Самое любопытное, что ибн аль-Джассис и ибн Тулун Хумаравайх - реальные личности. И отношения их развивались именно таким вот способом - квасили они вместе. Были, короче, собутыльниками.
У этой истории есть два интересующих меня пункта.
Первый - это сорок три ратля, которые якобы мог выпить ибн Тулун и не лечь наземь как убитый. Чтоб вы знали, ратль - это около полулитра. То есть за вечер человек, получается, высасывал двадцать один с половиной литра вина. Это уже неправдоподобно. А если вспомнить, что вино, которое пили ибн Тулун с ибн аль-Джассисом, было явно не сухим, а представляло собой какую-то полусладкую (и хорошо если не крепленую) бормотуху, то все это вообще превращается в какие-то байки из склепа. Но из рассказа ат-Танухи слова не выкинешь, так что в романе пришлось оставить все как есть - сорок три ратля.
Хотя, конечно, здесь нужно делать скидку на то, что ат-Танухи по старой арабской привычке не просто врет, а заливает, брешет и вешает на уши лагман-лапшу, и все, им сказанное, нужно делать надвое, а то и натрое.
Второй момент в истории - это то, чем она в реальности окончилась. Как может предугадать проницательный читатель, отношения аль-Джассиса и ибн Тулуна развивались так: ювелир вошел в доверие к прославленному тюрку и стал управляющим. Естественно, он нещадно обворовывал своего благодетеля. Когда халиф посватал дочку ибн Тулуна, тому пришлось отправить в Багдад караван с приданым. В пути караван застал дождь, ткани вымокли. Ибн аль-Джассис написал Хумаравайху, что все погибло, и нужно закупаться заново. И закупился - разорив, понятное дело, доверчивого хозяина. Ат-Танухи пишет, что ибн Тулуна он разорил действительно вчистую - у того потом не было денег, чтобы купить свечей для дома, приходилось у соседей просить. Ну, а ибн аль-Джассис сделал хорошую карьеру, правда, насколько можно понять из рассказов, все-таки плохо кончил, крепко проворовавшись на очередной должности.
Сохранить подлинный сюжет у меня не хватило сил: читатели и так жалятся, что среди героев нет ни одного человеческого лица, сплошные моральные уроды и плохо обтесанные заготовки, на человека не похожие. Так что пришлось вздохнуть и резко приукрасить историческую действительность на радость благодарным зрителям.