Начало Арьяварты

Далек угрюмый Хем и мрачный Вавилон...
Здесь ветер Севера неоспоримо правит - 
лишь над снегами крылья он расправит,
и слышен зимней бури плач и стон.

Тысячелетия секундами бегут...
Моя земля! Мой дом! Гиперборея!
Всего себя готов отдать тебе я,
я возлюбил твои и Свет, и Тьму,

твои болота, ледники, леса,
твои необозримые просторы,
на дальнем Юге сумрачные горы
и девственные Севера снега!

Теперь, когда плебеям отдан мир,
ты начинаешься за гранью нашей жизни - 
средь скал тебя когда-то видел Ницше.
Твоих сынов в Вальхалле вечен пир!

Печальных звезд полуночные лица
льют над тобой свет мертвого огня...
Восстань же вновь, Великая Земля,
мать россов и прародина арийцев!

		Путь ариев

Братья, наш путь - обратно,
к пеплу древних становищ,
в бури мрак непроглядный,
где нет покуда чудовищ,
неведомых нашим предкам,
пришедших губить Европу.
Огонь полярного света
поможет найти нам тропы...

И мы врагам оставляем
камни Эллады и Рима - 
святыни древние станут
местом вражьего пира.
Мы оставляем славу
Испаний, Германий, Англий - 
оплачет былые державы
печальный северный ангел.

Север! К нему стремимся - 
туда, где все начиналось,
где сталь боевая из крицы
под молотами рождалась,
откуда на колесницах,
жаждя славы и власти,
вырвались в Степь арийцы
под солнечным стягом свастик.

Теперь мы назад уходим - 
к святой земле Новограда,
к стальным от холода водам.
Но мы вернемся обратно!
И там, где сегодня правит
чужак трусливый и лживый,
арийский клинок отправит
черные орды в могилу.

Найди, волчица, в чащебе
Ромула с Ремом снова,
Рим основали чтобы
дети снегов и сугробов!
Встанут древние тени
в облике новой столицы.
Арийцы уходят на Север - 
чтоб фениксом там возродиться.

		Смерть Завоевателя

Не затихает пушек грозный рев...
Пылает бой - он долог и суров,
и шум его в мой бункер проникает.
Последний бой - его я проиграл,
я высоко взлетел - и вот я пал:
враг по моей империи шагает.

Я проиграл. Я знаю, что меня
во всех грехах отныне обвинят
продажные газетные писаки.
Как будто не враги, а только я
шагал по миру в зареве огня
и затевал безумные атаки!

Как первый из владык земных, Саргон,
что покорил Шумер и Вавилон,
я мир мечтал по-своему устроить.
Победа, пораженье - все равно:
бессмертье мне в умах толпы дано,
меня будут и клясть, и славословить.

Не вам судить меня, людские племена!
Я выпил Славу, как бокал, до дна,
и ненависть плебеев мне - награда.
Теперь иная чаша ждет меня,
наполненная пламенем вина
и с растворенными в нем гранулами яда...

		Легионеры II

Опять несется гневный зов трубы - 
враги идут в атаку на рассвете.
И с грохотом смыкаются щиты - 
час мужества, час ужаса, час смерти.

Солдаты южных нечестивых рас
на наши острия ордою лезут - 
но знаем мы: повергнет гордо в грязь
Стальной Орел - Баалов полумесяц!

Нам лезвия об этом же поют,
и смерть сама сегодня отступает
пред теми, кто отверг любой уют,
чтоб волком быть в свирепой серой стае.

А тем, кто пал - им слава и почет!
Они зато в сердцах своих не пали,
уйдя во мрак в доспехах и с мечом,
что кован из имперской нашей стали.

Сегодня враг опять будет разбит,
добычей нашей станет его город,
и Марс кровавый щедро наградит
всех тех, кто смел, жесток, могуч и молод.

Герой бессмертный в битву нас ведет,
нас окрыляют ненависть и слава - 
цари, о необъятная держава!
Правь миром, несгибаемый Народ!

		Поединок

Над морем шлемов - копья и знамена.
Безмолвные, два воинства стоят.
Над дикой степью, Солнцем опаленной,
поживы чая, вороны кричат.

Се - суд Богов, и се - Знаменованье,
на чьей сегодня Боги стороне.
О, как доспех противника сияет!
Я на него сжимаю меч в руке.

Мы рубимся. Клинки рождают искры.
давно отброшен иссеченный щит.
Врагу в глаза - свет солнечного диска.
Он ослеплен - и он будет убит.

Но что это? Мир меркнет предо мною,
и боль к земле пытается склонить...
Неужто зря я жертвовал собою,
и это знак, что нам не победить?!

Враг зря смеялся, зубы свои скаля - 
кровавый гнев глаза мои затмил,
и я поднялся... 
			Меч мой, словно пламя,
клык лезвия во грудь врага вонзил.

И враг упал. А я, покрытый кровью,
победу обретя в последний раз,
побрел к собратьев сомкнутому строю,
чтоб мертвым пасть вдали от вражьих глаз.

		Еще раз о любви

Чтоб с девой Андромедой обручиться,
Персей морского демона сразил,
Роланд прославил ту, что полюбил,
и Ланселот за Гвиньеверу бился.

Теперь пришли иные времена - 
мужчины о мечах своих забыли,
гербы родов - среди музейной пыли,
и неподвластна наша нам судьба...

Среди руин я призраком стою.
Друг другу нас предсказывали руны,
но выродились меч, перо и струны - 
как доказать, что я тебя люблю?

		Сталин

Россия - Сфинкс. Он - укротитель Сфинкса,
его взнуздавший боевым конем.
Со всей Европой не боявшись биться,
врага карал он сталью и огнем.

Он - темный властелин святой державы,
в его руке - сталь Красного Меча,
и миллионы с кличем в бой вставали:
"За Родину! За Сталина! Ура!"

Он - божество необоримой Власти,
пришедшее из азиатских недр.
Стальная Воля в штиле и ненастье
страну вела, и наш огонь горел!

Его уход сокрыт глубокой тайной - 
во все века уходят так Вожди.
И он бессмертен в нашей Славе давней - 
последний из стальных владык Руси...

		Стань Соратником!

Русь пробуждается, Русь встала на дыбы - 
опять нужны Суворов и Евпатий.
Решай же, русский, с кем сегодня ты:
с кем будешь ты в час битвы грозных ратей?

Нам враг несет интернационал
в самом отвратном и плебейском смысле,
он строит мир, где правит капитал,
где догмы подчиняют наши мысли.

А мы - романтики Свободы и Войны,
романтики клинка и автомата,
пылающего Севера сыны,
чью землю недруг захватил когда-то.

Разгневанный Ярило вновь встает
над скалами седой Гипербореи - 
пусть в ужасе попрячутся плебеи,
соратником стань нашим, Патриот!

		Ты

Ты - Дева Севера, Принцесса Снежной Дали.
Ты ездишь в колеснице золотой
так высоко, что видишь даже скалы
изваянными детскою рукой.

Такой тебя, любимая, я вижу,
ты в жизнь мою валькирией вошла - 
и пусть Вальхалла с каждым шагом ближе,
я знаю: снова встречу там тебя.

Я воин расы Пламени и Хлада,
я знаю - мной дракон будет убит,
и мне нужна только одна награда:
я твое имя нанесу на щит!

		Арийская Россия

Там, где прервались границы
новой татарской орды,
где сгинули темные лица - 
там начинаешься ты.

На старых воинских тропах
свежий оставлен след - 
последний оплот Европы,
ты символ наших побед.

Пыль стряхнули знамена,
алые, словно кровь.
Вражьим огнем опаленна,
встаешь на битву ты вновь.

Черную метку позора
смоют Слава и Месть.
Где нет твоих дозоров,
там начинается Смерть.

		Путь Анархиста

Путь анархиста начинается в тот миг,
когда ты сможешь вырваться из стада.
Я знаю, ты к борьбе уже привык,
сама Свобода по себе награда.

Ты станешь беспощадней и мрачней,
со временем, что проведешь в сраженьях,
зато ты не познаешь гнет цепей - 
тот гнет, что отразился в поколеньях.

Научишься ты быть всегда собой,
и в зной, и в дождь, и в вихрях зимней стужи.
А в миг, когда придет Смерть за тобой,
поймешь ты, что и Бог тебе не нужен.

		Ведьма

Ложатся звезды, как будто листья,
на путь сквозь сферы.
Ты с темнотою желаешь слиться,
дочь Люцифера.

Ты пляшешь джигу глубокой ночью,
и в лунном свете
король вампиров дары приносит
своей невесте.

Знак пентаграммы с козлиной мордой
несет свободу.
Идешь по жизни походкой твердой
в огонь и в воду.

Тебя не любят, тебя боятся,
ты всем чужая.
Заклятья ведьмы извечно длятся,
смерть побеждая.

		Подвиг

Была война. Огнем пылало поле,
дарившее России прежде хлеб,
и церкви силует на неба фоне
казался людям издали нелеп.

Они лежали, русские солдаты,
там, где огонь их вражеский застал,
и видели, как в громе канонады
стальной волною немец наступал.

Тевтонский крест на башнях танков вражьих - 
с ним рыцари на Русь шли в старину,
тут даже не погибнуть в рукопашной:
враг передавит всех по одному!

А битва шла - неравна и кровава,
огнем плевались в немца ПТР,
и жаром обращались в пепел травы,
когда подбитый вражий танк горел.

Но вот он - танк. А ружья - замолчали:
у тыла, брат, зарядов не проси!..
...И встал боец пред чудищем из стали,
встал богатырь несломленной Руси.

Встал - и упал, настигнутый на месте
свинцом немецким, но успел солдат
бутылкой с зажигательною смесью
отправить вражий танк в кромешный ад.

Он вспыхнул вмиг - неуязвимый прежде,
объятый ярким заревом огня...
А воин слышал, как водою вешней
захлестывал все поле клич "Ура!"

И умер он - из плоти, не из стали,
простой солдат несдавшейся страны,
в чьем сердце были Родина и Сталин,
и воля Предков гордой старины.

Ты пал, солдат - так спи себе спокойно
в родной земле, что спас от чужака:
ты не виновен, что сейчас проворно
Россиею торгуют с молотка...

А всем, польстившимся на Запада объедки,
я говорю: вы нам - враги стократ,
вас проклинают из могилы предки,
вам русские однажды отомстят!

		Подведение Итогов

Я сделал мало для родной Руси,
но вижу я отчетливо вдали
грядущую славянскую державу.
Я горд и тем на финишной прямой,
что будет вклад, пусть небольшой, и мой
в великом гимне ее грозной славы.

О многом не успел я рассказать,
устав ронять пустые словеса
на белую, как Арктика, бумагу.
Я на краю всю жизнь свою стою,
мне ведомо - однажды я сгорю,
но я не отступлю назад ни шагу.

Ноступит Гора-сокола эон,
взойдет Владыка Мира на свой трон,
Его я видел в сумерках когда-то...
Я славы или власти не ищу - 
таков я был, таким я завершу
свой трудный путь арийского солдата.

		Грядущая Война

Мне не дает предчувствие покоя
в дождливые и ветренные дни,
что мы живем в преддверии войны,
которая весь мир затмит собою.

Прислушайтесь! Опять гремит Орда,
вновь до небес в степях пыль заклубилась - 
враги былые снова ополчились,
желая поглотить нас навсегда!

Разноплеменных полчищь злое море
нахлынет, завывая, как бурун - 
но Русь сильна, и грозен наш Перун:
не страх, но гнев сверкнет в славянском взоре.

Европа дряхлая! Вовек тебе позор!
Россия вновь тебя собой закроет,
и вновь войска сойдутся на просторе,
чтоб, наконец, решить извечный спор.

О, желтых орд безжалостный вожак!
Пусть за тобой идут хоть рати Ада - 
им одолеть ли русского солдата?
Во прах повержен будет вражий стяг!

А мелкие людишки на Закате
довольно ручки будут потирать - 
им снова не придется воевать,
их снова спас герой славянской стати...

Но те, кто пал с мечом в руках своим - 
вновь суждено родиться будет им.