Медведева Екатерина: другие произведения.

О камушках и рыбках

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


Оценка: 8.94*4  Ваша оценка:

  О камушках и рыбках.
  
  Глава 1. Еще жених, опять жених.
  Принц Альбин направлялся к сестре, но стража у покоев Маргариты преградила ему путь.
  - Прошу прощения, - сказал один.
  - Жених, - пояснил другой и подмигнул.
  - Еще жених, опять жених, устали мы уже от них, - пробормотал Альбин и уселся у окна. И правда, как же он забыл, что с двенадцати до двух - "жениховское время"?
  Последнее время к сестре зачастили визитеры. "В возраст вошла", как говорит мать. Вот только женихи эти долго не задерживались. Может, сегодня все сложится удачно?
  Но не успел он додумать эту не лишенную приятности мысль, как двери распахнулись, и появилась принцесса. Вышколенная с раннего детства, она ничем не показывала своих чувств, но Альбин знал ее как-никак 17 лет и сразу понял, что женихи опять явились так себе, завалященькие.
  - Ну что? - он участливо взял сестру под руку.
  - Какое это королевство? - произнесла Маргарита с гортанным акцентом. Передразнивать женихов у нее получалось не хуже, чем их выгонять. - Как всегда, Альбин, как всегда. Сначала они спрашивают: "Какое это королевство?" и сверяются со своей "Карманной свахой". Потом окидывают меня маслянистым взором и интересуются: "А у тебя сестры покрепче есть? Уж больно ты субтильная".
  Третьего вопроса обычно не следовало. Узнав, что есть только брат, женихи быстро ретировались. А тех, кто бормотал снисходительно: "Ну ладно, сойдешь и ты", Маргарита выпроваживала сама.
  - Не расстраивайся, - сказал Альбин. - Он обязательно появится однажды.
  - Да я не расстраиваюсь, - сказала она спокойно. - Я только задумываюсь, Альбин, правильно ли мы живем? Эти женихи с перечнем важных качеств, эти церемонии, смотрины... Один незнакомый человек хочет соединить жизнь с другим незнакомым человеком на основании всего-то пары признаков, которые могут оказаться совершенно неважными в дальнейшей жизни!
  Ну всё, начался монолог слишком-часто-задумывающейся-принцессы. Альбин попытался скрыть улыбку, которая всегда появлялась у него на лице, когда младшая сестра начинала умничать. Малявка, что любила слушать сказки о пастУшках и королях, каталась по двору на пони с позолоченной гривой, боялась грозы и плакала, когда молнии вспыхивали особенно ярко, - теперь эта малявка читает толстые заумные книги, водится с придворной колдуньей и нахваталась от нее разных заковыристых словечек, кои девице на выданье знать вовсе и не обязательно.
  - Я ведь не урод, - продолжала Маргарита рассудительно, - моя внешность совершенно обычная. Может быть, даже красивая. Но когда я смотрю на себя в зеркало, я вижу только одно. Как там было в твоем стишке? "Наследство маловато, бедра узковаты, нос широковат, взгляд умноват". Самое ужасное, Альбин, что я начала смотреть на себя ИХ глазами, ИХ жадными оценивающими глазками. Как будто я не человек, а горшок на рыночной площади, стою и жду, когда меня кто-нибудь купит!
  - Но такова реальность, - сказал Альбин примирительным тоном. - Девушки не могут сами выбирать. Девушкам положено у окошка ждать.
  - Ждать чего? - пылко проговорила Маргарита. - Богатого жениха? Выгодной партии?
  - А чего ждешь ты? - вопросом на вопрос ответил Альбин.
  - Не знаю, - вздохнула она. - Может быть, любви?
  
  Глава 2. Альбин-книжник.
  Обедали они, как всегда, семейно. Король, погруженный в государственные думы, был молчалив, королева улыбалась своим потаенным мыслям, а Маргарита успела уже позабыть утреннего визитера и беззаботно щебетала о камушках и рыбках. Ее увлечением было рисование на камнях. Она изображала там тритонов, водомерок, большекрылых стрекоз. Но чаще всего на камушках поселялись рыбки, зеленые, красные, голубые и желтые, с полосатыми хвостами и плавниками, с искорками света в больших удивленных глазах.
  У Маргариты была своя теория о камушках и рыбках. Есть люди-камушки, они живут, как предначертано, и покорно принимают свою судьбу. Где их положили, там и лежат, порастают мхом с северной стороны. А есть люди-рыбки, они живут осознанно, плывут, куда хотят, сами творят свою жизнь. Особенно те, что стремятся против течения. "Ты камушек или рыбка?", - лукаво спрашивала сестра у Альбина, а он только вздыхал, ибо королевским детям плыть против течения не положено.
  Как-то сестра подарила Альбину камушек со смешной золотой рыбкой.
  - Носи ее с собой, на счастье. Это не простая рыбка, а волшебная, желания исполняет!
   Альбин усмехнулся, услышав эти слова Маргариты. Такая взрослая, в корсет утягивается, женихов принимает, а до сих пор верит в волшебство. Он послушался, всегда носил подарок при себе, трудно, что ли. Но только вряд ли камушек поможет. В отличие от сестры, Альбин в сказки уже не верил. Чем хороши выдуманные истории? В них всегда встречаются друг с другом именно те двое, кто друг другу предназначен, они воплощают все свои замыслы и живут долго и счастливо. А вот в реальной жизни все получается через пень-колоду, людям встречаются не те, кто нужен, планы летят к чертям, и слова "долго" и "счастливо" редко соседствуют в жизнеописании одного и того же человека...
  Словно прочитав его мысли, отец откашлялся и заговорил.
  - Альбин, тебе уже двадцать пять лет.
  Когда родители напоминают тебе о возрасте, это означает, что они ждут от тебя соответствующих этому возрасту поступков. Или, по крайней мере, поступков, которые считаются правильными для человека таких лет. Альбин, тебе восемь лет, а ты не выучил, где вилка для рыбы. Альбин, тебе одиннадцать, а ты наступаешь на ноги дамам во время менуэта. Альбин, в пятнадцать лет я дикого вепря добыл, а ты не подстрелил и утки!
  У Альбина были непростые отношения с отцом. Мать он обожал и был с нею накоротке. А вот отца одновременно и любил, и побаивался, и хотел быть похожим на него, и чувствовал, что совершенно не оправдывает отцовских ожиданий. Альбин был "маменькин сынок", тихий спокойный ребенок, недотепа и трус. Все детство он падал с лошадей, так и не научился фехтовать, боялся вида крови и не любил охоту, предпочитая не убивать, а читать. Народ прозвал его "Альбин-книжник", тогда как короля величали Хладнокровным (а за глаза частенько именовали Домоседом). Их королевство и теперь-то считают захудалым, потому что отец за свое правление не присоединил ни полушки земли, не начал первым ни одной войны, а только успешно отбивал нападения соседей. Что же будет, когда на престол взойдет Альбин? Вместо мечей и щитов воинам начнут выдавать увесистые фолианты?
  - Альбин, в каких облаках ты витаешь? - ласково спросила королева. - Отец хочет поговорить с тобой, не прячь глаза.
  - От казначея ты получил сумму, - король помолчал значительно, - сумму, достаточную для визита в Сумрачную Башню. Прошла уже неделя. Я не тороплю тебя. Но не забывай, Альбин, кто ты есть и в чем твой долг.
  - Да, отец, - промямлил Альбин. - Я схожу.
  Отец с матерью переглянулись.
  - Не задерживай с этим, - проговорил отец. - Королевство на грани войны, и нам не помешает родство с влиятельной державой. Я не давлю на тебя в твоем выборе, но имей в виду - нам нужен могущественный союзник. Жаль, что в Янтарном королевстве нет принцесс. Породнись мы с ними, враги держались бы на почтительном расстоянии от наших границ ...
  
  Глава 3. Сумрачная башня.
  Дорогу в Сумрачную Башню принц знал хорошо. И он, и Маргарита частенько бывали там в гостях у Кей, колдуновой дочки, с которой дружили уже тысячу лет.
  Когда-то давно Альбин и Кей, одногодки, вместе постигали науки в дворцовой школе. Точнее, Кей училась там вместе с принцем и кучкой знатных юнцов, единственная девочка среди них. Почему ее туда приняли? А попробуй откажи королевскому колдуну: проснешься наутро в зеленой пупырчатой шкурке и голоса своего не узнаешь.
  Кей была умна. Очень умна. И все эти "королевские" знания - зачатки дипломатии и риторики, стратегии и тактики, истории и географии, - усваивала без труда. Также в школе обучали танцам и премудростям этикета. Альбину по сей день было неловко, так оттоптал он тогда ноги своей молчаливой партнерше. Интересно, рассказывала ли она об этом Маргарите?
  Он удивлялся, почему колдунья так близка с его сестрицей. Конечно, добрую и дружелюбную Маргариту невозможно не любить, но, что скрывать, в глубине души ему было обидно, что Кей предпочла дружить и секретничать не с ним. Как будто Альбин для нее недостаточно хорош. Хотя, возможно, так оно и есть. Признаться, принц не блистал ни умом, ни эрудицией. Да, его величали книжником, но читал он в основном любовные романы, сказки, стихотворения и поэмы, а вовсе не научные труды по фармакологии и алхимии, старинные магические рукописи и трактаты о сущности всего земного и небесного, коими зачитывалась дочь колдуна. Для Альбина же подобное чтение было наилучшим снотворным, о чем он благоразумно умалчивал, возвращая Кей очередной волюм, что она давала ему почитать.
  У них и правда не находилось ничего общего, кроме Маргариты, которую и Альбин, и Кей искренне и безоговорочно обожали. Наверное, только благодаря сестре принц был допущен в святая святых, будуар юной колдуньи, где так хорошо вести полузапретные разговоры, критиковать старые традиции, мечтать о будущем и запивать смородиновым чаем поистине волшебные пироги.
  Вечерело. Альбин постучал в двери башни.
  Дверь открыла Кей.
  - Альбин? - удивилась она, увидев его без сестры. Еще больше удивилась, когда Альбин спросил:
  - А твой отец дома? Я к нему.
  - Уехал по срочному вызову. Уж и не вспомню: кто-то заболел не той болезнью или родился не в тот день, - проговорила Кей. - Если дело не терпит отлагательств, я могу с ним связаться.
  - Терпит, терпит, - уверенно сказал Альбин, и ему сразу полегчало.
  - Я могу помочь? - Кей взяла его за руку и ввела в башню. - Сложное колдовство я еще не освоила, но снять порчу или приготовить лекарство - с удовольствием. Может, тебя бессонница мучает? Или приворожить кого-нибудь надо?
  Альбин достал из кармана увесистый кошелек. Он был набит под завязку и даже не звякнул.
  - Ты пришел за волшебной бумагой! - воскликнула Кей то ли удивленно, то ли сердито.
  - Да, вот решил приобрести листок-другой...- проговорил Альбин.
  - Листок-другой? - рассмеялась колдунья. - Вижу, ты не знаком с подробностями ритуала. Пойдем.
  Она провела Альбина в отцовский кабинет, где на полках теснились вперемешку колдовские книги и гроссбухи, а в аквариумах, растопырив лапы, меланхолично покачивались тритоны и таращили на принца выпуклые круглые глазки. Принц содрогнулся: не так давно Маргарита шепотом поведала ему, что тритоны - это бывшие люди, которые так или иначе не угодили старому брюзге Эрлиху. В другой раз она нашептала ему, что все эти земноводные - заколдованные юноши, в разное время осмелившиеся просить у Кей руку и сердце. Альбин и верил, и нет. Он всмотрелся в прозрачную воду и вздрогнул: показалось, будто один из тритонов подмигивает и подает некий знак лапкой.
  Кей между тем отперла массивный ларец и вынула стопку разноцветных листков. Размером стопка напоминала колоду миниатюрных пасьянсных карт. Кей разложила ее веером.
  - Вот она, волшебная бумага. Редко у кого хватает денег даже на листочек.
  - А мне хватит?
  Колдунья взвесила его кошелек на ладони.
  - Хватит. Если не ошибаюсь, ваша семья использует одно и то же заклинание, так что и сумму тебе должны были дать достаточную. Какой цвет предпочитаешь?
  - А какой ты посоветуешь?
  Она пожала плечами.
  - Выбирай сам. Вот голубая бумага. Пользуется самым большим спросом. Маргарита требует запретить ее и сжечь. Думаю, многие принцессы присоединятся к ее требованию. Эта бумага ведет поиск невест исключительно среди особ голубой, то бишь королевской, крови. Поэтому многие простолюдины, продав все свое имущество, покупают клочок... нет, клочочек... огрызочек... царапают на нем словцо покороче - "дева" или "она", и начинают путешествие от одного дворца к другому. Безрезультатное, как правило, но разве можно запретить человеку мечтать?
  - Так нужно продавать эту бумагу только лицам благородного происхождения! - предложил Альбин.
  - С какой стати? - пожала плечами Кей. - Мы, колдуны, народ корыстный, нам сие невыгодно.
  Эти слова она произнесла нарочито грубо, с вызовом, и Альбин невольно улыбнулся. Как ни крути, а у всех есть слабые места. Кей не то чтобы стеснялась своего происхождения. Просто так уж устроено общество, что каждый должен знать свою ступеньку... И Кей на ее ступеньке порой было неуютно. Почему-то Альбина радовала эта ее щербинка, маленькая слабость в безупречном образе. Может быть, потому, что сам он был полон щербинок. И, отыскивая слабости у других, убеждался, что он не один такой - неидеальный.
  - К тому же, - мягко усмехнулась колдунья, - благородное происхождение еще не гарантирует благородных свойств характера. Что у нас дальше? - продолжила она. - Золотая бумага. Ведет поиск только среди богатых наследниц. Роскошное приданое обеспечено, равно как и немалое наследство. Эта бумага тоже не залеживается.
  - Как-то это некрасиво - искать себе жену побогаче, - пробормотал Альбин. - А как же чувства, характер, душа?
  - Маргарита говорит точно так же, - усмехнулась Кей. - Сразу видно, что вы родственники. Слушай, если тебе так важна душа, может быть, розовую бумагу купишь? Она ищет невест исключительно среди невинных девиц. - Кей покачала головой. - Мда, сейчас ее почти не покупают.
  Альбин спросил шутливо:
  - А бывает волшебная бумага, которая ищет невест исключительно среди колдуний и ведьм?
  - Такой нет, - развела руками Кей. - Когда колдунье требуется жених, ей достаточно выбрать тритона посимпатичней и произнести нужное заклинание. Это очень трудное заклинание, между прочим. Колдунья, неспособная с ним работать, считается еще слишком юной для замужества.
  Альбин смотрел на Кей. Безусловно, она шутила. Но делала это с очень серьезным выражением лица.
  Она махнула рукой на аквариумы.
  - Если хочешь знать, эти тритоны - вовсе не заколдованные женихи, как привыкла считать Маргарита. Они всегда были тритонами. Я на них опыты ставлю. Хочу превратить хоть одного в человека. Но пока не очень получается...
  - Значит, для замужества ты еще не годишься, - покивал головой Альбин. - Но если тебе очень нужен жених, может, все-таки стоит поискать среди людей? Уверен, в твоем окружении есть годные экземпляры...
  - С другой стороны, - задумчиво сказала Кей, - возможно, превратить человека в тритона было бы проще? А потом развернуть заклинание и прочитать его справа налево? С лягушками это срабатывало...
  - Я готов, - сказал Альбин решительно. - Думаю, из меня выйдет очень выразительный тритон.
  Кей улыбнулась и покачала головой.
  - Что, неужели я не гожусь в женихи? И даже в тритоны не гожусь? - спросил Альбин грустно. - И не жених, и не тритон, подите, принц, отсюда вон.
  Колдунья покачала головой и с усмешкой склонилась над колодой листков, выбирая подходящий.
  - Твоя семья, насколько я знаю, всегда пользуется серебряной бумагой, которая гарантирует благородство и порядочность, - девушка протянула ему листок. - И, помнится, вы применяете из поколения в поколение одно и то же фамильное заклинание. Надеюсь, ты выучил его наизусть или взял с собой список с оригинала?
  Альбин заколебался.
  - А можно, я возьму бумагу домой и там, спокойно и без спешки, всё напишу? - спросил он.
  - Увы, принц, волшебные чернила мы на дом не выдаем, - покачала головой Кей. - И даже для брата моей любимой подружки я не могу сделать исключение. Формальности должны быть соблюдены. Пиши здесь.
  Она придвинула к Альбину перо и чернильницу с переливчатой, радужной жидкостью.
  - Кей, - начал Альбин и запнулся.
  - Заклинание забыл? - участливо спросила она.
  - Не забыл, - покачал головой Альбин. - Другое сочинил.
  
  Глава 4. Неделей ранее.
  
  Юная, невинная, из рода старинного,
  с приданым необъятным и кроткая душой,
  крепкого здоровья и с благородной кровью,
  Добра и справедлива, и хороша собой,
  в меру умна, без меры верна,
  только такая жена мне нужна.
  - Нескладуха какая-то, - пробормотал Альбин.
  Брат и сестра сидели в библиотеке. Принц держал в руках пыльный том истории королевского рода и читал фамильное заклинание, а Маргарита грунтовала очередной камушек. На столике перед ней стоял поднос с беличьими кистями, водой и плошками, в которых были размешаны краски.
  - Того, кто сочинил эти вирши, уж точно книжником не называли, - усмехнулась Маргарита. - Поэзия тут вторична. Соль в том, чтобы уместить все необходимые качества на маленьком клочке. Волшебная бумага никогда не стоила дешево, даже для королей.
  - Так вот почему в лучших каллиграфических школах обучают бисерному почерку, - воскликнул Альбин.
  - И ты только вслушайся в суть, - сморщила нос Маргарита. - Здоровая, породистая, с богатым приданым, - и ни слова о любви... Словно племенную кобылу выбирают - и как бы не прогадать, взять покрепче, чтоб приплод и прибыль принесла...
  - А что плохого в девушке с крепким здоровьем? - возразил Альбин.
  - То, что это возводится в основное и чуть ли не единственное достоинство, - буркнула принцесса. Она была хрупкого сложения, узкобедрая и тонкокостная, и, как подозревал Альбин, переживала из-за этого. Вдруг принц ее мечты сбежит без оглядки, сверкая золотыми каблуками, в поисках более упитанной матери для своих наследников? Хотя, сам себе возразил Альбин, их собственная королева-мать была точно такая же тростинка, что не помешало ей выносить и родить двоих здоровых детей. Он смутился от таких мыслей о матери и поспешил перевести разговор.
  - Значит, тебе тоже не нравится наше фамильное поисковое заклинание? - сказал он небрежно. - Так, может быть, пора сочинить другое?
  
  Глава 5. Пять свитков.
  - Другое? - протянула Кей изумленно. - Альбин, а разве так можно? Я имею в виду, ты ведь принц. А невесту для принца всегда ищут с помощью заклинания, написанного столетия назад.
  - Вот именно, столетия, - кивнул Альбин мрачно. - Приоритеты давно изменились. И заклинание пора менять!
  - Альбин, прости, - девушка выглядела огорченно, но решительно. - Я не уполномочена принимать самостоятельные решения, когда дело касается королевской семьи. Ночью я свяжусь с отцом и спрошу его совета. Приходи завтра утром.
  Ночью принц спал крепко и спокойно. Снился ему Эрлих, королевский колдун. Он размахивал руками и кричал, что нельзя покушаться на старинные традиции, что Альбин еще слишком молод и зелен для принятия столь серьезных решений, и поэтому Эрлих сам найдет ему невесту. Потом во сне явилась Кей в белоснежном платье, и дальнейшие подробности утонули в волшебном тумане...
  Воодушевленный странным сном, Альбин примчался в Сумрачную Башню еще до завтрака. Кей, в будничной черной робе с закатанными рукавами, встретила его радостной улыбкой и новостями, от которых воодушевление Альбина мгновенно испарилось.
  - Я связалась с отцом. Он ответил, что выбор поискового заклинания - личное дело клиента, а наше дело - продать бумагу, предоставить чернила и инструктировать в дорогу. И еще, отец велел дать тебе вот это, - она протянула ему бледно-лиловый листочек.
  Колдун составлял гороскоп Альбина, когда тот родился, так что принц решил, что колдуну виднее.
  - А каких невест ищет лиловая бумага? - спросил он.
  - Она ищет невесту мечты, - проговорила Кей тихо. - Знаешь, Альбин, я никогда не думала, что ты осмелишься на такой поступок. Я ... я только хочу сказать, что уважаю тебя... Ты молодец.
  Альбин вспыхнул и почувствовал, как неудержимо краснеет. Впервые в жизни Кей похвалила его! Он поднял глаза и увидел, что ее щеки тоже зарумянились.
  - Имей в виду: чем больше параметров поиска, тем точнее результат, - сказала колдунья, поспешно отворачиваясь к окну. - Формулируй обдуманно. И будь лаконичен.
  - А рифма обязательно нужна? - спросил Альбин.
  - Не то чтобы обязательно, - пожала плечами Кей, - просто созвучные заклинания работают лучше. Так уж повелось. Давай, если не передумал - принимайся за дело. А я пока над завтраком поколдую...
  В тиши и уединении принц принялся старательно (по каллиграфии у него всегда были отличные отметки) выводить букву за буквой, стараясь уместить все на маленьком листке.
  - Готово! Кей, я закончил! - воскликнул он наконец и откинулся на спинку стула, чтобы напоследок полюбоваться своим творением.
  Кей с улыбкой сложила исписанный листок вчетверо, бросила в небольшую бронзовую чашу и что-то прошептала. Бумага вспыхнула ярким лиловым пламенем. Альбин вскрикнул от неожиданности, но колдунья успокоила его:
  - Не волнуйся, так и должно быть.
  Лиловый огонек горел ярко и ровно, совсем не торопясь превращать бумагу в кучку пепла. Кей взяла принца за руку:
  - Давай-ка выпьем чаю. Мы отправили поисковый запрос, он обрабатывается. Результаты будут не раньше, чем через полчаса.
  На столе вдруг сам собой появился поднос, уставленный снедью. Придерживая крышечку чайника, Кей налила принцу и себе душистого чаю. Отрезала по куску пирога.
  - Альбин, расслабься наконец. У тебя такой вид, словно ты шпагу проглотил.
  Принц задумчиво помешивал в своей чашечке. Внезапно он подскочил:
  - Кей! Я забыл! Совсем забыл вписать доброту!
  Колдунья ядовито усмехнулась.
  - Ну и отлично. Альбину-книжнику не помешает кровожадная и беспощадная супруга. Какая-нибудь Эльфрида Победоносная, с кинжалом в зубах, или Генриэтта Жестокосердная, любящая перед обедом выпороть парочку подданных, для улучшения аппетита...
  Альбин выглядел таким несчастным, что девушка смилостивилась.
  - Послушай, если ты не вписал в поисковое заклинание доброту, это еще не значит, что у твоей избранницы она будет отсутствовать. Поиск действует методом подтверждения всех запрошенных ключевых слов, а не методом исключения всех неупомянутых.
  - Значит, она все-таки будет доброй? - с надеждой спросил Альбин.
  - Может, будет, а может, и нет, - пожала плечами Кей. - Как повезет. Грянься оземь перед ней, притворись, что вывихнул ногу. И слушай, что первое она скажет: "растяпа" или "бедняжка"? Или вовсе сделает вид, что ничего не заметила? В таком случае можешь быть уверен - она не очень-то добра, зато великолепно воспитана.
  Раздался мелодичный звон.
  - Ой, - обескураженно сказала Кей, - вот и твои адреса. Что-то слишком быстро...
  Девушка поднялась и торопливо направилась к бронзовой чаше. Вернулась она еще более обескураженная.
  - Что? - с тревогой спросил Альбин. - Не обнаружилось ни одного совпадения? Невеста моей мечты не существует?
  - Ты говоришь сейчас с такой надеждой, будто и не жаждешь жениться, - улыбнулась колдунья. - Увы, принц, невеста твоей мечты существует. Более того, потенциальных невест целых пять... Будет из кого выбрать.
  - Чем же ты тогда обеспокоена? - спросил Альбин. - Что не так?
  Кей пожала плечами.
  - Обычно адресов не меньше сотни. Видимо, твой запрос уж слишком особенный... И что такого ты там написал?
  Принц криво усмехнулся. На самом деле ему было ужасно стыдно, потому что от волнения он напрочь забыл все, что так тщательно обдумывал долгое время. И написал первое, что пришло в голову.
  Кей протянула ему пять тонких бумажных свитков, скрепленных сверкающими лиловыми печатями.
  - Вот и все, - сказала Кей. - Как только сломаешь печать, волшебство перенесет тебя в дом претендентки. А дальше - включай свое природное обаяние. Ну или беги без оглядки, если девушка не в твоем вкусе окажется. И не забывай: "жениховское время" - с двенадцати до двух.
  - Иначе рискую застать невесту своей мечты в пенистой ванне или на примерке платья у портнихи?
  Кей покачала головой.
  - Рискуешь истратить волшебство зря. Оно просто не сработает.
  Альбин повертел свитки в руках. Волшебные печати оказались вовсе не одинаковыми, как ему привиделось вначале. На каждой из них был оттиснут особый рисунок. "Да это герб того рода, к которому принадлежит невеста, - догадался принц. - Или то, что невеста любит больше всего? Книга - это хорошо. А вот рыба и крендель? Ему выпали две невесты, любящие вкусно поесть? Или дочери булочника и рыбака?".
  - Как насчет королевской крови? - спросила Кей.
  - Одна корона имеется, - кивнул Альбин, - а остальные - вот, посмотри.
  - Рыба, крендель, - усмехнулась Кей. - Выглядит интригующе. Что же, у тебя есть время до двенадцати, чтобы прихорошиться. Советую, кстати, не надевать парадные одежды. И цепь с королевским гербом лучше оставь дома...
  - Чтоб не смущать девушек? - догадался Альбин.
  - Чтоб, если бед натворишь, не позорить королевство, - фыркнула Кей.
  
  Глава 6. Девушка-эхо.
  Тяжелые бархатные занавеси драпировали дубовый переплет окна. Стены были отделаны позолотой. На полу лежал пушистый ковер, в котором ноги принца утонули чуть ли не по щиколотку. С потолка свисала огромная бронзовая люстра, грозившая рухнуть на голову любому, кто встанет под ней. "Богатый дом", - подумал Альбин. Чувствовалось, что хозяева очень старались, чтобы каждый визитер подумал именно так: "Богатый, очень богатый дом".
  На печати, которую сломал принц, был оттиснут крендель. К чему бы это? Альбин не знал. Может быть, предки этой невесты трудились в пекарне? Король-булочник. А что, звучит.
  На диванчике, обтянутом шелковой тканью, сидела девушка. Она была во всеоружии, явно ждала визита. Опрятная, круглощекая, волосы уложены кренделем на голове, а над верхней губой выступили капельки пота. Бедняжка томилась от жары. Ее парчовое платье, слишком плотное для летнего дня, наверняка было надето с целью продемонстрировать достаток.
  - Ваше величество! - радостно воскликнула она, и Альбин чертыхнулся про себя: неужели он забыл снять корону и цепь?
  - Вы ведь королевской крови? - с надеждой в голосе спросила девушка, и принц понял, что она лишь предполагала, а не утверждала.
  - Допустим, - уклончиво ответил он. - А вы?
  Она вздохнула.
  - Я не знатного рода, но уверяю, что смогу быть достойна вас! Я буду делать все, чтобы угодить вам, чего бы мне это ни стоило!
  Альбин смотрел на нее во все глаза. Вот так, значит, и происходит волшебное сватовство. Тебя ждут, и наряжаются, и стараются понравиться, и жадно рассматривают, гадая, сложится или нет...
  - Как вас зовут? - спросил он. Он совершенно растерялся и не понимал, о чем нужно разговаривать.
  - Марианна, - ответила она извиняющимся тоном. - Простое имя, сударь, но я могу сменить его на любое, угодное вам!
  - Ну зачем же, отличное имя, - торопливо возразил Альбин, вконец смутившись от такого откровенного заискивания. - А кто ваш отец, Марианна?
  - Он пекарь, - вспыхнула девушка. - Но вы не подумайте, он не стоит у печи, и я сама даже не знаю, какого цвета мука. На моего отца трудится множество людей! Мы очень богаты, очень! Вот посмотрите, - и она обвела рукой комнату, где, вероятно, были собраны все сокровища, нажитые семейством. - Но если Вам будет угодно, я навсегда отрекусь от семьи, и никто даже не узнает о моих предках.
  - Нет, ну что вы, булочки - это хорошо, - задумчиво сказал Альбин. - Особенно с вишневым вареньем.
  - Отец делает потрясающие булочки с вишневым вареньем, лучшие в королевстве! - обрадовалась она. - Мы будем счастливы угостить вас!
  - Хотя я больше люблю ватрушки с соленым творогом, - пробормотал принц.
  - Ватрушки с соленым творогом ему особенно удаются! - снова обрадовалась девушка. - Только прикажите, и их испекут для вас прямо сейчас!
  Альбин затосковал. Было очевидно, что эта миловидная и подобострастная особа совершенно не годится ему в жены. Девушка-эхо. Девушка-тень. Ни собственного характера, ни собственных мыслей. Что же, для кого-то это и правда идеальная жена. Только не для Альбина. Удивительно даже, и как она оказалась в числе его потенциальных невест? Эх, попал он пальцем в небо, не те слова на волшебной бумаге написал.
  - А вы любите читать? - спросил он.
  - О да! - закивала Марианна так усердно, что тяжелая коса едва не свалилась с ее головы.
  - А какие книги?
  - Мне почему-то кажется, что у нас с вами одинаковые любимые книги, - проговорила она лукаво.
  - О, вы тоже любите "Охоту на призрачного оленя"? - воскликнул Альбин не без задней мысли, и девушка тут же радостно призналась в любви к произведению, не существующему в природе и только что вымышленному принцем.
  - Особенно хороши там описания вечернего леса, Вы не находите? - спросил он, и когда Марианна снова кивнула, ему стало стыдно. Ну что он делает? Девочка так хочет выйти замуж, а он издевается. Надо как-то заканчивать этот фарс.
  - Я вижу, вы очень романтическая особа, - сказал принц. - Наверное, любите встречать рассветы и кататься в лодке под луной?
  - Да, да! - подтвердила она, преданно глядя ему в глаза. - Обожаю!
  - А я терпеть не могу ни то, ни другое, - сказал Альбин и развел руками. - Как жаль, что мы такие разные. Мы совершенно не подходим друг другу.
  - Нет, почему же, - залепетала она. - Я тоже не люблю... постойте... ничего романтического не вижу в этих глупых закатах ... то есть рассветах...
  - Послушайте, Марианна! - не выдержал принц. - Так же нельзя! Ну что вы за человек? У вас, что, своего мнения нет вообще?
  Она сердито поглядела на него. Промокнула лоб белоснежным платочком.
  - Поглядите, - кивнула на окованный серебром сундучок, - полон монеток, уже третий год ко мне являются женихи, и всё никак не сложится... Одному не понравилась моя прическа, другому имя, третьему отцовская профессия! Все чем-нибудь недовольны!
  - А Вы так хотите замуж? - ляпнул Альбин.
  Она истово покачала головой.
  - Это не я хочу, а отец так решил. Он говорит: "Женщина должна сидеть дома и рожать детей". Запер меня, даже в книжную лавку больше не выпускает. Мечтает поскорее выдать замуж, сбыть с глаз долой. Вот и хочу поскорее исполнить его мечту... Вырваться отсюда, хоть куда... Хуже, чем дома, мне уже точно нигде не будет...
  - Вы просто добрая фея, так усердно чужие мечты исполнять беретесь, - проговорил Альбин с усмешкой. Такая, сердитая и искренняя, Марианна нравилась ему гораздо больше. - А кто исполнит ваши? О чем мечтаете вы? Что вы любите? Что хотите от жизни? Что вам нравится делать?
  Она удивленно воззрилась на него.
  - Вы первый, кого это интересует. Обычно никому нет дела до того, что я люблю... Все спрашивают только о доходах моего отца и количестве сундуков с приданым...
  Забыв об этикете, Альбин уселся на шелковый диванчик рядом с "невестой". Они разговорились. Оказалось, Марианна любит читать, наблюдать за звездами на небе, узнает по голосам разных птиц, а еще умеет запутывать и распутывать морские узлы.
  - Я столько книг прочитала, могу хоть аптекарем быть, хоть библиотекарем, хоть мореходом! Я такой узел придумала, - похвалилась она, - вовек никому не расплести! А отец осерчал, сказал, что лучше бы я рецепт пирога состряпала новый, чем в мужские дела лезть...
  А самым любимым ее делом была игра в шахматы.
  - Я как увидела шахматы, сразу любопытно стало, что это за фигуры. И король есть, и королева, и наверняка там что-то о любви! Так, понемножку, и обучилась. Но когда обыграла отца и двух его торговых компаньонов, он велел забыть о шахматах. Не женское это дело - мужчин обыгрывать! Замуж такую умную никто не возьмет!
  Выяснив, что Альбин не умеет играть в шахматы, девушка подняла брови и разочарованно покачала головой. И он с облегчением понял, что, кажется, впервые в жизни Марианна сделала свой собственный выбор - и выбор, к счастью, не в пользу принца.
  Они тепло распрощались, и Альбин, как учила Кей, разорвал свиток пополам. Успел увидеть, как на месте лиловых клочков бумаги появилась золотая монета, утешительный подарок для отвергнутой невесты. И перенесся домой.
  
  Глава 7. Пастушья колыбельная.
  Альбин вернулся в родной дворец очень задумчивый. Разговор с дочерью булочника навел его на невеселые мысли. Он словно в зеркале себя увидел. Ведь, по сути, он сейчас делает то же, что и эта бедняжка Марианна, - неуклюже пытается угодить отцу, быть послушным ребенком, сделать как лучше, пусть и на свой манер. Ведь Альбин вовсе не хочет жениться! А когда делаешь то, чего не хочешь, получается полная ерунда, он знал уже это на опыте лошадиных скачек, охоты, танцев...
  Вечером, после ужина, королева и Маргарита сидели в библиотеке и о чем-то шептались. Женщинам хорошо, они могут поверять свои тайны и слабости друг другу, жаловаться, даже плакать. А мужчина должен быть сильным, это еще один неписаный закон, под который Альбин совсем не подходил.
  Он присел рядом с матерью и сестрой, и те улыбнулись ему так одинаково нежно, что на сердце сразу стало легче.
  - Мама, расскажи, как вы с отцом встретились? Ты сразу поняла, что он - твоя любовь на всю жизнь?
  Маргарита усмехнулась. Она-то, наверное, давно уже знала эту историю, девочки ведь с малых лет интересуются такими делами, как романтические знакомства, свидания, свадьбы... Альбину же до сегодняшнего дня совершенно не интересно было знать, как его родители познакомились. А сейчас захотелось сравнить, примерить на себя, понять, все ли он делает правильно, или у матери и отца все произошло как-то иначе?
  Королева с улыбкой сказала:
  - Ваш отец появился совершенно неожиданно, даже напугал меня. И уж тем более я не ожидала, что это волшебная бумага принесла его ко мне, что нас свело колдовство, оплаченное золотом. Я думала, это просто судьба и нам на роду написано было встретиться и полюбить друг друга. Мы познакомились, поговорили немного - и не захотели больше расставаться. Он посадил меня на коня перед собой и увез в свой дворец.
  Альбин вздохнул. У родителей, оказывается, все случилось, как в сказках.
  Мать угадала его вздох. Улыбнулась. Машинально дотронулась до ладанки, что всегда носила на шее. В детстве Альбин с Маргаритой часто спрашивали, что внутри ладанки, а мать отшучивалась: "Талисман на счастье". Возможно, там хранилась горсть родной земли, а может - локон короля?
  - У всех людей это происходит по-разному, Альбин, - сказала королева мягко. - Одному взгляда довольно, чтобы влюбиться, а другой годами ходит вокруг да около и не может понять, кто ему нужен для счастья. Не примеряй чужую судьбу. Дождись своей.
  - Не хочу дожидаться! Я сам сотворю свою судьбу! - сказал Альбин хмуро.
  Королева рассмеялась, обняла Маргариту:
  - Ах, девочка моя, твой брат Альбин такой упрямец, весь в отца! А ты - ты в меня, мой ягненочек, моя сладкая и послушная принцесса, и тебе достанется самый прекрасный принц на свете.
  Маргарита, как маленькая, прижалась к матери. Альбин не мог себе позволить такой роскоши, но и он тихонечко сидел подле них и слушал, как мать напевает старую колыбельную. Ту самую, что помогала им уснуть в детстве, когда они болели или боялись грозы, и когда няньки, не в силах унять своих воспитанников и не имея возможности просто-напросто их отшлепать, звали на помощь королеву-мать.
  
  Плутала в овражке овечка,
  Бубенчик ее звенел.
  Пугливо стучало сердечко,
  Ах, только бы волк не съел.
  Бубенчик звенел и песенку пел,
  Пастушка на звон пришла.
  Овечку свою, малютку свою,
  Домой поскорей отвела.
  И спела ей песенку эту.
  Бубенчик, молчи, не звени!
  Спи-засыпай, овечка.
  Спи, мое счастье, усни.
  
  Альбину хотелось, чтобы у него было все так же, как у родителей. Он любовался их отношениями, тем, как отец и мать были созвучны, как тихо и спокойно ладили.
  Может быть, зря он отказался от фамильного заклинания, раз оно помогло родителям найти друг друга?
  Но было поздно что-то менять.
  
  Глава 8. Рюмочка коньяку.
  Вторая невеста понравилась ему с первого взгляда. Тихая и одухотворенная, она сидела в кресле-качалке в пол-оборота к принцу и была полностью погружена в книгу. Он стоял в дверях, недвижимый и незримый, и любовался ЕЮ. Ее склоненной головкой с темными завитыми локонами, высоким белым воротничком и черным платьем, изящными щиколотками, маленькими лаковыми туфельками. Читающая женщина всегда производила на него хорошее впечатление. "А вдруг это ОНА?", - подумал Альбин, и сердце его заколотилось.
   - Прошу прощения, - негромко, чтобы не испугать, произнес он.
  Она не вздрогнула. Медленно закрыла книгу и повернулась к нему. И вот тут невольно вздрогнул он сам: на него с улыбкой смотрела сморщенная старушка.
  - Ты кто, сынок?
  - Вообще-то я принц, - сказал он убито. А следовало бы ответить честно: "Я, бабушка, балбес". Это ж надо было не сообразить! Не упомянуть в своем заклинании возраст!
   - Ах ты бедняжка, - сочувственно сказала она. - Ну ничего, ничего, кто из нас не ошибался. А ты чей принц, деточка, наш или заморский?
  Альбин назвал себя, и оказалось, что старушка в принцах очень даже разбирается. Точнее, она разбиралась в истории королевских родов, поскольку покойный муж ее был известным историографом, написавшим знаменитую "Историю о сотвореньи мира и найважнейших событиях в нем", переведенную на сорок три языка и двенадцать наречий.
   - А как же тебя сюда занесло? - спросила она сочувственно. - Помнится, в вашем родовом поисковом стихотворении старухи не упоминаются.
  - А я решил свое собственное заклинание сочинить... В прозе... - признался Альбин.
  - Невесту мечты ищешь, стало быть, - понимающе усмехнулась вдова.
  - Стало быть, ищу, - кивнул он и вздохнул.
  - Вот и мой внучок такой же, как ты, упрямый, - охотно поделилась старушка. - Тоже решил все по-иному сделать. Хочет жениться на умной. А где её взять? Он и сам не дурак, конечно. Математику знает, шахматы, картографию. Телескоп вот давеча приволок, и все на луну глядит. Я ему говорю: неужели на луне будешь невесту искать? А он говорит: придется - и на луну заберусь. Бедовый!
   Альбин вспомнил дом с бархатными портьерами.
  - На луне-то девушки вряд ли водятся, - сказал он, - а вот пускай ваш внучок на земле поищет. Встречалась мне одна девица, Марианна, отца в шахматы обыграла, так тот осерчал, запер ее в доме, замуж идти заставляет... У них на гербе крендель, и отец ее - лучший булочник королевства. Только вот какого королевства, я запамятовал...
  - Хорошая загадка, - обрадовалась старушка. - Загадаю внуку, как проснется. Всю ночь звезды считал, а теперь спит, не добудишься.
  Она поднялась и легкой, совсем не старческой походкой подошла к погребцу красного дерева.
  - Чует моя голова, что погода портится. Ох, не миновать мигрени. Нужно скорее лекарство принять.
  Звякнув крышечкой графина, старушка налила душистого коньяку в походные серебряные рюмочки. Альбин усмехнулся. Первый раз в жизни он выпивал с дамой наедине.
  После третьей порции лекарства у принца развязался язык.
  - Мне все твердят: помни, кто ты есть и в чем твой долг, - разглагольствовал Альбин. - А кто я есть? Кем я могу быть, если я уже - принц, и это считается чем-то вроде призвания? Мол, если ты принц, то тебе больше никем и быть не надо, просто хорошо питайся, береги себя, выгодно женись, наплоди наследников и передай в старости корону самому достойному из них. И это всё! Всё!
  - Ах, Альбин, - сказала старушка, - если верить твоим словам, то девяносто девять процентов людей считает себя принцами! И мечтает ничего не делать, хорошо питаться и плодить наследников.
  - Но это же так скучно! - воскликнул Альбин. - Это так мало!
  Вдова заливисто рассмеялась и снова звякнула крышечкой. Коньяк убывал. Мигрень, если и заглянула в эту комнату, то удалилась в ужасе. А за распахнутым окном уже похохатывал гром и хлестали круглые капли дождя.
  Альбин чувствовал себя очень пьяным. Ему было удивительно хорошо. "И почему у меня нет ни одной бабушки? - думал он с сожалением. - Бабушка - это не родители, ты ей ничего не должен, она обожает тебя даже такого, бестолкового и неудачливого...".
  А бабушка тем времени спросила:
  - А у тебя-то самого есть девушка на примете?
  - Есть, - вздохнул он и сам удивился своему ответу. Кажется, впервые он признался самому себе, что ему всерьез нравится Кей. Ради такого открытия стоило напиться. - Но она такая умная, бабулечка, если бы вы только знали. И вообще она колдунья. Зачем я ей? Ни астрономию не знаю, ни химию. И вечно несу всякую чушь в ее присутствии. И так дурак, а при ней - дурак в квадрате.
  - Так молчи, - сказала старушка. - Ты никогда не замечал, что если не ответить на вопрос, промолчать, затянуть паузу, то собеседник начинает нервничать и говорить, говорить, говорить? Люди очень не любят тишины, повисшей в воздухе. Попробуй как-нибудь на досуге. Услышишь много интересного.
  Альбин рассмеялся. Пожилая леди нравилась ему все больше, да и коньяк попался забористый.
  - А вы замужем? - спросил принц, и старушка расхохоталась.
  - Да, не идут впрок тебе мои советы, - покачала головой она. - Но я дам еще один. Говори не первое, что пришло в голову. И не второе. А третье. Может, с третьего-то разу в голову и умное что-нибудь придет.
  
  Глава 9. Блокировка от женихов.
  Когда он вернулся домой под хмельком, довольный и веселый, Маргарита решила, что дело сладилось. Альбину было неловко рассказывать о невесте, которая оказалась втрое старше его, и он всячески избегал вопросов на эту тему, только качал головой.
  К счастью, сестрица не особенно настаивала, торопилась к Кей. Альбин увязался следом. Прохладная и уютная башня колдуньи, с массивной старой мебелью, сладковатым запахом трав, потрескивающими фитильками свечей, всегда действовала умиротворяюще на излишне тревожного принца. И даже аквариумы с тритонами сегодня как-то не пугали.
  Меланхолично жуя листок мяты в тщетной надежде отбить запах коньяка, принц прислушивался к зачинающейся головной боли. Нужно ли уточнять, что столь тесное знакомство с алкоголем Альбин свел впервые. Да и где ему было напиваться раньше? Не в компании же сестры и ее подруги, не сладким же сливочным ликером, который Маргарита и Кей иногда цедили крошечными наперстками.
  Кей была, как обычно, в черном, но Альбин с легкостью заметил отличия между Кей вчерашней и сегодняшней. Например, вчера ее волосы были распущены, а сегодня - собраны в толстую косу, а это значит, сегодня колдунья варила снадобья или проводила очередные запретные химические опыты в лаборатории, чем часто грешила в отсутствие отца.
  - Как дела, принц? - спросила Кей, разливая душистый чай по большим фарфоровым чашкам. - Невеста мечты найдена?
  Вспомнив старушкины советы, Альбин промолчал и неопределенно улыбнулся.
  - Она так хороша, что у тебя все слова пропали? - протянула Кей с любопытством.
  Он продолжал молчать. Не скажешь ведь: "Я лопух и кретин" или "Кей, выходи за меня замуж".
  - Так что же, Альбин? Не томи! - сказала Кей сердито. - Ты так загадочно молчишь, что хочется подлить тебе в чай говорливого зелья.
  - А может, лучше яду? - улыбнулся Альбин. - Да и покончим разом со всеми этими докучливыми поисками.
  Кей покачала головой.
  - Простите, ваше высочество, но, поступая на службу к вашему родителю, я давала клятву принцев не травить.
  - А хочется порою, признайся, Кей? - рассмеялась Маргарита. - Наш Альбин такой зануда!
  Альбин прихлебывал чай и глядел на Кей, на ее тонкие пальцы в следах от химических реактивов и чернил, и думал: интересно, эти ли руки замешивали тесто для пирога, или Кей просто сказала пару нужных слов ("созвучные заклинания работают лучше"), и из мучного ларя прилетела лопатка с мукой, и сито само бросилось просеивать, а скалка - раскатывать, и в печи вдруг сам собою вспыхнул огонь? Альбину становилось не по себе при мысли о колдовстве. Глядя на Кей, он всякий раз поражался, как запросто она обращается с волшебством. Как скучны ей, должно быть, простые смертные вроде него.
  Подливая себе горячего (нужно ли уточнять, что чай у Кей в чайничке всегда оставался горячим и никогда не заканчивался?) и налегая на пирог, они разговаривали обо всем на свете. Маргарита пожаловалась на очередных женихов, что осчастливили ее своим визитом.
  - Один прихватил портновскую ленту, дабы убедиться, что бедра его избранницы достаточно широки для деторождения. Стража была очень рада размяться. Они же постоянно жалуются на боли в спине и затекшие конечности....
  - "Я полюбил тебя, дитя!" - кричал он, из окна летя, - ухмыльнулся Альбин. Имея уже какой-никакой опыт волшебного сватовства, он недоумевал: ну как можно быть такими невежами? Ведь это же так просто - понравиться девушке. Быть обходительным, любезным. Милым. Конечно, если это обычная девушка, а не Кей. С колдуньей такие правила не работали...
  - А к тебе, Кей, женихи приходят? - спросил вдруг Альбин. Он вообразил себе эту картину: будуарчик, диванчик, принаряженная Кей волнуется и поглядывает на часы. Мысль была настолько нелепой, что принц невольно усмехнулся.
  - Еще чего не хватало! У меня же блокировка от женихов, - фыркнула Кей.
  - Что у тебя? - в один голос переспросили Альбин и Маргарита. Колдовская терминология звучала порой как тарабарский язык.
  - Это нечто вроде добровольно наложенного венца безбрачия, - пояснила колдунья. - Чтобы поисковые заклинания меня не видели и не находили. Даже если кто-то и умудрится получить мое имя в свитке, то заклинание не перенесет жениха ко мне. Останется стоять, где стоял.
  - Ты так сильно не хочешь замуж? - спросил Альбин, изо всех сил стараясь, чтобы вопрос прозвучал равнодушно и небрежно.
  - Хочу или не хочу, разве в этом дело? - пожала она плечами. - Дело в моем характере. С мужчинами сложно. Тому, кто сильнее меня, я не стану беспрекословно подчиняться и рано или поздно сбегу. А слабого буду шпынять и высмеивать, и заколдую в конце концов. В крысу превращу или в тритона.
  - Так какого же тебе жениха надо? - удивилась Маргарита. - Не сильного, не слабого... Значит, равного? Чтобы тоже был колдуном?
  - Ой нет, - воскликнула Кей с шутливым ужасом. - Два колдуна в одной семье - это гремучая смесь. Взлетим на воздух вместе с башней!
  - Значит, простой смертный все-таки сгодится? - почему-то упрямо допытывалась Маргарита. Кей сердито стрельнула глазами в ее сторону.
  - Сгодится, на ужин, с артишоками и клюквенным соусом, - кивнула она. - Впрочем, если принесет белую розу и встанет на левое колено, делая предложение, то может быть, и выживет. Но только если на левое!
  Они с Маргаритой дружно рассмеялись. Видимо, это была их старая любимая шутка, в смысл которой посторонних не посвящали.
  "Рыбка, - думал Альбин. - Кей - настоящая рыбка. Живет, как ей нравится, виляет хвостиком, ни на один вопрос не отвечает, если ей не хочется отвечать, и никаких женихов не принимает, потому что так решила сама... А я? Кто я?".
  - Я не знаю, - потерянно и жалобно сказал Альбин вслух. - Не знаю, чего мне надо? Мне надо, чтобы меня оставили в покое. Я камушек, а не рыбка! Я хочу жить спокойно и ни о чем не думать. И не быть единственной надеждой папы-короля!
  - Альбина совсем развезло от горячего, - сочувственно сказала Кей и взъерошила принцу волосы. - Золотко, а ну-ка выпей вот этот бодрящий эликсир, мигом очухаешься. Не бойся, он не горький.
  Принц послушно выпил протянутое колдуньей зелье, и тягучая приторная сладость во рту была последним, что он ощутил перед тем, как мгновенно и крепко уснуть прямо за столом.
  - Готов, - констатировала Маргарита и понюхала пустой кубок. - Это ведь не бодрящий эликсир? В бодрящий не добавляют столько пустырника и валерианы.
  - Пусть проспится наш женишок, - сказала Кей хмуро. - Уж не знаю, где он нынче горло промочил, но надеюсь, с той невестой у него ничего не склеилось. Альбина-книжника я еще вытерпеть могу, но уж Альбина-Выпивохи нам точно не нужно!
  
  Глава 10. Морская рыбалка.
  Поутру Альбин долго не мог понять, почему он спал на постели одетый. Как возвращался домой от Кей, он тоже почему-то запамятовал. От долгих блужданий в темных коридорах собственной памяти принца спасло пение часов. Батюшки, уже двенадцать!
  Через полчаса, с влажными после ванны волосами, в свежей белой рубашке, он вертел в руках очередной свиток. А может быть, сначала выпить кофе? Нет, к черту кофе, лучше покончить с сегодняшним визитом поскорее, а уж потом со спокойной душой пообедать.
  Он задумчиво глядел на лиловую печать. С печати на него так же задумчиво взирала пучеглазая рыба. А если невеста окажется так же пучеглаза, как ее родовой герб? А если у нее хвост вместо ног? Альбин тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли, и решительно сломал печать.
  Первым ощущением была прохлада.
  Вторым - горьковатый запах соли, водорослей и мокрого песка. Альбин восторженно огляделся: свиток перенес его на берег моря. Принц стоял у подножья широких белоснежных ступеней, убегавших наверх, к роскошному и огромному дворцу. Пытаясь прикинуть, какое это королевство (да, "Карманная сваха" сейчас бы пригодилась!), Альбин рассматривал башни с развевающимися флагами и створчатые переплеты окон.
  А где же принцесса?
  Он перевел взгляд на море - и увидел ЕЕ.
  Она сидела на камнях у самой воды, с удочкой, и что-то насвистывала. Изящная, стройная, в белоснежной рубашке и обтягивающих черных панталонах. Ее длинные темные волосы были кое-как стянуты в небрежный узел, а рядом с ведерком для рыбы стояла початая зеленая бутыль, на которую Альбин покосился с опаской. Принцесса-пьянчужка не входила в его планы, и он очень обрадовался такому повороту событий. Нашелся законный повод отказаться и от этой невесты.
  Хрустя галькой, принц подошел поближе.
  - Экхм, прошу прощения, - сказал негромко, чтобы не напугать девушку. А то еще, чего доброго, сверзится в воду, спасать придется, а плавать-то Альбин не умел.
  - Меня ни для кого нет! - сказала принцесса грубым прокуренным голосом, и Альбин содрогнулся. До него донесся аромат крепкого, дорогого табака. О боги, она еще и дымит!
  - Я не отвлеку вас надолго, сударыня! - сказал Альбин, вложив в эту фразу все свое презрение к курящим и выпивающим женщинам.
  Принцесса повернулась к нему и встала на ноги. О боги, она была высоченная! Да еще и с бородой! Альбин невольно сделал шаг назад, оступился и неуклюже сел на землю, едва не угнездившись прямиком в ведро, где плескалась пара пойманных рыбешек. Приземлившись, он с огромным облегчением осознал наконец, что никакая это не принцесса вовсе. На него смотрел выжидательно очень сердитый молодой человек с небольшой и аккуратной острой бородкой. Точнее, смотрел молодой человек на свиток в руках Альбина. Альбину стало мучительно неловко и вместе с тем неимоверно смешно.
  - Еще один! - воскликнул юноша. - Что на этот раз? Длинные волосы? Страсть к поэзии? Прогулки под луной? Неужели так трудно указывать в заклинании, что тебе нужна де-ву-шка?
  - Прошу прощения, - проговорил Альбин и, вопреки всем хорошим манерам, расхохотался.
  Молодой человек взглянул на него, скептически подняв брови, но потом не выдержал и рассмеялся тоже.
  - По крайней мере, можешь утешиться тем, что ты далеко не первый болван, явившийся за моими рукой и сердцем, - сказал он, отсмеявшись. - Но очень, очень надеюсь, что последний!
  - Прости, приятель, - Альбин покачал головой. - Мне определенно не везет с этими делами...
  - А может, это знак? - подмигнул тот. - На кой черт ты вообще решил жениться? Чем плохо гулять на свободе?
  - Да я б и рад... - начал было Альбин, но потом умолк. Как-то не хотелось в такой прекрасный день, у самого синего моря, произносить длинные тирады о королевском долге, войне, сложных отношениях с отцом и своих взглядах на женитьбу... Да и кому? Совершенно незнакомому человеку, который уже и позабыл про свой вопрос, и отвернулся к морю, чтобы снова закинуть удочку и ждать, когда клюнет рыбка.
  Вот, то-то и оно. Рыбки плавают, где хотят, но всюду их подстерегают острые крючки. Одно неверное движение - и ты попался! Альбин поежился. Все-таки камушком быть гораздо спокойнее. Никакие крючки тебе не страшны. Хотя, конечно, и радость жизни тоже неведома. Какая уж радость, лежать тысячелетиями на одном месте, даже не повернувшись с боку на бок...
  - Я тут рыбачу. Составишь компанию? - спросил, не оборачиваясь, молодой человек. - Если, конечно, не торопишься по следующему адресу.
  - Жениться - что топиться: нет смысла торопиться, - сказал Альбин. Хотя он не понимал удовольствия от рыбалки, но посидеть на морском берегу было заманчиво. Их-то королевство сухопутное, и море он видел лишь несколько раз, в детстве, во время официальных визитов. А море так красиво!
  - Тристан, - молодой человек протянул руку, и Альбин с удовольствием ее пожал. Рука была сильная, мозолистая. Даже удивительно, что у человека с такими натруженными руками - и такое изысканное, книжное имя.
  - Альбин. Очень рад знакомству!
  - Взаимно! Чем промышляешь, Альбин? Что поделываешь во время, свободное от поиска невест?
  Альбин помедлил с ответом.
  - Да так, все больше книжки читаю, - сказал он расплывчато.
  - Книжки, - усмехнулся Тристан. - Я тоже почитываю порой. А еще люблю порыбачить в открытом море. Жаль, сегодня ветер не попутный, а то б поминай как звали...
  Покуда новоявленный знакомый Альбина неторопливо наполнял ведро рыбешками, принц бродил по берегу и собирал плоские круглые камушки для Маргариты. Вот она обрадуется такому морскому подарку!
  - Зачем тебе? - удивился Тристан. - Если топиться, так проще один большой булыжник в карман засунуть.
  - Да нет, это я для сестры! Она рисует рыбок на камушках. Кстати, ты камушек или рыбка? - спросил Альбин. Рыбак снова поднял брови, и Альбин поведал ему Маргаритину теорию.
  - Занятная у тебя сестрица, - усмехнулся Тристан.
  - Конечно, это весьма упрощенная классификация, - пожал плечами Альбин, - но в то же время она удивительно универсальна.
  - Да, я-то уж точно рыбка, - заявил Тристан. Потом посмотрел на ведро со своим уловом, и Альбин понял, что в голову рыбака тоже пришли мысли о крючках.
  - Да, сестрица у тебя интересная, - задумчиво повторил тот. - Сама-то она тоже рыбка, разумеется?
  - Вероятно, - кивнул Альбин и усмехнулся, вспомнив, как деловито Маргарита разгоняет своих визитеров-женихов. - Определенно, рыбка! А я вот камушек, увы....
  Он поднял с земли плоский окатыш и запустил его скакать по воде.
  - Мне рыбкой быть не суждено, я камушком иду на дно, - жизнерадостно проговорил Альбин, когда камушек отпрыгал свое и, булькнув, исчез под водой.
  - Все в твоих руках, - возразил Тристан. - Что тебе мешает стать рыбкой? Весь мир нараспашку, плыви, куда душа зовет!
  Альбину не хотелось спорить, и он порылся в карманах камзола.
  - Вот, гляди, - протянул он Тристану камушек - тот самый, что Маргарита когда-то "на счастье" подарила.
  Рыбак присвистнул, рассматривая искусно вырисованную золотую рыбку с вуальками-плавниками и большими, словно испуганными глазами.
  - Слушай, рыбешка на тебя похожа. Вот умора! Да у твоей сестры талант! Она художница?
  "Она принцесса", - хотел сказать Альбин, но промолчал, неопределенно покрутил головой. Тристан подкинул камушек на ладони и спрятал в карман.
  - Не возражаешь? Оставлю на память. Люблю красивые картинки. А тебе сестра еще нарисует.
  - Бери-бери, это камушек не простой, он счастье приносит, - кивнул Альбин. Ему-то этот камушек ничем не помог - может быть, потому, что принц не очень верил в удачу...
  Он бросил прощальный взгляд на море.
  - Ну, мне пора. Может, свидимся еще, - сказал неуверенно, прекрасно понимая, что не свидятся никогда, уж больно огромен мир...
  - Может, и свидимся, - задумчив сказал Тристан. - Кто знает, куда нас, рыбок, вынесут волны жизни?
  
  Глава 11. Мужская романтика.
  Вернувшись восвояси, Альбин до самого обеда пребывал в приподнятом настроении. Он вертел глобус и пытался угадать, на каком из морей только что побывал. Вот бы съездить к Тристану в гости на недельку-другую. Принц не был поклонником рыбалки, но морские просторы очаровали его. А главное, никаких невест поблизости. Только вода, небо и хриплые вопли чаек. Мужская романтика!
  Но, спускаясь к обеду, он по лицам придворных сразу понял, что случилось что-то плохое. Оказалось, соседский король официально объявил им войну. Вот тебе и мужская романтика! Еще чего доброго, придется надеть военный мундир и взгромоздиться на коня!
  За столом царило тревожное молчание. Маргарита не поднимала глаз от тарелки, мать тоже была непривычно тиха.
  - Как твои дела, Альбин? - спросил король. - Ты понимаешь, о чем я.
  - Пока безуспешно, - ответил принц, и отец вскинул брови удивленно.
  - Ты разве не слыхал новостей? На этот раз все серьезно. Война началась, и мы можем не устоять. Эрлих вернулся сегодня и привез порядочную сумму на армейские нужды, но если к нашему неприятелю присоединится Янтарное королевство, нам крышка.
  - А оно присоединится? - спросил Альбин.
  Король пожал плечами.
  - Никто никогда не знает, что на уме у тамошнего правителя... Люди говорят о нем разное. То ли колдун, то ли ученый, то ли воин... Доподлинно известно одно: армия его огромна, и потому он может делать все, что ему вздумается...
  
  На вечернем чаепитии в Сумрачной башне Альбин был сумрачней, чем башня. "Женюсь на следующей же принцессе! - думал он сурово. - И никакой романтики. Сразу скажу ей честно: полюбить вас я не смогу, но постараюсь относиться с уважением. Тьфу ты!".
  - Что, чай невкусный? - спросила Кей, увидев, как страдальчески перекривился Альбин.
  Он вспомнил вдруг старушку и коньяк. И многозначительно промолчал, озадачив Кей еще больше.
  - Альбин, может быть, ты уговоришь Кей остаться? - спросила Маргарита. Он встрепенулся: что такое? И только сейчас заметил, что его сестрица сидит невеселая, и пирог ее нетронут, и остывает чай. Так вот почему она весь день была тише воды, ниже травы. Альбин-то думал, это из-за объявленной войны, а тут трагедия посерьезнее: лучшая подруга уезжает!
  - Ты куда-то собралась, Кей? Надолго?
  Она кивнула.
  - Может, и навсегда. Буду искать работу в соседних королевствах. Твой отец урезал расходы и больше не может содержать двух колдунов. Оно и верно, на войне от меня толку никакого.
  - Но ты ведь можешь остаться, чтобы помогать отцу, - проговорил он. - Наверно, будет много раненых... понадобятся целебные снадобья... и бодрящие тоже...
  - Вот еще, быть на побегушках, горшки выносить! - фыркнула Кей. - Я опытная колдунья, а не сестра милосердия! Меня любой король с распростертыми объятьями наймет!
  - Да, я бы нанял, - вздохнул Альбин.
  - Так становись королем поскорее! - встрепенулась Маргарита. - Что там у тебя с невестами? Сегодня ты снова вернулся ни с чем? Точнее, ни с кем?
  - Ну, знаешь, я же не зубочистку выбираю, а жену, - сказал Альбин. - Кей, а когда ты уезжаешь?
  - Сразу после официального объявления твоей помолвки, - ответила Кей. - Помогу отцу с праздничными фейерверками - и в путь.
  - О, так это же все меняет! - воскликнула Маргарита, заметно приободрившись. - Если ты будешь ждать помолвку Альбина, то не уедешь отсюда никогда! Потому что этот тюфяк никогда не выберет себе невесту. Он и за обедом-то из двух десертов выбрать не может ...
  - Альбин ждет принцессу на белом коне, которая прискачет, спасет его от этой ужасной жизни и увезет в дальние края, - шутливо сказала Кей.
  - А ты? Кого ждешь ты? - спросил Альбин, и Кей вдруг смутилась. Тогда он перевел взгляд на Маргариту - та посмеивалась, глядя на подругу.
  - А что бы вы, милые дамы, написали на волшебной бумаге, если бы женщинам было позволено ее покупать? - спросил он вдруг вдохновенно. Конечно, это была нелепость и фантазия, ведь испокон веков волшебная бумага предназначалась только для мужчин... Но помечтать-то можно?
  - Высокий, мускулистый, красавец, каких поискать, умный и ироничный, богатый как черт, владелец самой могущественной армии в мире и самой большой в мире библиотеки, - проговорила Маргарита нараспев. Альбин удивленно воззрился на нее, и она расхохоталась:
  - Поверил? Да ни за что на свете я не стала бы покупать эту дурацкую бумагу! Критерии выбора слишком относительны... Написанное, может, и сбудется, а как быть с ненаписанным? Ведь в каждом человеке порой умещаются такие черты, которые, казалось бы, не должны сочетаться в одной личности! Вот однажды ко мне явился прекрасный принц-поэт. Он читал такие дивные стихи... Он был красив, умен, с хорошими манерами... А потом сказал, что людей, не понимающих поэзии, надо вешать! И похвастался, что издал свою книгу и заставляет всех граждан ее покупать. А кто не покупает, тех в тюрьму, потому что нелюбовь к поэзии - это преступление! Вот как в одном человеке умещается все это?
  - Марго, иногда ты меня пугаешь, - сказал Альбин почтительно. Она усмехнулась и переглянулась с Кей:
  - Давай, теперь твоя очередь пугать его высочество.
  - Ну ладно, - к удивлению Альбина, Кей вырвала листок из своей записной книжки и, посмеиваясь, принялась писать. - Задали вы мне задачку, противные королевские дети. Я привыкла работать с готовыми заклинаниями и рецептами, а не сочинять свои собственные!
  - Неправда, - возразила Маргарита, - описывать настоящего человека всегда легче, чем воображаемого! Пара пустяков! Если бы я кого-нибудь любила, я бы целую поэму о нем могла написать!
  - Уж скорее, научный трактат, - покачала головой Кей. - Поэмы - это по части Альбина. Особенно ему удаются глагольные рифмы. Как там у тебя было про любовь, Альбин? "Любовь негаданно приходит, и сердце судорогой сводит?".
  Это было из ранних опытов, и принц до сих пор мучительно краснел, вспоминая, как веселилась Маргарита, когда похитила его тетрадку и зачитывала Кей самые живописные строки.
  - Пиши, пиши, не отвлекайся, - сказал Альбин сурово.
  Она писала, а Маргарита заглядывала ей через плечо, и они обе то и дело прыскали со смеху. Альбин же сидел неподвижно, поскольку только что осознал смысл сказанных Маргаритой слов. "Описывать настоящего человека". "Если бы я кого-нибудь любила". Она сказала это между делом, так, походя. Выходит, у Кей кто-то есть? Она кого-то любит? Скорее всего, и уезжает не одна, а с женихом!? И зачем тогда было врать про блокировку?!
  - Вот, погляди, - Кей протянула ему листок. - Эй, Альбин, очнись! Или тебе уже неинтересно?
  Он машинально взял листок и пробежал глазами по первым строчкам. Да, речь наверняка шла про какого-то вполне реального счастливчика, что удостоился милости Кей. Впрочем, она и тут оставалась не камушком, а рыбкой. И всего лишь отшутилась, написав набор странных и смешных фраз. Но в то же время описание ее идеального жениха было настолько живым и настоящим, что вне сомнения, она горячо любила того, кого описывала.
  Принц бросил бумажку на стол и резко поднялся.
  - Эй, ты же чай не допил! - воскликнула Маргарита, а Кей посмотрела удивленно и разочарованно. Как будто она ожидала какой-то другой реакции. "Она совсем ничего не замечает, - подумал Альбин удрученно. - Совсем не обращает на меня внимания".
  - Мне пора. Нужно выспаться, завтра у меня встреча с невестой, - сказал он ровным голосом, а внутри все кипело и булькало от ревности. "Женюсь. Какая бы ни попалась. Женюсь!".
  
  Глава 12. Сказки простолюдинов.
  В этот раз ему повезло. Или не повезло. Факт был в том, что четвертая невеста оказалась не мужчиной, не старухой, не уродиной. И самой настоящей принцессой. Об этом красноречиво свидетельствовала корона, прочно сидящая на ее изысканно оплетенной жемчугами голове.
  - Добрый день! - сказала принцесса нежным певучим голосом. - Кому обязана визитом?
  - Ммм... А? Что? - промямлил Альбин, зачарованный большими и весьма выразительными глазами принцессы. Любовью с первого взгляда это было трудно назвать, но, несомненно, девушка очаровывала. Особенно того, кто очень хотел очароваться.
  - Кто вы, мой дорогой гость? Представьтесь, - подсказала она с подбадривающей усмешкой.
  - Я... - замялся Альбин. - Я жених.
  Она всмотрелась.
  - Выговор правильный, кожа белая, ногти ухожены, волосы блестят. Да вы не из простых, сударь. А ну-ка повернитесь в профиль! Ах, принц Альбин, это вы! Фамильный птичий нос вашего семейства не спутаешь с другими! Маргарите он портит внешность, великоват, а вот вам очень к лицу.
  Принцесса протянула Альбину руку, приглашая садиться рядом на кушетку. "Похоже, мебель такого сорта - кушетки, оттоманки, диванчики и козетки -является неотъемлемой частью брачного ритуала, - подумал Альбин. - И подушечки, обязательно подушечки".
  - О, принц Альбин! Я мечтала о встрече с вами! Я слышала о вашем фамильном девизе: юна, невинна и так далее, и могу вас уверить - все это как будто обо мне написано! Я знала, знала, что заклинание приведет вас ко мне! - сказала принцесса проникновенно.
  Они уселись рядышком. Альбин, все еще в меланхолическом настроении после вчерашнего разговора с Кей, исподволь рассматривал свою собеседницу. Она была, что называется, породистая. Тонкое, полупрозрачное, нежное дитя вырождающейся династии, в чью вяло текущую голубую кровь не мешало бы подбавить крепкой и здоровой красной, крестьянской, да где ж там. На секунду Альбин даже уподобился женихам Маргариты, прикидывающим, способна ли дать потомство эта хрупкая - слишком хрупкая девушка с небольшой грудью и туго перетянутой талией.
  Он опомнился и смущенно отвел глаза. Принцесса же, ничего не замечая, продолжала свои речи. О чем она говорила? Кажется, о том, как важно найти в этом огромном мире человека, который разделит твои интересы и станет близким другом на всю жизнь. А еще о том, что у ее отца огромная армия, которая лишь ждет приказа, чтобы вступить в бой. На стороне того, за кого выйдет замуж наследница-принцесса, единственная дочь папы-короля.
   "Как это странно и нелепо, - подумал Альбин. - Кто хвалится сундуками с приданым, а кто - армией. Вот уж поистине, у каждого свои ценности...".
  - Война - это так отвратительно, - пробормотал он.
  - Так давайте покончим с войной! - сладко улыбнулась девушка. - Наш союз укрепит позиции вашего королевства, и никто не осмелится больше нападать на вас! А после смерти родителей мы соберем воедино земли наших королевств ...
  - Но там же, кажется, еще несколько государств между нами? - сказал Альбин неуверенно. "Вот зачем нужно было учить географию в школе, болван!" - подумал он тоскливо. Он даже приблизительно не представлял, где находится.
  - А мы их захватим! - воинственно воскликнула принцесса, но потом рассмеялась, увидев, как ошарашен ее визитер. - Я шучу, мой дорогой, шучу. Вижу, война вам не по душе. Давайте побеседуем на мирные темы. Что вы любите, Альбин? Любите ли вы угадывать в ночном небе созвездия Андромеды и Волопаса? - спросила она, мимолетно коснувшись его щеки своими прохладными пальцами, отчего принц вздрогнул и тут же вспомнил мимолетные и случайные прикосновения Кей - вот уж у кого не было ни проблем с кровообращением, ни холодных рук.
  - Любите ли вы слушать, как меланхолично стучит в окошко дождь? Любите листать страницы старой книги и мечтать о чем-то неизведанном и прекрасном? - спрашивала между тем его четвертая невеста.
  - Читать я люблю, - с готовностью отозвался он. Принцесса смотрела большими глазами и явно ждала развернутого монолога. А Альбин растерялся. Призвав на помощь жесты, неловко взмахнул рукой - и нечаянно столкнул со столика расписную вазочку с веткой орхидеи. Ваза разлетелась на мелкие осколки.
  - Ох, что ж такое! Простите, бога ради! - воскликнул он, а принцесса рассмеялась:
  - Ничего страшного, принц, это на счастье!
  - Кому на счастье, овечке или мне? - пробормотал Альбин, и девушка непонимающе подняла брови.
  - Это из одной старой сказки, - поспешно пояснил он.
  - О, я так люблю сказки! Расскажите! - потребовала принцесса и придвинулась к Альбину поближе, так, что он ощутил сладковатый аромат ее духов. Видимо, это окончательно вскружило принцу голову, потому что он взял девушку за нежную ручку и принялся рассказывать старую-старую сказку из своего детства.
  Сказка повествовала о миленькой, хорошенькой пастушке, которой однажды добрая фея в благодарность за услуги подарила овечий бубенчик. На счастье. "Кому на счастье, овечке или мне?", - усмехнулась пастушка. "Там видно будет", - сказала фея и исчезла. И вот однажды пастушка потеряла овечку, пошла ее искать, а там волки! Пастушка испугалась, овечка жалобно блеяла, бубенчик ее звенел...
  Рассказывая, Альбин и сам звенел, что тот бубенчик: щеки его раскраснелись, волосы растрепались, глаза сверкали. О, здесь он был во всей красе, в своей стихии, Альбин-книжник, принц-стихоплет и собиратель сказок. И когда он взвыл диким голосом, изображая страшных волков, прекрасная принцесса вздрогнула и прижалась к нему, и вот уже он держал принцессу за обе руки, и смотрел ей в глаза, и аромат духов сводил с ума, и где-то на задворках сознания у Альбина мелькнула мысль, что, хотя эта девушка ничуть не похожа на Кей, но зато у ее отца большая армия, а эти убийственные духи он попросит ее больше никогда не использовать, никогда в жизни, потому что от них у него уже начиналась мигрень...
  - Волки окружили бедную пастушку и ее овечку. Девушка закрыла глаза и принялась горячо молиться о спасении. И вдруг появился всадник, молодой король на горячем скакуне. Он размахивал пылающим факелом, и волки сбежали, а король был покорен красотой пастушки и увез ее во дворец, и женился на ней...
  "А что же стало с овечкой?" - спросите вы", - собирался произнести Альбин заключительные строки этой сказки, но принцесса вдруг отстранилась от него, забрала свои руки из его ладоней и возмутилась:
  - Но Альбин, где это видано, чтоб король взял в жены пастушку? Что вы рассказываете мне? Это же сказки простолюдинов! Люди, в которых не течет голубая кровь, отвратительны. Мне противна сама мысль о таком союзе! Король и пастушка, грязная крестьянка. Откуда вы набрались такой пошлости?
  "В детстве мне рассказывала эту сказку мама", - хотел сказать Альбин. Но почему-то не сказал. А принцесса продолжала поучительным тоном, каким обычно разговаривают с младенцами:
  - Король никогда не женится на пастушке, Альбин. Взять хотя бы вас: на ваше королевство надвигается война. Что толку было бы вам жениться на простолюдинке, девушке без титула и богатства? Разве принесла бы она счастье и мир вашей стране? Люди неблагородного происхождения никчемны и второстепенны, поймите, они не заслуживают ни капли нашего с вами королевского внимания!
  - Да вы... Да вы! - возмущенно начал Альбин, внезапно оскорбившись - не за крестьян или булочников, разумеется, а за Кей, которая, если подумать, тоже была не королевских кровей...
  - Что - да я? - опешила принцесса, и он спохватился, вспомнив наказ Кей "не позорить королевство".
  - Да вы же абсолютно правы! - договорил Альбин учтиво. - Кстати, упоминал ли я, что по отцовской линии мой прадедушка был кузнец? Он подковывал лошадь одной вдовствующей королеве, и та влюбилась в него без памяти! Забрала с собой во дворец, вместе с кузницей, вы представляете?
  Он с удовлетворением наблюдал, как принцесса невольно скривила носик, будто в воздухе запахло жаром наковальни и ядреным конским навозом.
  - Кстати, я и сам не прочь иной раз молотом помахать на досуге! - продолжал он молодцевато. - Освежает, знаете ли! Бодрит! Когда мы поженимся, моя дорогая, я буду лично подковывать вашу лошадь!
  Принцесса захлопала длинными ресницами.
  - Ах принц, боюсь, мы не .... Видите ли, я... я...
  - Вы не любите ездить верхом? - подсказал Альбин. - Ах, какая жалость! Что же, принцесса, приятно было познакомиться! И простите, что отнял у вас время!
  Он разорвал свиток и, исчезая, успел увидеть, как на хорошеньком личике его неудавшейся четвертой невесты отобразилось невероятное облегчение...
  
  
  Глава 13. Овечий бубенчик.
  Весь день Альбин сам не свой бродил по дворцу. Вечером, заслышав голоса родителей в библиотеке, он глубоко вдохнул, будто собрался нырять, и решительным шагом направился туда.
  - У тебя есть хорошие новости для меня, Альбин? - устало спросил отец. - Хорошие новости мне бы сейчас не помешали...
  Альбин помешкал. И выпалил:
  - Я виноват, простите меня, если сможете. Я обманул вас. И предал фамильный девиз. Я написал на волшебной бумаге совсем другие слова.
  Король переменился в лице. У королевы в глазах заскакали опасные чертики. Альбин вздохнул. Как же он ненавидел такие моменты, когда мама и папа вдруг превращались в коронованных особ, и любовь отступала на второй план перед политическими нуждами.
  - Я недостоин быть вашим сыном и наследником престола, - упавшим голосом сказал Альбин. Потом снял свой королевский знак и положил на книжный столик-пюпитр. - Я просто... просто хотел найти по-настоящему родственную душу, любимую женщину - так, чтобы на всю жизнь... чтобы как у вас...
  - Альбин, Альбин! - прогремел король в ярости. - Как ты мог! Я так на тебя рассчитывал!
  - И что же ты теперь будешь делать, сынок? - спросила королева. А король смотрел исподлобья, шевелил бородой и, вероятно, обдумывал наказание. Или подсчитывал, во сколько обойдется казне вторая попытка принца Альбина найти себе невесту, и это в то время, когда все силы - и все деньги - королевства брошены на укрепление границ и подготовку к войне!
  - Я... я..., - ягненочком из сказки заблеял Альбин.
  - Раскаиваюсь и прошу прощения, - громко и отчетливо прошептала Маргарита, которая тоже была тут, у окошка, со своими кисточками и камушками. - Ну Альбин, давай же...
  - Я... - Альбин сглотнул. - Я отказываюсь искать себе невесту при помощи волшебства! Я и без того уже знаю, на ком хочу жениться. Она не благородных кровей. И... она... она сама зарабатывает себе на жизнь, честным трудом. И я люблю ее, это самое главное!
  Маргарита пискнула от восторга и зажала руками рот.
  Король взглянул на жену, покачал головой и молча вышел.
  - Отец недоволен. Теперь он отречется от меня? - понуро спросил Альбин.
  Королева усмехнулась.
  - Да уж, он ОЧЕНЬ недоволен. Он проспорил мне три недели чтения вслух. А он эти чтения терпеть не может.
  - Не понял? - проговорил Альбин. - На что вы спорили?
  - Маргарита, принеси-ка с каминной полки наш с отцом брачный договор, - попросила королева. Принцесса с готовностью поднялась со скамеечки.
  - Наш спор, - сказала королева, - касался тебя. Отец утверждал, что ты, книжный червь и большой трусливец, не посмеешь пойти против стародавних законов и семейных традиций.
  - А ты? - Альбину очень хотелось услышать, что думает о нем мать.
  - А я, - улыбнулась королева, - сказала ему, что ты наверняка намудришь и станешь делать все по-своему, потому что... - она помедлила, принимая из рук Маргариты свиток волшебной бумаги, и Альбин с изумлением увидел, что бумага там лиловая. - Потому что ты - отцовская копия.
  Она развернула свиток, и Альбин с Маргаритой нестройным дуэтом прочли вслух:
  - Золотоволосая и строптивая, любящая купаться голышом в лунном свете и петь неприличные песни, знающая не менее пятнадцати способов поцелуев, способная подарить мне сына и дочь, угадывающая приближение грозы и умеющая печь пирог с куропатками, бесстрашная и красивая, не пьянеющая от вина, обожающая охоту и конные скачки, с тонкими щиколотками и мудростью, достойной королей...
  - Мама?! - проговорила Маргарита изумленно. - Это правда? Про лунный свет, и песни, и ...
  - У каждого из нас есть маленькие слабости, - усмехнулась королева. - Ах, Альбин, вы так похожи с отцом. Не знаю, радоваться этому или огорчаться, вы оба страшные упрямцы. И я так люблю вас обоих.
  - Мама, - воскликнула Маргарита, - так значит, отец простит Альбина? И разрешит ему жениться на К..... на ком угодно?
  - Ты ждешь от отца невозможного, - покачал головой Альбин. - Я принц. И если я хочу остаться принцем, мне нужно выбрать в жены принцессу. Или уйти, - закончил он печально.
  - И что же ты предпочтешь? - поинтересовалась королева, все еще задумчиво рассматривающая свиток.
  - Я выберу любовь, а не корону, - сказал Альбин и сам удивился, как легко ему стало. Как будто вместе с короной он отказался от тяжелого груза, что придавливал к земле и мешал свободно дышать. Сбросил гору с плеч, что называется.
  - Не стоит извиняться. Я и не сомневалась, что ты выберешь любовь, - улыбнулась мама. - Маргарита, как ты думаешь, что изображено на моем личном гербе? - королева указала на свиток, где сияло позолоченное изображение чего-то круглого и блестящего.
  - Ммм, я ведь учила историю, - протянула Маргарита. Она обожала отгадывать загадки. - Только не подсказывайте! Кажется, там кабошон... или большая жемчужина... или луна?
  - Да, что-то в этом роде, по официальной версии, - кивнула королева. - Но на самом деле, дети, там изображено нечто иное.
  Она сняла с шеи свою таинственную ладанку, распустила шнурок и вместе с парой соломинок вытряхнула на ладонь что-то круглое и звенящее.
  - Что это, мама? - проговорила Маргарита. А Альбин знал, что это. И изумленно поглядел на мать.
  Потому что у нее на ладони лежал медный овечий бубенчик.
  
  Глава 14. Попытка номер пять.
  Наутро Альбин отправился в Сумрачную Башню. В строгом черном камзоле (ведь черный - это любимый цвет Кей), с локонами, собранными в хвост на затылке (он же не девочка, в конце концов, чтобы обрамлять лицо кудряшками), с букетом белых роз (любимые цветы Кей, он как-то выведал у Маргариты) и с исколотыми пальцами (потому что, отправляясь в розарий за букетом, о ножницах он совершенно позабыл). Пальцы побаливали, розы благоухали, сердце трепыхалось, как тритон, пойманный сачком, а под мышкой у Альбина был зажат последний, пятый свиток, который и являлся формальным предлогом для визита к Кей.
  - Ты - что? - переспросила колдунья.
  - Передумал жениться.
  Она помолчала, размышляя. Или подбирая вежливые слова взамен тех, что первыми пришли на ум. "Говори не первое, что пришло в голову. И не второе. А третье. Может, с третьего-то разу в голову и умное что-нибудь придет". О да, Кей владела этим приемом в совершенстве.
  - И что, по-твоему, я должна делать со свитком? Сходить к невесте вместо тебя и извиниться?
   - Делай, что хочешь, а только мне он не нужен. Я не хочу жениться... то есть, не хочу жениться ни на ком, кроме... то есть... я передумал искать невесту с помощью волшебства... - решительно промямлил Альбин, путаясь в словах. Он всегда терял нить рассуждений, когда Кей глядела на него своими пугающе бездонными карими глазами. Как будто оценивала, превратить его в тритона или просто проигнорировать?
  - Нет, милый мой, так нельзя, - мягко сказала колдунья. - Волшебные дела должно доводить до конца. Магия не любит пренебрежения. Жениться на этой пятой невесте тебя никто не неволит, просто сходи к девушке, пообщайся пять минут и красиво удались, оставив ей монетку на память. И все будут довольны.
  Альбин поглядел на часы. Да, время "жениховское". Его попытка номер пять наверняка сидит сейчас, выпрямив спину, и с нетерпением прислушивается, не раздаются ли там, за дверью, шаги суженого.
  - Ну давай уже, - сказала Кей. - Чего ты ждешь? Чтобы я тебя отговорила? Так не дождешься... Ты принц. Ты должен выгодно жениться и спасти королевство от войны... Не сегодня, так завтра. Не сейчас, так позже.
  - Ах да, ты же еще не знаешь... - протянул Альбин загадочно.
  - Не знаю чего? - заинтригованно спросила Кей.
  - Потом расскажу. Когда покончу с невестами, - и Альбин протянул ей букет белых роз. - Подержи, пожалуйста. Кем бы ни была моя пятая невеста, этот букет я планировал подарить не ей.
  Альбин улыбнулся Кей - и сломал печать на свитке.
  Ничего не произошло.
  - Не сработало? - проговорил он недоуменно. - Почему я все еще здесь?
  Кей поглядела на бумагу.
  - Буквы из лиловых стали червонными, - сказала она. - Это значит, что заклинание сработало, но процесс переноса тела жениха к телу невесты не состоялся...
  - Не могу сказать, чтобы тело жениха сильно огорчилось, - фыркнул Альбин, - но все-таки интересно, в чем тут загвоздка? Срок годности заклинания истек? Волшебная сила выветрилась? Может, нужно было хранить свиток в темном и прохладном месте, а он у меня просто на столе валялся...
  - Не говори ерунду, - задумчиво сказала Кей. Она отложила в сторону позабытый букет роз, взяла свиток в руки, внимательно рассмотрела его, чуть ли не на зуб попробовала, а потом сказала изумленно:
  - Не может быть...
  - Что?
  - Судя по всему, у твоей пятой невесты стоит блокировка на женихов.
  - Вот уж не думал, что в мире так много девушек, не желающих выходить замуж, - проговорил Альбин. - Тебя послушать, так эту блокировку ставят все подряд.
  - Вообще-то нет, - сказала Кей. - Вообще-то я сама, лично, изобрела это заклинание и никому его не продавала. Ни одной живой душе. И неживой тоже.
  Альбин посмотрел на ключ, изображенный на свитке.
  - Кей?
  Она подняла глаза.
  - Получается, свиток должен был перенести меня к тебе! Невеста моей мечты - это ты!
  Она пожала плечами. Потом не выдержала, взяла свиток и стала читать вслух то, что написал в своем поисковом заклинании Альбин.
  - Длинные темные волосы, большие карие глаза, владеет огромной библиотекой, никогда не черкает в книгах, знает назубок все королевства и династии, а также созвездия, говорит на трех языках, а читает на восьми, подмигивает своему отражению в зеркале, может взять в руки змею, запросто изготовит лекарство или яд, обыгрывает всех в "Слова и буквы", обожает кардамон и терпеть не может корицу, открывает окна во время грозы, пишет официальные письма одним почерком и личные записки другим, не любит пить чай в одиночестве, не задается, но считает себя умнее многих, и это чистая правда.
  Она посмотрела на Альбина с улыбкой.
  - Ох, кто же так строит поисковое заклинание??? Здесь же ничего важного! Только разные второстепенные мелочи. Цвет волос, цвет глаз... Ты бы еще размер ступни указал! Или добавил бы: "Видит цветные сны по вторникам и никогда не надевает одну шляпку дважды". Альбин, о чем ты думал вообще, когда это писал???
  - Я думал о тебе, - сказал он и улыбнулся. Он вдруг окончательно и бесповоротно перестал бояться. - Кей, выходи за меня замуж, а? Ты же видишь, это судьба!
  - Я не верю в судьбу, - сказала она. - Я верю в разум и интеллект. Мы сами творим свою жизнь. Это все равно, что создавать сложное зелье. Что бросишь - то и получишь. Золотые чешуйки саламандры или сушеные лапки тритона, толченые самоцветы или грязные обстриженные ногти мертвеца. Люди сами выбирают, чем наполнять свою жизнь, и я удивляюсь, почему они жалуются потом.
  - Теория о камушках и рыбках, но только в профиль, - кивнул Альбин. - Вы с Маргаритой часом не разлученные в детстве близнецы?
  - За Маргариту я спокойна, - улыбнулась Кей, - она на редкость здравомыслящая девочка. А вот ты, Альбин... Ты меня беспокоишь. Что ты делаешь со своей жизнью? Такое ощущение, что тебе все равно, какие ингредиенты будут в ней.
  - Сейчас я пытаюсь добавить в свою жизнь прекрасный, драгоценный бриллиант, - сказал Альбин проникновенно. - Только вот бриллиант сопротивляется.
  - Бриллиант, между прочим, при поступлении на службу к королю подписывал бумаги, в которых клялся держать свои колдовские ручки подальше от королевских детей.
  - Насчет этого можешь не беспокоиться, - пожал плечами Альбин. - Я больше не имею отношения к короне. Я отрекся от своих прав на престол.
  - Что ты сделал? - ахнула Кей и прижала руки к сердцу.
  - Ну, если по твоей теории, то добавил толченых ногтей мертвеца и печной сажи в свою жизнь, - пожал плечами он. - Я выбрал любовь. Выходи за меня замуж, Кей. Правда, я теперь никто. Простой смертный, с весьма посредственными способностями. Но как-нибудь проживем, а?
  Девушка стояла растерянная. Как будто главный козырь, который она придерживала в рукаве, вдруг оказался совсем не той масти.
  - Альбин, ты погубил свою жизнь! - проговорила она. - Ты ведь ничего не умеешь! Как ты выживешь?
  - Не знаю, - беспечно сказал он. - Устроюсь старшим помощником младшего архивариуса в королевскую библиотеку, у меня там связи. Или буду ходить на городские пруды и ловить сачком тритонов. Говорят, колдуны этих тритонов скупают по золотой монете за штуку.
  - Бессовестно врут! - покачала головой Кей. - Зачем нам покупать тритонов, когда мы можем их просто наколдовать. Превращение в тритона - простейшее заклинание, и....
  - Странно, раньше ты говорила, что это чертовски сложное заклинание, - припомнил Альбин. - Ты уже освоила его? Значит, готова к замужеству?
  - Готова, - сурово сказала Кей. - И ты в этом сейчас убедишься, если не покинешь Башню не-ме-дле-нно.
  - Послушай, - сказал Альбин. - Я не понимаю одного: ты выйдешь за меня замуж? Или ты меня не любишь?
  - Люблю, не люблю.... В нашем с тобой случае это не имеет никакого значения, - сказала она холодным, как мороженое, голосом. - Уходи, Альбин. Ступай к своему отцу и покайся. Уверена, он простит. И сам найдет тебе невесту, которая сможет спасти королевство от войны. Если ты не думаешь о судьбе своей родной страны, то мне приходится делать это за тебя. И не возвращайся сюда больше никогда, иначе я превращу тебя в тритона.
  - Но...
  - В тритона, - повторила она мрачно. - И плевать на все бумаги, которые я подписывала...
  
  Глава 15. Жених для Маргариты.
  Альбин шел по саду, мрачный и недоумевающий.
  Кей отказала ему.
  Она его не любит?
  Нет, этого колдунья не говорила. Она говорила только о долге, покаянии и судьбе королевства. Опять, опять в личную жизнь принца ворвалась политика! Что же ему делать теперь? Отправиться на войну и лично победить все вражеское войско? Альбин вообразил себя верхом на самой смирной лошади. Такой, коренастой, чалой, флегматично жующей капустную кочерыжку и машущей хвостом на мух. Нет, он и с такой лошади упадет, проверено не раз. Рухнет на виду у врагов и опозорит королевство.
  Впрочем, это можно сделать главной частью хитроумного плана. Он падает, и вражеское войско в агонии умирает от хохота, надорвав животики. Впрочем, что это он? Он же отрекся. Судьба королевства теперь не зависит от него...
  Тут Альбин вынырнул из водоворота мрачных мыслей и вздрогнул, потому что невдалеке, за лабиринтом из подстриженных тисовых кустов, раздался смех. Как будто садовые гномы подслушали раздумья Альбина и развеселились. Принц взобрался с ногами на скамейку, чтобы увидеть, кто же там столь заразительно смеется. И чуть не свалился от неожиданности. Смеялась Маргарита! Она чинно прогуливалась по дорожке, посыпанной белым песочком, и не одна, а под руку с высоким и статным молодым человеком. Выглядела принцесса чрезвычайно довольной. Что за чудеса? Неужели Маргарита наконец нашла жениха себе по вкусу?
  Она помахала Альбину рукой, и он, проломившись сквозь кусты, подошел поближе. И не поверил глазам, когда увидел, с кем именно расхаживает по розарию его сестра.
  - Тристан! Откуда ты здесь? Как ты нас нашел?
  Тот усмехнулся и подбросил что-то круглое на ладони.
  - Что же, у нас волшебную бумагу не продают? Или ты думаешь, так много девушек рисуют рыбок на камушках? Что Марго к тому же еще и принцесса, я не знал. Ну, это не смертельно. Я искал художницу, но и от принцессы не откажусь!
  - Вы знакомы? - опешила Маргарита.
  - Да, как-то рыбачили вместе, - усмехнулся Альбин. Он рассматривал расшитый серебряными лилиями костюм Тристана, белоснежные чулки, пряжки с драгоценными камнями на его туфлях. Вот тебе и рыбак! А выглядел как самый настоящий простолюдин. Впрочем, откуда Альбин мог знать, как выглядят настоящие простолюдины, если не видел ни одного в жизни...
  - Почему же ты не сказал отцу?! - Маргарита изумленно всплеснула руками.
  - А при чем тут отец? - искренне удивился Альбин. - Думаешь, он похвалил бы меня за то, что вместо сватовства я рыбачу запросто черт знает с кем?
  - Альбин, если б отец узнал, что ты рыбачишь запросто с королем Янтарного королевства, он бы не рассердился так сильно из-за твоей выходки с поисками невесты-мечты! - воскликнула Маргарита.
  - С королем Янтарного королевства? - переспросил Альбин пораженно. - Ты шутишь?
  - Кажется, пришло время познакомиться еще раз, - подмигнул Тристан и, сняв шляпу с пышным пером, шутливо помахал ею в воздухе.
  - Высокий, мускулистый, умный и ироничный, богатый как черт, владелец самой могущественной армии в мире и самой большой в мире библиотеки, - пробормотал Альбин пораженно. - Маргарита, а ты, похоже, набралась от Кей колдовской премудрости. Тебе и волшебная бумага не понадобилась!
  - О, слухи о моей библиотеке уже и до ваших мест добрались, - усмехнулся Тристан. - Люди болтают, что воинов в моей армии ровно столько же, сколько книг на полках, и число тех и других пишется с шестью нулями. Я, конечно, не считал... Но кажется, книг у меня все-таки больше...
  - Ты знала? Нет, признавайся, ты знала! - Альбин пристально поглядел на сестру.
  - Понятия не имела! - развела руками она. - Я думала, что король Янтарного королевства - противный толстый старикан!
  - Надеюсь, я не сильно тебя разочаровал? - спросил Тристан с улыбкой, от которой Маргарита вспыхнула и засияла, так что стало очевидно - нет, не разочаровал ни капельки.
  Альбин засмеялся от радости. Лучшего жениха для Маргариты он и придумать бы не смог.
  
  Глава 16. Только не в тритона!
  Прошел час. Или два. Альбин по-прежнему сидел на скамейке в саду и вдыхал аромат цветущих роз. А что ему, собственно говоря, оставалось?
  Тут к нему - так и хочется сказать, подбежала, но принцессы ведь не бегают, - подошла быстрой походкой запыхавшаяся Маргарита.
  - Вот ты где!
  - А я никуда и не уходил отсюда с тех пор, как повстречал вас с Тристаном. Кстати, а где твой будущий супруг? Отбыл восвояси, перелистывать армию и муштровать книжки в библиотеке?
  - Нет, Тристан сейчас здесь, во дворце, говорит с родителями. Он решил сразу же, без церемоний, им представиться и попросить моей руки, - сообщила Маргарита. Она выглядела немного ошеломленной, словно и сама не могла поверить во все происходящее.
  - А ты уверена, что он - именно тот, кто тебе нужен? - осторожно спросил Альбин. - Ты ведь знакома с ним каких-то полчаса...
  - Нет, уже два часа и сорок восемь минут, - возразила Маргарита, поглядев на крошечные бриллиантовые часики, прицепленные к поясу. - Не знаю, Альбин, не знаю. Впервые в жизни мне хочется не рассуждать и анализировать, а просто радоваться и наслаждаться жизнью. И потом, Тристан - он такой... Такой великолепный! В него невозможно не влюбиться! Я не знаю, какая девушка устояла бы перед его чарами. Разве что слепая?
  - Кей, например, устояла бы, - ревниво сказал Альбин. - Или ты думаешь, что ей тоже захотелось бы прыгать на одной ножке при виде его белых чулок и шляпы с перьями?
  - Нууу, я имела в виду только тех девушек, чьи сердца еще свободны, - лукаво сказала Маргарита. - Кстати, о сердцах. Войны не будет, ты это понимаешь? Твоя королевская шкурка спасена! Женись, на ком угодно! Хоть на кочерге или маслобойке! Но лучше - на Кей. Теперь ты можешь смело делать ей предложение руки и сердца.
  - Я сделал уже предложение руки и сердца, - мрачно сообщил Альбин. - Сегодня утром.
  - О боже, ушам не верю! - возликовала Маргарита. - А давай устроим две свадьбы одновременно!
  - Свадьбы не будет, - прервал ее брат. - Кей мне отказала. Мои рука и сердце ее не заинтересовали. Может, надо было предложить глаз и селезенку? Или что там считается ценным у девушек, не чуждых черной магии? Ногти мертвеца? Но я пока еще жив....
  Маргарита усмехнулась.
  - Больше всего в людях Кей ценит мозги. А ты, увы, этим редким артефактом не обладаешь....
  - Давай, давай, погружай меня еще глубже в пучину отчаяния, - улыбнулся Альбин. - И, между прочим, мои мозги тут ни при чем. Как ты упомянула, сердце Кей не свободно. Поэтому, наверное, она меня и прогнала...
  Маргарита воззрилась на брата как на редкое и исчезающее животное.
  - Что? Что ты на меня так смотришь? - рассердился он. - Ведь любому болвану понятно, что она в кого-то влюблена! Ты помнишь то шуточное заклинание поиска, которое она написала пару дней назад? Ведь в каждой строчке чувствовалась нежность... и любовь...
  - Ну да, любому болвану понятно, - кивнула Маргарита. - Но ты ведь у нас не любой болван. Ты болван особенный. Болван королевской крови.
  Ничего не понимая, он смотрел на сестру. А она раскрыла расшитый жемчужинами кошелек, висевший на поясе рядом с зеркальцем, гребешком и часиками, и вынула из него небольшую, аккуратно сложенную бумажку. Расправила эту бумажку и с выражением прочитала:
  ... у него веснушки на правой щеке и на левой, и две на носу...
  ... у него отвратительный почерк, как будто курица писала лапой, причем левой...
  ... он всегда сгребает крошки от пирога в ладошку и съедает, и это так трогательно...
  ... он в профиль похож на смешную птичку...
  ... прежде, чем сесть на стул, он всегда смахивает с него несуществующую пыль...
  ... он не говорит "спасибо", а только "премного благодарен!" ...
  - Продолжать? - спросила она. - Тут еще много.
  - Достаточно, - сказал Альбин хмуро. - Думаешь, мне так уж приятно выслушивать все это? Про какого-то там ...
  - А я все-таки продолжу, ты уж потерпи, помучайся, - сказала Маргарита, - уж больно мне последние строчки нравятся:
  ... он черкает в моих книгах, и за это мне иногда хочется его убить....
  ... он пишет отвратительные стихи, но очень смешные...
  ... он камушек, а не рыбка, но я готова связать с ним свою судьбу...
  ... если я не превращу его в тритона в первую неделю после свадьбы, то у нас все получится....
  И тут наконец до Альбина дошло.
  - Кажется, я его знаю, - проговорил он изумленно.
  - И я тоже его знаю, - фыркнула Маргарита. - Он редкостный тупица.
  - Нет, ты уверена?!
  - В том, что ты тупица?
  - Нет, в этом-то я и сам уверен, - махнул рукой Альбин. - В том, что тут написано обо мне! Если мы ошиблись, она меня в тритона превратит! Она обещала!
  - Ничего, - сказала Маргарита, - я посажу тебя в аквариум и буду кормить червяками и многоножками. Хотя многоножки - это, конечно, фу. Может быть, ты согласишься на крошки от бисквита?
  - Если я стану тритоном, убей меня сразу, - сказал он мрачно. Сорвал с куста белую розу и решительным шагом направился в Сумрачную башню.
  
  10 августа 2016
  
Оценка: 8.94*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Медведева "Это всё - я!" (Юмористическое фэнтези) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | Д.Сугралинов "Level Up 2. Герой" (ЛитРПГ) | | М.Махов "Бескрайний Мир" (ЛитРПГ) | | Н.Князькова "Про медведей и соседей" (Короткий любовный роман) | | С.Волкова "Кукловод судьбы" (Магический детектив) | | П.Коршунов "Жестокая игра (книга 3) Смерть" (ЛитРПГ) | | С.Волкова "Жена навеки (...и смерть не разлучит нас)" (Любовное фэнтези) | | О.Гринберга "Краткое пособие по выживанию для молодой попаданки" (Приключенческое фэнтези) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"