиться я к присутствующим со своей свежей мыслью, - где может находиться секретная медицинская лаборатория под землёй?

- Где угодно, - ответил Вова.

- Даже под зданием заброшенной больницы? - уточнил я мнение друзей.

- Ну, точно, Ховринская больница! - забывшись, громко воскликнул Владимир, хлопая ладонью по лбу. - А я-то думаю, знакомая карта!

Я посмотрел на Вадима.

- Похоже на то, - подтвердил он, подумав. - Многие объекты рядом с точками, которые поставил Вова, я знаю, а вот в точке пересечения не был. Даже мимо не проезжал, хотя слышал, что в том месте интересное здание находится. Несомненно, я сориентируюсь на месте, если мне, конечно, глаза не завяжут, когда повезут туда, - уточнил он.

- Значит, решено? - я обвел глазами сидящих и получил от них молчаливое согласие.

Вадим, не мешкая, встал и подошёл к решётке:

- Начальник, позови следователя, у нас к нему дело, - по-тюремному попросил он.

- Его нет ещё, - лениво ответил дежурный. - Подождите, когда приедет.

Этот факт был нам известен, просто Вадим начал разговор, чтобы уточнить на всякий случай:

- И когда он вернётся?

- Часа через четыре, - проинформировал дежурный.

Этот ответ нам очень не понравился, но возразить ничего не могли. Поэтому оставалось просто сидеть и ждать.

Опять ожидание. Странно, что вся эта история построена на ожидании. Хотя динамика событий происходящих производит впечатление обратного - подобно дождю, - все действия по подготовке сектантского ритуала были хорошо спланированы и неплохо скрыты. Наверное, поэтому кажется, что ничего не происходит, а между тем, финал катится на нас огромной лавиной - тучи всё больше сгущаются, готовясь вернуть океан над головой на место.

Но нужно ещё немного подождать, чтобы, как только слово перешло к нам, сделать всё быстро и правильно. Но ведь для этого нужен план? Не для этого ли мы здесь ждём?

- Надо придумать, что делать будем на месте, - я нарушил надолго нависшую тишину.

- Рвать и метать, - я перевёл взгляд на Данилу, - не подходит.

- Деликатно и ювелирно? - передразнил он.

- Первое, - не замечая возвращения друга в нормальное состояние, начал я, - добравшись до места, придётся побуянить. Второе, у нас будет очень мало времени, чтобы найти вход. Третье, нам понадобится оружие или что-то подходящее. И последнее, нам нужен Вадим, - я посмотрел на адресата моих слов, - он единственный, кто может утихомирить Люцифера - у меня очень нехорошие предчувствия на его счёт. Итак, какие будут предложения? - я встал у решётки лицом к сидящим и сложил руки на груди.

- Если на нас наденут наручники, неплохо бы добыть на них ключики, - первым высказался Владимир.

- Уже, - Вадим достал из запасного карманчика ключ и незаметно продемонстрировал его нам. - Ловкость рук и никакого мошенничества, - объяснил он, встретив недоумённый взгляд.

- Насчёт "побуянить", - продолжил Вова, когда удивление спало, - там ведь ещё и охрана.

- Надеюсь, охранники дружно спят или их вообще нет на месте, - весть оказалась не слишком радостной. - А, может, они нам помогут.

- Если только они знают свой объект, - вслух размышлял Данила. - Вход может находиться где угодно, но там должны оставаться свежие следы.

- Там по ходу везде свежие следы, - парировал Владимир.

- Зато с оружием должно быть попроще, - не сдавался Данила, - там же недостроенное здание, значит, куски арматуры и всякий хлам под ногами валяется.

- Это да, - на этот раз согласился друг.

- А внутри как? - спросил Вадим.

- Там поворотов много, - ответил Вова. - Придётся разделяться с толком либо дружно выбрать правильное направление.

- И ждите теплый приём, - завершил я.

- А теперь послеобеденный сон, - скомандовал Владимир, зевая. - Слушайте меня внимательно, - загадочным голосом продолжал он, - выгоняйте из головы всякую муть и бессмысленные мысли. Я, так понимаю, нас ожидает не только физическое столкновение, но и что-то психически опасное? - спросил он пустоту, сам предложив ответ, - тогда наши мозги должны быть подготовленными.

- Идея неплохая, - соединив попарно пальцы перед собой, по-своему загадочно улыбнулась Лея. - Предлагаю провести трёхчасовой сеанс психотерапии по формированию положительного настроения и восстановлению баланса.

- А больно не будет? - Вова недоверчиво покосился на девушку.

Когда все уселись поудобнее, Лея взяла Данилу за руку, и так по цепочке до Вадима. Она еле слышно говорила, что надо делать - мы молча и беспрекословно выполняли.

Представляю, как мы выглядели в глазах дежурного, ну, да ладно, пусть у него тоже останется пара весёлых положительных моментов за смену.

Когда мои глаза открылись, я увидел, что напротив меня по ту сторону решётки стоит Катаев и небрежно листает чей-то паспорт, чей-то из наших. На часах значится семь вечера, а в теле ощущается такой прилив сил и такое вселенское спокойствие в голове, что, кажется, в эти моменты я способен горы свернуть. Становится ясно, что по замыслу создателя наше появление на финальной сцене должно произойти именно сейчас - надеюсь, я после произошедших событий пойму, в чём состояла причина нашего временного плена. Может, в простой передышке или же в сеансе Леи, или только прочитав газету, я понял бы, куда следует направляться. Кстати, действие успокаивающих упражнений Леи, в любом случае, окажется крайне необходимым в течение этого вечера - может, даже решит ход этой запутанной игры...

Я смотрел на следователя как сквозь плёнку, причём как на глазах, так и на ушах - до меня не сразу дошло, что он говорит. Когда моё сознание полностью отделалось от сонного бессознательного, я сразу понял, что происходит.

- Значит, вы созрели для того, чтобы давать показания? - пристально осматривал нас Катаев своими хитрыми глазёнками. - И для начала раскроете мне, где скрывается Каврин?

- Если вы засчитаете этот поступок в нашу пользу, то да, - ответил абсолютно спокойный Владимир.

- Мы тут посидели, подумали, - не давая опомниться следователю, вставил Данила, - ну какой смысл нам его покрывать?

- Да, - поддержал нашу инсценировку Вадим, взявший эстафету, - он нас попросту кинет, узнав, что мы попались, а если так, то нечего ему одному по воле разгуливать.

Такой многосторонний напор на следователя возымел позитивный результат, но нам нужно было добиться, чтобы поехать на место всем вместе.

- Только он нас попросил кое о чём, дав каждому по небольшому заданию, - с серьёзным выражением лица заливал правду матку Вова, - и сказал, чтобы по одному к нему не совались, а пришли все разом.

- Ну ладно, о своих заданиях расскажете позже, - прищурившись, ответил Катаев. - А вот везти вас всей оравой не представляется возможным - вдруг вы побег решите устроить?

- Дело-то ваше, - заметно ослабил напор Данила, перейдя в защиту, - только Каврин ведь человек хитрый и поймать его вам просто так не удастся...

- Понятно, понятно, - не дав другу завершить фразу, ответил следователь. - Так уж и быть, хотите толпой - поедем толпой, - он был настолько уверен в том, что вышел на главаря группировки через его подельников, что даже не позаботился о разработке других версий. Наверное, ясный образ мыслей затмила маячившая на горизонте звезда.

- Только не советую шутить, - угрожающим тоном предупредил Катаев.

Следователь зашёл в свой кабинет, затем договорился с оперативниками - кстати, с теми же самыми, - а после нас снова заковали в кандалы и цепочкой вывели на улицу. Конвой, или эскорт - как будет точнее, исходя из нашего настроя, - уже ждал с раскрытыми дверями. На сей раз полицейские не побоялись взять с собой и автоматы - под стать выполняемому заданию.

Загрузив нас, как особо ценный товар, эскорт тронулся. Странно, но следователя не удивило место, которым мы обозначили убежище Игоря.

Сцена 13.

Минут через пятнадцать полицейский "Уазик", в котором мы дружно уместившись, всю дорогу толкали друг друга на дорожных ямках, как в парке аттракционов, остановился.

- Выходите! - скомандовал Катаев, открывая дверь.

Снова прохладный зимний воздух ударил мне в лицо - вечер вошёл в свои законные права. Со стороны доносились звуки музыки - уличный концерт уже шёл на полную катушку. Нашему же взору предстало старое - почти тридцатилетнее - заброшенное здание больницы, ещё более мрачное от объявшей его темноты.

Мы остановились на обочине проезжей дороги. Отсюда до забора, за которым выглядывало многоэтажное здание, идти было не больше трёхсот метров. Ховринская заброшенная больница представляла собой два корпуса, один из которых являлся лишь пристройкой. Главный корпус высоко возвышался над землёй. Как сказал Владимир, с высоты птичьего полёта это здание похоже на знак биологической опасности: из треугольного креста в центре отходили парные противоположные разветвления - и вправду, если бы не угловатость строения, то знак "biohazard" можно было бы определить логотипом больницы. Наконечники этой неправильной шестиконечной звезды, больше похожей на обломанную снежинку, соединялись между собой трехэтажными переходами.

Вообще, внешний вид здания и мрачное предчувствие того, что ждёт внутри, отбивало любую охоту идти туда. Даже с фонарями, которые Катаев предварительно бросил в кабину при выезде. Даже в сопровождении группы профессионально обученных убийц, служащих на благо общества. Даже зная, что туда необходимо попасть. Мрачное уныние и покинутость ветхого места отражалось в каждой выбитой двери, в каждом зияющем густой черной пустотой окне, в каждом поблекшем от времени кирпичике, в каждом оголённом зимнем деревце, встречающем путников. Днём-то, глядя на это здание во всей его таинственной, убитой временем красе, наверно, чувствуешь себя не очень уютно, только в вечернее время от его вида аж мурашки пробегают по спине. Причём всем муравейником.

Однако, несмотря на угнетающую атмосферу и давящее чувство обречённости, я не боялся - сказывалось действие психотерапии. Мои мысли были заняты лишь одним: "Что? Где? Когда?"

- И где же отсиживается ваш Каврин? - следователь встал перед нами, с подозрением оглядывая своих задержанных.

- Вскоре он станет вашим, - хитро улыбнулся Данила.

- Мы договаривались о встрече следующим образом, - осмотревшись, придумывал Вадим. - Мы заходим через центральный вход и, если он видит, что всё в порядке, появляется сам.

- Вы что, издеваетесь? - Катаев закашлял от неожиданности. - Вы предлагаете провести вас внутрь охраняемого учреждения, а потом отпустить, чтобы вы спокойно разгуливали там, пока Каврин не удостоит честью явиться к нам?

- Мы в наручниках, - жалобно сказал Владимир, - куда мы, по-вашему, денемся ночью без света в смертельно опасном здании, где чёрте что под ногами?

- Ну, ладно, - нехотя согласился следователь, предупредив, - но если что-то пойдёт не так, вам же достанется.

Махнув рукой в сторону главного входа на территорию больницы, Катаев включил фонарь и последовал за нами. Впереди шёл один из сопровождающих оперативников, затем наша команда из пяти человек, а замыкали колонну типа "толпа" Катаев с двумя полицейскими.

Мы шли по хрустящему снегу, покрытому ледяной коркой, и оставляли глубокие следы за собой. Следов рядом с дорогой было заметно больше, чем на подходе к забору, а когда мы добрались до ворот, снег блестел своей девственно ровной поверхностью под косыми лучами фонарей.

Из будки показался охранник. Головной полицейский направился к нему.

Владимир толкнул меня локтем, прошептав:

- Как думаешь, может ли постоянно находящийся здесь человек не знать, что тут происходит?

Я посмотрел вперёд - между оперативником и охранником оставалось несколько шагов - потом зачем-то на Вадима.

- Я наблюдаю, - он ответил шёпотом на мой взгляд. - Если что, скомандую. Пока не время.

- Чего шуршите, как крысы? - сзади недобро усмехнулся Катаев. - Идём, - и подтолкнул в спину Данилу.

Полицейский достал удостоверение, показав его подошедшему охраннику, и перекинулся с ним парой слов. Охранник повернулся и, показав рукой направление, почтительно пропустил вечерних туристов.

Через несколько шагов мы оказались на территории больницы. Из того, что попадалось в зону видимости, ничего не вызывало восхищения - одной фразой строительный мусор вперемешку с перерабатываемыми и не очень отходами человеческой жизнедеятельности.

Несмотря на временный манёвр, наш строй не разбился. Оперативник, что шёл впереди, снова нас обогнал и направился на встречу с другим охранником, показавшимся из парадного входа здания. Полицейский отошёл довольно далеко - вход располагался в метрах пяти от нас по левую руку. Катаев нервно дышал за спиной, ещё двое полицейских удачно сделали пару шагов влево для лучшего обзора.

- Что нормальный охранник может забыть в главном холе больницы, которая рухнет скоро? - философски спросил Вова. Настолько тихо, что его услышали только я и Вадим.

- Не нормальные это охранники, - прошипел Вадим. - Чего-то они ждут.

Мне не понравился его отчёт о происходящем, поэтому я начал внутреннюю подготовку для рывка.

Полицейский и охранник стали таким образом, что второго не было видно за спиной мускулистого оперативника, но в какой-то момент охранник выглянул из-за могучего тела, о чём-то давая знать стражу у ворот. Полицейский повернулся, следя за его взглядом, и в этот самый момент случилось то, чего никто из нас даже представить не мог.

Мне показалось, что охранник, играющий в переглядки, что-то достаёт из-за пояса. Оперативник, тоже это поняв, непонимающим взглядом посмотрел на него. Но это произошло настолько быстро, что полицейский не успел среагировать: охранник достал пистолет, и как только дуло остановилось напротив головы оперативника, прозвучал выстрел.

- Бежим! - громко скомандовал Вадим, беря на себя роль вожатого. Он рванул в сторону проёма в стене справа по диагонали.

Я, поняв, что план неожиданно перешёл в стадию реализации, поспешил следом. Данила, пользуясь случаем, повернулся к Катаеву и решил одолжить фонарь: сильным резким ударом обручённых рук он выбил фонарь, и, поймав его, им же оглушил следователя ударом в лицо.

А вокруг зазвучали выстрелы. Кажется, мы угодили прямо в ловушку, либо здесь очень не ждали гостей, особенно в это время суток. Один из полицейских выстрелил в убийцу, второй взял на себя нападающего со стороны ворот. Таким образом, у нас образовался свободный момент, чтобы успешно сбежать. Правда, возникшая проблема с негостеприимными хозяевами, требовала от нас более осторожного передвижения.

Спрятавшись от града пуль, первым делом мы освободились от наручников. Данила оказался прав с описанием предполагаемого оружия - его тут действительно оказалось навалом. Подобрав несколько удобных металлических прутьев, друг раздал их нам.

- Двигайтесь как можно тише, - посоветовал Вадим.

- И глядите под ноги обязательно, - добавил Вова. Он, видимо, насмотрелся фотографий при знакомстве с этим местом в интернете.

- А куда идти? - Данила светил то в одну, то в другую сторону.

- Вниз, - ответил я. - Двигаемся к лестнице и спускаемся в подвал.

- А может эти люди охраняют вход, и он там? - предположил Вова, показывая в сторону холла.

- Это, скорее всего, для отвлечения внимания, - решил я. - Лаборатория не может находиться на таком видном месте.

Никто не опротестовал решения, и мы начали путь. Стрельба на улице утихла - не зная результата, я надеялся, что всё обошло. Под ногами хрустел уже не снег, а песок, осколки штукатурки, бетона и стекла, дорогу освещал единственный источник света под патронажем Данилы, а впереди неохотно расступалась пугающая мгла. Добравшись до лестницы, мы осторожно начали спускаться. Пролёт за пролётом уходили вверх этажи, пока мы не добрались до затопленной части здания - так можно было бы описать спуск, если бы Лея не прогнала из нас страх и нервозность. На самом деле, оказавшись на минус втором этаже, мы поняли, что лестница уже не поможет. Более того, само по себе нахождение в этой сырой, полуразрушенной части здания, представляло опасность. Да и провалов в полу наверху было куда меньше. И без того нелицеприятное зрелище окончательно испортилось звуками шагов сверху - кто-то спускался по той же лестнице, что и мы несколько секунд назад.

Вадим жестом приказал нам спрятаться за стеной, в которой чернел проход, сам занял место ближе всех к нему, Данила оперативно занял другую сторону, заблаговременно выключив фонарь. Сразу же повисла непроглядная тьма, глаза затруднялись различить даже силуэты. Неизвестный, осторожно перебирая ногами, всё ближе подходил к проходу. Вадим приготовился к удару, удобнее ухватившись за кусок арматуры - об этом я понял, когда он предупреждающе оттолкнул меня подальше от зоны размаха.

Нога медленно перешагнула через разломанный порожек из остатков рухнувшей стены, и в следующий момент послышался звонкий удар. Потеряв сознание и способность держаться, чьё-то тело рухнуло наземь. Через пару мгновений снова включился свет, и я увидел Данилу, стоящего над телом человека в тёплой куртке с капюшоном. Вадим, не мешкая, тут же проверил его пульс, удовлетворённо кивнул, а затем принялся проверять карманы. Его поиски увенчались успехом, потому как он достал пистолет.

- Извини, но с ним мне больше прельщает разгуливать по затопленным подвалам, - круча в руке оружие, обратился он к Даниле. Кусок арматуры, ясное дело, полетел распугивать крыс.

Но на дружеские беседы времени уже не оставалось. Оглядевшись, мы пришли к выводу, что сектанты тоже не дураки и не сунутся в смертельно опасную для себя часть подвала. В какой-то момент Данила выцепил в темноте полуоткрытую металлическую дверь. Наша группа повернула туда. Налегая на дверь всем телом, мне с Вадимом удалось её открыть до размеров, позволяющих протиснуться в разъём. Прямо за дверью начинался неисчислимой длины узкий - на двоих человек в ширину - проход, а под ногами уже хлюпала вода.

- Может, нам не сюда? - глядя под ноги, пробурчал Владимир. - Все же мокрыми будем.

Я уже действительно хотел передумать и повернуть назад, как вдруг Лея произнесла:

- Он здесь. Я его чувствую.

И пошла. В темноту. Не ожидая нас.

Это показалось настолько странным, что мы не сразу отреагировали.

- Чего вы ждёте? - растолкал нас Вадим, следуя за ней. Опомнившись, мы поспешили следом.

Подземный коридор, начавшийся метрах в пяти назад, не заканчивался. Воспользовавшись нашей групповой медлительностью, Лея заметно нас обогнала, двигаясь легко и не боясь. У меня сложилось ощущение, что обычный коридор обычного дома показался бы для неё не таким лёгким препятствием, нежели этот. Она шла, не спотыкаясь, не замедляя шага и не оборачиваясь.

Данила, разрезая лучом фонаря сгустки мглы за углами коридора, ведущими в покинутые комнаты, почти догнал девушку, как вдруг остановился, наведя столб света на одну точку. До моих ушей донеслось рычание. Я угадал - там действительно находилась собака. Голодная, больная и очень злая. Данила попятился назад, собака сделала пару шагов в его направлении, рыча ещё свирепее. Обитатель подземелья уже приготовился для прыжка, но Вадим успел достать пистолет и всадить в животное две пули. Заскулив, зверь упал на бок. Через пару мгновений он и вовсе затих.

Сделав глубокий выдох, Данила сказал дрожащим голосом, будто очнулся:

- Её нужно остановить - это слишком опасно.

Он повернулся и бросился за Леей. Я, переглянувшись с Вадимом, побежали вдогонку. В этой части подвала не отличавшаяся чистотой холодная вода доходила нам почти до колен.

Девушка, тем временем, свернула в одну из комнат и пропала в ней. Я с Вадимом догнал друга на углу этой комнаты. Взяв за грудки, мы прижали Данилу к стене.

- Вы чего делаете? - ошарашено спросил он.

- Не стоит ей мешать, - сказал Вадим.

- Она должна нам помочь, - добавил я.

- Вы, что, с катушек съехали? Она же в опасности! - воскликнул Данила.

- Не паникуй! - Вадим затряс друга.

- Нам лишь нужно попасть внутрь, - как можно спокойнее разъяснил я. - Просто пойми это.

Владимир, решив пожертвовать обозрением разборок с Данилой в счёт наблюдения за девушкой, высунул голову из-за угла и поторопил нас:

- Если интересно, то она, кажется, нашла вход.

Мы мгновенно утихомирились, отпустили друга и заглянули в комнату. Она оказалась пустой.

- Только что здесь была, - выпучив глаза, смотрел на нас Вова.

- Посвети, пожалуйста - я показал Даниле на серый на фоне чёрного окружения прямоугольник в конце комнаты. Он находился довольно высоко - вода до него не доставала, и, видимо, для удобства под ним из обломков плит были сложены ступеньки.

Подойдя к нему, я увидел кусок ткани, торчащей из потолка и свисающей по стене справа. Добравшись рукой до голой стены, я с удивлением нащупал еле заметный выключатель типа "автомат". Причём, удивился я себе, а не наличию выключателя.

Как только я щёлкнул им, что-то включая, за стеной послышался тихий звук рабочего механизма. И вслед за звуком серый прямоугольник стал медленно и почти бесшумно утопать в полу. А перед нами открывался вид сравнительно чистой лаборантской прихожей, с небольшой лестницей, уходящей на полметра вниз в освещённый проход. Оттуда послышались мужской и женский голоса. Чтобы понять суть разговора и, заодно, что замыслила Лея, мы, контролируя каждый издаваемый звук, прокрались на звук разговаривающих.

- Как ты здесь оказалась? - этот голос я уже ни с чем не спутаю: Призрак, чтоб ему пусто стало.

- Я почувствовала вас, Последователь, и пошла за этим чувством, - мягко ответила Лея.

- Ты одна? - недоверчиво спросил Призрак.

Мы подслушивали разговор, находясь в нескольких метрах от говорящих. По звучащим голосам стало ясно, что девушка стояла как раз между нами и Последователем, поэтому неожиданное появление из-за угла могло только усугубить ситуацию. Зачем она вылезла?

- Как видите, - просто ответила Лея. - Я пришла сюда понять, чего вы на самом деле желаете. Я пришла, чтобы, наконец, развеять свои сомнения.

Похоже, Призрака устроил ответ, потому что он сказал:

- Тогда пойдём со мной, и ты узнаешь, как современная наука, лучший ум нашего века, древнейший ритуал и кровь избранной способны даровать вечную жизнь.

И удаляющиеся шаги в завершение. Что ж, либо у всех присутствующих накрылся рассудок, либо эти фанатики и вправду затеяли выдать свои зверства в качестве явления чуда. Или их желания основаны не на голословных мечтаниях?

Сцена 14.

Я обвёл взглядом нашу четвёрку - никто из них, в том числе и я, до конца не понимали, что здесь творится. Да что кривить душой - вообще не понимали.

- Их нельзя терять из виду! - встрепенулся Данила, понимая, что его девушку уводит сектант, псих, да ещё и убийца.

- Тихо! - громким шёпотом скомандовал Владимир, закрыв ладонью рот друга.

С противоположной стороны коридора, в который мы чуть не вывалились, когда спускались по лестнице, послышались шаги. Незаметно подвинувшись к другой стороне прохода, чтобы нас не заметили проходящие мимо, мы решили подслушать или устроить засаду - в общем, как пойдёт. Первым стоял Данила, потом Вова, за ним Вадим, замыкал я.

Сначала думали, что придётся встречать двоих, но одна пара ног, передумав, свернула по пути в другой проход лаборантского лабиринта. Шаги становились всё ближе и громче, и Данила томился в предвкушении испробовать действие предмета типа "монтировка" на объекте типа "репа". Сектант - а мы бы удивились, увидев кого-то иного - поравнявшись с проходом, успел посмотреть влево, на нас и нас же и заметить, однако неожиданно потерял дар речи вместе с равновесием и чувством присутствия.

- Как я понимаю гопников, - одобрительно протянул Данила, с уважением покручивая в руках предмет испытания.

Вадим обошёл Владимира и присел рядом с лежащим, но в сознании, сектантом, одетым в чёрный балахон. Откинув капюшон, Вадим ткнул в лоб незнакомцу дуло пистолета, спросив при этом учтивым спокойным голосом:

- Где здесь токоприемник или трансформатор?

Лежащий оказался не столь фанатичным, чтобы спорить с огнестрельным самодуром, поэтому долго не раздумывал:

- Там, в конце коридора, за второй дверью слева.

Своеобразной благодарностью за полученную информацию стало пожелание долгого сна ударом рукоятки.

Вадим поднялся на ноги и обратился к нам:

- Кому-то придётся вырубить электричество. - Он аргументировал это так: - в темноте у нас явно больше шансов, к тому же, если не ошибаюсь, большинство дверных замков в таких системах аварийно открываются при отключении питания.

- Вова, справишься? - я посмотрел на друга.

Владимир неохотно протянул обе руки за фонарём и пистолетом, дополнив словами свой жест:

- Прошу с этого момента называть меня Вольтером.

- Ладно, возьмёшь на себя проблемы со светом, точнее, их устроишь. А затем найдёшь нас, если потребуется, - проинструктировал его Вадим, пошутив, - только не потеряйся.

Владимир двумя пальцами отдал честь и быстрым, но осторожным шагом направился в сторону, откуда пришёл незнакомец, отдыхающий под лестницей.

- Возьмите у этого балахон, фонарь и оружие и двинемся по следам вашего Призрака, - попросил Вадим меня и Данилу.

Дальше двигаться приходилось куда продуманнее, и шансов совершить ошибку становилось всё меньше. Здесь, в лаборатории тепло чувствовалось заметнее градусов на десять, но закоченелые ноги пока не очень желали подчиняться. И всё же мы шли, не останавливаясь.

Балахон одел я, потому как по комплекции больше всего подходил к нему. Накинув капюшон на голову, я со скрытым лицом пошёл впереди, ведя за собой прятавшихся по углам союзников. На каждом из поворотов и перепутий я останавливался, осматриваясь по сторонам, двигаясь по освещённой части - логично, что подключили её для того, чтобы беспрепятственно перемещаться по ходам лаборатории, которая была построена, возможно, задолго до появления секты.

Я шёл, будучи уверенным в этом, пока не дошёл до своеобразного перекрёстка, тремя лучами расходившегося от меня. Проблема крылась в том, что здесь, собственно, и начиналась лаборатория, а на стенах прямо под потолком крепились мониторы. Путь впереди преграждала стеклянная прозрачная двухстворчатая дверь - самый широкий проход. Справа и слева поуже. Справа свет горел тускло, плавно переходя во мрак, слева свет лился куда ярче. Но туда я не спешил - в голове почему-то крутился отрывок из народной сказки: "Налево пойдёшь..."

Неожиданно оттуда показался ещё один человек в балахоне, шедший в мою сторону. Я предостерегающе махнул друзьям рукой, больше ничего не предпринимая. Сектант, заметивший меня, подошёл к дверям и, проведя электронной ключ-картой вдоль замка, открыл их.

- Чего же ты ждёшь? - незнакомец повернулся ко мне. - Поспеши, иначе пропустишь ритуал.

После этих слов незнакомец распахнул одну створку, войдя в неё. Он не стал меня дожидаться, оставив дверцу открытой, сам же направился по коридору вперёд.

Повернувшись назад, я взмахом руки показал, что путь свободен.

Через несколько секунд наша троица оказалась на том отрезке пространства, которое я видел во сне. Мы находились в коридоре, заворачивающем впереди направо. Пол здесь был представлен обычным бетоном, а вот в комнате слева, за стеклом в половину человеческого роста, был покрыт неизвестным материалом. Кстати, человека, повисшего на кресле рядом с койкой, так и не убрали, а вот девушка отсутствовала. Я машинально посмотрел на монитор, на котором во сне появился Люцифер, но тот был отключен. Мне очень хотелось, чтобы нас заметили как можно позже, а лучше вообще бы не замечали.

По праву обладания балахоном я шёл спереди, чуть позади Данила и Вадим, то и дело останавливая дыхание - здесь не позаботились о звукоизоляции и каждый звук отдавался почти эхом. В какой-то момент послышался странный шум где-то недалеко, за стенами.

- Наверное, насосы, - шёпотом предположил Вадим, - воду откачивают.

А вот и долгожданный и опасный поворот. За ним освещённый путь подводил к ещё одной стеклянной двери, за которой слышались голоса. Их там было как минимум на толпу. Коридор вёл дальше, поворачивая в конце направо, то есть делая полный круг - оттуда, скорей всего, можно добраться назад. Нас сейчас пути отхода волновали слабо, однако в решающий момент нужно будет действовать, исходя из предложенного. Общий настрой и кипящая адреналином кровь не оставляла места для варианта "если".

К сожалению, дверь оказалась запертой, но и отсюда мы слышали и видели всё, осторожно заглядывая внутрь. Человек десять в таких же балахонах стояли на нашем пути до Призрака, который от балахона почему-то отказался. А рядом с ним находилась Лея. По молчанию и поведению можно было предположить, что Последователь чего ждёт. Теперь стало ясно, где на самом деле проводится Великое Собрание.

В какой-то момент дверь за Призраком, которую я сначала не заметил, открылась, отъехав в стену, оттуда вышел человек, что-то шепнул ему на ухо и присоединился к собравшимся.

- Прошу внимания! - вслед за этим громко произнёс Первый Последователь.

Шум голосов замолк, и все уставились на говорившего. Справа, из поворота, куда мы не заглядывали, неожиданно показался человек - его шагов мы не приметили, но он, как оказалось, уже давно следил за нами. Откинув балахон и держа руки на виду, человек посмотрел на нас. Пистолет Вадима не давал ему больше свобод, но, даже глядя на лицо, принуждённый стрелок не спешил опускать оружие. Напротив нас стоял Игорь Каврин.

- Что ты здесь забыл? - взволнованно прошептал Вадим. Пройти столько, чтобы оказаться в западне, и так бессмысленно завершить путь - вот страх чего не позволял ему опускать оружие.

- Дай всё объяснить, - спокойно ответил Игорь, держа руки на виду.

- Итак, - продолжил выступление Призрак, - все прекрасно знают, с какой целью здесь. Но, увы, в комнату за моей спиной, где происходит подготовка к ритуалу, попадут только избранные из вас.

Надо же, он и представить себе не мог, что творится прямо перед его носом, за стеклянной дверью. Главное, чтобы Люцифер не догадался заглянуть к нам на огонёк.

- Я шёл за вами, - объяснялся Каврин, - с самого кафе. Если честно, я не думал, что вам удастся проникнуть в место, о котором почти никто не знает.

- Вот именно, - злобно ответил Вадим, - ты не смог помешать нам оказаться здесь.

- Я сам ищу этого урода, - попытался оправдать своё появление Игорь. - Вы помогли мне, я помогу вам.

- Верится с трудом, - отрезал Вадим. - Мы не нуждаемся в твоей помощи.

- Сейчас я провозглашу список трёх, кто будет удостоен честью получить сегодня бессмертие! - бравым голосом выкрикнул Последователь.

Понятия не имею, как продолжилось бы Собрание и бескомпромиссный спор Вадима с Кавриным, но именно в этот момент Владимир, наконец, нашёл пункт электропитания и что-то с ним сделал.

В одну секунду во всём помещении погас свет. Это стало руководством к действию. Дернув за ручку, я открыл дверь и вошёл к сектантам. Данила последовал за мной, Вадим, не доверяя Игорю, пистолета не опускал, двигаясь спиной. Призрак тоже догадался, в чём дело, поэтому, схватив Лею за руку, втянул её за собой в секретную комнату.

Я так понял, что дверь открывалась только изнутри, поэтому, толкнув Данилу, я показал на Призрака.

- Быстрее, - скомандовал Вадим, - пока не включился запасной генератор.

У нас оставалось совсем немного времени, пока дверь ожидала поступления тока, но протиснуться сквозь обезумевших от неожиданности сектантов, видимо, высокого ранга, удавалось с трудом. Данила с удовольствием и щедростью раздавал тумаки направо и налево, расталкивая сборище балахонов, Вадим выпустил пару патронов в воздух для поддержания шумихи и разжигания паники, я же просто обошёл по краю, подсвечивая путь фонарём.

Вбежав внутрь, я оказался в небольшом слабо освещённом помещении, пониже, но просторнее, чем предыдущая комната. Точно впереди меня в паре шагов начиналась перегородка, разделявшая комнату на две части. Справа небольшое пространство отделяло перегородку от палаты, огороженной стеклом с пола до потолка и с дверцей посередине. В свободном пространстве располагались компьютер и иное оборудование. А под потолком висел работающий монитор, и с него на меня глазел мой электронный знакомый. Запасной генератор заработал.

Слева, держа Лею перед собой в качестве живого щита, с пистолетом в руке к задней стенке медленно пятился Призрак. Вадим, вбежавший следом, сразу свернул вправо - и на то были причины: в палате на кушетке со странной закрытой маской на голове и всё в той же больничной пижаме лежала девушка, очень похожая на Марианну, а рядом с ней на одном из компьютеров что-то настраивал Мастер.

Сюда успел забежать и Данила, а в самый последний момент, когда дверь уже закрывалась, протиснулся Игорь.

В этот момент я уже не особо отдавал себе отчета в происходящем, просто понимая, что времени, чтобы предотвратить неизбежное слева и справа одновременно, попросту не осталось.

Вадим и я следом за ним бросились вправо, Данила и Каврин - влево. Подбежав к двери стеклянной палаты, Вадим потянул на себя дверцу, но она не поддалась. Тогда он, отойдя назад, сделал два выстрела в стекло, но пули лишь отскочили, оставив еле заметные следы.

Мастер, отвлёкшись на звуки выстрелов, лишь зло усмехнулся и вернулся к своим делам.

- Какая встреча! - глядя сверху, воскликнул Люцифер, когда увидел моё лицо.

- А я уже боялся, что мы не встретимся, - ответил я на приветствие.

- Как же, - ответило улыбающееся зелёное лицо, - я же предупреждал тебя о нашей встрече.

- Ты также говорил, что мы можем оказаться по разные стороны баррикад, - припомнил я.

- Так и есть, - недобро подтвердил Люцифер. - Ты меня обманул и использовал.

- Я находился под гипнозом, - оправдался я, - а ты сейчас играешь на его поле.

- Ты про Мастера? - догадался Люцифер. - Он, в отличие от всех вас, велик, и он поможет мне стать больше, чем просто обитателем компьютера.

- Ты кое о чём забыл, - я решил напомнить ему о его предназначении.

Но в этот момент за спиной, за перегородкой прозвучал выстрел.

- Кажется, у твоих друзей неприятности, - расхохотался Люцифер, - я подожду, когда ты вернёшься. А чтобы было веселее, я накормлю вас газом.

Люцифер говорил правду - из вентиляционной трубы медленно начал поступать какой-то газ.

Будто ток прошёл по всему телу. Я шепнул Вадиму:

- Попытайся отключить Люцифера, - потом выхватил у него оружие и направился на помощь Даниле и Лее.

Как только обогнул перегородку, я встретился со знакомым тяжелым взглядом Призрака. Игорь, держась за живот, медленно отползал к стене рядом с дверью, Данила, спрятав девушку за собой, отходил к перегородке. Выстрел предназначался Каврину, и Призрак всё ещё не менял направления дула.

- Как же ты меня достал! - зло воскликнул Последователь, глядя на лежащего. - Почему же ты не подох тогда! Ну, ничего, сейчас ты отправишься к своим дружкам.

- Но сначала я верну должок! - крикнул я, вскидывая пистолет.

Призрак успел перевести прицел на меня, но мой выстрел грянул раньше. Последователя отбросило к стене, но тот ещё оставался в сознании и снова поднял на меня оружие.

- И ещё один от меня, - еле слышно прошептал Игорь.

И я выстрелил. Второй пули для Призрака оказалось достаточно.

Данила растерянно посмотрел на меня, я на Каврина.

- Я в норме, - прохрипел Игорь. Лея бросилась к нему зажимать рану.

Я вспомнил про Вадима и позвал Данилу на помощь. Газ уже начал действовать - в теле ощущалась не пойми откуда взявшаяся усталость, движения становились всё медленнее, тяжелее.

Вадим, увидев нас, смахнул пот со лба - глаза выдавали сомнение в нашем возвращении.

- У нас проблемы, - сказал он. - Код изменён и защищён. Кто-то добавил к вашей компьютерной программе вирусный модуль.

- Восстановить нельзя, - ответил Вадим на вопросительный взгляд, когда я подошёл ближе. - Но если смогу найти место кода по базовому шаблону, то можно будет вернуть начальные настройки программы.

- Что для этого надо? - спросил я.

- Просто заставь его обрабатывать эту часть данных, - чётко, но не очень понятно проинструктировал Вадим, что-то набирая на стоящем здесь компьютере.

Я поднял глаза на монитор:

- Впусти нас! - у меня, наверное, никогда прежде было подобного голоса - бескомпромиссного, когда нечего терять.

- Извини, - язвительно ухмыльнулся Люцифер, - но ты здесь не командуешь.

- Вспомни про свою игру, - кажется, я понял, как можно выполнить просьбу Вадима. Сердце бешено стучало, но разум оставался чист.

- Ты поверил знакам и себе, - сказало лицо, - и вот ты здесь. Моя игра завершена.

- Не так скоро, - остановил его я. - Вспомни, на что была направлена твоя игра.

Я украдкой взглянул на Вадима - он одобрительно кивнул головой:

- Ещё немного.

- Что же я должен вспомнить? - Люцифер гневно посмотрел на меня. Вадима он просто не замечал: может, тому удалось оказаться вне поля зрения программы.

- Девушка, которую ты просил меня найти, лежит за этой дверью, - как можно чётче сказал я, уже не особо держась на ногах.

- Какая девушка? - Люцифер сменял эмоции на экране, как перчатки.

- Тебя создали для того, чтобы ты передал послание, - продолжал объяснять я. - И вот ты здесь. Так почему ты медлишь?

Лицо на мониторе исказилось: Люциферу явно не нравилось, что я ему говорю.

- Это всего лишь игра! - крикнул он в ярости. - И я просто играл с тобой.

Я замолчал в замешательстве. Если то, что он говорит правда, то я проиграл. И не только я. А в палатке Мастер уже отошёл от компьютера, на котором начался обратный минутный отсчёт и взял в руки древний по виду резной кинжал. Но заряд Леи никак не желал сдавать позиции нагнетаемой безысходности.

Оставался только один вариант - вернуться к истокам, вспомнить имя отца... Я надеялся, что не ошибаюсь.

- Вспомни! - закричал я. - Вспомни своего создателя, Игната Васильевича Резова!

На мгновенье лицо Люцифера замерло, улетучились все эмоции, испарилась ярость и надменность.

- Нашёл! - воскликнул Вадим, нажав на клавишу ввода. Монитор резко потух - Люцифер пропал. А в дверце что-то щёлкнуло. Данила, всё правильно понимая, в мгновение ока подскочил к ней и дёрнул на себя. Последняя преграда была преодолена.

Но, оказалось, мы недооценили Мастера. Ворвавшись в палату, мы словно попали под пресс: казалось, что воздух стал стократно тяжелее, сжимая нас со всех сторон и прижимая к полу, - Мастер всего лишь протянул в нашу сторону правую руку. В левой он сжимал кинжал, видимо, уже готовый к ритуалу. Наши тела, ослабленные от газа, и вовсе перестали слушаться. Не в силах устоять, мы упали на колени, а таймер уже достигал отметки в пятьдесят секунд. Мастер не спешил убивать свою жертву - наверное, он ждал, когда истекут последние секунды. Мы не могли ему помешать, он полностью управлял нами.

Пустыня. Как я в ней оказался? Вокруг песок и песочные горы - барханы. Ноги, будто ватные, утопают среди моря песчинок. Ужасная жажда. Ко всему прочему, на горизонте что-то мутнело. Вероятно, собирается песчаная буря. Что делать - бежать? Чтобы скрыться от бури, нужно начинать бежать прямо сейчас. Страх толкал меня назад, но какое-то чувство не давало сдвинуться с места. С горизонта подул ветер, поднимая песчинки в смертельном хороводе. Она ведь убьёт меня, если я встречусь с ней лицом к лицу. Но песчаная буря не ждала, набирая обороты.

В какой-то момент мой разум окончательно обуял страх. Я повернулся спиной к буре и побежал, что есть сил. Двигаться было тяжело, ноги не слушались, лишившись твёрдой опоры, песчинки уже кружились перед глазами, заволакивая всё вокруг меня.

Вдруг мой взгляд упал укрытие - небольшую хижину недалеко от меня. Я свернул туда. Когда же я добрался до постройки, прямо перед дверью столкнулся с Леей. Девушка ждала меня, но не спешила пропускать внутрь.

- Как ты здесь оказалась? - страх толкал меня вперёд, но переступить через Лею я не мог.

- Туда нельзя, - уверенно произнесла девушка, отталкивая меня назад.

- Почему? - крикнул я, потому как за спиной уже гудела буря, и нельзя было различить других звуков. - Мне нужно спрятаться в укрытие, иначе я погибну!

- Это ловушка, - спокойно ответила Лея. - И если ты войдёшь, тебе не выбраться. Я не могу тебя сдерживать - это не в моих силах, но ты должен вернуться, чтобы спасти её и себя. Победи эту иллюзию, победи Мастера.

Последние слова звучали не столько призывом к действию, сколько мольбой, иначе они не дошли бы до моего разума сквозь оболочку страха.

Иллюзия? Такая реальная? Я чувствовал ветер, чувствовал, как больно бьются об меня бешеные песчинки, чувствовал страх и боль, холод и удушье - и это всё во сне? Нет, это не сон, но и не реальность. Это и вправду иллюзия, самостоятельная, созданная кем-то могущественным. Такому не жаль проиграть. Но не сейчас.

Раздумывая, как выбраться обратно в реальность, я забрался на один из барханов, и тогда песчаный ад предстал передо мной во всей красе. Неожиданно ответ сам меня нашёл: прыгнуть в бурю. От такого и умереть недолго, не то, что проснуться. Но буря будто ждала моего решения, остановившись передо мной, не спеша настигать одинокого путника в пустыне. И я шагнул навстречу бушующему миру песка, который безжалостно поглотил меня. Миллионы песчинок с силой разрывали мою одежду, а затем и тело, и острая боль пронзила от головы до ног. Неужели, я поверил в обман?

Я с трудом открыл глаза. Мастер находился в той же позе, но таймер уже преодолел середину отсчёта. Я уже почти лежал, завалившись на левую руку, правая была свободна, и в ней я что-то неосознанно сжимал.

Двадцать пять. Данила и Вадим лежали рядом без сознания.

Двадцать четыре, двадцать три. Сил не хватало даже на то, чтобы держать глаза открытыми. Но Мастер не отступал.

"И мне рано сдаваться", - решил я, пытаясь понять, что в руке.

"Это же фонарь", - про себя вспомнил я.

Мастер, Марианна, я и... фонарь! Если изменить окружение на более иллюзорное, то с уверенностью можно было сказать, что повторяется мой сон. И окончиться он должен так же.

Двадцать две, двадцать одна. Собрав остатки сил и сознания в один сгусток энергии, я щёлкнул на выключателе, выбрав режим повышенного энергопотребления прожекторного типа, и направил столб света Мастеру в глаза. Ослепнув на миг, тот прикрыл рукой глаза и ослабил хватку. Я сразу почувствовал это и не преминул воспользоваться.

Двадцать, девятнадцать, восемнадцать. Методом пьяного подъёма, когда опираешься на единственную часть тела, чтобы весь остальной путь провести в падении, я вскочил на ноги и, размахнувшись фонарём для удара, полетел на Мастера. Газ, который давно заполонил эту палату через открытую дверцу, на гипнотизёра действовал точно так же негативно, как и на нас. Поэтому он не успел защититься кинжалом, пропустив первый удар. Да и второй тоже. Бил я не сильно - просто не хватало сил, поэтому я просто повис на Мастере, повалив его.

Семнадцать, шестнадцать. Шансов у противника было куда больше, поэтому я оказался снизу. Мастер не спешил меня убивать: он, скорее, желал вовремя завершить свой ритуал. Его попытка освободиться от моего захвата и подняться не принесла результатов - я не желал отпускать гипнотизёра.

Пятнадцать, четырнадцать. Мастер передумал, и налёг ещё сильнее, давя телом сверху на кинжал - я успел лишь скрестить руки на груди, блокировав кинжал в нескольких сантиметрах от лица.

Тринадцать, двенадцать, одиннадцать. Пока я мысленно прощался со всем, что мне дорого, Данила и Вадим медленно, но верно приходили в себя.

Десять, девять, восемь. Мастер не ожидал, что я окажусь настолько назойливым в такое неподходящее время, поэтому приложил все силы, чтобы поскорее покончить с возникшей проблемой. Газ уже совсем затуманил разум, и я видел всё сквозь непроходимую дымку.

Семь, шесть. Данила, тряхнув головой, устремился ко мне с низкого старта, в два шага оказавшись рядом. Размах металлической дубинкой, и метким и сильным ударом игрока в гольф друг выбил из Мастера любое желание что-либо мне сделать.

Пять, четыре. Вадим, уже поднявшись, рухнул на компьютер, где таймер подсчитывал последние секунды.

Три, два, один. Что-то замкнуло, и в следующее мгновенье всё померкло в глазах.

Нет ничего, что можно назвать абсолютным. Зло может уничтожить весь мир и остановиться перед чистой душой, а Добро захватить сознание миров, обрекая всё на медленную гибель в райских кущах. Об этом надо помнить, осуждая законы естества.

Раунд 4 (финальный). Исповедь зла.

Сцена 1.

Когда я пришёл в себя, то в первые секунды, кроме белого цвета, ничего не мог разглядеть. Но на рай походило в последнюю очередь. Я попытался приподняться, однако тело не слушалось - удалось повернуть только голову.

- Больница, - подсказал внутренний голос.

Я лежал в обычной многоместной палате, и, кто соседи, догадался без раздумий. Моя койка стояла у окна, в глубине комнаты. Справа, по направлению к двери, лежал Данила, затем, возможно, Лея. Напротив, скорей всего, Вадим. Остальные койки оказались незанятыми.

В окно било утреннее солнце, в палате было тепло и уютно. Но мне очень захотелось поскорее узнать, чем же завершилась история.

Или она не завершилась? Неужели, выбравшись из одной иллюзии, я попал в другую? Опять необходимо проснуться? Что на этот раз - прыжок из окна или смертельный укол? Но ведь я обездвижен... Этот кошмар, видимо, посильнее. Лежать не в силах ничего сделать и просто наблюдать - не этим ли я занимался всю свою жизнь? Метафора, но довольно точная. Неужели, это наказание за безучастность? Но ведь я делал, что мог. Что с девушкой? Почему ничего не происходит?

Однако помешательство прошло, как только появился Владимир.

Он влетел в палату часа через два - все уже проснулись, но лежали неподвижно и молча, поэтому я не заметил их пробуждения. Эти мгновения дались мне намного сложнее, чем стрельба по Призраку и борьба с Мастером. Или это тоже был сон?

- Ну, как дела, токсикоманы? - оптимистично пошутил он ещё с дверей.

С большим пакетом в руках, в котором, банально, лежали фрукты и сок, Вова прошёлся до окна и положил поклажу.

- Как снова научитесь передвигаться, приятного аппетита, - пожелал друг. Сам же присел на свободной койке.

- Не тяни, - промычал Данила. - По-любому, знаешь больше, чем мы.

- А чего такие грустные? - лицо Вовы ещё больше засияло, - мы ж всех победили.

- Правда? - Данила тоже поддался влиянию хорошего настроения.

- И девушку спасли, - добавил Вова.

- И сами спаслись, - завершил он свою фразу.

- И, кстати, - друг направился к двери, но остановился перед выходом, - когда после терапии вы окончательно придёте в себя, узнаете ещё немало интересного.

Когда он вышел, в палату вошла медсестра и сделала нам по уколу, после чего силы почти сразу восстановились.

- Мышцы снова слушаются своего папочку, - довольно произнёс Данила, выполняя подобие утренней зарядки.

- Надо узнать, как сестра, - Вадим впрыгнул в тапочки и направился к дверям.

Я решил составить ему компанию. Но дверь вдруг распахнулась, и внутрь вернулся Владимир. В компании с Андреем Викторовичем, облачённым в чёрный деловой костюм с белой рубашкой.

- Вы, скорее всего, спешите встретиться со своей сестрой? - Андрей Викторович оглядел Вадима, оценивая его состояние. - Увы, вынужден вас задержать - она на терапии. Так что несколько минут придётся побыть в моём обществе.

- А вы кто? - всё ещё не веря глазам, я уставился на вроде бы преподавателя из моего университета. Никогда не предполагал, что могу так искренне удивляться.

- Не думал, что у вас от ваших приключений память отшибёт, - полушутя произнёс Андрей Викторович.

- На самом деле, я возглавляю один особый отдел, - совершенно серьёзно продолжил он после того, как насладился действием шутки. То есть на следующую секунду. - И, признаться, вы заставили меня побеспокоиться.

- Подумать только, - постепенно повышая эмоциональную насыщенность речи продолжил он, рассекая нашу группу и двигаясь к середине палаты, - три студента-раздолбая, потерянная в фантазиях девушка, брат похищенной и выставленный козлом отпущения агент уничтоженного отдела смогли сделать то, чего не удавалось моему отделу - да что там, ни одному секретному отделу по всему миру!

- Два, - незатейливо заметил я, возвращая шутку, - я - зачинщик.

Андрей Викторович улыбнулся:

- Да, видимо, зря я в вас сомневался - я уж грешным делом подумал, что вам придётся немного погостить в психиатрической клинике.

- Ну, да, неплохая вышла бы благодарность, - осторожно заметил Данила. - С нашим-то послужным списком.

Андрей Викторович бросил в друга оценивающий взгляд, но ничего не ответил.

Лея прижалась к Даниле, держась за его руку. Владимир уселся на кровати, вытянув ноги, а я стоял в стороне, пытаясь разгадать, чего ждать от этого знакомого неизвестного человека.

- Боюсь, результатов ваших деяний вам никогда по достоинству не оценить, - уклончиво ответил Андрей Викторович после долгой паузы.

Он достал из-за пазухи пять листков бумаги и протянул их нам.

- Подписка о неразглашении всего неординарного, с чем вы сталкивались в последнее время, - пояснил Андрей Викторович.

Нам ничего не оставалось, как поставить подписи.

- Вы ответите на наши вопросы? - спросил Данила как бы между прочим.

- Или хотя бы расскажите, чем вчерашнее закончилось, - попросил я.

- Увы, - тот отрицательно покачал головой. - Государственная тайна.

- Но зато у меня к вам будут вопросы, - собирая листки, обрадовал нас Андрей Викторович. - И первый из них: кто был вашим информатором?

Мы удивлённо посмотрели на допросчика, он, поймав наш взгляд, совсем сконфузился:

- Так он что, был прав?

- Кто? - Данила только и ждал момента, чтобы зацепиться. Но замолк, получив в ответ железобетонный взгляд.

- Хорошо, - продолжил Андрей Викторович после более длительной паузы. - К вам и вправду попал электронный разум?

Я положительно кивнул головой.

- И где он сейчас? - допросчика заинтересовала эта информация - он повернулся и внимательно на меня поглядел.

- В последний раз был на диске в лаборатории, - честно ответил я. - В очень недружелюбном расположении духа.

- Это он вас направлял? - задал следующий вопрос Андрей Викторович.

- Не только, - сказал я в ответ. - Ситуация будто сама собой сложилась.

- Судьба, - улыбнулся Владимир.

- Совпадение, - добавил Данила.

- Да, профессор неплохо постарался, - таинственно подытожил допросчик, - только какова была его цель?

Андрей Викторович, не прощаясь, спешно вышел из палаты.

Оставшись без присмотра особого отдела, мы быстро избавились от скованности. Я посмотрел в сторону Вовы:

- Ну, чего, не тяни, что вчера видел?

- А как же подписка? - Владимир очень реалистично играл роль законопослушного гражданина.

Я и Данила обдали его укоризненным взглядом, под напором которого тот изменил своё отношение.

- Ладно, слушайте историю Вольтера, - сдался Вова, вальяжно располагаясь на кровати. - Вчера ведь меня газ так и не накрыл, поэтому могу рассказать, как заново познакомился с Андреем Викторовичем.

- Ты запомнил, как его зовут? - Данила, улыбаясь, взглянул на Владимира.

Вова не отреагировал на эту шутку - просто он уже вошёл в роль рассказчика.

- До рубильника, значит, я дошёл без происшествий, - начал друг в ораторском тоне, - отрубил свет и пошёл обратно. По пути на меня выскочил какой-то фанатик, - тут он начал сопровождать свои слова описательным маханием рук: - я ему правой, потом левой, потом ногой, ну, он и расхотел дальше приставать.

- В общем, - Владимир заглотнул новую порцию воздуха для продолжения, - когда я дошёл до лестницы, на меня набросились люди куда серьёзнее, омоновцы, скорей всего. Они меня и вывели наверх, где я предстал перед Андреем, - он покосился на Данилу, - Викторовичем. Я тогда очень удивился, но следом за этим мне чуть крышу не сорвало, когда я узнал, что с вами там грязные сектанты вытворяли. - Заметив мой нетерпеливый взгляд, Вова вернулся на допустимую волну, - короче говоря, я вас увидел, только когда ваши бесчувственные тела вынесли из лаборатории на носилках. После того, как карета скорой помощи отъехала, я краем уха услышал доклад оперативника Андрею Викторовичу: значится, Первого Последователя не нашли, Мастер убит своим же кинжалом, который странным образом пропал, а лабораторию быстро заливает водой, так как насосы остались без электроэнергии. И что они не нашли лабораторию как раз из-за того, что насосы за последний месяц откачивали воду всего лишь раз, и то за пару часов до ритуала.

Я посмотрел на Данилу.

- Тот, кто должен был погибнуть, пропал, а кто должен был выжить, теперь отдыхает в небытие, - грустно заключил он, пояснив Владимиру реальный расклад.

- Видимо, опять я пропустил самое интересное, - Вова почесал затылок. - Но если не вы убили Мастера, то кто?

- Боюсь, что самое интересное осталось за кадром, - успокоил его Данила. - И нам, скорей всего, не удастся об этом узнать.

- Эй, господа, - не согласился я с унылой констатацией друга, - мы, между прочим, обезглавили чуть ли не опаснейшую секту, раз вокруг неё поднялась такая шумиха в среде спецагентов. Так что же, сами не догадаемся, в какой каше варились всё это время? Как вы думаете, с кем я сейчас хочу поговорить?

Вова понял мой намёк:

- Он в реанимации. Но ему уже лучше.

В этот момент в палату заглянула медсестра, предупредив, что Марианна свободна для общения. Вадим, так и не проронивший ни слова, поспешил за ней, поторапливая своего путеводителя. Лея, выскользнув из объятий Данилы, чмокнула его и последовала за ушедшими - у неё, похоже, возник свой интерес.

- А надолго мы к Каврину? - что-то рассчитывая, спросил Вова. - А то мне до обеда дома надо быть, не то жена убьёт.

- Так ты ж в семье хозяин, - с издёвкой усмехнулся я.

- Они по сезонам чередуются, - поддержал меня Данила.

- Очень смешно, - хмуро ответил Владимир, посмотрев на две улыбающиеся рожи и на часы, - ничего, подождёт - здесь интереснее.

Спешно покинув палату, я и Данила последовали за Владимиром, ведущим нас к Игорю Петровичу Каврину.

На углу перед поворотом, чуть не шагнув в перекрёстный коридор, Вова вдруг остановился и потянул нас назад, махнув рукой в сторону. Там, стоя рядом с лестницей, громко беседовали Андрей Викторович и следователь Катаев. Мы изначально не хотели подслушивать, однако они говорили слишком громко (это что касается подписки).

- Так чего вы от него хотите? - Андрей Викторович развёл руками. - Ему и так немало досталось.

- Между прочим, он до сих пор находится в федеральном розыске! - так как они не раскрывали имён, боязнь лишних ушей им не мешала. Хотя я почти с первых слов догадался, о ком идёт речь.

- Между прочим, он до сих пор может умереть! - жёстко парировал Андрей Викторович. - На нём вам не заработать галочки, дорогой мой. Или вы забыли, кто спас ваших людей и вас в перестрелке в больнице?

- Я лично никого не разглядел, - предложил отговорку Катаев.

На что Андрей Викторович резко ответил:

- Да если бы не его люди, вы потеряли бы не одного, а всех, - и взял следователя за грудки, - и сами бы потерялись к чёртовой матери!

- Отпустите меня, - не ожидая такой выходки, затрясся Катаев.

- С удовольствием избавлюсь от вашего общества, - сухо ответил Андрей Викторович, разжимая пальцы, - и советую не попадаться мне на глаза, иначе не сносить вам своей головушки.

Последние реплики мы слышали уже не так отчетливо, так как уже направлялись в сторону реанимации. Медсестра, вставшая было на пути, не успела уследить сразу за троими: разыграв несложный манёвр, мы оказались в комнате перед капитаном Кавриным, лежащим на отдельной койке и "подсоединённым" к медицинской аппаратуре.

Он удивился нашему появлению - его брови приподнялись, а на лице на мгновенье мелькнула улыбка.

- Здесь нельзя находиться! - вскрикнула молодая медсестра, вбежавшая вслед за нами.

- Брось, Вика, это свои, - тихим голосом успокоил её Игорь.

- Оперативно работаешь, - подмигнул Данила, и мы рассмеялись. Но Каврин смеялся неискренне. Не заметить этого было нельзя, поэтому я спросил напрямую: - Что-то не так?

- Боюсь, не могу вам сказать, - ответил Каврин, хмурясь - какая-то тяжёлая мысль не давала ему покоя.

- Можешь, можешь, - уверил его Владимир, - мы свою подпись уже поставили.

Игорь с трудом улыбнулся:

- Сомневаюсь, что это даёт мне право распространяться о некоторых вещах. Лучше уходите, иначе и вас за компанию приберут - зуб даю, за мной уже идут.

- Не пройдёт такой номер, - заявил Данила. - Один наш хороший знакомый тебя в обиду не даст.

- Не такой уж он вам и знакомый, раз вы на передовой оказались, - иронично произнёс Игорь. - Или вы изначально были его агентами?

Я отрицательно помахал головой, ответив:

- А ведь именно так и выглядит.

- Расскажете раненому солдату, чем матч закончился? - Каврин всё-таки не выдержал. - А ты покарауль за дверью, - попросил он Вику.

Медсестра фыркнула в ответ, но вышла. Данила поведал обо всём.

Услышав, что Призрак исчез, Игорь погрустнел.

- Как же ему удалось? - процедил он.

- Этот Призрак всех одурачил и чуть было не победил, - оценил Данила.

- Этот ваш Призрак сломал мне жизнь, чуть не отняв полностью, - сказал Игорь, тяжело дыша. Наконец, он коснулся своей истории. - Тогда я работал в отделе у одного генерала, чтоб ему пусто на том свете стало. Так вот, стали разрабатывать секту, и по плану нужно было обеспечить похищение девушки. Только очень поздно до меня дошло, что план дырявым оказался. В это время мы и познакомились, - Каврин обвёл нас взглядом, - когда я находился в самом худшем расположении духа: секта с девушкой пропали, нашего подсадного агента нашли убитым, а ещё вы с паролем.

- Что же там произошло, когда я назвал фальшивую комбинацию? - я вопросительно посмотрел на Игоря. Очень я не хотел касаться больной темы и без того раненого человека, но раз уж так получилось.

- И хорошо, что правильный не назвал, иначе информация на диске попала бы к этому генералу, - сказал Каврин почти шёпотом. Ему трудно давалось говорить, однако он не останавливался.

- Они прослушивали наши телефоны, - продолжал он, - и как только ты назвал пароль, был отдан приказ о зачистке отдела и захвата диска. И самое жестокое в том, что убивали свои же, с кем я работал бок о бок не один год.

- В общем, - Игорь перевёл дух, - я и ещё двое смогли спастись, убийцы захватили диск, но он уже был повреждён. А потом неожиданно, - он грустно усмехнулся, - погиб генерал, а также все, кто принимал участие в зачистке. И это тоже свалили на нас.

Каврин замолчал. Я смотрел на него, ожидая продолжения, но он молчал.

И всё же он первым нарушил тишину:

- А потом я вспомнил про вас. Точнее, вы сами напомнили, когда угодили за решётку. И тут я снова напал на след. Я шёл за вами, понятия не имея, куда это приведёт, но выпало бинго.

- Когда мы начали сотрудничать с Призраком? - предположил я.

- Да, - ответил Игорь. - Подумать только, а я ведь тебя пристрелить хотел, когда увидел форматирование диска.

- Не судьба, - улыбнулся Владимир, похлопав меня по плечу.

- Эта пуля ведь не мне предназначалась? - подхватил улыбку я.

- Как бы хотелось мне самому вернуть ему должок, - пожалел Каврин. Повисла пауза.

- Только вот в чём вопрос, - я нарушил тишину, - как мы оказались вместе?

Понимая абстрактность вопроса, я разъяснил:

- Вы пытаетесь найти того парня с флэшкой. Она попадает ко мне. Генерал уничтожает отдел, но не получает информации. Его устраняют. При чём здесь Призрак и секта?

Неожиданно вернулась Вика, а за ней Андрей Викторович.

- Так вот он где рассадник государственных сплетен? - попытался пошутить он, чтобы смягчить нежданное появление.

- Вы что, подслушивали? - Владимир недоверчиво уставился на Андрея Викторовича.

- Разумеется, - он хлопнул Вову по плечу. - Мне бы он точно не рассказал свои откровения. Только я не думал, что вы предпочтёте общению со спасённой девушкой обсуждение секретной информации с агентом, - Андрей Викторович подмигнул мне.

- Прошу у вас прощения, - обратился он затем к Игорю, - не подумайте, что я злой и тщедушный, но по-другому я бы не добыл интересующей меня информации.

- Неплохой организатор, - оценил Каврин. - И с чего бы мне вам доверять?

Андрей Викторович показал медсестре взглядом на выход. После он обратился к присутствующим.

- Для начала, позвольте представиться, - Андрей Викторович начал сначала, - директор отдела по критическим ситуациям, сокращённо ОКС, недавно сформированного. Первым заданием стала разработка секты "Вечная жизнь".

Владимир громко сглотнул, Данила поперхнулся, а я просто каменным взором продолжал следить за знакомым незнакомцем.

Он продолжал:

- Так вот, вы всё равно оказались в этой истории, и я подумал, почему бы мне не предложить вам работу в отделе, майор Каврин? Мне нужны такие специалисты.

- Возможно, - согласился Игорь после недолгого молчания, ещё бы не согласиться, когда тебя повысили, - только сыграем в такую игру - я задам вам один вопрос, а вы честно на него ответите. Я понимаю, что другого случая может не представиться. Так как?

- Валяй, - после некоторого замешательства снисходительно одобрил Андрей Викторович.

- Кто и как меня подставил? - конкретно спросил Каврин.

Немного подумав, Андрей Викторович ответил развёрнуто:

- Всё это дело рук одного человека. Он связался с генералом, пообещав солидное вознаграждение, но когда тот провалил своё задание, этот человек убрал генерала и его людей их же руками. Параллельно он занимался так называемой учёной деятельностью с неким профессором, совершившим одно из величайших открытий в области сознания и подсознания. Примерно в это время я и столкнулся с ним. Заочно, разумеется. И мне показалось, что они с профессором подружились.

Всё это время я слушал, не вмешиваясь, соединяя в голове все связующие нити, но тут не выдержал:

- Да он же убил профессора!

- Не стоит так примитивно рассуждать о человеке, который меняет мир, - резко ответил Андрей Викторович. - Вы даже не представляете, насколько труден выбор в такой игре.

Я замолчал, понимая, что спорить с человеком, знавшим намного больше, чем я, бесполезно. Друзья этого не поняли, но директор ОКС их быстро осёк, отбивая желание касаться этой темы в дальнейшем. Однако с Кавриным дело обстояло куда сложнее.

- Не знаю, как вы, - злобно прошипел он, - но я бы с удовольствием убил его повторно, если он ещё жив.

- Это ваши личные счёты, - спокойно ответил Андрей Викторович, - и я обещаю, что если Ибрагим даст о себе знать, ты узнаешь об этом первым.

- Ибрагим? - переспросил Владимир.

- Его настоящее имя, - прошептал Игорь, сжимая кулаки. - Хорошо, я с вами.

- Здесь тоже разобрались, - потёр руки Андрей Викторович. - Сегодня мы больше не встретимся, - он оглядел нас по-отечески, - поэтому приходите в порядок, отдыхайте, не забывайте также о подписке о неразглашении. Информация, доступная вам, не должна быть услышана никем, ясно?

Мы положительно кивнули головой.

- А почему вы полезли в лабораторию под самый финал? - неожиданно спросил Андрей Викторович на пути в двери.

- Следователь Катаев, - без объяснений ответил я.

- Хоть чем-то помог, - усмехнулся директор ОКС, покидая нас.

- Я вот чего не пойму, - заговорил Данила, - если всё было так связано, причём здесь Китай?

Я вспомнил его вечерний звонок и улыбнулся.

Вдруг дверь открылась, и перед нами снова предстал Андрей Викторович.

- Я тут подумал, - сказал он отвлечённо, - Китай что-то темнит, Ближний Восток не особо радует, НАТО бесится, в общем, для ОКС работы хоть отбавляй. А штат расширять надо. Вы подумайте на досуге - не хотите ли ко мне в отдел?

И, ни секунды не медля, ушёл восвояси.

Наше групповое оцепенение прервала Вика, вернувшаяся в реанимацию. Набросившись на нас, она потребовала, чтобы больного оставили в покое и что ему нужен отдых. Так как мы выяснили всё, что хотели, причин спорить не оставалось: пожелав Игорю спокойной ночи, мы вернулись в коридор.

В холле неподалеку на диванах сидели Вадим, Марианна и Лея и дружно что-то друг другу рассказывали. Когда мы подошли, разговор неожиданно прервался, а сидящие уставились на нас, как на экспонаты музея.

Первой опомнилась Лея и повисла на Даниле, награждая продолжением утреннего поцелуя. Марианна, улыбнувшись, спросила приятным благозвучным голосом:

- И кто же мой спаситель?

- Да мы как-то все принимали участие, - ответил я смущённо.

- Ну, нет, - отмахнулся Владимир, - нечего на нас ответственность спихивать. Сам кашу заварил, сам и разбирайся.

Друзья дружно рассмеялись. А я лишь глядел ей прямо в глаза и не мог отвести взгляд. Даже здесь, в больничной пижаме, растрёпанная, ещё не отошедшая от долго наркотического плена, она была прекрасна.

- Давид, - представился я.

- Марианна, - мелодично ответила девушка.

После длинного разговора, почти не касающегося нашей истории, в ходе которого мы, наконец, узнали, что Лея на самом деле Лариса Евгеньевна Ярова, Марианну забрали на процедуры - ей предстояло ещё несколько дней реабилитации.

Вспомнив одну деталь, я заговорил с Вадимом с целью оправдать Каврина.

- Надо будет извиниться перед ним, - согласился Вадим, - недосказанное имеет свойство расти в ком.

Тут я припомнил и про себя.

- Наверно, и ты меня прости, - обратился я к Даниле.

- Не думаю, что тебе нужно просить прощения, - ответил он по-дружески, - Мы ведь шли на пределе.

Сцена 2.

Снег щедро засыпал город. Подарок под Новый год, что надо. Мелкие и крупные, хлопья носились в бурном хороводе, словно спешили выполнить свою работу по украшению мегаполиса в преддверии предстоящего праздника. Да, немало трудов ожидает коммунальщиков в январе.

Но больше трудяг коммунальных служб, всеми силами старающихся продлить горожанам приятные и полные ощущения от зимы, меня волновала Марианна. Я заходил пару раз к ней в больницу, и мы часами беседовали на различные отстранённые темы. Но сегодня - особый случай - я шёл к ней в гости. Домой. Позвонив в дверь, я лицом к лицу столкнулся с Вадимом.

- Ну, вы тут уж как-нибудь сами, - сказал он, натягивая шапку и полушубок. - А я пойду по делам.

Сидя у окна, мы рассматривали здания и улицу - вид был как у игрушки: переворачиваешь её, и пространство заполняет искусственное подобие снега.

- Ты ничего не помнишь? - осторожно спросил я, решившись на опасную попытку взбудоражить в памяти запрещённые воспоминания.

Но Марианна пошла мне на встречу.

- Только лицо, - улыбнулась она, считая, что я приму её за умалишённую. - И это лицо сказало, что он мой отец.

"Люцифер", - подумал я, посмотрев Марианне в глаза.

- Он сказал, что он, Резов Игнат Васильевич, мой отец, - продолжала она, не смущаясь моего взгляда. - Он попросил у меня прощение, сказав, что теперь всегда будет со мной, что защитит меня. Иногда он снится мне, и мы разговариваем во сне.

Она замолчала, внимательно следя за моей реакцией. А я задумался. Теперь почти всё стало на свои места. Профессор - создатель Люцифера и отец Вадима и Марианны - почему-то не имея возможности связаться с ними на протяжении всей жизни, создал электронный вариант своей души, сущность, которая, в конце концов, достигла адресата.

- Ты мне не веришь? - не выдержав долгого молчания, спросила девушка.

- Не верю, - ответил я как можно серьезнее, - я это знаю.

- Ты молодец, - добавил я. - Только никому никогда не говори того, что сказала мне сейчас.

- Даже Вадиму? - спросила она удивлённо. Наверное, Марианна ожидала любой реакции, кроме этой.

- Ему можно, - улыбнулся я. Кажется, я выполнил своё обещание.

Сцена 3.

Что может быть лучше Нового года? Только Новый год в компании родных и самых близких друзей. Когда не боишься предстать таким, какой ты есть, когда, наконец, можешь сбросить с себя маски и делать то, что тебе нравится и так, как у тебя это получается. Когда все, кого охватывает твой взгляд, ощущают такую же радость и воодушевление от фееричного праздника, что и ты. Когда рядом с тобой та, путь к которой представлял собой самый таинственный лабиринт в жизни; та, перед которой не стыдно преклонить колено и усмирить своё эго; та, с чьей душой познакомился и сблизился намного раньше, чем с её физическим воплощением. Когда ты по-настоящему счастлив, и ничто не в силах помешать радости жизни.

Ужасы и страхи забываются, праздники проходят, и жизнь возвращается в своё привычное русло. Я очень сблизился с Марианной, чаще бывая у неё, нежели дома, Данила послал к чертям общежитие и переехал к Лее, точнее, к Ларисе - таким образом, мы стали чаще пересекаться. Владимир всерьёз решил снять небольшой фильм мистического содержания. Или написать книгу. Или он пошутил. Майор Каврин пошёл на поправку. Андрей Викторович, звоня время от времени для подержания знакомства, в одной из последних бесед объявил, что в правительстве всё же утопили идею ОКС, и что наше бравое будущее под его командованием временно (а нет ничего более постоянного, чем временное) отменяется. С другой стороны, ни я, ни Вова, ни Данила не изъявляли особого желания идти в агентуру - по крайней мере, в ближайшее время больше не хотелось леденящих (или разогревающих) кровь опасных приключений - их нам хватило уже. В любом случае, пыль вокруг этой истории ещё не скоро уляжется. В качестве доказательства произошло ещё одно событие, не столько омрачившее мою посленовогоднюю радость, сколько ставя перед фактом, что мне уже никогда не стать прежним. Но мне показалось, что я вовремя остановился: случай ведь довольно непредсказуемая категория, определяющая балансировку между жизнью и смертью.

На часах было около полуночи, когда я возвращался домой от Марианны. Сегодня нам было хорошо как никогда, но оставаться на ночь я не стал: будто магнитом меня тянуло в тёмную мглу. Автобусов моего направления уже не было - водители мирно спали в своих постелях. Я шёл пешком, пытаясь не свернуть в сугробы - благо проезжающие автомобили порой подсвечивали дорогу. Добравшись до парка, я решил срезать путь. Преодолев примерно половину парка, я остановился - что-то встревожило меня. Оглядываясь, увидел человека, быстро настигшего меня. Я не мог пошевелиться, и это чувство было мне знакомым. И человек, лицо которого я разглядел чуть погодя, тоже.

- Доброй ночи, - поприветствовал меня Призрак. От него данная фраза звучала особенно зловеще.

- Ибрагим? - только и смог выдавить я.

- Как тебе удалось? - после некоторого замешательства спросил я предавшим меня дрожащим голосом.

- Несложный фокус, но мой маленький секрет, - он улыбнулся своей неоднозначной улыбкой.

- Убить меня пришёл? - напрямую спросил я, с трудом возвращая контроль над своими эмоциями. Эх, если бы удалось его подловить.

- Если бы убить хотел, ты бы здесь сейчас не стоял, - довольно убедительно ответил Ибрагим.

- А как же дуло, направленное мне чётко между глаз? - я всё же припомнил ту щепетильную сцену.

- О да, - согласился Призрак. - Тебе тогда жутко повезло. Признаться, у меня мелькнула мысль выстрелить, и если бы я поддался этому желанию, я бы проиграл. А ведь и здесь Каврин появился как нельзя кстати.

- Тогда что тебе надо? - продолжая допрос, я немного успокаивался. Ведь ничего другого я делать не имел возможности.

- У меня к тебе подарок в честь праздника, - произнёс он, в качестве доказательства сунув руку в карман.

- Вот, смотри, - Ибрагим протянул мне белый квадратный бумажный конверт.

- Диск! - мгновенно сообразил я. - До него так и не добрался Андрей Викторович - это ты взял его, убил Мастера и скрылся.

- Всё правильно рассуждаешь, - подтвердил Ибрагим. - Только на диске всё, в том числе восстановленные Люцифером данные.

- И ты отдаёшь его мне? - я недоумённо переводил взгляд с конверта на Призрака и обратно.

- У тебя есть выбор, - мой взгляд остановился на лице Ибрагима, и казалось, оно не лжёт. - Впервые за всю твою жизнь ты можешь выбрать свой путь, - ещё убедительнее дополнил Призрак.

- Сложный вопрос, - запнулся я, обдумывая предложение. Странно, эта история должна была уверить меня, что я почти избранный, непобедимый и не убиваемый (как и мои друзья), что именно мне - как я и желал и мечтал всю жизнь (но мои ли это мечты?) - суждено стать обладателем величайших тайн мира, а судя по серьезному выражению Призрака, ещё и их хранителем. Но ведь какая охота начнётся за этой информацией! Даже если никто не будет знать, что диск у меня, меня всё равно, в конце концов, вычислят, и тогда прольётся немало крови или же придётся пуститься в бега, как прежний хозяин тайн, который, к слову, благополучно погиб, и вряд ли о нём когда-нибудь узнают. Всё это время нас хранил случай - или тонкий расчёт профессора - не суть важно. Теперь такой защиты нет. И это не приключенческий фильм...

Я не избранный. Это не моя игра. Моя уже завершилась спасением Марианны.

- Нет, - наконец, твёрдо ответил я.

Ибрагим, не переспрашивая, убрал конверт обратно в карман.

- Странно, что ты предложил отдать мне диск, тогда как недавно охотился за ним, - сказал я. В любом случае, я не собирался передумывать, просто был интересен этот вопрос.

- Эти данные были просто необходимы Мастеру, - признался Ибрагим. - Хорошо, что они не попали ему раньше. Теперь моя забота сохранить их.

- Можешь просто уничтожить диск, - наивно предложил я.

- Нет, - Призрак отрицательно покачал головой, хитро щурясь, - он мне ещё пригодится.

- Ты только ради этого меня пригласил? - только сейчас я по достоинству оценил силу оппонента.

- Не совсем, - ответил он. - К тому же, ты сам пожелал прийти. Ты очень хочешь узнать, в чём участвовал. Увы, я не могу ответить на этот вопрос, но могу прокомментировать некоторые моменты.

- Андрей Викторович предположил, что ты подружился с профессором Резовым, - я воспользовался возможностью узнать больше, и начал издалека.

- Ну, он действительно стал моим другом, - еле заметно усмехнулся Ибрагим: либо над верной догадкой, либо надо мной, либо...

Некоторое время наслаждаясь моим немым вопросом, он снова заговорил:

- Я действительно хотел стать бессмертным, это желание возникло у меня после знакомства с Мастером. Но после того как я сошёлся с профессором, мне стало ясно, что оставаться человеком мне позволяло только чувство жизни - единственное чувство, которого я лишусь при обретении бессмертия. Да, я убийца, да, я ужасен, но у меня всегда есть цель - и даже Каврин выжил по моему желанию. Не спрашивай, как, просто из всех убийц того отдела он и несколько его приятелей сохраняли человечность, не превратившись в пауков.

Ибрагим выдохнул облачко пара, возвращаясь к прерванной нити рассказа:

- На меня была возложена роль сборщика информации. Необычной: сюда входили последние разработки, эксперименты, теории. Следуя указаниям Мастера, я связался с профессором. Не знаю, как вышло, но мы сошлись взглядами и характерами. Но нашей дружбе не суждено было просуществовать долго. У Резова ко мне была просьба, почему-то он доверял только мне: его теория, фундаментальная, глубокая и очень опасная в корыстных руках, а также его тёмное прошлое мешало ему воочию встретиться со своими детьми, давать им родительскую любовь и заботиться о них. Но опасность всё-таки коснулась его семьи. Это от меня он узнал, что жертва для ритуала уже выбрана, и кто она, но мне не было известно тогда, что это его дочь. А он не сказал. Он был мудрее и хитрее меня и Мастера вместе взятых.

Призрак потупил взор. Немного помедлив, он продолжил:

- Профессор попросил убить его. Для меня это было ошеломительной новостью, ведь если бы Мастер приказал избавиться от Резова, я скорее плюнул бы на бессмертие и избавился от Мастера. Но профессор решил, и решил окончательно. И я выполнил его просьбу. Оставшись без друга, я снова попал под влияние Мастера. Поэтому мне понадобилась ваша помощь, чтобы остановить меня. Знаю, звучит парадоксально, но мне нужен был противовес. Им стали вы.

Ибрагим вновь выпрямился, направив на меня свой орлиный взгляд:

- Я убил Мастера, потому что таким самое место в могиле. Я знаю - он будто моё будущее проявление. И я не желаю стать таким.

- А кинжал ведь с собой забрал, - напомнил я с намёком на несоответствие.

- Этот кинжал в надежном месте, - заверил Призрак, - опасно было бы его оставить. Пусть лучше побудет у меня.

- А Лея чем не угодила? - я продолжал спрашивать, пока у меня был шанс. - Почему же ты решил убить её?

- Не я - Мастер, - ответил Призрак, почти не раздумывая. - Он вычислил девушку и приказал избавиться от опасного свидетеля. К счастью, поручил он это мне. Смертный приговор, как ни крути, должен привести к смерти, однако мне удалось найти компромисс под предлогом возможности дальнейшего использования Леи. Извини, но это большее, что я мог сделать на тот момент.

- Уж слишком всё запутано, - оценил я. - Зачем Резов принёс себя в жертву?

- Как зачем? - удивлённо спросил Ибрагим. - Чтобы выбыть из игры и избавиться от смертельной опасности. Он переоценил своё создание, и это единственная его ошибка.

- Избавиться от смертельной опасности? - я не верил своим ушам. - Да ведь он умер!

- Кто тебе сказал такую глупость? - загадочно ухмыльнувшись, произнёс Призрак. - О большем не спрашивай, - настойчиво посоветовал он.

После длительной паузы, в течение которой я пытался достроить в уме всю логическую цепочку событий, я задал последний интересующий меня вопрос:

- Почему ты всё это рассказываешь?

- Кому-то ведь должен, - искренне ответил Ибрагим. - Из всех свидетелей моего существования ты единственный, у кого есть шанс понять меня, кто больше не встанет у меня на пути и кто может совершить мои ошибки - как если бы ты взял этот чёртов диск. Мне нет смысла убивать вас - вы выбыли из игры, и советую больше не возвращаться: живите счастливо, радуйтесь жизни. Для баланса мне нужны были заклятые враги, чтобы суметь остановить меня, если я вдруг изменю себе. Ненависти Каврина я добился сполна, с твоей компанией мне тоже уж точно дружбы не иметь. В любом случае, я больше вас не потревожу. Никто из них не потревожит - можете возвращаться к обычной жизни, только держите язык за зубами.

Убедившись, что я услышал и понял его последние реплики, собеседник подытожил свой монолог:

- Думаю, на этом мою исповедь можно считать завершённой. Последняя просьба - позаботься о девушке; она единственное светлое пятно в этой истории, мне и вправду её жаль. Будь уверен, профессор оценит.

- Можешь не сомневаться в этом, - ответил я, добавив, - и профессор здесь совсем ни при чём.

Призрак похлопал меня по плечу, шепнув на ухо адрес.

- Там находится женщина - мой подельник в покушении на профессора, - пояснил он. - Она многое может рассказать про секту. Можешь отдать её своему Андрею Викторовичу.

Эти слова были последними в наступившую ночь. Ибрагим медленно направился в сторону, откуда пришёл, и его силуэт, различаемый всё меньше и меньше, вскоре вовсе растворился во тьме. Будто и не было его. А я продолжал стоять на месте, окружённый мраком и холодом, и ни о чём не думал. Впервые в жизни я просто понимал. Понимал Игоря, желавшего лишь мести, понимал Лею, до конца не верившую в виновность Призрака, понимал Андрея Викторовича, пресёкшего мои обвинения в сторону Ибрагима. Моя теория Зла завершилась практической частью, многое, о чём я рассуждал, оказалось не столь значимым, а сам я... возвращался к серым будням повседневной жизни. Как и хотел.

- Главная игра ещё предстоит, мой лучший враг? - прошептал я в пустоту.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"