В стародавние времена была на свете страна, что славилась своими цветами. Со всего мира съезжались сюда купцы, чтобы купить семена и саженцы для садов королей и богатых вельмож. В особенной же цене были цветы могущественной феи Гортензии. Только у неё они были самых необычайных форм и расцветок. Но семян и саженцев она никому не продавала ни за какие деньги: "Цветы, пожалуйста, покупайте. Но семена- ни за что! Никто на земле не достоин владеть такими садами, как я!" Сколько купцы её ни упрашивали, каких только денег ни предлагали, Гортензия была непреклонна.
Но в одно прекрасное утро фея не обнаружила у ворот своего замка очереди из желающих приобрести цветы. И на второй день, и на третий никто не побеспокоил её просьбами. Так продолжалось целый месяц. "Странно,- подумала Гортензия,- так и разориться недолго!" И она послала служанку на рынок узнать, в чем дело.
- Госпожа,- вернувшись, рассказывала та,- в нашем городе появился садовник, цветы которого нарасхват. Все покупатели у него.
- А что необычного в его товаре?- выгнула дугой бровь фея.- Неужто его цветы красивее моих?
- Нет, госпожа. По сравнению с вашими они кажутся совсем простенькими, но покупателям они почему-то больше нравятся.
-Да, от тебя толку мало, придется все разузнать самой.
Утром следующего дня Гортензия, обернувшись нищей старухой, чтобы её не узнали, отправилась в гости к садовнику. Даже если бы служанка не указала ей, куда нужно идти, найти дорогу не составило бы труда. Телеги,кареты заморских купцов, слуги и служанки с корзинами - все устремлялись в одном направлении, к маленькому садику на окраине города.
Фея терпеливо пережидала очередь. Ей хотелось один на один встретиться с удивительным садовником и разгадать секрет его цветов. Ждать пришлось долго. Лишь только когда солнце стало клониться к закату, калитка захлопнулась за последним покупателем. Горбясь и шаркая ногами, чтоб больше походить на старуху, фея вошла в сад. Над клумбой с незатейливыми цветами склонился человек в испачканной землёй одежде.
- Любезный, позови своего хозяина!- обратилась к нему Гортензия.
- Хозяина?- удивился мужчина.- Здесь единственный хозяин - я.
Фея недоверчиво осмотрела его с головы до ног:
- А цветы,о которых говорит весь город, тоже ты выращиваешь?
- Больше некому. Я один здесь живу и работаю.
- А цветы, где они? Покажи мне их!- от нетерпения её пальцы дрожали.
- Вот они, бабушка,- указал садовник на клумбу, где складывались в узор незатейливые цветы.
- Эти?- презрительно скривилась фея.
Ни один из них ни шёл, на первый взгляд, ни в какое сравнение с её изысканными цветами. Но чем дольше она смотрела на них, тем больше не могла оторваться. Их лепесткам была свойственна именно та простота и чистота линий, которой обладает только истинная красота. А цвета... Они были незамысловаты, но настолько глубоки, что глаза, кажется, тонули в этой игре красок. До феи доносился целый букет ароматов. Один запах доносил тепло домашнего очага и дразнил ванилью свежеиспеченного пирога к чаю, другой нашёптывал о прелести полей и лугов, третий звал в странствия, напевая о прелести неизведанного.
Фея встряхнула головой, чтобы разогнать очарование.
- Как ты их выращиваешь? Продай мне свой секрет!- воскликнула она.
- Никакого секрета нет,- улыбнулся садовник.- Я выращиваю их с любовью и заботой, как учила меня моя матушка. Всё что я люблю, всё о чём я мечтаю, я вкладываю в эти цветы. Они отвечают мне тем же. И вот, настало, наконец время, поделиться этой красотой с людьми!
- Ты, наверное, очень богат! Ведь у тебя столько покупателей!- фея с сомнением оглядывала старый покосившийся домик и простиравшийся вокруг простой, но ухоженный сад.- Только вот деньги ты, похоже, правильно тратить не умеешь, или копишь?
- Что вы, госпожа! Мой дом и сад - это всё моё богатство! А деньги? Пойдёмте, я покажу.- он отряхнулся, одел куртку, взял небольшую сумку и повёл старушку по улицам города.
Солнце уже легло спать в красной дымке заката, на небе зажглась первая звезда. Ласковый ветерок трепал кудри садовника. После небольшого молчания тот продолжил:
- За свои цветы я много денег не беру. Пусть везде будет красиво - так учила меня матушка. А то немногое, что я за них получаю... Поверьте, есть люди, которые нуждаются в этих деньгах больше, чем я.
Он постучал в ветхую лачугу, дверь открыла маленькая девочка в старом платьице:
- Мама, мама, дядя Стефан пришёл!- пританцовывала она от радости.
Садовник щедро оделил её конфетами, о чём-то пошептался с матерью - фея услышала звон монет - и, провожаемый словами благодарности, отправился дальше.
- И что, ты все деньги раздашь?- еле поспевала за ним старуха.
- А зачем они мне? В них счастья немного. Мне гораздо приятнее, если эти деньги будут не просто лежать в сундуках, а помогут людям. Видишь, вон дом старого рыбака? Он живёт один. Однажды в его сети попалась акула. Уже на берегу он, думая, что она заснула, начал доставать её из сетей, а она отхватила ему руку. Кто ему поможет, кроме меня?
Долго ходил садовник по городу, раздавая выручку, полученную за день. Везде за ним, как тень, поспевала старуха, которая никак не могла понять - зачем помогать другим, если можно думать только о себе?
- Бабушка, а что тебя ко мне привело?- запоздало удивился Стефан, подходя к своему дому.
- Так что же ты сразу не сказала? Все ноги, поди, избила, идя за мной по городу. Ну пойдём, я дам тебе бесплатно несколько кустиков.
Гортензия торопливо схватила сморщенной рукой корзинку с саженцами и растворилась в воздухе. Садовник оглянулся по сторонам, озадаченно почесал голову и, пожав плечами, отправился спать.
А что же фея? Цветы, подаренные Стефаном, она велела посадить на самую лучшую клумбу своего сада. Её служанки заботливо поливали и удобряли саженцы. И вот настало время, когда бутоны должны были распуститься. Гортензия не находила себе места от нетерпения. Ей так хотелось поскорее увидеть эти цветы. Лишь только первый луч восходящего солнца коснулся клумбы, лепестки дрогнули и, медленно опускаясь, раскрылись. Но что это? Их форма, цвет не радовали глаз, а запах, где он? Его не было. Ничего не понимая, фея не отходила от клумбы весь день. Она подзывала то одну служанку, то другую, заставляла их смотреть на цветы, нюхать, но никакого волшебства не происходило.
- Здесь что-то не так! Надо позвать этого Стефана в мой сад и узнать в чём дело!- и, забыв принять облик старухи, она помчалась к садовнику.
У его калитки, как всегда, было полно народу. Гневно расталкивая всех по сторонам, Гортензия ворвалась в его сад:
- Ты меня обманул! Ты подсунул мне не те цветы!- закричала она на оторопевшего садовника.
- Сударыня, вы ошибаетесь, я вам не давал никаких цветов!- его взгляд недоумённо скользил по её богатому платью, рукам, изукрашенным браслетами и кольцами.
Фея поняла свою оплошность:
- Я та старуха, которой месяц назад ты подарил саженцы цветов, помнишь?
- Так вот. Цветы, которые из них выросли, даже близко не походят на твои! В чём дело? Ты сейчас же поедешь со мной и скажешь, что не так. Да, и прихвати с собой ещё саженцев, только других, настоящих, слышишь?- и, гневно шурша юбками, она пошла в свою карету.
Взяв цветы, садовник поспешил за ней. Лошади вмиг доставили их к замку феи. Садовник изумлённо оглядывался по сторонам. Такого буйства красок и форм ему ещё никогда не доводилось видеть.
- Ну, что ты застрял?- торопила его Гортензия.- Пошли скорее вон к той клумбе!
Она подвела изумлённого гостя к цветам и гневно произнесла:
- Что с ними не так?
Стефан нагнулся, что-то шепнул, и цветы, словно по волшебству, преобразились: по саду разнёсся чудный аромат, лепестки заиграли чистотой красок.
- Что ты им сказал? Научи меня этому, я тебе заплачу!- вскричала хозяйка сада.
- Волшебству любви научить нельзя, прекрасная Госпожа,- с улыбкой произнёс гость.- О чём вы думали, когда выращивали эти цветы?
- О чём думала? Что у меня будут самые прекрасные цветы на свете, что я выручу много денег, что...
- Ну вот видите. Настоящая красота не родится с такими мыслями. Её порождают только доброта, любовь и тепло.
- Да ты, никак, издеваешься надо мной?!- сверкнула глазами фея.
- Слушай же свою участь: отныне ты не сможешь дарить тепло и заботу ни одному живому существу на земле, ты сможешь дарить только холод. Больше ни одного цветка ты не вырастишь своими руками- все растения будут погибать при твоём приближении. Посмотрим, кому понадобятся твоя доброта и любовь, холодный человек!
В то же мгновение Стефан оказался в своём саду. Его лицо и руки состарились, их покрыли морщины, выросла седая длинная борода. Садовник оглянулся по сторонам: все цветы завяли. Стоило ему только протянуть руку, как их стебли тут же чернели. А в его ушах гремел голос феи:
- А чтоб ты мучился подольше - живи вечно! Попробуй теперь, подари кому-нибудь радость!
Отчаявшийся садовник не мог найти себе убежища. Где он только ни появлялся, всюду тотчас наступал холод. Люди не узнавали его изменившегося лица:
- Пошёл вон, проклятый старик! Ты несёшь только убытки и беды. Из-за тебя наши цветы гибнут. Что мы будем продавать? Нам всем скоро нечего будет есть!
Гонимый всеми, бывший садовник решил покинуть свою страну и уйти, куда глаза глядят. На прощание он зашёл к старому рыбаку.
- Куда ты теперь, Стефан?- сказал тот, поёживаясь от холода.
- Как ты узнал меня?
- По глазам. Они такие же голубые и добрые, как и прежде. Куда ты теперь?
- Не знаю, здесь мне нет места. - Он торопливо отвернулся к окну.
Не годится другу видеть его слёзы!
- Слыхал я,- сказал, раскуривая трубку рыбак,- что есть такая страна на севере,где половина месяцев в году холодные. Может тебе туда податься?
Глаза бывшего садовника оживились:
- А как туда добраться?
- Морем,- рыбак закутался одеялом,- только морем.
- Да кто ж меня на корабль-то пустит такого?
Рыбак решительно встал:
- Пойдём. Есть у меня один знакомый капитан. Договоримся.
Причал встретил их рабочей суетой. С одних кораблей сгружали сети с рыбой, на другие грузили ящики с фруктами и саженцами. Все были заняты делом. Но появление Стефана не осталось незамеченным. Все головы невольно поворачивались в его сторону:
- Никак колдун идёт - ишь, какая бородища-то. А холодом от него так и несёт!
У большого корабля друг тронул Стефана за рукав:
- Нам сюда.
Капитан, спустившийся по трапу, недоверчиво хмыкая, слушал рассказ рыбака и искоса поглядывал на бывшего садовника:
- Ну, а мне его куда? Он мне весь товар поморозит.
- Мясо, кому мясо?- послышались крики торговца.
Лицо капитана озарила улыбка:
- В трюме поедешь?
- Хоть на мачте, лишь бы до места добраться,- воскликнул бывший садовник.
- Только не обессудь,- капитан кивнул на мясо,- оно твоим спутником будет. Звать-то тебя как?
- Стефаном.
- Ну нет. Теперь тебе это имя не подходит,- капитан поёжился от холода.- Знаешь что? Будь-ка ты Морозом. Согласен?
- Да хоть горшком, только в печку не ставь.
* * *
Ох, и мрачным было это путешествие для Стефана. Всегда любивший свет и солнце, он задыхался в тёмном трюме. И лишь ночью, когда, кроме несущего вахту матроса, на палубе никого не было, он выбирался наверх, чтобы вдохнуть полной грудью свежего морского воздуха.
- Слушай, Мороз,- не раз говаривал ему капитан,- оставайся в моей команде. Вон от тебя какая польза - две недели уже плывём, а мясо не портится. Раньше нам его только солониной брать приходилось, ну а свежее-то не в пример лучше.
- Нет,- отвечал бывший садовник,- я свет люблю.
Однажды утром, когда он пребывал в привычной дрёме, до его ушей донёсся шум:
- Мороз, быстро наверх! Нам в бою лишние руки не помешают!
- Так ведь поморожу вас всех.
- Сейчас так жарко станет, смотри, как бы самому не растаять!
Стефан поднялся на палубу и заслонил лицо рукой. От долгого пребывания в темноте его глаза отвыкли от света.
- Не мешайся, старый!- гаркнул матрос.- Пираты - они быстрые, черти: раз, два и на абордаж!
Словно сквозь пелену Стефан рассмотрел быстро приближавшийся по левому борту корабль с чёрным пиратским флагом на мачте.
- Смотрящий, лодырь, прокараулил, увидел пиратов слишком поздно,- сквозь зубы ругался капитан.- Держи багор, отбиваться будешь. Ты драться-то хоть умеешь?- обратился он к Стефану.
- Не знаю, не пробовал.
- А!- обречённо махнул рукой капитан,- сейчас эти черти нас всех на дно пустят!
Послышался лязг железа - это абордажные крючья впились в левый борт, и, с громким гиканьем, на палубу корабля хлынули пираты. Прямо на садовника нёсся одноглазый великан. Кривая сабля в его руке лихо описывала круги, круша все на своём пути. Он схватил Стефана за бороду и, громко гогоча, крикнул кому-то из своих:
- Эй, Рыжая Борода, глянь сюда, у этого деда бородище почище твоей будет! Чего вылупился, старый?- обратился он к Стефану.- Испугался что-ль? Глядите-ка, братцы, дедок аж похолодел от страха, вот смех-то! Ну да не боись, старый, пока я бороду твою на плюмаж режу - поживи ещё!
От всего происходящего у бывшего садовника перехватило дыхание. Но так долго продолжаться не могло. Он набрал полную грудь воздуха и с шумом выдохнул в лицо нападавшего.
- Ты ещё пыхтеть бу...- замер на полуслове тот.
Рука, с занесённой для удара саблей, остановилась в воздухе.
Стефан осторожно тронул его, затем легонько толкнул - одноглазый стоял как каменный.
- Заледенел,- прошептал Стефан.
Капитан, отбивавшийся рядом, крикнул:
- Мороз, миленький, дыши дорогой, дыши!
Садовник огляделся по сторонам: пираты, привыкшие к разбою, брали верх. "Как бы мне своих-то не поморозить?",- пронеслось у него в голове.
- Налетай!- он бросил на палубу горсть монет, взятых с собой в дорогу. Пираты с рёвом бросились к нему.
- А ну, молодчики, ко мне, в моих карманах много этого добра завалялось!
Алчные, оскалившиеся лица окружили его плотным кольцом:
- А ну, старый, отдавай деньги!
- Стойте, стойте!- вскричал садовник.- Я хочу, чтобы каждый из вас остался с добычей.
Его голос вдруг приобрёл необычайную силу, слова достигли ушей каждого пирата. Бой приостановился.
- Здесь, на корабле, есть сокровище, но только я могу показать, где оно лежит.
- Показывай, чего медлишь-то!- загалдели нападавшие.
- Все собрались сюда?- продолжал он.- Только свяжите-ка мою команду, да бросьте в трюм. За такое предательство, боюсь, они меня на куски порежут.
Пираты быстро исполнили приказанное и столпились вокруг Стефана:
- Ну, дед, чего тянешь-то, говори!
Он вдохнул побольше воздуха в грудь:
- Ну, слушайте!..- Его слова прошумели быстрым холодным ветром, облетели палубу и толпа пиратов превратилась в ледяное изваяние.
- Надо же,- удивлялся Стефан, поочерёдно трогая каждого застывшего.- Не думал я, что проклятие Гортензии сможет принести пользу.
Немного погодя, когда спасённые им матросы наводили порядок на палубе, капитан дружески его обнимал:
- Морозушко, дорогой, ты мне теперь, как брат! Перебирайся ко мне в каюту.
- Спасибо, конечно, только мне в трюме сподручней, пообвыкся я маленько. До места скоро доплывём?
- Недельки две осталось, потерпишь?
Последние дни путешествия пролетели незаметно. Вся команда теперь встречала его с улыбками. Матросы дружески похлопывали по плечу:
- Да, дед, молодец же ты! Только не дыши в нашу сторону, только не дыши!
Вот, наконец-то, и настал тот день, когда до слуха Стефана донеслось:
- Земля по правому борту! Земля!
Узкой белой полоской из морской дымки выступала неведомая земля, к которой он стремился последние месяцы.
- Что это за страна?- спросил он капитана.
- Местные жители называют её Гордерикой, страной городов, значит.
- А какая она?
- Увидишь. Прощай что-ли, Стефан?
- Мороз я теперь, Мороз. Стефан остался там, далеко, в стране цветущих садов.
Он с тоской посмотрел на море, навеки разделившее его с родиной и, не оглядываясь, пошёл вперёд.
* * *
Неприветливо встретила странника Гордерика. Холодный дождь, не переставая, лил третьи сутки, порывистый ветер сгибал ветви деревьев.
Одинокая хибарка, стоявшая на окраине леса, манила к себе когда-то любимым теплом.
- Ишь, как разгулялась непогода-то. Зима скоро,- сухонький старичок, сидевший у очага, поворошил угли.- Никак стучат? Кого это ветром надуло?
Он нехотя поднялся и открыл скрипучую дверь:
- Ну проходи, мил человек, обогрейся. Чай несладко в такую погоду грязь месить! Глянь-ко, да ты весь замёрз - ишь, холодом-то от тебя так и тащит. Ну, проходи к огню.
Гость устало покачал головой и присел у порога.
- Да ты не стесняйся, поди поближе-то.
Путник проговорил что-то на непонятном языке.
- Иноземец что-ли?- догадался дедок.- Откуда ты?
Собеседник кивнул в сторону моря.
- Вона как. И куда теперь?
Иностранец растерянно пожал плечами.
- Ишь ты, понял,- протянул хозяин.- Да и глаза-то у тебя вона какие смышлёные. Ну да ладно. Супчика на вот похлебай, да на боковую. Утром чего-нибудь и придумаем.
Дед Михайло жил отшельником. Не полагалось в Гордерике ведунам жить с другим народом рядом. Шум, суета отвлекали от важных раздумий. Именно в его лачугу и привела судьба Мороза.
- А ты, как посмотрю, не простой человек,- говорил с утра дед Михайло гостю.- Чары, знать, на тебя сильные наложены. Кому дорогу-то перешёл?
Гость растерянно улыбался.
- Н-да... Трудно тебе такому будет. Знаешь что? Тут неподалёку пещера есть. Вот в ней тебя и поселим. Тебе, как погляжу, печь не нужна, вот и сгодится пещерка-то. А у себя не оставлю, не обессудь, я тепло люблю.
Так и остался Мороз жить по соседству с ведуном. Пообвык маленько, язык перенимать начал.
- Сила в тебе есть большая,- говаривал дед Михайло,- только ты её ещё не ведаешь. Да и сердцем ты добрый. Поучу я тебя своему мастерству, всё одно кому-то передать надобно.
Однажды поутру вышел Мороз на улицу, а вокруг словно белым одеялом всё покрылось. Тысячи маленьких искорок загорались под солнцем, слепя глаза своим сиянием.
- Что, снега никогда не видел?- как всегда бесшумно подошёл ведун.
- Снег? А что это?- удивился Мороз.
- Ну, летом - дождь, а таперича зима наступила - самое время для снега. Ну да ладно, насмотришься ещё. Пошли, научу - какие травы для отвара целебного брать надобно.
Так и коротали они долгие зимние дни за работой и разговорами.
- Вот смотрю я на тебя, Морозко, и всё не пойму, к какому делу тебя приладить?- удивлялся дед Михайло.- Вроде понятливый ты и память у тебя хорошая, а всё будто к другому душа твоя тянется.
- Цветы я люблю, дедушка,- печально улыбнулся ученик.
- Цветы? Это не по моей части, да и ты, вижу, с ними разошёлся.
На руку Морозу упал снег. Он вспомнил свой сад, в ушах звучал голос матушки: "Только от любви, сынок, красота родится!" Он так пристально смотрел на этот комочек снега, что под силой его взгляда тот начал меняться - словно невидимый резец водил по краям, оставляя фигурные узорчатые лепестки.
- Вона как,- удивлённо протянул дед Михайло.- Видать ошибся я. Ты посмотри - чем не цветок, разве что не пахнет.
Мороз ошеломлённо смотрел на резную снежинку, прилёгшую у него на руке:
- Права была матушка: любовь и доброта - они многое могут.
Утро следующего дня выдалось ясным, морозным. В воздухе висела звенящая тишина. Ведун по привычке зашёл за учеником в пещеру:
- Гдей-то он?
Дом Мороза был пуст. Его следы вели в лес. Озадаченный дед Михайло нагнал ученика только через час:
- Ты чего от дела лытаешь, негодник?- рассердился старик.
- Дедушка, ты только посмотри, ну чем не сад?- голос Мороза звенел от радости.
Учитель оглянулся: берёзы словно плыли в белой дымке, в их кружевных уборах сквозила голубоватая тень. Рябина под тяжестью алых кистей выгнула свои ветви, а шапки снега придавали ей вид цветущей яблони. Подружки - ели принарядились в белые искрящиеся шубки и весело шептались ветвями.
- Вот ты и нашёл себя, Морозко. Такой красоты в наших краях ещё никогда не было. Знать - нечему мне тебя учить-то.
- Что ты, дед Михайло, мне столько про эту землю узнать надобно! Ведь моя она отныне, моя.
Полетели зимы одна за другой. Многому научился Мороз. Удивлялся народ - и снег-то стал чудной, узорчатый - одна снежинка другой придуместей, двух одинаковых не сыщешь. И лес-то зимний то так принарядится, то эдак. То голубым инеем вокруг всё покроется, то белым пухом застелется.
Давно не стало деда Михайло, один остался Морозко, затосковал. Вот и стал он к людям наведываться. Смотрит - нелёгкое у тех житьё, а горше всех ребятишкам: и холодно-то, и голодно, и дни зимние скучно тянутся.
Бежал как-то по улице парнишечка местный - Васюк. Вдруг видит - старик в шубе гору снега нагребает. С одного склона покруче делает, а с другого - подлиньше.
- Дедунь, а дедунь, ты чего балуешь-то, чай заняться нечем?- прозвенел голос мальчишки.
- Поди-ка сюда, малец,- позвал тот.- Да вон чурочку из поленницы прихвати. Поплоше бери, да поширше.
Паренёк оказался неробкого десятка, быстро ухватил деревяшку:
- Ну, а дальше что?
Мороз подсадил его на горку:
- Ну, поехали!
Лихо летел вперёд по склону мальчишка: один раз, другой, третий. Немного погодя уже целая ватага облепила горку:
- Дедунь, а звать-то тебя как?
- Морозко кличут.
Веселье разбавило хмурые зимние дни. А Мороз новую задумку ладит. Озеро, что близ деревни лежало, замостил он льдом толстым, прочным, отполировал, что твоё зеркало. Ребятишкам коньки деревянные смастерил. И так-то ловко по льду они кататься начали - шум, смех, веселье весь день.
- Знать незлобливый он, Морозко. Ишь, как наших ребятишек тешит,- судачили деревенские бабоньки.
Как-то раз вылепили детишки из снега снегурку. Сделали и ушли. Стемнело. Мороз как раз проверял - всё ли в порядке. Везде ли снег землю укрыл как надо, не подтаял ли ледок на озере - оттепель стояла. Смотрит - стоит девчушка белая вся, сиротливая:
- Ну что ты, милая, пригорюнилась? Скучно одной?
Глядь, а девчушка глазками моргнула, плечиками повела, ножкой топнула.
- Да ты, никак, живая?- удивился Морозко.
- Тебе спасибо. Подошёл ты - таким теплом и добротой повеяло, вот и ожила я.
- Теплом? Что ты, внученька! Я Дед Мороз. Холодом дышать могу, а вот теплом разучился.
- А я про другое тепло говорю, которое вот здесь,- девчушка показала рукой на грудь.
- Ну что же мне с тобой делать, Снегурочка?- озадачился Мороз.
- Снегурочка? Мне нравится это имя. Возьми к себе жить, дедушка. Ты - Морозко, я - Снегурочка, авось уживёмся. Мне ведь, как и тебе холод надобен.
- И то правда. Веселее так-то будет.
Так и стали жить. Морозко днём уходит, где в лесу что подправит, где снегом припорошит, а Снегурочка по хозяйству остаётся. Хоть и маленькая, да всё у неё ладится.
- Дедушка,- как-то вечером спросила она Мороза,- а что это за игрушки у тебя в чулане хранятся? Да так много их.
- Это я, внученька, летом, когда жарко, мастерю. Ведь на улицу надолго не выйдешь. Видишь: то медведя из чурочки вырежу, то иную безделицу.Глядишь, время-то за работой и промчится.
- Так что же им без дела пылиться? Давай ребятам подарим. Да не просто так, а праздник сделаем.
Мороз озадаченно смотрел на Снегурочку:
- Ну и разумница же ты у меня, внученька. Сам-то я как до этого не додумался?
С тех пор и повелось у нас - посередине зимы, когда декабрь с январём встречаются, одаривает всех ребят Дед Мороз подарками. Кому потихоньку в носок подкинет, кому под ёлку подбросит, а кому повезёт, тех и на своей тройке в санях покатает. Это уж позже люди к этому дню праздник Новый Год приурочили, а зачинатель-то он, Морозко!